Даркова Лия: другие произведения.

2179 (три главы)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    2179. Радиация изменила облик планеты до неузнаваемости, и обычным людям все труднее выживать в подобных условиях. Вампиры становятся доминирующей расой, занимая высокие должности. Но они не враги людям, ведь то, что находится за стенами городов-"полисов" представляют куда большую опасность.


  
  
   Я
  
   Я - Рэй. Я много курю, никогда не отказываюсь от хорошей выпивки и иногда балуюсь наркотиками. Мне 209. Многим девчонкам это нравится. Каким вы меня представили? Дайте угадаю: старым, дряхлым, с горсткой седых волос вокруг плеши, с потрясывающимися руками. Разве что песок не сыплется. Очаровательно.
   Я смотрю в зеркало, провожу пальцами по его гладкой холодной поверхности. Я вижу себя. Раздет по пояс, мышцы в меру подкачаны. Кожа светится бронзовым загаром. Не люблю бледность, хотя раньше аристократический мраморный цвет мне нравился. Но теперь вызывает кучу нехороших воспоминаний, поэтому иногда я могу позволить себе посещать солярий. К тому же, девчонки в восторге. Длинные темно-медные волосы рассыпались по моим плечам. Я давно перестал красить их - одна морока. Я улыбаюсь, в глазах загораются и пляшут веселые чёртики-огоньки. Да, девчонкам определенно нравится. Я верчусь перед зеркалом и так и эдак, дразня свое отражение.
   - Самовлюбленный тип! - в голову мне летит подушка. А это - Ник, мой дружок. Он младше меня на 189 лет, но при этом говорит, что по уму он меня перерос сразу, как только появился на свет. В такие моменты я смотрю на него с укоризной, и он замолкает. Мы никогда не ссоримся. Я спас ему жизнь.
   Он не такой, как я. И я никогда не позволю ему стать таким, хотя он и думает что в этом сплошные плюсы. Да их много, но один большой минус всё перевешивает: каждый из нас (таких, как я) - убийца. Убивать, чтобы жить. Паразитировать на чужих жизнях, чтобы поддерживать свою. Веками. Таков удел.
   Я ни разу не умирал. Я сразу родился таким, поэтому у меня ровно один День Рожденья. Мне всего 209. По нашим меркам это довольно мало, но я многого успел добиться в своей жизни. Я - глава клана, что очень почетно. Главой может стать самый близкий друг и приспешник предыдущего хозяина, если тот умрет. Или будет убит. Я - основатель нашего клана и первый его Глава. Я не доверяю никому. Как только доверишься - тебя съедят. Довольно жестко сказано, но смысл один: главой клана хочет быть каждый. Пусть наш клан и один из низших в иерархии, но это все равно большая честь для каждого. А особенно для основателя и хозяина.
   - Ты слишком уж собою гордишься, - смеется Никас. Что ж, может быть, но я все-таки самый юный глава клана.
   Девчонкам нравится.
  
   Глава 2. Сельвин
  
   Клан собирается для отчетов раз в неделю, каждый раз назначается новое место. В это раз пунктом был выбран ресторан "Астория", снятый полностью для нашего клана под видом свадебного пиршества.
   На мне фрак. Бабочку надевать не стал - не люблю. Воротник рубашки свободно расстегнут, волосы зачесаны в низкий хвост. Сельвин нарядили невестой. Искрящееся белое платье с пышными юбками, кружева фаты, прикрывающие лицо. Я бы даже, пожалуй, женился на ней, если бы любил. О чем я ей и сказал. Сельвин одарила меня чуть укоризненной, грустной улыбкой.
   - Ты слишком прямолинеен, - сказала она. - Говоришь, не подумавши. Попробуй, как-нибудь, наоборот.
   Я вздохнул. Почему все пытаются поучать меня? Дают советы? Нет у меня манеры самокопанием заниматься, поэтому я узнаю о себе много нового от других. Вот сегодня, к примеру, за одно короткое утро я узнал, что я самовлюбленный, чванливый тип, да к тому же еще и не слежу за языком.
   - Попробую, - пообещал я и улыбнулся одной из своих самых очаровательных улыбок. Сельвин улыбнулась в ответ. Я знал, что ее сердце сейчас не тает, как кусочек сахара на горячей сковороде. На нее мои штучки не действуют, она - особенная. У нее, кстати, в отличие от меня, два дня рожденья. Она младше меня на шестьдесят пять лет и стала такой не по своей воле. Сельвин спас ее друг, хотя вряд ли спасением можно назвать поступок, при котором человека буквально за руку тянут туда, куда он не хочет. И даже после смерти она сопротивлялась... Да, я забыл упомянуть, что у нее есть бойфренд? Это вторая причина, по которой я не могу на ней жениться. Как я благороден.
   Это случилось однажды. Мы сидели на крыше вечером, как всегда. С высотки открывается потрясающий вид на город и на одну из стен его окольцовывающих. Мы смотрели закат. Небо располосовало сиреневыми стрелами. Облака были подсвечены золотым, розовым и лиловым. Солнце медленно таяло, закатываясь и прячась за дальней стеной Полиса. Все шпили и крыши были в золоте. И наши лица тоже. Я снял темные очки и подставил лицо заходящим лучам солнца. Сельвин грустила.
   - Я не вижу, что будет дальше, - внезапно всхлипнула она. Я повернулся. Она сидела, обхватив колени, ее плечи мелко дрожали.
   - Там темно, понимаешь? - она подняла голову, взглянув на меня. Я не понимал. Не понимал того, что она имела в виду, но еще больше - того, что прочел в ее глазах. По щекам Сельвин катились черные от туши капли слез.
   - Молчишь? - она утерла лицо рукавом. - Они тоже молчат.
   И Сельвин выгребла из кармана мешочек, швырнув на пол. Из него посыпались небольшие руны из слоновой кости. Я все понял, и она лишь подтвердила мои догадки.
   - Они больше ничего не говорят. И карты тоже, и всё остальное. Будущего нет, понимаешь?! Там вообще ничего нет - зачем тогда жить?
   Сельвин всегда знала, что ее ждет в будущем. Она жила этим знанием, которое словно успокаивало ее. Но по какой-то причине окошко захлопнулось, и девочка осталась одна в темной страшной комнате. Вряд ли она могла бы смириться с этим, ведь будущее так привычно. Хотя живут же люди слепые, помнящие, как это - видеть мир. Или люди без ног, которые помнят, как это - бежать по мокрой от росы траве босиком.
   - Ради удовольствий, - сказал я, не глядя ей в глаза и уже ожидая того, что она сейчас ответит.
   - Как это низко и эгоистично! - сказала она, словно выплюнула. Я не ответил, мысленно проглотив "А ты святоша?". Ради бога, бросьте в меня камень, если я не прав. Да, в чем-то мы разные, но слеплены все равно из одного теста, как ни крути.
   - Если ты не хочешь жить... как Homo Sapiens, - почему-то меня всегда смущало слово "человек". Я ведь тоже человек, разве нет? Ну, гуманоид - звучит не очень. - ...То всегда можешь выбрать другой путь, - продолжил я, осмелев. - И знай, что всегда есть тот, кто... поможет тебе.
   Я с трудом закончил фразу и отвернулся, надев очки. Я кожей ощущал ее гневный взгляд.
   - Что ты хочешь этим сказать? - закричала она.
   - Джуэн любит тебя. И ты это знаешь.
   - И?
   - И ты его тоже. И зная это, спрашиваешь, зачем жить...
   - А не подумал ли ты, Рэй, о том, что будет потом? Джу - вечно молодой и полный сил. И я - дряхлеющая, увядающая как цветок. Сколько лет мы будем счастливы? По его меркам - недолго...
   - Поэтому я и сказал про другой путь, - перебил я, не в силах больше слушать.
   - Нет, Рэй, ни за что, - упрямо отрезала она. - Я никогда не смогу жить, зная, что я - убийца.
   - А ты посмотри на это под другим углом.
   - Нет, Рэй!
   - Вечная любовь, вечная жизнь, вечная красота - вечная, словно вмерзшая в лед - разве не это мечты любой девчонки?
   - Я - не любая.
   - Безусловно. Ты - особенная, - съязвил я, не удержавшись, но сумев подавить ухмылку.
   - Да, - спокойно и уверенно ответила Сельвин. И шагнула вниз. Молча. Я так же молча глядел ей вслед где-то с полсекунды. А потом ринулся к выходу на чердак и вниз по лестнице. Пешком быстрее, чем на этом гребанном старом лифте. Я бежал, перепрыгивая через ступеньки и пролеты. Выскочил на улицу, нырнул в переулок. Несся, не чуя под собой ног. Главное - успеть, счет шел на минуты. Я кубарем влетел в новостройку, распахнул двери и застыл на пороге, ища глазами по комнате.
   - В чем дело? - в дверном проеме показался Джуэн. На нем был фартук с овечками, в зубах тлела сигарета. Он жарил омлет с сыром и ветчиной.
   - Быстро за мной и никаких вопросов! - просипел я, задыхаясь от быстрого бега. - Вопрос жизни и... - недоговорив я развернулся на пятках и побежал обратно. Легкие разрывались - никогда не считал себя легкоатлетом, даже при прочих моих выдающихся способностях. Я не оборачивался, слышал, что Джуэн не отстает.
   В считанные минуты мы оказались в тупичке между двумя высотками. Среди мусорных баков и пакетов лежала Сельвин. Ее взгляд застыл, устремившись в темнеющее небо. Одна за другой зажигались звезды. По асфальту расползалась темная лужа крови. Джу ахнул и, подбежав к телу Сельвин, упал рядом на колени.
   - Селли, - прошептал он, просунув руку ей под голову и чуть приподняв девушку. Он прижался губами к ее лбу и зажмурился. На его руки налипли волосы Сельвин, темные от крови. Джуэн дрожал.
   - Чего ты медлишь?! - заорал я.
   Он посмотрел на меня испуганными глазами затравленного зверя.
   - Она... она... н-не хотела бы... - промямлил Джу, заикаясь.
   - Господи, Джуэн, еще немного и будет поздно! - я схватился за голову. Виски сдавило. - Кусай, придурок!
   Думаю, мой крик разнесся по всей округе. С соседнего карниза, испуганно чирикая, взлетела стайка птиц. Я отвернулся. В этом не было ничего неприличного, но мне почему-то показалось, что так надо. Джуэн прижался к щеке Сельвин. Дрожащими, кровавыми пальцами убрал прилипшую к шее прядь волос. Поцеловал, прижавшись губами. А потом укусил. Его язык без труда нашел сонную артерию. Кровь хлынула так, будто сердце Сельвин еще гнало ее по венам. Я стоял, повернувшись спиной и слыша тихие всхлипывания Джуэна. Почему-то я был уверен, что услышу "Прости меня" или что-то в этом роде, но нет. Я ошибся. Бывает.
   Джу прокусил себе запястье и поднес руку к ее чуть приоткрытым губам. Равноправие. Он не хотел подчинять ее себе. Таков наш Джуэн. Любящий искренне и всем сердцем, без тени эгоизма. Не знаю, как поступил бы я на его месте. Сделал бы ее равной себе? Или "на всякий случай" отложил эту процедуру на неопределенный срок? Почему бы и нет, всякое может произойти: размолвки в наше время не так уж и редки, а впереди - столетия. Но это Джун. Он готов на все - даже вырвать себе сердце и отдать, украсив кружевами и ленточками, если таковое потребуется.
   - Ну же... ну... - шептал Джуэн. Его душили слезы. Я посмотрел вполоборота.
   - Неужели слишком поздно? - он впился в меня взглядом, полным мольбы. Я промолчал в ответ. Я был разочарован, раздосадован и... что еще? Виноват?! Я бежал со всех ног. Я_хотел_ее_спасти. Сельвин и Джуэн - мои лучшие друзья. Да, я говорил, что никому не доверяю и прочую белиберду. А я и не доверяю - я их люблю.
   Джуэн рыдал, прижавшись к Сельвин и баюкая ее на руках. В горле у нее что-то заклокотало. Она широко открыла рот и со свистом вдохнула, захлебнувшись воздухом. Сельвин пыталась дышать и билась как рыба, выброшенная на берег. Джуэн оцепенел, глядя на нее. Я оттолкнул его в сторону, перевернув девушку на бок. Она выплюнула кровь, заполнявшую легкие, и смогла, наконец, сделать полноценный вдох и выдох. Джуэн молчал, ошарашенный. Я слышал как трещат кости Сельвин, вставая на свое место. Ее ребра двигались. Она закричала от боли, схватившись было за затылок, но я перехватил ее руку, чтобы она не повредила себе голову.
   Я так и не рассказал Джуэну о нашем с Сельвин разговоре на крыше. Да и не зачем. Я все равно не чувствую себя виноватым. Иначе я был бы виноват в любом случае. Виноват, что дал ей умереть или что вернул ее к жизни, которой она не хотела. Но как можно не хотеть жить? Я этого не понимал и хотел, чтобы она тоже осознала и почувствовала, что жизнь прекрасна. А наша жизнь - еще прекраснее той, обычной, которая для Сельвин теперь уже была в прошлом. Как закрытая, прочитанная книга. Она будет стоять на полке, и Сельвин больше никогда ее не откроет. Потому что она не перечитывает книг.
   - Что ты наделал! - прокашлявшись, крикнула она, испепеляя меня взглядом. Я снова нацепил на нос очки. А то еще, не дай бог, сгорю.
   - Милая... - жалобно вякнул Джуэн.
   - Ненавижу вас обоих! - оборвала его Сельвин.
   - Ты еще скажешь мне спасибо, - улыбнулся я, определенно довольный собой. Да, теперь они оба будут страдать, и Сельвин еще долго будет дуться. Но! Я спас ее. Позволил Джуэну вырвать его любимую из лап Смерти и почувствовать себя настоящим рыцарем! Конечно, она простит нас обоих со временем. И все будут счастливы. И будет весна. Всё вокруг будет цвести и благоухать. Будут петь птицы, и бабочки будут порхать от цветка к цветку, собирая нектар...
   Но, конечно, не стоит забывать о том, что на дворе 2179-й, планета пустынна и издыхает от радиации, населенные пункты можно по пальцам пересчитать, а люди озверели и ведут на нас отлов. Охота за головами, мы возвращаемся к истокам. Скоро будет носить шкуры и копать ямы-ловушки для мамонтов. Они боятся. Боятся тех, кто сильнее. Нас. Боятся, ведь их число сокращается, а наше - пропорционально растет.
   И сердце Сельвин навеки останется поделенным на две половинки - благодарную и ненавидящую. Это ее внутреннее противоборство иногда напоминает мне раздвоение личности. Когда ей хорошо, она готова мне руки целовать. Когда плохо - она заводит свою обычную пластинку в духе "Это ты виноват, я об этом не просила". Эмоциональная ста сорока четырехлетняя девчонка, что тут еще скажешь. Я снисходителен, поэтому спокойно терплю подобные истерики и просто прикрываюсь в очередной раз, когда в меня летит посуда.
   Да, чуть не забыл, на Джуэна она зла не держит. Они вместе. Не знаю, это просто из благодарности ("Я тебе обязана жизнью навеки") или из-за того, что в их жилах отныне бежит одна кровь и сердца бьются в такт?
  
   Глава 3. Лиэн
  
   Все уже расселись по местам. В воздухе витал праздничный дух, гомон голосов, звон бокалов и всяческий шорох.
   - Попрошу минуточку внимания! - прокричал кто-то с другого конца стола и постучал ложкой по бокалу. Гомон постепенно стих. - У меня тост!
   - Брось, Стэн, тут все свои, - недовольно скривилась Сельвин.
   Все переводили взгляд с нее на него, потом на меня и ждали, кто что скажет. Повисло неловкое молчание.
   - Ну ладно, - парень сел на место.
   На нем была яркая апельсиновая рубашка, зеленые брюки и синий пиджак. Картину завершал аляповатый галстук в крапинку. Убойное сочетание. Для него это вполне нормально: Стэн не различает цвета. Поэтому радуется, что рубаха превосходно сочетается с остальными элементами его "наряда". А мы рады, что среди нас нет эпилептиков.
  
  
   Ко мне подошел мужчина в строгом костюме и шепнул на ухо. Я кивнул. Сельвин послала мне вопросительный взгляд.
   - Нам голосовое письмо, - сказал я и не смог сдержать улыбки. Стэн мерзко хихикнул.
   Одна из дверей ресторана чуть приоткрылась. Внутрь протиснулся один из охранников, которых мы оставили снаружи. Впереди он толкал худощавого мужичка средних лет. Homo Sapiens отсутствующим взглядом смотрел в пол и шел, натыкаясь на все подряд. Он былпохож на спящего с открытыми глазами. Охранник пинком усадил его на стул.
   - Рэй, - чужим, зычным, абсолютно не сочетавшимся с внешностью заморыша, голосом пробасил мужчина.
   - Слушаю, - я с интересом поглядел на него, подперев подбородок тыльной стороной ладони.
   - Это Глава клана Virilis. Насколько нам стало известно, на Полис готовится нападение Хаин. В данный момент Хаины приближаются к стене с северо-северо-запада...
   - Зачем ты нам об этом говоришь? - я достал мятую пачку сигарет и похлопал себя по карманам в поисках зажигалки.
   Мужчина на стуле молчал, замолкнув на полуслове. Его рот остался открытым.
   - Спасибо, - я кивнул Джуэну, который протянул мне зажигалку. - Ну? - я вновь обратился к мужчине. - Те кланы, которые упомянут в колонке недельных новостей, поднимутся на одну ступень вверх в рейтинге. Или опустятся. Так я чего-то не понимаю или вы и впрямь только что раскрыли нам планы Хаин, за которые начислят очков на несколько недель вперед? С чего вдруг такая щедрость?
  
  
   Мужчина молчал.
   Я докурил сигарету в одну затяжку и притушил окурок об его запястье. Он дернулся и вскрикнул тонким, визгливым голосом. Часто заморгал, будто его разбудили, обвел зал глазами и остановил свой взгляд на мне. Я все еще прижимал окурок. Он резко оттолкнул мою руку и попытался вскочить, но тяжелая ладонь охранника тут же пудовым грузом легла на его плечо, пригвоздив беднягу к спинке стула. Он задергался, повизгивая, словно через него пропустили пару сотен вольт. Я придвинулся ближе, позволив улыбке завладеть губами.
   - Кажется, наш почтовый ящик барахлит, - сказал я, грубо похлопав мужчину по щеке. Стэн глупо захихикал где-то у меня за спиной. Скрипнул чей-то стул.
   Я слышал, как колотится сердце жертвы. Он затравленно смотрел то на меня, то на остальных, нервно покусывая нижнюю губу.
   - Успокойся, - я откинулся на спинку стула, скрестив руки за головой. - Будешь паинькой, тебя никто и пальцем не тронет.
  
  
   Невысокая светловолосая девушка молча встала из-за стола и через пару мгновений оказалась за спиной у мужчины. Он испуганно дернулся, изумленно таращась на нее. Он не мог слышать ее шагов и не заметил, как она подошла.
   - Сейчас она поработает с твоей памятью, и ты проснешься у себя в подъезде с раскалывающейся от похмелья головой, - будничным тоном объяснял я, разглядывая свои ногти. Эту процедуру мы проделывали десятки раз. Зачем я все это ему рассказывал? А, сам не знаю. Возможно, это доставляет мне какое-то своеобразное удовольствие. Изощряюсь, как могу.
   - Ты забудешь все, что здесь увидел, услышал либо сказал. Будто ничего этого не было. А сейчас постарайся отвлечься и ни о чем не думать, - звучало довольно глупо, и я рассмеялся.
   Девушка дотронулась кончиками пальцев до его висков. Мужчина дернулся, но бдительный охранник быстро его успокоил. Ее руки скользнули по его лицу, пальцы быстро прошлись по морщинкам, избороздившим лоб, и остановились около затылка и макушки. Мужчину била крупная дрожь, капли пота падали на брюки. Он тяжело дышал, продолжая скрести ногтями стул и кусать себя за губу. Внезапно он пронзительно крикнул и скорчился.
   - Теряю контроль, - известила девушка, отдернув руки.
   - Оставим его? - спросила Сельвин, кивнув на дергающегося в судорогах мужчину.
   - Зачем он нам? - я безразлично пожал плечами.
   - Фронтотемпоральная деменция. Работа лобных долей мозга теперь нарушена, - констатировала светловолосая нейротроп, отстранившись от невменяемого мужчины на пару шагов. - Теперь его убеждения, предпочтения и вкусы полностью отсутствуют. Не могу предсказать его поведение и речь.
   - Да, в качестве слуги он абсолютно бесполезен, - кивнул я и сделал жест охраннику. Тот взял мужчину под руку и попытался поднять его со стула. Бедняга захныкал, вцепившись в сиденье мертвой хваткой. Он напрягся так, что глаза полезли из орбит. Продолжая дрожать, он прикусил губу до крови. Я спиной почувствовал, как весь зал затаил дыхание, вдохнув свежий металлический запах и буквально почувствовав его на вкус, а потом дружно выдохнул. Намечалась пирушка. Правда, выбор блюд обещал быть скудным. На всех может и не хватить.
  
  
   Я поднялся и направился к задней двери, не собираясь в этом участвовать. Сельвин проводила меня удивленным взглядом, но осталась сидеть с Джуэном. В таком платье ей не следовало стоять на пустыре среди мусорных баков, это выглядело бы глупо и подозрительно.
   Покинув зал, я устроился на лестнице, сев на ступеньки, и с удовольствием вдохнул свежий вечерний воздух. Скрипнула дверь, я обернулся. Сзади стояла смущенная нейротроп. Она привыкла появляться беззвучно, но дверь явно была не прочь пошуметь.
   - Не любишь подобные мероприятия? - ухмыльнулся я.
   Она кивнула. Я подвинулся, освобождая место на узких ступенях. Поколебавшись, девушка села рядом. Она отстраненно смотрела на небо, а на лице явно читалось "Я всего лишь делаю свою работу".
   - Я облажалась, да? - внезапно спросила она, глядя мне в глаза.
   - Да, - ответил я. Не стану же я бесстыдно врать?
  
  
   Нейротропы появились не так давно. Это новая волна особых людей. Она вытворяют с твоим телом такие штучки, что экстрасенсы, телепаты и прочие "дети Индиго" кажутся малышами, показывающими фокусы в песочнице. Нейротропы напрямую воздействуют на разные отделы мозга без какого-либо оперативного вмешательства. Способности этих крошек замечают еще с младых лет. Их нельзя не заметить. И я искренне не завидую их родителям, особенно тем, что сумели остаться в живых.
   Мы забираем их к себе сражу же, как только находим. Из детских домов, с улицы, похищаем из семей. Растим их у себя и учим правильно использовать свои способности. Тот, кто оправдывает себя, навсегда становится частью нашей семьи. Остальные вынуждены уйти. Нейротропы - обычные люди, и как любой обычный человек, они смертны. А еще очень властны. А как иначе? В их власти мозги всего мира, как тут не загордиться? Мы быстро опускаем маленьких эгоистов с небес на землю, на нас их игры не действуют. Почти. За все время моей работы с нейротропами, была лишь одна... Я не помню ее имени - в этом и состоял ее трюк. Другие вообще не помнили о ее существовании, она самоуничтожалась и их головах сразу же, как только покидала поле их зрения. Максимум на что она оказалась способна в отношении меня - это зачистить свое имя в моей памяти. Это все. Но это многого стоит. Ни один нейротроп в принципе не способен докопаться до моего мозга. А она смогла. Ее убили на задании. Теперь Лиэн - одна из ее преемниц. Проходит испытания, как и кучка других подростков. И сегодня явно не ее день, впрочем, как и всегда...
  
  
   Я отвлекся от раздумий, услышав тихий всхлип. Лиэн сидела, уткнувшись лицом в колени, и плакала.
   - Я ни на что не годна, - выдохнула она. - Меня вышвырнут.
   - Ну-ка, прекрати, - скомандовал я, похлопав ее по плечу, и тут же отдернул руку. С чего вдруг эта вежливая учтивость? Сроду никого не подбадривал. Нельзя давать пустых надежд.
   - Кого и когда вышвыривать решаю здесь я, - добавил я более серьезно. Мой взгляд остановился на ее волосах. Белокурые пряди, закручиваясь причудливыми колечками, рассыпались по плечам, скрывая лицо.
   - Но я оказалась хуже других...
   Она не договорила: я протянул руку и коснулся ее волос. Девушка еле заметно вздрогнула. Я смотрел в никуда, продолжая гладить волосы и накручивать завитушки себе на палец. Снова и снова.
   И тут она хихикнула. В голове у меня будто разбили стекло. Этот звон раздался у меня в ушах и задержался еще на долю секунды после того, как до меня дошло.
   - Что ты вытворяешь?! - крикнул я, схватив ее за подбородок и повернув лицом к себе. Она вовсе не была заплаканной. Она претворялась. И... я похолодел от ужаса, вспомнив, что делал минуту назад. Я посмотрел на свою правую руку, которая все еще сжимала завиток ее пряди между пальцами.
  
  
   Девчонка проникла в мои мысли так же тихо и бесшумно, как профессиональный вор-домушник в окно. Она завладела ими и повернула все на свой лад. Конечно, я бы вышвырнул ее не задумываясь - она провалила испытание, не сумев зачистить память обычному перепуганному человеку. Для других стажеров-нейротропов из нашей команды это было элементарно. Но она смогла... вскрыть черепушку мне. Я сидел как громом пораженный и неотрывно глядел на нее. Она не отводила взгляд. Мои мысли летали беспорядочно, словно ласточки в небе. Какое-то оцепенение сковало мою голову: я боялся думать. Это было странное ощущение, будто ты разговариваешь вслух в пустой комнате, но знаешь, что у стен есть уши. И все твои самые сокровенные мысли вот-вот перестанут быть секретами. Я не мог пересилить страх. Она опасна для меня, для всех нас. Но и полезна одновременно: с таким раскладом можно выведать любые планы конкурирующих кланов. С ее помощью мы можем выбиться наверх в считанные месяцы. Да что там месяцы - недели! Но можно ли ей доверять?..
   - Мне можно доверять, - сказала она, и в тишине ее голос прозвучал слишком громко и отчетливо. Я побледнел.
   - Не бойся, - шепотом сказала Лиэн, придвинувшись ближе. - Я не копалась сейчас в твоих мыслях. Просто у тебя все на лице написано. И вопрос доверия тоже.
   Я облегченно вздохнул. Черт меня побери, я что, только что поверил самым наигранным и наивно звучащим в мире словам "Мне можно доверять"? Да, так и есть. Я схватился за голову, не понимая что происходит. Я плохо знал Лиэн. Хуже, чем остальных нейтротропов, попавших к нам еще детьми. В отличие от них, она пришла сама около месяца назад. Она знала, кто мы и на что она идет. Но не передумала. Осталась. Правда она была самой слабой в группе, и я уже частенько подумывал о том, чтобы попросить ее уйти. Но не мог. И теперь понял, почему.
   - С людьми тебе сложнее, - это был не вопрос. Я констатировал. Лиэн кивнула. Я потряс головой:
   - Но как? Почему...
   - Помнишь Анну-Марию? - спросила она. - Ты должен ее помнить. Она не смогла исчезнуть совсем... из твоей памяти...
  
  
   Анна-Мария! Словно гром грянул в моей голове. Я вспомнил ее имя и вместе с этим ее саму до мелочей. Да. Это она, та самая, что проделала ловкий трюк со мной, смогла подчинить себе мою память и легким усилием мысли стереть свое имя, словно след от губной помады со щеки. Анна-Мария... я повторял ее имя снова и снова на разные лады. Теперь уж я точно его не отпущу. Хоть тебя больше и нет, Анна-Мария, но я не дам себе забыть тебя. Никогда. Ты была одной из искуснейших нейтропов. Но этот профессионализм - не главное. Ты заставила мое сердце...
   - Она была моей сестрой.
   Еще один раскат грома в моей голове.
   - Что?! - я вскочил на ноги, напугав Лиэн.
   - Анна-Мария была моей родной сестрой, - чуть тише повторила девушка.
   - Но вы такие разные...
  
  
   Анна-Мария обладала яркой, жгучей внешностью. Волосы чернее вороного крыла, смуглая безупречная кожа и пронзительный взгляд темных в глаз. В них запросто можно было утонуть. Они словно водоворот затягивали с головой. Анна-Мария была колоритной девушкой. Любила насыщенные цвета в одежде и сочную красную помаду. Она делала работу быстро и четко, без малейших осечек. Одним легким взмахом руки она могла заставить всех вокруг бросить оружие, снять штаны и танцевать кан-кан. Но от ошибок никто не застрахован, и за все время своей службы она допустила одну, ту самую, что стоила ей жизни. Я с болью вспомнил ее лицо. Ее красивые руки. Да, я бессердечный, самовлюбленный тип, бабник и эгоист. Но она заставила мое сердце танцевать кан-кан, не тронув при этом мой мозг. И ее сердце ответило тем же.
   Лиэн была кардинально другой. Тихая, замкнутая. Светловолосая, с бледной фарфоровой кожей и большими голубыми глазами, полными наивности и беззащитности. Но, похоже, она лишь старалась казаться такой...
  
   - Да, мы совсем не похожи, - вздохнула Лиэн. - Будто и не родные вовсе. Но это все от родителей. Что тут объяснять, сам знаешь, как бывает. Она... словно чувствовала, что скоро... уйдет, - Лиэн сказала "уйдет", но по выражению ее лица было понятно, что она имеет в виду смерть. Она просто не смогла пересилить себя и сказать это. Видимо, до сих пор не верила в то, что сестры больше нет.
   - Незадолго до того, как это случилось, - продолжила девушка, - Анна-Мария рассказала мне о том, чем занимается. И о вас, о вашем клане. Ведь ее не было много лет, а потом она внезапно появилась. Родители тогда еще были живы. Тогда она сказала нам, что ее похитили. Да мы и сами так думали. Полиция закрыла дело по прошествии десяти лет. Нам сказали, что все сходится к версии об убийстве вампирами. Мы ведь тоже были одними из тех многочисленных людей, которым СМИ на протяжении всего времени "промывало мозги", - при этих словах на ее лице появилась многозначительная улыбка. Она знала о настоящей промывке мозгов как никто другой.
   - Вампиров обычным людям описывают как бешеных, кровожадных типов, убивающих всех подряд направо и налево. Литрами сосущих кровь и поедающих внутренности... - Лиэн поморщилась и передернула плечами. - Когда Анна-Мария вернулась, она не переубеждала нас ни в чем. Сказала все то же самое. Чтобы не тревожить лишний раз родителей, наверное. Им ведь и так пришлось несладко за эти годы. Они оба совсем поседели и выглядели намного старше своих лет. Жизнь берет свое. Лишь после их смерти Анна-Мария сказала мне, что работает на организацию, в которой есть вампиры, но о большем она не распространялась. И только тогда... перед тем как... когда она... в общем... - Лиэн старательно подбирала слова, силясь не дать воли эмоциям. Я чувствовал, что слезы подступили к ее горлу и душили ее. Видел, как она перебирает воспоминания о сестре, бережно, как старые фотокарточки, которые вот-вот рассыплются от старости. Лиэн махнула рукой:
   - До того, как Анна-Мария покинула меня, она рассказала мне все как есть. Открыла глаза на правду о вас, и о нас самих. О наших способностях. Хоть она, в отличие от меня, всегда была необычным ребенком, но у меня сложилось впечатление, что она с самого начала могла контролировать себя. Никто ведь даже не догадывался о том, что она нейтротроп. Никогда!
   Мне тогда было уже семнадцать, но она сказала, что еще не поздно раскрыть их себе. Она сказала, что передаст мне свои силы, насколько сможет. "Я просто чувствую, что сегодня мир другой и что я должна поступить именно так", - сказала она мне тогда. А потом коснулась моей головы. Вот здесь, - Лиэн поднесла ладони к вискам и закрыла глаза. - И мы долго просидели так, рядом. Я ничего не чувствовала, никаких потоков, идущих от нее ко мне. Ничего. Но Анна-Мария сказала, что силы появятся. Она была уверена в этом. Я не верила. Не в нее, а в себя. А потом она ушла на задание. И не вернулась. Не буду рассказывать о том, что было, когда я узнала о ее смерти - это и так очевидно. В конечном итоге я нашла вас, надеясь, что Анна-Мария права, и для меня еще слишком поздно. Я чувствую, что должна продолжить ее дело. И вот я здесь...
  
   - Какое дело? - спросил я. Голос прозвучало глухо, как из подвала. - Анна-Мария закончила свое дело.
   - Нет! - Лиэн яростно замотала головой. - Что-то не так! Что-то осталось незаконченным, и я чувствую это как никто другой. Какое это было задание, Рэй? Что убило ее?
   - Глупость, - сухо сказал я, и мне самому стало больно от этого слова. - Ей не хватило концентрации. Она потеряла контроль, как ты сегодня. Но в отличие от тебя, там был не один человек. Далеко не один. И не только люди... Я весь этот год ломал голову, что послужило причиной. А теперь я думаю... это из-за того, что она передала тебе часть своих сил. Ей просто не хватило...
   - Я тоже так думала до определенного момента, - перебила Лиэн, - но теперь уверена, что это не так. Анна-Мария намного сильнее, чем могла казаться...
   - Кому как не мне знать о ее силах! - огрызнулся я. Заныли старые раны на сердце. Я сделал глубокий вдох и взял себя в руки.
   - Анна-Мария... передала мне лишь часть своих сил, - продолжила Лиэн, насупившись. - Поэтому у меня и не выходит с людьми. Этому я должна научиться сама.
   - Сестра передала тебе ментальный контроль над вампирами, - сказал я. Всё сложилось само собой, как кусочки мозаики. - А там, как я уже сказал, были не только люди. Это и погубило ее. Боже... - я тяжело выдохнул, будто меня пнули по легким.
   - Почему ты сразу не рассказала обо всем, когда явилась к нам? - спросил я, не глядя на девушку. - Чего ты ждала? Пока тебя выгонят?
   - Ждала подходящего момента проверить то, на что я способна. То, что оставила мне сестра, - сказала она, и я укорил себя за недогадливость. Это же очевидно. Вампиры - опасные существа, и рисковать, проверяя свои способности на вампире, которого ты встретил в подворотне поздно ночью, и который готов перегрызть тебе глотку, было бы, по крайней мере, глупо. Про опасность и опрометчивость вообще молчу. А проверить это на мне, не подозревающем ничего, - вполне оправданный шаг.
   - А если бы я не заметил подвоха, - ухмыльнулся я, скосив на Лиэн глаза, - и сказал бы, что твой испытательный срок окончен и ты повалилась. Ты бы...
   - Я бы ушла, - без малейших раздумий ответила Лиэн. - И никогда не узнала бы, что Анна-Мария была права. Ее предчувствие не подвело. Способности есть. И даже если ты выгонишь меня теперь, я...
   - Я тебя не выгоню, - твердо сказал я.
   Думаю, вопрос о доверии отпал сам собой. Или это опять ее нейротропные штучки?..
  
   Глава 4. Хаины
   В зале стояла тишина. Мужчина все так же сидел на стуле, но теперь он выглядел словно смятый фантик. Они высосали его до капли. Десятки глаз устремились на нас, когда мы вошли. Пир окончен. Я сделал жест охраннику, чтобы он вынес тело и сказал:
   - Пора.
   Сельвин сорвала с себя платье. Под ним была облегающая кофточка и кожаные штаны. Остальные тоже скинули неудобные пиджаки и блузки. Мы ехали на Хаин.
   Хаины - это мутировавшие в условиях радиации гиены. Ученые пытались проводить над ними эксперименты и исследовать их, но они оказались на удивление живучими и вышли из-под контроля. Когда Полис сузился до предела, всех представляющих потенциальную опасность животных вышвырнули наружу. За стены.
   В Полисе существуют свои законы, и он, по сути, тоталитарен. Самым страшным наказанием для провинившегося человека является остракизм - изгнание за стены Полиса, на съедение Хаинам и радиации. Почувствуй себя древним греком, не иначе.
   Вернемся к нашим баранам. Вернее, гиенам.
   - Они уже у стены! - доложил запыхавшийся Джуэн, спустившись с чердака.
   - Я вижу, - сказал я, кивнув на стену. Из стены выпал кирпич. Эти твари хоть и разумны, но не особо умны. Они каждый раз ковыряют стену в одном и том же месте. Или делают подкоп. Вернее делали, до того как там все хорошенько зацементировали. А еще в паре метров от этого места есть свинцовые ворота, которые мы в данный момент пытаемся открыть.
   - Поднажми еще немного! - крикнул Стэн. Здоровяк, наш охранник, потянул за стальную балку с такой силой, что вены вздулись на шее. Глядя на его мускулы, я подумал, что футболка вот-вот треснет по швам. Ворота поддались и открылись ровно на столько, что туда можно было просунуть руку или выглянуть.
   - Эй... собаки! - Стэн прижался к дверному проему, пытаясь разглядеть Хаин. Они стояли, как вкопанные, и пялились на Стэна.
   - Какого черта вы опять пришли? - крикнул Стэн.
   Хаины переглянулись и зашептались, постоянно издавая мерзкие звуки, отдаленно напоминавшие хихиканье. Один из них вышел вперед. Его уши были проткнуты кусками ржавой проволоки, на которых болтались засаленные куцые птичьи перья. У остальных тварей такого отличительного знака не было. Шерсть гиены была грязная и свалявшаяся, выдранная кое-где целыми клочьями. Хаин встал на задние лапы и, сделав пару неуклюжих шагов, открыл пасть в попытке заговорить. Стоить отметить, что речевой аппарат гиены оказался абсолютно непригодным для человеческой речи. Тем не менее, Хаин сделал серьезный вид (насколько это было возможно с его придурковатой ухмылкой) и многозначительно изрек, четко разделяя слова преисполненными бессмыслицы паузами:
   - Й-йи... Й-я - мудрейшена племени... Й-йи-и...
   Гиены захихикали, подергиваясь. Видимо, нервное.
   - Что вам нужно? - спросил я как можно более грозно.
   - Й-и... Мйи прйишли за тобой... чйеловек... За... й-йи... вамйи, людйи! - прогавкал "мудрейшена", тряхнув головой. Его красные, налитые кровью глазенки горели ненавистью. Остальные гиены нетерпеливо переминались с лапы на лапу, почесываясь. Похоже, блохам радиация нипочем. Либо блохи тоже эволюционируют и скоро начнут ломиться в стены.
   - Кажется, вы в изгнании, если не ошибаюсь, уже не один год. И не два, - уточнил я. Хаины в замешательстве обменялись быстрыми взглядами. Я с полной уверенностью прочел бы на их мордах "К чему он клонит?!", если б они могли выражать что-либо еще, кроме запредельной умственной отсталости. Я продолжил:
   - Вы неплохо основались, ваша численность растет. И радиация вам не страшна. Добычи тоже хватает, - я загибал пальцы. Гиены становились все злее и злее. - Иначе вы бы уже давно вымерли, слопав друг друга... Повторю свой вопрос...
   - Мйи нйе глухйие! - рявкнул другой из Хаин, резко встав на задние лапы и оттого пошатнувшись. Он был намного больше мудрейшены, крепкий и мускулистый. Очевидно, один из сильнейших добытчиков в племени. От такого никакая жертва не сбежит - он настигнет ее в два прыжка и придушит мощными челюстями. А потом ее оставят гнить и разлагаться на солнце. Гиены есть гиены - любят падаль.
   - Добйичйи нам хватайет, - прорычал он, наклонив голову и угрожающе глядя исподлобья. - Однако. Йесть одна вйещь. Вкушь котор-р-рой нам нйевйедом, - говорил он резко и отрывисто, клацая зубами и откусывая то по слову, то по предложению. - Йето тйи. Чйеловйек!
   - Брось. Мы невкусные, - я сморщился, ухмыльнувшись. Хаины предостерегающе зарычали, посчитав усмешку за угрозу и оскорбление в их адрес. М-да, с чувством юмора у них туго, вернее оно отсутствует напрочь, даже самое примитивное.
   - Й-йи... й-йи-и... - опять начал мудрейшена. Я терпеливо выждал, скрестив руки на груди. - Тйи нйе так глуп, как кажйешьшья, чйеловйек!... (Это я-то кажусь им глупым?!) Нам нужна... мйесть!
   И тут они завыли, задрав морды к небу. Громко, протяжно и зловеще (не хватало только полной луны). Сначала одни, потом их вой подхватили другие, звук нарастал, голосов становилось все больше и больше. Единицы, десятки, а затем и сотни голосов слились в один оглушающий высокий звук. В крик, полный ненависти и мести. Жажды крови и расплаты. Постепенно вой начал затихать, сменяясь низким и хриплым яростным рычаньем, нетерпеливым поскуливанием.
   - Они все здесь, - прошептал я, навалившись на створку ворот.
   - Что? - переспросил Стив, подойдя поближе и прислушиваясь к ужасающим звукам снаружи.
   - Они пришли. Все до единого. Собирались потихоньку, пока мы чесали языками. А теперь - полюбуйся...
   Ворота медленно открылись, захлебнувшись ржавым скрипом. Нашим взорам открылась пустыня с покрытой трещинами землей, радиоактивным песком и засохшими мертвыми растениями. Но это всё поодаль, а прямо перед воротами и вдоль стен - сотни Хаин. Сотни пестрых мохнатых морд. Черные, бурые, песочные и в крапинку, с сотнями глаз. И все их взгляды устремлены на нас в предвкушении кары, светящиеся желанием порвать нас на кусочки и проглотить, не дожидаясь, пока мы хорошенько стухнем.
   Меня передернуло от мелькнувшей перед глазами картины, я проглотил подступивший к горлу ком и сказал, как ни в чем не бывало:
   - Была когда-то, полторы сотни лет назад, замечательная страна - Мексика. Ее жители, мексиканцы, были людьми безумно эмоциональными, вспыльчивыми и горячими. Разборки и перестрелки для них - обычное дело. А еще они говорили...
   Я обвел взглядом гиен, недоуменно глядевших на меня, чувствуя каждым своим нервом, как их ярость нарастает и становится почти осязаемой.
   - ...говорили, что месть - это блюдо, которое подается холодным. А знаете, почему? - я усмехнулся, и улыбка змеей скользнула по моему лицу. - А впрочем... что я тут перед вами распинаюсь, да? Вы ведь всего лишь... безмозглые шавки.
   Повисло молчание. Будто все звуки в мире разом оборвались и исчезли. Стэн стоял, открыв рот. Остальные тоже молчали, боясь пошевелиться. Гиены не двигались с места. Ну, кто первый? Я медленно, без резких движений, убрал со лба выбившуюся прядь волос. Понеслось...
   Мощный Хаин, оттеснив мудрейшену, кинулся в мою сторону, резко перейдя с пружинящего шага на бег. В несколько мгновений он оказался около меня, одним мощным рывком поднялся на задние лапы и замахнулся для удара. Я отпрянул, успев заметить огромные острые когти, блеснувшие в сантиметре от моего носа. И лапу... пролетевшую отдельно от туловища. Хаин взвыл от боли, поперхнувшись. Я обернулся: неподалеку от меня Сельвин раскручивала на шнурах круглые метательные лезвия с зазубринами, напоминавшие сюрикены. Одно из них побагровело от свежей крови. Хаин хищно клацнул зубами в сторону девушки, из пасти пошла розовая пена, глаза готовы были вот-вот выкатиться из орбит. Сельвин крутанулась, запустив лезвие по дуге, и голова шавки шлепнулась рядом с его туловищем, из которого фонтаном хлынула темная кровь, заливая песок.
   Старейшена что-то пролаял, кивнув на нас. Трое молодых, поджарых Хаин метнулись к нашему охраннику. Одна из гиен высоко подпрыгнула и мертвой хваткой вцепилась в его спину. Остальные повисли на руках. Охранник вскрикнул, и это скорее походило на рычание. Схватившись за голову Хаина, он одним могучим движением оторвал его от спины, на которой остались кровавые борозды когтей, и разметал остальных. Хаины ударились об стену и, скуля, разбежались.
   Они подходили всё ближе, круг сужался. Мы стояли рядом, спиной к спине, готовые к атаке с любой стороны или со всех сторон сразу. Еще один сильный, мускулистый воин отделился от толпы Хаин и сделал пару шагов, встав на задние лапы. Выглядел он довольно угрожающе. На груди был вырван клок шерсти, и кожа была отмечена зарубцевавшимся следом лапы. Своеобразное клеймо, орден, знак почета - называйте, как хотите. Остальные гиены нервно захихикали, показывая желтые зубы и глядя на нас безумными глазами. Они неспешно подползали, будто растягивая удовольствие, думая, что мы запуганы. Клейменный Хаин подошел ко мне вплотную. Он был гораздо выше меня, и мне пришлось задрать голову, глядя снизу вверх ему в глаза и щурясь от солнца. Хаин медленно нагнулся к самой моей шее и раззявил пасть, готовясь перекусить горло. Это означало, что они решили нашу судьбу за нас. Одно движение в попытке защититься - и все кинутся, словно пираньи на упавшего в воду растяпу.
   По моей спине не пробежало ни мурашки. Я резко схватил Хаина за обе челюсти. Он икнул от неожиданности, округлив глаза. Я рванул изо всех сил, разломив его черепушку пополам. В лицо брызнула кровь, и я с удивлением почувствовал рвотные позывы. Хаины - отвратительны. Они жрут падаль. И их кровь так же отвратительна, как кровь ракового больного. Она гнилая.
   Ярость разгоралась внутри меня, словно адское пламя. Я вытер кровь рукавом, еще больше размазав ее по лицу, и обвел взглядом гиен. Тишина. Ни одного нервного смешка.
   - Й-йи... тйи... нйе чйеловйек! - прошипел мудрейшена. - Тйи... вампир! - он буквально выплюнул это слово с ужасом и ненавистью. Остальные гиены заскулили и заворчали.
   - Не только я. Все мы, - я обвел рукой остальных. Сельвин, Джуэн, Стэн, охранник и прочие встали по обе стороны от меня. Я пнул ногой располовиненный череп Хаина-воина. - Так будет с каждым! - выкрикнул я. Охранник поднял руки, показав предплечья - раны от укусов затягивались свежей розоватой плотью: укусы нам не страшны, думаю, очевиднее доказательства и быть не может. Тут и до самого безмозглого Хаина дойдет. Охранник ухмыльнулся, оскалившись.
   - Вйи нам нйе нушны! - покачал головой мудрейшена. - Й-йи... Мйи будем шдать расплаты от людей. Уходйим! - рявкнул он. Хаины послушно встали и двинулись прочь, поджав хвосты. Мудрейшена обернулся и прошипел: - Мйи йещйе... й-йи... вйернйемся. И вйи нйе будйетйе нам помйехой!..
   - Проваливай. К чертям собачим, - прошипел я в ответ. Хаин зарычал и отвернулся. Они отступали.
   Мы вернулись в стены Полиса, закрыв за собой ворота. Сельвин привалилась к стене, облегченно выдохнув. Я улыбнулся ей, и она вымученно улыбнулась в ответ. Всё было кончено. Я чувствовал триумф, поднимавшийся внутри меня и готовый вырваться наружу с криком. Мы выстояли. Это была наша победа. Остальные тоже были довольны. Кто-то обменивался рукопожатиями. Несколько ступеней вверх по лестнице нашему клану отныне обеспечены, так я думал.
   Но не тут-то было.
   Послышался звук моторов. Он приближался и нарастал. Подъехало несколько джипов.
   - Virilis, - сказал я.
   Неужели кто-то и впрямь мог поверить в то, что они так просто это оставят, сообщив нам информацию?
   Мы избавились от Хаин. А кто избавится от нас?..
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

1

  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Верт "Пекло"(Постапокалипсис) О.Гринберга "Проклятый Отбор"(Любовное фэнтези) Е.Кариди "Вся правда о Красной шапочке и Сером волке"(Любовное фэнтези) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк) В.Чернованова "Невеста Стального принца"(Любовное фэнтези) В.Кривонос "Пятое измерение-3"(Научная фантастика) М.Адьяр "Страсть Волка"(Боевое фэнтези) С.Панченко "Ветер. За горизонт"(Постапокалипсис) А.Григорьев "Биомусор"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Котёнок и его человек"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"