Вот и договорились. До ржавой ручки дверной, то лампочки,
перегоревшей от суммы  всех наших крохотных невозможностей,
наших крапленых и контурных карточек. Сказано самое главное,
а остальное оставим историкам – может, найдут в непрожитом
нами отрезке чудесные новые пункты и просто пунктики
может, отметят пунктиром пути до точек пересечения,
может, поймут, почему. Ну а мы с тобой просто усталые путники,
разные  и одинаково одинокие. Наши значения
очень и очень близки к бесконечности – но почему-то снова 
минус на плюс дает только минус… Холод в пустыне знойной.
Так для кого-то важно, чтоб каждая буковка стала словом,
А для кого-то - чтобы бумага в сортире была трехслойной.