Когда молчат часы, 
когда немеют пальцы,
и ветер с тишиной
заслушаны - до дыр
от дождиков косых,
и ты скучаешь, пялясь
в ослепшее окно,
на капельки воды,
и некого послать 
за водкой или пивом,
и некуда лететь, 
и некому сказать –
мол, грусть моя светла, 
и 
развалясь лениво
на старенькой тахте, 
смотреть – глаза в глаза,
и богом быть легко 
(а? что там у Стругацких?
не верь, мой друг, не верь!), 
но трудно – перестать,
и мысли – ни о ком, 
и не с кем поругаться,
и в сонной голове 
(зеваешь?) 
пустота,
и тускло на душе 
от свежих диссонансов,
и 
(ты еще не спишь? Ну надо же…) 
стихи
не радуют уже, 
и в сотнях интонаций
ты слышишь звуки
(чшшш…)
мычания глухих -
мол, что с них, со стихов, возьмёшь? -
а в старых гимнах
и рифмы не звенят,
и смысла не понять, -
найди мой телефон – 
и всё же позвони мне.
Ты знаешь,
у меня такая же х...ня.