Дарзи Ханна Залмановна: другие произведения.

Старинная история

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Факс выползал, поскрипывая, из аппарата, а мы смотрели на него, не отводя глаз, - Семеныч и я.
  
  Семеныч оказался в литчасти случайно. То ли ему надо было что-то распечатать, то ли набрать, то ли вообще проходил мимо и завернул на чашку кофе.
  
  - Факсую! - отчаянно крикнула в трубку подруга Шифа, и мне ничего не оставалось другого, кроме как нажать кнопку и смотреть, как нечто из другого мира вторгается в нашу мирную жизнь.
  
  Поскрипывание смолкло, и мы с Семенычем долго перечитывали эти несколько строчек. Перечитывать там было особенно нечего. Перед нами было стандартное приглашение на фестиваль под названием ·Золотая репкаЋ. Разумеется, никакого отношения к нашему театру это приглашение не имело. Но в том театре, который, в отличие от нашего, приглашали, секретарствовала Шифа, - и теперь перед нами было то, что испокон веку во всех шпионских фильмах называлось туманным словом ·информацияЋ. Телефоны, по которым можно было позвонить.
  До фестиваля оставалось всего три месяца.
  
  Мы знали - пять лет назад наш театр скатался на ту самую ·Золотую репкуЋ, и судя по рассказам тех, кому повезло там побывать, это было незабываемо и прекрасно ·сто-миллионов-раз-до-небаЋ.
  Проблема была только одна, но сам факт ее существования исключал любое мирное решение. Наш Мастер, наш главный режиссер считал, что приличный театр ни в коем случае не должен напрашиваться на фестивали. Это он считал дурным тоном. Наоборот, фестивали, с его точки зрения должны были рвать конкурентов зубами ради возможности принять у себя в гостях наш уникальный, самый лучший и прочая, прочая, коллектив.
  
  Кто из нас первым сказал это вслух? Впрочем, мысль ·надо ехать!Ћ неизбежно посетила бы любого, и у любого зародилась бы из тех, кто увидел бы этот листочек, выползший из факса. Мы знали точно, что денег на дорогу у театра нет. Мы знали, что огребем за самодеятельность по полной. И еще мы знали, что нельзя репетировать самую плохую пьесу Чехова бесконечно, и нельзя бесконечно играть перед полупустым залом. Мы понимали лучше, чем хотелось бы, что оказались в тупике, и готовы были искать выход с той самоотверженностью, которая встречается у лисиц, отгрызающих себе лапу, чтобы выбраться из капкана.
  
  - Нас расстреляют, - сказал Семеныч меланхолично, и набрал номер. Через четверть часа он уже ·говорил с СамаройЋ - ·взрослымЋ актерским голосом, с обертонами и паузами. Плотно зажмурившись, вполне можно было вообразить себе дяденьку в возрасте Карлсона, при галстуке, в персональном кабинете, развалившегося в кресле под сенью латании. Семеныч диктовал телефоны, что-то записывал, а потом повесил трубку, и взгляд у него был, как у человека, которому только что сообщили, что жить ему осталось меньше недели. На месте того, кто был по ту сторону трубки, я бы никогда в жизни не смогла представить себе Семеныча таким, каким он был на тот момент - потертый свитерок и безумный взгляд кота, перед которым плюхнулся внезапно с проехавшей машины говяжий оковалок.
  
  Три дня мы с Семенычем перекидывали единственную на весь театр трубку друг другу, и по очереди ее гипнотизировали, пока не раздался долгожданный звонок.
  - Они оплатят дорогу! Они оплатят гостиницу! - орал Семеныч, отплясывая посреди театрального буфета нечто среднее между лезгинкой и хава нагилой. Кажется, я тоже что-то похожее плясала, мы вопили: ·Венсеремос!Ћ и обнимали в четыре руки буфетчицу Ольгу Павловну, которой черт знает каким способом удавалось при этом сохранять невозмутимое выражение лица.
  
  Еще через пару дней Мастер вызывал меня в кабинет.
  - Это был нехороший поступок! - сказал он. Семеныч сидел, скорчившись в углу с лицом кающейся Магдалины. Официальное приглашение, - на этот раз для нашего театра! - лежало на столе, и строчка ·... приглашаем Вас и лично Даниила СеменовичаЋ была напечатана жирным черным шрифтом.
  - Мы больше не будем! - сказала я. И по инерции добавила: - Честное слово!
  
  Репетиции ·фестивального спектакляЋ начались на следующее утро. И продолжались еще полтора месяца по полной. С утра до вечера, в формате "все - всё!"
  Мне повезло. С меня, как с завлита, причитались только фотографии спектакля, аннотация и макет программки. Все это надо было отправить в Самару до... ну, предположим, до тринадцатого мая, - чтобы материалы успели попасть в буклет фестиваля.
  
  День одиннадцатого мая выдался солнечный, - настоящий весенний питерский день. Ослепительное солнце, режущий ветер, брызги зелени и предчувствие лета за следующим поворотом, - все, как полагается. Следующий рейс в Самару был через два дня: стало быть, сегодня у нас оставалась единственная возможность передать материалы на фестиваль.
  
  Фотографии ждали своего часа в отдельном пакетике, а программку и аннотацию надо было распечатать. Оставалось только подписать их у Мастера и поехать в Пулково, а там, на месте, мы рассчитывали поймать и уговорить кого-нибудь из пассажиров передать все эти артефакты в театр.
  
  - Это абсолютно неправильная формулировка, - ласково твердил Мастер, вычеркивая одну за другой фразы, которые сам же продиктовал накануне.
  Мы молчали. А что было говорить, если и без слов все понятно? Рассуждения о том, что такое ·процессЋ и ·результатЋ были бы бессмысленны.
  Коля Лебедев негромко, намекающе побрякивал в кармане ключами от красной маленькой ·ОкиЋ, меж тем, как времени не осталось воообще.
  Наконец, четвертый вариант, распечатанный на неторопливом матричном принтере, дико оравшем на все четыре театральных этажа, устроил Мастера.
  
  - Но здесь должна быть эмблема нашего театра, - задумчиво произнес он, постукивая ногтем по программке.
  - Это мы по дороге сделаем, эмблема будет, спасибо, до свидания! - с улыбкой девочки-в-каске-которая-бегает-по-стройке-и-смеется сказала я, выхватила программку, и мы помчались по лестнице, отмахиваясь от расспросов.
  
  Это был абсолютно сияющий день. Под синим во весь горизонт небом Коля гнал по шоссе во всю прыть маленькую красную ·ОкуЋ, и нервное хихиканье, которое напало на нас, как только машинка тронулась с места, не отпускало. По дороге мы заскочили к какой-то Семенычевской знакомой, которая встретила нас у подъезда, вынося перед собой. как хлеб-соль, кривые маникюрные ножницы и склянку канцелярского клея. Семеныч вырезал на ходу круглую театральную эмблемку и тщетно пытался приспособить ее в нужное место на программке.
  
  - Я вас тут подожду, - сказал Коля, притормозив на стоянке, и мы с Семенычем помчались искать самарских пассажиров.
  
  Мы все-таки опоздали. Не веря в очевидное, оглядывались по сторонам, теряя время, - но посадку объявили, и договариваться было уже не с кем. Я вцепилась в первую попавшуюся стюардессу, и через пару секунд мы с Семенычем уже скакали галопом, почему-то (наверное, от ужаса) взявшись за руки, на второй этаж, в кабинет мужика, который распоряжался самарскими рейсами.
  Я как сейчас вижу эту картинку в стиле ·Пять минут до АпокалипсисаЋ - стеклянные стены аэропорта, бешеное солнце, и мы с Семенычем, как Гензель унд Гретель, цокаем-стучим каблуками по белым каменным плиткам, - вот-вот, еще немножко, взлетим, перенесемся по воздуху, приземлимся прямо перед трапом, и не взорвется в чумадане террориста роковая бомба...
  
  - Номер рейса? - скучным голосом спросил лысый мужик, которому мы, сипящие и задыхающиеся курильщики, объяснили суть проблемы. И когда мы назвали ему номер, он сделал волшебную вещь - нажал кнопку на микрофоне и сказал сурово:
  - Двести три - четырнадцать, подкатите трап!
  Мы чуть не расплакались от умиления, но следующая фраза, в которой упоминалась астрономическая для нас по тем временам и той зарплате сумма в двести отечественных рублей, заставила насторожиться.
  Карманы выворачивали синхронно. У меня нашелся полтинник, у Семеныча стольник.
  - Коля! - выдохнул Семеныч, и бросился к выходу. Коли на месте не было, и куда он подевался, было решительно непонятно.
  - Двести три - четырнадцать, откатите трап! - сказал в микрофон лысый мужик, четко выдержав укоризненную паузу.
  Колю мы нашли в зале ожидания.
  Мы втроем курили и молча глядели, как исчезает в синем сияющем небе самолет, на котором могли бы лететь фотографии, не говоря уже обо всем остальном.
  - Кстати, в прошлом фестивальном буклете, - сказал Коля, невозмутимо стряхивая пепел, - не было нашего театра.
  - Угадайте, почему, - добавила я.
  
  - Наверное, черно-белые фотографии - это даже лучше для фестивального буклета, - сказал тактичный художник Леша, к которому мы нагрянули сразу после аэропорта, - художник Леша был добрый, и еще у него был сканер. - Вам теперь надо найти интернет-кафе и отправить все это в Самару, адрес у вас есть...
  Фотографии и программка поместились на три дискеты.
  Шел 2001-й дремучий год.
  Остаток вечера и ночь я провела у друзей на телевидении, наблюдая сонным взглядом, как уползают по быстрому, в то время чуть ли не самому быстрому телевизионному инету наши фотографии: вжик! ой... вжик! ой... опять сорвалось... Очень хотелось подтолкнуть их рукой - если бы знать, как, я бы непременно подтолкнула.
  
  Все кончилось хорошо: фотографии попали в буклет, и гастроли состоялись. Не было сенсаций или открытий, о которых Мастер мог бы сказать, как о гастролях предыдущего своего театра - ·вся планета стояла на ушах!Ћ. Много чего было - и хорошего, и не очень.
   Но почему-то вспоминается при слове ·весеннийЋ тот ·кадрЋ из несостоявшегося фильма про Апокалипсис, сумасшедший галоп по этажам аэропорта, и вера в то, что если мы успеем, то... А что - ·тоЋ? Мы ведь и тогда понимали, как мало от нас зависит. С тем же успехом можно было бы попытаться выиграть в шахматы у компьютера в режиме hard. Но в тот момент это было совсем неважно. Важно было рискнуть, сделать, успеть. Может быть, потому и вспоминается...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Кариди "Сопровождающий"(Антиутопия) А.Завадская "Шторм Янтарной долины 2"(Уся (Wuxia)) К.Тумас "Ты не станешь злодеем!"(Любовное фэнтези) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"