Дарья Дарья: другие произведения.

Возненавидь Мэтти!

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    У Шелли, парня 16ти лет, была идеальная американская мечта. Но при переходе в другую школу всё летит неизвестно куда, в частности из-за странного одноклассника по имени Мэтью,которому, кажется, нравятся мальчики. Вместе со своей лучшей подругой Эмили, Шелли будет пытаться понять, как ему жить дальше и что делать. Вся история опутана воздушным юмором и читается легко.

  Часть 1.
  
  Меня зовут Шелли. Почему-то не Джарольд, Дэвид, или хотя бы Сэм. Честно говоря, мне ужасно не нравится это имя. Ведь оно скорей женское. Просто ужасно женское. И мне оно не подходит. Нет, я правду говорю! Вот обычно когда смотришь на знакомого человека, кажется, у него только и может быть то имя, которое ему дали. Многие так же считают и в моём случае, но я повторяюсь: женское оно! Скорее подходит для маленькой девочки с белыми пушистыми косичками и корзинкой, на худой конец, сумочкой, даже можно без неё. А у меня черные короткие прямые волосы и рост нормальный. Так, о чем это я... А, собственно, что эта дамочка на меня так смотрит? Выбросила бы лучше свою сигарету и скушала яблоко. Курить вредно. Вот я прохожу мимо её лавочки. Прощай, неизвестная девушка. Хотя, если честно, мне совершенно непонятно, сколько ей лет. Она такая тощая, а лицо такое высохшее, но, с другой стороны, она невысокая, и её волосы как-то новомодно пострижены.
  Я чувствую, она всё ещё сверлит мою спину взглядом. Ненавижу это. Можно обернуться и показать ей язык, но я этого не сделаю, просто потому что я приличный гражданин своей страны! Вырасту и буду работать в национальном банке. А по выходным ездить к своим родителям на ужин. Я уже давно это всё решил. Возможно, у меня даже будет жена, обязательно красивая и стильная, а ещё бульдог по кличке Стив, и черная "тойота", и домик на озере. Ну, дальше, похоже, я не задумывал. Нельзя сказать, что мой план не осуществлялся, но всё-таки двигался я пока неспешно. Хорошо учился, и меня два раза уже выбирали старостой, ходил на дополнительные курсы по экономике. Но вот с девушкой были некоторые проблемы, а именно: я всегда наивно полагал, стоит лишь заплатить им за обед несколько раз или наговорить красивых комплиментов... Однако, как вы можете видеть, девушки у меня по-прежнему не было. Не совсем понимаю, почему. Однажды я даже, вопреки своему убеждению, что первыми всегда признаются девушки, расшаркивался перед подругой детства. Я не совсем понимал, люблю ли я её. Просто в июне этого года мне как стукнуло, что нужно кого-то себе найти. Я с трудом выдавил кучу сентиментальной дури. А она прикрыла рот рукой и расхохоталась. Спустя полчаса мы уже смеялись вместе. Эмили Абсент. Так её зовут. Кстати, замечательное имя. Я понял, что люблю её лишь как подругу, а она приняла всё это как розыгрыш и сказала, что я "начинаю бросаться в крайности, и это плохо". Разумеется, через смех.
  Вообще-то этим летом мы переехали в новый город. Эмили туда переехала лет пять назад, а теперь и мы. И я собирался пойти в новую школу. Мне не было страшно, потому что я уже знал - мы с Эмили будем учиться в одном классе, и она меня не бросит. Всё было прекрасно. Просто прекрасно.
  Похоже, тот человек, который идет мне навстречу с горки, почему-то похож на Джастина Тимберлейка. Я подхожу всё ближе. Нет, он на него совершенно не похож. Вообще старый дед какой-то, и так же оглядывается на меня. Да я совершенно забыл сказать - у меня вся рука в клее! Конечно, я мог её помыть, но я не сделал этого! И напрасно вы думаете, что у меня истерика. Это вообще-то уже моя вторая неделя в новой школе. Не думайте, что надо мной издеваются. Я отлично вписался в коллектив, и меня даже назначили старостой. Я был счастлив.
  Недолго.
  В нашем классе оказался один очень подозрительный тип. Он ни с кем не общается, кроме какого-то знакомого из параллели, вечно что-то калякает в блокноте, при этом улыбаясь самому себе. А ещё ребята из класса говорят, что ему нравятся мальчики. Меня просто воротит от всей этот ненормальности. Не могу.
  Итак, вернемся к моей руке. Она все в клее и не помыта, но этому есть логичное объяснение! Клянусь! Сегодня я возвращался из учительской и как ни в чем не бывало толкнул дверь в класс, как на мои руки вылилось целое ведро клея. Прямо напротив меня за порогом стоял Мэтью - тот самый парень. Его лицо было несколько растерянно, но не теряло своей искренности. И совершенно очевидно, что ведро с клеем предназначалось ему. Он потянул ко мне руку, видно, желая спросить, в порядке ли я... Во мне что-то стрельнуло, и я тут же побежал так быстро как несли меня ноги. Мне не было дела до клея на руке и до того, что мой портфель расстегнулся. Это был конец уроков, и если я прямо сейчас куда-то побегу, это не проблема. Пробежав несколько кварталов, я остановился, переводя дыхание. Возможно, он всего лишь хотел меня поблагодарить за то, что я принял его ношу на себя. Но в голове осталась лишь одна единственная версия по этому поводу - он ко мне приставал! Я сам ужаснулся такой мысли. И вот теперь я иду домой. С моей правой руки победно капает клей. А тот человек, который на самом деле не был похож на Джастина Тимберлейка, с интересом смотрит мне в спину. Звонит мобильный:
  - Эй, Шелли, ты куда так быстро убежал? Мы же вместе хотели пойти домой.
  Это Эмили, мы теперь с ней снова соседи и вместе ходим домой, но похоже на момент сего происшествия её не было в классе.
  - А, извини, Эм. Тут такое дело... - я скривил лицо. - Мэтью...
  - Чего?
  - Я тебе потом всё расскажу, ладно? - мне не хотелось об этом говорить по телефону, тем более в присутствии кучи прохожих, которые уже грозили протереть дырку в моей исстрадавшейся спине.
  - Заходи тогда ко мне сегодня около пяти.
  - Хорошо. А ты разве на танцы не собиралась?
  - Сегодня не будет занятий. До вечера.
  Она повесила трубку. А я всё-таки не смог быть приличным гражданином и развернулся. За моей спиной никого не было.
  Когда я уже подходил к дому, события прошлого часа, настолько часто повторяемые в голове, изменились до неузнаваемости: Мэтью набрасывался на меня чуть ли не с ножом и требовал, чтобы я стал его рабом... Мда... Я тяжело вздохнул, скидывая кроссовки в прихожей.
  Я с трудом дождался пяти часов, чтобы отправиться к Эмили, и она мне что-нибудь посоветовала.
  - ...Вот и всё, - закончил я свой рассказ, который был максимально правдив (то есть я убрал нож и рассказал, как всё было).
  Она глянула на стол, потом повернула голову в сторону книжного шкафа, а потом посмотрела на меня и расхохоталась. Это был беззлобный смех, накопленный за всё моё повествование, но при этом крепко сдерживаемый внутри до самого конца. Но тем не менее я всё равно вежливо и немного обиженно спросил:
  - А что такого?
  - Шелли, я не могу. Это такая комедия! - она придерживала руками живот, сгибаясь пополам от смеха.
  Я выждал несколько минут, пока она успокоится, и вопросительно поднял бровь:
  - Что же мне делать?
  - Конечно, же подать заявление в полицию о домогательстве в виде взгляда Мэтью, - она приподняла руки, растопыривая пальцы, а потом снова рассмеялась.
  - Я серьезно...
  - Точно! Он же потянул к тебе руку! - с притворным ужасом и тем же заливистым смехом продолжала она.
  - Это не смешно.
  - Ты шутишь? Давно я ничего подобного не слышала. И вообще так жалко, что мы с Рэйчел в этот момент уже выходили из школы. Я бы хотела это увидеть. Ты благородно улепетываешь, а Мэтью смотрит тебе вслед. Не могу! - она ухватилась за краешек стола, потихоньку сползая на ковер.
  Я выждал ещё одну логическую паузу. И, как выяснилось, не зря.
  - А ты ничего не делай, - со знанием дела проговорила она, поправляя заколку и складывая руки на груди. - Как будто ничего и не было. С Мэтью - не разговаривай, если кто-то из одноклассников извинится - просто кивни.
  У меня как будто камень с души упал. Какой бы иногда простой не была Эмили, она всегда помогала мне. "Да, мы точно друзья", - пронеслось в голове, и всплыл образ моего нелепого признания. Я улыбнулся. Точно, и черт с ним. С этим Мэтью. Так я думал.
  Даже не стоит говорить о том, что я бесконечно открывал глаза, будто в надежде увидеть что-то новое - но это по-прежнему был потолок моей комнаты. Мне снилась какая-то ужасная дребедень, главным героем который выступал, несомненно, Мэтью со своими молочно-пушистыми волосами. И когда я раз в шестнадцатый увидел, как Мэтью гоняется со мной с бензопилой, а потом пьёт виски в баре для ангелов (да, да у него был нимб!), я просто закричал. Бесшумно. Схватил подушку и стукнулся об неё головой. Потом скинул одеяло и уселся за компьютер. Он почему-то особенно долго грузился. Я поставил себе какой-то фильм. Мне было всё равно какой, лишь бы не про Мэтью. И так и просидел до самого утра не сомкнув глаз. На утренней вопрос моей мамы "Шелли, ты плохо спал?" я ничего не ответил. Около калитки меня ждала Эмили - мы часто вместе ходили в школу.
  - Что с тобой? Кошмары о Мэтти?
  - Заткнись. - Оборвал я её. Сейчас мне были абсолютно до лампочки правила примерного гражданина.
  - Как грубо.
  Мы шли в молчании... ну почти, я с периодичностью тридцать секунд неприлично громко зевал. Почти у самой школы к нам присоединилась Рэйчел - подруга Эм. И вот я возвращаюсь в это ужасное здание, где обитают не менее ужасные люди, то есть Мэтью.
  Когда мы зашли в класс, меня у самого входа остановил одноклассник. Том Баргос. В принципе, неплохой человек, иногда хулиганит, но этого ничего.
  - Шелли, - он положил мне руку на плечо. - Мне жаль, что так вышло. Этот клей предназначался Мэтью, - парень кивнул на вторую парту, где сидел тот самый объект насмешек.
  - Да ничего! - беззаботно отозвался я, показывая ему чистые руки и наигранно улыбаясь.
  Отлично. Никаких проблем. Я медленно побрел к своей парте, которая была последней. Как когда я дошел почти до половины, кто-то окликнул меня детским забавным голосом:
  - Эй, Шелли!
  Я не хотел знать, кто это, но, к сожалению, уже знал. Это был Мэтью. В классе стало неожиданно тихо. Похоже, все оторвались от своих привычных дел и следили за тем, что будет. И, к своему ужасу, я тоже не знал, но потом вспомнил, что вчера говорила Эм, и сделал ещё шаг в сторону своей парты. И всё возобновилось. Люди по-прежнему говорят, кто-то показывает новую причёску, кто-то списывает домашку. Я не смог сдержать любопытства и, сев за свою парту, скользнул глазами по Мэтью. Вот ублюдок (сказал про себя приличный гражданин). Светловолосый мальчик смотрел на меня в упор, улыбался и махал рукой. Разумеется, я сделал вид, что этого не заметил, и принялся повторять и без того заученную до дыр географию.
  На одном из перерывов я просто положил руки на парту и попытался задремать. Но моим щелочкам глаз предстала странная картина. В класс зашел ещё один мальчик, которого я не знал, и позвал Мэтью:
  - Он согласился!
  - Здорово! - сразу соскочил с подоконника мой знакомый. - Это здорово, Бартишо! - И повис у него на шее.
  Это вряд ли можно назвать объятиями, но меня передернуло. На соседних партах кто-то из девочек восхищенно вздохнул.
  - Да ладно! - заулыбался тот самый Бартишо.
  - Я люблю тебя, Бартишо, - беззаботно ответил Мэтью, потрепав его по волосам.
  Мне показалось, кто-то умер. Определенно. Возможно, это было мое желание жить нормально, возможно, девочка с задней парты. Кто-то громко присвистнул.
  - Я зайду за тобой.
  На этом они распрощались, но мой рот по-прежнему не закрывался. Это недопустимо просто. Если так кого-то любить, то нужно это хотя бы скрывать.
  Пожалуй, мне стало плохо. Пойду, попью водички из под крана. Я резко встал и прошествовал к двери, и на своей спине я чувствовал взгляд этого странного существа.
  Мне стыдно, но в работе старосты мне нравились не какие-то привилегии, а именно то, что я отвечаю за всех в классе. И если кто-то откажется дежурить, я не стану его заставлять, а сам спокойно отдеру парты и вымою доску, лишь бы мы не подвели нашего классного руководителя. Я во всём люблю образцовость и завершенность. Идеальность. Но скажите, черт возьми, как сделать класс хорошим, если в нем учится человек по имени Мэтью?! И скажите, какого черта он не отказался от дежурства в пятницу вечером? Даже несмотря на то, что договорился со своим другом? И вот сейчас я возвращаюсь из учительской с ключом и знаю, что он ждет меня около дверей в кабинет. Я не хочу туда идти. Может, всё бросить и сбежать, а? Отличный вариант, между прочим. Но я этого не сделаю. Ответственный потому что...
  - Шелли!
  Что ему ответить? Я совсем не хочу с ним говорить.
  - Да. - Я начинаю специально громко возиться с замком.
  - А можно...
  - Ты хочешь уйти с дежурства? - в надежде спросил я и тут же добавил: - конечно, не переживай, я сам всё помою.
  - Нет, вообще-то я хотел сказать - можно я помою доску?
  Я сердито повернул к нему голову: каков нахал, вали с дежурства - видеть тебя не хочу! Но похоже, он мой взгляд не понял.
  - Так что? - переспросил он, наклоняя голову так, что его светлые волосы свесились до плеча.
  - А делай что хочешь! - неохотно откликнулся я, наконец открыв дверь.
  - Спасибо! - его лицо просияло. И как он может пить виски? Точно, это же был сон. Я покачал головой, поражаясь собственной тупости.
  Сначала всё было неплохо. Он спокойно мыл доску, изредка на меня поглядывая. Я делал вид, что не замечаю этих взглядов, и мыл парты.
  - Я всё хотел тебя поблагодарить...
  Я вздрогнул от неожиданности и выронил ведро. В пустом классе это прозвучало как приговор.
  - Что же ты такой... - он некоторое время выбирал подходящее слово, а потом слегка улыбаясь краешками губ сказал: - неуклюжий?
  Похоже, это был риторический вопрос, но я всё равно ответил:
  - Я не неуклюжий! - прозвучало по-детски, но это всё, на что был способен мой перенапрягшийся за неделю мозг.
  Он расплылся в улыбке и предложил:
  - Давай вытрем?
  - Да, конечно, - тут же отвернулся я.
  У него неправильное лицо. И я не хочу на него больше смотреть. Мы присели на пол и начали тряпками собирать воду, выжимая обратно в ведро.
  - Почему ты так меня боишься? - неожиданно спросил он, легонько прикоснувшись к моей руке. Его глаза слишком честные и слишком огромные. Я тут же одернул руку:
  - Я... Я не хочу иметь дело с такими людьми, как ты, - испуганно вырвалось у меня, глаза изучали паркет.
  - А! - он вдруг тихо рассмеялся. Смех был таким звенящим, что я не выдержал и снова повернул голову, чтобы понять, каким же из органов он его издаёт. Оказалось, ртом. Он предсказуем. О чем я думаю... Идиот.
  - Ну, я думаю, ничего не сделается, если я тебе расскажу.
  - А? - я приподнял брови.
  - Вообще-то я не люблю Бартишо, разве что как друга.
  - Как это? - ошарашено проронил я.
  - Мы с Бартишо просто друзья. Только никому не говори об этом, - он подмигнул мне.
  Это тупо, тупо, тупо! Я выронил тряпку обратно в лужу. Зачем он мне врёт? Нормальных людей с такой неправильной внешностью не бывает!
  - Эй, ты чего?
  Я не ответил, всё ещё рассматривая его лицо и пытаясь понять, почему он врет, но выглядит честным. Он вдруг начал наклоняться ко мне, а я плюхнулся на пол. И все размышлял на тот счет, то ли закричать, то ли нет.
  - Я же тебе говорю... - он наклонился к самому моему лицу. - Я обычный человек. А ещё...
  Я предпринял попытку к бегству, но ничего не вышло. Всё. Это конец. Я закрыл глаза. Ещё с секунду ничего не происходило. А потом мне вдруг показалось, что не всё ещё потеряно. Я снова открыл глаза и оттолкнул Мэтью что было силы. Он упал в лужу, а я проехал метр назад на своих штанишках.
  - Я просто хотел сказать, что у тебя листик в волосах запутался, - на его лице была всё та же невинная улыбка, ненавижу, как я такое ненавижу...- Ой, да я намочил свои джинсы!
  Он встал, глупо пытаясь завернуть собственную голову за спину.
  - Мокро...
  И вдруг он начал расстёгивать ремень.
  - Что ты делаешь? - Вскричал я, зашлепывая ладонью глаза.
  - А? - он поднял на меня взгляд. - Вообще-то, я надеялся, они высохнут, пока мы будем убираться. А что такое, мы же оба парни?
  Точно. Я убрал руку от лица. Мы же оба парни. Только я нормальный, а он голубой, и врет, что не голубой, а ещё собирается выступать в трусах со шваброй. Черт! Я должен это остановить.
  - Ты, может, переоденешься в физкультурные? - всегда любил физ-ру, и сейчас она меня не подведет.
  - Я не хожу на физкультуру, - просто откликнулся он, всё ещё возясь с ремнем.
  - Прекрати это, черт побери! - не выдержал я, снова закрывая рукой глаза.
  - А что такое? - он выпустил пряжку из рук и, сделав два шага, оказался передо мной. Потом проник своей ладошкой под мою руку и приподнял её так, чтобы мы видели друг друга. - Ты смущаешься, что ли? - Вот она, убийственная честность.
  - Конечно же, нет! - поспешил оправдаться я, не обращая внимания на паузу, которая неприлично долго затянулась.
  - Тогда в чем проблема?
  Нельзя так просто спрашивать, в чем проблема, когда я сам не знаю ответа на этот вопрос. Это попросту нечестно.
  - Ты ж вроде не гей? - задал он ещё один ошеломляющий вопрос. И что вы думаете? Я просто слетел с катушек.
  - Да делай что хочешь, хоть голышом бегай! Я иду домой. Потом ключ отнесешь в учительскую.
  Я закинул рюкзак и ретировался. Второй день подряд сбегаю из школы и по какой причине? Это ужасно. И хуже того, он пытался меня обмануть. Но со мной это не пройдет. Я-то знаю правду. А о том, что сегодня случилось...Завтра суббота, а к понедельнику он уже всё забудет.
  Я бегу домой, потому что я люблю свой дом!
  Как выяснилось позже, не так уж я его и люблю. Меня дома ждала раковина грязной посуды. Я мыл и думал, что я ненавижу всё нестандартное, выбивающиеся за рамки приличия. Это отвратительно. И всё думал и мыл (и то и другое тянулось вечно). А ещё я выяснил, что мой дом не такая уж и крепость. Я читал в гостиной книгу, как вдруг меня позвала мама:
  - Шелли, к тебе пришел одноклассник.
  Я недоуменно посмотрел перед собой. Наверняка это Том или его друг Газли и они просто попросят списать домашку. Я староста и поэтому помогу им. Но я решил уточнить:
  - А как его зовут?
  - Мэтью, фамилию не запомнила.
  Я закусил губу и спрятался за обложкой книги.
  - Скажи ему, что меня нет дома.
  - Вот сам ему это и скажи, - строго сказала мама. - Я не собираюсь бегать из прихожей в дом туда-сюда.
  Я с похоронным видом отбросил книжку и, скрипя зубами, вышел на крыльцо.
  - Привет, Шелли, - помахал мне рукой Мэтью.
  - Привет, - немного нервно отозвался я. - Чего надо?
  - Если честно, мне показалось, что я тебя чем-то обидел.
  Я слушал его вполуха, оглядываясь по сторонам, лишь бы нас рядом не увидели.
  - Я совсем не понимаю, чем.
  Я посмотрел на него. Он рассматривал меня каким-то взглядом, полным надежды, а потом сказал:
  - Прости, пожалуйста.
  Я с секунду пребывал в состоянии шока, а потом оттаял:
  - Да всё нормально, давай иди домой.
  Он опасливо оглянулся на темное небо, а потом робко спросил:
  - Может ты меня проводишь, хотя бы до поворота?
  Я хлопнул по карманам, застыв с открытым ртом - это действие легко объяснялось. Я хотел проорать ему: "Вот тебе все мои карманные деньги - езжай на такси хоть на другой конец города!". Но карманы-то оказались пусты. Именно поэтому крик так и застыл в горле.
  - Ты занят? - выдвинул он свою теорию. - Это ничего. - Снова улыбается. - Я сам как-нибудь дойду. Пока.
  - Если...
  Он уже направлялся к воротом, но обернулся на мои слова.
  - Если на тебя нападут бандиты, и ты умрешь, в этом будет моя вина, - я буравил взглядом ступеньку. Я не хочу с ним идти. Но если ему вдруг захочется подохнуть, я буду виноват. И тогда какой, к чертям, из меня примерный гражданин!
  Я объяснился перед мамой - она была не против. И мы пошли по тротуару. Мои руки были в карманах, а Мэтти, наоборот, размахивал своими, шагая по бортику. В голове крутилась лишь одна мысль: "Я его не знаю. Я его не знаю..."
  - Слушай, Шелли, ты можешь подержать меня за руку? Я всё время перегибаюсь в разные стороны.
  - Взять тебя за руку? - преисполненным ужаса голосом переспросил я.
  - Ну да, - он кивнул, но даже в темноте было видно, какое у него простое, беззлобное лицо.
  - Не хочу, - недовольно отозвался я, скашивая взгляд в сторону.
  - Ну Шелли! - потянул он меня за рукав.
  - Послушай, ты! Я тебе не друг! И я вообще не хочу с тобой общаться! - я выдернул свой рукав обратно.
  - Понятно. - Он снова улыбнулся своей честно-грустной улыбкой. Никакой обиды или злости. - Ну тогда я дальше пойду сам. - Он соскочил с бортика и встал передо мной. - Мне жаль, что мы не друзья, Шелли. - Невесомо обхватил меня за плечи и в тот же момент отпустил. А потом развернулся и пошел своей дорогой. Я посмотрел ему вслед, потом на луну, сел на тротуар и истерически хохотнул.
  Возможно, описанное ранее было лишь плодом моей фантазии. Кошмарной фантазии, которая сама выбирает объект издевательств. Спустя минут двадцать моего бессмысленного сидения на бортике меня посетило идиотское желание догнать Мэтью и тут же отпало. Во-первых, он уже ушел далеко - успокаивал я себя. И с ним всё в порядке. Он вернулся и смотрит по телику дурацкое телешоу или рисует в своём блокноте.
  Но что же тогда я делаю? Сейчас поясню. Я благополучно вернулся домой, предварительно чуть не навернувшись об какую-то рогульку, торчащую из асфальта. И читал дальше свою книгу "Как стать успешным бизнесменом". Но мне совершенно не давала покоя мысль, как добрался Мэтью. И сейчас я пролистываю свой блокнот, в который мне классная велела записать телефоны всех из нашего класса. И вот я нашел нужную мне строчку, но всё ещё не решался звонить. Спросите - почему? Да потому что я вообще не должен был ему звонить. Никогда. И через ещё полчаса борьбы с самим собой я набираю номер. Длинный гудок. Ещё раз гудок. Потом трубку поднимают:
  - Кто это? Уже около двенадцати, крышу тебе снесло, придурок?
  - Простите, - деликатно встрял я. - А Мэтью уже дома?
  Мне надо просто это узнать и даже необязательно с ним говорить.
  - Кто это? - снова раздался в трубке недовольный женский голос.- Здесь такой не живет!
  - П-простите.
  - И не звони сюда больше.
  На этом разговор окончился. Я был несколько в замешательстве. Может, я что-то недопонял? Или телефон был мобильный, или Мэтью продиктовал в школе не свой телефон? Проверяем первый вариант. Недоступен.
  А вдруг с ним и правда что-то случилось? Я не спеша грыз ногти, полеживая на боку на своей синей тахты. Проклятая луна. На тему этой проклятости я сейчас разъясню. В какой-то момент мне показалось, что причина того, что я не могу уснуть, именно в луне, которая светит в мою комнату через окно. Я вскочил и нервно задернул шторы, но это не помогло. Потом спустился на кухню и выпил стакан молока. Оно оказалось кислым. Теперь сижу за столом и гоняю апельсин туда-сюда. Да что же это такое?! Пойду и лягу спать и плевать на всех. Я поднялся и накрылся с головой.
  Короче, я ворочался всю ночь. Заснул под утро. Но меня тут же растолкали заботливые родители с претензией на мои выходные. То есть, пока ещё не стало холодно, обязательно надо на выходные куда-то смотаться. Типа пикнички всякие семейные, бесконечные разговоры в стиле "Шелли, ты уже так вырос! Кем ты хочешь быть, Шелли?". Они же знают, что моё мнение не изменится. А всё равно спрашивают. В смысле знакомые какие-нибудь, на самом деле совершенно незнакомые, кстати, которых обязательно надо тащить с собой на природу. Я этого не люблю. Либо книжка в руки, либо погулять с Эмили и Рэйчел, потратив свои карманные деньги на какие-нибудь безвыигрышные автоматы. Это бывает весело. Либо гулять самому, мечтая о будущем, жене и собаке по имени Стив. Кстати, это имя я собирался дать ей не просто так. Стив - так звали мальчика, который украл у меня бумажник в младшей школе. Не то чтобы, назвав собаку таким именем, я собирался вымещать на ней злость, я ведь люблю животных. Но мне просто было бы приятно знать, что мой единственный враг - собака, и он служит мне. Конечно, недавно у меня появился ещё один враг по имени Мэтью, но я совершенно не собираюсь называть его именем ни кошку, ни собаку. Так я решил. А сейчас я трясусь на заднем сидении машины своего отца. Не то, чтобы она уж очень старая. Вообще-то нет, она ужасно старая. Что-то дребезжит - наверняка покрышка весит на соплях. Не то что бы я разбирался в машинах, но мне всегда казалось, что у меня ещё будет время покопаться в железе, пачкаясь в машинном масле. Я отвернулся к окну. Куда я еду? И главное, по какой кривой дороге! Мы снова подпрыгнули на каком-то бугорке. Это не совсем логическая цепочка. Хоть я и плохо поспал, вследствии чего плохо поел, меня всё равно тошнило. Как будто я проглотил минимум паштет из бегемотика. За раз. И вот, спустя два часа этой тряски, мы наконец приехали. Благодать. Хотелось бы мне так сказать. Какой-то лес неподалеку от чумазой безымянной речушки. Из людей - ещё одна машина, которая тоже подъезжала.
  - Это Вилорды, - объяснила мне мама, подталкивая вперед и нашептывая на ухо. - Дружи с их дочкой.
  Я хмыкнул. Наверняка она напоминает, потому что когда-то давно мы уже отдыхали с ними. Это точно не было первое знакомство. Просто я ничего не помню. Такие люди уходят и приходят, так что запоминать их ни к чему. Я так думаю, и мне, честно говоря, плевать, что думаете вы. Извиняюсь, вы знаете, я не выспался и не в настроении.
  - Шелли, ты так подрос!
  Итак, что я говорил? Пророком я не являюсь, значит, вывод один - они предсказуемы до невероятности.
  Мои выходные прошли хуже некуда. Как я не старался уединиться, меня обратно притаскивали к костру и мешали читать книгу. Я бы дошел даже до 58 страницы, если бы они у меня её не отобрали.
  Дочерью Вилордов, как ни странно, оказалось Рэйчел - школьная подруга Эм, я говорил. Она была в такой же ситуации как я, пыталась подремать. Но черта с два тут подремлешь. Потом нам все-таки удалось оторваться - мы сказали, что пойдем гулять вместе. И пройдя десять шагов, спрятавшись за ближайшими деревьями и занялись наконец своими делами. Я читал стянутую "Как стать успешным бизнесменом", а она уснула, свернув куртку под голову. Ночью нас искусали комары, нормально. Если не считать того что отец Рэйчел вместе с остальным чуть ли не до трех ночи пел старые американские песни. А потом Элвиса Пресли. Если учесть, что голоса у него не было вообще, а гитару он купил полгода назад...
  В общем, потом было воскресенье, и к полудню мы собрались обратно, что меня несказанно обрадовало. Но на полпути мама вспомнила, что забыла непонятно зачем взятый фотоаппарат, и мы вернулись. В общем, я был дома только к восьми часам вечера. Но вместе с окончанием отвратительной поездки вернулись мысли о Мэтью. Что же с ним такое? Но ничего, завтра я приду, и он как ни в чем не бывало будет рисовать свои каракули. Я плохо спал, спускался пить воду из-под крана и считал одного-единственного Мэтью, который так и не уходил из головы. Я был на взводе, и когда мама утром в понедельник вежливо поинтересовалось, что со мной творится, я ответил ей, что сошел с ума. Она понимающе кивнула - говоря по правде, я просто уверен, что она ничего не поняла. И если поняла, то не поверила. Но кивок - всё, на что она была способна.
  По дороге меня нагнала Эмили, рассказывая о своих выходных, которые были явно во многие тысячи раз лучше чем мои:
  - Мы так классно погуляли на этих выходных, жаль, тебя и Рэйчел не было. Кстати, говорят, вы с родителями на природу ездили.
  - О да. Было такое, - глубокомысленно вздохнул я, вспоминая Элвиса, которого возненавидел крепко и на всю жизнь. Придурок он, а не певец. Как можно было написать столько легко запоминающихся песен? Чтобы спустя годы ещё один придурок их запомнил и стал петь!
  - О чем ты думаешь?
  - Об Элвисе, - честно признался я. - Не бери в голову.
  Так мы и дошли до школы. Помните, раньше я упоминал, что до понедельника Мэтью всё забудет? Так вот. Он забыл. Прийти в школу. Он не пришел и на второй урок. Наша классная набрала номер, но, разумеется, мобильник был отключён.
  - Так... - немного взволнованно сказала она. - Староста у нас кто?
  Я гордо поднял на неё глаза.
  - А, точно. Шелли, зайдешь к нему после школы, спросишь, как самочувствие.
  Сначала я не понял, к чему она клонит, но когда она закончила фразу - был готов исчезнуть с лица земли прямо сейчас. Посмотрел на класс в поисках поддержки. Пара человек сочувственно кивнули, Эмили - давилась от смеха, пополам с чиханием, а Рэйчел махала рукой. Я обречен. Мой долг как старосты оказался ужасен. Впервые жалею, что попал на этот пост. Уроки проскочили, как нарочно, быстро. На повороте я попрощался с Эм, и она по-дурацки мне подмигнула, говоря что-то про судьбу. Я послал её к черту и вернулся к маленькой квадратной бумажке с адресом, которая была зажата у меня в руке. Я шел специально медленно, думая о неизбежности. И о полной несчастности моей судьбы, начиная с имени. Когда я наконец дошел до нужного места, всё теми же деревянными шагами, передо мной стоял большой опрятный дом белого цвета с персиковым оттенком. Я колебался ещё какое-то время, а потом всё-таки нажал кнопку звонка слева от двери. Никто не ответил. Так вдруг с Мэтью всё-таки что-то случилось, и его хладный трупик валяется в одной из подворотен? Тогда я буду виноват, меня посадят в тюрьму, и не видать мне счастливой жизни. Только я начал размышлять о всех прелестях дальнейших событий, как дверь неожиданно открылась. Передо мной стоял Мэтью собственной персоной, обнаженный по пояс, с полотенцем на плече.
  - Шелли, - негромко сказал он, смотря куда-то мимо меня.
  Я скосил взгляд на кустики и мертвым голосом проговорил:
  - Ты не пришел в школу, и учительница не могла тебе дозвониться.
  - Ясно.
  Мы постояли ещё немножко.
  - Ну, я пойду, - он начал закрывать дверь.
  Но я учтиво воткнул кроссовок между косяком и соответственно дверью.
  - Почему ты не поднимал телефон?
  - Я его потерял, - Мэтью вытер полотенцем лицо и снова повесил его на плечо.
  - Мог позвонить с домашнего в школу и предупредить, что не придешь.
  - Но я этого не сделал, - он посмотрел на меня в упор. - Ты что-то ещё хочешь узнать?
  - Это всё, - потупился я. Так и не подозревая о благородной цели удушения собственной ноги дверью. Но по-прежнему не убрал её.
  - Тогда уходи.
  - Нет, - я чувствовал, мне надо что-то сказать. Словно прочитав мои мысли, Мэтью резко открыл дверь, и я чуть не упал.
  - Тогда что? - в лоб спросил он.
  - Я...
  Он выжидающе смотрел на меня, опершись о косяк.
  - Я думаю...
  Он подождал ещё несколько минут, слушая моё уникальное мычание, а потом вставил так же без улыбки и на полном серьезе:
  - Ты дурак.
  Потом схватил меня за руку и потащил внутрь. Я начал упираться, но не слишком убедительно.
  - Да что ты как девчонка, в самом деле? Я тебе не целоваться предлагаю!
  - А что? - осторожно спросил я, предпринимая попытку выдрать руку из его хватки.
  - Просто посидим на кухне.
  Я расслабился и почему-то пошел за ним. На первом этаже было некое подобие гостиной. По всей комнате были разбросаны вещи, какие-то бумаги, одежда, два глаженных костюма, куча подушек и картонные коробки.
  - Ты переехал? - глупо поинтересовался я.
  - Нет, - отозвался он, подпирая щеку рукой и пододвигая ко мне чашку, видимо он сам собирался пить чай после душе, или, кто знает, может прямо там, в любом случае чай почему-то уже был готов.- Так что ты хотел сказать?
  - В общем, - да, я чувствовал вину за случай в пятницу. Я набрал побольше воздуха и сказал: - Мне кажется, ты неплохой человек.
  - Кто спорит, - он почесал нос.
  - Я имею в виду, я бы мог с тобой дружить.
  - Но ты не собираешься этого делать.
  Я замялся - вот так некстати такой вопрос.
  - Я так и знал, - с грустинкой отозвался он, прикрывая рукой лицо. - Если ты это хотел сказать, тогда уходи. Мне вообще плохо.
  - Что такое?
  - Я болею, - Мэтью встал и начал копаться в ящичке кухонного комода. - Сейчас что-нибудь выпью.
  Я в ужасе заморгал глазами: это он про лекарства или про виски?! И всё равно вставил фразу:
  - Нельзя пить что попало.
  - Тебе-то какая разница? Тебя вообще здесь быть не должно.
  - Но я пока тут.
  - Так уходи, - он всё ещё держался одной рукой за лоб, а второй пытался выковырять таблетку из упаковки.
  -У тебя голова болит? - глупо спросил я.
  - Да, болит, - в том же ключе ответил Мэтти, а потом вдруг опустился на корточки и заплакал.
  - Ты чего? - испуганно посмотрел я на него, выползая из-за стола и отодвигая всякие чаи на второй план.
  - Болит, - снова повторил он. - Всё, уходи.
  Не бросать же человека в беде. И я точно знаю, что пожалею о доброте к нему.
  - Может, позвать врача?
  Я преодолел в себе отвращение, помог ему подняться и сесть на табуретку.
  - Не надо. Уйди, говорю тебе.
  - Ладно! - не на шутку рассердился я. Проявляешь доброту, а тебе селедкой по морде. Вообще-то даже без селедки.
  И когда я уже двигался к двери, послышался подозрительный шмяк. Я обернулся. Скорей из интереса или любопытства. Мэтью свалился с табуретки. Он лежал на полу и не шевелился.
  Это мой долг. Я бросил портфель и переложил Мэтти на диван, предварительно стряхнув с него всякий хлам (разумеется, с дивана). Он тяжело дышал (в смысле, Мэтью). Я выискал в аптечке жаропонижающее, и задался вопросом - как поместить таблетку внутрь? Я подумал и вымыл руки с мылом, а потом сам разжал ему зубы, радуясь тому, что этого никто не видел. Таблетка была внутри и, кажется, начинала действовать. Во всяком случае мне так казалось, или просто хотелось чтобы это было так.
  И мне всё не хватало сил уйти.
  Потом Мэтью всё-таки уснул, сладко и почти здорово посапывая, а я до сих пор не ушел, ругая себя за излишнюю заботу, и утешая себя лишь одной мыслью - всё это для классного руководителя. Я не ушел, потому что у него, кажется, был озноб, хотя он выпил таблетку. Надо его одеть. Я по непонятной причине порозовел, натягивая на него первую попавшуюся футболку. А потом накрыл его покрывалом. И тем не менее я всё ещё не ушел. Само собой разумеется, этому была логичная причина. Я подумал, что надо бы ему что-нибудь приготовить.
  Я делаю это не для него!!! Это всё для моей школы! Чтобы всё было идеально! Я заварил кипятком овсянку и оставил на столе. Всё. Ухожу. Слава богу, он не проснулся, пока я его одевал. Лучше никому об этом не знать, просто забыть...
  Я зря надеялся, что его память коротка. Потому что завтра первое, что я услышал по прибытию в школу, было:
  - Эй, Шелли! - И это белое пушистое существо, спешащее ко мне с невероятной скоростью. Я нырнул в коридор направо, прячась за спинами своих подруг, которые хихикали, прикрывая рты.
  - Что ты такого сделал, Шелли? - спросила Эм.
  - Да ничего такого! - огрызнулся я, выглядывая из-за угла.
  В класс я зашел после звонка - неслыханная распущенность. Но я просто не хотел говорить с Мэтью. Так вот, я зашел и извинился. И всё было нормально. Пока где-то в середине математики мне не передали записку. Я прекрасно догадывался, от кого она, и тут же отодвинул её на другой конец парты, а потом "незаметно" смахнул. На каждом перерыве Мэтти пытался подойти ко мне, а я отчаянно улепетывал под сочувственные взгляды одноклассников. Но к концу дня он отвязался. Дежурной сегодня были Пэм и её подружка Лаванда, поэтому они мило мне улыбнулись и сказали, что им пора в кружок. Я кивнул. Пустой класс. Прекрасно. Просто прекрасно! Но когда я зашел, на моей парте была какая-то железная коробка. Я дрожащими руками её открыл, но вопреки всем моим ужасным ожиданиям, там было обычное печенье с запиской: "Спасибо, Шелли. Мэтью". Я слегка скривился и положил коробку в портфель - не пропадать же добру? Правда! Вы же не думаете, что я захотел её взять, потому что она от Мэтью?!
  Спустя некоторое время всё было отдраено, и я беззаботно направился к двери. Но к моему ужасу, мне её загородил Мэтью.
  - Дай мне пройти! - предпринял я попытку.
  - Если бы ты не хотел, ты бы этого не делал, так?
  Я отступил на шаг назад, думая, что он не прав. Конечно же, он не прав! Снова делаю шаг вперед.
  - Пропусти, мне надо домой.
  - Что твориться в твоей голове? - смотрел он мне прямо в глаза.
  А я не сдамся.
  - Пропусти! - взвился на повышенных тонах.
  - Ты... хотел ко мне прикоснуться? - он провел указательным пальцем по моей грудной клетке и остановился чуть ниже, прикладывая ладонь, собираясь почувствовать, как бьётся моё сердце. Но он ничего не услышал. Потому что я попрощался с жизнью. Как, как ему только пришла в голову такая мысль? Я делал это из-за обязанностей перед школой. Это сделал бы любой, будь он на моём месте.
  Я очнулся и тут же оторвал руку Мэтью от своей майки.
  - Ни в коем случае! Никогда! Никогда! Будь моя воля, не пришел бы я к тебе!
  - Тебе ведь совершенно не было обязательно накрывать меня и готовить овсянку.
  - Я забочусь о своём классе! - выпалил я, отталкивая наконец его руку и выбегая в коридор.
  - Шелли... - раздалось вслед, но у меня не было никакого желания возвращаться. Я делал всё это не по своей воле. Как он вообще мог подумать, что я делал это для него? Уму непостижимо! Я просто делаю то, что должен. О, я знаю о чем вы подумали. Так нет, нет и нет! И ещё тысячу раз нет. Никогда! Можно подумать, у меня истерика... В этом вы тоже неправы. Я всего лишь немножко рассержен, разозлен и унижен вашими мыслями. Да нет у меня никакой истерики! Я абсолютно здоров! Иду себя по городу, гуляю. На витрины смотрю, и тут:
  - Шелли?
  Это была Эм. Она недоуменно смотрела на меня, а потом потрясла пакетами с одеждой перед самым носом:
  - Ты в порядке?
  - Да, конечно. -Я врал вжимаясь в карманы своей куртки. В них будет дыра. Но в этом совершенно не моя вина, и вы это прекрасно знаете.
  - Ты бледный. Что-то случилось?
  Я провел рукой по своей щеке, словно проверяя, существует ли она, и глупо усмехнулся.
  - Всё нормально. Просто устал.
  - Такое ощущение, будто ты собрался умирать. Нет, честно. Выглядишь как труп.
  Я бы ей ответил, что с радостью бы умер. Но она бы приняла меня всерьез, даже не подозревая о причине, и позвала бы кого-нибудь типа полицейских. Я правда хотел бы умереть, только ненадолго. Но так не бывает. И приличные граждане не валяются с недельку в морге, если у них проблемы в жизни. Поэтому я ответил:
  - Всё правда нормально.
  - Ну смотри, - покачала она головой. - Ты только иди домой.
  - Я и иду туда, - недовольно буркнул я.
  Она удивленно подняла брови, помахала мне ладошкой и ушла в другую сторону. Я должен был идти домой, но вопреки соображениям маленького достойного гражданина я туда не пошел. Можете меня винить, можете смеяться, хотя лучше не надо. Я пошел в "Макдональдс". Не знаю, у меня это всегда ассоциировалось с детством. И в особые моменты грусти в моей нелегкой жизни я ходил в это заведение. Меня радовали эти красочные цвета и крутящиеся стулья. Если честно, никогда не был поклонником вредной еды. Но "Макдональдс", как ни странно, напоминал мне по своей структуре бар или даже затхлую пивнушку. Аналогия эта была проста. Объясняю. Взрослые ходят в бар, пьют и едят там вредные вещи. Дети - в "Макдональдс". Взрослые уходят в запой с алкоголем. А всё, что остается мне - так это выпить литр кока-колы и без конца вертеть картошку в руках, прежде чем съесть, потому что на большую порцию мне не хватило денег. И вот только сейчас я начинаю приходить в себя. О да, черт возьми, у меня правда была истерика...
  Я ненавижу таких людей, как Мэтью. Они выпадают из общества, портят его, словно настойчивые червячки в ярко-красном яблоке. Но что мне больше всего не нравится - так это то, что он ко мне лезет. Общаться ему, видите ли, захотелось! Моё лицо исказилось, и я сжал рукой стаканчик, так и не допив колу.
  Он изгадил мою прекрасную жизнь. И что это вообще было? "Ты хотел ко мне прикоснуться?" - недовольно передразнил я его про себя.
  - Да пошел ты ! - как оказалось, я это выкрикнул вслух. С соседних столиков на меня стали оглядываться, какой-то недоумок чуть не уронил поднос. Я потупился, ещё больше вжимаясь в стаканчик из-под колы.
  Надо думать осторожнее.
  И об этом, конечно же, надо думать. Потому что надо спасать общество!
  Я икнул. Люди с соседних столиков снова оглянулись на меня. Знали бы они, что я думаю об обществе, наверняка бы прекратили на меня смотреть.
  Они ещё будут мне благодарны.
  Я уже приоткрывал калитку своего дома, когда услышал смех внутри. Тут два варианта: либо мама пригласила подругу на чай, либо подругу с её мужем. Но всё как вы можете догадаться, оказалось во сто крат хуже. Когда я снимал кроссовки, мама выглянула из-за косяка, прямо-таки сияя:
  - Привет, Шелли! Ты как раз во время - зашел твой одноклассник Мэтью.
  Я промолчал, с угрюмой миной вешая куртку на крючок. Она упала. Я поднял и снова её повесил.
  - Он такой миленький! Даже продиктовал мне классный рецепт печенья! - рассказывала она.
  Я до последнего надеялся, что это не правда. Но когда очутился в гостиной, все мои сомнения рассеялись.
  - Привет, Шелли!
  - Вот блин... - процедил я сквозь зубы. Я бы разразился непечатными ругательствами и даже выучил бы новые, чтобы просто сказать их сейчас. Но не при маме. Поэтому пришлось перейти на нормальный язык:
  - Здравствуй, Мэтью, - не помню, когда последний раз мои слова были наполнены такой злобой. - И зачем ты пришел? - С лица не сходила лакированная улыбка, а глаза превратились в отвратительные дужки.
  Он, видимо, понял мой настоящий настрой и, побегав глазами (но в итоге всё равно вернув взгляд на меня) проговорил:
  - Я хотел с тобой поговорить.
  - Ой, я, наверное, вам мешаю! - прощебетала мама, но, похоже, как раз с расчетом на то, что кто-нибудь из нас скажет: "Конечно же, нет". Она сидела и улыбалась, покачиваясь из стороны в сторону по непонятной причине. На её кружке, которая стояла на журнальном столике, был жираф с завязанной в узел шеей. Если честно, мне всегда эта картинка не нравилась. Но сейчас я его отлично понимал.
  - У тебя такой замечательный друг, Шелли!
  - Вообще-то мы всего лишь одноклассники, - почти радостно сообщил я.
  - И что же вам мешает стать друзьями? - она опустила подбородок на свои руки, не переставая улыбаться. Она явно хочет, чтобы я что-то сделал. Но что бы это ни было, я этого делать не буду.
  Я когда-нибудь говорил, что обожаю курьеров? Но в тот момент так и было. Доставщик из Интернет-магазина позвонил в дверь, и я тут же пошел по лестнице вверх, отделавшись от нелегкого вопроса (потому что люди фразу "потому что" не понимают). А Мэтью, разумеется, без приглашения, поплелся за мной.
  - Так что ты хотел? - недружелюбно спросил я, откидывая рюкзак в сторону и прислоняясь к столу, скрестив руки на груди.
  - Я всего лишь хотел тебя поблагодарить. Если бы не твоя заварная овсянка, меня бы, может, и не вырвало.
  Пришел, да ещё и издевается. Каков нахал! Я посмотрел ему в лицо, собираясь таки разразиться подготовленным потоком брани. Но он тоже смотрел на меня. Его лицо было просто до одури честным. Я подумал и негромко проговорил, отворачиваясь в сторону:
  - Не за что. - Он странный, не хочу с ним общаться.
  Он, вопреки моим желаниям, сделал шаг вперед.
  - Правда, спасибо. И за то, что накрыл, тоже.
  - Да не за что, можешь идти, - я махнул рукой на дверь, надеясь, что это выглядит вежливо. Ты благодаришь кого-то, а тебе говорят "пошел вон", указывая на дверь. Вежливость бьет ключом. Нет, я просто не хочу, чтобы он находился в моей комнате.
  Он меня проигнорировал. И подошел ко мне совсем близко, слегка наклоняя голову и пытаясь заглянуть в моё опущенное лицо.
  - Тебя что-то беспокоит?
  - Нормально. - На мне невидимая броня. На мне невидимая броня. Он меня не тронет. Он не сможет до меня дотронуться.
  Дверь с грохотом открылась. Я не успел среагировать, как что-то пушистое врезалось мне в грудную клетку. Возможно, только через несколько секунд я понял, что произошло. В комнату вошла мама, сжимая картонную коробку. А Мэтью просто прижался ко мне что было сил, хватаясь сзади за мою рубашку. Прошло ещё мгновенье, прежде чем всё оттаяло:
  - Простите, - как-то отстраненно произнесла мама. - Я позже зайду. - Она снова закрыла дверь.
  Елки-палки, какая же нелепая ситуация. Это невозможно! И ещё несколько секунд - я думаю, что мне делать.
  - Эй... может, ты меня отпустишь?
  - А... прости, - он отстранился, слабо улыбаясь и поправляя рукой челку. - Я просто испугался. Дверь так резко хлопнула.
  Он точно домогается. Ненавижу.
  - Уходи.
  - Ещё раз извини, что так вышло. Я не хотел, - перед самой дверью он ещё раз остановился и обернулся на меня. - Увидимся, Шелли.
  Не спрашивайте, сколько я ещё простоял, опираясь на стол и пялясь в одну точку. Позже я объяснил маме, что всё это была случайность. Она мне поверила. Кажется. Не знаю точно.
  Я снова не мог уснуть. Всё вспоминалось то необычное мягкое ощущение. Это были волосы Мэтью. Вроде бы надо знать врага в лицо. Но по-моему, волосы тут совершенно не при чем... Я не прав? Он пришел в моё убежище, в мою штаб-квартиру. Он разрушил мою крепость и поселил здесь своих разведчиков. Все в опасности! Я спрятал голову под одеяло. Нет, ну разве не идиот? Играет в войнушку с какой-то не существующей хренью. Нет, она определенно существует! Что-то поселилось в нашем доме - я это чувствую.
  Спустя полчаса я всё-таки признал, что идиот на все свои сто процентов. А ещё подумал, что поговорю с Эмили, и она обязательно мне что-нибудь посоветует. Или посмеётся надо мной...
  - Не могу, Шелли...- она просто заходилась от хохота.
  Позвольте ,кое-что поясню. Мы идем в школу. Сегодня среда. И да! Надо мной ржут, как над ненормальным. Рэйчел сегодня не придет, она поехала на день рождения к своей бабушке. Но это неважно. Я оглушительно чихнул.
  - Будь здоров.
  - Спасибо, - с сарказмом выдавил я.
  - И всё-таки ты отвратительно выглядишь.
  - О чем это ты? - я взъерошил волосы.
  - Да ты заболел.
  - Что?! - конечно, я прекрасно понимал смысл сего заявления. Но осознание этого меня взбесило. Я не иначе как заразился от этого урода, не надо было мне ему помогать. Не надо! Не надо!
  - Тебе стоит пойти домой, - уже более серьезно сказала она.
  Ха! Черта с два я пойду домой! Тогда у этого придурка будет ещё один повод заглянуть ко мне домой без приглашения! Я не дам ему такого шанса. Он не зайдет в мою крепость. Я ещё подумал и выкрикнул:
  - Ни за что!
  Да именно так и должно быть! Никаких Мэтью в моём доме. Ни разу больше.
  - Я же просто предложила, - недовольно отозвалась Эм. - А ты сразу орать, вот нервный.
  - Извини.
  Но когда мы дошли до школы, я передумал извиняться, потому что Эмили смеялась без остановки. Около крыльца нас ждал очередной перл моего "новоиспеченного" знакомого. Мэтью стоял с огромным букетом цветов и оглядывался по сторонам. И мне кажется, я знаю кого он искал. Поэтому я быстро ретировался за спину своей подруги. Она не могла перестать смеяться, и знаете что? Тем самым выдала меня. Мэтью тут же обернулся на нас и помахал букетом, крича что-то вроде: "Шелли, мне надо с тобой поговорить!" Тут у меня подкосились ноги, в совершенно прямом смысле этих слов, и я повалился на асфальт, затягивая с собой Эм. Я больно стукнулся. Но мне было плевать. Лишь бы не подходить к школе. Да, наверное я сломал себе пол-черепа. И теперь меня заберет скорая. Но это - неважно! Потому что всё это лучше во многие тысячи раз того, что могло бы случиться сделай я ещё шаг. Через некоторое время я очнулся. Вокруг какие-то голоса, наверное, я в операционной - умираю от потери крови. Но всё оказалось далеко не так. Я всё ещё валялся на асфальте. И первое, что я увидел - было перепуганное лицо Мэтью. Одновременно пришла идея - может, снова закрыть глаза и притвориться мертвым? Но было поздно. И я задергался, изображая... хм, себя же, только в бреду.
  - Шелли, как ты? - это уже была Эм, похоже, не на шутку, перепуганная.
  - Я вижу свет... - я протянул руку вперед и тут же, наткнувшись на плечо Мэтью, отдернул. Получалось не слишком убедительно, но, к несчастью, это всё, что я умею.
  - Я сбегаю за учителем.
  - Не надо! - запротестовал я, усаживаясь и начиная неистово кашлять. Внезапно вместе с этим я осознал, что мой злейший враг номер один поддерживает меня за руку, и я попытался освободиться, обращаясь к нему:
  - Отпусти меня сейчас же!
  - Если отпущу, ты опять упадешь!
  - А вот и не упаду, - настаивал я. - Эм, стой, я пойду на занятия.
  - И слушать не хочу! - взяла она инициативу в свои руки. - Посиди тут с Мэтью.
  Я взглянул на него и негромко застонал, прикрывая лицо.
  - Тебе больно, Шелли? - Аккуратно поинтересовался он, сильнее сжимая мою руку.
  - Нет, ко мне пристаёт какой-то придурок.
  Похоже он не понял, о чем я, и начал оборачиваться по сторонам.
  - Вообще-то не суть.
  - Знаешь, я как раз хотел поговорить с тобой.
  - А то я не догадался.
  - Откуда ты знал?
  - Так всегда обычно бывает, - заверил я его, перекладывая голову обратно на асфальт и мечтая разбиться на своей черной "тойоте" вместе с со своей женой и собакой Стивом. А можно и без них, если они не захотят. Но разве это не прекрасно? Какая может быть причина для отказа? Собакам вообще слова не дано. И я всегда знал, если девушка красивая, то почти обязательно тупая. Она бы меня не поняла. Но я хочу разбиться на своей черной "тойоте", именно не врезаться в какой-нибудь фургон с мороженной рыбой или ящиками сникерса, а лететь на скорости 300 километров в час и просто не сворачивать на повороте. Вылететь над пропастью. Провисеть минуту в воздухе для трагичности. С сумасшедшей скоростью упасть, разбить лобовое стекло, повредить двигатель и благополучно взорваться. Пока я так мечтал, Мэтью, оказывается, старательно выжидал, когда я вернусь на землю.
  - Я подумал, что ты мог заразиться, и хотел предложить тебе выпить какую-нибудь витаминку...
  Не знаю почему, но слово "витаминка" меня особенно взбесило, будто я был при смерти, а все, что мне предложили - маленькая блестящая карамелька, именуемая в этом мире "витаминка"... Вот я и взбесился. Вскочил со своего места, резко выдергивая руку:
  - Витаминку? Витаминку?! - с каждым вопросом злость нарастала, а я хрипел ещё сильнее. Из-за чего был похож на цербера из преисподней. - Ты предлагаешь мне витаминку?!
  За моей спиной кто-то рассмеялся, и я чувствовал на себе заинтересованные взгляд незнакомых ребят.
  - Вообще-то уже нет, - признался Мэтью, поднимаясь во весь рост и подхватывая букет с земли. Я совсем про него забыл. И поэтому сейчас это выглядело как чисто семейные разборки. Что-то в стиле: "Дорогой, я видела тебя с другой!" - "О нет. Ты единственная в моей жизни!" - "Лгун!". А потом почему-то всплывала моя не относящаяся к делу фраза "И ты предлагаешь мне витаминку?!". Муж пытался утешить супругу и предложил ей витаминку, а она взбесилась. Потому что ей послышалось "ягодку", и она, разумеется, подумала что он говорит о другой. Но черт возьми, о чем я думаю?! Считайте, что вы этого не слышали. Вообще-то, говоря "семейные разборки", я имел в виду букет в его руке. Вообще, это никак не связано. Я просто плохо себя чувствую. Так вернемся к нашему разговору.
  - Ну, поскольку ты уже заболел, это бесполезно, - объяснил он свою фразу.
  - Ты... - я был поистине на пределе. Мне захотелось долбануть проклятого гада чем-нибудь по голове.
  - Что? - невинно спросил он. Притворяется.
  - Ты сволочь! - я выхватил из его рук букет и начал тычить им в лицо моего заклятого врага. Потом я выкрикнул что-то наподобие "Умри!". И кричал бы дальше, лупя его веником по физиономии, если бы не подоспели Эм с очкастым учителем обществоведенья.
  - Что здесь происходит?! - возопил он.
  Это сложно объяснить. Повсюду лепестки. Один парень ожесточенно лупил другого. Причина - не ясна.
  - Он ко мне пристаёт! - не выдержал я. - Он меня достал! А ещё он предлагал мне витаминку! - это явно было бредом, но ничего другого на ум не приходило. Толпа, обступившая нас, с интересом наблюдала.
  - Ему плохо, - вклинилась Эм.
  - Мне хорошо! - не отступал я. - Не знаю, чего вы все здесь собрались! Но я иду на занятия!
  Толпа расступилась, и я гордо пошел вперёд, выпятив грудь и чуть не споткнувшись.
  - Ты же болеешь! - раздалось мне вслед.
  Я обернулся на Мэтью:
  - Нет, я здоров! И тебе лучше не приближаться ко мне!
  - Почему? - не понял он.
  - Потому что я зол! - вне себя завопил я. Моей репутации пришел конец, когда меня увидели с этим... и с его букетом. Я правда злился, у меня болела голова, и я по-прежнему мечтал разбиться на черной "тойоте". Я не останусь дома, ведь и там не безопасно. Я буду ходить в школу, даже если переломаю себе все кости, или у меня, скажем, вырастет хвост. Потому что если останусь дома, я знаю, он придет. И мы останемся одни в комнате. Пока я всё ещё с поднятым носом поднимался по ступенькам, в голову пришла мысль на всякий случай пригласить Эм. Она меня не бросит. Будет смеяться, но не бросит.
  Первый урок я откровенно профукал. Не слушал и не думал. Но на втором ещё одна просто великолепная мысль сама пришла в мою голову. Сам бы я до такого бы не додумался. Чисто технически мысль принадлежит мне. Но чтобы вы знали - она не моя. Мне нужно завести девушку, вот что! И тогда он точно не подойдет ко мне. Но в этом плане было одно слабое место. И заключалось оно в том, что я понятия не имел, как завести девушку. Тем более что особой красотой и голубыми глазами я не отличаюсь. Поэтому мне нужен кто-то, кто меня поймет. С Эм это не прокатит. Но может быть, Рэйчел? Она вроде нормальная. Но вот только сегодня её нет в школе. Но я позвоню ей вечером и приглашу посидеть в "Макдональдсе". Звучит круто? Не очень. Может, спросить у Эмили? Что я, собственно, и сделал.
  - Идея, конечно, не очень. Но у тебя с ней всё равно ничего не получится.
  - Это почему? - возмутился я, откусывая кусок сэндвича. Я попросил Эм со мной пообедать. Потому что мне было страшно и немного стыдно за своё поведение утром.
  - Да потому что! - не стала вдаваться она в подробности, допив свой яблочный сок и отложив пустую пачку рядом на стол.
  - Я не понимаю! - честно признался я. Причем на повышенных тонах. Да так, что на меня снова начали смотреть. Это чувство мне не нравилось. Но в последнее время оно стало настигать меня особенно часто. И это просто отвратительно.
  - Что ты не понимаешь? - спросил какой-то незнакомый мальчик из очереди за едой.
  - Почему у тебя такой тупой вид! - огрызнулся я. Сроду не задирал младшеклассников. Но в моем нынешнем состоянии мне это было жизненно необходимо.
  - Да что с тобой, Шелли? - снова спросила Эм.
  - Я в панике! - взорвался я, приканчивая свой сэндвич.
  Она понизила голос до шепота:
  - Это из-за Мэтью?
  - И из-за него тоже, - подумав, ответил я. - Мне вообще плохо.
  - Потому что ты заболел.
  - Да не болен я.
  - Ага-ага, - снова встрял мальчишка из очереди, которая практически не двигалась.
  - А ты вообще заткнись! - рявкнул я.
  - Фи, как грубо! - Эм откусила кусочек шоколадки, прикрывая глаза. Она наслаждается жизнью. А я нет. Что за несправедливость? Может, мне тоже нужен шоколад? Хотя, я не очень люблю сладкое...
  - Так почему я не могу быть с ней? Я же люблю её!
  - Ты это выдумал полторы минуты назад.
  - Может, я влюбился полторы минуты назад? Ты этого не допускаешь?
  - Шелли, я просто знаю, что это не так.
  - И что с того, что это не так?
  - Ты споришь сам с собой.
  - Я запутался! - Я отложил второй сэндвич, так и не притронувшись к нему. - И я совершенно ничего не понимаю.
  - Может, потому что ты тупой? - снова заговорил младшеклассник.
  - Урод! - не выдержал я. - Ещё одно слово, и будешь сдирать свои мозги с противоположной стенки! - А потом обратился к Эмили: - Он меня просто выбесил.
  - Я поняла, - слегка саркастично откликнулась она. - Даже подумала, что ты его ударишь.
  - Нет, я этого не сделаю. И ты так и не сказала, почему я не могу с ней встречаться?
  - Может, потому что ты придурок?
  Я встал, решительно направляясь к очереди, но услышал сзади голос Эм:
  - Обманул.
  Я чертыхнулся и вернулся за стол. Мы с ней не станем обманывать друг друга, что бы не случилось, то есть я на самом деле хотел ударить этого мелкого, но не сделаю этого.
  - Просто скажи, почему.
  - Я обещала никому не говорить.
  На этом разговор окончился. Если Эмили что-то решила, то так тому и быть. К тому же она никогда не раскрывала чужие секреты.
  После занятий мы вместе шли домой. Это было странно, потому что обычно, хоть нам и хотелось идти вместе, почти никогда не получалось. Вообще говоря, я был рад. Но Мэтью появлялся всегда как по расписанию, то есть абсолютно всегда когда ему вздумается. На этот раз он ждал нас около моей калитки. Понятия не имею, как он прибыл туда раньше нас. Мы ведь не тормоза какие-то?
  - Что тебе? - грубо спросил я, взглядом умоляя Эм, чтобы та осталась.
  - Я пришел тебя проведать.
  - Я не хочу тебя видеть! Больше не появляйся здесь! - я сыпал на него всем тем, что давно хотел сказать. Но последняя фраза вылетела случайно. - Ты вломился в мою крепость!
  - О чем это ты? - он скосил глаза на Эмили, но та неопределенно пожала плечами. И, похоже, начинала снова тихо подхихикивать. Это совсем не смешно.
  - Убирайся! - Я больше не буду сдерживаться. - Убирайся! - снова повторил я, указывая пальцем в сторону.
  - Я понял, - неожиданно согласился он.
  - Ну слава богу! - облегченно вырвалось у меня.
  - Ты не хочешь, чтобы другие видели твои страдания...
  - Исчезни! - я был готов снова броситься на него с кулаками или чем угодно, что было под рукой.
  - Что тебе не нравится?
  - Просто я не хочу тебя видеть!
  - Вот как, - без тени обиды откликнулся он. - Ладно. Выздоравливай, Шелли.
  Он ушел, сунув руки в карманы. Эмили похлопала меня по плечу и тоже удалилась. Я не совсем понял, что это значило, но зная Эм, скорей всего "И ты опять виноват". Хотя мне было весело. И я совершенно не виноват в том, что он придурок и вечно лезет ко мне. Я не виноват!
  Итак, вечер был проведен спокойно. Разве что мама спросила, почему я не пригласил Мэтти внутрь. Она видела нас из окна кухни. А я ответил, что не хочу с ним общаться. Она оставила мне таблетки от боли в горле и горячий чай на подоконнике. Все было хорошо. Он не проникнет в моё, пусть и полуразрушенное, убежище. А если попробует - я убью его. Часам к девяти позвонила Эмили и сквозь смех поинтересовалась, не заходил ли ко мне Мэтью. Я ответил, что нет, и бросил трубку.
  И как я не пытался уснуть, меня терзало чувство вины. Хотя виноват во всем был именно он! В чем, спросите вы? В том, что я ударился головой (хотя это и ограничилось лишь шишкой) и в том что я не могу уснуть! Я утешался тем, что на самом деле пытаюсь спасти нашу любимую планету. Гринпис, блин. Наутро у меня были синяки под глазами, и чувствовал я себя ещё хуже чем вчера. Из носа вытекала какая-то слизь. Можно, конечно, предположить что это сопли... Ах, впрочем, так оно и было. Я хрипел, а ещё моё лицо было красненькое, как несколько нездоровое ведерко малины. Да, и картину довершали мои без конца слезящиеся глаза. Отчего я был страшно похож на маленького ребенка, которой разревелся, потому что ему не купили вертолётик... Мама всячески уговаривала меня остаться дома. Но я наотрез отказался. По дороге Эм просила меня о том же, но я и слушать её не хотел. Потом мы остановились на повороте, поджидая Рэйчел. Вскоре она подошла, и мы продолжили путь втроём. Моя идея стать её парнем ещё не отпала, поэтому я придвинулся к ней поближе. Мне было лень рассказывать про свои чувства, потому что как только я начинал говорить, из моего носа начинало вытекать что-то космическое. Сопли? Возможно. Я не виноват. И вы прекрасно знаете, кто виноват. Поэтому я просто спросил:
  - Рэйчел, сходим куда-нибудь вечером? - из-за моего заложенного носа получилось "Бэйдчел", но она, похоже, меня поняла.
  - Ты приглашаешь меня на свидание? - переспросила она.
  Я последний раз подумал и кивнул. Эмили на заднем плане изображала моё удушение с особым пристрастием, так что я несколько жалел о своих словах. Но вопреки моему с Эм ожиданию Рэйчел ответила:
  - Ладно.
  Я был удивлен. Больше никто не произносил ни слова, пока мы не дошли до школы.
  В школе Мэтью ко мне не подходил, зато состоялась ещё одна просто идиотская сцена с Бартишо и, к несчастью, я стал её участником. Дело было так. Друг моего знакомого, которого я по совместительству не хочу знать (хоть он мне и уже знакомый) пришел в класс навестить его же. Но по странному стечению обстоятельств Мэтью ровно минуту назад отбыл в противоположный конец коридора для достижения той же благородной цели. Там находился класс Бартишо. Но, как оказалось позже, они уже поговорили. И он направлялся ко мне. Он подошел. Я медленно оторвался от мобильника и перевел взгляд наверх. Он надо мной нависал. Образовалась пауза. И потом он спросил:
  - Что ты сказал Мэтью?
  Класс опять наблюдал за мной, будто это был давно запланированный спектакль. И все ждали его с нетерпением как минимум год. Я подумал, что он наверняка имеет ввиду вчерашнее. Но я не собираюсь об этом говорить при всех и уже тем более извиняться. Но он сам продолжил за меня.
  - Он перестал со мной разговаривать.
  Я расширил глаза. Но это уж точно не моя вина. И вроде Бартишо был ему лучшим другом. Как так вышло.
  - Я не знаю.
  - Что ты ему сказал? - снова спросил он, его слова напоминали раскат грома.
  Отпираться было бесполезно. И я неохотно выдавил:
  - Чтобы он не подходил ко мне.
  - А ещё?
  - Ну, что я не хочу его видеть.
  - Ты осел, - кратко сообщил он с ненавистью прожигая моё лицо.
  Я промолчал, глядя куда-то в сторону. Мне не хотелось надрываться, восстанавливая справедливость, и тем самым лишиться жизни. Если умирать, так только на "тойоте"... Это к делу не относится. Я думал, он сейчас на меня бросится. Зажмурился. Но прозвенел спасительный звонок, и он ушел, ограничившись тем, что толкнул меня в плечо. Сначала я совершенно не видел логической связи между тем, что я поссорился с Мэтью, другом которого не являлся, и тем что он перестал говорить со своим другом. Но потом промелькнула догадка - я так обидел Мэтью, что он теперь ни с кем не разговаривает. Разумеется, она была тупой. Он вообще не выглядел расстроенным, когда уходил. Так что я не виноват. И вообще, я не должен об этом думать! Голова всё ещё раскалывается.
  Ближе к вечеру я выпил обезболивающее и зашел за Рэйчел. Со стороны мы скорей походили на старых корешей, чем на парочку. Я, конечно, попытался взять её за руку, но она подумала, что меня шатает, и предложила отменить прогулку. Я отказался. Мы сидели в детском баре. Поправлюсь - в "Макдональдсе". И тянули колу из трубочек. Мы устроились напротив окна (знаете, есть такой столик наподобие огромного подоконника) и смотрели вперед. Я не знал, о чем говорить. Поэтому решил опустится до банальностей, плюс мой больной организм на большее не был способен:
  - Хорошая сегодня погода?
  - Я тоже так думаю.
  За окном моросил дождь. Похоже, нам обоим было далеко плевать на то, что творится у нас под самым носом. Мы ещё помолчали, словно играя в игру, кто громче сербнет . Потом она негромко сказала:
  - Даже не знаю, зачем я согласилась пойти с тобой.
  - Может, потому что я классный парень? - предположил я идиотскую догадку. То есть я не знал, что она идиотская, пока Рэйчел не ответила:
  - Ты, конечно, милый, но классным тебя не назовешь.
  Знала бы она, что у меня будет черная "тойота". А "милый" - это слово для плюшевых зайчиков и мишек.
  - И на том спасибо.
  Это был сарказм, и она это поняла.
  - Я не хотела тебя обидеть, просто мне нравится другой человек. Но при этом я знаю, что мы никогда не будем вместе.
  Какая разунылая история. Мне захотелось выблеваться в ближайшую мусорку. Но я этого не сделал. Я приличный гражданин. Но, по правде, у меня просто не было сил. Пришельцы снова возобновляют атаку... я хотел сказать, у меня течет нос.
  - Почему? - вопрос тупой. Но мне просто надо было что-то вставить, потому что пауза затянулась.
  - Я ему не нравлюсь, а ещё всё время надоедаю. Но это я! А я не могу быть другой. И мне бы хотелось, чтобы он любил меня именно такой.
  Я замолчал. Я подумал, что она в каком то смысле похожа на Мэтью. Он так лезет ко мне. Это бесит. Но и меняться черт с два он будет. И всё закончиться так же. Однажды этот парень просто наорёт на неё, она скукожится и перестанет говорить с другими людьми. Что бы тут посоветовать? Говоря по правде, мне не хотелось ничего советовать, потому что тут же казалось, что я обращаюсь к Мэтью, он не преминет воспользоваться моим советом и я возненавижу его за это ещё больше. Я не умею утешать. Поэтому пока я молчал.
  - Откуда ты знаешь что ему не нравишься? - И бинго! Этот вопрос возглавил рейтинг самых тупых вопросов за сегодняшний вечер.
  - Ему нравятся девушки с характером. А я не сильно такой, ну... - она искала подходящее слова, совершая круговые движения ладонью, - эффектный человек.
  - Ты милая, - вернул я ей назад её фразу.
  Прозвучало как издевательство.
  - Это и правда никакая похвала, - отозвалась она, видимо, вспомнив начало разговора.
  - Прости.
  - Да ничего.
  - А ты скажи ему, что ты чувствуешь.
  - Думаешь? - она впервые за весь разговор обернулась на меня.
  - Я бы так и поступил, - заверил я её. Но это неправда - я бы просто не попал в такую ситуацию. Никогда. Вы же знаете мой план, и если что-то пойдет не так, я просто начну всё сначала. Я имею в виду не всё, а отношения.
  - Вот поэтому у тебя и нет девушки, - хмыкнула она, снова приникая к трубочке.
  - Почему? - изумился я.
  - Ты слишком честный.
  - Это плохо?
  - Это ужасно.
  Вот сейчас мы действительно походили на барных завсегдатаев, только Рэйчел не хватало сигареты в зубах, а мне стакана пива вместо колы. На этом наш вечер закончился. Точнее, мы вышли из "Макдональдса". Она вызвалась проводить меня до дома, потому что, как она выразилась, я выглядел как мертвый слизняк, вроде тех что она находила в саду загородного домика своей бабушки, когда была маленькая. Я отказался. Мне было плохо. Но принять помощь от девушки, которая даже толком не смогла тебя отшить - это уже слишком. Я вообще не хотел, чтобы сейчас кто-то находился рядом со мной. Ибо у меня кружилась голова, будто я в течении двух часов катался на американских горках, перед этим основательно объевшись попкорном и прочей гадостью. И, конечно, хуже быть не могло, но, как вы знаете, всегда есть куда падать. Я забрел не на ту улицу, стараясь обойти людные места, чтобы никому не мешать. И в практически пустом переулке встретил Мэтью. Я думал, он меня не заметит. Я придерживался за стенку белого в прошлом, а в настоящем серого дома. И по идее, должен был с ней сливаться. Потому что судя по отражению в ранее стоящих витринах, я выглядел как стена, подготовленная для фрески. То есть абсолютно бледный и слегка мокрый, чтобы краска хорошо схватывалась. Это был бы отличный натюрморт... Так, о чем это я. Мой камуфляж почти сработал - Мистер Проблема прошагал мимо меня, а потом вдруг обернулся и поймал мой взгляд на себе. Видимо, он заметил меня раньше, но решил не разговаривать или просто не узнал, так я был бледен.
  Мэтью в три шага подлетел ко мне:
  - Шелли? Что ты здесь делаешь?
  - Я гуляю. - Хриплый, ужасно хриплый голос.
  - Ты неважно выглядишь. Пойдем, отведу тебя домой.
  - Я сам.
  Он вдруг подошел ко мне вплотную и потянулся к моему лицу. Я мог бы убежать или ударить его близлежащей железкой. И так бы и сделал, но у меня не было сил. Я зажмурился, предчувствуя конец жизни. Прощай, Стив, и черная "тойота", и ты, тупая жена, что не захотела со мной разбиваться. Я больше не мог думать. Что-то сильное уткнулось мне в лоб. Я испугался и снова возжелал лицезреть сей мир. Вы простите столь старомодные слова. Просто мне не хорошо. Передо мной предстали закрытые глаза Мэтью. Он руками придерживал мои локти и просто приложил свой лоб к моему. Я не знал, что мне делать. Я не знал, сколько это длилось, но он спустя вечность отстранился. Выглядел взволнованным:
  - У тебя температура, и высокая. Тебе надо побыстрее домой. Давай сюда руку.
  - Ни за что, - вяло прогундел я, ещё больше вжимаясь в стенку.
  - Не будь идиотом, Шелли! - вполне серьезно сказал он, надвигаясь на меня.
  В этот момент я снова его ненавидел. За то, что он делает такие постыдные вещи и за то, что он лезет в мою жизнь. Но я ещё по-прежнему чувствовал легкий стыд, ведь теперь я знаю, Мэтью - это Рэйчел. Вы меня, я думаю, поняли. А я понял Мэтью, потому что поближе пообщался с Рэйчел. Но это совершенно не значит, что я горю желанием исполнить его мечты. Но мне стоило, наверное, извиниться... Но черта с два я это с делаю.
  - Господи, Шелли, ну ненадолго. Мы только дойдем до машины Бадди...
  Я понятия не имел, кто такой Бадди. И, похоже, не был удостоен участи узнать, потому что погрузился в сон. Там, на улице. Потом я приоткрывал глаза. Я куда-то ехал на чей-то машине. Моя голова лежала на коленях Мэтью. Я убью его, если выживу. Звучала ненавязчивая музыка. Старинный блюз сороковых. Пела какая-то женщина. Наверняка негритянка, подумал я. Но моих мыслей никто не узнает. Снова провалился в сон.
  Очнулся я в своей кровати. В комнате было пусто. Но через минуту туда вошел Мэтью с чашкой в руках.
  - Ты проснулся, Шелли?
  Я кивнул, приподнимая подушку и усаживаясь в кровати. А потом спросил первое, что пришло на ум:
  - Кто такой Бадди?
  - Это мой знакомый из бакалейной лавки на Уенинг-стрит, - он улыбнулся, делая глоток.
  - Понятно. Мне показалось, что я умираю.
  - Почти так и было. У тебя была правда высокая температура. И как тебе в голову пришло простуженным гулять под дождем?
  Мы снова общаемся как раньше, по-моему, можно уже не извиняться. Но что-то внутри подсказывало, что надо. Я ещё помолчал, обдумывая как это сказать, а он снова вставил свою реплику:
  - Я вас видел. Тебя с Рэйчел.
  - Вот как, - мне почему-то захотелось провалиться сквозь землю, вероятно, именно потому, что моя затея не удалась. Настроение было ниже плинтуса.
  - Как ты мог согласиться с ней пойти?! Ты же болен!
  Меня пробрало на глупую улыбку, и я объяснился:
  - Вообще-то я сам её пригласил.
  - Ну и дурак! Ты же болеешь! - он говорил с наездом, но мне от этих слов было почему-то весело. И я решил, что если всё-таки не извинюсь, поганая совесть будет пожирать меня до конца моих дней.
  - Мэтью, - медленно сказал я, изучая узор на одеяле.
  - Ты назвал меня по имени? - удивленно спросил он.
  - И что с того? - если он считает, что после этого мы станем лучшим друзьями, он в корне ошибается, и надо вежливо ему об этом сообщить.
  - Просто ты никогда не называл меня по имени.
  - А ещё не прыгал с парашюта и не играл в театре.
  Он опять пропустил мой сарказм мимо ушей.
  - Я очень рад. Мне нравится слышать моё собственное имя.
  Он уперся локтями в кровать и положил подбородок на ладошки, по-прежнему не сводя с меня глаз.
  - А вот мне нет, - поведал я ему свою скорбную историю.
  - Почему? У тебя классное имя, Шелли! Шелли, - он растянул его, продолжая широко улыбаться.
  - Мне оно не нравится. Так что если ты уж ко мне обращаешься, то просто на "ты".
  - Как хочешь, - в его голосе было какое-то разочарование, будто у него отобрали любимую игрушку.
  - Я хотел сказать, в общем... Извини.
  - За что?
  И я сам не совсем понимал, за что именно, но чувствовал, что мне надо извиниться.
  - Просто ты такой, вот и всё.
  Я сам не знаю, почему почувствовал себя неловко. Неудобно, не в своей тарелке. Видимо, честность - это и правда ужасно. Я поспешил перевести тему разговора:
  - А Бартишо? Почему ты с ним не разговариваешь? Он мне знаешь ли за это чуть не всыпал.
  - Что ты, Бартишо добрый, - звучало так, как будто он говорил о громадном псе, клацающих зубов которого не видит лишь хозяин.
  -Тогда почему ты перестал с ним говорить? - глупо повторил я.
  -Это не так важно.
  Мне стало немного обидно от этих слов. А потом я снова уснул. Случайно.
  Проснувшись, я выздоровел окончательно и пошел в школу. Я сидел за партой. Как вдруг услышал "Слонёночек!". Все в классе засмеялись, и я тоже. Это так смешно, когда к кому-то обращаются, выдумывая прозвище. "Котенок" ещё куда не шло. Но "слонёночек" переходил все границы. Мне понадобилось ещё несколько минут, чтобы понять, что все смотрят на меня. Перед моей партой стоял Мэтью и улыбался, и все смеялись. Я заорал.
  И проснулся. В комнате было темно. Сердце бешено колотилось от стресса. Я включил свет, не знаю зачем, мне просто хотелось заполнить темноту комнаты. Часы показывали 1:47. Первая мысль: надо немедленно отговорить Мэтью придумывать мне столь идиотское прозвище. Я в исступлении колесил по комнате, схватившись одной рукой за голову. До школы я не смогу к нему подойти, и не хочу, вдруг что-нибудь подумают. Ага, а потом где-то в середине обеда: "Слоненочек, идем кушать!". И думать об этом не хочу! Так, мне нужно завтра не идти в школу. Я болен, это ведь достойное алиби? Я слегка успокоился и сел на стул. Более бредовых снов я просто не видел. На столе лежала записка. Я только сейчас её заметил. Бесхитростное сочинительство принадлежало Мэтти:
  Уже поздно. Я пошел домой. Выздоравливай. Мэтью.
  Я скомкал её и выбросил в мусорку. А потом спал как убитый. По правде говоря, поутру я чувствовал себя получше. Ввиду вчерашних событий, мне бы всё равно посоветовали остаться дома, но я всё равно пришел к маме и спросил: "Могу я остаться дома?" А она ответила что-то радостное типа: "У тебя наконец-то появились мозги, Шелли". Болеть оказалось не так уж и плохо. Сначала я лежал на диване перед телевизором, и никто даже не попытался меня прогнать. Потом читал книгу, и никто снова меня не трогал. А потом пришла мамина подруга, и мне пришлось переместится наверх. И почти сразу же после этого появился мой ежедневный кулек проблем - ласково, Мэтью. Он опять очаровал мою маму какими-то разговорами о еде, а вместе с тем и её подруг. Взял две чашки чая и стал подниматься наверх. Я слышал его голос со второго этажа, и я знал, что он идет ко мне в комнату. И сбежать нет возможности. В дверь постучали:
  - Шелли, это я.
  Меня осенило, а может, это не так плохо, что он пришёл? Я, например, смогу отговорить его придумывать мне прозвище. Поэтому я почти радостно откликнулся:
  - Заходи.
  - Похоже, тебе уже лучше.
  Он поставил мою чашку на стол и плюхнулся на мою идеально застеленную кровать. Я его ненавижу. Ну всё испортит.
  - Знаешь, - он искренне улыбнулся, отпивая из своей кружки. - Я подумал, что не смогу называть тебя по-другому. Только Шелли.
  Впервые я был рад услышать своё имя. Всё само собой уладилось. А слово "Слонёночек" мне надо просто забыть.
  - Не страшно, - я почти забыл, что мне надо ответить на его слова. И мы по-голливудски улыбались, смотря друг на друга. Я так думал, пока он вежливо не спросил:
  - Э... ты что на меня так смотришь?
  Я отвернулся.
  - Задумался.
  - Бывает, - он хлопнул меня по плечу. Я почему-то почувствовал себя отморозком или, того хуже, слонёночком-отморозком.
  - Кстати, смотри, что я принес, - он расстегнул свой рюкзак и достал картонную коробочку, от которой пахло чем-то вкусным. - Купил на Уеннинг-стрит.
  - Что это?
  - Бисквиты в глазури. Любишь сладкое?
  - Нет, - я отрицательно помотал головой.
  - Но ты же не пробовал. У Бадди они особенно хорошие.
  Он открыл коробку и стал тянуть ко мне корявенький бисквитик. Я отъехал на своём крутящимся стуле. Он поднялся и подошел ко мне. А потом положил руку на колено и остановил своё лицо напротив моего. Нас разделял всего десяток сантиметров и сомнительного вида бисквитик. Ну что сказать... я в панике!
  - Шелли.
  Он произнес это так будто собирался предложить мне как минимум жениться или сбежать из страны, сделав пластическую операцию на негра. Если вы услышали чушь, не забывайте, я всё ещё болен! Его голос был странный, не такой, как всегда.
  - Что? - нервно спросил я, стараясь как можно быстрее скинуть с ноги его ладонь.
  - Ты просто обязан его попробовать.
  - Как-нибудь потом.
  - Не заставляй меня запихивать его в твой рот самолично. - Это была угроза, однозначно. Я пока не придумал достойного отпора, а он потянул ко мне сладость, вознамериваясь исполнить задуманное.
  - Пусти.
  И как это бывает в жизни... В эту же минуту дверь открылась, и на пороге застыла мама. Она даже ничего не сказала, лишь быстро захлопнула дверь обратно. И всё, что я услышал - её быстрые шаги, удаляющиеся по коридору.
  Я вскочил, резко стряхивая с себя Мэтью.
  - И как ты думаешь, о чем же она подумала? - процедил я сквозь зубы. Лично у меня уже было версий десять на тот счет, что ей пришло в голову.
  - Что я пытаюсь тебя поцеловать? - предположил Мэтти, наклоняя голову набок, и вдруг рассмеялся. Его смех был так прекрасен и заразителен, чтобы я и сам бы невольно рассмеялся, будь мы в другой ситуации. И сказал бы он другую фразу. И был бы он другим человеком. Но Мэтью был Мэтью. И тут ничего не попишешь.
  - Ты что, издеваешься?!
  - Ни в коем случае.
  - У меня теперь будут большие проблемы.
  - Отчего тебе так важно чужое мнение, Шелли?
  - Это моя семья, крысёныш... - прошипел я, собираясь его удушить.
  - Ты расскажи ей всё, как было, - посоветовал он.
  - И сколько шансов на то, что она мне поверит?
  - Я не знаю, - Мэтти притворно оглядывался по сторонам.
  - Нисколько, придурок! - я подумал, а потом добавил: - И шуточки у тебя дурацкие.
  - О чем ты? - похоже, он меня не понял. Я выставил его за дверь.
  - Да ну, Шелли. Пятница, вечер, а ты меня выгоняешь?
  - Иди к себе домой. Не хочу тебя знать, - я подпер дверь спиной и смотрел в потолок. Я снова чувствовал себя паршиво.
  - Шелли!
  - Я тебя ненавижу!
  - Да ладно.
  Я промолчал.
  - За что, хотя бы скажи.
  - Просто потому, что ты - это ты. - Я знал почему, но не хотел произносить этого лишний раз вслух.
  - Нельзя ненавидеть человека просто за то, что он такой, какой есть, - раздалось размышление с другой стороны двери. Таким голосом, словно это было очевидно.
  - Можно! - других аргументов у меня в запасе не было.
  - Но это тупо! Это как ненавидеть дождь. Но ты же ничего не сможешь с этим сделать. И однажды привыкнешь и будешь в нем нуждаться, как и в других прочих погодных условиях.
  - Что?!
  Я распахнул дверь, и Мэтью повалился на ковровую дорожку. Он стоял прямо носом к двери.
  - Ты думаешь, я в тебе нуждаюсь?
  - Я не это хотел сказать.
  - А что ты хотел сказать? - в свою очередь спросил я, волна гнева нарастала.
  - Я хотел сказать, что это глупо - ненавидеть что-то без веской на то причины, вот и всё. И чего ты так разозлился?
  - Убирайся, Мэтью!
  - Но...
  - Я тебе говорю: ВОН!
  Он поднялся потирая локоть и ехидно поднял уголочек губ. Это было что-то новенькое в арсенале улыбок Мэтти. И меня это пугало.
  - Шелли, - снова этот шелестящий голос. - Увидимся завтра.
  С этими словами он ушел.
  - Что это значит? Я не пущу тебя в свой дом! - прокричал я ему вслед, но мне никто не ответил.
  Я хотел поговорить на счет досадного инцидента про бисквит с мамой, но она уже спала. Этот чертик опять засиделся допоздна. Это ужасно.
  Я снова не могу уснуть. Произошедшие снова было приукрашено мною же. Он написал послание кровью на стене в коридоре. И там было написано "Я приду за тобой". Я не боялся, но у меня было дурное предчувствие. Я даже не пробовал лечь - сидел по-турецки на кровати. А потом решил позвонить Эм. Трубку никто не поднял, наверное, уже спит, в такое-то время. Почти двенадцать вечера - кого я обманываю. Я набрал снова, раздался голос:
  - Шелли? Что случилось?
  Я пересказал ей события последних нескольких часов.
  - Да успокойся ты, не будет он ломиться к тебе в дверь.
  Как оказалось, всё логично объяснялось.
  - Твоя мама устраивает соседскую вечеринку, чтобы лучше познакомиться со всеми, и Мэтью она тоже пригласила. Что за ерунду ты себе навыдумывал, а, Шелли?
  Я извинился за поздний звонок и повесил трубку. Я становлюсь каким-то параноиком. А сейчас вкратце растолкую, что такое соседская вечеринка. Это когда много абсолютно незнакомых людей собираются на нашем заднем дворе, пьют дешевое спиртное, готовят барбекю, возможно, горланят Элвиса, и говорят о чем попало. Я это ненавижу, а теперь ещё и выясняется, что Мэтью тоже пригласили. Хуже и быть не может. Разве что если отец Рэйчел решит станцевать. Я искренне надеюсь, что он до такого не додумается. А надежда умирает последней. Вообще - она вечна.
  Завтрашнее утро началось хуже некуда. Громкие голоса в моей же комнате. Я медленно разлепил глаза. Это были Эмили и Рэйчел:
  - Наконец-то проснулся.
  - Что вы тут делаете?
  - Твоя мама попросила мою помочь, - откликнулась Эм.
  Это вообще не было плохим. Плохое началось позже. У меня зазвонил телефон. И стукнула мне такая придурь - я его поднял!
  - Шелли, как ты себя чувствуешь?
  - Мэтью? - этот голос я узнаю из тысячи, лишь бы обернуться на 180 градусов и моментально спустить курок. Я так и сделаю. Прощайте, законная жизнь, Стив, машина и жена. И ты, летний домик по кличке Том. Что такого в том, что я дал ему имя? И кстати, оно классное!
  - Откуда ты знаешь мой номер телефона?
  - Твоя мама сказала.
  - Я всё равно не хочу тебя слышать.
  - Что ты грубишь с утра пораньше?
  - А что мне делать?
  - Скажи, как ты себя чувствуешь.
  - Просто отлично! - я бросил трубку и отключил телефон. Переоделся и направился в сад, как следует поговорить с мамой.
  - Не сейчас, солнышко.
  - Мам, это важно.
  - Солнышко, - она состроила расстроенную мину, сжимая мои руки. - Ты не видишь, я занята.
  Эта была её фишка. Обман.
  - Том, несите это сюда.
  А ещё какой-то волосатой мужик стырил имя моего дома. Что тут скажешь...!
  Я пошел обратно в комнату. Зря, зря я это сделал. Мне стоило сбежать. В моей комнате был Мэтью - девчонки куда-то улетучились.
  - Привет!
  - Я тебе говорил - не приходи в мой дом!
  - Ты бросил мобильник. Что я должен был думать? - возмутился он.
  - Может... что я взбешен?
  - Я думал, ты просто сильно нажал на кнопку, и он выключился, - недоуменно признался Мэтти. - Поэтому пришел поговорить вживую.
  - Что не понятно из слов: ненавижу, не хочу видеть, убью за Тома!
  Он всегда умел выделять главное в предложении:
  - Кто такой Том?
  Я не собирался посвящать его в подробности своих фантазий и промолчал, дав ему почву для размышлений.
  - Твой мальчик?
  Я поперхнулся. Не знаю, чем именно. Наверное, тем, что есть у людей во рту всегда: слюна, язык, зубы. Я просто сильно закашлялся.
  - Ты подавился? - подскочил он ко мне со всей своей невинностью.- Жвачку проглотил? - и принялся хлопать меня по спине.
  Я сел на белую лошадку. И ускакал в сторону заката, так что здесь осталось лишь моё опустошенное тело. Я и не думал возвращаться. Ведь тогда произойдет взрыв. Я взорвусь. Так что ещё немного... Кто-то сильно заехал мне по щеке, и я очнулся в своём теле:
  - Шелли, не пугай меня так!
  Я лежал на полу, а Мэтью сидел рядом, подогнув под себя колени. Моя злость никуда не пропала и я начал говорить медленно, слово за словом, сопровождая их недобрыми хрипами.
  - Мэтью, мне нравятся девочки. И только так! - вскакиваю с пола и сжимаю руки в кулаки.
  - Да не волнуйся, я просто пошутил, - пожал он плечами. - Я это прекрасно знаю.
  - Кто же шутит с серьезным лицом?! - я был вне себя от ярости.
  - Я улыбался.
  - Ты всегда улыбаешься! Это не аргумент.
  - В следующий раз, когда мне вздумается пошутить, я тебя обязательно предупрежу. Ты этого хочешь?
  Я уже не знал, чего хочу. Поэтому просто выкрикнул:
  - Ненавижу! - и покинул комнату, собираясь во двор, помочь маме. Вам наверняка интересно знать что-нибудь о моём отце? Ведь обычно я его не упоминаю. И даже если неинтересно, я всё равно скажу. Он прекрасный человек. Очень вежливый и правильный. Но в нем нет ничего, собственно, особенного. Именно поэтому его характер никак не влияет на происходящее. То есть мама всегда принимала глобальные решения, а он с ней соглашался. Эдакий бесполезный мешок денег. Конечно, мы его любим. Но он просто вот такой вот незаметный.
  - Шелли, ты закончил со столами?
  Я помогаю маме. Молодец-сынок. Всё будет в порядке, пока она рядом. Что-то вроде того. Я так думаю.
  - Да, конечно, - вот он, мой счастливый дом.
  - Помоги Мэтью надуть шарики.
  Меня предала родная мать. Послала в логово врага, протянув катушку с лентой для завязывания шариков.
  Я обречен.
  - А, Шелли. Ты так быстро умчался.
  Я осмотрелся. Из шариков: большая кучка не надутых лежала на пластиковом стульчике, а тот, что в руке Мэтти, был размером с апельсин.
  - Никак не могу его надуть, может, ты попробуешь, Шелли? - с надеждой протянул он мне шарик.
  Я посмотрел преисполненным отвращения взглядом на своего врага. Он сам прикасался губами к этому шарику и теперь предлагает мне. Не дождётся. Я его проигнорировал и поднял новый шарик с сидения стула.
  - А что мне с этим делать, Шелли? - возмущенно вопросил он. - Я вот всё дую, дую, а он никак.
  Он смешно надул щеки, становясь синюшного цвета, и опустил шарик.
  - Не могу.
  - Не сдавайся, - посоветовал я ему. И тут же пожалел, потому что мне снова стало казаться, что Мэтью - это Рэйчел.
  - Тебе легко говорить. Я хотел помочь, но у меня не получается.
  - Тогда попробуй сделать что-нибудь другое, например, принеси из подвала остальные стулья.
  - Вообще-то, я только что оттуда.
  - Смею поинтересоваться, где же тогда стулья?
  Он почесал кончик носа:
  - Вообще-то это довольно грустная история. Я взял стульев пять, ну ты знаешь, как они соединяются вместе.
  - Да, я знаю, - недовольно сказал я, наворачивая уже третий шарик.
  - Так вот. Я взял стулья и пошел наверх.
  - И что дальше? - деликатнейшим образом поинтересовался я. Он не понял, что это сарказм.
  - У вас такой узкий выход из подвала, в смысле, для стульев. И я начал давить, чтобы протиснуть их. Ну, и упал с лестницы.
  - Это и правда грустная история, - согласился я. Хотя внутри меня всё торжествовало. Мой дом меня не бросил, и мы вместе дадим достойный отпор чужаку. - Но есть многие другие дела, - возобновил попытку избавиться от него я.
  - Твоя мама сказала, чтобы я надувал шарики. Только это.
  Я обернулся в сторону небольшой деревянной сцены, где мама с Томом расставляла какие-то коробки. Она помахала мне рукой. Я сделал вид, что не заметил. Она это нарочно сделала! Что именно? Поместила мне в помощь Мэтью. Мало того, что он постоянно ко мне лезет, так ещё и не умеет надувать шарики. Но ей стукнуло, что мы друзья навеки. И слушать она меня не хочет. Я должен ей всё объяснить.
  - Я сам справлюсь.
  - Правда?
  Я надеюсь, он уйдет.
  - Тогда я просто посижу за компанию.
  Судьба ко мне не благосклонна.
  - Знаешь, мне надо кое-что тебе сказать.
  Совсем не благосклонна.
  - Да? - я с шумом надувал зеленый шарик. Пару капелек пота картинно скатились со лба. Но его ответ поверг меня в истерический смех.
  - Мне кажется, у вас кто-то ворует.
  А вот сейчас мой истерический смешок.
  - Я серьезно, - он посмотрел прямо на меня. - Не шутки это, Шелли.
  - И что пропало? - еле сдерживаясь от смеха, осведомился я.
  - Мои наручные часы, - он сунул мне в нос своё белое запястье - я отпрянул. - Моя шляпа и стаканчик колы.
  - А тебе не кажется это странным?
  - Ещё как кажется. Пропадают вещи, совершенно не связанные.
  - Нет, я о том, что пропадают только твои вещи. И к тому же я что-то не помню, чтобы на тебе была шляпа.
  - Так она дома должна была быть.
  - Тогда какого ж хрена воруют у нас, если ты сам потерял свои вещи?! - Не выдержал я.
  - И что ты так кричишь? Сегодня я здесь, - он зачем-то схватил мою руку. - И сегодня это мой дом.
  Крепость окончательно разрушена. Враг проник. Первый, первый, я второй, я труп. Не обращайте внимание на мою кратковременную дискуссию с самим собой. Мэтью всё ещё не отпускал мою руку.
  - Ну что? - не выдержал я.
  Он хитровато улыбнулся, скользя взглядом от моего локтя к лицу.
  - Так что воруют у вас.
  Более дурацкой фразы и ожидать было нельзя. Я выдернул руку и принялся снова надувать шарики. Мэтью решил всё-таки сбегать домой в поисках шляпы. Я до шести вечера надувал шарики, их было просто огромное количество. А шарик Мэтти я победно выбросил в мусорку.
  Вечеринка была в самом разгаре. То есть прошло всего-то тридцать минут спустя начала. Я стоял в углу и пил газировку. Мне все эти танцы под старую музыку и разговоры совершенно не нравились. Спустя ещё некоторое время ко мне вырвалась Эм и предупредила, что Мэтью вернулся со шляпой и меня ищет. Я был ей от всего сердца благодарен. И благородно сбежал на чердак. То есть черта с два какое там было благородство. Я просто сбежал. Это было моё укромное место. Там среди всякого "нужного" хлама есть лавочка, которую мы почему-то после переезда так и не вынесли на улицу. Там-то я и устроился, потягивая газировку. Отсюда не особо было слышно, как на улице завывают старину Элвиса, зато хорошо было видно небо, через специальные люки в черепице. Я был сокрыт от всего мира. Недолго. В мою штаб-квартиру, в сердце моей империи, а если точнее, моего союза с домом, проник он. Просто вошел как ни в чем не бывало.
  - Там шумно, не правда ли?
  - Откуда ты узнал, что я здесь?
  - Догадался. И вообще-то я искал тебя.
  - Что ещё? - я присел на лавочке.
  Он сделал два шага в мою сторону, а потом вдруг ни с того ни с сего бухнулся на колени. Я вскочил с лавки - это выглядело слишком странно. Подошел проверить, всё ли с ним в порядке. А он схватил меня за руки. Его лицо было серьезное:
  - Шелли.
  - Что ты делаешь?! - отворачивался я в сторону.
  - Я хотел бы тебя попросить тебя об одной очень личной вещи, - он ещё сильнее сжал мои ладони.
  - Нет! - решительно отрезал я. Понятия не имею, о чем он хочет попросить, но чтобы это ни было, я это не сделаю.
  - Но это важно!
  Я попытался наподобие робота завернуть свою голову в другую сторону - так мне хотелось этого не видеть.
  - Ну я прошу тебя, Шелли! - взмолился он. Другого подходящего слова я просто не могу подобрать, потому что его слова были такими детскими и проникающими куда-то внутрь.
  - Шелли.
  - Я не буду этого делать!
  - Ты ведь даже не знаешь, о чем я тебя прошу!
  - И знать не хочу!
  - Пожалуйста!
  Возможно, он мог бы просить меня вечно. Я чувствовал, как он вцепился в меня и не хотел отпускать. Но меня спасло странное обстоятельство. Откуда-то снизу послышался голос Рэйчел:
  - Эй, где ты, Шелли? Мама звала тебя вниз! Шелли!
  - Сейчас! - моментально откликнулся я, радуясь возможности улизнуть. Но Мэтью всё ещё не отпускал меня.
  - Ты ведь вернешься? - спросил он, когда я предпринял очередную попытку вырваться из его хватки. Откуда только силы берутся?
  - Потом, - уклончиво ответил я.
  - А как же я и моя просьба?
  Я обернулся, глядя в его глаза. Они были настолько трогательными на грани разревения полного. Но я не поддамся. Я вырвал правую руку и даже ринулся вперед к спасительному люку на этаж, однако он всё же не выпускал меня:
  - Ну пожалуйста, Шелли! - легонько потерся щекой о мою ладонь.
  - Не лезь ко мне! - вскипел я, вырывая вторую конечность, сбегая вниз по лесенке. Не знаю почему, но у меня горели уши. Им вдруг стало жарко-жарко. Мне было не по себе. Что он делает? Это неправильно! В корне неверно! И я никогда не буду в этом замешан!
  На крыльце меня ждала мама. Увидев мою испуганную и растерянную мордашку, она обняла меня, прошептав на ухо:
  - Я тебя познакомлю с одним мальчиком, дружи с ним, его отец из строительной компании.
  Я знал, что она имеет в виду. И мне ничего не остается, как ей помочь. Она всегда любила выезжать в жизни за счет удачных знакомств.
  - Знакомься, это Пьер, сын мистера Флауна!
  Она сделала шаг в сторону.
  Я ослеп. Вы спросите, что случилось? Случился Пьер! Я думал, это имя обязывает к высокому росту, высокому интеллекту и высокому статусу в обществе. А также сигарете и карте путешественника. Всё было наоборот. Он был ниже но голову, при этом толстый и расплющенный, как новомодный экран панасоника. Лицо его было противно-желтого цвета. Дальше маленькие круглые темные очки, похоже для вида. И картину довершала детская кепка как минимум размеров на десять меньше.
  Впервые в жизни я захотел увидеть Мэтью. Его счастливую улыбку или растерянные глаза. Хоть что-нибудь. Я тут вообще подумал, он красивый. Нет, нет и ещё раз нет! Я не о том думаю! Я болен! Страшно и адски. Мне жизненно необходимо увидеть что-нибудь менее отвратительное, чем... Пьер. Его пузырь из розовой жвачки лопнул, и он снял очки. Лучше бы он этого не делал: под ними оказались маленькие тараканье глазки в оправе из жира. Сразу, как в противоположность, вспомнились глаза Мэтью. Такие огромные и честные, приятного зеленого оттенка. Вы будете смеяться, но только это помогло мне не выплюнуть свой обед наружу.
  - Привет, Шелли.
  У него был дурацкий иностранный акцент, и он коверкал хоть и ужасное, но моё имя. Если вспомнить, как меня звал Мэтью...Нет, нет и ещё раз нет! Ни за что! Надо успокоиться.
  - П-привет, Пьер, - я нехотя протянул руку. Мама ретировалась с места атомной войны. Дважды предательница.
  Я понадеялся, ввиду отвратительного внешнего образа, хотя бы на интеллектуальные проблески моего собеседника. Но всё оказалось куда хуже: он ограничивался односложными фразами "да - нет". А ещё единственная тема разговора, которая ему была по душе - это "Ты смотрел вчера викторину?". Начнем с того, что я вообще не смотрю это дурацкое телешоу. И я снова вспомнил Мэтью. Мне сложно признаваться, но да, я правда предпочёл бы лучше общение с ним, чем с Пьером. Да, все слышали, я это сказал! Я хочу видеть Мэтью, и слушать, что он говорит. Съешьте мои угольки, потому что я сгорел от стыда. Я больше хочу общаться со странным геем, чем с обычным человеком. Я сошел с ума. Но... общаться с Мэтью было легко. Он хоть и не понимал некоторых сарказмов, но всегда мог сказать что-нибудь интересное. Хотя наши разговоры в основном сводились к тому, что я бешусь, а он меня утихомиривает. Но мы и не друзья. Да.
  Когда Пьер отвлекся, я улучил минутку и снова вернулся в дом. Мне нужно было увидеть что-то менее уродливое. И да, мои угольки ещё раз сгорели дотла, мне ужасно стыдно. Ведь я сейчас я снова поднимаюсь на чердак. В надежде увидеть Мэтью. Хотя, возможно, он уже давно ушел. Но когда я поднялся, он всё ещё был там и сидел на спинке лавочки, подпирая щеку рукой. Я почему-то почувствовал облегчение, смотря на его задумчивое лицо. Я придурок! Он вздрогнул и обернулся.
  - Шелли? Я уже думал, ты не собираешься возвращаться! - его лицо потеплело, и на нем появилась улыбка. Я запоздало вспомнил о том, что сейчас он будет меня о чем-то просить. Но похоже, он сам забыл, о чем, и пригласил жестом присесть рядом.
  - У тебя такое бледное лицо. Тебе снова нехорошо? - спросил он, когда я примостился рядом.
  Я ничего не ответил. Просто тоже улыбнулся. Я не знал причину своего хорошего настроения, но некоторые вещи случаются просто так.
  - Смотри, первая звезда! - указал он вперед.
  Всё это ещё больше стало напоминать сопливую мелодраму.
  - Загадывай желание, - Мэтти сам зажмурился, что-то быстро шепча.
  Я снова посмотрел на небо. Я не верю, что желания могут так просто исполниться. Но я всего лишь хочу, чтобы моей нормальной жизни никто не мешал.
  - Что ты загадал?
  - Если скажу, то не сбудется! - он приложил указательный палец к губам и подмигнул. - Кстати, почему ты вернулся? Я знаю, что попросил тебя, но ведь ты вернулся совершенно не поэтому?
  - И что?
  - Скажи, почему! - он приблизил своё лицо к моему. Я знаю, он не отстанет, поэтому я вдруг сказал правду, однако, не удостоив её объяснениями:
  - Мне нужно было тебя увидеть.
  Он не знает, что мне пришлось пережить, и вряд ли я смогу сейчас нормально объяснить ему, в чем дело.
  - Но ты даже не смотришь на меня, - медленно произнес Мэтью, молниеносно подхватывая правой рукой мой подбородок и разворачивая к себе.
  - Как-то расхотелось, - неуверенно сообщил я.
  - Шелли! - он вдруг положил мне руки на плечи, отчего я дернулся. - Посмотри на меня!
  Я испуганно повернул голову на него. На меня смотрели блестящие изумрудные глаза, в которых отражалось ночное небо, к тому моменту уже полное звезд. Светлые волосы растрепались и торчали в разные стороны. А я ведь и правда никогда не смотрел ему в лицо. Сейчас он был серьезный. Мы всё ещё сидели в тишине, разглядывая друг друга. А потом на его лице возникла легкая сочувствующая улыбка, и он убрал руки. У меня что-то не так на лице? Ну чего он так на меня смотрит?
  - Что такое? - не выдержал я.
  - Ты хочешь, чтобы я положил руки обратно?
  - Тьфу, ну конечно же нет.
  - Тогда в чем твоя проблема?
  - Почему ты так на меня смотришь?
  - А что?
  А правда, и что? Все имеют право смотреть, как хотят. Но он смотрел на меня так по-особенному, и мне даже показалось, в комнате начало витать что-то третье. Понятия не имею, что. Я разглядывал свои носки. Что на меня нашло? Почему мне вообще показалось, что мы смотрим на друг друга неизвестно сколько? Не понимаю! Ничего не могу понять. Меня осенило. Дело в том, что после Пьера мне надо было отвлечься на что-то красивое. Ну всё, достали, признаю - он красивый!
  - Красивый, - случайно ляпнул я вслух. И тут же в ужасе обернулся на Мэтью. Тот, как всегда, недоумевал:
  - Кто красивый?
  - А... мой, то есть мамин знакомый, его зовут Пьер, - начал плести я какую-то околесицу.
  - Правда? Вот здорово было бы на него посмотреть... - он снова созерцал небо, отвернувшись от меня.
  - Зачем тебе? - нервно спросил я. Мало того что это была выдумка, так ещё и совершенно непонятно, зачем ему нужен ещё один парень кроме... кроме Бартишо, придурки! Они же любят друг друга. Что-то вроде того. Я скривился.
  - Я люблю красивые вещи и красивых людей. Разве не все это любят?
  - Наверное, - неуверенно ответил я.
  - Ты тоже красивый, Шелли, - он улыбнулся своей честной улыбкой и потрепал мои волосы. Я не смог пошевелиться. Я чувствовал в этом прикосновении что-то особенное, не так, как раньше. Я испугался. Последний солдат в моей армии (он же просто я) позорно дезертирует. Второй, второй, я первый, прибегаю к самоуничтожению. Бип. Бип. Бип. Буууу!
  - Ты чего молчишь? Я же всего лишь сказал, что ты красивый. Это же комплимент, Шелли. Эй, что ты делаешь?
  Что-то черное с горящими глазами стало надвигаться на Мэтью. А потом раздался боевой клич, хотя вообще-то истерический вопль. И черное торнадо исчезло с чердака в комплекте с завыванием "ненавижу"... Признаюсь, это был я. Я умчался сломя голову. Мне надо срочно убедить маму - у меня совсем не осталось союзников. Я одинок.
  - Что ты подумала? - наверное, в третий раз переспрашивал я.- Как тебе в голову могла прийти такая чушь?! Ради всего святого!
  - Ну я видела, как вы обнимались в комнате...
  -Конечно же, нет! Это недоразумение! - вскипел я, скрипя зубами.
  - Тогда что?
  - Он испугался, когда дверь резко хлопнула.
  - А ещё когда он пытался накормить тебя какой-то печенькой. Это так мило...
  Мне захотелось наорать на неё. Как мать может говорить такое про собственного сына?! Я благоразумно сдержал ругательства на потом.
  - Почему?.. - слова всё-таки вырывались сами. - Почему ты не сказала мне о том, что тебе пришло в голову?
  - Шелли... - она опустила голову. - Я боялась, что ты застесняешься и перестанешь встречаться с Мэтью.
  На языке долгое время не было подходящих слов, лишь одни бесшумные ругательства.
  - Я с ним не встречаюсь! Мы с ним даже не друзья! Я ненавижу его больше всего на свете! Больше всего в этом мире! Больше всего во вселенной! Ненавижу! Ненавижу это чудовище!
  Я отвернулся спиной к маме, чтобы перевести дух. Из танцующей толпы на меня смотрели два огромных глаза, наполненные слезами. Это был Мэтью. Я вообще-то не рассчитывал, что он это услышит. Но всё равно раньше бы он просто сказал что-нибудь в стиле "Я понял. Увидимся, Шелли". Он закусил губу и светящиеся ручейки начали скатываться по щекам. Я инстинктивно протянул руку вперед. Мэтти развернулся и исчез среди других людей. Похоже, моё желание сбылось, но радости я не почувствовал.
  Всё вокруг превратилось в цветастое смазанное пятно, и мне показалось, что лишь я виден отчетливо. Мама стукнула меня кулачком по затылку:
  - Ты не собираешься его догнать?
  - Нет, - посмотрел я на неё. - Не собираюсь.
  - Ну смотри, - невесело отозвалась она.
  Вечеринка тянулась ещё долго, и я где-то до двух ночи слышал "Лау ми тендеррр, лав ми суиииит". Я снова наткнулся на Пьера, а он сказал, что слышал, как я орал что-то про ненависть.
  - Я ненавижу! - не стал отрицать я.
  - Ты ведешь себя странно.
  На этом наш разговор окончился. Точнее, я решил не отвечать и смотался. Потом меня нашли Эмили и Рэйчел.
  - Ой, наверное, ты его сильно обидел, - задумчиво сказала Рэйчел.
  - А почему это ты его жалеешь?! - взвился я.- Такие, как он, не должны портить наше общество!
  - Разуй глаза, Шелли, он такой же обычный человек, как ты или я! И у него тоже есть чувства. И я думаю, ты бы не обрадовался, если бы на тебя разом вывалили столько грязи. Да что тут говорить, никто бы не обрадовался, и в этом плане он точно такой же как все! Что такого в том, что ему нравятся мальчики?
  - Он портит наше общество. Ах точно, я понял. Ты сама в него влюбилась!
  - Шелли, ты правда полный придурок!
  Она оскорблено мотнула головой и ушла. Эм похлопала меня по плечу:
  - И в этот вечер ты лишился двух своих очень близких друзей.
  - Мы с Мэтью не друзья! - вскипел я. - Сколько мне ещё раз это повторять!
  - Ладно-ладно, - отгородилась она ладошками.
  Мы помолчали.
  - Ты ведь извинишься перед ним, правда?
  - НЕТ!
  - Не кричи, я нормально слышу.
  - У меня только наладилась хорошая жизнь.
  - Тебя не пугает что твоя новая жизнь началась с лишения такого человека...
  - Эм... Я не хочу иметь с ним ничего общего!
  - Шелли, да что с тобой такое? Ты стал такой нервный. А ещё, - она потянула меня за челку, - кажется, седеешь. - И негромко рассмеялась.
  - Да иди ты, - отмахнулся я.
  - Нет, честно!
  - Эм, послушай, я не хочу поссориться ещё и с тобой.
  - Понятно. Надеюсь однажды увидеть, как ты взаправду непринужденно улыбаешься. А то обычно так фальшиво.
  - Вот и молодец, - непонятно к чему сказал я.
  Я чувствовал себя ещё хуже, чем раньше, и когда оказался в своей кровати, так задумался, что чуть не свалился на ковер. Вообще-то я даже толком не понимал, о чем я думаю. Было поздно, и глаза слипались, а тело наполнено чистой злобой. Но вдруг стала пробиваться какая-то жалость. А вдруг он правда перестанет говорить с другими людьми? Вдруг переедет в другой город и больше никогда не выйдет в свет? Обвинят меня. Но дело было даже не в этом. Где-то внутри меня что-то противно щемило. Даже можно сказать, скулило. Зато теперь моя жизнь станет нормальной. Это уж точно.
  Мне снился сон про Бартишо. Тут всё было предельно просто: он пришел и побил меня.
  Я проснулся рано утром в холодном поту. На теле ни единого синяка, только кошмарное воспоминание, не имеющее ничего общего с действительностью. На часах было чуть больше пяти, и я снова попытался заснуть. Но когда я закрывал глаза, передо мной тут же появлялось заплаканное лицо Мэтью, и у меня не было никакой возможности отогнать это навязчивое видение. Я ударился головой об подушку и победно заглох, издавая звук, похожий на шуршание полиэтиленового пакета, я - сопел.
  Всё воскресенье я рассержено читал. Мэтью не заявлялся, хотя кто ж после такого заявится. А на утро понедельника я терялся в догадках, что будет дальше. По дороге в школу извинился перед Рэйчел. Она сказала, что прощает, но если я снова буду говорить про неё всякую ерунду, она натравит на меня весь класс. Мир-дружба-жвачка. Мы без приключений дошли до школы. Мэтью не было. Учительница снова оглядывала класс. Возможно, я бы и не был против сходить к нему домой, проверить реакцию на моё субботнее заявление. Но классная руководительница ещё раз подумала и отправила Эмили. Потому что у Мэтти, разумеется, был выключен телефон. На большой перемене, словно как в моём сне, ко мне подошел Бартишо. Но как раз дальше пошла не сходящаяся часть сна. Он вместо того, чтобы избить меня, извинился за предыдущий раз. Сказал, что я правда был не при чем. Я глупо улыбнулся. Он покинул наш кабинет.
  У развилки я пожелал Эм удачи, и она отправилась к Мэтью. Я пошел домой и по обыкновению проверил почту. Там была подозрительного вида открытка с черепом посередине. Внутри была лишь одна фраза, но она заставила меня вздрогнуть от кончиков ног до самого мозга.
  Извинись перед ним, а то я самолично сделаю из тебя фарш, дохлая ты скотина.
  Вот так-то. Адресат не был указан. Да и кому бы захотелось подписаться под таким, не знаю. Я вошел в дом.
  - Как у тебя в школе, Шелли?
  - Нормально. Только вот кто-то отправил мне письмо с угрозой.
  - О-о!
  - И это всё что ты можешь сказать?! Меня угрожают лишить жизни, а я даже не знаю, кто!
  - Может, - мама нелепо хохотнула, прикрывая рот рукой, - это я .
  Я всегда знал, что у моей мамы шуточки дурацкие, но не до такой же степени, в самом деле!
  - Так это ты?!
  - Кто знает. - Она сделала паузу. - Сынок.
  В этом слове неприязни было больше чем во всех предыдущих годах общения. Я избавился от Мэтью, зато поссорился с мамой. Иду каким-то тернистым путем жертв. И вообще, как родная мать может так говорить с сыном? Это уж слишком. Я поднялся к себе в комнату, гордо задрав нос и так же гордо швырнув свой рюкзак на пол. Мне было немного страшно. Я как представлю, что Эм сейчас одна. И не где-то, где много людей, а в совершенно отчужденном месте. Где есть только она и Мэтью. А ещё мне было обидно, что родная мать подталкивает меня к тому, чего я абсолютно не хочу делать. Разъясню. Она хочет, чтобы я перед ним расшаркивался, расстилался, как последний половичок. Сыпля извинениями. Но... хрен, хрен вам!
  А Эмили так и не звонит. Может, что-то случилось? Может, у неё проблемы? Может, её жизни угрожают? И вместо того, чтобы учиться, я грыз ногти, напоминая комбайнер вроде тех, что ездят по полю и косят всё подряд на своём пути. А когда прошло два часа, я начал всерьез волноваться. Почему она не звонит? Что случилось? Она единственный человек в этом мире, который почти адекватно реагирует на мои проблемы. И именно поэтому сейчас я набираю её номер:
  - Эмили?
  В трубке тишина.
  - Эмили? - взволнованно повторяю я.
  - Что?
  - Всё нормально?
  - Ты так за него волнуешься? - вкрадчиво спросила она.
  - При чем тут это вообще? Я о тебе говорю. Ты в порядке?
  - Да, - грустновато откликнулась она.
  - Вы поговорили?
  - Да. Через дверь.
  - Как это?
  - Тебе показать? - недовольно взвилась она.
  - Да что такое, Эм?
  - Всё нормально.
  - И о чем вы говорили?
  Она шмыгнула носом и негромко произнесла:
  - Ты о нем думаешь...
  - Что?! - начал истерить я.
  - Как там Мэтью? А что с ним? О чем вы говорили? Ладно, бессовестный ты наш. Заходи ко мне, расскажу.
  - Ладно, - нехотя согласился я.
  И через десять минут уже сидел на стульчике в её комнате и ждал, пока она закончит жевать свою булочку с джемом.
  - Может, хватит уже есть?
  - Что ты так нервничаешь? Живой он, живой.
  - Эм!
  - Извини, я не смогла удержаться, - она улыбнулась и прикрыла один глаз.- Я сейчас всё тебе расскажу. Я быстро нашла его дом и сразу же позвонила. Но он мне не открыл.
  - И почему?
  - Просто не захотел, наверное. Он сказал, что ещё некоторое время побудет дома и извинился, что опять забыл позвонить в школу, он просто раньше никогда не болел, ну, до этого года.
  - И всё?
  - Да. Но голос у него был невеселый, возможно, он ожидал увидеть кого-то другого. - Она многозначительно посмотрела на меня.
  - Ладно, я понял! - я хлопнул по своим коленям. - Я это сделаю!
  - Правда?
  - Я позвоню Бартишо!
  - О чем это ты?! - вскочила она, роняя крошки с кофты на ковер.- Я имела в виду тебя!
  - Нет! - Мгновенно отмахнулся я.
  - Но он такой бедненький, расстроенный, - сделала она жалостливое лицо, а потом украдкой добавила: - Может, даже покончит с собой.
  - Эмили! Это не смешно.
  Словно по моей просьбе она мгновенно посерьёзнела.
  - Я знаю. Шелли, не будь сволочью. Ты обидел человека, а теперь пойди и извинись.
  Она впервые была такой серьезной за все наши разговоры о Мэтью.
  - Ты уже не ребенок, и нужно отвечать за свои поступки.
  - А как же моя гордость?
  - Переживешь, надутый ты индюк, - она закинула в рот последний кусочек булочки.
  - Я не буду этого делать.
  - Это просто. Скажи: прости. И всё закончится.
  - О чем это ты? - насторожился я.
  - Он тебя простит, если сможет, конечно, и у тебя на сердце больше не будет груза.
  - А как же нормальная жизнь?
  - А ты уверен, что под нормальной жизнью подразумевается такое море боли, что ты причинил?
  - Не спорю, я был неосторожен. Я уже говорил, эти слова предназначались моей маме.
  - А ты хотел ему об этом сказать по-другому? - она сощурила глаза.
  - Ну да, - растерялся я. - Наверное.
  - По-моему, хоть ты на него вечно орешь, тебе без него скучно.
  - ЧТО?! - вытянулось моё лицо.
  - Шелли, хватит отрицать. Ты бы, может, с ним дружил, если бы не знал, что он гей.
  - Не произноси это слово в моём присутствии! - вскочил я со стула, закрывая руками лицо. - И даже если так, я бы не стал с ним общаться.
  - А чем он хуже других? Миленький, порядочный, не пропускает дежурства.
  - Заткнись! - на сей раз я закрыл руками уши. Мне не хотелось это слышать.
  - А ещё он сделал тебе печеньки...
  - Эм, заткнись! - прокричал я ей в лицо.
  - Успокойся, - она встала и легонько тюкнула меня по носу. - Конечно, что бы я сейчас не сказала, ты меня слушать не станешь. Но я думаю, ты сам должен решать, что тебе делать. И перестань орать, ладно? А то моя мама подумает, что я пытаюсь выбросить тебя из окна.
  - П-прости. Я... и что я должен делать?
  - Почему ты у меня спрашиваешь? Это твоя жизнь. Сам решай, чего хочешь. Я, конечно, рада, что ты мне так доверяешь. Но сейчас ты меня просто не послушаешь.
  - Да, это так.
  - Тогда зачем спрашивал? Не волнуйся, всё будет хорошо.
  Но если честно, мне от этих слов стало ещё хуже. Она всё это говорит и надеется, что я пойду и извинюсь. Ни за что! Вы шутите! И не потому, что я не хочу, чтобы он портил мою жизнь, я просто не знаю, как извиняться перед человеком, которому сказал такое. Я поблагодарил Эм и вернулся домой. Было уже поздно, и я лег спать.
  Итак, я всё ещё не сплю. А в моём плане появились корректировки. Во-первых, на своей "тойоте" я хочу разбиться ночью, и жену я брать с собой не буду. Потому что все девки - дуры. Все, можно сказать, посылают меня к нему. А я перед ним не извинюсь. Даже не знаю, как теперь искать жену. Может, кандидатку наук? Или очкастую немую девочку в веснушках? Мне что-то поплохело. Так, поступим логично. Если бы мне скажем сказали, что я чудовище, чтобы я ответил? Я призадумался, обхватывая руками подушку. Я бы просто послал на все четыре стороны. А через день бы забыл об этом. Я бы, конечно, обиделся, но ведь я могу постоять за себя, ударить. Но Мэтью не такой. То есть, я совершенно не знаю, какой он. Например, взять Эм. Она бы расплакалась, но ведь тоже напополам с ругательствами. Она тоже может постоять за себя. А, точно! Рэйчел! Она же больше всего из знакомых людей похожа на Мэтью. Что бы сделала она? Расплакалась и обзавелась кучей комплексов на всю жизнь. Надо думать логично. Любой бы человек смертельно обиделся. Особенно, если услышать это от знакомого человека. Ведь Мэтью думает, что мы друзья. Вообще, какого черта он так думает?
  Я так и не смог сам придумать себе ответа на этот вопрос, поэтому обратился к единственному человеку, с которым можно посоветоваться ночью. Вы будете смеяться, но я отправился к своему отцу. У мамы в данном случае есть собственные интересы, и она будет гнуть свою точку зрению. А папа, так сказать - нейтрален. Он часто засиживается по ночам в гостиной с книгой или газетой в руках. Например, как сегодня.
  - Пап, можно тебя отвлечь?
  - Я тебя слушаю, - сказал он, не отрываясь от чтения. Книга называлась "Адское око".
  - Пап, я, кажется, очень обидел одного человека.
  Он приподнял глаза из-за книжного переплета:
  - Если это мама, обязательно извинись, и если есть деньги, купи коробку конфет.
  - Нет, - я тяжело вздохнул.
  - Тогда... - он огляделся по сторонам. - Это очень хорошо. Маму расстраивать никак нельзя.
  Вот вам живое доказательство тому, что женщины-валькирии существуют. И их рабы тоже.
  - Пап, - напомнил я ему о себе.
  - Да, извини, я отвлекся. Ну, если этот человек тебе по-настоящему дорог, то обязательно извинись. Ведь находить друзей не так просто, как терять.
  - Ты так говоришь потому, что у тебя почти нет друзей.
  Он опустил взгляд. Упс, наступил на мину.
  - Пап, я не хотел тебя обидеть, - начал я отказываться от своих слов.
  - Всё нормально, Шелли. Какой смысл печалиться о фактах. Но меня так и тянет разреветься, - он достал из кармана носовой платок и шумно высморкался. Да, такой вот мой отец.
  - Мы вообще даже не друзья.
  - А, с девочкой поссорился?
  - Н-нет, - поспешил откреститься я.
  - Тогда что это за человек?
  Я задумался:
  - Ну, вообще он мой одноклассник. Даже не знаю, он, похоже, считал меня своим другом.
  - Тогда ему больно. И тут ты сам должен понять, стыдно ли тебе за это. Настолько ли ты им дорожил, чтобы отказаться от этих отношений? Ты ведь сейчас тоже не очень веселый. Значит, я думаю, ты им дорожил.
  - Да как таким, как он, можно дорожить?!
  - А что с ним не так?
  Я замялся, ища подходящее слово:
  - Он... не такой как все.
  - Тогда ему в особенности нужны друзья.
  - Пап, ты опять подумал про себя.
  - И то правда.
  - У него есть друг.
  - Везучий.
  - Па, не отвлекайся.
  - Извини, просто накатила ностальгия. А что в нем такого странного?
  - Он... Ну, ему нравятся очень странные вещи.
  - Поясни, что ты имеешь ввиду.
  Но меня уже занесло.
  - Ну это как если бы рыба любила есть котов. Это же странно?
  - Да, - подумав согласился он. - Но я всё равно не понимаю, что ты хочешь сказать.
  - Слушай, я не хочу произносить это вслух.
  - Ладно. Но я тебе так скажу, если ты взаправду не хочешь перед ним извиняться, не извиняйся. Но если ты хотя бы на секунду пожалеешь об этом, исправь всё. Никогда не поздно. Так я думаю. - Он поковырялся мизинчиком в ухе. Я улыбнулся. Всё-таки мой отец - хороший человек, хотя и полный неудачник.
  - Я пойду спать.
  - Надеюсь у тебя в жизни всё сложиться лучше, чем у меня.
  - Не грусти.
  - Всё нормально.
  Я, конечно, мог бы и дальше расхваливать своего папу... Но мои мысли снова переключились на Мэтью. Чего я хочу?
  Итак, сейчас два часа ночи, а я стою у телефона. Как вы думаете, что я собираюсь сделать? Набрать номер и позвонить, но кому? Вообще-то, Бартишо. Почему ночью? Потому что я так и не смог дождаться утра. А потом обнаружил на полу мертвого паучка, и мне вообще расхотелось спать. Я просто проверю, всё ли в порядке. Трубку почему-то подняли сразу.
  - Простите за столь поздний звонок.
  - Это ты, - раздался недовольный знакомый голос. - Проблем на свою голову захотелось?
  Кстати о голове, он был выше меня как раз на голову. А его плечи были широкие с длинными руками, которые складывались в огромные кулаки. И меня это пугало. Короче: я совсем передумал звонить и был готов бросить трубку.
  - Как там Мэтью?
  - И скажи, почему тебе пришло в голову спрашивать об этом в два часа ночи? А ещё и у меня? Сам ему, что ли, позвонить не можешь?
  - Э... я в прошлый раз обидел его.
  - Ты меня поражаешь. Как такие свинтусы живут на свете, не понимаю. Вообще-то, я не знаю. Вчера после обеда меня не было в городе, а как ты знаешь, мобильник он не снимает никогда. Но если ты сильно обидел его, я выбью из тебя все кишки, будь уверен.
  Звучало не очень-то приятно. Конечно оригинальная интерпретация общеизвестного выражения "Я выбью из тебя всю дурь", но всё-таки жестко. Я замолчал, жалея о своём звонке.
  - Слушай сюда, если он расстроиться, я лично повешу твою голову на заборе.
  - Да это вообще была неудачная шутка, - попытался отмазаться я.
  - Молись, чтобы так и было.
  Кстати о молитвах, я тут подумал - а чего бы мне не податься в монахи? Там меня точно не достанут! Наверное...
  - Ещё раз извиняюсь за поздний звонок.
  - Я не спал.
  Трубку повесили. Я вздохнул и снова направился в гостиную, папа почему-то всё ещё был там.
  - Не спишь?
  - Твоя мама постирала мой матрас, и он теперь сушится на балконе.
  - А как же комната для гостей?
  - Она говорит, я не гость и не могу в ней спать.
  - Но это же бред.
  - А я знаю, - снова выдвинул он свои очки из-за обложки. - Но я не хочу её расстраивать.
  - Ты слишком добрый.
  Опять наступил на мину, и он, как полагается, раскис. Скажи такое одинокому человеку и он точно расстроится.
  - Да ладно тебе, пап, это не так уж и плохо.
  - Ну да.
  - У меня тут ещё такой вопрос. Я... у меня кажется будут проблемы.
  - В каком смысле?
  - Меня могут побить. Ну... из-за того мальчика, которого я обидел.
  - И всё-таки, почему ты не можешь просто перед ним извиниться?
  - Он испортил мою нормальную жизнь.
  - Почему?
  - Ему нравятся другие мальчики! - со злости прокричал я.
  Папа отложил книгу и сурово посмотрел на меня:
  - Ты знаешь, что когда человек становиться таким - это результат гигантской душевной травмы?
  - Или он с самого начала был таким! - встрял я.
  - Тогда травмой становиться то, как негативно тебя воспринимают остальные люди. Ты белая ворона.
  - Я понимаю...
  - Ты не можешь этого понять. Что ты знаешь о боли? Сходил разочек к стоматологу, поранил коленку, укусил комарик? Что ты понимаешь... - он скрестил руки на груди.
  - Ты думаешь, ему очень больно? - с опаской спросил я.
  - Так, что даже не можешь себе этого представить. Не знаю, что ты сказал, но от твоих слов, я думаю, он расстроился ещё больше. Тем более, что он считал тебя другом.
  - Ну вот. Теперь я чувствую себя последней сволочью!
  - Ты можешь перед ним извиниться.
  Я не ответил и поднялся наверх. Я чувствовал себя паршиво. Я наконец-то понял, как обидел Мэтью, и как, наверное, ему должно быть плохо. И как больно. И виноват я. Я думал, меня хватит на большее, но это всё. Завтра пойду и извинюсь. Да! Все слышали? Я это сделаю. Прекратите уже на меня давить. Господи, что я наделал? Что же я наделал? Мне нужно немедленно всё исправить. Или хотя бы попробовать. Кем бы он ни был, никто такого обращения не заслуживает. Я мог бы ещё долго думать об этом, но я просто устал и почти сразу уснул. На душе стало легче.
  Я решил никому ничего не говорить, так будет проще. Назавтра Эм и Рэйчел вели себя как ни в чем не бывало, и если случайно перескакивали на тему о Мэтью, то тут же осекались и переходили на что-нибудь другое. Они ещё не знают, что мне стало стыдно, и сегодня я пойду и извинюсь.
  По дороге к дому Мэтью мне вдруг стало страшно. Ведь настоящее чудовище здесь - это я. Как можно было ляпнуть такое? Мда...
  Я мысленно прощаюсь с тобой, Стив, с тобой, черная "тойота", и с тобой, Том, мой дорогой летний домик. Думаю, моя смерть будет быстрой и безболезненной. Я медленно поднялся на крыльцо и, последний раз вдохнув поглубже, натиснул на кнопку звонка. За дверью послышалась возня, а потом она без вопросов открылась. Моему взору предстал Мэтью, весь всклокоченный, как мятое белье после стирки, с черными синяками под глазами.
  - Шелли? - морщась и одновременно зевая, спросил он. - Вот кого не ждал.
  - Я хотел с тобой поговорить.
  - Тогда пошли внутрь, - он огляделся по сторонам, щуря глаза. - Тут такой ветер.
  Мы снова зашли на кухню. Меня прошибало на холодный пот, и я чуть не свалился, устраиваясь на табуретке. А он как ни в чем не бывало принялся есть йогурт. Тишина. И я решил заговорить - не сделаю этого сейчас, не сделаю никогда. Каждое слово давалось с трудом:
  - Прости. Тогда на вечеринке я наговорил глупостей, на самом деле я так не думаю. Я здорово тебя обидел, но, пожалуйста, прости. - Я остановился на секунду, чтобы перевести дух и снова продолжил: - Я знаю, это сложно. Но...мне стало стыдно, ведь ты так плакал.
  Он облизнул ложку и задумчиво проговорил:
  - Да, я плакал.
  - Прости, - я зажмурился, ожидая чего угодно.
  - Какой-то волосатый мужик отдавил мне ногу. Это было больно, - просто проговорил он.
  Он плакал не из-за меня.
  - Том... - еле слышно прошептал я, расплываясь в улыбке. Так счастлив я не был никогда.
  - Что ты сказал?
  - Том, так зовут того человека, - объяснил я, продолжая сиять.
  - Извини, но я не слышал, что ты там сказал, на вечеринке.
  - А это и не важно.
  - Точно?
  - Точно.
  - Ты выглядишь таким радостным, - он отхлебнул сок. - Что-то случилось?
  - Всё хорошо, - мне стало так легко и свободно, как никогда в жизни.
  - Я рад за тебя.
  Я не обижал его, я не обидел его и никогда не сделаю этого. Пусть простит за то, что я сказал это, пусть даже не ему. Я зря так подумал. Он неплохой человек, просто другой.
  - Слушай и прости за то, что я раньше наговорил тебе.
  - Не волнуйся об этом, - он вдруг встал с табуретки и подошел ко мне. А потом потрепал по волосам и сказал:
  - Как же я рад тебя видеть, Шелли.
  В этот момент я был по-настоящему рад. Пусть он такой как есть, но на самом деле я не хочу с ним ссориться.
  - Знаешь, я думаю, если бы ты не хотел, ты бы не пришел.
  - Может, и так. Но это не значит, что мы друзья.
  - Я знаю, - он улыбнулся. Боже, как я был рад увидеть его обычную простую улыбку. Как я рад, что всё не так, как могло бы быть.
  - Кстати почему тебя не было в школе?
  - Этот твой Том, думаешь, пушинка? Прошелся бульдозером по моей ноге, и даже не заметил! Пришлось к врачу ходить, - он поднял правую ногу и стянул с неё полосатый носок - она оказалась замотана бинтом.
  Я снова улыбнулся. Он не ходил в школу не потому, что решил закрыться от всего мира, а потому, что какой-то придурок отдавил ему ногу. Как же это замечательно, что я его не обидел.
  - Да что ж ты так улыбаешься?
  - Ничего.
  - Ну, Шелли!
  - Всё равно не скажу!
  Да, я был по-настоящему счастлив. Делать больно другим людям - это не то, чего я хочу. Я хочу всего лишь исполнить свой план и жить спокойно. Тем не менее, даже после того, что мне сказал мой отец, я не собираюсь с объятиями (это фигура речи) броситься на Мэтью. Просто мне лучше по возможности с ним не пересекаться. Однако это оказалось невозможно. Завтра он возник около моего крыльца где-то к семи утра.
  - Что тебе?
  - А как же доброе утро?
  - Доброе утро. Теперь я могу спокойно пойти в школу?
  - Конечно.
  Спустя десять минут.
  - И всё-таки почему ты идешь со мной?
  - Нам по дороге.
  Конечно, я знаю, что мы учимся в одной школе. Но он всегда ходил другим путем.
  - Знаешь, мне кажется, будет лучше, если ты будешь ходить в школу, как раньше.
  - Что ты имеешь ввиду?
  - Один, - я немного отвернулся, потому что в голову тут же полезли мысли, как тяжело быть одиноким, таким же, как мой отец... я не хочу быть, как мой отец, и я не хочу общаться с людьми, похожими на моего отца, кроме него самого. Вот такая не очень логичная цепочка.
  - А я решил ходить с тобой, - он улыбнулся и схватил мою руку. Разумеется, я тут же её выдернул.
  Какая прелесть. Это был сарказм. Будет сложно, если он каждый день собирается ходить за мной хвостиком.
  - Шелли?
  Я и совсем забыл, что встречаюсь с девочками на повороте, и у меня совершенно не было готовых объяснений, присутствия Мэтти здесь. Я глубокомысленно мэкал, пока Эм не ответила за меня:
  - Ты что, извинился перед Мэтью, за то, что...
  Дубль два: ещё я совершенно забыл о том, что она ничего не знает о волосатом мужике по имени Том, который отдавил ногу моей больной мозоли. Нет, вы послушайте, как звучит.
  - Да, - поспешил ответить я.
  - Привет! - Мэтью помахал ладошкой.
  Эмили рассмеялась, со всей дури хлопнув меня по спине, а Рэйчел снисходительно заулыбалась. А я тяжело вздохнул - мне ужасно не нравилось происходящее. Но ещё меньше оно мне стало нравиться после одного просто убивающего инцидента. Мы дошли до школы. Я то бледнел, то зеленел от стыда, но это совершенно не важно. Важно то, что когда мы дошли, случилось нечто выходящие за все рамки, которые существуют. На крыльце нас ждал Бартишо. А когда мы наконец подошли к нему, Мэтти вдруг не с того не с сего обнял его и... поцеловал. Мой портфель торжественно свалился со спины и скатился на пару ступенек. Рэйчел слегка покраснела, а Эм просто пробирало на истерику. Не то чтобы это был настоящий поцелуй. Нечто похожее на обычный чмок. Но меня это просто опустошило. Они дальше говорили о чем-то, радовались, но я не слушал. Ночной холодок торжественно бегал по моей спине. Боюсь. И это так странно. Ну, когда два парня... Это ужасно! Весь первый урок я просидел бледный как полотно, а после меня вырвало, и учительница отправила меня домой. Да, сейчас это было, пожалуй, кстати. Мне надо немного отдохнуть. Мерещится тут всякое. Бредовое и вдобавок непристойное.
  - Аааа! Я так не могу!
  - Мальчик, что-то случилось?
  - Ничего не случилось! А вы, бабуля, идите своей дорогой! - сказал приличный гражданин, а потом бросился наутек. Он бежал так быстро, как только мог, и остановился, лишь когда его нос врезался в калитку. Да, признаюсь, это был я.
  - Шелли, ты так рано. Что-то случилось?
  Я рассказал ей, что извинился перед Мэтью, и она снова стала ко мне относиться, как нормальная мама. Почти.
  - Да, мне вот стало нехорошо.
  - Что-то ты у нас совсем разболелся.
  - Сам не понимаю что, со мной.
  - Есть будешь?
  - Мам, меня вырвало, - убитым голосом проинформировал я.
  - Извини.
  - Ничего, пойду вздремну часок.
  Не хочу больше бодрствовать в этой реальности. Вот было бы здорово уснуть и проснуться где-нибудь в другом месте. Где нет ни Мэтью, ни Бартишо, ни прочих проблем. Но, как говорится, чего не дано, того не дано. Я уснул здесь и проснулся, как вы можете догадаться, тоже здесь. Но меня больше пугает, отчего я проснулся. Это был мой личный кошмар номер один.
  - Эй, Шелли.
  - Мэтью, сколько можно приходить в мой дом без спросу!
  - Я спросил у твоей мамы, и она меня впустила.
  Я не хотел с ним спорить, да и повернуть голову просто не мог - завтрак снова норовил подняться наружу.
  - Как ты себя чувствуешь?
  - Спасибо, уже лучше, - немного нервно откликнулся я. - А теперь не мог бы ты меня оставить? Хочу побыть один.
  - Понятно. Но я всё-таки посижу ещё минуточку, ладно?
  - Будто если я скажу "нет", что-то изменится...
  - Ты что-то сказал?
  - Нет, ничего. - Я сжал зубы. После того, что произошло сегодня днем, мне минута покажется вечностью. Я это выдержу.
  - Знаешь, уже совсем скоро Хэллоуин, ты пойдешь собирать конфеты?
  Я негромко прыснул и ответил:
  - Мне же не десять лет.
  - Можно подумать, после десяти лет запрещено переодеваться в костюм и просить сладости.
  - Но это не соответствует твоему возрасту.
  - Что это ты имеешь в виду? Мне 16, и я хочу собирать конфеты.
  Он опять меня не понял.
  - Ну люди в 16 лет себя так не ведут...
  - А я?
  - С тобой просто бесполезно спорить!
  - Так оно и есть.
  Я не вижу, но уже просто на каком-то интуитивном уровне чувствую - он улыбается.
  - Так ты пойдешь со мной?
  - Мэтью! - я вздохнул. - Ну конечно же, нет.
  - Как можно отказываться от такой дружеской просьбы, даже не повернувшись ко собеседнику лицом?
  Я моментально развернулся и сел на кровати, растирая красные слезящиеся глаза:
  - И когда мы успели стать друзьями?
  - А разве это не так?
  - Нет.
  - Слушай, у тебя так слезятся глаза, это вообще нормально?
  - Нормально, - невесело откликнулся я. - Чуть заболею, и сразу так. Хотя для меня это всё равно в новинку, я до этого года, можно сказать, вообще практически не болел.
  А это всё ты виноват! Я это подумал, но вслух не сказал. Сдается, не все потеряны шансы стать приличным гражданином.
  - Может, водой помыть, ну или не знаю, закапать, что ли?
  - Ну что я, как старый дед буду? Там болит, тут болит, зубы почему-то вываливаются, и куда делись мои глазные капли?
  - Ты иронизируешь.
  - Ну, слава богу, понял.
  - Вот зря ты так, я тебе как лучше хочу.
  - Тогда уйди и дай мне побыть одному, - я поднял голову и с ненавистью посмотрел на лицо перед собой.
  - Давай хоть ручку положу, полечу.
  - И каким это образом это мне поможет?
  - Просто смотри.
  Он встал со стула, коленками уперся в краешек кровати и правой рукой накрыл мои глаза. Я даже не успел увернуться - всё это случилось слишком быстро. Сначала ничего не происходило... Я снова тяжело вздохнул - какого черта всё это свалилось на меня? Это всё, начиная с маленькой ладошкой на моих глазах. Она пахнет мылом с ромашкой и на ощупь как детская. Так...необычно. Что-то я уже волнуюсь.
  - Вот и всё, - он убрал ладошку, заглянув мне в глаза. - Тебе лучше?
  Я всё ещё был бледненьким, просто начали одолевать мысли о том, что я видел сегодня с утра, и во всем этом участвовала рука, которая секунду назад прикрывала мои глаза.
  - Уходи из моей комнаты!
  - Господи, да что ты так взвился?
  - Уходи!
  - Ладно-ладно.
  Как ни странно, он правда послушался меня. Кивнул и ушел. Я долго ещё не мог прийти в себя. Глаза перестали слезиться.
  Вообще-то ещё за две недели до Хэллоуина есть очень важный для меня праздник - мой собственный день рождения. Который, по идее, должен наступить уже через неделю.
  Когда глаза перестали слезиться, я смог нормально поспать, и к вечеру мне стало намного лучше, но я совершенно не хотел никому признаваться, что это заслуга Мэтью. Просто совпадение, он же не целитель какой? Или нет? Я уже ни в чем не уверен. И свой день рождения я хочу отпраздновать в лучшем виде. Конечно, можно позвать кучу народу из класса, но я предпочитаю дружеское общество из трех человек: Эмили, Рэйчел и шоколадный тортик. А потом можно пойти гулять в торговый центр, предварительно попросив внушительную сумму денег у родителей. И все бы так и было, если бы не парочка обстоятельств которые меня сбили с толку. А "сбиение с толку" не привело к потере бдительности, в результате чего я был жестоко наказан судьбой. Начну по порядку.
  После "Случая на крыльце" я всю следующую неделю старательно избегал Мэтью, и не только из-за случая на крыльце, ведь теперь к списку запрещенных тем прибавилось ещё удивительное выздоровление. Он пытался со мной поговорить, я выдумывал идиотские причины, чтобы сбегать. Как-то так. На утро субботы, благо мой день рождения был именно в субботу в этом году, всё началось странно. Мама вручила свои подарки - это было полосатое постельное белье, дешевый кулончик на шею и книжка "Дружба - залог успеха". Я понял, к чему она клонит, но промолчал. А папы уже (или ещё) не было дома. Он просто пропал. А когда я спросил у мамы, где он, она ответила, что он обещал сюрприз. Это было на него совершенно не похоже. Скорей забыл выбрать мне подарок, поутру гонял в круглосуточный супермаркет и теперь застрял в пробке. Хотя это тоже не про него. Он всегда дарил хорошие вещи и тщательно и с душой выбирал их. Так что, возможно, это правда сюрприз. Потом мне позвонила Эм и поздравила, сообщив, что будет около двух. Погода был ветреная, но ветер дул с перерывами. Подует, подует - перестанет.
  Когда я вышел на задний двор, мне предстала несколько унылая картина: мама украшала гирляндами сцену, а их периодически сдувал тот самый странный ветер. Ну да, мы по традиции посидим на заднем дворе и покушаем торт. Это нормально. Я спустился за стульями в подвал, но их там не было, кстати, как и на улице. Я почувствовал себя бесполезным и ужасно глупым. Стою в собственный день рождения посреди подвала и не могу найти в четырех стенах пластиковые стулья. Меня всё-таки не столько пугала их пропажа, скорей факт того, что я их не могу найти. Неожиданно послышалось некое завывание из-под лестницы. Я перебрал логические варианты вроде: кошка, собака, ветер, показалось, и в итоге решил проверить. Спустился и заглянул. Потом отошел, а потом снова вернулся, что убедиться в том, что глаза мне не врут. Это была жалкая и одновременно смехотворная картина. Разумеется, это был Мэтью. Он застрял в стульях, причём так, что на него свалилось несколько новых ковров, и они не давали возможности что-либо сделать. Я приподнял ковры и помог ему вылезти из стульев.
  - Спасибо, - он стряхнул пыль с плеч и рюкзака. - Я вообще-то приходил тебя поздравить.
  - И как ты узнал, что у меня день рождения?
  - Это не так важно.
  - Хорошо, тогда как ты оказался в подвале?
  - Твоя мама попросила принести газировку.
  - Газировка вон там! - я показал пальцем в другой угол, где возвышались слоями коробки с напитком.
  - Я понимаю.
  - Тогда какого черта ты тут запутался в стульях?!
  - Я увидел, как на задней полке что-то блестит, ну и потянулся. А ты же знаешь, руки у меня короткие. Я встал на стул, ну а потом упал, и ковры просто навалились на меня!
  - Ходячая проблема.
  Потом я поднялся по ступенькам и открыл дверь... О, если бы так. Её почему-то заклинило.
  - Какого черта...
  - Что-то случилось?
  - Дверь не открывается.
  - Может, позвать кого?
  Спустя полчаса мы поняли, что это было плохой идеей, потому что мы полностью сорвали голос.
  - Напомни, и зачем мы так орали? - спросил я, тяжело дыша, примостившись на старом пледе спиной к стене.
  - Мы хотели, что бы нас кто-нибудь выпустил.
  - Точно.
  - Кстати! - он снял рюкзак и устроил его у себя на коленях, начиная в нем копаться, а потом извлек сверток и протянул мне. - С днем рождения, Шелли!
  Я вопросительно приподнял бровь. Это полный идиотизм, мало того, что мы застряли в этой ледяной коморке, так ещё и подарок. Вообще, Мэтью тут быть не должно. И как следствие этого, подарка тоже. Но вот он. И это странно.
  - Что это?
  - Открой.
  Я пошуршал бумагой и медленно извлек коробку, внутри которой было нечто большое и жутко пушистое.
  - И я повторюсь, что это?
  - Подушка, - как ни в чем не бывало откликнулся Мэтью. Словно подушки только и бывают безразмерные и всех цветов одновременно.
  - Ну спасибо, - больше ни на что и не было сил. Не знаю, я с самого утра не выспался, даже думал, что мне не хочется праздновать день рождения. Но ведь стоит только о чем-то даже вскользь подумать, тут же исчезнет, и вместо тихо одиночества, я застрял в подвале вместе с Мэтью. Что может быть хуже? Хотя нет, лучше об этом не думать...
  - Ты не мог бы мне отдать свою кофту?
  - Даже не стану спрашивать, зачем, - я выдохнул и стянул её с себя.
  - Просто тут так холодно. Слушай, извини, твой день рождения выходит таким грустным...
  - Ничего. Не пройдёт и двух часов, как именинника спохватятся, и нас найдут и выпустят.
  Но два часа прошло, а мы по-прежнему сидели тут на старом пледе и молчали.
  - Хочешь я спою тебе песенку?
  - Валяй, - бездумно откликнулся я. - Только негромко.
  - Хорошо.
  Мэтью пел тихо и несмело, вдобавок какую-то детскую колыбельную. Но одно могу сказать - она сделала своё дело - я задремал. Дрёма была легкой, но приятной.
  Я проснулся, потому что понял - моя голова лежит у Мэтью на плече. Почему? Ах да, кое-что вспоминаю. О черт, он зачем-то начал петь свою колыбельную. Я приподнял голову и взъерошил волосы. Чем я занимаюсь в собственный день рождения? За дверью было шумно.
  - Что там происходит?
  - А твоя мама разве не говорила тебе?
  - Что именно она должна была мне сказать?
  - Ну, что она собирается пригласить всех ваших соседей и некоторых детей из школы.
  - О господи! Почему она вечно решает всё сама?
  - Ты лучше подумай, что в такой толпе никто не удивится отсутствию именинника. И кстати, у тебя же есть мобильник, позвони кому-нибудь.
  Я широко раскрыл глаза, радуясь столь простому выходу из ситуации. Но однако, как всегда...
  -Нет сигнала. А твой мобильник?
  - Я же тебе говорил - он потерялся.
  Мы снова замолчали.
  - И всё-таки, - он положил под голову портфель, лег на бок и свернулся калачиком. - Мне так жаль, что твой день рождения испорчен.
  - Мне тоже.
  - Слушай, может, я что-нибудь могу для тебя сделать, ну чтобы хоть как-то поднять настроение?
  - Выломать дверь, например?
  - Не умею.
  И опять он не видит моего сарказма. А ещё спер мою кофту и напялил на себя. С днем рождения, Шелли! О да.
  - Эй, ты зачем ко мне придвинулся? - вскакиваю с пледа.
  - Так холодно же! - он подогнул под себя ноги и теперь растягивает рукава моей любимой байки. Я сделал шаг, точнее, шажок вперед, дабы последними словами отругать его за то, что он делает, но запутался в покрывале и глупо шмякнулся, утыкаясь лицом в плечо Мэтти. Я тут же отскочил, нервно устроив руки на коленях.
  - Ты не ушибся?
  Ещё и издевается. Я повернулся сидя (во избежание повтора известной ошибки) и был готов высказать не всё, но многое. Он просто смотрел на меня, и его глаза были такие честные, что это меня просто выбесило, и тут же всплыла картинка недельной давности, именуемая в народе "Случай на крыльце". Я скривился и кратко сообщил:
  - Всё нормально.
  - Это хорошо.
  Я ещё раз осмыслил, что праздную свой день рождения в обществе Мэтью и меня это порядком расстроило (то есть капитально). А он, словно прочитал мои мысли:
  - Не грусти, Шелли. Нужно научиться радоваться тому, что есть.
  Я изобразил страшную гримасу и снова повернул голову к нему:
  - И чему мне радоваться?
  - Мы можем разговаривать и даже накрыть стол. Я где-то видел коробку со сникерсом, а ещё у нас есть газировка.
  - Какая прелесть.
  - Я тоже так думаю. - Улыбается.
  Он опять не понял моего сарказма, и это меня просто бесит. Вот именно такие люди всё и портят своей честностью, я имею в виду общественный строй. Через некоторое время мы уже сидели по обе стороны перевернутой коробки из-под сникерса и грызли окоченевшие шоколадные батончики.
  - А он ничего.
  - Только деревянный немножко. И мне начинает казаться, что мы торчим тут целую вечность.
  - Не думаю, что больше четырех часов.
  - Издеваешься, да?
  - Нет, конечно, - поспешил оправдаться он, в очередной раз с трудом откусывая кусок "праздничного пирога".
  - Ты всё время не понимаешь, что твои слова очень похожи на иронию. То есть, они и есть ирония, только ты это не осознаешь.
  - Я просто привык говорить правду.
  - И кто тебя этому научил?
  - Моя мама, - без тени колебаний ответил Мэтью.
  - И она довольна тем, что у неё получилось?
  - Я точно не знаю. Вообще-то, её больше нет.
  - Прости, - потупился я.
  - Нет-нет, - он замахал руками перед самым моим носом - коробка из-под сникерса занимает не так уж много места. - Ты неправильно меня понял, она уехала жить в другой город.
  - Так говорить надо нормально! - взвился я.
  - Извини.
  - Так это ещё ничего по сравнению с тем, что было на крыльце! - вырвалось у меня. Я не хотел этого говорить, но эти мысли так и вертелись в моей голове. И вот пожалуйста - ляпнул. Он с секунду непонимающе щурил один глаз, явно пытаясь понять, о чем это я. А потом его лицо прояснилось.
  - А что такого в том, чтобы целовать любимых людей?
  - Аааа! - я схватился за голову. Как объяснить человеку, что это совершенно не вписывается в общество?! - Ну, - предпринял я попытку. - Обычно так на людях не делают.
  - Я видел.
  - Что ты видел? - чуть ли не рыча, проговорил я.
  - Как люди целуются.
  - Но не два человека одного пола! - я взвыл, потому что всё-таки каким-то чудом вырвал себе какое-то количество волос.
  - При чем тут пол? - возмутился он. - Я тебе говорю: что такого в том чтобы поцеловать любимого человека?
  - Мэтью!
  - Я и тебя тоже люблю. И если хочешь, тоже могу поцеловать.
  Я по-девчоночьи взвизгнул и захлопнул рот ладонями крест-на-крест. Настолько мне эта мысль показалось невероятной. Щеки слегка порозовели.
  - А что такого, мы ведь друзья?
  Я впал в прострацию. Все понятия вдруг смешались: дружба, любовь, поцелуй, объятие... Мэтью, похоже, не видит никакой разницы. Я ещё попускал пузырьки изо рта ( то есть, повитал в прострации) и обратился к нему:
  - Мы не друзья.
  - Тогда кто мы? - он перегнулся через коробку, наклоняя голову набок.
  - Ну, я не знаю, - я по-дурацки завертел головой в разные стороны. - Наверное, одноклассники.
  - Нет, Шелли, мы друзья.
  - Нет!
  - Без меня ты начинаешь скучать, а ещё тебе приятно, если я скажу о тебе что-нибудь хорошее.
  - Что?!
  - Я, конечно, понимаю, что у тебя день рождения, и ты можешь делать что хочешь, но если ты закричишь ещё раз, у меня точно вылетят ушные пробки.
  - Просто... - я снова понурился. - То, что ты сказал - неправда!
  - Но мы же оба знаем, что это правда, - он неожиданно потянулся рукой к моему лицу и провел по щеке.
  - Ч-что ты делаешь?
  - А что ты хочешь?
  - Не трогай меня! - психанул я. Ну как можно говорить всё это! Я не хочу, чтобы так было. Не хочу! Не хочу! Он ещё подумал некоторое время, а потом кивнул:
  - Хорошо.
  Я не ответил. Пережил глубочайший шок и собираюсь на покой. Зрачки пустые.
  Мы молчали. Я снова прислонился к стене. Да, эта тишина порядком действовала мне на нервы. Я негодовал и пробовал почувствовать все прелести этого нехитрого занятия.
  - Ты знаешь, конечно, я понимаю, что сегодня твой день рождения, и не хочу тебя расстраивать...
  - Ну что ещё? - я снова вскочил с пледа, сжимая руки в кулаки.
  - Просто...
  - Ну что? - повторил я, изнывая от злости и продолжительного эффекта от шока. - Давай, выдай, что ты там хотел!
  - Тебе это не понравится.
  - Черт возьми, я и так это прекрасно знаю!
  - Откуда? - невинно воззрился он на меня, упираясь ладошками в плед.
  - Догадался! - рявкнул я.
  - Шелли, - он сделал умоляющее лицо. - Ну не кричи, пожалуйста.
  - Это мой день рождения! - взвился я. - Что хочу, то и делаю!
  - Как на счет поделать что-нибудь вместе?
  - Нет! Ни за что!
  - И почему? - он подозрительно приподнял правую бровь.
  - Не буду! Не хочу! - протестовал я.
  - Ты вообще себя нормально чувствуешь?
  - А ты как думал! Я в полном порядке! - я в истерике махнул руками в разные стороны. Да, у меня была самая настоящая истерика. - Мой день рождения окончательно испорчен, и главное, я должен провести его с тобой!
  Он прервал мою гениальную тираду на полуслове, тихой фразой:
  - А я талантливый.
  Я прыснул и недовольно поинтересовался:
  - И как это относится к тому, что мы здесь застряли?
  - Я могу изобразить любого человека. Вроде бы это называется пародией... - начал он разговор сам с собой, придерживая подбородок одной рукой. - Так с кем бы ты хотел провести день рождения?
  - Один! Я ужасно не выспался, и у меня отвратительное настроение! Так что один! Но тут появляешься ты, и всё летит к чертям собачьим...
  - Так, - он выставил ладонь в знак протеста. - Я не собирался тебе мешать. Так что просто успокойся и ложись спать.
  - Что-то уже не хочется, - съязвил я.
  - Я же как раз подарил тебе подушку, или, если хочешь, можешь положить голову ко мне на колени.
  Мои брови моментально взлетели вверх, может, кто знает, даже выше лба. Я схватил первую попавшуюся газету и свернул её в трубку. А затем наклонился и ткнул этой газетой Мэтью в нос:
  - Кто... и когда тебе сказал, что в этой жизни я хоть раз дотронусь до тебя снова? - голос был как у металлиста на пенсии, но звучало неплохо.
  - А? - не понял он и начал рассуждать. - Люди неизбежно прикасаются к друг другу. Например, в транспорте или на вечеринке. Это выходит случайно.
  И говорил он так, словно я этого не понимал, был умалишенным плюшевым медведем.
  - А я не медведь!
  - Шелли, я знаю, - заулыбался он. - Только при чем здесь это?
  - Неважно! Я имел в виду, что я не хочу иметь дело именно с тобой. Мы же можем не пересекаться? - в эту же секунду в голове всплыл образ моего отца, который осуждающе блестел своими прямоугольными очочками. И по этому поводу он наверняка сказал бы что-нибудь вроде: "Ты не должен был этого говорить. Ведь Мэтью несчастный. Бедняжка. Кстати, ты помог маме с посудой?". Ну ничего себе! Заделался мне персональной совестью номер два! Не нужно мне это.
  - Не пересекаться? - задумчиво повторил мои слова Мэтью.
  Совесть под ручку с папой взяли верх надо мной. Видела бы их мама...
  - Я... не это хотел сказать. В общем, тут такое дело...
  - Да?
  Это был самый настоящий вопрос в лоб. Я толком и не придумал, что буду говорить, и из-за неподготовленности ляпнул какую-то ерунду:
  - Я запутался в словах. Я хотел сказать "не переезжаться", то есть не быть задавленным грузовиком. Это ведь хорошо, да?
  Пока я обессилено плюхался обратно на плед, он с умным видом обдумывал мои слова. А потом с ещё более умным видом изрек:
  - По-моему, какая-то бессмыслица...
  Стив! Ату его, ату. Убей наглеца, который сомневается в моих умственных способностях. Беда в том, что я совсем забыл, что Стив - это пока лишь фантазия. Ещё не претворенная в жизнь. Но вот увидите, однажды Стив предстанет перед вами, и он будет живой и с хвостом!
  Даже не знаю, что и делать. Во мне боролись два смешанных чувства. С одной стороны, я ужасно хотел сказать Мэтью, что думаю, то есть чтобы он не прикасался ко мне, и что мне очень не нравятся такие люди, как он. Ну, вы меня поняли. С другой стороны, чуть захочется такое сделать, тут же всплывают заплаканное лицо Мэтью и мой отец с книжкой в руках. В общем, грубо говоря, я не то, чтобы неожиданно загнан в угол, я уже давно сижу там.
  - Давай поговорим на чистоту.
  - Давай, - он улыбнулся, выставляя белые зубы напоказ.
  Я закрыл рукой глаза, пытаясь сосредоточиться. Я опять же не придумал, с чего начать, и как сделать так, чтобы все были довольны. Включая двух представителей совести. Да, я не знаю, что делать. Но неожиданно закрался какой-то забавный обрывок мысли, и я тут же ухватился за него.
  - Мэтью, у тебя есть друзья?
  - Ну да.
  - И кто это?
  - Да хотя бы ты.
  Я тяжело вздохнул. Возникло чувство безысходности.
  - А кроме меня?
  - Бартишо, хотя мы скорей...
  - Не-ет, не произноси это вслух, - я в поисках защиты замахал руками перед собой. Лицо сделалось по-дурацки розовым. Я не могу поверить, что правда существуют такие, как они.
  - Я хотел сказать, мы скорей как братья, - вопреки моим протестам выдал он и начал рассказывать. - Сколько помню, он всегда вытаскивал меня из трудных ситуаций. И всегда помогал...
  - Я понял, - обречено откликнулся я, мечтая провалиться в несуществующий подвал подвала. - Ещё кто-нибудь?
  - Мой друг Уилли.
  Что за идиотское имя? Я тут же скривился. Конечно, не тупее, чем моё. Но всё-таки... И почему я о нем раньше ничего не слышал? Это, как минимум, странно.
  - Он не из нашего города?
  - Он уехал год назад - хотел поступить в какой-то там престижный университет. Но он обещал вернуться, - лицо Мэтью сделалось теплее, улыбка стала менее заметной, но не такой, как обычно. Теперь я понял, что всё улыбки, виденные мной раньше, были всё-таки не стопроцентно искренни. И самая настоящая - это вот эта кривоватая улыбка. Полная какого-то скрытого подтекста, в нечитабельном для меня формате. Я почувствовал неприятное ощущение того, что я лишний в этой комнате. И пересматривать свои драгоценные воспоминания Мэтью должен был в полном одиночестве. Так я думаю. Понятия не имею, что он вспоминал, но лицо его было счастливым. И это начинало меня злить. Это я здесь. И это у меня сегодня день рождения. Так что как можно меня игнорировать, уставившись мечтательным взглядом в пустоту?!
  - Вы были близкими друзьями? - подумав, спросил я, сжимая губы трубочкой, потому что, по правде говоря, я не хотел этого спрашивать, но слова сами вылетали.
  - Если можно так выразиться, - он ещё более вдохновенно воззрился на лестницу подвала. Казалось ещё минуту, и помашет призрачному флешбэку рукой. Пора с этим заканчивать.
  - Эй, - сурово цыкнул я.
  - Да? - его лицо продолжало сиять, только теперь в моём направлении. И, надо, признать слепило глаза.
  - О чем ты подумал?
  - Это допрос? - смешинки из его глаз, казалось, вылезли и атаковали мой подвал. Мой дом!
  - Я просто спросил, - потупился я.
  Он снова широко заулыбался, даже ещё шире, чем раньше, подставляя руку под щеку и полностью облокачиваясь на картонную коробку. И ещё, Мэтью по-прежнему не сводил с меня глаз.
  - Ну что?
  - Да ничего особенного. Просто настроение хорошее.
  - И почему?
  - Я тебе как-нибудь потом расскажу, - он двумя пальцами поправил съехавшую челку. - Так с чего это ты вдруг стал интересоваться моими друзьями?
  - Тебе же с ними хорошо, так? Зачем тогда привязываться ко мне? У тебя же есть друзья?
  - В таком же стиле могу спросить тебя: зачем привязываешься к Рэйчел, когда у тебя есть Эмили?
  - Я хочу с ней подружиться.
  - Вот и умничка, Шелли. Я хочу подружиться с тобой.
  - А ничего, что я этого не хочу?
  - А может, Рэйчел этого тоже не хочет?
  - Почему? - недоуменно спросил.
  - И я задаю тебе тот же вопрос: почему?
  Он водит меня за нос, заставляя говорить себя с собой. Так я думаю. Итак, почему? Потому что Мэтью - это Мэтью. И ему нравятся мальчики, и это ненормально. Вот поэтому дружить я с ним не хочу. Но я не могу ему это сказать, ведь он обидится, и тогда моя собственная мать будет слать мне угрозы каждый день, а совесть и отец вовсе замучают до смерти. Не хочу. Но надо же что-то сказать. Кстати, что обо мне будут думать люди, если увидят нас вместе? Это тихий ужас.
  - Понимаешь... - я замялся. - У нас разные интересы.
  - Это же совершенно не мешает нам общаться.
  - Мы не общаемся!
  - А что мы сейчас, по-твоему, делаем?
  - А... - я снова остановился в раздумьях. - Мы обмениваемся словами.
  - Разве это не общение? А частое общение - это и есть дружба.
  - Да? - недовольно спросил я, оттопыривая от обиды губы, потому что мой собственный разговор зашел в тупик.
  - То есть, мы дружим, и ты это отрицаешь.
  - Да? - также глупо повторил я. - Я этого не знал. Точнее, я не думаю, что мы друзья.
  - Я знаю, что ты никогда этого не примешь. Но мы постоянно натыкаемся на друг друга, и нам всегда по пути. И я люблю тебя, Шелли.
  Моё лицо неестественно вспыхнуло, и я удручающе заглох. Он имел в виду дружбу, но прозвучало, черт возьми, как признание. И это гадость.
  - А разве ты меня не любишь?
  Тут я совсем рассердился, снова вскакивая с нагретого места и выкрикнул так громко, как только мог:
  - Нет, черт побери!
  - Шелли...
  - Раз подвернулся хороший момент, я тебе всё выскажу.
  - Шелли!
  - Не останавливай меня!
  Он тоже поднялся, очутившись напротив моих глаз. Потом резко схватил меня за плечи и заговорил скороговоркой:
  - Шелли, ты потом мне всё выскажешь, и я тебе выслушаю, а сейчас обернись назад и посмотри, что там.
  - Ещё чего!
  - Шелли! - с нажимом произнес он, и его лицо приобрело белый оттенок. Я почему-то послушался.
  Что-то огромное и белое шевелилось в противоположном углу подвала. Я обернулся и шепотом взорвался:
  - Ты мне раньше сказать не мог?
  - Я сам только заметил...
  Что-то белое угрожающе завыло. Мы синхронно обернулись на голос. Мэтью сделал шажок вперед и схватил меня за руку.
  - Что ты делаешь? - сердито спросил я.
  - Мне страшно.
  - Привидений не существует.
  - И что же мы тогда видим?
  - Я не знаю, - честно ответил я. - Но сейчас подойду и выясню.
  Но кое-что помешало мне это сделать в этот же момент.
  - Отпусти уже мою руку!
  Мэтью зажмурился и двумя ладонями с силой сжимал мою.
  - Пожалуйста, не отпускай.
  Я снова тяжко вздохнул:
  - Ладно, пошли вместе посмотрим.
  Но это белое само успешно топало к нам, и тут мне тоже стало не по себе. Просто не по себе. И я сделал шаг назад, спотыкаясь об коробки и автоматически затягивая Мэтью за собой. И когда мы упали, его голова лежала прямо у меня под подбородком. Я встал, нелепо потирая затылок. Мэтти всё ещё не отпускал мою руку. Мы подвинулись к самой стене и практически вжались в неё. Белое наступало. Я задумался по поводу того, что я могу сделать, как вдруг что-то пушистое вжалось в меня. Мэтью просто обхватил меня за пояс, прижимаясь что было силы. Я попробовал двинуться, но бесполезно. И мне было страшно от того, что-то странное прижимается, и от того, что что-то не менее странное надвигается на меня. Я был в панике. Но тут снова собрался с силами и еле дотянулся да первой попавшейся коробки и швырнул ею в призрака. Тот пошатнулся и упал на пол. Мэтью испуганно ослабил хватку, и я, воспользовавшись моментом, подошел к нашему белому привидению. Любовь к мистицизму победила, и я сдернул, как оказалось, ткань. Под ней лежал ни много ни мало - мой собственный отец.
  - Это зомби? - деликатно поинтересовался Мэтью из-за моей спины, по-ястребиному хватаясь за мою майку в районе левого плеча.
  - Нет, - я обернулся, и моё лицо было суровее некуда. - Это мой папа.
  - Извини. А что он здесь делал?
  - Я не знаю.
  - Слушай, мне жаль, что так вышло.
  - А мне-то как жаль, - я посмотрел на немаленькую шишку от коробки на лбу и погладил её, потом перетащил его на плед и накрыл.
  Какая неудачная история.
  - А какой он, твой отец?
  - Он хороший человек, - прибегая к общему выражению, отозвался я.
  - Ясно, - немного сонно ответил Мэтью. На улице шумела музыка. - Мы тут так весь день просидим.
  - Мы плавно близимся к этому, сейчас где-то часов пять- шесть.
  - Мне правда жаль, что твой день рождения так безнадежно испорчен.
  - А по-моему, ничего, - это и правда был не самый худший день рождения. А в присутствии одного из представителей совести мне начинало хотеться подбодрить Мэтью, ведь он правда испугался, и его лицо по-прежнему было белым.
  - Я рад.
  Мне полегчало от этой простецкой и усталой улыбки.
  - И знаешь, что?
  - Что? - обернулся я к нему, тоже улыбаясь краешком рта.
  - Что бы ты не говорил, мы друзья, - он снова обнял меня. От него веяло счастьем. От этого счастья я просто выпал в осадок и начал отпираться.
  - Говорю же тебе, нет...
  Он не дал мне договорить, зажимая ладонью мой рот.
  - Неважно, что ты скажешь и что подумаешь. То, что мы друзья - это факт.
  Он убрал руку, но я ничего не сказал. Всего лишь намек. Что спорить бесполезно. Мы не друзья, и я не буду спорить. Да, да, мне достаточно того, что это знаю я. Он может считать, что мы друзья, но я не буду ему звонить или гулять вместе с ним по торговому центру или обмениваться дисками. Пусть думает, что хочет, а я буду его игнорировать и жить как раньше, так что не время вешать нос.
  - Шелли, - его руки обвились вокруг моего локтя.
  - Что опять?! - я снова катаюсь на белых лошадях.
  Но когда я обернулся, увидел, что его глаза закрыты и он просто спит, бормоча во сне. Я придурок. И с этой единственной мыслью я тоже провалился в сон - голова болела ужасно.
  Я проснулся под странный шум, который был совсем близко. Какие-то громкие голоса, щелканье фотоаппарата и безудержный смех. Что они все делают в моей спальне? Точно, я же заснул в подвале. То есть нет, мы с Мэтью заснули в подвале... Я закричал и в ужасе распахнул глаза. Передо мной стояла Эмили и сжимала в руке фотоаппарат, давясь истерическим смехом. Рядом была Рэйчел и тоже от души смеялась, одной рукой держась за край стола, а другой - за живот. Мэтью всё ещё по-детски сжимал мой локоть.
  - Помоги мне, - не здороваясь, потребовал я у Эм. Потом ещё раз взглянул на её руку и только тут до меня дошло. - Ты что, нас сфотографировала?!
  - Немножко, - выдавила она и снова потонула в смехе.
  - Это не смешно! - мне, наконец, удалось выдернуть руку из объятий Мэтти, и я вскочил. Потом терпеливо ждал, пока они успокоятся, однако нет.
  - Ну хватит уже! Что вообще происходит?
  Рэйчел наконец переборола себя.
  - Твоя мама назначила конкурс - кто найдет именинника, тот и побеждает. А ещё попросила Эмили пофоткать. Мы даже не искали, просто решили зайти в подвал, сфотографировать вид праздника через окно...
  Окно! Я хлопнул себя по лбу - мы же могли выбраться через окно! Что за люди! Рэйчел продолжала:
  - Но тут такое... - она снова сорвалась на беззвучный смех, но её заменила Эм.
  - Вы так миленько спали, прижавшись к друг другу...
  На этой фразе я порывался ударить её кулаком, но неведомая сила добра меня сдерживала.
  - Да ещё и твой папа, лежит тут как покойник... А кстати! - она вдруг посерьезнела.
  - Да? - устало спросил я.
  - Почему на Мэтью твоя байка? - и снова провалилась в истерику.
  Мои уши покраснели, и глаза просто выскочили из орбит. Что за черт?!
  - Ему стало холодно.
  - Какая прелесть, - Эм обхватила меня за шею ия по-прежнему чувствовал, как её тело содрогается от смеха. Она повернула своё лицо к моему, из глаз тонкими ручейками текли слезы. - Ты так о нем заботишься?
  - Эм, ну конечно же нет!
  - Точно, надо позвать всех остальных! - она метнулась она в сторону лестницы.
  - Стой, Эм, не надо! - протянул я вслед ей руки, но было уже поздно. И через пять минут я и Мэтти, который потирал заспанные глаза, и папа, который поправлял очки, оказались на улице в окружении толпы, почти незнакомых мне людей. Эмили несколько раз пересказала эту историю, но другие люди, похоже, не прониклись духом её повествования и начали расходиться. Мама подошла к папе и придирчиво осмотрела его с ног до головы, словно желая удостовериться в подлинности. А потом приподняла одну бровь и скрестив руки на груди, спросила:
  - Дорогой, всё не могу понять, как ты там оказался.
  Я настороженно повернулся к ним, желая тоже это понять.
  - Я отправился в подвал, ведь там я оставил подарок для Шелли, в одной из коробок. Но дверь почему-то захлопнулась, и я чтобы не терять время зря решил немножко поспать, но потом кто-то заорал...
  Я несколько смутился, потому что речь, видимо, шла обо мне.
  - И я проснулся и, всё ещё не скидывая простыню, хотел посмотреть, кто кричит. А потом кто-то залепил мне коробкой по лбу.
  Я снова смутился - ведь и это моих рук дело.
  - Пап, это я запустил в тебя коробкой, извини... - извиняться надо и никогда не поздно, в смысле перед теми кто тебе близкий родственники, а ни какой-то там...
  Но Мэтью (тот самый "какой-то там") как всегда ни к месту:
  - Мы думали, вы привидение.
  Я хлопнул ладонью по своему лбу и проехался по всему лицу.
  - Вот как, - кивнул папа. - Я пойду спущусь за твоим подарком, Шелли. Ты извини, что так глупо получилось, и дверь в подвал сама захлопывается.
  Он потрепал меня по голове и ушел. Мама тоже куда-то заторопилась, но мне удалось ухватить её за рукав и остановить:
  - Мам, а ты не знаешь почему дверь в подвале захлопнулась?
  - Откуда мне знать, - отвлеченно сказала она.
  Я понизил голос до сердитого шепота:
  - Ты хотела закрыть меня вместе с Мэтью. И если так, то у тебя получилось испортить мне день рождения.
  - Это всего лишь случайность, - она грустно улыбнулась и похлопала меня по плечу. - Беги к своим друзьям.
  Звучало как правда, но я ей не верил. Уж слишком это подозрительно. И я молча подошел обратно к Эмили, Рэйчел и Мэтью. Они что-то рассматривали на фотоаппарате, и улыбки не сползали с их лиц.
  - Что там ещё?
  - Рэйчел, мама Шелли ведь просила тебя отнести ей фотоаппарат, так? - неумело начала отнекиваться Эм, задвигая подругу за свою спину.
  - Что там? - настойчиво повторил я.
  Потом произошло сразу несколько вещей: Эм дернулась и вручила фотик Рэйчел, а та мгновенно сорвалась по направлению к крыльцу. Я было хотел погнаться за ней, но Мэтью и Эмили перегородили мне дорогу. И когда уже успели спеться?
  - Я просто хотел посмотреть! - почти обиженно сообщил я.
  - Прости, Шелли, - уставился в землю Мэтью. - Но если бы ты их увидел, ты тут же захотел бы их удалить.
  - Значит, и удалил бы! Это же мой день рождения.
  - А мне фотографии понравились, вот и решил оставить копию себе.
  - Так это те из подвала? - ошарашено расшумелся я. - Удали!
  Они вдвоём еле сдерживали меня.
  - Ты их удалишь.
  Эм испуганно обернулась на Мэтти, подозревая, что сейчас он её кинет, и ей самой придется меня сдерживать, что продлится недолго. Но всё было не так.
  - ...Ты их удалишь, - он вздохнул. - Но потом.
  - Не пойдет! Худший день рождения в моей жизни! - я отвернулся спиной.
  - Ты ещё не видел мой подарок. Я сейчас! - Эмили тоже ушла в сторону дома. И я опять остался наедине с Мэтью. Помолчал, помолчал, подумал о жестокой судьбе и деликатно поинтересовался:
  - Мэтью, домой не собираешься?
  - Нет пока.
  - Вот как.
  - Да, вот так. Может, пойдем в дом, а то тут холодновато.
  Эта фраза напомнила мне одно досадное обстоятельство, и я чуть не бросился на него:
  - Отдай мне мою байку!
  - Хорошо-хорошо, - он начал её неумело стягивать, ёжась от холода. Где-то среди толпы, мне показалось, я увидел лицо отца.
  - На.
  - Ага. - Я смотал её и положил под мышку.
  Дома было тепло, и шум глушился толстыми оконным рамами. Своеобразный уют, но мне такое нравится. Мы зачем-то зашли в мою комнату, и я бессильно откинулся на кровать. Мэтти присел рядом на стул.
  - И знаешь что, Шелли?
  - Что? - недовольно спросил я, повернувшись к нему спиной.
  - Никакого ощущения праздника. Пошли на крышу, запускать фейерверк.
  - И откуда он у нас?
  - Я взял с собой.
  - Понятно.
  - Ну так пошли?
  - Сил нету, - убито признался я.
  - Ну, давай, Шелли. Ну или ещё что-нибудь праздничное поделаем. День рождения, он ведь закончится.
  - И что? Мне всё равно.
  - Не ври! - вдруг на повышенных тонах оборвал он меня. Я удивленно посмотрел на него, усаживаясь на кровати, поднимая глаза напротив его лица:
  - Ты что, только что... наорал на меня?
  - Ты меня совсем не слушал, и я просто хотел привлечь твоё внимание, - его глаза выглядели испуганными и растерянными, но всё-таки в них были бешеные искорки уверенности.
  - Ну, хорошо, - неожиданно согласился я.
  Мы запускали фейерверки с крыши и вдохновенно задирали головы вверх, рассматривая блестки. Как я ни старался, я не мог признать, что у меня был плохой день рождения. Потому что я против воли улыбался, и улыбка моя была честная и настоящая.
  Часть 2.
  Ещё некоторые подробности о прошедшем празднике. Папа зашел в подвал, и дверь снова захлопнулась, так что он просидел там до воскресного утра. Фотографий я так и не видел, потому что как выяснилось в то же воскресное утро, маленький злобный карлик - ласково, фотоаппарат, всё ещё у Эмили. Полдня я честно отдыхал, просто валяясь на кровати, а к обеду принялся за обычные домашние дела. Прекрасно спал в ночь с воскресенья на понедельник (если вам интересно, как я спал прошлой ночью, то всё было просто отлично - я вырубился, как только голова коснулась подушки). Так вот, я прекрасно выспался, но понедельник стал чуть ли не худшим днём в моей жизни. Я встретил девочек, и Эм вручила мне фотик.
  - Я что-то не понимаю, где фотографии?
  - Да здесь они.
  - Нет, - посуровел я. - Те, что из подвала.
  - Я их удалила. Ты же сам этого хотел, да?
  - И почему ты это сделала? - вкрадчиво спросил я.
  - Я случайно.
  - В этом есть скрытый смысл... - пробормотал я.
  - Ты что-то сказал?
  - Нет, ничего.
  И да, скрытый смысл присутствовал, и в большом количестве.
  - Что это?!
  - Футболка...
  - Нет, нет, нет, ты не будешь в этом ходить.
  - А это тебе.
  - Что это?!
  - Магнитик на холодильник.
  - Нет, ни в коем случае, забирай его себе и скорей сними эту майку.
  - Ты предлагаешь мне раздеться прямо здесь?
  - Ну, конечно же, нет.
  - Так в чем я буду ходить, как не в своей майке? Спортивной у меня нет.
  - Понимаешь... мне всё равно! Только сними её скорее. Ну ради меня, пожалуйста. Я же не так часто тебя о чем-то прошу? Пожалуйста...
  Обо всём по порядку. На последнем повороте в школу я наткнулся на Мэтью. И он был в майке. Вы думаете, я имею что-то против маек? Напрасно вы так думаете. Но на этой футболке была фотография... Сами догадайтесь какая. Не догадались?! Ореховые мозги! Та самая из подвала. Где Мэтью в моей байке сжимает моё руку, а моя, нет, вы послушайте, моя голова лежит у него на плече. Фотка просто огромного размера, с "незаметной" надписью снизу: In love we trust. Меня это взбесило. Если увидит кто-нибудь из одноклассников, мне конец. Ну и как вы можете догадаться, полностью идентичный майке магнитик на холодильник. И что вы думаете, он решил не снимать майку, как я его не просил.
  - Но я прошу тебя.
  - Шелли, успокойся.
  - Тогда я пойду домой.
  - Ты не прогуляешь школу. Думаешь, я этого не знаю?
  - Что же ты за демон?
  - Демон? - он улыбнулся - я скривился.
  - Ну я что хочешь для тебя сделаю!
  - Правда?
  Ну тут я явно погорячился, не стоило болтать такой чуши. И я начал отнекиваться:
  - Я не это имел в виду.
  Он при мне снял портфель, стянул через голову майку, спрятал её в большом отделе и обратился ко мне:
  - Держи своё слово! - а затем двинулся вперед, не оглядываясь.
  - Что это значит? - ошарашено прокричал я ему вслед. - Я не буду держать своё слово!
  Он меня уже не слышал. Видимо как раз таки из-за этого абсолютно точно несбыточного обещания, майка меня продолжала преследовать на протяжении всего дня. После первого урока - математики, я вышел в коридор просто перевести дух. И тут же увидел, как Эмили, скрестив руки на животе, загораживает знакомого вида фотографию, а рядом идет Мэтью, и они о чем-то разговаривают. Как ни в чем не бывало. Я тут же подбежал к ним, адски сверкая глазами:
  - Как ты могла меня предать? Мы же друзья?! Моей репутации конец! - я схватился за волосы.
  - На меня брызнули газировкой, и моя кофта испачкалась.
  - Ага-ага, - саркастически поддакнул я. - А ты откуда достал майку?
  - Взял спортивную Бартишо, - как ни в чем не бывало ответил Мэтью.
  - Эмили, а ты почему не можешь переодеться в спортивную?
  - Ой, забыла, - она глупо улыбнулась.
  У меня дернулась бровь. Она убежала переодеваться, прикрывая руками фотографию.
  После второго урока я снова вышел в коридор, на сей раз уверенно таща Эмили за собой. Однако и это не помогло. Там была какая-то потасовка - центром которой являлся почему-то не на шутку злая Рэйчел и растерянный Мэтью с злополучной футболкой в руках, которую тянул на себя какой-то верзила.
  - Я не могу тебе её отдать, - с нажимом проговорил он, упираясь носикам кроссовок в пол.
  - Я видел там голову Шелли.
  Моё сердце предательски ёкнуло. Нет...
  - Нет! - так громко, как только мог, прокричал я вслух. И люди обернулись на меня. Смысла в этом вопле не было, но, как оказалось позже, это дало время Мэтью выдрать футболку себе и отбежать. На третьем уроке его не было.
  А после третьего урока всё стало даже хуже, чем раньше. Пустынный коридор, и три человека, который стоят рядом и смотрят на футболку.
  - Как это понимать? - после долгой фразы спросил Бартишо. Он убьёт меня! Он меня убьёт! Это точно.
  - Мы просто задремали, - пояснил Мэтти.
  - Вот как, - он сжал майку, и мне показалось, что-то хрустнуло - похоже, это была моя единственная соломинка к спасению.
  - Ты всё не так понял! Ничего такого не было, - оправдывался я.
  - Я знаю, - подумав, сказал он. - Но ты, похоже, забываешься, и твоя несерьезность однажды обернётся трагедией.
  - О чем ты?
  - И тогда я и места живого не оставлю твоём теле.
  О как! Это всё, о чем я мог думать. А после четвертого урока случилось нечто жуткое. Я возвращался из столовой. А когда зашел в класс все рассматривали что-то, обступив плотной кучкой. И это что-то явно было майкой.
  - Что вы там рассматриваете?
  - А вот и Шелли...
  А вот и конец моей репутации, возможно, смерть от руки Бартишо уже не так и страшна.
  - Как ты объяснишь это?
  Комок застрял в горле и я нетерпеливо сглотнул. Эмили и Рэйчел не было в классе.
  - Это чистая случайность, поверьте.
  - Случайность? - переспросил кто-то из одноклассников.
  - Да, да, - поспешил я заверить Пита, который похоже и был тем, кто сказал предыдущую фразу.
  - Как же такое приключилось, объясни, - Газли сурово стукнул кулаком.
  Я сжался, втягивая плечи. Несвойственно, несвойственно это мне.
  - Как ты мог не пригласить нас на вечеринку?
  У меня аж от сердца отлегло, но оно так бешено колотилось, что, похоже, разницы никакой. А когда он поднял футболку, сомнения рассеялись, и я издал облегченный смешок. На майке была неизвестная танцующая толпа и снизу подпись "С днем рожденья, Шелли!".
  - Ты думаешь, это смешно? - Том сделал пару резких шагов ко мне.
  - Вы всё не так поняли. А это вообще с прошлого года. Кстати, где вы её нашли?
  - Лежала на твоей парте.
  - Да?
  - Лежала и лежала, - нетерпеливо отгородился Том. Похоже, класс стал терять интерес к происходящему и постепенно все разошлись. Я взял в руки майку и всерьез задумался, как она могла здесь оказаться? Ну да мы делали пару таких футболок - на память. И они все лежали в подвале, в одной из коробок... Так-так.
  - Мэтью! - зло прошипел я вслух, вообще-то, случайно.
  - Что? - тут же раздался вопрос из-за спины. Я вздрогнул и чуть не поседел. - Может, дашь пройти?
  Я обратил внимание, что стою посреди прохода, и в приказном порядке лишаюсь своих волос (то есть у меня истерика)
  - Как это футболка оказалась на моей парте?! - я ткнул ему её в нос. Я обычно не говорю с ним в классе в присутствии одноклассников, но сейчас не время прятаться по углам - надо всё понять.
  - Я не знаю.
  - Ты украл её из подвала! - взвился я.
  - Ради всего святого, зачем, Шелли?
  - Вор потому что! - бессмысленно объяснил я.
  - Да не волнуйся ты так.
  На этом наша дискуссия закончилась. Я побрел к своей парте и бухнулся на стул, а потом ещё раз выдохнул - то, что футболка оказалась другой, было истинным подарком судьбы. Однако на этом все мои проблемы не закончились. После пятого урока со мной случилось корявое де-жа-вю. Все те же самые одноклассники, только теперь они ещё и что-то обсуждают.
  - Что там? - мгновенно подскочил я.
  Кто-то обернулся и просто рассмеялся мне в лицо. Я оттолкнул двух человек и воззрился на футболку, и да, это была та самая футболка. Смех стоял в ушах. Никакого тебе презрения, но смех был даже хуже.
  - Я сейчас всё объясню! Это не то, что вы подумали!
  В класс ворвался Мэтти и тут же подскочил к здоровяку Тому, который и держал злополучную майку.
  - Отдай! - он потянул руки вверх.
  Верзила лишь отодвинул её повыше:
  - А почему я должен тебе её отдавать?
  - Потому что она моя!
  Это вызвало новый взрыв смеха.
  Я был подавлен. Самый худший день в моей жизни, и своей следующей репликой я сделаю его худшим среди вообще всех возможных.
  - Он не виноват, - я встал между Мэтью и горсткой класса.
  - Как ты заговорил. Как же не защитить человека, которого ты так сладко обнимал...
  Я слетел с катушек.
  - А ну повтори, что ты сказал, - я схватил его за рубашку и дернул, придвигая свою голову вплотную к его лицу.
  - О, а наш староста и драться умеет? Конечно, как в такого не влюбиться!
  Кто-то из ребят крикнул:
  - Мэтти, ты выбрал лучшего из лучших.
  Он заулыбался - похоже, не понимал о чем говорят, и решил замылить всё улыбочкой. ХА!
  - Я просто уснул.
  - Ты так нежно прижимался к нему, - Газли состроил омерзительную гримасу, которая, по-видимому, обозначала нежность. Только по слову и догадался.
  - Я ПРОСТО УСНУЛ! - проревел я, отпуская Тома и наступая на Газли.
  - Да ну? - ничуть не испугался он. - Может, ещё и Мэтти рядышком тоже случайно оказался.
  - Дверь в подвал захлопнулась и...
  Меня оборвала Эмили, которая вернулась в класс:
  - В чем дело?
  - Абсент, видела футболочку? - Том снова поднял её над головой чтобы всем было видно.
  - О, нет, - прошептала она одними губами, а потом почти в ту же секунду оказалась рядом со мной.
  - Я сделала эту фотографию, и поверьте, это правда было случайностью, - уверенно сказала она.
  - Подвал же не метр на метр? Они могли лечь в разные углы, - продолжал наступать Газли. - Я уж вообще не говорю о том, как Мэтью оказался в подвале Шелли.
  - Я приходил поздравить его с днем рожденья.
  -Какая прелесть! А что ты ему подарил, подушку в виде сердечка?
  От этих слов меня вообще качнуло.
  - Ах да, присмотритесь внимательно, - он забрал футболку из рук Тома. - Эта баечка разве не твоя, Шелли?
  По спине пробежал если не холодок, то, как минимум, ледяной слон.
  - Ты же ходишь в ней иногда в школу? Так почему же она на Мэтью? Ах, точно, любимые люди уже и не делят одежду.
  Злость всё накапливалась.
  - Я даже боюсь спросить, что вы там делали?
  Мне бесповоротно снесло крышу.
  - Газ, тебе жить надоело? И мне плевать, если нет, сдохнешь сейчас! - Я принялся его душить. Фигурально, конечно, но мне-то хотелось по-настоящему.
  - Эй, успокойся! - попытался успокоить меня Том, школьный приятель Газли. Но я оттолкнул и его.
  - А ты признай, что это была случайность! - я ещё сильнее стал сжимать шею Газа.
  - Но это неправда! - прохрипел заваливающийся на пол одноклассник.
  - Ты же убьешь его... - ошарашено проронил Том.
  - Если понадобится! - обернулся я.
  - Почему ты так упорно хочешь доказать, что ничего не было? - встрял Пит, делая шаг вперед.
  - Потому что ничего не было! - гаркнул я.
  - Мы всего лишь хотели подшутить над тобой, - попытался оправдаться он.
  - Да ну? - я сомкнул руки на шее Газли почти до максимума, и он сдаваясь, начал стучать по ближайшей парте.
  - Это всё я виноват! - внезапно возник Мэтью.
  - Что? - не понял я, ослабляя хватку.
  - Послушайте все! - откуда только проснулись ораторские способности?
  - Я сам пришел в подвал к Шелли, и он тут не при чем. Пожалуйста, не надо его обижать. - Последняя фраза вырвалась с нажимом. - Он даже не знал, что я обхватил его во сне. Так что... - Он вскинул голову на одноклассников. - Не лезьте к нему!
  - Что ты? - я и вовсе выпустил Газа, подходя к Мэтью. Он как будто хочет взять всю вину на себя и сделать себе ещё больнее. Зачем? Мазохист?
  - Мазохист? - вслух спросил я, при чем какой-то недовольно сердитой интонацией.
  - Шелли? Тьфу, нет, конечно.
  - Я говорю про то, что ты хочешь сделать свою жизнь ещё хуже. К тебе и так все относятся, как к белой вороне! - я вскинул руки.
  - Просто я не хочу чтобы твоя жизнь стала хуже.
  - Что?.. - осипшим голосом выскочила фраза у меня изо рта.
  - Какие милые семейные разборки!
  Я открыл было рот, чтобы заорать матом на этого недоумка, но меня опередил Том:
  - Заткнись, Газ! - рявкнул он на него и обратился к нам. - Не обращайте внимания.
  Я странно посмотрел на него, а потом обернулся к Мэтью.
  - Почему?
  - Потому что я хочу, чтобы ты был счастлив.
  Всё остальное потонуло в приглушенном шуме, кто-то начал кричать, разговаривать. Я просто смотрел в пол, и у меня было странное ощущение, даже можно сказать предчувствие, что сегодня одним человеком станет меньше. Кто-то умрет. И либо я умру от стыда, либо Мэтью от моей подножки. Наставлю ему кучу подножек, чтоб он сдох. Лицо было по непонятной причине розовое, и я, разрезая шум, стукнул ногой, заставляя всех замолчать.
  - Слушай сюда, - это напоминало разговор какой-то мафии. "Мы повезем контрабанду на поезде" - "Слушай сюда, зеленый, нас засекут. Так что на самолете" - "Хочу на поезд..." - "О нет, зеленый, мы его теряем..." - Слушай сюда, - снова повторил я, - Мэтью.
  - Да? - негромко спросил он, оглядываясь по сторонам.
  Одноклассники наблюдали за нами, затаив дыхание.
  - Стань... - я опустил голову. - Стань эгоистом! Наплюй на всех остальных.
  - Я так не могу, - тут же откликнулся он.
  Знаю, что вы подумали - я забочусь о нем и хочу, чтобы у него в жизни всё сложилось, уж слишком он неэгоистичен - но на самом деле я забочусь о себе - если он станет эгоистом, он напрочь забудет обо мне, и это будет очень хорошо. А ещё вы подумали: что-то подозрительно долго затянулась перемена. Вообще-то уже давно прозвенел звонок, просто учитель ещё не пришел. И вот сейчас я стою и пытаюсь его переубедить: "Не умирай, вся жизнь впереди, ты ещё успеешь стать мазохистом. Не умирай". Моё подсознание иронизирует не обращайте внимание. Но сей затянувшийся момент разрядил Газли:
  - Ладно, мы поняли, вы безумно влюблены в друг друга и хотите счастья друг другу. Это очень мило.
  Я выпал в осадок, и руки опустились, не фигурально, а реально. Стояла тишина. Но вдруг её порвал звонкий смех Мэтью, и все разом обернулись к нему. Его светлые волосы растрепались, а глаза были зажмурены. И он смеялся так открыто. Моё лицо взмокло и пошло от ужаса красными пятнами. Что за день! Мэтью всё продолжал смеяться, вытирая правой рукой блестящие слезинки в уголках глаз. Это всё продолжалось несколько минут.
  - Ну, конечно же, нет, - наконец смог выдавить он, продолжая смеяться. - Шелли нравятся девочки.
  Я был на грани падения в глубочайший обморок. Но в класс наконец зашел учитель, и все бросились на свои места. Я думал о том, что произошло, и никак не мог сосредоточиться на английском, слова просто вылетали из головы. Что это вообще было? О чем мы все разговаривали? И какого черта Эм нас сфоткала? И какого черта она отдала это фотку Мэтью? И почему он принес её в школу? И почему я пообещал, что сделаю, что он попросит? Ну, конечно же, я этого делать не буду, даже под страхом смерти.
  - Под страхом смерти не буду! - слова уж слишком часто стали вырываться из моего рта против воли.
  - И позвольте спросить, почему вы так боитесь чтения, а?
  - Это я не вам! - огрызнулся я на нашего англичанина.
  - Тогда с кем вы разговаривали?
  Я чертыхнулся, обдумывая ответ.
  - Сам с собой, - сердито сообщил я, сыпля бесшумными ругательствами.
  - Тогда вы правы, я не буду вас трогать, только, пожалуйста, успокойтесь.
  Настрой был хуже некуда. Но тут, как всегда, влез Мэтью:
  - Он разговаривал со мной.
  - Через три парты?
  - Это нечто вроде телепатии.
  - Тогда почему же вы занимаетесь этим на уроке, спешу поправиться: на моём уроке!
  - Извините.
  - Оба вон из класса.
  Мне сейчас было бы хорошо побыть в одиночестве, но перспектива остаться с Мэтью наедине пугала даже больше.
  - Мне надо в медпункт.
  - Не потеряйтесь по дороге, - саркастически хмыкнул напоследок учитель. - Мэтью, проводи нашего нервного, и не забудьте подумать над своим поведением.
  - Да, - убито кивнул я. Самый ужасный день в моей жизни. Меня впервые выгнали из кабинета, и я был в прострации.
  - Не переживай, Шелли, - весело откликнулся Мэтью, когда мы шли по коридору.
  - Это всё из-за тебя... - зло шипел я.
  - А?
  - Зачем ты пробовал за меня заступаться?
  - У тебя были проблемы, а как я сказал, я хочу, чтобы ты был счастлив.
  - Я въехал, - в глазах мутнело.
  - Эй, Шелли? - раздался испуганный голос совсем рядом, и меня подхватили руки.
  - Отстань! - устало отбивался я.
  - У тебя кружится голова, пожалуйста, успокойся. Тебе, правда, надо в медпункт.
  - Не трогай меня!
  - Не сходи с ума! Я всего лишь хочу помочь тебе!
  - Извращенец! - сердито выкрикнул я и вырвался из его объятий.
  - Да что с тобой такое? Тебе просто надо в медпункт, - он прибегнул к самому вескому аргументу. - Ты весь качаешься!
  -Сам ты качаешься! Всё со мной нормально! Это... всё вокруг качается.
  -Не дури! - он снова предпринял попытку обхватить меня.
  -Не лезь... - упавшим голосом сипел я.
  -Шелли! - вдруг неожиданно чётко крикнул он мне в самое ухо.
  Я замолчал, оборачиваясь на него с вытаращенными
  -Что?
  -Заглохни и прекрати брыкаться! - его голос был звонкий, уверенный и суровый. И я просто опустил руки, то ли от слабости, то ли точно от слабости. Я решил, что сообщу о домогательстве в полицию немного позже. И ещё - я был абсолютно шокирован таким его тоном.
  Я проснулся с полчаса после этого разговора. Я был на больничной койке, за шторой слышался негромкий разговор:
  - Да он совсем выжил из ума!
  - Ничего, он почти нормальный. Можешь не волноваться.
  - Как проснётся, можно его отвести домой?
  - Только будь осторожна, а лучше захвати ещё кого-нибудь из знакомых.
  "Осторожна", значит, это Эм, она всегда мне помогала. Я расслабился, встал с кровати -там было целое столпотворение. Первое - бледная Эм, за руку с Рэйчел, второе - какие-то нешкольные врачи, и третье - Мэтью с мокрым от слез платком.
  - Ты что, плакал? - хриплым спросонья голосом поинтересовался я.
  Вся компания разом вздрогнула, оборачиваясь в мою сторону:
  - Нет, - подумав сказал Мэтью, неумело пряча платок за спину.
  - Это хорошо.
  Была напряженная атмосфера. Но мне было плевать - я опустошен, а ещё маньяк, который на меня напал - плакал. Вот тогда и начинаешь думать, а не повеситься ли мне? Конечно, я не предам свою мечту о черной "тойоте". Но повеситься всё-таки быстрее.
  - Я иду на физкультуру.
  - Шелли, - спокойно сказала Эмили. - Уроки уже давно закончились. Ты упал в обморок.
  - Что?! - по-девичьи взвизгнул я. И тут же глупо спросил: - А разве в обморок падают не только девушки?
  - Нет, - доктор улыбнулась. - Ему, похоже, лучше.
  - Я так испугалась, - Эм обхватила меня за плечи, прижимая сильно-сильно, так что я успел шепнуть ей на ухо:
  - А Мэтью снова ко мне приставал.
  Она легонько похлопала меня по голове и шепнула в ответ:
  - Я тебя в обиду не дам, дурачище.
  - О чем вы там секретничаете? - позвал нас как раз таки Мэтью.
  - Шелли обещал мне шоколадку.
  Она счастливо подмигнула мне, и я расплылся в улыбке. Но улыбка это была временная в виду того, что ужасный день номер один продолжался и дальше.
  - Напомни, почему мы вместе идем домой?
  - Эмили и Рэйчел сказали, что им надо зайти в магазин, а тебе лучше идти домой и отдохнуть, у тебя был тяжелый день. А я пошел тебя проводить, потому что ты неважно выглядел.
  - Я знаю это, черт возьми, это был риторический вопрос!
  - Прости, я не понял.
  - Всё, я от поворота пойду сам.
  - Но я обещал Эмили, что провожу тебя до дверей и удостоверюсь, что дома есть кто-нибудь, кто о тебе позаботится.
  Тоже мне удружила. А говорила - не бросит. Как я зол. Мы дошли до калитки.
  - Мама дома, ну всё, спасибо, что проводил...
  - Я должен удостовериться, что ты не останешься один.
  - Стив меня не бросит, - сердито пробормотал я.
  - Стив - это кто? Твой друг?
  - Стив - это собака! - обезумевшим голосом прокричал я.
  - У тебя есть собака?
  - Нет, черт побери!
  - Тогда я совсем ничего не понимаю.
  - Просто вали домой.
  - Мы так не договаривались! - он схватил меня за руку, а я дернулся:
  - Прекрати уже.
  - Я хочу помочь.
  Я заморгал глазами и рванулся в дом. На пороге встретил маму в руках с курткой. Она сначала посмотрела на меня, а потом на Мэтти, который, несомненно, погнался за мной. И начала её одевать... только не это:
  - Мам, останься дома.
  - Но я собираюсь на собеседование на работу.
  - Что за бред? - приподнял я одну бровь. - Ты же никогда не работала? - развел руками.
  - А вот теперь решила! - прошипела она, а потом снова резко перешла на нормальный тон. - Солнышко, выглядишь неважно. Но ничего, Мэтью за тобой присмотрит.
  Я взвыл и по-детски ухватился за её одежду:
  - Мам, пожалуйста, не уходи!
  - Шелли, ну что ты как маленький, - она похлопала меня по плечу. - Не волнуйся, я скоро вернусь. - Она приложила руку к подбородку, вероятно делая вид, что думает, а не давно уже всё решила.- А может, и не скоро?
  - Мам!
  - Ну выздоравливай! - Она быстро чмокнула меня в макушку и выплыла за дверь. Пропуская Мэтью.
  - Ты чего так быстро убежал?
  - За мной гонятся, - мертвым голосом констатировал я, протирая рукой глаз.
  - Не бойся, - он подошел ко мне, не снимая обуви, и осторожно оттянул мою руку от лица. - Всё будет хорошо.
  - Да знаю я! - захотелось психануть мне. И я выдернул руку, одновременно топнув ногой.
  - Шелли...
  - Да знаю я, всё это ... - я сбросил кроссовки, зашел в гостиную и завалился с ногами на диван.
  - Ты не хочешь меня видеть?
  Я услышал, как он опустился в соседнее кресло.
  - Мне просто слишком плохо, - отделался я общим советом.
  - Что-нибудь принести?
  - Меня, и в рай...
  - Что?
  - Стаканчик воды, пожалуйста.
  - Тебе кипяченой или из-под крана?
  - Ты что, пьешь воду из-под крана?
  - А что, нельзя?
  - Нельзя, конечно! - я резко сел на диване. На его лице была снисходительная легкая улыбка.
  - Что? - не понял я.
  - Шелли, ляг обратно.
  Я лег и, ввиду того, что не было сил биться головой о подушку, начала бить ею свою голову.
  - Что ты делаешь?
  Я услышал как об журнальный столик звякнуло донышко стакана.
  - Я пытаюсь совершить самоубийство, - не стал врать я.
  - Шелли, ты такой смешной.
  - Хоть цирк открывай, - саркастически отозвался я, отнимая от лица подушку и одним махом опустошая принесенный стакан.
  - Не в этом смысле. В смысле забавный, то есть мне с тобой интересно.
  Я не доверчиво на него посмотрел, потом сощурил глаза, пытаясь найти подвох, и, так и не найдя его, снова откинулся на диван.
  - Оставь меня одного.
  - Ну так выгони меня.
  Я снова приподнялся и посмотрел Мэтью в лицо - он не шутил.
  - Пошел вон, - подумав, безвкусно отозвался я.
  - А не пойду, - игриво заблестели его глаза.
  - Пожалуйста, - предпринял ещё одну попытку я.
  - Неа! - помотал он головой. - По-моему, у тебя не выходит.
  - Ещё бы, - сердито отозвался я.
  - Кстати, каким ты шампунем моешь голову?
  - Не переводи тему!
  - Ну, а если честно?
  - Не переводи тему, говорю! - я вскочил, гневно смотря в его огромные глаза.
  - Шелли, ну каким? - негромко спросил он.
  - Мылом, чертом побери, хозяйственным! - прокричал я прямо ему в лицо. Моя физиономия была багровой от злости.
  - Погоди-погоди, - он сосредоточено изучал наш ковер, а потом снова поднял глаза на меня. - Ты не шутишь?
  - Нет, не шучу! - я в который раз лег обратно на диван, избивая подушкой свою голову с волосами, помытыми хозяйственным мылом. Но неожиданно сие действие прекратилось, в виду изменений обстановки на фронте. Я почувствовал, что кто-то лег рядом и обвил меня руками.
  - Что?... - мне не хватало голоса, чтобы закончить фразу. - Что ты делаешь?
  В самое ухо прошептали:
  - Просто лежи спокойно.
  - Да иди ты на хрен! - взвился я, отталкивая его.
  - Тебе просто надо успокоиться и поспать. Ты себя плохо чувствуешь. Шелли, - проникающим голосом позвал он. - Пожалуйста, ну прекрати ты дурить. Тебе нужно отдохнуть. А я лег рядом, потому что подумал, что тебя это успокоит, но ты разозлился ещё больше.
  - О да. Я разозлился.
  - Ну тогда не злись.
  - А буду!
  Тупик разговора был слишком явным.
  - Я, в принципе, могу уйти...
  - Ну и отлично, вали на все четыре стороны!
  - Если ты обещаешь уснуть.
  - Мэтью, - я обернулся на него. - Скажи мне, ну какая тебе разница, что будет со мной?
  - Большая! - громко сказал он, смотря на меня в упор. Всё на том же нашем диване. - Я ведь люблю те...
  - Не говори это вслух!
  - А что такого в том, чтобы сказать человеку...
  - Ля-ля-ля-ля! - я заткнул уши. Моя идеальная броня. Я прекрасно понимаю, что он имеет ввиду, но когда я слышу эту фразу, у меня сносит крышу.
  - Шелли! - теплые руки обхватили мои и оттянули от ушей. - Да послушай меня, что ты истеришь? Мы же друзья, вот я за тебя и волнуюсь.
  - Прекрати это уже, - За такое бы стоило испепелить одним лишь взглядом, но я испепелял не Мэтью, а журнальный столик, что был по правому курсу от меня. Я до Мэтью просто ещё не дошел.
  - Что прекратить? - несколько удивился он.
  - Хватит ко мне лезть!
  - Я хочу тебе помочь, ведь я лю...
  - Выметайся! - я встал с дивана, по-идиотски топнув только что одетой тапочкой.- Выметайся из моего дома! Сейчас же! - правая рука указывала на дверь. Он неожиданно тоже встал с дивана и стукнул меня по носу:
  - Шелли, пожалуйста, поспи.
  Накинул портфель и вышел. Я ещё долго стоял на месте, пока ветер не ворвался через прикрытую входную дверь, заставляя обернуться. Он и правда наконец-то ушел! Но мне было что-то не радостно. О да, я это признал. Мне было не на кого больше орать.
  На самом деле я почти сразу же уснул, но не до самого утра - разбудила меня Эмили где-то порядка восьми вечера. Она просто сидела за моим столом, а я просто почувствовал, что в комнате кто-то есть, и открыл глаза.
  - Ты уже выспался?
  - Что-то вроде того, - я размашисто зевнул.
  - Извини, что так вышло с магазином, мне стоило остаться с тобой.
  - Да всё нормально, вот собирался его накормить хозяйственным мылом. - Слегка загадочно, но всё же с явным сарказмом заметил я.
  - В смысле?
  - А в том и смысле, - я вздохнул.- Что мыло ещё никому не мешало.
  - Ты совершенно не изменился.
  - Я знаю, - я прикрыл рукой глаза и вымученно улыбнулся. - Это был худший день в моей жизни. Я чуть не умер.
  Я вкратце пересказал ей события этого дня. Когда дошло до истории с диваном, Эмили впервые за прошедший месяц не смеялась. Её лицо было преисполнено задумчивости.
  - Неужели тебе правда это всё настолько противно?
  - Конечно! - с жаром отозвался я. - Но ты... как ты могла отдать ему эту фотографию?
  Как-то до этого разговор не соскакивал на щекотливую тему.
  - Он просто попросил посмотреть фотографии с праздника.
  - И ты ему поверила? Таким, как он, нельзя доверять!
  - Шелли, он обычный человек, который сделал себе забавную праздничную майку с днем рождения друга.
  - И всё бы это звучало нормально, если бы ни несколько "но": мы не друзья совершенно, он ко мне лезет, и почему обязательно было выбирать эту фотку?
  - Она забавная.
  - Тогда зачем было писать "In love we trust"?
  - Это шутка.
  - Ну и плохая шутка! - нескладно ответил я. - Вообще - жизнь ужасна!
  - Вот только не надо впадать в депрессию.
  - Я не впадаю в депрессию, просто мне грустно, что все мои мечты летят к чертям.
  - Но всё ещё может сложиться хорошо.
  - Оптимистка, - я отвернулся к Эм спиной и закусил губу - просто захотелось, вот и закусил. Ладно, у кого в жизни не бывает ужасных дней? Ладно, только у меня у одного такой распаршивейший день, но это же не значит, что надо сдаваться. Хотя делать ничего и не хочется больше.
  - Не грусти, Шелли! - она ненавязчиво хлопнула меня по плечу. - О, а за окном дождик пошел.
  - Ну и пусть, - не то растерянно, не то сердито пробормотал я.
  Я говорил, что у меня проблемы со сном? Так вот, раньше не было, теперь - есть! Как только Эмили ушла, я сделал уроки и попытался уснуть - черта с два, Шелли, уснешь ты тут, разве что вечным сном. Как только я ложился и закрывал глаза - вставала картина прошедшего дня, злосчастная майка и одноклассники, оставалось только зажмуриваться до звездочек, чтобы не видеть ничего, но возникло ощущение, что под боком кто-то лежит и обнимает меня. Вы догадываетесь, на мысли о ком это наводило.
  Во втором часу я не выдержал, сбросил одеяло и спустился на кухню, там как раз некстати сидел мой отец и пил остывший чай.
  - Шелли? Опять плохо спится?
  - О да, - ответил я, изнуренно присаживаясь на табуретку.
  Я ждал, что он начнет расспрашивать о причинах такого моего состояния, но он тактично молчал. И этого его отцовское молчание так располагало как раз к тому, чтобы всё рассказать.
  - Знаешь, пап, у меня сегодня был худший день в жизни.
  - Ты обидел маму? - сверкнули его очки из-за газеты.
  - Нет, - отмахнулся я.
  - Не стоит расстраиваться, - он глубокомысленно уставился в свою чашку. - Поживешь подольше, поймешь, сколько ещё будет этих "самых худших дней в жизни". Лучше обрадуйся тому, что он уже закончился и уже точно никогда не повторится.
  - Это, конечно, так. Но всё-таки. Даже не знаю, как завтра пойду в школу.
  Я вкратце пересказал ему весь сегодняшний день - и про футболку, и про обморок, и про Мэтью. Он, конечно, не стал смеяться, и лишь задумчиво хмыкнул, а потом сказал:
  -Слушай, Шелли. Он ведь правда за тебя волновался.
  - Эй! - я перегнулся через стол и помотал рукой у него перед носом. - Ты хоть понимаешь, что он пытался со мной сделать?!
  - Шелли я понимаю, но тебе не стоит драматизировать.
  - Так ты мне теперь говоришь! - я вскочил, опрокидывая ни в чем неповинную кухонную табуретку. - Я иду спать!
  Я не слышал, громко поднимаясь по лестнице, как тяжело и многозначительно вздохнул мой отец. Кстати, спать я тоже не лег. Сидел за своим письменным столом и в ужасе думал о том, что же будет завтра. Ну что же - предположения оправдались. И вторник стал вторым самым худшим днем в моей жизни, конечно, понедельник вне всякой конкуренции, но всё-таки. Это было жутко.
  - Шелли, ты должен мне что-нибудь подарить!
  - С какого перепугу?
  Мэтью ждал меня чуть ли не у самого дома.
  - Мне очень нужная какая-нибудь твоя вещь.
  - Сейчас дожую свою жвачку, и можешь забирать.
  - Нет, понимаешь мне нужна какая-то твоя личная вещь, - не отставал он.
  - Жвачка - это очень личное! - попытался заверить я его.
  - Да ну тебя! Например, байка какая-нибудь, ну или зубы у тебя, случайно, не шатаются?
  - Нет! - я захлопнул рот руками. Потому что закралось подозрение, что он сейчас подскочит и начнет выковыривать мои бедные зубки прямо изо рта. Уж я-то знаю, он может. Ещё не на такое способен этот разрушитель чужих домов.
  - Жаль. Ну тогда, может, прядку волос?
  - Я не дам тебе отбирать мои волосы!
  Мы уже подходили к школе. И сегодня мы шли одни, потому что Эм ночевала у Рэйчел, и в школу их подвозил отец Рэйчел. Нет, я, конечно, предпочел чтобы мы шли совсем одни, то есть совсем по отдельности. Однако судьба - проклятая идиотка.
  - Ну скажи, зачем, зачем тебе это всё?
  - Хочу провести обряд вуду!
  Мои брови резко вскочили вверх.
  - Что-что ? Нет, ещё раз, что ты хочешь провести?
  - Обряд вуду! - полным энтузиазма голосом повторил он.
  - Что за чушь!
  - Это не чушь, - слегка обиделся он, разворачиваясь ко мне вполоборота, а потом вдруг перегородил дорогу.
  - Что за черт! - выругался я. - Пропусти!
  - Шелли, - он схватил меня за подбородок. Я малость ошалел, оцепенел и сдох. Ладно, не малость - огромность! И пока я прибывал в полудохлом состоянии, он, не спрашивая, выдернул прядку волос.
  - Ты...Ты... Пока я отвлекся, коварно выдернул у меня волосы!
  - Так всё и было, - беззаботно ответил он, пряча прядку в мешочек.
  Это правда больно и подло, но основное коварство этого дня составляло совсем не это. Первый и второй урок можно пропустить - я был спасен всё той же идиоткой-судьбой. Но на третьем меня вдруг одолели катастрофические проблемы - вроде как компенсация за небольшую передышку. Это была чертова биология, и какова ирония (тоже та ещё идиотка!) нас определили с Мэтью в одну пару. Мы должны были рассматривать строение какой-то полумертвой червячки. Мне плохело, но вина в этом, конечно же, не благородной червячки, а того существа, которое стояло рядом и записывало свои наблюдения и при этом улыбалось. А и ещё раньше вырвало у меня клок волос. На различные вопросы хотелось просто отмазаться: "соседский бульдог укусил", но моей соседской была Эмили, так что это бы не прокатило. И я говорил, что мама случайно дернула ножницами и отрезала клок. Мне почти верили, но только не Эм и Рэйчел. Эм вообще сразу догадалось, но не сказала этого вслух, а подошла и шепнула на ухо:
  - Я знаю, ты мне всё потом расскажешь.
  А Рэйчел просто сказала, что это странно. Но в любом случае, сейчас мне было ещё больше не по себе от этой улыбки при виде червяка, от этих рук, которые рвут чужие волосы и обрывают чужие жизни. Я был с ним в паре и никак не мог сосредоточиться. И впервые в жизни, в самый первый раз в жизни, получил за практическую "неудовлетворительно". Я шокирован. И на том самом злосчастном перерыве после третьего урока, когда я сижу за партой и страдаю, ко мне заявляется Мэтью:
  - Шелли, можно, я сяду рядом с тобой?
  - Нельзя.
  - Но пожалуйста, ты же обещал за майку.
  - Нет!
  - Твои оценки стали хуже, - многозначительно кивнул он. - А я по-прежнему учусь отлично.
  - Это вышло случайно! Я просто отвлекся!
  Он улыбнулся и ушел, а потом вернулся и придвинул соседнюю парту вплотную к моей.
  - Я помогу тебе. Если чего-то не понимаешь, просто спроси.
  - Я всё понимаю! - с ненавистью выкрикнул я, стукая пятерней по столу.
  - Я знаю, - заулыбался он. - Просто хотел посидеть рядом с тобой.
  Я убито опустился за стол и оглянулся по сторонам, не видит ли нас кто. И, о да, нас увидели.
  - Сидят голубочки!.. - начал было Газ, кажется будто даже не заметил, что минуту назад я его душил... Но Том заткнул рот ему рукой, и они начали шумно ругаться. Ха. Ну и пусть. Стану теперь пофигистом, наплюю на всех. Что я говорю! Это же вселенская катастрофа!
  - Отсядь от меня, прошу.
  - Нет, - спокойно сказал он, по-детски устраивая руки на парте.
  - За что мне это... за что?! - я воздер руки к небу и направился в коридор в поисках Эм. Наткнулся я на неё почти сразу. Она сидела на широком невысоком подоконнике в одиночестве.
  - Привет, - немного взволнованно сказал я. Эм редко сидела одна. - А где Рэйчел?
  - Не знаю.
  - А что случилось? Вы же вроде как дружите.
  - Да всё нормально, - она обернулась. - А где Мэтью?
  - Придвинул парту к моей и собирается так сидеть до конца дня.
  - Это забавно.
  - О да, куда уж забавней.
  - Да, это просто смешно, - серьезно сказала она.
  - Правда, что случилось?
  - Всё нормально, - с нажимом сказала она и соскочила подоконника.
  Мне это показалось необычным. Но время шло. И весь урок я сидел злой, как мышонок на крупу, на всю-всю крупу в этом долбанном мире. Мэтью сиял, одноклассники периодически хихикали, отпуская комментарии в нашу сторону, а мне не хватало духу встать и сорвать урок оглушающим криком: "Отсядь, извращенец ты пушистый!". Потом я видел, как на перерыве Эм разговаривала с Рэйчел, и всё вроде как было нормально, не считая того, что моя репутация благородно погребена под плинтусом. Я, задумавшись, смотрел из окна класса на улицу, где какие-то младшеклассники играли в непонятную взрослым умам игру.
  Я всё-таки не мог отделаться от мысли про свою репутацию, ну ясно, что они теперь все думают. И это жутко.
  - Шелли, - прошелестел знакомый голос, и маленькая ладошка легла на мою руку - я резко дернулся.
  - Опять ты!
  - Да, это я.
  - Хватит на меня пялиться, - я снова отвернулся к окну, делая вид, что мне интересно разглядывать, как младшеклассники играют.
  - Ты знаешь, мне обидно.
  - В чем же я виноват? Опять.
  - Ты совсем перестал разговаривать со мной.
  - Потому что я не хочу с тобой разговаривать, - честно отрезал я, не спуская глаз с школьного двора.
  - Это жаль, - он, похоже, не выдержал и тоже повернул голову на двор. И ничего интересного он здесь не увидит, вот так-то! А я за милую душу слиняю куда подальше! Но стоило мне сделать наивную попытку смыться с места преступления - я обманом заставил простого гражданина отвлечься на некую хрень за окном (преступление наивысшей степени), как этот вот... (не хватает слов) схватил меня за руку.
  - Шелли, ты почему убегаешь?
  Я по нововведенной привычке сморозил глупость:
  - Убегать люблю, вот и всё.
  - Побудь со мной ещё немножко.
  - Не хочу!
  - Шелли!
  Я обернулся на голос, готовясь плюнуть на приличия и вмазать по его личику. Однако его взгляд был настолько умоляющим, что я... что я не смог двинуть по его лицу, и просто сбежал. Эм, выслушивая эту очередную историю бесконечных приукрашиваний типа "он захотел меня никогда не отпускать", "в его глазах горело адское пламя" и тому подобное, громко смеялась, а потом наконец сказала:
  - Шелли, у тебя веселая жизнь.
  - Ага. А я хочу нормальную.
  Рэйчел, что стояла рядом с нами, ничего не говорила, и тогда я спросил:
  - Что-то случилось?
  - Ничего, - подготовлено быстро откликнулась она.
  - А если честно?
  - И так честно, - она отстранилась от стены и пошла в сторону кабинета.
  - Мне кто-нибудь объяснит, что происходит?
  - Тебя это не касается, - Эм хлопнула меня по плечу и снова рассмеялась. - У тебя... и своих проблем хватает.
  - Это уж точно.
  Как ни странно, её фраза заставила меня ненадолго успокоиться.
  То, что было дальше, не может не смешить - я уже будучи сумасшедшим, сошел с ума снова. Какая прелесть! - подумали вы. Однако это не прелесть, а тупость. Мэтью всё так же сидел рядом, я смотрел куда-то мимо парт, школ и уроков. И неожиданно моё бездумное смотрение зациклилось на одном предмете - это была маленькая коробочка, которая стояла в правом углу парты Мэтти. Коробочка вроде тех, внутри которых обручальные кольца. Где-то внутри меня заработала машина, производящая подозрительный холодок по всему телу. И я сидел словно на иголках. И вот свершилось, наш учитель вышел за какими-то учебными пособиями, беспечно оставив класс без присмотра, и тогда Мэтью наклонился ко мне, с коробочкой в руках, разумеется.
  - Я понимаю, что сейчас это не очень кстати. Но я хотел бы предложить тебе...
  Я сделал сразу три вещи - толкнул его что было силы назад, зажмурился и вскочил со стула. Из-за того, что всё это произошло одновременно, я его даже не задел, и он остался сидеть, как раньше, поднимая на меня свои зеленые глаза. И конечно же, в классе повисла подозрительная тишина. Я был не в силах открыть глаза, но чувствовал - все смотрят на меня. И мне было страшно.
  Мамочка на небесах... да нет же, она дома и наверняка бы только поаплодировала такой ситуации, она вообще у меня странная. Но я так и не решался открыть глаза. Послышался легкий шум соприкосновения чьих-то кроссовок с полом, и я совсем взмок, не зная, что делать, и возможно ли как-то повернуть время вспять.
  - Шелли.
  Опять же произошло несколько вещей сразу: коробочка оказалось в моей руке , в класс зашел учитель, и я на ощупь сел обратно на стул. Думаю, даже если бы учитель попросил меня открыть глаза, я бы этого не сделал. С закрытыми глазами лучше. Затем встал вопрос - как бы незаметно избавиться от этой коробочки, а лучше подкинуть кому-нибудь. Нашему физруку, например. Но коробочка-то всё ещё была в руке, и всё моё существо топталось в пятках, не решая вернуться в привычное состояние. Когда прозвенел звонок, я всё-таки решил открыть глаза, но увидел перед собой лицо и тут же инстинктивно отшатнулся.
  - Это я, - сказала Эм, помахивая перед моим носом рукой.
  - Прости, - потупился я, пряча руки со злосчастной коробочкой под стол.
  - Ты такой бледный...что вообще произошло? Сидел, как на иголках, и, зажмурившись, писал в тетради.
  - Э... всё нормально, - попытался отмазаться я. Впервые мне не хотелось что-то говорить Эмили. Да, похоже, никто и не заметил, что именно вручил мне Мэтью. Это очень хорошо. Но Эмили... мне, правда, не хотелось ей говорить об этом ни слова, хоть мы и были лучшими на всем свете друзьями.
  А хотелось куда-то далеко убежать и посмотреть, что внутри этой коробочки. Может, это и вовсе не кольцо? Лицо мгновенно вспыхнуло, и я сунул коробочку в карман, продолжая крепко сжимать рукой. Эта коробочка только для меня, и другим знать, что она есть, вовсе не обязательно.
  - Ты знаешь, пойду умоюсь, - обратился я к Эм.
  - Куда же ты пойдешь? Звонок уже скоро.
  И отличный шанс глянуть, что внутри этой коробочки для обручальных колец.
  - Ничего. Скажи учителю, что я пошел в медпункт.
  Я быстро встал из-за парты и двинулся к выходу из класса. По дороге мне встретился Мэтью и даже не попытался заговорить со мной. Мы просто прошли мимо друг друга, я уловил его взгляд и развернул голову, лишь тогда когда шея заболела от этого длинного поворота. Похоже, он не знает, открыл ли я коробочку, или у него отшибло память, или его похитили пришельцы и сейчас передо мной андроид? Это, конечно, мысли бредовые. Но выглядел он именно таким - каменным и неживым. Лишь его полуулыбка, в тот момент когда мы вынуждены были отвернуться от друг друга, напомнила в нем человека. Но от такой хитроватой улыбки черта с два полегчает. Как только я обошел первый поворот, и правда прозвенел звонок. Я, воровато оглядываясь, дошел до туалета, закрыл за собой дверь. Никого не было, да и не должно было быть. Я зачем-то глянул в зеркало. Моё лицо было взмокшим, но белым, а волосы липкими и растрепанными. Я вытащил злосчастную коробку из кармана и начал на неё глазеть. Казалось, вот он, переломный момент в жизни. И там либо кольцо... либо нет. Похоже, если я дальше так и буду сверлить ее взглядом, из неё что-то вылупится. Что хоть и маловероятно, но возможно. А когда есть маленькая возможность того что, что-то случится, оно обязательно случится. Ну, я не имею в виду конкретный случай. Эй, из коробки никто не вылупился! Но что может быть в такой коробке - кольцо и только кольцо. Если бы что-нибудь другое, обивка бы неестественно выгнулась. Тогда... там правда кольцо? И мне впервые в жизни предложили жениться. Я по-дурацки вытаращился на своё ни в чем неповинное отражение. И оно на меня тоже. Что за тупость! Парни не женятся! По крайней мере, в нашем городе. Да, знаю, что вы подумали. Открой уже эту коробку и прекрати париться. Но я так не могу. При одной мысли, что мне сделали предложение, пальцы начинают стучать по поверхности, которая окажется под ними, лицо взмокать, и сердце выпрыгивать, делаю акцент, от страха! Мне, знаете ли, ещё нет даже восемнадцати. Я слышал о не очень умных девушках, которые выходят замуж где-то лет в шестнадцать, и нормально живут так. Но я же не девушка, в самом деле? Да... Видела бы это моя будущая жена - точно бы перевернулась в гробу, в который попала после прыжка в пропасть на черной "тойоте", да, если от неё, конечно, что-нибудь осталось...Я всё-таки решил, что возьму её с собой - хочет она того или нет. И это будет шикарно...
  Так, я отвлекаюсь от темы. Коробка всё ещё передо мной, и я не могу её открыть. И не надо мне ставить в пример сильных духом людей - вы когда-нибудь сами открывали коробочку для обручального кольца? Вот и не вякайте. Простите, вы же видите, я на гране срыва. Хотя грань уже преодолена. Но нельзя же вечно так стоять тут в туалете? Кто-нибудь зайдет и увидит меня. Физрук, например. Которому, кстати, по идее, и нужно было подкинуть эту коробочку, даже не заглядывая внутрь. Но мне нужно посмотреть, что в ней. Собираюсь с силами.
  Собрался вроде как.
  Медленно тянусь и открываю её.
  Глаз б мои этого не видели, а лучше так: не было бы у меня никогда глаз, избежал бы многих проблем!
  Да, черт побери, там правда было кольцо! С некоторым алмазоподобным камешком по середине. Я испытал резкое желание кинуться в окно. Взгляд инстинктивно взлетел на маленькое зарешеченное туалетное окошко. Не, не долезу. И даже если долезу, то не сломаю решетку. И даже если сломаю решетку - не открою, и даже если открою, не пролезу. Не пролезу и застряну, а это испортит весь драматический момент. Я, побледнев, захлопнул коробочку. Мыслей в голове не было - по всему телу шел ток и шок. Я до последнего не верил в происходящее. Так вот, в голове вместо мыслей стали обрывочно появляться картинки с ближайшими помещениями с окнами. Однако. Я не побежал в ближайший класс, а рванул в свой - чтобы трагически погибнуть на глазах знающих меня людей. Выскочил из туалета, громко хлопнув дверью, отчего та не закрылась, а раскачалась. Помчался по коридору, мчался и плакал, потому что жизнь моя тупая, и мне придётся не менее тупо её закончить. Врываюсь в класс, тяжело дыша и со всей дури ору:
  - Окно!
  Коробочка до сих пор крепко сжата в руке. Я с силой отталкиваюсь от первой парты, которая тут же падает, и со стремительной скоростью лечу к окну. Несколько человек встают, но не успевают среагировать. И я уже почти у цели. Не поверите. Спотыкаюсь. И что-то мягкое падает на меня сверху. Инстинктивно сжимаюсь в комок, пряча колечко в кармане. Чьи-то руки меня трясут, но мне так плохо, и к тому же всё равно уже. Лишь бы не Мэтью, лишь бы не Мэтью. Пустите меня в окно! Предпринимаю ещё одну бессмысленную попытку к бегству, однако уже несколько рук крепко удерживают меня. Я слышу слова, но не разбираю их. Я умираю. И в голове лишь две мысли: "не заглядывайте в мой правый карман джинсов!", и "там лежит моё обручальное кольцо!".
  В итоге я второй раз за эту неделю оказываюсь в медпункте - на удивление тихо. Хлопаю по карману: и там пусто. Удрученно вздыхаю, теперь точно можно бежать к выходу.
  Робко скрипнула дверь и кто-то зашел. Мне плевать кто ты, но проваливай, мальчишка ты или девчушка. Однако, как выяснилось после того, как шторка вокруг кровати отдернулась - это был тот, кого я меньше всего хотел видеть - Великий и Ужасный Мэтью .
  - Как ты себя чувствуешь?
  - Сдох полчаса назад, - голос ломаный и хриплый. Сам себя не узнал.
  - Ты что, правда хотел сброситься?
  - Правда, - честно отозвался я.
  - Ты что, дурак?! - он схватил меня за майку своей слабой ручонкой и развернул к своему лицу. Глаза разозленно мерцали. - Разве тебе не жалко твоих родителей? Шелли, тебя все любят!
  - Даже слишком сильно, - я опустил голову, пытаясь как можно больше отвернуться от него.
  - В смысле? - склонил он голову набок, всё ещё не выпуская мою майку из рук.
  - Тогда к чему, черт побери, было это кольцо?! - взвился я. Вот так и спросил. Узнаю ответ и сдохну. Если он, правда, хотел сделать меня своей женой, то смерть будет и ненапрасной и правдоподобной.
  - Кольцо? - несколько рассеяно переспросил он, а потом вдруг согнулся пополам, и я слышал его тихий беззвучный смех. И он никак не мог перестать смеяться.
  - Да хватит уже! - наконец не выдержал я.
  - Шелли... - он легонько стукнул рукой по спинке кровати, продолжая смеяться, и говорить сквозь нервные слезы. - Шелли... Сегодня утром я заезжал в ювелирный за кольцом своего знакомого, потому что он был занят. А ещё у меня были две картонные коробочки, такие же, как эта, и я положил туда два напульсника - один для меня, а один для тебе, чтобы мы носили одинаковые. Шелли... ты подумал, что я делаю тебе предложение? Господи, Шелли, мне такое даже в голову не пришло.
  И тут мысли наконец вернулись на круги своя. О чем я только подумал?! Конечно, это была ошибка! И как мне это пришло в голову?!
  - Но если ты, конечно, хочешь... - продолжал он смеяться, но увидев моё озлобленное с бледными закушенными губами лицо, поспешил объясниться. - Шучу-шучу! Слушай, - вдруг затормозил он свою речь. - Ты из-за этого хотел выброситься в окно?
  - Да, хотел.
  - Шелли, ну ты... - Мэтью ласково-снисходительно улыбнулся. - Дурак! - и обхватил меня за плечи, принимаясь наговаривать такими голосом, которым обычно утешают маленьких детей. - Надо было во всем разобраться. А то выдумываешь себе всякую чепуху. Ну конечно, я бы этого не сделал, мы же просто друзья, ты ведь помнишь это? Мы друзья, Шелли. Шелли?
  А мне было хреново. И покою не давало: как я мог до ТАКОГО додуматься? У меня не было сил отпираться, и Мэтью всё ещё обнимал меня, шепча какие-то простые слова поддержки. Но это не работало. Я был опустошен. Итак, ради всего святого, о чем же я подумал, увидев кольцо? Что мне предлагают жениться? Только потому что тот человек, что его вручил, гей. В этом есть некоторая логика. Если тебе что-то предложили и вручили кольцо, не обозначает ли это замужество? Только я опять всё не так понял. И мне от этого паршиво.
  - Слушай, зачем ты купил два одинаковых напульсника?
  - Я не купил. Я их заказал, - он одернул рукав байки, и там был напульсник, как ни странно. Со вчерашней злосчастной фоткой, как ни странно. И очередная подпись снизу: Friends forever. Даже на секунду это мне показалось неплохой идей, но я очухался.
  - Опять эта фотка - какого черта, спрашивается?!
  - Забавно...
  - Так, - я отгородился руками. - Это я уже слышал. Смешно и забавно. Только это не так.
  - Нет, так!
  - Ладно. Но послушай, неужели ювелирный работает в такую рань?
  - Надо просто знать где хорошие ювелирные, - подмигнул он мне. - Я хотел предложить тебе иногда носить эти одинаковые напульсники - мы ведь друзья?
  - О да, - я сдался и уронил голову на подушку. Майка, напульсник дружбы- что дальше? Может, лучше сразу надгробная доска, что думаете? "Здесь покоиться неизвестный измученный жизнью придурок, но у него есть друг, у которого точно такая же доска. Они вместе весело покоятся". Я, кажись, психую.
  - Слушай, Шелли, я понимаю, что некрасиво такое просить... - он снова согнулся пополам от смеха. - Но ты не мог бы мне вернуть кольцо?
  - Я бы только рад, но у меня его вообще-то нет.
  Мэтти издал ещё два радостных смешка, а потом уже серьезно переспросил:
  - Как это нет?
  - Отсутствует, - попытался подобрать я более доступный синоним, а потом пояснил: - Я проснулся, а в кармане уже было пусто.
  - Совсем пусто? - как будто чтобы убедиться, переспрашивает он.
  - Совсем, - убийственным голосом сообщаю я.
  - Я когда уходил из класса, ничего такого не видел. Выходит, выронить ты её - не выронил, или её кто-то подобрал.
  - Или меня обокрали! - вклинил я свою нездоровую догадку.
  Мэтью недоуменно приподнял одну бровь и неуверенно кивнул:
  - А может, и так.
  - Конечно, это не так! - принялся я противоречить самому себе.
  - Хорошо, это не так, - медленно согласился он со мной.
  - А может, это и так, - я положил голову на руки и громко шмыгнул носом. Мне было хреново. От того, о чем я подумал увидев кольцо, сейчас совершенно ничего нормально просто не могло думаться. Да, да, ведь я снова и снова возвращался к тому, что мне пришло в голову, когда я увидел коробочку для кольца и кольцо.
  - Шелли, ты в порядке? - недоверчиво поинтересовался Мэтью, как будто бы случайно проводя рукой сквозь мою чёлку.
  Я дернулся и упал с кровати. А потом вместо того, чтобы встать, зачем-то воровато выглянул. У нас разведка. Первый, первый я второй, а у нас разве-едка. Губы растянулись в дурной психанутой улыбке. Мэтти о чем-то сосредоточенно думал, а потом позвал:
  - Шелли, выходи. Ну что ты будешь там сидеть?
  Я ничего не ответил. Так ты меня не выманишь из укрытия. Подлый ты кольцехранитель. Ага, а этот нахал и не стал ждать, пока я вылезу, поднялся и бесцеремонно вытянул меня за шкирку.
  - Шелли. Просто успокойся.
  - Это, наверное, медсестра его забрала.
  - Почему? - непонимающе воззрился он на меня.
  - Потому что увидела, как оно сильно выпирает из кармана...
  - Ой, да маленькая эта коробочка! - отмахнулся Мэтью, варя в голове очередную догадку, а потом протянул вперед руку:
  - А знаешь, что...
  Я по привычке дернулся, но на сей раз удержался за спинку кровати. Он сочувствующе покачал головой:
  - Что ж ты так меня шугаешься? Стоит только двинуться в твою сторону, и ты уже готов с кровати свалиться, переломав все кости, лишь бы не соприкасаться со мной.
  Вообще-то это так, во время рефлекторной реакции, мои собственные кости меня волновали мало, но как это объяснить? Не хочу говорить это вслух.
  - ...Как будто я лишайный какой, а я, между прочим, моюсь шампунькой почти каждый день!
  - Ага, - уныло и бессознательно кивнул я. Потому что сознание моё ушло далеко и надолго. Думать о геях, кольцах, майках с фотками, напульсниках и шампуньках, черт побери...
  - Так почему же ты так меня боишься? - его лицо выглядело грустным.
  Я напрочь потерял нить разговора и теперь глупо хлопал глазами, не понимая, что мне нужно сказать. То есть я и раньше не знал, что мне стоит ему говорить, но сейчас-то вообще.
  - Я тебя не боюсь, - осторожно сказал я.
  - Тогда почему дергаешься?
  - Рефлекс боксера, - со знанием дела пробасил я, смотря куда-то вбок.
  - Ты же никогда не занимался боксом! - возмутился он так, что я снова отодвинулся.
  - Ну да, не занимался.
  - Ну и откуда тогда, скажи мне, взялись рефлексы? - помотал он головой, ожидая от меня объяснений.
  - Не знаю... - промямлил я. - Но они были.
  - А я качок и серфингист! - съязвил он, но я был настолько опустошён, что не понял, что он язвит.
  - И почему ты качок? - я оглядывал его, судорожно пытаясь найти хоть какие-то выпирающие мышцы. Однако, увы.
  - Шелли, - он приподнял одну бровь, а потом положил руку мне на плечо и прокомментировал. - Я имею в виду, что никаких рефлексов у тебя нет.
  - Правда? - немного потерянно переспросил я.
  - Конечно. Понимаешь ли, я кое-что понял, прошу прощенья за оговорку, - он ненадолго опустил голову, а потом резко её вздернул, демонически сверкнув глазами. Да, я всегда знал что он связан с нечистым! - У тебя фобия. Ты просто боишься прикасаться к людям.
  - Что за бред?
  - А как ещё это объяснить?
  Ты ко мне лезешь. Но я не сказал этого вслух, просто язык не поднялся такое сказать. Пришлось выкручиваться. Пока ещё не придумал как.
  - А ты... не прикасайся ко мне, я и перестану дергаться! - Логика, определенно, она.
  - А я хочу к тебе прикасаться... - он медленно стал приближаться, резко пресёк мою очередную попытку свалиться с кровати, положив одну руку мне на колено, а второй зацепив кусочек чёлки. Ну знаете, в такой шоковый ситуации что только можно не ляпнуть. И я "что-только-можно-не-ляпнул", с силой отталкивая его:
  - Ты уже выдрал у меня клок волос, и только попробуй сделать это ещё раз!
  Он глубоко вздохнул и опустился обратно на стульчик для посетителей, пропуская пальцы через свои пушистые волосы.
  - Ладно, отложим это на потом, меня куда больше интересует, куда пропало кольцо, которое мне нужно сегодня к семи вечера, а ещё лучше к шести.
  - Что мы тут сидим? - неожиданно сообразил я. - Пошли уже.
  - А что это меняет? - спросил он, когда мы шли по опустевшим школьным коридорам.
  - Во-первых, мы наконец ушли из медпункта, а во-вторых, мы можем найти его случайно.
  - Шелли, мне, конечно, ужасно нравится перспектива найти его вот так случайно, но тебе не кажется это чересчур нереалистичным?
  Вообще-то кажется. Но что другое может прийти в голову? Ведь у нас нет никакой зацепки для поисков. Но неожиданно меня осенило:
  - А почему это я должен помогать тебе его искать?
  - Потому что ты его и потерял! - поставил меня Мэтью на место.
  - Да, - согласился я. - Это всё несколько усложняет. Пошли сначала ещё раз просмотрим всё в кабинете?
  Конечно же, ужасы вторника на этом не закончились, они как раз таки только начинались. Мы побросали рюкзаки у двери и начали оглядывать кабинет, периодически приседая и наклоняясь.
  - Ну не могло оно просто исчезнуть, - вслух размышлял Мэтти, прислонившись к подоконнику. - Ты ворвался в кабинет и побежал к окну, потом я поставил тебе подножку...
  - Кстати, зачем ты это сделал? - бесцеремонно встрял я.
  - Шелли! - осуждающе протянул он. - Ты пытался выпрыгнуть в окно.
  - А у каждого свои мечты, и не стоит мешать их исполнению.
  - Ты меня пугаешь, - негромко откликнулся он. - Но это, буду честным, было полнейшим идиотизмом.
  - Что ты понимаешь... - насуплено начал я. Но он резко схватил меня за предплечья:
  - Шелли, ты хоть представляешь, как я испугался? Что бы я делал, если бы ты выпрыгнул из окна? Шелли, я уже слишком привязался к тебе, чтобы позволить совершить такую глупость!
  На слове "привязался" во мне что-то ёкнуло. Но пока у меня не было ни каких сил заставить его меня отпустить, а сам он, как всегда, не догадался:
  - Шелли, я же люблю тебя!
  Я уже слышал это однажды, и услышать это снова, скажу вам, было не более приятно.
  - Пожалуйста... - умоляющим слабым голосом протянул я, пытаясь отцепить его от себя.
  - Нет, тебе придется меня выслушать, и я не позволю тебе опять куда-то шугануться. Шелли, ты очень важный для меня человек, и я не дам тебе так просто лишиться жизни. Только попробуй ещё раз выкинуть что-то подобное!
  Мне было немного не по себе от этой жуткой пламенной речи в пустом классе. Однако я дернулся, и он наконец ослабил хватку, позволяя мне сделать шаг назад. Да, я сделал этот шаг назад, совершенно не думая о том, что находится сзади, мне просто нужно было отойти. Однако сзади была парта, и я незамедлительно споткнулся, инстинктивно облокачиваясь на неё. Мэтью сделал какую-то смешную попытку помочь мне не потерять равновесие, однако захватил рукой воздух, запутался в собственных кроссовках и шлёпнулся поверх меня (разумеется, всё это произошло куда быстрее, чем написано). Я тут же попытался встать, однако Мэтью зачем-то обхватил меня, сжимая футболку на спине и автоматически устраивая свою мордочку под моим подбородком. Он заговорил негромко и как-то по-другому:
  - Прости, пожалуйста.
  - За что? - как-то неловко спросил я, боясь пошевелиться, ведь происходило что-то странное и одновременно страшное.
  - За то, что так вышло с этим дурацким кольцом, и за то, что у тебя из-за меня одни проблемы. За всё прости. - Футболка на спине сжалась ещё сильнее.
  Я не знал, что мне сказать дальше. Ну когда у тебя так прямо просят прощение, становится как-то не по себе. И Мэтью слишком уж сильно прижимается. Словно услышав мои слова, он только сильнее вжал свою пушистую голову мне в футболку, шепча:
  - Шелли, мой Шелли...
  Ну вот и кончились всякие лирические отступления. Короче говоря - моё терпение иссякло. Я, по-дурацки раскрасневшись, оттолкнул его от себя:
  - Ты... ты хоть понимаешь, что делаешь?
  - Понимаю, - честно кивнул он.
  - Тогда какого же черта ты это делаешь, раз понимаешь?
  - Я хочу это делать, - улыбнулся он, слегка опуская глаза.
  Я не нашелся, что ответить по этому поводу, и перевел тему разговора:
  - Мы же ищем кольцо.
  - Я помню. Так ещё раз, я подставил тебе подножку...
  Я благоразумно промолчал.
  - И шлёпнулся на пол вместе с тобой. Потом к нам подошли Рэйчел, Том, Газ и Эмили. Точно! Эмили! Она тоже помогала тебя удержать, а потом отнести в медпункт. Может, она и знает, где кольцо? Шелли ты не мог бы ей позвонить?
  Я пришел в ужас. Эм может понять многие вещи и иногда помочь, но что делать, если она ничего не знает об этом кольце?
  - У меня телефон разряжен, - проговорил я срывающимся от страха голосом.
  - Позвони с моего.
  - Откуда он у тебя с собой? - искренне удивился я, после всего того что слышал обычно - вроде потерялся, разряжен, умер.
  - Я решил, что всё-таки нужно пользоваться телефоном раз он у меня есть. -Но мой недоуменный взгляд он пояснил.- Я, правда, думал, что потерял его, но вчера он неожиданно нашелся.
  - Похвально. Но я же не помню её номер наизусть.
  -Да ладно тебе, - он несильно хлопнул меня по плечу. - Всё ты помнишь.
  Ну, вообще, я помнил, и сейчас меня вынуждают это сказать. Опля. Вынудили.
  - Эм, привет, это Шелли, звоню с другого телефона.
  - А, Шелли, ты как себя чувствуешь? Я очень беспокоилась и посидела бы с тобой, но мне нужно было ехать к своей тёте в больницу, ты же знаешь, что это важно.
  - Всё нормально. Знаешь...у меня тут такой глупый вопрос. Когда вы меня тащили в медпункт, тебе на глаза не попадалась маленькая коробочка?
  - Вообще-то нет, а что, ты опять что-то посеял?
  - Ну... да, - нехотя согласился я. - Вообще, это коробочка Мэтью, так что мы ещё в школе, ищем её.
  - А-а. Ну тогда удачи, и знаешь чего, я ближе к вечеру хочу к тебе заскочить.
  - Ну заходи.
  - Шелли, ты чего такой убитый? Жизнь - классная штука!
  - Кому как.
  - Не грусти, увидимся.
  - Она ничего не знает о кольце, - отчитался я Мэтью, словно он и не слышал нашего с Эм разговора. Хотя, по правде говоря, он стоял в паре шагов. Вообще, мы совершаем нечто почти незаконное - нам давно надо было покинуть школу, и в пустом кабинете мы сейчас только потому, что уборщица вымыла пол и оставила проветриваться класс...
  - Уборщица!
  - Что? - сначала не понял он.
  - Она же мыла здесь пол, вот, наверное, и подобрала его.
  Мы, ещё некоторое время поразмыслив, собрались пойти к уборщице, и спросить, что она об этом знает. Однако до неё мы так и не дошли.
  Как только мы прикрыли за собой дверь кабинета - услышали голоса на повороте коридора. Мы быстро засеменили точно в противоположную сторону к двойным дверям, но те оказались, как назло, закрыты.
  - И что мы будем...
  Я не дал Мэтью договорить, на автомате залепляя его рот рукой и утаскивая в кладовку, которая так по счастью оказалась рядом. Некоторое время мы просто стояли, затаив дыхание, и слушали, как директор говорила с какой-то важной шишкой. Я стоял полностью оцепеневший, давно в моей жизни не было такого адреналина. Из этого оцепенения меня вывела, однако, очень странная вещь. Очень жуткая вещь. Ну вот представьте, стою я оцепеневший такой, и тут что-то шершавое дотрагивается до моей ладони...
  - Ты что, совсем охренел?! - шёпотом наехал я.
  - Я начал задыхаться, - неуверенно прокашлялся он. - А что ты мне предлагаешь? Надо было начать бэкать-мэкать сквозь твою ладошку, ага, чтобы комиссия подумала, что тут пленник какого-то не состоявшегося маньяка?
  - Просто бы дернул за рукав.
  - Ты бы просто отмахнулся!
  - Я бы не отмахнулся.
  Разгневано зашел я в тупик. Хотя, видимо, так и есть: я бы отмахнулся. Но лизнуть мою руку языком было плохой идей. И вот сейчас сижу я на ведре для мойки полов и думаю, что, наверное, паршивей, чем сейчас, моя жизнь просто и быть не может. Совсем рядом раздался шорох.
  - Что опять?
  - Мне жарко - хочу майку снять!
  - Да подожди ты. Сейчас выйдем, - я наугад махнул рукой, надеясь хлопнуть по плечу, однако промахнулся, и рука прошлась прямо по обнаженной коже. Сложно описать, что было дальше. Я побагровел и одновременно побледнел - и даже не думайте, что в итоге это дало милый розовый оттенок! Впрочем, это не важно, к тому же я не видел своё лицо, и это лишь предположения. Так вот, я старательно поменял цвет лица, и, схватив за шлейку рюкзак, рванул из этой чертовой кладовки.
  Черт, черт, черт! Я просто бегу домой - не знаю, как поспеваю за своим сбившимся неровным дыханием. На этот раз я даже не дал ему сказать какие-то слова прощания. И искать кольцо я не буду - это его проблемы. Как он мог до такого додуматься - снимать одежду в кладовке?! Да всё равно, как он до этого додумался. Мне надо просто от него отгородиться. Зазвонил мобильник, я на автомате вытащил его из кармана, пришлёпнул к уху и проорал:
  - Знать тебя не хочу, извращенец хренов! Ты испортил всё! Ты изгадил мне жизнь! - я, зажмурившись, ругался, на глазах выступили маленькие слезинки. - Кому только в голову пришло раздеваться в кладовке, в которую мы заскочили на минуту! Знаешь, кто ты после этого? ...лось, вот ты кто!
  На этом моя проникновенная тирада закончилась, и я сунул мобильник обратно в карман. Напряжение уменьшилось, прохожие зачарованно на меня оглядывались. Да, тогда мне даже в голову не пришло, что звонить мог кто-то другой. Звонить могла Эмили, и она наверняка только бы посмялась над моей паранойей, или мама, что сказала бы: "О, кладовка, это так романтично...", а ещё попыталась бы многозначительно двинуть бровями, но у неё бы, как всегда, не получилось. Однако, как это водится в подобных ситуациях, всё оказалось намного хуже. Человеком, что набрал мой номер, был мой собственный отец. Что на него нашло? Он сроду мне не звонил в учебное время, и в то время, что после учебы, и вообще. Мы же видимся вечером, а днём он работает. Тогда какого он позвонил мне днём?! В общем, я злился на нас обоих. И понятия не имел, что делать. Вы когда-нибудь обзывали своего предка лосём? И что было потом? А, конечно же, вы не знаете, ведь никто до такого не додумался. Так... надо успокоиться, перезвонить и извиниться. Однако трубка оставалась угрожающе неподнятой. Это очень настораживало - раз он позвонил в такое время, может, это было что-то очень важное, а я так... кхм, категорично его отмел. Я ускорил шаг - вернусь домой и выясню всё у мамы, если она, конечно, дома.
  Я говорил вам, что этот вторник стал моим самым отвратительным днем в жизни? Забудьте! - он стал невероятно ужаснейшим! Нервно открываю дверь, и на меня вываливается гроб... Я повалился со ступенек, белея с каждой секундой всё больше. Что тут к черту происходит? Кто-то умер? Неужели с папой что-то случилось? Я в ужасе спихиваю с себя этот черный ящик и, подтягивая портфель, снова поднимаюсь на крыльцо. А что, если это были мои последние слова ему? А что, если даже на том свете он будет всё это вспоминать? Как его сын ему столько гадостей перед смертью наговорил! Однако он вынырнул из дверного проёма, сурово скрещивая руки на груди и поправляя очки.
  - Папа! - я бросился его обнимать. - Ты жив!
  - Шелли, - голосом, преисполненным спокойствия, сказал он. - Конечно, я жив.
  - Тогда зачем гроб? - так же шокировано спросил я.
  - Дело в том, что мой начальник по работе решил украсить наш офис к Хэлуину, так что мне пришлось купить этот... - он еле заметно содрогнулся, - предмет декора.
  - А кстати... - вдруг запоздало вспомнилось про вопли по телефону на тему "извращенец-лось". - То, что я сказал тебе по телефону... ты не воспринимай это всерьёз, ладно?
  - Что? Я тебе не звонил. Кажется оставил свой мобильник в кабинете начальника.
  Я медленно побелел и как можно интеллектуальнее хихикнул - это был мой самый идиотский смешок за всю жизнь.
  - Нет, а в чем дело? - спросил папа, снова выглядывая из-за дверного проёма и поправляя рукава своего пальто, и шарф, который был и так самым аккуратнейшим образом заправлен.
  - Ничего.
  - Я верю тебе, - не задумываясь, ответил он. - Дорогая, я пошел!
  - Слушай, а ты не мог меня забрать сегодня? Я собираюсь в гости к Мелиссе.
  - Я позвоню, - отец надел вельветовую шляпу, подхватил свой гроб и отправился к машине. Как звучит, ах, как звучит!.. Но вообще меня беспокоило и интересовало не это - я задумался над тем, что же делать мне. Я, кажется, обозвал папиного босса лосем. Но однако мне не хватало сил остановить отца с каким-нибудь вдохновенным воплем вроде "Пап, я твоего босса, это... лосем назвал и извращенцем, немножко...Но ты ведь не будешь сердиться? Ну я пошел...". Приличные граждане так не поступают - во-первых, они не лапают своих одноклассников в темном подвале, а потом не орут по телефону последними словами на босса своего отца. Конечно же, моей вины в происходящем нет, разве что немножко. Мэтью во всем виноват, и только он! А что до папы, то мне так не хватило сил сказать ему о досадном инциденте с телефоном, и он уехал с торчащим из багажника гробом. Я не смог быть приличным гражданином и подвел своего отца. Как-то так. Мама прощебетала что-то вроде "А сегодня никого вечером никого не будет дома", как всегда, попыталась многозначительно подмигнуть, но у неё так же, как и всегда, не вышло. А потом она ушла. Я прекрасно понимал, к чему она клонит. Но я туда совсем не хочу клониться, к тому же мы договорились с Эмили. Я насуплено сбросил рюкзак и плюхнулся на диван в гостиной. Надо всё обдумать. Что мне делать с тем, что я наговорил папиному боссу, и что мне делать с Мэтью, который, кажется, решил вечно меня преследовать. Так сказать, вспомнишь что, и оно тут же появляется - в дверь позвонили. Я, тяжко вздохнув, резко распахнул её, готовясь повторить свою бессмертную тираду про лося-извращенца. Однако на крыльце была Эмили.
  - Привет, - облегченно выдохнул я, приглашая её в дом.
  - Выглядишь неважно, - она закинула сумку на кресло и по-свойски плюхнулась на нашу софу. - Какими рассказами порадуешь?
  - Да ничего особенного и не произошло, - неумело отнекивался я.
  - Да ты гонишь.
  - Нет, честно, за исключением биологии, и того, что он ко мне подсел - всё в порядке.
  - Ага, ага. Тогда какого черта тебе так хотелось выпрыгнуть в окно?! И кстати, если бы не Мэтью, валялся бы сейчас хладным трупиком в морге.
  - Не произноси его имя.
  - Успокойся. Кстати, может заваришь чаю?
  - Да, извини, я что-то задумался.
  Я тут же отправился на кухне, щелкнул чайником и на автомате выудили две чистых кружки с полки. Я старался не думать о том, что мне всё-таки придется рассказать Эмили про кольцо, и про то, что я подумал. А вы прекрасно помните, что за адская глупость пришла мне в голову.
  Я вернулся в гостиную, устраиваясь напротив неё, аккуратно подталкивая чашку вперед.
  - С кусочками фруктов, как ты любишь.
  - Шелли, - она отхлебнула. - Скажи мне, что здесь творится?
  - Ничего, мы просто разговариваем, как обычные друзья.
  - Я про тебя и Мэтью - он ведь что-то тебе отдал.
  - Я не буду тебе этого говорить!
  - Шелли, да что ты в самом деле, я просто спросила.
  - Прости.
  - Ничего, не страшно. Но чтобы это ни было, я надеюсь, ты не наговорил опять гадостей Мэтью?
  - Да нет, - вполне честно ответил я, лицо скривилось от отвращения.
  - Хорошо. Знаешь, что я думаю? Пока не прошли ещё теплые денечки - нам надо всем за компанию выбраться в лес.
  - Всем - это кому?
  - Думаю позвать пару наших одноклассников - тех, что поприличней, и Мэтью тоже.
  - Сама же сказала, поприличнее, - огрызнулся я. - И - ни за что!
  - Я прекрасно понимаю, Шелли, что у тебя своя паранойя на этот счет, однако он просто обычный человек.
  - Ты специально хочешь сделать мне хуже!
  - А вот и нет! Я просто хочу весело провести последние теплые выходные!
  Мы так ещё немножко поспорили на предмет пикника, и она засобиралась домой - мы были сердиты на друг друга.
  - Не обижайся.
  - За что? Ты ведь всё равно поедешь, чтобы не говорил.
  - Эм!
  - Да не кипятись, что-нибудь придумаю. Бука! - Она помахала рукой и ушла.
  Я был в каких-то смешанных чувствах по поводу происходящего, и, так и не закрыв дверь, смотрел прямо перед собой. Небо потемнело и зарядил дождь. Я уютно устроился в гостиной, обмотавшись пледом с книгой в руках. Но только я так уселся - по закону подлости отключили электричество. Я ругнулся и отбросил книгу на столик, откидываясь на ручку дивана. Что за черт! Вот что теперь делать? И как всегда, жизнь не заставляет меня скучать - в дверь кто-то поскребся. Я сначала вздрогнул, а потом, придя в себя, побрел открывать. Но перед самой дверью вдруг остановился, одно странное подозрение закралось внутрь, и я, подумав, спросил:
  - Кто там?
  Сначала ответа не последовало, а потом всё-таки послышался тоненький мягкий голос:
  - Это Мэтью.
  - Я тебя не впущу. Даже не надейся.
  - А я потерял ключи и весь промок.
  - А мне всё равно.
  - Мне больше не к кому пойти.
  - А Бартишо? - предпринял я слабую попытку.
  - А его нет в городе.
  - Всё равно иди к кому-нибудь другому.
  - Да не к кому! - снова расшумелся он, тяжело дыша, а потом уже чуть тише добавил: - Помнишь, ты говорил, что сделаешь всё, что я попрошу? Так что просто пусти меня внутрь.
  - Я ничего тебе не обещал!
  - Шелли!
  Я промолчал, думая о том, что, вообще говоря, мне не свойственно делать какие-то жестокие вещи. И что где-то год назад мне бы даже в голову не пришла мысль оставить промокшего человека на улице. Но времена меняются - ситуация в мире обострилась. Скажем так, всё это непредвиденные обстоятельства, а именно - Мэтью.
  - А знаешь, я нашел кольцо. Оно было под кроватью в медпункте, так что всё в порядке.
  - Рад, - безвкусно отозвался я.
  - Ты сердишься на меня?
  - Думаю, да.
  - То, что произошло в кладовке, было лишь случайностью...
  - Не напоминай.
  - Ты... не бери всё это в голову, ладно? Подумаешь...
  Я негромко усмехнулся - эти слова хоть и были просты, но почему-то вселили легкую надежду на нормальную жизнь. Не знаю, чем это обусловлено, ведь тот, кто их сказал, по-прежнему оставался Мэтью, возможно, это погода на всех так влияет? Кто знает. Но я ещё с десять минут помедлив тяжело вздохнул и открыл ему дверь. Выглядел он жалко - весь мокрый и грязный с головы до ног.
  - Какого черта? - недовольно вырвалось у меня.
  - Я в лужу упал, - понурившись, ответил он. - Я разве не говорил?
  - Нет, - поморщился я. - Давай заходи.
  Он потоптался на входе и, наконец, скинул свои полные воды кроссовки.
  - Слушай, можно я пойду ополоснусь в вашем душе? А то так и простудиться не долго.
  - Можно, - презрение сквозило в моем голосе.
  - Спасибо, - спокойно кивнул он, поднимая края штанов, чтобы не накапать на ковер.
  - Полотенце возьми из тех, что висят на батарее, - неприветливо откликнулся я и снова устроился на диване, открывая книгу. Мне не было видно ни черта в кромешной тьме, но зато я отлично делал вид, что читаю. Мэтью ещё раз как-то грустно вздохнул и поплелся наверх, все так же смешно поддерживая штаны. Потом он мылся. Долго. Насколько я понял, решил израсходовать всю нашу воду - вот же нахал! Нет, ну чтобы вы чувствовали, если бы в вашу крепость пришел враг и использовал всю вашу запасенную воду для мытья. Думаю, вы были бы не в восторге. Так вот, я полеживал себе и кипятился, сжимая несчастную 89 страницу книги, не в силах двинуться дальше. Внезапно шум воды стих. А через несколько минут шлепающие шаги послышались совсем близко.
  - Знаешь что, Шелли? Я кое-чего не понимаю.
  Я не собирался отвечать, но вдруг что-то теплое в сухой пропахшей порошком одеждой уселось прямиком на меня. Вот сейчас мне хотелось ответить, но я просто не мог пошевелиться, или просто закричать, будто бы всё остановилось.
  - Почему ты так меня стесняешься? - Я почувствовал, как его влажная ладонь легла на мою футболку где-то в области сердца. Мои глаза медленно оторвались от книги и поднялись вверх на его лицо. Волосы Мэтью были мокрые, и с них капали маленькие капельки воды прямо на меня. Полотенце неровно свешивалось с шеи. Я вдруг услышал, как стучит моё сердце - громко, глухо и испуганно. Его зрачки мерцали какими-то серебристыми линиями, а вторая рука уверенно оперлась о диван.
  - Мы же друзья.
  Моё сердце снова громыхнуло, отдаваясь по всему телу, и мне до сих пор не хватало сил что-то сказать. Его бледное тело неловко нависало надо мной, на ногах были мои шорты.
  - Это так просто. И я никому не позволю такое разрушить, - с этими словами он опустил своё лицо справа от меня, прижимаясь своей щекой к моей, и обхватил за шею, целуя воздух .-Никому...
  Я нервно заморгал, наконец оттаивая, и попытался стряхнуть его за шкирку с себя:
  - Ты что себе позволяешь?! Совсем охренел, да?!
  Но он просто обхватил меня, сильно сомкнув руки за моей спиной, и задремал. До меня только спустя минут десять дошло, что кричать бесполезно, и он совсем меня не слышит. А разомкнуть его хватку вряд ли возможно. Я в очередной раз дернул рукой, но он как-то сквозь сон перехватил её, переплетая наши пальцы в дурацкий замочек, и теперь вообще не позволял мне двигаться. Вот черт! Проснется - убью на хрен! Кстати, с этим заявлением в голову пришло пару логичных мыслей - собирается ли он вообще просыпаться после того, как набрался яблочного сока на празднике? Уже поверьте мне, я-то знаю, что там он и напился. И, что скажут родители, если увидят это? Могу себе представить. Мама: "Вы зашли так далеко, не могу поверить! Мне определенно стоило вернуться попозже". Или папа: "А меня уволили с работы. Вижу, хоть ты счастлив, Шелли. Но всё-таки я думаю, тебе не стоило называть моего босса лосем и извращенцем, до конца не разобравшись во всем. Впрочем, это уже неважно. И кстати, где моя лазанья?.." Фраза про лазанью пришла просто так, но была почти кстати. Но вообще-то я не хочу, чтобы они это говорили. Совсем не хочу. Так. Надо успокоиться и разбудить этого придурка, что напился яблочного сока, поверьте, это заключение совершенно небеспочвенно - у меня есть большой опыт в этом деле. Не спрашивайте ни почему, ни откуда. Просто не спрашивайте, ладно?
  - Эй, Мэтью. Вставай. Пожалуйста.
  - Я думаю у тебя всё получится, Уилли... - пробормотал он. А я снова пихнул его под бок.
  - Отцепись уже!
  Все мои попытки закончились провалом, ну было ещё два таких случая, когда они закончились провалом и ещё какой-нибудь фразой, предназначенной для Уилли, хотя это совершенно не имеет значения. Сурово подперев щеку, я ещё раз подумал, подумал и взвесил всё. Потом тяжело вздохнул, встал с дивана, ну и пошел с Мэтью в свою комнату. Отложил книгу на стол и примостился с краю кровати - заснуть не мог. То крутились события прошедшего ужасного дня, то вспоминалось что под боком сопит не мой плюшевый мишка, и даже не синий жираф, а Мэтью. Вот он проснётся, и я всё ему выскажу - за то, что потерял ключи, за то, что пришел, за то, что напился, за то, что тискал меня. Внутри всё ойкнуло. Черт побери, как же это ужасно звучит. Но пожалуй, была в этом одна положительная сторона - за сегодняшний день я так сильно измотался, что всё-таки отрубился.
  То было прекрасное утро, начавшееся с легкого свечения раннего солнца в глаза и приятного покалывания отлежавшейся коленки. Запоздало я почувствовал чьё-то сопение в заднюю часть шеи, и вздрогнув, тут же обернулся и чуть не свалился с кровати. Там был Мэтью. Что он здесь делает?! - возникал логичный вопрос. Всплыли смутные картинки вчерашнего дня, и я тихо застонал. За что? Мне не стоило мечтать о прекрасном будущем? Что, даже о черной "тойоте"?
  То было нормальное утро, начавшиеся с легкого свечения раннего солнца в глаза, приятного покалывания отлежавшейся коленки и мелкого извращенца под боком. Что сказать, со временем ко многому можно привыкнуть, но только не к его выходкам. Поэтому я не потерплю этого. Толкнул в бок. Он поежился, потому что обнаженное плечо выехало из-под одеяла, а потом произошло нечто странное. Мэтью, так же не разлепляя глаз, уселся, подгибая колени напротив меня, а потом вдруг подался вперед, обвивая мою шею и... и медленно приложил свои губы к краешку моих. Нету слов, чтобы описать моё состояние. Зрачки уменьшились и вообще сбежали куда-то, откуда не возвращаются. Руки нервно вздрагивали, сердце вместе со вчерашним ужином порывалось наружу. Застыла нелепая тишина. Руки Мэтью были так же непринужденно скрещены за моей шеей. И вдруг он открыл глаза.
  Описать его реакцию было несложно: сначала он ничего не сделал, а потом отодвинулся, на его лице читалось удивление, будто я его поцеловал, а не он меня. Черт побери, меня поцеловал Мэтью! Но для него это тоже похоже было неожиданностью. Многое из тех состояний, когда происходит то, чего ты вообще не предполагал и даже не думал предполагать.
  Потом Мэтью прикрыл свой рот рукой и тихо сказал:
  - Ой.
  В этом плане я полностью поддерживал его "ой". Видимо, он ожидал увидеть тут кого-то другого. Кто вполне прекрасно в каких-то сумеречных фантазиях заменял меня - его единственную мечту. Но кто-то другой - был я. Подумав, он серьёзно закусил губу и наконец заговорил:
  - Так, спокойно, Шелли, только не кричи, - он опять подумал. - И не плачь. Я знаю, ты это умеешь. Здороваясь, ты ведь целуешь Эмили в щеку?
  Я опустошенно кивнул, смотря сквозь пространство.
  - Я же просто чмокнул тебя, как ты чмокаешь Эм или Рэйчел. Это просто обычный чмок, каким обмениваются близкие друзья.
  - Да.
  То было ужасное утро, начавшиеся с легкого свечения раннего солнца в глаза, приятного покалывания отлежавшейся коленки и мелкого извращенца под боком, но закончившееся моим поцелуем. Меня никогда не целовали в губы. И в краешек то же. Выходит то, что случилось сейчас... было моим первым поцелуем? И я подарил свой первый поцелуй парню? Я подарил свой первый поцелуй Мэтью?.. Нет. Он утверждает, что это был обычный дружеский чмок. Ну да, можно понять, если так здороваются девочка с девочкой, ну или девочка с мальчиком. Но два парня шестнадцати лет...Это как-то... Я до сих пор не мог прийти в себя, и мы так и сидели на моей кровати, смотря на друг друга. Меня снова потянуло на рвоту, и я болезненно прижал руку к животу. Мэтью дернулся в мою сторону, но я отпрянул, поднимая брови. Он немного нервно отодвинулся обратно, показывая мне пустые руки, в знак чистоты своих намерений. Я решил перевести тему разговора, это всегда помогает:
  - Какого черта ты взял мои шорты вчера вечером?
  - Мне надо было переодеться во что-нибудь сухое. Я всё верну, - быстро поспешил заверить он.
  Я с опаской смотрел на него, он же смотрел на меня с какой-то трогательной проникновенной настороженностью, на лице не было привычной улыбки. А не должен ли он быть счастлив, поцеловав меня? Наверное, испугался, что я больше не захочу с ним общаться. Это вполне обосновано. Но я ведь нормальный, понимаю, что это была случайность. Он на самом деле не собирался этого делать, так я думаю, или что-то вроде того. И даже если (только не это!) собирался - не сейчас. Это дружеский поцелуй предназначался кому-то другому - например, Бартишо. Я вспомнил сцену на крыльце и кивнул. Это вполне возможно. Всё это какая-то нелепость. Глупость.
  - Чтобы не было никаких недоразумений...это был всего лишь дружеский поцелуй, ты ведь понимаешь, Шелли?
  - Да, - я негромко засмеялся, а потом замолчал. Возможно, это был нервный смешок. Точно, так оно и было.
  - Ну что? Всё нормально? - неуверенно спросил Мэтью, слегка наклоняя голову набок.
  - Да, - в очередной раз за утро сказал я. - Это был всего лишь дружеский поцелуй.
  Мы непонятно зачем пожали друг другу руки и отвернулись, каждый смотря в свою сторону.
  - Такое каждый день случается! И на праздниках там всяких, на Новый год, день рожденья... - я задумался, вспоминая, собственно, какие ещё праздники существуют, а ещё примерный гражданин называется...
  - А ещё Рождество, - поддержал меня Мэтью.
  - Да, Рождество! - я мотнул указательным пальцем в воздухе и снова затих. Остальные праздники в голову не шли. Мы наигранно посмеялись друг другу и удручающе заглохли.
  - И День Благодарения.
  - День Благодарения! - я опять бессвязно мотнул указательным пальцем и затих.
  - И этот, как его...
  - Да точно, именно он! - тут же согласился я, и оправился, качая головой с прищуренными глазами. - И что это мы делаем?
  - Не уверен, что сам понимаю, - Мэтью нервно взлохматил свои волосы и тяжело вздохнул.
  Спустя какую-то минуту меня озарило: я пребываю в глубоком шоке, и именно поэтому не могу толком разругаться последними словами, вскочить или просто закричать. Ведь мы с Мэтью...
  - Этого не было! Не было! Не было! - Я, съежившись на подушке, заткнул уши в надежде, что если этот комок неприятностей станет меня отговаривать, то я этого не услышу, то есть либо оглохну от собственных воплей, либо вопли заглушат его голос, либо время повернётся вспять. О да, я любитель помечтать. Но вопреки всем мечтаниям, всё пошло исключительно не так. Особенно меня добило, что время упорно продолжало идти вперед и тянуло меня непременно за собой.
  - Шелли... тебе страшно? - неуверенно спросил Мэтью, неестественно прикрывая один глаз. А потом сам ответил. - Мне тоже как-то не по себе, если честно. Но я не хочу, чтобы мы из-за этого ссорились.
  Я собирался вклиниться в этот полный бреда монолог, но понятия не имел, что сказать и поэтому молчал. А потом вдруг свалился с кровати. Это вышло до ужаса случайно. Я как-то наивно полагал, что за моей спиной стол, и попытался на него облокотился, и вот - просто свалился на ковер. Теперь потирал ушибленную голову. С кровати на меня смотрели знакомые зеленые глаза и с интересом моргали, а потом протянули руку, о черт, я определенно схожу с ума! (Глаза протянули руку???) Я резко оттолкнул протянутую ладонь и вскочил, потирая шишку, ту воображаемую шишку, которая совсем скоро заявится.
  - Ты чего?
  - Хотел посмотреть, который час.
  - А-а, - также нелепо ответил он, и мы снова замолчали.
  Через пару минут я опомнился и таки обернулся на часы - они показывали несусветную рань - 5.42. Я сел на стул, уронил голову на стол и был готов убиться. Спать не хотелось, а после такого уснешь?!
  - Шелли, ты плачешь?
  Я негромко усмехнулся от комичности этой ситуации, но Мэтью, кажется, показалось, что я всхлипнул, и он тоже поднялся с кровати, подходя ближе, а потом и вовсе положил мне руку на плечо. Я мгновенно отпрянул, откатываясь на своём стульчике и сверкая красными глазами и черными синяками под ними. Модно? О, я бы так не сказал. Вообще говоря, я не плакал, просто мои глаза были такие - не то спросонья, не то от безнадеги, накатившей столь внезапно, и столь... накатившей.
  - Пожалуйста, не надо так расстраиваться, - его лицо было преисполнено какой-то просто пробирающей до костей муки.- Ну... хочешь я уйду? - вдруг предложил он. И говорил так, словно с маленьким ребенком, которому предлагают всё, что угодно, лишь бы он не ревел. Но неожиданно даже для себя я ответил:
  - Останься.
  - Зачем?
  У этого была масса логичных и нормальных причин, но я почему-то не решался озвучить не одной из них вслух. Во-первых, стоит ему выйти в коридор, он тут же скрипнет половицей, и папа проснется, и мне придется объясняться перед ним, да к тому же узнать чем разрешилась вчерашняя история на тему "босс-лось-извращенец", во-вторых, у Мэтью нет ключей и сухой чистой одежды. И ещё много-много причин. Честно. Я не вру. Но вообще говоря, меня жутко пугало то, что обречено было случиться потом - рано или поздно мне придется перед всеми объясняться. Можно, конечно, попытаться вышвырнуть его в окно, но после того как я так по-свойски сказал "останься", не будет ли это не вежливо? О чем я думаю!
  - А что мы скажем твоим родителям?
  Я тяжело вздохнул и спросил:
  - А чтобы ты им сказал, зайди они в следующую минуту?
  - Например, правду: что я потерял ключи и пришел сюда переночевать.
  - А мама бы, например, спросила: а почему ты не постелил Мэтью в гостевой комнате, или вы спали в одной кровати?
  - Я бы ей так и сказал. Что мы спали вместе.
  Я промолчал, глупо уставившись в пол, и приобрел идиотский красный оттенок лица. То ли от того, что это прозвучало уж слишком неловко и двойственно, то ли от того, что это было правдой. Самой правдивой правдой из всех правд, черт побери!
  - Но думаю, она бы неправильно меня поняла.
  Я с облегчением выдохнул, исподтишка поднимая на него глаза: иногда ведь может быть нормальным, если хочет. Однако он добавил просто убивающую фразу:
  - Как ты меня понял.
  Я вспыхнул, срываясь с места и собираясь схватить его за майку, а потом сообразил, что майки-то и нет, и беспомощно скользнул пальцами по обнаженной коже, а позже отчетливо, но срывающимся голосом произнес:
  - Я подумал не о том, о чем подумал ты!
  Другой был бы вряд ли способен вникнуть в смысл этой фразы, но Мэтью, похоже, меня понял. И несмотря на то, что он так беззащитно стоял совсем ко мне вплотную, со своим маленьким тощим тельцем, игриво и ехидно поправил челку:
  - Шелли, я бесспорно доверяю тебе многим больше, чем кому-нибудь другому. И говори мы через дверь, я бы тебе поверил. Но я-то видел твоё лицо. И с этим не поспоришь.
  Я беспомощно поморгал глазами на его улыбающиеся физиономию. Какой он всё-таки наглый!
  - Я вспоминал кое-что другое.
  - И что же? - он сунул руки в карманы моих шорт. Ладно бы ещё в тех, что были на нем, а то в мои карманы, в шорты, в которых был я! И теперь между нами просто не осталось расстояния. Его кожа, почему-то подозрительно пахнущая моим шампунем (признаюсь, я соврал что мою голову хозяйственным мылом) и мои шорты, глупо смявшиеся за эту не менее глупую ночь. Однако я ухватился за это, как за соломинку, всё-таки отскакивая в бок.
  - Какого черта ты мылся моим шампунем?!
  - Тебе не нравится, как я пахну? - невозмутимо откликнулся он, а потом посмотрел почти жалобно. Я не мог понять, что из этого было наиграно: невозмутимость или жалобность - в голове просто смешалось всё, и я уже ни в чем не был уверен, и вообще... Черная "тойота" жди меня!
  - Нравится, - эхом повторил я и тут же пришел в себя. - Тьфу - мне нравится, как пахнет мой шампунь, но совершенно не то, что ты расходуешь его, чтобы мыться!
  - А, - легко отозвался он. - Так у вас мыло закончилось.
  - Я вчера новый кусок положил, вот не надо.
  - Так и было.
  - И? - я мотнул головой. - Что дальше?
  - Сначала я положил его на краешек, чтобы не забыть, а потом незаметно смахнул в ванну. И оно размякло. А потом, когда я спустил воду, случайно наступил на него и раздавил, разумеется, шлёпнувшись.
  Я в ужасе посмотрел на него - как вообще можно попасть в такую ситуацию, если ты не Мэтью?! Ах точно, ты же именно Мэтью! Но тогда это неудивительно. Хотя нет, всё-таки удивительно - навернуться об мыло, упасть в бетонной ванной и не расквасить мозги.
  - А с тобой точно всё в порядке? - я недоуменно помотал у него рукой под носом. Если он треснулся - весь произошедший бред можно будет списать на мозговую травму. Я не прав? И тогда всё снова будет в норме - в идеале лучше б ему, конечно, отшибло память. Но судьба что-то ко мне сегодня не благосклонна. А просишь всего-то - переведи время назад, отшиби память. А получаешь в ответ... а ничего не получаешь в ответ. Согласитесь, это наглость. В своих размышлениях я слушать забыл, что говорит Мэтью в ответ на эти слова. Но похоже, он ничего не ответил, а когда я посмотрел на него, вдруг заулыбался, смотря исподлобья, самым невинным образом.
  - Что?
  - Ничего, - отодвинулся он убирая руки, однако, не переставая улыбаться.
  - Чего ты тут улыбаешься?
  - А что? Сгоняешь за пластырем и приклеишь уголки моих губ к подбородку?
  Я мысленно взвесил эту идею. Надо признать, она не плоха. Однако, стоит мне покинуть комнату, он всё разнесёт к чертям. Спросите, почему я так думаю? Потому что так оно и есть. И поверьте, это не пустые слова.
  - Просто это надоедает.
  - Мне тоже некоторые вещи порядком надоели, - задумчиво произнес он. - Но я же не твержу об этом каждому встречному.
  - И почему?
  Он снова усмехнулся, не открывая рта:
  - Шелли, это же просто - я не хочу быть навязчивым.
  Я обреченно скосил взгляд на свой стульчик. Если он не хочет быть навязчивым, то я, наверное, холодильник, а если не холодильник, так один-единственный удостоился чести быть доведенным до белого коленья именно за счет Мэтью. Даже не знаю, какое из этих суждений более верное.
  - Что же тебе так надоело, Мэтью?
  Он встрепенулся и негромко ответил:
  - Это неважно.
  - Как хочешь, - отмахнулся я. Не хочет делиться проблемами, ну и не надо. Своих хватает. Это замкнутый круг, не находите?
  - Знаешь, я, в принципе, могу постараться не улыбаться.
  - Надолго тебя не хватит.
  - А если я продержусь, скажем... впрочем, сколько ты хочешь, чтобы я продержался?
  - Три дня, и ты в пролёте, - фыркнув, отмахнулся я.
  - Если я не выдержу, можешь попросить у меня, что захочешь, а если выиграю я - тоже попрошу тебя о чем-нибудь.
  - Погоди-погоди. Это что ещё за пари какое-то? Как мы до этого вообще дошли?
  - Просто соглашайся, Шелли, или ты не хочешь, чтобы я навсегда исчез их твоей жизни? - он многозначительно поднял брови, слегка наклоняясь вперед, и стали видны его руки сплетенные в очередной замочек.
  Я был настолько шокирован его заявлением, что пока не мог ответить. Неужели он понимает, сколько мне доставляет неудобств. Но если понимает... Почему не хочет просто не мешать, как и всем остальным, а предлагает такое дурацкое пари? И он уверен в своей победе настолько, что спорит на всё наше общение. Это всё напоминает сон. Прекрасный сон, в котором я избавлюсь от Мэтью.
  - Пари принимается, - я сам протянул ему руку, и он с готовностью пожал её.
  - С этой секунды, - он легонько хлопнул меня по предплечью и направился в сторону двери.
  - Ты разбудишь тут всех.
  - Если есть какие-то возражения, можешь понести меня на руках. Ты же вроде знаешь где здесь не скрипящий пол, да и я вроде как нетяжёлый, - а потом, по идее, должна быть милая улыбка. Но хуже всего, что он сказал это с абсолютно серьёзным лицом. Тем не менее, я продолжал отговаривать его, правда, с каким-то почти не закрывающимся ртом, без улыбки было страшно непривычно:
  - У тебя же нет ключей!
  - Я тут вспомнил, что запасные под горшком в саду.
  Я шокировано открыл рот и взвился:
  - Вот врун! Ты нарочно приперся ко мне, чтобы мыться в моём душе! - на данный момент это всё, что пришло в изумленную голову. Чуть позже появилась логичная мысль "чтобы ко мне приставать", но я не стал её озвучивать.
  - Да что ты, в самом деле, - махнул он на меня рукой. - Я вспомнил это какую-то минуту назад.
  - Ты нашумишь!
  - Единственный, кто здесь орет - это ты. Я быстро пробегусь по дому и выйду. А ты пойдешь следом, и если кто-то из твоих проснется, скажешь что спросонья наступил не туда. Извинишься.
  - Ну ладно, - неохотно согласился я.
  - И Шелли, наше пари, - украдкой напомнил он с суровым лицом, исчезая в дверном проёме. Меня от этого лица чемоданчиком передергивало просто. И всё-таки да, наше пари. Что-то он, правда, уж слишком уверен в своей победе. Это настораживает. Но я заставлю его расколоться. Посмотрим, кто будет смеяться последним! Это будешь ты, черт побери, Мэтью!
  Я с опаской выглянул за дверь, но, похоже, никто не проснулся. Облегченно вздохнул и спустился в гостиную. Однако меня там ждал небольшой сюрприз в виде папы с газетой и утренним, а возможно, и вчерашним вечерним кофе. Под его глазами отчетливо виднелись синяки, это порядком меня встревожило, и я осторожно произнес:
  - Привет, пап.
  Он поднял на меня свои очки, опуская газету:
  - Почему тот мальчик ночевал у нас?
  - Видишь ли...- я быстро замотал руками. - Он потерял ключи, и я разрешил ему остаться, ты ведь не против?
  - Ну да, я не против.
  - Слушай, а можно тебя попросить не говорить об этом маме?
  - Почему? - сузил он свои глаза.
  - Ну...- я на секунду задумался. - Мне кажется, она не совсем правильно поймет то, что мы ночевали в одной комнате.
  - Вполне возможно. - он приложил руку к подбородку. - Да, действительно, уж лучше опустить этот инцидент, ведь насколько я понимаю, это твой знакомый из школы.
  - Если можно так выразиться, - неуверенно ответил я и вдруг задумался. Как же там папин босс, и как же сам папа? Стоит ли спросить, или лучше ждать, когда он сам заговорит об этом? Я сделал глубокий вздох и зашел издалека:
  - Пап, как твои дела?
  Он снова вынырнул из-за газеты и недоверчиво посмотрел на меня, а потом всё-таки сказал:
  - Это немного странно, что ты спрашиваешь. Боюсь накаркать, но всё подозрительно неплохо. Вчера начальник отпустил меня пораньше, а ещё назначил премию за вроде как активное участие в украшении офиса, и даже пригласил нас с твоей мамой на барбекю.
  Я ошалело смотрел на него, а потом всё-таки сообразил закрыть рот. Наверное, это выглядело странно. Но ведь то, что происходило, было ещё страннее - после того как я обозвал папиного босса лосем, он выписал папе премию. В голове мелькнул здравая мысль: может быть, именно так его звала покойная жена? И я незамедлительно спросил:
  - А его жена давно умерла?
  - Вообще-то она ещё жива, - в таком же стиле будничной беседы ответил он.
  Моя лучшая догадка была уничтожена какой-то правдой. А всё эта жена, больше надо было травиться какой-нибудь гадостью. Приличный гражданин не желает людям смерти! А лишь преждевременной кончины! Преждевременной, но поверьте, совершенно случайной. Черт! И почему она не умерла? Глупая, глупая Берки.
  - А её, случайно, не Берки зовут?
  - Если честно - Тимина, но ты почти угадал, - попытался он меня поддержать. Но я был разбит, потому что ну совершенно не понимал логики нашего, то есть папиного начальника. И это меня нервировало.
  - А он что-нибудь тебе говорил про телефону? - еле дыша произнес я, во мне крылась какая-то надежда на тот счет, что вдруг папа только ведет себя, как будто всё нормально.
  - Да... - Сердце предательски ёкнуло. - Он вроде как говорил, что у меня царапина на корпусе и предложил поменять его за свой счет. Естественно, я отказался - функция телефона в том, чтобы звонить.
  - А знаешь, ты прав, - потусторонним голосом провозгласил я. - Телефон нужен, чтобы звонить.
  - Вот я ему и сказал, а он мне - нет-нет, всё должно быть красиво, просто идеально.
  Я понимающе кивнул, глядя куда-то сквозь пол. От того, что происходило, сквозило мистификацией.
  Я поднялся к себе и до семи часов так и лежал, уставившись в потолок, изо всех сил пытаясь понять всё то, что произошло сегодня утром. Тот случайный поцелуй (вспоминал и седел), странное пари, и ситуация с телефоном, что так неожиданно разрешилась. Я вроде как должен радоваться, но в смысле тому, что папу не выгнали с работы, и более того, поощрили премией. Но я - крайне озадачен, ведь в этом нет логики. А всему, в чем нет логики, лучше не попадаться мне на глаза.
  В школу я шел так же в задумчивости. Эмили была рядом и подозрительно на меня косилась, а потом всё-таки спросила:
  - Знаешь, я слышала голос Мэтью, он был у тебя в гостях?
  Я тяжко вздохнул и помотал головой:
  - Эм, поверь, всё было не так, не так, и ещё раз не так... Точно! - Я резко обернулся на неё. - Ты должна мне помочь!
  - В чем дело?
  - Мы с Мэтью заключили пари, и если он рассмеётся в ближайшие три дня, то я смогу от него избавиться навсегда!
  - Неужели ты правда так этого хочешь?
  - Конечно, хочу!
  - А что будет, если выиграет он? - моя подруга лукаво улыбнулась, поднимая брови.
  - Я сделаю всё, что он попросит, - тихо ответил я.
  Она подняла брови ещё выше и присвистнула:
  - В таком случае, даже если в течении 72 часов читать ему сборник анекдотов, у него даже скула не дрогнет.
  - Почему? - недоуменно спросил я.
  - Ты только подумай, о чем он может попросить тебя...
  Моё лицо исказилось от ужаса, поверьте, совершенно непритворно. Просто за какое-то мгновение я уже столько всего успел себе представить, начиная от незамысловатого объятия и заканчивая жестоким рабством в комплекте с плеткой. Уж поверьте, он и не такое может. И осознав всё это, я схватился за голову:
  - Нам надо во что б это не стало его рассмешить!
  - Думаю, на самом деле всё не так уж и страшно. Учитывая, как он любит улыбаться и смеяться, это будет несложно, хотя, может, он слишком сильно хочет исполнения своего желания, - рассуждала Эмили.
  Чуть позже к нам присоединилась Рэйчел, слушая краткий пересказ событий моей жизни и изредка улыбаясь. Я был подавлен, как, извиняюсь, ящерка под ножкой слона. За весь мой поход из дома в школу Мэтью так и не появился, но у меня было плохое предчувствие. И что вы думаете - оно оправдалось. Как только мы стали подходить к школе, то увидели этот пучок пушистых светлых волос и Бартишо.
  - ...Ты у меня единственный, - серьёзно и спокойно говорил Мэтью, на что знакомый отвечал:
  - Ну скажи мне тогда, какого черта?
  - Ты ведь можешь меня понять? - слабая надежда в зеленых глазах.
  Парень, подумав, хмыкнул и растянулся в кривоватой улыбке:
  - Конечно, кто же ещё сможет тебя понять...
  - О чем это они? - недовольно спросил я, закусывая большой палец на правой руке.
  - ...Чем ты мыл волосы? Они стоят как помело местной дворничихи, - Бартишо подхватил кусочек пушистой челки, заглядывая в глаза Мэтью. - Приходи сегодня ко мне, и я нормально вымою тебе голову, вкусным шампунем...
  - Да что за хрень... - негромко выругался я.
  - А что, Шелли, ты ревнуешь?
  Приличный гражданин, раскрасневшись, развернулся и огрел девочку своим портфелем, подкрепляя это истерической репликой:
  - Никогда!
  - С ума, что ли, совсем сошел! - не выдержала Рэйчел, слегка оттаскивая меня за локоть.
  - Спокойно-спокойно, - встряла Эмили, придерживая предплечье. - Я всего лишь пошутила!
  - Думаешь, это смешно?
  - Ну, не то, чтобы очень... и не так, чтобы совсем...но вообще-то невероятно.
  Я не нашелся что ответить, к тому же к нам как раз приблизились наши нежелательные знакомые.
  - Привет, - похоронным голосом поздоровался Мэтью. - Веселишься?
  - Как бы это... не совсем, - немного смутился я, а потом вдруг меня просто озарило, и я снова шагнул вперед, и задрал на Мэтью футболку, осминожиком двигая по телу.- Что? Перед щекоткой-то ты устоять не сможешь!
  Спустя какую-то минуту царило молчание и шапотение моих пальцев по упругому животу, а потом всё-таки последовал логичный вопрос:
  - И что ты делаешь?
  - Я? Да так, щекочу тебя, а ты... почему-то не смеёшься, - я резко отдернул руку и схватил его за край расстёгнутой куртки. - А почему ты не смеёшься, а? А?
  - Может, потому, что я не боюсь щекотки? - выдвинул он своё предположение, и как мне не стыдно признавать, оказался прав.
  - Это ещё не конец, - погрозил я ему пальцем. - Сегодня утром я вычитал очень смешной анекдот.
  - Ну! - слегка подался он вперед. - Расскажи!
  - А, - из-за этих изумрудных глаз у меня все слова из головы вылетели, и я глупо замычал, пытаясь собрать мысли воедино, однако они почему-то разбежались, как почтальоны от собаки.
  - Не можешь вспомнить?
  - А знаешь...- я мотнул рукой.
  - Да? - словно общаясь с умалишенным, чересчур медленно проговорил он.
  - Знаешь, я думаю... не такой уж он и смешной.
  - Вот как?
  - Но поверь, у меня ещё много чего есть в запасе!
  - Охотно верю, - всё также невозмутимо согласился он и, что-то шепнув на ухо Бартишо, направился к школе. Его друг улыбнулся и направился следом, небрежно отсалютовав мне не прощанье.
  - А знаете, вообще странно, что он не рассмеялся. Шелли такую ерунду выделывал, что можно было четыре раза помереть со смеху, и ещё столько же перевернуться в гробах. Видимо, он серьёзно намерен что-то получить от тебя... только вот что?
  Я зачарованно смотрел на полупустое крыльцо школы, куда стекались младшеклашки и не вклинивался в монолог Эмили, потому что просто не знал, что вставить. Он же обычно так часто смеётся, даже без повода иногда. А сейчас будто другой человек вовсе.
  - Шелли, чего стоишь? Пошли на физ-ру.
  - Да, - бессознательно кивнул я.
  Потом фактически вечность не мог понять, почему мои штаны не натягиваются выше колен, как вдруг неожиданно до меня дошло, что часть их зацепилась за гвоздик под лавочкой. Это было поистине гениально понять столь ужасную подлость - я натянул свои штаны и задумчиво глянул на выход из раздевалки, оттуда падал яркий свет. Мне это напомнило жутко пафосную сцену в одном фильме, и я, тряхнув головой, вышел. Сегодня мы играли в баскетбол, я со всей дури лупил по мячу, не задумываясь о последствиях. Тренер что-то говорила о жестокой игре и о том, что нам стоит быть сплоченной командой, дабы победить соперника. Мысленно я с ней согласился, только немножко в другом контексте. Мне стоит найти союзников, что бы побороть Мэтью. Столько наших полегло... я со вздохом вспомнил Тома, что прервал свою оборонную линию в сегодняшнее злополучное утро навсегда. Но только я вспомнил утреннее происшествие, как ноги подкосились, и мяч полетел совершенно не в ту сторону, в которую должен был. Послышался сдавленный вскрик. Я приподнялся с пола, потирая лодыжку, ведь как вы можете догадаться - автоматически подвернул ногу. К моему ужасу, рядом со скамейкой для освобожденных или просто бездельников, лежал Мэтью, и его обступили ребята.
  - В чем дело?
  - Думаю, ему вконец мозги отшибло... - послышалось обращение к кому-то совершенно другому.
  - В чем дело? - окрикнул я всех разом, и они расступились, пропуская меня. У Мэтью на виске красовался здоровенный ушиб с какими-то фиолетовыми подтеками (как они успели так быстро возникнуть?!) - выглядело это жутко. Впрочем, он сам виноват, что сегодня утром совершил такую глупость. Я присел на корточки и легонько подтолкнул его плечо. - Хватит лежать.
  Он немного вздрогнул, жмурясь от боли, и открыл глаза. Ходячая проблема.
  - Шелли?
  - Встать можешь?
  - Не могу, - почти страдальчески сообщил он, откидывая обратно на деревянный пол только что приподнятую на пару сантиметров голову.
  - Ладно, - я взял его за шкирку и потащил через весь зал.
  - Что ты делаешь?! - послышалось мне пара возмущенных голосов вслед, но я их проигнорировал, а когда добрался до дверного порожка, помог Мэтью подняться и опереться на меня.
  Мы с разрешения тренера ковыляли в медпункт.
  - И в кого ты такой неказистый? Сложно было от мяча увернуться?
  - Прости, я задумался.
  - Вот глупый! - не стал врать я. Возможно, бы он улыбнулся, но только не сегодня. Он смиренно принял ношу глупца, не менее глупо надув щечки. О черт до чего же это глупо!
  Оставшееся время мы молчали, а потом всё-таки добрались до медпункта, в котором я был уже третий раз за эту неделю. Медсестра помахала мне, а потом с серьёзным видом осмотрела Мэтью и, помазав какой-то мазью, отправила в постель. Я решил с ним немножко посидеть. И из чистого садизма, демонстрировать, как же я прекрасно себя чувствую. Хотя если честно - снова буду пытаться его рассмешить. Но он пресек все мои попытки к чему бы то ни было:
  - Ты не мог бы мне дать свой телефон?
  - Зачем? Собираешься домой?
  - Нет, мне надо кое-кому перезвонить, а мой телефон разрядился. И почему он так быстро разряжается?
  - Слушай, а ты уверен, что тебе это нужно сделать именно сейчас? - попытался я отговорить его от этой трепотни, ведь не иначе, как опять какие-то мелочи болтать будет, а я - сиди, жди места для вставки анекдота. О да.
  - Честно говоря, я должен был позвонить ещё вчера.
  - И почему ты этого не сделал?
  - Я не был уверен.
  - В чем?
  - В том, что собираюсь делать.
  - А можно поконкретнее?
  - Шелли? - Он недоуменно сдвинул брови. - Успокойся, тебя это не касается.
  Вот как! Я сердито отвернулся, выпячивая губу - ну и пожалуйста! А потом всё-таки протянул мобильник. Он быстро набирал, по-моему, давно заученные цифры:
  - Привет, - его голос потеплел.
  Я обернулся к нему лицом - ну всё, сейчас точно улыбнулся, однако лицо было обычное, разве что слегка болезненное из-за ушиба на виске. И вы же знаете, в этом нет моей вины. Всё он! Всё он сам!
  - Рад слышать. Я думаю, всё будет нормально, и он, похоже, не против... Что?!.. Не пугай меня так... Дурацкая шутка...
  О! Наш человек - мелькнуло у меня в голове. Но всё равно было немножко неприятно от того, что Мэтью мне даже словом не обмолвился о том, с кем он так разговаривает.
  - Да что на тебя нашло?... Я говорю - это просто временная дурь!... А что потом? Думаешь, я не знаю, чего ты хочешь?... Да, понял я... Да, и ты тоже прости. Я тебе ещё потому позвоню... Да, да, помню. Всё, люблю, целую. - Он закончил говорить, стер номер из книжки записей и вернул мне трубку. Я брезгливо сунул её в карман - мне было не по себе от того, что именно по моему мобильному совершаются такие разговоры.
  - А кто это был? - неловко спросил я, уставившись на свои руки, намертво прилипшие к краешку табуретки.
  - Неважно, - он поудобнее устроился на подушке, поворачиваясь ко мне спиной.
  - Эй!
  - Что? - так же непринужденно спросил он.
  - Тебе не кажется невежливым вот так говорить со мной, и ещё и отворачиваться спиной?
  - А ты когда-нибудь был со мной вежлив?
  Я вовсе опешил от такого вопроса, уж слишком прямо. Да и к тому же, если подумать - вряд ли я когда-нибудь был особо к нему внимателен.
  - Ладно, не волнуйся. Я так себя веду просто потому, что я устал, и у меня шишка болит.
  - Прости, - сказать это оказалось на удивление просто, хотя представлялось в далёком прошлом какими-то невероятными муками.
  - Шелли, всё в порядке.
  - Точно?
  - Впорядей не бывает. Так что давай, иди на урок.
  - А как же ты?
  Ну сейчас он точно улыбнётся, посмеявшись над тем, что я подсознательно пытаюсь о нем заботится. Хотя это всё делается лишь с одной целью - рассмешить. Однако он не улыбался:
  - Посплю пару часиков и, думаю, опухоль спадет.
  - Нет, а как же ты тут один?
  - А медсестра - мебель, что ли?
  - Я всё слышу! - бросила через шторку женщина.
  - Так что именно тебя беспокоит?
  - Ничего, - так же ответил я. Но вообще это было не так, эта бесчувственная часть Мэтью, с которой я познакомился, жутко пугала меня.
  - Ну тогда увидимся, - он снова обернулся ко мне спиной, накрываясь одеялом с головой.
  Я тут же понял - там, под одеялом, он улыбается в своё удовольствие.
  - Меня не проведешь! - я резко сдернул тонкую больничную ткань. На меня смотрели два осуждающих глаза:
  - И скажи, что ты опять делаешь?
  - Я точно не уверен... - я задумчиво стал возвращать одеяло на место. - Но похоже, у меня паранойя.
  - По-моему, так и есть, - кивнул он.- Шелли, ты только не обижайся на эти слова. Но ведь когда люди настолько преследуют определенную цель, они на ней зацикливаются. И начинают малейшие мелочи воспринимать как нечто, к ней относящееся.
  - Думаешь, мне стоит отвлечься на что-нибудь другое?
  - По крайней мере, возвращайся на уроки, а там увидишь, всё снова вернется на круги своя.
  - Наверное, - я последний раз посмотрел на него и вышел. Мне было немного странно от случившегося. И это его холодное состояние, хотя, с другой стороны, он ко мне не лезет. Но с этим надо что-то делать. Ему точно надо улыбнуться. И я это устрою.
  - Устрою!
  - Шелли, ты чего орешь посреди коридора? - Эмили легонько хлопнула меня по плечу.
  - Я сказал это вслух?
  - Ну, вообще-то, да.
  - Я не собирался.
  - Ну, это понятно, - она соответствующе развела руками. - Ты как, собираешься на чтение?
  Я, посоображав немного, кивнул и поплелся переодеваться.
  А посредине чтения к нам притопал Мэтью собственной персоной с забинтованным виском.
  - Что это? Тебя опять побили? - насмешливо поинтересовался Пит (его не было на физкультуре).
  Мэтью мог бы улыбнуться, сказать что-нибудь забавное и сесть за свою парту, однако он просто сел за неё.
  - С вами точно всё в порядке? - переспросил на всякий случай учитель. - Если вам нехорошо, можете пойти домой.
  - Всё в полном порядке, - сурово откликнулся Мэтью.
  И больше никто ничего не спрашивал - все занимались чтением. На перерыве в наш кабинет пришёл Бартишо и тут же подошел к парте Мэтью, на которую тот опустил свою голову.
  - Кто это тебя так? - он бережно провел рукой по бинту.
  - А, на физкультуре задумался, - нехотя ответил он.
  Я возблагодарил небеса за то, что он не сдал ему моё имя, иначе бы уже висел трупик Шелли на заборе.
  - Что же ты так? - он обнял его, легонько прикасаясь губами к шишке.
  - Выйти из кабинета не можете? - спросил кто-то из одноклассников.
  Я снова ожидал от Мэтью какой-нибудь беззаботной обезоруживающей фразы, однако он даже не шевельнулся, заваливаясь головой на плечо Бартишо. Тот легонько переместил его голову на парту и подошел к источнику этой реплики - Газу:
  - А может, ты выйдешь, и проблемы разом решатся? - В глазах был сердитый, совсем недобрый огонек.
  - Оставь его, - негромко бросил Мэтью, коряво приподнимая руку и снова опуская на парту. - Пускай всё будет, как есть.
  - Не лезь к нему! - Бартишо ещё раз зыркнул на Газли и вернулся к своему другу. - А ты точно не хочешь пойти домой? Если совсем плохо, могу отнести.
  - Всё нормально, не беспокойся.
  И как только высокий мальчик покинул класс, снова началось нечто, прежде незаметное. Один пацан из группки, сгрудившейся в конце кабинета, подошел к нему поближе и слегка толкнул. Мэтью вздохнул и неумело задрал челку вверх, поднимая преисполненное сонной скорби лицо.
  - Что?
  - Думаешь, быть другим так хорошо? Круто? Не фига!
  - Я просто такой, какой есть.
  - Будь ты как всё, у тебя бы были друзья, а не этот ушастый из С класса.
  - Однако я другой, да?
  - Да! - прогудел верзила.
  - И что дальше? Ударишь меня за то, что я не такой, как ты, или твои дружки?
  - Да! - снова пробасил он.
  Я таки не выдержал и подхватился со своего места.
  - Ты же видишь, ему нехорошо сейчас!
  - А чего ты за него заступаешься?
  - Я думаю, что если человек ото всех отличается, это не повод его бить.
  - Да ну тебя! Бить таких надо! - совершенно не услышал он меня, отодвигая с прохода и нависая над Мэтью. Но тут прозвенел звонок, это было кстати. И откуда в нашем классе такие взялись? Я что-то пропустил? И может это и не из нашего класса?.
  На следующем перерыве снова творилось нечто странное - мне казалось, к Мэтью все давно уже привыкли, но сегодня цеплялись и цеплялись. Какая-то девочка позвала его:
  -Эй, Мэтью! Как думаешь, Дик симпатичный? Слушай, ты бы мог его позвать, а то он девчонок совсем не слушает. А ты, может, найдешь к нему подход... - это было чистой воды издевательство. Вдруг на другом конце класса кто-то всхлипнул. Это была Рэйчел, Эмили незатейливо погладила её по голове и направилась к той девчонке, что спросила про Дика.
  - Ну что же ты за дура?
  - Ой-ой, как страшно, Абсент, давай, натрави на меня своего старосту на побегушках! А, нет, лучше объясни Вилорд, почему Дик не хочет её видеть.
  - Да что же ты за сволочь!.
  Это среда определенно было худшей из всех. И забирала золото в этой унылой троице победителей. Неприятности не касались меня в частности - за исключением утреннего поцелуя, но они касались моих друзей. И вот сейчас Мэтью (но вообще мы не друзья) шпыняют, Рэйчел плачет, будто превратилась в водопад, а Эмили ссорится из-за какого-то неизвестного мне Дика с какой-то уродкой. А я не знаю, чем им помочь. К тому моменту, как я всё это осознал, Эмили уже дергала за волосы ту девчонку:
  - Ещё раз припрёшься сюда, я тебе все волосы выдеру и заставлю жрать свои накладные ресницы, чтоб ты подавилась! - Она наконец выпустила её, та часто дыша, поправляла прическу:
  - Варварша, ничего в тебе женского нет! Так и будешь без парня ходить!
  - На себя бы посмотрела, бегаешь за Диком, будто ты ему небезразлична! А ты такая же, как все!
  - Чтоб ты знала - мы встречаемся!
  - Да ладно! Ври больше!
  Рэйчел снова громко всхлипнула, и я поднялся со своего места подходя к ней, и легонько гладя по плечу.
  - Его не интересуют такие девушки, как Вилорд!
  Рэйчел схватил меня за шею и начала заливать своими слезами мою одежду, я не стал дергаться.
  - Да что ты о себе возомнила, идиотина! - Эмили сильно толкнула девчонку и она стукнулась о краешек парты, кажется, ударившись челюстью.
  - Да ты ненормальная!
  - Проваливай, Берки!
  Я был несколько удивлен знакомому имени, что не заметил, как Эм подошла к нам и принялась утешать Рэйчел:
  - Рэйч, прекрати слюни-сопли! Эта дурочка всё наврала.
  - Да-да, - неумело поддакивал я.
  - Ну, конечно, - сквозь слезы пробормотала Рэйчел.
  - Я тебе серьёзно говорю, этот Дик такой придурок...
  Укоризненный взгляд подруги.
  - Ну, в смысле, никого у него нет, ведь его интересует только рэгби...
  Рэгби?! - про себя возмутился я. Что за идиотское слово? И что за идиотский вид спорта? Рэйчел постепенно успокаивалась, хотя её плечи всё ещё вздрагивали. Но мы настолько отвлеклись на неё, что заметили происходящее в классе лишь после громкого рева, который, как ни странно, принадлежал девушке с какой-то атлетической фигурой:
  - Это всё ты, Мэтью!
  Он спокойно смотрел на неё исподлобья, слегка опираясь на парту, не делая абсолютно ничего.
  - Думаешь, это честно? Вот так вот поступать? Думаешь, это хорошо - лишать других счастья?! - она резко спустила его вниз, стукая об стол. Он неестественно качнулся, обвисая, на её гигантских локтях.
  - Ты что делаешь?! - я рванул в его сторону, отгораживая от девушки. - Что вы все сегодня, с ума посходили, что ли?! Я проучился здесь полтора месяца и никогда такого не было! Все существовали отдельно. Кушали свои завтраки, учили и прогуливали уроки, не замечали людей из параллельных классов. Всем было плевать на друг друга, и мы прекрасно жили!.. - я собирался ещё много чего сказать, однако до меня вдруг многое дошло. Вот оно что! Я всё понял! Я всё понял! Совсем всё!
  - Мэтью! - я схватил его за ослабшие руки и дернул за собой. Мы, то есть я, пробился через толпу к лестнице, утягивая его за собой. И остановились лишь тогда, когда выбежали на пустой пятый этаж. И, стиснув его за плечи, заглянул в глаза:
  - Скажи, ты работаешь заодно с лепреконами?... Или где ты прячешь свой ведьминский котел? - Я пустился его обходить.
  - Шелли, ты очень очаровательный человек, но иногда я тебя просто не понимаю...
  - А что тут понимать! - вскинул я руки. - Магия!
  - Что - магия?
  - Твой смех - это магия. Когда ты смеешься - всё воспринимают всё как шутку, и никто не ссорится, и царит эта обычная милая атмосфера безобидных издевок.
  - Лестно, тебе так не кажется?
  - Я серьёзно!
  - В каком-то смысле так и есть, но всё-таки, что ты от меня хочешь?
  Я задумался и вдруг снова кое-что понял, второй раз за день - это определенно прогресс.
  - Так ты больше не улыбаешься из-за нашего спора?
  Я не дал ему ответить и тяжело вздохнул:
  - Перспектива избавиться от тебя бесспорно хороша, но я не хочу, чтобы из-за этого ты страдал и вот так получал ото всех по шее.
  Его лицо было по-прежнему серьёзным.
  - Ну, прости, - я склонил голову. - Я готов пожертвовать идеей ради твоей нормальной жизни, мы можем даже считать, что ты выиграл...
  Неожиданно мои трясущиеся от происходящего руки обвили маленькие теплые ладошки, и знакомая пушистая голова устроилась на моей майке.
  - Шелли... - его лицо наконец задела больная тонкая улыбка, и он спокойно произнес: - Ну конечно же, это тут не при чем. Но... мне очень приятно, что ты обо мне заботишься, - он ещё сильнее сжал мои руки и вдруг втянул носом сопли.
  Сначала я не знал, что и ответить на это заявление, а потом в своей обычной манере произнес:
  - Ну давай ещё реветь будем!
  - Я не плачу.
  - Ну, конечно.
  Он собирался что-то возразить, но его глаза против воли закрывались, и он прошептал:
  - Прости, - и тут же заснул прямо так и на моих руках. Я уже говорил, как я его ненавижу? Однако всё обернулось так, что...
  Что уроки уже кончились и я обходным путем иду в сторону дома Мэтью и тащу его на руках. И всё-таки я его ненавижу. Сегодня был самый-самый ужасный день в моей жизни. Хотя кто знает, может, ещё вечером ко мне нагрянут копы и упекут в обезьянник, но это будет даже хорошо, ведь иногда могут случиться вещи куда более худшие.
  Я скосил на него глаза - он слабо посапывал, облизывая губы. Я хмыкнул. От него одни проблемы. Одно моё вытаскивание его из школы чего стоило - я шел за спинами подруг до ближайшего поворота, не в силах набрать в легкие воздух. Потом девочки свернули к Рэйчел, о чем-то разговаривая. Если я вообще правильно понимаю, ей, кажется, нравился тот парень по имени Дик. Идиотское имя. Надо будет найти его и заставить быть с Рэйчел. Я приличный гражданин, и, о да, мне нравиться играть в фею. К моему счастью, улица пустовала. Мэтью сам по себе был совсем нетяжёлый, будто и не ест ничего. Мне не стоило никакого труда его вот так нести. То есть, конечно, стоило, в моральном смысле, - я был подавлен и чувствовал себя какой-то безумно влюбленной лошадью. Уж не дебилизм ли это? И уж не схожу ли я с ума? Так вот, он был совсем легкий, а его челка глупо растрепалась, выползая из-под бинтов - у него сегодня был тяжелый день...Но по сути дела я оказался прав: его смех - это то, что переводит все гадости в шутку и это то, почему он может существовать в нормальном социуме без ущерба для своей самооценки. И было глупостью согласиться на это пари. Но я ведь не знал. А теперь мне, кажется, придется исполнять его желание - меня передернуло. Что он попросит? И сделаю ли я это? Конечно, стоит сдержать слово, но, с другой стороны, вдруг это окажется чем-то просто ужасным? Я опять вздрогнул, Мэтью проснулся:
  - Шелли?
  - Пойдешь сам?
  - Тут совсем чуть-чуть осталось, так что думаю, да. Спускай меня.
  Я почувствовал себя каким-то придурочным слугой у него на побегушках, однако присел и аккуратно опустил ногами на асфальты. Ещё бы головой... Хотя это мысль! Я немного безумно заблестел глазами, кивая.
  - Зайдешь ко мне?
  - Зачем? - я нервно потер волосы на макушке.
  - Просто посидим на кухне.
  Я подумал и согласился. Возможно, чуть позже, потом, когда он предъявит мне своё желание, я смогу отмазаться тем, что согласился с ним пойти попить чай. И ему нечего будет возразить. О да!
  Сам Мэтью стал нормальным - ну то есть таким как обычно - улыбающимся и непринужденным. Поэтому как только мы вошли - подхватил из холодильника ведерко с мороженным и принялся есть его у меня прямо на виду. Вот же нахал! Да к тому же осенью, кто ест мороженное? Это Мэтью, конечно, это Мэтью. Наконец, я не выдержал:
  - Ты не собираешься мне предложить?
  - Но ты ж не хочешь, - вполне логично ответил он, закладывая очередную ложку в рот.
  - А предложить?
  - А что, предложить? - бессмысленный разговор. - Ты вот лучше мне скажи, почему Рэйчел плакала?
  - А что?
  Он поднял голову, пережёвывая мороженое:
  - А что ты не говоришь? Мне она так же дорога, как тебе или Эмили.
  - Ей какой-то парень нравится, Дик вроде бы.
  - Дик? - легко сморщился Мэтью.- Он с ней не будет гулять.
  - Почему? - я со злости стукнул руками по столу, так мне было за неё обидно.
  - Да потому что это Дик! - так же сердито выкрикнул Мэтью.
  - Эй, ты чего на меня кричишь?
  - А ты почему кричишь?
  - Я не понимаю. Он в команде по рэгби, - я скривился.- И ему наверняка ничего не стоит осчастливить любую девушку. Или у него уже есть девушка?
  - У него нет девушки, это точно, - отмахнулся Мэтью, тряся ложкой.
  - Как вы вообще познакомились?- неожиданно спросил я. Он снова посмотрел мне в глаза, задерживая взгляд, кажется, он мог бы не отрываться. Я смутился и начал объяснять:
  - Просто в нашей школе у тебя не так-то много друзей, вот мне и стало интересно.
  - Ничего особенного, где-то, может, пару лет назад, он просто подошел ко мне в коридоре и предложил стать друзьями. Хотя это вроде как странно, - он поддержал себя за подбородок. - Раньше мы часто виделись, а сейчас он слишком занят рэгби, но мы всё равно иногда гуляем. Ходим там в парки всякие и едим пирожные...
  - Да въехал я, въехал. Так всё-таки, если у него нет девушки, почему он не может встречаться с Рэйчел? - я неожиданно осекся. Ведь знаете, мне снова показалось, что Рэйч - это Мэтью, а Дик - это я... Подумав, я вынес свой вердикт: - Ему нравятся другие девушки? Как она говорила, с характером, а встречаться с кем попало он не хочет?
  - Получается, что так, но если хочешь, я могу его об этом спросить лично.
  - Было бы неплохо.
  - Тогда как мы поедем на пикник.
  - Что? Какой пикник?
  - Тебе Эмили не говорила? Мы же собираемся съездить на пикничок, и она приглашает порядком народа, Дика в том числе.
  - ...какого черта? - я задумчиво посмотрел под ноги на линолеум. Зачем их всех приглашать, неужто последние теплые выходные - это повод праздновать?
  - Это всего лишь безобидная поездка.
  - Ну да, - я расстроено опустил голову - и на что я потрачу эти выходные? Опять придется торчать с Мэтью, слушать, как ссорятся другие, и под конец травануться какими-то адскими грибами? А поверьте, так и будет. Если не хуже. - Знаешь, я, пожалуй, пойду, - обратился я к Мэтью, сползая с высокой табуретки.
  - Подожди, - он наскоро отставил своё ведерко и ухватился за мою руку. Я тут же отодвинулся, делая пару категоричных шагов назад. - Я хотел сказать, мы ещё не решили... какое моё желание ты выполнишь.
  - А разве то, что я зашел к тебе - не было желанием?
  - Ты сам согласился.
  - А разве желание - это что-то, что заставляют насильно?
  - Это неинтересно - просить человека о том, что он и сам готов сделать.
  - Не могу не согласиться, - угрюмо кивнул я. - Так чего ты хочешь, маленький вымогатель?
  - О, поверь, это совершенно не сложно, - он подошел ко мне и кое-что прошептал на ухо. Вы уж меня простите, но я пока не могу сказать что - я в полной истерике:
  - Я не буду этого делать! Даже если это было пари!
  - Как хочешь, - достаточно просто согласился он.- Я придумаю что-нибудь другое. Увидимся, Шелли.
  - Ага, - я кивнул ему и пошел прочь. Где-то на полпути домой меня одолела страшная паника - ведь то, что он придумает, может быть во сто крат хуже того, что он придумал сейчас! Я расскажу вам, что он придумал, только предупреждаю - это отвратительно. А хотел он вот чего: чтобы завтра я весь день ходил с ним за ручку, а если кто спросит - говорил, что люблю безумно. Так что, как видите, мое негодование ещё как оправдано. И я бы не стал этого делать, даже если... да чтобы мне не предложили, я бы просто этого не сделал! Но что он может придумать после? Я схватился за волосы и, придя домой, откинулся с ногами на диван - родителей не было. Подумав, я поднялся к себя наверх и стал лежать там. Долго так лежал, смотря в темный потолок, как неожиданно послышался негромкий скреб в замке, дверь открылась, и кто-то проник внутрь. Я собирался спуститься и пойти поздороваться с мамой, что, наверное, вернулась от подруг. Но неожиданно скрипнула дверь моей комнаты, и чья-то тощая рука подтянула меня с кровати - я нехотя разлепил глаза.
  Передо мной был Мэтью. Что сегодня за непруха.
  - Чего тебе? И к тому же - ты знаешь, что вламываться в чужие дома запрещено?
  - Я понял о чем я тебя попрошу.
  - И о чем? - я морщился, пытаясь сфокусировать на нем взгляд.
  Он взял мою руку и прислонил к своей груди:
  - Ты хоть понимаешь, как оно бьётся? - а потом чуть потише добавил, начиная подтягивать мою майку вверх. - Только на одну ночь, всего на одну... - он ещё раз осмотрел моё тело, перевел свой взгляд на мои размером с блюдечки глаза и стянул с меня майку, снова касаясь рукой моей кожи и начиная водить какие-то узоры. Я прекратил сидеть-тупить и просто в ужасе заорал, не зная что ещё могу сделать. И...проснулся. Я по-прежнему был в своей комнате, дверь одиноко скрипела, мотаясь от ветра, Мэтью не было. Я вспотел и шел красным пятнами, хватая себя за лоб, пытаясь проверить, есть ли температура. Не знаю, каким должен быть лоб, когда температура, но она точно у меня была. Майка достаточно комично валялась мешком на стуле. Я ещё раз посмотрел на себя и подумал, что точно задремал в майке, я ведь точно не раздевался после школы. А ещё это открытое окно, обычно я всегда открываю его, только если не нахожусь в комнате, чтобы не простудится. Возможно ли, что он пробрался ко мне в окно? О нет, это просто исключено! Всё это был один дурацкий сон. В дверь раздался звонок, и я нервно вздрогнул, автоматически натягивая одежду и захлопывая раму. Затем спустился вниз и застыл перед дверью. Продолжали настойчиво трезвонить. Я подумал и таки открыл дверь. Передо мной стоял Мэтью, настоящий, и я незамедлительно заорал на него:
  - Выметайся к черту, извращенец хренов! Как тебе такое только в голову пришло?
  - Что? - не понял он. - Я же ещё ничего не сказал.
  Я громко сглотнул - это же был всего лишь сон.
  - Я думаю, что знаю, о чем ты собираешься меня попросить, - деликатно порол чушь я. - Но учти, я не собираюсь этого делать, у нас у всех есть личное пространство.
  - И ещё раз: о чем это ты?
  - А что, разве я не прав?
  Он беззвучно ругнулся, мотая головой с прищуренными глазами:
  - Ещё бы я знал, о чем ты говоришь! И тогда уж точно обоснованно начал бы всё отрицать.
  - То желание, что ты придумал, - наконец пояснил я.
  - Так ты об этом, - он расслабился. - Не волнуйся, я ещё ничего не придумал. Мозги от мороженного замерзли. - Он рассмеялся, я невесело улыбнулся.
  - Тогда что ты хотел?
  - У меня есть к тебе парочка вопросов. Ты же ответишь на них чисто по дружбе?
  Я начал медленно отодвигать голову вправо:
  - А что... если не отвечу?
  - Да ну, это же несложно. Пожалуйста.
  - Ладно, - обреченно кивнул я. - Постой тут, а я принесу тебе табуретку.
  - Ты не пустишь меня внутрь?
  Я ещё с секунду подумал и ответил:
  - Нет, больше не пущу. После того, что ты сделал.
  - А что я сделал? - возмутился он.
  Я промолчал и ушел на кухню. Не важно, что это был сон, но похоже, если он зайдет внутрь моей капитулированной полуразрушенной крепости, я в очередной раз вспомню тот жуткий сон. А я этого не хочу. Забыть. Я с отсутствующим видом вручил ему предмет мебели, а сам плюхнулся на ковер прихожей.
  - Так что ты хотел спросить?
  - Если хочешь кому-то устроить сюрприз, что лучше сделать?
  - А кому? - только не хватало, чтобы это был я.
  - Неважно.
  - Поясни что ты имеешь ввиду под сюрпризом: поздравить с днем рождения или с приездом, просто до одури напугать или глупо пошутить и всё равно напугать?
  - Думаю, из вариантов, что ты предложил, нет подходящего.
  - Вот как, - философски изрек я.
  - Я просто хочу чтобы это стало лучшим днем в его жизни.
  Я кивнул:
  - Ну подари что-нибудь, своди куда-нибудь погулять или просто покажи что-нибудь красивое.
  - В этом конечно есть смысл... но ты меня опять не понял. Такое мы сотню раз делали.
  Сотню? Мой глаз дернулся. Очень хорошо, тогда это точно не я.
  - Можешь рассказать ему своей секрет, - внезапно пришла забавная мысль.
  - Не думаю, что у нас есть секреты от друг друга, да и как-то это не весело.
  Я задумался, причем по чесноку, абсолютно всерьёз над этой проблемой. Будто дело касалось меня самого. Итак, кто-то, кто уже знает, что он гей, что у него почти нет друзей, кто-то, кто знает, что он ест тоннами сладкое и не толстеет, кто-то, кто знает, как сильно он любит рисовать в блокноте, кто-то, кто знает абсолютно всё о нем, и если его что и удивит, разве что если из НЛО вылезут не зеленые человечки, а цветастые бабочки. Но НЛО тут не причем. Хотя кто может так хорошо его знать? Это как минимум странно. Но что посоветовать?
  - Запустите вместе фейерверки?
  - Да было уже.
  - Может быть, вместе поиграете в твистор?
  - Вдвоём, что ли? - недоуменно глянул он на меня.
  - А что, очень даже весело.
  - Шелли, не дури.
  Кто-то, кто знает его настолько хорошо. В голове мелькнула здравая мысль - может это тот, кого Мэтью любит и с кем встречается. Но действительно, чем удивить такого человека? Вообще какого черта я должен об этом думать?
  - Знаешь что? Проваливай.
  - Ты чего? - он поднялся с табуретки, пытаясь заглянуть мне в глаза.
  - Сам думай над этим всем, у меня нет идей. И табуретку... отдай.
  - Да подожди ты, немножко посижу.
  - Какого черта ты собираешься думать на чужом крыльце! И верни мне мою табуретку.
  - И в кого ты такой жадный? - еле слышно пробормотал он, возвращая мне её.
  - Я не жадный, я просто хочу, чтобы моя жизнь была нормальной.
  - В смысле? - спросил он, хотя я уже собирался закрыть дверь, но пришлось ответить:
  - Чтобы табуретки было четыре, и они были одинаковые, - я, подумав, добавил: - И с четырьмя ножками!
  - Ясно. Ну что?
  - Увидимся позже, - кивнул я, закрывая дверь перед его носом, а он, (вот же нахал!) даже не думал уходить.
  - Слушай, Шелли, мне кажется, я чем-то тебя обидел?
  - Всё нормально, - я, угрожающе громко топая, двинулся на кухню. Но когда возвращался в прихожую, чтобы по лестнице подняться наверх, из-за двери снова послышался голос:
  - Ты прости, если что.
  - Всё в порядке - иди спать, - небрежно бросил я и стал подниматься. В порядке, если можно так выразиться, то да, всё было в порядке. Я должен выполнить желание Мэтью, а ещё меня мучает дурацкий сон, постоянно всплывая в голове, да и к тому же у Рэйч, кажется, проблемы. Пойду завтра и набью морду этому Дику. Он определенно должен быть сговорчивей. Но стоило мне зайти в комнату, я тут же с отвращением вышел. Мне теперь там всё осточертело - это окно и эта смятая кровать, и майка, которую я собираюсь выбросить. А что, я не хочу смешивать плохие сны с жизнью ни капли. Сначала появилось логичное желание задремать прямо так в коридоре, на полу, но оно достаточно быстро отпало в виду холодности этого самого пола. Потом я решил направиться в комнату для гостей, но на полдороги передумал, всё равно ведь не усну. И я спустился к телевизору внизу в гостиной, щелкать пустой ящик и засорять свою голову. Ах, как же оптимистично. Не совсем скоро, где-то в двенадцатом часу, вернулись мои родители. Они спорили.
  - Я, конечно, всё понимаю, но это невозможно. Нет, этого просто не может быть!
  - Эта не такая это уж и редкость в наше время, - очаровательно улыбнулась мама, вешая своё пальто на вешалку. Я прокашлялся, осторожно оповещая о своё присутствии.
  - А-а, Шелли. Ты почему ещё не спишь?
  Я недоуменно посмотрел на неё.
  -Точнее, почему смотришь телевизор? Ты же редко его смотришь, в основном, книги читаешь
  - Я устал.
  - Ты сделал уроки?
  Я осуждающе и так же непонимающе снова обернулся на неё и ответил:
  - Сделал, а что?
  - Просто спросила, - она опять улыбнулась, смачно чмокнула меня в лоб и отправилась на кухню. Я не стал её о чем-то расспрашивать и сразу обратился к папе, самому нормальному человеку в доме, вытирая слюну со лба и ровным слоем намазывая на ручку дивана . Не поймите меня превратно: я люблю маму и люблю мебель, просто сейчас не в лучшем состоянии.
  - А в чем, собственно, дело?
  Папа тяжело вздохнул, разматывая шарф:
  - Скоро ты сам всё узнаешь, - в его глазах читалось какое-то страдание.
  - Это что-то страшное?
  - Ну, в каком-то смысле, - согласился он и устроился в кресле напротив меня.
  - Думаешь, мне стоит оставить вас с мамой наедине и подняться к себе?
  - Думаю, даже если ты уйдешь, она силой стащит тебя за шкирку по лестнице, а я, поверь, не хочу этого видеть.
  Я слабо улыбнулся. Мой отец - замечательный человек. Через пару минут вернулась мама с чаем на подносе и тут началось такое... Впрочем не буду забегать вперед - просто вникайте в этот ужасный разговор.
  - Понимаешь, Шелли, есть кое-что, о чем мы с папой хотели бы с тобой поговорить, - она придвинула ко мне чашку. Я устроился на диване, с непритворным испугом следя за её движениями и остальными чашками. Она словно перехватила мой взгляд и прокомментировала. - Только не волнуйся.
  - В таких случаях говорят - уже.
  - Всё в порядке. - Она нарочно долго ковырялось печенюшкой в варенье, а потом ещё зачем-то макнула в сахар. Отчасти это действие было вполне оправдано, нервная атмосфера действовала на всех нас троих, но сдается мне, печенье плюс сахар плюс варенье не лучшая комбинация, и я легонько её одернул:
  - Мам, а что это ты делаешь? Ты же вроде как макала это печенье в варенье?
  - Точно, я что-то задумалась, - она с нервной улыбкой сунула его в рот, и тут же прикрыла его рукой. И разве я не говорил - что такая смесь хоть и не совсем гремуча по сравнению с альянсом молока и дыни, однако могут возникнуть не самые приятные ощущения. - Я сейчас вернусь. - Она быстро выскочила из-за столика в направлении кухонного умывальника, которому, похоже, суждено быть жестоко оплеванным, но не будем о грустном.
  - В чем всё-таки дело? - обратился я к отцу.
  - Знаешь, Шелли, ты хороший ребенок, - задумчиво сказал он, разглядывая свои пальцы, сплетённые замочком вокруг чашки с чаем. - Мы почти никогда не вели с тобой разъяснительные беседы.
  - Если это из-за телевизора, то ты же знаешь - я смотрю его очень редко.
  - Это тут совершенно не причем.
  - Тогда в чем же дело? - начинал потихоньку закипать я.
  - Позволь мне ещё секунду насладиться этим вкусным чаем, не портя отношения с сыном.
  - Что я сделал не так?
  - Дело не в том, что сделал или чего не сделал ты, а дело в том, как это восприняли остальные.
  - Кто что воспринял? - встрепенулся я. - Я нигде не бываю и ни с кем не общаюсь!
  - Подожди ещё минутку, - Он болезненно сжал пальцы в воздухе, показывая, что на самом деле минута - не такое уж и большое расстояние времени. Однако тут вернулась мама и, промакивая рот салфеткой, устроилась на своё место, и я не успел ответить, что меня совершенно не затрудняет подождать минуту, ведь спать я не собираюсь больше никогда. И, о да, вы знаете, почему.
  - Шелли... - её голос неестественно надломился. - Думаю, ты знаешь, что на свете существуют разные люди?
  - Ну да, - неуверенно согласился я, не понимая, к чему она клонит.
  - Ну, то есть им нравятся не такие вещи, как всем остальным, и они делают не то, что другие, и собираются вместе отдельными компаниями.
  - Секты, что ли? - моё недоумение всё росло.
  - Ну что-то вроде того. Мы хотим, чтобы ты знал, если вдруг ты чем-то таким заинтересуешься, мы не будем тебя останавливать. Ведь эти отличающиеся ото всех люди входят в наше общество, как совершенно нормальные экстраординарные ячейки. То есть это вполне естественно, что некоторые отличаются от других, - она странно жестикулировала, и, похоже, совсем запуталась в своих словах.
  - Мам, давай ты скажешь нормально, что ты хочешь сказать, а я тебя выслушаю. А то, когда ты так говоришь, я ничего не понимаю.
  Она вздохнула, опуская голову, а потом резко подняла её в сторону папы:
  - Дорогой, объясни пожалуйста.
  Папа тоже тяжело вздохнул и негромко пробормотал:
  - А я почему-то знал, что всё так и будет. Шелли, мама хочет сказать, что она думает, что ты... - он нервно скосил на меня свои глаза через очки, - ты любишь Мэтью, потому что она слышала ваш разговор сегодня утром.
  Мои глаза вылезли на лоб, собрали узелки и ушли далеко, очень далеко. Моя собственная мать думает, что я гей, а, каково? И что интересно, она уверена в этом на все сто процентов, из, скажем так, нуля возможных.
  - А это неправда, - как можно спокойнее ответил я. - Всё, что произошло - случайность.
  - Я знала, что ты не захочешь принимать себя таким, какой есть! - мама решительно собиралась закатить масштабную истерику с плачем и слезами.
  Я продолжал так же глупо таращиться перед собой, пытаясь понять, как объяснить что-то человеку, если, что бы ты не сказал, оно воспримется, как ложь, и тебе всё равно не поверят, и тебя всё равно не поймут. Однако я попытался:
  - Это все произошло случайно.
  - Я верю тебе, - встрял папа. - Однако факты свидетельствуют против тебя. Ты не сможешь её переубедить, - почти беззвучно добавил он, кивая в мамину сторону. Я тоже обернулся на неё и вскочил с дивана:
  - Ну и ладно! Тогда я уйду из дома! - я ляпнул первое, что пришло в голову, и мне пришлось следовать своим словам. Это очень правильно - сказать что-то, а потом так и поступить. Хотя, возможно, не в этом случае. И не сегодня вечером. Я расстроено глянул на своих родителей и направился к двери.
  - Подожди! - тут же окликнула меня мама, поднимаясь вместе с папой со своих мест. - Куда ты пойдешь, солнышко? И зачем? Мы же любим тебя таким, какой ты есть! Дорогой, ну скажи ему.
  - Шелли, лучше не делай этого, - мягко предложил папа.
  - Вы совсем меня не понимаете! - я одарил их страдальческим взглядом, вышел на улицу, стремительно шагая в никому неизвестном направлении. Да, вам может показаться, что я уже давно вырос из того возраста, когда с родителями пререкаются и хлопают дверьми, что я поступил очень глупо и эгоистично. Ха! Не стану отрицать - приличный гражданин сбежал из дома! Вообще, я понятия не имел, куда мне идти. И даже не думайте, что я в потемках (кромешной тьме, это неважно) заявлюсь к Мэтью - только этого мне не хватало. Или что я пойду грустить на вокзал и пускать слюни в ближайшую мусорку, выдирая её из рук местного бомжа. Но вообще всё это враки. У нас на вокзале бомжей гоняют, так что попробуй его застукать, когда он поднял мусорку, для того чтобы выдрать её себе. Да... непроста доля сбежавшего из дома. Конечно, логичней всего было бы пойти к Эмили, она наверняка бы спокойно к этому отнеслась. Но я не хотел к ней - в последнее время мне казалось, я чересчур её достал, да и невежливо это - вламываться посреди ночи и вопить: "А где моя постеленная бельём в горошек кровать? А?" И бросаться с кулаками... Вот я и говорю, что невежливо это совсем. В этих тяжких размышлениях о судьбе непонятых, в частности, меня же самого, я набрел на здешнее озерцо, которое скорей болотце, но всё-таки озерцо. Луна молочным пятном отражалась но его мутной глади. Мне это смутно напомнило сей же молочный продукт в смеси с маринованными огурцами, и я чуть было не заплевал ближайшие кустики. Но потом, всё-таки преодолев этот минутный порыв, дошел до края деревянного мостика и принялся смотреть на то, как расходятся круги от только что плеснувшего плавника. За озером хорошо было видно наш городок, и он очень пафосно светился. Да, я живу на окраине, ну то есть жил... Я тяжело вздохнул, усаживаясь на мостки и слегка касаясь кроссовками грязной воды. Мда-а, было время. Я задумчиво моргнул, как вдруг меня позвал знакомый удивленный голос:
  - Шелли? Ты что здесь делаешь?
  - А ты что здесь... - я, морщась, начал вставать, поворачиваясь в его сторону и просто застыл на месте наподобие фонтанчика нашей тёти Лагудон, что ходит на курсы керамики, правда, её фонтанчик гнулся, из-за сырой глины, а я застыл, как в землю воткнутый. На Мэтью был белый костюм в такие же белые атласные полоски, закатанный до локтей. Посредине торчала красная рубашка, воротник которой доходил до ушей, а первые три пуговицы были похабно расстёгнуты. Волосы были мытые и торчали в разные стороны больше чем обычно - в руках был букет каких-то светлых витых цветов, которые казалось светились. Я наконец передохнул и выдавил конец фразы, - ...делаешь?
  - Я? - он тоже перевел взгляд на свой букет, а потом снова на меня. - Домой иду. Поздно ведь уже. А ты вот чего разгуливаешь по ночам?
  - Я сбежал из дома, - честный ответ. - Из-за тебя, между прочим.
  - Твоя мама всё-таки нас слышала?
  - Да, - убито ответил я. - И откуда ты это знаешь?
  - А догадаться было несложно.
  Между нами по-прежнему был целый мосток, но никто не делал попыток приблизится. Думаю, вполне очевидно, почему. Я - потому что не хочу приближаться, и Мэтью, который не хочет, чтобы я зачихал от его дезодоранта. Уж я-то знаю, стоит там себе надушенный, с цветочками. До чего же противно. Разговор плавно перешел ко второй своей логичной части.
  - А откуда ты шел? - осторожно спросил я. - Я тебя раньше в костюме не видел.
  - Одеть специально для тебя ещё раз? - усмехнулся он, однако я тут же отрицательно покачал головой. - Не бойся, Шелли, я просто пошутил. А вот что ты собираешься делать дальше? - Он все-таки сделал пару шагов в мою сторону, но не ближе.
  - Я не знаю, - я подумал и добавил. - Только у тебя я жить не буду, это точно.
  - А тебе кто-то предлагает?
  На этой фразе во мне что-то стрельнуло, и я даже удивился тому, что происходит, тому, о чем мы говорим.
  - Почему? - как-то против воли вырвалось у меня.
  - А ты бы всё равно отказался, - слабо улыбнулся он, скашивая взгляд на луну. - Да в придачу бы наорал на меня. И вообще бы, может, даже ударил.
  Я всё ещё странно на него смотрел - что вообще происходит?
  - Да ещё у меня бардак, - он просто рассмеялся.
  Я с облегчением вздохнул - всё вроде бы так же, как раньше. Но не совсем, что-то между нами вот так треснуло. Я не мог понять, что именно. Возможно, он просто ко мне больше не будет лезть? Ну хоть что-то хорошее за этот отвратительнейший день.
  - Знаешь, - он глянул на мобильник. - Я, пожалуй, пойду.
  - Ну иди, - я зачарованно смотрел ему вслед. Раньше, прежний Мэтью, в смысле, тот, каким он был ещё до пари, с радостью бы потянул меня домой и раз десять предложил бы спать в одной кровати. С другой стороны, это очень хорошо. Очень. И всё-таки, к кому он ходил? И почему вернулся с цветами? Я схватился за голову. О чем я думаю?! О Мэтью?! Ни хрена! Я думаю о том нелепом чудике, что прошел тут недавно с веником каких-то наверняка дешевых цветов, и да, это был Мэтью. Я снова вздохнул - наверное побег из дома на меня так плохо влияет. И вообще, родители, почему они не пошли за мной? Ну конечно же, я бы этого не хотел - мне нужно было пойти одному. Ну, то есть хотел. Чтобы они пошли немножко следом и вдруг отстали, но ведь они даже не попытались. Что ж это за родня такая? Я забросил подвернувшийся камешек далеко в воду.
  Спустя некоторое время.
  - Что ты делаешь?!
  - А что?
  - В три часа ночи мне вдруг приходит таинственная смска: "Открой окно". Я наивно протирая глаза поднимаюсь, одергивая штору, а там это!.
  - Успокойся, это было всего лишь моё замерзшее лицо, - я обиженно стряхнул куртку Эмили на стол. Да-а... После долгих размышлений я решил на всё плюнуть и залезть к ней в окно. Согласитесь, так бы поступил любой приличный гражданин? Ну, то есть нашел бы себе жильё на ночь, чтобы не захламлять пространство нашего города несовершеннолетними идиотами вроде меня. И я признаюсь, я полный идиот. Потому что я совершенно не могу понять Мэтью. Ну, вот вообще.
  - Ты сбежал из дома? - недоверчиво спросила Эм. - Мы живем по соседству, мог бы и не шататься всю ночь по округе, а сразу прийти ко мне, и через дверь.
  Ещё чего. Я как заправский не то акробат, не то вор, не то сумасшедший лемур, карабкался по стоковой трубе, а потом с невероятно изящнейшим грохотом завалился на балкон, так же изящно подвернув себе лодыжку и уж ну совершенно изящно крикнув... не очень хорошие слова. Сначала я думал постучать в окно, но потому мне эта затея показалась не такой хорошей. Ну что подумает человек, увидев страшное посиневшее от холода лицо за стеклом посреди ночи, да ещё и с расплющенным носом, что напоминал кабаний, в виду чего напоминал чертиковый. Что вообще утраивало панику. И тогда я решил отправить смс. Но как можете судить - эффект это возымело почти точно такой же. Эм жутко сердилась на меня за эту выходку.
  - В толк не могу взять, почему ты сбежал... - возмущенно пробормотала она.
  Дальше последовал мой почти правдоподобный рассказ о том, что случилось ранее, как вышло так, что Мэтью остался у меня спать, конечно же, я опустил некоторые подробности, а в частности то, что меня... это, ну вы поняли. Я рассказал ей, что было сегодня в школе, что мне сказали родители, и как моя мама макала печенье в варенье и сахар. С Эмили сон как рукой сняло, и она с выпученными глазами, укутавшись в халат, слушала, прислонившись к столу. А когда я закончил, нежно улыбнулась и вскинула руки небу, то есть к потолку, осторожно прикрывая глаза.
  - И что это значит? - она не ответила. - Я понял, я должен сам догадаться. Но чтоб ты знала, я, - я размашисто тыкнул себя в грудь и глупо закончил, - не знаю.
  - Шелли, я скажу, а ты не перебивай, - Эмили вдохновенно смотрела на потолок. - Ты просто ревнуешь.
  - !... Что за бред?!
  - Стоит ему отвлечься на кого-то, кроме тебя, и ты ведешь себя как ненормальный, ну в смысле, даже больше, чем обычно.
  - Как можно кого-то ревновать, если ты его не любишь?
  - Не знаю, - она продолжала улыбаться.
  - Эй, ты чего? - снова набросился я на неё. - Что ты там себе подумала? А ну выкладывай!
  - Шелли, ложись спать, я сейчас постелю тебе матрас.
  - Ну спасибо, - буркнул я. - Только вот скажи, что мне делать?
  - Не нервничай и просто живи как обычно. Ты ведь так хотел избавиться от Мэтью! - она закатила глаза.
  - Ну да, хотел.
  - И чем ты недоволен?
  - Чем я недоволен?
  - Да, чем ты недоволен? - она достала из комода матрас и начала накрывать его простынёй в дурацкий горошек.
  Я замолчал, думая, а чем я, собственно, недоволен. Или так: почему я не доволен? А всё равно как - я не знаю ответа на этот вопрос. Хотя дело скорей всего в том, что я просто привык к этим перепалкам. Да... когда что-то даже не совсем приятное становится неотъемлемой частью твоей жизни, при лишении этого ещё долгое время будешь чувствовать себя некомфортно... Неужели я правда признаю, что мне будет не хватать... Мэтью? Я громко вздохнул, откидываясь на одеяло.
  - Давай спи, завтра рано вставать, если ты, конечно, не решил теперь прогуливать школу. Да, твой портфель остался дома... - она залезла к себе под одеяло, опираясь локтём о подушку.
  - Ты ведь завтра зайдешь забрать его? - просяще посмотрел я на неё.
  - Эх, Шелли, Шелли...
  Я отвернулся на бок, снова погружаясь в свои проблемы. Завтра всё определенно должно наладится, просто обречено.
  О да, обречено! С добрым утром, Шелли и Ко! С добрым утром тебя, и с последним! Мы с Эм проснулись немного раньше и, стянув пару вафель из хлебницы, прошмыгнули на улицу. При этом она, окончательно проснувшись, жутко меня ругала за всё, что я сделал, абсолютно за всё. Ну, согласитесь, это несправедливо? Она начала с самого детства. Я долго всё терпел. А когда она дошла аж до десятого года моей замечательно-отвратительной преступной жизни, мне наконец-таки хватило сил её прервать:
  - Эм, может, зайдешь за моим портфелем?
  - Ага. Как? Уж не думаешь ли, что я, прям как ты, полезу по сточной трубе?
  - Откуда ты узнала?
  - А то по твоему грохоту не было слышно! Не удивлюсь, если вся улица стояла на ушах.
  - Тогда чего ж ты испугалась?
  - Шелли, ты весь был сине-зеленый.
  - А это потому, что я плохо поел.
  - Не оправдывайся! Как ты предлагаешь мне проникнуть в твой дом и никого не разбудить?!
  - Да, вчера вечером ты была сговорчивее...
  - Я просто хотела спать!
  - Ладно-ладно.
  - Что ладно?
  - Прекратим этот бессмысленный спор, и ты сходишь за моим рюкзаком.
  - Черт тебя подери, - негромко выругалась она.
  - А у меня ключ есть.
  - Очень занятно - вломиться к соседям при помощи ключа. Так сказать - оригинально!
  - Эмили!
  Она зажмурилась:
  - Делаю это только ради тебя.
  - Спасибо, - я протянул ей связку, притормаживая у поворота. Она опять покачала головой и пошла вперед. На ночь глядя люди определенно сговорчивее, нет, ну точно. Хорошо, хоть так согласилась, а то ведь вообще могла кинуть... да что я такое говорю? Это же моя Эмили. Моя лучшая подруга. И она никогда меня не бросит, даже если будет говорить такие глупости, как вчера вечером. Ха! Это же просто смешно! Так смешно, что я даже думать об этом не буду! Не буду, и всё тут! Через каких-то пять минут Эм уже вернулась, с моим рюкзаком в руках, и подойдя, подкинула его мне, подмигивая:
  - Будешь должен.
  - А чего ты от меня хочешь? - я улыбнулся.
  - Просто хочу, чтобы всё было хорошо, и однажды мы бы стали счастливыми.
  - Но тут от меня вряд ли что зависит.
  - Шелли, просто будь таким какой ты есть и ни о чем не беспокойся, - она одарила меня ответной лучезарной улыбкой. Этот день, хоть и был последствием ужасной ночи скитаний по округе, начинался на редкость хорошо, по сравнению с предыдущими тремя. Но как правильно свидетельствует предшествующая строчка, только начинался он хорошо. Мы как ни в чем не бывало шли в школу, а потом нам позвонила Рэйч и сказала, что в школу не придет - у неё ангина (когда только успела подхватить?).Мы заверили её, что обязательно зайдем, не сегодня, так завтра точно. Она вроде как повеселела, но голос всё равно был жутко хриплый. А мы всё продолжали идти, как произошло нечто жуткое - но как сказать - не то чтобы совсем уж жуткое, скорей ужасно стрёмное. Прямо из-за угла на меня вылетел Мэтью, повиснув на шее:
  - Пожалуйста, помоги!
  - В чем дело? - осторожно спросил я, разглядывая, как же глупо он выглядит со своей, как всегда вымученной, мордашкой в потертых джинсах и какой-то драной куртке. Может, то, что я видел вчера - глюк? Определенно. Несомненно.
  - Тсс! - он нервно осмотрелся по сторонам и нырнул за мою спину, скороговоркой шепча: - У меня небольшие неприятности, но поверь, ты сможешь с ними справиться, ты всё сможешь.
  Я подозрительно поднял бровь, Мэтью ещё сильнее сжал мои плечи. Я не стал дергаться. Из-за того же поворота на огромной скорости выскочил Бартишо, в его глазах была неимоверная злость:
  - Эй, Шелли, где этот мелкий?
  - Кто?
  - Где Мэтью?! - проорал он так, словно из-за моей спины уже и не торчали пушистые волосы. - Погоди, это ведь он? ОН! Не прячься, я всё равно до тебя доберусь!
  Мы синхронно сделали шаг назад.
  - Вообще-то я не собираюсь тебя пропускать, - негромко заявил о себе я.
  - Шелли, да что же ты в самом деле? Я всего лишь хочу с ним поговорить, - он перегнулся через моё плечо, обращаясь прямо к Мэтью. - Хватит прятаться, ты бежал от меня от самого дома, уже должен был выдохнуться.
  - Что происходит?
  - Тебя это не должно волновать.
  - Почему? Вдруг я зря его не отдаю тебе на растерзание, вдруг он это заслужил, а?
  - Конечно заслужил. Правда, Мэтти? Давай, поведай всем, что ты натворил! - Бартишо было открыл рот, чтобы что-то громко прокричать, однако Мэтью бестолково выбросил руку вперед:
  - Подожди! Только, не при Шелли, прошу тебя!
  Так... что это ещё за секреты от меня? Опять.
  - Ты так печешься за его психику, что совсем не думаешь о моей!
  - Бартишо...
  - Если не хочешь, чтобы я сказал - выходи.
  Он, похоже, с секунду взвешивал перспективы своей дальнейшей судьбы и, тяжело выдохнув, выдвинулся из-за меня, легонько задевая плечо. И чего ж ты так бережешь мою психику, а?
  - Мы с тобой потом об этом поговорим, - с нажимом произнес он.
  - А я тебе говорил! - высокий парень схватился за лоб, шепча какие-то ругательства.
  - Да всё не так!
  - Либо объясняете в чем дело, либо сваливаете с дороги! - между делом предложил я.
  - Слушай, Шелли, я бы хотел с тобой поговорить, - болезненно грустно произнес Мэтью. Во мне что-то ёкнуло от страха. Не иначе как собирается заявить о своём суициде - только не хватало мне быть ответственным!
  Он подумал и сказал:
  - Потом, когда мы будем одни, - во мне вдвойне что-то ёкнуло, и я чуть не свалился на Эм от того, что происходило. Зачем ему ещё и я, когда он и так к кому-то ходит посреди ночи за цветами и кому-то придумывает сюрпризы. Зачем впутывать меня? Ему надо просто от меня отстать. Ведь я же... я же совсем привыкну. И это будет жутко. И что можно сказать наедине? Я подумав, потянул Эмили за кофту и мы, как загипнотизированные, зашагали в сторону школы. Немного объяснюсь: мы по-прежнему не опаздывали, ведь нам пришлось выйти несколько раньше, чтобы по-тихому вломиться в мой дом и забрать рюкзак. "По-тихому вломиться"? В кого я превращаюсь? И что это за идиотский жаргон бандитов? К черту всё! Ведь именно сегодня оно обречено закончиться. Он скажет мне что-нибудь. А я что-нибудь отвечу, и всё правда закончится. Я перееду в Техас, я сбегу... на своей черной "тойоте", вот же черт, я ещё несовершеннолетний, и сбежал из дома без документов, и кажется, у меня совсем нет денег...
  Черт! Тысячу раз черт! Я схватился за голову. В кого ты меня превратил, Мэтью? Я стал отвратительным. Нервным, дерганым и тупым.
  - Знаешь, Шелли, - легким толчком в спину вернула меня Эмили в реальный мир. - Мне кажется последнее время ты стал совсем нервным, дерганым...
  - Дальше я и так знаю! - огрызнулся я.
  - Я ничего не собиралась говорить.
  - Прости.
  - Тебе нужно расслабится. И всего-то, - взмах руками.
  - Да, да...
  Может, вслух я и согласился, но пока не мог даже представить, как такое осуществить в условиях происходящего. А ещё я опомнился и подумал, что мне стоит извиниться перед родителями, что бы они не думали. Но пока я всё ещё слишком зол на них. Да, это проблема. Мы молча зашли в почти пустую школу, а потом в такой же пустой кабинет. Я сердито бросил портфель и бухнулся за парту, руками закрывая глаза. Я больше ничего не понимаю, не то чтобы бы чуть-чуть, а вообще ничего. И что мне делать, не знаю. Эмили примостилось рядом, размещая локти на моей парте и усаживаясь на корточки:
  - Шелли...Ты такой смешной.
  - Думаешь это смешно?! - я снова вскочил, сверкая красными... от злости, от злости, глазами.
  - Я говорю: ты смешной. Я тебя раньше никогда таким замороченным не видела. Ну, может разок, когда ты стоял там, на пирсе. Какую ты нес ахинею... да-да, с вот таким же лицом, - она, всё ещё не вставая с корточек, показала на меня пальцем. Я смутился и опустился обратно на своё место.
  - Думаешь, и то, что я сейчас несу - хрень?
  - Аллилуйя! - она невысоко возвела руки к небу, придвигая голову вперед. - Ну наконец-то дошло! Я тебе последних два дня твержу: успокойся! Твоя жизнь нормальная, и такой и останется, если ты не будешь накручивать всякую ерунду.
  - Знаешь, прежде чем прийти к тебе, то есть пролезть в окно через декоративный балкончик, я торчал у озера, ну, что там, дальше, как идти на Вестерн-стрит. И встретил там Мэтью.
  - И что? - с интересом спросила она.
  - Он был весь... - я неопределенно двинул руками по воздуху, - ...в костюме, таком дорогом-дорогом, а в руке у него был букет, такой светлый-светлый, и ещё от него дезодорантом несло-несло... - Я уронил голову на парту.
  - По-моему это у тебя снесло крышу и ты просто не в себе. - Вполне миролюбиво прокомментировала она. - Но если так, то, возможно, когда он решил поговорить с тобой наедине, он хотел объясниться.
  - Не ври! Он собирается совершить самоубийство!
  - О чем это ты? Какая глупость... - она поморщилась. - Мысли более широко - у него есть человек, который дарит ему цветы. Не принципиально, парень это или девушка, факт в том, что у него есть любимый человек.
  - А может, ему продавец цветов... подарил? - Предположил я, слегка наклоняя голову.
  - Ты ему не нужен, - покачала Эмили головой.
  - Это ещё почему?! - в очередной раз вскочил я.
  - Опять ты себе чего-то накрутил...
  -Хорошо. Допустим, что я ему не нужен, но тогда скажи, зачем... зачем он ко мне лезет?!
  - Да не лезет он к тебе вовсе, - серьёзно ответила она. - Просто хочет, чтобы ты был его другом, а ты в этом видишь невесть что, в самом деле.
  Я хорошенько замахнулся и ударился головой о гладкую поверхность стола. Много-много раз, чтобы выветрить всю дурь. Когда моя пятиминутная истерика подошла к концу, я поднял глаза на свою подругу:
  - Что ж я за дурак такой?
  - Шелли, просто слов нет! - она зааплодировала и вдруг засмеялась. Учитывая, что за наши последние разговоры это происходило редко, я порядком удивился, но, чтобы не отставать, тоже засмеялся. Выглядело это жутко. Стоят там двое, ржут не пойми с чего.
  - Ладно, посмеялись и хватит. Лучше давай думать, как помочь Рэйч.
  - Набьём морду этому уроду?
  - Я тоже так думаю.
  Мы синхронно вздрогнули и обернулись на дверь класса - там стоял Газли.
  - Э... ты о ком? - деликатно поинтересовался я. Мне показалось, мы друг друга не поняли. О, так оно и было!
  - О Мэтью, конечно!
  Я попытался снова посмеяться, в надежде на то, что мой смех обладает таким же волшебным эффектом как и у, собственно, Мэтью. Но я ошибался, и поэтому быстро перестал:
  - Погоди, не надо его бить. Он очень хороший человек, - я вдруг понял, что совершенно нормально могу говорить о нем. Хоть что-то.
  - Конечно, как я мог забыть. In love we trust, - поднял он пустые руки в знак того, что не намерен больше спорить, и пошел в сторону двери. Я взбеленился:
  - Мы просто друзья! Друзья! - произнести это было непросто, и к тому же я до сих пор не считал это правдой, однако это слово было наиболее приближено к нашим, так сказать, отношениям.
  - Спасибо за идею! - совсем не слушал меня Газли и, отсалютовав, скрылся за дверью.
  - Что же это за такое сегодня! - я взъерошил волосы и стукнул по столу кулаком. - Эм, что нам делать?
  Она словно очнулась после услышанного:
  - Надо его предупредить!
  - Точно-точно, вообще, лучше пусть идет домой! - я только собрался рвануть вперед из кабинета, как прозвенел звонок и все остальные начали пробираться внутрь. Мэтью всё не было. Я продолжал смотреть на проход. Последним зашел Газли, о чем-то болтающий с Томом, будто всё сказанное ранее было лишь фигурой речи. Или этот гаденыш не захотел всё рассказать своему дружку. Ладно, дело не моё. Мэтью не пришел на первый урок. И к последним пятнадцати минутам я уже был готов на полном серьёзе сорваться с места и бросится на его поиски. Однако всё как-то на удивление не стыковалось - если они собрались побить его после уроков, то почему его нет сейчас, или он уже знает? Ну, а вдруг. Я всё-таки еле дотерпел до конца урока, и только прозвенел звонок, с грохотом соскочил со своего места, открывая дверь и на полной скорости врезаясь в того самого Мэтью.
  - Ты в порядке?
  Не отвечает. Трясу его за плечи, недоуменно поднимает на меня глаза:
  - Шелли, ты чего?
  - Где ты был на первом уроке?
  - Со мной всё нормально, - с нажимом произносит он.
  - Слушай, - оглядываюсь по сторонам. - Тебя собираются побить...
  Но не успел я как-то логично закончить своё заявление, как послышался крик за моей спиной:
  - Мэтью, стой! - это, как ни странно, Бартишо, и не успел Мэтью - всеобщая загадка, проблема и вообще, куда-то двинуться, как друг схватил его буквально за шкирку:
  - А я тебе говорил! Вот скажи, разве я тебе не говорил?!
  - Причем тут это? Я всё ж тебе объяснил!
  - Да неправда это всё! Неправда!
  - Раз я так сказал - значит, так и есть!
  - Я ж о тебе забочусь! Что ж ты за придурок такой? - Бартишо несильно тряхнул его, снова поднимая до уровня своих глаз. Однако их содержательному диалогу помешал подошедший Газли:
  - Я собирался тебя побить - но вижу, вы и так неплохо справляетесь.
  Я обернулся и только сейчас заметил, что вокруг нас собралось изрядное количестве других ребят, а я стою, извините, как дурак.
  - Это не твоё дело, - наконец отозвался высокий мальчик из другого класса, выдавая каждое слово с неимоверной ненавистью. - А вот ты лучше мне скажи, как так вышло...
  - Да не вру я...
  - Вот и не ври! - он снова тряхнул Мэтти.
  - Хватит! - Я резко выдернул его из хватки Бартишо, отправляя за свою спину. - Не знаю, что произошло, да и знать не хочу. Так что прекрати на него наезжать - просто поговорите и успокойтесь.
  - Ты не понимаешь, Шелли, это касается и тебя!
  - Вот же блин, логика! Если касается меня, почему нельзя сказать?!
  - Он тебя всё бережет, да видит Бог, не сдохнешь, узнав немного правды... - он уже собрался открыть рот, чтобы что-то сказать, однако:
  - Не надо! - это опять был Мэтью.- Пожалуйста, Бартишо.
  - Какая милая нежная история... - громко провозгласил за нашими спинами Газли. - Я так понимаю, сценка ревности? И кто же из вас так неравнодушен к нашему герою? Бесспорно, Мэтью очаровательный и умный, но его единственная проблема в том, что... - Газ сочувственно развел руками, - в том, что он гей, и всего-то. И кажется это и ваша проблема, но я не об этом. Вы случайно поддались на его внешность, а корень зла нужно уничтожать... - он многозначительно глянул на Мэтью. И тут я не выдержал, просто делая пару размашистых шагов и влепляя ему кулаком по физиономии. Он упал на пол.
  - Кто тебе дал право говорить столько гадостей? - я наступил ему ногой на колено и подтянул за руку Мэтью. - Он такой же человек, как и все. И если ты такой тупой, что не можешь этого понять, то мне жаль тебя.
  - Шелли... - Мэтти как-то неуверенно смотрел на меня, будто не понимал, что происходит, а потом обхватил за пояс, прижимаясь. К чему бы это? Но я не обратил внимание:
  - Газ, не смей к нему подходить.
  Я кивнул и направился к окну, Мэтью глупо тащился со мной. Эмили что-то бросила одноклассникам и пошла вглубь коридора. Газли через некоторое время встал, потирая щеку в гордом одиночестве. Тома в этот момент не было рядом. Я наконец доковылял до окна и почти негрубо пропагандировал:
  - Отцепись от меня.
  - Да, извини. Так ты поговоришь со мной?
  - Да, - не думая, кивнул я. - Хоть сейчас.
  - Давай потом, после школы.
  - Давай, - так же безвкусно откликнулся я.
  - И спасибо, что помог мне с Бартишо.
  - Да не за что.
  - Есть за что. Конечно, комично звучит, что мы дружили так долго, и не можем договориться...
  Через мою пафосную каменность активно пробивалось любопытство, но я всё-таки не решался спросить: какого-черта-они-ведут-такие-странные-беседы?!
  Прошел ещё один тяжелый урок - я понять не мог, что за история творится у меня под самым носом, но не желает становиться открытой. Как выяснилось, Эмили ходила за пластырем в медпункт, потому что заметила, что у Мэтью оцарапанный палец. И на мой очередной вопрос "В чем дело?" он опять ответил, что всё в порядке. Я на него рассердился. Помогаешь тут, интересуешься, а на тебя вот так вот плюют. Что, если он почти нормальным человеком стал после пари, носиться вокруг него, как вокруг новогодней ёлки? Вот именно что. Я зыркнул на Эмили и быстро вышел в коридор. Долго так брел, мрачнел с каждым шагом, думал о своей ненависти. И о том, что я теперь вполне адекватно на него реагирую, но всё равно не хочу иметь с ним ничего общего. Так вот я был таким темным и злым, как что-то наверняка не менее злое врезалось ко мне в плечо.
  - Смотри, куда прешь! - не думая, наехал я. Однако как до меня дошло позже, тот человек, что так легонько врезался мне в плечо, теперь вообще сидел на полу, и потирал ушибленную черепушку, окруженный разномастными книжками. Смешно? Ни фига! Он был со мной почти одного роста, может, головы лишь на две выше, а вообще мы были жутко похожи, только на нем была странная спортивная кофта с какой-то неизвестной эмблемой, да и всё-таки в плечах он был немножко шире меня, да-да. Мы невзначай глянули на друг друга, и что-то он мне сразу не понравился. Лицо такое не то глупое, не то злое какое-то, с какими-то большими ресницами и толстыми бровями.
  - Вставай, - окликнул я его.
  - Сам знаю, - он быстро собрал книги и поднялся в полный рост. Возможно, у меня проснулось шестое чувство, не то интуиция, не то шестое чувство и было интуицией.
  - Тебя, случайно, не Дик зовут?
  - И что?
  Вот урод. Эта была первая мысль, что пронеслась в моей голове - как Рэйч угораздило полюбить такого отморозка, да и всех других девчонок, что бегают за ним гурьбой. Хотя нет, наверняка это и вовсе не тот Дик, о котором они говорили. Точно! Теперь всё объясняется.
  - Дик, - раздался недовольный голос за спиной. Это был Мэтью и, надо сказать, довольно странно было слышать его столь неприветливый голос.
  - Мэтти, - в том же стиле откликнулся Дик.
  - Я же тебе говорил, не зачёсывай так волосы и не носи эту тупую одежду. В стремлении стать незаметным - ты становишься настоящим бомжом! Вот что!
  Я поднял одну бровь и удивленно развернулся к нему. Мэтью не шутил, его лицо было честным.
  - Мне просто всё это надоело, ты знаешь.
  - Да, проходит неделя тихого Дика, но ничего - в понедельник будешь сиять как обычно.
  - Да, так и будет, - мне показалось, а именно показалось, потому что этот зловредный гоблин (я говорю о Дике), вдруг улыбнулся. Вот поэтому и показалось.
  - Ненавижу, когда ты такой, - передернулся Мэтью. - Вот же нашло на тебя заключить это пари.
  - Осталось не так уж и долго.
  - Дик, - снова повторил Мэтью и просто ушел, а я узнал, каково быть мебелью. Неприятно. А собственно Дик что-то сам себе тихо рассмеялся и двинулся дальше по коридору, сильно задев моё плечо. Вот сейчас я начинаю думать - как это я сшиб его, если он такой высокий? Очередная загадка этого мира. Хоть уж лучше бы всё было напичкано такими пустяковыми загадками. Ведь на них при желании можно придумать кучу ответов: например - когда я его толкнул, он уже падал. А чем не правда? Я мог бы ещё долго стоять так посреди коридора и размышлять на эту тему, но стоять на месте - всем буду только мешать. А ещё за поворотом послышалось какое-то копошение и я прибавил шагу, ситуация была предсказуема - Бартишо наконец-то поймал Мэтью и теперь они ссорились. Так я понял.
  - Нет!
  - А я тебе говорю: что да! Поиграли, и вот игра стала кусочком жизни. Знаешь что - не нравится, можешь уходить прямо сейчас! - Мэтью опять дернул стиснутой рукой, однако выпутать её не смог.
  - Я же люблю тебя! - прокричал ему в ответ на весь коридор Бартишо. Собравшиеся зеваки реагировали по-разному: кто-то смеялся, кто-то кривился, кто-то восхищался.
  - Тогда тебе не составит труда хотя бы попытаться меня понять!
  - Я не могу! Какого черта ты устроил всю эту хрень?!
  - Это не хрень! - не отставал мой пушистый знакомый (забудьте, что он считает нас друзьями!)
  - Нет, Мэтью - это как раз таки полная хрень!
  - Это мне жутко напоминает тот случай в прошлом году... - они вдруг синхронно рассмеялись, а потом Мэтью очень серьезно спросил: - Ты хоть помнишь, как всё закончилось?
  - Помню! Вот так и сейчас - прекрати страдать ерундой, ты маленький...
  - Мэтью.
  Не сомневаюсь, Бартишо много бы чего сказал ещё, но этот голос заставил мальчиков обернуться. Там стоял какой-то незнакомый мне человек из параллели, и, как только Мэтью обернулся, он поднялся на цыпочки и чмокнул его в щеку, а потом отстранился немного, взволнованно добавляя:
  - Я так скучал.
  И тут я просто побежал вперед, рассекая воздух своими растрепавшимися волосами и выдирая Мэтью...ото всех. И вот так вот одернув его, стремительно зашагал к этому неизвестному и не менее стремительно заговорил шепотом, но в устоявшей тишине коридора это было отлично слышно:
  - Зачем ты это сделал? Кто ты вообще такой? - я толкнул его в плечо. - Зачем? - Я поднял его вверх, и тогда он так же тихо ответил, слегка нервно улыбаясь и показывая пальцем назад:
  - Тот парень дал мне 40 баксов, чтобы я это сделал.
  Я опустил младшеклассника на землю и посмотрел в указанном направлении - около подоконника стоял Газли и, завидев меня, приветливо-издевательски помахал рукой.
  Я двинулся к нему и схватил за футболку. Совсем рядом стоял Бартишо и тяжело дышал, видимо, тоже собираясь врезать этому недоумку.
  - Газ, скажи, зачем ты это делаешь?
  - Всего лишь хотелось увидеть, на что вы готовы ради этого придурка, - хрипло сказал он, кивая на Мэтью. - Как это всё ревниво. Что ещё можно ожидать от двух чудаковатых геев?
  - Мы не геи! - это вырвалось синхронно, и Бартишо тоже схватил за майку Газли. Мы немного недоуменно посмотрели на друг друга, и тут он как-то съежился, прикрывая свой рот рукой и что-то бормоча.
  - Что такое?
  - Вообще-то я гей, - подумав, обратился он к Газли так, будто придумал это минуту назад.
  - Вот видишь, осталось только тебе, Шелли, совершить пламенное признание в любви, и завяжется очередная потасовка.
  - Я обычный человек! - я тряхнул его.- Я люблю девушек! - А потом скосил взгляд на Бартишо - я не совсем верил, что он сказал такую несусветную откровенность вслух. Однако, судя по темному лицу - это было правдой. Хотя кто кого разберет. Над этим я подумаю как-нибудь потом.
  - Шелли, ты просто боишься себе в этом признаться!
  - Было бы в чем! - я скрежетнул зубами.
  - Сегодня после уроков я со своими пацанами вас так отметелю, что вы больше не будете выделятся...
  - Не надо! - держу пари, многие об этом подумали, по крайней мере, я точно, но фразу эту озвучил Том, друг Газли.
  - Том, не лезь! - попытался от него отмахнуться одноклассник.
  - Не надо так больше! - он дернул его за руку. Выглядело это комично, учитывая, что я всё ещё держал этого придурка на весу. -Безобидные розыгрыши превратились в злое неконтролируемое издевательство! Газ, я так не хочу!
  - Том, да что на тебя нашло?
  Я подумал, что, может, это и неплохо, что они отвлекутся на друг друга, и начал медленно опускать Газли на землю.
  - Ты всегда прессовал других, но ведь можно не делать этого? Зачем кому-то причинять боль?
  - Говоришь, как девчонка! - поморщился он. - Сильнейшие должны убирать слабейших - вот он, закон джунглей.
  - Газли... но мы не в джунглях - мы люди, которые могут всё решать нормальным путем...
  - Такие люди, как они, не должны существовать в нашем мире!
  - А по-моему, не должно быть людей, которые норовят решать всё через насилие.
  - Как же это пафосно, Том, - он положил ему руку на плечо и кое-что прошептал на ухо. Но так тихо, что толпа, не проронившая ни звука, тоже ничего не услышала. Том на услышанное вздрогнул и заехал Газу ногой в живот - да, сегодня не его день, и пусть не пугает какими-то послешкольными разборками.
  - Как тебе такое в голову пришло?! Я думал, мы друзья, - с нажимом произнес Баргос.
  - Я тоже так думал, - невесело отозвался Газли, придерживаясь за живот. - Кстати, прекрасный удар.
  - Больно?
  - Ещё как. Но в этом и заключается весь смысл. Ты такой же, как я - это наш стиль жизни, и просто так поменяться нельзя.
  - Люди меняются, и вместе с ними меняется их стиль жизни. Мы можем стать другими, Газ!
  - Ну что ты заладил? Вот зануда! - обратился он к собравшимся ребятам. - Ноет и ноет.
  - Газ...
  - Да не хочу я тебя больше слушать!
  - Ну тогда мы больше не друзья! - глаза Тома были неестественно красные от накатившей не то ненависти, не то грусти. В любом случае, он был жутко подавлен и, последний раз глянув на несколько обескураженного Газа, пошел в неизвестном направлении, качая головой. Газ еле слышно ругнулся и, отсалютовав нам, двинулся следом за бывшим другом. Возможно, они помирятся - не знаю. Надо сказать, все были сбиты с толку этой не относящейся ни к чему особо пламенной речью, что как-то подозрительно напоминало очень семейные и очень разборки, конечно, немного переиначено. Но смысл неизменен. Бартишо обернулся к Мэтью, который, как и все остальные, за всё прошедшее время не двинулся с места, словно ждал, когда закончат говорить те двое. И сделал шаг в его сторону. Я встал между ними, устало констатируя:
  - Не трогай его.
  - Мэтью, - он тяжело вздохнул. - Я никогда не перестану быть твоим другом, но в данном случае - прошу тебя - опомнись. Почему именно это? Я не против, что ты стал таким - я уже говорил, но тебе стоило выбрать что-нибудь дру-го-е. Всё! - он размашисто взмахнул руками, закрывая глаза, и ушел через расступившуюся толпу. За моей спиной послышался тяжкий вздох. Я обернулся - Мэтью грустно опустил голову, изучая пол. Что он в нем интересного нашел?
  - Всё нормально? - просто спросил я. Он, всё так же не поднимая головы, кивнул и побрел в сторону лестницы. Оставшуюся часть дня он был очень тихим и задумчивым, я наслаждался временной передышкой от проблем. Однако всё хорошее, как известно, длится недолго. Каких-то два урока, и снова творится нечто странное. Хоть Бартишо больше и не приходил, а Мэтью к нему и не рвался. Дик также больше мне не повстречался, словно и вовсе не учится в нашей школе, собственно, кто знает? Газли с Томом ругались где-то вне кабинета. Я спокойно облокотился на подоконник, опустошив свою голову от мыслей - не хочу больше думать, и всё. Но всё-таки немножко думал - меня несколько донимало, что я абсолютно не понимаю таинственных разговоров Мэтью и Бартишо. Но возможно, если сегодня вечером мы поговорим, то я всё пойму. Но меня до сих пор не оставляли догадки, что он собирается заявить мне о своём суициде, а я буду его отговаривать, и не смогу, он выпрыгнет из окна, потом его повезут в больницу, вместе со мной, разумеется, и он будет всю дорогу причитать "Уилли, Уилли!", а потом скончается на столе операционной от потери крови, меня обвинят в убийстве и посадят на десять лет в тюрьму, а когда я выйду, тот щенок, который был обречен стать собакой Стивом, уже тоже умрет, и та девушка, что станет моей женой, выйдет замуж за какого-нибудь сына не то сенатора, не то президента, моего домика Тома даже не будет в проекте, а черная "тойота" так и останется в магазине, я стану бомжом, и в скитаниях по вокзалам, и отбирании мусорок у каких-то нервных придурков, умру от голода или рака легких, потому что после тюрьмы я обязательно буду курить и сделаю наколку на предплечье: Let"s kill our reality. Но я этого не хочу. Очень не хочу. Вот поэтому и к Мэтью на самом деле я тоже не хочу. Я ужасно боюсь. Боюсь бродить по городу с такой дебильной наколкой... Но параллельно с этой полубредовой фантазией в голову пришла довольно-таки нормальная мысль - а вообще, при чем здесь Уилли? Мэтью всегда очень трепетно о нем отзывался, насколько я помню, но действительно, при чем он здесь, если уже как год назад свалил в какой-то "престижной университет"? Тогда дело в ком-то другом. Итак, попытаемся восстановить упущенное. Я начал вспоминать последнюю их перепалку. "Я не против, что ты стал таким..." Вывод: Мэтью стал каким-то. Возможно, имелась ввиду его суицидность, но зная Мэтью, ну ни в чем нельзя быть уверенным. Так вот, он стал каким-то другим. Ладно. А ещё он выбрал что-то, но не то, что бы хотелось Бартишо. Этот как типа кружок. Думаете, Эм бы обиделась, если бы я пошёл на керамику? Что за бред, однако. Но почему ему не нравится вариант? А, возможно, они конкурируют. Это как если бы я пошел на танцы к Эм.... Опять что-то не то. Бартишо будто пытается его отчего-то предостеречь - но от чего? ААА! Я ничего не понимаю, думая своей умной головой, вконец запутался! Но всё-таки вернемся к Мэтью - так вышло, что мы поцеловались - я считаю это случайностью и почти не злюсь, он изредка продолжает ко мне лезть, но я не так уж и сильно бешусь, потому что, увидев его с цветами и в костюме, вместе с Эмили сделал вывод, что у него кто-то есть. Конечно, я бешусь, но это немножко по-другому. Раньше я злился от того, что он гей, и знает, что я не гей, и просто хочет надо мной пошутить, не то любит меня всерьез, а сейчас я бешусь от того, что у него уже кто-то есть, а он всё равно лезет ко мне. Я не вижу в этом смысла. Я почти нормально могу с ним говорить. Конечно, я ненавижу в нем это всё - то, что он странный, и я злюсь, что он вмешивает меня в эти странности. Но... скажем так, я стал относиться к нему чуточку лучше. Хотя по-прежнему ненавижу и не понимаю того, что происходит последние дни, кстати, самые ужасные в моей жизни. Четверг пока не возглавлял хит-парад, но я думаю, ужасы этого дня только впереди.
  - Что, дрожишь в преддверии драки?
  И что я говорил? Я обернулся в сторону Мэтью, над ним нависал Газли, безумно сдвинув брови, но я вмешиваться пока не собирался.
  - Знаешь, Газ, нашел бы ты себе другое хобби.
  - Раньше ты со мной не разговаривал, - резонно заметил грубиян.
  - Как-то не подворачивалось подходящего момента, - Мэтью поднял на него голову, и я выпал в осадок - несмотря на всё, что случилось за эту чокнутую неделю. он был такой, как раньше - искренний, светлый и пушистый абсолютно. Как будто не было ни проблем, ни пари, ни поцелуя, будто я снова был в самом начале - только пришел в этот странный класс. И ещё не знал, чего ожидать от него. На Газа это, похоже, тоже произвело впечатление:
  - Что ты так лыбишься?
  - Думаю, а может, мне поцеловать тебя разочек, и ты успокоишься?
  В классе образовался пятисекундная тишина, а потом все просто обомлели, застывая с открытым ртом. У одной девочки пошла кровь носом, и подруги принялись искать салфетки, чтобы вытереть её измазанную физиономию - а она истекала кровью и смеялась. Я не мог что-то подумать или сделать - застыл. Газ вообще-то тоже. Мэтью хитровато улыбался, закусывая маленький краешек нижней губы и скрупулезно осматривая каждую частичку лица своего одноклассника, пока к тому, наконец, вернулся рассудок:
  - Какого хрена?!
  Мэтью медленно потянул к нему руку, однако он тут же дернулся:
  - Отвали от меня, гомик! Своё получишь после школы! - и выбежал из кабинета, под нервную тишину. Мэтью же звонко и от души рассмеялся, смотря ему вслед. Он перестал быть какой-то таинственной расхлябанной размазней, а вновь стал самим собой. Я испугался. Когда он был таким, хотелось бежать далеко и надолго. Не совсем понятно, шутил он или нет, но это в любом случае было страшно. Девочка, у который пошла кровь из носа, глупо откинулась на парту, пуская слюни и громко хихикая, кстати, поэтому кусочки салфеток, слегка подкрашенные алым, очень забавно тряслись. Но мне смешно не было. И при мысли, что сегодня вечером мы собирались поговорить, одни, вдвоём, мне становилось очень и очень не по себе. Эмили подошла ко мне, вроде как собираясь что-то сказать, но промолчала, улыбаясь, смотря на меня.
  - Что?
  - Думаю, у кого-то сегодня намечается веселый день - я звонила Рэйч, сказала, что мы зайдем завтра, если ты всё-таки не накатаешь на Мэтью заяву в полицию и не сдашь его с потрохами. Хотя даже при таком раскладе событий, вероятнее всего, заберут тебя, и не в полицию, а в дурку.
  Я скривился, а потом снова разгладил своё лицо, задумываясь. Его правда собираются побить, но меня это не касается. Не касается! И именно поэтому я не вмешаюсь, а потом вечером позвоню и просто так спрошу, о чем он хотел поговорить. Если он, конечно, выживет. Я хмыкнул. Он, конечно, может прибегнуть к своему секретному оружию - пообещать, что всех зацелует. Но кто знает, чем это обернется. В смысле - его могут побить ещё сильнее. А так ему и надо.
  - Ты меня слушаешь? - Эмили хлопнула меня по плечу и, о черт, я вернулся в реальный мир. Можете себе представить, Мэтью был ещё и здесь.
  - Нет, я задумался.
  - Я говорю тебе стоит пойти поговорить с Бартишо обо всем.
  - Ещё чего! - возмутился я. Во-первых, при каждом виде этого подозрительно сильного человека, у меня появляется мысль, что меня побьют, во-вторых, это не моё дело, и в-третьих, я просто не хочу.
  - Тебе ведь интересно узнать, о чем они говорили? - она мило подняла брови. - Давай.
  - Сегодня Мэтью, возможно, сам мне всё расскажет.
  - А если нет?
  - Ну значит, нет! - Не хочу я в это лезть.
  - Ладно, - подумав, кивнула она. - Пойду искать Берки.
  - Это ещё зачем? - удивился я.
  - Хочу выдрать у неё ещё клок волос за Рэйч! - она оптимистично улыбнулась всеми 32, или сколько там у людей зубов? Я уже ни в чем не уверен. Так вот, она так улыбнулась и упорхнула. Да, в этом вся Эмили, очень очаровательная, но при этом такая же сильная. Я вообще рад, что мы друзья. Но всё-таки меня сильно угнетало происходящее, я ещё раз скользнул глазами по Мэтью: и что судьба нашла в нем, чтобы так с ним возиться? Он перехватил мой взгляд и обернулся, улыбаясь, я перевел глаза на окно. Глупые-глупые младшеклассники опять играли в догонялки.
  Ещё два урока я сидел в ожидании чего-то отвратительного. Оно ведь должно случиться? Однако всё было спокойно. После уроков мы выходили с Эм с главного крыльца, однако, она вдруг заторопилась:
  - Шелли, мне ещё в город, пойдешь домой один... если ты, конечно, собираешься домой. Ты ведь вернешься?
  - Думаю, да, - нехотя согласился я.
  - Так держать! - она махнула кулачком. - И как поговоришь с Мэтью, можешь меня набрать?
  Я сердито и укоризненно на неё зыркнул.
  - Ну Шелли-и, мне же интересно!
  - Знаешь, может, дашь мне ключи от своего дома, так на всякий случай? - я, конечно, уже понял, что мне придется извиниться перед родителями, но мне по-прежнему очень и очень не хотелось этого делать. Вот я и спросил.
  - Шелли-Шелли! - она покачала головой. - Увидимся вечером. - Махнула пятерней и, не дав мне хоть что-нибудь сказать, убежала. Я же прибывал в наифигейшем настроении. Что мне делать, и куда мне идти? Я для наглядности огляделся по сторонам и тут мне на глаза попался тот, кого я меньше всего хотел видеть. Мэтью. Он стоял на заднем дворе школы, окруженный какими-то высокими парнями. Я подумал и с надеждой обернулся на асфальтовую дорогу, по которой школьники разных возрастов семенили домой. А потом обратно на Мэтью. Потом взвесил всё. Много так раз взвесил. Я очень шумно вздохнул, прикрывая глаза. Я точно пожалею об этом, нет, я уже жалею об этом.
  Я уверенно шел в сторону тех парней и, только оказавшись рядом, скинул портфель на землю и встал между Мэтью и теми ребятами. Видит Бог, место сентиментальному пафосу всегда найдется. Я ненавижу даже сам себя.
  - Шелли.
  А ещё ненавижу, когда он так тихо говорит у меня за спиной, потому что начинаю думать, что он собирается что-то ужасное сказать. Но на самом деле он ничего не собирается, просто так говорит, выражая удивление. Нет, ну ненавижу это. А вы разве не ненавидите? Из толпы вышел Газли, приветливо подмигивая:
  - А мы все ждали тебя.
  - И зачем? - серьёзно, но всё-таки глупо спросил я. А этот вопрос был именно глупым.
  - Вообще, мы ждали ещё Бартишо, но этот гад свалил с последних уроков. Так зачем ты здесь? - он раскинул руки. - Но согласись, это было бы как-то нечестно - бить его одного?
  - Значит, и меня собирались побить?
  - Ну... как сказать - во-первых, очень интересно, сколько ты протянешь, а во-вторых, смешно посмотреть, как ты не сможешь его защитить. - Газ кивнул на Мэтью.
  - Я смогу, - в моём голосе была полная уверенность. Не знаю, какого черта я болтал эту чушь, ведь человек с двадцать злобно скалились на меня с противоположной стороны. И вообще, почему я пришёл его защитить? Наверное, потому, что я староста и приличный гражданин? Я не знал. Просто мне не хотелось, чтобы он плакал, ну или ходил с побитым лицом. Просто не хотелось, и всё! Я уже видел, как он плачет, и не позволю, чтобы это повторилось. И знаете что - вы можете думать, что хотите! Однако я по-прежнему не являюсь его другом и не желаю таковым становиться, но суть в том, что пусть он не портит мне жизнь своим расстроенным лицом. Это будет меня отвлекать от всего. Я ненавижу его, за то, что он испортил мне жизнь, за его причуды, за странности, за волосы, наконец, ненавижу его всего! Но мои внутренние изыскания на эту тему прервал Газли:
  - Стоит только к нему подойди, и сразу же появляешься ты.
  - И что?
  - Ты так его любишь?
  - Кто тебе сказал, что я его люблю? Я вовсе не гей, а приличный гражданин, который не хочет, чтобы слабых калечили, - я говорил спокойно, вся злоба была внутри. Выплесну потом, и на что-нибудь другое.
  - Как это благородно! - Газ аж весь передернулся, издевательски улыбаясь. - Что и следовало от тебя ожидать. Но ты знаешь - всё равно, по какой причине ты здесь, главное, что тебя сравняют с землёй. Побейте их, ребята!
  Я ждал момента и с готовностью резко развернулся назад:
  - Быстро беги! - я обращался к Мэтью. Я вполне смогу продержаться некоторое время. Опять геройство. Опять благородство, но в этом весь я.
  - Не пойду! - Мэтью схватил меня за руку. - Мы же вместе.
  Я вздрогнул. Казалось, ещё мгновение мои расширенные зрачки изучали Мэтью, а потом всё снова пришло в движение. У меня не было времени его уговаривать, и я развернулся к этим спортсменам, что волной рванули на меня. Надо было что-то делать... только вот что? Я увернулся от пары ударов и даже, кажется, попал кому-то в нос, Мэтью прислонился ко мне спиной и вдруг шепнул в самое ухо, неестественно выгибая шею, и укладывая голову на моё плечо:
  -Хочешь, кое-что покажу?
  Я не ответил, ведь, как вы можете догадаться, был немножко занят. Вдруг за спиной послышалась пара глухих ударов, я тюкнул в скулу ближайшего качка, отталкивая подальше, и обернулся. Мэтью заехал ногой по челюсти близстоящему недоумку и тоже обернулся на меня, зажмурился, и радостно улыбаясь, показал "пис". Я ответно улыбнулся. Мэтью, кажется, умеет немного драться, и это очень кстати, но почему он этого не показывал раньше? Я потом у него спрошу. Обязательно. Мы дрались плечом к плечу, как в каком-то жутко пафосном фильме про лучших друзей, которые были по совместительству не то бандиты, не то борцы со злом, и в итоге один из них помер, но факт в том, что они дрались плечом к плечу. О да, мы были жутко круты. Но всё-таки человек под двадцать пять против двух не очень сильных мальчишек, которые, если чему и научились, так только из телевизора (я имею в виду Мэтью - не иначе как насмотрелся боевиков)...
  ...И спустя каких-то минут пятнадцать мне сильно попали кроссовкой под дых, я завалился на холодную траву, сжимая живот и глотая воздух. По мне ещё пару раз заехали ногами, и меня посетила смутная мысль, что умереть здесь, дерясь с какими-то хулиганами будет ужасно тупо... Но это всё, на что я был способен в данный момент. Меня дальше продолжали бить, совсем скоро я уже не мог и пошевелиться, лежа на боку и облизывая губы, по которым текла кровь. Сквозь какой-то туман я видел, как Мэтью продолжает отражать чужие атаки, но он устает. В этот момент я подумал, что он правда необычный человек - быть таким хилым, но иметь столько силы в запасе, это же попросту нечестно... В какой-то момент он меня заметил, и на его лице отразился небывалый испуг. Что же ты? Крови не видел? Я про себя усмехнулся, потому что сделать это на виду мне не хватало сил. Он сделал шаг в мою сторону, оттолкнув вроде как последних трех человек. Однако какой-то из них снова поднимался, но Мэтью этого не видел, он, слегка прихрамывая на левую ногу, шел ко мне. Осторожно! Что же ты делаешь?! Обернись! Это всё было моими мыслями. Тот, что поднимался над Мэтью, был явно крепче остальных и упал, видимо, только по случайности. Сейчас он ему полчерепа снесет! Я выдохнул, вдруг встал и понесся вперед. Каждая клеточка взвыла от боли, и я весь напрягся, сжимая зубы. Какого черта? Я уже спокойно умирал - а от него одни проблемы... Даже помереть нормально не дает! И просто снес Мэтью на землю прямо из-под гигантского кулака. Мы, сцепившись, прокатились, задевая то один, то другой землю головами - я точно после этого не выживу. И вот мы остановились. Я всё ещё нелепо прикрывал его своим телом. Он же смотрел на меня во все свои зеленые глаза, будто не понимая, что происходит, потом пару раз моргнул и попытался выползти из-под меня, при этом осторожно поднимая за локоть. Я от боли закусил губу.
  - Сейчас-сейчас, Шелли, - он переложил меня на спину. Я видел небо. Мне было холодно, мокро и кроваво , всё тело ныло. Мэтью пошел разобраться с тем оставшимся парнем, к сожалению, я не мог их видеть, однако через пару минут всё кончилось. Мэтью подошел и просто повалился на меня - он был сильно потрепан, повсюду ссадины и синяки, но крови вроде нет, это хорошо. Он собрал силы в кулак и уперся своими подрагивающими ладонями в траву, чтобы приподняться и заглянуть мне в глаза. Вряд ли бы он заметил какие-то изменения - это были всё те же щёлочки с всё моими же черными глазками, зато его глаза казались ещё больше, и они... такие зеленые...Я бы хихикнул, но здоровье не позволяет.
  - Ты как? - его голос был с хрипотцой и каким-то бульканьем.
  - Ничего, - я с огромным усилием изобразил на своём лице жалкое подобие улыбкки. У меня шатался зуб, а во рту был противный металлический привкус крови.
  - Всё ты врешь, - он сплюнул, его губы были измазаны в крови. А потом с огромным трудом сполз с меня и уселся рядом, подгибая куда-то вбок ноги, нездорово покачиваясь, при этом впившись в мою руку, словно она была веревкой над пропастью.
  - Ты чего? - слова давались с трудом.
  - Я так испугался, - он с ненавистью сверлил грязную траву взглядом. - Как только заметил, что ты так лежишь, - он размашисто стукнул себя рукой по лбу и, так и не отнимая её, пробормотал: - Мне стоило больше следить за тобой.
  - Да ладно, - отмахнулся я.
  - Ничего не ладно! - он ещё сильней сжал мою руку, если это возможно, и я взвыл - потому что это было больно, он тут же ослабил хватку. - Прости-прости. Я сейчас схожу за кем-нибудь.
  Я кивнул - у меня не было сил соображать, то есть как-то иронично прокомментировать эту идиотскую сцену с элементами самогноба, ввиду плачевного состояния других. Через пару минут он вернулся, однако, по-прежнему один. Я, хоть и закрыл глаза, прекрасно это чувствовал, что-то внутри подсказывало мне.
  - Шелли, ты только расслабься - я сейчас тебя понесу.
  - Не поднимешь, - еле видно разжал я губы.
  - Уж что-что, а поднять тебя не проблема.
  Это было странно. Он меня меньше и тоньше, но зато так уверенно несет, а ещё на плечах два наших портфеля, как только силенок хватает?
  - Это смешно.
  - Что? - заинтересованно хмыкает.
  - Вчера я тебя тащил из школы, а сегодня ты меня.
  - А что в этом плохого?
  Я тихо рассмеялся. Действительно. То, что всё так - это просто смешно. Но у меня нет сил вырваться и крикнуть "Не держи меня за спину - извращенец! Лось!" Однако я просто спросил:
  - Если умеешь драться, зачем всё время разыгрываешь слабака и подставляешься под удар?
  - На самом деле я не такой и сильный - просто уворачиваюсь. К тому же это входит в часть моего имиджа.
  - Какого ещё имиджа? - не понял я.
  - Моего имиджа.
  Мы шли в горку и двигались медленно. И говорил он так же медленно и отрывисто.
  - Если другие будут знать, что я могу за себя постоять - это всё испортит.
  - Я понял. - Я не понял. На самом деле. Но не хотел вдаваться в расспросы, потому что я знал, что не получу ответа. - А что с Газли?
  - А ты не видел? Он сразу же ушел, ну, как только нас начали бить.
  Я скорчил физиономию. Ох, как же это паршиво звучало - нас начали бить. Словно мы были тряпичной куклой, не то соседским котенком или, хуже того, соседскими ребенком, что непременно пустился бы в рев, но мы не плакали. Кажется.
  - Ты ведь не плачешь? - на всякий случай спросил я, так и не открыв глаза. Но уверен, со стороны мы выглядим более чем комично.
  - Нет. Вообще-то нет. - Мэтью поудобнее перехватил меня, и мы пошли дальше. Если честно, у меня уже давно чесалось под коленкой, как раз там, где была рука Мэтью - своих сил дотянуться у меня не было, да и просить как-то невежливо, поэтому я... ёрзал.
  - Да успокойся, - негромко шикнул на меня Мэтью. - Не так уж и долго осталось.
  Он врал. Нагло врал. Потому как мы шли ещё долго. Я уверен - дело не в моём весе, просто кто-то слишком слабый, то ли вообще дело в том, что расстояние от школы до дома резко увеличилось... кстати, к чьему именно дому?
  - А куда мы идем?
  - Ко мне. Ты ведь, если я не ошибаюсь, сбежал из дома.
  - Ну да, сбежал... - как-то неопределенно ответил я. Мне начало казаться, что всё, что было сегодня утром и то, что было вчера, происходило так давно, что воспоминания давно поросли какими-то домыслами. Вчера... Мы с Мэтью... Интересно, как это выглядело со стороны? Я болезненно посаркастировал над собой: о чем я только думаю, вот же придурок! Какое-то время он ещё двигался, а потом вдруг остановился.
  - Вот и пришли, - Мэтью сделал несколько уверенных шагов по ступенькам, а потом опустил меня на ноги, перекидывая мои руки себе на спину. Прибью. Потом. Когда смогу шевелиться. Он пошуршал портфелем, потом повозился с замком и пнул ногой дверь.
  По улице шла какая-то старушка и вдруг повернула голову на нас, её зрачки резко уменьшились, и дергающийся рот открылся для чего-то. Я сморщился от боли и показал ей язык - у этого действия не было особого смысла - просто мне стало обидно, что она так на меня пялится, вот я и показал ей язык. Мэтью снова поднял меня на руки, осторожно прислоняя к себе и двинулся внутрь. Потом бережно опустил на диван, стараясь не задеть моё тельце ни обо что, но мне-то всё равно было больно, и я сжал зубы. Он это заметил:
  - Подожди, Шелли. Я сейчас тебе принесу обезболивающее.
  Мэтью опять ушел. Я так и не открывал глаза, хотя мне стало полегче. И я победно почесал под коленкой. Маленькие радости жизни! Этого не отнять. И как раз сразу заявился Мэтью:
  - Тебе просто надо открыть рот, - будто разговаривая с маленьким ребенком, объяснял он. - Да, вот так. Теперь таблетка. Запивай.
  Он приложил к моим губам стакан, и я сделал глоток. Таблетка была маленькой и, к счастью, легко проглотилась, я с облегчением положил обратно на подушку слегка приподнятую голову. Да, там была подушка. И кстати, совсем не декоративная. Огромная и очень мягкая. Даже слишком.
  - Только подействует, и тебе сразу станет легче, а пока что постарайся поспать.
  Я бы кивнул, но не кивнул. Задремал. Сон был воздушным и легким, такая вот долгожданная сладкая расслабленность. Задремал я случайно. Я ведь не собирался этого делать. Как вы понимаете, врываться в чужой дом( плевать, что я умирал, и меня несли) и запрыгнуть на диван в гостиной (не суть, что меня положили!), а потом с храпом спать (я не храплю!), это как-то не по-приличному, что ли ? В общем, будь моя воля, я бы так и остался лежать там за школой, пока бы мой окоченевший труп не обнаружил какой-нибудь младшеклассник. Вот бы заорал. Придурок. Так, о чем это я. Я предпочитаю происходящему - смерть. Согласитесь, это разумно. Я знаю, что нет! Но плевать. Понимаете, плевать! Я слишком опечален моей нынешней жизнью, так что мне можно. Собственно, я уснул, а потом проснулся. Обезболивающее вроде как подействовало, но всё тело было неприятно ватным, как пальцы после мороза, приклеенные к батарее. Но главное, что больно не было.
  Было ватно.
  Я, подумав, с опаской приоткрыл глаза - я всё ещё надеялся, что последние несколько недель стали моим кошмаром - сейчас я проснусь, и всё исчезнет. Однако - увы. Мэтью сидел на табуретке, его голова неестественно завалилась на мои колени. И что это мы выпили за таблеточки, что так качественно отрубились? Я ещё всё... прочитаю. Все эти инструкции к лекарствам. О да, берегитесь Шелли, который читает бумажки, верит в "тойоту" и сходит с ума. Из-за кого? А догадайтесь.
  Я сбросил Мэтью с себя и встал, всё тело будто замлело - было неуютно, и хотелось обратно на диван. Ух, коварный! Я на него не вернусь, потому что там - он. То есть Мэтью. Надеюсь, вы меня поняли. Да, да, диван - коварный, потому что зовет меня опять находиться рядом с Мэтью - но я не поддамся. Я сильный. Сильный совершенно коряво проковылял до ванной, дверь которой одиноко раскачивалась. Ветер, что ли, дует? Я, поежившись, осмотрелся - окно и правда открыто. Глупый Мэтью. Ай, потом закрою. Я ещё несколько раз провел ладонями по предплечьям и шагнул в ванну. В ванную комнату, конкретика ещё как очень кстати. Я не собирался лезть в подозрительного вида ванночку, на дне которой осиротело и крайне символично валялся с десяток утят, огромная утка - видимо главная, и штуки четыре баночки мыльных пузырей. Я трагически съехал рукой по лицу - кое-кто слишком ребенок. А я уже взрослый. Да? Это было явно с вопросительной интонацией, потому что последний отрезок своей жизни я занимался какой-то хренью. Тем, чем обычно занимаются дети. Я прощу прощенья у всех детей за эти слова - но это нужно, немножко отдохнуть, так и не поняв взрослую жизнь. Однако вечно оставаться в прекрасном неведении нельзя. Совсем скоро мне предстоит работать, как обычному взрослому человеку, а я такой же ребенок... Мне нужно это прекращать. Скулы дрогнули. И я наконец соблаговолил повернуть голову к зеркалу. Я выглядел очень даже ничего - для человека, который чуть не умер. Так я думаю. Под левым глазом огромным фингал (о да, это банально, но поверьте, именно так), на правой щеке ссадина со странным темным фиолетовым подтеком, под цвета фингала (и что я говорю? Мне надо лечиться. Надо-надо). Остальное в целом нормально - одежда только грязная и рваная, синяки прячутся под майкой и штанами. Но я знаю. Они существуют. А также существуют финики. Позволю заметить - не фИники, а финикИ. Такие синяки, которые больнее обычных, и потому с темно-баклажановыми подтеками. Я выгляжу сносно, очень хорошо. Я понял, что надо делать, дважды очень хорошо. Что именно? Я слишком заигрался. Я слишком долго страдал ерундой. Хотя Эм наверняка бы сказала что-нибудь в стиле "Шелли, от себя не убежишь". Не знаю насчет этого, но главное, я буду стараться стать состоятельным, взрослым человеком. Однако плана из двух пунктов будет явно маловато для того, что бы прийти к нормальному будущему. Надо претворить эти два пункта в жизнь! Никому не показать синяков - раз! Перестать страдать хренью - два! Это не сложно.
  Напрасно себя убеждать. Напрасно строить какие-то планы. Напрасно думать о будущем. Всё напрасно. Ибо как только вы столкнётесь с Мэтью, всё это полетит в пух и прах. Что он сделал? Стыдно признаваться... но пока ещё ничего. Это я собираюсь уйти, но не могу. Вот так и сижу на проклятом диване и смотрю. Да, я на него смотрю! Если вы это хотели узнать. Нет, как только вижу его - сразу же охватывает паранойя. Это отвратительно. Но уходить из дома человека, который тебя дотащил от самой школы до дома на руках... думаю, надо хотя бы попрощаться. Но и будить невежливо. Да и не хочется. Ладно. Я встал с дивана и отправился на кухню искать те таблетки, что мы выпили и... прочитать инструкцию!
  Да уж, это напоминает банальный бульварный романчик. "Где твой чемоданчик с деньгами?" - "Сначала наркотики!" - "Я хочу захватить мир!" - "Я этого тоже хочу!!!" - "А чего ты на меня орешь?" Пиф. Пиф. Паф. Все умерли. То есть живых не осталось. И да, чемодан долларов и набор наркотиков. Не знаю, как лучше - пафосно в шприцах подозрительного больничного голубого оттенка, или же белые таблетки, что навевают мысли о смерти и какой-то таинственной передозировке... В любом случае - в реальности всё было даже хуже. "Выпей обезболивающее". И тут я его выпиваю. Даже не подозревая о том, что это нелегально, да в придачу вредно для моего здоровья. Но мне так хорошо, что всё остальное теряет смысл... Я доберусь до тебя, инструкция! Берегись! Однако ни на столе, ни в коробочке с лекарствами, что я нашел спустя пятнадцать минут блуждания по таинственной кухне Мэтью, (она была на виду ), ничего похоже не оказалось. Промелькнула здравая мысль - он же не так глуп, чтобы прятать такое в легконаходимых местах. Значит, надо поступать неожиданно. Я плюхнулся на пол кухни. Ха! Не ожидали. Подполз под стол и вдруг остановился. Я только ж клялся, что не буду страдать хренью. Я старался. У меня не вышло. И вот теперь вдохновенно воздираю голову на крышку стола. И тут, значит, понимаю что там шуфлятка. То есть, при желании я мог увидеть её и раньше, будь я внимательней. Но эта кухня Мэтью сущие дебри - место, где все черти в очередь выстраиваются, чтобы переломать себе ноги. Хотя ведь у них, по сути дела, копыта. Не знаю. Так вот, шуфлятка. Я не любопытный! Я всего лишь хочу прочитать инструкцию! Выползаю из-под стола и открываю шуфлятку. И да, приличный гражданин роется в чужих кухнях. Но я всего лишь хочу узнать, что это было за лекарство, так что это вполне законно. Я не прав? Конечно же, я прав! Я всегда прав! Мухах! Извините. Собственно, было бы там что страшное, тогда бы и ничего. Но всё было предельно нормально. Да так, что это пугало. Кулинарные книги. "Рецепты домашней выпечки". "Готовим вместе". Интересно, с кем? Я недоуменно вытянул книжку и потряс ей, стряхивая несуществующий слой пыли. Из неё выпала фотография. Так-так. Если автограф Элвиса, то у меня будет лишь ещё один повод для убийства Мэтью. Вы только никому не говорите: я задумал его коварно и непредсказуемо прибить. Веником? Да, да именно веником. Думаете, шваброй лучше? Так кто ж спорит. Так, к чему все эти бессмысленные беседы - я просто хочу сказать, что я ненавижу. Ага, ещё раз и снова. Да, я ужасно ненавижу Мэтью.
  Я нагнулся и поднял перевернутую фотокарточку. Ха! Это был не Элвис. Эта была неудачная фотография. Виден был Мэтью (такой же, как сейчас), и ладонь, которая сжимает его руку. Все остальное закрывало огромное бело-серое крыло то ли голубя, то ли курицы. Точно не знаю. Мэтью на фотографии было лет пять, так я думаю. И лицо такое счастливое, какое бывает, если я или он какую-нибудь чушь порем. Или вместе.
  Порем.
  О да, такое часто случается. Так вот, меня это несколько удивило. Кто это, интересно, с ним на фотографии? И я не любопытный! Я просто хочу делать логичные выводы. И кто мне в этом препятствовал, даже когда у меня не было фактов . Мой вердикт таков: это... его отец. Ведь рука значительно больше, чем у маленького Мэтью, да и у Мэтью сейчас. Как я говорил, он совершенно не изменился. Ещё скажите, что я вру. Я не вру. В любом случае, кто знает, где его отец сейчас, ведь, насколько я понял, он живет один, а мама в другом городе, он как-то говорил на моём дне рождения. В любом случае, мне не стоит об этом спрашивать. А то ещё знаете, как бывает. Вдруг как спросишь что-нибудь, и кого-нибудь совсем расстроишь. Я не жалею Мэтью, просто сочувствую всем людям, которые лишились близких. Даже... даже если этот человек - это Мэтью. Я со скрипом повернул на него голову - так же дремлет, только теперь глупо уронил голову на диван, так же не сползая с табуретки. Занятно. Сломает шею, не сломает? Думаю. Думаю. Думаю. Не, не сломает, везучий сильно. И тут он резко дернулся, да так, что я тоже двинулся куда-то в бок. Он ещё полежал, бормоча во сне, и начал поднимать голову, протирая правой ладошкой глаза.
  - Шелли?
  Я вздрогнул и машинально спрятал фотографию за спину.
  - Что там прячешь? - он поднялся с табуретки, придерживая своё предплечье.
  - Что с твоей рукой? - на автомате спросил я.
  - Всё в порядке, - он уверенно шел в мою сторону, его челка смешно смялась и стояла торчком, открывая лоб. - А! - он скосил глаза на книгу и беззлобно улыбнулся мне. - Покажи.
  Я неуверенно вытащил руку из-за спины, смотря на него исподлобья - мне было немного совестно за тот бедлам, что я устроил на кухне в поисках инструкции. Да, разве что самую малость. Малость стыдно, и малость бедлам. Ну да. Он ещё раз улыбнулся, как-то грустновато, правда, опуская глаза на фотографию.
  - Знаешь, кто это?
  Я отрицательно покачал головой. А хотелось брякнуть что-нибудь в стиле - Люк, это же твой отец! Приличные граждане такого не ляпают, не читал об этом, но уверен на все сто.
  - Не знаешь? - зачем-то переспросил он. - Это Уилли.
  Я ужаснулся. Потом ещё раз скосил глаза на фотку: в самом деле, неужто этот дурацкий Уилл, что уехал в другое место учиться - отец Мэтью? Быть этого не может. Я сам себе покачал головой и посмотрел на Мэтью, а после выдавил:
  - Вы совсем не похожи.
  - А почему мы должны быть похожи?
  - Это же очевидно, - ну что он, не понимает, о чем я? Притворяется. Хотя, зная его... может, и не притворяется.
  - С чего бы нам быть похожими? Мы хоть и близкие друзья, - он снова расплылся в улыбке, - но совершенно разные люди. Не связаны кровным родством, как и не являемся таинственными близнецами, что были из разных семей, но искали друг друга по всему миру.
  - Что ты так улыбаешься? - А что это, твой отец тебе не родственник? Я не сказал это вслух, потому что меня больше донимала эта странная улыбка, что так подозрительно долго задерживалась на его мечтающем лице. - Сколько вообще лет этому Уилли?
  - Он меня старше на два года.
  Но тут я не выдержал:
  - Как он тогда может быть твоим отцом?!
  - Ради всего святого и нет, Шелли, ну что за чушь?! Уилли мой друг, а мой отец совершенно другой человек!
  - Понятно, - потупился я.
  - Точно. Шелли, снимай майку.
  - Что-о?! - в моем голосе в этот момент было что-то кукарекское, не то от шока, резкой смены темы, или просто от самой этой фразы.
  - Пока обезболивающее ещё действует - я тебя перебинтую.
  - Ещё чего! - Возмутился я.
  - Не дури! - он резко одернул мою руку, сжатую в кулак, сурово смотря мне в глаза. Я застыл с открытым ртом - когда у него появилось столько смелости, так громко орать на меня? Он будто опомнился и сдвинул брови, снова дергая меня за руку. - Пошли на диван.
  Я, так же не закрывая рта, так же ошарашено доковылял к дивану и плюхнулся на него. Мэтью возился на кухне и вскоре уже шел обратно в гостиную с небольшим белым чемоданчиком. И где, спрашивается, был этот чемоданчик, когда я искал инструкцию? Он подошел и навис надо мной, я упрямо смотрел в пол, не решаясь поднять глаза. Зависла неловкая пауза.
  - Снимай майку, - он говорил строго и отчетливо.
  - Не буду. - Вышло как-то по-девчачьи и неуверенно.
  - Шелли!
  Я автоматически поднял голову на своё имя. Мэтью уверенно положил правую руку на спинку дивана и подвинул вперед колено вперед, между моих и так раскинутых ног, упираясь голенью в диван. Наклонился вперед и спросил:
  - Хочешь чтобы я это сделал? - лукаво спросил он и брови вопросительно взлетели вверх.
  У меня от такого бесстыдства волосы на голове зашевелились, но ещё чуть-чуть, и я опомнился, так же негромко отрывисто констатируя:
  - Нет.
  Он недовольно поморщился:
  - Что за мысли тебе лезут в голову?
  - Ничего туда не лезет, - как можно деликатнее попытался оттолкнуться я назад, но там, как назло, была спинка дивана.
  - Шелли. - Его голос был убийственным.
  - Что?
  - Если таблетка перестанет действовать, опять будешь трупиком валяться, поверь.
  - С чего ты так решил? Я себя прекрасно чувствую.
  - Хочешь знать, почему? - он слегка оттопырил нижнюю губу. - Я тебе расскажу. Давай снимай майку, и я всё тебе расскажу.
  - Не буду я ничего снимать! - мне было страшно.
  - Так, значит? - он отставил чемоданчик и ни с того ни с сего сел мне на коленки. - Ты сам напросился! - Он схватил верхнюю пуговицу. Ведь, по правде, на мне была не майка, а рубашка с коротким рукавом. Черная, черная рубашка.
  - Какого черта ты делаешь?! - взбеленился я, пытаясь оттолкнуть его.
  Он не ответил, добираясь до второй пуговицы. Уже до второй, потому что я недостаточно хорошо ему мешал. Плохой Шелли, плохой.
  - Ладно, я сам сниму! - прокричал я прямо ему в лицо, отпихивая так сильно, насколько смог. Как раз в этот момент он и выпустил мою одежду. Поэтому от толчка была довольно сильная отдача - Мэтью резко дернулся и стукнулся головой у журнальный столик.
  - Ты в порядке?
  - О, в полном, - он начал медленно подниматься, но вдруг остановился, бесшумно ругаясь и придерживаясь за затылок. Это было как минимум странно - Мэтью, что всегда эталон добра и всего такого, вот так вот ругается. Наверное, сильно ударился. Я наклонился в его сторону:
  - Ну и стоило из-за меня так напрягаться?
  - Ради тебя я на всё готов, - сердито сообщил Мэтью, морщась от боли, вставая и снова водружаясь на табуретку. Я недоуменно посмотрел на него, то есть вытаращился, опять:
  - Это что, был сарказм?
  - Да, Шелли, это был сарказм. Всё, давай я тебя перебинтую.
  Я ещё некоторое время смотрел на его недовольное лицо, и продекламировал:
  - Не буду.
  - Шелли! - вв его глазах, мне точно не показалось, была ненависть. Она предназначалась не мне, а моим действиям. Мэтью же просто не умеет ненавидеть. Но его глаза заставили меня подумать, и, собственно, подумав, я неловко расстегнул рубашку и положил рядом.
  - Повернись спиной.
  Я послушно, но боязливо обернулся к нему. Было холодно. "Закрой, пожалуйста, окно", - мог бы я сказать. Но как-то онемел. Вот от такого Мэтью и от того, что происходило. Он сначала намочил в чём-то вату и начал протирать мою спину - места, до которых он дотронулся, жглись и жутко болели. Я закусил губу. Тем временем он начал мне медленно рассказывать:
  - Не волнуйся. Я уже не раз это делал.
  Я ещё сильней впился в губу, кажется, сейчас её прокушу или закричу. Но поверьте, никогда я не буду кричать в этом доме, так что просто прокушу. О да, как суицидно. Но лучше не молчать, а то подумает, что я умер. А что толку протирать мертвого? Можно и так бросить. Что за хрень...
  - Подрабатывал местным врачом?
  - Что-то типа того. Я помогал Бартишо.
  - Производили массовое снимание кошек с деревьев?
  - Вообще-то всё было более прозаично - кулачные бои.
  - Что?! - просипел я. - Это ж незаконно!
  - И что?
  Я подумал и снова спросил:
  - Ты его перевязывал. Сам научился?
  - Всё было немножко не так, - он начал обтягивать меня тонким слоем плотного бинта. - Вообще-то, я первый пошел на эти бои, а Бартишо просто увязался за мной. И сначала он меня перевязывал, а потом решил участвовать за компанию, ну и научил себя перевязывать.
  Мои глаза полезли на лоб, и я вскинул руки:
  - Какого черта вы туда полезли? По сколько вам вообще было лет?
  - Это было в прошлом году - значит, мне пятнадцать, а Бартишо - шестнадцать. И прекрати дергать руками, а то не получится туго завязать.
  - Извини, - нехотя откликнулся я. - Просто как-то не верится, что люди уже в таком раннем возрасте взрослые и сами получают деньги, участвуя в чём-то незаконном. Это, конечно, объясняет, почему у тебя такой гигантский особняк.
  - При чем тут дом? Его купил мой отец. На честно заработанные деньги.
  - Да, - невпопад согласился я. Мне ещё не очень верилось в то, что он сказал, и поэтому я молчал, пытаясь осмыслить.
  - Вообще, я не хотел, чтобы ты знал, что я умею драться.
  - Почему? Ранимый и загадочный Мэтью какого-то черта пытается выставить себя слабаком.
  - Я не хотел, чтобы знал именно ты. Честно говоря, даже не рассчитывал, что ты придешь за меня заступиться. Это было мило.
  Моё лицо стало немножко пунцовым. А голос Мэтью был сосредоточенный, серьезный и без тени какой-то насмешки или шутки. Это пугало.
  - И что это меняет? - опомнился я.
  - Проехали, - он особенно сильно стиснул бинт и я... нет, не взвыл. Скорей что-то мыкнул сквозь плотно сжатые губы. Скорей грузовик с неба свалиться, чем я закричу. - Извини, вот и всё.
  Темы для разговора, которых и не было раньше, вдруг куда-то улетучились. И вот только сейчас я заметил, что у Мэтью в гостиной как-то подозрительно чисто. То есть, все предыдущие разы, когда я невольно попадал к нему в гости, тут был бедлам...
  - В чем дело? - я кивнул на комнату.
  - Ко мне приходили в гости.
  Я неопределенно кивнул и запоздало начал одевать на себя рубашку. И тут так же запоздало в голову пришла ещё одна мысль:
  - А как же ты? Тебе ведь тоже досталось.
  - Это очень трогательно. Но после того как ты треснул меня об столик, я как-то несильно верю, что твои действия поспособствуют моему выздоровлению.
  - Ты сам во всем виноват, - с вызовом ответил я.
  - В любом случае - ты этого делать не умеешь, уж извини. Или... - он игриво наклонил голову набок. - Снова хочешь увидеть, как я выгляжу без одежды?
  - Да когда я... - возмущение было очень велико. Просто, я б сказал, гигантско. Но он быстро приложил палец к моим губам, слегка прищуривая глаза:
  - Я просто пошутил. Неудачно пошутил.
  Я с силой оттолкнул его руку:
  - Согласен.
  - Вот и чудно. Собираешься помириться с родителями?
  - Не сейчас, - без обиды отмахнулся я. Да, я всё ещё злился за этот фамильярный жест, да-да, и на ту извращенскую фразу. И на всё-всё. Сразу-сразу.
  - Как знаешь.
  Внезапно зазвонил мобильник. Мэтью ловко извлек его из заднего кармана и пристроил к уху.
  - Что?.. Да пошел он к черту!.. Что?!.. Да не слушай ты его!.. Это я тебе говорю, и это моя идея, и если у него какие-то проблемы, пусть названивает мне, а не тебе. Дешевле, в конце концов... О, в самом деле... Это же просто смешно!.. Я его знаю. Чуть ли не с самого детства, и скорей я сброшу на него комод сам, чем позволю обидеть себя...Я имею в виду - что он не сделает мне ничего плохого. Даже если всё будет, как хочу я...Да-да...
  Проследить дальнейшую нить этого высокоинтеллектуального разговора помешало то, что Мэтью сначала пошел на кухню - поставил чайник. Потом оттуда (с кухни) раздался недовольный возглас "Серьезно?!", и он снова вернулся в комнату, но двинулся к окну и закрыл его. Я окончательно потерял смысл этого разговора. То есть, я и раньше не совсем понимал о чем речь, но хотя бы наивно пытался. Мэтью опять сел на табуретку:
  - Шутишь... - он усмехнулся. - Расскажи я ему такое, он сам себе сломает голову об мой диван. Ты же его знаешь, побесится, побесится и перестанет. Я скажу ему, но потом...Нет, ты честно хочешь, чтоб его удар хватил... - Он опять прыснул. Мне не было слышно, что сказали в трубке. - Это смешно! Ну честное слово из всех вещей, что ты мог сказать - это самая глупая...Всё-всё... Ну ты подумай, как тебе такое в голову пришло?.. А чтоб ему! Письма с угрозами. И всё за сегодняшний день?!.. Так, ладно, ладно. Я тебя чуть позже наберу. Да не кипятись ты так!.. Его здесь нет!.. Если я говорю нет, наверное, значит - нет?.. Прости, у меня был тяжелый день... Нет, я всё ещё жив... Да, да, я говорил. Прости. - Мэтью повесил трубку и выдохнул, убирая телефон, и обратился уже ко мне. - Извини, мне надо было ответить. Так вот, раз ты всё ещё здесь... - он пошел на кухню и вернулся в гостиную. Вообще говоря, кухня ведь была продолжением гостиной, только чуточку забирала вбок, а так ни лишней стены тебе, ни двери. Просто кухня-гостиная. Так вот, он вернулся с двумя чашками и одну протянул мне.
  - Да, пока ты всё ещё здесь. Помнишь, я просил тебя поговорить со мной?
  - Ну да, - я опасливо стиснул чашку, чтоб она разбилась, но она была крепкая.
  - Шелли, я хочу спросить у тебя совета.
  У меня слегка отлегло от сердца, но не полностью, потому что я предчувствовал что-то страшное.
  - Спрашивай что угодно, - мой голос был наигран, и я, чтобы не упасть, оперся о спинку дивана. Она ведь для того и предназначена. А потом отхлебнул того, что было в чашке и чуть не начал плеваться. Какая-то гремучая смесь не то чертополоха с крапивой, не то... крапивы с чертополохом. Но чертополох там определенно был. - Что это за гадость?
  - Лекарственный чай - восстанавливает силы.
  - Ага, Health + 10. Это ж в самом деле не какая-то тупая ролевушка? И мог бы предупредить.
  - Ты бы не стал его пить.
  - Я о том и говорю! - я стукнул по столу. Точнее, собирался это сделать, но опустил руку на полпути. - Прости, я в последнее время просто схожу с ума. В чем твоя проблема? - я постарался скопировать интонацию психолога, того, что видел в недавнем фильме.
  - Понимаешь ли... - он съехал рукой по лицу и запрокинул голову. - Как бы тебе объяснить... Я бы не стал тебя в это впутывать, потому что, как я понял, не очень-то ты любишь проводить время в моем обществе. Но Бартишо мне не может нормально помочь, он, так сказать, заинтересованное лицо. Моя мама не против, но зато отец против.
  Я не выдержал и вставил:
  - А где он живет?
  - Нью- Йорк. Так, а спросить мне больше и некого, и тогда самым ближайшим получаешься ты.
  - Погоди, получается, это то о чем вы говорили с Бартишо в школе?
  - Да, - немного подумав, ответил Мэтью. - Видишь ли, мне нужно выбрать между двумя вещами, даже тремя. И я не знаю - что делать?
  - Я бы, несомненно, выбрал первое. Будь ты чуточку поконкретнее!
  - Понимаешь, я не могу сказать, - на его лице было какое-то мучение.
  - Зачем спрашивать, если говорить не собираешься?
  - Я не хочу тебя расстраивать.
  - Поверь, вряд ли это изменит моё мнение о тебе или ухудшит настроение.
  - Нет... это... вот как - представь, Шелли, если бы я был убийцей и не знал, где спрятать труп. Я бы не сказал тебе, что я убийца, потому что тебя расстроит, если ты узнаешь, что я убийца, но с другой стороны, ты один можешь дать мне толковый совет.
  - Ты кого-то убил?
  - Тьфу ты, ну конечно же, нет!
  - Ты сам послушай. Чего ты от меня хочешь? Как я могу помочь тебе с выбором, если даже не знаю, из чего мы выбираем?
  - Шелли, - он отставил чашку на столик. - Не совсем хороший пример. Вот лучше - что ты считаешь плохими моральными качествами, например, воровство? Вот видишь, тебя бы совершенно не обрадовало, если бы я был вором.
  - Так и есть, - я сосредоточенно кивнул.
  - Но мне нужен твой совет!
  - Мэтью! - я вскинул голову. - Я не могу дать тебе совет, если не знаю, о чем мы говорим! В таком случае куда толковей насыпать бумажки с вариантами в шляпу и выбрать одну оттуда.
  Он помолчал и пока вроде как не знал, что сказать.
  - Ладно. Давай попробуем так - какое бы мое плохое моральное качестве заставило бы тебя расстроиться?
  Он всё так же думал, а потом просто сказал:
  - Никакое. Шелли, что бы ты ни делал, это неважно. Потому что... - Мэтью поднял на меня свои мерцающие зеленые глаза. - ...дорогим людям все прощается.
  Я медленно опустил взгляд на пол, он мне казался куда более привлекательным. На самом деле я просто пытался скрыть своё лицо, мне казалось, оно всё горит от таких слов. Однако с мертвой точки мы не двинулись.
  - Слушай, - после какого-то времени произнес я. - Если Бартишо в этом вопросе принял какую-то сторону, то наверное, не просто так, правда? Он умный человек и желает тебе только добра.
  - Это-то и плохо.
  Я непонимающе развел руками и покачал головой.
  - В смысле... - он очень адекватно поразмахивал в воздухе руками и сказал: - Ну как если бы девушка влюбилась в плохого парня.
  - И ей вполне справедливо советуют бросить эту затею.
  - Но она же его любит!
  - И что? Он какое-то время с ней побудет, а потом бросит! Девушка должна думать наперед.
  - А с чего ты взял, что он её бросит?! - повысил тон Мэтью.
  - Он же плохой! - выкрикнул я.
  Мы опять помолчали.
  - Может, он тоже её любит.
  - Он плохой, - не переставал я гнуть свою идею.
  - Тогда почему она в него влюбилась?
  - Наверное, потому что дура.
  - Хочешь сказать, я дура? - Мэтью приподнял на меня глаза.
  - А ты что - влюбился?
  - Нет.
  - Вообще, что за ерундой мы занимаемся? - растеряно возмутился я. Да, выглядело это порядком странно.
  - Ты помогаешь мне принять решение? - выдвинул он свою теорию и оказался прав. Во всяком случае, он так думает. Ну то есть, он уверен, что я помогаю принять ему какое бы то ни было решение, а я пытаюсь ему втолковать, что если он хочет от меня полезного совета, пусть объяснит ситуацию. Мы друг друга не понимаем. А ещё у него в ванной орда резиновых утят и тонны мыльных пузырей. Это к делу не относится. Но всё-таки, с таким оружием можно и ненароком захватить мир. Как? Вы просто не представляете, сколько людей может поскользнуться об эту мыльную воду и игрушки. А если всё правильно рассчитать - весь мир падет, так сказать, в прямом и переносном смысле... Я совсем помешался! Мне стоит меньше общаться с Мэтью. Кстати, о Мэтью - до определенного момента он рассматривал мои колени, не знаю почему. А потом вскинул голову, собираясь что-то сказать, ибо лицо его было такое, словно либо он объелся и его сейчас вырвет, либо собирается сообщить что-то, отчего я в обморок упаду. Ни хрена! Никуда я падать не собираюсь! Чтобы он мне тут ни ляпнул. Вот так! Однако только он так победно дернулся, у него снова зазвонил мобильник. Он, не глядя на номер, приложил к уху:
  - Что опять?.. Что?! - глаза Мэтью увеличились... ну, не до блюдец, может блюд новогодних, где-то так. - Сдай билет... - он собирался что-то ещё сказать, но, похоже, трубку повесили. Он отнял от головы телефон, пристально в него вглядываясь, потом потряс пару раз, будто проверяя, не сломан ли он, и, беззвучно ругнувшись, щелкнул пару кнопок, снова приставляя к уху:
  - Немедленно! И не бросай трубку!... Я? О, что ты, я совершенно не бешусь...Как ты мог подумать... Я в полнейшем ауте!
  Я опять же не встревал. Ну это просто невежливо, да к тому же обезболивающее прекратило действовать. Было не больно. Не двигаться. Но стоило наивно шевельнуться, и вся спина изнывала от стиснутых бинтов. Вот я сидел и молчал. А разговор всё продолжался.
  - Я говорю тебе: сдай билет! Сейчас же! Ты не полетишь в Вашингтон!.. Что значит - конечно, полечу?.. Погоди, что? Что он тебе сказал?.. Это же бред! Полнейший!... Не говори это слово! - Мэтью нервно закрыл ладонью глаз и заговорил потише, проникновенным негромким голосом:
  - Бартишо, сдай билет? Возвращайся. Мы с тобой поговорим...
  Всё хоть немножко прояснилось. Ничегошеньки, а так всё. Бартишо зачем-то собирался лететь в Вашингтон. Зачем? Я тупо уставился на журнальный столик. Он молчал. Вот же стойкий. Но ты ещё расколешься, капитан Столяш.
  - Прекратим наконец-то эти тупые перепалки... Ну конечно. Конечно же. Да, я буду дома. Да, да, - он прикрыл глаза, улыбаясь. - Всё... - рассмеялся. - Люблю-люблю. - И повесил трубку, слегка смущенно поднимая на меня глаза. Но я, вероятно, не обратил на это внимания, потому что занимался невербальным допросом капитана Столяша. Он крепкий орешек.
  - Вашингтон, да? - банально спросил я.
  - Вашингтон, - он кивнул, продолжая улыбаться самому себе. - Но знаешь - это не шутки. Если я чего-нибудь не решу, то вся моя жизнь испоганится.
  - Слушай своего Бартишо, он плохого не посоветует. - Вам могло показаться, что это было сказано с какими-то обидными нотками, однако - только холодная честность и расчетливость.
  - Ну уж нет - послушаю его, и вся моя жизнь полетит к чертикам.
  - К таким рогатым, да? - я всё ещё не мог как-то конкретно мыслить.
  - Не знаю, - он с презрением глянул на меня и помотал головой, видимо, посчитав мой вопрос каким-то глупым. А, ну и пусть.
  - Знаешь что, Мэтью?
  - Что?
  - Чего ты сам хочешь? - я, не дожидаясь ответа, усмехнулся. - Уж лучше ни о чем не жалеть.
  Конечно, давать такие громкие советы было немного страшно, потому что казалось, что Мэтью выясняет всё это относительно меня. Но меня утешало то, что если я качественно отвечу на вопросы, может, он отстанет? Надежда навсегда остаётся в наших сердцах. О да - я знаю, это пафос. Но ведь на ум и ничего другого не лезет. Ах, как я банален, банален...
  - Я не уверен. Знаешь, когда стоишь в преддверии чего-то грандиозного, все, за чтобы ты не брался, кажется неверным. В идеале было бы выбрать что-нибудь одно и следовать этому пути. Но как я сказал - не могу определиться. Эти варианты - оба хороши, но каждый по-своему. Вот как бы ты решил какие часы купить: кожаные, что покрепче, нержавейку - в которой можно нырять, или золотые - чтобы похвастаться.
  - Но тут всё крайне просто, - я невесело вздохнул, пополам с иронией над самим собой. - У меня вообще нет денег на часы.
  - Так у тебя нет часов?
  - Есть, конечно! - меня почему-то так взбесило, что он допустил мысль, будто у меня, нет, вы подумайте - у меня нет часов! Да я знаю время точнее всех в этом захудалом городишке!
  - И какие? - он с интересом подался подбородком вперед, разводя руками. - И более того: откуда они взялись?
  Я немножко помолчал и нехотя выдавил, смотря в сторону:
  - Спортивные, на липучке. Продавались вместе в кроссовками.
  - Да ладно! - он наклонился ещё больше вперед, а я инстинктивно вжался в спинку Диваниса. А вы разве не даете имена вещам, в обществе которых вы находитесь долгое время? Вероятно, я один такой... - Удобные?
  - Не очень. - Разговор явно приближался к своему, как всегда, логичному тупику.
  - Собственно, я говорил про часы к тому, что у всех у них есть преимущества. И у каждого своё, и оно не хуже и не лучше других.
  - А ты бы какие часы выбрал? - вернул я ему вопрос.
  - Думаю, купил бы все три.
  - А в ситуации с твоей неразрешимой проблемой так же поступить нельзя?
  - Не выйдет. Взаимоисключающие цели.
  Это всё объясняло. Но я ж знаю, так мы до скончания веков ничего не решим.
  - В принципе, я знаю, чего мне хочется.
  Уже лучше.
  - Но с другой стороны, поступи я так, мы с Бартишо можем даже перестать общаться, как раньше.
  - А что было раньше? - как-то неуместно задал я вопрос.
  - Не было, а ещё есть. То, как мы общаемся. Это волшебство, - Мэтью уверено поднял уголок губ. Ещё немного - и можно будет писать каталог его улыбок и их толкование. Улыбка извиняющаяся, полуулыбка, улыбка для флешбэка (воспоминание о Уилли), улыбка для Бартишо, вот эта фирменная и радостная, улыбка для меня, полная беззлобной издевки. И ещё много чего другого! Ожидайте каталог в следующем месяце! Не пропустите - эксклюзивное предложение! О черт. Вы не находите? Я опять думаю о чем-то постороннем. А Мэтью продолжил:
  - Всё будет так же. Только он будет на меня злиться, а мне этого не хочется. Совсем. И ещё мой отец тоже будет недоволен.
  - Вот как всё непросто.
  Мэтью нервно кивнул, барабаня пальцами по колену. Раздался звонок в дверь, и он сорвался с места. Я озадаченно передернулся и отклонился назад, чтобы видеть, что происходит. Дверь захлопнулась. Какое-то время он просто смотрел на Бартишо (да, пришел именно Бартишо, ха, кто бы сомневался, впрочем, кто ещё ходит к Мэтти в гости, кроме нас? Неясно). Так вот, они всего лишь вглядывались в друг друга. Потом Мэтью истерически моргнул и залепил со всей дури ладошкой по щеке своего друга:
  - Какой ещё Вашингтон?! - его лицо было всё красное, не то от злости, не то от чего ещё. Может, аллергия? Ага, на этого высокорослого, мы-то нормальные. Не в этом, а в том смысле. Я свято верю, что меня все поняли, ибо мне уже вконец надоело об этом думать. Всклокоченные черные волосы Бартишо забавно дрогнули, и он опять поднял глаза на Мэтью (вообще говоря, опустил, ведь он выше его). В любом случае, они снова смотрели на друг друга, будто не виделись как минимум вечность.
  - Американский Вашингтон, - он не сдержал улыбки, а потом посерьёзнел, поднимая Мэтью за майку до уровня своих глаз. - Лучше сам мне скажи: какого хрена ты творишь? Что ты пытаешься сделать, ты хоть думаешь?
  - Я думал.
  Бартишо резко разжал руку, и Мэтью встал на пол, всё так же не опуская глаз. А дальше буду краток и понятен - Бартишо двинул ему так же рукой по щеке. На красном лице остался неестественно выделяющийся белый след. Во время удара Мэтью чуть повернул голову и теперь смотрел в сторону. Что ж они такие нервные? На счет нервности я был абсолютно прав, потому что они вдруг начали тихо смеяться, а потом и вовсе в голос, запрокинув голову и от всей души. И так посмеявшись - снова посмотрели на друг друга, и Бартишо стиснул Мэтью. Мэтью тоже ответно обвил его шею руками. Потом они немного отстранились, так же не опуская руки, и просто смотрели в глаза друг друга. Я чувствовал себя крайне лишним, но хмыкнуть не было голоса. Но все эта трогательная атмосфера вдруг быстро скукожилась, Бартишо просто подхватил Мэтью за шкирку, понес и посадил на кресло. Сам стянул с него майку (да, на этом моменте, признаюсь, я зажмурился, но в итоге, когда открыл глаза, майки уже не было). Так вот, он болезненно посмотрел на его спину и недовольно заговорил:
  - Придурок. Какая. Разница. Если. Все. Узнают?! - он делал после каждого слова паузу, втирая какую-то мазь из того белого чемоданчика. - Хватит всем врать! В особенности самому себе!
  Я видел, как Мэтью сжал зубы, потому что Бартишо, видимо, слишком настойчиво втирал лекарственную мазь.
  - Ни за что! Я ведь даже не ожидал, что Шелли придет.
  О, что-то про меня. Может, они заметят, что я всё ещё нахожусь здесь - однако нет. Полный игнор.
  - Это ты дал ему повод усомниться в том, что ты можешь постоять за себя. А, точно - ты же всем дал такой повод!
  - И ты знаешь, почему!
  - Хватит уже прятаться! - Бартишо нарочно стиснул наматываемый бинт, и Мэтью, естественно, окликнул его:
  - Да не тяни ты так сильно! Знаешь же, что если перетянуть, потом всё ныть будет.
  - И поделом. Нечего устраивать всякую ерунду!
  - Что хочу, то и творю! - хрипло провозгласил в ответ Мэтью.
  -Прости, - Бартишо ещё сильнее стиснул бинт, осторожно прикасаясь губами к его спине. А знаете, я думаю, что глаза размером с блюда - не такие уж это и большие глаза - вот мои были размером как минимум с НЛО, и не нарисованное, и не макетовое, а самое настоящее, большое и ужасно круглое. У меня от происходящего пробежал холодок по всему телу, спина, конечно, вне конкуренции, но холодно вдруг стало везде. Мэтью слегка дрогнул, недовольно оборачиваясь на туго стянутый бинт:
  - Я тебе говорю - не тяни. Там дальше какой-то недоумок саданул каблуком, не обтягивай.
  - Ну уж нет - давай терпи. Для меня, - Бартишо немножко отстранился, оглядывая спину Мэтью, а потом снова наклонился и подул. Мэтью благоговейно прикрыл глаза, видимо, пытаясь расслабиться. Я уже вполне заметно тычил в них пальцем, но так как был не силах что-либо сказать, они меня и не замечали. Я здесь, здесь я ! Мне по рейтингу не положено! Да и не хочу я всякое такое видеть! Бартишо по максимуму обматывал его бинтом, Мэтью мучительно выгибал спину, видимо, ему и правда было больно.
  - Вот и всё, - Бартишо легонько отклонил его голову и погладил лоб. - Ты же знаешь, потом всё пройдет. И всё-таки. Прошу тебя - шанса вернуться не будет. И я... не буду с тобой разговаривать.
  - Ну да, - Мэтью усмехнулся. - Мы же оба знаем, это абсолютно невозможно.
  - Перейду в Огайо.
  - Бред!
  - А я о чем! Как тебе ещё объяснить, что этого делать не надо?!
  - Но мне хочется!
  Бартишо вскочил с подлокотника:
  - Да что ты за олень такой?!
  - Это я-то олень? - Мэтью встал с кресла, сверкая глазами.
  - Стопроцентный.
  - Не надо пытаться меня злить - ты же понимаешь, я не умею на тебя злиться.
  - Зато знал бы ты, как злюсь я!
  - Ой, да ладно тебе, - махнул рукой Мэтью, усаживаясь на подлокотник кресла. - Когда мы только начинали играть, ты всё твердил, что не простишь меня. Но ты хоть помнишь, чем всё закончилось? Я тебя уговорил.
  - В этот раз не выйдет! Я настроен серьёзно!
  - Ну-ну. Если бы ты был настроен серьёзно - не стал бы звонить из аэропорта именно мне.
  - Мне просто нравится, как ты говоришь слово Вашингтон.
  - Вашингтон.
  - А теперь ещё раз взвесь всё и пойми, что то, что я говорю - разумней! Что ты собираешься совершить непоправимую глупость!
  - А что, если я хочу её совершить!
  - Мэтью, - процедил Бартишо. - Придурок, не делай этого! - Мда, Бартишо на него кричал. Но Мэтью, вместо того, чтобы скукожиться в кресле или пропустить слова мимо ушей, совсем некстати робко спросил:
  - Шоколад?
  - О да, шоколад! - мгновенно согласился Бартишо. Не то это был сарказм, не то что. В общем, высокий парниша быстрыми шагами двинулся в кухню и через секунду вернулся с настоящим ведерком жидкого шоколада. И что Мэтью ест? Если у него в холодильнике одни ведра сладкого.... Так вот, Бартишо ещё раз повторил:
  - Шоколад! - правда, как-то немного озлобленно. И что вы думаете? Одел это ведро на голову Мэтью. Вместе с шоколадом. А потом снял. Шоколад общей густой массой растекся по лицу и волосам, местами закапал бинт и шорты. Они ещё посозерцали друг друга, и тут Мэтью опять начал смеяться так беззвучно и почти незаметно. Бартишо тоже улыбнулся и, подаваясь вперед, слизнул шоколад с носа. А потом по-собственнически забросил руки ему за шею и приблизился вплотную к лицу, аккуратно сталкивая самого Мэтью обратно в кресло, медленно проводя языком по его щеке.
  - А! - это был мой отрывистый крик.
  А они меня не услышали. Бартишо потерся своим носом о нос Мэтью и, подмигнув, закусил шоколадную прядку волос. А потом потянулся к губам, видимо, тоже собираясь их... облизать.
  - Нет! - а это снова был я. Ну не могу я на такое смотреть. Да, у меня слабая психика.
  - Шелли? - синхронно обернулись они ко мне, перепачканные в шоколаде. И спросили синхронно. Если это телепатия, то я сдаюсь. Мне с ними не соревноваться. В чем? Вообще!
  Бартишо несколько недовольно сполз с колен Мэтью, подходя ко мне:
  - Шелли. Извини, я как-то не обратил внимание на то, что ты здесь. Но это даже хорошо.
  Я с опаской смотрел на него, готовый в любой момент даже с отсутствующими костями рвануть к выходу (если ситуация выйдет из-под контроля).
  - Думаю, Мэтью пытался тебе объяснить, что происходит, не прибегая к конкретике. А ещё думаю, что ты ничего не понял.
  Он сел на свободное кресло, выудил листик А4 и ручку с нижней части стола и начал рисовать:
  - Я сдержу своё слово, Мэтью. - Он глянул на него исподлобья и снова обратился к бумажке. Мэтью немного нервно и по-кошачьи облизывал свой локоть, а потом подошел ближе и перегнулся через плечо Бартишо, который начал пояснять:
  - Это Мэтью...
  - Какого хрена я в платье?!
  - Это обнаженный торс, - без тени иронии пояснил Бартишо.
  Я в ужасе приподнялся с дивана глянуть, что же там за произведение искусства. Это был кружочек на треугольнике. Голова и обнаженный торс, если я правильно понял. Снизу было написано "Мэтью", и всё это находилось почти в середине листа. Потом Бартишо пририсовал стрелку вправо и изобразил ещё один кружочек, внутри которого была буква Х, и пояснил:
  - Здесь он приобрел некоторые хобби и качества, которые изменили его. - Он опять нарисовал стрелочку и снова нарисовал человечка, правда, теперь в голове его была буква Х. - Вот он вбил себе в голову эти идеи. А дальше, - отвел две стрелочки - одну вверх, а другую вниз, - было два варианта. Скатиться по наклонной или же не скатиться. Он, так сказать, выбрал скатиться. - Бартишо снова изобразил человечка Мэтью с буковкой Х в голове, а снизу поставил буквы Б, М, П. - Я и его родители какое-то время попсиховали, но потом успокоились, собственно, смиряясь с его выбором жизненного пути. Но, как ни странно, это ещё не всё. - Он снова развел две стрелочки в разные стороны. - И сейчас перед ним снова стоит выбор: скатиться в самый низ или остаться более-менее на плаву. И как ты думаешь, что? Он собирается скатиться по наклонной до победного конца.
  - Он хоть понимает, что это наклонная?
  - Понимает, - Бартишо расстроено хмыкнул. - Только вот он совершенно не считает это наклонной.
  - Думаю, - Мэтью заложил палец в шоколаде в рот, пососал, - это просто путь другой жизни.
  - Сам видишь. А теперь твой ход. Как его переубедить?
  Я снова начал отнекиваться - хотя, надо признать, эта схемка все немного проясняла:
  - Я слишком мало знаю.
  - Хорошо, - Бартишо перевернул лист, постукивая по нему рукой. - Ладно. - Он снова вдумчиво побарабанил конечностями.
  - Да чтобы не случилось - Мэтью, просто послушай Бартишо и всё тут.
  - Ты подумай, что бы было, если б я его слушал?
  - Делал бы меньше ошибок? - предположил я.
  - Моя жизнь была бы скучной! А когда я делаю что хочу - мне весело.
  - Слушай, Мэтью - иди отмывать волосы, а то так и засохнут, и в следующий раз не будет шоколада, потому что кое-кому придется побриться налысо.
  - Фу-у, - Мэтью поморщился, а потом легонько толкнул его в плечо. - Всё ты врешь.
  - Ну вот опять, - Бартишо вздохнул. - А теперь, Шелли, давай, объясни ему, что надо отмыть волосы - а то засохнут.
  - Это же и так понятно! - возмутился я. Если случай с неразрешимым вопросом такой же тупиковый, то я умываю руки. - Мэтью, иди помой голову...
  Он ещё немножко смотрел на меня и вдруг хитровато улыбнулся:
  - Да знаю я! - а потом двинулся в сторону ванной и на полпути бросил: -Бартишо, ты ведь поможешь мне очистить волосы?
  - Да, подожди пару минут. Я немножко утомился. - Бартишо откинулся на спинку кресла, но, как только Мэтью скрылся за дверью, тут же поднялся, шепотом обращаясь ко мне:
  - Вот это меня и пугает. Раньше его беззаботность и искренность побивали все рекорды, а теперь он всё понимает, хотя и делает вид, что это не так. Что-то изменилось.
  - Думаю, на какую-то часть он всё-таки искренен.
  - В любом случае, Шелли, то, что он собирается сделать - непоправимая ошибка. И надо его отговорить, - он ещё раз бросил на меня отрывистый серьёзный взгляд и двинулся в ванную. Я остался один наедине с извазюкаными креслами. Хоть кто-нибудь размышлял на тему, как всё это отмыть? Никто, видимо. Вот я так и сижу. И не знаю, что мне делать. Хочу уйти, но они ж меня не отпустят, догонят и снова будут путать своими тупиковыми объяснениями. Да и бежать никуда не хочется - больно, да и некуда особо. А я по-прежнему не хочу извиняться перед родителями. Да простит меня тот самый, что на облаках и с кустиком оливы. Что же делать? Делать что? И вообще, как изменится моя жизнь конкретно, если Мэтью совершит задуманное? Неожиданно послышался грохот, я на автомате обернулся на дверь ванной. И что они там делают?.. Однако через какую-ту секунду всё прояснилось. Потому что они вышли оттуда. Оба в домашних шортах. Бартишо легонько придерживал Мэтью за живот и щекотал за шею. А Мэтью - смеялся. Что за бред? Он же не боится щекотки. Или только моей не боится? А это обидно. Они сделали несколько кривоватых шагов и завалились рядом на моего Диваниса. Я отодвинулся на край. Мэтью продолжал смеяться, а потом устроился у Бартишо на коленках, обвивая двумя руками шею, чтобы не упасть. Бартишо какое-то время вдохновенно смотрел на щеки Мэтью, а потом вдруг кивнул мне. Я толком не знал, с чего начать.
  - И как вы собираетесь очистить кресла от шоколада?
  - Просто постираю обивку - она у меня чехольная. Ведь так далеко не первый раз. Мы с Бартишо, когда вдруг начинаем злиться - используем шоколад и сразу забываем обо всем. Так мы придумали. - Он улыбнулся дивану. Вы только подумайте - бедняжка Диванис в опасности.
  - Нет! - я закрыл рукой то место дивана, куда смотрел Мэтью.
  - Что?
  - Ты не тронешь его!
  - О чем ты? - он недоуменно наклонил голову на бок, прижимаясь мокрыми волосами к груди Бартишо. А я подумал, что он не знает имени Диванис, и сказал так:
  - Диван!
  - Что диван? - он прищурил один глаз, а потом потерся о Бартишо.
  - Не трогай его!
  Он подозрительно скосил взгляд на Бартишо, а потом снова на меня. Я взвился:
  - Диван не трогай!
  - Но он мой.
  Я как-то вдруг почувствовал себя опустошенным и слегка пришибленным. Точно, я же до сих пор сижу дома у Мэтью - так, мне надо сваливать.
  - Я пойду, - я, скрипя зубами, поднялся, придерживаясь за подлокотник.
  - Подожди, - Мэтью соскочил с коленок Бартишо. - Надо немного посидеть, пока ты не привыкнешь к бинтам. Чтобы было не больно. - Он оттянул мою руку и подтолкнул на диван.
  - Я у Эмили посижу.
  - Нет, ты посидишь здесь.
  И чего он такой упрямый стал? Переходный возраст, что ли? Бартишо громко вздохнул, отнимая руку Мэтью от моей.
  - Если хочет, пусть идет...
  - А я не хочу! - Мэтью сильно дернулся, высвобождая руку.
  Мы с Бартишо переглянулись удивленными глазами.
  - А что толку мне тут сидеть, если вы всё равно ничего не собираетесь рассказывать!
  - Извини, Шелли. - Мэтью опустился рядом на диван, понурив голову, а потом вдруг повернулся в мою сторону. - Можно тебя поцеловать?
  - Прости, что? - я меня дернулся глаз.
  Вот так медленно дернулся.
  От шока сильного.
  - Я спросил: можно ли тебя поцеловать?
  Я какое-то время соображал - пытался понять происходящее, а потом потусторонним голосом произнес:
  - Нет, нельзя, - как же мне было не по себе.
  - Жаль, - он снова уставился на свои ноги. А потом вдруг заплакал. Уткнулся в колени и заплакал. А я больше ничего не понимал вообще. Как меня зовут, как я здесь оказался, как передвигать ногами, чтобы убегать от странных людей. Я с опаской посмотрел на Бартишо - ну сейчас он меня точно побьет. Однако он был удивлен не меньше меня. Подумав, придвинулся к Мэтью и осторожно приобнял его за плечо:
  - Ты чего?
  Он не ответил, продолжая хлюпать носом в свои коленки.
  - Не надо, - Бартишо испуганно смотрел на него. - Не надо плакать. Делай всё, как тебе хочется, только, пожалуйста, не плачь. - В его глазах было страдание.
  В этот момент я был с ним согласен - что угодно, только пусть Мэтью не плачет. Конечно, я не брошусь его целовать! Ни за что. Но плакать... Вы бы сами на это посмотрели. Сразу так щемит, что нечем дышать, когда эти огромные ресницы слипаются от слез, а красные заплаканные глаза чуть ли не ежесекундно моргают. Это было видно, даже когда он так опустил голову в колени.
  - Вы всё не так поняли.
  Мы опять непонимающе переглянулись с Бартишо.
  - Бартишо, - он шумно выдохнул поворачиваясь ко мне спиной. - Это не наклонная, потому что вы всё неправильно поняли. - Мэтью обхватил его за шею и что-то прошептал на ухо. Опять секреты от меня. Я даже не удивляюсь.
  - Это ты не понимаешь!
  - Что я, дурак думаешь последний? Не дальше, не меньше - как мы с тобой. - Он обернулся ко мне и неуверенно потянулся к моей руке. Я нервно дернулся.
  - Прости, Шелли, - он робко поднял на меня глаза. - С тобой бывало когда-нибудь, что просто захотелось, и всё? Не волнуйся, я не буду тебя трогать. Просто я... заигрался, - Мэтью грустно скосил глаза вбок. - И больше не буду доставать тебя бесполезными расспросами. Давай, иди.
  Моё недоумение от это бессмысленного монолога росло с каждой секундой, однако после следующей фразой оно вообще стало размером неясно со что:
  - Давай, уходи, - он закрыл уши руками. - Быстрей, пока я опять что-нибудь тебе не сделал.
  - Э...с тобой всё нормально?
  - Да, не бери в голову, - он обернулся, разбито улыбаясь, вроде как хотел похлопать меня по плечу, а потом передумал.
  - Ну, тогда пока, - я всё так же недоуменно встал с Диваниса и направился к двери. Мэтью снова уткнулся головой в колени.
  Мне было плохо. Когда я поднимался с дивана, когда покидал дом, когда захлопывал дверь, когда брел по улице. Ведь во все эти моменты мне казалось, что либо я сделал что-то непоправимое, либо просто очень обидел Мэтью. В любом случае мне было очень неприятно от сложившейся ситуации, но зато меня больше не спросят, о чем я не знаю. Это хорошо. Я выудил телефон из рюкзака, собираясь позвонить Эмили, но он разрядился. Я подумал, чертыхнулся и направился в сторону своего дома. Но тут вспомнил, что Эмили, после того как ходила за моими учебниками - так и не вернула ключи. И желание мириться снова отпало. Я остановился и решил пойти всё-таки к Эмили. Даже если её нет дома, думаю, меня пустят посидеть в комнате. Ну... Или не пустят. Иду дальше. А в голове все крутятся те слова: "Можно тебя... поцеловать?.. Не волнуйся, я не буду тебя трогать. Я заигрался". Что значит - заигрался? Действительно, сколько можно было ко мне лезть без какой-то надобности, ведь наверняка есть человек, которого он по-настоящему любит. Или он так издевался надо мной, шутил, но зачем? И вообще, кто так шутит? Это же не смешно! Значит, он и не шутил. Тогда как это ему хватило сил остановиться? Нет, конечно я рад, что он не пересекает какие-то устоявшиеся границы. Но всё это жутко странно. Быть таким ненормальным и уметь останавливаться. Не понимаю.
  В окнах дома Эмили горел свет. Я привычным движением натиснул на звонок. На моё счастье, дверь открыла Эмили:
  - Шелли? Давай заходи! - её лицо улыбчиво оживилось.
  - Что такое? - недовольно спросил я, снимая кроссовки.
  - Просто у тебя такой потерянный и испуганный вид.
  - О да, я испугался.
  - Что же случилось? - мы поднимались в её комнату.
  - Шоколад. А потом Мэтью, - кратко сообщил я, наивно полагая, что это всё разъяснит. Однако нет, и мне пришлось всё рассказать Эмили.
  - Он что?.. - её лицо было такое будто она вознеслась к небесам и спустилась оттуда, лишь быть показать, как обескуражена, но в тоже время улыбается. - Как жаль, что я этого не видела.
  - Лучше б уж я этого не видел.
  - Да ладно тебе, он же сказал, что не будет тебя трогать.
  - Но ты хоть понимаешь, что он мне предложил?
  - Ну да. Забавно, правда?
  Я скосил на неё глаза, мысленно интересуясь: "Ты что, идиотка?", а её взгляд знакомо отвечал: "Что ты кипятишься? Всё ведь замечательно". Но ведь ни хрена-то не замечательно. Мэтью опять, опять ко мне лез. Хорошо, что хоть вовремя остановился.
  - Ты ведь извинишься перед родителями?
  - Да, - я уже думал над этим и вот, что я хочу - чтобы всё было нормально. У меня должна быть нормальная жизнь, и поэтому я пойду и извинюсь перед родителями.
  Потом. Ну ещё часочек посижу тут. А потом - правда, правда.
  - Это хорошо. Но меня куда больше беспокоит то, что творится с Мэтью, - она задумчиво придерживала рукой подбородок.
  - Все только об этом и говорят! - я взмахнул руками.
  - А тебе разве не интересно что с ним такое случилось?
  - Абсолютно. Абсолютно нет!
  Она пропустила мою кратковременную истерику мимо ушей.
  - Он то срывается, то затихает, будто сходит с ума.
  - Точно.- Я хлопнул себя по виску.- Он ведь давно сумасшедший.
  - Нет, это началось где-то вчера- позавчера. Совсем не давно, а раньше он нормальный был.
  - Что ты имеешь в виду? - с серьезным видом решил я уточнить.
  - Фактически, он был стабилен. То есть мы знали каких выходок от него можно ожидать. И как он поступит. Понятно, что он немного необычный человек, и его действия отличались от обычных людей. Но мы знали его характер. Мы понимали, кто он. А теперь непонятно, что будет. И, кстати, совсем не ожидала, что он умеет драться.
  - Я тоже.
  - Только вот правда, почему он это никому не показывает?
  - Говорит - навредит его имиджу. Понять не могу, у него же нет никакого имиджа.
  - Я не знаю. Но мне почему-то кажется, что к новому году всё решится.
  - Ты так думаешь?
  - Да. И больше не будет каких-то нелепых домыслов.
  - Вот бы так всё и было! - я тяжело вздохнул, приземляя голову на руки.
  - Шелли, - Эм сочувственно улыбнулась. - Что ж ты так на это реагируешь? Вот увидишь, всё устаканится! - она похлопала меня по волосам.
  - Ага. Я хочу на это посмотреть.
  - Вот увидишь. И кстати, не забудь мы на выходных собираемся ехать на пикник - говорят, последние теплые выходные, а ты уже видел, какой на этой неделе шел дождь. Так что с этим тормозить нельзя.
  - И ты позвала Мэтью?
  - Да, а что плохого? А ещё Бартишо, так что страшное затискивание в кустах тебе не грозит.
  Я против воли улыбнулся, а она продолжала рассуждать:
  - Ты знаешь, когда они рядом - не замечают никого вокруг. Вообще впервые в своей жизни вижу людей, которые так близки. Кажется, в их дружбе нет никаких границ, так что это даже немножко пугает. Держу пари, они просто не умеют останавливаться, и могут не стесняться этого перед друг другом.
  - Что ты имеешь в виду?
  - Например, один захотел другому помыть голову или просто поцеловать. И ничего, понимаешь, ничего. Вот бы у меня был такой друг! - она мечтательно воззрилась на потолок, зацепляя нижнюю губу указательным пальцем.
  - А я?
  - Шелли, мы с тобой лучшие друзья. Но, бесспорно, мы не можем быть честны с друг другом на сто процентов.
  - Я тебе всё рассказываю! - я немного опустил голову, а потом снова поднял. - Может, ты не всё говоришь?
  - Ну, разве что про Дика не могла сказать, я же пообещала Рэйч.
  - А, этот Дик, знаешь, я его видел сегодня в школе, такой отморозок.
  - Конечно, соглашусь - но у тебя не совсем объективное мнение по поводу него. Потому что он видоизменяется.
  - Трансформация? - опасливо поднял я брови.
  - Всё сам увидишь.
  - И давно он ей нравится?
  - Где-то с прошлого года, - Эмили задумчиво почесала нос. - Но вообще - он вшивая сволочь.
  - А знаешь, это не всё. Мэтью, оказывается, его знает, и они вроде как неплохо общались. Но сегодня вроде что-то не очень. Обменялись парой фраз, и всё.
  - Завтра ты всё поймешь.
  - Как вы все надоели говорить загадками! Нет чтобы прямо сказать: у него лосиные рога - он их прячет под своим нечесаным париком.
  - Нет. Но вообще, думаю, рога у него где-то внутри - и как только можно не любить нашу Рэйчел?!
  Я активно закивал, ведь я был полностью с ней согласен. Рэйчел - она же красивая, интересная, и у неё очень милая улыбка. Как она может кому-то не нравиться? Я сгустил брови. Нет, надо всё-таки вернуться к первоначальному варианту - пойти и побить этого шибанутого Дика. О да, Дик, твоя смерть придет. И я буду выступать в её лице. Я буду твоей смертью! Ухахаха. Что-то я переборщил.
  - Знаешь, я домой пойду, - у меня было жутко паршивое настроение от того, что происходило - от Мэтью, от Дика, Бартишо и всех остальных. И из-за этих непоняток, и из-за повседневных приставаний Мэтью. В любом случае я был полон какого-то никому неизвестного груза ответственности и фиговости. О да, фиговости было предостаточно. Мне надо пойти и подумать - одному. И что-нибудь придумать. О да, о да...
  - Ладно, тогда увидимся завтра. Давай, не вешай нос! - Она напоследок хлопнула меня по плечу. И я ушел. Собирался извиниться.
  Домой я попал быстро. Благо, мы живем в соседних домах. В самых дверях меня ждали родители. Их лица были суровы, но при виде жалкого меня почему-то расслабились. Выглядел я после это дурацкой драки за школой и правда жалко, но почему они расслабились, я не понял. Они ведь должны, по идее, волноваться. Но хотя, возможно, они волновались до этого, и теперь успокоились, когда увидели меня живым и здоровым:
  - Привет, - как-то глупо поздоровался я.
  - Мы рады тебя видеть, - кивнул отец. - И поверь, что бы мама не решила, это вовсе не повод убегать из дома... в соседний дом. - Он развел руками и поправил очки, которые опять съехали.
  - Я больше так не буду. Простите, пожалуйста, - я зажмурился, всё-таки ожидая каких-то наставлений, например, от мамы, но она легко улыбнулась в ответ:
  - Шелли, мне действительно не стоит во все это лезть. Ведь для меня ты всегда останешься родным сыном...
  - Мам! - осуждающе предостерег её я.
  - Ладно, считай, что это была шутка, - но потом все формальности полетели куда-то к черту. - Солнышко, мы так за тебя волновались. - Она обняла меня и сильно потрепала по голове. Лицо папы тоже потеплело. И я с облегчением вздохнул - извиниться оказалось куда проще, чем я предполагал, и вот всё снова будет нормально. Я ещё некоторое время поговорил с родителями в гостиной и поведал им о том, что ночевал у Эмили, и как она совершала героическую вылазку за моими учебниками. На что они ответили, что они разговаривали с Эмили, когда она заходила. Я удивился и, конечно, не стал им рассказывать точные подробности всех своих ночных похождений, странных событий в школе и, несомненно, драки за этой самой школой. Поднимаясь наверх, к себе, я был уверен - возможность на нормальную жизнь ещё не оставила меня, и нужно просто успокоиться. В последнее время со мной творилось что-то действительно странное. Не то чтобы я сходил с ума, хотя, впрочем, так и было. Но признаться самому себя в том, что ты сходишь с ума, это как-то... совсем того. То есть, только признав, ты и стаешь свихнувшимся окончательно, так я думаю, или что-то вроде того. Мне надо отвлечься на более важные вещи - поступление. Учиться надо! Прекрасные знаки процентов, диаграммы, экономические расчеты. Я с уверенностью сел за уроки и курсы по экономике. И хоть и считал на калькуляторе, вспоминая мудреные формулы - я думал совершенно о другом.
  Да, всё о том же.
  Прекрасно понимаю, что я вам порядком надоел своими нервными ни к чему не приводящими изысканиями. Но в одном я могу быть уверенным - это правда! Наверняка заразился от Мэтью честностью. Кому она вообще нужна! Правда в том, что всё так и есть. И я не могу не думать о том, что происходит со мной. Что сегодня был за чертов день? Начиная ещё с вечера, то есть ночи. Мэтью в этом белом костюме с цветами, посреди ночи. Откуда, откуда он шел? Признаю, да, признаю, я думаю именно о нем. Потому что мне... любопытно! А потом его странные перепалки с Бартишо, а в школе встреча с этим ненормальным Диком и эта драка. А потом "можно тебя поцеловать?" Что это вообще к черту такое было?! "Можно тебя поцеловать?" Я отбросил калькулятор и откинулся на стул, запрокидывая голову и начиная посасывать карандаш. Вообще, нормально это? Вот так вот спрашивать? А потом он заплакал. И мне это жутко напомнило то, как он плакал на вечеринке знакомств, что устроила моя мама. Не суть, что дело было в том, что какой-то волосатый мужик по имени Том отдавил ему ногу, ведь я думал, что это моя вина, и мне было от этого паршиво. То есть теоретически я не хочу, чтобы он плакал. А он плачет. Вот так вот негромко, и слезками такими большими и прозрачными. Это ужасно. Я ненавижу, когда люди плачут, но когда они плачут так, это побивает все рекорды. Под так я имею в виду так, что хочется сделать всё, что угодно, лишь бы этого не видеть, лишь бы они перестали. Но целовать я его не буду. Это даже не обсуждается. Вы что? Никогда! НИКОГДА! Я же обычный парень, у которого есть скромная мечта об идеальной жизни. И который претворит её в жизнь. Чего бы это не стоило.
  - Да! - я на радостях черканул наугад по листку с заданиями и проделал в нем дырку. Мне определенно стоит быть спокойнее.
  Этот четверг, он был ужасным днем. Но среда ведь была куда хуже, так я думал...
  После того, как я сделал уроки, решил прямиком отправится спать, чтобы отдохнуть. Мне не спалось, но я ведь привык. Мне виделся всё тот же Мэтью в тот момент, когда он спросил: "Можно тебя поцеловать?". Вспоминались какие-то никому не нужные подробности. Волосы хоть и мокрые, но стояли торчком, а пару прядок смешно слиплись, образуя светлый треугольничек. Глаза были такие горящие, ещё ярче, чем обычно. Такие зеленые. В тот момент в них была не то надежда, не то какая-то детская азартность. Что-то в стиле - а вдруг он не понял вопрос, и сейчас возьмет и согласится. Но будь я трижды в обмороке, всё равно на такое не соглашусь. Ладно ещё терпеть общество чудаковатого Мэтью, но целоваться с ним? Это ж безумие чистой воды! Возможно, он просто смеялся, ведь он прекрасно знает, как я ненавижу все эти шуточки про геев, и как ненавижу, когда он применяет их ко мне. Я снова передразнил его про себя "Что, снова хочешь увидеть меня без одежды?" Да что он о себе возомнил! Я скорей стану вором и выкраду черную "тойоту", чем стану о такой хрени думать. Почему выкраду? В последнее время я стал осознавать, что, как эта идея ни прекрасна, купить черную "тойоту" последней модели не такое уж дешевое удовольствие. Конечно, это не должно быть доступно всем и каждому, потому что это моя неповторимая идея, но всё-таки... Кстати, в моём, казалось бы, безупречном плане появились новые корректировки. Сначала закажу прожектора и поставлю их в ущелье (не забывайте, это только мечта!) и когда буду падать, буду слепнуть от этого яркого света знаменитости. Будет темная ночь, я сделаю всё, что хотел. Моя жизнь будет в своём расцвете. И вот тогда... всем назло... Понятно, что я хочу это всё осуществить чем раньше, тем лучше, потому что Мэтью однажды до меня доберется, и это будет самое ужасное, что со мной происходило. Поэтому надо как можно быстрее лишить его такой возможности. Я не хочу, чтобы он до меня добрался. И когда между нами что-то происходит, я хочу сброситься в тот же момент, но ведь нет возможности. Ну скажите, разве это не подло? Не исключаю, что вам не по душе моя суицидная мечта, но к своему же сожалению, другого выхода я не вижу. Можно куда-то переехать, но ведь меня найдут, уж поверьте. Смахивает на паранойю. Ну и пусть. Ведь это она и есть. Вам ведь вообще это не нравиться? Небось сидите себя где-нибудь там и мечтаете - скорей бы этот придурок Шелли перестал предаваться своим замороченным размышлениям и пошел к Мэтью. Интересно, что будет дальше, но его дурацкие самогрызения вечно всё портят. Ну уж нет. Я всё ещё смотрю в потолок и мечтаю о своей прекрасной жизни. И этого не запретишь!
  Никто не запретит тебе мечтать, но сколько бы ты не мечтал, зачастую это очень отдалено похоже на реальность. Пускаясь в тревожные мечтания и параллельно размышления о том, что Мэтью ещё выкинет, я незаметно уснул.
  Странно, но меня разбудило дребезжание моего мобильника. Я кое-как разлепил глаза и присмотрелся к маленьким буковкам смс-ки, которые спросонья расплывались в какое-то черное пятно, смутно напоминающее собаку. Стив? Что ты здесь делаешь? О черт. Смс-ка была от незнакомого номера и гласила следующее: "Открой окно". Я неопределенно усмехнулся и ехидно перевел взгляд на зашторенное окно. Что-то мне это очень напоминает. Но, если что, я просто его не открою. Оставлю закрытым, кто бы это ни был. Я открыл окно и бесшумно вскрикнул. Что-то подозрительно синего оттеночка прилипло к стеклу с той стороны. И только по одуванчику светлых волос до меня дошло, что это Мэтью. Это было жутко. И теперь я вполне понимаю Эмили, которая так шуганулась от меня вчера. Его глаза невинно похлопали. Я отрицательно покачал головой - имею в виду, что не открою ему, даже если он пришел сказать, что улетает навсегда. Он со странным чпоком отлип от стекла и посмотрел внимательно то направо, то налево, попытался изобразить что-то руками. Насколько я понял: Кашалот-убийца замочил роту другую каких-то кроликов, которые пытались передать магический сигнал на планету со сникерсом. Ну что поделать? Я растеряно помотал головой, разводя руками - подозреваю, мы неправильно друг друга поняли. Он поманил меня пальчиком к себе - и как только держится, у меня, в отличие от Эм, нет никакого балкона. Так вот, я опасливо обернулся на комнату, словно боялся, что там где то есть скрытая камера и подошел вплотную к стеклу. Он сначала отодвинул голову, а потом резко придвинул, дуя на стекло. Я отпрянул от неожиданности, чуть не свалившись на пол. Но я не упал, а он аккуратно вывел на запотевшем стекле "OPEN". Я снова отрицательно замотал головой, жмурясь для пущей уверенности. Не пущу, и всё. Он наклонил голову набок. Не понимает, что ли? В голову закралась неплохая мысль. Может, открыть окно, крикнуть ему, чтоб проваливал, и опять его захлопнуть перед самым носом? И я открыл окно. Только крика не будет. Потому что Мэтью до этого держался за наш декоративный плющ, сделанный из сломанных неработающих гирлянд перекрашенных в противную зеленую краску с налепленными где попало листками. Зачем нам этот предмет декора? Не спрашивайте - всё прихоти моей мамочки. Так вот, потому что Мэтью, что держался за эту самую гирлянду, от неожиданности разжал руки и просто упал. Я пришел в ужас. Мои глаза выкатились из орбит. Первая мысль была такова: в этом обвинят меня! И только через каких-то пять минут я сообразил выглянуть в окно посмотреть, что там с ним - но в ночной тьме ничего не было видно. Я наскоро накинул куртку и в тапочках выскочил во двор. О да, у меня есть тапочки. И что такого? Мэтью лежал на траве. И смеялся. Ну теперь точно тронулся умом. Я осторожно подошел к нему, пытаясь понять причину такого приподнятого настроения и посмотреть, сколько ж костей надо переломать, чтоб так стало всё равно. Но выглядел он на удивление нормально. А это ж всё-таки второй этаж.
  - Ты в порядке? - я протянул дрожащую руку. А он засмеялся ещё громче. Я вам так скажу, я не доктор - но это определенно плохой знак. Однако он вдруг схватил меня за руку и бодро поднялся, мерцая своими огромными изумрудными глазами:
  - Шелли, я всё понял!
  - Что ты понял? - осторожно спросил я, думая, как бы мне по-хорошему выдернуть руку.
  - Я понял это ещё раньше, но не мог дождаться утра, чтобы тебе сказать!
  - Что сказать? - так же растерянно спросил я.
  - Нет больше никакой проблемы! Шелли, они просто меня неправильно поняли, вот и всё! Нет больше бессмысленных споров с Бартишо и остальными. Просто они все меня неправильно поняли!
  - Вот как. - Даже не удивлен столь бессвязному потоку слов. - Только причем тут я?
  - А то, что мы с Бартишо не будем препираться, и я не буду просить тебя угадать ничего непонятного!
  - А сам Бартишо как к этому относится?
  - Он говорит, что я идиот, но в целом утверждает, что однажды я всё пойму. Я не знаю, что. Но раз он так говорит, то наверное так и будет.
  - Всё-таки ты сильно ударился головой.
  - С чего бы? Я приземлился на ноги.
  На мой удивленный взгляд он ответил очередной улыбкой:
  - Я талантливый.
  - Ещё раз - зачем ты всё это хотел мне сказать?
  - А ты разве не рад? Тебя не будут впутывать во всякие непонятные вещи. Разве ты не этого хотел?
  - Ну да, - немного озадаченно согласился я. - И всё-таки не очень верится, что ты приземлился на ноги.
  - К сожалению, мне не удастся тебе это доказать - у меня никого желания падать оттуда ещё раз. - Он кивнул на моё окно.
  Ха! Не хочет и не надо! А что, мог бы и разочек прыгнуть... Ну что тут такого? Подумаешь! Да, у меня опять в голове всё путается.
  - Может, раз уж встали, пойдем посмотрим на звезды?
  - Иди ты к черту! - фыркнув, сообщил я и быстро зашагал в сторону крыльца.
  - Шелли, - он перехватил мою руку.
  - Что? - я жмурился, надеясь, что он сам отстанет. Но он больше ничего не говорил. Я не выдержал и обернулся, снова спрашивая: - Что?
  - Люблю, - просто ответил он и, не дожидаясь моей реакции, выпустил руку и помчался в направлении калитки, на ходу махая пятерней и потрясывая портфелем на спине. А я... не знал, что мне делать. Меня так обескураживало всё, что он говорил, всё, что он делал, что всё, на что я был способен - это ступор. Вроде, если так подумать - это же просто слова. Но меня это выбивало из колеи. Ну не должен он такое говорить. И не должен он такое мне говорить. Мне страшно. Я поднялся к себе и ещё долго лежал. Бессонница, завтра в школу - подумаешь. А он ведь знал, что я взбешусь, и поэтому сбежал. Но тогда зачем было говорить, если он знает, что я бешусь от подобной ерунды?! Да, да я знаю что он имеет ввиду дружбу, но это разве не переходит все рамки? Переходит! Вот я и говорю. Остаток ночи я делал снова курсы по экономике - наперед, и только под утро обессилено уснул. Четверг был очень ужасным днем. Не отрицайте, а то, что меня тащил Мэтью на руках домой - вообще было чем-то невообразимым. Но ведь он кончился? Логично - началась пятница. Открывая глаза, я проклинал всё на свете. Начиная от Мэтью и заканчивая, как ни странно, тоже Мэтью. Я не выспался. Мне в голову ничего другого не лезет, кроме этих странных зеленых глаз, что вчера так откровенно ляпнули "Люблю" и смылись (глаза ляпнули?!). О да, глаза - я психую. Недовольно собравшись, я, наконец-таки, вышел из дома. И знаете, мне пришла логичная идея - я определенно проклят, как и проклята эта отвратительная неделя. Мечтаю о черной "тойоте". Эмили ждала меня около дома. Пока Рэйч болела, мы решили ходить так. Кстати, возможно, вас заинтересует - помните, я говорил, что всегда встречаюсь с девочками на повороте, а Эмили живет в соседнем доме? Это не противоречие - и то, и другое правда. Просто Эмили, как это ни странно, бегает по утрам, как раз до дома Рэйчел, там переодевается, а потом они вместе идут до поворота, там видят меня, и мы вместе идем школу. Так договорились. Она бегает потому, что занимается танцами - в этом есть логика. Вот и всё.
  Она ждала меня у дверей и при виде меня сначала вроде как хотела помахать рукой, а потом недоуменно её опустила:
  - Что опять случилось?
  Я не стал врать.
  - ...Вот так всё и было - ужасно.
  - Очень даже мило.
  Я поморщился, думая, что она спросонья перепутала слова.
  - ...он же ничего тебе не сделал. Просто сказал "люблю".
  - А-а! - я заткнул руками уши. - Не повторяй - будь человеком.
  - Ну ладно, - она недоуменно пожала плечами. - Кстати, зайдем после школы к Рэйч?
  - Если я не сдохну, то конечно.
  - Фу, как пессимистично, Шелли. Неужели ты думаешь, что такой фразой можно кого-то убить?
  - А ты не веришь?
  - Не очень, если честно. Но всё ведь хорошо?
  - О, конечно. - Сарказм. Мой сарказм. Не успела она начать расповедать о том, как прекрасна наша жизнь, и что Мэтью на самом деле лишь маленькая её часть (это не правда!) . как вдруг он сам и заявился. Он просто стоял по среди дороги и сосредоточенно смотрел в небо, но стоило нам сделать ещё пару шагов по инерции, как он тут же воззрился на нас, будто пытался протереть дыру размером как минимум с Эмпаер Стаит Билдинг.
  -В чем дело?- Решился я всё-таки спросить. Он молча подошел ко мне вплотную и осмотрел с ног до головы, также забавно придерживаясь за подбородок. С таким видом проверяющий на заводах чипсов говорят "Хммм...ваша картошка не свежая, совсем не свежая." Но Мэтью вряд ли такое скажет.
  -Какая-то ваша картошка не свежая.
  -Что?!
  -Я говорю, какой у тебя рост?- Не дожидаясь ответа , он пару раз обошел меня по кругу бормоча под нос что-то в стиле "Или это я недостаточно высокий. Нет! Наверное, я слишком высокий...Хотя возможно, то есть нет..." Если честно я ни черта не понял. Но он пресек всякую попытку моих расспросов на тему "в чем всё-таки дело?", мотая у меня пятерней перед самым ртом.
  -Думаешь, я красивый? - Неожиданно спросил он. Эмили где-то совсем рядом сползала по забору от смеха, она смеялась, а мне опять было не смешно.
  -Нет, думаю, нет.
  - Вот как. - Он совершенно похоже не обратил внимание на мою фразу. - Что же тогда не так? - Он ещё раз обошел меня, а потом вдруг схватил за нос и подергал вверх вниз.
  -Что ты делаешь, черт побери?!
  -Ровный нос, да? - Он походу меня вообще не слышит. - Ровный нос это хорошо, да?- И ещё один кружок вокруг моей исстрадавшейся персоны. - Нет, думаю дело всё-таки в росте.
  Я давно хотел спросить с кем это он так увлеченно дискутирует, но как-то не решался.
  -Мэтью.- Эта была Эмили.
  -А? - Обернулся он к ней. А меня даже не слушал. Вот гад.
  -На самом деле ты красивый, а Шелли так говорит только из вредности.
  -Ты правда так думаешь? - Он сделал пару шагов к ней, при этом не оставляя меня в покое - то есть таща за собой. - По-моему низковат, тебе так не кажется?
  -Быть высокими не всегда хорошо.
  -А по-моему здорово было бы быть высокими. Шелли вон совсем на чуть-чуть выше меня, а другой человек.
  Ещё бы я не был другим человеком. Ну разумеется! Я не видел логики в его словах и меня это бесило.
  -Как тебе сказать...это как бы твоя изюминка.
  Мы как-то незаметно начали двигаться в сторону школы. Мэтью тащил меня за куртку.
  -Действительно быть высокими это же очень неудобно. Это даже как-то не красиво что ли? - Да после каких-то десятиминутных уговоров Эмили, он был рад и своему росту. А моё утро началось с бестолкового ощупывания, плюс меня признали уродом первой категории - из-за роста. Ага- ага. Они так и сказали - красивые люди только те что не выше метра шестидесяти. Значит - я кто? Я - урод. Доброе утро Шелли. Простите. Мне как-то так паршиво, что хочется ругаться последними словами. Но я не могу. Я вообще не люблю тех кто говорит нецензурными словами, и сам стараюсь говорит более менее сносно. Стараюсь. Но вообще в сущности я-то и не умею ругаться. Так что тащусь позади и молчу. А потом мы наконец дошли до школы. Ага, и встретили там Дика. Вот что я вам скажу -это он настоящий урод, а не я! И сколько в нем роста? Наверное, даже если бы не его рост, мы бы его даже не увидели в толпе. По правде говоря, это был вовсе не Дик. Пшеничные волосы, блестящая своей чистотой физиономия, не менее блестящая улыбка. И всё это окружено толпой девчонок. Но нет, это был всё-таки Дик. Когда мы проходили мимо, он вдруг окликнул Мэтью, до этого момента он, правда, его не замечал, увлеченный выведением какой-то идеальной формулы красоты. Но услышав Дика отвлекся. Да, только в тот момент я и понял что это Дик.
  -С утра пораньше страдаешь хренью?- Мэтью не пришлось прокладывать себе дорогу - толпа услужливо перед ним расступилась, но как только мы попробовали двинуться следом, тут же сомкнулась плотным слоем.
  -Мэтти, какая же у тебя пушистая голова. Опять позвал Бартишо?
  -Мне больше интересно, ты что проиграл пари?
  -Ты шутишь? Аманда сама сдалась и мне даже не пришлось ничего делать.
  -Поздравляю. Снова выглядишь как нормальный человек.
  -Я уж боялся, ты так и вовсе на меня обозлишься.
  - Я больше не злюсь. И знаешь что? Уилли приезжает на следующей неделе.
  Дик вдруг расхохотался, а его смех был такой же уродский как и он сам, не суть, что неотразимый. Ну да Дик был блестящий. Но всё таки он урод:
  - Могу себе представить...
  Из этого разговора я впервые услышал, что Уилли приезжает к нам. Я никак на это не отреагировал - в этот момент мне куда интересней было, что ответит на этот смех Мэтью, а он сказал:
  -Дик, но разве это не здорово, что он нашел на меня время?
  -Ну как тебе сказать, чего бы ты не попросил - ты это всегда получишь. Так что вполне естественно, что он решил оторваться от учебы и приехать. Но... я рад за тебя.
  Потом они вдруг замолчали. Я хотел посмотреть что они там делают, но не видел. А потом плюнул на все эти непонятные разговоры и зашагал в сторону школы, меня на полпути нагнала Эмили:
  -А ты разве не хочешь услышать чем закончится разговор?
  -Не особо. - Я огрызнулся. Потому что настроение вдруг по необъяснимой причине испортилось .То есть оно-то и раньше было не ахти, но теперь особенно. Я, правда, не знал чего я так расстроился: То ли оттого что у Дика на самом деле была нормальная внешность, то ли оттого что Мэтью рассказал ему про приезд Уилли, а мне не рассказал, то ли оттого что Дик был рад за Мэтью, то ли вовсе из-за этого неизвестного мне Уилли с огромными лапищами. Черт я называю его как все - Уилли. Только этого не хватало. Его зовут Уилл, и надо это не забывать. Вообще какого черта мне думать об этом Уилле? Да, именно Уилле.
  Я был страшно зол. В классе было непривычно тихо. Пару человек негромко говорили, а преимущественно женская часть класса наверняка толпилась около Дика. Ох уж этот дурацкий Дик! Эм снова подошла ко мне:
  - Ну что ты так расстроился?
  - Я не расстроился.
  - Да ладно.
  - Это всё Мэтью со своим дурацким Диком.
  - А что они сделали? Поговорили? Конечно же, Мэтью может говорить только с тобой.
  - Просто это как-то странно, что Мэтью не сказал мне о том, что Уилл приезжает.
  - А почему он должен был тебе это сказать?
  - Как почему? - взвился я. Но и сам-то вдруг задумался, а с чего бы это? Ну да ладно, подумаешь. Подумаешь, не сказал. Какая мне вообще разница? Эмили сочувствующе улыбалась, смотря прямиком на моё опущенное лицо. Я насуплено молчал. Неожиданно мимо прошествовал Газли, но вдруг сделал пару шагов назад, останавливаясь напротив нас:
  - Неплохо выглядишь.
  - Нет, я слишком высокий, - зачем-то некстати сказал я. Думаю, он имел ввиду моё состояние после драки, но мне хотелось ответить именно это. И пускай думает, что хочет. Но это было немного... не логично совсем. Я говорю о том, что он так сильно хотел нас побить, но в последний момент куда-то свинтил, как это делают суперзлодеи во всяких второсортных фильмишках. "Ты мой заклятый враг! Так умри же на этом супермедленном суперопасном орудии убийства!". Зловещий смех. "А теперь я пойду и, пожалуй, дам тебе возможность выпутаться из этого оружия и блистательно сбежать. Я захвачу мир. Йо-хо-хо!". В общем, то, что он сделал, было так же непонятно.
  - А где этот, в больнице?
  - Нет, он во дворе, - я немного поморщился, было слышать, как кто-то называет Мэтью "этот".
  - Как вы сбежали? - решил он начать расспрос.
  - Мы всех побили, - как можно спокойнее отозвался я. Он сначала недоверчиво на меня посмотрел, потом на Эмили и переключился на другую тему:
  - Вы не видели Тома?
  - Нет, а что ты от него хочешь?
  - Неважно, - Газ сунул руки в карманы и удалился.
  - С ним что-то не в порядке.
  - Да, я тоже так думаю, - согласилась Эмили.
  Разговор не особо клеился, и я решил снова вернуться к Рэйчел:
  - Скажи, ты звонила Рэйч вчера? Как она себя чувствует?
  - Вообще говоря, не очень, даже не знаю, сможет ли она с нами поехать на пикник.
  - А как она сама думает?
  - Рвется всеми силами, да ещё и убедила меня пригласить Дика.
  - Тогда я не пойду. И вообще, почему ты мне не рассказала, что он так преображается?
  - А что бы изменилось? Он всё равно противный.
  - Это да, но я не хочу с ним провести выходные.
  - Мы это делаем ради Рэйчел - наша цель за эти выходные заставить его полюбить её -она сжала руку в кулак. Всё сказанное ранее звучало, как хорошо заученная скороговорка.
  - Думаешь, получится? Вообще, кого ты позвала?
  - Идем мы, Пэм, Лаванда, Мэтью, Бартишо и Дик. Ну ещё каждый может позвать, кого захочет, за компанию.
  - Ну отлично! Провести целые выходные в обществе этих дуриков!
  - Я решила больше никого не звать, а то не влезем в машину. У парня Пэм есть микроавтобус - на нем и поедем.
  - Понятно, - я кисло кивнул. Откуда было взяться радости. Выходные, на которых я ещё в начале недели наивно рассчитывал отдохнуть, будут угроблены на кукую-то несусветную ерунду, в которой непременно будут участвовать Мэтью и Дик. Я передернулся. Что ж мне так везет-то?
  - Шелли - ты полный кретин!
  Что я говорил - мне однозначно везет. Я лениво обернулся на голос, громко зевая (это вышло случайно - всё-таки я совсем не выспался). На пороге класса стоял Бартишо - лицо было красное от бега, волосы прилипли в щекам.
  - Быстрее! - он рванул меня за руку из-за парты, совершенно не спрашивая, хочу ли этого я. Вот нахал!
  А я ведь не хотел.
  Ну, что бы там не случилось. Оказалось, оно не случилось, но запросто могло случится. Пока мы бежали вверх по лестнице, Бартишо вкратце обрисовал мне ситуацию, а всё было предельно просто: "Мэтью на крыше. Мэтью хочет спрыгнуть. Кажется, на спор". Я не стал тормозить, и мы как сумасшедшие вылетели на школьную крышу, чуть не споткнувшись о друг друга. Сразу следом за нами прибежала Эмили. И как только я отдышался - я открыл глаза... лучше бы я этого не делал.
  Знаете, наша крыша огорожена забором, а то мало ли, от греха подальше. И вот Мэтью, расправив руки, ходил по этому забору.
  - Слезай! - я кричал на него, срывая голос. Какого хрена он вообще делает?! - Слезай немедленно!
  - Привет, Шелли, - он помахал мне рукой и вдруг сильно изогнулся в сторону школьного двора, качаясь на заборе. Не знаю, как я действовал. И как у меня получилось то, что получилось. Я в какие-то доли секунды, осмотревшись, заметил груду ящиков прислоненных к дырочками забора, и подумал, что по ним можно легко забраться. Не думая, я прыгнул на эти ящики, потом сделал пять уверенных шагов вперед, обхватив Мэтью в крепкое кольцо и потянул его вниз на школьную крышу - всего же меньше, чем пять этажей. Не знаю, зачем я это делал, наверное, потому, что просто не хотел, чтобы он упал.
  Но в этот момент я себя по-настоящему ненавидел. Как успел? А ведь действительно ненавидел.
  Мои глаза были полны такого же ненавистного сожаления - я просто не переваривал то, что я делал, и, конечно, сожалел об этом.
  Возможно, это были лишь молнией мелькнувшие переживания.
  И да, ещё мои глаза наполнялись слезами - я не мог простить себе этого всего. Но что за Мэтью бороться, если я так его ненавижу? Но я же это делаю. И это отвратительно.
  Мы упали с забора. Прокатились, пару раз больно стукаясь головами о плитку. Но когда мы наконец остановились, я выдохнул и быстро отдернул от него руки. Однако он продолжал на мне лежать, а потом подумал и уселся, заглядывая мне в лицо. Его губы были слегка разомкнуты, но он так ничего и не говорил. Я ничего не делал. Мне не хотелось вставать, мне не хотелось жить после того, что я сделал, и после того, как все это видели. Я не говорил - на крыше ещё был Дик - и, соответственно, вся толпа, что за ним ходила по пятам. Я тоже смотрел на Мэтью - возможно, видеть в последние минуты жизни что-то столь пушистое не так плохо? Я неопределенно моргнул. Вероятно, только тут до меня дошло, что на лице Мэтью не какой-то там страх, не знаю, постшоковый синдром, а удивление. Вообще, я и не особо предполагал, что он испугается, сам же залез на этот чертов забор и начал ходить по этому чертовому бортику. Зато чему удивляться? Что это - я? Что я опять тебе помешал совершить какую-то несусветную глупость? Что ж, удивляйся - ведь я удивлен не меньше тебя. И знал бы ты, как я ненавижу себя за это. Почему не Бартишо, почему не этот дурацкий Дик, не кто-нибудь ещё, а именно я опять оказался быстрее и умнее всех. Никто другой просто не сообразил, но я ведь видел, что он падает. Я определенно не доживу до черной "тойоты", потому что мне определенно нужно повеситься, и чем быстрее, тем лучше. Я вздохнул и закрыл глаза. Не знаю, сколько всё это тянется, и сколько ещё будет тянуться. Мы тут сидим, наверное, вечность. И если так оно и есть, то мне оно к черту не надо. Наконец, плотную тишину резанул знакомый голос:
  - Знаешь, я вообще неплохо балансирую. Но в этот раз отвлекся - и я мог, правда, упасть.
  Я хрипло усмехнулся.
  - Шелли, - он потянул меня за майку к себе, но я не двинулся. Неужели он думает, что после того, что случилось, я буду делать для него что-то ещё? Вот дурачок. Я уже сдался.
  
  -Шелли. - Я ненавижу своё имя. А он всё время его повторяет и повторяет. Как же надоел. Но он говорит его как-то по-другому, как-то мягко, будто между Ш и Е совсем нет никакого расстояния и они одна буква. Одна мягкая буква шшше. Не знаю, возможно, в такие отвратительные моменты я действительно начинаю вспоминать никому ненужные мелочи, но ведь возможно это ещё одна из моих прежде неизвестных сторон. Только толку от этих мелочей. В любом случае неважно как именно он меня называл, если я твердо решил покончить со своей нелепой жизнью.
  -Шелли.- Он с силой и автоматически заставляет сесть. Сам вот так сидит на моих коленях, сжав свои ноги пополам, и теперь наши лица становятся ровно напротив друг друга. Я глупо улыбаюсь, всё так же не открывая глаз. Я теперь их вообще не собираюсь открывать. Не видеть этот чертов мир, и этого Мэтью. И будут меня звать слепой пророк Джо. Потому что я так хочу. Конечно моё имя ещё пригодится, чтобы слагать легенды. Ведь ещё чуть-чуть и я трагически погибну. Совсем скоро. Но всё-таки это было бы странно. Представь идешь ты себе с обедом по столовой, а тебе с противоположного угла "Эй, Старый пророк Джо, можно с тобой пообедать?" Нет, это всё-таки было бы очень странно. Так что видимо придется мне доживать свои последние мгновения с этим дурацким именем Шелли. Чем мама думала, когда давала мне его? Спрошу её как-нибудь потом. В следующей жизни. Поразительно, но вокруг была та же тяжелая тишина. Мэтью неуверенно коснулся рукой моей щеки, а потом уже более бесстрашно продвинул пальцы дальше в волосы. Он приближался я это чувствовал - дышал , совсем рядом задевая своим дышанием мои губы - вот же нахал. Я ничего не мог поделать, все как будто онемело. Да все именно онемело. А я ведь был уже готов убегать - оттаяли мои бестолковые лирические отступления. Он так ещё подышал, а потом шепнул в правое ухо:
  -Спасибо.
  А это было слишком близко. И тут я взбесился. Ну разочек же можно? Ладно, не разочек. Но это не важно! Я открыл глаза и тут же спихнул его с себя:
  -Не трогай меня!
  Всё это вранье и про мою смерть и про предательство моей мечты. В тот момент я правда был готов разбиться в лепешку лишь бы не существовать. Но я, суицид...вы же понимаете я это говорил понарошку? Не серьезно. Просто был слишком расстроен. На самом деле я ужасно хочу жить. И нормально.
  -Шелли. - Он опять протянул ко мне свои вездесущие руки, но я сделал пару шагов назад.
  -Не прикасайся ко мне!
  -Шелли!
  -Я просто сделал то, что должен был сделать. - Я зажмурился, но тут сообразил и снова открыл глаза в упор смотря на...нет не на Мэтью, на его кроссовки. - Я ухожу.- Я эффектно развернулся и в гнетущей тишине прошествовал до дверей, потом подумал. Вернулся. Взял за руку Эмили и мы ушли вместе. И как только мы вышли с крыши я заплакал. Это было смешно. Потому что я не плакал с детства - я считал глупым занятием для девчонок. Однако всё что мне хотелось сейчас это расплакаться, что я собственно и делал. Почти бесшумно, я как можно сильнее сжал, зубы, чтобы Эм ничего не слышала. Но мои всхлипы наверное разносились по всей округе, если не по округе, то хотя бы как минимум по ближайшим этажам трем. Во всяком случае мне так казалось. Заплакать мне хотелось ещё с того момента, как мы с Мэтью только начали падать с забора. От паршивости жизни, оттого что я опять пересекаюсь с Мэтью, оттого что всё так.
  -Не плачь. - По-свойски ободрила меня Эм и легонько потянула в сторону пустующего пятого этажа.
  -Я не могу.- Я особенно громко шморгнул, вытирая рукавом глаза. - Ну что я как девчонка...- Мой голос срывался и был вообще не моим. Реветь это ужасно. Так я думаю.
  -Так. Сейчас ты пойдешь в туалет и умоешься.
  Я кивнул, она проводила меня до самой двери, а когда я так и не отпустил ей руку, сказала:
  -Ты уж извини но внутрь я заходить не буду, хоть это и заброшенный этаж.
  -П-прости. - Я снова хлюпал, потом выпустил её руку и коряво спотыкаясь, смачно стукнувшись головой о косяк двери, наконец исчез в дверном проёме.
  А воды не было. Наверное, её просто не подают на этот долбанный пятый этаж. Но туалет всё равно пошел мне на пользу. Я был около самой двери, прижался спиной к холодной стене и тихо плакал, устало выдыхая воздух. Мне стыдно, что я плачу перед Эмили, нет , что я вообще плачу. И из-за чего? Даже понять до конца сам не могу. А всё из-за Мэтью . Моё тело против воли смешно сотрясается, сообщая какие-то туманные команды вроде "Завтрак...наружу." Но я его не слушаю.
  -Ну и чего ты так расплакался? -Спросила меня из-за двери Эмили.
  -Не знаю, Мэтью...- Я снова заглох.
  -Ну что он такого сделал? Шепнул на ушко, и просто рукой провел по щеке, неужели ты думаешь он тебя домогается? Ну неужели если я так сделаю ты на меня иск в полицию подашь?
  -Не подам. - Пообещал я.
  -Вот и он точно такой же. Никаких плохих намерений.
  -А откуда ты знаешь? - Так же через слезы спросил я. Не хочу видеть своё лицо сейчас - небось красное, как томатное поле. Поле где много-много томатиков. Я нездорово хихикнул. И это вполне обоснованно можно было принимать за нервный смешок. Полей с помидорами не бывает. Всё я выдумал, они растут на полянках.
  -Просто Шелли, я тебе уже говорила- накручиваешь себе невесть что.
  -Может, это просто ты ничего не видишь? - Надуто предположил я.
  -Ага, я и вся остальная школа. Один ты прав.
  -А Газли? Он ведь сказал...
  -Газли просто придурок! Не обращай на него внимания. - Он вздохнула.- Шелли, может пойдем на урок?
  -Никуда я не пойду! - Огрызнулся я и чуть тише добавил. - Если хочешь иди. - Я знаю сидеть в туалете и плакать как девчонка это очень, ну очень глупо. Но идти на урок с заплаканным мордашником, у меня тоже никакого желания. Пропади оно всё пропадом. Ненавижу себя. Фу, тупой, тупой Шелли. Фу. Фу. Фу. О да, столь интеллектуальная беседа была прервана Эмили:
  -Ну уж нет, я тебя не брошу.- Она тихо чертыхнулась. - Давай выползай из туалета, пойдем прогуляем школу.
  -Что? Я сейчас собираюсь на урок.
  -Ну ты уж реши что-нибудь одно. Идешь ты или не идешь.
  -Я не знаю. - Обиженно заявил я.
  -Тогда давай хотя бы выходи в коридор - распогодилось, за окном солнышко.
  Я подумал и встал с холодного пола, собирался умыться, но тут вспомнил что в кране нет воды и стал вдвойне разозленным на этот мир. Ну и пусть...раз они все такие...буки. Я толкнул ногой дверь и вышел. Руки были помпезно воткнуты в карманы штанов, глаза -как полагается блестели кровью плюс под ними красовались темные синяки. Я был не то крут, не то совсем не крут. Не знаю. Но как выяснилось через секунду я был совсем не крут. Я всё так же сотрясался от всхлипываний, хоть уже и меньше, изредка вслух посмеиваясь над собой. А мне было смешно.
  -Шелли...- Протянула Эмили.- Умойся.
  -В кране нет воды. - Признался я. - Но знаешь мне итак не плохо.
  -Уверен? Ох, Шелли. - Она стиснула меня в объятиях, слегка поглаживая по спине. - Больше не пугай меня так.- Эм отодвинулась. - Никогда не видела как ты плачешь. - Качает головой.
  -А я и не плакал. С детства до сегодняшнего дня. - У меня вдруг взялось не пойми откуда не пойми непонятно сколько решительности говорить правду. Но зачем? - Пошли. - Я снова бесцеремонно схватил её за руку.- Возвращаемся на урок.- В моих блестящих от слез глазах была уверенность. Я больше не подпущу его себе . Я - не позволю.
  Я с таким же грохотом как и дверь туалета, распахнул двери в наш класс, так что все обернулись на нас.
  -И где это вы пропадали? - Миссис Моутбелл поправила свои огромные круглые очки, что выступали за её впалые дряблые щечки. Сейчас она напоминала мне моего отца, не то босса моего отца, отчего почему-то хотелось ответить "Я расплакался в заброшенном туалете " и почему-то добавить "сэр". Но пришлось ведь сказать другое. Ну так всегда. Однако голос мой был уверенный и честный, хотя я врал:
  -Мы искали мою физкультурную форму, кто-то спрятал её.
  Одноклассники смотрели на меня с недоверием пополам с гордостью. Ведь если бы я рассказал про историю с забором, нам бы наверняка запретили выходить на крышу, а там так здорово гонять балду. Вот и выходит что я исполнял роль народного героя.
  -Нашли?
  -Да миссис Моутбелл.
  -И где же она была? - По глазам было видно, что эта тетка ещё не до конца нам поверила.
  -На крыше.
  А вот почему-то и захлопнулась ловушка. Она обернулась к классу, осуждающе воздерев нос:
  -И кто придумал такую глупость? Нельзя новеньких задирать. Шелли, Эмили присаживайтесь на свои места и постарайтесь больше не опаздывать.
  -Простите миссис Моутбелл.
  Я уверенно пошел к своей парте и даже не краешком не взглянул Мэтью, который как вы помните сидит ближе к доске. Я чувствовал как он смотрит мне в спину, наверняка он не сводил с меня глаз, с того момента, как я только зашел в класс. Но я не обернусь. Никогда. На лице была злобная и ехидная улыбка. Но она была радостная. Просто...может я всё смогу? Вы я думаю прекрасно понимаете, что я не яркое солнышко вытащило меня из уютного заброшенного туалете на пятом этаже (кстати теперь это будет моё второе тайное убежище, после дома)? Мной двигала вдруг ниоткуда взявшаяся сила жить. А хрен с ним! Хрен, хрен, хрен с этим Мэтью! Мои перепады настроения - это просто адская тряска. Но я ничего не могу поделать. Что иногда мне кажется что жизнь уже и закончилась, а иногда что я всех сделаю да и буду наконец счастлив. Неважно сколько ещё раз я буду попадать в дибильные ситуации, не важно сколько раз меня будут унижать. Я буду вставать и снова идти. Потому что у меня есть мечты, которые обязаны осуществится. Пафосно, но факт. И вот с такой победной улыбкой и плюхнулся за свою последнюю парту. Мэтью всё ещё смотрел на меня, а я вдохновенно его игнорил разглядывая закарючки, что писала наша миссис Моутбелл. Я игнорю его навсегда вот так-то.
  О не долго же длился мой блистательный подъем. Всему вообще-то собственно обрываться, а чему-то особенно резко и особенно обламывающе. Как моему прекрасному настрою. Я весь урок так по-идиотски пялился на миссис Моутбелл, что она взяла и влепила мне двояк, но не суть. А суть в том, что было дальше. Когда урок закончился. Я также позитивно откинулся на спинку стула и смотрел в потолок улыбаясь. Я выглядел как дурак. Но я то себя не видел. Но за то заметила Эмили:
  -Шелли, что ты делаешь? - Шикнула она на меня.
  -Я? Кайфую.
  -И на долго ты так, а то ещё пару минут и Пэм пойдет в медпункт звать нашу медсестру.
  -Пэм! - Проорал я. Кажется достаточно громко, чтобы стоящая в трех шагах девчонка чуть не оглохла, спотыкаясь об стул. - Я в порядке!- Но я так же не опускал на неё глаза, я смотрел на потолок, да на потолок, а видел...небо.
  -Шелли! - А вот это был Бартишо.
  -Отстань. - Я также умильно улыбался.
  -Мэтью и Дик!
  -Подрались, упали, потерялись? - Выдвинул я свою многобокую теорию.
  -Нет...
  -Тогда что? Или всё сразу - подрались, потом упали, но упали в неизвестную темноту и никто не знает где они? - Я изобразил руками миниатюрный взрыв и снова расслаблено опустил их.- Смешно...
  -Шелли!..
  -Что? Бежать? Спасать его? Что я не знаю как он дерется? Он уложил пятнадцать человек один.
  -Да послушай ты наконец!- Он не сильно саданул мне по плечу. Но вообще говорил громко - подозреваю кричал.
  -Что? -Опять переспросил я, перемещая на него взгляд, также не поднимая головы. А он был злой. То есть он вообще злой - но сейчас особенно.
  -Мэтью хочет покончить с собой! А из-за кого? Всё из-за тебя!
  - Да ну?
  -Ты же понимаешь что он за человек, он на спор может терпеть побои, может при собственном желании прыгнуть со второго этажа, лишь бы проверить свою выживаемость.
  -И? И, Бартишо?
  -Шелли!.- Он не нашелся что аргументированного сказать и решил выдавить небольшую историю. - Вот когда мне было лет может от силы шесть. Мы гуляли около городской речки. И я его спросил "Можешь прыгнуть?" А он мне ответил "Да, могу". И я ему не поверил. А он взял и прыгнул. Сломал себя ногу об какой-то ржавый бампер- месяц провалялся в больнице. Так что если он вдруг решится покончить с собой - уж поверь он это сделает! Так что сходи к нему.
  -И скажи, дорогой, дорогой Мэтью, зачем ты хочешь покончить с собой? Не делай этого. Ты же нужен нам всем...
  - Ты не понял - он хочет с тобой поговорить, иначе грозится помереть. Он к тебе подходил раз десять но ты даже не обратил внимание.
  Теперь я что-то такое припоминаю, видимо кнопка игнора Мэтью работала вовсю.
  -Так что прошу тебя- ради меня! Он же придурок! Он же это сделает.
  Я с эффектным грохотом поднялся со стула и посмотрел на него:
  - Хорошо, я сделаю это. - Я согласился, потому что я не желаю смерти никому, Мэтью в том числе. Ведь я приличный гражданин в конце концов. Мы быстро двинулись из класса.
  -Ты нормально себя чувствуешь?
  Это была Эмили, она возложила на себя ношу психолога пыталась мне помогать.
  -Да нормально. - А я не врал, я чувствовал себя хорошо, да и не переполнялся ненавистью к этому миру и отдельным его объектам.
  -Просто ты сегодня меняешься всё время, не знаю чего от тебя ждать, а лицо такое бледное. - Она понизила голос до шепота.- То ты плачешь, то смеешься.
  -Уж извини. - Безобидно буркнул я.
  -Да причем тут это - я всего лишь за тебя беспокоюсь.- Он дала мне легкий подзатыльник. Что-то все зачастили меня колошматить.
  А картина происходящего была более чем комична. На нашем третьем этаже, опять собралась кучка зевак. А посредине стояли Дик и Мэтью и пристально оглядывались. В руке моего пушистого знакомого был огромный кухонный тесак, подозрительно забавно приложенный чуть ли не к самому запястью. Я бы сказал, что это забавно, только вот это совсем не так. Толпа услужливо расступилась. Я шел вперед, продолжая мягко улыбаться и смотреть им за спины - в раскрытое окно - хочу туда где небо. Не на небо, а туда где небо. Не стоит путать. Ужасно хочу свободы от всей этой навалившийся хрени.
  - Ты всё-таки пришел. - Благодарно сказал Мэтью, голос был с придыханием, будто он только что весел на каком-нибудь волоске на ноге у смерти, а я заявился и спас его одной своей улыбкой. Не знаю, на счет спасения и волосков, но голос был именно такой.
  -Скажи спасибо своему другу. - Я секундно стрельнул взглядом по Бартишо, чтобы показать кого я имею ввиду (мало ли в округе этих Бартишо ) и снова воззрился на своё небо.
  -Спасибо.- Да, Мэтью понял меня буквально. В этой жизни он похоже всё так понимает. - Шелли ты совсем не разговаривал со мной? Я тебя чем-то обидел? А то, что случилось на крыше...
  Дальше вступил Дик:
  - Это я его подговорил, но он всё равно проспорил пари.
  Мэтью несильно его толкнул, чуть не задевая своим тесаком и настойчиво позвал:
  -Дииик.
  -А смысл был в том.- Продолжал в том же духе мистер "ты как думаешь я два, или два десять?".- Что я думаю - Мэтти всегда везет. Я знаю его уже где-то два с половиной года и в какую ситуацию он бы не попадал, он всегда выбирался. Именно поэтому я так его люблю.- Дик аккуратно скользнул под подмышками и обхватил Мэтью, терясь головой об его волосы. Мэтью все так же пугливо смотрел на меня, покусывая ногти на одной руке и помахивая ножиком в другой.
  -Так зачем здесь нужен я?
  -Думаю, на крыше ты что-то не так понял и теперь злишься на Мэтью. Но злится на него совершенно ни к чему, уж поверь.
  -Я не злюсь.- Моя шикарная улыбка отражалась в оконной раме и я мог её видеть.
  -Да что ж ты врёшь! - Мэтью нервно вырвался из хватки Дика и подскочил ко мне с тесаком.- Посмотри на меня! Посмотри мне в глаза!
  Я медленно перевел взгляд от осеннего неба на зеленые глаза Мэтью.
  -Нож убери.
  -П-прости. - Он осторожно отвел лезвие в сторону, а потом снова вскинул голову на меня. - И за это тоже прости. Черти что сегодня с Диком творится. Он обычно уравновешенный и не лезет ко мне обниматься...Но я не об этом - что я такого сделал?
  "Ты родился" так и хотелось ответить мне, но что-то внутренне подталкивало меня на более гуманный ответ. Ведь мы не злим Мэтью. Мы что? Мы его игнорируем. Никаких тебе лишних ощущений и перепадов настроения. Всего лишь прекрасное холодное спокойствие.
  -Я знаю, что я тебя постоянно достаю и знаю, что тебя бесит когда я шучу и когда я до тебе просто дотрагиваюсь. Я знаю. Ты меня ненавидишь. Но...я ничего не могу с собой поделать. - Он усмехнулся опуская глаза и легонько прикасаясь к моей руке.- Я просто слишком сильно...- Мэтти провел большим пальцем по тыльной стороне ладони, шумно вздохнул и смущенно выдавил.- Просто я слишком сильно тебя люблю...- Он склонил голову губами прикасаясь к моему запястью. Толпа обомлела. Прошу заметить - я обомлел даже раньше этой толпы. От этого странного движения, по всем сосудам пролетел холодок и всё сжалось в один тугой ком, который застрял горле- о , там было всё и мои нервы, желудок, печень, сердце. Выходит я не мог говорить и шевельнуться- меня парализовал какой-то сообщник Мэтью. А я уверен у него есть сообщники...Кажется, я опять становлюсь идиотом, я хотел сказать, самим собой. Так в виду моей не болтоспособности, Мэтью продолжал:
  -Даже не знаю как сказать- вроде я и хочу чтобы ты был счастливым, но мне так нравится как ты злишься.- Он звонко рассмеялся, а потом снова посерьезнел.- Прости. Мои дурацкие шутки они же не серьезно. Ты же пойми, я не хочу тебя обидеть. Я всё время шучу. И всё что я делаю - это просто игра на публику. Понимаешь?
  Я бы ответил что нет, только не мог. Мне так же не удавалось шевельнуть ни одной конечностью. И какая к черта игра на публику? Что это значит? Смешно, когда на нас все пальцем показывают? Так вот: не смешно это не черта! Пусть играет где-нибудь в другом месте и с кем-нибудь другим. А меня оставит в покое. Какой же я мечтатель.
  -Если тебе это не нравится -только скажи, но я всё равно не перестану...
  -Хватит. - Тихо сказал я, легким движением выдергивая свою руку.
  -Но Шелли?
  -Просто хватит, ладно? - Я смотрел прямиком на его колени, потому что выше вряд ли мои глаза когда-нибудь поднимутся. Лицо было глупым преглупым, приятного белого оттенка кое-где с проблесками вишни. Наверное иду пятнами.
  -Не злись...
  -Я не злюсь. Просто, Мэтью, не лезь и всё тут.
  -Но Шелли...
  -Пока.- Невпопад сказал я и витая в прострации, по привычке ухватив за руку Эмили двинулся прочь. Плевать, что это привычка в своей точной формулировке появилось только с утра. Но главное что она есть. Когда Мэтью делает что-то из ряда вон выходящие - я картинно ухожу, перед этим обязательно взяв Эм за руку. Когда мы прошли в более пустой коридор - она заглянула мне в лицо.
  -Ты в порядке?
  -Нормально.- Я врал. И она это знала. И я это знал. Знал что вру, и что он знает что я вру. Мы помолчали, спеша в каком-то неизвестном направлении. А потом Эм спросила:
  -Похоже случившегося ты ненавидишь его ещё больше.
  -Действительно. Но зачем было это делать?- Я перевел взгляд на своё запястье, которое всё ещё горело перцем чили. В тот раз, в среду утром это было случайностью. Уверен. И даже если не так, я буду в это верить. Но сегодня он сделал это вполне осмысленно. Зачем? Зачем? Зачем??? У него есть любимый человек, при чем тут я? Какого черта? Какого черта?! Я остановился и закричал, проводя ногтями по лицу, выпучив глаза. Я схожу с ума. Я сошел с ума. Я буду сходить с ума и дальше. Я буду сходить с ума всегда. Я окончательно тронулся. И попытался сложить всё в общую картину - ничего не получалось. Мы с Мэтью не раз оставались наедине - он не раз ко мне лез, тискал и обнимал, потом мы случайно... соприкоснулись губами, скажем так. И сегодня он поцеловал меня в запястье. Я снова закричал разглядывая свою покрасневшую руку. Она была красная не от стыда, а оттого что я сильно её сжимал. Мэтью любит Бартишо. Но достает меня. И более того он понимает что меня достает. Чтоб он провалился. Провалился! Тысячу раз провалился! И что вы думаете- моё желание сбылось - он правда провалился, вот только не совсем как бы хотелось мне...
  Я в отвратительном настроении тянул Эмили на урок - она же говорила, что мне надо успокоится и тянула в столовую за чаем. Но я её уговорил.
  Урок. Была математика, милая такая наука, со всякими циферками и закорючками. Мы писали контрольный тест. Мне оставалось каких-то пару заданий, и я ожесточенно грыз карандаш, ведя не менее ожесточенную мозговую деятельность. И тут на весь класс раздался хруст, а после адский грохот. Все мгновенно обернулись на звук- радуясь разрядке атмосферы и желая узнать что всё-таки случилось. А это был Мэтью. Как я говорил - он провалился. Сиденье его стула было сломано надвое, а сам он сидел на полу, удивленный не меньше всех остальных. Глаз на мокром месте от шока, но удивления всё-таки больше. Все остановилось. Пока вдруг миссис Розенгуд не подняла на нас свои очки-половинки:
  -И что это вы делаете, осмелюсь спросить?
  -Я упал. - Вполне честно сообщил Мэтью, поднимаясь, придерживаясь за край парты.
  Я задумчиво поднял глаза на его спину- бессмертный что ли? Откуда он только не падали и как его только не били -не разу даже голос не надломился. В смысле это хорошо, что он не покалечился, но это странно. Может он...киборг? Тогда это всё объясняет. Инопланетный пришелец. Или робот того же пришельца. Да, да всё понятно. Ладно, оставим эти лишенные смысла объяснения на потом. В классе почему-то никто не смеялся. Все всё так же измеряли взглядом поломанный стул. И правда, как наш тощий Мэтью сумел его сломать? Наш - в смысле их, а не мой, понятно?
  -Вот как? Возьмете стул из-за последних парт, а этот на перерыве отнесёте к нашему плотнику.
  -Я так и поступлю.- Кивнул он оттаскивая свой стульчик в конец класса, потом взял свободные, но проходя мимо меня затормозил, роняя одну единственную фразу:
  -Я хочу видеть твою улыбку. - И что выдумаете? Улыбнулся он а не я. И ушел на свою место с новым стулом. Я не сколько удивленно смотрел сначала на его спину, а потом опять уткнулся в свой листок с заданиями. Как же там эта формула...я решил последнее задание, но хотел проверить его по другой формуле, но она совсем пропала из моей головы. К чему он это сказал? Видеть мою улыбку? Я не хочу улыбаться. Да и повода нет да и настроение отвратительное. В общем мог бы он провалится и покачественнее, так что б сразу память отшибло, в придачу навсегда. О да, несбыточные мечты - как это красиво. После урока я положил голову на парту, пытаясь не то дремать, от усталости, не то мысленно иронизировать на своей ужасной судьбой. Мэтью уплелся куда-то относить свой стул, а Эм снова подошла поближе:
  -Знаешь, давай не будем говорить Рэйчел, что мы пытаемся её сблизить с Диком - пусть всё это будет выглядеть максимально правдоподобно.
  - Хорошо... но тебе в голову приходило как мы это сделаем?
  -Я думаю над этим. Но первый шаг уже сделан - я сказала Дику. - Она скривилась. -что никого нельзя приглашать. Не важно есть ли у него кто-то - этого человека не будет.
  -Ловко придумано.
  -Шелли!
  -Что опять?! - Я не вскидывал голове - мне было чхать кто это - Бартишо, Мэтью, хоть сам Дик, больше не хочу сними знаться. Голоса я не узнал.
  -Подними голову, придурок!
  Я нехотя поднял голову на столь резкое заявление- а передо мной был Газли - поэтому я бесшумно застонал и снова опустил её на парту.
  -Если пообзываться на меня или двинуть в челюсть - валяй, только не ори.
  -Кому ты такой к черту нужен?!
  -Я? - Я снова приподнял голову, фыркнув от смеха.
  -Да ты!
  -Ну не знаю . - Я все так же похихикивая скосил взгляд сторону. - Ты объясни чего ты от меня хочешь...
  - Том со мной не разговаривает!
  -Вот как. - Я понимающе покачал головой. - Только какого черта ты говоришь это мне?
  -А кому ещё?
  -Действительно.
  -Шелли, можешь с ним поговорить?
  -И что я ему скажу: Привет, Том, я хочу тебе сказать - что Газли, помнишь черненький такой снова просил тебя стать раздолбаем и хулиганом.
  -Просто скажи ему, что я хочу по-прежнему с ним дружить. Пожалуйста. А я перестану тебя задирать?
  -И Мэтью?- Неожиданно для самого себя предложил я.
  -Ну я же на уроке не смеялся, когда он упал со стула.
  -Держу пари - чуть не задохнулся от смеха. Но знаешь... ладно. Не будешь лезть ко мне и Мэтью - поговорю с Томом.
  -Вот спасибо. - Он опустил голову и сомкнул руки в знаке благодарности. - Вот правда, большое человеческое спасибо.
  -Не за что. - Я кивнул. - ох и хорошо быть благодетелем, то есть старостой. Я с этим неприятностями чуть было не забыл про свою должность. - Где он сейчас?
  -Я видел его на первом этаже - он что-то возился около своего шкафчика с обувью.
  Я вопросительно посмотрел на Эмили - она недоуменно пожала плечами- нам тоже не было понятно, что происходит. Но в итоге я спустился в самый низ здания. Эм шла со мной- и сейчас мы здорово напоминали расхитителей гробниц из какого-то второсортного фильмишки. Том обнаружился довольно быстро - он всего лишь сидел на полу около своего ящика и кажется завязывал шнурок. Что в последнее время слишком подозрительно часто встречается имя Том -мой дом, одноклассник, а также мамин помощник на вечеринке. А всё же лучше чем Шелли. Я подошел и стал напротив, ожидая пока он меня заметит, это произошло почти сразу. Он вскинул голову:
  - А, Шелли.- Он снова глянул на свою кроссовку. - Вот же засада? У меня сегодня чуть ли не весь день рвется этот проклятый шнурок...А черт с ним. - Он заправил болтающиеся кончики внутри зашнурованной наполовину обуви и поднялся в полный рост. - Ты что-то хотел спросить?
  -Да - понимаешь ли.- Я решил не юлить. - Газли всё ещё хочет с тобой дружить.
  -Я с ним не общаюсь.- Как можно спокойней ответил Том, но я видел как его рука, открывающая шкафчик дрогнула.
  -Вы же вроде как дружите давно?
  -Да, ну и что? - Он обернулся на меня.
  -Это же глупо, дружить с кем-то так долго и вдруг не с того не с сего прерывать эту дружбу.
  -Просто наши взгляды на жизнь слишком различаются. Шелли - он жестокий человек! И для этого нет оправданий. Я казался таким же как он - но цель моих издевательств - была обычная безобидная шутка. Я не хотел никому зла всерьез. А что вышло? - Его глаза вспыхнули яростью и он ещё сильнее сжал приоткрытую дверцу шкафа. -Как вообще Мэтью?
  -А ему по барабану.- Честно сказал я.
  -Ну хорошо хоть так - а то некоторые люди очень расстраиваются. Та же самая Вилорд. Вы же вроде с ней общаетесь хорошо? Эта Берки сильно её обижает?
  -Ты же видел как она плакала...
  -Это не честно! Совсем всё это не честно. Жизнь должна быть прекрасной у всех без исключения.
  -Думаешь это возможно? - Я оперся локтём на соседний ящик. - И всё-таки помирись с Газли.
  -Ещё чего!- Он с грохотом захлопнул свой шкафчик.
  -Не хочу! Не будууу! - Мы все трое обернулись на знакомый голос. Дик тащил Мэтью за шкирку, а тот упирался, зажмуривая глаза. - Дик - с катушек слетел, да? Нет? Да, слетел!
  - Просто смотри!- Он подтолкнул его вперед отдаленно-примерно в нашем направлении, прерывая этот до коликов забавный монолог. Мэтью распахнул глаза, размахивая руками чтобы не шмякнуться носом вымытый до блеска пол, а потом перевел взгляд на нас. Сначала в глазах - недоумение, чуть позже не доверие - и конечная стадия какая-то не то обида, не то ужас. Он быстро зашагал в нашу сторону. Где-то на заднем плане самодовольно ухмылялся Дик. Чтоб его. Урод. Мэтью остановился только когда подошел к нам совсем вплотную. Его глаза обескуражено пылали (мда зверское сочетание - когда кто-то в полнейшем недоумении от происходящего, но уже кажется злится). А смотрел он именно на меня. Не знаю, будто я спер его любимую футболку, или не знаю, кошелек, ключи от дома, девушку... Ах точно, нет у него никакой девушки. Иначе чего он здесь нарисовался? Ну точно кошелек потерял - я всегда так злюсь когда что-нибудь теряю. И тот самый Стив что украл у меня кошелек, когда я был в младших классах. Как я был расстроен...Но что происходит в данном случае? Мэтью всё так же пронзительно на меня смотрел, слегка наклонившись вперед, а потом как-то совсем по-детски и мучительно обиженно спросил:
  -Что же ты делаешь?
  -И что я делаю?
  -Не притворяйся!
  Мои брови резко взлетели вверх - Мэтти залепил мне рот рукой и гаркнул на Тома:
  -Хам! - Хотя тот за весь наш краткий разговор и слова не выдавил. Том был шокирован также как и я. - Отморозок! -Мэтью угрожающе двинулся на него, продолжая сжимать рукой моё лицо.- Сволочь!
  Я сообразил и скинул его руку подключаясь к столь логичному разговору:
  -Что ты на него кричишь? Он что-то тебе сделал?
  -Ещё как сделал.
  -Ничего я не делал. - Том шагнул ещё дальше назад.
  -Ах ты!. - Мэтью было занес руки, что бы заехать ему по лицу. Но между ними возник я. И одна рука так и не успевшая остановится, проехалась ногтями по лицу.
  -Шелли?.- Мэтти взволнованно смотрел на меня.- Ты что? - Он потянул руку к моему лицу, но я тут же отмел её. - Зачем ты это сделал? Он заслужил.
  -Он ничего тебе не сделал. И драться это вообще не выход.
  -Но... - Мэтью осекся. -Шелли...
  -Да, да, да , я Шелли.
  -Но он...
  -Он что? Завязывал рваные шнурки сидя на полу? Не вписывается в твои моральные устои?
  -Шелли...- Мэтью покачал головой.
  -Ты какой-то совсем ненормальный последнее время. То проваливаешься в стулья, то...- Я зажмурился. - Целуешь других людей в запястья, то ходить по забору на крыше...Ну скажи, что такого сделал Том?
  -Он...- Показал Мэтью на него дергающимся пальцем. - Он тут с тобой разговаривал...- Голос был жалобный, чуть ли ни на грани плача.
  -И что? Что в этом такого? Я существую не для тебя одного!
  -Это конечно так. Но это попросту нечестно. Ты так приветливо с ним общался, а ко мне ни разу, даже самую малость не можешь быть добрым!- Ему видимо показалось что сболтнул лишнего, и он вздрогнул растеряно поднимая на меня глаза.
  -Что?. - Вытянулось лицо. До меня с опозданием начинало доходить, что это какая-то банальная сцена ревности, в которой я не по своей воле стал участником. Всё таки это ужасно, что Мэтью так ко мне относится. Хотя по моей схеме у него вроде как есть Бартишо. И это какая-то абсолютно непредвиденная аномалия. Хотя... Мэтью- вот и все ответы на мои вопросы. Это Мэтью - это значит никогда не знаешь чего ожидать. Но сейчас? Ревность. Я испуганно смотрел на цветастый пол. Что мне надо сказать? Или что-то сделать? А точно:
  -И даже если так: то почем ты ругался на Тома?
  -Я говорил это тебе.
  -А заехать ему по лицу решил так для профилактики?
  -Я просто запутался.- Мы с Мэтью теперь дружно (это не значит, что мы друзья!) изучали одну точку на полу.
  -Думаю орал ты именно на меня.- Воспользовался затянувшейся паузой Том.- По правде говоря, я не злюсь...
  -Да! - Вдруг выкрикнул Мэтью, вспыхивая и поднимая на нас свои раскрасневшиеся щеки. - Я орал именно на тебя! А теперь извините - пойду в класс! - Он прощально глянул на меня и ушел. В тот момент в его глазах была настоящая обида. Дик что по-прежнему был неподалеку от нас, только теперь слегка нахмурился, а после решительно двинулся вслед за Мэтью, не замечая нас. Где-то далеко прозвенел звонок. А мы всё ещё стояли втроем, не в силах начат разговор. Но наконец Том осилился:
  -А вообще я думаю, Мэтью, неплохой человек, только немного странный. Даже ничего что он гей.
  -По-моему это и есть его самая странная черта.
  -Наверное он здорово тебя достает?
  Я благодарно посмотрел на Тома- впервые мне попался понимающий человек, который мыслит также как и я. Но его следующая фраза несколько подкосила мою радость.
  -Но его можно понять. Ты сам-то не подарок, мог бы и относится к нему чуточку лучше.
  - Он тебя и слушать не захочет. - Негромко вздохнула Эмили.
  -И слушать не хочу! - Я был немного предсказуем и прямолинеен, допустим. Но это ведь была правда. - И вообще Дик- урод!
  -Этот тут причем?
  -Когда ты говоришь об отношении Мэтью ко мне - я автоматически переключаюсь на Дика и Рэйчел. Дик не любит Рэйчел. Моя категоричность вполне оправдана. Но он то может сделать её счастливой. Но он ведет себя словно я - не желает с ней общаться.
  -Слушай а ты своим советом не противоречишь самому себе? Советуешь Дику быть добродетелем, а сам-то?
  -Мне можно! Я же говорю - это Мэтью.
  -Знаешь может ты и прав...
  -Конечно нет...- Запротестовала Эм. Но он вдруг показал ей что-то руками и она утихла.
  -Что ты делаешь? - Я опустил глаза со слепящий лампы на лицо Тома.
  -Да так. - Он усмехнулся, неумело пряча руки за спину.
  И мы пошли на урок. Я улыбался оттого, что мне казалось что Том понимает меня лучше всех. Эмили сосредоточенно над чем-то думала. Весь следующий урок я думал о том как это хорошо что у меня появится друг - обычный человек с которым можно без страха сходить на рыбалку или к нашим любимым безвыиграшным автоматам. Наверняка вам думается - странно что у Шелли нет какого-нибудь друга парня? Всё с каким-то девочками общается. Но вообще-то когда-то давно у меня был друг, но к несчастью это друг был тот самый Стив, что стащил у меня бумажник. И вот мы больше и не были друзьями. С Эм я знаком с самого детства - и для меня это было вполне естественно. В смысле если захочу могу и сней пойти на рыбалку. Я даже подумал ей это предложить? Но какая-то подозрительная интуиции подсказывала, что стоит дождаться конца урока. Я краем взгляда скользнул по профилю Мэтью (как я надеюсь - вы помните он сидит ближе к доске) и остановился. Мэтью совсем не слушал урок. На него это не было похоже - смотрел себя в окно каким-то отсутствующим взглядом, опершись о руку. Не похоже потому что он хорошо учился. Даже можно сказать отлично. Конечно он же поглощен душевной травмой, что я видите ли не расстилаюсь в разговорах с ним. А что расстилаться? Это же Мэтью! Конечно мне было немножко совестно, за свою грубость, на я быстро запихал это неприятное ощущение куда подальше. Когда я посмотрел дальше то наткнулся на Газли: который вопросительно вскинул брови. Я и совсем за был, что сходил к моему другу Тому (как звучит, как звучит!) сказать что он хочет с ним дружить. Я сказал, что он хочет с ним дружить, но Том- похоже не хочет, чего-то ждет от него. Кстати по поводу Тома, он внезапно обернулся на меня и приветливо кивнул. А к середине следующего перерыва я уже чувствовал что мы знакомы уже очень давно. Мы сидели в столовой. Эмили была всё так же задумчива и размазывала кашу по тарелке, на лице явно было написано что в её мозаике не достаёт какого-то очень важного кусочка.
  -Может зайдешь ко мне на этих выходных и тогда я отдам тебе эти диски...
  Я собирался ответить - но неожиданно с противоположного конца столовой послышался детский знакомый голос:
  -Шелли, можно с тобой поесть?
  -Нет нельзя.- Сердито буркнул я в устоявшей тишине. Мэтью скорбновато укусил какой-то шоколадный батончик и взяв Бартишо за рукав поплелся за ближайший столик. Всё опять пришло в движение. А такое бывает. Так вот я подумав, хотел было согласится, но тут вспомнил о нашем пикничке:
  -Прости...мы собирались поехать куда-нибудь на природу на этих выходных.
  -Понятно.
  Мне в голову вдруг пришла совершенно неплохая мысль- позвать его с собой. Однако нас снова прервали - это был Газли.
  -Шелли, и какого хрена происходит?- Но увидев что я занят свое кашей, он махнул на меня рукой и обратился к бывшему приятелю. -Том! Пошли поговорим!
  -Никуда я не пойду - я обедаю!
  -А ну пошли я тебе говорю. -Газли бесцеремонно выволок его из-за лавки и потащил за собой. Мы с Эм переглянулись и пожали плечами.
  -Это отвратительно, да?
  -Что опять? Я так понимаю Мэтью в очередной раз гонялся за тобой с плеткой и чуть не убил?
  -Он меня ревновал. - Подумав добавил я изучая какую-то жидкую субстанцию, что обитала в моей тарелке из-под обеда - по-видимому эта была овсянка. Тут я услышал какой-то сдавленный звук: не то всхлип не то что и обернулся на Эм - она подавилась. Я наскоро как можно бережней но со всей силы постучал её по спине. Он откашлялась, постукивая себя кулаком по груди и расхохоталась. Ну так как никогда в жизни. На всю столовую. Многие недоуменно смотрели на неё - так и не понимая причину этого странного поведения. У неё все лицо было красным и слезы потокам текли по щекам.
  -Шелли...-Она буквально задыхалась от смеха. -...Просто...П-просто ты вечно ему грубишь...Вот он и обижается, что с остальными ты нормально общаешься.
  -Ещё чво! - Попытался я опустить её раскинутые руки. На спине я чувствовал чей-то острый взгляд.- Кажется за нами наблюдают...
  -О, Шелли...- Она обхватила живот изнывая от смеха и обернулась. - Мэтью?... Мэтью...- Он снова потонула в собственной истерике. Досмотреть как Эм умрет от собственной истерики мне и да и собственно всем остальным помешал странный шум около дверей столовой. Долго гадать не пришлось - двери с грохотом распахнулась но ничего не было видно. Как выяснилось позже- дело было на полу. Том сердито сжимал воротник Газли, а Газ держал его за рубашку.
  -Ты иди ты на хрен! - Голос Тома был истерическим.- Хватит! Шелли.
  Я с минуту соображал что он имел ввиду произнося моё имя вслух. А потом подошел ближе и помог ему оттолкнуть Газли. Мы поднялись тяжело дыша.
  -Том! - Надрывно и с силой, на лице какая-то злость.- Не будь придурком! - Дергает его за руку. Тот автоматически цепляется за мой рукав. И неожиданно из толпу вырывается Мэтью и возникает между нами. Хватает мою руку и одергивает назад испуганно моргая глазами - видимо сам удивляясь своему поступку. В этот же момент Газ забирает Тома и мы стоим все четверо так стоим и недоуменно на друг друга смотрим. Первым опомнился Мэтти. А чтоб он никогда не опоминался:
  -Шелли, мой! - Сильнее стиснул руку. Глазки горят, мерцают. - Не твой! - Прокричал, наклонился вперед, зажмурился.
  Какое-то время в столовой царит непонимание. И среди всякой тишины, запаха скупого черного чая и не менее скупых пироженок (вместо крема- какой-то клейстер с запахам аэрозоля) раздается смеха. Оборачиваемся. Эм. Дорогая, милая-милая Эм. Давится, давится и падает на колени не в силах остановить этот смех. Из толпы выныривает несколько озадаченный Бартишо, обходит её и подходит к Мэтью, подтягивая за байку на спине.
  -Пошли.
  Однако он и не думал выпускать меня. Бартишо сильно дернулся. Мэтью молчал. Из толпы вышел Дик. На лице не было даже подобия улыбки.
  -Отстань. - Он толкнул Бартишо. - Не мешай ему.
  -Он сходит с ума! Вообще какое твоё дело, Дик...
  Выглядело это довольно таки странно. Дик ведь выше Бартишо. И теперь этому устрашаюшему человеку приходится задирать голову. Где Дик был раньше - точно шифровался в какого-то сморчка, зализав волосы и одевшись как бомж.
  -Мэтью и мой друг тоже.
  -Да, Дик, есть что-то такое. - Издевательски сообщил Бартишо. - Мэтью, отпусти Шелли и пойдем где-нибудь посидим. - Ещё один дерг за спину. Ноль реакции.
  А я? А что я? Сначала я хотел, как всегда распсиховаться, а потом был так удивлен тем что происходит. Как Бартишо отговаривает Мэтью и как вечно болтающий Мэтти молчит уставившись в пол.
  -Какого черта?!- Газли оттаял и тихо ругнувшись отбросил руку Тома. - Что всё это значит? Зачем он вас разнимает?
  - Пускай не лезет к Шелли. Никто не будет к нему лезть...- Мэтью потянул меня за руку и начал обходить собравшуюся толпу. - И не ты, и не ты... Никто! Это значит вообще никто!
  -Эй!
  -И ты тоже.
  -ЭЙ! - Я дернул рукой и выпутал её в упор смотря на Мэтью. Что-то в последний дни он особенно сходит с ума. Эмили уже не было слышно, она не могла говорить не слова.
  -Шелли...- Он растеряно поднял на меня наконец глаза.- Ты не злись...- Он протянул ко мне руки для объятия и я мгновенно отпрянул.
  -Не трогай меня!
  -Но Шелли...
  -Пошли уже. - Бартишо бесцеремонно схватил его за шкирку и прилюдно поволок к дверям столовой. Дик не успел ему помешать. А Мэтью до самых дверей также внимательно и мучительно смотрел на меня. А я смотрел на него. Не в силах уже разобраться ни в чем.
  -О. - Дик картинно съехал рукой по лицу. - Вы такие идиоты.- И тоже вышел, мотая с досады головой.
  -Я не совсем понял, что это было. - Газли посмотрел на меня, надеясь что я дам ему ответ, ха, наивный. Отрицательно качаю головой- пуская не надеется.
  -Том...- Он собирался что-то сказать и вероятно заехать по лицу, но передумал но счет и того и другого. Поэтому просто легонько похлопал его по плечу, слабо кивая и снова повторяя. - Том...
  Газли ушел. Том ещё какое-то время смотрел в след раскачивающимся дверям, а потом обернулся ко мне:
  -Спасибо.
  -Да как бы и не за что.- Когда он меня позвал я помог ему отцепится от Газли, за это что ли? Действительно не за что.
  -А этот Мэтью, он в тебя влюбился?
  Слова застряли в горле неприятным тошнотворным вкусом. С одной стороны это была вроде бы как правда, ведь он постоянно ко мне лезет и докучает. Но с другой стороны звучало это так ужасно, что вы и представить себе не можете. И поэтому я просто опустил голову в знак согласия. Толпа как-то не заметно рассосалась и мы остались в столовой почти одни- скоро начинался следующий урок . Эмили наконец удалось встать с пола и она размашисто обхватила меня за шею, обращаясь к Тому:
  -Он просто преувеличивает - Мэтью хочется дружить. И всего-то.
  -И ничего я не преувеличиваю!. -Я нервно скинул её руку. - Как вообще можно было так смеяться?.
  -А ты бы видел как это звучало со стороны: Он меня ревновал! И голос такой возмущенный, а щеки такие розовые...
  -Эм. - Я положил руку ей на шею, серьезно смотря в глаза.- Не говори так.
  - А что сделаешь? Побьешь меня? Шелли.- Она заулыбалась. - Во-первых мы друзья, а во-вторых я не очень-то верю в историю о том как вы с Мэтью всех побили.
  -Это точно было! Я тебе клянусь?
  -И когда это вас побили? - Встрял Том.
  -Нет: это мы их побили. И это твой дружок Газли натравил на нас целую компанию бандитов.
  -Что?..Ну всё. Пойду поговорю с ним и проясню раз и навсегда, что случилось.
  Мне б его решительность. Том в одиночестве покинул столовую. Мы недоуменно смотрели ему в след:
  -Доешь овсянку?
  -Нет. А ты? -Я обращался к Эм, но все также зачарованно смотрел на двери столовой.
  -Тоже как-то не хочется.
  Мы пошли на урок. И тут, где-то между третьим и вторым этажом на лестнице мне пришел довольно таки логичный вывод: Мэтью стал другим. Из сентиментального мальчика он превратился в какого-то подростка с паранойей и категоричной зависимостью от меня. Или эта просто банальная ревность -и ещё чуть-чуть и он будет вести себя как обычно. Однако была кое-что что просто не оставляло меня в покое - он сказал "мой Шелли", хотя да этого говорил что понимает, что я не могу обращать внимание на него одного. Сколько в этих словах было обиды, сердитости и неведомой силы - уверенности в этом. Он что, совсем? Я посмотрел ему в спину. Спина молчала -не желая говорить не единого секрета. Уже давно шел урок. Обратил внимание Мэтти остался таким же рассеянным и смотрел в окно. Его взгляд был каким-то неопределенным пустым.
  -Что вы об этом думаете, Сьют?
  Я не говорил? Сьют - это фамилия Мэтью. Вполне такая нормальная себе обычная фамилия. Вот и выходит что Мэтью Сьют - это тот самый Мэтью, которого вы знаете. Он поднялся со своего места:
  -Простите, я не слушал.
  Миссис Чесгунд, опустила очки, поднимая брови:
  -Интересно знать почему?
  Её голос был пронзителен и скрепуч - она самая старая учительница в нашей школе и как полагается ведет историю.
  -Я задумался.- Мэтью всё также смотрел в окно.
  - Поведайте нам о чем же?
  -Знаете, иногда мне кажется я не могу контролировать свои действия. И нарочно делаю больно дорогим мне людям. Вы не считаете это странным?
  Миссис Чесгунд хоть и была старушкой, которые обычно очень злятся если на их уроках думаешь о чем-то кроме надлежащего предмета, но к словам Мэтти отнеслась серьезно и внимательно:
  -Чувства - это что-то, что мы не можем вогнать в какие-либо рамки. Достаточно увидеть кого-нибудь тебе близкого и ты начинаешь делать что-то неконтролируемое. Даже если брать каких-то близких родственников, ты никогда не знаешь точно как поведешь себя с ними в какой-нибудь редкой, необычной ситуации. Ты не можешь это предугадать да и не хочешь, потому что знаешь - чтобы ты не сделал, тебя простят и попробуют понять. Но куда тяжелее, если те люди, которых ты считаешь вот такими близкими, сами близкими тебя не считают. И возникает некоторое непонимание - в таком случае вам стоит прямо высказать свою точку зрению и посмотреть на реакцию объекта.
  Её речь была размерена и логична, но что куда больше произвело на меня впечатление так это её мысль. Действительно, а прежде чем лезть, меня кто-нибудь спросил? И под кем-нибудь я имею ввиду именно Мэтью. Кстати он ещё немного помолчал и снова обратился к нашей учительнице:
  - Мне кажется я делаю какую-то ошибку.
  -Делайте, что вам хочется, если имеете хоть капельку ответственности.- Она улыбнулась поверх очков и снова перевел взгляд с Мэтью на класс.- Вы меня извините, что-то я отвлеклась...
  Но в тот момент казалось что он понимает абсолютно всё что происходит, во всяком случае таким было её лицо. Что ли подойти к ней после уроков и спросить: "Так и так миссис Чессгунд - не понимаю ровным счетом ничего. А вы же всё знаете, так объясните же мне, какого хрена с Мэтью творится какая-то ерунда". Но как вы можете только догадываться я этого не сделал. А сам Мэтью, что интересно поверил её словам. И на перемене как ни в чем не бывало от души смеялся в компании Бартишо. Дик куда-то пропал. Все-таки учится он в нашей школе и нет? Ладно. Газли больше не просил поговорить с Томом, но и Том тоже ко мне не подходил. Не уж то наша дружба этим и закончится? Полагаю я был не то слишком наивен, не то что. И до конца уроков все было нормально. Единственное, что меня смущало, то что Мэтью больше не занимался прилюдным самобичеванием, а лишь радовался и улыбался, разговаривая с Бартишо. Не следа его утренней замороченности и неопределенности. Старый...злой Мэтью. Собственно не побоюсь сказать всё нормально. Вообще-то побоюсь, потому что обычно стоит заметить в происходящем что-то хорошее как оно тут же заканчивается. Я несколько суеверен и что? Ничего. Потому что это моя история. И её рассказываю я, так что вы не в силах как-то изменить происходящее. А после уроков мы с Эм выходили из школы - опять видели Мэтью. Он положил руку на плечо Бартишо и что-то шептал ему на ухо: тот улыбался. Завидев нас, мой пушистоголовый недруг помахал мне рукой с обыкновенным приветственным воплем, собственно:
  -Привет, Шелли!
  Я кивнул и они ушли и мы ушли.
  - Ты не думаешь, это как-то странно?
  -Что именно? От Мэтью вообще ничего нестранного ждать нельзя.
  -Я говорю о том как он изменился после слов мисси Чессгунд - пришел в себя, снова стал счастливым ребенком.
  -Мне от этого думаешь лучше?
  -По мне так лучше видеть его веселым и беззаботным чем упорно думающим и серьезным. Просто моё впечатление. - Пояснила Эмили. Мы направлялись в сторону дома Рэйчел и уже совсем скоро зашли и поздоровались. Вид у неё был больной, розоватое от температуры лицо подкрепляли мягкий халат и тапочки. Да, она совсем болела. Но когда мы слышали её голос это что-то:
  -Привет. Рада вас видеть.
  И где-то через полчаса беседы в её комнате с горячим чаем, от которого пахнет цукатами.
  -Ещё раз спрашиваю: ты уверена, что хочешь поехать?
  -Конечно же хочу! Там будет Дик!- Он выпучила подкрасневшее глаза.
  -Но он же урод! - Мы сказали это с Эмили в один голос, будто отрепетировали. Отчего вышло особенно надрывно.
  -Не правда! Вы просто ничего не понимаете...- Он закашлялась.
  -Ну ладно. - Эм с состраданием погладила её по плечу. - Мы не пониманием почему тебе нравится Дик, ну и ладно. Ты постарайся хорошо отдохнуть и к завтрему выздоравливай.
  -Я почти здорова...- Он подхватила со стола чистую салфетку и высморкалась. - Вот попью ещё чайку.
  -И все-таки?
  -Эм!
  Они продолжали спорить. А я тут подумал - а что если Мэтью такой как раньше лезть он ко мне будет хоть чуточку меньше? Я ошибался. Как я ошибался. Как я кардинально ошибался.
  -Раздевайся!
  - Ни за что!
  -Немедленно снимая с себя одежду!
  - Ни в коем случае!
  - Тогда я сам этой сделаю - поверь я шутить не стану.
  -Не трогай меня!... Куда ты лезешь?!...Отстань!
  -Не будь идиотом!
  - Я не идиот! Я хватит меня лапать - мелкий извращенец!..
  О.О, о, о. Как всё запущено. Вы не подумайте - я всё ещё в своем уме. Этим не совсем цензурным и приличным перепалкам предшествовала вполне логичное начало .
  Ещё вчера вечером - когда мы вместе с Эм , около часов девяти покинули дом Рэйчел и уже собирались прощаться, как вдруг она предложила обозначить план действий на два последующих дня, которые имел кодовое название "Дик - полнейший урод. Но мы добудем его для Рэйч. Дик. Охота и эксплуатация." Вообще говоря этот план никто так и не называл, просто мы выделили для себя такую цель.
  -Как понадобиться что-нибудь делать - мы их всё время будем отправлять вдвоем, да?
  -Да и куда-нибудь подальше.
  -А когда будем играть в бутылочку - я суну магнитик в ее карман и посажу их напротив.
  -Мы будем играть в бутылочку?! -Дело в том, что я прекрасно помнил, что мы едем с Мэтью - в общем финиш.
  -Успокойся она никогда на тебя не покажет.
  -Ну да. Ну да.
  -Так - ты постарайся всех остальных отвлекать от Дика. А ещё мы поставим их палатки рядом.
  -И что?
  -Представь выйдут они ночью - не спится- бац увидят друг друга -пойдут смотреть на звезды и все сложится. - Она мечтательно закатила глаза.
  -Ага, что-то не очень верится. Особенно в то, что они выйдут в одно время.
  -Я договорилась я Тайлером, как только Дик встанет он скинет мне смску, а я скину как бы случайно скину смску Рэйч - говоря чтобы она выглянула из палатки. ТЫ ведь понимаешь она ничего не должна об этом знать.
  -Ну конечно...
  В общем мы говорили часов до трех поедая чипсы, а потом старательно выискивая крошки от них в ковре. Я ещё раньше позвонил родителям и сказал, что ночую у Эм. Они не были против. Хотя бы ей доверяют. Тьфу. А на завтра как по заказу, около девяти зазвонил мобильник -мы же как никак хотели выехать пораньше. Прямо около ворот нас ждали Пэм и Джим. Мы поздоровались. Джим был рослый и накачанный и насколько я понял после минуты разговора с ним в машине- я его совершенно не интересовал. Ну и хорошо. Он говорил лишь про Пэм, с Пэм соответственно, они дружно хихикали с каких-то умопомрачительно тупых шуток и громко слушали радио на котором некий мне доселе неизвестный Фредди Джонс пел свою "Утреннюю песенку". Что-то в стиле "Вставай, вставай! Прыгай! Прыгай! Всегда молодой! Всегда молодой! С добрым утром, Америка..." К сожалению до словно текст не воспроизведу. Я уныло трясся на заднем сидении. Сам заднем в этом чертовом миниуэне. Да забыл сказать - хоть мы и поспали каких-то пять-шесть часов, я на самом деле спал может два из них, все остальное время мне как полагается мерещился Мэтью со свои дурацким смехом и шепотом на ухо и подозрительным поцелуями в запястье. Так что перспектива провести выходные в его обществе меня угнетала невероятно. Позже мы подобрали Лаванду -она притащил с собой своего парня. Который если я не ошибаюсь, был фактически полной копией Джима, за исключением может быть цвета волос. Джим- черный, Тайлер- рыжий. Может немножко меньше накачен да и по росту как раз для Лаванды. Все-таки они отличались, не важно. А ещё Лаванда притащила свою подругу Сэмми. Сэмми оказалась девочкой (!) низкого роста, в прямоугольных очках в толстой, но элегантной оправе, иона взяла с собой гитару. Как я дальше понял из разговора играла не только она но ещё и Тайлер. Но меня это не волновало за исключением того, если он вдруг не начнет горланить Элвиса. После мы заехали за Рэйч он выглядела замечательно - новые синие джинсы, фиолетовая курточка с разводами и крыльями на спине и такой же фиолетовый шарфик. А также проча мелких мелочей, что я наверняка посчитал незначительными. Но выглядела она правда замечательно, да и нос почти не тек. Рэйчел примостилось в задней части миниуэна но поближе к рулю о чем-то разговаривала с Сэмми и Эмили. Я был всё ещё один. Но на всякий случай поставил своё рюкзак на соседнее сиденье чтоб не повадно было. Там- в самом конце миниуэна было всего два места- моё и ...моего рюкзака. Следующая остановка- дом Мэтью. Получается мы сначала сделали круг почета по черте города и вернулись в нашу сторону. Мэтью было донельзя радостный и тут же попросился сесть со мной. Никто не возражал, кроме меня, но будто это кого-то волнует. А ввиду нехватки мест мы попытались втиснуться на последнее сидение втроем .Было неудобно. Мэтью изъявлял ежеминутное желание поехать у меня на коленках, но я был категорически против. И смотрел в окно, жалея, жалея, жалея о происходящем. Немножко утешала мысль, что мы делаем это ради Рэйчел. Но уж слишком немножко. И последним мы должны были забрать Дика. Но там нас ждало некоторое но, которое понесло весь наш с Эмили план в тар тара ры. Это но звали Аманда. Дик был не один. Хотя Эмили кажется говорил ему чтоб он никого не звал.
  -Я же не мог оставить её одну...- Тепло пояснял Урод - Дик. Аманда была скажем так двоольно специфической... Широкая в плечах, почти такая же высокая как и сам Дик, не в обиду женскому полу сказано будет - абсолютно плоскогрудая. Волосы- лимонные огромные локоны где-то до средины спины. И первая мысль которая мне пришла в голова - была такова - эта Аманда, никакая не Аманда, а Аманд! И я немедленно передал её Эмили через смску. Согласитесь как-то неудобно было бы перекрывать общий гомон своим воплем: Эй Аманда, ты парень? Эм, что странно не стала надо мной смеятся (пуская через смску я знаю что значит улыбающийся смайлик), а лишь сказал что мы это проверим, а пока придерживаемся плана. Рэйч сразу немножко напряглась сжимая сумку в руках, но не сдавалась и всё равно пыталась завязать разговор:
  -Скажи Дик - ты ведь пробовал играть на гитаре?
  -Да пробовал, но мне больше по душе рэгби - мужской вид спорта.
  Как-то разговор не ладился. Я отвлекся от них и снова переключился на пейзаж, сейчас я ничего не могу сделать. Кстати если мы когда-нибудь выберемся из машины, то я может смогу отвлечь эту Аманда, а ещё попытаюсь подключить к этому Мэтью и Бартишо. Они меня поймут? Не знаю. Ой, не знаю.
  А вы не думайте что наш минуэн безразмерный. Как это в него влезло двенадцать человек? А ведь нас было именно двенадцать. На водительском - Джим. Рядом- Пэм. В задней части на первом ряду сидений Эмили, Аманда и Дик. Дальше второй ряд но после хоумабгрейда это старой махины. Сиденья первого ряда повернуты к сиденьям второго ряда. Короче они на против. Так вот во втором ряде на месте для троих уместились Лаванда, Тайлор, Сэмми и Рэйчел. И процессию замыкаем мы. Бартишо, Мэтью и я, жмемся на месте для двоих. Мэтью снова порывается на коленки - не пускаю. А он и так сильно прижимается. Сидит вон совсем рядом. Смотрю на дурацкие синие шторки в бельнький горошек. Так к чему это? Я просто хотел отвлечься от Рэйч - мне грустно видеть, что ей так плохо.
  - Шелли, что-то случилось?
  Но ничего - у меня же есть своя проблема.
  -Мэтью, всё в порядке.
  -Точно? Ты такое грустный. Может тошнит?
  -Нет, не тошнит.- Как можно вежливей отозвался я. Хотя может я и врал- не мог точно определить по -своему состоянию. Эти вчерашние чипсы были явно лишними. Я вообще редко ем чипсы, но вчера как говорится нашло. Но с другой стороны - скажи я Мэтью что меня тошнит (ну да так и быть слегка податшнивает), сразу бы пошло поехало. Давай я хрен зачем сделаю тебе искусственное дыхание, так на всякой случай. Нет, точно поможет. Или: Шелли ты умираешь - пиши мне завещание и делай предложение руки и сердца. Не смешно. А колец я после вторничного случая просто боюсь. Даже когда мамино вижу в ванной на подставке с криком выбегаю. Вру. Не выбегаю. Выхожу. Кстати в каком-то из всех своих смыслов я изначально был безумно рад этой субботе- ведь прошедшая неделя била все рекорды по своей отвратительности. Но кто ж знал что выходные окажутся не менее отвратительными? Два дня отдыха почему-то в итоге оказались оказались равны двум дням ускоренной тренировки в военной академии. Почему? Прокомментирую позже...
  Всё ещё трясусь. Мэтью так не оставляет меня в покое:
  -Шелли ты меня пугаешь.- Взволнованное лицо.
  -Да оставь ты его в покое.- Это был как ни странно Дик, который отвлекся от девочек, смотря на моего пушистого знакомого. - Он всё равно тебя не послушает.
  -А вот и не оставлю!- Мэтью сердито вцепился в мой рукав, сверкая глазами. Я вполне привык к таким его выходкам ( о да, сдаюсь я, сдаюсь), но его глаза были такие устремленные и яркие в тот момент, что я подумал они выбили бы все двести двадцать, вставь я Мэтью в розетку. Конечно меня всегда бесит когда он вдруг не с того спрашивает у меня что-нибудь или хватает за руку или вообще целует в запястье...У него же есть Бартишо. Я запоздало рванул руку и бросив на Мэтью короткий отрывистый взгляд обернулся к окну.
  -Шелли...
  -Мэтью успокойся. Подумай о хорошем.
  И я пожалуй тоже подумаю о хорошем - после этих выходных меня ждет ещё целая неделя в обществе Мэтью. Хорошего мало. Похоже мы ехали вечность. Но вдруг всё неожиданно закончилась. Машина остановилась и я увидел за окном лес. Не то чтобы это было неожиданностью. Я прекрасно понимал и видел как мы заезжали в лес - только что теперь?
  -Эй, народ! - Это была Эмили - взяла на себя ответственность заводилы, ну впрочем как всегда. - Выходим!
  Мы все потихоньку выползли из машины и я наконец свободно вздохнул отодвигаясь от Мэтью как можно дальше.
  -Давайте, поищем какую-нибудь полянку, а потом Джим...- Она показала рукой ...ха, вы думали на Джима? Ну да, на Джима. И что?-... подгонит туда наш миниуэньчик, не топтать же весь лес? Как кто чего найдет - набирайте меня.
  И не успел я сказать "это худшие выходные в моей жизни" как всегда куда-то смылись, а мы с Мэтью остались стоять стаять около машины и подозрительных кустиков вдвоем.
  -Это худшие выходные в моей жизни! - Поспешил я озвучить свою мысль вслух, вскидывая руки.
  -А что случилось-то?
  -А опять какая-то непруха. - Угрюмо покачал я головой. - Пошли, Мэтью.
  -Да, давай найдем лучшую полянку! - Он зажмурившись улыбнулся. Я застонал. За что? За что?! Если я заслужил плохую жизнь, пусть лучше бы со мной было что-нибудь другое. Например, тюрьма, та самая , отвратительная наколка на предплечье, может бедность? Но досталось-то мне именно это. Я скосил взгляд в сторону. Мэтью шел, высоко размахивая руками и не снимая улыбки с лица. И вдруг он неожиданно сказал:
  -Знаешь, иногда я хочу убить Дика.
  Я приподнял бровь - кто знает может он и не шутит.
  -Например, как сегодня.
  Дик, ты чуть не умер.
  -Вообще он неплохой человек, но иногда его мнение чересчур навязчиво. Причем тут "оставить в покое", если я просто о тебе беспокоюсь.
  Я решил не вклиниваться в сей монолог.
  -Да, да. А как-то я разговаривал по телефону и он просто ворвался в мой дом. Заявил, что я уже полчаса не беру трубку и он подумал, что у меня гости и я не пригласил его на вечеринку. А потом ещё и наорал на меня за то, что я как она выразился "невообразимое количество часов трепался по телефону". Да, а потом он ушел и в придачу забрал мою миску с не залитыми хлопьями. Он бывает просто отвратительным и в такие моменты я его по-настоящему ненавижу. Но как показывает практика- долго ненавидеть я не умею. Вот мы так и общаемся.
  -А мне ты зачем всё это рассказываешь?
  -Как? Я хочу чтоб ты знал что он за человек. Он не такой противный каким кажется.
  -Дик урод.
  Мэтью поморщился:
  -Откуда столько категоризма? Ты просто не узнал его получше.
  -А как-то и не хочется. Ты мне лучше скажи давно с ним эта Аманда?
  -Как тебе сказать... с самого начала. Сколько я его знаю, он всегда с ней, видел их детский совместные фотографии где им по лет пять-семь. Дик сам мне показывал, как-то когда я был у него на дне рожденье. То ли в этом, то ли в прошлом году.
  -Понятно.- Я убито кивнул. Неужто у нашей Рэйч нет никаких шансов?- Слушай, можно тебя кое о чем попросить?
  -И о чем же? - Впервые за весь разговор он обернулся на меня и мы как-то перестали идти. То есть остановились. Честно говоря я чуть не забыл что хотел спросить, против воли смотря в эти зеленые глаза. Однако моё сознание чудом осталось при мне. -Слушай...ты не мог бы отвлечь Аманду, пока с Эм будем сближать Дика с Рэйчел?
  -Я похож на камикадзе?- Он прищурился, словно удивляясь моей глупость. Но я не глуп. Совсем.
  Мы шли дальше.
  -Шелли, ты конечно извини, но это форменное самоубийство. Знаешь я однажды видел... - Принялся он травить очередною историю.- Как на дне рожденье, том самом, когда он показал мне фотки. Какой-то чудочек танцевал с Амандой.
  -И что?
  -Больше он с ней не танцует. Помнится Дик швырнул в него ножницами. Вот прям так взял и швырнул. Это было жутко. Но этот пацан остался жив, как выразились врачи ему повезло. Не спорю - их ведь разделял какой-то десяток метров.
  -Вот как.- Я задумчиво кивнул. - Но на тебя он так злится не будет?
  -Почему?- Вполне себе так невинно откликнулся Мэтью.
  -На тебя вообще сложно злится.- С трудом выдавил я. Да мне совсем не просто далось это сказать, с другой стороны это была правда. Иногда я мечтал о смерти Мэтью и одновременно о своей собственной, причем одновременно. Но ведь вся эта злость достаточно быстро сходит на нет? Ему просто надо ко мне не приближаться.
  -Но у тебя же как-то получается делать это всё время. - Он посмотрел на меня исподлобья, мило приподнимая уголочек губ.
  -Ты сам виноват! - Вспылил я, немного отодвигаясь в бок к сосне - она выглядела такой дружелюбной.
  -В любом случае - я этого делать не буду.
  -Тогда я сам буду её отвлекать.
  Мэтью обнажил белые зубы.
  -Что? Что такого смешного?
  -Да ничего.
  -Я серьезно! Думаешь ничего у меня не получится, потому что я урод?!
  -Спокойно, Шелли.- Отмахнулся он и посерьезнел.- Я совсем так не считаю. Напротив. У тебя очень привлекательное и запоминающееся лицо.
  Я тут же уткнулся взглядом в свои кеды, потому что мне показалось что если я не буду следить куда иду, то обязательно упаду. Где-то в шее было жарко. И не надо думать : ага, Шелли, такой сентиментальный сопляк. Хотя бы потому что это не так! Я просто рассказываю всё как есть.
  -И я не хочу увидеть как твой светлый лоб рассекают ножницами.- Он остановился, рукой приподнимая мою челку. Да у меня немножко отрасли волосы. Была очень коротенькая челка. Но он всё равно потянулся к ней и отодвинул разглядывая мой лоб. И пока он так вдохновенно разглядывал верх моего лица - я смотрел на него. Что он там увидел в этом, моём лбу? Ну подумаешь, проткнули бы разочек ножницами. Вообще какого хрена он делает?! Я снова отскочил назад, говоря первую что пришло в голову:
  -А мы не брали с собой ножниц! Ха! Что ты на это скажешь!
  Он совершенно расслаблено подвинулся ко мне, его глаза смеялись, а правая рука рефлекторно поправляла собственную челку:
  -Это может быть что угодно. Например раскаленный шампур или обычный колышек для палатки. А я не хочу чтобы что-нибудь случилось с твоим лбом.- Он снова потянулся к моим волосам, но в этот раз я успел перехватить его руку раньше - и неловко задер над его пушистой головой:
  -Зачем ты всё это делаешь?
  Сейчас он напоминал маленького шкодливого ребенка которого за что-то отчитывают. Постойте, Мэтью же и есть шкодливый ребенок.
  -Зачем, отвечай.- Я сердито смотрел ему в лицо.
  -Разве не ясно? Мне этого хочется. А я всегда делаю что хочется.
  -Это всё из-за фразы миссис Чессгунд?
  -Может и так. Но знаешь если посмотреть на мою жизнь - я всегда только и делал, что было мне по душе.- Он грустно улыбнулся листьям под ногами.
  -Нееет. - Совсем обиженно прошипел я.- Чего ты хочешь от меня?!
  -До ничего я от тебя не хочу, успокойся.- Он удивленно выгнул брови.- Просто хочется дернуть за челку, ну я и дергаю.- Он бы пожал руками, только одну я всё ещё держал высоко. Поэтому он пожал лишь одной рукой.
  -Так нельзя! Тебе что плевать на то, как мне плохо от твоих действий?!
  -Тебе неплохо...- Он пальцем почистил ухо. - Ты просто орешь.
  -Что?!
  -Ты сам периодически хоть пробовал остановиться и прокрутить в голове, какой-нибудь наш с тобой диалог. Совершенно беспочвенный и беспощадный ор - вот чем всё заканчивается.
  -Нечего ко мне лезть!
  -А ничего давать мне поводы!..
  Я не успел поподробнее расспросить его о поводах, и пока возмутился лишь невербально, потому что мне звонили Эмили.
  -Шелли, мы нашли тут отличное местечко. И где вы бродите?
  -Мы...мы немножко заблудились . -Я опасливо глянула на Мэтью, тот смотрел куда-то в сторону, поглощенные изучением природы.
  -Просто открой в телефоне навигатор и идите в мою сторону.
  -Хорошо.- Я задумчиво повесил в трубку. Мне кажется или мы с Мэтью вообще забыли что надо искать полянку?
  -Ты собираешься отпустить мою руку? - Робко поинтересовался он.
  -Извини.- Я как-то потусторонне глянул на него и отпустил. Он растер запястье, все также не поднимая на меня глаз.
  -Идем?
  Кивнул. Оставшуюся дорогу мы не проронили не слова. Как оказалось нам пришлось возвращаться назад, потому что мы с Мэтью слишком заговорились и не заметили никакой поляны. Когда мы подошли к показанному в навигаторе месту там и правда была поляна. Пригнанная машина и все кроме нас, разумеется. Нашего прихода казалось никто и не заметил, Джим, Тайлер и Дик, пытались соорудить кострик, чтобы на него поставить мангал. Соответственно Пэм, Лаванда, Рэйчел бродили где-то поблизости в поисках веточек. Сэмми вместе с Бартишо резали помидоры сидя на каких-то сомнительного вида пеньках. Ну как сказать вместе- то есть совершенно не контактируя. Но к нам подошла Эмили и вручила две огромные канистры с просьбой сходить за водой к озеру, которое вроде как должно быть дальше под дороге. Мы также не говорили. Я скользнул глазами по Мэтью, тот вообще казалось полетел в другую вселенную, и стоит только рогульке появится из земли он об неё незамедлительно навернется и сломает себя шею в десяти местах.
  -Ну что ты молчишь?- Не выдержал я.
  -А что? Опять говорить с тобой, чтоб потом ты на меня орал? Чтоб я не сказал...
  -Если бы ты был нормальным!..
  -А что такого в том чтобы делать, что хочется?
  -Нельзя, нужно уметь останавливаться.
  -Да?- Он покачала головой.- Какой же ты зануда, Шелли.
  -Я не зануда! Я просто хочу нормальной жизни!
  -В этом и заключается твоё занудство. Ты просто даже себя представить что там, за твоими рамками что-то есть. А оно есть. И это - жизнь. Приключения и чудеса.
  -Ты просто ведешь себя как маленький ребенок!
  -А что если мне нравится так себя вести!
  - Никому это не удобно!
  Мы уже кричали на друг друга. И громко.
  -Не правда! Всем нравится иметь со мной дело, потому что я прост в общении. А ты вечно что-то гундишь и ноешь и ноешь и ноешь...
  -Да не ною я!
  Мы незаметно подошли к речке и стали на деревянный мосток, всё-так же продолжая спорить.
  -Ты вечно ко мне лезешь! Извращенец!
  -Ах ты так!..- И тут Мэтью взял и столкнул меня с мостика. А я что? Я упал с этого мостика. Прямо в ледяную октябрьскую воду. Спустя какую-то долю секунды послышался знакомый крик:
  -Шелли, извини! - С какой-то чуть ли не повелительной интонацией. И Мэтью прыгнул следом за мной. Ну что: я в шоке! Выныриваю из воды, отталкиваясь от дна - на моё счастье не так уж тут и глубоко -быстрее надо выйти на берег. Рядом замечаю Мэтью- бессмысленно барахтается - плавать что ли не умеет? Вздыхаю, подплываю к ниму и тащу за шкирку к берегу. Поднимаюсь- вода доходит до кален и выхожу на траву, выволакивая за собой Мэтью. И обессилено присаживаюсь рядом, когда я его тащил со школы он мне казался легким. Он не дышит. Помер что ли? Прикладываю ухо к мокрой байке. Ничего не слышу. Может ухо не туда приложил? Или не того человека пытаюсь оживить? Я отнял голову и недоуменно пожал плечами. Он определенно жив и это я напортачил что-то. Сейчас Мэтью очнется и снова начнет мало мальчки гадить мне жизнь, но он отчего-то продолжал неподвижно лежать. Искусственное дыхание?! Внезапно озарила меня мысль. Да никогда в жизни! Лучше сам пойду утоплюсь. Да, да. Я безнадежно надавил пару раз на его легкие смутно вспоминая что-то из школьных учебников поэтому поводу. В голове был туман. Руки окоченели и слегка потрясывались. А что если он не очнется? Вода капала с носа на итак мокрую одежду. А что если я буду виноват? Никогда! Судьба оказалось ко мне благосклонна. После какого-то из моих толчков Мэтью судорожно закашлялся отплевываясь водой. Я выжидал логическую паузу. И когда он более менее отдышался, в том же тоне ора на каком мы остановились, спросил:
  -Какого хрена ты сбросил меня в речку?! Нет, какого хрена ты сам туда прыгнул если плавать не умеешь?!
  -Понимаешь...- Он вытер рукавом нос.- Я подумал ты не умеешь плавать.
  -Ага и чтобы ты сделал так же не умея плавать? Утопли бы вместе? Черт побери какая прелесть. - В состоянии аффекта сердитые слова так и рвались с моего языка.
  -Нет, я хотел тебя подтолкнуть. И я умею плавать просто...
  -Просто что?!
  -Просто я забыл.- Он поднял на меня глаза, опираясь руками о траву, и абсолютно не веря в то, что я его пойму. У недоуменно посмотрел на него - а он и не шутил вовсе:
  -Как можно такое забыть?
  -Даже не знаю, я как-то давно не плавал, да и дна нету и вода холодная.
  -Вот же неожиданность. Скажи вот зачем ты меня столкнул.
  -Я очень разозлился.- Мэтью потряс головой, пытаясь вылить воду из уха. - Сам не знаю, что на меня нашло.
  -Ничего не находило! Ты всегда такой сумасшедший!
  -Я не сумасшедший!
  -Ладно.- Я вздохнул и снова пошел к воде набирая канистры. - Вернемся на поляну?
  -Давай мне одну.
  -Держи.- Не стал я его отговаривать. Ещё чего всё за него делать, а он молодец, что от работы не бежит. Настоящий мужик. Ага и это я сказал про чудаковатого гея. Настоящий мужик. Бесполезно подбирать какие-то другие слова: Мэтью, это просто Мэтью.
  -Слушай, Шелли, прости пожалуйста. Ты не сильно сердишься?
  -Не сильно.- Это было кстати правдой. Гнев по какой-то таинственной причине отсутствовал вообще. То есть я злился на Мэтью, но мне пока не хотелось его побить.
  -Ну хоть это хорошо. А то я не знаю - у меня такое ощущение что через нос все органы вместе с мозгами вытекут наружу.
  -Пришельцы возобновляют атаку...
  -Что-что?
  -Ничего. - Вряд ли он меня поймет. Но я-то не понаслышке знаю что такое пришельцы и космическая слизь.
  -Что?!- Это уже была Эмили. - Я же всего-то попросила сходить за водой! Это что так сложно.
  -Прости. - Снова извинился Мэтью с каким-то легким надрывом. - Это всё я.
  -Да ладно. - Несколько недоуменно остыла она.- Есть хоть во что переодется?
  -Я брал пару вещей.
  - Я -ничего.- Я с хлюпаньем уселся на пенек.
  -Слуашай Мэтью, а ты не отдолжишь Шелли что-нибудь?
  -Ещё чего! Да я в жизни не одену его геевскую одежду!
  Они меня не слышали.
  -Думаю, я могу ему что-нибудь дать, правда не знаю налезет ли. Я же всё-таки пониже и потощее.
  - Да не нужны мне твои шмотки! - Я истерически вскочил с пенька и кутаясь в своё накинутое одеяло - убежал. О да, думаете вы, ну это финиш, и где таких придурков штампуют. А я такой один. Бегаю мокрый по лесу в одеяле до земли. В голове бардак. Случайно прибежал опять к озеру. Сел на мосток и свесил ноги. Плевать, плевать мне на них всех, буду вон смотреть на природу - эти порыжевшие березки и клёники, что идут по краям берега и с противоположной стороны озера. Жгите свой костер, ешьте свои поганые шашлыки, играйте в свою дурацкую бутылочку. А я посижу здесь. Один.
  -Эй. - Раздается из-за спины. Вот так недолго я сидел один. К сожалению. ДА и я знаю кто это сказал, тот кого я вообще не хочу видеть Мэтью. Он тоже в одеяле, проходит по мостику, одеяло величественно тащится сзади и садится рядом со мной, свешивая ноги.
  -Апчхи.-Чихаю.
  -Будь здоров. Апчхи.
  -Ты тоже.- Угрямо отвечаю. Он кутается, смотрит на воду. Что мы спрашивается тут сидим? Вы же помните как всё было я категорически хотел посидеть один, подумать о жизни или лучше того поехать как-нибудь домой. А тот оно. Мэтью тоже молчал, слегка закусывая большой палец правой руки, видимо от холода. Его привычно зеленые глаза стали чуть водянистыми, волосы слиплись.
  -Пойдем обратно?
  -Нет.
  -Да ну тебя Шелли, простудишься.
  -И что? Может я хочу простудится и умереть.
  -Шелли.- Он поморщился. - Пошли. Не будь ты дураком.
  -Нет не буду я одевать твою одежду.
  -Ну ладно, попросим что-нибудь у Дика. Он даже в школу таскает с собой пару маек, так что у него что-нибудь просто обязано быть...
  -Я не буду носить его уродскую одежду!
  -Господи, чем он тебе не угодил? Если я говорю, что Дик нормальный, значит он что? Значит он нормальный, Шелли!
  -Нет!
  -НУ может ещё у кого-нибудь есть одежда...
  -Никуда я не пойду.
  -Не дури! - Он дернул меня за руку, но я не двинулся. - Немедленно со мной!
  Я голос был поистине сильный. Но я опять же дернулся и сбрасывая одеяло на мосток снова перебежал на берег, продолжая покрываться всё новыми и новыми мурашками от холода. Однако Мэтью следовать прямо за мной.
  -Сделаешь шаг - я тебя побью!
  -Мэтью!
  -Просто переоденься - я ж тебе не камни таскать предлагаю, а всего лишь сменить одежду!
  И я сдался. Негромко постанывая и снвоа укутываясь в одеяло.
  -Вот и молодец.
  - Ненавижу.
  -Осторожно-осторожно, там ветка.
  -Ненавижу. Черт!..
  Я был так поглощен своей проникновенной ненавистью, что и не заметил как задел огромную ветку, она полоснула меня по животу оставляя легкий кровавый след.
  -Раздевайся!
  - Ни за что!
  -Немедленно снимая с себя одежду!
  - Ни в коем случае!
  Собственно мы с этого кажется и начали? Нет, то с чего я начала случилось куда позже и было куда, куда хуже, а сейчас Мэтью просто пытался содрать с меня мокрую прилипшую майку. А так ничего такого. Да, да. Диалоги может и похожи в виду нашей дезизобритательности, но носят совершенно разный смысл. ДА, сейчас это обычная перепалка. Ну почти обычная.
  - Нет, нет пусти! Прошу тебя! Я даже переоденусь!
  На этой ноте мы как раз и подошли к лагерю опять наслушались от Эмили по поводу того какие же мы бесполезные идиоты и даже самого простого сделать не можем. Потом она меня обмотала бинтиком из аптечки - а мы цивилизованные люди. Кстати, в аптечке были не пойми зачем были обычные канцелярские ножницы. Настораживает, но и одновременно напоминает о цели отвлечь Аманду, сейчас оденусь и пойду к ней клеится. Как-то так. ПО долгим просьбам Эмили мне таки пришлось одеть одежду Мэтью. Волей случая (в лице Эм)
  Мы должны будем жить в одной палатке - что может быть хуже?! Конечно сглаживает углы, что с нами будет Бартишо. А так всё это в корне жестоко. Мэтью дал мне безразмерную футболку с концерта какой-то малоизвестной группы черного цвета и шорты до кален. Одежда пахла вкусным порошком, запах этот был какой-то странный. Я подумал и решил, что вздремну часок, как раз погреюсь. Конечно чем быстрее я отвлек бы Аманду тем лучше, но мне хотелось погреться. Я укутался в спальник оставляя снаружи только глаза. Да, похоже Пэм брала на всех спальники - Её мама организовывает детские походы летом. Однако как всегда. Ещё из-за закрытой двери палатки раздался знакомый голос:
  -Шелли, тебе как раз?- А потом дверь открылась. Мэтью ходил переодеваться в машину, его уже уговорила Эмили, потому что в иной ситуации я бы просто не стал переодеваться вообще. Конечно она считает меня параноиком, ну и пусть. Я пробормотал что-то нечленораздельное и повернулся на бок, делая вид что сплю. Но он почему-то не ушел, присаживаясь на соседней спальник совсем рядом.
  -Слушай, мне жаль что так вышло, я иногда себя просто не контролирую.
  -Это уж точно. - О черт. Я совершенно забыл что притворяюсь спящим. Какого хрена.
  -А ты очень милый когда сердишься.
  -Не знаю. - Я снова укутался. - Иди давай, я хочу подремать.
  -Я тоже хочу тут посидеть - обсохнуть . -Я услышал как он откинулся на свой спальник. И чуть ли не взвыл, зачем мне ещё и тихий час поганить. В его обществе мне приснится кошмар, если я конечно вообще усну. Я зевнул . По идеи с эти не должны быть проблем, учитывая как мало я сегодня спал. Но учитывая мою способность к бессоннице. Запросто могу два часа провалятся просто так. Так ещё и плюс Мэтью. О черт.
  -Тебе холодно?
  -Я буду спать. - Отрезал я ещё сильней вжимаясь в спальный мешок.
  -Я вот- никак согреется не могу.
  -Молодец-молодец, а теперь уходи из моей палатки. - Отмахнулся я.
  -И чего ты такой жадный?- Как вы можете только догадываться - с места не двинулся.
  - Я не жадный.- Я громко шморгнул носом. - Это просто ты на чужое заришься.
  -Шелли, я тебя умоляю.- На последних словах шумно выдыхает.
  -Хватит со мной разговаривать - я ложусь спать!
  Однако - вы помните хоть один случай чтоб он меня послушался, ну ладно было такое может пару раз, но только не сегодня. Он немножко помолчал, а потом снова заговорил:
  -Не волнуйся я не помешаю тебе - просто ещё раз хотел сказать, что я не хотел, чтобы так вышло.
  -Но всё уже так вышло.- Буркнул из-за спины я. Он не ответил. Я попытался уснуть - сладкого сна мне удалось получить, но я благополучно дремал, вежливо повернувшись к Мэтью спиной.
  Как я говорил это были не два дня отдыха, а два дня ускоренной тренировки в военной академии. Задание первое: проверка вестибулярного аппарата на штатском орудии пыток (машина Джима). Задание второе: дипломатическая беседа с врагом - включены тематические неожиданные ситуации, выход из которых нужно придумывать самим. Задание третье: Заплыв в ледяной октябрьской воде, в программу включен пункт спасение утопающих, не умеющих плавать (Мэтью). Четвертая часть подготовки: слежка, получение новых навыков в шпионаже, а именно: В палатку вдруг зашел Бартишо и они начали говорить с Мэтью наивно полагая, что я сплю. А я не сплю.
  -Привет.
  -Тише - Шелли спит.- Ага так крепко, что слышу как тыкаешь в воздух пальцем.
  -Да забудь ты про него. - Послышался плюх. Ага, уселся рядом, в мою палатку, вот же нахал. -Я всё думаю...
  -Мы же с тобой всё обсудили! Я тебе уже сто раз это говорил!-Вспыхнул Мэтью. И что он ему говорил ? В принципе мог бы для меня повторить и сто первый раз,а то я вечно не в курсе дела...
  -Глупо это отрицать...
  -Глупо думать что это так!
  Ах, какая конкретика. Я собственно всё понял. Они говорят об одной и той же вещи.
  -Я просто смотрю в реальность.
  -Ты просто мне не веришь, вот и всё!
  -Да, верю я тебе, верю. Только вот ты ничего не понимаешь.
  -Бартишо! - Сквозь зубы выкрикнул Мэтью и заглох. - В кого мы превратились?..
  - Если б кое-кто меньше врал людям и самому себя в частности...
  -Это не ложь - я просто играю.
  -А если ты актер, но никто об этом не знает - вот и выходит, что врешь ты всё.
  -Пускай.
  -Тогда давай хотя бы всё расскажем Шелли?
  Я сжался, распахивая глаза и упираясь взглядом в стенку палатки - меня всего колотило.
  -Он последний с кем я бы поговорил на эту тему!
  В груди обидно кольнуло. С чего бы это?
  -Ты же хочешь с ним дружить?
  -Но это не значит что я хочу с ним разговаривать на эту тему. Тем более, что он всё как всегда поймет не правильно.
  Я со злобы впился зубами в краешек спальника, он был шерстяными, сейчас начну плеваться, точно. Только бы вытерпеть. Язык противно чешется и так и хочется...поплеваться.
  -А мне наоборот кажется, раз он близкий тебе человек - ты должен ему рассказать.
  -Да ничего я ему не должен!
  -Но мне же ты рассказал.
  -Тебе? Конечно да, мы ведь сколько знакомы.
  -Скоро уже будет как десять лет.
  -Вот видишь! Ты же знаешь - мы с тобой самые лучшие друзья и я никогда ничего не смогу от тебя скрыть.
  -Знаю. И именно поэтому ещё раз прошу тебя- да, в этой ситуации я заинтересованное лицо, но расскажи ещё кому-нибудь, пусть кто-нибудь кроме меня скажет своё мнение!
  -Я же говорил родителям!
  -На сколько я помню - твоё отец был против.
  -А мама была за. И поверь они все-так же не правильно поняли, как и ты.
  -Мэтью...Ты либо слепой, либо очень хорошо притворяешься. Как можно этого не замечать!
  -Да сколько можно!.
  Я слегка расслабился - мне точно ничего не расскажут. Вот досада. То есть я хочу сказать моя засада не удалась.
  -А Дик - возьми хоть его в пример - он честный! Кстати может рассказать ему...
  -Да ты с ума сошел! Между прочем могу предположить, что он скажет: просто делай что хочешь, Мэтью.
  -Предполагать можно бесконечно, а ты всего лишь один раз спроси...
  -Бартишо! Если я говорю нет, значит нет. Прости. - Послышался легкий звук соприкосновения губ и чужое щеки я рефлекторно перевернулся.
  -Шелли, ты что не спал? - Это Бартишо, вдохновлено.
  -Только что проснулся. - Вру.
  Мэтью не хотя отнимает губы от щеки свою друга и смотрит на меня. Долго так смотрит не отводя глаз. Потом медленно убирает руку с другой щеки Бартишо, так же изучая меня.
  -Что?- Не выдерживаю, бубню через спальник.
  -Что ты слышал?- Поднимает одну бровь.
  -Ничего я не слышал.
  Бартишо расстроено вздыхает:
  -Шелли, я хоть к тебе и не сильно хорошо отношусь, но всё-таки тебе надо кое-что знать...
  -Бартишо!- Мэтью заткнул ему рот, обиженно раскрывая глаза. - Как ты можешь? Это же нечестно!
  Он резко сдергивает руку, вскакивая в полный рост:
  -Кто бы тут говорил о честности...Шелли, он...
  Его рот опять был заткнут соответственно Мэтью.
  -Ты этого не скажешь!..- Стоит на носочках и сильно сжимает щеки, прожигая взглядом. - Только попробуй!
  -Ладно! - Снова стянул руку. - Ладно, Мэтью! Не скажу! Лови, Шелли! - Мне в руки прямиком летит маленький клочки бумаги. Летит но не долетает. Мэтью ловко его перехватывает и трясёт им перед носом у Бартишо.
  -Какого хрена? Видимо, я зря так сильно доверяю тебе.- Обиженный уходит в глазах злая горечь. Бартишо взмахивает рукой и отправляется за ним следом. Он же только что хотел мне что-то сказать. Уже не хочет? Вообще что это такое, что он пытался мне передать? Что я должен знать и чего я не знаю? И... они что? Поссорились? Невероятно. Я выполз из спальника наружу. Надо помнить о своей главной миссии майор-лейтенант Шелли. Дик сидит на бревне в руках с гитарой рядом Сэмми, Рэйчел и Лавадна с Тайлером. Я оглядываюсь и замечаю, что Аманда стоит между деревьев и разговаривает по телефону. Медленно подхожу, она как раз заканчивает:
  -Ну всё Стеф, не грусти.
  - Ага!- Выскакиваю указывая на неё указательными пальцами.
  -Что ага?- Недоуменно смотрит на меня.
  -Я расскажу Дику, что ты говорила с этим Стефом!
  -Ну во-первых Стеффани, это не парень, а девушка, а во-вторых эта девушка моя сестра-близняшка. А так конечно, можешь рассказать.
  Какого хрена? Так и хотелось спросить мне, но вместо этого я решил полностью обаять её. Ну да, именно.
  -Прости.- Болезненно прикрываю рукой глаза, выдавливаю слезу. Она маленькая и никак не хочет скатываться. Вот черт. Ну и фиг с ней, убираю руку. И о да! Слеза скатывается!- Просто ты мне ужасно нравишься, ещё с того момента как я увидел тебя впервые.
  Она ни к чему не обязывающе на меня смотрит.
  -Конечно ты этого не знаешь. Просто я не знал как к тебе подойти и поговорить...
  -И где же ты меня увидел? - Всё тоже расслабленное беззлобное лицо.
  -Там...ну там...- Я замялся- главное не прогадать.- На остановке.- Снова наивно смотрю на неё. Может прокатит?
  -В принципе ты мог меня видеть.- Придерживает рукой подбородок. Вздыхаю с облегчением. - Но вероятно нет. Я в своей жизни всё два раза ездила на автобусе. Так что ты видимо обознался. - Она пожала плечами.- Ничего.
  Как же так. Бросаюсь в крайности:
  -Но я люблю тебя больше всего в жизни!
  -Шелли...- С сочувствующей полуулыбкой качает головой. Она сейчас уйдет - только не это! Точно надо ей поцеловать- это же не сложно. Просто прикоснуться своими губами к её губам, как мы с Мэтью... Кого черта думая о поцелуях я вспоминаю Мэтью?! И лицо так горит, просто ужас. Смотрю на неё несколько виновато. Ладно, я это сделаю, только бы дотянуться - она такая высокая... Делаю категорический шаг вперед. Она вопросительно двигает бровями и сама подходит ко мне. Уверено кладет руку на волосы и говорит в ухо:
  -Шелли, ты такой придурок.- А потом также улыбаясь кивает в сторону Мэтью, который о чем-то спорит с Бартишо.
  Мои глаза лезут на лоб:
  -Да ты что?! Я не гей!
  Она опять пожимает плечами и направляется в сторону Дика.
  -Эй! Какого хрена? Дура!
  Аманда меня не слышит. И я догоняю её, хватая за плечо:
  -Ты просто объясни мне: вот что ты сейчас имела в виду?
  Он прыснула, смотря в сторону и прикрывая белые зубы рукой.
  -Отвечай! Я тебе говорю отвечай! - Трясу её за рукав. Она смеётся в голос, запрокидывая голову. Все постепенно оборачиваются на нас. Ко мне подходит Эмили и шепотом спрашивает:
  -Ты что делаешь? Мы как договаривались? Отвлечь.
  -Ты бы знала, что она мне сказала...
  К нам приближается Дик - вроде как не сердитый, но лицо очень сосредоточенное, брови сдвинуты. Аманда наконец успокаивается, всё так же забавно прикрывая рукой рот. А потом выпутывается из моих рук и идет на встречу Дику, раскидывая руки и обнимает его. А он ещё сердит. Она ворошит его волосы и сквозь смех что-то говорит на ухо. Дик вопросительно поднимает брови и у него тоже против воли начинает подниматься уголочек губ. А через минуту они смеются уже вместе в глубокой приглубокой тишине. Кто-нибудь обязательно бы спросил в чем всё-таки дело? Но тут появились стоявшие прежде в сторонке Мэтью и Бартишо. И Мэтти потащил меня за рукав, куда-то дальше. Так что я так и не узнал чем закончилась вся эта история с их смехом и причину этой истории соответственно.
  -Что ещё?
  -Бартишо, давай.
  -Я ...- Он замялся.
  -Давай, давай.
  -Черт, ладно... Я торжественно обещаю, что не скажу Шелли твой секрет, и если я нарушу этот запрет наша дружба будет нарушена навсегда.
  Мэтью торжествующе закивал.
  -А мне это зачем знать, а?
  -А ты тоже пообещай.
  -Что ещё?.
  -Просто сделай как он говорит.- Вздохнул Бартишо.
  -Что если он что-нибудь тебе расскажет - ты тут же сообщишь мне об этом.
  -Ещё чего!
  -Обещай!
  Они выжидающе на меня смотрели.
  -Нет.- Я покачал головой, показывая как беспочвенны их соображения по поводу моей сговорчивости.
  -Просто согласись и покончим с этим. А то он от тебя вообще не отстанет.- Чуть тише добавил Бартишо.
  Может то, о чем они говорят и правда лучше мне не знать? Зачем мне лезть в жизнь Мэтью? Только этого не хватало! А вот возьму и соглашусь.
  -Ладно! Ладно пусть будет так!
  -Вот и отлично.- Мэтью хлопнул меня по плечу и они ушли. Когда я вернулся на поляну ночь уже спускалась на деревья - в октябре рано темнеет. Все были заняты своими делами- в основном собирали ветки для костра. Я решил не отставать. И вскоре у старого кострища была целая гора всяких полешек и еловых лап. Лаванда с Тайлером куда-то делись. А Пэм и Джим ушли слушать музыку в машину. Я разводил костер. Совсем рядом сидели Мэтью и Бартишо. Я не слушал о чем они говорит, но внезапно послышался чмок. Я с перекошенным лицом обернулся. Бартишо уперся руками в бревно, а Мэтью с закрытыми глазами наклонился вперед, мягко прикасаясь к его губам. А потом он распахнул глаза, но губ так и не отнял, улыбаясь. Словно они и не целовались, а просто улыбнулись друг другу, а их какой-то извращенный фотошоп придвинул к друг дружке. Я вскочил нервно отбрасывая бревнышко, что было у меня в руке, подходя к ним. Мэтью не хотя отодвинулся и посмотрел на меня снизу вверх:
  -В чем дело, Шелли?
  -Нельзя! - Бессвязно выдавил я.
  -Почему?- Всё так же невинно смотрел он на меня.
  -Это неприемлемо в обществе.
  -О чем ты? Никто же не видел, да и что тут такого...
  -В том чтобы целовать любимых людей. Знаю-знаю.
  -Раз знаешь, зачем спрашиваешь? Бартишо мой лучший друг и нет ничего такого в том чтобы поцеловать его. Смотри.- Он опять чмокнул его в губы и снова обернулся на меня.
  -Аааа! Нельзя, нельзя, нельзя!
  -Да успокойся, Шелли. Вообще какое тебе до нас дело?
  Точно. Какое мне до них дело. Что это я вообще делаю и какую ерунду болтаю? Я потупился и вернулся обратно к своему костерку. А на бревне которое было с другой стороны от меня сидела Сэмми и настраивала гитару, щурясь в своих странных очках. С ней рядом так же находился остаток нашей компании Дик, больше известный как Урод Уродов Уродович, Аманда, Рэйчел и Эмили. Дик рассказывал какую-то очередную историю и все смеялись. Мне было не смешно. И хватит надо мной подхихикивать - дело не в Мэтью - я думал о том, что же делать Рэйч. Ведь Дику определенно нравится эта Аманда. Он все время невзначай кладет её руку на плечо или например обнимает и это для них совершенно нормально. Не исключаю что они делали и многое другого, а я этого просто не видел. Но может видела Рэйчел? Она тоже смеётся, но лицо её какое-то не сильно веселое, хотя она и смеётся. Вообще говоря, насколько я понял все себе тут тискаются по углам, а я сижу один, как дурак, извиняюсь и подкидываю веточки в костер. Что я разве виноват? Ни разу. Вообще, надо думать как же помочь Рэйч. Я так ничего и не придумал, а люди начали подсаживаться к костру, потому что потемнело ещё больше и мясо почти приготовилось. Да, я жарю мясо. Как какая-то черт побери домохозяйка и постоянно чихаю, потому что видимо зря я прыгнул в речку в октябре. Постойте-ка, это не я туда прыгнул, а меня нагло столкнули. Я перевел ненавидящий взгляд на Мэтью. Он положил руку на плечо Бартишо и они смеялись. Все они смеялись. А я ни смеялся. Я жарил мясо. Ну что за трагизм. Вскоре я устроился на бревно ко всем.
  -А вот ещё одна история...Когда мы с Амандой летали прошлым летом в Рим, она потеряла кепку - и что вы думаете мы весь день проискали её, а она была в чемодане...
  Все почему-то опять засмеялись. Я не считал это смешным. Это просто ещё раз доказывает какие они глупые.
  Потом мы ели жареную на костре еду. Всё это по-прежнему подкреплялось бесполезными историями Дика и периодически песнями Сэмми под гитару, а потом когда последняя крошечка была слизана (не скажу откуда- вообще-то с краешка губ Бартишо), Эмили как я с ужасом предполагал, предложила:
  - А давайте сыграем в бутылочку?
  -Давайте! - Согласился Дик. И все как один согласились, но только не я:
  -А я не буду играть.
  -Да ну...- Мэтью встал и легонько потянул меня за руки, ведь все направлялись ближе к палатками .чтобы постелить покрывала. - Будет весело!
  -Да нет, я посижу, на огонь посмотрю.
  -Хочешь я с тобой посижу?
  -Не хочу!
  -Тогда пойдем с нами, не играешь- так хотя бы постой в сторонке и посмейся с того какие мы все смегные.
  -Ладно. -Я с досадой покинул своего нового друга Костра и уплелся вслед за Мэтью. Он уверен тянул меня за руку, а у меня не было сил что-то делать - я трагически скучал по костру. Машу ему ладошкой. Он мне не машет в ответ. Интересно, почему?.
  Игра началась нескладно. Сначала Лаванде два раза подряд выпало поцеловать Джима и Пэм на неё жутко рассердилась, все чуть не дошло до драки. Потом бутылочка указала на Эмили и Тайлера. Он рассеяно чмокнул её в щеку, опасливо смотря на Лаванду. А потом бутылочка показала на Мэтью и Бартишо. Они посмотрели на друг друга, а потом ехидно улыбнулись, перегибаясь через бутылку из-под газировки и нежно соприкасаясь губами, закрывая глаза. Нет, это всего лишь игра. Я правой рукой со всей силы зажимал левую. Ведь мне опять хотелось вскочить и завопить: нельзя! Какое извращенное бесстыдство! И вообще почему они прокрутили бутылочку ещё раз - это же не правильно когда она выпадает на людей одного пола. Как выяснилось позже это не редкость, когда так выпадает бутылочка, но только если это человек с тобой одного пола можно просто поцеловать в щечку. Бутылочка показала на Эмили и Сэмми. Девочка немного нервно сняла очки и чмокнул её в щеку. И тут все опять засмеялись. Я снова не понял почему. Да, может я глупый, начинает думаться мне.
  Они играли ещё долго и долго смеялись, но бутылочка так не разу и не показала на Рэйчел, и к концу первого часа игры Эмили уже очень разозлено вертела бутылочку. А я вот всё думаю - почему вообще поцелуй Мэтью и Бартишо никого не удивил? Я увидев это был в шоке - они портят наше чистое общество! Однако все похоже воспринимают как данность, что эти двое...ну вы меня поняли. Ладно, они все равно меня не послушают, спасу весь мир и стану супергероем один. А дальше как кто не вертел бутылочку - она не показывала на Рэйчел, не на Дика или Аманду. И вот совсем казалось бы скоро это всем наскучило. Все вроде как двинулись обратно к притухшему костру, Эмили полезла зачем-то в палатку. А Аманда и Дик задержались. Я так и не вставал с травы, к тому же меня по ходу не заметили.
  -Если хочешь я тебя могу поцеловать просто так.- Он потянулся к ней, однако она немножко отодвинулась и показала пальцем на меня.
  - Привет! - Я уныло помахал рукой.
  -Шелли, почему ты не идешь со всеми?
  -Да как-то устал. Хочу посидеть один, а вы почему не идете?
  -Хотели поцеловаться.- С убийственной честностью произнес Дик, высокомерно выпячивая губу и ехидно оборачиваясь на Аманду.- Правда, Ам?- Он снова повернулся к ней. Взял за одну руку, переплетая пальцы и отвел назад, а вторую руку положил прямо на грудь, подтягиваясь к её губам. Я немного задумчиво, поморщившись выпучил глаза:
  -Он тебя что, лапает? И ты к этому нормально относишься?
  Она лениво перевела на меня глаза:
  -Аааа. Так лучше?
  -Да мне вообще-то всё равно. - Я отвернулся. И тут во мне что-то щелкнуло - теперь уверен Аманда - это парень. Сто процентов. Надо будет рассказать об этом Эмили. Я направился к костру. Сэмми играла на гитаре и все ей подпевали, кроме Рэйч, которая грустно изучала свою обувь. Я подошел и положил ей руку на плечо и подбадривающее сказал:
  -Всё будет хорошо. - Пускай всё бы так и было. Не знаю каким именно образом, но просто так. Она посмотрела на меня и снова опустила голову. Видимо не умею я утешать людей. Вот я и замолчал. А в песне Сэмми как раз таки пелось "Все будет в порядке, и даже если тебе страшно, можно поверить, все точно будет в порядке...". Жаль что в нашем случае это не так. Очень жаль.
  А потом вся эта компания включила громкую музыку и выволокла одну двухлитровую бутылку пива. Я был в шоке - как же это так можно? Мы же не совершеннолетние! Уму не постижимо! Мы же цивилизованные люди! Я думал это приличный пикник. После какого-то момента бутылку протянули и мне. Конечно я отказался. Меня вообще от этого всего воротило - зачем-то танцевать под громкую-громкую музыку...Мы так не договаривались. Приличный пикник! Я обиделся на них всех нахмуренно прислоняясь к сосне. Ну и пусть. Делайте что хотите. Они скакали как сумасшедшие. Я там чуть не уснул - ведь не смотря на бессонницу я обычный шестнадцатилетний мальчик, которому хочется спать хотя бы на выходных. Ко мне подбежала Эмили - кстати что-то я не замечал чтоб она танцевала.
  -Шелли, сбегай в машину, поставь медленную музыку.
  И не успел я её крикнуть в след "А что ты будешь делать?" как она убежала. И вскоре я заметил просто очаровательную картину. Значит так - Эм тащит Аманду с заткнутым ртом куда-то в кусты. Незаметно так. Вообще просто. Я понимаю. что мы выигрываем время для Рэйч, подбираюсь к машине опасливо озираюсь и вслепую кручу ручку радио-движка. Мне повезло какая-то протяжная мелодия, с на редкость не противными подвываниями. И снова возвращаюсь на своё привычное место - к сосне, искоса наблюдая за тем как все пытаются танцевать разбившись на парочки. Если так можно выразится и тебя не посадят за извращение , например. Несомненно Пэм и Джим, а также Лаванда и Тайлер - это классика. Чуть дальше Сэмми в гордом одиночестве, прищелкивая пальцами в такт ритму, заплющив глаза - ну хоть кому-то всё в кайф. Дальше Рэйчел робко но достаточно радостно повисшая на Дика. И процессию несомненно заключали Мэтью и Бартишо легонько сомкнувшие ладони и смотря куда-то в разные стороны. Вдруг у Мэтью зазвонил телефонии он махнув своему другу отправился куда подальше, видимо чтобы лучше слышать. Бартишо подошёл ко мне прислонился рядом- он тяжело дышал, наверное из-за той быстрой музыки что они танцевали в начале.
  -Ты почему не танцуешь?
  -Как-то не хочется.
  Пэм глупо хихикая выпуталась из цепкий объятий Джима и снова переключилась на какую-то бойкую активную песню. Но Рэйчел и Дик по-прежнему танцевали на против друг друга. о чем-то болтая. Я опустил глаза на свои кеды и вдруг у меня сквозь сжатые зубы вырвалось:
  -А как далеко вы с Мэтью можете зайти?
  Он отхлебнул пиво, смотря вперед и попытался перекричать музыку:
  -Не знаю. - Он сделала ещё глоток. - Мы пока до туда не доходили.
  Он снова ушел танцевать. Надо сказать этот ответ был крайне исчерпывающим. Что же это за люди такие, что сами не знают как далеко могут зайти непонятно ради чего... Я медленно приложил руки к ушам, пытаясь заглушить что так громыхало снаружи и внутри меня. Было почему-то очень странно. Где границы? Где хоть какие-то рамки? Хоть что-нибудь разделяет их?. Я согнулся пополам. Огонь сполохом плясал на сухих листьях. А может то, что я вижу лишь какая-то часть происходящего? Чего они только могли не делать вместе... Я слегка приподнял лицо. Как я попал в круг этих извращенных людей? Они все целуется, причем как-то абсолютно похабно. Мама, как я попал сюда... Надо позвонить маме. Попрошу её забрать меня из этого ужасного места. Может я веду себя беспечно и нечутко по отношению к маме. Но я слишком долго играл во взрослого, так что хоть разочек можно?. Однако я всё ещё так стоял с полуприсяди неловко выгнув голову вперед, наблюдая за целующимися знакомыми. Бартишо танцевал с Сэм - Мэтью всё ещё где-то говорил по телефону. Почему я не звоню? Наверняка мама уже спит, да и она наверняка бы посоветовала мне быть самостоятельным и самому разобраться во всем. А папа? Он кстати может и не спит. Но зачем его беспокоить? Он и так слишком много хорошего делает для меня. А я? А сделал ли я хоть что-нибудь хорошее для него хоть раз в своей жизни? Точно обозвал его босса лосем-извращенцем, было времечко. Неожиданно закрылась в голову мысль, что чуть что я же всегда могу поговорить с Эмили, и сразу же пришла вторая мысль - как ей удается так долго сдерживать эту Аманду, которая как вы помните ростом почти с Дика. Я задумчиво потопал в те кусты за которыми они скрылись - никого не было. Наверное, она отвела её подальше в лес и...убила? Да не, это так - просто подумалось. А может что-то случилось? Я с шумом начал разгребать покрытые ночной росой ветки, продираясь в гущу леса и отходя всё дальше от костра. И что вы думаете? Я опять пришел к озеру. Словно все дорожки и тропинки и все места где нет ни дорожек, не тропинок вели к этому озеру. Эмили я не встретил, за то там был Мэтью, вдохновенно задерший свою голову на небо усыпанное звезда. В его глазах отражался блеск, на лице была улыбка. А под моей ногой громко хрустнул какой-то сучок. Я не хотел шуметь, а просто придвинуться чуть ближе, убедится что всё в порядке и уйти обратно к костру. И эта не слежка! Эта просто проверка! Ага была бы не стань я на этот проклятый сучок. И конечно он моментально обернулся на шорох:
  -Шелли?
  Я понял что он всё-таки заметил (я наивно полагал что он хоть на секундочку да оглохнет) и сделал несколько неуверенных шагов вперед.
  -Забавно, правда? В прошлый раз когда я предложил тебе посмотреть на звезды - ты умчался жутко сердитый, а сегодня приходишь сам. - Он осекся. - Знаю, это была случайность, но иногда причина совершенно не важна, важно лишь чем всё закончится.
  Я посмотрел на него, а он снова разглядывал небо, загадочно улыбаясь. Чем всё закончится? Я про себя хмыкнул. Есть в этом некоторая логика - результат и есть что остается в принципе после того как мы проживаем определенный момент своей жизни, но мне не всё равно за счет всё происходит. И даже если мы сейчас стоим рядом - я помню, что это случайность. Ночная тишина пугало своей откровенностью и я немедленно решил её нарушить:
  -Я искал Эмили - ты её не видел?
  -Не видел.- Он покачал головой.
  И снова эта тишина, такая личная и загребучая. Я подумал и тоже воззрился на небо полный надежды увидеть там что-то необычное и восхитится. А там как назло были всего лишь звезды.
  -А Рэйчел танцевал с Диком, думаешь у них что-нибудь получится? - Лишь бы не слушать этой тишина- любая чушь сойдет.
  -А я танцевал с Бартишо, и что? Мы ведь по-прежнему всего лишь друзья. Я если хочешь и тебя бы пригласил потанцевать...
  -Не надо!
  - Как хочешь, но я к тому - без разницы с кем ты танцуешь, если есть человек, которые тебе нравится, он тебя поймет.
  -Вот как.
  И... черт побери, опять гнетущая тишина. На этот раз он избавил меня от возможности спросить что-нибудь глупое и начала сам:
  -Я всё думаю - почему даже когда исполнилось одно желание - люди ждут чтобы исполнились многие другие. И даже если исполнился целых ворох желаний им всё равно чего-то не хватает. Я не отделяю себя от них - как раз таки напротив. Может... я просто слишком много хочу?.- Он задумчиво сунул мобильник в джинсы. Насколько я понял говорит он исключительно сам с собой.- Какого это иметь много мечт? Итак чтобы одна автоматически исключала каждую последующую. Как исполнить их всех? Я не знаю. Но я не буду сдаваться. Потому что их важность одинаковая.- Мэтью улыбнулся самому себе. Ну точно - свалю по-тихому пока он и не заметил. Шаг назад. Ещё один осторожный шаг... Резко оборачивается и подходит ко мне. Громко шумит холодный ветер, музыка из машины где-то далеко.
  -Куда ты собрался?
  -А я... хочу потанцевать.- Я неопределенно закачала головой. Выдумка секундной давности выходила как мне показалось очень убедительной.
  -Мы же смотрим на звезды.- Почти обиженно настаивает он, хватает меня за руку и возвращает на прежнее место, где мы не так давно созерцали ночное небо. Он всё ещё не отпускает мою руку, смешно сжимая самые кончики пальцев. Волосы встают дыбом. Сейчас наору на него. Но я почему-то не ору, даже не в силах поднять головы. Кажется я хотел позвонить маме. И надо сделать это как можно быстрее - неважно что она скажет, неавжно как громко будет на меня ругаться на поздний звонок и как будет смеятся над моими проблемами. Для меня она просто моя мама. Мне надо ей позвонить.
  -У тебя рука дрожит.- Мэтью медленно поднимает наши руки, чтобы мне было видно.
  -Наверное озноб, после того как ты столкнул меня в речку. - Говорю не своим голосом, пытаюсь отдвинуться.
  -Нечего бояться.- Он легонько выпустил мою руку, взамен обнимая. Наверное так сильно что вся кровь перетекла из организма в мозг и принялся усиленно там пульсировать. Что он делает? Зачем? У него же есть Бартишо. И тот другой конец провода с которым он постоянно говорит по телефону. Я? Ну ради Бога, причем здесь я? Он медленно сквозь мои волосы, разглядывая мои глаза, потом задумчиво скашивая взгляд на губы и снова поднимая на глаза. Ну всё. Я с силой толкнул его, выкатив глаза из орбит, наклоняясь вперед:
  -Скажи, зачем ты всё это делаешь? - Голос злой медленный и пыхтящий. - Какого хрена ты постоянно лезешь в мою нормальную жизнь, а? - Вскидываю голову. Подхожу и хватаю за байку.- Зачем?
  -А знаешь что?..- Он ответно берет меня за майку и быстрыми шагами подталкивает к ближайшей сосне, властно опираясь на ствол дерева.- Я скажу тебе. - Мэтью прислоняет свою щеку к моей и говорит в ухо.- Помнишь вечеринку знакомства с соседями?
  -Ну да. - Согласился я немного опасливо оглядываясь и продумывая пути к отступлению.
  Он казалось придвинулся ещё ближе и сказал совсем-совсем тихо и невероятно близко:
  -Тогда я всё слышал.
  Подул октябрьский холодный ветер, поднимая сухие темные листья в воздух. Мы стояли неподвижно. Мои зрачки нервно заметались фактически на месте - в глазу разве есть место где разгуляться. Он слышал. Он слышал! ОН СЛЫШАЛ! Я же был так уверен, что больше не допущу подобной ошибки - я постараюсь его не обижать так же сильно, как мог бы обидеть в тот раз. Но он слышал! Он слышал, как я назвал его чудовищем. Так не же не должно было быть! Это же была мне подсказка, что так поступать нельзя. Мэтью же в самом деле никакое не чудовище. Он просто человек, который меня периодически бесит. Он нормально учится, не хулиганит, не пьёт пиво, он не делает никому зла, ну изредка надо мной пошучивает. Тогда я просто слишком обиделся на него и на маму, что им в голову лезет не пойми что...Я перевел воздух от накатившего потока мыслей и срывающимся голосом спросил, первое что пришло в голову из многих вопросов:
  -Но почему ты не сказал мне?
  -Наверное, потому что мне не хотелось, чтобы ты чувствовал себя виноватым. - Он чуть отстранился сочувствующе по-доброму улыбаясь. Я поднял на него взгляд, ведь до этого не решался - испуганно и удивленно смотря на него. Неужели...он заботился обо мне? Даже после того, что я сказал?
  -Ну что же ты, Шелли. - Он подался вперед и невесомо чмокнул меня в переносицу.
  Я хлопнул глазами не сводя с него глаз и начал неразборчиво говорить:
  -Но, но ты так плакал. - Я помотал головой совершенно не веря в происходящее.
  -Возможно ты сказал то, что действительно думал? - Он задумчиво теребил мою челку.
  -Но...я так не думаю. Я вообще не собирался тебе это говорить, ведь это не правда.- Моя речь была бессвязной более чем когда.
  -Не переживай на счет этого. Я считаю где-то внутри меня определенно есть чудовище, но пока оно достаточно далеко, так - что другие его не видят. Возможно придет время и это станет слишком очевидно.
  Я вообще опешил от такого заявление. Какое ещё чудовище? Какое ещё чудовище внутри Мэтью? Это невозможно? Что он делал плохого? Ничего. В этом-то все и дело. Я снова покачал головой, все так же смотря ему в глаза:
  -Ты не чудовище Мэтью, совсем нет. И...-У меня вновь встали в голове давно прошедшие картинки с опять какими-то до селе неведомыми подробностями. Его глаза были в тот момент такие расстроенные, а слезы такие огромные и прозрачные. Катят по щекам. - Не плачь! Мэтью, пожалуйста никогда не плачь!
  -Смотри - я же не плачу. - Он наклонил голову на бок, смотря на меня исподлобья.
  -Но тогда...- Я никак не мог успокоится.- Тогда ты так плакал.
  -Я не хотел чтобы ты это видел и нормально держался, пока этот ваш Том не отдавил мне ногу, кстати это чистая правда что он мне её отдавил. Я не хотел чтобы ты беспокоился по таким пустякам.
  -Но...- Мои глаза умудрялись становится шире и шире с каждой его фразой. - Это во все не пустяк.
  -Пустяк. - Он улыбнулся ещё шире привстал носочки и коснулся губами моего лба. Жар волной котился до самых носков и обратно. Как? Как же можно простить человека после того как он сказал такое? Да ещё и пытаться сделать вид что ничего не было. Зачем? Ему стоило мне костылять за такие слова...
  -Ну что ты так задумался? Я же говорю - это всего лишь пустяк.
  -Если бы мне сказали такое, то я бы не простил этого человека, и даже если бы простил разговаривать бы не стал, это точно.
  -Ты это ты, а я это я. - Он щелкнул меня по носу, и по-прежнему улыбался, разглядывая моё лицо.
  -Мэтью.- Мы взгляд стал просящим и виноватым. - Прости! Я знаю ты не сердишься, но это не правильно! Я это заслужил!.
  В голову закралась странная мысль, а если Мэтью не умеет делать ничего плохого, может он просто...ангел?. Тот, кто спустился с пушистых облаков, тот, кто просто не умеет грешить, кто обладает самыми мягкими волосами на свете.
  -Да всё правда нормально. - Он хлопнул меня по плечу.
  -Прости.- Не унимался я. Думаете мне это давалось просто? Вот так вот просить прощенье у того кто...кто Мэтью? Не просто. Совсем. Только извиняться хотелось больше чем молчать. Я так перед ним виноват...И мне так стыдно. -Прости, Мэтью, черт, прости пожалуйста, я не хотел!
  Он положил мне руку на голову и потрепал по волосам. Я тут осознал что происходит, ну что мы тут делали около озера. Мэтью опять ко мне приставал, но я...я не могу его оттолкнуть. Странно звучит, да? Но после того что он для меня сделал это будет как минимум ужасно жестоко. Так что...пускай. Хотя бы сегодня. Я не оттолкну его. Он все так же держал руку на моих волосах, а я смотрел на него, не собираясь убирать глаза. Мэтью внимательно смотрел на меня, словно чего-то ожидая. И что же я должен сделать? Что?..
  -Так о чем это я. - Он опустил руку и снова подошел поближе к озеру. Я двинулся следом. - Знаешь я, если честно не собирался этого говорить. Да и спрашивал ты меня не об этом. Почему я это делаю - ответ прост как никогда - мне всего лишь этого хочется. - Он запрокинул голову. - В этом мире мало вещей которые мне нравятся и которыми я по-настоящему завораживаюсь. Но то, как ты бесишься - как раз к ним относится. - Мэтью глянул на меня, зажмурив один глаз.
  Я недоуменно смотрел на него - наверное я просто чего-то не понимаю.
  -Смешно, но я ничего не могу с этим поделать.- Его взгляд перешел на гладь озера, которая искрилась от звезд и потеплел.
  -Погоди.- До меня неожиданно кое-что дошло. - Если ты не собирался мне говорить о том, что услышал, зачем убежал?
  -Ну раз ты уж увидел мои слезы.- Мэтью усмехнулся.- Я захотел посмотреть, что ты сделаешь.
  -И что я сделал? - Как-то отрешенно спросил я, словно мы сейчас и не обо мне вовсе говорили.
  -Ты попросил у меня прощение - и мне этого вполне достаточно. Не спорю это было немножко подло - просто проверять как бы ты поступил в такой ситуации.
  -Но это же была правда.
  -А мне не хотелось, чтобы это было правдой - в том смысле, если бы ты понял что я слышал твои слова ты бы чувствовал себя вдвойне виноватым, а мне бы пришлось на тебя злится. То есть я же не хочу на тебя злиться. Совсем. Согласись это выглядело бы странно, если ты приходишь расшаркиваешься в извинениях а я не злюсь, ты бы что? Ты бы мне не поверил. Подумал, что я это говорю просто так. А я бы говорил от чистого сердца- ведь я правда не злился. Вот ты бы и чувствовал себя ужасно виноватым. Но мне удалось - все немножко сгладить. Из-за того что ты думал, что я ничего не слышал, ты чувствовал себя виноватым лишь за то что мог мне такое сказать. Так что это было лишь моё собственное желание убежать и посмотреть что же будет.
  -Как же так всё-таки... -Я до сих пор думал о том, как в принципе можно такого хотеть - говоришь человеку гадости, а он так хочет отгородить тебя от мучительной вины. Начинаю ещё раз уверятся в его безумии. - Как же...
  -Чего только не сделаешь, для людей, которых ты любишь. - Мечтательно улыбнулся Мэтью в сторону озера. - Знаешь, прости меня Шелли.
  -За что? - Я совершенно ничего него не понимаю, зачем извинятся, когда извинятся должны именно перед тобой.
  -Я всё время над тобой подшучиваю. Вот просто смотрю на тебя и так хочется подколоть, а ты так бесишься и...это ужасно мило. - Он виновато посмотрел на меня.
  Я пребывал в всё том же оторопении. Мне надо ещё раз перед ним извинится. И ещё раз. Много-много раз.
  -Слушай. - Мне неожиданно пришла в голову довольно странная идея. Я глянул на землю, а потом снова поднял глаза на своего собеседника.- Мэтью, а чего ты хочешь?
  -А почему ты спрашиваешь? - Он приподнял одну бровь, по-прежнему сохраняя между нами разумное расстояние в один шаг.
  -Просто, я подумал, если я так плохо поступил с тобой, может я могу что-нибудь для тебя сделать, в качестве извинения? - Не спрашивайте, как мне в голову пришла эта идея. Я сам расскажу. Мне было ужасно стыдно. А это невообразимо давит. Вот я и решил это предложить. Жалеть, мне или не жалеть о своих словах, пока ещё не знаю. Но может, если я что-нибудь сделаю, он обрадуется, и будет меньше обижаться. И на сколько понятно, он же всё-таки не киборг. Значит как и любой другой нормальный человек, обиделся на эти слова. И Мэтью тоже обиделся, но прячет это где-то очень глубоко внутри. А я не хочу чтобы за мной тянулись хвостами чужие обиды. Он сосредоточенно рассматривал моё лицо, то задерживался на губах, то снова разглядывал лоб и потом сказал:
  -Знаешь, странно когда тебе так что-нибудь предлагают и в голову ничего не лезет. Хотя знаешь есть всё-таки есть одна вещь о которой я хочу тебя попросить. - Уголочек его губ начал ехидно ползти вверх.
  -И что же это?
  -Всего на одну ночь...
  Мои глаза стали овальными и принялись растягиваться всё больше. Я подозревал что он наглый. И я знал что он извращенец. Но не такой же наглый извращенец в самом-то деле?! Может это как в том сне? Может я тупо опять где-то уснул? Я незаметно за спиной ущипнул себя правой рукой за левую. Ничего не чувствую. Вообще оцепенел. Лицо всё-такое каменное и тяжелое. Ещё раз... что он сказал?
  -Шелли, у тебя такое белое лицо...- Он неожиданно моргнул приоткрывая рот.- Ты что подумал?
  Я не ответил. Мэтью вдруг рассмеялся, придерживаясь рукой за живот, делая корявые шаги то в одну сторону, то в другую и подымая на меня свои зеленые глаза, полные слез от смеха:
  -Не могу: как ты мог такое подумать? - Он снова потонул в нотках смеха, прижимая руку ко лбу.
  А до меня только сейчас дошло: я что...ошибся? Вы уж меня извините но выражение "всего лишь на одну ночь" более чем исчерпывающе. Ну скажите, вы разве не это подумали? Мэтью сам виноват, что не умеет нормально объяснять! Я густо покраснел уставившись в землю. Он все ещё смеялся не в силах остановится. А я решил его и не прерывать. Пускай побесится . Хотя подождите, он же это делает всё время.
  Неожиданно холодные руки скользнули по моим опаленным стыдом щекам и приподняли моё лицо напротив другого знакомого лица. Это были руки Мэтью. Действительно, вот же неожиданность. Он смотрел на меня крайне сочувствующе, не переставая улыбаться:
  -Шелли да как ты мог такое подумать.- Мэтью снова рассмеялся, однако не переставая придерживать мои щеки, и потом опять поднял на меня глаза.- Ну что же ты за дурашка?
  Я опустил глаза. Насколько я понял, это был риторический вопрос. Но про себя я с этим согласился. Какой же я дурак и идиот. Но следующая фраза потрясала меня как всегда больше предыдущей:
  -Вот именно поэтому я так сильно тебя люблю. - Он привычным движением стиснул мою шею.
  Я всё так же с ненавистью прожигал взглядом землю. Что же творится черт побери? А я ничего не могу сделать. Он неловко отстранился:
  -А знаешь чего я хотел?
  Я отрицательно помотал головой, так и не поднимая глаз. И ещё: хоть я и не экстрасенс - уверен моё лицо до сих пор конкурирует по цвету с помидорами самых отчаянных хозяек.
  -Шелли.- Сказал он сквозь смех.- Я всего лишь хотел спать с тобой рядышком.
  Его невинные фразочки, одна дурей другой меня когда-нибудь меня убьют. Убили. Умер.
  -Ты же мог попросить что угодно, так почему? - Выдавил из себя умерший я.
  - Думаю, что-то такое простое, милое и невероятно очаровательное - это то, чего нам так не хватает в жизни. Все доброе и невинное всё время куда-то исчезает. Я мечтаю оставить эту непринужденность не в воспоминаниях детства, а навсегда в своей жизни. Как кстати по совместительству и в твоей. Всего лишь помни, что какими бы взрослыми мы не казались, мы всегда остаемся детьми, нам хочется поиграть и побаловаться, нам хочется позвонить маме, если что-то случилось. Так зачем притворятся взрослыми, если можно быть самим собой? И даже если ты завел своих собственных детей, ты ведь всё равно остаешься ребенком. И это можно не скрывать. Вот я и тебе желаю всегда помнить о непошлой искренности, которую везде можно найти, если хоть немного постараться. - Он кивнул, приобнимая меня рукой за шею. - Пошли, а то поздно уже совсем.
  Мой настрой был хуже некуда - ибо теперь я уверен, я полнейший идиот. Мы что-то долго волоклись в сторону лагеря. Не то заблудились, не то что. Я не спрашивал- был поглощен самобичеванием. Луна светила на всё вокруг, отливая приятным серебряным блеском. В какой-то момент я не выдержал, как можно деликатнейше спихивая его руку с моего плеча:
  -А тебе не кажется, что мы куда не туда зашли?
  - Не знаю, мне кажется днём мы тут точно проходили.
  -По-моему неуместно употреблять в одном предложении слова "кажется" и "точно". Ты уж определись.
  -Точно кажется. - Уверенно заявил он.
  Я сокрушительно вздохнул:
  -Просто открой в телефоне навигатор и иди в сторону телефона Эмили - он там отображается.
  -Ну тебя - также совсем скучно.
  -Ага, но если так дальше пойдет мы до утра будем тут бродить, а потом пойдет дождь и нас съедят.
  -Я конечно всё понимаю, но почему пойдет дождь и почему...нас съедят? - Его голос был крайне заинтересованный, когда как я топ в разочарованиях собственной единственной жизни.
  -Всё плохо- тогда идёт дождь, а съедят нас потому что мы по лесу ходим.
  -И где логика?
  -Её здесь нет. - Я взгрустнувши, хлюпнул носом. Не стоило мне купаться в речке. Конечно, конечно, конечно - меня же туда скинули. Нагло, беспардонно и совершенно не интересуясь моим мнением.
  -Ладно - я просто считаю это маленьким приключением.
  -Я хочу спать. - Не стал врать я.
  -Но подумай, чем больше ты пройдешь, тем слаще будет твой сон...
  -Спать хочу! - Оборвал я его на полуслове и осекся - я же пытаюсь перед ним извинится и быть вежливым.
  -Я понял, потерпи ещё немножко. - Он опять положил мне руку на плечо. И через какие-то две минуты мы вышли к палаткам.
  -Мы что всё время бродили кругами? Нет, ты специально что ли?
  -А я всё ждал когда ты заметишь.- Съязвил Мэтью. Мы двинулись в сторону палатки. По-прежнему звучала тихая музыка. Все уже видимо, распихались по своим спальникам разве что у костра в одеяле и под руку с бутылкой из-под пива дремала Сэм. Мы зашли в палатку, стараясь не шуметь замком, но всё равно шумели. Бартишо мы не разбудили - он очень крепко спал прижавшись к самом краю палатки.
  -Ну что?
  Даже в полной темноте было видно как блестят его зубы.
  -Что?
  -Что-что? Раздевайся!
  - Ни за что!- Сердитым шепотом воспротивился я. Ага, вот мы и подошли к тому самому разговору. Ужасно.
  -Немедленно снимая с себя одежду!- Мэтью потянул меня сзади за плечи.
  - Ни в коем случае! - Всё так же тихо и с нажимом.
  - Тогда я сам этой сделаю - поверь я шутить не стану.- Полез расстегивать байку- да она прилагалась к его майке с группой. То есть он мне сам её вручил, а теперь снимает. Где честность?
  -Не трогай меня!... Куда ты лезешь?!...Отстань!- Стою истуканом- хотя бы сегодня не буду его отталкивать, я же хочу извинится. Точнее убеждаю себя в этом и в итоге всё равно не шевелюсь. А он (вы можете себя такое представить?!) пытается с меня стянуть шорты. И что хуже того (вы можете себе такое представить?!) я не сопротивляюсь.
  -Не будь идиотом! - Непонятно к чему фраза. Видимо он имел ввиду что уже слишком поздно от этого отказываться и поворачивать назад.
  - Я не идиот! Я хватит меня лапать - мелкий извращенец!..- Он всё таки стянул с меня шорты, периодически заезжая то одним то вторым локтем по бедру.
  -Черт, тебе что самому было сложно раздеться?
  -Я вообще не собирался раздеваться. - Я поморщился, пытаясь согреть свои голые плечи. Ну честно слово ночь- октябрь - раздеваться зачем? Я ещё потупил с минутку и залез в спальник, сжимаясь калачиком. Неожиданно знакомые руки обвили меня за пояс и чьё-то холодное тело прижалось ко мне сзади. Это был Мэтью. Я вздрогнул выпучивая глаза в сторону стенки палатки.
  -Эй мы так не договаривались!
  -А как бы я тебя обнял, если бы ты извиняюсь был в соседнем спальном мешке?
  -Зачем вообще нужно меня обнимать - мы же оба парни!
  -Я вот не могу понять - Шелли, ты на всё это смотришь с какой-то неимоверно кривой стороны. Нет абсолютно ничего пошлого чтобы полежать с другом в обнимку.
  Я выпал в осадок - беззвучно ругаясь и пытаясь вспомнить реплику какого-то грузчика из фильма...ну да, про грузчиков.
  -Может, ты отдвинешься?
  Он сделал вид что подумал(я знаю что он ни хрена не думал!!!) и сказал:
  -Нет, не отодвинусь.
  Мы снова помолчали, а потом он спросил, слегка дыша мне в спину:
  -Знаешь что Шелли?
  Я вопросительно мыкнул - на большее меня не хватало.
  -Думаю здорово что всё так.
  - Так это как ?
  -А так что мы с тобой знакомы - лежим рядышком и тебе не хватает сил меня оттолкнуть.
  Я посмотрел на крышу палатки - на самом деле я хотел увидеть небо и устроить истерику. Но неба не была, так что и истерику приберегаю внутри. Внимание: истерика. ЗА что? Господи за что? Сейчас глаза и руки воздираются к небу. За что ты со мной так? И откуда у меня столько ответственности за свои грубые слова? Что мне делать? Что же мне делать? Конец тирады. Мэтью поудобнее перехватил меня, сплетая пальцы. Я весь дрожал, боясь пошевелится и случайно его задеть. Он больше ничего не говрил спокойно устроив своб голову на моей спине. Может он даже уснул. Но я не мог уснуть - ведь я больше не о чем думать не мог, кроме как о том, что мы с Мэтью чуть ли не голышом лежим в одном спальнике. О, эта паршиво звучит. Даже отвратительно. Голова раскалывается- спать хочется ужасно, ведь когда я шел к озеру было уже под три часа ночи. Но я не могу уснуть. Всё так же пристально разглядываю стенку палатки.
  Я так и не сомкнул глаз за всю эту ночь, лишь один раз задремал с открытыми глазами и то меня тут же подняли. Как вы помните я на военной подготовке. Часов в шесть утра раздался чей-то крик. Я было дернулся, радуясь возможности под предлогом одеться и выйти из палатки. Однако Мэтью ничего похоже не услышал и всё так же неистово жался ко мне своей спиной. Чтоб его! Чтоб их всех. Дрему прогнали, а встать - не пускают! Майор-лейтенант Шелли: миссия пять. Нахождение в тылу врага - контроль собственных эмоций и новейшая система дипломатии, а также психологическая практика на тему : Вина. Извинение и опять, снова, снова вина. За эту ночь я не раз перемывал себе мозги, что можно ведь вскочить, оттолкнуть, убежать, просто уйти. Но я ничего этого не сделал лишь потому что помнил, что было тогда на вечеринке: Мэтью плакал. Конечно я видел в других ситуациях, например, когда он заболел или когда он попросил его поцеловать, а я конечно его не поцеловал. Но когда бы он не плакал - это было ужасно странно и жестоко. То есть - я не хочу видеть как он плачет, во что б это не стало. Странно - потому что он обычно самый жизнерадостный человек на свете, а жестоко - потому что когда он плачет и ты это видишь - готов сделать почти что угодно, лишь бы это прекратилось. И помня это, я просто лежал. Вообще, полагаю не ту подходящих слов чтобы описать, о том, как пульсировало моё тело. Мне казалось стоит лишь шевельнуться и задеть его ноги...Что-то случится. Мне что-то сделают. Что-то очень недоброе. Да. Так я думаю. Я попытался перебороть это продолжительный страх и медленно, очень медленно обернулся к Мэтью лицом. Спит. Его руки так же крепко обхватывают меня. И неужели он думает это нормально? Он псих. Неожиданно чихает. Я собирался сказать будь здоров, но тут сообразил что он меня не услышат. Ну да. Это у меня крыша едет. Он потерся об меня носом, устраивая голову на груди бочком. Я закатил глаза. Убей меня мама. Что я делаю? Какого хрена я это делаю? Какого, какого хрена?! Я чмыхнул носом. Мэтью неожиданно начал болтать во сне:
  -Знаешь, Уилли, я думаю, это замечательно...Да, да, если бы всё время было так как сейчас.
  А мне было уже всё равно. Говорю я сам с собой или нет, вот я и решил ему ответить:
  -Хренушки.
  -Что? Мне казалось тебе этого хочется.
  -Нет, не хочется.- Уверенно сказал я. Ну я же это не я. Сейчас я Уилл (да именно Уилл!), да же не знаю как Мэтью меня слышит сквозь сон.
  -Но ты же говорил!.
  -Я врал.- Я беспечно махнул рукой в спальнике и задел руку Мэтью. Какого ж черта он тут разлегся. Точно, точно. Ага, ещё теперь начал своими ногами оплетать мои. Какое-то извращенное безумие. Какое-то безумное извращение. Я взъерошил свои волосы изнывая это происходящего.
  -Врал? - Задумчиво пробормотал Мэтью, причмокивая во сне.
  Спустя полчаса я с трудом наконец-то улегся на спине, изучая потолок палатки. Ну хоть немножко повеселился. Интересно, когда он проснется, хоть что-нибудь вспомнит? И если вспомнит то, что будет? Ха, это мне и "посчастливилось" узнать. Где-то часам к семи Мэтью проснулся сам, его глаза были красные, а под ними фиолетовым мешочки с недосыпом, чего спрашивается вскочил - хотя я был собственно рад, переоделся в одежду и с облегчениям плюхнулся на край спальника. Мэтью задумчиво присел, сгибая ноги в коленях, и вдруг зажал нос рукой, странно сжимая губы. Он заплакал, почти бесшумно. Тихо-тихо всхлипывал, а потом снова тишина. Глаза стали ещё более красные, и текущие слезы двумя ровными линиями струились по щекам.
  -Ты чего? - Немного удивленно спросил я. Это ведь не из за моих слов? Скажите, это ведь не из-за этого? Так, я не виноват.
  Он отнял руку ото рта и запрокинул голову, болезненно выдыхая воздух. Реснички загадочно слиплись, торча в разные стороны.
  -В чем дело? - Ещё раз спросил я. Может он в первый раз меня не расслышал, хотя нет мы были тут одни проснувшиеся, в семь утра-то. Так что выходит он правда меня проигнорировал. Мэтью скосил на меня взгляд. Я аж остолбенел - его глаза были такие стеклянные полные какой-то невероятной боли:
  -Шелли.- Сказал он в нос, видимо, от слез. - Ты не мог бы мне дать свой мобильник?
  -Держи. - Я недоуменно протянул ему телефон. Он начал одевать майку, просовывая одну руку а в рукав, а второй набирая какой-то номер. Глаза быстро смаргивали, пытаясь убрать скопившуюся жидкость. Потом он перехватил одетой рукой мобильный, прикладывая к уху, заканчивая одевать майку. Ответили не сразу. Потом послушалась какая-то не разбираемая болтовня на другом конце провода. Мэтью молчал, усевшись на свои ноги, и промачивая ладонью глаза. В трубке стихли, а потом с новой силой ожесточенно затараторили. Мэтью по-прежнему не отвечал, только теперь как-то печально улыбался, разглядывая спальный мешок. А потом он вдруг отключил телефон и отложил его на спальник, обращаясь ко мне:
  -Знаешь, мне сегодня такой странный сон приснился. - Он тряхнул головой, опуская глаза.
  -Страшный?
  -Ну как тебе сказать, не то что страшный, скорей правдивый.- Мэтью начал водить рукой по поверхности спальника.- Да, давно мне такого не снилось.
  Я тоже задумался. И мне такого не снилось. Слезы Мэтью - они ж сейчас были настоящее. Потому что это выходило непроизвольно. Он не сдерживал их - и они вдруг возникли, вдруг потекли и не смогли остановится. Я немного поборолся со своим самолюбие - победило любопытство:
  -А что тебе снилось? - Голос не слушался и был деревянным, потому что я не собирался этого спрашивать. Но что-то из моего подсознания настойчиво пробиралось наружу.
  - Люди, которых я люблю почему-то умирали. И я даже знаю почему.- Он всхлипнул и стукнул себя по груди, сообщая разрывающимся от слез голосом. - Из-за меня! Это я виноват! А они...они все умирали. И говорили столько невыносимого прежде чем уйти, что я просто не знал, что мне делать...
  -Но это был всего лишь сон.
  -Я слишком плохой человек. Мне надо стать лучше.- Он держался за голову склоняясь над коленями.- Как мне стать лучше? Что надо сделать, чтобы этого никогда не произошло?
  -Мэтью, это всего лишь сон! - Повторил я на повышенных тонах.
  Он поднял голову на меня, блестя безумными глазами и сказал, отнимая руки от головы:
  -А знаешь, Шелли? Ты тоже был в этом сне. - Он придвинулся ко мне, конвульсивно зажимая ладонями мою (то есть все-таки его) майку.- Ты был последним.- Горько выдавил Мэтью.- Хочешь узнать, что ты сказал?
  Я отрешенно кивнул. Внутри всё нервно трепыхалось от странности, что царила повсюду: от того как он меня держит, сильно- сильно, от того как говорит и как моргает, как дышит и что в принципе делает.
  -Ты сказал, что ненавидишь меня! - Он сверкнул на меня красными глазами, наполняющимися всё новыми слезами. - Ты сказал - лучше бы меня не существовало...
  И вот тут я решил, что пора прекращать эту тираду:
  -Но я так не считаю. Это было сном, понимаешь Мэтью.
  -Кошмаром. - Поправил он меня, выпуская майку, почти отталкивая меня и отсаживаясь рядом.- Это ж нелогично, да? - Что-то начал рассуждать он сам себе, натягивая шорты и поднимаясь в полный рост. - Шелли у тебя есть сигарета?
  Я опешил:
  -Откуда? Я же не курю.
  -Я тоже.- Мэтью задумчиво похлопал по пустым карманам шорт.
  -Тогда к чему весь этот разговор?
  -Захотелось попробовать.
  -Но ты же знал, что я не курю.
  -Спросить ведь надо было хоть у кого-нибудь.
  -Если надо, спросил бы своего Дика, у него наверняка есть что-то подобное.- Эти слова вырвались как-то против воли. Уж простите. Я ...Дик... Ненавижу.
  -Что? - Мэтью снова развернулся ко мне. - Причем здесь вообще Дик? Конечно же он не курит.
  -Откуда ты знаешь?
  -А мы с ним как бы друзья. - Саркастически пояснил Мэтти.
  -Понятно. Но зачем ты захотел начать курить - это же вредно для здоровья.
  -Буду делать, что хочу.
  -Не смей курить!
  -Ты мне что мамочка, чтоб указывать! Успокойся уже!
  От этих криков проснулся Бартишо, переворачиваясь в нашу сторону и поднимаясь на локте.
  -Доброе утро. - Мэтью одевал на голову шапочку и умудрялся ко всему прочему по-прежнему спорить со мной. - Какая тебе разница?
  -Большая!
  -Доброе утро.- Наконец соизволил ответить Бартишо и мы замолчали. -В чем дело, Мэтью? - Он вылез из спальника, в одежде (!), как обычные нормальные люди и свернул его, усаживаясь прямиком сверху.
  -Мне приснился кошмар. О том как все вы умерли из-за меня.
  -О. - Сочувственно вздохнул Бартишо, приглашая его жестом к себе на коленки. Мэтью не думаю подошел к нему, усаживаясь на колени. Темноволосый друг гладил его по голове шепча какие-то слова поддержки. Я ничего не слышал из-за собственных эмоций. Мне начинало казаться, что я вообще впервые увидел как плачет Мэтью. И хуже того, что он плакал из-за сна, а я никак не смог его переубедить. Что это не имеет ничего общего с реальностью. А ещё он собрался курить. И я ничем, ничем не мог его переубедить. А Бартишо достаточно было просто проснуться чтобы всё уладить. Однако я решил таки вклинится в эту идиллию:
  -Он собирался начать курить!.
  -Ты что?! - Бартишо дал ему быструю затрещину по затылку. - Где твои мозги?! - Теперь потеребил за волосы.- Совсем офанарел, да?!
  -Но...
  -Придурок! - Он дернул его за майку, а потом стиснул , руками хватая сзади за шапочку. - Не сходи ты с ума.
  -Все умерли. И Дик, и ты, и Уилли, и мама и папа и Шелли. Вы все умерли.
  -Успокойся. - Бартишо всё-таки стянул с него шапочку откладывая рядом, и зарываясь обоими руками в светлые волосы.- Забудь это всё.
  -Не могу.- Мэтью отстранился, грустно складывая брови.
  -Всё же хорошо. Ты можешь всем позвонить. А Шелли, вообще вон там сзади сидит. - Он кивнул на меня. Мэтью обернулся, словно я только что зашел. Вообще-то нет, я всё это время зашел тут. Да, а меня не замечали. Конечно я был поглощен собственными размышлениями, но это не повод меня игнорировать. Мы с Мэтью посмотрели друг на друга, уверяясь в обоюдном существовании. Но почему-то так и не отводили взгляд. Лично я пытался - его понять, чего он так верит в сны и чего так плачет. А он...не знаю. Похоже просто смотрел на меня, а потом потихоньку поднялся с колен Бартишо и подошел вплотную. Мне пришлось запрокинуть чтобы видеть его глаза. Он всё так же пристально уставился в моё лицо.
  - Знаешь, что? - Он опустился на корточки. И да я знаю - чтобы мне не пришлось запрокидывать голову.
  -Не считаю, что мы думаем об одних и тех же вещах. -Вслух сказал я.
  Он подтянул меня за подбородок так близко, что мы касались носами. Мой почему-то жутко чесался и я попытался выпутаться, но его хватка не давала мне даже в бок голову повернуть.
  -Ты можешь мне пообещать- что никогда меня не послушаешь?
  -Что ты имеешь в виду?- Я скосил брови.
  -А ещё не станешь наркоманом? - Вместо объяснений сообщил он.
  -К чему это всё? - Хуже того когда тебе, тебе одному пытаются что-то объяснить, а ты этого не понимаешь. - У тебя какая-то шизофрения, и ты раздваиваешься. А твоё второе я требует чтоб его немедленно пристрелили и ты думаешь я это могу сделать?- Бестолковая догадка, но нельзя молчать, если ты не понял что тебе пытаются объяснить.
  -Да нет, в том смысле, если обзаведусь плохой привычкой, а ты чтобы мне помочь, попробуешь вместе со мной страдать этой привычкой, чтобы потом отвыкать.
  Я облегченно вздохнул:
  -Какая ерунда. Тебе приснилось что я был наркоманом, и ты подумал, что я когда-нибудь в жизни скачусь до вредных привычек, нет уж, извини, я приличный гражданин.
  Он несколько сурово глянул на меня напоследок и выпустил подбородок, направляясь вон из палатки.
  -Совсем, да? - А это Бартишо, как по расписанию. Он всегда возникает стоит Мэтью уйти.
  -Что я сделал не так?
  -Разве не ясно? Ему приснился кошмар. Не нужно было глупых расспросов, надо было просто согласится вот и всё. Этого достаточно, чтобы ему стало легче. Любому человеку, если с ним согласится, станет сразу легче на душе. А ты своими вечными расспросами: Чего? Почему?
  -Я этого не знал. - Недовольно откликнулся я.
  Бартишо сердито цыкнул языком, качая головой, раскинув руки и отправился вслед за Мэтью, оставляя меня в одиночестве. Я просто ничего не понял. И если они что-то от меня хотят надо было предупредить что ли или подсунуть бумажку с текстом, я бы прочитал, если бы конечно разобрал почерк. А лучше напечатать. Да чтобы всё было по сценарию, и чтобы мы знали что надо и в какой момент говорить. А ,чееерт, как я мог знать, что именно мне надо говорить. А думаете Мэтью обиделся? Я думаю обиделся, ведь я кажется назвал его сон ерундой. А может он был вещий? Может Мэтью только и снятся вещие сны? А я так грубо - конечно он обиделся. А если он вещий, так конечно, пообщаюсь с ним ещё годик и наркомания и дурацкая наколка Let"s kill your reality тут как тут. Да, сложно мне было что ли просто согласится? Никогда не знаешь, какая именно фраза окажется подходящей. Я расспрашивал его потому, что хотел понять что они имеет ввиду. Но называть ерундой, было не надо. Я тихо ругнулся выползая из палатки. Сейчас догоню его, найду... то есть, сначала найду, потом догоню. То есть с чего бы это ему от меня убегать? Просто найду его и поговорю. Мэтью обнаружился в двадцати шагах от палатки. Он прислонился к сосне и разговаривал с кем-то по телефону. Бартишо улыбался стоя рядом, а потом подул Мэтью в плечо, осторожно придерживая его. Мэтью попытался отойти, начиная тоже улыбаться. Я так и остался стоять. А зачем я вообще собрался туда идти? Там и без меня всё уладят. Там и без меня найдутся люди, которые его утешат... И с чего меня это все так волнует? Точно. Мэтью плакал. Так плакал из-за этого странного сна, которого кажется я и был источником. Я не совсем уверен. Но. Скорей всего это так. Я только подойду, скажу что это я поговорил с ним когда он болтал во сне и нагнал ему кошмар, извинюсь и уйду. Это же несложно. Я деревянными шагами двинулся к Мэтью. Он вдруг рассмеялся, Бартишо обнимал его сзади, что-то шепча в свободное от телефона ухо. И совсем остановился. Не надо мне туда идти. Не надо. Вот за то в другую сторону. Я развернулся и зашагал прямиком прочь, как можно дальше от всей этой удручающей картины. Почему удручающей? Да потому что видя как у него улучшилось настроение, я не смогу подойти к нему...ну и сказать что это я во всем виноват. То есть вообще раз ему уже лучше, не стоит на поминать про кошмар. Быстрей, быстрей, дальше, дальше. Молодец, Шелли - уже прошел костер, уверенно двигаюсь в сторону противоположных сосен. И тут раздается знакомый голос:
  -Шелли, подожди.
  Я останавливаюсь, вжимая плечи, нагнанный этой звуковой волной.
  -Подожди.- Он аккуратно ловит меня за плечи, хотя в этом не нуждаюсь, я не падаю, да и вообще как-то не особо хочу чтобы он ко мне прикасался.
  -Что? - А мой голос сердитый злой. И хрен я что с этим сделаю. Просто мне от чего-то зло вот так вот. Объяснил, ну да.
  -Прости, я думаю, что был не прав.
  -О чем ты? - Оборачиваясь на него. А Мэтью не врет, слегка виновато смотрит на меня, наклоняя голову вперед.
  -Да что я на тебя наехал.- Отпускает плечи и потирает рукой затылок. - Просто этот сон как-то меня сбил с толку. Ты не при чем. - Покачал головой.
  - Подозреваю, ты жутко виноват. - Это был Дик, выплывший из соседней палатки.
  -С чего ты взял? - Я недоуменно сдвинул брови.
  -А так всегда. - Он лениво протер глаз и посмотрел на нас в упор.- Мэтью извиняется. А он всегда извиняется, чтобы кто не сделал. А виноват ты. Всё тыыы. - Он показал на меня пальцем, а потом скрылся в палатке и через секунду снова выглянул.- Шелли, ты лось! - Дик опять исчез, пряча своё оголенное пузо, да он был раздет по пояс.
  Мэтью поморщился, смотря на меня:
  -Не слушай его, Шелли. Дику вредно долго отдыхать, он тогда дуреет и вредничает. И вот что. - Он опустил глаза, придерживая меня за края куртки, а потом снова вздернул голову. - Никакой ты не лось.
  Я вздохнул -никакой я не лось -а то я сам не знаю. Параллельно вспомнилась история про папиного босса, и снова задумался как-то вышло, что папино положение на работе лишь улучшилось. И решил спросить единственного в округе эксперта по лосям, см. выше:
  -Мэтью?
  -Да?
  -Каким должен быть человек, что если сын его подчиненного наговорил ему гадостей, то он лишь повысил зарплату подчиненному?
  Мэтью не удивился резкое смене темы разговора, и более того даже не стал спрашивать, что-нибудь в стиле "А ты сейчас про себя говоришь, да?". Он просто задумчиво прищурил глаза и сказал:
  -Во-первых зависит от непосредственного отношения начальника к этому мальчику. Может он его знал, и просто пожалел. Или даже если не знал, сделал выводы. Ага он растет в такой неполноценной семье, потому и ругается. Может его отцу не хватает денег. По какой причине? Хочу спросить, но неудобно. Вот и выходит что начальник пытается помочь семье в целом, просто потому что он добрые.
  История Мэтти конечно крайне мало имела общего с реальностью, но вывод был достаточно не плох. Казалось что так оно и есть. И это почти успокаивало мою совесть. А почему почти? Да потому, что в своем вопросе, я не упомянул пару досадных обстоятельств, например о наличие в оскорблениях какой-то кладовки и раздевания. Да, подозреваю это бы в корне изменило ответ Мэтью. Но не говорить же ему об этом, в самом деле? А всё он. Он виноват. Он сам виноват. Вы же помните. Проклятая кладовка. Так что не нужно мне дальше продолжать опрос. И вообще я собирался Мэтью сказать, что я и есть нагонятель его жуткого кошмара. Но я-то уже передумал, ещё когда повернул в другую сторону. Так что чего мы тут стоим? Я выпустил куртку. Неожиданно меня посетила ещё одна мысль:
  -А где всё-таки Эмили с Амандой?
  -Пойдем поищем их?
  -Ага, а может они тупо лежат в соседней палатке?
  -Тогда, пошли заглянем.
  -Это же девчоночьи палатка!
  -И что? Сейчас девять утра - всё равно спят после вчерашнего.
  Он не стал уточнять после чего именно, а я особо не интересовался. Поэтому Мэтью, подошел к ближайшему тканевому домику и заглянул. Я опасливо обернулся. Солнце уже начало цепляться за края ближайшего обрыва, ослепляя полностью . На бревнышке рядом с костром пристроился Бартишо и Сэм, также завернутая в одеяло. Они о чем-то не спешно говорили, палочками перебирая потухшие головешки костра. Если бы они видели что делает Мэтью! Он зашел в женскую палатку. Я беззвучно указал пальцем и Мэтью как раз появился:
  -Никого нет. - Его голос был какой-то обиженный, точно у него было день рожденья, а все о нем забыли. Точно.
  -Когда у тебя день рожденье?- Я схватил его за плечи.
  -В декабре, а что? - Он недоверчиво перевел взгляд на мои руки и я убрал их. Просто понимаете, в прошлую минуту мне закралась мысль, что я не знаю, когда у Мэтью день рожденье. И он мне этого не скажет и я его пропущу. Не то, что бы я горел желанием его поздравить, продекламировав собственное тело в подарок. Просто это было бы некрасиво. Он меня поздравил, так что мне стоило хотя бы ему позвонить...Поговорили, да?
  -Что опять ищите? - Это был Дик. - Шелли, потерял свою совесть?
  -Дик. - Мэтью поморщился.- Да прекрати ты все эти наезды.
  Мы обернулись. Дик собственно стоял в обнимку с Амандой, которая висла на его плече с крайне зеленым лицом. Но всё-таки висла. А это главное. Где вообще Рэйчел? Что всю эту ночь делал Дик и какого черта на нем нету майки? И почему...погодите. Я подошел и хлопнул Аманду по груди. Да приличный гражданин лапнул девушку, но лишь потому что был уверен, она...
  -Мжик! - Волосы на моей голове зашевелились, а из-за сильных эмоций вышло именно мжик, а не мужик, как я изначально планировал. Да быть такого не может. То есть я верил в свои догадки, но надеялся что ошибаюсь, как всегда в прочем. Я не могу даже предствить что в мире существуют такие люди как она, то есть он. Ну которые парни, но переодеваются девушками. Нет, нет это просто отвратительно. Даже хуже чем Мэтью. Намного хуже. Пусть она сейчас оттолкнет меня, залепит оплеуху, не знаю обругает последними словами. Она осторожно отстранилась от Дика, он попытался её поддержать на она жестом показала, что всё в порядке, прикрывая рот рукой и по-прежнему зеленее ещё больше. Аманда сделала пару неуверенных шагов в мою сторону, и закинула руки за мои плечи всё так же глупо обвисая, а потом промямлила заплетающимся языком:
  -Ну да, я мжик...
  -Ааа!..Мжик. - Я оторопело скинул её...его руки.
  Мэтью за моей спиной тяжело вздохнул, съезжая рукой по лицу:
  -Шелли, я тебе говорил не лезь во всё это...Сохранил бы себе нормальную психику лет до двадцати.
  Я шокировано посмотрел на него:
  -Так ты знал?..
  -Господи, конечно я знал.
  Спросить откуда и получить ответ потому что мы друзья я не успел. Меня преравали.
  -Фу, извращенцы. - Это был Бартишо, пристраиваясь рядом и скрещивая руки на груди.
  - А по-моему он очень даже милый. - Улыбнулась Сэм, поправляя очки. - Понятно это было с самого начала...
  Чуть в стороне Аманда (извиняюсь Аманд) пытался стянуть с себя майку, что-то неразборчивой объясняя Дику про октябрьскую адскую жару. Я в шоке переводил глаза с группки извращенцев на тех кто был проинформирован в этом плане.
  -Так что я один не знал?!
  -Нет не только ты. - Поспешил меня заверить Мэтью оттаскивая в сторону. - И Эмили и Джим, в общем все кроме Дика, Ам, меня и Бартишо разумеется. Но если честно догадаться-то было несложно.
  -Вот как. - Полумертывам голосом выдавил я. Догадаться было не сложно, а я один ничего не понял...Я был не уверен, а все вокруг знали...И Эм и...
  -Точно! Рэйчел! Она об этом знала?
  -Вряд ли. - Печально сказал Мэтью, снова оттаскивая меня ещё больше в сторону. - Но знаешь, если посмотреть на происходящее можно понять, что скорей всего она их видела, вместе.
  Я просто заныл от безысходности. Куда я попал? В какой-то чудаковатый мир сплошь и рядом набитый геем и геями в женской одежде. Я разбит и уничтожен. Бедная, бедная Рэйчел. Как она к этому всему отнеслась? Сильно ли расстроилась или очень сильно? Не верю что на столько извращенные вещи могут существовать в этой реальности. И один вывод из этого: неужели я и правда такой идиот, что не заметил всего этого раньше. Ну что Дик, такой вот. А всё равно урод.
  Так куда-то бежать у меня нет возможности, значит надо разгребать все проблемы здесь. И раз Аманда тут, значит , Эмили вероятнее всего с Рэйчел. Рэйчел трубку не поднимет значит надо позвонить Эм. Я автоматический набрал номер, коряво прикладывая к уху. Подняли не сразу:
  -Привет, ты где?
  -Привет.
  Я догадался:
  -Уже знаешь про Дика и ...- Я долго подбирал слово, чтобы сделать имя Аманда мужским. - Манни?
  -Ага.
  -Ты с Рэйчел?
  -Нет, она поехала домой. Подходи. Я тут сижу, как немножко спустится с холмика, ну ты его видишь, если стоишь около костру.
  -Сейчас.
  Я двинулся в указанную сторону, но меня подловил Мэтью.
  -Извини, уж точно не думал, что всё так коряво получится. - Он глянул на меня исподлобья. - Ты ведь не злишься?
  -На что?- Разбито бросил я. - Что ты мог мне всё сказать, а не сказал. - Я зашагал прочь. Собственно какая причина злится на Мэтью я уже и сам не знал. Дик и Аманда геи, жуткие и чудаковатые. Рэйчел узнала об этом ночью. Я узнал об этом утром. Кому хуже? Нет...Знай я это раньше, может я бы изменил что-нибудь. Но чтобы я изменил? Я громко шлепал по росистой траве. Я не мог понять, чтобы мне это дало. Но чувствовал - все было бы по-другому. Ладно. Проехали. А ещё тут понял, что чуть не поцеловал парня, то есть Аманду. Неудивительно, что мне в голову лез Мэтью! Отвратительно. Я по собственной воле чуть не поцеловал парня. Уму не постижимо! Я ещё издалека заметил Эмили и примостился рядом. Она также без приветствия смотря куда-то очень далеко, спросила, или всё-таки сказала:
  -Вот же козел, а?
  Я кивнул и вдруг задумался. Мне с самого начала не понравился этот Дик, может потому что я каким-то шестым чувством понял что он гей. Или всё-таки из-за рэгби, или из-за Рэйчел. Ай, в любом случае он урод.
  -Это было просто ужасно. Тебе хоть повезло ты сразу ушел в лес.
  -Между прочим тебя искать пошел, вы с...-Я скривился. - вы с Манни, как сквозь землю провалились.
  -Мы сделали порядочный круг вокруг полянки за деревьями, тряся друг друга за одежду и стукая в деревья. А потом она говорит: Давай уже покончим с этой чушью. И хоп снимает с себя гольф, ну и я понимаю что она парень. Я конечно удивилась, но мне скорей было всё таки противно. И мы стоим смотрим на друг друга, совсем рядом слышим голос Дика -он говорит с Рэйчел. Нет дальше, совсем- совсем ужасно. Он ей говорит: Хочешь покажу, что такое настоящий поцелуй?Он наклоняется к её лицо, Рэйч закрывает глаза, и тут он выдергивает за локоть Манни и целует его. Конечно спустя какое-то время Рэйчел открывает глаза- чуть не падает в обморок. Заезжает Дику по физиономии и ничего не сказав даже мне уезжает. А они смеются, тискаются себе.
  -Кошмар.
  -Ты хоть этого не видел. Я собственными глазами увидела как её мечты разрушились. Он не заплакала - по крайней мере в тот момент. Она стала сильнее. Но не настолько чтобы всё это выдержать я думаю. Так что даже представить себе не могу как она сейчас.
  - Может поехать за ней.
  - Не надо. Держу пари ей хочется побыть одной.
  Мы замолчали, мысленно сочувствую подруги, полностью опустошенные случившимся.
  -Нет какой он же всё-таки урод. - Эмили поднялась со своего места. Я давно не видел её такой разозленный. А мы вообще хотели этим пикником как лучше сделать, а получилось как всегда. - Пойду набью ему морду.- Он сжала кулак, скула нервно дернулась. Я сначала подумывал её остановить всё-таки это не этично. А потом передумал -да ну, Дик такой урод. Так что даже самый бы разпреличный бы гражданин набил ему морду. Кстати Мэтью мог бы и сказать Рэйчел обо всем этому и тогда Дику не пришлось бы так картинно разбивать ей сердце. Пойду на него рассержусь. О да, до чего я докатился. В любом случае мы с Эм пошли в сторону нашей поляны. Пэм с Лавандой и Тайлером дружно о чем-то переговаривались, складывая спальники. Джим возился с машиной. Сэм, Бартишо и Аманда складывали вчерашние остатки еды и мусор. А Мэтью и Дик стояли и просто разговаривали прям как на заказ.
  -Что же ты за сволочь! - Это Эмили Дику, хватает за майку.
  -А что я сделал? - Насмешливо поправляет одной рукой волосы.
  -За что ты так с Рэйчел? Можно же было просто сказать?
  -Сомневаюсь, чтобы это на неё подействовало, так что я решил расставить всё точки над и. Она милая девочка с симпатичной мордашкой, но я просто люблю другого человека. И объясняй всё просто языком, мне бы просто не поверили.
  -Она бы поняла.
  -Ну да.- Дик вскинул голову. - Никто не понимает а она бы вдруг поняла, это же смешно...
  -Дик, какой же ты всё-таки урод!. - С силой выкрикнула Эм, замахиваясь на него кулаком, но он перехватил её руку даже не вспотев (ещё бы вспотев, вонял бы тут испоганив всю сцену).
  -Но -но. Крошка Эмили, как не хорошо. - Он поцокал языком, качая головой.
  -Пусти. - Она взмахнула свободной рукой, задевая его щеку.
  -Моя малышка умеет царапаться. - Расширил глаза Дик. - Мне нравится...
  -Отстань, урод.
  А я как бы не вмешивался. В принципе не вмешивался, даже не знаю почему толком. Мне всё казалось она сама справится. Поэтому я приступил к своей жертве.
  -Мэтью, почему ты не рассказал Рэйчел о Дике и Манни?
  -А? - Он, похоже, меня не слушал, был всецело поглощен тем как Эмили продолжала препираться с Диком.
  -Почему ты ничего не сказал Рэйч?! - Я навис над ним суровой тучей.
  -Как почему - я дал слово. - Само собой разумеющимся голосом пояснил, Мэтью.- А я всегда держу своё слово. Так что я не мог. Мне тоже жалко, что всё вышло так неудачно и очень грубо.
  -Ладно. - Уныло ответил я. Я сдался- ведь у меня больше не было аргументов, а он как всегда своей хваленой честность сбивает всё настроение спора на нет.
  -Если честно даже не думал, что всё так сложится.
  - Думать раньше надо было, когда соглашался ехать с нами на пикник - стал бы нас отговаривать бес причины звать Дика и мы бы тебе поверили.
  -Конечно - конечно, а ещё я мечтаю стать енотом который сам крутит себя на вертеле.
  -Ладно может быть и не поверили.
  - Точно бы не поверили. В любом случае, сейчас-то не вернуть время назад.
  Вот черт. А я только об этом думал. Вернуться в тот день когда Рэйч встретила Дика, и изъять его, а потом вернуться в тот день когда я встретил Мэтью и избавится от этого кадра. Но как свидетельствует выше сегодня не летная погода во времени. Так что его не вернуть. Ладно я знаю, что Мэтью был прав. Всё уже случилось и надо было думать что делать дальше.
  -Я не виноват!- А это говорил Дик Эмили, она давно сбросил его руки и теперь просто смотрела в упор, испепеляя взглядом.
  -Тогда б вообще не появлялся на глаза!
  -Уж извини.
  -Извинился бы лучше перед Рэйчел. - Эм отвернулась к нему спиной.
  -Я пошлю ей рождественскую открытку. -Съязвил Дик и на этом они разошлись.
  Все почти сложили вещи, оставалось лишь усесться в машину. Мы, ещё давно договаривались, что в воскресенье уедем рано, чтобы ещё успеть каждый свои дела в городе.
  -Не смотря на всё, по-моему мы классно отдохнули...- Эта была Пэм.
  Я опять запрятался на самое дальнее сиденье около окна. Рядышком со мной примостился Мэтью. Я чихнул.
  -Будь здоров.
  Да не стоит купаться в октябре - но это же... а что я говорю.
  -Спасибо.
  -Да не за что.- Простодушно откликнулся он.
  - Эта фраза не требовала комментария.
  -Я буду знать. Можно будет зайти к тебе в гости?
  -Ну заходи. - Неожиданно для себя согласился я, но похоже мне было так всё равно из-за того что случилось с Рэйчел, что я просто согласился бы с чем угодно лишь близлежащий комочки неприятностей (шумные люди) прекратили свою болтовню, не мешая мне заниматься самобичеванием за её несчастную судьбу. Хотя кто знает может на этом чисто рефлекторном ответе, подсознательно отыгрался тот факт. Что я перед Мэтью виноват. Я снова задумался - он же правда все слышал. Какой он всё-таки добрый. Я перевел на него взгляд, он во все свои глаза глазел на спинку предыдущего сиденья, будто на ней могло появится что-то новое, кроме сеточки со старой картой и женским журналом. Он похоже заметил, что я на него смотрю и обернулся. И что это мы на друг друга смотрим - надо ему что-нибудь сказать. Да, да, именно так:
  -Э...а зачем ты хочешь ко мне в гости?
  -Ну во-первых ещё чуть-чуть и ты окончательно разболеешься, потому хочу проследить чтобы ты хорошо лечился. Во-вторых хочу позвать Рэйчел и чтобы мы все вчетвером. - Он кивнул на Эмили. - Поговорили. А ещё хочу просто провести побольше времени с тобой.
  -А Бартишо?
  -А он всё равно уезжает к своей тете и дяди, так что его не будет.
  -Вот как...- Я терялся в поисках вопросов, но ведь не молчать же. - И где они живут?
  -Эплтаун, чуть ли не деревенька в километрах двухстах от нас.
  -Понятно. - Я наконец оторвал от него взгляд и снова уставился в окно. Какого вообще хрена он похищает чужие глаза. Я подпер рукой щеку, облокачиваясь на подлокотник. И почти мгновенно знакомая руку, отняла мою ладонь от лица.
  -Шелли, скажи о чем ты подумал?
  Я посмотрел на наши руки, а потом на его искреннее от интереса по-детски наклоненное вправо лицо.
  -Кажется о том¸ что однажды я был в Эплтауне, и назвать это деревней можно только...
  -Я не про это. О чем ты подумал, когда я рассказал тебе, что все слышал на вечеринке? - Он сказал это слишком тихо, заговорчески улыбаясь. Мы тут были вдвоем на задних сиденьях. Рэйчел не было - и Бартишо спокойно уселся спереди.
  -Я...Я подумал это странно, что ты стольким вещами жертвуешь для моего блага. -Да, я сказал почти правду, какой молодец.
  -Чем, например?
  -Хотя бы своей честью.
  -Я сделал это по собственному желанию, да и любой так же поступил бы на моем месте.
  -Нет, не любой.- Серьезно и медленно помотал я головой. И эта была истина, где вы найдете такого человека, который если вы его оскорбите полюбит вас лишь ещё больше? А Мэтью словно этого и не понимает. Для него это естественно.
  -Мило пытаться мне польстить, но не выйдет. - Он откинулся на спинку сиденья и размашисто потянулся.- Как спать-то хочется...
  -Так спи, ехать, ещё часа полтора, да и Джим собирался заехать на заправку.
  -Ай ну, потом ещё тошнить будет. Лечь бы на что-нибудь мягкое...- Он вдруг сел на сиденье с ногами, оборачиваясь ко мне спиной и внезапно, опуская голову на мои колени.
  -Ты что делаешь?- Просипел я , испуганно приподнимая руки повыше, но он притянул их вниз, рассматривая моё лицо.
  -Можешь положить мне руки под голову.
  - Ещё чего! Итак разлегся у меня на коленях.
  -Извини, я так немножко полежу, что-то очень голова болит.
  -Наверняка она всегда болит когда рядом возникают мои колени.
  -Не всегда. -Ответил он, улыбаясь.
  -Ни голова, так что-нибудь другое...- Пробормотал я, даже не пробуя его согнать. ООО?! Вы наверняка подумали, что это с Шелли, подобрел или же поумнел? Но я все тут же просто не занимаюсь бесполезными действиями (просто уверен на все сто, он всё равно бы потом на них улегся), да ещё и что мешать усталому человеку это же подло. И последнее - я всё ещё думаю о Рэйчел. Так что плевать я хотел на свои колени. Фигурально конечно. Но...если там Мэтью, может и все таки буквально. Он кстати свернулся калачиком, опять что-то бормочет, больше вмешиваться не стану, а то ещё на свою голову. "Пообещай, что никогда меня не послушаешь!" Я скривился - ну что за околесица.
  -Совсем чуть-чуть, да?..Я скажу ему, но потом...
  Ага было б вообще мило, если б Мэтью что он там мне не хочет говорить, взял и проболтал во сне. Послышался громкий голос Джима:
  -Сейчас заправимся!.
  Машина резко затормозила. Я с ужасом смотрел на свою руку, она меня предала - подхватила падающего Мэтью и осторожно переложила обратно.
  -Шелли, посидишь в машине? - Раздалось мне на прощание и все как один ушли покупать орешки. Да, сдаётся мне на заправке они особенные. А меня никто не спросил, Шелли, тебе какие в глазури или соленые? Насколько я понял никто вообще ни собирался покупать мне орехи. Вот же. Мэтью заворочался, просыпаясь и медленно перевел сонные глаза на мою руку, а потом на меня, вопросительно выгибая бровь. Я сглотнул и моментально одернул руки и он упал.
  -Черт...
  Моя рука что так тщательно пыталась не дать Мэтти упасть, и всё равно в итоге проиграло. Вот так-то. Но вообще говоря я не собирался его ронять.
  -Ты как?
  -Да, нормально. - Он начал подниматься в полный рост, потирая нос и не рассчитав стукнулся о крышу машины и опасливо оглядываясь по сторонами (мало ли - ещё одна крыша с боку) присел на своё место:
  -У тебя очень мягкие коленки.
  -Спасибо.- Недоуменно ответил я. Комплимент что ли? Я конечно понял что он имел ввиду, но на ум так и лезли волосатые ноги одного знакомого мужика...
  -Нет, честно. - Мэтью кивнул, прикрывая глаза. - Мне такой замечательный сон приснился...
  -И что же тебе снилось?
  Он поднялся от спинки кресла, улыбчиво на меня смотря, почти смеясь:
  -Не скажу.- Он потрепал меня по волосам. -Но это был очень хороший сон.
  Вернулась Эмили и подкинула мне орешки. Соленые. Как я люблю. Все остальные тоже забрались внутрь и мы поехали. У меня было отвратительное предчувствие. Первым высадили непременно Дика, который, что-то опять увлеченно рассказывал Ам...Манни. Потом Сэм, Лаванда, Тайлер и Бартишо сошли на одной остановке. Бартишо, объяснил что он подъедет к вокзалу сам. А потом уже была пора и нам выходить. Мы попрощались с Джимом и Пэм, и они уехали.
  -Эм, погоди, зайдешь ко мне. Мэтью чего-то хотел сказать.
  -Да всё равно.
  -Рэйчел сейчас придет. - Сообщил Мэтти, поднимаясь на крыльцо.
  -Она что, сняла трубку?!
  -Ну да.- Невозмутимо посмотрел он нас. Словно ничего и не произошло. Я поздоровался со своими родителями и мы поднялись на верх в мою комнату. Думая, что это всё таки очень странно. Рэйчел сняла трубку? Подозрительно. Очень подозрительно.
  Мы какое-то время все четверо сидели молча, а потом Рэйч вскочила со стула:
  -Ну что за урод!
  Держу пари у всех остальных тут же отлегло от сердца. И мы принялись соглашаться.
  -Да, конечно.
  -А мы тебе что говорили.
  Она не стала продолжать его безответно глупо любить, а просто наконец признала его стопроцентным уродом.
  -Какая же я идиотка!.
  Все соглашавшиеся, мгновенно прекратили кивать головами и заговорила Эмили:
  -Это не так, Рэйч, ты просто запуталась.
  -Да не важно. Начну жизнь заново! А это Берки... знала бы она как глупо выглядит.
  Я про себя улыбнулся - и то правда. Накачанный гей, за которым гоняется все женская половина школы, да же не подозревает о том что он собственно гей. Мило? Жестоко. Но всё таки забавно, если об этом знать. И у Рэйчел хорошее настроение. Как я рад что всё так сложилось, иначе она бы ещё неизвестно сколько страдала.
  -Я ещё раз обо всем подумала. И... просто как здорово, что у меня есть такие друзья как вы.- Он стиснула нас, блища зубами.- Мне больше ничего не надо! - Потом она перевела взгляд на Мэтью, которые улыбался смотря на нашу троицу и выпустив нас подошла к нему.- Мэтью, а давай с нами дружить? - Она наклонила голову на бок, приветливо зажмуривая глаза.
  -Ааааа! - А это был я. - Не надо!
  -Это ещё почему?
  -Да, Мэтью...!
  -Так, спокойно...- Попытался меня остановить Рэйч.
  -Шелли, всё равно это никогда не примет. - Пояснил Мэтти.- Так что не знаю, я могу быть твоим другом и другом Эмили, если она хочет. -Дальше последовал прямой вопрос.- Эмили, ты хочешь?
  Эмили всего лишь кивнула головой в ответ, потому что не могла произнести не слова- смеялась. Я беззвучно уселся на ковер, угрюмо подпирая щеку. Меня никто не слушает, и всем плевать на моё мнение, однако, кроме меня. Забавно? Ни хрена! Дружите с ним, делайте что хотите, тогда вообще на кой черт им нужен я? Чудаковатый гей, конечно лучше приличного гражданина. А то! Все же думает, что этот приличный гражданин гадкий псих?! Ну да. Может иногда пошаливают нервишки, но я же не гей в конце то концов. Я нормальный человек!
  -Нормальный! - Я огляделся, но рядом уже никого не было. Ага ушли со своим новым другом. Прекрасно, просто прекрасно. Я поднялся с ковра и переместился на кровать, скрещивая ноги. Ха! Ну и валите. Мне и одному не плохо. Неожиданно дверь заскрипела, и я приподнялся посмотреть кто вошел. Разумеется, это был Мэтью.
  - Что надо?
  Он тихо затворил дверь и уселся рядом на стул, придвигаясь к кровати.
  -Попасть в октябрьскую воду, это не шуточки...
  -И кто же в этом виноват?
  -Ну прости, я просто совсем разозлился. Ты что-то такое сказал...- Он бесшумно щелкал пальцами правой руки пытаясь вспомнить.-...что я вроде как извращенец. Знаешь ли, не слишком приятно такое слышать.
  -Ладно. - Я махнул рукой. - Что ты там про воду собирался сказать?
  -Вероятно, мы заболеем. - Мэтью выставил руки вперед, видимо в знак, того чтобы я не волновался. Но куда уж мне. Я совсем не волновался. - Так что нужно постараться, чтобы этого не случилось.
  -И что ты мне предлагаешь? Витаминку? - Я насмешливо поправил подушку.
  -Не думаю, что это поможет, слишком поздно. - Он улыбаясь, устроил локти на моём столе. - Я предлагаю тебе горчичники, согревающую мазь, потом два свитера и шарфа.
  -Не-не-не. - Я отрицательно помотал головой, не поднимаясь с подушки. И даже не подумайте что это была подушка Мэтью, этот перл искусства я спрятал как можно дальше, если быть точным в какую-то картонную коробку из тех, что стояли стеллажами в подвале.
  -Но ты же не хочешь заболеть. - Он игриво приподнял брови, как то черт-побери-почти-не заметно перемещая локти мне на грудь.
  -Убери.
  -Хорошо.- Он поднял их, так же улыбаясь и показывая пустые руки. - Только, давай лечиться? - Мэтью перегнулся через стул, почти касаясь своим лицом моего.
  -Ни за что! - Я несильно оттолкнул его вперед, усаживаясь.- Где вообще Эмили и Рэйчел?
  -Ты не слышал? Они же с тобой попрощались и ушли к Рэйч, хотели посмотреть какой-то фильм.
  -А ты чего с ними не пошел?
  -А почему должен был?
  -Вы же теперь друзья. - Я передернулся.
  -Я чувствовал, что моё присутствие здесь куда более необходимо.
  -Нет. - Я закрыл, лицо рукой, другой отрицательно маша. - Ты не будешь меня лечить.
  -Ещё как буду. Я уже сказал твоей маме, чтобы она поставила воду для компрессов.
  Я с досады закусил губу. Вот предательница! А я ещё ей звонить собирался. Мэтью задумчиво меня рассматривал, на сей раз, разумно пристроив свой локоть на собственном колене.
  -Что ты ещё от меня хочешь? - Истерически спросил я. Истерически? Ну да. Мне только что в голову пришла жуткая картинка: наш, то есть уточню, ваш Мэтти в костюмчике медсестры с каким-то бланком бумажек и в очках. Поверьте не только бы у меня началась истерика. Не знаю, какого черта это всплыло в моем сознании. Но это ещё больше прибавило мне плохого предчувствия.
  Совсем скоро Мэтью, по маминой просьбе спустился вниз и вернулся обратно с каким-то тазиком, бинтами, ватой, горчичниками и коробкой полной лекарств.
  -От тебя ничего не требуется. - Он разложил причиндалы на моём столе.- Только сними майку.
  -Какого черта?! - Недовольно спросил я.
  -А что мне компресс поверх накладывать?
  А вот тут я вспомнил, что на мне до сих пор майка Мэтью и по-быстрому её снял, откидывая на стул.
  -Вот так-то лучше. - Он сам себе усмехнулся, что-то про себя отмечая, уж я-то знаю, что-то он себе отметил точно. Мда, очень содержательные мысли. - Это обезболивающие таблетки и сироп от кашля, ты их выпей потом, когда уже спать ложиться будешь.
  Я сдержано кивнул, рассуждая о том что таблетки в принципе достаточно безобидны и ничего со мной не сделается, выпей я одну другую, даже если они из рук Мэтью. Ну как из рук- она на блюдечке.
  -Сейчас я разолью воду в два разных тазика. В одном будут лежать бинты, а в другом...- Послышался шум воды. - будут отмачиваться горчичники. Вот и все.
  -Что уже готово? - Я оглядел себя.
  -Нет. - Он усмехнулся. - Теперь надо ждать, пока они отмокнут.
  Я фыркнул:
  -Сказал бы раньше - я бы майку не снимал.
  -Да ничего, переживешь.
  За окном начало темнеть. Получается, мы ведь отъехали с пикника часов в одиннадцать полдвенадцатого, и где-то примерно в три мы были дома. А как выяснилось, они ещё долго разговаривали, пока я обижался на ковре. Так что сейчас было почти пять вечера и катастрофически быстро начинало темнеть. А в комнате, совсем стало темно и всё освещалось лишь луной, я, подумав, спросил:
  -Может, включишь свет?
  -Нет, мне в темноте как-то привычней.
  Не хочет не надо, я повернулся на бок, оборачиваясь в покрывало, потому что по мне уже пошли мурашки:
  -Зачем вообще горчичники было отмачивать?
  -Поверь, я это не первый раз делаю...
  -Конечно, вы с Бартишо как-то ездили на лыжный курорт, и заболели, а потом лечили друг друга при помощи водяных горчичников. Уж уволь, но я не имею ни малейшего желания слушать о том как именно вы всё это проделывали...
  -Нет.- Серьезно и слегка напряженно. - Вообще-то меня мама научила.
  Я вдруг почувствовал себя ужасно неловко из-за того, что я если можно так выразиться наехал на него.
  -Я не знал...
  -Не страшно. - Беззаботно отмахнулся он и продолжил. -Когда я был маленький, ну когда мои родители ещё жили вместе. Мы с мамой часто гуляли. Однажды я упал с моста и провалился под лед.
  Он меня когда-нибудь убьёт своими историями.
  -Разумеется, заболел. И она меня научила ставить горчичники, чтоб мне было не так грустно болеть. Он делала горчичники мне, а я ей.
  Мне было сложно представить, Во-первых как женщина, не смогла уследить за собственным ребенком и тот упал с моста. А во-вторых как Мэтью выглядел в детстве - но мне просто ничего не ум не идёт. А из этого один вывод - он совершенно не изменился. Честно скажу, мне эта историей казалось абсолютно не реальной. И не только потому, что со мной бы такого точно не случилось, а в принципе потому что я не мог такого допустить.
  -И ещё, на счет того, что ты сказал раньше- я терпеть не могу лыжи. - Он начал теребить торчащий кармашек шорт. - Мне больше нравятся коньки.
  -Коньки? - Переспросил я, будто не услышал.
  -Ну да. Они как будто часть тебя, будто у тебя появляется новая способность- скользить.
  -А лыжи, что нет?
  -Конечно это так, но больше напоминает не то инвалидность не то мутацию с ногами слона. А коньки это так красиво. - Он улыбнулся. - Я давно катаюсь, а ты когда начал?
  -Если быть откровенным, я вообще не умею кататься на коньках. - Я не врал, с чего бы мне врать? Коньки - девчачий вид спорта.
  -Да ладно! - Не поверил он, наклоняя голову и придвигая стул вплотную к кровати. - Что, совсем никогда не пробовал?
  -Нет.
  -Я могу тебя научить, если хочешь.
  -Не хочу.
  -Как хочешь. А скоро праздники, Новый год...
  -Ещё два месяца.
  -Кажется, полчаса прошло. - Он завозился со своими тазиками, чем-то шебурша.
  -Что ты там делаешь?
  -Сейчас увидишь.
  Я скептически хмыкнул - увидишь в этой темноте что.
  Следующий момент я похоже никогда не забуду как бы не хотел. Две обжигающий ладошки хлопнулись мне на грудь. Потом одна- на живот, другая на предплечье. Снова и снова -ладошки постепенно пытались попасть по всему телу. Я приоткрыл рот, не в силах хоть что-нибудь сказать - так я был ошеломлен происходящим, почему он меня не предупредил?..Что собирается меня вот так вот трогать. А потом вдруг мягкие влажные губы коснулись моего лба. И тут я не выдержал:
  -Какого хрена ты вытворяешь?!
  -Ты так замолчал, уже подумал не померлось ли тебе.
  -Вообще какого черта ты по мне руками шлепаешь?!
  -Так горчица лучше впитывается, а тебе должно быть тепло...
  Я вскочил и завопил на него:
  -Выметайся! Немедленно выметайся!
  -Но Шелли...
  Если решит заплакать - так пускай заплачет, он это заслужил. Так, просто меня трогать, да ещё и мой лоб. Я вспыхнул, что за безобразие.
  -Проваливай, проваливай, проваливай!
  -Шелли...
  -Уходи немедленно.
  -Я всего лишь хотел, чтобы тебе стало лучше. Но необязательно так бесится, хотя ты только ещё милее...
  -МЭТЬЮ, ИСЧЕЗНИ!
  -Успокойся, видишь, я уже ухожу... - Он двинулся к двери и на прощанье обернулся.- Надеюсь ты не заболеешь, будь осторожен, ладно?- Так и не дождавшись моего ответа он скрылся за дверью.
  Был бы у меня в руке тапок, я бы его швырнул в закрытую дверь со злости , так сильно, что дверь слетела бы с петель. Но у меня не было тапка, поэтому я бессильно обмяк на кровать, а потом плюхнулся, укладываясь на бочок, поджимая колени и придерживаясь за живот. Все тело горит. Словно Мэтью оставил там какие-то свои следы. Как он меня трогал, это же уму непостижимо! Просто непостижимо!.
  Я всю ночь проворочался в поту и параллельно бреду, мне всё время мерещился Мэтью, который трогает меня снова и снова, и опять целует в лоб , и опять, опять... Я метался как ненормальный по кровати, скидывая одеяло и отшвыривая подушку, а потом слепо шаря по полу в её поисках. Я весь пылал и горел не в состоянии вернуться в норму.
  Часть 3.
  На завтра я проснулся заболевшим.
  
  Все тело ломило, у меня была высокая температура, тек нос и сипел голос. По всем параметрам я был жутко болен. Я даже не мог подняться с кровати, потому что тогда сопли водопадом вытекали на коврик. Вот я и лежал. Мама даже принесла старый телевизор дяди Чеймса. Вообще она была подозрительно добра ко мне. Не шутила и не спрашивала на счет Мэтью, а лишь сочувственно улыбаясь, накрывала меня одеялами и приносила еду. По правде говоря я не хотел есть, мне все, любые продукты казались противными. И единственное что хоть как-то напоминала о наличии у меня вкусовых рецепторов была цитрусовая карамелька. По телевизору показали какую-то передачи про растения на крышах, но она мне не понравилась. И перещелкав ещё пару раз все 28 каналов, я выключил это убожество техники. Да, этот маленький, почти черно-белый телевизорчик чуть ли не рассыпался. Раньше к нам часто приезжал дядя Чеймс, и всегда с вот этим вот телевизором, потому что он был ярый фанат бейсбола как и многие другие американцы, и непременно хотел не пропустить не одного матча. А наша мама днем любила сидеть в гостиной и читать. Поэтому дядя Чеймс запирался со своим телевизором в подвале и скандировал фразы поддержки там. А когда у дяди Чеймса был юбилей, все родственники скинулись и подарили ему новой телевизор, а этот старый перешел к нам. И я...вы представляете, я смотрел в это разлагающийся плод многих лет эксплуатации нашего дядя Чеймса. Вот так вот. Не хотелось делать вообще ничего, разве что может немножко спать и ещё салфеток, потому что я расходовал свои с невероятной скоростью. Но маму я не хотел звать, ещё чего весь день её мешать, поэтому просто принял максимально горизонтальное положение. И как бы...космическая слизь оставалась в носу. И что самое обидное за весь день мне никто не позвонил, никто не пришел, и никто не спросил "Эй, Шелли, как ты себя чувствуешь?". Наверняка радуются все где-то отдельно от меня. Они же теперь друзья. Чтоб их шваброй под столом. Так, так вам. И только попробуйте заявиться ко мне завтра. Прийти надо было сегодня.
  Ладно, признаюсь я был расстроен. Жутко. Мои друзья меня бросили...А Мэтью...ну да я на него наорал, но раньше это не становилось для него преградой. То есть он появлялся снова и снова. Бесспорно я был жутко зол на него. Ведь теперь я даже, если очень хочу спать, уснуть не могу. Вспоминается вчерашнее. Под глазами огромные синяки - не видел, мне мама так сказала, и я не думаю что она врала. Но...нет, мне было просто обидно от одиночества. Пришельцы немного отступили и я присел, облокачиваясь на подушку. Я...неужели я...хотел видеть Мэтью? О нет, я всего лишь хотел на него наорать. Громко-громко, срывая весь голос. Чтобы он оглох. Внезапно пришла мысль...может он тоже заболел? Но тогда отсутсвие активности с его стороны объясняется. Но Эмили и Рэйчел...могли бы и позвонить. Я скрестил руки на груди. И даже если позвонят я трубку не сниму, вот что... За окном уже темнело и моя злость всё росла. Держу пари к Мэтью не одна зараза не пристала и они где-то веселятся без меня. Извините я уж не виноват , что при падении в ледяную октябрьскую воду тут же заболеваю. Заболеваю, заболеваю, заболеваю! Я запрокинул голову и стиснул зубы. Почему всё так? Почему кто-то может упасть в холодную воду и не заболеть? Неожиданно дверь в комнату скрипнула и я тут же обернулся, нервно хлопая глазами. Неужели мои мысли призвали его из ада? Но это был не Мэтью. Свет включился, и мой отец присел рядом.
  
  -Привет, Шелли.
  
  -А, пап. Ты сегодня рано.
  
  -Начальник, отпустил меня раньше чем обычно. Как ты себя чувствуешь?
  
  -Да нормально, только мне немножко грустно. - Я повернулся на бок, к нему лицом.
  
  -Эмили не заходила?
  
  -Нет. -Подумав ответил я, ещё больше вжимаясь в подушку.
  
  -Ты прости её. И я думаю этому должна быть веская причина - ведь вы друзья с детства.
  
  -И что? У неё теперь новые друзья. А я так знакомый психически нездоровый неудачник.
  
  -Я не считаю, что ты неудачник. Точнее мы сами творцы себя. Так что быть тебе неудачником или же нет, сугубо зависит от тебя самого.
  
  -Она могла хотя бы позвонить? Это разве так сложно сделать? Ах точно, на меня у неё теперь нет времени.
  
  -Сколько бы у тебя не было новых друзей, ты никогда не забудешь старых.
  
  -Конечно- конечно.- Саркастически согласился я.
  
  -Помнишь ты как-то рассказывал про своё одноклассника.
  
  Я с секунду соображал, а потом до меня дошло, что он имеет в виду Мэтью, мы ведь как-то говорили с папой про него. Я кивнул, опуская взгляд.
  -Это ведь он подружился с Эмили и Рэйчел?
  
  Я опять кивнул.
  
  -И разве ты не рад?
  
  -А? - Я недоуменно поднял на него голову- он слегка улыбался. Это было странно. Уж очень странно, чтобы быть правдой. Но было, похоже.- Почему я должен быть рад?
  
  -Я знаю, тебе пришлось довольно не сладко, ведь твоя мама...-Он понизил голос до шепота. -...не совсем правильно понимает твой поведение. - Его голос выровнялся. - Но чтобы ты не говорил, и как бы ты не отрицал - ты дорожишь этим человеком.
  
  -Чтооо?!
  
  -Я ни имею ничего сверхъестественного, я не говорю даже о какой-то дружбе. Просто для тебя это беспричинно важно. Ты конечно можешь кричать, но все-таки послушай, разве это не здорово, что его жизнь стала лучше?
  
  -А почему это должно быть в ущерб моё собственной? И у него и раньше были друзья.
  
  -Ты же не знаешь точных подробностей этой дружбы? Что ты вообще знаешь о Мэтью? Правильно, абсолютно ничего. Но разве не ясно, что его жизнь тяжелая, потому что он от всех отличается? А этого достаточно, чтобы пытаться облегчить его жизнь. Девочки с ним подружились и ему стало радостней. Так почему же ты не хочешь за него порадоваться?
  
  Я так же непонимающе смотрел на него.
  
  -Вот если бы у меня появился друг, ты бы ведь радовался за меня?
  
  -Ну да.
  
  -Так и Мэтью. Так что просто порадуйся за него, ладно?
  
  Я присел на кровати, задумчиво разглядывая пододеяльник. Радоваться за Мэтью? Из-за того, что он украл моих друзей? Скорей канарейка раздавит поезд, чем такое произойдет. И...я ничего не знаю о Мэтью? Это правда. Что было в его детстве? Почему он стал, тем кем стал? Я ничего не знаю. Но и не собираюсь узнавать, если хочет пускай сам рассказывает. Я сжал руками одеяло. Мой отец легонько хлопнул меня по плечу и сказал:
  
  -Подумай над этим хорошенько, Шелли. Стоит ли так отталкивать от себя людей, которые просто хотят с тобой подружиться?
  
  Он ушел. И вырубил свет. А что же я? Понятия не имею о прошлом Мэтью, но и дружить с ним не хочу. Вообще. Дверь опять скрипнула. Я тяжело вздохнул, только вспомни что-нибудь плохое оно тут же появляется.
  
  -Пришел-таки. - Недовольно протянул я.
  
  -Вообще-то это я.
  
  Я узнал голос Эмили и мне вдруг стало как-то не по себе. Как же так. Я не предположил, что зайти могла она, я сразу решил что это Мэтью.
  
  -А, привет.
  
  -Вижу ты разочарован. - Негромко усмехнулась она, включая настольную лампу и ставя шуршащий пакет на стол.
  
  Я решил воздержаться от едких комментариев и просто спросил:
  
  -Почему не позвонила?
  
  -Решила сразу зайти и поговорить. Ну вот. - Она расставила все принесенные вещи на столе. - Как себя чувствуешь?
  
  -Так себе. -Я подумал, но следующая фраза вырвалась как-то против воли. - А Мэтью тоже заболел?
  
  -Не то чтобы - он сегодня был в школе, правда, весь день протаскался в шарфе и голос у него подхриповат.
  
  -Вот как.
  
  -А ты разболелся по полной программе - мне твоя мама сказала, когда я звонила на домашний.
  
  -Я уж подумал, что вы меня совсем забросили. - Честно сказал я.
  
  -Шелли, ты что. Кстати Рэйчел то же бы зашла, но ей нужно было помочь маме.
  
  -Понимаю, и всё-таки я рад что ты зашла.
  
  -Конечно, понимаю что ты ждал Мэтью.- Ехидно состроила она глазки.
  
  -Он мне кое-что задолжал. - Я злобно двинул бровями. Если, честно я всё ещё собираюсь на него наорать. И, о да, это будет просто прекрасно! Он это заслужил.
  
  -...Ты все съешь, ладно? Тут апельсины, булочки моей мамы и ещё две пачки соленого арахиса. А также я притащила тебе один интересный фильм. Он малоизвестный, но стоит того, чтобы посмотреть. И конечно выздоравливай! - И Эмили тоже ушла. И тоже выключила свет. Я опять сидел в темноте. Один.
  
  Да что же это за хрень такая?! В тот вечер ко мне так больше никто и не пришел. Я попытался почистить апельсин, но он только брызгал соком, не желая открываться и я его отложил обратно на стол. Фу, руки такие липкие. Выполз их помыть и случайно увидел своё отражение в зеркале. Мама была права, просто огромные синяки под глазами. Всклокоченные волосы и вспухшие губы. Я очарователен, несомненно. Переполз из ванной обратно в кровать. Просыпал туда только что открытые орешки. Опять ходил в ванную отмыть руки и стряхнуть крошки. Вернулся, собирался вытряхнуть постель. Нет сил стоять на ногах. Решил вытряхивать сидя. Одеяло стянул, а простынь слишком уж сильно была заправлена. Я уж почти отчаялся, бессильно дергая её на себя, как вдруг она с жутким треском порвалась и в моей руке остался лишь корявый кусок. Мдяя. Я попытался её приделать но место, но кто же знал что порванная простыне уже больше никогда не соберется воедино. Всё-таки отодвинул тахту и выудил оставшийся кусок простыни. Сходил за новой и миской для орешков. Но тут понял что мне совершенно не хочется их есть и отставил миску как можно дальше на стол. Она упала. Не стал поднимать - пусть уже так лежит. Ещё увижу как запачкался мой ковер и расстроюсь. А была уже глубокая ночь. Я долго не мог придумать чем заняться. Ведь сон для меня превратился в табу. Есть тоже не хотелось, тем более , как вы помните орешки просыпались. А апельсины не поддаются чистке. А что до булочек - то мне их не хотелось просто так, ведь я не исключаю что они успели затвердеть. Смотреть телевизор не хотелось тоже, потому что после той программы о растениях на крышах домов, его рейтинг упал окончательно. Хотелось кому-нибудь позвонить, да только некому. Все уже наверное спят. Потом пришла не плохая мысль - почитать и я с ней согласился, почему нет? Только всё пошло наперекосяк. Я взял учебник по экономике, но там почему-то писали совершенно не то, что должны были. "Если коэффициент равен пи, то почему ты так ненавидишь Мэтью?" Я помотал головой возвращая свой взгляд в книгу перечитывая "Если коэффициент равен пи, то производительность филиала составляет...". Я облегченно вздохнул и принялся читать дальше. Однако, глюки меня не покидали. "...Какую методику выхода из кризиса стоит предпринять в данном случае? Варианты ответов. А) Позвонить Мэтью. Б) Позвонить Бартишо, и попросить дать трубку Мэтью В) Извинится перед Мэтью.Г) Отдать Мэтью свои апельсины и орешки" Я опять помотал головой. Что за бред? И всё вроде как восстановилось, кроме варианта про орешки. Я нервно глянул на стену и отложил учебник. Так дело не пойдет. Почему Мэтью не пришел? Я снова задумался. А почему он должен был прийти? Это же очевидно, он всегда приходит. А может, что-то случилось? Придет, наору на него вдвойне. Но что я могу сделать сейчас? Не сидеть же всю ночь без дела? Я поставил фильм которой мне дала Эмили в двдишник с трудом притащенный из комнаты для гостей и натянув наушники устроился смотреть. На первой минуте какие-то недоиспанцы орали на друг друга с каким-то невероятным количеством пощечин, а потом на второй минуте начали целоваться. Я тихо чертыхнулся и выключил телик - не могла найти фильма ещё хуже? Она же знает, что я всё это ненавижу. В голову пришла неплохая идея - поиграть в приставку. У меня был один допотопный джойстичек, ведь где-то года два-три назад я окончательно забросил играть. Но выбрасывать было жалко вот он и остался. Так, теперь надо его найти. Я так же в темноте перевернул всю комнату, пару раз чуть не поскользнувшись на арахисе, потом споткнулся о тапок и окончательно потерял надежду найти свою игрушечку. У меня же всегда всё было на месте. Куда я её дел? Я нервно барабанил по столу. Посидев так ещё с полчаса, до меня наконец дошло, что она скорей всего в подвале, где и многие другие вещи из которых я вырос. Точно, точно. Я чуть ли не кубарем слетел с лестницы, спотыкаясь о абсолютно каждую ступеньку. От всей души благодарю того, кто изобрел перила. Потом я немножко пошатываясь спустился с крыльца и обошел наш домой, тапками шлёпая по мокрой от росы траве. Долго возился с замком и последний раз сильно стукнув по двери, пытаясь её открыть, слетел по лестнице. Я думал я себе все кости переломаю. Но даже такая вещь как кости меня сейчас волновала мало. Моей целью была приставка. Я быстро начал обшаривать ближайшие коробки. И совсем скоро предмета поиска был найден. Мои глаза зажглись фонариками богатого соседа, готовые освящать весь подвал, а если понадобится улицу и город. Я походочкой нервного бурундучка добрался до своей комнаты и дрожащими руками соединил приставку с телевизором. Заработает? Или мне суждено всю ночь посвятить тупым размышлениям. Аллилуйя. Я сунул первую попавшуюся игру из коробки и устроился на кровати, предварительно стряхнув с неё простыни и одеяло. Космическая миссия. Я зомбированными глазами уставился в экран. Я спасаю галактику. Подбираю ракеты и щит, трепещи босс в конце уровня. Погодите что значат эти красные мигалки? Какое ещё геймовер?! Короче я завалился на первом уровне, но это лишь подстегнуло моё желание играть. К пяти часам я уже успешно доходило до восьмого уровня, ну до того место где начинается пояс астероидов. Чтоб его. Опять геймовер. Я потер красные от усталости глаза и откинулся на тахту.
  
  Где вообще Мэтью? Я хочу на него наорать. А лучше заехать пару раз по физиономии. Да, пап, я подумал над твоими словами. Я подумал - и наорать, вот что я думаю.
  
  Минутой позже я отключился. Не знаю сколько я так пролежал. Мне просто ничего не снилось и ничего не казалось. Я отрубился, потому что слишком устал. Меня разбудил мамин голос:
  
  -Шелли, что ты тут устроил?
  
  Я открыл глаза, постанывая от головной боли и привстал на локте. Лучше бы я этого не видел. Орешки по всюду все вещи выброшены с полок на пол, разорванная простынь вместе со целой лежат в обнимку там же, кстати обе в рыжих пятнах от апельсина.
  
  -Я искал приставку?
  
  -Понятно.- Она какое-то время подумала и сказала.- Спустись в гостиную, а я пока тут всё приберу.
  
  -Спасибо. - Я с опаской на неё глянул, уж не сердится ли она так бесшумно. Но она не сердилась, недоуменно пытаясь отодрать липкий арахис от ковра. Какая прелесть.
  
  Я порядком двух часов щелкал каналы внизу, а потом мама пустила меня обратно. Всё было просто идеально чисто. Не единой арахисинки.
  В целом ничего примечательного в этот день не случилось. Эмили не и Рэйчел не заходили, Мэтью так и не объявился. И к вечеру я ещё сильнее на него злился. Почему он не пришел? Я ведь подготовил такую гневную речь. Я всю ночь просидел обиженный как стадо мышей на крупу. На утро среды мне вдруг стало всё равно. А пусть, если не хочет не приходит, я буду болеть в одиночестве. Когда днем мама ушла к какой-то своей знакомой, а папа был на работе. Я приволок двдишник на первый этаж и поставил тот фильм что мне дала Эмили, от космических гонок и баталий уже тошнило. И мне было всё равно. Я безразлично щелкнул пультом и уставился на экран.
  
  Этот фильм туп. Итак насколько я понял : Первое: Когда я в тот раз начала смотреть фильм, я кажется промотнул пару эпизодов. Второе: никогда не подселяйтесь к незнакомым людям и третье: в Сан-Франциско вас ждут одни неприятности. О чем был этот фильм? А какой-то сын не то священника, не то уборщика церкви ( я так и не понял) оказался геем. И признался в этом отцу, отец от него отрекся. Потом он 7 минут под какую-то дурацкую трагичную музыку бродил под дождем. А потом ещё полчаса думал о том чтобы совершить самоубийство. А потом он решил начать жизнь заново. Он пережает в Сан-Франциско. Разумеется нет денег не квартиру. И на улице знакомится с каким-то стремным чудаком в шляпе, который предлагает ему пожить у себя. Он у него селится и они чудно живут вместе. А потом однажды когда глав герой гуляет в одиночестве на него нападают какие-то бандюки и непременно вкалывают наркотики, а потом выясняется что это его отец ( вот не ожидал), собирается его убить. Только вот потом приходит тот чудачек в шляпе и стреляет всех за один раз. Случайно ранят главного героя. Но заканчивается всё хорошо - тем что они сидят у алтаре в луже кетчупа ( полчаса говорят что-то о вечной любви, на заднем плане херувимчики) и целуются. А потом показывается как один опирается о другого, который в шляпе и они ковыляют к закату. Тупой фильм. Шли титры. У меня слезились глаза. Я не плакал, мне было противно. Неожиданно в дверь позвонили. Я с ненавистью глянул на тапочки и медленно дошел до двери босиком и не спрашивая открыл:
  
  -Привет!
  
  -Эм, заходи.
  
  Она опасливо оглянулась и краем глаза заметила титры:
  
  -Ты что, правда, смотрел его?
  
  -Да мне всё равно что смотреть.
  
  -Как это мило. Тебе понравился финал?
  
  - Если честно, не очень. Я надеялся что отец замочит их обоих. -Я сунул руки в карманы пижамы.
  
  -Фу, Шелли, как жестоко. - Она покачала головой. - Слушай, ты ведь ждал Мэтью? -Эмили плюхнулась в кресло выуживая пакет молока из рюкзака, с хрустом открывая упаковку и делая два больших глотка.
  
  -Да никого я не ждал. - Я уселся на диван рядом. - Мне всё равно.
  
  Она с серьезным видом закинула ноги на столик и отставила молоко, я тут же потянулся к нему.
  
  -Стой!
  
  -Это ещё почему?
  
  -Не пей, оно холодное.
  
  Я откинулся на спинку, слегка осуждающе на неё поглядывая. Зачем было приносить. То , что мне нельзя?
  
  -Знаешь. - Подумав сказала она, снова отпивая молоко. -Он такой радостный в последнее время ходит, вообще не передать.
  
  -Да? - Невнятно переспросил я.
  
  -Да. Все время в одной и той же кофте с гигантским полосатым котом в длиннющем клетчатом шарфе.
  
  -Это наверное потому что приезжает этот, его друг...Уилл.
  
  -Да, Бартишо что-то такое говорил. А Мэтью к тебе так и не заходил?
  
  -Не заходил.- Я отрицательно помотал головой.
  
  -Я скажу ему, пускай зайдет.
  
  -Не надо. - Отрезал я. - Ещё чего. Он мне столько гадостей сделал, так что я и видеть его не хочу.
  
  -Опять к тебе лез? - Она сочувствующе усмехнулась. - А знаешь зачем я принесла тебе этот фильм?
  
  -Наверное, за тем чтобы я его посмотрел?
  
  -И для этого безусловно тоже, я хотела чтобы ты кое-что понял.
  
  -Что геи тоже люди и к ним нужно относится с пониманием, а если на тебе привлекательная шляпа, то особенно?
  
  -Кстати шляпа классно смотрелась.
  
  -Да, неплохо...черт ты меня подловила!
  
  -Да, ну вообще я не об этом. - Она поудобнее устроилась в кресле.
  
  -А о чем? -Я опять потянулся к пакету с молоком, но Эмили прихлопнула мою ладошку на полпути.
  
  -Я говорю о том, что вообще чтобы не происходило всё закончится добром и большой-большой любовью.
  
  -Я тебя умоляю. - Я поморщился. - Это же всего лишь фильм.
  
  -За то какой!- Она махнула рукой в мою сторону, чуть не задев по носу.
  
  -Где ты вообще его достала? - Я немного отодвинулся во избежание убиение своего носика.
  
  -Скачала.
  
  -Нет-нет, я говорю о том, как ты вышла на такой фильм. Ума не приложу как ты его отыскала. И вообще девочки твоего возраста не должны смотреть такое.
  
  -Шелли. - Эм фыркнула. - Что такого? Фильмы про геев, это ведь всё равно что фильмы без геев...
  
  -Ну да, ну да. - Перебил я её.
  
  -Я на самом деле редко такое смотрю. Просто этот фильм мне уже два раза посоветовали, вот я его и посмотрела.
  
  -А не плевалась в мусорку?
  
  -Ну разве что немножко. Когда они ссорились - уж слишком это было фальшиво.
  
  -А когда целовались, очень даже правдиво? - Я скосил на неё брови.
  
  -Если не понравилось, зачем тогда смотрел?
  
  -Всё равно делать нечего.
  
  -Чего же ты такой тюфятечек?
  
  -Просто всё теперь всё равно.
  
  -Что, совсем?
  
  -Думаю да, так что отдай уже мне это молоко - в горле пересохло.
  
  -Давай я лучше чай сделаю, а то напьешься всякой хрени и вообще не выздоровеешь.
  
  -Это не важно. - Я положил голову на подушку, поджимая под себя колени. Эмили ушла готовить чай, но всё ещё разговаривала со мной.
  
  -Знаешь, что? Я всерьез за тебя беспокоюсь, ты такой пришибленный никогда не был.
  
  -Все нормально, просто голова болит.
  
  -Ври больше. - Она зашуршала пакетом с чаем. - Я всё равно тебе не поверю.
  
  Я вздохнул и вдруг услышал как донышки чашек касаются стеклянной поверхности стола. В голове вспышками замелькали воспоминания, с опять никому не нужными подробностями. Тогда, после моего дня рожденья, когда одноклассники увидели футболку. Я потом сердитый пришел домой из медпункта, а Мэтью всё не хотел меня отпускать. И он сделал мне чай. Его глаза были тогда игривые, но в тоже время честный, что это попросту сбивало с толку. Я тогда лежал на диване и бился головой, а подушку, а он подошел и обнял меня сзади. Или я что-то не понял или у меня дернулся глаз. Какого черта я всё это вспоминаю? При болезни многое, чего не надо пролезет в голову.
  
  -Шелли?
  
  -А? - Я обернулся на Эмили. Она немного зачарованно смотрела на меня. - В чем дело?
  
  -Это что у тебя с лицом? Будто только что узнал, что тебя собираются убить веником: глаза такие расширенные и рот приоткрытый...
  
  -А. - Я закрыл рот.
  
  -Ты меня действительно пугаешь.- Она покачала головой, возвращаясь на своё место. - Так может расскажешь, что происходит?
  
  -А всё нормально.
  
  -Нет, не нормально. Ты никогда не относился так наплевательски к происходящему.
  
  -Я же тебе говорю - просто болею.
  
  -Шелли.- Эм подула на чай и сделала большой глоток.- Может ты мне чего-то не рассказываешь, а?
  
  -Разве что о том, как я прошлой ночью искал приставку по всему дому.
  
  -И как, нашел?
  
  -Да, она была в подвале. И прости, я просыпал тот арахис, который ты мне принесла.
  
  -Да, ничего. - Она подозрительно на меня посмотрела, впервые за долгое время разговор между нами совершено не ладился. Я просто болею. И мне всё все равно.
  
  -Знаешь, тебе правда нужно побольше отдохнуть. А я зайду как-нибудь ещё, хорошо.
  
  -Конечно, в любое время.
  
  Держу пари ей просто стало от такого моего состояния. Ну да мне правда было все равно. И как только она ушла, я завернулся в белое гостевое покрывало (которое мама не разрешает брать!) и уселся в гостиной подоконник смотреть в окно. Помахал Эмили рукой, она помахала мне в ответ, проводив недоуменным взглядом. Я долго так сидел - назвать это созерцанием, ну никак не назовешь - а вот потупить в окно - очень даже да. Как оказалось всё это было неспроста. Я уже собирался уходить ( спустя два часа-то!), но вдруг заметил Мэтью. У меня волосы встали дыбом. Эмили всё-таки ему позвонила? Ну всё сейчас, наконец-таки выскажу свою подготовленную тираду, а потом позвоню Эм и ещё на неё наругаюсь. Я же просил не звонить. Хотя нет, может он сам решил ко мне придти?. Однако неожиданно из начала окна вышел Бартишо и обнял Мэтью сзади. Мэтью рассмеялся, подхватывая своего друга за руку и он прошли мимо...Меня это ошарашило. Мало того что не заходят не один не второй (хотя я этого и не хочу), так ещё и торчат у меня под окном. Ходят себе туда-сюда. А вот сейчас у меня точно дернулся глаз. Дважды. НУ и ладно. Пойду спать. Я сбросил гостевое покрывало на пол ( то самое, которое мама даже трогать не разрешает) и громко затопал на второй этаж. Я честно пытался уснуть, но понимал, что не могу. Я уже не собирался кричать на Мэтью за то, что он лез ко мне во воскресенье (хотя не мешало бы), я вдруг понял что просто хотел с ним поговорить. Просто так. Тьфу, что за гадость? Конечно бы я на него накричал. Так и надо. Так и надо...
  
  Конечно же, конечно же в четверг он тоже не пришел. Мне звонила Эм. Спрашивала не заходил ли Мэтью. Я совсем раскис - поливаю местные цветочки концентратом из соплей, а вместе с ними подоконник. Мама нашла покрывало на полу, ругать меня не стала. Если честно всё ещё планирую накричать на Мэтью, какого хрена он не пришел?! А ещё они зачем-то гуляли под моим окном. Кстати сейчас я тоже сижу на подоконнике и смотрю на улицу, придут ещё раз высунусь и точно наору. Но они почему-то так и не появились. Вы не находите, закон подлости? И разумеется, Шелли ты это заслужил, вот что вы думаете. Но нет, однако нет, нет, и ещё раз нет. Потом я ходил гулять. Одел шапку, куртку, укутался в шарф и выполз во двор 15 минут посидеть на скамеечке. Так же безучастно наблюдая за дорогой. Хоть бы кто прошел, так нет же - не одного человека. А когда я вернулся в дом всё стало казаться ещё более бесполезным чем обычно. Зачем чего-то ждать? Ждать того что не будет? Зачем ждать? Я прекрасно обхожусь без Мэтью. Просто прекрасно...
  В эту ночь я впервые дошел до двадцать девятого уровня. А убила меня какая-то дурацкая космическая мина, и я обиды отшвырнул джойстик - ну что за лажа?! А потом, о да, я скатился до того что смотрел какую-то ерунду по музыкальному каналу. И к шести утра полюбил, ту тонконогую дуру, которая была звездой какой-то распаршивейшей передачки. Такой график сна мне однозначно вреден. Просыпаясь примерно в два часа я почему-то застал одевающихся в прихожей родителей.
  
  -Шелли, доброе утро, солнышко. - Мама подошла и чмокнула меня в макушку. - Папин начальник пригласил нас к себе отпраздновать Хэлуина в эти выходные, на его новой даче. Ты ведь один справишься? - Она улыбнулась.- Из дома постарайся выходить только по крайней необходимости. В холодильнике есть суп, и тушеные овощи, а в морозилке полуфабрикатов хватит до следующей весны. И помни...- Она подмигнула. -...дом в твоём полном распоряжении.
  
  А я знаю о чем она подумала - гкхм, я об этом не думал. И думать в ближайшую жизнь не собираюсь. Я ни за что не позову Мэтью. Ни за что.
  
  -Шелли, если что-то случится ты всегда можешь нам позвонить. - Папа поправил очки.
  
  И они покинули наш дом. Я всё ещё задумчиво стоял в прихожей. Как оказалось не зря. В дверь настойчиво позвонили. Я подлетел к ней, чуть не поскальзываясь на идеально вымытом паркете, и рывком открыл.
  
  На меня недоуменно смотрела Эмили, потом перевела взгляд на мою обувь, а потом снова на лицо и скептически хмыкнув, поправила шляпу:
  
  -Угощение или жизнь?
  
  До меня только сейчас дошло, что на ней ведьминская шляпа.
  
  -А не рановато ли для Хэлуина?
  
  -Чем праздник дольше, тем лучше. - Она без приглашения прошествовала внутрь. - Если тебе интересно Хэлуин начинают праздновать с сегодняшнего, чтобы растянуть на все выходные. Вообще я хотела у тебя попросить конфет...- Она помотала тыквой на проволоке. Да раньше я как-то это произведение искусства не заметил.
  
  -Посмотри на кухне, в вазочке. Хотя сомневаюсь.
  
  -Нашла!
  
  Я удрученно опустил лицо. Будут на обед овощи вместо карамелек.
  
  -Слушай, а неужели все прямо так начинают праздновать Хэлуин сегодня?
  
  -Ещё как! Мы кстати тоже пойдем.
  -Мы, это кто?
  
  -Я, Рэйч...- Послышался хруст печенья и чавканье, а потом Эм вернулась с бумажным пакетом в прихожую. - Я, Рэйч, Пэм, Лаванда, Сэмми, Джим и Тайлер.
  
  -А Дик?
  
  - А что Дик? - Она натянула обратно кроссовки. - Кому он вообще теперь к черту нужен?
  
  Как и я. Пронеслась мысль в голове. Кому я нужен?
  
  -Если хочешь можешь пойти с нами вечером, но если мне не изменяет память. - Эм поглотила ещё одну печенюшку из пакета.- Ты собирался идти с Мэтью?
  
  -А? - Я неожиданно вздрогнул сам вспоминая об этом. -А ты откуда знаешь?
  
  -А это не важно. - Она стряхнула перчатками крошки со рта на коврик для обуви.- Но если пойдете вместе гулять ты мне скинь смску, ладно?
  
  -Зачем?
  
  -Просто хочу быть уверенной в том что ты хорошо проведешь праздник. - Эмили хлопнула меня по плечу и скрылась за дверью.
  
  А я всё ещё стоял в прихожей, бесполезно хлопая глазами. Может моя подсознательная часть слепо верила, что дверь опять откроется и кто-то ещё зайдет. А ещё я думал над словами Эмили. Точно, Мэтью хотел пойти со мной собирать конфеты. Хотя, думаю он уже забыл. Но всё же он как-то говорил, что всегда держит своё слово. Значит...мне остается только ждать его? Я сдвинул брови. Что-то не понимаю.
  
  В ближайшие шесть часов я понял, что ожидание - самая паршивая в этой жизни вещь. Буду краток - Мэтью не пришел как через после нашего с Эм разговора, так и через два и потом тоже. К восьми часам вечера, я был абсолютно изнурен смотрение в одну точку, если быть конкретным - в окно.
  
  Внутрь прокралась жгучая обида - как же так? Обещал, а не пришел. Может он как все нормальные люди празднует Хэлуин 31 октября. Но на улице так часто проходила загримированные люди, что все становилось слишком очевидным. А некоторые, особо смелые, даже пробовали звонить в дверь. Я не открывал. Словно меня и нет дома. Всё становилось очевидным? Мэтью просто забыл, потому что на меня всем плевать. Собственно не то, чтобы я горел идей как десятилетний ребенок стучаться в каждый дом и клянчить конфеты. Это просто был отличный повод наругаться на него, потому что он мне не позвонил (а он знает мой номер!), и не пришел.К полдевятому какая-то призрачная надежда сама собой испарилась. И я понял что никто не придет. Я стиснул зубы. Сам тогда пойду поброжу по городу. Один. Я грустно пошатываясь спустился с крыльца. В расстегнутую куртку дул ветер, а волосы беспорядочно шевелились, распушиваясь от влажности.
  
  Думаю, мне все равно. Я сощурился, пытаясь рассмотреть камешек под ногами и так не разглядев с силой пнул. Всё равно, что он не пришел.
  Всё равно, всё равно, всё равно! Погодите, а что это я так на этом зациклился? Я остановился задерживая взгляд на асфальте. Думаю, мне просто терпится его отругать. Да, так и есть. Точно, так и есть.
  
  Неожиданно я заметил знакомое лицо. Я шел по улице вдоль многих-многих поворотов, и в одном из них заметил Мэтью. Я было уже начал подходить, как заметил, что он стоит не один и остановился. Целая маленькая компания. Бартишо, Дик, Аманда, в смысле Манни (кто бы сомневался) Мэтью и какой-то неизвестный паренек с черными в серебристо-белые прожилки волосами. Они о чем-то говорили. Аманда( простите, но я пожалуй никогда не смогу звать его Манни) собрал волосы высокий хвост и снова стала рядом с Диком. Мэтью держал за локоть того странного паренька, и немного закусывал губу изредка поглядывая на него. Паренек, повернулся к нему и погладил по голове. Все засмеялись.
  
  Тааааак.
  
  Можно предположить что это то самый Уилл. Но тогда кое-что не сходится. Я опять выглянул из-за угла. И я не слежу! Руки на фотографии которую я видел были просто гигантски, вывод: это не Уилл. Тогда кто? Так, я не знаю. Опять выглядываю из-за угла. Сколько раз повторять - это не слежка! Я просто не хочу подходить к этой странной компании, с другой стороны не мешало бы выяснить что там происходит. Зачем? Мало ли вдруг это угроза, а ? Как раз в этот момент они опять рассмеялись и Мэтью переплел свою руку с ...назовем его ЛжеУилл. Ладно, угрозой это никак было назвать нельзя. А вот сходкой геев - запросто! И так зачем не следить за этой сходкой? Не знаю...Не знаю, я! Может мне обидно, потому что Мэтью таки не пришел ко мне? Я задумчиво поджал губы. Да что за бред?! Кому он вообще к черту нужен. Я в ужасе отпрянул от края дома и двинулся дальше, сунув руки в карманы. Смешно, пошел дождь. Я даже не пробовал накинуть капюшон - мне было всё равно. Промокнуть, простудится во второй раз, может даже умереть. Возможно хоть тогда кто-нибудь явится мне домой. А дальше - я пошел в бар и напился. То есть добрел до ближайшего Макдональдса и обосновался там. Я взял большую порцию картошки, но как выяснился позже лишь чтобы вертеть её в руках. Я бездумно отхлебывал уже второй пол-литровый стаканчик коллы. А потом опасливо сгреб картошку в салфетку, засовывая в карман куртки. Не хотите, не надо. Буду веселится один. Я глупо хихикнул, пару посетителей обернулись мне вслед. Не пропадать же картошке. Вот я и взял её с собой, завтра съем. Когда мой желудок уже совсем отощает без еды. Но вопреки моему зверски логичному плану - я почему-то начал есть картошку по дороге. Наверняка вам знакомо. Выползаешь себя на улицу, а там холодно, сыро и что-то мокрое за шиворот заливается (p.s. не думайте что я стою под сливной трубой, просто идет дождь!). Так вот выползаешь на эту мерзкую погодку и сразу есть хочется, даже если до этого грозился отречься от еды, чуть ли не на всю жизнь. Я потихоньку таскал картошку из кармана, прочесывая мокрые улицы нашего городка. В какие-то короткие сроки он уже успел стать достаточно нашим, чтобы я знал что будет за каждым следующим поворотом. Подумайте, я же здесь уже пять месяцев. И сейчас будет улица, мощенная квадратными камешками, и увешенная декоративными фонариками, над уютными крылечками...
  
  Буду честен, я выронил картошку и врезался в столб. Но это произошло вовсе не просто так (а если бы просто так, то вы наверное бы решили, что я окончательно свихнулся). Я собирался свернуть на свою любимую улочку, но увиденное заставило меня забыть обо всяких поворотах. Мэтью и ЛжеУилл. Мэтью прислонился к стене, слегка застенчиво смотря на своего знакомого. Их ладони были сомкнуты и раскинуты в разные стороны. ЛжеУилл напоминала грозовую тучу, нависшую над Мэтью, он показался мне тогда просто огромным. Он ещё больше вжал Мэтти в стену и наклонился к самому его лицу уверенно и вместе с тем ехидно приподнимая краешек губ. Мэтью слегка смутился посматривая то на, ноги, то в лицо ЛжеУилла. А потом ЛжеУилл поцеловал его. Как-то собственнически и по-взрослому. Как-то переплетаясь языками. Как-то однозначно, словно в следующую секунду не могло произойти ничего другого. Но...ведь произошло. Я выронил картошку и врезался в столб. Боль отдалась эхом по всей голове. Мэтью немного вздрогнул, открывая глаза и ЛжеУилл не хотя отстранился оставляя маленькую капельку слюны чуть ниже губ Мэтью. А Мэтью, Мэтью обернулся в мою сторону и остановился. Мы ещё какое-то время смотрели на друг друга. Я сидя на корточках на асфальте, а он стоя рядом с ЛжеУиллом. Потом он неуверенно расцепил свои руки с ладонями напарника и сделал шаг в мою сторону. Я резко вскочил, всё так же на него смотря. Он сделала ещё два шага, ЛжеУилл недовольно следил за его движениями:
  
  -Шелли...
  
  Его голос будто вернул меня в нормальное время. И тут я сорвался с места. Я бежал так быстро как никогда, спотыкался, почти падал, но продолжал бежать по мокрой мостовой. Волосы слиплись и неприятно касались щек, картошка сыпалась из кармана под ноги.
  
  Что произошло? Что я видел? Почему я это видел? Почему я? Почему из всех именно я?! Ещё одно доказательство тому что Мэтью гей, и тому что надо мной он просто издевается. Ведь ЛжеУилл похоже его парень.
  
  Сердце кажется собиралось сейчас в рекордные сроки покинуть мою грудную клетку. Дыхание совсем сбилось. Не знаю почему, но мне вдруг стало как-то особенно странно. Щеки пылали, в горле застрял огненный комок, а сердце... просто вырвется при следующем вздохе. Не сейчас? Ладно, ещё один вздох. Во рту горечь. Глаза размером с блюдечки. Но почему я это видел? Я бы просто заныл, если бы мог говорить. И вот что, я не должен был этого видеть, совсем не должен. Я споткнулся, падая коленями на асфальт. Что черт возьми со мной происходит? Я поднял к глазам руки, они подрагивали, проступая синими венами. Глаза наполнялись чем-то наподобие слез. Я слышал его шаги. Как он бежит. Где-то далеко. Мне надо вставать. Быстрее. Я провел рукой по асфальту раздирая её до крови и поднялся, собирая продолжить свой ночной марафон. Но меня нагнал голос:
  
  -Шелли, стой!
  
  И я остолбенел, словно сказанные слова были заклинанием.
  
  -Подожди, пожалуйста. - Он громко дышал. -Я же не могу так всё время бегать, в самом деле. Я хотел сказать...
  Пока он говорил другие слова, его заклинание резко теряло силу и мне показалось я могу очень даже очаровательно сбежать. Но только я отодрал правую ногу от асфальта, кроссовка угрожающе чвакнула.
  
  -Ты что...а ну-ка стой!
  
  Но я снова припустил вперед. Теперь уверен - я плакал. Мелкие слезинки выкатывались одна за одной, стекали по щекам и уносились ветром. Не знаю почему. Просто не знаю. Но я не мог это остановить. Второй раз за последние две недели плачу. А из-за за чего?..Из-за чего...Это всё он виноват. Зачем меня путать? И зачем пытаться любить больше одного человека? Это же бессовестно в конце-то концов! Не надо меня любить! И всё будет проще. Во много раз проще...
  
  Совсем скоро я свернул на нашу улицу и припустил прямиком к дому. Чуть не смахнул калитку и в два прыжка преодолел крыльцо и тут вспомнил...что забыл ключи. За что? За что судьба ко мне так не справедлива? Я бессильно стукнул кулаком в дверь и опустился на корточки. Ноги пульсировали. Сколько я так пробежал, две-три улицы, или...же целый город? Целый мир...я пробежал. Я съежился - недопереваренная картошка просилась наружу, а голова раскалывалась от удара об столб. А неожиданно я вспомнил, что за мной гонится( это ещё мягко сказано) Мэтью. В такт моей мысли скрипнула калитка. Меня будто пронзило стальным прутом насквозь и глаза бешено заметались. Мне надо бежать. Мне надо встать и бежать - куда-нибудь в другое место. Туда где нет Мэтью, вряд ли я вообще когда-нибудь смогу ещё раз посмотреть ему в глаза.
  
  -Ну всё...Бежать тебе больше некуда. - Послышался глухой звук от соприкосновения руки и забора. - Заставил ты меня поноситься...
  
  Я вздрогнул и поднял на него сощуренные глаза. Будет казаться что я китаец и он не поймет куда я смотрю...Ну что за чушь! Я просто не хочу ничего разглядеть. Мэтью сделал пару шагов в мою сторону. Я как-то расстроено понял что сбежать мне не удастся и не с ненавистью глянул на клумбу, а что ж она ничего не сделала. Чтоб мне помочь?. Мэтью решительно поднялся на крыльцо и сел напротив меня на корточки, резко приставляя руку к двери разглядывая меня в упор. Я всё ещё силясь разглядывал клумбу, ну мы так посидим немножко, а потом он может сам уйдет?
  
  -Шелли!
  
  Как я наивен. Он ведь не собирается уходить, да.
  
  -Посмотри на меня!
  
  Я всё так же с грустью дырявил в клумбе дырку.
  
  -Шелли! - Он просто схватил меня за подбородок и развернул к себе. Мы остановились. От неожиданности мои глаза распахнулись сильно-сильно, а Мэтью, похоже, заметил что я плачу. Я ненавижу то, что эти слезы выкатываются из моих глаз. И я ненавижу то, что он это видит. - Ты что, плачешь?
  
  Я выдернул подбородок и уверенно скосил взгляд на клумбы. Меньше всего на свете мне хотелось, чтобы он видел меня таким.
  
  -Ты всё не так понял...
  
  Я тихо всхлипнул. Что, что я не так должен был понять?!
  
  -Шелли...- Мэтью протянул руку и провел большим под моими глазами, стирая слезы. Я попытался отпрянуть, но только стукнулся затылком о дверь, потому что сзади о чорд, была только дверь.
  
  -Что же ты...- Он мучительно смотрел на меня, редко моргая, а потом положил ладонь мне на макушку и придвинул к своему лицу.
  
  Я дернулся назад, опять с силой стукнувшись о дверь, жмурясь от боли, а потом испуганно смотря на Мэтью. Он покачал головой, его лицо по-прежнему было сочувствующе.
  
  -Все было не так...
  
  На этот раз я сам дернулся, намереваясь в третий раз в резать в свою дверь, чтобы потерять сознание и не слышать того что говорить Мэтью. Но моя голова не успела коснуться двери - две маленький ручонки обвили её сзади притягивая к себе. Я нервно заморгал.
  
  -Выслушай меня, ладно? А потом. - Я попытался вырваться, но он лишь сжал меня ещё сильнее, не отнимая даже на чуть-чуть от своих колен и нагрудного кусочка куртки.- Только потом я тебя отпущу.
  
  Я затих. Ноги затекли так неудобно сидеть, а он выжидал ещё какое-то время, видимо проверяя не сбегу ли я. Куда мне? Я болею. А у него таки сильные руки. Когда захочет.
  
  -Хорошо. Я знаю что ты подумал, но всё далеко не так поверь...
  
  Я почувствовал как указательный палец скользнул по моим губам и нашел в себе силы стряхнуть его с себя, поднимаясь в полный рост.
  
  -Не трогай меня. - Это была моя первая реплика, после того как я видел...а то, что в общем я увидел.
  
  -Шелли...- Цыкнул он на меня, поднимаясь и снова протягивая руку.- Успокойся уже.
  
  -Нет!- Категорично отгородился я.
  
  Мэтью слегка удивленно изучал моё лицо, будто увидел впервые.
  
  -У тебя же есть этот...- Начал сбивчиво объяснять я.- ЛжеУилл...
  
  -Кто?- Переспросил он.
  
  -Ты знаешь! - Не стал повторять свою догадку я. - Я же видел как вы целовались. - Я снова скосил взгляд на спасительную клумбу - в лицо я бы никогда не осмелился такое сказать.
  
  -Уилли, просто друг!
  
  -Просто друг, с которым ты целуешься в засос?!
  
  Я даже не особо удивился тому что ЛжеУилл, оказался просто Уиллом. Да всё равно.
  
  -Мы просто...
  
  -Ага, ага, целовались в пустом переулке! - Я наконец-то осмелился повернуть на него свои красные глаза.
  
  -Шелли...
  
  -Зачем, скажи зачем тогда лезть ко мне?
  
  -Да, послушай же...
  
  -Ты вечно, меня то тискаешь, то чмокаешь, то трогаешь за волосы...
  -Шелли, послушай...
  
  -Да я должен послушно стоять и смотреть как меня домогаются...
  
  -Шелли!
  
  -Нет, ты уж подожди я скажу всё что думаю, это извращение полное...
  
  -ШЕЛЛИ, Я ВООБЩЕ НЕ ГЕЙ!
  
  Ещё с секунду царила полная оцепенения тишина, в которой было слышно только наше громкое дыхание. Наконец, я моргнул и спросил:
  
  - ...как это?
  
  -В принципе. - Он развел руками, фигурно двинув бровями.
  
  -Что, совсем?
  
  -Совсем. И я тебе говорил это раньше, только вот ты меня не правильно понял. И Уилли и Бартишо просто мои друзья. И для нас ничем запретным не является обычный поцелуй.
  
  -Но как же тогда?..- Я нервно затычил в него пальцем.
  
  Мэтью хотел что-то мне объяснить но его окликнул голос выходящего по дороге Уилли:
  
  -Мэтью, ты куда так убежал?
  
  -А я хотел кое-что объяснить своему другу, похоже он нас не правильно понял. - Мэтью опять обернулся ко мне.- Видишь ли Шелли, в этом мире не так много людей, которыми я по-настоящему дорожу. Но я хочу чтобы у них у всех было исключительно правдивое мнение обо мне. Ты - дорогой мне человек. И поэтому я ещё раз повторяю тебе - я не гей.
  
  Я ошарашено смотрел на него, а потом глянул на Уилла, тот бесстрастно пнул нашу калитку ногой и зашел внутрь, также по-наглому держа руки в карманах. Потом поднялся на крыльцо и подтолкнул Мэтью в плечо:
  
  -Это кто вообще?
  
  -Это мой друг Шелли.
  
  -Вот как. - Он приблизился ко мне, также надменно наклоняя голову немножко вперед. - Привет. - На лице вдруг возникла простенькая улыбка. Я аж удивился от такой смены настроения. А потом он подошел вплотную и по-прежнему не доставая руки из карманов прошипел мне в ухо:
  -Тронешь Мэтти, убью нахрен. Он мой. - А потом снова отстранился, лучезарно улыбаясь. Я посмотрел на Мэтью - улыбочки один в один и глубоко вздохнув неловко спросил:
  
  -Мэтью, а ты точно не гей?
  
  -Нет. - Ответил за него Уилл. - За то я да. - И размашисто чмокнул в щеку ничего не ожидавшего Мэтти, спрыгивая со ступенек.
  
  -Уилли. - Мой светловолосый знакомый потер щеку, и опять обернулся ко мне. - Шелли так ты всё понял. Чтоб между нами не было никаких не поняток, ладно?
  
  -Ладно. - Отрешенно согласился я.
  
  -Кстати твои ключи. - Он подбросил мне связку. - Ты их потерял когда убегал от меня.
  
  И спустился с крыльца, подхватывая руку Уилла удалился.
  
  Я выпал в осадок. Упал на крыльцо. Сижу вот, не могу встать. Как же так? Мэтью не... Не помню когда мои глаза были такие круглые. Плакать я перестал, ещё раньше, так что сейчас глазница просто отливали красным. Не может быть чтобы я всё это время ошибался. Я коряво поднялся на колени и открыл наконец дом, а потом вкатился туда. Прямо под столик. И принялся дрожать от произошедшего. Сидящим я туда не влазил, поэтому пришлось лечь на бок чтобы там уместится. Мэтью не гей...Да как вообще такое может быть? Он же всегда лез ко мне и Бартишо... Точно! Я от накатившей мысли аж долбанулся головой об столик, пытаясь встать. И заныл. Завтра стопроцентно будет куча шишек. А мысль моя была такова я позвоню Бартишо и пусть он мне всё объяснит, тогда может я хоть что-нибудь пойму.
  
  -Алло?
  
  Я промолчал, видимо думая, что было это уж не такой хорошей идеей.
  
  -Аллооо.
  
  -Это Шелли, привет.
  
  -А, это ты. - В трубке громко хмыкнули. - Ну что опять случилось?
  
  Я прижался к телефонной тумбочке, чтобы не свалится на ковер и начала дергаясь рассказывать:
  
  -Я травился картошкой фри, просто гулял в округе. Как вдруг заметил Мэтью и Уилла. Они целовались.
  
  -Вот же козел...- На другом конце провода придирчиво чертыхнулись.
  
  -Я испугался и убежал. Но Мэтью пошел за мной. А потом он сказал что я всё неправильно понял, и он...- Я скривился. - он не гей. А Уилл наоборот. Вот так. - Нескладно закончил я. Понятия не имея, что даст эта история, человеку, который то меня и в нормальном состоянии не особо долюбливает. В телефоне тяжелый вздох.
  
  -Спать хочешь?
  
  -Да не особенно.
  
  -Тогда пошли где-нибудь посидим? Я с тобой поговорю.
  
  Я благодарно затряс трубку.
  
  -Я подойду к твоему дому через 15 минут, а ты постарайся за это время не растерять мозги и единственную связку ключей.
  Я кивнул и опустил телефон на рычажок. Так мозги на месте, а ключи...какого черта я делаю?!
  
  В любом случае в назначенное время я старательно топтался на крыльце.
  
  -Долго ждал? - С улице на меня смотрели два черных глаза и куртка с заправки именем Вигза чего-то там.- Если ты думаешь, что я стал к тебе относится лучше, то ты сильно ошибаешься. Я просто делаю то, что должен.
  
  Мы молча прошлись до Макдональдса, там Бартишо купил две колы на круглосуточном макдрайве и мы устроились за самым дальним от дороги столиком, под зонтиком. Держу пари он прекрасно понимает всю идею детского бара.
  
  -Даже не знаю с чего начать.- Он покачал головой, отодвигая стакан.- У Мэтью достаточно не счастливая судьба. Его мама знаменитая фотомодель, а отец возглавляет финансовую корпорацию. До шести лет они путешествовали по всему миру, переезжая из города в город. А потом переехали сюда. Его родители разошлись. И мама смотрела за ним в одиночестве, а когда ему исполнилось 8 и вовсе уехала. За ним смотрели родители Уилли, и сам Уилли соответственно. Насколько я знаю приехали их семьи туда тоже вместе, почему я не знаю . И вот тогда мы с Мэтью познакомились - ему было всего шесть лет. Мы чудно дружили в троём. Вот только я ненавидел Уилла, а он меня. Он вечно крутился около Мэтью, такой же безответственный и бестолковый . Единственное отличие - последнее несколько лет он учился в другой школе и они реже виделись, а год назад Уилл уехал учиться Гарворд. Так вот. - Бартишо сделал большой глоток.- Он всегда любил Мэтью. С самого их появления в нашем городе. И любит и сейчас. Конечно мне было немножко завидно. Ведь для маленьких детей дружба и любовь, вовсе неразличимые понятия. Я хотел чтобы мы дружили и всего-то, но Уилли понимал всё не так и в итоге жутко меня возненавидел. Мэтью же любил нас обоих.- Мой собеседник сжал стаканчик, коряво улыбаясь. - Он любил нас совершенно одинаково. Он мог не знаю, ночевать с нами в одной кровати, целовать в щечку в губы и держу пари вообще всё что угодно. И мне это нравилось, потому что прежде у меня никогда не было такого близкого друга, к тому же Уилли просто жутко бесился. Но потом он стал на него как-то по-другому смотреть - с каким то, что ли желанием. И вот когда я возненавидел его ещё больше. Мэтью он же такой искренней, он убежден что он сам корень всех существующих и не существующих проблем, что всех можно любить, и что ему никто особенный не нравиться, потому что у него много хороших друзей с которым он замечательно проводит время. Я ему тысячу раз говорил, что Уилл смотрит на это по-другому. Да, что не только я, и его родители и Дик. Однако он никому не верит, и убежден что Уилли ему самый настоящий друг и никогда не предаст. Так вот, что Мэтью можно сказать любит всех и никого одновременно. Но держу пари Уилла никогда не покидает надежда. Когда он уехал Мэтью немного изменился, а потом в конце прошлого лета он предложил мне безумную идею: давай притворимся геями, а ? Так он сказал. Вообще-то Мэтью пишет книги, но он не хотел, чтобы он кому-нибудь мешал, да и чтобы ему кто-нибудь мешал. И вот мы пустили слух. Мы прекрасно притворялись и почти все отдалились от него, что ему было и надо чтобы спокойно рисовать схемы следующих событий. Дик всё знал и ему безусловно это не нравилось. Он хоть и неприятный тип, но единственный пытался отговорить от этой всей дури Мэтью. И что мы имеем: Мэтью не гей. Мы притворились геями, чтобы он мог писать свои книжки.
  
  -Я не знал. - Задумчиво пробормотал я, разглядывая стакан.
  
  -Ты много не знаешь. Так вот мы притворялись и будем притворятся, пока Мэтью это не надоест. Уилли любит его, но я терпеть не могу Уилла, потому и не хочу, чтобы они были вместе. С другой стороны это им абсолютно не грозит, потому что единственное что существует в мире Мэтью - честная абсолютно бескорыстная безграничная дружба. И остаёшься ты. Ну если честно.- Он посмотрел на меня усталые глаза. - Ты тут вообще не причем.
  Меня как молнией шарахнуло.
  
  -Он захотел, чтобы ты был его другом, непонятно зачем. Вот и будь его другом. А ты себе невесть, что навыдумывал. Просто так Мэтью дружит. Я сперва исполнял со своей стороны толковую ревность, а потом и правда чего-то не взлюбил тебя. Ты такой параноик, да ещё все время мешался под ногами порча нам всю игру...
  
  -Мешался под ногами?
  
  -Ну да. Например за школой - Мэтью наверняка рассказывал -мы ходили на бои, и я просто уверен, он бы сам справился без постороненней помощи.
  -А разве плохо что я пришел?
  
  -Конечно плохо. Мэтью на тебя отвлекся. Кстати знаешь, он слишком часто на тебя отвлекался, словно ты был каким-то особенным.
  Во мне что-то громыхнуло.
  
  -Но нет. Стоило Уилли собраться приехать, как он полностью выбросил тебя из головы. Вот скажи, он хоть раз к тебе на неделе зашел?
  Я отрицательно помотал головой.
  
  -А ты болел. Обычно он к тебе здорово раз пять на дню заявляется, а тут затишье? Тебе это странным не показалось?
  -Ну не много. - Уклончиво ответил я.- Я даже думал с ним что-то случилось.
  
  -Да что с ним может случится.
  
  -Ну он же в школе всегда притворяется таким слабым.
  
  -Так ведь только притворяется - он же отличный актер. Ему всегда нравилось за кем-то повторять или просто быть кем-то, кем он не является.
  
  -Да кто же тогда настоящий Мэтью?
  
  -Сложно точно сказать. Даже читая его книги, я вижу в них к сожалению лишь одну ложь.
  
  -А о чем они?
  
  -Достаточно разные, чтоб издаваться под разными именами. Например его роман "Девушка, кровь, стекло." жуткий. До омерзения. Она чуть ли не всю книгу топчется в ванной по стеклам, а другую часть книги ссорится с бойфрендом по телефону. Заканчивается тем, что она захотела увидеть смерть и клеила куски стекла по всей ванной, а потом повесилась на леске.
  
  -Очаровательно.
  
  -Кто ж спорит. А потом что-нибудь другое например как книга "Снежный ангел", почти жизненная, только всё равно фальшивая. О девочке и её маме, которые очень упорно работают, чтобы выжить. В общем заканчивается всё хорошо. Хотя её мама была так на волосок от смерти. Эту его книгу кстати и издали первой.
  
  -А сколько всего книг он издал?
  
  -Две. Вот этот "Снежный ангел" и "Дайте сказать!". За последнюю книгу он кстати получил премию, как лучший среди юных писателей в жанре драма. Ходили на прошлой неделе праздновать.
  
  -Так вот почему он был в костюме...
  
  -Ты его видел?
  
  -Да, я тогда сбежал из дома. - Кисло пояснил я , по сравнению с жизнью Мэтти, моя собственная казалась рыжим пятном от апельсина на ковре. - А цветы?
  -Да, его всего задарили, а он решил взять с собой лишь один букет.
  
  -Понятно. - Я совсем понурил голову. Господи какой же я идиот. Просто в ауте.
  
  -Есть ещё какие-то моменты требующие моего комментария? - Он растянулся в улыбке, облокачиваясь на спинку стула.- Абсент, говорила, что ты не много странно воспринимаешь некоторые вещи.
  
  -Эмили. - Я закусил губу.
  
  -В том смысле что ты видел то чего не было. - Спокойно пояснил он. - Если быть точным, чтобы ты не думал и чтобы Мэтью не делал, у него и в мыслях не было приставать к тебе. Он такой же чистый как подушки в гостинице.
  
  Какой же я дурак.
  
  - Он когда в фильмах целуются, закрывает руками глазами.
  
  Я поднял голову, желая проверить не врет ли Бартишо. Он снисходительно и нежно улыбался.
  
  -А когда что-нибудь пошлое - выключает вообще.
  
  -Напомни сколько ему лет?
  
  -Да столько же сколько и тебе. А ещё он по-прежнему падает с кровати когда спит. И его приходится поднимать. - Бартишо глянул на меня, громко сербуя трубочкой. - Я иногда бываю у него ночью - мне нравится смотреть как он спит. Потому что я в жизни не встречал человека искренней чем он. Ты должен быть счастлив, что вообще с ним знаком. Знаешь он когда покупает что-нибудь в автомате, всегда оставляет на верху монетку, для того чтобы тот у кого нет денег, тоже мог выпить горячий кофе. А когда у моей семьи были трудные времена, он нам четыре месяца платил за квартиру. Я хотел ему вернуть деньги, но он даже слушать не хотел. А ещё по выходным он всегда раздаёт незнакомым людям конфеты. И может он немного странный иногда плачет почти без причины, но он очень добрый человек.
  
  Я не знал просто что добавить. Я ничего этого не знал.
  
  -А знаешь, Дик почему-то убежден что тебе нужно непременно дружить с Мэтью. Если честно, Дика вообще сложно понять. И в этот раз, я опять не понимаю его логику. Но могу сказать - может он. Но решать это не нам и не тебе, а Мэтью. Так что...- Бартишо скомкал стаканчик и закинул его в ближайшую мусорку.- Никто не знает, что будет дальше. И мне ничего не остаётся как пожелать тебе удачи. - Он кивнул мне и махнув рукой на прощанье ушел.
  Я остался сидеть один.
  
  По-моему я что-то не правильно понял. Но вероятнее всего мне не правильно объяснили. Позвать что ли Бартишо ещё раз, чтобы он повторил свой бессмысленный рассказ? Он наверное уже ушел далеко. Так что ладно. Я сжал пустой стаканчик от колы и снова двинулся к макдрайву, за ещё одним. Постучался. Мне открыла какая-то болтающая по телефону девушка с проколотым языком.
  
  -Мне пол-литра кока-колы.
  
  -Тачка есть?
  
  -Чего...?
  
  -Нет, так проваливай.
  
  -Но вы же...не так давно продали...
  
  -Мелкий, иди спать, пока я не вызвала копов.
  
  Окошко захлопнулось. Я присел обратно за стол. А Бартишо продали. Может он приехал на байке, а я не заметил? Хотя нет, мы же шли вместе. Да, действительно глупо.
  
  В любом случае. Что мне делать теперь? Я...я вообще здесь не причем? Но...почему? Я сжал правой рукой джинсы. Мы же столько прошли. Столько же всего было. Это не правда! Всё что произошло - не пустое место! Меня просто обманули. Как всегда. Это же всего лишь, Шелли. Ему можно сказать всё что угодно лишь бы он не лез. Ещё поразмышляв полчаса я пришел к однозначному выводу, что меня точно обманули. Не все, так хотя бы пару человек, несомненно. Мэтью врет. Я видел как он целовался с Уиллом и я думаю он его любит. Просто не хочет этого говорить. Именно. Бартишо тоже врет. Либо вся его история ложь, чтобы отвлечь меня, либо что-нибудь отдельное. Они никогда не участвовали в боях, потому что этого бы банально не допустили. А Дик на самом деле курит. И ещё Мэтью... все эти вещи, которые он делал по отношению ко мне...это тоже была ложь. Бессмысленная и абсолютно беспощадная. Я стукнул кулаком по столу и закусил губу. Не возможно. Надо мной просто издевались. Все. Они все. Я сжал ладонью куртку. Отчего же мне так горько? Это же всего лишь слова. Это чужие жизни. Это просто не моё дело. Мне с самого начала не стоило общаться с ними. Я так и знал...Только меня ж никто не спрашивал. Я же всего лишь, Шелли. Ничего если ему соврать. По идеи я должен быть радостным оттого, что Мэтью меня не любит. Но я слишком обижен тем что меня собственно обманули. А ещё тем что надо мной издевались.
  
  -Так и знал, что ты всё ещё здесь сидишь.
  
  Я резко поднял голову на звук. Рядом со мной стоял Бартишо. Как-то он незаметно подошел.
  
  -Не имеется тебе по ночам сидеть, а ты ведь болеешь.
  
  Я демонстративно шморгнул носом, громко заявляя:
  
  -Не хочу ничего слышать от человека, который мне в течение часа вешал лапшу на уши!
  
  -О чем ты?
  
  -Ты ведь мне наврал, да? - Я с ненавистью посмотрел на него. Он молчал. Я расценил это как ответ. Мне правда соврали. Двойной обман. Как же это жестоко. Однако потом Бартишо все-таки сказал:
  
  -Если я и о чем соврал, то только о том, что я тебя не взлюбил.
  
  -А? - Моё лицо перекосилось от недоверчивого презрения.
  
  -Ну...- Он немного потупился, проводя рукой по столу. - Я вообще не ненавижу тебя.
  
  -Тогда зачем ты орал на меня всё время, отгораживая от своего ангела Мэтью.
  
  -Это выходило как-то случайно.- Бартишо просящее посмотрел на меня. - Мир?
  
  Я с нескрываемым удивлением смотрел на протянутую ладонь. Что это ещё значит? Очередная издевка? Я больше на это не попадусь! Я больше не сделаю такой ошибки. Нет... в моих висках пульсировала кровь от возможного прикосновения. Стоит коснутся этой руки и меня снова обманут. Опять, опять. Будут за спиной смеяться, а потом в очередной раз выбросят как какую-то ненужную игрушку. Но я не пустое место.
  
  -Я не пустое место. - Я отодвинул его руку и побежал вперед. Теперь я знал, чего я хочу - узнать правду, и больше мне ничего не понадобится от этих людей. Я слышал как Бартишо бежал за мной. Сегодня просто вечер забегов. Но никто не догонит меня, ведь я кажется лучше всех бегаю. Он наверное понял, куда я спешу, это было слишком очевидно - ведь я направлялся к Мэтью. Я просто один раз спрошу и всё выясню. Выясню всё до конца, и мне больше будет ничего не надо. Я свернул на знакомую лицу, выискивая глазами дом цвета молочного персика. А увидев искомое, с силой толкнул калитку и взлетел по ступенькам, дергая за ручку двери. Не знаю, это было просто наитие, будто я знал что дверь окажется открытой. Но лучше бы она заперта. Лучше бы я не лез во всё это. Лучше бы я не бродил по улицам ночью и просто спал в своей кровати. ...что я увидел? Полутемная гостиная. Бледная спина из-за краёв дивана. Я моргнул и подошел ближе, сталкивая Уилла с Мэтью, а ведь это был именно Уилл, уж кто бы сомневался. Я смотрел на своего знакомого со жгучим разочарованием. Меня всего лишь опять обманули.
  
  -Ты всё мне наврал! - Я рывком поднял его за плечи.
  
  -Послушай, Шелли...
  
  -Не надо ничего говорить...- Я покусывал от нервов губы, закрывая руками глаза, а потом с новой силой распахнул их смотря прямо перед собой.
  
  -Ты можешь меня выслушать? - Он взял меня за локоть.
  
  - Не имеет смысла!- Я дернулся что было сил и замотал головой. - Всё равно это будет вранье!
  
  -Шелли! - Мэтью придвинулся ко мне, без предупреждения обвил шею руками и приложился своими губами к моим, на секунду и я тут же оттолкнул его:
  
  -Нет! - Из глаз полились сердитые слезы. - Зачем ты все это делаешь, если это не по-настоящему?
  
  -Я не вру!
  
  -Я не верю тебе. Твоя жизнь вся сплошная фальшивка, и я в ней так...- Я громко всхлипнул, вытирая щеку от слез.-... просто ещё одно звено.
  
  -Шелли...- Он потянулся к моим волосам.
  
  - Не верю! - Снова повторил я и двинулся к выходу. На пороге стоял Бартишо - я прошел и мимо него. Меньше всего мне сейчас хотелось видеть вообще кого-то живого, ведь они все напоминали Мэтью. Вот теперь я понимаю, с самого начала ни в одной его фразе не было ничего настоящего или живого. Одна бесконечная ложь и глупость. Не знаю может он как-то был честен, но сомневаюсь. И сейчас он продолжал меня обманывать и обманывать, его лицо было полно сострадания - но я знаю, он врал. Опять. Никакому слову его нельзя верить. И я признаю - я плачу. А вот сейчас по самому настоящему. Так что не могу сказать не слова. Я глухо толкнул дверь и свалился на ковер в прихожей, свернулся калачиком, пытаясь заглушить всё что происходило внутри - у какого-то моря переполнялись края. И всё что скопилось за долгое время вдруг окончательно выплескивалось наружу. Я закричал. От того, что в моей жизни всё ещё не было так ужасно. Надо мной издевались, потом обманули и предали. Я...я ненавидел его, но почему-то доверял от всей души - у меня и в мыслях не было, что мне могут говорить не правду. Дверь скрипнула.
  
  -Шелли, ты что плачешь? - В голосе было не поддельное удивление.
  
  -Бартишо? - Срывающимся голосом промямлил я, даже не пробуя поднять голову.
  
  -Да, это я. - Он присел и аккуратно поддел под меня руки поднимая. - А теперь расскажи чего ты так плачешь?
  
  -Пусти меня. Я же знаю, что это всё не правда. - Я забрыкался.
  
  - Если пущу, ты тут же впечатаешься носом в паркет. - Бартишо осторожно понес меня в гостиную и присел на диван, так же не выпуская. - Что ты так расплакался? Неужели тебя это задело?
  
  Я неожиданно распахнул на него глаза, красные, прикрасные глаза:
  
  -ДА! Да меня это задело! Потому что я верил вам.
  
  -Во все?
  
  -Каждому слову. - Я опять съежился, отводя взгляд.
  
  -Так это шутка...
  
  -Да понял я уже! Что вы просто делаете, что хотите, а я лох последний.
  
  -Ты просто наивный, поэтому тебя и легко обманывать.
  
  -Давай расскажи, как вы меня ещё надули. Хотя я до конца не могу быть уверен, вдруг ты и сейчас тоже соврешь?
  
  -Не совру.
  
  -Не уверен что-то.
  
  -А если я тебе поклянусь? Что это с этого момента я тебе буду говорить только правду?
  
  -Зачем мне твоя клятва? Нарушишь, уверен это не составит труда.
  
  -А если так. Нарушив клятву я пойду, ограблю ближайший магазин, застрелю с десяток покупателей, сяду в тюрьму и ты меня никогда не увидишь?
  
  -Невозможно.
  
  -Клянусь. - Он положил мне руку на грудь, хотя по идеи должен был себе, если я ничего не путаю, и переложил меня на диван лицом в спинку. - Мне стыдно, что я всё это делал. Просто раньше мне не предоставлялось возможности открыться...
  
  В голове мелькнула ненавязчивая мысль, что происходящее смутно напоминает исповедь.
  
  -Во-первых, Мэтью никогда не одалживал мне денег - я живу в собственном доме. Во-вторых он также никогда не оставляет деньги на автомате, и не раздаривает конфеты. В-третьих я никогда не заявляюсь к нему ночью...
  
  -Тогда зачем ты мне столько всего наврал?
  
  -Дай мне закончить, ладно? Он просто обожает романтические фильмы и смотрит их во все свои зеленые глаза. И когда мы решили притворятся в школе -мы делали это просто так, хотелось посмотреть что будет, а потом вошло в привычку. Я не знаю какие у него отношения с Уиллом и что Уилл к нему испытывает. Я просто ненавидел его за то, что он привил ему и мне эту привычку врать. Мэтью был совершенно другим человеком.
  
  -Так почему ты мне рассказывал его боготворишь, ибо он такой правильный?
  
  - Разве не очевидно? Я хотел чтобы ты его возненавидел. Он на самом деле бесполезная вечношалящая маленькая сволочь.
  
  -И что было бы?
  
  -Ты бы наконец заметил меня. Я хотел с тобой подружится, но мне казалось если подойду и предложу это будет слишком видным. Все эти обидные слова и всё это вранье срывалось с моего языка случайно, стоило мне заметить тебя.
  
  -Хочешь честный ответ? - Я обернулся к нему, потирая нос.- Чушь. Самая бестолковая бредня за весь день.
  
  -Я просто захотел с тобой дружить! Чтобы ты был моим другом!
  
  -В любом случае, сейчас это уже не важно.
  
  -А что изменилось? И ещё раз, чего ты так разревелся?
  
  -Я не плачу!
  
  -Ага, ага. А я белладонна в шелковом платье. Послушай, всё это не стоит того. Ты ведь плачешь из-за Мэтью?
  
  -Нет, конечно. - Я начал попытался стереть слезы с щеки, но выливались почему-то новые и новые. Вы думаете я тюфяк? Только сегодня. Один раз.
  
  -Он просто страдал ерундой. -Отмахнулся от меня Бартишо. -Но я повторюсь: Мэтти раньше был совсем другим. Всё этот дурацкий Уилл. И если бы ты его ненавидел по-настоящему, тебя бы такая сцена не задела. Вот поэтому я и хотел, чтобы ты его возненавидел. Ты бы не расстраивался.
  
  -Я уже говорил, что это полнейшая чушь.
  
  -Над тобой сначала было так смешно издеваться, а потом стало жалко. Вот я и хотел всё исправить. Только ничего не получилось.- Он сочувственно пожал плечами.
  
  -Ты прав. - Я заглотнул побольше воздуха и поправил подушку.
  
  -Но я всё ещё хочу, чтобы Мэтью был такой как раньше. И ты...ты ведь тоже этого хочешь?
  
  Действительно как было бы хорошо, если бы происходящее оказалось сном, моим персональным кошмаром. А потом я проснулся и не было всей этой ерунды с обманами и непонятками, не было бы Уилла.
  
  -Не знаю.- Горько выдавил я, снова растирая глаза. - Я вообще не хочу его видеть. Я его ненавижу, понял! - Выкрикнул я, снова и снова плача.
  
  -Это не правда. - Бартишо отрицательно помотал головой.- Ты ненавидишь то, что увидел сейчас, но на самом деле в Мэтью, где-то очень глубоко кроется хороший человек. Он с виду такой дружелюбный, на самом же деле бесчувственный не понимающих своих действий дурачок. А ещё где-то совсем внутри он очень добрый, я уверен.
  
  -А вдруг ты опять врешь?
  
  -А похоже что я бегу грабить магазин? Я же дал тебе слово.
  
  -А вдруг врал? - Бесконечно допытывался я.
  
  -Не врал. Больше не буду врать. - Он улыбнулся, чуть-чуть приопуская веки. - Друзья?
  
  А я вдруг понял что ненавижу Уилла, раз это он испортил Мэтью. Конечно, как я сразу не понял. Мэтью не лживая сволочь, а маленький мальчик которого мировой злодей Уилл, изменил под себя. Так что, надо просто его вернуть.
  
  -Вернем, Мэтью. - Я всё так же смаргивая слезы, уселся на диване, и сжал протянутую руку. А если они меня снова обманут, тогда всё... Но пока этого не случилось, ведь насколько я понял все молчали, я буду дружить с Бартишо. - Сделаем это?
  
  -Вставай.- Он сильно хлопнул меня по плечу, что во мне аж что-то хрустнуло. Но неожиданно я понял, что у меня только что появился друг. Настоящий друг. Первый настоящий друг. Он выглядел сомнительно и его слова были ещё более сомнительны, но теперь я верю ему. Звучит безумно? Просто надоело балансировать на какой-то грани. Лучше выбрать уж что-нибудь одно и идти к этому. Я выбираю дружить с Бартишо.
  
  -Насколько я это вижу, есть два варианта. - Мы устроились друг напротив друга на ковре.- Первое отвлечь Мэтью от Уилла, а второе - просто убрать этого выродка.
  
  -И как ты себе это представляешь? Эй ,привет, Уилл, а мы пришли тебя кокнуть, только тссс, а то Мэтью разбудишь?
  
  -Немножко не так. Думаешь он сам догадался уехать учится в Гарворд? Это я подкинул ему брошюрку и уговаривал, а за время его отсутствия Мэтти снова стал почти нормальным.
  
  -Второй раз это не прокатит.
  
  -Именно поэтому действовать надо с двух сторон. Первое: я буду слать фальшивые письма якобы из университета со срочной просьбой приехать.
  
  -Это же опять обман.
  
  -И что? Помни, это он испортил Мэтью. Вот в таких крайних случаях можно приврать.
  
  Я скептически хмыкнул - меня целую четверть водили за нос, похоже это была крайняя необходимость в юморе.
  
  -А мы с тобой не будем общаться с Мэтью.
  
  -Я и так с ним не общаюсь.
  
  -Не смеши.- Он наклонил голову на бок, расслаблено на меня смотря, но заметив, что я категоричен, да и всё ещё никак не могу перестать похныкивать он перевел тему. - Ладно. Пусть он просто почувствует как от него все отдалились и как всем остальным хорошо без него.
  
  -А это нормально?
  
  -Он же тебе так наврал, Шелли.
  
  -Может всё-таки не надо?
  
  -Шелли, что ты так за него боишься? Он видал в своей жизни вещи и похуже...
  
  -Да ничего не хочу я об этом слышать.
  
  -Не суть. Завтра я наотправляю писем Уилу, а потом приходи ко мне.
  
  -А где ты живешь?
  
  -Глоу стрит 32, это как поперек улицы Мэтью и дальше вниз.
  
  Я недоуменно на него смотрел. Сомневаюсь что в нашем городе вообще есть такая улица.
  
  -Что, не знаешь где это?
  
  -Не знаю.- Честно ответил я.
  
  -Что, правда не слышал?
  
  -Не имею ни малейшего понятия.
  
  -Тогда пошли, я тебе покажу. - Бартишо не дожидаясь моего ответа, хватанул меня за руку и выволок за дверь, захлопнув её на замок. - Побежали.
  
  Я не совсем понимал зачем мы бежали. Мне определенно не стоит столько бегать. Когда мы остановились. Я тяжело дышал, горло жгли какие-то вспышки, а по лбу струился пот. Дом был по-своему строению просто на достаточно симпатичен, как раз этой своей компактностью. Два аккуратненьких этаж, прикрытые черепицей, отдаленно напоминающей линолеум.
  
  -Садись в гостиной, я сейчас сделаю чай. - Он двинулся в сторону кухни. - Нравится?
  
  Я неопределенно кивнул, потому что пребывал в каком-то туманном состоянии. Всё тело жутко горело, а из глаза опять струилась жидкость - я ведь вроде перестал плакать. Может глаза слезятся, значит я снова заболел. Не стоило мне носится так много ночью без шапки. Я опустился в кресло. И вдруг засомневался: говорил Мэтью правду или нет? Он ведь врал, я же видел их на улице и в доме. Я обиженно сжал зубы и прищурился, потому что окружающие меня предметы вдруг резко стали размытыми. Все заташалось и куда-то поехало. Последнее что я видел был удивленное лицо Бартишо и резко убранные в сторону чашки. Потом черное пятно. Вероятно я спал. Мне снилось, что мы таки убили Уила, а потом я поговорил с Мэтью от начала до конца и он сказал мне правду. Вот только я не помню что. Я ещё раз прогнал сон в голове, прежде чем окончательно открыть глаза. Поверхность на которой я лежу подозрительно неровная. Я двинулся, куда-то проваливаясь локтем. Если правильно понял - лежу на надувном матрасе. Зачем я его вы волок из подвала? А точно я же не у себя дома. Я опять шевельнулся рукой и наткнулся на чужое плечо. Куда здесь? Бартишо? Что он здесь делает? А точно, это ж его дом.
  
  -Не толкайся. - Он приподнялся. - А ладно, всё равно уже не усну.- и поймал мой немного растерянный взгляд, объясняя. - Ты вчера похоже приболел ещё больше, и поэтому просто уснул.
  
  -Понятно. Извини, что доставил неприятности.
  
  -Всё нормально. Мы ведь друзья и ничего если ты переночевал у меня.
  
  -А ты почему спал рядом? - Я ещё раз перевел глаза на его байку.
  
  -Я решил за тобой присмотреть, вдруг тебе станет хуже.
  
  Я несколько смутился и только собирался возразить как из прихожей раздался голос:
  
  -Бартишо, это я, хотел забрать...- Мэтью видимо зашел внутрь гостиной и я тут же обернулся. Он остановил взгляд на нас, сначала слегка затормаживаясь, а потом и вовсе увеличивая глаза. Но длилось это относительно не долго, совсем скоро глаза смотрели на столик. -...хотел забрать...мы когда ещё вчера к тебе заходили... мы... а знаешь. - Он неловко потёр затылок, наигранно улыбаясь. - Я кажется, забыл зачем пришел, так что я это...пойду.
  И когда только входная дверь хлопнула я наконец очнулся:
  
  -Он всё не так понял!
  
  -Я думаю, он всё понял верно. Ведь увидев нечто такое только тебе в голову лезет какая-то пошлятина!
  
  -Нет конечно же! Я просто стараюсь смотреть на вещи максимально реалистично.
  
  Он затяжно вздохнул, видимо выражая безнадежность моих мыслей.
  
  -Надо его догнать и всё втолковать.
  
  -Полагаю он уже далеко.
  
  -Что же делать? - Встрепенулся я.
  
  -Успокойся и отдыхай. У тебя высокая температура.
  
  -Это не важно! Мне надо с ним поговорить.
  
  -Даже не вздумай! Просто лежи.
  
  Но только он поднялся в сторону второго этажа за чем-то - я скинул одеяло и рванул в прихожую. Нацепил кроссовки и выскочил в одной байке за дверь. Я догоню Мэтью и всё объясню. Я расскажу ему правду, ведь я не хочу чтобы он подумал, что мы с Бартишо делали что-то не приличное. Мы всего лишь друзья и то со вчерашнего дня. И мне надо это до него донести. И поверьте, я это сделаю, чего бы мне это не стоило.
  
  Я пронесся ближайший поворот и мгновенно очутился у его квартиры. Дернул за ручку - но дверь оказался закрыта. Я натиснул на звонок, а потом с силой забарабанил.
  
  -Мэтью, открывай! - Мда. Лучше я ничего не придумал.
  
  -Да не ори ты так - я прекрасно слышу. - Дверь медленно открылась.- Чего хотел? -Он прислонился к косяку двери.
  
  -Ты...- Я набрал в грудь побольше воздуха сжимая кулаки. Надо просто наконец во всем разобраться. - Ты, почему мне наврал?!- Я был готов испепелить взглядом крыльцо, вместе с этим чертовым домом и Мэтью соответственно. - Ты же встречаешься с Уилом.
  
  - Шелли! Я тебе уже говорил и скажу сколько раз хочешь. - Он сузил глаза. - Мы просто друзья.
  
  -Конечно! - Я взмахнул руками. - Меня ты тоже считаешь своим другом, но целовать с языком не лезешь?!
  
  -А тебе бы разве этого хотелось? - Он вопросительно приподнял брови.
  
  Я аж задохнулся от возмущения.
  
  -Ну если хочешь...- Мэтью потянул ко мне руки, а я оттолкнул их чуть не свалившись с крыльца.
  
  -Я вообще не за этим пришел!
  
  -Тогда зачем? - Он моментально вернулся в прежнее серьезно отстраненное состояние, прислоняясь к косяку.
  
  -Так. - Я сердито мотнул указательным пальцем. - Во-первых ты меня обманул...
  -Я тебе уже говорил, с Уилли мы друзья и не больше...
  
  -А во-вторых это глупо.
  
  -Что именно тебе опять не нравится?
  
  -Нельзя лезть ко всем подряд. - Я вскинул голову. - Целуй, только того, кого по-настоящему любишь!
  
  -Но я люблю всех...
  
  -Нет, я говорю о каком-то конкретном человеке. Который один. Который особенный! - С нажимом произнес я, мои глаза упрямо смотрели вперед, а потом снова съехали вниз на крыльцо.- Ты ведешь себя как девушка легкого поведения. Целуешь всех подряд, а на самом деле... никого не любишь.
  
  -Но ты всё-таки не прав. - Вполне спокойно ответил он.- Есть один человек, который мне очень нравится.
  
  -Вот и целуйся с этим человеком! - Сердито выкрикнул я. Да, отчего-то я жутко разозлился.
  -Но он об этом не знает.
  -Что?! - У меня по-жуткому вытянулось лицо.- У тебя на уме одна пошлятина, но когда ты по-настоящему влюбился, не можешь даже просто об этом сказать.
  
  -Это не так просто как кажется. - Мэтью слегка улыбнулся, продолжая смотреть мне в глаза.
  
  -Ладно, я же почти ни о чем тебя не прощу. Я не заставляю тебя идти и признаваться, хотя не мешало бы. Просто прекрати целовать кого не попадя! - Я зажмурился - несу какую-то романтическую хрень, когда собирался больше с ним не пересекаться.
  
  -Хорошо, не буду.- Неожиданно легко согласился он , также искренне на меня смотря. Я совсем было опешил, но тут вспомнил, что ещё хотел спросить:
  
  -Вы же не участвовали в боях, я прав?
  
  -Ты как всегда ошибаешься. Это было.
  
  -А зачем в школе вы притворялись?
  
  -Нам просто было весело сбивать с толку приличных граждан вроде тебя.- Он щелкнул пальцем ,складывая их пистолетиком и направляя в мою сторону.
  -Почему я должен тебе верить? Ведь держу пари всё что ты говорил мне раньше - неправда!
  
  -Тебе нужны доказательства? О том, что мы просто балуемся знал ещё Дик.
  
  -А почему я должен ему верить?
  
  -А если так, то это замкнутый круг. И прямого доказательство нет.
  
  -Ну тогда я тебе и не поверю.
  
  -Всё что я тебе говорил было правдой и ты действительно сам решаешь верить тебе или не верить. И то что ты видел вчера... Была лишь случайность.
  
  -А я воскресшая Мерлин Монро!
  
  -Правда?
  
  Я поморщился и признался.
  
  -Нет.
  
  -Просто под таким играющим человеком как я, скрывается очень ранимая личность.
  
  -А вдобавок дико скромная.
  
  -Я этого не говорил. Просто всё моё поведение результат одной травмы, которая сделал из меня актера.
  
  -А разве это не Уилл? Бартишо говорил, что это из-за него ты стал таким лживым и противным.
  
  -Я противный? - Послышался тихий смешок.
  
  -Самый противный на этом свете, не сомневайся. - Заверил я его.
  
  -Во первых я не лживый, я просто стал не договаривать некоторые вещи. А на счет противности...если тебе противно, можешь уходить. - Он начал медленно отступать назад.
  
  -Ну уж нет!- Я резко хватанул его за руку. - Думаешь, можно совершить столько гадостей и просто куда-то уйти?
  
  -Если ты мне объяснишь в чем я конкретно провинился...
  
  -Ты целуешь всех подряд! - Взбеленился я. - Без причины!
  
  -Мы же уже договорились - я поцелую только любимого человека и никого больше.
  
  -Почему я должен тебе верить?
  
  -Да потому что я не вру! - Он с силой выдернул руку.- И ни разу ещё тебе не соврал и в принципе не собираюсь этого делать. А ты вечно что-то напридумываешь себе.
  
  -Я ничего не придумываю!
  
  -Спорить бесполезно. Но раз я дал слово, я непременно его сдержу.
  
  Я всё ещё недоверчиво смотрел на него - не врет ли он опять. Но дальше случилось нечто меня удивившее, сзади вынырнул Уилл, привычным движением обвивая Мэтью за пояс и пробуя поцеловать в щеку. Но Мэтью тут же отстранился, легонько отталкивая Уилла. Я зачарованно смотрел на него - он ведь сказал мне правду. Он совсем отнял руки своего друга, и посмотрел, прямо на меня, уверенно улыбаясь. Мне отчего-то полегчало. Как будто что-то тяжелое долго тянулось и вдруг закончилось.
  
  -Ну, увидимся. -Непонятно к чему сказал я и пошел вниз с крыльца, двигаясь на улицу. А когда я дотопал до поворота к дому Бартишо, не выдержал и обернулся. Издалека на меня по-прежнему смотрели два зеленых глаза. Я тут же отвернулся, смотря под ноги. Почему он всё ещё не ушел? Я хотел увидеть пустое крыльцо - так-то. Кстати Уилла там не было, что как нельзя лучше подтвердило его слова. Я шел обратно к Бартишо, ведь мне стоило извиниться за то, что я так сбежал, без предупреждения.
  
  -Прости пожалуйста, что я ушел.
  
  -Бесполезно тебя о чем-то просить, всё равно будешь слушать, лишь что велит тебе сердце.
  
  -Что ты имеешь в виду?
  
  Он ничего не ответил поставив передо мной тарелку блинчиков.
  
  -Вот что ты сейчас имел в виду, скажи.
  
  -Не нервничай. - Бартишо уселся рядом. - Я просто вдруг подумал, что Дик прав.
  
  -На счет чего?
  
  -Да не важно, кушай. - Отмахнулся он вилкой.
  
  -Хватит секретничать, вы уже надоели.
  
  -Кстати как вы поговорил с Мэтью?
  
  А я тут сообразил что не сказал Мэтью самого главного, зачем я собственно и бежал - того, что мы просто лежали рядышком. Но он не спрашивал, может он всё понял, или не понял и сделал неверные выводы? Ну не бежать же туда во второй раз. В следующий раз как-нибудь спрошу, потом.
  
  -Я...в общем он пообещал что не будет целовать кого попало. - Немного невнятно пояснил я. - И даже когда его попытался поцеловать Уилл, он его оттолкнул.
  
  -Серьезно?
  
  -Так и было. И всё что осталось - просто отослать Уилла, обратно в институт и припечатать, какой-нибудь удачной работой, чтоб он никогда не вернулся.
  -И это мне говорит наш правильный, Шелли?
  
  -Да, просто в тот момент мне показалось. Что Мэтью наконец перестал притворятся.
  
  - Показалось?
  
  -Я...уверен. Да, именно уверен. Мэтью больше не осмелится мне соврать.
  
  -И почему?
  
  - Просто это так. - Я откусил кусочек блинчика.
  
  А после завтрака поблагодарил Бартишо ещё раз и отправился к себе домой. Мне нужно было всё ещё раз обдумать. Но не успел я собраться с мыслями как уже завиднелся дом Мэтью. Я собирался внаглую пройтись под его окнами(а то как они бродили под моими окнами, когда я болел). Но заметил как Мэтти говорит с Уиллом. Они были очень серьезны. В какой-то момент Уилл сморщился. Я сначала хотел из-за угла, а потом всё-таки решил пройти мимо них. Завидев меня Мэтью тут же сменил выражение лица на улыбку и помахал рукой:
  
  -Привет, Шелли!
  
  -И тебе привет. - Не совсем понимающе откликнулся я.
  
  Потом ко мне подошел Уилл, он собирался мне что-то сказать, а потом как-то странно поджал губы и положил руку на плечо и наклонился к лицу:
  -Я не сдаюсь, я просто не надолго отступаю и Мэтти всё равно будет мой.
  
  -О чем ты?
  
  -Ну что, Мэтти, проводишь меня до аэропорта?
  
  -Да, думаю у меня как раз хватит времени. Шелли, я к тебе загляну позже, ладно?
  
  -Ладно. - Всё так же недоумевал я.
  
  Мэтью опять помахал мне рукой и зачем-то двинулся в дом, а я пошел своей дорогой. Почему бы ему не зайти - так подумалось мне. Ведь, если он обычный человек его и не за что ненавидеть, правильно? Может мы бы даже стали друзьями. И это не смешно, ведь я говорю абсолютно серьезно. Такая вот чудная компания друзей. Кстати о друзьях. У калитки моего дома меня ждала Эмили. Насупленная и недовольная.
  
  -Шелли, ты почему мне вчера не скинул смску? Домашний и мобильный не поднимал. Я звонила тебе в дверь, но никто не отвечал. Я так волновалась!
  
  -П-прости. -Я был несколько удивлен таким напором со стороны подруги.
  
  -Лучше скажи где ты пропадал.
  
  -А это и не расскажешь в двух словах, пойдем ко мне?
  
  -Ага, и я хочу знать точно что тыне брал звонки и отсутствовал по уважительной причине.
  
  -Поверь она больше, чем исчерпывающая.- Я вздохнул и двинулся открывать дом.
  
  Я принялся поочередно пересказывать прошедшие события, стараясь нчиего не отпустить. Ведь я не опущусь до вранья. Периодически меня перебивала Эмили:
  -Прямо так на улице? - Она восхищенно прикрыла рот рукой.
  
  Это когда я рассказывал про то как видел Уилла и Мэтью вместе.
  
  -...Не гей? А я что говорила! Он просто хочет дружить, а ты вечно что-то непонятное себе накручивал.
  
  -Ну уж извини, что я такой.
  
  -Да не страшно. - Она шутливо отмахнулась от меня.
  
  -...и в итоге он уезжает. Шелли, ну разве всё не замечательно, у тебя появляются новые друзья, целых две штуки. Ты больше не будешь ненавидеть Мэтью, ты ведь не будешь?
  
  -Нет, не буду. -Подумав ответил я, отрицательно мотая головой.
  
  -Вот всё и прояснилось. Если честно я так рада, что наконец-то всё понятно.
  
  -Кстати, как вчера погуляли?
  
  -Не плохо в принципе, жалко что не ходил с нами.
  
  Я закашлялся.
  
  -Ты чего?
  
  -А, вчера перебегал. Мне надо просто отдохнуть, отдохнуть...- И тут я грохнулся головой в наш журнальный столик.
  Понятия не имею как такое произошло. Ведь как вы можете только догадываться .я этого совершенно не собирался делать.
  Кажется просыпаюсь. Сил нет открывать глаза, рядом слышу голос, но он говорит что-то бессвязное:
  
  -Просто я отвлекся...нет, не стоило мне этого делать...думаешь мне не стыдно? Конечно мне очень стыдно и я жутко хочу извинится...вот только если бы всё было так просто...
  
  А тут я узнал того, кто это говорил и приподнялся на локте:
  
  -Мэтью, с кем ты разговариваешь?
  
  -А? - Он обернулся на меня, слегка покрываясь румянцем. - Шелли, ты уже проснулся?
  
  -С кем ты разговаривал? - Невозмутимо повторил я, усаживаясь на диване поудобнее.
  
  -Я? Я по телефону...- Неожиданно в его кармане что-то завибрировало, и он покраснел ещё больше выдергивая трубку и прикладывая к уху. - Да!...Это?...Слушай я тебе перезвоню. Да, я занят. Всё, вешаю трубку.
  
  Я вопросительно поднял брови, таки и ожидая логичного ответа.
  
  -Просто мысли вслух. - Мэтью уставился на свои колени, нервно мерцая глазами, а потом снова поднял голову на меня, закусывая губу. Он ждет, что его пойму? Что ж я постараюсь.
  
  -Понятно.
  
  -Я пришел, а тут Эм и ты лежишь, такой полумертвый. Я испугался. - Он опять опустил взгляд. - А она сказала, что я могу посидеть вместо неё, ей надо было куда-то идти. И я решил подождать пока ты проснешься.
  
  -Понятно.- Зачем-то снова согласился я. - Что собираешься делать?
  
  -Я хотел кое-что тебе сказать.
  
  -Я тебя слушаю.
  
  -Я...я не заходил всю прошлую неделю к тебе...
  
  Во мне что-то дернулось и замерло, а зрачки стали чуть больше чем обычно. Я думал это уже прошло и никого не колышет произошедшее. Подумаешь неделю провалятся в одиночестве. Но Мэтью помнит и...извиняется?
  
  -Прости. В общем я просто...я на тебя обижался. -Наконец сказал он, пряча глаза в складках пледа.
  
  Я не понимающе на него смотрел, он поймал мой взгляд и принялся сбивчиво объяснять:
  
  -Ты...ты так на меня рассердился, а потом ещё такая ерунда с этим приездом Уилли.
  
  Я по-прежнему молчал, застыв с приоткрытым ртом изредка моргая.
  
  -Ну что ты на меня так смотришь?
  
  -Нельзя?- Искренне изумился я, хотя долечка сарказма в этом была.
  
  -Просто мне как-то неловко.- Он осторожно притронулся к моей руке и сжал её. - Шелли, прости пожалуйста!
  
  Сказано это было уж слишком надрывно. Так что я в конец удивился.
  
  -Я больше никогда не буду так плохо себя вести!
  
  -Все нормально.- Я удивлен посмотрел на наши руки. - Ты как, меня отпускать собираешься?
  
  -П-прости. - Он неохотно выпустил моё запястье. - Мне показалось, что ты меня не простишь.
  
  -Все правда нормально. - Я измученно улыбнулся. Отчего-то мне захотелось в тот момент улыбнуться. - Я не злюсь.
  
  -Шелли. - На его лице изобразилась ответная улыбка. - Кстати как ты себя чувствуешь?
  
  -Получше, только голова болит. - Я взъерошил волосы.
  
  -А хочешь...пойти со мной погулять?
  
  -В принципе можно, сейчас выпью что-нибудь от головы и конечно, сходим.
  
  -Я так рад. - Он отодвинулся вместе с табуреткой, позволяя мне сползти с дивана и выйти на кухню за аптечкой. Не знаю зачем я согласился, может вероятно потому что не видел в этом ничего плохого. Что такого чтобы пойти прогуляться по улице с хорошим знакомым? Может со стороны это и прозвучало как какое-то приглашение на свидание и даже несколько смутило, но я уверен это не так. Мы просто пойдем и погуляем. Ничего плохого. И пошлого тоже.
  Мы пошли просто гулять, потом посетили речку, чтобы попугать уток, потом заходили в Макдональдс, а потом ходили смотреть какой-то смешной фильм в кино. Все это напоминало один сплошной феирверк счастливых эмоций. Я много смеялся и улыбался, и в какой-то момент мне показалось, что мы с Мэтью действительно могли бы стать очень хорошими друзьями. Нам нравятся похожие вещи, мы смеёмся с одного и того же. И нам похоже просто здорово вместе.
  -Это последний. - Мэтью показал мне автоматный жетончик. - Ну что, давай ты?
  
  Ах да, если быть честным, после киношки мы спустили все оставшиеся деньги на жетончики и по очереди пробовали вытянуть зеленого осьминога из автомата с игрушками. Не знаю зачем, но он нам резко обоим понадобился.
  
  -Я же только что пробовал, твоя очередь.
  
  - А мне кажется что, в этот раз тебе повезет. - И он не спрашивая меня, закинул монетку в автомат и сделал два шага назад, улыбаясь и махая рукой.
  Я недовольно качнул головой и сосредоточился на управлении. Если честно я и не верю в везение-невезение. Но неожиданно хваталка зацепил осьминога за одну шупальцу. Только бы не упал. Я упорно следил за хваталкой и успокоился, лишь тогда когда игрушка свалилась в отделение для выдачи призов.
  -Шелли, получилось!- Мэтью повис на мне сзади прижимаясь своей холодной щекой к моей. Да хоть мы и давно топчемся около этого автомата, у него всё ещё не согрелось лицо. Заметив, что я его рассматриваю, он отстранился и показал мне пустые руки в знак чистоты своих намерений. Я улыбнулся, слегка пожимая плечами. А потом мы уже двигались по улице.
  
  -И зачем нам был нужен этот осьминог?
  
  -По-моему мы просто поспорили, кто его быстрее вытянет, а в итоге оба потратили все свои деньги. Думаю, можно считать это ничьёй.
  
  -Мне он не нужен. - Я подумав, протянул ему мягкую игрушку.
  
  -Я могу забрать? - Удивленно спросил он.
  
  -Ну да, забирай. - Безразлично подтвердил я. Зачем быть жидом, если какая-то вещь тебе не принесет пользы.
  
  -Знаешь, Шелли...
  
  -Что? - Я обернулся к нему, продолжая шагать по улице.
  
  -Думаю, это был один из самых счастливых день моей жизни.- Он улыбнулся, чуть ли не сияя зубами. - Думаю, я никогда не делал столько вещей которые мне нравятся подряд.
  
  -Что ж... могу сказать это был и не самый худший день в моей жизни.
  
  -Шелли?
  
  -Да? - Спросил я прикрывая глаза. За этот день я привык слышать своё имя и меня это даже почти перестало раздражать.
  
  -Давай возьмёмся за руки.
  
  Я снова вернулся в реальность. Хоть Мэтью и старается быть как можно более нормальным, в нем всё равно остаётся эта... Мэтьевасть.
  
  -По-моему это будет лишнее.
  
  -Ладно. - Он также не расстраиваясь убрал руку в карман куртки. Это было странно.
  
  А мы всё продолжали идти, почему-то пешком из самого центра города. Так не говоря не слова. Я краем глаза скользнул по Мэтью, что он обиделся может? Но он тут же словил мой взгляд и ответно заулыбался. Я опустил глаза. Я ведь не врал. Давно мне не было так весело и замечательно. Может я просто не отдыхал? Но даже когда я ходил гулять с Эм и остальными не было чего-то такого...сейчас придумаю как объяснить. Чего-то что ли мягкого? Думаю, для этого состояния нет более подходящего слова. Мы шли по какой-то совсем пустой улице, да мы как-то умудрились свернуть во дворы.
  
  -Мэтью, а куда мы идем? - Немного погодя, всё таки спросил я.
  
  -А мы...просто так гуляем.
  
  -Слушай, пошли домой? А то уже совсем холодно.
  
  -Шелли, да ты совсем замерз. - Он забежал вперед меня.- Хочешь, я отдам тебе свой шарф?
  
  -Да не надо.
  
  -Я настаиваю.
  
  -Я говорю не ...что ты делаешь?!
  
  Спустя минут десять возни шарф был завязан...но как?! Обмотан вокруг моей шеи потом протянут и обмотан вокруг шеи Мэтью. И какого черта он такой длинный?!
  
  -Думаю ты мог бы выбрать что-нибудь одно. - Я приопустил утепляющий декор, втихаря отплевываясь от шерсти куда-то в бок.- Либо уж отдать мне весь шарф, либо оставить его себе.
  
  -Так самое то.
  
  -Ты безнадежен.
  
  -Не больше чем ты. - Мэтью одарил меня ещё одной очаровательной улыбкой.
  
  А знаете что я думаю -ни черта он не прав. Носить так шарф - это абсолютно глупо, а ему похоже весело. Что-то не разделяя я его энтузиазма. Я закашлялся и только ут сообразил, что весь день пока я был с Мэтью мне было хорошо, то есть я не разу не замечал что болит голова ил горло, а может и вообще температура.
  
  -Всё нормально?
  
  -Да. - Я потер горло.- Просто немного во рту пересохло.
  
  -Хочешь пить? Прости у меня совсем не осталось денег.- Он опять зашел вперед меня виновато выворачивая карманы.
  
  -Не волнуйся...
  
  Честно, не помню как мы дошли, потому что мне правда казалось, что я умираю. То есть мне было плохо, но как-то не хотелось говорить об этом Мэтью. И в итоге когда мы вернулись домой он всё ещё не ушел.
  
  -Ты наверное иди домой. - Я расслабленно упал на диван. - А я просто посплю и мне станет лучше.
  
  -Я ещё не много посижу с тобой, ведь я знаю как сделать чтобы ты выздоровел...
  
  -Только не надо опять горчичники! - Взмолился я, спуская руку по физиономии.
  
  -Нет. - Он тихо усмехнулся. - Это кое-что получше.- Послышалось негромкое шуршание и совсем рядом раздалось. - Шелли. Открой глаза.
  Я мучительно открыл глаза, а знакомая маленькая ладошка притянул меня за затылок вперед. И меня поцеловали, так как-то по-особенному.
  
  -Что ты делаешь?!
  
  -Я немного тебя полечу...
  
  -Не надо!
  
  -Просто разреши мне это сделать. - Он опять потянулся к моему лицу, облизывая губы и мерцая глазами в темноте. - Я заберу твою простуду себе...
  
  -НЕТ!!!
  
  Гкхм. Я проснулся. Был кажется всё тот же вечер, на кухне кто-то копался. Я даже знаю кто. А потом Мэтью выглянул из-за косяка двери и вернулся в комнату:
  
  -Шелли, ты кричал?
  
  -А так задремал и мне приснился кошмар. - Я присел на диване тяжело дыша, откидывая плед в сторону. В горле пекло.
  
  -Да? Кошмары - это ужасно. - Он присел рядом на табуретку. - Если хочешь, можешь мне рассказать. Если рассказать сразу станет проще.
  
  -Нет...я...не хочу.
  
  -Как хочешь. Но чтобы тебе не приснилось, ты помни - это всего лишь сон.
  
  -Да...Послушай Мэтью...- Я посмотрел на свои колени.- Ты ведь не нарушишь то, что мне пообещал? Во всяком случае слишком быстро.
  
  -Нет, если честно я вообще не собираюсь его нарушать.- Он понимающе на меня посмотрел. И в тот момент мне показалось, что он действительно всё понял. То есть понял, что мне снилось. Кошмар! Хотя нет погодите, он не может...
  
  -Мэтью, что мне снилось?! - Я схватил его за рукав.
  
  -Откуда мне знать? Ты же ничего не рассказал. - Он пожал плечами.
  
  -А может догадался?
  
  -Я не знаю, хотя правда очень бы хотел.
  
  -А? Зачем тебе это? - Я отпустил его рукав.
  
  -Честно? - Он чуть-чуть закусил нижнюю губы, скосил глаза на пол, а потом снова поднял на меня. - Интересно чего ты так боишься.
  
  -А что, хочешь меня напугать? - Презрительно осведомился я.
  
  -Было бы забавно.
  
  -И у тебя это может получится...
  
  -Правда?- Наивно поинтересовался Мэтти.
  
  -Конечно, если ты догадаешься, что меня так напугало. - Поспешил я осадить его.
  
  - Шелли, как подло.
  
  -Это не подло - это самозащита. - Я скрестил руки на груди. - Кстати, что ты делал на кухне?
  
  -Вообще-то я искал где у вас печенье.
  
  -Его нет.
  
  -Неужели ты всё съел и никому не оставил? - С непритворным ужасом осведомился он.
  
  -Ну конечно же нет! Ко мне в гости заходила Эм и забрала его для Хэлуина.
  
  -Здорово, что ты не жадина! - Просиял он.
  
  -А то как. -Процедил я в ответ на его сияющую мордашку. - Так ты идешь домой?
  
  -Да...но можно ещё минуточку посидеть рядом?
  
  Я тяжело вздохнул. Пускай уходит - мне надо подумать.
  
  -Посидел?
  
  -Шелли! Ну что ты меня выгоняешь?! - Возмутился он. Я же тебя не трогаю и не мешаю, так что делай тоже что и делал бы и без меня.
  
  -Я бы понял что мне надо поспать, но потом заметил какой вокруг бардак и принялся бы за уборку потому что завтра приедут родители.
  
  -Я могу тебе помочь?...а что надо делать?
  
  -Просто пойти домой.
  
  - Ну хорошо. - Неожиданно согласился он опуская глаза. - Я пошел. - Он медленно двинулся к двери.
  А потом я непонятно зачем встал с дивана я остановил:
  
  -Мэтью?
  
  -Что? - Тут же обернулся он, будто ждал когда я позову его. Я немного растерялся от такой быстрой реакции:
  
  -Знаешь...я вдруг вспомнил, где-то ещё на кухне должно быть печенье.
  
  -Да ладно, дома перекушу. Шелли ты не переживай, всё нормально. Я понимаю тебе надо отдохнуть...
  
  -Понимаешь?
  
  -Конечно. - Он кивнул. - Так что я правда пойду. - Мэтью перевел взгляд на мою руку, которая всё ещё сжимала его рукав и его выпустил. А чего это я вообще пытался его остановить? Что я собирался сказать? Не знаю.
  
  Он ушел, на последок снова улыбнувшись мне.
  
  Я обессилено уселся на диван. Так надо прибраться, прибраться. Поднялся с дивана и стал ставить всё на свои места. До вчера ночью я порядком нахулиганил, когда вернулся домой. Залезть под столик и плакать -уж не было это нервным срывом? Я поправил, декоративную вазу с цветами на подоконнике. Подождите. Во мне что-то стрельнуло. А чего это я так вчера расстроился? Я так плакал как будто случилось что-то ужасное.
  
  Погодите. Я и вовсе остановился смотря на подоконник. Всё то время, ну до вчерашнего вечера я был уверен, что Мэтью ко мне приставал, но у него и в мыслях не было ничего такого. Любой бы такое подумал! Хотя... и Эм и Рэйч не раз мне говорил, что я слишком много накручиваю. Значит всё это были мои выдумки? Мои собственные домыслы, относительно происходящего. И как такое приходило мне в голову? Погодите...Я вытаращился на подоконник и выронил вазу на пол - он разбилась.
  
  Нет! Этого просто не может быть! Нет, нет и ещё раз нет. Невозможно, абсолютно невозможно.
  
  Неужели я... Я прижал руку ко лбу, словно мог понять есть ли у меня температура и скосил взгляд на осколки, которые так изящно освещала луна.
  Я просто додумывал себе всё это. Потому что Мэтью...Потому что я...
  
  Я наклонился, поднимая самый большой фарфоровый осколок и неожиданно роняя его. Неужели я...я влюбился?...
  
  Мои щеки вдруг загорелись. Невозможно, абсолютно невозможно. Я нормальный человек, приличный гражданин со скромной мечтой о будущем. Я приподнял руку и приложил пальцы к щеке - так горит. Так, что это просто нереально. С другой стороны в какие-то неловкие моменты мысли о приставании приходило в голову только мне. Неужели я...я плюхнулся на пол и захлопнул себе рот руками. Мне вдруг захотелось очень громко закричать.
  
  Так, спокойно. Я продолжал смотреть на белые осколки вазы, не в силах шевельнуться. Если какому-то человеку нравится парень... О черт, мне нравится парень! Я ещё сильнее вжался ногтями в щеку. Это... какая-то ошибка. Это неправда. Я просто всё перепутал.
  
  Надо просто успокоится. Ладно, допустим ну мне кажется что я что-то испытываю к своему знакомому, который парень, это же не значит что я гей? А что это значит? Я вдруг снова замер. Я что влюбился в Мэтью? Это мысль была ужасна настолько - что сравнимо разве что с извещением моей собственной смерти.
  
  А может я умер. Быть этого не может. Я ошибаюсь. Болею и в голову лезет всякая бредятина. Я не могу его любить... но почему-то тогда в ту среду, когда мы...соприкоснулись губами я тут же не оттолкнул его? Конечно, я был слишком шокирован. Любой повел бы себя также. Но любой бы додумал кучу всего такого. Я опять попытался поднять осколок и снова уронил его, на этот раз сильно царапая руку. Я что правда...влюбился в Мэтью? Волосы на голове шевелились и я нервно сжал штанину джинсов.
  
  Ну что могу сказать - идиот. Прошло два часа. Я уже давно убрал разбитую вазу в мусорку. Наверное мама сильно разозлится. Ей похоже жутко нравился это чертова ваза. Сижу на диване закинул ногу на ногу воткнувшись локтем в коленку.
  
  Идиот. Я всё это время думал что Мэтью ко мне лезет, а он всего лишь хотел дружить. А я...я думал он меня любит. Но это не так и на самом деле наоборот я...
  
  -Аааа,черт! - Я запустил руки себе в волосы.
  
  Да не может он мне нравится! Я всё так же жутко краснея согнулся пополам смотря перед собой и силясь увидеть просвет в своих мыслях. Полная тьма.
  Спустя два часа. А я всё ещё сижу в гостиной. Вы не думайте что я зануда, вставал носился с подушкой и орал что всё невозможно. Но сейчас успокоился. Как не странно я всё таки пришел к мысль, что допуская что это так. Ведь иначе как всё объяснишь. А то, что я вчера расплакался. Это же была просто ревность, хотя всё таки не просто ревность, а ревность с очень сильной обидой. Я так разозлился что Мэтью целует не меня. То есть нет, я бы этого конечно не хотел! Но и чтоб он целовался с Уиллом мне тоже не хочется... И тогда когда я его обидел на вечеринке знакомства с соседями, мне было плохо из-за того, что как мне казалось я его обидел... Я схватился за голову. Господи, выходит я правда его люблю. Совсем правда-правда. А то что было сегодня, не было ли это лучшим днем моей жизни? А когда я болел, я так ждал что он придет. Чтобы снова отфутболить его, в надежде что он снова вернется. Я его ждал. Неужели я правда влюбился...
  
  Ну что за идиот! Хватит уже картинно страдать, краснея от одних воспоминаний и пускать слюни на мамин любимый плед, а то ещё и за это на меня наругается. И что? Даже если так...это всё, и то что произошло, и то что я надумал и то, что я сейчас думаю, ВСЁ ЭТО совершенно не значит, что я гей. Ещё раз: а что это значит? Впервые за свою жизнь я кого-то полюбил. Может так. Или: ошибки юности. Как-то так. Ай не, паршивая отговорка. Я пытаюсь что-то придумать, чтобы себя оправдать. Но чтобы не было я не гей. И это точно. Я ещё с минуту поругал себя за безнадежный идиотизм и тут вспомнил. Та коробка. В которой была подушка от Мэтью, я так и не посмотрев во второй раз сунул этот перл искусства ещё куда подальше. Ага, пойду достану из подвала, и буду как безумно влюбленная дура рыдать всю ночь. Что за херня?! Простите. Вырвалось. Но за подушкой я всё таки сходил. Не знаю зачем. Вот сейчас всё ещё сижу в гостиной. Собираюсь открыть коробку. Открыл. Взял подушку. Она такая цветастая, аж противно. Попробовал понюхать - то же не прелесть. Однако вместе с этим заметил открытку на дне коробки. Она была нарисованная. Это в стиле Мэтью. Огромный кот в обнимку с мышкой, а вокруг туча сердечек и феирверков. Ненавижу вычурность. Я дрожащей рукой потянулся к краю бумаги. Ну знаете это не шутки - как письмо с того света. Начинаешь смотреть на вещи по-другому, и так странно вдруг найти что-нибудь из своей прежней жизни.
  
  Шелли, я долго думал что тебе подарить. Ведь я не совсем разбираюсь в твоих интересах и точно не знаю, что тебе нравится, ведь обычно ты всегда только и думаешь об учебе, как какой-то занудный заучка (не обижайся!). Поэтому решил подарить тебе подушку. Подушки нужны всем, значит тебе тоже.
  Его логика просто убийственна .
  
  Но я подумал и решил что это будет уж слишком просто. Уж лучше бы сделать что-нибудь для тебя особенное, ведь это ты, Шелли. А ты Шелли, существуешь в единственном экземпляре.
  
  А это всё тоже логика - удивительна и почему-то совсем не логично.
  
  Я хотел сделать её своими руками. Стыдно признаваться, но у меня ничего не вышло. Ведь я не умею шить, Шелли. Сначала я хотел чтобы она была в форме сердечка, но потом понял что это сложно. И даже когда я решил сделать её нормальной формы мне это всё равно оказалось не по зубам. Вот и пришлось купить. Но Шелли, ты не думай, в любви столько же как в самодельной. Я долго выбирал, хотел сначала всё-таки в виду сердечка. Но потом подумал, что тебя всегда так бесит, когда я делаю что-нибудь такое милое ( удивительно если ты ещё не порвал открытку.) В любом случае, Шелли я всё равно тебя ужасно люблю. И думаю однажды мы станем лучшими друзьями.
  
  Пост Сриптум. С днем рожденья!
  
  Я зачарованно приподнял глаза от открытки. Я видел то, чего вообще не было. Мэтью всегда хотел быть всего лишь моим другом.
  
  А я...такой дурак. Что мне только залезло в голову.
  
  Подумаем логично. Это фраза о том, что он меня любит, определенно дала мне приятные ощущения, но вместе с тем какую-то тяжесть, от того что имелась в виду дружба. То есть я хотел чтобы Мэтью меня любил?
  
  Хочу начать курить. Думаю, да в этой привычке есть одно полезное свойство - можно отвлечься. А семечки я не люблю, и ногти грызть мне никогда не нравилось, так что остается просто курить. Какая чушь! Как всё могло так быстро поменяться, ещё вчера я бы стал отталкивать Мэтью если бы он меня обнял, но сегодня... я обнял его в ответ? Какая мерзость! Я поднял ноги на диван. Когда два мужика целуются или обнимаются...это отвратительно просто! Но...Мэтью это же не мужик. Это просто Мэтью. Такое вот исключеньице. Кстати во по поводу того, что все поменялось. Мэтью... он же только вчера так откровенно целовался с Уиллом. Я сердито сжал зубы. Он не мог просто сказать, ай с сегодняшнего дня не буду с ним целоваться. Но ведь он отстранился когда Уилл попробовал его поцеловать снова. Обещание мне ему дороже...? И что это за человек, который нравится Мэтью, может, если я стану его другом... он мне расскажет? И тогда я смогу...нет, не убить этого человека, а просто ничего я не буду делать. Кстати о том, что я буду делать. Первое, что я уяснил я почему-то питаю к Мэтью некоторую непонятную привязанность (мне плохо с ним - без него ещё хуже). Второе, я точно не гей. Может Мэтью и парень, в чем я абсолютно уверен, но это совершенно не значит что я гей ( позже придумаю, как это получше объяснить.). Третье, даже если так случилось, что у меня возникла подозрительная симпатия по отношению к Мэтью, это не значит, что я собираюсь об этом говорит. Более того я совсем не собираюсь ему об этом говорить! Если я так неизлечимо болен каким-то бредом, то лучше что я могу это просто молчать, вообще не пересекаться, но тогда я не смогу стать его другом и узнать кто ему нравится. Черт! Я пытаюсь выяснить кто нравится Мэтью! Охота спать отпала просто моментально, от всех сегодняшних мыслей. Как можно спокойно спать, когда ты понял такое! Хотя, кто нравится Мэтью, это же очевидно. Как можно забыть человека, который целовал тебя так...Да, да я про Уилла. Наверняка они балуются, но Мэтью испытывает что-то настоящее, и просто боится об этом сказать. Он выглядел таким смущенным, там в переулке... Черт, черт, черт! Я хочу немедленно это выяснить! Позвонить, что Мэтью посреди ночи, ага позвонить и спросить: Слушай, Мэтью, друг, я всё таки не до конца понял мне кажется ты любишь Уилла, но боишься в этом признаться. Ну же я прав, прав? Да и выслушать поток брани с противоположного конца провода. Потому что ошибся номером. Или хуже того наслушаться этой брани от Мэтью. Я не хочу чтобы он на меня ругался. А вообще чего я хочу? Чего я жду от своей несбыточной мечты? Я не хочу чтобы Мэтью до меня дотрагивался, потому что тогда мне становится страшно и сердце сильно колотится. Я не хочу чтобы он говорил мне что-нибудь неловкое, ведь вы только подумайте я совсем не буду знать что ответить. Но думаю, было бы здорово, если бы я вдруг оказался правда самым важным в его жизни человеком. Чеееерт! Я опять принялся ерошить волосы на голове. Они не виноваты. Я знаю. Ничего не могу с этим поделать.
  
  Я чего-то понял что совсем влюбился в Мэтью. Каждое его даже маленькое движение так волновало меня, моё сердце так громыхало, а стоило увидеть его с кем-то другим - разрывалось на части от боли. Только тогда я всё не так понимал и думал, что он просто меня бесит.
  
  Я уверен мне нравится один парень, это кажется точно. Я нервно улыбнулся "Точно кажется", это ведь была его фраза.
  
  Сдаюсь. Он, ну может немножечко совсем чуть-чуть мне нравится. Я может даже его чуточку люблю. О нет! Ещё раз я приличный гражданин - у меня есть мечта, и я не могу вдруг оказаться геем и всё испортить на фиг. Я не гей, понятно. Надо будет поговорить с папой. Родители! Я моргнул. Они рано или поздно что-то узнают. Ведь хоть мы не совсем близки, они меня читают как открытый журнал, страницы которого просвечиваются одна через другую. Могу представить. Мама: Шелли, дорогой, значит я не ошибалась, понимаю это так сложно принять...Так у вас уже что-то было? Я скорчил гримасу. Вот же паршиво. Или папа: Шелли, это ничего. Что бы не случилось, я всегда тебя поддержу, думаю тебе стоит быть более открытым и попытаться разобраться в себе и принять себя таким какой ты есть. Нет! Ещё раз и ещё раз нет! Я не гей, это точно! И в который раз спрашиваю тогда кто? Если я не гей, то почему мне нравится парень? Хоть и совсем чуть-чуть. Я смутившись уставился в ленолиум. Просто Мэтью, он же никак обычный парень, он вообще другой. Он особенный. Я застыл с приоткрытым ртом.
  
  Вот оно! Я уже как четыре часа ломал себе голову над тем, что со мной произошло, пытаясь найти логичное объяснение. Просто Мэтью особенный. Ещё раз если смотреть трезво и здорово: Я не хочу с Мэтью целоваться (потому что я в принципе боюсь целоваться - это не важно!), я не хочу до него дотрагиваться, потому что это крайне меня задевает. Я не хочу ему говорить о том, что творится в моей голове. И я не хочу чтобы он что-нибудь подобное говорил мне. Ведь я не знаю что ответить и мне опять же страшно. Но с другой стороны я совершено не хочу чтобы он говорил это кому-нибудь другому. И целовал кого-нибудь другого и обнимался с кем-нибудь другим. Это странно: ни остальным не себе. Логика отсутствует. Какая хрень...Я выпучил глаза вперед. Отчего же всё так сложно? Так что то, что я к нему чувствую, может это и не любовь никакая? Может я просто чего-то напутал? Обычная детская ревность? Из-за того что у меня никогда не было мальчишек-друзей. Вполне приличное оправдание. Но если вдруг представить что он может меня поцеловать не просто чмокнуть, а как-то по-серьезному...Я съехал с дивана на пол, потому что всё лицо тут же зажглось румянцем, проступая красными пятнами.
  
  Да...
  
  О да...
  
  Я пессимистично щелкнул пальцами, но они почему-то не издали никакого звука и я вконец расстроился. Я так смущаюсь, стоит мне об этом подумать. Вывод: значит я действительно люблю Мэтью. Оправдание к первому выводу: это потому что он особенный. Я глупо усмехнулся. До того мне казались одинаковыми наши мысли. Он ведь в открытки писал то же самое. Ты, Шелли, существуешь в единственном экземпляре. И ты Мэтью тоже. А знаешь ли ты об этом? Или мне тоже придется нарисовать тебе дурацкую открытку с котом и мышонком. Кстати интересно кто я на этой картинке. Я снова посмотрел на обложку открытки. Огромный кот или маленький мышонок? Наверное, когда он это рисовал он думал, что я это большой и толстый кот. Но я совсем не хочу быть огромным котом. Кого-то это вообще заботит - я откинулся голову на сиденье дивана. Так странно, что впервые кто-то был мне важен на столько. Что я в течение всего этого дня и ближайших четырех часов соответственно, даже не обратил внимание на своё самочувствие, и если обратил, то только чтобы отослать Мэтью подальше. Мне вредно с ним долго находится в одном помещении. Ведь я начинаю придумывать себе разные несуществующие вещи. Хотя бы в прошлое воскресенье, Когда Мэтью начал ко мне прикасаться ко мне своими маленькими испачканным в горчицу ладошками (без понятия чем это может при болезни), о чем я подумал? О чем я подумал...Я так же шокировано смотрел в журнальный столик. И опят густо покраснел. Фу как пошло, и как глупо сидеть в гордом одиночестве и ежеминутно краснеть, вспоминая как тебе обмазывали горчицей. А спроси я его сейчас зачем он это делал он бы наверняка ответил что-нибудь в стиле: а так горчица лучше впитывается. Господи, какая ерунда. Кстати о Господе, не мешало бы мне сходит в церковь, поведать падре обо всех своих грехах и смиренно податься в монахи. Но эта мысль как быстро появилась так быстро и отстала. Не хватало чтоб наш священник помер ,услышав мою жуткую, но ужасно честную историю. Да идея быть монахом меня никогда не прельщала. Так что никто из относящихся к церкви людям уж точно об этом не узнает. Никто не узнает. И Эмили я тоже не скажу, может раньше мы и делились всем, но в этот раз, думаю не стоит. Надо пойти поспать. Хоть немножко. Я медленно поднялся в свою комнату и лег в кровать.
  
  Мне не спалось. В сознании всплывали самые разные образы Мэтью и самые обозленные мысли по поводу того, кто же ему может нравится, если это всё таки не уехавший Уилл. А может Бартишо? Два друга, которые никогда не знали как далеко могут зайти? А с чего я вообще взял что это парень? Он же говорил, что не гей и не врал. Уверен, он говорил правду. Так с чего я взял что это парень? Это наверняка девушка. Хорошенькая и такого же маленького роста как и сам Мэтью. Милая и очаровательная. Я скривил губы от обиды. В голову неожиданно закралась иронизирующая мысль: А сказал бы я Мэтью о своих чувствах, если бы он был девушкой? Не знаю . В голове всплыл образ какой-то маленькой девчушки с пушистыми светлыми хвостиками, улыбкой Мэтти и именем Шелли. О тьфу. Я бы наверное не смог. Я никогда в жизни этого не говорил, разве что в тот раз , Эмили. Так что мне не хватило бы сил сказать, и это хорошо, значит в жизни проколоться шансов у меня ещё меньше, мне надо просто вести себя естественно. Не вздрагивать и подолгу не смотреть в его глаза. Слегка шарахаться, но в целом дружить. Вы не находите? Какая-то шаткая теория. Ну уж как есть. И знаете что я думаю, пока все не догадались, мне стоит поговорить с папой, он поймет. Так я думаю, да завтра и спрошу, когда они с мамой вернутся. А пока что...Я посмотрел на луну в окне. Мне надо просто спокойно поспать, все эти проблемы вернуться завтра, а сейчас мне нужно просто заставить себя уснуть.
  
  Да спи же ты, скотина! До чего дошло - разговариваю сам с собой, а в придачу в каком тоне. Ну в шестом часу утру ещё и не такое бывает. Хотя может другие люди и не терзаются какими-то дурацкими мыслями о любви до утра. Я веду себя как девчонка, и это меня бесит! Нет, это просто ужасно. Вести себя как девка, и более того, как абсолютно тупая девка. Ну честное слово - осталось только беспричинно разревется в подушку. А это я могу. Как Мэтью последнее время меня доводил. И я так плакал, но вот тогда подушки рядом почему-то не было. Ну что за лажа?! А сейчас и капельки не выдавишь! Я действительно становлюсь похожим на девчонку. Надо съехать отсюда...в пансионат престарелых. Там хоть можно притворится глухим и спокойно смотреть телевизор. Так и сделаю...
  
  Я не люблю Мэтью. Он просто вечно мешает, вот я о нем и думаю. Я не могу к нему что-то чувствовать. Однозначно. Вот именно. Я его не люблю.
  Ещё спустя полчаса. Поднялся с кровати и пошел на кухню. Поем что-нибудь, а потом буду бесконечно долго мыть посуду, ну да, одну тарелку. Я положил первую ложку только что подогретых овощей. А паршиво- так я даже эту порцию не смогу до есть, и не будет шума, моющей посуды, который помогает заглушить мозги, которые со мной говорят.
  
  Я не люблю Мэтью. Это просто факт. Вот и хорошо. Вытер тарелку, вернулся в спальню и отрубился.
  
  -Вставай! - Кто-то теребит меня за пижаму, а нечто очень пушистое щекочет за нос. Это не к добру. Я лениво открыл глаза - что-то жутко серое упирается мне в нос. А. Кажется вспомнил. Мама однажды купила одну из тех дурацких щеточек, что вечно рекламируют по телику. Вопрос только в том, почему она упирается мне в нос. Я недовольно отодвинул приспособление очистки и тут же заметил лицо Мэтью, которое незамедлительно ко мне придвинулось чуть ли не вплотную.
  
  -Шелли, просыпайся.
  
  -Сколько времени? - Сонно поинтересовался я, слегка задвигаясь назад.
  
  -Думаю часиков двенадцать.
  
  -Так рано. - Я рукой закрыл глаза.
  
  -И не рано вовсе.
  
  -Скажи зачем ты пришел?
  
  -Я хотел помочь убраться. - Щетка аля туалетный ёршик, снова уперлась мне в щеку. Ну да в первый раз она казалась намного мягче.
  
  -Пожалуйста, не надо.
  
  -Нет, у меня как раз есть свободное время, а вот тебе нужно собираться.
  
  -Куда? - Недовольно выдохнул я. - Мэтью, куда мне нужно собираться?
  
  -Твоя мама тебе не говорила, они с Эмили затеяли поездку.
  
  -Я болею и никуда отсюда не денусь.
  
  -Но они уже заказали билеты на самолет, ещё раньше.
  
  -Почему они вечно всё решают без меня...- Я взялся руками за голову - она жутко раскалывалась.
  
  -Знаешь, я был бы рад, если бы ты поехал.
  
  -Ты тоже едешь?- Сон как рукой сняло, и я в ужасе смотрел на своего знакомого.
  
  -Ну да, я подумал это будет интересно.
  
  -Не более чем погребальная церемония в летний солнечный день...- Я опять грузно вздохнул.
  
  -Прости, что ты сказал?
  
  -Не важно. Я в любом случае никуда не собираюсь и думаю, что такие вещи нужно планировать заранее.
  
  -Ладно тебе, будет весело. - Он улыбнулся и в очередной раз помахал у меня перед носом щеткой-ёршиком. Неровен час, наброшусь на неё и сломаю. Вот так. В моём доме не будет дурацких щеток (кроме маминой конечно).
  
  -Никуда не поеду.
  
  -Берлин и его окрестности, потом Лондон, а потом Рим. 3 ночи в микроавтобусе, ночь в Берлине, и одна ночь в Риме.
  
  -И зачем нем знать подробности поездки, в которую я не собираюсь?
  
  -А билеты уже заказаны и всё оплачено.
  
  -Сдай мой билет. И прекрати размахивать своим дурацким ёршиком!.
  
  -Эй! - Он прижал к себе щетку. - Никакой это не ёршик!
  
  -Просто не маши.
  
  -А ты всё равно с нами поедешь.
  
  -Не поеду и в который раз повторяю: убери на хрен этот чертов ёршик! - Вконец взбесился я.
  
  -Прости. - Он испуганно на меня глянул и сделал шаг назад.
  
  -Эээ...извини, я не хотел кричать.
  
  -Не страшно. Я иногда бываю чересчур навязчивым и сам этого не замечаю. Да и в моей щетке есть что-то от ёршика...
  
  -Не правда. - Начал я оправдываться. - Она очень даже милая...
  
  -Ты так считаешь?
  
  Я поискал глазами что-нибудь, что бы подсказало мне верный ответ, но все вещи в комнате предательски молчали.
  
  -Да, я так думаю.
  
  -Мне она тоже сразу понравилась, если честно я долго выбирал подходящую. Но когда увидел эту все сомнения отпали...
  
  Я съехал рукой по физиономии, но что за ерунду он городит...
  
  -Шелли, тебе не интересно?
  
  -Нет, что ты...-Я опасливо огляделся в поисках новой подсказки. Ничего. Если подумать его бесконечные истории, как и по какому поводу связан с какой-то вещью начали порядком мне надоедать, но не так уж что бы. Объяснил, да? Проявление некоторого консерватизма. В общем может быть без них совсем будет чуточку скучно. Так что.- Я тебя слушаю.
  
  -Да тебе плевать на мой ёршик!
  
  -Ты таки признал, что это ёршик...- Негромко подметил я, но он пропустил это мимо ушей.
  
  -Ты хоть знаешь что я купил его специально, чтобы помочь тебе убраться?! - И он опять ткнул мне щеткой в нос.
  
  Я встал с кровати и медленно отодвинул приспособление чистки от своего носа.
  
  -Я польщен, а теперь не будешь ли ты так любезен исчезнуть из моего дома и дать мне доспать.
  
  - Какое доспать?! Тебе надо собирать вещи.
  
  - Я же сказал, что никуда не поеду! - Я выхватил у него ёршик и сам затычил ему внос. Маленькая месть, но приятно.
  
  -Прекрати!
  
  -Ага! Неприятно?
  
  -Шелли. - Он сердито выдернул у меня из рук ершик и с хрустом переломил пополам. - Я хотел как лучше, а ты как обычно всё испортил.
  
  -Эй! Ты его сломал!
  
  -А то я не вижу!
  
  -Ну и ладно.
  
  У Мэтью зазвонил телефон и он поднял один палец вверх в знак временного прекращения перепалки:
  
  -Привет...Да, конечно у меня есть минутка.
  
  А с кем это он разговаривает? Я старательно прислушался, незаметно придвигаясь ближе. Ну как, незаметно? Мэтью это тут же обнаружил и отошел ещё на шаг, прикладывая палец к губам.
  
  -Думаю, можно это поменять...Что? Тьфу гадость какая!
  
  Не знаю что руководило мной. Но я зачем-то придвинулся к Мэтью в плотную, вырвал трубку и сказал с такой силой на которую был способен:
  -Сам ты гадость! И не звони сюда больше!
  
  -Ты хоть знаешь кто это был? - Мэтью осуждающе на меня посмотрел и сам ответил на свой вопрос. - Это был мой редактор из издательства! - Он резко забрал у меня телефон из рук, снова набирая номер, шепча что-то вроде. - И что тебе лезет в голову, Шелли...
  
  Я сам был обескуражен не меньше, я...я был уверен, что это личный звонок.
  
  -Ну вот! Он теперь не берет трубку!
  
  -Прости.- Неловко выдавил я. - Я думал этот кто из твоих друзей.
  
  -Прекрасно. И даже если так? Зачем было на кого-то не знакомого наезжать по телефону?
  
  Я и сам не знал ответа на этот вопрос, просто мне стало неприятно, оттого что Мэтью во время нашей беседы отвлекается на кого-то другого и всего-то. Обычное приучение к дипломатичности по отношению к собеседнику.
  
  -Это невежливо, говорить с кем-то по телефону, когда рядом есть живой собеседник. - Я потупился, опуская голову.
  -А? А думаешь это вежливо орать на кого-то по телефону?
  
  -Не спорю, я был немного резок.
  
  -Да они меня теперь даже близко к порогу издательства не подпустят.
  
  -Прости, я не знал, что всё так серьезно.
  
  Мэтью сжал пальцами переносицу, слегка наклоняясь вперед.
  
  -Что мне теперь делать, а?
  
  -Ну хочешь я позвоню и извинюсь, скажу что это я виноват, а ты не причем.
  
  -Что толку, если трубку всё равно не снимают?
  
  Неожиданно телефон завибрировал и Мэтью тут же приложил его к уху:
  
  -Здравствуйте, да простите, простите, простите. Да, я бы хотел извинится перед ним лично. Да это по пьяни сболтнул мой знакомый.
  
  По пьяни сболтнувший знакомый, который только что чувствовал себя жутко виноватым скептически хмыкнул. Это был я. Да, Мэтью умеет разрулить ситуацию...
  
  -Что?!...Менять редактора, в середине книги это же чистой воды безумие!... Дайте ему трубку!...Хватит сыпать общими фразами! Вы можете просто приложить телефон к его уху?! Мартин, ты меня слышишь?! - Надрывно сорвался он в мобильник.- Мартин, черт тебя дери!...Так-то лучше, я уж думал совсем сорву голос. - Мэтью прокашлялся. -...Я же тебя объясняю, что эта была лишь случайность! Да ты хоть послушай меня...Совсем одурел! Нельзя всё так бросить и уйти! Что?!...Погоди, погоди не вешай трубку...Мистер Праймор, дайте Мартину трубку... Ушел?!...Вы это серьёзно?... Скажите, что вы пошутили. Вы же видели как этот новичок умеет редактировать, это всё равно что сковородкой копать себе могилу...Извиняюсь, пластмассовой ложкой. Да, какого черта именно Джордж?! Он лох последний! Мне плевать, что его отец директор компании, если он собирается испортить мою книгу. ...Так...- Мэтью задумчиво сжал подбородок, сдвинув брови. - Послушайте, пишите в отчете, что я буду замораживать проект, дождусь пока Ральф освободится или таки договорюсь с Мартином. ...Я? Я прекрасно понимаю, что это вторая часть, и что у нас есть дедлайн! Дайте, просто мне немножко подумать. С Джорджем, с ним же просто не возможно редактировать. Он вечно норовит вставить свои мысли, которые совсем не относятся к делу! Когда мы только начинали редактировать "Снежного ангела", он вечно терся в нашем отделе вместе, со своим дурацким кофеем без сахар, и хотел втемяшить туда тематику свободы. Какая свобода?! Какая революция?! Если там этого нет! Мистер, Праймор. Я замораживаю проект. - Мэтью сердито выключил телефон и снова посмотрел на меня. - Доволен? Мне по средине книги меняют редактора и предлагают ни кого-то там, а самого худшего. - Он плюхнулся на мою кровать, закрывая руками лицо, упираясь локтями в колени.
  
  -Прости. - Только и смог сказать я. Давно я не видел Мэтью таким расстроенным и подавленным. - Послушай, я могу для тебя что-то сделать?
  
  Он вдруг отнял руки от лица, сочувствующе улыбаясь и неожиданно расхохатался.
  
  -Что? - Не понял я.
  
  -Шелли, просто ты такой очаровательный. - Он зажмурился от удовольствия. Я недоуменно на него смотрел, то так был убит, а сейчас сыплет подозрительными комплиментами.- Можешь. - Он ещё больше заулыбался. Куда уж больше. Это я идиот - он всё так же улыбается. Просто мне кажется. Потому что я всё время моргаю.
  
  -И что? - Я ожидал чего угодно, и ко всему был готовым, однако мы все не застрахованы.
  
  -Я попрошу у тебя сразу несколько вещей.
  
  А он ещё и ставит требования. Хотя собственно это я виноват, так что мне не остается ничего, кроме как кивнуть и смирится со своей участью безмозглого паразита. И чего я дернулся вырывать у него телефон?
  
  -Во-первых мы поедем и извинимся перед Мартином, потом ты поедешь с нами в поездку...
  
  -Не проси невозможного - я же болею и совершенно не готов к длительному перелету...
  
  -И третье - ты вернешь кредит на поцелуй.
  
  -Что это значит? - Недоуменно, но уже негативно настроено поинтересовался я.
  
  -Ты разрешишь мне поцеловать мне ещё один раз.- Он поднял указательный палец вверх.- Кого-нибудь.
  
  -Хорошо. - Я скрестил руки на груди. - Только я хочу это видеть.
  
  -Да пожалуйста. Я скажу тебе когда смотреть.
  
  -И кстати по поводу поездки. Разве ты не понимаешь, что если поеду мне станет только хуже и я буду всем мешать.
  
  -Думаю ты прилично отоспался за сегодня и тебе уже лучше.
  
  -Да ты в курсе что я лег в шесть утра?!
  
  -О. А чего так?
  
  -Не важно. - Не говорить же ему что мне в голову пришла какая-то хрень? Логично? Логично.
  
  -Тогда я наверное рано тебя поднял.
  
  -А я тебе что говорил! А ты : вставай¸ собирайся.
  
  -Шелли, я не давлю, но было бы нужно чтобы ты поехал.
  
  -Зачем? - Я вскинул руки. - Я ненавижу все эти путешествия! Самолет - бессонная ночь, паром - тошниловка, поезд -тряска, микроавтобус - опять тошниловка. Музеи - сон на ходу, море - возможность подкормить крабов и заработать себе ожоги, горы - сдохнуть от любимого кислорода, равнина - скукожится от скуки, прочие достопримечательности - оглохнуть от ора экскурсоводов. Местное кафе- отравление, дорогое кафе- пустой кошелек, покупка еды на пляже - прямая смерть.
  
  -Ты что читал наш маршрут?
  
  Я вскинул руки:
  
  - Я тебе говорю: я сегодня вообще впервые услышал об этом путешествии. Мама что такое планировала, но она не говорила что уже воплотила свой план в действие.
  
  -Неужто тебе так плохо в путешествиях?
  
  - Абсолютно.
  
  -Ничего, в этот раз рядом буду я и милый бумажный пакет. -Он вытянул из заднего кармана огромный бумажный пакет с розовым медведем.
  -О, так меня вырвет значительно быстрее.
  
  -Что ты имеешь в виду?
  
  - Ладно, забудь. Кстати, я тут подумал, как ты вообще зашел ко мне в дом? Ведь мои родители уехали.
  
  -А у меня есть ключи от твоего дома. - Он бессовестно помотал их на пальце.
  
  -Отдай! - Тут же взвился я.
  
  -Ни за что! - Он оттянул их подальше от моей протянутой руки. - Ты хоть знаешь чего мне стоило их получить?! Мне пришлось одолжить ключи у Эмили, а потом идти в ремонт...
  
  -Я понял. - Мало того, что Мэтью почем зря вечно торчит у меня дома, так у него оказывается есть ключи. - И давно они у тебя?
  
  -Да не особо, может недели две, может даже меньше.
  
  Неожиданно зазвонил мой мобильник. Я посмотрел сначала на Мэтти, а потом медленно приложил его к уху:
  
  -Шелли? Тут такая не задача получилось.
  
  -Эм, ты забыла мне сказать, что вы собрались меня потащить на истинно европейскую экскурсию?
  
  -Вообще-то да. Мы договаривались с твоей мамой, ещё раньше. И тогда я думала, что она сказала тебе, а она думал, что я поговорила с тобой. В любом случае самолет сегодня в 20.50. Все билеты лежат у меня.
  
  -Эм...
  
  -Не забудь положить фотоаппарат, а то мой сдох окончательно.
  
  -Эмили, я никуда не поеду и ты возьмешь билет и сдашь его.
  
  -Что?! Без тебя я тоже не поеду!
  
  -Попутного ветра.
  
  -Шелли, да все уже договорились.
  
  -Я плохо себя чувствую.
  
  -Не будет эгоистом!
  
  - Я жутко болен, а меня не предупредив пытаются запихнуть в самолет. Такое в жизни вообще бывает?
  
  -Недоразумение вышло, ты же понимаешь.
  
  -Конечно я понимаю! Мне только не хватало ближайших пару дней провести в обнимку тазиком, ах извиняюсь Мэтью мне подготовил специальный бумажный пакет с мишками!
  
  -Что, правда?
  
  -Если хочешь, забирай себе.- Отмахнулся я.
  
  Мы немного помолчали. Видимо, пакет ей не нужен. Да и Мэтти как-то на меня настороженно смотрел, прижимаясь к своему пакету.
  
  -Поехали!
  
  -Ты же обещал. - Неожиданно встрял Мэтью.
  
  Я зажал рукой динамик:
  
  -Ты не видишь, я говорю по телефону?
  
  -Действительно. - Он скептически хмыкнул, а потом отобрал у меня телефон, отталкивая в сторону:
  -Эмили, привет, это Мэтью, можешь не волноваться, Шелли обязательно поедет, да и не забудь взять для него какие-нибудь лекарства...
  
  Будто я старичок какой. Хочу в дом престарелых. А потом на черной тойоте с телевизором в обнимку. Лети, лети моя черная тойота!
  
  - Всё, встретимся около входа. Не волнуйся. Если я что-то решил, то я это сделаю. Пока. -Он повесил трубку.
  
  -И какого черта ты это сделал?
  
  -Скажи я прогнал лучшего редактора издательства с твоего проекта?
  
  -Нет...
  
  -Вот и не ной. И я не собираюсь тебя уговаривать. Ты ужасно передо мной виноват, так что просто поедешь.
  
  -Я виноват?
  
  -А ты видишь здесь кого-то другого? - Мэтью огляделся по сторонам. - Конечно ты, всю работу мне сорвал...Ну ладно, что-нибудь придумаю. - Он взъерошил волосы. - Давай, помогу тебе собраться.
  
  -Что я маленький что ли?
  
  -Да, маленький.
  
  Спустя полчаса мы собрали нужные вещи и одежду в чемодан. У меня тек нос. Мэтью сворачивал мои майки в трубочку, утверждая что так больше влезет .У меня не было сил его останавливать -пускай делает что хочет.
  
  -Вот и всё, видишь сколько времени ещё осталось?
  
  -Я могу пойти поспать?
  
  -Конечно.
  
  Я облегченно двинулся на второй этаж, ведь Мэтью настоял на том чтобы мы собирались внизу мол так можно разложить всю мою одежду и выбрать самое лучшее. Короче, он сам всё выбрал. Я поднимался в свою комнату как вдруг случайно услышал как Мэтью говорит по телефону.
  -Я тебе уже говорил, нет! Я дал слово...Да, это слово мне важнее!
  
  Интересно с кем это он говорит? В голову пришла диковатая мысль снова вырвать у него из руки мобильник и наорать на другой конец провода. Но воспоминая каких трех желаний мне это стоило -решил просто послушать. Интересно, а не про обещание данной мне он говорит?
  - Если так ставишь вопрос, то да - это обещание мне важней чем ты...Почему? Просто потому. Не лезь не в своё дело...Я ? Я тебе ничего недолжен!
  Мэтью отключил мобильник и поймал мой взгляд - я стоял где-то на третей по высоте ступеньке и тут же быстро направился вверх. Он начал подниматься вслед за мной. А на последней ступеньке я упал, а он меня подхватил.
  
  -Пусти. -Я нервно дернулся.
  
  -Ты чуть не слетел с лестницы, а пусти это всё что я услышал в благодарность.
  
  Я шокировано на него обернулся:
  
  -И когда ты успел стать таким сердитым?
  
  -С тех пор как меня угораздило тебе кое- что обещать?
  
  Я не понимающе на него смотрел.
  
  -Ты хоть знаешь с каким количеством людей я поссорился за последний сутки?! Что ты сделал с моей жизнью!
  
  -А нечего давать, обещания если они приносят тебе столько проблем!
  
  -Я никогда не говорю что либо зря. Ты хотел чтобы я это пообещал. И я без колебаний выполнил твоё желание. Потому что я всегда делаю только то, что хочешь ты!
  
  -Не нравится - можешь уходить! - Я махнул рукой на дверь. Он сверкнул глазами в сторону выхода и вдруг схватил меня за руки. - Что мы делаем, Шелли?
  
  -Ругаемся. - Как можно деликатней ответил я.
  
  -Это так глупо. - Мэтью опустил взгляд на наши руки, а потом снова поднял. - Прости. Я просто расстроился из-за всех этих проблем редактурой...иди спать и не бери в голову ,всё что я сказал. - Он легонько подтолкнул меня назад. А когда я и после этого не двинулся .смотря на него во все глаза, пояснил.
  - Иди. Иди спать.
  
  Я развернулся к нему спиной и медленно побрел. Идти. Идти спать. Как так вышло? Что в сущности виноват был я, а извинялся опять он? Вообще он сам придумал мне такое пообещать, а ещё говорит, что я этого хотел. Вздор. Все он сам.
  
  Вот всегда так. Очень хочется спать, но только положишь голову на подушку уснуть то и не можешь. Я...Я мог упасть с лестницы. Мне стоило поблагодарить его. А я только разозлился. Не хочу портить ему жизнь, это ведь очень грубо с моей стороны знаете ли. Так что я пойду и извинюсь. Я шатаясь поднялся с кровати и уверенно двинулся в коридор. Сейчас добегу до лестницы будет проще. Стало проще, я просто запнулся об первую ступеньку и полетел вниз. Ещё в полете, пафосно, но правда, меня обхватили знакомые руки. Я знаю чью они.
  
  Мы с Мэтью просто врезались в середину лестницы и застыли. Через какое-то время он поморщился, слегка приподнимаясь, обращаясь ко мне:
  -Какого черта ты так летел?! Можно же шею себе свернуть!
  
  -П-прости. - Я медленно убрал руки от его плеч. - Я хотел извиниться. - Отсел на соседнюю ступеньку.
  
  -За что?
  
  -Я чуть не упал с лестницы, а ты меня подхватил.
  
  -...и мы разругались. - Закончил он за меня, также не вставая - на лице появилось подобие улыбки. - Знаешь Шелли, мне всегда нравилась в тебе черта.
  
  -Какая? - Безнадежно спросил я.
  
  -Ты ведь сказал то, что думал, правильно?
  
  -Я не...- Я хотел сказать, что я не хотел на него ругаться. А вышло это потому что по привычке показалось, что Мэтью хотелось что-нибудь со мной сделать. Глупо, да? Глупо, да. Живет во мне что-то из старых впечатлений. Никак не могу понять, что он нормальный обычный человек.
  
  -Шелли, я очень рад, что ты мне не врешь.
  
  -А вот ты всё время секретничаешь. - Я отвел глаза в сторону.
  
  -А? Жаль что со стороны всё так выглядит. Но я тебе полностью доверяю, поэтому если ты что-то хочешь узнать, ты всегда можешь спросить. И я тебе скажу.
  
  Я задумался. Чтобы я хотел спросить и какие ответы получить?
  
  -Я потом спрошу.
  
  Я подумаю лучше и когда смогу в слова оформить всё что накопилось, тогда и узнаю.
  
  -В любое время. Шелли, я пойду к себе? Мне ещё надо проверить вещи и освободить фотоаппарат. Я вернусь где-то к пяти, как раз твой отце собирался везти нас в аэропорт.
  
  Я убито кивнул. Внутри происходило что-то странное - всё сжималось и дрожало. Что со мной происходит? Я же уже решил что к Мэтью я ничего не чувствую, это просто чушь и мне не надо об этом думать. А он? Он бы ответил на любой мой вопрос? С каким концом провода он говорил на этот раз? Почему он так дорожит нашим обещанием? Почему ловит меня с лестницы, когда я падаю. Почему подолгу смотрит мне прямо в глаза? Что ж если он хочет, чтобы я запутался - ему это удалось (кстати об этом тоже стоит спросить - чего он добивается своими действиями?). Или ничего? Живет, как живется. А это опять всё я - накручиваю себе чего-то...Спрошу его.
  
  Вернулись мои родители, мама как обычно проверяла мой чемодан, хотя я вроде как вырос. Ещё удивилась тому ,как компактно сложены мои вещи. Мне разве что хотелось куда-то сбежать, оттого что я прекрасно понимал - это не моя заслуга, и об этом прознают.
  
  -Очень хорошо. Вот это твой паспорт. Вот конвертик - здесь лежат деньги, если этого не хватит я положила ещё немного в маленький кармашек чемодана. Я заплатила тебе за мобильник ещё надолго, ты обещаешь звонить?
  
  -Да. - Неуверенно согласился я.
  
  -Шелли, всё будет хорошо, всю ответственность за поездку я сгрузила на Эмили, потому что ты болеешь.
  
  -И зачем было меня куда-то отправлять если я болею?
  
  -Мы решили это раньше, и это ужасно что так вышло, что мы не проверили знаешь ли ты.
  
  -О да это ужасно. - На распев повторил я.
  
  -И можно тебя попросить - не груби Мэтью?
  
  А я только о нем почти перестал думать. В общем если честно больше я и не видел особо причин грубить ему ,но слова всегда как-то вырываются сами собой. Будто рядом с ним я не могу себя контролировать...
  
  -Я не буду...
  
  -Вот и хорошо!
  
  Она отправился зачем-то на кухню, а я обратился к папе, который рассматривал брошюру поездки.
  -Пап, есть минутка?
  
  -Конечно. - Он поправил очки, откладывая бумажку. - Надеюсь, ты не сделал что-нибудь, что расстроит твою маму?
  Я вдруг вспомнил про разбитую вазу, но решил об этом промолчать.
  
  -А-то знаешь ли...- Он понизил голос до шепота. -Мне с ней быть здесь целых 6 дней в гордом одиночестве. - Его голос снова выровнялся. - Так в чем дело?
  -Я... мне кажется со мной творится что-то странное.
  
  -Плохо себя чувствуешь?
  
  -Нет, мне уже намного лучше. Я говорю про другое.- Я слегка опусти взгляд. Мне просто хочется получить какой-то совет не обрисовывая ситуацию, мной предположенную. Мэтью просто Мэтью. И мы оба нормальные. Просто внутри всё так неестественно дергает, стоит мне о нем задуматься. И как об этом спросить?! Выход таков: не надо спрашивать. - Я знаешь пап, думаю я сам справлюсь.
  
  -Ну смотри. - Он недоуменно посмотрел на меня, а потом улыбнулся. Погодите: мой отец улыбнулся?! Это что-то вообще невозможное. Последний раз я его улыбку видел, может на их с мамой свадебной фотографии.
  
  -Что с тобой такое?
  
  -А что, у меня что-то на лице?
  
  -Нет, ты улыбнулся.
  
  -У меня хорошее настроение.
  
  -И с чего бы это интересно? - Я вскинул руки. Мир летит к чертям, а я нахожусь в центре этого безобразия!
  
  -А что ты уже и не рад, если у твоего папочки в жизни белая полоса?
  
  -Честно, в чем дело?
  
  -Да ни в чем - мне просто хорошо.
  
  -Ладно.- Я смерил его ещё одним подозрительным взглядом.
  
  Ладно. Так я решил. Пусть все думают что хотят. Меня с Мэтью ничего такого не связывает. Он просто мой нелепый знакомый, который сворачивает одежду рулончиками. Я успокоился.
  
  Время до пяти до пяти пронеслось достаточно быстро, наверное потому что мне совсем не хотелось покидать мой дом. Но вот пять настало. Около калитки меня ждали Мэтью, Эмили и Рэйчел. Я поежился и придирчиво огляделся, недовольно спрашивая:
  
  -А где Бартишо?
  
  -Наверняка поехал к тёте, а что?
  
  -Он разве не едете с нами?
  
  -С чего ты взял?
  
  Папа пригнал машину и все дружно начали грузится.
  
  -Я ему предлагал, но он почему-то отказался.- Пояснил Мэтью, усаживаясь в машину.
  
  Мама поцеловала меня в лоб, сообщая последние наставления, но в основном они все крутились вокруг того же: не груби Мэтью, слушайся Эмили, покупай Рэйчел подарки и конечно гвоздь программы- я привязала твой паспорт к дну кармана, чтобы ты его не посеял. Только она меня отпустит тут же отвяжу. Мы распрощались. Я сел в машину и отвязал паспорт.
  
  -Мэтью, ты можешь не заваливаться мне на плечо? - Я в который раз его отодвинул от себя.
  
  -Тебе что жалко?
  
  И так и не дождавшись ответа он водрузил свою голову обратно. Застрелить его что ли из ёршика? А точно, ёршик сломан. Чтоб его. Но я же ничего не сказал? А почему я ничего не сказал? Я не знал что сказать? Я не хотел что-то менять? Нет, мне это было неприятно. Но во второй раз я почему-то его не согнал. Ладно, спишем это на усталость и болезнь. Идеальное оправдание. Оправдание? Что вы - это факт.
  
  Совсем нескоро мы оказались в аэропорта, папа ещё раз пожелал нам удачи, и мы собрались на регистрацию, как он позвал меня на минуточку:
  -Я вас догоню. Пап, что ты хотел сказать?
  
  -Я по поводу того, что ты спрашивал. Если что-то в жизни странно - не волнуйся - прояснится. Так что не грусти.- Он похлопал меня по голове и ушел. Прояснится? А прояснятся ведь нечему - я просто не люблю Мэтью. А то что было в тот корявые вечер - просто меня занесло. Как это бывает. Мы всего лишь знакомые.
  
  -Купишь попить? Мне колу, а Рэйч водички?
  
  -Давай.- Я спокойно принял из рук пятерку. Это мы уже были в зале ожидания. Стоит конечно отметить как я проходил паспортный контроль (паспорт таки и зацепился за нитку и застрял в кармане, я чуть его не порвал.), но сейчас, после того как мы уже сдали багаж, оставалось только ждать нашего рейса.
  -А погоди- ещё орешков из автомата. - Она сунула мне мелочь. - В глазури, окей?
  
  -Окей. - Невозмутимо согласился я.
  
  -Шелли, я с тобой.
  
  А это Мэтью. И стоило мне подняться со своего сиденья, он тут же вскочил и поплелся за мной, смешно пряча руки за спиной. Стоило нам подойти к ларьку с едой - как сразу бросался в глаза какой-то не сильно опрятного вида человек в обнимку с бутылкой коньяка. Бросается в глаза ну и пусть - я пришел сюда купить воды. Я стал в очередь спокойно разглаживая пятидолларовую бумажку и пересчитывая монеты - этого вообще хватит? Странный дядька поднялся из-за столика и стал за нами. И даже после того как мы купили напитки и двинулись к автомату с орешками, он не отставал:
  
  -Вам что-то от нас нужно?! - Не выдержал я.
  
  Он как-то расстроено меня осмотрел и не менее расстроено добавил:
  
  -Не женитесь рано.
  
  А потом ушел, помахивая на последок своим коньяком. Если бы моё лицо было воском - оно бы давно растаяло от стыда. Женится на Мэтью?! И как этому полубомжу такая мысль пришла?! Как он допустил такое в свою голову?!
  
  -Думаю он прав.
  
  Я всё так же растворяясь от стыда повернул голову на Мэтью- а он был абсолютно серьёзен.
  
  -В конце концов глупо женится на первой встречной - я учту. Пошли, Шелли.- Он дернул меня за рукав в сторону автомата с орешками.
  А я изучал свои кроссовки - как мне только такое пришло в голову? Ясное дело он имел ввиду девушек? А я...?! А что я подумал?! Придурок, придурок, придурок!
  
  -Шелли, прекрати жать на кнопку от автомата, ещё сломаешь.
  
  -А?
  
  -Что-то случилось? Ты немного нервный.
  
  -Я нервный? -Глупый смешок.
  
  -Может ты просто устал.
  
  Конечно я устал. Я оперся об автомат, смотря в пол. Что, что мне пришло в голову?! Мэтью ведь даже не подумал об этом. А я...только я. Господи, как же это ненормально!
  
  До самой посадки я не проронил не слова. И только когда мы стали взбираться по трапу я обратил внимание на свой талончик. Передняя часть самолета, одни из самых последних мест. Ну хорошо хоть в спину никто не будет пихаться. Но когда мы вошли, Эмили пошла вперед.
  
  -Ты куда?
  
  -У нас места дальше- тебе же задержали на паспортном контроле, а мы с Рэйч в это время регистрировали багаж.
  
  Я скривился, если бы только не эта дурацкая нитка.
  
  Но хуже было когда я уселся на своё последнее место, а рядом примостился Мэтью.
  
  -Слушай, ты не мог бы отсесть?
  
  -С чего бы это? Я тоже хочу смотреть в окно.
  
  А я уже понял что этот спор не принесет ничего , вот и замолчал.
  
  Нам раздавали карамельки , те самые которые обычно подают в самолетах.
  
  -Спасибо.- Я развернул свою конфетку... и она упала на пол. Ну что неудачник, я обернулся по сторонам и в общей суматохе подтолкнул её ногой под кресло. Это сделал приличный гражданин. Вообще говоря в самолете было неожиданно просторно и как у мамы с папой на это денег хватило - потом спрошу? Синий ровный коврик по всему салону и вокруг какие-то богатые индючки, за исключением бабки за ряд от нас. А у неё как денег на это хватило? Потом спрошу. Ой, то есть нет не спрошу. Согласитесь, это выглядело бы странно: "Здравствуйте незнакомая старушенция, и как вам хватило денег на этот безумно элитный самолет? Может вы вор?" О да, глючит меня по-страшному.
  
  - Эй, Шелли. - Мэтью наклонился к моему лицу, теребя в руках обертку.
  
  -Что?
  
  -Хочешь карамельку?
  
  Я медленно перевел взгляд на его рот: как ему только ума хватило. Конфетку из одного рта в другой, это же совсем не гигиенично! Нет, вообще ужасно. Он кажется понял о чем я думаю и тихо усмехнулся выуживая ещё одну конфетку из кармана:
  
  -Я взял две.
  
  Он продолжал мне улыбаться загадочно улыбаться. А меня бесило что он понял о чем думаю. Да, а ещё мне было очень стыдно за свои мысли.
  
  -Спасибо. - Я принял у него из рук карамельку, смущенно отворачиваясь к окну.
  
  Самолет взлетел и можно было снова ходить по салону. Я до сих пор поражаюсь своему идиотизму, коэффициент которого вырос в последнее время на все свои 100 процентов. Я проглотил таблетку от тошноты (вы просто не представляете как мне плохо в поездках), и начал икать. Громко на весь самолет. Готов провалится сквозь землю. Но куда хуже стало, когда выключили свет и все могли бы выспаться. Но я продолжал икать не давая спать никому. Потом наконец та самая старушка решила мне об этом заявить:
  
  -Ты не мог бы потише!
  
  -Простите. - Я опять икнул.
  
  Хорошо это всё хоть не было в полнейшей тишине, люди негромок говорили, видимо поняв что им не заснуть. А может я не много преувеличивал и меня слышало лишь ближайших пять рядов.
  
  -Вам принести воды?
  
  Я с благодарностью посмотрел на стюардессу.
  
  -Да, если можно...Ик.- Я коряво улыбнулся сильнее вжимаясь в кресло.
  
  Я выпил целую бутылку воды, но от этого моя икота стала лишь чаще. Что за бред...Ик...Мне было жутко неудобно, все пытаются поспать а я тут сижу икаю.
  
  -Шелли.
  
  Я обернулся на голос. Мои руки сжали две маленьких ладошки. А потом меня почти мгновенно...это не был бестолковый чмок, но и поцелуем это тоже не назовешь. Просто Мэтью (кто же ещё?) фактически обнял своим губами мою верхнюю губу, почти не заметно касаясь зубов. Он всё ещё держал свои глаза закрытыми, а потом медленно отстранился, еле заметно улыбаясь, опираясь локтями о подлокотник:
  
  -Перестал.
  
  Я медленно провел указательным пальцем по губе, потом удивленно посмотрел на руку, а потом на Мэтью. Он мне подмигнул, немножко наклоняя голову. Мы какое-то время молчали. Я устроился поудобнее, а потом всё-таки с опаской спросил:
  
  -Слушай, а тебе не жалко было на меня тратить свой резервный поцелуй?
  
  -Не жалко.- Он глянул на потолок, а потом снова на меня.- Мне вообще для тебя ничего не жалко.
  
  Моё лицо вспыхнуло и я тут же отвернулся к окну, еле слышно бормотнув размытое "спасибо". Чтобы кто не говорил я не считаю что он должен был это делать. Хоть я ему и премного благодарен - я наконец перестал икать, но с другой стороны мне совершенно не хотелось. Не хотелось, чтобы я опять был виноват в том что он делает не то, что хочется. Это пусть и резервная глупость определенно предназначалась кому-то другому. Например Бартишо или Уиллу. Уилл...как я его ненавижу. Да просто за то что он есть! О, а это была миннистерика. Но на самом деле меня волновало кое-что другое. Кгхм. В первый когда мы поцеловались - это была случайность - не считается. Во второй раз - он всего лишь пытался вежливо меня заткнуть (фу, как грубо). А то что произошло пару минут назад было что-то другое. Конечно он это делал потому что всего лишь хотел избавить меня от икоты. Но это было как-то по другому. Потому что раньше он мог целовать всех любое количество раз. А сейчас у него был всего один запасной поцелуй...И он потратил его на меня? Я снова почувствовал как мои щечки запаляются.
  
  -Досадно вышло, а?
  
  Внезапно встрял в мой внутренний монолог Мэтью. Я не совсем понял что он имеет в виду и промолчал. Хотя склоняюсь к варианту о том, что он уже жалеет о том что так растратил свою возможность. Однако он наверное никогда не перестанет меня удивлять.
  
  -Ты так хотел увидеть, кому я подарю свой резервный поцелуй, а это оказался ты сам. Ведь зеркальца у меня под рукой не было. - Он показал мне пустые ладони. - Не злишься? Это странно.
  
  И правда странно. Как-то пока это всё происходило мне и в голову не пришло отталкивать Мэтью. Да и не хотелось мне этого, он бы обиделся. Я не хочу его обижать.
  
  -Знаешь ты как-то изменился, ещё с пятницы.
  
  -Со мной всё в порядке.- Я погладил свои колени, надеясь что это не выглядит необычно. Но увы именно так это и выглядело.
  
  -Ты нервничаешь.- Он положил свою руку поверх моей плотно смыкая пальцы. Я обернулся на него, к чему приведут все эти разговоры? Кто знает. Я конечно правда немножко занервничал, но ведь только после того как он взял меня за руку. Потому что мне показалось сейчас что-то будет. Незаконно. - Что-то случилось?
  
  А всё ждал этого вопроса, что бы бодро ответить:
  
  -Что ты, всё нормально.
  
  Но он почему-то мне не поверил, ещё сильнее сжимая руку.
  
  -Может ты боишься летать на самолетах? - Мэтью наклонился к самому моему лицу.
  
  -Думаешь я бы стал трястись с пятницы по поводу того, что полечу куда-то в воскресенье? И как ты помнишь про поездку я узнал только сегодня.
  
  -Я это понимаю. Но может сейчас тебе страшно именно из-за этого?
  
  Я недоверчиво посмотрел на него: издевается или нет? И устало пояснил:
  
  -Конечно же нет, просто я слабо переношу всякие путешествия вот и не важно выгляжу.
  
  -А мне кажется причина в другом. - Он легонько подтолкнул моё плечо многозначительно поднимая брови.
  
  -Не имею малейшего понятия о чем ты. - Я отодвинулся, пытаясь выпутать руку. - Отпусти пожалуйста.
  
  -Нет. Мне конечно грустно что ты не все доверяешь мне. Но чтобы не случилось, я просто хочу тебя поддержать. - Ладонь вновь сжалась. Я вздрогнул растерянно ища куда мне спрятать глаза. Зачем он держит меня за руку? Не могу. Моя похоже начинает потеть, только бы он этого заметил, надо быстрее освободится.
  
  -Я...ты не мог бы меня отпустить, я собираюсь подремать немножко.
  
  -Тогда положи мне голову на колени.
  
  -Не хочу!
  
  -Шелли. - Он не спрашивая поднял ручку кресла и положил мою голову себе на колени. Я неуверенно моргнул, сердце заколотилось, наверное от такого резкого толчка. Лицо Мэтью освещалось луной, а потом он наклонился и шепнул мне на ушко:
  
  -Уже двенадцать. Поздравляю с началом каникул.
  
  Он опять улыбнулся. А я не мог как он ещё понял, что я весь сгорел вместе в щеками, от того что он настолько близко. И только что он ведь наклонялся совсем близко. Мои глаза тревожно замерцали и я опять икнул, мгновенно закрывая рот руками - ну только этого мне не хватало! Мэтью сочувствующе на меня посмотрел, но похоже делать ничего не собирался. Видимо, держит своё слово. Я не думаю, что я был бы против снова перестать икать, ведь просто ужасно мешало мне спать. Но как-то пошло было бы просить на весь салон "Мэтью поцелуй меня, а то я так икаю...". Да и я никогда бы не попросил его об этом. Ни за что. Раз Мэтью не собирался делать чего-то такого (я горжусь им), он начал меня убалтывать:
  
  -Ничего мы хорошо выспимся. В аэропорту нас будет ждать Пьер и его водитель он отвезут нас на дачу Флаунов...
  
  -Пьер,ик?! - Я тут же подхватился со своего места.
  
  -Ну да, Пьер.
  
  -Тот самый который на вечеринке...ик, о черт...
  
  -Пьер Флаун, ты же вроде его знаешь.
  
  -Да. - Я скосил глаза. Пьер этот тот самый толстый чудачек, и мама ещё очень хотела чтобы я с ним дружил, а потом я как-то ляпнул Мэтью что он красивый...Ну он наверное уже всё забыл.
  
  -Ты ещё как-то говорил что он красивый - побыстрее бы его увидеть.
  
  -И мне...не терпится. - Я скривился - буду погребен под собственным стыдом, если только Пьер чудесным образом не начала качаться. Этого не случится, кого я обманываю. - А почему мне ничего...ик не сказали?!
  
  -А что такого вы ведь давно дружите - так твоя мама сказала.
  
  Я тяжело вздохнул устраиваясь в собственном кресле. Не одно так другое. А ко всему прочему Мэтью постоянно до меня невзначай дотрагивается, а я из-за этого чувствую себя странно. Главное помнить, что нет, я его не люблю, всё это было помутнение рассудка. Да. Да. Да...ик!
  -Не волнуйся вы же уже много лет знакомы.
  
  -По правде говоря -мы познакомились на сентябрьской вечеринке. - Опустил я голову, негромко сознаваясь в своих деяниях. И на этот важный момент икота даже прекратилась, а потом началась с новой силой.
  
  -Вот как...
  
  Я хотел ещё сказать что Пьер не такой каким его представляет Мэтью, но не смог... Стоило мне повернуть на Мэтти голову - он смотрел мне прямо в глаза. И я забывал абсолютно все слова и мысли, что только могли уместится в моей голове.
  
  -Я...ты ведь не сердишься?
  
  -На что? - Недоуменно спросил он.
  
  -Моя мама ведь сказала тебе не правду.
  
  -И что? У неё наверняка были причины такое сказать...
  
  А у тебя? Были ли у тебя причины врать мне? Или причины говорить всё так чтобы я недопонял? Ты специально всё это затеял, чтобы я в конец запутался.
  -Мэтью...ты мне можешь честно ответить на один вопрос?
  
  -Конечно, спрашивай что хочешь.
  
  -Тогда...на крыльце ты говорил это серьезно?
  
  -Да. Мне нравилось сыпать любовью вокруг, но ты видел в этом только дешевку. Поэтому я и дал тебе это обещание. Я совершенно не хочу чтобы ты видел в моих действиях плохую сторону, ведь мне важно твоё мнение.
  
  Я встрепенулся, опять вздрагивая. Почему?.. Почему? Почему нельзя просто на меня забить, если не любишь?! Это разве сложно?
  
  Я сжал руки в кулаки. Если он мне так доверяет, а выясниться что я соврал, в смысле по поводу Пьера, то мне будет только хуже. Так что мне надо сказать это сейчас. А если нет, то не иначе всплывает тупая сценка в аэропорту, уже после регистрации. "Пьер, дружище, ты так изменился...". "Вообще-то я не Пьер". "Простите обознался". А потом мы доходим до настоящего Пьера "Пьер, дружище ты так изменился...". " Шелли, я всё такой же, а вот ты какой-то странный...". На заднем плане Мэтью "И это ты считаешь красивым? У тебя необычные вкусы, Шелли. Не знал, что тебе нравится такое..." Я не хочу чтобы он так думал. Поэтому надо сказать правду. Всё же лучше, чем быть позорно раскрытым потом. Я сделаю это.
  
  -Мэтью...- Мой голос по-дурацки ломался.-...я...я тебе кое-что скажу, а ты пообещай, что не поменяешь своего мнения о тебе?
  
  Кстати не мешало бы узнать какое оно. Но опять же это выглядело бы чересчур странно "Мэтью, солнышко, что ты думаешь обо мне, а?" И какого хрена, там взялось слово солнышко?! Совсем крыша едет.
  
  -Ну хорошо.- Невинно согласился он.
  
  -Помнишь там... - Я зажмурился, прижимая подбородок к майке. - ...на вечеринке знакомств? Мы с тобой сидели на чердаке.
  
  -На небе было много звезд.
  
  -Да, и тогда я сказал...я сказал, что Пьер красивый. Вот только...- Я последний раз набрал ещё воздуха в легкие, потом перестану дышать. -...это неправда.
  Я...я говорил это тебе. -И больше не дышу. Мэтью ещё какое-то время помолчал, а потом неуверенно спросил:
  
  -Ты...действительно считаешь меня красивым?
  
  Я не буду врать ему и постараюсь не врать себе, я просто буду творить добро. Туманно, но на самом очень даже четко. Я хочу чтобы видел меня настоящего, тогда мне может станет чуточку легче с ним общаться. Я закрыл лицо руками, утыкаясь локтями в колени и смущенно прошептал:
  
  -Да. Да, Мэтью, ты красивый...-Внезапно захотелось добавить "наверное самый красивый в этом чертовом мире", но я во время опомнился, запихивая ошалевшие мысли куда подальше. Что я чуть только что не сказал? Что я мог сказать?! Кем я стал? К счастью Мэтью не дано читать мои мысли. Пусть так и остается.
  -Мне очень приятно слышать такое.- Негромко ответил он и чуть позже добавил. - От тебя.
  
  -И ты не сердишься за то, что я наврал? -Я таки осилился обернуться и вдохнуть (потому что лицо катастрофически синело).
  
  -Нет, вообще-то. Тем более что правда меня порадовала куда больше.
  
  Порадовала? Я смотрел на свои колени. С чего бы это ему так важно моё мнение? Не обращать на меня внимание, было куда тактичнее, знаете ли. Но попробуй объяснить это бес слов и тебя тут же обвинят в психозе, я полагаю. А прямо спросить вслух я не могу. Да, кишка тонка. Да, идиот. Но другого нет. Ведь я ,это я! Ну вот заражаюсь от Мэтью этой невероятной логикой.
  
  -Шелли...
  
  -Что? - Чересчур быстро откликнулся я. И это не я, это он изменил меня. Так я думаю. Он меня сломал.
  
  -Спасибо.
  
  Я опять посмотрел на него, будто не понимая смысла, сильно раскрыв глаза. Он с улыбкой смотрел на ковер самолета, а потом поднял на меня глаза исподлобья:
  
  -Мне никто не говорил такого.
  
  -Да неужели. - Съязвил я. Как ножом по сердцу. Никто не говорил, ну конечно. Каждый встречный, каждый человек. А те кто не смог к нему подойти, хотя бы об этом подумали. А те кто его не знают - мечтали. Так зачем же мне врать, что я такой уникальный - ляпнул что в голову пришло и всего-то. Но следующая фраза Мэтью всё объяснила, в который раз вгоняя меня в краску:
  
  -В смысле так искренне и тепло, так по-настоящему.
  
  -Ч-что ты имеешь в виду?
  
  -Просто никто мне не говорил это так, как говоришь ты.
  
  Я ещё больше смутился - зачем он всё это говорит? Какой смысл в этих словах? Если на самом деле я не тот человек, который для него любимый. И как именно так - я всё равно не понял. Мне было жутко не по себе. Отчего от всего этого так бросает в дрожь? Я схожу с ума. Наверное сошел.
  
  -Шелли, пристегни ремень, самолет садится...Что же ты. - Мэтью так и не дождавшись пока я шевельну своими конечностями, сам наклонился, застёгивая ремень еле заметно касаясь ног. Я... я в который раз вспыхнул выдергивая у него пряжку:
  
  -Я сам!
  
  -Ты о чем-то так задумался, я решил тебя уже и не отвлекать...
  
  -Мэтью. - Я поморщившись покачал головой.
  
  Что-то слишком много произошло всего, хотя наш полет длился каких-то три с половиной часа. Мы выползли из самолета и опять паспортный контроль (стоит ли говорить, что мой паспорт вновь запутался в кармане), бесконечная проверка нашей персоны на наличие чего-нибудь незаконного. Но у нас к счастью или же к сожалению ничего такого нет. И вот мы уже в холле аэропорта. Сонные и замученные - ведь благодаря моей торжественной икоте вряд ли кто поспал. Мы легко отыскали глазами Пьера и его водителя. Он почти не изменился (я так и знал).
  
  -Привет, Шелли. - Помахал он мне своей маленькой ладошкой. Теперь по крайней мере ясно откуда у него этот дурацкий акцент, ведь насколько я понимаю Германия его родина.
  
  -Привет. - Я неловко воздер ладонь.
  
  -Пошли в машину, поедем.
  
  Нет блин, полетим. Ругаюсь на очевидное. О да, просто опять бесиловка. Я обернулся на Мэтью - он меня не заметил, невесомо соскакивая со своего чемодана, на котором только что сидел и начиная двигаться вслед за нашим провожатым. Почему я же так волнуюсь всегда когда он до меня всего лишь дотрагивается? Глюк. Ненормально всё это. В машине (насколько я понял именно это Мэтью подло обозвал микроавтобусом) было очень тесно. Впереди Пьер в черных очках со своим неразговорчивым водителем. А на заднем сиденье мы все вчетвером. И...Мэтью прижимается слишком близко, знаю это выходит случайно, но всё-таки. Он задремал и его голова случайно сваливается мне на грудь. Становится трудно дышать. Но я даже не пробую убрать его голову. Он же спит. Все спят один я не в силах шевельнуться закрыть глаза или что-то ещё. Просто смотрю на светлую макушку, что так бессовестно ко мне прижимается. Мэтью... что же ты натворил? Хотя возможно я так психую, потому что меня никто никогда и не любил. А Мэтью...он что-то во мне испортил. Меня испортил. Просто это всё странно.
  
  Мы ещё долго ехали до дома этих самых Флаунов - я отправил маме смску что мы хорошо долетели, пытаясь не потревожить Мэтью. Но когда машина затормозила, он всё-таки проснулся. Устало потирая глаза:
  
  -Уже приехали.
  
  -Да.- Я коряво смотрел в бок, намереваясь быстрее выйти из машины и быть дальше, дальше от Мэтти. Но не тут-то было. Когда я попытался выйти, он уцепился за моё плечо:
  
  -Шелли, можно я за тебя подержусь? А то сейчас совсем усну.
  
  Я не хотя кивнул. Как же мне этого не хотелось - он итак не выпускал меня всю дорогу, отчего я даже не смог прикрыть глаза.
  В итоге все мы пятеро стояли у огромных дверей в поместье, водитель ушел в гораж.
  
  -Чувствуйте себя как дома.- Вежливо проговорил Пьер, распахивая двери. А внутри нас ждал сюрприз. Всё в темноте, неожиданно загорается красное подобие прожектора и освещает угол стены на втором этаже. Из-за угла появляется полуголая нога. Мы все недоуменно смотрим на это - если это немецкое приветствие, то это полнейшая чушь. И Мэтью смотрит. Наверняка это какая-то очаровательная девушка и если ему только захочется она тут же будет с ним. Ведь...он красивый. Я смотрел на него в профиль, даже не пытаясь отвести глаза. Это бесполезно. Но из этих всех подозрительно бестолоковых мыслей меня вывел детский голос:
  
  -Эээээй!
  Я обернулся и чуть не прыснул. Из-за угла вышла девочка лет семи, в руках с той самой ногой манекена в какой-то полупрозрачной взрослой ночнушке. Она с начала щурилась пытаясь нас разглядеть, потом округлила свои глаза до размеров блюд и отбросив ногу припустила по ступенькам с воплем:
  
  -Шейла!
  
  А потом она оттолкнула стоящего совсем рядом Мэтью и стиснул меня за пояс. Если я правильно говоря Шейла, она хотела сказать Шелли, но больше вообще походило на какого-то Шейдулу (мне не нравится это имя!). Хотя это мелочь. Куда более занятно чего это она так обнимает незнакомого человека?
  
  -Эммм...- Я недоуменно обернулся на Пьер. Тот опомнившись пояснил:
  
  -Это моя младшая сестра, она...
  
  -Я люблю тебя, Шейла! - Сама ответил девочка. - Я видеть твою фотографию с вечеринки.
  
  -Твоя мама передала фотографии с вечеринки и она их видела. - Прокомментировал Пьер.
  
  -И я влюбится! - Пояснила он, сжимаясь меня так что я чуть не упал и потираясь носом о мой живот.
  
  Я если честно не знал как реагировать на эту ситуацию - я только сетовал что меня не любили, и вот пожалуйста. Полюбили. Интересно, так для разнообразия мне кто-нибудь собирается помочь. Эмили оперся об стенку, мило улыбаясь во весь рот. Рэйчел висла на ней, положив голову на плечо. Мэтью после того как его оттолкнули уселся на полу, обхватывая руками колени, так решив и не вставать. Он смотрел на меня так же с улыбкой. И как только я начала оглядываться в поисках помощи он поймал мой взгляд и пожал плечами. Вот...!.
  
  -Я...э...я очень рад. - Я в гнетущей тишине попытался её с себя стянуть.
  
  -Аннэ, иди спать.- Взмолился Пьер. - Гости устали.
  
  Она немножко отвернулась от меня и капризно крикнула что-то на немецком. Пьер начал что-то шибко шпарить в ответ, активно жестикулируя.
  
  -Что она говорит?
  
  -Что раз ты приехал - она не лежат спать, лишь бы видеть тебя всё время. Не обращай внимания.
  
  Я всё-таки чуть высвободившись присел на корточки на против её маленького личика:
  
  -Мы поговорим с тобой завтра, а сейчас выспись хорошенько? Ты меня понимаешь? - Я для пущего эффекта погладил её по голове.
  
  Она кивнула, немного ковыряя босой ногой в паркете, а потом сказала:
  
  -Ты добрым быть.
  
  Она улыбнулась и отбежав на приличное расстояние громко крикнула:
  
  -Любить Шейлу!
  
  Да это порядком поднимало настроение. Девочка ушла.
  
  -Ваши комнаты на верху - четыре подряд гостевые. - Пояснил Пьер.- И извините за Аннэ.
  
  -Всё нормально.- Сонно ответила за меня Эмили.
  
  Мы плелись на верх. Мэтью - тихо надо мной хихикал.
  
  -Что смешного?! - перед самой дверью спросил его я.
  
  -Ты что - всё серьезно.- Он состроил серьезные глаза и снова рассмеялся.
  
  Я обиженно отвернулся, поворачивая ручку двери. Но он заметив моё выражение лица, замолк подходя поближе, так же шатаясь от недосыпа:
  
  -Прости, просто ты такой милый. И когда рядом эта девчушка...
  
  -Очень мило. - Я стряхнул его руку со своего запястья. - Уж извини - иду спать.
  
  -Шелли, подожди. - Он воткнул свой кед между дверью и косяком.
  
  -Чего ещё? - Я сильнее надавил на дверь. Разделю его ногу пополам, посмотрим, что он тогда скажет. С носиком кеда хоть не так страшно.
  
  -Не злись.
  
  -Я не злюсь!
  
  -Больно же!
  
  -Убери ногу и боль пройдет. - Хладнокровно посоветовал я.
  
  -Шелли! - Он таки распахнул дверь, тяжело дыша. - Просто я никогда в жизни не видел ничего более очаровательного.
  
  -И это смешно?
  
  -Это мило!
  
  -Иди спать! - Я таки захлопнул дверь у него под носом, прижимаясь спиной и защелкиваясь. Хвала богам, что Пьер такой богатый и у него аж четыре гостевые комнаты. Я отложил в сторону чемодан и почти не раздеваясь улегся на кровать. Происходящее ещё больше странно чем обычно. В меня влюбилась какая-то маленькая девочка, а Мэтью надо мной только смеялся. Не могу уснуть. Неожиданно дверь скрипнула и в комнату вползло что-то почти не заметное, а вскоре перед самым моим носом появились пушистые знакомые волосы:
  
  -Иди спать!- Негромко шикнул я.
  
  - Мне не спится, Шелли.
  
  -Так это что моя проблема? Ты же только с ног валился.
  
  -Просто эта ситуация меня так умилила, такая замечательная девочка...
  
  -Завидуешь что ли?- с сарказмом осведомился я.
  
  А он не понял что это сарказм, как в старые добрые времена:
  
  -Ещё чего.
  
  -И почему если ты не спишь, не надо мешать ещё и мне.
  
  -Я только немного посижу и уйду.
  
  Он прислонился спиной к соседней пустующей кровати, кутаясь в одеяло.
  
  -Знаешь так здорово, что мы вместе куда-то поехали.
  
  -А я то как рад.
  
  -Шелли, по правде говоря, я хотел кое-что спросить.
  
  -Спрашивай. - Любезно предложил я и процедил сквозь зубы. - Всё равно ж спать не даёшь.
  
  Но при этой фразе во мне что-то дрогнуло. Что ещё такого понадобилось спросить Мэтью у меня ночью? Если это какая-нибудь очередная глупость, я самолично его урою. А если... он серьезно? В голове мгновенно возникла картинка. Тетрадный листик а на нем надпись: если я тебе нравлюсь поставь галочку напротив "да". Он бы мог что-нибудь такое спросить. Хотя вероятно всё-таки нет. Уж слишком я завышаю свою самооценку. О черт, надо просто успокоится и выслушать его.
  
  -Ты молчишь.- Как можно спокойней сообщил я.
  
  -Да...- Он неуверенно вздохнул, взъерошивая волосы. -...просто это как-то даже неудобно спрашивать.
  
  Неудобно? Стесняешься? Да всё-таки есть один шансик, что это нечто...необычное. С другой стороны это за просто может быть просто что-нибудь вроде "Шелли, ты не видел, кто-то спер мои полосатые подштанники в цветочек". Омг, что за черт?! Я тупею на глазах.
  
  -Слушай, ты только обещай не смеятся...
  
  Ну точно, сейчас сообщит о потере свои подштанников и что я ему скажу? "Нет, Мэтью, это не я взял твои подштанники, это всё Уиллллл. Да, конечно это он. Если в мире случается какое-то зло, ясное дело Уилл. Что ты не знал? Он корень всех твоих проблем. Чтоб он сдох. Может тогда вернет подштанники, что думаешь, Мэтью?" Я зажмурился. Ну что за неисправимый бред лезет мне в голову. Может я и ненавижу Уилла, но это же не значит что он всемирное зло. Хотя нет, именно это и значит. В любом случае надо прекратить думать эту околесицу, а то ангелок и чертик на моих плечах умрут от смеха.
  
  -Обещаешь? - Снова обратился он ко мне.
  
  -Ну да. - Согласился я. Да это выглядело бы порядком странно "Нет, я не стану тебе этого обещать! Буду смеяться как ненормальный и отключусь от истерического смеха. Съел, Уилл? А точно, ты же Мэтью. Ну в общем, съел?" Проехали. Но он однозначно меня пугает этой длительный подготовкой. Ну всё сейчас скажет. Страшно.
  
  -Что вы делали тогда с Бартишо, когда я заходил к нему в субботу утром?
  
  Я вообще опешил. Смотря на него во всего глаза.
  
  -Я же говорил не смейся. - Отгородился он от меня руками, хотя я даже не начинал смеяться. Его, неужели это его так заботило .Я думал он всё правильно понял и мы это замяли .Ведь я сам побежал за ним лишь бы втолковать ситуацию, а ...забыл. Я думал он сам и без меня всё прекрасно понял, а возможно он думал об этом.
  
  -Ну не молчи так, а то я смущаюсь. - Он прикрыл рукой глаза.
  
  -Мэтью...- Я присел на кровати и попытался убрать его руку от лица.
  
  -Не надо.
  
  -Просто на меня, пожалуйста. - Я всерьез уставился на него. Не хочу чтобы между нами были какие-то недопонимания. - Мы просто лежали рядышком, потому что тем вечером мне стало плохо, а Бартишо решил за мной присмотреть.- А не хочет видеть меня, когда я говорю и не надо. Но неожиданно Мэтью отнял руку от лица, испуганно рассматривая меня. Меня это немного занервировало и я задвинулся подальше на кровать и по-свойски спросил:
  
  -А ты что подумал?
  
  -Я? - Его голос еле заметно надломился.- Я именно так и подумал - просто хотел уточнить.
  
  -Да? А может кто-то ревновал? - Эти слова вырвались случайно, поверьте я совершенно не собирался озвучивать ещё одну свою умалишенную мысль вслух.
  -А? - Он недоуменно выгнул брови. - К кому?
  
  Я тяжело вздохнул, скашивая глаза в окно, а Мэтью продолжил своё объяснение:
  
  -Вы оба мои друзья. Но поверь было как-то бы очень неприятно, если в один прекрасный день вы мне говорите что встречаетесь, а я ничего об этом не знаю, и жутко удивляюсь из-за чего у меня изо рта падает салат.
  
  Я издал какой-то звук средний между "а" , "о" и "какого черта". Из-за чего вышло некое полуобиженое "чха?!". Но он же не дал договорить:
  
  -Спокойно, я прекрасно знаю, что тебе нравятся девушки.
  
  -Тогда зачем выдвигать такую бессмысленную теорию? -Ко мне наконец-то вернулся дар речи.
  
  -В жизни знаешь ли много чего бывает. И иногда даже самые невозможные вещи вдруг оказываются правдой.
  
  -Это же просто кошмар...- Со знанием дела промямлил я. Просто в тот момент мне показалось что он видит меня насквозь. Вдруг на счет я тут думаю уже в течение двух дней возьмет и окажется правдой, это будет жутко. Я официально сойду с ума.
  
  -Но...
  
  Я опять повернул к нему голову, он искоса лукаво улыбался:
  
  -Ты так заволновался говоря это...
  
  -Не правда! - Тут же отгородился я.
  
  -Да?- Мэтью встал в полный рост и одеяло почти бесшумно упало на пол. Ватное, наверное, глупо проскочило в мозгу. Он сделал ещё один шаг и взял меня за подбородок. А мне только и оставалось что беспомощно смотреть на него снизу вверх. Мэтью медленно облизнул губы ( и когда у него появилась эта дурная привычка - обветрятся ведь). Я опять икнул ( а если это станет моей привычкой - я просто не переживу). Улыбка моего знакомого стала лишь ещё теплее. А я опять икнул (ну разве не прелесть, о черт). Опять икнул.
  
  -Хочешь перестать икать? - Медленно спросил Мэтью, выставляя напоказ аккуратные белые зубы. Я понял к чему он клонит и поспешил отрицательно замотать головой. Но выходило не очень убедительно (это потому что он всё ещё держал меня за подбородок, не подумайте!). - Я никому не скажу. - Он положил руку мне на плечо, слегка наклоняя голову.
  
  Но неожиданно дверь с грохотом открылась. На пороге стояла Аннэ, девчушка с который мы познакомились немногим раньше, и какой-то бугаёк. Сдается мне всё-таки добро на моей стороне. Хотя эту озлобленную малявочку и качка в костюме добрыми можно было назвать с очень большой натяжкой.
  
  -Кто?! Шейла устать!
  
  Этот плохой английский меня прибьет.
  
  -Уходить! - Потом она что-то брякнул по-немецки своему знакомому и он подошел к нам, подхватил Мэтью под локотки и потянул в сторону двери. Мэтью во время успел захватить своё упавшее одеяло и когда у двери бугаек по не понятной причине затормозил, он чмокнул тыльную сторону своей ладони подул на неё, а потом подмигнул. А потом бугай его утащил. Я также застывши сидел на кровати. Это вроде бы называется воздушный поцелуй? Я ощупал свои губы и как это в мультика всё долетает до рта получателя. Не понимаю. Ну да, Шелли неоткуда черпать информацию кроме как из мультиков. По правде говоря это было уже давно. Просто вспомнилось. Я слегка порозовел. Конечно, мы это в обещании не обговаривал, но ведь в действительности ничего-то и не произошло. Можно считать что этого не было. Кстати, я кажется перестал икать. Ну, ну. И тут обратил внимание что девочка ещё не ушла.
  
  -Спасибо. - Решил поблагодарить я. Всегда не в зависимости от ситуации, если поблагодарить человека всё тут же утрясется. Проверено. Одобрено. Мною. Девочка улыбнулась и подошла ко мне поближе.
  
  -Почему не спать?
  
  -Уже ложусь. - Я с улыбкой на тянул на себя одеяло, показывая как я её слушаюсь.
  
  Она кивнула.
  
  -Ты тоже ложись. Поздно. - Я показал в сторону окна.
  
  -Шейла заботливый. Я любить Шейлу. - Аннэ помахал мне рукой и ушла, осторожно прикрыв дверь. И опять моё настроение исправилось. Приятно всё-таки когда тебя любят просто так. И не важно, что это девочка семи лет. Просто хорошо. А Мэтью...что вообще это значило "я никому не скажу"? Я перевернулся на бок. В каком это смысле? Это могло бы не считаться, потому что я именно тот, кто следит за тем, чтобы он не распускал руки и не превратился в девушку легкого поведения. Мэтью - в девушку? Я перевернулся на спину. Перед глазами моментально вставала картинка, милая светловолосая девушка в каких-то кротких шортиках, подмигивает и говорит "Эй, Шелли, давай пошалим". Я скривился. Что за глюки? А ими кишит вся моя голова. Может я насмотрелся не правильных фильмов? Это всё Эмили мне подсунула. И вообще я только мультики смотрю и только те что хорошо заканчиваются. И только те что мама проверила. Ладно, не знаю я откуда в моей голове эта фраза. Будто я какой-то старый извращенец со стремными вкусами. А это не так! В любом случае наше обещание можно считать не нарушенным. Спишем всё на усталость, ил вообще скажу что мне приснилось. Вы же знаете какое у меня богатое воображение? Так что наше обещание не шелохнулось. О вы наверняка думаете он уже говорит "наше"...ооо...Я знаю. Что значит ваше ооо, но я просто констатирую факты. Он пообещал мне и я об этом помню. Обещанию было заключено между нами. Так что ничего удивительного и сверхъестественного в этом нет. И вообще надо хорошенько выспаться и завтра замечательно отдохнуть. Да! Все вперёд.
  
  Я проснулся от чьей-то барабанной дроби в дверь. Насколько я понял - несусветная рань и я просто прибью того кто барабанит, если это не касается пожара. Я осторожно встал кутаясь в одеяло дошел до двери и открыл её, сурово изучая источник шума. Им оказался дворецкий. Тот самый вчерашний бугай, с мускулами вместо мозгов. Но в общем я как-то подумал, не стоит мне на него бросаться.
  
  -Завтрак. - Коротко сообщил он, пальцем показав вниз.
  
  Я кивнул кутаясь в одеяло - если мне не разрешат в нем присутствовать за едой, то я просто съеду из этой подозрительной страны. Но потом вспомнил. Что за завтраком наверняка будет этот мистер вырвимозг, так что пойду-ка я оденусь. Спустя какие-то пять минут я был готов и спустился на первый этаж.
  
  -Доброе. - Это была Эмили. Она сонно пыталась намазать джем на тост, но то нож, то тост от неё ускользали. И если бы не Рэйчел, которая отобрал у неё их, она бы точно поставила кляксу на свои пижамный шортики. Чуть поодаль, на кухонном диванчике у подоконника сидел Пьер и читал. Мда...подозрительно. А путеводитель какой-то. Значит всё нормально. Уж думал, он взялся за ум, а так всё ещё на своих местах.
  
  -Привет.
  
  И только я сел за стул с лестницы слетела наша новая знакомая Аннэ. Оказывается вчера вечером мы достаточно плохо её рассмотрели. Сейчас на ней было замечательное накрахмаленное платьице в оборочках, на голове два светлых хвостика , закрученные в локоны и обруч с бантиком, на ногах - лаковые черные ботиночки. В общем само очарование.
  
  -Шелли, привет! - Она опять обняла меня, а потом отстранилась, показывая тетрадку с разными наклейками и сердечками. - Я готовится к твоему приезду!
  Она отошла на пару шагов назад и начала читать:
  
  -Шейла, ты самый в мире замечательный человек и как только я увидела твою милую голову, я сразу понял что мне никто другой не нужен. Я мечтаю на тебе женится. Жить без тебя не могу. -Она захлопнула тетрадку. - Я люблю тебя ,Шейла.
  
  Я улыбался. Всё-таки это мило. Кстати о милых вещах где Мэтью?
  
  -Прости её пожалуйста. - Откликнулся Пьер, так и не отрываясь от справочника. - Просто не обращай внимания.
  
  -Какой же ты бесчувственный! - Эта была Эмили, которой Рэйчел намазала бутерброд и она пыталась его есть, осыпая крошками всё вокруг лежащее. Объявим войну крошащимся тостам!
  
  -Нет, я просто хочу чтобы вы все нормально отдохнул. Шелли, просто не обращай на неё внимание.
  
  -Фу. - Поморщилась Эм, отправляя в рот следующий кусочек тоста.
  
  Помните я спрашивал, где Мэтью? А вот он идет. Немного озадаченный в сопровождении бугая. Аннэ что-то шпарит служащему по-немецки и он кивает, легонько подталкивая Мэтью. Со своего места встает Пьер и подходит к сестре. Они громко спорят. Ничего не понимаю. Кстати они совершенно не похожа. Эта девочка такая аристократичная, а этот Пьер типичный домосед, переболевший ТВ-зависимостью.
  
  -В чем дело?- Наконец спросил я у Пьера, когда он в какой раз вскинул руки с категоричным воплем "Найн!"
  
  -Она всего-то хотела отправить Мэтью за стол со слугами! Я ей пытаюсь объяснить, что он такой же гость как и ты.
  
  -А.
  
  Они ещё немножко побесились, но потом девочка сдалась. А когда Мэтью немного задумчиво примостился на табуретку рядом со мной, она вскочила со своего места, тыкнув в него пальцем и громким голосом сообщая "Шварц кацен!", потом опять тирада на немецком. А иногда действительно хорошо чего-то не знать.
  
  -Что она говорит?
  
  -Мэтью -черная кошка, обвиняет его во всех несчастиях, грозится расплатой.
  
  Я привстал - хотел ей объяснить, что всё же она ошибается, от Мэтью иногда и польза бывает, он в принципе неплохой человек, так я думаю. Однако она тут же обвила меня за локоть, оттаскивая от него подальше и показывая язык.
  
  -Михь!
  
  Пьер опять съехал рукой по физиономии, похоже так и не двигаясь со своей страницы в справочнике. Мэтью недоуменно смотрел на неё, а потом заулыбался и протянул руку в знак знакомства. Но он отошла ещё на шаг назад, только сильнее сжимая меня за руку.
  
  -Шейла, зачем ты его взять? - Капризно спросила она.
  
  -Ну скорей это не я его взять, а он меня...- Скептически пояснил я, но не думаю. Что он поняла и я постарался всё втолковать лучше. - Он мой хороший знакомый.
  
  -Шейле не нужен никакой глупый знакомый!
  
  Я посмотрел на Мэтью, он спокойно смотрел на меня в ответ. Его совершенно не волнуют её фразы, или может он не понимает этого корявого английского?
  
  -Аннэ, давай ты не будешь на меня злится? - Мягко переключился он на неё.
  
  -Быть! Беее! - Она опять показала язык. - Шварц кацен!
  
  - Давай позавтракаем? - Отвлек я её, усаживаясь на два метра от Мэтью и примостив маленькую принцессу себе на коленки. Она тут же заулыбалась, вертя головой во все стороны, и поедая хлопья из моей миски, периодически пытаясь накормить ими же меня ил на крайний случай мои джинсы. Когда идея меня кормить потихоньку сошла на нет, я поднял голову на Мэтью, всё также поддерживая девочку за пояс, чтобы она не упала. Мэтью сначала ковырялся в мисочке с хлопьями, потом тоже поднял на меня взгляд и так не убирал его, пока я сам не отвернулся. Что на него нашло? Никакой дежурной улыбки, но так и никакой постной мины по поводу недосыпа, или сердитый мордашки. Я вообще по-моему никогда почти не видел его сердитым, ну иногда он злился но тут же отходил. А сейчас вообще ничего.
  
  -Так...-Это была Эмили. -Начинаю просыпаться. Сейчас уже 12, как раз к двум будем в Берлине, погуляем по скверикам, посетим берлинскую стену, всё порассматриваем - потом по магазинам, купить сувенирчики и просто потратить деньги. А на семь вечера, Пьер.- Она пальцем указала себе за спину. - достал нам билеты на местный орган. Потом можно пойти куда-нибудь перекусить и ещё погулять по ночному городу. Такая вот программка.
  
  -Ты всё продумала?
  
  -Скажи спасибо Пьеру.
  
  Я не стал перечить.
  
  -Спасибо, Пьер.
  
  -Пожалуйста. - Безвкусно откликнулся мой знакомый.
  
  -Я тоже идти! -Наконец покончила с хлопьями Аннэ.- Там где Шейла, там всегда и я.
  
  А вот сейчас моё имя точно прозвучало как "Шейдула", складываясь в бестолковую считалочку "Шейдула, Шейдула, там где ты всегда и я." Но я на неё не обижался. Как можно обижаться на такого милого маленького ребенка. Я вообще хорошо отношусь к детям, потому что они забавные и абсолютно беззлобные, не то что некоторые. Я опять скользнул глазами по Мэтью. И чуть не показал ему язык, по примеру немецкой малышки. Во время остановился. Он же смотрел в миску с хлопьями и почему-то не ел.
  
  -Так, пойду, собираться. - Эмили вытерла салфеткой рот и встала из-за стола. - Большое спасибо.
  
  - Я тоже. - Рэйчел потянулась за ней следом.
  
  Я подумал и таки спросил:
  
  -Мэтью ты не будешь есть?
  
  Он встрепенулся, будто я его оторвал от очень важных размышления и в своей обычной манере спросил:
  
  -А ты хочешь съесть мои?
  
  Не могу сказать что я наелся своим завтраками (за то мои джинсы точно), но мне совершенно не хотелось красть еду Мэтью. Я ведь просто спросил.
  -Нет, просто нам ещё весь день на ногах и если не поешь, будешь вялый. - Наставительно прокомментировал я.
  
  -Хочешь, чтобы я что-нибудь съел?
  
  -Ну если ты так ставишь вопрос...- Я призадумался. - то да. Не хватало чтоб ты всем мешал.
  
  Аннэ следила за нашим разговором, но не вмешивалась почему-то, ворочая туда сюда своей головкой.
  
  -Разве что, если ты меня покормишь.- Он приложил ложечку ко рту, ожидая моего ответа.
  
  -Ещё чего! - Отмахнулся я.
  
  -А так я ничего не поем, и буду мешать-мешать.- На его лице появился укор.
  
  -Хочешь чтоб тебе кормили? - Осмелилась вмешаться Аннэ. - Ваттер! - Она что-то пояснила дворецкому и показала пальцем на Мэтью. Бугай стал рядом с Мэтью и загреб ложку хлопьев, говоря со смешным немецким акцентом "ааааа". Мэтью ещё раз посмотрел на меня, невесело усмехнулся и недовольно отобрал ложку у бугая. Я чувствовал себя немного виноватым, но с другой стороны меня очень радовало, что эта ситуация разрешилась без ущерба для моей персоны. Я двинулся наверх, а малышка Аннэ всё не отставала, шагая рядом. Может, что-то меняется? Не знаю. Просто всё это как-то странно. Жизнь налаживается? Нет, думаю всё по-прежнему. Я обернулся на последней ступеньке - на меня в упор смотрели два ярко-зелёных глаза.
  
  -Мэтью?! - Я чуть не упал, а он молниеносно подхватил меня, придерживая распластанной ладонью за спину, из-за чего мы сейчас напоминали застывших танцоров и это было странно. Заторможено и завораживающе. Будто поддерживать меня для него не составляло никаких усилий. И всё-таки через некоторые время мы опомнились. Я стал ровно, а он убрал свою руку, потирая шею.
  
  -Я просто удивился. - Объяснил я, чувствую какую-то нелепость ситуации.- И ты что шел за мной следом?!
  
  -Просто шел наверх, между прочим в свою комнату. - Сказал он вполне обычным тоном, а потом добавил более проникновенно и совсем серьезно. - Сильно испугался?
  
  -Я вообще не испугался!- Взвился я, перемещаясь на площадку этажа. - Это всего лишь было неожиданностью.
  
  - Ты так дернулся будто увидел киллера с ножом.
  
  Вообще-то первой мелькнувшей мыслью было то, что это глюк. А уже позже пришел небольшой шок, от того что глюк оказался реальностью. Считать это глюком было бы вполне логично - я часто видел глаза Мэтью. Когда смотрел на него, когда думал о нем (в последнее время это происходило подозрительно много), когда он случайно впутывался в мои сны. Поверьте, раз я не влияю на свои сны, значит это кто? Значит это определенно он. И его глаза, мне стали хорошо знакомы. Ха! Знаю, что вы подумали. О, Шелли, да ты безнадежный романтик! Но вы в корне не правы, меня порядком воротит от таких розовых соплях. А это...это просто Мэтью. И я просто рассказываю всё что вижу. Так вот я достаточно хорошо знал его глаза. Большие до невозможности, сильно зеленые и в них много чего отражается. Вот так. Но я никогда не видел их настолько близко, вот и удивился.
  
  -Я всего-то удивился. - Не менял я свою точку зрения.
  
  -Испугался!
  
  -А потому што ты штрашный как шабака!
  
  Мы шокировано обернулись на голос, а потом опустили головы пониже, потому что его источником была наша маленькая знакомая Аннэ.
  
  -Что-что? - Переспросил Мэтью, будто и правда не услышал.
  
  -Ты штрашный и зло! - Девочка опять ухватила меня за руку, оттаскивая меня на пару шагов от Мэтью.
  
  -Зачем ты так говоришь? - После тяжело вздоха решил я вступится.- Мэтью даже красивее чем я. - Я показал на себя пальцем, моля бога чтобы эта идиотская перепалка в коридоре превратилась. О да, я обратился к богу, и снова подумываю, о том чтобы сбежать в монахи. Был бы я там мне бы не пришлось этого говорить.
  
  -Шейла, самый красивый человек! - Она руками показала большое пространство, пытаясь ограничить весь мир.
  
  -Спасибо, конечно. -Я присел на корточки и положил ей руку на плечо. - Но и его тоже не стоит обижать.
  
  -Ты чуть себе.- Она замялась, видимо не зная слова, и беззвучно хлопнула себя по шее. - не сломать! А всё из-за неё!
  
  Я выдавил из себя некое подобие улыбки. Забавно, когда Мэтью называли девушкой, даже если по ошибке.
  
  -Но я же его подхватил? - Вмешался Мэтью садясь рядом на корточки. И теперь мы напоминали каких-то подозрительных благодетелей которые по собственном желанию переоделись в санту и оленя (думаю вы поняли, кто олень) и пришли в младшую школу. И олень это не я, а Мэтью. О совсем не кстати новогодние мысли в начале ноября.
  
  -Ты собирался его потом отпустить! - Обиженно взвизгнула она, и на последок дернув Мэтью за нос умчалась дальше по коридору, крикнув.- Шейла, собирайся быстрее!
  
  Мэтью встал в полный рост, задумчиво потирая нос, который от резкого дерганья слегка покраснел. Я поднялся следом.
  
  -Больно?
  
  -Да не то чтобы. - Он опять потер нос, морщась. - Не понимаю и за что она меня так не взлюбила?
  
  Я призадумался. А вопрос хорош. Может она просто не хотела, чтобы я на кого-то отвлекался кроме неё. Да, так и есть. Я ещё подумал и чуть потише спросил кое-что другое:
  
  -А ты бы...правда меня отпустил?
  
  Он усмехнулся, слегка наклоняя голову:
  
  -Держал бы как принцессу вечно.
  
  Я смущенно уставился в пол. Вообще какого меня стукнуло это спросить. А в его словах определенно была ирония, значит я выглядел как дурак. Логика черт побери, логика несомненно. Но поверьте так оно и было. И слово "принцесса", как-то странно пересекалось в мозгу с нашей дорогой Аннэ. Ещё раз: и какой смысл был в этом вопросе? Поймать человека, чтобы потом самолично кокнуть его об ковер? Глупость.
  
  -Спасибо. - Коряво и куда-то в бок сообщил я.
  
  Мэтью недоуменно на меня посмотрел, будто не было понятно к кому я обращаюсь:
  
  -Что с тобой такое?
  
  -А что такого! Нет ничего в том, чтобы благодарить если тебе сделали что-то хорошее.
  
  -Это понятно, но ты никогда не говорил мне ничего доброго.
  
  -Если не нравится могу перестать. - Почти обиженно заявил я. Как это ничего доброго?!...
  
  -Нет, что ты. - Он перехватил мою руку. - Я совсем не это имел в виду.
  
  -А что ты имел в виду? -Я перевел взгляд с наших рук на его лицо.
  
  -Продолжай в том же духе. - Он размашисто улыбнулся.
  
  -Я всего лишь делаю то, что должен.- Я выпутал руку.
  
  -Ты никому ничего не должен.- Мэтью покачал головой. - И вообще...
  
  Он не успел закончить, нас нагло прервали:
  
  -Вы всё ещё говорить?
  
  Мы синхронно обернулись на малышку Аннэ, оно комично поставила руки в бока:
  
  -Мало того што он штрашный шабака, так он ещё и ужасный болтун. Шейла, иди собирайся, спокойно, я за ним присмотрю.
  Я глянул последний раз на Мэтью и пошел в свою комнату. А что я вообще собирался взять? Телефон. Кошелек. Фотоаппарат? Да, можно взять. Буду выглядеть как турист. Приличный гражданин турист, ах как прекрасно звучит. Но произошедшая ситуация меня несколько обескуражила. Как-то прерывать разговоры это мне не нравится, да и вдруг Мэтью собирался сказать, что-то важное? Кто ж знает. Я вынырнул обратно на этаж. А у лестницы как раз стоял он, регулируя что-то в своём фотоаппарате. Ну прекрасно, давайте все выстроимся в шеренгу, будем фотографировать. Это кажется была моя фишка. Я поправил свою почтальенку, что висела через плечо и подошел к нему заглядывая из-за спины:
  
  -Что ты смотришь?
  
  -Шелли? - Мэтью не двигая плечом, повернулся ко мне голову.
  
  А это было не то чего я ждал. Во-первых я хотел застать его врасплох (так же как он за мной шастал после завтрака), а во -вторых я надеялся, что он тут же спрячет фотик, потому что не захочет мне его показывать. Не знаю, но именно почему-то этого я ждал.
  
  -Смотри. - Он пододвинул экран чтобы я видел.
  
  -Это же я.- Не совсем довольно отметилось мне. А фотография была паршивая. Это кажется с той пятницы, когда я пришел к Мэтью и он был с Уиллом. Руки сжаты в кулаки, лицо красное, мокрое от слез и всё это смазано.- Удали!
  
  - Ни за что! - Мэтью отошел от меня, убирая фотик и подумав негромко добавил.- Мне нравится эта фотография.
  
  -Почему? По мне так она просто отвратительная.
  
  -Ты на ней настоящий.
  
  -Думаешь, я плакса с перекошенным лицом?
  
  -Нет.- Он улыбнулся. - Шелли, это просто Шелли...
  
  И опять мне помешали услышать тонкости, этой умопомрачительной логике.
  
  -О чем это вы тут секретничаете? - Эмили, дружески, рукой обхватила меня за шею. - Ой кто этот тут такой миленький?
  
  -И совсем не мило!
  
  -Шелли, ты такая лапочка...
  
  Не знаю, как что-то такое можно считать красивым. Человек который расплакался и запутался. Ну да красота неописуемая.
  
  -...кстати когда это было и кто такой классный фотограф?
  
  - Так на днях фоткали, а снимал Уилли, мой друг.
  
  Я недовольно фыркнул - не упоминай при мне это дегенерата, который снес тебе с пути истинного. Но они на меня и внимание не обратили. Вскоре к нам подошла Рйчел и Аннэ, и они про меня совсем забыли. А я на них обиделся. Кому нужен этот дурацкий Уилл?! Когда он уже уехал, а я всё ещё здесь. Как хотите. Вот буду говорить с Аннэ, она меня хоть понимает...Да, буду честен, я обиделся. Даже не знаю на что именно, на то что Мэтью не удалил фотку, не то на Уилла, за то, что он существует и умеет пользоваться фотоаппаратом, то ли на всех сразу, за то что они не обращают на меня внимание. Аннэ была только рада и держала меня за руку. А когда выяснилось что мы поедем на всё том же маленьком автомобильчике что и вчера, она высказала довольно будничным голосом что раз, цитирую "Шабак штрашный, пускай едет в багажнике и никого не пугает", а потом повернулась к Мэтью и показав окей, начала говорить про великолепную красную лампочку и подстилку всё в том же багажнике. Безусловно Пьер её отговорил. А зря. Некоторым подлюгам может и не мешало бы разок для профилактики попутешествовать в багажнике (Я не злой!). В итоге, я согласился взять Аннэ на коленки, видите я всё-таки добрый. Я не хотел чтобы Мэтью, видел как мы въезжаем в Берлин из щелки багажника. У всех было приподнятое настроение, за исключением меня - ну конечно.
  
  -Шейла, что случится? - Прямо спросила меня девочка, усаживаясь бочком, чтобы видеть моё лицо.
  
  -Всё хорошо. - Я улыбнулся, хотя мне совсем этого не хотелось. А Мэтью продолжал разговаривать с Эмили и Рэйчел, что-то показывая на фотике. Вот же ж! Как будто меня и не существует.
  
  Аннэ (я вам говорю, она гений!) отследила мой взгляд. И незамедлительно наклонилась вперед хватая Мэтью за волосы и отодвигая назад, смотря прямо в лицо:
  
  -Чем обидел Шейлу?
  
  -Вроде как ничем. Шелли, я чем-то тебя обидел? - Сейчас он смотрел на меня, и я не думая, на автомате ответил:
  
  -Нет, конечно. - Обидел, обидел, обидел! Просто зачем так долго рассказывать другим про эту неудачную фотку? Зачем упоминать при мне Уилла? Зачем кого-то любить, не в силах признаться? И как это я незаметно соскочил на эту тему. Я покачала головой, вероятно тема сама меня нагнала. Абсурдно. Это глупо в конце концов. Я с трудом представлял себе Мэтью страдающего где-то на задворках, ревущего в подушку и пафосно разглядывающего луну. Это же просто абсурд. Хотя не исключено что он от этих страданий получает кайф, он же у нас мазохист. Любит пострадать без причины. Что-нибудь в стиле "Оооо моя не разделенная любовь, о как же мне хреновооооо!" И кокаиновая улыбочка на губах. Хотя зная нашего Мэтью, который же непременно ас во всем, он бы конечно не попал в такую ситуацию, идеальный потомушто. Я смерил взглядом колени Аннэ. Я ловлю себя на мысли что злюсь просто ужасно. И это тупо, потому что злится то в общем-то не из-за чего. Уилла, по близости нет, а мне хватает всего лишь того чтобы Мэтью упомянул его имя, или как-то напомнил мне о той злосчастной пятнице, когда моё психическое здоровье впервые кардинально пошатнулось. Стоило ему переключится на кого-то другого и вот пожалуйста - я уже обижаюсь. С другой стороны, если всё таки подумать о том кто ему нравится. Вообще говоря я уже его ненавижу, но я не об этом. И да, я думаю об этом хотя меня это по идеи не касается. Как я говорил у Мэтью есть логичная причина, не признаваться. Например тот объект неизлечимо болен, и если Мэтью ему скажет, он будет страдать, оттого что обуза. Бред. Или они просто живут в разных городах, редко видятся и всё такое как с уиллом, например .Черт, как же я его ненавижу. За своими бестолковыми размышлениями я упустил нить разговора. Но похоже ничего особо важного не сказали. Аннэ разочарованно выпустила пушистые волосы Мэтью и он сел как обычно. На моём на лице нарисовался какой-то траур. Что ж всё- так? Не ясно. Но всё же нельзя просто спросить "Эй, Мэтью, а кто тебе нравится?". Да и что толку. Этот человек, он тоже человек, и ничего я с ним не сделаю. Да и что я могу. Я ведь не хочу доставлять неприятности Мэтью. О нет. Я как будто ревную. К этому Уиллу, Рэйчел, Эм, и тому самому объекту, которому Мэтью так и не выказал свои чувства. Собственная догадка поразила меня до кончиков пальцем ног и холодок прытью промчался по всему телу. Быть не может. Просто исключено. Я опять скользнул по нему взглядом. Он снова что-то капался в фотоаппарате. А Эмили и Рэйчел говорили между собой, рассматривая карту в путеводителе. Меня опять не замечают. А Аннэ, как бы это не было нелогично, не была приставучей. Я предполагал что двух часовая поездка напомнит галдеж радио прямо под ухом, но она вела себя сдержано, спросив всего лишь один раз чем я расстроен и с последствии лишь держась за мою руку своими маленькими ладошками. Впервые будто кто-то меня понимал. А мне как раз хотелось такой отрешенности и тоски, потому что в голове крутились унылые мысли. Да...отдыхать поехали. И всё-так с чего бы мне так обижаться? Это же всего лишь Мэтью.
  
  -Шелли.
  
  Я чуть не подскочил на месте. А вы представляете, что было бы если бы подскочил - ну точно стукнулся бы о потолок.
  
  -Что? - Я поморщился от воображаемых звездочек.
  
  -Ты не мог бы мне помочь? Шлейка от фотоаппарата совсем рвется.
  
  -И что будешь делать? - Я так и недоумевал, что от меня требуется и что вообще будет происходить.
  
  -Собираюсь её дорвать, а потом связать на узел. Согласись, будет досадно, если я куда-нибудь наклонюсь, а фотик хоп - отцепится и улетит. Он между прочим денег стоит.
  
  -А чем я могу тебе помочь?
  
  -Подержишь ремешок, когда буду узелок завязывать.
  
  -Ладно.- Согласился я. В его идеи собственно была логика. Ах черт, что-то я во всем стал высматривать логику Мэтью, он дурно на меня влияет. Кстати о дурном влиянии, он похоже и сам на себя дурно влияет (эффект зеркала). А сейчас он взял в рот разрывающуюся шлейку фотоаппарат и рванул зубами.
  
  -А ножницами никак?
  
  -А где ты здесь ножницы видишь?
  
  Захотелось ответить что они остались в аптечке в машине Джима, ещё когда мы ездили на пикник. Но вспомнилось это совсем не кстати да и сказано было бы тоже совсем не кстати. Шлейка наконец то разорвалась. Но ничего в этом варварского не было, как ни посмотри. Просто это же Мэтью. А он уж точно ничего не делает варварски. Факт, ещё раз факт и ничего сентиментального. Мэтью осторожно положил ремешок на колено и завязал первый узел.
  
  -Держи пальцем, вот тут.- Он кивнул вниз. Я осторожно приложил указательный, рядом с его руками.
  
  - Да не здесь.- Отмахнулся он. - Там где узелок.
  
  Меня расстроила собственная недогадливость, что это я так отвлекся. Что вообще не соображаю что делаю. Я в трансе прижал пальцем обслюнявленный узелок - меня пробирала дрожь.
  
  -Вот так...Всё... Можешь отпускать. Отлично! - Он ещё раз подергал в разные стороны шлейку и смерил взглядом свою работу, почти незаметно надувая щечки. - Коряво конечно, но придется так походить, пока не вернемся.
  
  -А по-моему хорошо. - Оцепеневшим голосом заявил я.
  
  -Ты правда так думаешь? - Он посмотрел на меня, а потом снова на корявый узелок.
  
  -Да.- Согласился я. Мне ведь тогда подумалось, что никакого человека не испортить узелок на ремешка фотоаппарата, особенно если это Мэтью. Что его вообще может испортить? А может его что-то испортить? Похоже на то, что мне хочется чтобы его что-то портило. Но это вовсе не так. Но с другой стороны, это всё же как-то не по-человечески не иметь недостатков, в смысле врожденных. Наверняка, у него тоже есть что-то такое. Но она также почти наверняка милое и совсем его не портит. Да, так я думаю. Я сам довольно скептически относился к этим размышлениям. С чего бы мне об этом всё думать? Но сейчас вообще-то каникулы, думаю о чем хочу. А я...я что ли хочу об этом думать? Не знаю. Просто... оно само лезете в голову. Вот и буду думать о чем думается. Да, да у меня каникулы.
  
  В общем как бы то ни было, мы доехали до Берлина. При этом Мэтью видел надпись "Добро пожаловать в Берлин!" не через щелку багажника, а через окно. И что самое обидное городок меня не особо поразил, какой-то серый что ли? Может дальше лучше будет. Водитель ссадил нас у входа в какой-то сквер, который прямиком должен был привести нас в сторону красивых улочек и торговых лавочек, а также той самой берлинской стены, собственно похоже это единственная достопримечательность в этом городишке. Вскоре мы дошли до фонтана, который как ни странно располагался по среди сквера. Аннэ предложила сфотографироваться на память - я не стал препятствовать.
  
  -Мэтью?
  
  -Да, становитесь вон туда.
  
  Мы послушно стали около фонтана, Аннэ уже по привычке обвивала мою руку, прижимаясь и улыбаясь во все зубки.
  
  -Нет станьте чуть порознь, а то, плоховато видно. - Мэтью помотал рукой. -А лучше ещё дальше?
  
  -Может вообще сфотографируешь их отдельно? - Сквозь смех улыбку поинтересовалась Рэйчел.
  
  -Я не первый раз фотографирую . - Холодно пояснил Мэтью. - Потом смажутся в одно пятно а я буду виноват.
  
  Впервые слышу в его голосе какую-то ледяную сталь и это пугает. Ничего мягкого беззаботно или непринужденного. Мы немного разошлись и снимок был сделан.
  
  Дальше мы проходили мимо какой-то лавочки с мороженным и все непременно взяли себе по порции, кроме меня разумеется. Не то, чтобы я хочу отрываться коллектива, и не то, что бы хочу показаться индивидом, просто не люблю я сладкое и всё. Кстати, между делом, Пьер ещё около фонтана, сказала, что ему куда-то надо и ушел. А ну и пусть. Так даже лучше. Сказал гость, тому кто его пригласил. Ага, ага.
  
  -Шелли, попробуй. - Мэтью подошел ко мне совсем близко, цепляя, за свободную руку, чтоб я никуда не смог деется от этого поганого зеленого рожка с мороженным. Нет. Рожок не был зеленым, зеленым было мороженное но это не менее отвратительно.
  
  -Ты же знаешь, я не люблю сладкое. - Попытался я отвертятся, это было проблематично ведь мою левую всё ещё сжимала Аннэ, а впереди стоял Мэтью. И сжимал меня за правую. В общем я не двинулся с места.
  
  -Лизни один раз, оно с орешками.
  
  -А орешки я не люблю ещё больше чем сладкое. - Я отчаянно воротил голову от всей этой щекотливой ситуации. Рядом щелкнул фотоаппарат.- Эм! Не надо!
  
  -Конечно, нет. - Заверила она меня, и прыснув щелкнула ещё раз, показывая Рэйчел, которая тоже засмеялась.
  
  -Шелли, ты просто обязан это попробовать.
  
  -Не буду. - Как можно деликатнее отказался я.
  
  -А что если это будет необходимо?
  
  -В смысле? - Я сощурился, не понимая к чему он клонит.
  
  Он вздохнул, ткнул себя мороженным в щеку и начал театрально пояснять:
  
  -О нет, я кажется запачкался мороженным. - Заглядывает в сумку, и дальше в том же ключе. - О нет, у меня кажется совсем нет салфеток. Кто же мне поможет, ведь я не могу эти по скверу испачканный мороженным. Кто бы это мог быть? Кто-нибудь кто никогда не пробовал ореховое берлинское мороженое в рожке? Кто-то, кто находится совсем рядом и готов мне помочь.- Он картинно поднял брови, указывая ими на меня.
  Вот. Же. Нахал. И... не дождется!
  
  -Аннэ, у тебя есть салфеточка? - Обратился я к девочке, как всегда приветливо улыбаясь.
  
  -Конечно. - Она полезла в свою сумочку. Но не успел я среагировать, как влажная щека в мороженном уткнулась мне в губы. А потом Мэтью отстранился и в том же игривом ключе прокомментировал:
  
  -Вот спасибо. Ты мне очень помог.
  
  -Я...- Я опустил голову. - Я не буду их облизывать!
  
  -Так и будешь ходить с липкими? - С интересом спросил он.- А я могу тебе помочь, запачкаться мороженным как же это так неосторожно...- Он потянулся в мою сторону, но пока он тянулся я успел сигануть на корточки и принять из рук Аннэ салфетку, жадно вытирая губы.
  
  -Ты всё испортил.
  
  -А ? - Я встал полный рост ещё раз протирая физиономию, не хочу чтобы щека Мэтью оставила свой след на моей личике.
  
  -Шелли, ты такой вредный.- Он не спрашивая отобрал у меня салфетку и отбросил её за спину, тыкая меня в нос мороженным и не дожидаясь логичной бесиловки в ответ, прикрыв глаз с наслаждением слизнул.
  
  -Прекрати.- Зашипел я на него. Люди смотрят.
  
  -Конечно. - Таким же "предельно тихим" шепотом обратился он ко мне. - Мне стоило подождать пока мы останемся наедине.
  
  -Да ну тебя! - Я покраснев откинул его руку и отодвинулся. Где-то с боку изнывали от смеха Рэйч и Эмили, какая-то парочка улыбаясь смотрела на нас со скамейки.
  
  -Ты так и не попробовал мороженное...
  
  -И не за что не сделаю этого! - Ведь это твоё мороженное! Пронеслось в голове. Ты его уже ел. Не то, чтобы я жадный и мыслю если есть так всё .Я просто гигиеничный. А это...как минимум пошло. Вы думаете, а Шелли опять всё себе накручивает, а вы просто подумайте как это выглядит со стороны. Когда один парень сначала себе щеку мажет мороженным и прикладывает её к губам другого парня, а потом мажет ему нос мороженным и сам слизывает. А если второй парень вдруг возьмет у него мороженное и начнет его есть...Ну что тут можно подумать?! (А на братьев мы никак не смахиваем!)
  
  -Господи, я ж тебе не вешаться предлагаю! Это всего лишь мороженное!
  
  Я хотел опять возразить и на сей произнести вслух, как это негигиенично и вообще...Но только я открыл рот мне его не справедливо заткнули мороженным. А как только он отнял рожок, я плюнул. Приличный гражданин плюнул на чистый тротуар берлинского сквера. О да. Зеленая капля глупо стекала по подбородку.
  -Ты что вот сейчас сделал?- Недовольно смотрел ан меня Мэтью. - Это было очень даже невежливо! Я тебя накормить хотел, а ты...
  
  -А я его это не хотел!
  
  -Шелли, мороженное...
  
  -Да. Же. Не. Думай. - Я погрозил ему пальцем и обернулся. - Аннэ, у тебя есть ещё салфеточки.
  
  -Прости, Шейла, эта была последняя. Я сбегаю куплю ещё.- Как-то задумчиво откликнулась она.
  
  -Она не успеет.- Через некоторое время сказал Мэтью, скрестив руки на груди, наскоро доев свой ореховый рожок и нервно постукивая пальцами. И подумав, крепко ухватил меня за предплечья, наклоняясь вперед, и ловя ртом стекающую с моего подбородка капельку. А потом проводя языком по подбородку.
  
  -Мэтью, не надо! - Бесполезно пытался я от него отгородится. Почему бесполезно? Потому что он меня не слушал!
  
  -Просто стой спокойно. - Он провел языком по моей нижней губе. И тут я просто не выдержал с силой отталкивая его, вытирая рот рукой и тяжело дыша. А потом заметил как со стороны нас смотрим Аннэ в руке с упаковкой салфеток, маленькие недоверчивые глазки с долей обиды.
  
  -Ты, ты всё не так поняла. - Я подошел к ней, в который раз опускаясь на корточки, будто так меня было лучше понятно.- Так у нас на родине...- Я долго время думал чтобы эта пошлятина могла обозначать и неуверенно выдавил. - У нас так выражают свою благодарность. - Парочка на скамейке бессовестно прыснула, я уже не говори про Эм и Рэйчел, которые давились от смеха уже беззвучно.
  
  -Тогда я тоже хочу поблагодарить!
  
  -Вообще это только для парней так. - Да покарает меня молния за такую фразу и простит родной за такие слова. Девушка, что сидела с парнем на лавочке, чуть не свалилась от хохота. А это между прочим очень нехорошо так громко смеяться над другим тем более что они туристы.
  
  -Жалко. - Немного расстроилась девочка, а потом встрепенулась. - Но я всё равно тебе благодарна.
  
  -За что?
  
  -За то что, Шейла просто есть! - Она опять заулыбалась, и я вымученно улыбнулся. Хорошо что она на меня не злится, хотя я только что наплел ей несусветную околесицу, надеюсь хоть вы не приняли это всерьез. Я сурово обернулся к Мэтью, как он мог устроить такое безобразие на улице, да ещё и вовлечь меня в это бесстыдное безобразие. Как ему только не совестно .
  
  -А ты! - Аннэ, прошествовала в сторону Мэтью, словно читая мои мысли.- Не пачкай Шейлу мороженным. Тебе может и нравится быть штрашным шабаком, но Шейла пусть остается чистым. На салфетку.
  
  Она определенно нравится мне всё больше и больше. Вы не подумайте, в чисто дружеских намерениях. За меня никогда никто так не заступался. Думаю, всё будет хорошо.
  
  -Эм, прекрати смеяться. - Укоризненно предложил я.
  
  -Эй, Шелли.- Мэтью легонько потянул меня за рукав байки. - Не сердись, ладно?
  
  Да, ведь я прошел мимо него так ничего не сказав и даже не посмотрев. Это достижение. Учитывая что он умеет глазами притягивать меня ( и как ему это удается?).
  
  -А я бы и не сказал что сержусь, может в бешенстве или бешусь, ну точно не сержусь. -Я коронно повернулся к нему, недовольно и пафосно вздергивая одну бровь.
  
  -Да ладно, я просто баловался.
  
  Я вздрогнул. Разве с таким балуются - у меня внутри аж всё перевернулось, думал низвергну все съеденные крошащиеся тосты наружу, а мои застиранные джинсы - молоко и хлопья. Во мне всё просто слетело с катушек, когда Мэтью лизнул меня в губы. Так это...неправильно. А считать это шуткой...это просто непростительно. С этим шутить нельзя. Я ведь могу запутаться. А в тот момент мне было страшно. А я вообще человек боязливый. Не то что какой-то нюник типа "Аааа, паук, спаси меня Мэтью!" или "Аааа, мы на высокой крыше, подержи меня Мэтью!" . Тьфу. Просто меня колотит от всей этой вымышленной близости с человеком, который меня и вовсе не любит. Который творит всякие цепляющие вещи просто так из-за дружбы и желания посмеяться. А мне страшно от того что у меня никогда не было с кем-то отношений (моя воображаемая жена не в счет), и это дружба получается более близкой, чем гипотетическая любовь. Другими словами - я нервничаю, потому что в моей жизни никогда такого не было. Но наверняка Мэтью об этом не знает. Ему вообще плевать что я думаю и что чувствую. Он конечно иногда играет в телепата, но не всегда же ему угадывать. Он даже не подозревает как всё что он делает меня задевает и как много я думаю об этом. Просто потому что так никогда не было...Не может быть что б меня это так волновало, просто не возможно . И вот сейчас идем всё по тому же скверу. Аннэ держит меня за руку, а он просто идет рядом почему-то улыбаясь. Хотелось бы мне знать его мысли. И сказать - мне бы всё так просто, а то я точно запутался.
  
  -Шелли?
  
  -Что?- Я посмотрел на Эмили.
  
  -Я тебя уже раз пятый зову.
  
  -Извини, я задумался.
  
  -Да не страшно. Просто послушай.- Она поправила кепку.- Мы сейчас пойдем к берлинской стене, а потом по магазинам, а то совсем не останется времени.
  Я кивнул. И мы пошли в сторону этой достопримечательности. Не могу сказать что это было что-то уж прямо красивое, но в этих разваленных кусочек стен исписанных разными надписями вроде "Peace and love -тарабарщина на немецком-". Мы разбрелись по разным углам, делая фотографии, говорил, разрешите фотографировать только мне. А конечно кто ж меня послушает... Я поднялся в некое подобие развалено каменной беседки. В этот момент мне кое-что вспомнилось. Помнится раньше я часто представлял свою первую поездку за границу в шестнадцать лет. Я и моя девушка ( будущая жена), Эмили и её парень. Романтические походы за ручку под фонарями, одна сладкая вата на двоих, обнималочки разные и парк развлечений. Но как видите всё оказалось куда прозаичней, вместо жены - подозрительный извращенный не в меру, но об этом не подозревающий знакомый, у Эмили вместо - подруга, с такой же пока не совсем удачной судьбой, ведь парень в которого она влюбилась оказался чудаковатым уродом-геем. И как следствие - всего остального, что я планировал просто не могло быть. Я презрительно скосил взгляд вниз. Мэтью о чем-то разговаривал с Аннэ. Кстати вся моя жизнь покатилась под откос именно из-за него. Если бы не он...Ну что я так много об этом думаю?! Это же просто психоз!
  
  -Ааааааа!- Я схватился за голову.
  
  -Вы не могли бы нас сфотографировать?
  
  -Да, конечно. - Я забрал фотоаппарат у девушки, что после моего крика, на меня несколько подозрительно поглядывала.
  
  -Там. - Она показала на краешек беседки и потащила с собой подругу.
  
  Щелк. Какой молодец, приличный гражданин, щелкает незнакомых людей и не ворует фотики. Горжусь им! Точно он это ж я ! Горжусь собой! Чуть не забыл вернуть фотоаппарат.
  
  -Шелли, как тебе стена? - Я вздохнув повернулся на Мэтью и в том же ключе ответил Облокачиваясь на бортик беседки и смотря вдаль:
  
  -Ничего, стена.
  
  Он пристроился рядом. Вообще как-то не особо хотелось поддерживать разговор, с кем кто загубил моё первое путешествие без родителей. Но наверняка он и об этом. Ему не мешало бы лучше знать о моей жизни. Что я такое говорю...Зачем это ему?! Хватает того, что он хотя бы помнить моё имя, но может это и не так.
  
  -Шелли ты такой задумчивый.
  
  О, помнит.
  
  -Я просто пытаюсь насладится видом. - Я указал вперед, болванчиком потрясывая головой, надеясь что это прибавит убедительности моим словам. Ведь будет вообще отвратительно, если я проболтаюсь Мэтью, что всё время думаю о нем. Черт. Я думаю о Мэтью! Всё время! Хуже и не придумаешь!
  -Да, красиво.
  
  Он мне поверил! Я вздохнул с облегчением.
  
  -Вот только правда какой-то уставший - надо отдыхать!
  
  -Я так отдыхаю- побольше подумать, полюбоваться. Мне нравится тишина.
  
  -Тогда зачем ты с нами поехал?
  
  -А будто у меня был выбор. - Сердито пробормотал я, сам меня затащил и теперь ещё и спрашивает, зачем я с ними поехал. Вот нахал!
  
  -Если тебе что-то не нравится, ты всегда можешь отказаться.
  
  -Ну да. - Прозвучало примерно так: у тебя вроде бы как есть выбор, а вроде бы всё равно будет по нашему.
  
  -Ты не должен допускать, чтобы другие люди тобой управляли.
  
  Я призадумался. Сколько раз Мэтью мной управлял, а я не мог ничего сделать. Я говорил нет, я пытался его оттолкнуть. Но он никогда меня не слушал. Да и не сильно я пытался его толкнуть на самом деле...Вот например тогда в самолете, когда я икал. Я даже не смог пошевелится. А Мэтью...просто меня поцеловал. У меня вспыхнули уши. Как глупо! Как же это глупо! Краснеть при одном воспоминании, о том, что было лишь дружеской поддержкой. Но согласитесь не каждый день предлагают "Я твой, друг, давай я тебя поцелую с языком. Может перестанешь икать". Хотя вообще-то Мэтью у меня ничего не спрашивал. Никогда. Он лишь делала то. что ему хотелось, а сейчас так вскользь якобы невинно констатирует "Шелли, не допускай чтобы тобой управляли". Какая прелесть.
  
  -Знаешь, ты никогда ни о чем меня не спрашивал. - Я немного грустно опустил взгляд.
  
  -Что ты имеешь в виду?
  
  -Ты просто делаешь, что тебе хочется, не спрашивая мнения других.
  
  -Есть немного. Но если это так тебя напрягает, я буду спрашивать?
  
  -Правда?
  
  -Да. - Он вполне серьезно кивнул, будто мы были каким-то важными политиками, а не оленем и Сантой. Черт!.
  
  -Ладно, я тебе поверю.- Слово "поверю", обозначало исключительно то, что я попытаюсь поверить. А это уже о многом говорит.
  
  -Тогда договорились? - Он протянул мне руку.
  
  Я недоуменно смотрел на руку, словно не знал что мне стоит просто пожать её и прекратить беспричинно смотреть.
  
  -Можно пожать тебе руку?
  
  -Да.- Ещё какое-то время подумав, согласился я, и он стиснул мою руку, ели заметно улыбаясь.
  
  -Что делать? Шейла, шварц кацен опять мешать?
  
  -Мы просто разговаривали.
  
  -Тогда пошли со мной! - Она потянула меня за рукав вниз, видимо желая показать какую-то особо живописную развалину. Я запоздало удивился, как семилетний ребенок может знать английский так что, я его очень даже хорошо понимаю.
  
  -Ты давно учишь английский?
  
  -Как пошла в школу, то есть...- Она загибала пальцы. - ...пять лет назад.
  
  -Сколько ж тебе лет?
  
  -Одиннадцать. - Она растянулась в улыбке.
  
  Раз я уж собрался с ней разговаривать, решил между делом выяснить какое к происходящему имела пластмассовая нога, с которой и началось наше знакомство.
  
  - А...это. Я просто хотела привлечь ваше внимание, и мне показалось это лучшей вариантой. Ведь взрослым людям такое нравится, но теперь я вижу - это не так.
  
  -Что ты хочешь сказать?
  
  -Не важно. - Вдруг бодро откликнулась она утягивая меня к ещё одному раскрашенному в граффити уголку.
  
  Меня посетила разные невеселые мысли, по поводу того каким должно быть воспитание ребенка, если он думает, что всем поголовно взрослым нравится такое. И Мэтью...сдержит ли он ещё одно своё слово? Если да, то я буду относительно в безопасности. Отчего? Признаю, рядом с ним мне всегда как-то странно и совсем неловко. Но не будет ещё нелепее, чем прежде сделать что-нибудь смущающее, он будет громко об этом спрашивать. Может я всё сделал только хуже? Но погодите, если он будет спрашивать - я так же громко буду отвечать, что не хочу этого и всё будет на своих местах. Я немного успокоил себя болтовней в голове, но всё-таки остался какой-то неприятный осадок от избытка бредятины, что я так умело наплел.
  
  Каких-то сорок минут и берлинская стена здорово нам надоела. Я не имею ввиду что с ней что-то не так. Всё в полном порядке. Просто нельзя всё время смотреть на одно и тоже, верно? Мэтью за всё это время больше подходил ко мне.
  
  И вот мы уже шли в сторону торговой части Берлина. Эмили отдала мне мой билет на вечернее представление и объяснила, что встретимся мы около входа в главный костел без пятнадцать семь. А когда я спросил зачем нам разделятся (меня совершенно не прельщала идея остаться в обществе Мэтью и Аннэ). По отдельности они милые люди - но вместе...Так вот я спросил, а Эм пояснила, что они с Рэйч хотят зайти в магазины одежды, а я не выдержу эту бесконечную примерку. А ещё она сказала, что возьмет Аннэ с собой. Получается я останусь с Мэтью...
  
  -За что ты так со мной?! - Прокричал я ей в спину, но она лишь приветливо помахала мне рукой, утягивая оборачивающуюся малышку Аннэ. Как она её уговорила?
  
  -А ты не рад? - Спросил между тем Мэтью.
  
  -А почему я должен радоваться?
  
  -Не знаю. - Он посмотрел куда-то в сторону. - Я рад.
  
  -Ну, куда пойдем?- Недружелюбно поинтересовался я, закладывая руки в карманы.
  
  Мэтью сразу обрел привычную легкость на лице и улыбаясь показала вперед:
  
  -Хочу попробовать все сладости, что попадутся мне по пути, а ещё купить сувениров для мамы с папой, а также Уилли, Бартишо и Дика.
  
  О как я всех их ненавижу. Ну может разве что Бартишо немного меньше. Но ведь всё равно. Чего это он их упоминает когда мы гуляем вместе? Тьфу.
  -Шелли, можно я возьму тебя за руку?
  
  
  Я остановившись смотрел в его смеющиеся глаза. А он не дожидаясь моего ответа, взял меня за руку и двинулся вперед.
  
  -Я же ничего не сказал!
  
  -Я расценил твоё молчание как ответ.
  
  -Пусти сейчас же!
  
  -Слишком поздно что-то менять.- Сказал Мэтью, пытаясь продвинуть свои пальцы сквозь мои, но я не раздвинул их даже на миллиметр. Однако он почему-то всё равно сплел наши пальцы, как ему это удалось?! И эта фраза, она как будто относилась ко всему сразу. "Эй, Шелли поздно что-то менять, ты влип по уши. Ха, пошалили". О да. Совсем не кстати всё это сплетается с моим предыдущими фантазиями.
  
  Дальше после каждого ларька со сладостями следовало логичное "Шелли, будешь пробовать? Они такие вкусные." Тянучки, карамельки, конфетки пирожные, в общем все что только попадалось под руку.
  
  -Шелли, а вот эту?
  
  -Я тебе уже сто раз говорил: я просто ненавижу сладкое!
  
  -Как хочешь. - Немного недовольно откликнулся он.
  
  Мы сидели на какой-то из бесконечных лавочек. Мэтью как он это назвал занимался переупаковкой сладостей, а на самом деле он просто купил очень много сладостей и не знал как всё это нести: несколько просто огромных бумажных пакетов. И пока он решал эту мозговую задачу - параллельно просто сосал очередной леденец.
  
  -Я же тебе говорил не покупай так много!
  
  -А что если я хотел их все попробовать?
  
  Кстати он по-прежнему не отпускал мою руку, забавно ковыряясь в пакете только правой.
  
  -Так зачем было каждой покупать по несколько штук?! - Продолжал я, уже плюнув на попытку разъединить наши руки. Это было невозможно.
  
  -Чтобы все попробовали! Но я думаю этого хватит.
  
  Я вскинул к небу свободную руку: а то непонятно.
  
  -Теперь пойдем за сувенирами?
  
  -Как ты это понесешь?!
  
  -А я всё сгрузил в один пакет - унесу, не беспокойся.
  
  -Всё равно неудобно.
  
  -Беспокоишься за меня? - Мэтью мило слегка ехидно улыбнулся.
  
  -Что будешь покупать? - Мгновенно перевел я тему разговора.
  
  -Кстати зайдем в музыкальный магазин?
  
  -Ты умеешь на чем-то играть? - Я предпринял очередную попытку вырвать руку, но он сжал мою ещё больше.
  
  -Нет вообще-то, просто хочу посмотреть и кое-что для Уилли.
  
  Я опять погрустнел. Я ведь отвлекся и думать забыл об этом подозрительном чудике - кому он сдался. А он существует, всё ещё существует. И помирать не собирается. Хотя было бы не плохо если бы он как-нибудь сам того. Приличный гражданин пожелала кому-то преждевременной смерти. Пристрелиться. Но, что заставило меня ещё больше пожелать ему сокрой смерти, так это что Мэтью аж полчаса топтался у прилавка, выбирая медиатор. Я с мучительной завистью смотрел как он высыпает из коробочки все эти цветные разрисованные треугольнички. Чтоб их всех. Жутко расстроился: ну что за день такой. А мне он небось ничего так не выбирает. Ах точно, я же вместе с ним в поездке, что за черт... Я облокотился на прилавок, наблюдая за ним. Ну чтоб мы ещё раз пошли за покупками, ни за что! Ни за какие деньги, я уже не говорю о глупых коврижках и прочих сладостях, которые я ненавижу ещё больше.
  И что вы думает: он выбрал самый первый! Вот же. Мы ещё покружили по музыкальному магазину, при этом Мэтью всё трогал и порывался на всём поиграть. И когда мы вышли ,я булл уже совсем зол:
  
  -Никогда больше не пойду с тобой за покупками.
  
  -Ясно.- Он подумав выпустил мою руку, покрепче обхватывая свой пакет.
  
  -Ты чего? - Я с удивлением размял руку, что ли свободна?
  
  -Извини.
  
  -Да, ладно. -Мне самому стало как-то неудобно из-за этой ситуации. Я ведь совсем не собирался с ним ссорится. Но потом всё вроде как наладилось, Мэтью указала на ларек со шляпами и масками и двинулся мерить. Я вздохнул, прислоняясь к стенке и прикрывая глаза. Всё это так утомительно. Нельзя было просто купить пару плиток бельгийского шоколада в подарок знакомым и бесцельно гулять. Я открыл глаза собираясь было позвать Мэтью идти дальше, но его не было. Понимаете: не было в лавке. Я всё ещё раз осмотрел и даже спросил продавца. На что он ответил, что "тот джентельмен", куда-то удалился. Первое что с ужасом мелькнуло в голове: Я потерял Мэтью. Что может быть ужаснее. Незнакомый город, незнакомый язык, незнакомые люди. Но с другой стороны он же знает где нам нужно собраться и когда, кого я обманываю. Я выскочил на улицу судорожно оглядываясь и решил махнуть направо. Ведь с левой стороны мы пришли, значит он пошел туда - найду намылю шею.
  
  Спустя ещё полчаса безуспешных поисков, желание намылить шею перешло на второй план. Первым стало: вдруг с ним что-то случилось. Где он бродит, один, с пакетом, полных сладостей. Его могли ограбить! Или того хуже... Я уставился в мостовую. Я во чтоб это не стало должен его найти.
  
  И ещё спустя целый час. На город уже начинали спускаться легкие сумерки. Я обегал похоже всё торговые ряды но так не нашел не следа от Мэтью. За то нашел Эмили.
  
  -Что значит потерял?! Вы же были вместе?!
  
  Я хотел было объяснить, что Мэтью это тот самый черный кот в мешке, потому что предугадать его действия просто невозможно, но она меня прервала:
  
  -Ладно, это неважно. Надо его найти.
  
  -Шварц кацен совсем тебя достал? - Поинтересовалась Аннэ.
  
  -Это не правда! - Тут же воскликнул я. Мэтью ничем меня достал, это я просто я на него слегка рассердился. Точно...Может он на меня обиделся? Только этого для полного счастья не хватало.
  
  -Без паники. Аннэ, ты можешь позвонить Пьеру?
  
  -Если надо. - Девочка быстро нажала кнопки в телефоне и протянула его Эм.
  
  -Пьер?...Да это мы...Нет, что ты...Просто Дело в том... - Она отошла в сторонку пересказывая нашу незатейливую историю и вскоре вернулся, возвращая мобильник Аннэ. - Поищем Мэтью. Рэйчел давай в сторону парка, мы с Аннэ ещё раз прочешем торговые ряды, а ты Шелли, посмотри по задворкам, на всяких тихих улочках. И хорошо бы ещё уложится до семи...Так на всякий случай, Пьер нас ждет около главного костела. И ещё на всякий случай, главный костел - это то, высокое здание, которое видно аж отсюда.
  
  Мы разошлись. Я двинулся в свою сторону. И начала заглядывать в каждую подворотню поблизости, пробегая с сумасшедшей скоростью. Где же ты, Мэтью? Ну точно, случилось что-то. Мне моментально представилась картинка в голове. Мэтью такой зажатый в уголке, а над ним нависают какие-то злобные мужики, забирают пакета с конфетами и потихоньку стягивают с Мэтью одежду. Нет, это абсолютно невозможно! Мэтью ведь умеет за себе постоять. И никому не дастся в обиду. Но всё-таки. О нет, это просто ужасно. Я отогнал красочные видения куда подальше и двинулся дальше.
  Спустя ещё какое-то время я в пал в откровенную панику. Если не за этим поворотом, то за следующим, опять нету. Сколько можно трепать мне нервы. Я же волнуюсь. Я присел на корточки (наверное войдет в привычку) и задумался, обхватывая колени: Куда бы я пошел если бы я был Мэтью? Глаза злостно мерцали. Мне этого не понять. Потому что я не Мэтью. Логика. А может я вообще больше никогда его не увижу? И я так и не извинюсь, нет это просто кошмарно. Я схватился за голову. Я этого не хочу. Совсем не хочу. Хоть он иногда меня и злит, хоть иногда бывает немного приставучим я совершенно не хочу от него избавляться. Неужели я правда так волнуюсь за Мэтью. Да, это же очевидно. Я поднялся и сломя голову побежал вперед. Мне надо просто его найти.
  
  Было уже совсем поздно, но в какой-то из подворотен я вдруг увидел знакомую фигуру. Мэтью. Он одной рукой придерживал изрядно опустевший пакет со сладостями. А второй что-то жмякал в телефоне. Я сделала неуверенный шаг вперед, будто проверяя реальность ли это, звук глухо аукнулся в пустом переулке и Мэтью на меня обернулся.
  
  -О, Шелли.
  
  Я сделал ещё шаг.
  
  -Знаешь это так кстати, что ты меня нашел.
  
  Ещё шажок.
  
  -Я уж думал совсем было заблудился...
  
  Я со всего размаху ударил его по лицу. Это просто вырвалось...Поймите я не хотел нанести ему никакого физического ущерба, мне просто надо было это сделать. На щеке остался красный след о пощечины.
  
  -Шелли...-Прошептал он, неуверенно прикасаясь к собственному лицу.
  
  -Придурок! - Я и сам не заметил, как меня просто затрясло. Что-то выкатывалось из глаз стекало по носу и падало на землю. Я опять плакал. Позорище, да? Да. Но просто я думал... с ним столько всего могло случится в этом большом городе, что я бы просто никогда не простил себе этого. Я бы никогда не смог жить с тем, что из-за меня другой человек пострадал.- Ты...ты даже себе не представляешь...- Я хотел сказать как я волновался, но он не дал мне договорить. Просто отбросил свой дурацкий пакет и просто обнял меня, двумя руками прижимаясь головой к груди. Мои руки глупо висели в разные стороны. Не шевелясь, из глаз по-прежнему текли соленые ручейки. Оттого что всё хорошо и одновременно оттого как могло быть и ещё оттого что Мэтью такой бессовестный.
  
  -Прости меня пожалуйста.- Тихо сказал, он стискивая меня ещё больше. А мне даже в голову не пришло поддеть его, почему он не спросил можно ли меня обнять. Мне было не до того. Мэтью ладонями захватил мою байку и не собирался отстраняться. Я не собирался его отталкивать. Если выбирать из двух вещей- то уж лучше пускай жмется чем шатается неизвестно где. Но ничего не вечно. Мэтью немного неловко отодвинулся и виновато посмотрел на меня исподлобья. - Прости, что я ушел.
  
  Я всё ещё смотрел прямо в его глаза, надеясь что он скажет что-нибудь ещё кроме как прости не знаю что, но что-нибудь такое, что даст мне возможность успокоится. Но потом понял, что он ждет какой-то реплики от меня. Я отобрал у него телефон и беспардонно посмотрел на него:
  
  -Навигатор. Ты бы отлично дошел до любого места, которого пожелал. - Я убито посмотрел на Мэтью. - Если бы был в городе Брюссель.
  
  -А. А я всё не мог понять, почему главная площадь заканчивается в тупике безлюдного переулка.
  
  Всё это бесполезная беседа. И поэтому я наконец не выдержал и аккуратно спросил:
  
  -Эй, Мэтью...почему ты ушел?
  
  -Да не то, чтобы я ушел, я просто увидел шляпу в ещё одном ларьке и двинул туда, думал ты идешь следом. А потом понял, что тебя нет, ну и пошел искать...
  
  -Больше никогда так не делай!- Я всё так же не отрывал взгляда от его мерцающих зеленых глаз.
  
  -Хорошо, я постараюсь быть осторожнее. И Шелли... - Он опять подошел ко мне ближе. - Не плачь пожалуйста.
  
  -Я не плачу. - Я быстро провел рукой по щеке и под носом.
  
  -Ну всё же в порядке? - Мэтью опять взял меня за руку, переплетая пальцы.- Больше не отпущу. - Он растянулся в уверенной улыбке. - Чтоб ты не говорил.
  
  Во мне что-то щелкнуло - что это мы вообще делаем.
  
  -Пусти!
  
  -Ни за что. Кстати у Эмили есть роуминг?
  
  -Причем тут это?
  
  -Хочу ей позвонить и сказать, что ты меня нашел, но на концерт мы всё равно не успеем, так что просто побродим в округе.
  
  -Не хочу! Отказываюсь!
  
  -Спокойно.
  
  -Отдай трубку, недоумок.
  
  -Ты можешь не дергаться? - Небольшая перепалка с элементом сплетенных намертво рук, пыхтение, возня и в итоге.-...Так что мы ещё погуляем. Ещё раз извиняюсь, что доставил такие неприятности.
  
  -Я никуда не хочу с тобой идти! Ты мне все каникулы портишь! И вообще, от тебя одни проблемы.
  
  -Шелли.- Он остановился выуживая леденец из пакета и засовывая мне в рот. Не успел я распробовать эту примерзкую сладость, как он вытянул леденец обратно, и ехидно улыбаясь облизнул, показывая язык. Как же так. Этот леденец был у меня во рту. Я смотрел на него с ужасом, постепенно покрываясь легким румянцем. И больше ничего не смог сказать. Мэтью ещё больше разулабался и кивнув двинулся дальше. Похоже он на мою реакцию и рассчитывал.
  Всё в тех же подворотнях мы нашли какую-то очаровательную дорожку поросшую мхом, и Мэтью непременно изъявил желание пойти по ней. Как вы можете только догадываться ,выбора у меня не было. Как выяснилось немного позже дорожка эта вела вверх по какому-то холму. И когда мы дошли до самого верха, нам открылась просто прекрасная смотровая площадка, огороженная перилами. Отсюда было видно всё - и подсвеченную прожекторами берлинскую стенку, и главный собор, и цветастые торговые ряды. Весь Берлин был у нас на ладони, тоня в светлых пятнах фонарей. Я с нескрываемым восхищением смотрел на всё это и удивлялся существованию в этом мире чего-то настолько красивого и удивительного.
  
  -Шелли?
  
  -Чего? - Беззлобно откликнулся я, по-прежнему рассматривая город. Я уже не злился на Мэтью, за то, что он убежал и заткнул мне рот леденцом и даже на всё остальное. Главное - он в порядке. А снизу такой красивый город, так что не буду заморачиваться.
  
  -Можно попросить у тебя кое-что?
  
  -И что ты хочешь?
  
  -Кредит на один маленький поцелуй. - Он не спрашивая взял меня за подбородок и прикрыв глаза потянулся к губам. Я сильнее сжал, поручень чтобы просто не упасть от неожиданности. Но перед самыми губами он вдруг затормозил, с счастливой улыбкой заглядывая мне в глаза. Внутри меня всё колотилось, и казалось Мэтью это прекрасно чувствует через руку, ведь он так и не удосужился её отпустить повсюду, таская за собой. Это ситуация меня порядком занервировала. Зачем если заходишь так далеко - останавливаться в последний момент? Это просто невообразимо. Он ещё раз глянул на мои губы и чмокнул меня в нос, осторожно отодвигаясь.
  
  -Зачем ты это сделал? - Вполне логично спросил я. (Это было логично если следовать логике Мэтью, думаю он меня понял).
  
  -Остановился?
  
  Я смутился и хотел тут же возразить, спрашивая зачем он меня в принципе поцеловал. Но он продолжил говорить, таки не дав мне начать:
  
  -Я...просто не хотел опять с тобой поссорится. - Мэтью наклонил голову на бок. - Это мысль мне пришла достаточно внезапно. Но если бы я поцеловал тебя в губы опять началась бы бесиловка по поводу того что это я делаю. Ну а в чмоке в нос нет ничего пошлого.
  
  Верно. Я тихо отвернулся. Что я спрашиваю, он ведь просто творит что хочет. Если бы не моя "бесиловка" как он говорит, мог бы и поцеловать меня в губы. Тьфу!
  
  -Или...ты хотел чего-то большего? Ты запросто можешь это получить. - Он уверенно потянулся ко мне, многозначительно приподняв брови.
  
  -Нет! - Я отгородился, делая шаг назад. - Вот сейчас ты всё испортил.
  
  -Что я испортил?
  
  -Я уж было подумал, что ты исправляешься и больше не будешь ничего такого творить.
  
  -Я же попросил у тебя кредит.
  
  -Зачем тебе вообще меня целовать?! - Зажмурился я, наконец-таки выпутав свою руку.
  
  -Потому, что мне этого хотелось. - Мэтью поднял мою опущенную руку и легонько коснулся её губами. Я подозрительно косясь то на него то на руку, опустошенно спросил, поворачивая голову куда-то на бок:
  
  -А почему тебе это захотелось?
  
  - Черт, Шелли, просто так захотелось! Надо было тебя не спрашивать - сразу в губы поцеловать. - Подумав добавил он.
  
  -Ага! Ты ещё и решил меня не спрашивать.
  
  -Ты бы тогда вообще не согласился.
  
  -Я и так не согласился! И что это за: потому что мне этого захотелось?
  
  -Мне показалось это будет кстати. Да и разве тебе Шелли, не хотелось когда-нибудь просто кого-то поцеловать. Ничего не объясняя и ничего не говоря.
  
  -Нет, Мэтью, не хотелось. И отпусти мою руку.
  
  -Ладно.- Он грустно вздохнул оборачиваясь на город. -Такой момент загубили.
  
  -Ты сам говорил мне сообщать если что-то не нравится.
  
  -А что тебе не нравится?
  
  Я недовольно фыркнул собираясь разразится сердитой тирадой, но так и не нашелся что ответить. И поэтому просто замолчал, смотря на вечерний Берлин.
  
  -Это было конечно безмерно мило, так оглушительно фыркнуть и замолчать. Но знаешь, какой из этого прямиком вытекает вывод?
  
  -Нет!
  
  -Так давай я поясню.
  
  -Я говорю "нет!", потому что с этим в корне не согласен. Если я замолчал, это не значит что мне нравится, когда ты лезешь меня целовать, а всего лишь то что я не могу сформулировать свою мысль.
  
  -Что? - Он смотрел на меня с большим удивлением. А до меня вот только сейчас дошло, что я сморозил какую-то глупость. - Вообще-то я хотел сказать, что ты просто не умеешь лаконично высказывать свои настоящие мысли.
  
  Я был готов провалится под землю. На самое дно. Лицо стало жутко пунцовым, он просто хотел поддеть меня по поводу речевых особенностей, а я что? А я взял и высказал своё бестолковое предположение вслух. Кошмар.
  
  -О, Шелли, ты такой милый. - Неожиданно сказал Мэтью. Будто моей предыдущей реплики не было.
  
  -Спасибо конечно, но что ты имеешь в виду?
  
  -Ты так стесняешься, когда ляпнешь какую-нибудь глупость.
  
  Я скривился- такой комплимент мне явно не делал чести.
  
  -Но мне так это нравится. -Он показал рядочек белых зубов. -Что я готов ставить тебя в глупые положения хоть всю оставшуюся жизнь.
  
  -Вот счастья то привалило. - Я уныло подперел ладонью физиономию, опять облокачиваясь на перила. Мало того, что меня обозвали милым (что в переводе обозначает- стеснительный дурачок), так ещё готовы всю жизнь ставить в глупые ситуации, лишь бы увидеть это снова. Великолепно! Просто шикарно!
  
  -Не обижайся. На самом деле ты просто не видел себя со стороны.
  
  -Действительно, как-то не представилось такой возможности.
  
  -Не иронизируй, я просто пытаюсь разными словами сказать как ты мне нравишься. - Он усмехнулся. - Ты очарователен.
  
  Я густо покраснел. И мне показалось, что Берлина куда-то поплыл, ну куда же, куда же ты?! Мне ведь так неловко находимся в полном одиночестве рядом с Мэтью, тем более что он говорит такие вещи. Неужели он правда так считает. Это приятно. Только одновременно жестоко. Зачем всё это мне говорить, если есть человек которого он любит, и это не я. Надо мной издеваются. Однако я ничего не смог спросить до конца на шей прогулки моё лицо по-прежнему горело пламенем, а Мэтью так и не отпускал мою руку. Мы дошли до стены главного костела, где неподалеку нас должны были ждать все остальные и предпринял ещё одну попытку освободить руку, что-то невнятно мыча.
  
  -О, я уж думал ты в конец потерял дар речи.
  
  -Отпусти, а?
  
  -И не подумаю.- Он потянул меня вперед.
  
  Мне сперва размашисто помахала Эмили, а потом чуть опустила руку, видимо разглядев как мы идем. Ага, я смотрю куда-то в бок, в камни мостовой, а Мэтью крепко держит мою руку.
  
  -Шварц кацен, совсем Шейлу измучил? Отпусти. - Аннэ попытался разнять наши руки.
  
  Я лишь безнадежно вздохнул. Поднимая взгляд куда-то в небо. Хочу разбиться на своей черной тойоте, черт надо было это сделать, ещё после того раза с крышей. И наконец успокоится. . Я вздрогнул. Рука Мэтью выпустила мою. Всё ещё было тепло. Я перевел свои фантазии и суцииде ( и да, это суицид чистой воды) на второй план, поворачиваясь на Мэтью, завидев меня он трогательно улыбнулся и кивнул показывая ладошку. Без понятия что это значит. А никто и не удосужился мне объяснить.
  
  Мы ехали домой. Эмили, полностью разложив карту путеводителя заезжая поочередно то Рэйчел то Мэтью в глаз комментировала:
  
  -Завтра, поедем в музей войны и оружия, потом на художественную выставку, вечером в парк развлечений.
  
  Я тоскливо сжал зубы. Дребезги моей мечты суют прямо в нос.
  
  -Надо сегодня получше выспаться - завтра будет длинный день.
  
  Ну по мне так это вообще не составляло проблемы - в поисках Мэтью мы все так измотались, что просто невозможно. И должны были сразу уснуть. Конечно мы пришли, все вместе поужинали - а потом разбрелись по комнатам. Разумеется мне не очень то спалось. Я закрыл глаза и пытался дремать - но перед глазами вставали какие-то мучительные картины о том, как Мэтью избивают не то домогаются в каком-то узком переулочке. Я так перепугался за него. Так сильно. Вот теперь не могу уснуть.
  
  Я вздохнул и открыл глаза - на меня смотрело знакомое лицо в обнимку с подушкой. Я тут же отпрянул:
  
  -Что ты здесь делаешь?!
  
  -Я не могу заснуть.- Он всё так же не сводил с меня взгляда.
  
  -Пожалуйста, не начинай. Как ты видишь я больше не милый и не смущенный, а усталый и злой, так что смотреть не на что.
  
  -Тебя легко можно смутить...- Мэтью игриво сложил брови, я на него укоризненно шикнул:
  
  -Уходи немедленно! Ты мне вторую ночь поспать не даешь.
  
  -Но ты кажется, тоже не можешь уснуть.
  
  -Не правда! - Я улегся на подушку и закрыл глаза демонстративно пошморгивая носом.
  
  -Да ладно тебе, Шелли, не будь жестоким.
  
  Я ничего не ответил. Мне вообще не особо хотелось говорить с Мэтью, а это было в особенности сложно после того что произошло во время нашей прогулки. Он столько всего мне сказал. Что я очарователен, что я ему нравлюсь. Не знаю видно ли, но моё лицо снова загорелось. Так что единственное что я хотел спросить, что за человек, которого любит Мэтью. И ещё раз, зачем так хорошо относится ко мне, если я не тот кого он любит...
  
  -Знаешь, Мэтью, я хотел кое-что у тебя спросить...- Как же мне тяжело далась эта фраза.
  
  -Давай. - С радостью откликнулся.
  
  -Ну помнишь ты как-то говорил, что ответишь на любой мой вопрос?
  
  -Конечно.
  
  -В общем.- Я очень интеллигентно отвернулся к нему спиной и если слышно скороговоркой пробормотал. - Кто этот человек, который тебе нравится?
  Послышался какой-то сдавленный звук, будто Мэтью подавился.
  
  -А...почему ты спрашиваешь? - Последовал после долгой паузы ответ.
  
  -Просто интересно.
  
  -Шелли, знаешь так неудобно получается. - Он замялся. - Я не могу сказать тебе кто это.
  
  -Я так и знал. - Я вскочил и обернулся к нему к нему своим красным лицом. - Так знал, что ты меня обманешь!
  
  -Я говорил, что отвечу на все вопросы и не врал. Ведь мне в голову даже не пришло, что ты можешь спросить такое...
  
  Я и сам вдруг остановился в шоке смотря на противоположную стену.Что это я спрашиваю? Как это я до такого докатился? Или вообще, чего это меня интересует?
  
  -Мэтью, иди спать.- Я опустошенно улегся на кровати, накрываясь с головой.
  
  -Я не могу заснуть.
  
  -Я это уже слышал.
  
  -Можно...- Моё плечо задела рука. -...я лягу рядом?
  
  Я опять нашел в себе силы обернуться:
  
  -Нет!
  
  А он на меня смотрел так, будто я мог ответить да.
  
  -Ну я только пока засну... - Начала клянчить он. -...а потом сразу-сразу уйду.
  
  -Ты сам хоть понял, что сказал?
  
  Он начал краем губ улыбаться.
  
  -Шелли...
  
  -Ни за что!
  
  -Ладно, можно хотя бы лечь на соседней кровати?
  
  -Ну ложись, только не шуми.
  
  -Спасибо.
  
  А вы знали что он жутко хитрый. Сказав спасибо, он тут же сдвинул наши кровати и устроился рядом. Я обреченно улегся в позе покойника.
  
  -Так и будешь смотреть на меня всю ночь?
  
  -Почему нет?- Он лег бочком, опираясь на руку. Я опять вздохнул. Он всю правду вывернул наизнанку а это очень подло.
  
  -Может хватит?!
  
  -Ты такой красивый.
  
  -Отстань. - Я опять повернулся к нему спиной, лицо всё просто исходилось клубничными пятнами.
  
  -А ты заметил что происходит?
  
  -Что ещё?
  
  -У меня нет одеяла.
  
  -Так сходи за ним, раз уж всё равно решил спать здесь.
  
  -Там черный страшный коридор, в котором меня наверняка поджидает разная нечисть...
  
  -Если ты про Аннэ, то она спит.
  
  -В любом случае я туда не пойду, так что Шелли...ты не мог бы поделится своим одеялом?
  
  -Не мог. - Сквозь зубы процедил, я как можно сильнее укутываясь в одеяло, ещё раз подтверждая что оно принадлежит исключительно мне.
  
  -Да ладно, не будь жадиной.
  
  -Мне самому мало.
  
  -Шелли! - Одеяло не справедливо сдернуто, а надо мной нависает знакомая фигура, упершись руками по обе стороны моей шеи.
  
  -Так...эээ... Мэтью...- Я перевел взгляд с его рук на лицо. - это уже слишком...
  
  -О чем ты? - Он вдруг резко опустил руки и стиснул меня в кольцо, не давай пошевельнуться, как-то коряво накрывая нас обоих злополучным одеялом, и переворачиваясь набок. Наши глаза были напротив друг друга.
  
  -Ты чего творишь?! - Наконец выдохнул я, просто воздуха совсем не хватало.
  
  -Просто не хочу чтобы забрал всё одеяло себе... вот и буду тебя держать.
  
  -Не надо. Тьфу! Черт! Лучше тогда забирай всё одеяло себе, а меня не трогай.
  
  -Но Шелли.- Он медленно поморгал, не переставая улыбаться.- Я всего лишь лежу рядышком.
  
  -Я бы предпочел, чтобы этого не было.
  
  -Просто ложись спать.- Он дотронулся своим носом до моего и подмигнув, закрыл глаза.
  
  Я недовольно поднял бровь: и как спать спрашивается? А, точно подожду немножко, пока он заснет, а потом стряхну его и выползу из-под одеяла, а лучше того, выпихну его из-под моего одеяла. Но не тут-то было. Он так в меня вцепился, прижимаясь каждым участком тела, и ногами обвивая мои. Я не мог пошевелится. Мэтью в полудрёме протиснул мне коленку между ног. ООО.К горлу стремился какой-то комок, полный стыда и безумия. Что ж мне в голову лезет. Глаза покидали орбиты.
  
  В какой-то момент мне показалось что он ослабил хватку, но только для того чтобы обнять меня за спину локтями, запуская руки в волосы.
  Короче, за эту ночь я сомкнул глаза лишь один раз, ещё в самом начале, когда пытался уснуть. В итоге утро не было для меня внезапностью .Я успел пересчитать всех существующих баранов и оленей, в частности одного, что беспардонно обнимал меня всю ночь, периодически случайно "лапая" меня то тут то там. Каждая клеточка отдавалась жаром и адреналином, совершенно не дав мне возможности отдохнуть. Я пробовал дотянутся до мобильника, чтобы послушать что-нибудь из стандартных мелодий (музыки у меня на телефоне не было из принципа), но тот как назло был далеко от моей руки. Я сетовал на судьбу и жаловался всем существующим и несуществующим богам. Потом осилился и пнул Мэтью в коленку - и что вы думаете он даже не почувствовал! А ещё какое-то время я думал над тем, почему я так беспокоился за Мэтью и почему меня так задевают любые его слова. Нет! Ошибаетесь, он просто слишком близко, вот я и нервничаю. Ничего больше кроме холодной расчетливой паники. А самое паршивое началось, когда он проснулся:
  
  -Шелли?- Медленно ослабляет хватку.
  
  -Да это я, как ни странно.
  
  -А что ты делаешь в моей кровати?
  
  -Во первых это моя кровать. - Сам вчера приперся, а теперь ничего не помнит. Ну вообще. - А во-вторых, ты сам вчера пришел и сказал что не можешь уснуть, поэтому будешь спать здесь. Уж извини, логики, если ты её пытаешься найти, здесь нет никакой.
  
  -Странно. Ничего такого не помню. - Он уселся, разминая руки.
  
  Всю ночь мне спать мешал, а теперь ещё не уверен было ли это. Лежу в шоке.
  
  -А нет, погоди...
  
  А это проблески сознания.
  
  -Точно!
  
  Прямо бинго. Всё вспомнил, если то, что надо конечно.
  
  -Ах да.
  
  Этот монолог поражает меня своей содержательностью всё больше и больше.
  
  -Вспомнил что-нибудь?- Наконец подал я голос.
  
  -Я кажется забыл свою купальную шапочку.
  
  Ноябрь. Без двух минут зима. Берлин. В котором кстати нет моря, и бассейн нам не светит. А он забыл купальную шапочку. Вообще абзац. В голове проплыла смутная полусонная параллель между подштанниками в цветочек и шапочкой в цветочек, возможно речь идет об одном предмете.
  
  -Ещё что-нибудь?
  
  -Во рту пересохло.- Он жадно сглотнул, видимо поясняя свою фразу.
  
  -Ты ещё меня попроси сгонять на первый этаж.
  
  -Шелли будь другом...
  
  -Ещё чего! Ты мне всю ночь поспать нормально не давал, а по утру заявляешь что ничего вообще не помнишь и ещё должен тебе носить воду?!
  
  -Ладно, схожу сам. - Недоуменно согласился он. И встал с кровати, направляясь к двери, а потом вдруг вернулся, бестолково чмокнул меня куда-то в ухо и ушел.
  
  -Что это вообще такое было?! - Я сердито потер ухо, которое теперь можно было использовать в качестве кипятильника. - Что это к черту такое было?!
  
  Он мне не ответил. По-моему никто б не захотел на такое отвечать. Но мне вообще-то нужен был ответ. Но ответа не было.
  
  Через пятнадцать ко мне заглянула Эмили с коротким замечанием вроде "Хватит валяться в постели, иди завтракать." Я хотел было огрызнуться, а потом махнул рукой, бесполезно всем всё пытаться объяснить.
  
  -Кстати зачем ты сдвинул две кровати?
  
  -Не спрашивай.- Мучительно отвернулся я, натягивая майку. Я не сказал? Мы спали в шортах, и только в них.
  
  -Эй Шелли, у тебя моя подушка?
  
  Я бы одной своей недовольной бровью смог бы его прибить.
  
  -Оу.- Эмили округлила глаза, с восхищенной полуубкой вопросительно наклоняя голову. -Я что-то пропустила?
  
  Я съехал рукой по лицу. Ну-ка ещё раз "Бесполезно, бесполезно, всем пытаться объяснить, кто ты есть на самом деле кем не хочешь вовсе быть. Бесполезно, бесполезно, бесполезно, бесполезно всё пытаться объяснить. Ведь поймут тебя неверно - репутации кердык..." Но я всё-таки попробую:
  
  -Эмили...это совершенно не то, что ты подумала.
  
  -Будет скучно, если всему найдется логичное объяснение. - Она прошла внутрь комнаты с интересом, осматривая нашу "кроватку". Мэтью решил не принимать участие в дискуссии, сонно многозначительно на меня посмотрел, утянул свою подушку и ушел.
  
  -Не будет скучно, будет нормально.
  
  -Так что же вы тут делали?
  
  -Мэтью на спалось и он пришел спать ко мне. Я не хотел чтобы он спал со мной на одной кровати, и мы договорились, что он будет спать на второй. А он схитрил и сдвинул две кровати. И всю ночь не давал мне спать.
  
  -Вот как печально-то всё. Пойдем хоть кофейку выпьешь, а то будешь носом клевать.
  
  -Я сейчас. - Я уныло перекинул через себя сумку и потянулся за ней следом. Поверить не могу, что она сделала вид что мне поверила - как это тактично с её стороны.
  
  -Шейла! - Набросилась на меня с радостным воплем Аннэ, а потом немножко поуменьшила свою активность. - Ты плохо спал?
  
  Я сначала хотел соврать про ночных цикад, что мешали мне спать, а потом про запах мелисы, на которую у меня жуткая аллергия, но получилось почему-то: у меня аллергия на ночных цикад, которые пахнут мелиссой. Хвала богам, из-за совей заторможенности я и не сообразил такое озвучить.
  
  -У него болела голову от передозировки кислорода.- Пояснила Эмили. Я был всей сердцем благодарен, что чуть не расплакался от счастья и параллельно не кунулся головой в миску с салатом. Но плакать уже с утра, я слабею, жутко слабею. А всё всё равно из-за Мэтью, который кстати где?
  
  -Где Мэтью? - Спросил я вслух.
  
  -Шварц кацен отбывает своё наказание.
  
  -За что наказание? - В мозгу стояли вчерашние несуществующие дядьки из переулка только теперь с какими-то плетками, Мэтью был где-то внизу картины, какой-то подозрительно полумертвый и в тоже время полуголый. Я аж засмущался. На нем были шорты. Черт, о чем я думаю?!
  
  -Шварц кацен залез к Шейла в кровать!
  
  Я плюнул салатом, прямо вперед в сторону Эмили, порядком забрызгав её полосатую майку. Но это было вполне обоюдно - она также симметрично плюнула салатом в меня. И подавилась, судорожно постукивая себя по груди.
  
  -Врушка. - Сообщила ей Аннэ, зажмуривая глаза.
  
  -...так погоди, что всё-таки происходит?- Да, вдруг Мэтью в опасности? Шейломен спешит на помощь к Чипу и Дейлу. Какая-то околесица, не обращайте внимание. Мэтью это один человек, значит что ли Чипэйл? Совсем что-то крыша едет, надо будет поспать. - Что с Мэтью? - Внятно и громко повторил я.
  
  -Спокойно, он всего лишь помогает Ваттеру...
  
  -А ну-ка пошли.- Я за ручку выволок её из-за стала и уверенно потребовал. - Отведи меня к нему.
  
  -Шейла, ты зря беспокоится.
  
  -Отведи меня к Мэтью! - Чуть ли не взревел я.
  
  Она подняла одну бровь и молча ткнула большим пальцем за спину - там как раз стояли Мэтью с Ваттером. Я тут же скукожился - он всё слышал. А я говорил, как будто собирался его спасти как минимум от пожара, потопа или лавины взбесившихся роботов или хуже того от всего вместе сразу.
  
  -Шелли.
  
  -Я просто спрашивал . -На автомате ответил я, пытаясь загребсти салат ложкой, но тарелка как назло оказалась пустой.
  
  -Шелли.
  
  -Я всего лишь интересовался!
  
  -Шелли. - Он осторожно, будто боясь что-то разрушить, обвил руками меня за шею, нежно прислоняясь испачканной в какую-то ягоду щекой.
  
  -Мэтью...?! - Возмущенно выдохнул я.
  
  -Да?
  
  -Убери руки! - Так же ели дыша проговорил я.
  
  -Как ты хочешь. - Он убрал руки. - Ой, у тебя по щеке размазалась брусника.
  
  -Да же не думай. - Я встал с табуретки, салат с моей майки посыпался на пол.
  
  -Шелли, но тут нет салфеток...
  
  -Да подавись ты своими салфетками.- Аннэ швырнула в него целую кипу салфеток и громко цокая каблуками пошла наверх.
  
  -Ты её обидел.
  
  -Интересно узнать чем? Я всего лишь хотел лизнуть тебя в щеку, а она тут совершенно не причем.
  
  Во мне что-то ёкнуло.
  
  -Мэтью, а ты правда не догадываешься почему она обиделась? - Подумав спросила Эмили.
  
  Но ему не дали ответить. Со второго этажа спускался Пьер и Аннэ, а также Рэйчел.
  
  Мы сели в машину (так и недозавтракав). О черт недосып в комплекте с недоедом это верный смерть по средствам повешенья мыши в чьём-то сонном мозгу. Ну да. Мэтью как ни в чем не бывало мокрой тряпкой оттирал щеки. Аннэ молчала, глядя в сторону окна. Атмосфера была скажем мягко накаленная.
  
  -Послушай, Аннэ...- Неуклюже начал я.
  
  -Да, Шейла, что хочешь сказать?
  
  -Что происходит?
  
  -Сам не понимаешь? - Она презрительно сощурила глаз.
  
  -Ты чего-то злишься на Мэтью. Это всё.
  
  -Лааадно. - Она посмотрела на меня так будто я был умалишенным. И большего ничего не сказала.
  
  Потом был музей. Признаюсь честно, меня эти дряблые вещички под новомодными витринами совершенно не привели в восторг. От всей этой военщины тянуло поплеваться в ближайшую мусорку салатом, вот только не было не мусорки не салата. Мы около часа честно выгуливались по этим бесконечным залам, но потом нам совсем надоело и мы двинулись к выходу. Дурацкая билетерша на входе отобрала у меня программку, которую я чуть ли не искрошил, пытаясь создать подобие салата в музейных условиях .Мелочи жизни. Аннэ и Мэтью так же ни с кем особо не контактировали отмечая особо старинный объекты, характерным звуком тишины. Мда...было даже страшно дышать. Что-то в воздухе происходило.
  
  Потом была выставка. Я не сильно разбираюсь в искусстве и Мэтью похоже таким не назовешь. Но тем не менее подходя к каждой новой картине, он начинал про неё рассказывать, говорить какая она красивая, невероятная и уникальная (обязательно уникальнее предыдущей).В какой-то момент я его подловил, потащив в ряд, мимо которого мы проходили:
  
  -Ну эта самая гениальнейшая из всех!
  
  -Мэтью, что ты делаешь? - По слогам спросил я.- Мы уже это проходили.
  
  -Разве? - Он немного расстроенно встрепенулся и затих, больше произнося не слова.
  
  Вышли с выставки, Мэтью фамильярно повис у меня на плече, но не долго. Меня тут же за руку дернулся Аннэ, освобождая меня:
  
  -Сколько раз тебе говорить, не трогать Шейлу! Он мой жених.
  
  Я покачал головой. Какой-то проходящий старичок покрутил пальцем у виска.
  
  -Я просто приобнял его по-дружески. - Мягко пояснил Мэтью.
  
  Эмили и Рэйчел синхронно вздохнули, что-то высматривая в путеводители. И о чем они подумали? Даже знать этого не хочу.
  
  -Так мы немного отклонились от графика. Честно говоря я предполагал, что в музее войны мы проторчим несколько больше...ну да ладно. Давайте посидим в какой-нибудь кафешке?
  
  И мы пошли в кафешку. Все взяли себе сладкое, а я травился горьким кофе.
  
  -Может всё-таки сахару? - В какой раз спросил Мэтью.
  
  -Нет, это специальный горький кофе, который положено пить без сахара.
  
  -Просто ты так корчишься, словно пьешь уксус.
  
  -Я не пью уксус!
  
  -Я знаю.
  
  На этом незатейливая дискуссия закончилась. Ну всё сегодня не клеилось.
  
  После долгосрочных посиделок в кафе мы так и отправились в парк, а по дороге я узнал одну достаточно интересную подробность нашего путешествия.
  
  -Какой ещё Лондон?!... Мэтью так сказал? Хм, Мэтью ты читал старый вариант программки?
  
  -Видимо да.
  
  -Шелли, слушай сюда. - Эмили.- Раз, два- сегодня мы второй день в Берлине завтра едем в Куксхафен, потом через Берлин едим на неполный день в Рим, опять возвращаемся в Берлин и улетаем.
  
  -И почему так тупо?
  
  -Потому что нас на халяву возят на машине Пьера.- Пояснила она.- А то, что халява, то прекрасно.
  
  Я не мог с ней спорить. Ведь в её словах была истина.
  
  Краем глаза скользнул по Мэтью. Он сосредоточенно смотрел под ноги, видимо боясь упасть. Может о чем-то думает? Наверняка. Интересно о чем. А Мэтью таки споткнулся, растягиваясь на мостовой.
  
  -Ты в порядке? - Тут же присел рядышком я.
  
  -Нормально. - Он медленно присел и серьезно спросил. -Шелли, неужели ты за меня волнуешься? - Все-таки его пробивает на улыбку.
  
  -Я? Что? Нет, конечно.
  
  -Волнуешься. - Он улыбнулся ещё больше.
  
  -Нет, я же говорю, элементарная вежливость.
  
  -Шелли, Шелли. - Мэтью покачал головой.
  
  Мы наконец прошли в центр парка, купили себе каждый по сахарной вате. Извазюкались в ней (то есть съели) и решили покататься на аттракционах. И неожиданно Мэтью пригласил Рэйчел прокатится вместе по страшному туннелю. Я скептически осматривал их стоящих в очереди. Ну и пожалуйста. Какой-то глупый туннель. Очень надо. Погодите, а что если Мэтью любит Рэйчел. Очень себе даже такая премилая картина, о этот урод- Дик так тебя обидел, а я добрый-предобрый пришел зализать твои раны...В голове стрельнуло как молнией обиженно и зло: почему он не пригласил черт побери?! Я бы отказался но это неважно.
  
  -Эй, Шейла, хватит смотреть туда, кацен уж ушел.
  
  Я глупо перевел взгляд на Аннэ.
  
  -Смотри на меня.
  
  -Да, прости.
  
  -А мы куда пойдем? - Поинтересовалась Эм.
  
  Я решил раз Мэтью меня не пригласил я буду мстить - пока он катается на этом своём супертормозном туннеле мы успеем обойти все остальные аттракционы, а потом сказать "ага". Я вдруг понял что очень злюсь и это привело меня в неописуемый ужас. Что ж это я так из-за Мэтью?. Надо развлекаться!
  Мы прокатились четыре раза на американских горок, на каких-то ещё крутёлках, а потом мазали в тире, причем это злило меня ещё больше. Мне так хотелось какое-нибудь доказательство того, что мы лучше и веселее всех проводим время. И когда я в очередной раз промазал, Эмили спросила, осматривая ногти:
  
  -Шелли, ты думаешь, тот кролик стоит тридцати долларов?
  
  -Шейла, хочет достать его достать для кацена?
  
  -Д...Конечно же нет! - Просто когда она только начала говорить, я подумал речь и пойдет о ней соответственно, вот и начал соглашаться...Но вообще если подумать, именно для Мэтью мне был и нужен этот заяц. Что доказать, что я замечательно проводил время, потому что он не пригласил меня поехать с ним в туннеле. Какая-то ерунда. С чего я так пытаюсь это доказать? И так понятно что нам было весело! - Этого кролика я хочу достать тебе.- Я улыбнулся маленькой Аннэ. Она просияла:
  
  -Правда?
  
  -Конечно, только осталось его сбить.
  
  Мы ещё поковырялись в тире и попытки с неизвестно какой я таки попал в этого коварного кролика. Почему коварного? Он, зараза просто бессмертный! Стреляешь в правый бок - хоп отклонился! В левый - хоп, ноги приподнял. Но потом я с облегчением вручил нашей немецкой подружке:
  
  -Держи.
  
  Мы мило двинулись в сторону туннеля, при этом посетив ещё пару забавных аттракционов. Я купил себе ещё ваты. Вот так, вот так мне весело!
  Я издалека заметил Рэйч и Мэтью. Они смеялись. В руке девушки был очаровательный мишка с огромным бантом, а в другой опять мороженное. Я остановился. Потому что в тот момент мне показалось, что они действительно здорово смотрятся вместе. И неужели тот, человек в которого влюбился Мэтью это Рэйчел? Тем временем они подошли ближе.
  
  -Мы так повесились.- Улыбаясь рассказывал Рэйч.- Вам я смотрю тоже было весело.
  
  -Однозначно! - Вдруг бодро ответила Эмили. Я удивленно посмотрел на неё (я думал они меня 233 раза прокляли когда я столько времени убил на тир). Она поймала мой взгляд и не убирая улыбку подмигнула.- Слушай Рэйчел, Аннэ, я там видела такой магазин с одеждой...
  
  В общем как ни странно она смогла их уболтать и более того утащить, так что мы с Мэтью остались одни. Не знаю зачем она эта сделала. Но мы как-то подозрительно долго не решаясь заговорить, будто что-то случилось. Конечно случилось - я знаю кого он любит и этот человек был чертовски близко, а он мне не сказал. Я обиженно сжал зубы.
  
  -Наверное ты хорошо стреляешь. - Задумчиво выдавил он.
  
  Я аж вздрогнул от неожиданности. А он пояснил, мой недоуменный взгляд так:
  
  -Ну тот кролик в руках Аннэ, он же призовой. Значит ты хорошо стреляешь.
  
  -Вообще-то не очень.- Без стыда признался я.- Попал случайно и только потому что разозлился. А вот у тебя наверное хорошо получается.
  
  -Нет, что ты.- Он замотал ладошками.- У меня всегда руки дрожат.
  
  -Почему?
  
  -Не знаю.
  
  Ну поговорили. Как-то нам было неловко. Но и сил пока спросить, что-нибудь в стиле "Почему, не сказал, что тебе нравится Рэйч?!" мне не хватало. Неожиданно он спросил, осторожно беря меня за руку:
  
  -Пойдем, прокатимся на колесе обозрения.
  
  Я медленно перевел взгляд на наши руки, а потом на его лицо и немного смутившись, сказал "да". Мэтью буквально тянул меня за руку, потому что где-то на полпути я совершенно передумал, завидев в очереди одни парочки, но он уверенно на меня наехал "Шелли, мы в Берлине, первый и последний раз в Берлине и не покататься на колесе обозрения с которого всё видно будет просто преступлением!" Я сдался.
  
  Мы купили билеты, зашли в свою кабинку и стали посреди неё. Я подумав сел с правой стороны, надеясь, что он сядет напротив и наконец отпустит мою руку. И он сел на против, только руку не отпустил, оставляя их на столе.
  
  -Можешь отпустить? - Жалобно поинтересовался я, когда мы проехали уже четверть пути.
  
  -Тогда ты убежишь.- Немного грустно пояснил он, сжимая мою руку.
  
  Моё сердце громыхнуло как старый сепаратор на ферме, но я быстро его заглушил, простой фразой:
  
  -Куда я уйду? Мы же на колесе обозрения. - Я посмотрел в окно: и всё-таки этот Берлин, правда, красивый.
  
  -Я про другое.- Мэтью наклонил голову ниже, так что его челка была ниже носа.
  
  -И про что ты?- Мой голос как-то коряво надломился.
  
  -Мне никогда не было так легко и хорошо ни с одним человеком.
  
  Я сглотнул, а дальше последовал вопрос, который просто убил меня веником навсегда.
  
  -Шелли...- Давит на руку ещё сильнее.- Тебе кто-то нравится?
  
  Я порозовел, вжимаясь в стенку, подальше от Мэтью.
  
  -Я... ну то есть...нет, мне никто не нравится.- Немного потише добавил я. Думая что заботливым конструктора колеса, стоило подумать, о тех кому захочется провалистя под землю в кабинке и построить специальные трубы вниз. Они конченные эгоисты! Напишу на них жалобу. Этой простой ерундой я всего лишь пытался заглушить возобновившийся грохот своего сердца. Почему Мэтью спрашивает кто мне нравится и как это он так сказал "Что так как со мной, ему не было не с одним человеком..." Я вспыхнул, а тем временем, Мэтью сказал смотря куда-то в сторону:
  
  -Это здорово.
  
  Если честно совсем не понял, к чему относилась эта бестолковая фраза, но вдруг у меня возникла одна нелепая идея, вгоняя меня по самые уши в краску. Мэтью...ЧТО?!
  
  -Мэтью...- Я ухватил себя свободной рукой за рукав.-...ты что...?
  
  Он пропустил это мимо ушей.
  
  -Когда я нахожусь рядом с тобой, мне кажется, что на всё хватит сил, и я всё смогу. Ты...самый важный для меня человек, кроме...
  
  -Кроме Рэйчел.- Убито закончил я за него.
  
  -А причем тут Рэйч?
  
  -Ну я видел как вы гуляли вместе и медведь...
  
  -И всё-таки: что?
  
  -Ты любишь её! - Сердито выкрикнул я и с обидой выдернул руку.
  
  Мэтью выдохнул и съехал ладонью по лицу:
  
  -Кто и когда тебе такое сказал? И ты не думал, что я просто стараюсь её подбодрить?
  
  -Из-за чего?
  
  -Как из-за чего? Из-за Дика конечно. Думаешь её легко удалось плюнуть на свою мечту?
  
  -Сложно конечно...
  
  -Я просто хотел поднять ей настроение.
  
  -Значит ты её не любишь?- Как-то опустошено вырвалось у меня (это значит против воли) и потом я уже нормально спросил. - Тогда что ты хотел сказать после "кроме..."?
  
  -Кроме того это странно.
  
  -Уж потрудись растолковать.- Недовольно опустил руки я, ну мне просто казалось это будет нечто более...странное. Именно, именно, а не того что вы себе надумали.
  
  -У меня есть лучший друг и это Бартишо, потому что мы знаем друг друга с детства и нам вместе очень весело проводить время. У меня есть брат - это Уилли...
  
  -Вы братья?! - Я опешил, выпучивая глаза.
  
  -Я хотел сказать как брат.- Укоризненно пояснил Мэтью, а я опустил взгляд. И что в голову полезло?..- потому что он всегда обо мне заботился и помогал. Безусловно Дик, с которым можно поговорить о чем угодно...
  
  Мне стало неловко. Оттого что говорят столько хороших вещей, так ещё не обо мне. Это угнетает. Но тут:
  
  -А ты...я даже не знаю как это сказать.- Он взъерошил рукой челку. - Я знаком с тобой всего полгода и за это время ты меня успел порядком возненавидеть. У меня никакого желания посвящать тебя в свои тайны и мы редко гуляем...Но повторюсь.- Он наконец поднял на меня глаза. - Мне не с кем не было так здорово, как с тобой Шелли. - А теперь взял мои руки в свои. - Неважно что было в этом истертом всеми прошлом. Я много о тебе не знаю и ты не знаешь обо мне, но я всё равно чувствую, что ближе мне человека не было!
  
  Я смотрел ему в глаза со слегка приоткрытым ртом, а потом всё-таки оправился, интересуясь похоронным деревянным голосом:
  -А как же тот человек которого ты любишь?
  
  -Это другое. - Отмахнулся он от меня. - Просто я хочу, чтобы мы были друзьями всегда.
  У меня дернулся глаз ну как всегда. Разве сказав стольких слов он не должен был мне признаться? Согласитесь это же логично...А точно, он не гей, всё время об этом забываю. Я болезненно посмотрел на сиденье диванчика. Нет, э то всё-таки ужасно. Сказать мне столько всего и объявить - давай останемся друзьями навсегда. Он должен мне сделать предложение руки и сердца. Что за на фиг?! Просто в голову только это и лезло. Сознание забавно иронизировало: Мэтти наверняка послушался того дядьку из аэропорта. О чем я думаю? Неожиданно мне в голову пришла ещё одна мысль - и я ухватился за эту соломинку:
  
  -Тогда почему когда я сказал что у меня никого нет, ты сказал это здорово?
  
  -Как что? Мы можем проводить больше времени вместе!
  
  Я совсем расстроился. Чего я ожидал услышать? Но услышал точно не это. Остаток поездки я просидели молчании, выпутав руки и сложив их на коленях. Он...он так всё сказал, что я должен был подумать? Мы шли мимо бесконечных ларьков с сувенирами. Кстати куда?
  
  -Мэтью, куда ты меня тащишь?- И отчаянно хотелось добавить - тащи туда того, в кого влюбился, а мне дай побыть в одиночестве.
  
  -Я хочу тебе кое-что показать.- Мэтью уверенно тянул меня за собой, а потом и вовсе побежал.
  
  Я тяжело вздохнул - одиночестве то, чего мне сейчас действительно хотелось. Он столько всего мне сказал...Неужели он правда считает, что это нормально когда другие говорят такие вещи? Ха! За то я считаю что это ненормально.
  
  Мы пробежали пару кварталов и остановились около моста.
  
  -И зачем мы сюда пришли?
  
  -Посмотри сам.
  
  Мы поднялись на мост и я увидел как свет ночных огней отражается в воде. И правда, завораживающе. Но меня такое не могло отвлечь. Я безнадежно опустил плечи, обвисая на перилах.
  
  -Шелли.
  
  -Угу?
  
  -Смотри-смотри.- Он за плечи перевернул меня в другую сторону. Начался фейрверк. Огненные ленты взмывали вверх и распадались тысячами кусочков как будто падая в воду. Голову на плечо положил очень знакомый человек. И почему-то тогда мне показалось что ничего больше и не хочется вовсе. Я медленно обернулся к Мэтью, отстраняясь.
  
  -Я хотел показать это тебе.- Он потер затылок. - Думаешь это глупо?
  
  Я заторможено отрицательно помотал головой и сказал, кстати абсолютно честно:
  
  -Я совсем не считаю это глупым.
  
  На лице Мэтью вдруг промелькнуло какое-то милое удивление и он рассмеялся, жмуря глаза.
  
  -Что? - Только через пять минут тактично и сухо спросил я. Я ведь всего-то пытался быть вежливым.
  
  -Просто...ты говорил это...с таким серьезным лицом! - Он показал на меня пальцем продолжая беззлобно смеяться. Я закусил губу. Угораздили опять такую глупость сморозить. Но рядом с Мэтью я всегда что-нибудь такое бессмысленное ляпаю. Стыдно-то как. Он видимо заметил укоризненный взгляд и остановился, придерживаясь за живот:
  
  -Прости. Я совсем не хотел тебе обидеть.
  
  -Все нормально. - Я обернулся обратно на речку.
  
  -Эй, Шелли...
  
  -Что?- Безразлично спросил я.
  
  -Я мечтаю, чтобы так всё и осталось.
  
  Интересно, что он имел в виду? Он говорил, что мы друзья и лет эдак через 60. "Шелли, ты не мог бы мне подать ту разлагающуюся удочку." "Конечно, Мэтью. Ой, разлоглась." Тьфу, что за мысли. Тем более, что в этих мыслях Мэтью вовсе не выглядел стариком, а то я вот какой-то труп...В чем секрет его внешности? А ладно, это не моё дело. Я продолжал всматриваться в воду и опустив взгляд наткнулся на отражение Мэтью, которое смотрело мне прямо в глаза. Я обернулся на него настоящего, и он опять смотрел на меня, по-доброму приподняв краешек губ.
  
  -Может, хватит уже? - Я нервно отвел взгляд вниз. Ну что? Что он на меня смотрит?
  
  -А что ты будешь делать, если я не перестану?
  
  Я от шока не успел ещё придумать достойного ответа. А Мэтью подошел ко мне ещё ближе и спросил:
  
  -А если сделаю так?- И притянул меня за затылок, легонько целуя в краешек губ, игриво по-детски, ожидая моей фразы. Но напрасно он ждал. Я не мог пошевелится, в следствии чего и не шевелились мои губы. Так что ответа не будет.
  
  -Эй, Шелли.
  
  Я резко вдохнул - ведь надеялся он будет молчать. Я чувствовал как алеют мои щеки. Просто оттого что он зовет меня по имени. И просто всё так же придерживает за затылок. Он понизил голос до шепота:
  
  -Ты стоишь с открытым ртом.
  
  Я поспешил закрыть свою ошалевшую челюсть и отодвинулся от него. Я ничего не сказал. Я просто не знал что мне сказать. Спросить "зачем"? Но для чего? Я ведь и так знаю, что он ответит - мне просто этого захотелось. А я спрошу "А ничего что мне этого не хотелось?" А он скажет "Ты в этом так уверен?". И я не найдусь, что ответить, потому что тоже не знаю. Его глаза были в тот момент так близко. Так блестели от отражающихся феирвеков и смотрели только на меня. Только на меня. Я медленно приложил руку к своему горлу. Душится на мосту - не будет ли это слишком банально? Хотя нет...с моста кажется прыгают. А ладно, всё равно как это смотрится. Надо просто не медленно прекратить мои страдания. Да, я страдаю, вы не знали? Один мой знакомый Мэтью, творит такие бесстыдные вещи и этого его не капельки не смущает. В виду считает - что мы друзья. Но я бы не сказал, что мне хочется целовать своих друзей в губы, спать с ними в одной кровати и, смотреть не сводя глаз. И при этом всем он считает нас друзьями. Да...А я? Ну как сказать. Знакомые мы это точно. Другом бы его не назвал. Потому что он иногда меня просто выбешивает. Но...недругом его тоже уже вряд ли назовешь. Так что Мэтью, это просто Мэтью. Да, да этого его логика. И поэтому мы не друзья, а Мэтью. И он мне тоже Мэтью. Да, вероятно, это точно. Говорю прямо как он. Тьфу.
  Мы больше не проронили не слова. Потом пересеклись с Эмили, Рэйчел и Аннэ. Мэтью даже не держал меня за руку. А потом нас забрал Пьер. Мы достаточно недолго ехали домой. При этом Эм упомянула какой-то таинственный город Куксхафен. Мне одного его названия хватало. Без понятия что может быть в нем. И не смотря на то, что мы весь день маялись ерундой, все жутко устали - только вот надо было пойти помыться. А то как свинюшки. Я пошел в комнату - решил позвонить отчитаться маме. Пока я набирал номер в комнату заскочила Эмили и подбросила мне два полотенца.
  
  -Занесёшь одно Мэтью?
  
  -Что?! - Женским голосом взвизгнул я.
  
  -А что? Вы же оба парня. - Она ели сдерживала смех. - Извинишься и оставишь на корзине с бельем.
  
  -За что извинятся?
  
  -За то что зашел без стука.
  
  -Я стучал.
  
  -Шелли, ты стоишь посреди комнаты с мобильником в руках.
  
  Я недовольно на неё глянул: могла бы мне и подыграть, ведь я бы точно постучал. А потом выключил телефон и взял у неё полотенце. Всё равно ведь заставит. А я просто слишком хороший человек, чтобы отказаться. Действительно, это же будет как-то коряво если девушка зайдет к моющемуся парню. А два парня ничего, только пошло жутко. Тьфу. Я стиснув зубы остановился у двери. Что ж мне так не везет? Неожиданно в голову пришла светлая мысль: приоткрыть дверь совсем чуть-чуть, а потом закинуть полотенце и поговорить через дверь. Между просто отличная мысль. И я немедленно начал приводить её в действие. Так, хорошо.
  
  -Шелли, это ты?
  
  Я зажмурился, пусть он подумает, что полотенце принесла фея и мне не придется с ним говорить. О черт, фея где же ты? Фея почему-то не пришла и я вынужден был ответить иначе бы Мэтью, точно подумал что полотенце принес труп.
  
  -Да...я только хотел занести полотенце, меня Эмили попросила...
  
  -Ничего не слышу. Просто открой дверь.
  
  -Нет...
  
  -Быстро открой дверь, иначе я за себя не ручаюсь!
  
  Без понятия что значила фраза "я за себя не ручаюсь", но я отчего-то послушался, с опаской открывая дверь и заходя с закрытыми глазами, молясь, чтобы корзина с бельем оказалась именно справа, туда куда я собирался опустить полотенце. Просто мы до этого умывались в ванной второго этажа, а душ Аннэ сказала принимать на первом, так что я понятия не имел где эта дурацкая корзина с бельем. А вдруг повезет. С ужасом вытянул руку и отпустил его. Глухой шмяк о плитку.
  
  -Чем это ты занимаешься?
  
  -Я...принес тебе полотенце. - А ещё жутко хотелось добавить "Ты не рад?! Какого хрена ты не рад?! Это же я , Шелли! Если ты конечно помнишь моё имя! Противный в невесть кого влюбленный знакомый!"
  
  -Что ты за комедию ломаешь? Я тут просто подкручиваю отвалившуюся железку.
  
  -А? - Я помедлив открыл один глаз.
  
  Мэтью и правда что-то подкручивал. Стоял на пластмассовой табуретке, в одежде и с отверткой в руках.
  
  -Что на тебя нашло?
  
  -Я...-Я не знал. Что сказать, начинаю думать, что они все чуточку были правы, я чуть-чуть себе накручиваю. Но совсем чуть-чуть.
  Мэтью покачал головой, спустился с табуретки и нажал что-то на переключателе душа (мне никогда не понять эту экзотику- предпочитаю шланг на конце с дуршлагом). С верху полилась вода, заливая где-то половину душевой камеры. Камеры? Ну да. Сама эта комната была перегорожена на две части стеклянными раздвигающимися дверьми с порожками. Вот что значит буржуи...
  
  -Ну почему опять? - Мэтью раздосадовано вздохнул полез на табуретку, но тут поскользнулся. Я даже не думал:
  
  -Осторожно, Мэтью!- Крикнул только это, а потом помчался вперед, надеясь споймать его. Вы можете смеяться, можете снисходительно улыбаться. Всё так я такой неудачник. Я тоже поскользнулся. Перелетел порожек и хоп, на растекшейся луже. Тут же на меня налетело что-то другое и сверху опять полилась вода.
  
  Я больно ударился. Затылок так вообще не чувствовал. Медленно открыл глаза. Прямо в них уткнулись волосы Мэтти. Я хотел было привстать, осторожно его отодвинув. Но он перегнул голову к моему лицу и повернулся, смотря мне прямо в глаза. А потом в его взгляде появилось что-то ехидное. Он одной рукой оперся о плитку, а другой швырнул отвертку в сторону переключателя душей и попал в нужную кнопку (хрен я ему теперь поверь, что он плохо стреляет!). Вода прекратилась. Мэтью ещё посмотрел на меня, а потом скосил взгляд на мою промокшую рубашку. Прекрасную рубашку с коротким рукавами - я просто поясняю, это не что-то официальное, а обычная домашняя рубашечка, которую я кстати очень люблю. Мэтью тем временем отстегнул мою первую пуговицу. В общей гнетущей тишине это прозвучало как-то глухо и пугающе.
  
  -Что...ты...собираешься...делать? - Словно какой-то эстонец по словам спросил я.
  
  -Твоя рубашка всё намокла...- Минус ещё одна пуговица.-...а ты всё равно собирался в душ...
  
  -Не надо...
  
  Логично что мне пришла мысль закричать - позвать помощь. Но в голову лезла только идиотская реплика "Спасите, насилуют!" . И поэтому я молчал, потому что кричать это...это было просто глупо. Нет, вы подумайте кричу я так, кто-нибудь прибегает на этот крик и вообще короче... Но мне надо было что-то сделать. Мэтью расстегнул третью пуговицу и нагнувшись провел языком по шее. Внутри меня встрепенулось, и я застывши на него смотрел. Что у него совсем нет мозгов? Где та самая грань между дружбой и любовью?
  
  -Отпусти.
  
  -Ни за что.
  
  Мои глаза судорожно моргали, и я так и не соображал до конца что делает он и чего не делаю я. Я ничего не меняю. Потому что не могу прийти в себя. Не могу успокоится, всё пульсирует. Но рассудок ко мне вернулся, как только ему хватило ума расстегнуть ремень моих джинсов:
  
  -Мэтью, это не смешно! - Я присел, задыхаясь в попытке его оттолкнуть.
  
  Он ничего не ответил, бессовестно целуя меня где-то на уровне груди.
  
  -Остановись!..- Да моего словарного запаса на такой случай было явно мало и поэтому я опять повторил. - Это совсем не смешно!
  
  Мэтью провел рукой по-моему животу, обираясь видимо съехать куда-то ниже. Но я его отцепил, со всей дури пиная ногой в сторону.
  
  -Совсем офонарел?!
  
  Всё моё тело пылало от одной даже маленькой мысли о том, что могло произойти. Я весь дрожал. Хотя...я ведь вроде сильный? Да, немного. Тем временем, Мэтью поднялся в полный рост очень серьезный и злой (точно не видел его глаз под челкой, но уверен они были именно такие). А потом он рукой потер нос, неожиданно совсем не в меру счастливо и очаровательно растянулся в улыбке и упал прямиком на меня. Я в шоке смотрел на это создание, что лежа у меня на животе хихикало. Беспардонство высшей степени! Но вдруг всё стихло, также неожиданно как и началось и раздался совсем тихий болезненный голос:
  
  -Знаешь, Шелли я ногу подвернул...
  
  Страх с моих рук переходил на все тело, тем не менее я легонько взял его за плечи намереваясь отложить и по-быстрому сбежать. Он посмотрел мне прямо в глаза, не переставая улыбаться и сказал:
  
  -Не могу встать.
  
  Я только хотел что-то в стиле "это не мои проблемы!", однако просто оцепенел. Сейчас за какую-то долю секунду он стал таким беспомощным. И я...просто выпустил его руки. Это вышло случайно, я просто удивился. Он шмякнулся мне носом в живот и снова захихикал. Идиот. Я идиот. И он тоже.
  Неожиданно дверь открылась и кого-то вырвало. Да не то, что Шелли, сначала бесился, потом всё обещал что его вот-вот стошнит и так ничего такого не сделал, а тут -пожалуйста с первой попытки!
  
  Всё время пока происходило это странное событие мне и в голову не пришло, что может кто-то зайти, а сейчас ведь ничего не происходило, мы просто лежали почти раздетые и мокрые на полу душевой кабины, немножко друг на друге. Боясь спросить за что это приняли. Я осторожно повернул голову в сторону стеклянной двери и увидел то, что меня заставило прейти к неописуемой истерике. Аннэ. Маленькая немецкая девочка. (кстати, как оказалось позже её не стошнило, а она просто выронил маленький тазик со шмотками) . Но мне через стеклянную дверь показалось, что стошнило. Глупо. Но меня куда больше волновало что я сломал чью-то психику. Так, надо спокойно встать и всё объяснить.
  
  -Аннэ.- получилось на редкость хрипло и не естественно, в придачу тянущаяся к ней в конвульсиях рука, как нельзя лучше довершала устрашающую картину. Но в общем как только она это увидела, она отрывисто вскрикнула и выскочил за дверь. Я застонал единственный, человек который меня хоть как-то понимал теперь думает обо мне невесть что. Так, и где моя тойота?
  
  -А ты не хочешь продолжить?- Раздалось мне в самое ухо и его кто-то прикусил.
  
  Плевать я хотел на приличное гражданство! И на правила эстетики! Я просто сбросил Мэтью с подвернутой ногой на мокрую плитку и чуть снова не споткнувшись выскочил за дверь. Внутри всё колотилось. Ещё раз, что он хотел сделать?! Это невозможно! Из ванной послышался голос:
  
  -Шелли.
  
  Я хлопнул себя по коленям и помчался вверх по лестнице, по дороге меня встретила недоуменно взглядом Эмили. Я пролетел мимо, забежал в свою комнату и закатился под кровать, она отдаленно напоминала мой домашний столик.
  
  Итак я просто сидел и дрожал. Это было невозможное колотилово. Всё что я говорил раньше про дрожь забудьте- я просто не знал что такое дрожать. Я перевел взгляд на руку, она натурально тряслась. Само по себе. Я придвинул её к краешку к кровати и кисть начала биться предмет мебели. Я издал нервный смешок. Биться головой о стену и рукой о кровать в этом есть что-то общее? Наверняка - ведь биться головой о стену это неплохой выход. Буду биться, пока не потеряю память в конец. Что...что он делал черт побери?! А я...Я только сейчас сообразил как близок был к остановке сердца и как бы просто повлияло бы на меня эта остановка- я бы просто умер. Я так волновался, из-за того что Мэтью творил такие глупости...Он наверняка просто шутил. Я больше не буду себе накручивать. Я сжал подрагивающей ладонью не менее подрагивающий подбородок- в следствии чего они дрожали вместе. Он просто баловался. Как же его извечное - у меня есть любимый человек. Друзья навеки! И в горести и в дурости и в здоровье и в безумии, тьфу. Что это вообще такое? Как вообще мозгов хватает такое делать со своим другом, когда у тебя есть любимый человек. Уж очень я себе напоминаю замену этого человека. Отчего же мне так грустно? И чего я так злюсь? Мэтью меня не любит, Мэтью ко мне не пристает (произошедшее- явно стеб). Тогда чего же мне так хреново? Я хлопнул себя по груди, пытаясь прекрати копошение мурашек под всей моей кожей.
  
  И неожиданно я понял.
  
  И то, что я понял было правдой.
  
  Я Мэтью мэтью. Я...он не просто мой знакомый, и не просто друг. А тот человек , с которым мне бы не хотелось разлучаться. Выходит я его...мэтью.
  Я нервно усмехнулся - как это до меня сразу не дошло. С самой первой встречи мне только и хотелось чтобы он был только рядом со мной. А я подумал, что я его ненавижу. Он лез ко мне, пуская в шутку, но ведь только мне в голову пришло обозвать это приставаниями. Может на самом деле мне этого хотелось...? Думаю, всё-таки нет. Но как я как-то справедливо отметил. Мне не хотелось чтобы это было с кем-то другим. Значит я правда, его Мэтью-Мэтью. Я выполз из-под кровати, но так и не встал с пола, глубоко вздохнул прикрывая глаза.
  
  Что такое Мэтью-Мэтью? Это не любить- это очень безумно привязаться, так безумно, что даже не верить в это.
  
  Пора стать чуточку взрослее и просто признаться. Мэтью - парень. И он мне нравится. Не чуточку и немножко, а сильно. Так сильно, что я ревную его к любым движущимся предметам и мечтаю чтобы он всё своё время проводил со мной.
  
  Я люблю его.
  
  Я открыл глаза, испуганно моргая. Это никакая не ошибка. Всё с самого начала было так.
  
  И что теперь?
  
  Объявить себя геем? Сломав в дребезги мою идеальную американскую мечту. Меня зовут Шелли. Моё имя ужасно женское, но это даже ничего, потому что я гей. Совершенно на самом деле неприличный гражданин. Глупый и пошлый. Я не буду работать в банке, потому что ненавижу математику - она просто у меня хорошо получается. Я буду безработным. По выходным гонять в дорогие отели за деньги, в общем за чьи-нибудь деньги. Возможно у меня даже будет парень. Похожий на Мэтью, но не слишком, чтобы не страдать при его виде от неразделенного счастья. Собаки не будет, потому что у меня на них аллергия. Черной тойоты тоже, чтобы не было соблазна покончить с собой. И домика на озере тоже не будет - ведь я буду всё время путешествовать, своим спутником аля я-копия Мэтью- ток в сто раз хуже.
  
  Что за хренотень?! Я схватился за голову! Этого не за что не случится. Потому что я не гей вовсе! А Мэтью...Я просто его Мэтью-Мэтью, так что это не считается. Так что я не гей, уже хорошо. (Я себя отлично успокоил).
  
  Второе - никто об этом никогда и не узнает. Не моя семья не друзья ни Мэтью, разумеется. Они просто не поймут. Так что мне нужно просто вести себя как обычно и ничего не изменится. А потом я забуду об этом досадном инциденте. Года через два мне это покажется смешным, ведь у меня будет девушка...Девушка...А может у меня её и не было потому что я никогда никого по-настоящему не любил? Да, а теперь полюбил.
  
  Очень смешно. Можете смеяться сколько хотите. Обзывать придурком и тыкать пальцем. Я влюбился в Мэтью. По уши. По самые уши, до которых он так беспардонно дотронулся. Я покрылся красными пятнами. Действительно, тогда всё объясняется на раз. Я так нервничал, только потому что влюбился. Я влюбился!
  
  В.Т.Ф.
  
  Я расстроенно водил пальцем по чистому, пахнущему ремонтом паркету. Попробую сказать это вслух, может посмотрю на вещи по другому. Я набрал побольше воздуха внутрь:
  
  -Я...Я...Мэтью...Я люблю Мэтью.
  
  Дверь с грохотом открылась. Ну каковы нахалы! Я уж не думал, что ко мне кто-нибудь зайдет когда я так картинно занимаюсь самовоспитанием. Меня хотя не услышали.
  
  Я поднялся с пола, отряхивая джинсы сзади и поднял глаза на вошедшего. Мэтью. Так надо вести себя как ни в чем не бывало, он ведь ничего не успел услышать? Это дверь так кстати грохотнула.
  
  -Зачем ты пришел.- Я подумал и добавил. -Уходи!
  
  Да, именно так холодно и в тоже время сердито и вспыльчиво.
  
  -Чего ты такой злой? Я всего лишь хотел спросить: у тебя есть бинт?
  
  -Э...а ты что-нибудь слышал?
  
  
  -А что я должен был слышать?
  
  -Да нет, ничего. - Я прочистил горло.- Иди к Эмили у меня нет бинта.
  
  -Врешь.
  
  -Что?! - Возмутился я. Говоришь человеку спокойно по человечески - нет бинта, а он тебе врешь. Где логика. Но она появилась в объяснении Мэтью:
  
  -Я сам складывал тебе чемодан, так что там определенно должен быть бинт.
  
  -М...моя мама проверяла его и наверняка выложила аптечку.
  
  Он ничего не ответил и пошел ковыряться в моём чемодане.
  
  -Что ты делаешь?!
  
  -Ну ты мне помочь не собираешься, а мне нужно перебинтовать ногу и чем быстрее тем лучше. - Он приподнял краешек штанов обнажая огромный фиолетовый синяк где-то на лодыжке.
  
  Я тут же хотел опустится рядом с ним на пол и спросить - как он себя чувствует - перевязать ногу. Но во время остановился, придерживая одной рукой другую. Не будет ли это слишком подозрительно. Что я так вежлив? Я ж такой грубиян. А так спрошу в вежливой форме:
  
  -Э...болит?
  
  -Да что с тобой? - Поморщился Мэтью.- Либо садись и помоги, либо не трогай и ничего не спрашивай.
  
  Я подумав уселся рядом, но на приличное расстояние, что-то вроде полтора метра.
  
  -Ты куда сел? Садись ближе.
  
  Я не хотя придвинулся сантиметров эдак на десять.
  
  -Шелли.- Недовольно вздохнул он, доставай аптечку и сам придвигаясь ко мне. - Какой же ты всё-таки бессовестный. У меня нога болит, а тебе сложно помочь. Тьфу.
  
  А это моя раза. Какого хрена, ты не попросил помощи у девочек? Они с этим всегда справляются лучше, обязательно если чего-то случится, каждый раз препираться ко мне. Ну вот всегда так! Я медленно выдавил мазь и растер её, а потом начала обматывать ногу.
  
  -Готово. - Я резанул ножницами в последний раз (между делом - это были ножницы из машины Джима) и завязал аккуратный бантик, чтобы бинты не распустился.
  
  -Спасибо.- Он как-то подозрительно на меня посмотрел.
  
  -Что? -Мне тут же стало неудобно.
  
  -Не могу понять где едкий комментарий?
  
  Захотелось сказать что-то вроде "Ах, это...Иди на хрен из моей комнаты, олень". Но если бы я это сказал. Он бы сразу догадался, что я забыл сказать какую-нибудь колкость. Так, надо как это обосновать, логично, логично:
  
  -Просто ты не каждый день ногу подворачиваешь, вот я и решил быть к тебе повежливее.
  
  -Как это мило.- Невинно улыбнулся он и пробормотал что-то в стиле. - Готов весь следующий месяц ломать себе ноги.
  
  А потом он ушел из комнаты. А сижу тут один с ножницами в руках и думаю а не ткнуть ли мне их в лоб, как это когда сделал Дик. Великий несравненный Дик. Это я конечно преувеличиваю. Просто я стал к нему относится несколько по-другому, ведь теперь я куда лучше его понимал. В том смысле, что он не любил Рэйчел. Когда любишь кого-то одного, понимаешь, что не можешь любить другого. Логика Мэтью, я подозреваю. Так вот он не хотел обижать Рэйч, просто он любит Аманду.
  
  Кстати, до меня только тут дошло что мне придется объяснять всю ситуацию Аннэ, которая зашла, когда мы...когда в общем Мэтью подвернул ногу. Но выглядело всё далеко не так как будто он её подвернул. Как бы это тебе помягче объяснить маленькая ты девочка. Был у меня один знакомый, который притворялся геем, а потом я в него влюбился, а он на самом деле вообще не гей. Этот знакомый - это Мэтью. И то, что произошло там в ванной, как бы сказать. Он надо мной издевался, а я не мог пошевелить не одним мускулом, просто потому что смотрел в его глаза. А никудышнее объяснение. Она не поймет. Ладно, я ещё подумаю над этим.
  
  Но всё-таки теперь всё действительно объяснялось. Мэтью. Я не мог с ним спать рядом, потому что у меня простом слишком быстро билось сердце. Как глупо, глупо, глупо и по-девчачьи совершенно. Господи, ненавижу себя за это! Ну в такую глупую ситуацию мог попасть только я. Точно, раз я не собираюсь ничего рассказывать никому, может зайти в интернет и посмотреть там. Я тут же взял телефон, да не в третьем веке живем. Гугл...что делать...если ты Мэтью-Мэтью...И почему-то не одной подходящей страницы. Как же это подло. Подло, подло. "Что делать если ты влюбился в парня". Попал на какой-то бестолковый форум школьниц-извращенок. "Что делать если парень влюбился в парня". Первое что выпадало это разумеется: "Если парень влюбился в парня значит он гей".
  
  -Я не гей!- Возмущенно заявил я телефону и мы поссорились. То есть интернет победно заглючил, а я откинулся на кровать. Потом свернулся калачиком. Произнеся ту фразу, я кое-что понял. По сущности то, в чем просто боялся себе признаться. Это правда. Это правда. Это самая настоящая правда. Я Мэтью мэтью-мэтью. Худший вариант из всех, мало того что парень, так ещё и не гей. А что я делала если бы он был геем? Я бы сказал ему что думаю. Бред! Я бы всё равно держал язык за зубами. Ладно это был всего лишь факт. Но, а если бы я например был девушкой. Признался бы я в своих размышлениях? Нет, наверное бы нет. Так что надо просто держать язык за зубами и не делать глупостей.
  
  Я вдруг вспомнил, что собирался позвонить маме. Я потянулся к телефону, но вдруг отбросил эту идею .Во-первых я рассорился с интернетом, а во-вторых уже поздно. И в- третьих , она бы сразу заметила что с моим голосом что-то не так и сразу же бы догадалась (я её не переоцениваю). Так что дождемся-ка мы конца поездки, а там будем решать как себя вести, чтобы никто ни о чем не догадался. Кстати о конце поездке, нам ещё два дня спать поблизости. Что мне делать если он опять придет ночью с своим коронным "Шелли я не могу заснуть". Надо подпереть дверью стул и притворится мертвым. Я воздер указательный палец к верху - так и сделаю! Встал. Подпер стулом дверь. Переоделся в пижамный шорты лег в кровать и накрылся с головой. Всё-таки эта такая лажа и засада, что я Мэтью мэтью-мэтью. Ладно -посплю хоть немножко, а то вчера так глаз и не сомкнул . Так что можно отоспаться. Мне повезло я устал и поэтому смог уснуть. Хотя в голове по-прежнему крутилась сцена произошедшая в ванной да и просто Мэтью. Мэтью, Мэтью, Мэтью, которого я мэтью-мэтью. Завтра что-нибудь придумаю. Спалось мне на редкость сладко, будто камень упал с души, но за то появилось что-то больное и щемящее, от чего сладость была горка как ведро полыни. Так вот я так сладко себе дремал находясь в благоговейном безмыслии и проснулся оттого что в дверь резко барабанил несколько рук сразу и сопровождалось всё это нервным возгласами вроде "Шелли! Шелли!" и опять "Шелли, Шелли!". Точно вчера в попытке защитится от ночных нападок Мэтью, я дверь подпер стулом. И они подумали что я умер. Что ж вполне логично. Черт, нет никакой в этом логики! Если человек, заперся стулом, это ну совершенно значит что он ещё и сдох. Я недовольно цыкнул и пошел открывать. И как только я отодвинул свой нехитрый засов в дверь ввалилось сразу несколько человек. Мэтью, Эмили, Аннэ и Пьер.
  
  -Доброе утро.
  
  -Шелли ты в порядке? - Взволнованно осведомился Мэтью.
  
  -В полном. А по какому поводу вы ко мне так отчаянно ломились?
  
  -Как бы пора ехать, а ты не открываешься и ничего не отвечаешь. - Пояснила Эмили, перехватывая воздух.
  
  -Шейла, не пугай меня так! - Меня бросилась обнимать Аннэ. Как будто вчерашнего и не было. То есть было конечно. Только она эта забыла - а вот мне это из головы не выкинуть. Я снова посмотрел на Мэтью. Он как-то разбито провел по свои всклокоченным волосам и ушел из комнаты. Так на меня и не посмотрев. Как будто со вчерашнего дня что-то изменилось. И во мне и в нем.
  
  Молчать о том, что я понял только этой ночью оказалось намного сложнее, чем я думал. Оказываясь рядом с Мэтью мне тут же хотелось рассказать свои мысли и чувства. Я прекрасно понимал, что в этом нет смысла. Есть человек которого он любит и это не я. Но почему-то так хотелось сказать - да это совершенно не поддавалось логике. Но дело в том что мне всё равно хотелось это сказать. Как-то как будто что-то очевидное совершенно обычное и очевидное. Как-то в стиле. "Шелли, тебе тост с джемом или шоколадной пастой?". "Я люблю тебя Мэтью, конечно с джемом.". Незаметно, прям вообще. Он бы заметил. Кстати что было бы если бы я всё таки сказал ему (хотя я не собираюсь этого делать). Он бы наверняка сказал. "Я тоже тебя люблю". А я ему "я не про дружбу.". А он мне "Ааааа. Понятно." потом неприлично затянувшаяся пауза и тихое "извини, я не могу принять твои чувства, бла-бла-бла, я не хочу терять друга." Это ужасно. Я опять поднял глаза на Мэтью. Он на меня смотрел. Я огляделся, точно на меня? Да, это так и было. Мы просто сейчас перекусываем и скоро поедем. У него такие зеленые глаза. Буду смотреть, пока он сама не отведет взгляд. Веду себя как девчонка. Бесит. А его волосы такие пушистые и торчат во все стороны. Вы меня ненавидите? Правильно, я сам себя ненавижу. За то, что пялюсь на него как безумно влюбленный. А, точно так и есть. Он ещё смотрел на меня, а потом спросил:
  
  -Шелли, так тебе тост с джемом или шоколадной пастой?
  
  -Я...- Я в ужасе застыл. Что я чуть не сказал? Мне стоит быть осторожнее. А он ...он меня спровоцировал! Вот же! - Какого хрена ты у меня спрашиваешь? Себе и намазывай!
  
  Все недоуменно на меня посмотрели. Я несколько смутился и уставился в свою тарелку. Я же надеялся -это не будет выглядеть слишком грубо, просто перепалка как обычно.
  
  -Шелли, да что с тобой такое?- Он недоуменно подпер рукой щеку, смотря на меня. Не вижу, но чувствую.
  
  -Со мной всё нормально!
  
  Не могу поверить. Я только поклялся скрываться - а это оказалось так сложно.
  
  -Ладно. - Он пожал плечами. - В конце концов это не моё дело.
  
  -А? - Я удивленно посмотрел на него. Почему он не хочет узнать? Ему что всё равно? А ни он ли вчера распевал мне на тему - ты самый ,при самый дорогой мне, кроме моей таинственной любви. Но подняв на него глаза я увидел в них некоторую многозначительность. Будто он всё понял, изловит меня потом, когда я буду в одиночестве и спросит в чем дело. Я снова опустил голову. Он всё таки обо мне беспокоится. НА лице возникла глупая улыбка и тут же сменилась ужасом, а если он спросит, что я ему скажу? Без понятия.
  
  Всё это меня угнетало. Как бы сильно мне не хотелось быть рядом с Мэтью я не могу этого допустить. Надо вести себя так будто я по-прежнему его ненавижу, и надо молчать о своих чувствах. Чтобы всё было нормально. Ведь у него есть человек которого он любит, а я не хочу мешать ему. Пускай будет счастлив.
  
  Я снова посмотрел на его лицо. Мы ехали в машине в этот неизвестный Куксхафен. Было около пяти часов утра. И все дремали, а я пользовался возможностью и смотрел на Мэтью. Как он дышит и спит со слегка приоткрытым ртом. Это очень мило на самом деле. Его голова завалилась ко мне на колени, а я не стал его отодвигать - он же этого не видит? Сегодня Аннэ ехала на руках у Пьера. Я так и не знаю почему. А вот Мэтью все-таки едет рядом со мной. Я медленно протянул руку, собираясь приложить её к волосам, но он вдруг перевернулся во сне . И я отпрянул? Как мне в голову пришло делать такое? С другой стороны все же спят. Забавно - я такой придурок. Самому тошно.
  
  А Куксхафен оказался унылым. Серый портовый городишко, с огромным изобилием рыбы и котов, а также мокрых луж. Шел проливной дождь. Конечно это всё было просто отвратительно, но надо сказать вполне соответствовало моему убитому настрою. Когда мы только въезжали в город, проснулся Пьер и принялся гнусаво мне рассказывать о том, что это город где он и Аннэ провели своё детство. Я как можно тактичнее осведомился, зачем мы сюда приехали. На что Пьер ответил - погулять у моря, поесть рыбы, посетить их семейное поместье и потом проехаться с ветерком ночью по шоссе. Надо признать такая программа меня устраивала - тем более, что мне никто не стал бы мешать, думай я где-то в сторонке. Первым местом, которые мы посетили было поместье Флаунов, потому что было ранней утро и шел этот сильный дождь. Я дрожащей рукой потряс Мэтью за плечо пытаясь разбудить. Он проснулся не сразу, а открыв глаза - тут же поднял голову:
  
  -Прости...я уснул у тебя на коленях.
  
  -Не страшно.
  
  Черт я опять прокололся! Мне стоило ответить что-нибудь сердитое недовольное вроде "Я пытался тебя скинуть, а ты тяжелый зараза." Но было то уже поздно. Он как-то странно на меня посмотрел и мы выбрались из машины.
  
  Поместье оказалось просто огромно, намного больше чем то, в Берлине. Мы посмотрели все комнаты, повосхищались интерьером (я терся в сторонке, думая как бы не пересекаться с Мэтью). А потом мы спустились в подвал который оказался мавзолеем предков Флаунов. Мне показалось там действительно уютно. Возможно ли потому что я сам скоро стану трупом, потому что задушусь оттого что творится в голове. Нет, там на самом деле было не плохо. Мягкие приятные светильники, подставки для свеч и огромные надгробные плиты. Мы постояли у последний их них. Пьер и Аннэ поставили свечки. Здесь мне было спокойно. Среди всего этого камня. Но мы там были достаточно не долго и к моему огорчению уже совсем скоро поднялись на верх. Я отчаянно тормозил шагая по лестнице, так мне хотелось остаться в этом подземелье. Неожиданно послышался голос "Я кажется забыл телефон, пойду спущусь." Только этого не хватало. Я в панике засеменил на верх, но был как говорится поздно. Мэтью спустился назад и остановился по среди лестницы, смотря прямо на меня. Я набрал побольше воздуха и уверенно двинулся вперед, а вдруг пронесет? Я не смогу с ним сейчас с ним разговаривать - мне хватает лишь одного взгляда чтобы сердце бешено заколотилось. И я знаю - это будет слышно через мои слова. Но конечно черта с два он позволит мне просто уйти. Я остановился совсем рядом и неуверенно выдавил:
  
  -Можно пройти?
  
  Он ничего не отвечал и я со страхом поднял глаза - увидеть что происходит. На его лице мелькало какое-то недоразумение вперемешку с удивлением. Я ещё раз подумал и попытался его обойти. Мэтью схватил меня за правую руку и прислонил к стене, нависая.
  
  -Что происходит? - Его голос был серьезным как никогда.
  
  Я не знал что ответить, ведь чтобы я не ответил, через мои слова он всё поймет. Как сильно бьется сердце и как сильно мне хочется сбежать, чтобы никто об этом не узнал, как хочется ему сказать что он мне нравится и как хочется чтобы я оказался в его жизни самым важным человеком. Но я не могу этого допустить, и говорю, что первое в голову приходит:
  
  -Ты же не забывал мобильник...
  
  -Ты не ответил на мой вопрос. - Мэтью придвинул своё лицо вплотную.
  
  Я отвернулся в сторону. Не могу когда он так близко -становится не чем дышать ,а ляпнут какую-нибудь глупость тянет ещё больше.
  -Если я тебя что-то расстроило просто скажи. И мы вместе это исправим.
  
  Ты бы посоветовал мне наверняка что-нибудь хорошее. Но я ни под каким суосом ни могу посвятить тебя в тонкости своей проблемы. Так что.
  -Прости я не понимаю о чем ты. - Мои скулы нервно дрогнули и голос ломался, надеюсь он не заметил.
  
  -Я чем-то тебя обидел? - Напрямую спросил он.
  
  -Н-нет, всё нормально.- Я попытался прошмыгнуть под его рукой, но Мэтью опустил её ниже, не давай мне сделать ни шагу.
  -Никуда ты не пойдешь, пока всё мне не объяснишь.
  
  Я поднял на него испуганные глаза - чего ж он такой настойчивый. Неожиданно возникла беглая мысль похоронить дядю Чеймса. Если я скажу, что он помер моя грусть будет вполне объяснятся он отстанет. Но я быстро передумал, потому что потом правда определенно выплывет наружу, и мне опять придется признаваться в том что я врал. А это было ужасно - я вспомнил случай в самолете. Тогда мне было очень стыдно.
  
  -Нас наверное все заждались...
  
  -Шелли просто скажи в чем дело!
  Я зажмурился. Ну почему? Почему ему это так важно? Я конечно понимаю что мы друзья, но это не повод интересоваться моей жизнью так активно. Конечно немножко приятно - но я ведь и понятия не имею, что мне ответить, так что пусть лучше бы он вообще ко мне не подходил.
  
  -Мэтью...-Дрожащим голосом позвал его я.
  
  -Извини. - Неожиданно убрал он руку. - Наверное я и правда слишком сильно на тебя давлю.
  
  Что это было? Я в шоке посмотрел на него - он отвернулся. Обычный Мэтью бы никогда ничего бросил на половине - ну за исключение того случая на смотровой площадке. Он бы упорно добивался от меня ответа. Что-то случилось. Что-то координально изменилось. Я молча побрел на верх. Сердце всё ещё стучало больно тюкаясь о грудную клетку, заставляя дышать быстрее.
  
  За окном всё ещё шел дождь, где-то до полудня мы ходили по поместью и играли в настольные игры, всё было очень даже обычно. Потом обедали - и это была рыба. Я уныло ковырялся вилкой- есть не хотелось совсем. Хотя она наверняка очень вкусная. Я скрипя зубами засунул кусочек в рот. А потом повернул голову налево - туда где сидел Мэтью. Интересно - тоже ест? Он в упор смотрел на меня. Я подавился косточкой.
  
  -Шелли, осторожно!- Тут же вскочил со своего места, хлопая по спине.
  
  Когда я прокашлялся я поднял на него укоризненный взгляд и просто спросил:
  -Что ты делал?
  
  -Я смотрел на тебя. - Вполне себе так естественно ответил он.
  
  -Зачем?
  
  -Хочу понять что тебя так расстраивает.
  
  -Можно подумать когда человек ест, у него на лбу написано, что его так расстроило.
  
  -Ага! Ты согласился что расстроен!
  
  Я ошарашено замерцал глазами- он меня просто подловил.
  
  -Я в принципе говорил. - Решил я попытаться всё исправить.
  
  На этом разговор как-то закончился, и в этой неловкой тишине я начал со злостью рыбную косточку- пусть думает что хочет!
  
  Потом мы были на рыбном рынке. Если не считать того что за нами колонией таскались коты, то ничего особенного. Купили не много в качестве сувенира и побрели в сторону моря. Аннэ опять держала меня за руку. Ну и хорошо, подумалось мне, так было чуточку спокойней.
  
  Мы пришли и уселись на мокрую гальку. Было холодно. Море косым волнами накатывало на берег, разбиваясь о камни. Это Северное море. Мне подумалось, что идея утопится может и не так уж плоха сама по себе. Вода конечно холодная, но может так будет даже лучше - быстрей потопну. Скептицизм. Неожиданно Эмили зачем-то позвала Мэтью и они ушли. Аннэ прислонилась ко мне, прикладываясь щекой к плечу, и смотря куда-то вдаль сказала:
  
  -Шейла, ты любишь кацена?
  
  Я шокировано перевел на неё взгляд, но она продолжала созерцать море. Потому я опасливо глянул на Рэйчел - она дремала, прикрыв лицо газетой. И решил сказать правду - как вы знаете от лжи только хуже будет и поэтому почти прошептал:
  
  -Да.
  
  -Я так и знала. - Она рассмеялась ещё сильнее стискивая мою руку, а потом вдруг погрустнела. - Но кацен, такой драный кацен. Совсем бессовестный, ага?
  
  Я кивнул.
  
  -Я так злилась на него, просто потому что он крутился рядышком. И в какой-то момент всё стало ясно.
  
  У меня загорелись щеки. Если маленькая девочка меня так легко читает, что уж говорить о других.
  
  -Кацен жутко противный, так ещё и глупый. Но ты так на него смотришь будто он тебе самый дорогой в жизни.
  
  Я сглотнул. Меня просто видят насквозь. Как стыдно.
  
  -Но ты не грусти. Я всё равно тебя люблю.- Она опять прижалась сильней. - И если когда-нибудь тебе захочется жить со мной - приезжай.
  
  Я смущенно улыбнулся. Меня никто не поддерживал так, никогда. Поэтому было очень тепло.
  
  -А знаешь, я вообще хочу, чтобы Шейла счастливым быть. Так что если хочешь быть с Каценом - то будь.
  
  Я беззвучно кивнул. Будто это было так просто, а потом зачем-то спросил:
  
  -Ты ведь никому не расскажешь?
  
  Она снисходительно улыбнулась, впервые за весь разговор оборачиваясь на меня:
  
  -Хорошо.
  
  -Спасибо.- Я потрепал её по голове.
  
  -Только обещай что будешь счастлив.
  
  -Не знаю.
  
  -Всё получится! - Она встала и хлопнул меня по спине, а потом пошла тормошить Рэйчел. - Рэйчи, вставай! Рэйчи-Рэйчи, я там такую кофточку видела!..
  
  Спустя каких-то десять минут они ушли. Аннэ на прощанье подмигнула.
  
  Я продолжал сидеть около моря. Одиночество это же прекрасно. Меня конечно несколько терзало, что даже маленькая девочка обо всем догадалась. Но было здорово, что она меня поняла, а не обиделась.
  
  Я просидел так до самого вечера. И только когда стемнело ко мне наконец подошел Мэтью и устроился рядом, посасывая травинку.
  
  -Куда ходили? - Беззлобно спросил я.
  
  -Эмили хотела мне показать один магазин шляп, а потом мы решил пройтись вперед за компанию, ей нужен был сувенир для мамы.
  
  -Понятно.- Это море - оно меня завораживало. Хочу забрать его вместе в мавзолеем себе домой. Представляю лица Пьера и Аннэ, когда они увидят как их дедушки и прадедушки переехали забрав с собой даже стены. Я глупо усмехнулся, этой забавной мысли.
  
  -Шелли, пошли в машину - уже пора ехать.
  
  -Сейчас, ещё минутку. - Я мысленно прощался с морем, которое меня так зацепило. Да, где-то подсознательно я просто искал вещи которые меня успокоят.
  Как выяснилось - мы поедем на этом маленьком автомобильчике до самого Рима. Аннэ оставалась в Куксхафене. И мы прощались. Она обняла меня за пояс:
  
  -Шейла, я буду по тебе скучать.
  
  Поочередно чмокнула девочек в щеку, а потом остановилась на против Мэтью:
  
  -Кацен.- Протянула ему руку.- Ты гад.
  
  -В смысле? - Жмёт её руку как ни в чем не бывало.
  
  -Будешь обижать Шейлу я тебя из-под земли достану. - Он показала язык, а потом отбежала на пару шагов и помахала рукой. - Шейла, просто сделай это!
  Мы уже выехали за пределы Куксхафена, а в ушах всё стояла та самая фраза. Но "Сделать это" будет невозможно. Потому что я ничего Мэтью не скажу.
  Я с опозданием сообразил,что та наша беседа около моря была последней именно поэтому он сказала то, что думала. Я до конца не разбираясь в нашем путешествии, думал, что она поедет с нами в Рим. Но это было всё.
  
  -Как-то грустно без Аннэ. - Задумчиво произнес я вслух.
  
  -Я могу побыть за неё.- Наклонился вперед Мэтью. - Эй, Шейла, как ты себя чувствуешь?
  
  -Зови меня пожалуйста Шелли.- Вежливо попросил я, отодвигаясь ещё ближе к окну, подальше от Мэтью. Я просто так привык, что он зовет меня по имени, так что это коверкание резало по ушам. Да пожалуй, когда он звал меня по имени мне даже нравилось это слышать. Не даже, а точно.
  
  Мы ехали уже долго и все улеглись спать ( водитель показал как откинуть спинки). Я просто лежал и смотрел на лицо Мэтью. Наверное глупо так в кого-то влюбится. И пялится на лицо как какая-то девчушка. Но реальность сурова. Мне просто хотелось смотреть на это лицо и я ничего не мог с этим поделать. Неожиданно Мэтью во сне обвил меня руками. Я нервно дрогнул и с опаской потянул руки в ответ. Ничего он же спит. А если завтра проснется первый, скажу что сделала это во сне не осознанно. Так что никто ничего не узнает. Я неуверенно обнял его за пояс. Я просто хочу чтобы он был моим и больше не чьим. Вот так. Я прижался сильнее -сердце быстро стучало, и по идеи я не смог бы уснуть. Но я чувствовал в тот момент что в полной безопасности и счастлив. Поэтому пока ничего не страшно.
  
  А мы всё-таки добрались до Рима. Если честно не совсем ориентируюсь на карте, но мне сложно было представить как мы за одну ночь доехали из Куксхафена в Рим. То ли Пьер и его водила, подкупили время, то ли знали короткую дорогу, от Германии до Греции (то есть Италии) и правда недалеко. Я несколько призадумался - мы же проезжали границу, нас должны были разбудить. Пьер рассказал, что мы правда проезжали пограничную полосу, но при этом он не решился нас разбудить. Кстати о том как я проснулся. Я опять встал раньше всех и дожидаясь всеобщего пробуждения просто глазел на Мэтью. Но как только он проснулся, я сразу же моргнул, отпустил его и скинул его руки с несколько истерическим воплем "Ты что делаешь, идиот?!"Он смотрел на меня сонными недоуменными глазами, а потом подумал и сказал "Извини".
  
  Рим оказался поистине красивым городом. К тому же там было намного теплее, по сравнению с дурацким немецким морозильником вроде Куксхафена. Из зданий - по окраинам маленькие сгрудившееся домишки, а в центре величественные постройки типа суда, белые будто фарфоровые. Но проехав центр, мы снова сворачивали на окраину. Узкие улочки, уютные до невозможности. И главное - повсюду на окнах и балконах цветы в горшках, все обвито плющом и виноградом. В общем я был рад что мы выбрали для последнего дня поездки именно этот город.
  
  Но через полчаса после того как мы проснулись на меня напал форменная паника. Я что в самом деле офанараел? Зачем обнимал Мэтью?! Я ведь не должен вести себя так чтобы никто не догадался о той хрени, что поселилась внутри меня. То есть должен быть куда осмотрительней. Но не получается. Рядом с ним я веду себя как полнейший идиот. А это очень плохо.
  
  -О смотрите, Колизей! - Я с глупым видом ткнул пальцем в окно. Надо вести себя естественно.
  
  -Шелли.- На меня недоуменно смотрели три пары глаз. - Мы проехали его уже минут десять назад.
  
  -Но он до сих пор в моих глазах.- Клятвенно заверил я. Да уж лучше ничего не придумал. Отвернулся к окну, буду хоть смотреть где мы едем. Чтобы опять не ляпнуть подобную чушь. Они ничего мне не сказали, наверняка решили, что я неудачно пошутил.
  
  Я старался по большей части молчать. Мы сделали ещё один круг почета вокруг какой-то площади и вернулись обратно к Колизею. Посмотрели его и пофотографировались .Я отлично себя вел - пока ещё не сболтнул новую глупость. Читал программку, а потом разглядывал этот любимый всеми Колизей. Даже купил пару магнитиков на холодильник в сувенирной лавке. Великолепно. Того глядишь снова стану нормальным. Но не тут-то было.
  Дальше мы пошли в самую знаменитую пиццерию города с бесхитростным названием "Pepperoni". И соответственно заказали эту самую, знаменитую Пеперони. Это такая огромная пицца. Со множеством сыра тремя сморщенными оливками по средине, кучей приправ и кетчупом. Вкусно.
  
  Только проблема была в другом. Мы сидели за столиком у окна на четверых. Пьер опять куда-то ушел. И напротив меня был Мэтью. Ел пиццу и размазывал сыр по лицу. Я первый раз когда поднял голову и увидел это чуть не выплюнул собственную пиццу обратно в тарелку. Размазывает и совсем не замечает. Надо ему как-то сказать незаметно. Или просто без слов подать салфетку. Но салфетница ближе к нему. Точно попросить пусть подаст мне салфетку, а потом свернуть в самолетик и отправить ему обратно. Что за ерунда?! Может показать себе на щеку - он это заметит и протрет лицо. Но его интересовала только пицца и он совсем не поднимал на меня глаза. А потом посмотрел на меня, так что я чуть не подавился от смеха - щечки набитые как у хомяка, все вокруг губы в тонком слое сыра и кетчупа, лицо недоуменное, может даже капельку испуганное. Это заметила Эмили и улыбаясь, сказала:
  
  -Мэтью, вытри физиономию.
  
  -Я хочу чтобы это сделал, Шелли. - Также не проглатывая пиццу сказал он.
  
  -Почему я?!
  
  Он прожевал наконец пиццу и само собой разумеющимся голосом ответил:
  
  -Потому что это ты.
  
  -Объяснил!
  
  -Тебе сложно?
  
  -Ну...ладно.- Неуверенно согласился я, перегибаясь через стол и потянул сложенную уголочком салфетку к его лицу. Он вдруг отгородился рукой, отворачивая голову.
  
  -Что ещё? - Недовольно спросил я.
  
  Мэтью повернулся прищуриваясь:
  
  -Что-то подозрительно быстро согласился.
  
  -Я...я просто решил не тянуть с тем что мне неприятно.
  
  Он вопросительно поднял бровь и вздохнув прокомментировал:
  
  -Иногда ты говоришь действительно глупости.
  
  Я обиженно набрал воздух в легкие:
  
  -Ну уж как есть. - И начала зажмуриваясь водить салфеткой по его лицу. Что есть силы надеясь, что это собирает сыр, а не ещё больше размазывает его. Однако - закон подлости.
  
  -Что ты делаешь?
  
  -Вытираю тебе лицо.
  
  -Ты мне в рот салфеткой тычешь. - Несколько обиженно заметил он. Я открыл глаза в ужасе замечая что сыр (какого-то черта!) только размазывался по лицу. А салфетка вовсе намокла и частично облипла на губах. Я неловко убрал руку, и Мэтью вполне прилично сплюнул ошметки салфетки в тарелку.- Знаешь уж лучше бы ты просто облизнул...
  
  -Ни за что!
  
  Он поморщился - видимо я слишком громко это крикнул, да и другие люди на меня оборачивались. А потом сам вытер лицо салфеткой, смотря на меня очень уж укоризненно.
  
  -Что?! Думаешь это я орал?! - Я призадумался на секунду. - Да это я орал! А из-за кого?! Из-за тебя! Значит кто орал? Ты орал!
  
  Логика Мэтью, она теперь целиком и полностью является моей собственной логикой.
  
  Мы больше ничего не говорили - просто доели пиццу и вышли. Купили ещё сувениров, прочесывая торговые ряды, и глазей на всё что могло показаться интересным (включая бомжей и иностранцев). Но из того что особо выделялось из общей картины, было довольно таки странное событие. Мы разбрелись по овощному рынку собираясь встретится у входу через час. Эмили непременно пошла с Рэйчел, а я шел с Мэтью. Решая дилемму о яблоках: вы никогда не задумывались какие яблоки вкуснее красные или зеленые. Конечно скажете они просто разные. А вот и нет. Яблоки - это яблоки. Логика неоспорима. Так вот так в очередной раз не реша эту дилемму, я купил килограмм красных и килограмм зеленых. Я с интересом рассматривал одно зеленое, а потом случайно его выронил и оно укатилось. Чертыхнулся и пошел за ним в подворотню. Мэтью разумеется также следом. Но когда мы завернули за угол. Там стоял высокий человек в джинсовых шортах и держал в руке моё яблоко. Он спросил что-то на итальянском - но я буду честен - ничего не понял. Тогда он ещё подумал и опять спросил, только уже на английском:
  
  -Это твоё?
  
  -Да.
  
  -А меня зовут Фернандо. - Он подошел ко мне поближе и начал хлопать своими длинными ресницами. Меня это несколько обескуражило, но я всё равно потянулся за яблоком. Он сжал мои ладони и потянулся к моему лицо. Я открыл рот и застыл. И ничего бы не изменилось, если бы чья-то сильная рука не оттянула меня за майку назад. Я медленно обернулся. Сзади стоял Мэтью, тяжело дышал и испуганно смотрел на меня. Я недоуменно перевел взгляд на Фернандо - ничего не понимаю. Тот, рассержено обозлено закусил губу, но завидев меня - улыбнулся, протянул яблоко и достал из кармана визитку.
  
  -Позвонишь мне?
  
  -Не будет он тебе звонить! - А это Мэтью - схватил меня за руку и побежал. Мы промчались пару кварталов и я наконец остановился, стряхивая его руку.
  
  -Что на тебя нашло?
  
  -Шелли...- Он упирался руками в коленки.- Ты знаешь...- Он сделал шаг ближе, оглядываясь по сторонам, будто его могли услышать. - Такие люди называются насильники. - Он высоко поднял брови.
  
  -Что за ерунда?! Он просто хотел вернуть мне яблоко!
  
  -А наклоняясь к тебе, он что по-твоему хотел яблоко в зубы воткнуть?
  
  Я осознал ситуацию .Меня чуть не поцеловал итальянец Фернандо, а Мэтью меня одернул и уволок бегать по торговым рядам.
  
  -Зачем ты меня одернул? - Восхищенно поинтересовался я. Неужели... он просто ревновал меня к этому Фернандо?...Я уже люблю этого похитителя яблок. Но всё оказалось куда прозаичнее:
  
  -Как, Шелли, ты не понимаешь кто такие насильники? - Он размашисто положил мне руку на плечо. Придвигаясь ещё ближе, чтобы слушать мог только я. - Это такие люди, которые без спросу целуют других.
  
  Я хмыкнул, состроив скептическую мину - мне ли не знать. И многозначительно глянул на Мэтью. Но он меня не понял, продолжая свою лекцию о поведении на улице:
  
  -Стоит быть осторожным - особенно если это незнакомый город. Ведь никому нельзя позволять делать то, что тебе не хочется.
  
  Я опять хмыкнул. Про себя он что ли рассказывает? И повествование закончилось следующими словами:
  
  -Я очень за тебя волнуюсь, тебе стоит быть осторожней.
  
  Мне стоило растроганно влюблено вздохнуть - однако, хренушки. От всей этой пламенной речёвки меня воротило , так же как штаны воротит от пиццы. К назначенному времени мы были у входа на рынок. Мне почему-то кажется, что я больше никогда не увижу Фернандо. Прощай милый человечек, который пытался вернут мне яблоко...Уже скучаю.
  
  Мы встретились с девочками и пошли гулять по главной улице. Глазели на всё подряд и тратили деньги на последние сувениры.
  
  Часам к девяти нас подобрал Пьер и поехали обратно в Берлин. Я накрылся предложенным пледом и демонстративно повернулся к Мэтью спиной, больше он меня не своротит, своими сонным думающими самими по себе руками. Он не стал спрашивать почему я повернулся. Просто озадаченно пожелал спокойной ночи и улегся рядом. Мне сначала не спалось - было немножко не хорошо от пиццы. Но потом ближе к полуночи зарядил дождь и я крепко уснул.
  
  Просыпаться было неприятно - вылазить из-под уютного пледа в какой-то подозрительный аэропорт и проходить паспортный контроль. Фууу... как холодно. Я поежился. Оказывается мы уже доехали до Берлина и нам пора было на самолет. Мы от души поблагодарили Пьера, за гостеприимство и за машину и
  отправились внутрь. Очень хотелось спать.
  
  И когда мы оказались в самолете, я наглотавшись карамелек от укачивания собирался наконец-таки выспаться. Но Мэтью как всегда мне помешал в моей маленькой радости.
  
  -Жаль, что всё так быстро закончилось.
  
  -Поездки имеют тенденцию заканчиваться. - Невесело отозвался я.
  
  -Мне так понравилось с тобой ездить. - Он положил мне свою руку на мою. Я убрал её.- Я бы всегда так с тобой ездил.
  
  Я промолчал. Нет...Всегда торчать с Мэтью по близости мне совершенно не хотелось. То есть хотелось но не в этом смысле. Другое дело если мы были просто закадычными друзьями, или просто оба любили друг друга, тогда да. Но пока всё так даже думать об этом не хочу. Эти четыре дня были пыткой. Я совсем не отдохнул и не выспался, а теперь ещё вынужден думать. Что мне делать дальше. Ведь родители определенно обо всем догадаются.
  
  -Было здорово.- Он быстро чмокнул меня в щеку и отстранился.
  
  Только этого мне не хватало. Он опять это сделал, а я даже не успел оттолкнуть его и ничего не сказал. Я даже вздрогнуть не успел. Меня это поразило и опять же смутило. Наверняка я выглядел жутко растерянным. Но с другой стороны Мэтью меня больше ни о чем не спрашивал и не трогал мирно посапывая рядом. А потом я сам задремал в своих тяжких размышлениях.
  
  Дом, любимый, дом! Вот что я больше всего люблю в этих дурацких поездках так это возвращаться домой. Наш самолет прилетел в 5.47 утра и мы все были никакие. Мои родители развезли всех по домам. Мэтью на прощанье бесцельно фоткнул меня фотоаппаратом без спросу и махнул рукой. Эмили, сказал что-то в стиле того, что завтра придет в гости. Я по-моему согласился. Потом ещё сказал родителям, что всё было замечательно, заполз в свою кровать и отрубился. Ибо она была жутко мягкая. Логи