Дарзи Ханна Залмановна: другие произведения.

Без названия

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Посвящается З.Я. Корогодскому

  - А Вы знаете, как Вас называют Ваши ученики?
  - З.Я. Давно уже. Это короче.
  - А по-другому? Не слышали?
  - Не знаю, может, 'старый хрыч', еще как-нибудь... Я не знаю.
  (из интервью с З.Я. Корогодским.)
  
  А его называли - Дедушка. Реже - Дед. Само собой, только за глаза. И конечно, он об этом знал.
  Почему и откуда повелось, бог весть. Ироническая природа прозвища хорошо была понятна тем, кто с ним работал 'после ТЮЗа'. В последние лет десять жизни была у него одна такая присказка, из числа любимых - 'Не думайте, что дедушка в маразме!'.
  
  Он мог сыграть и играл при случае 'дедушку' - умиротворенного, благостного и всеведущего мэтра, воплощенную бесстрастную мудрость, переливающуюся всеми своими драгоценными гранями в хрупкой старческой оболочке. Играл блестяще. 'Убедительно, внятно и забавно', если пользоваться его терминологией.
  И надо было своими глазами видеть его полчаса спустя на уроке, во всей красе яростной одержимости, чтобы в полной мере оценить уровень этой игры и получать от нее не меньшее удовольствие, чем исполнитель.
  
  Используя две-три пушкинских реплики, он мог легко, как бы мимоходом показать и Григория Отрепьева, и Марину Мнишек, точно и ярко, и еще присовокупить от себя что-нибудь незабываемое - 'Это не просто змея, а роскошная змея, которую каждому хотелось бы иметь в своей коллекции...'.
  Он мог четверть часа карабкаться по лестнице в театральный зал, на третий этаж, отдыхая на каждой ступеньке, и таким взглядом пронзая желающих помочь, что они сникали и растворялись в пространстве. А после этого в репетиции вылетал на сцену, чтобы молниеносно продемонстрировать десяток вариантов накидывания плаща, мизансцены или жеста.
  
  'Школа Корогодского' - понятие, давно вошедшее в обиход питерской, да и не только питерской театральной жизни.
  Анализируя его специфику и основные принципы, рано или поздно сталкиваешься с необходимостью конкретики.
  
  Один из его учеников рассказывал, как в конце шестидесятых годов они, гордые первокурсники, праздновали получение студенческих билетов. ('Какие победы отмечаем?' - ядовито интересовался в таких случаях Дед.) Финальная часть праздника разворачивалась в сумерках, а возможно, и белой ночью на Марсовом поле. После пения революционных песен будущие артисты на эмоциональном подъеме пальнули пару раз в воздух из стартовых пистолетов, убегая вдоль Большого Дома, по воображаемым врагам, которые внезапно оказались вполне реальными сотрудниками в штатском. В отделении милиции на улице Пестеля, где первокурсники очутились, благодаря бдительности и оперативности этих самых людей в штатском, от них потребовали предъявить документы. Новенькие студенческие билеты перекочевали в ящик стола дежурного по отделению. На утренний урок мастерства с З.Я. студенты шли с нехорошим предчувствием. Они ждали Мастера час, полтора часа, а он все не шел. Наконец, появился он, и лицо его обещало многое. Ни слова не говоря, расстегнул портфель, перевернул и вытряхнул на стол злополучные студенческие билеты. Сказал только: 'Чтобы через пять минут этого не было!'. И кажется, добавил: "Дураки!". Через пять минут на столе было чисто. Он начал занятие, как обычно, никогда больше к этой теме не возвращался и ее с курсом не обсуждал. Кстати, именно с этим курсом он поставил вскоре знаменитый 'Наш цирк' и повез его на гастроли в Англию.
  
  Он всегда говорил и писал о том, что строит театр-дом, театр-семью. Главой семьи был он сам, и считал своей обязанностью - защищать от внешних обстоятельств тех, кто жил в его доме.
  
  В бесконечном ряду связанных с его именем апокрифов и легенд, передаваемых изустно, есть один характерный эпизод. Актер ТЮЗа, о котором пойдет речь далее, в тот момент, (т.е., в начале 70-х), находился на грани ухода из театра. Репетировали новый спектакль. Из динамика, стоящего на шкафчике в гримерке, шла трансляция. Когда пришло время выходить на сцену, актер взялся за ручку двери и обнаружил, что дверь не открывается. Кто-то 'добрый', проходя по коридору, ради шутки ли, или из еще каких-то неведомых соображений повернул ключ, торчавший в замочной скважине снаружи, заперев в гримерке актера и нескольких его коллег. Обнаружив, что вынести дверь плечом в лучших традициях боевика невозможно, и тем более невозможно протиснуться в узенькое окно под потолком гримерки, актер заметался в тихой панике. Тем временем, его отсутствие на площадке было замечено. Из динамика раздавался грозный голос Корогодского, который обещал обрушить на голову актера все мыслимые и немыслимые кары, ежели он сию секунду не появится на площадке. И тогда актер схватил со шкафчика динамик, и заорал в него со слезами на глазах: 'Зиновий Яклич, я не могу выйти!!!'.
  
  Его театр был государством в государстве, живущим по собственным законам. Он бывал 'по-отечески суров', а иногда, как и сам признавался, 'суров неоправданно'. Он мог беспощадно разнести показанный материал, независимо от того, сколько сил и времени в него было вложено. Но многие из его учеников помнят, что самые сокрушительные разносы рождали желание работать так, чтобы заслужить похвалу. И это было естественно, потому что в актерской профессии единственный абсолютный критерий - мнение Мастера.
  
  И потому, быть может, самой важной особенностью его школы, силой ее и слабостью было то, что она рассчитана была на обучение личности. 'Взять школу' мог только тот, чья природная индивидуальность оказывалась настолько сильной, что способна была не только впитывать и исполнять, но сопротивляться и творить самостоятельно.
  
  Причина его конфликта с советской властью, кончившегося так трагически, была не в политических убеждениях, не в форме или возрастном адресе его спектаклей и не в проблемах, которые эти спектакли ставили, и не в его пресловутом 'трудном характере'.
  Ему не могли простить, что он - солидный и разумный человек, занимающий определенную должность, под слоем обязанностей, званий и премий внутренне оставался ребенком.
  Он понимал, что 'взрослые' играют по своим правилам, и как любой ребенок, мог подыграть им, если это было необходимо. Не потому, что ему нравились эти правила. Ему нравилось играть. Игра была не только формой и содержанием его жизни, но и ее смыслом.
  
  Однажды, в начале 90-х, он принимал у себя в гостях американских друзей. Поздней ночью вышел с ними на улицу, чтобы помочь поймать такси до гостиницы. Он пытался объяснить им идею спектакля, синтезирующего рассказы о животных и упражнение актерской школы. Когда счел, что слов недостаточно, просто встал на четвереньки посреди ночной улицы Гороховой (тогда еще, впрочем, Дзержинского), и прошелся перед американцами в образе льва из спектакля...
  Несколько лет спустя спектакль по этой идее, который назывался 'Пространство инстинкта', был поставлен в Театре Поколений и приглашен на гастроли в Японию. На видеозаписи, сделанной актерами в японском зоопарке, сохранился маленький эпизод. Своей характерной, вразвалочку, походкой Дед подошел к клетке льва. Лев, развалившись на солнцепеке, спал беспробудно.
  - Ну? - без тени улыбки, требовательно сказал ему Дед. Но лев не шевельнулся, не вышел 'на площадку' и ничего не ответил...
  
  'В ТЮЗе' и 'после ТЮЗа' - две части его жизни. Первая часть, безусловно, выглядела более привлекательной с точки зрения 'масс-медиа': главный режиссер одного из лучших театров страны, учитель знаменитых актеров, 'бывший лучший, но опальный стрелок'...
  
  О пост-тюзовском периоде известно меньше.
  
  'Какой он с вами был... ласковый...' - сказал один из его учеников тюзовского периода, просматривая видеозапись репетиции с З.Я. в Театре Поколений. Сказал с непередаваемо точной интонацией ребенка от первого брака, ревнующего родителя к детям от брака второго.
  
  Осенью 1991-го в городе появились афиши с объявлениями о наборе в мастерские Эстетического Центра 'Семья'. Состоялся набор в 'школу-студию Театра Поколений', шестнадцатый по счету 'учебный полукруг' школы Корогодского. Первый - из числа тех, которые он будет набирать не на основе ЛГИТМиК. Те, кто выдержал жесткий отборочный конкурс, понимали, что никаких гарантий на получение официальной 'корочки' о высшем образовании, у них нет, и в ближайшем будущем не предвидится. Они просто хотели учиться актерской профессии.
  
  Фрагменты будущего спектакля 'Пространство инстинкта' эти студенты впервые сыграли для зрителей уже через полгода после начала обучения, в феврале 1992-го. Буквально на следующий день студия, театр и мастерские остались без помещения. Походы по инстанциям, письма, переезды, поиски средств, спонсоров, 'жилья'... Уроки в студии и репетиции учебных работ шли по расписанию, которое не должно было нарушаться ни при каких обстоятельствах.
  
  ... В 1993-м году Дед получил от А.С. Запесоцкого приглашение стать зав. кафедрой режиссуры и актерского искусства. Оба курса, набранных им, стали студентами СПбГУП. А спустя еще два года у студии и театра появился постоянный адрес, дом 121-А на проспекте Обуховской обороны (главным достоинством которого, по словам Мастера, была его автономность).
  'Пространство инстинкта', 'Телекалейдоскоп', 'Кровавая свадьба', 'Под зеленой звездой', 'Мириам', 'Песни западных славян' - лучшие из спектаклей Театра Поколений созданы были с новым поколением учеников - семи курсов Корогодского, получавших свои дипломы в СПбГУПе.
  
  'Мне удалось, преодолев проклятье и изгнание, вернуться в театральный круг, в любимое, единственное пристрастие - к театру и зрителю, удалось создать Творческий Центр 'Семья' и его Театр Поколений. Меня снова признали, но без фанфар и славословий. Теперь уж я, пройдя огонь и воды, не оглохну от 'медных труб'. Да и будут ли они, а главное, нужны ли?..', - написал он в своей книге 'Возвращение'.
  
  Жизнь его театрального Дома требовала постоянного присутствия, а его физических сил на это уже не хватало.
  Он хотел поставить 'Короля Лира', и самому сыграть Лира, - роль, уже сыгранную им в реальной жизни! И те, кто хоть раз видел его в показе на репетиции, понимают, каким мощным мог бы быть этот спектакль.
  
  Однажды, в начале 90-х, он снялся в кино. Его кроткий чудаковатый ребе из 'Заката' раскрывается внезапно, в неистовом монологе, обращенном к небесам. Сегодня, когда смотришь фильм, невольно пытаешься угадать - какие слова он мог бы говорить на самом деле?..
   - Единственное, что хочется у бога спросить, - сказал он своим ученикам в 1993-м году, - бог, зачем ты сделал так, что любовь уходит? И остается одна, нетленная любовь - к своему предназначению. Если вы и ее потеряете - проживете биологическую жизнь.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Кариди "Сопровождающий"(Антиутопия) А.Завадская "Шторм Янтарной долины 2"(Уся (Wuxia)) К.Тумас "Ты не станешь злодеем!"(Любовное фэнтези) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"