Давыдова Инесса Рафаиловна: другие произведения.

Свинцовое правосудие. Глава 1.4

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


 Ваша оценка:

  Следующим утром Герман припарковал машину по адресу, где проживали родители Савиной. Пройдя по дорожке мимо ухоженного цветника, он подошел к дому и постучал в массивную деревянную дверь. На стук никто не ответил. Он постучал еще раз и, подождав еще минуту, прошел вдоль дома и заглянул в окна кухни. Комнаты были пусты: ни мебели, ни личных вещей. Герман хотел уже уехать, но из соседнего дома вышла худощавая пожилая женщина и махнула ему рукой.
  - Вы ищите Савиных?
  - Да.
  Герман представился. Несколько секунд соседка Савиных пытливым взглядом изучала незнакомца, решая можно ли ему доверять, и наконец-то выдала:
  - Они неделю как переехали.
  - А вы не знаете куда?
  Женщина пригласила Германа войти в дом и протянула ему листок с адресом. Герман быстро переписал адрес в блокнот и спросил:
  - Кто-нибудь к ним в последние дни приходил?
  - Да, - кивнула женщина, - приходил следователь, который вел дело Людочки. Можно взглянуть на ваше удостоверение?
  Герман показал свою новенькую корочку.
  - Мобильная оперативно-аналитическая группа, - в недоумении прочитала пожилая женщина и подняла глаза на Германа, - что еще за группа?
  - Мы перепроверяем дело Людмилы Савиной, - объяснил как можно проще Герман и спрятал удостоверение в карман.
  - Не хотите выпить чашечку чая? - в ее приглашении читалось: "Мне есть, что вам сказать".
  - С удовольствием, - протяжно произнес Герман и, сняв пиджак, повесил его на вешалку.
  - Кстати меня зовут Мария Петровна.
  Она произнесла это таким тоном, что Герман понял: старушку задело, что он не осведомился, с кем ведет беседу. Они расположились в уютной гостиной и со слов Марии Петровны пили цейлонский черный чай. Сам Герман в чае ничего не понимал, поэтому пропустил мимо ушей ее хвалебные дифирамбы.
  - Давно вы знаете Савиных?
  Герман внимательно изучал пожилую женщину. Ей было не меньше семидесяти лет. Она постоянно причмокивала при разговоре, а ее маленькие глазки хитро поглядывали на гостя из-под круглых очков.
  - Сейчас посчитаю, - задумчиво произнесла она и начала загибать пальцы, - не меньше пятнадцати лет.
  - Получается, Людмила выросла на ваших глазах?
  - Да, славная была девочка. Они въехали в этот дом, когда ей было лет двенадцать, не больше.
  - Как перенесли родители смерть дочери?
  - Тяжело, - вздохнула Мария Петровна и поставила на столик свою чашку, - но обстоятельства требовали, чтобы они были сильными. Муж Людмилы заболел - проблемы с сердцем, и им пришлось оформлять опекунство на внучку и заботиться о ней.
  Дом Марии Петровны изобиловал розовым цветом, рюшечками и цветочной расцветкой на мягкой мебели и шторах. Герман почувствовал, как эта атмосфера буквально выталкивает его из дома во внешний мир.
  - Им помогал кто-нибудь?
  - Все помогали. Кто чем мог.
  - А какие-нибудь организации?
  - Вас интересует "Общество обиженных и оскорбленных"? - в лоб спросила Мария Петровна и хитро сощурила глаза.
  - Да, - усмехнулся Герман. - И чем конкретно они им помогали?
  - Много чем. Например, нашли адвоката, который добивался повторного рассмотрения дела. К ним дважды в неделю приходил психолог и еще какие-то специалисты, мне неудобно было расспрашивать, а сами Савины не любили обсуждать эту тему. Когда им предъявили счета, пришлось менять роскошный двухэтажный дом на двухкомнатную малогабаритную квартирку.
  - Ничего себе помощь! А разве их услуги не бесплатны? - Герман допил безвкусный напиток и поставил чашку на столик.
  - Что-то бесплатное, а что-то нет. Работники общества им, конечно, все разъяснили, но в тот момент супруги плохо соображали. В итоге, мне пришлось просить свою племянницу юриста ознакомиться с договором, который подписали Савины с обществом и только под угрозой суда и огласки в прессе, она смогла выторговать рассрочку платежа.
  Герман вспомнил про ежемесячный платеж в размере двадцати пяти тысячи рублей. Так значит, это была рассрочка!
  - Как они отнеслись к смерти Кириллова младшего?
  - Спокойно. Через неделю после убийства Кириллова, мы говорили с Олегом, отцом Людмилы, он сказал, что возмездие настигло убийцу, он понес заслуженное наказание.
  - Как он это говорил? С облегчением? С удовлетворением?
  - Скорее рассуждал философски, - многозначительно произнесла Мария Петровна. - Если вы всерьез думаете, что Савины причастны к убийству Кириллова, то глубоко ошибаетесь. Они порядочные люди и на заказное убийство не способны.
  Герман задал еще несколько вопросов и, поблагодарив хозяйку дома за гостеприимство, попрощался и вышел на улицу. Сев в машину, он развернул листок с адресом, который дала ему Мария Петровна, и ввел название улицы и номер дома в навигатор. Когда маршрут был проложен, он включил поворотник и выехал на оживленную трассу.
  В дороге он размышлял о наборе новых сотрудников и рекомендациях Кудряшовой. Сама психолог тоже вызвала у Германа неподдельный интерес. Умная, собранная, деловитая. Каждый вопрос зрит в корень возможной проблемы. Как же лихо она цеплялась к шефу и последнему заданию.
  Выходит, что его отзыв в Москву был сюрпризом не только для него, но и для управления. В свете его нового назначения все выглядело логичным. Шеф долгое время вынашивал идею создания мобильной аналитической группы, и когда такая возможность представилась, решил ее возглавить лично. И то, что на место командира подразделения Николай Иванович назначил именно его, для Германа было тоже логичным решением. Он много лет работал под руководством Коновалова и не имел нареканий. Даже дело Паука теперь складывалось в общую картину. Шефу нужно было доказать, что Герман сможет возглавить отдел и раскрывать сложные и запутанные дела.
  Стальной голос навигатора заставил Германа вернуться к реальности. Чтобы припарковаться ему пришлось сделать добрых три круга вокруг кирпичной пятиэтажки, после чего ему наконец-то удалось втиснуть свой "Лексус" между двумя покосившимися от времени гаражами. Герман поднялся по обшарпанной лестнице на третий этаж и прислушался. За дверью послышались голоса и он нажал на кнопку звонка. Приглушенная птичья трель разлилась по квартире, голоса тут же смокли и наступила тишина. Герман позвонил еще раз и только тогда услышал в коридоре неторопливые шаркающие шаги. Дверь открыл седой мужчина лет шестидесяти и испуганно спросил:
  - Вам кого?
  - Добрый день. Я следователь из аналитической группы. Меня зовут Герман Патрикеев, - раскрытое удостоверение подтвердило слова незнакомца.
  Дверь моментально закрылась, Герман остался стоять на лестничной площадке в недоумении. Он постоял, переминаясь с ноги на ногу, хотел уже снова позвонить, но дверь открылась, и мужчина вышел на лестничную площадку с листком в руке.
  - Как вы говорите, вас зовут?
  - Герман Патрикеев.
  Мужчина сверил фамилию, указанную на листке и нехотя сказал:
  - Проходите.
  Командир разулся в маленькой прихожей, заваленной верхней одеждой, прошел в гостиную и увидел пожилую женщину с девочкой лет трех. Они сидели на диване и испугано смотрели на незнакомца.
  Квартира была чистой и недавно отремонтированной, запах краски до конца еще не выветрился. Но количество вещей красноречиво говорили о тесноте, в которой с недавнего времени проживали старики с внучкой. Большую часть гостиной занимали игрушки и детский домик в виде вигвама.
  Мужчина прошел вслед за Германом и поспешил успокоить жену:
  - Это тот самый следователь, про которого Журавлев мне сказал по телефону.
  Расслабившись, женщина опустила девочку на пол, где она продолжила играть. Савина выглядела очень зажатой и постоянно поглядывала на мужа. Германа все это озадачило, и он спросил:
  - Вам кто-то угрожает?
  Пожилые люди переглянулись между собой, но промолчали. Тогда Герман еще раз представился:
  - Меня зовут Герман Патрикеев. Вот моя визитка. Мое подразделение пересматривает некоторые факты по делу вашей дочери.
  Женщина взяла визитку и, прочитав название группы, спросила:
  - А кому вы подчиняетесь?
  - Лично я подчиняюсь ГРУ.
  Это не прояснило ситуации. Она вопросительно посмотрела на мужа, и тот с удивлением произнес:
  - Это же разведка. Разве вы занимаетесь расследованием убийств?
  - Это смешанная экспериментальная группа из разных ведомств, - еще раз попытался внести ясность Герман. - Мы занимаемся внутренними расследованиями. Например, превышением полномочий.
  Супруги снова переглянулись, Савина пожала плечами.
  - Меня зовут Олег Евгеньевич, а мою супругу Светлана Сергеевна. Что вас конкретно интересует?
  Герман подготовил целый список вопросов, но увидев их состояние, решил начать с очевидного.
  - Кто вам угрожает?
  - Мы скажем, если эта информация останется строго между нами, никаких письменных показаний мы давать не будем, нам не нужны больше неприятности, - в сердцах выпалила Светлана Сергеевна и тяжело вздохнула.
  Герман кивнул и прочистил горло. Страх стариков уколол в самое сердце.
  - Сначала они приходили и предлагали нам помощь. Выхлопотали для внучки место в садике, потом сулили деньги и страховку на медицинское обслуживание для нас обоих.
  - Кто они?
  - Адвокаты. Сказали, что представляют интересы Кириллова Егора Савельевича.
  - Что было дальше? - напряженным голосом спросил Герман.
  - Мы отказались. Вернее муж Людочки отказался, наш зять. Он поставил перед собой цель: добиться справедливости, во что бы то ни стало.
  - Мы говорили ему, что надо сейчас думать не о мести, а о дочери, но он нас не слушал, - добавил Олег Евгеньевич.
  - Он поднял большой шум в прессе. К нам с утра до ночи звонили и приходили брать интервью. Потом он обратился в "Общество обиженных и оскорбленных".
  - Вот тогда и начались угрозы в наш адрес.
  - Они действовали очень осторожно и не оставляли следов. Ночью нам ломились в ворота, пугая нас, внучку и соседей. Подожгли сарай, только чудом огонь не перебросился на дом, Олег вовремя заметил. Нам отключали телефон, отопление, воду. Потом возникли проблемы с пенсией. Нас по какой-то причине исключили из списка льгот, которыми мы пользовались как ветераны труда.
  - Все, конечно, потом прояснилось, но нервничали мы очень много. Нам пришлось бегать по разным инстанциям, заново собирать документы, выстаивать многочасовые очереди.
  - И чем больше наш зять предпринимал попыток восстановить справедливость, тем больше нам закручивали гайки. Тогда-то он и слег с сердечным приступом.
  - У вас есть фамилии этих..., - Герман скривился в злобной гримасе, - адвокатов?
  - Нет, - ответил Олег Евгеньевич, - нас грабили два раза, приезжала полиция, снимали отпечатки, после этого мы многие документы не нашли.
  - Понятно, - задумчиво произнес Герман. - После смерти Кириллова младшего были какие-нибудь угрозы?
  Олег Евгеньевич кивнул и, взглядом обводя квартиру, пояснил:
  - Поэтому мы и переехали.
  - Ваша соседка сказала, что вы переехали из-за долгов.
  - Мы всем так сказали, - поспешила ответить Светлана Сергеевна.
  - Как вы вышли на "Общество обиженных и оскорбленных"?
  - Наш зять нашел их в интернете, - ответил Савин.
  - А к его сердечному приступу Кириллов никак не причастен? - спросил Герман.
  - Нет, что вы! - воскликнула Светлана Сергеевна. - У него еще с детства были проблемы с сердцем, а последние события окончательно подкосили.
  - Вы лично встречались с Кирилловым старшим?
  - Нет, - ответили оба супруга одновременно.
  - У нас есть данные, что вы каждый месяц перечисляете деньги фонду "Подарим мир детям". Вы и так не богаты, а тут такие суммы, что это за платежи?
  Олег Евгеньевич откашлялся.
  - После убийства Кириллова, работники общества тоже стали получать угрозы. Звонивший настаивал на прекращения отношений именно с нами. Тогда их финансист предложила нам для погашения долга использовать другую организацию, с которыми у них многолетние отношения.
  - А почему сумма долга такая большая?
  - Потому что наш зять подписал договор, не вникнув в детали. В обществе есть платные и бесплатные услуги, - Савин разнервничался, было видно, как тяжело старикам дается обсуждение финансового вопроса, - он потребовал самых лучших специалистов, а такие оказались только платными. В договоре он указал нас, как лиц отвечающих за его действия. Поэтому после того как он слег в больницу, адвокат общества пришла к нам с целой папкой неоплаченных счетов.
  Теперь картина прояснилась. Герман мысленно пробежался по заготовленным вопросам и понял, что на этом можно закруглиться.
  - Спасибо за то, что уделили мне время, - Герман пошел в коридор.
  Олег Евгеньевич вышел его проводить. Открыл перед ним входную дверь и спросил:
  - Так значит тот, кто убил Кириллова еще кого-то убил?
  - С чего вы это взяли?
  - Слухами земля полнится, - загадочно ответил Савин.
  Герман понял, что Савины обсуждали это с Журавлевым. Возможно, вчера, сразу после его разговора со следователем.
  - Хм... слухами значит, - Герман пожал руку Савину. - Если вспомните что-нибудь относящееся к делу общества или Кириллова, звоните.
  Спустившись по лестнице вниз, командир вышел на улицу и вдохнул свежий осенний воздух. Атмосфера покинутой квартиры была давящей. От жалости к старикам сжималось сердце. Он вдруг снова ощутил, то самое чувство, которое беспощадно преследовало его: невосполнимую пустоту после потери родителей, которые погибли в автомобильной катастрофе в Подмосковье три с половиной года назад. Время не излечило, а лишь немного зарубцевало раны.
  &&&
  Вернувшись в офис, Патрикеев прошел в переговорную комнату и распаковал оставшиеся коробки, привезенные из аналитического отдела. На столе быстро образовались две стопки из увесистых папок. Просмотрев фотографии всех мест преступлений, он обнаружил, что оставшиеся семь жертв, как и Александр Кириллов тоже были убиты выстрелом в сердце.
  Зазвонил мобильник. Командир, не отрываясь от документов, ответил:
  - Патрикеев.
  - Герман, добрый день, это Алла, - дружелюбным тоном поприветствовала его Кудряшова.
  Патрикеев откинулся на спинку стула и почувствовал, как от звука ее голоса по телу разлилось тепло.
  - Вы не поверите, но после возвращения в офис, на мой стол легло личное дело одного сотрудника, которого я вам настоятельно рекомендую рассмотреть. Я считаю, что он находка для вашего подразделения.
  - Здорово, мне бы сейчас помощь очень пригодилась.
  - У меня сегодня с ним встреча, я прозондирую почву и дам вам знать. Давайте встретимся с вами завтра в восемь вечера в ресторане на Сретенке, я вам вышлю адрес смской.
  - Хорошо. Я приду, - быстро согласился Герман и не сдержался от улыбки. От предстоящей встречи защемило в сердце.
  Когда связь разъединилась, Герман поднял глаза и уловил за стеклянной перегородкой пытливый взгляд Сильвы.
  - Это Горгона?
  "А она случайно не прослушивает весь офис?", - подумал Герман, а вслух сухо ответил:
  - Да.
  - И что? - настойчиво спросила Сильва.
  Герман сделал глубокий вдох и, еле сдержав раздражение, выпалил:
  - Ужин завтра в восемь. Говорит, что нашла подходящую кандидатуру для нашей команды.
  - Это замечательно! - воскликнула Сильва и тут же уставилась в монитор компьютера.
  Вспомнив про ее обещание, Герман спросил:
  - А как же советы?
  - Для начала подарите ей плюмерии! - крикнула Сильва, как бы, между прочим.
  - Кого?!
  - Их еще называют франжипани!
  Герман развел руки в стороны.
  - Это что духи, что ли какие-то?
  - Какие духи? Это ее любимые цветы, - пояснила она.
  - Я иду на деловой ужин, цветы там будут неуместны, - резко парировал Герман.
  Сильва хитро хмыкнула и продолжила стучать по клавиатуре.
  Герман мысленно вернулся к образу Кудряшовой и мечтательно закинул руки за голову. Перед глазами промелькнула ее улыбка и открытое лицо. Даже если она и задумала свою игру, ему все равно будет приятно ее завтра увидеть.
  В этот момент в переговорную заскочил Ефим и вывел его из мечтаний.
  - Шеф, кажется, я кое-что нашел, - возбужденно произнес новоиспеченный технический аналитик.
  - Говори, - встрепенулся Герман и выпрямился.
  - Я вскрыл отчеты "Общества обиженных" в Пенсионный фонд, пробил фамилии сотрудников и вот что обнаружил. Они нанимают на работу бывших военнослужащих, ушедших в отставку по инвалидности. За последние три года через них прошли восемнадцать бывших афганцев и четырнадцать бойцов, воевавших в первую и вторую чеченскую.
  Это было хорошей зацепкой, настроение Германа сразу улучшилось.
  - Тщательно проверь каждого из них, где-то в этом списке, возможно, есть наш палач. Ищи не физические увечья, а уволенных по психическим заболеваниям. Возможно, сам он здоров, но потерял кого-то из близких, и виновник остался безнаказанным. Да, и вот еще что, - Герман щелкнул пальцами, - нужны данные на руководителей этого фонда, мне нужно знать, палач действует один или получает указания сверху.
  - Хорошо, - Ефим шмыгнул в коридор.
  &&&
  "Лексус" плавно подкатил к воротам гаража, Герман выключил двигатель и пошел к дому. Свет в окнах первого этажа не горел, вокруг было подозрительно тихо. Это было, по меньшей мере, странно. Обычно дети вечерами находились в гостиной, пока он или Алина со скандалом не разгоняли их по спальням. Герман открыл своим ключом входную дверь и вошел в просторный холл. Включил свет, снял куртку и повесил ее в шкаф. Придирчиво осмотрев свое отражение в зеркале, он расчесал волосы и не спеша направился к лестнице. В этот момент в гостиной зажегся свет и со всех сторон послышался разрозненный крик:
  - Сюрприз!
  Герман резко обернулся и увидел, что в его сторону бегут дети, а в гостиной расположились Батяня со своей женой и Павел со своей новой подругой. Алина осторожно выглянула из кухни и взглянула на Германа, пытаясь понять по выражению лица его реакцию. Она знала о его нелюбви к неожиданностям и уже готовилась к упрекам и ворчанию.
  Дети со всех сторон облепили Германа и с восторженными криками повели к дивану. Он осторожно отстранился, поднял руки и сказал:
  - Ну, все, все, все! Удивили, испугали и заинтриговали!
  - Мы устроили тебе сюрприз! - прокричала Маша и от удовольствия запрыгала.
  Герман подошел к Батяне, друзья крепко обнялись и похлопали друг друга по плечу.
  - Эх, жизнь моя корабляцкая! - провозгласил свою любимую фразу Батяня. - Сколько лет, сколько зим?! Тебя не узнать! Матерым волчарой стал!
  Только Батяня мог шутить без намека на улыбку. Он был самым колоритным в их группе. Беспардонно влезал в чужие дела со своими "мудрыми" советами. Батяня был единственный из команды, кто сохранил свою семью, несмотря на их длительные командировки, да и то только благодаря жене.
  Герман перевел взгляд на жену друга - жгучую брюнетку с красивыми карими миндалевидными глазами. Она была почти на голову ниже мужа и обладала стройным телосложением, которое многих вводило в заблуждение. Но товарищи Батяни знали, что под личиной внешней хрупкости скрывался не по-женски стальной характер.
  Герман поздоровался и расплылся в улыбке.
  - Рад вас видеть Инобат Гулямовна. Как здоровье? Как дети?
  Батяня познакомился со своей будущей женой в Ташкенте, где служил в армии. Ее родители были категорически против их отношений и всячески препятствовали их встречам. Доходило даже до того, что в институт Инобат провожал старший брат. Сразу же после демобилизации Батяня буквально украл невесту и увез в Россию. Только когда родился второй ребенок родители сами стали инициаторами примирения. Инобат была из семьи учителей. К мужу она относилась всегда с уважением, никогда не перечила, не жаловалась и не пасовала перед трудностями. Несмотря на постоянное отсутствие Батяни, смогла воспитать троих прекрасных детей, которые уже выросли, упорхнули из родительского гнезда и создали собственные семьи.
  - Все в порядке Герман, - ответила жена Батяни и, обведя восторженным взглядом дом, добавила: - Сбылась твоя заветная мечта - ты купил прекрасный дом.
  Из кухни вышла Алина в облегающем коротком красном платье.
  - Я подумала, что неплохо было бы организовать небольшую вечеринку и отметить твою новую должность.
  Герман на мгновение замер, рассматривая ее открытые плечи, но быстро взял себя в руки.
  - Да, конечно. Ты - молодец. Прекрасный повод, чтобы собраться с друзьями.
  Алина помогла всем разместиться за большим прямоугольным столом.
  - А где Катя? - спросила Инобат Гулямовна.
  - Да, а где Катюха? - встрепенулся Герман.
  - Она не смогла приехать, - сдержано ответила Алина и нервно поправила прическу.
  Герман уловил ее жест и вспомнил, что обычно Алина так нервничает, когда речь заходит о его бывшей жене.
  - Что случилось? Есть новости от Леры?- прошептал он ей на ухо.
  Алина подвинулась к нему ближе и вполголоса поведала:
  - Она сегодня вернулась в Москву.
  От подступившего волнения Герман нервно сглотнул. Заметив замешательство друга, Батяня решил разрядить обстановку, разлил всем шампанского и громко произнес тост:
  - Хочу выпить за моего верного друга, боевого товарища и просто чертовски хорошего парня. За тебя Герка, чтобы новая работа расширила твой жизненный горизонт, но не отдалила тебя от семьи и друзей.
  За столом все одобрительно загудели, послышался звон хрусталя. Дети, подражая взрослым, начали чокаться стаканами с соком. Между гостями завязалась непринужденная беседа, друзья делились новостями. Попробовав стряпню молодой хозяйки, жена Батяни начала расхваливать Алину и расспрашивать рецепты.
  Через пару часов детей отправили спать. Женщины, вкушая десерт, тихо беседовали на кухне, а мужчины перейдя на более крепкие напитки, расположились на заднем дворе вокруг открытого кострища.
  - Ко мне приходила женщина из управления по фамилии Кудряшова, - Батяня разлил водку по стопкам.
  Герман замер и вопросительно изогнул бровь. Такой прыти от Кудряшовой он не ожидал.
  - Это психоаналитик управления, ей поручили дать оценку моего так сказать психического здоровья. Что она хотела от тебя?
  - Спрашивала о последней операции в Афгане, о смерти Лехи и Генки.
  - Зачем это ей? - удивился Павел и нервно заерзал.
  Герман понимал нервозность товарищей и поспешил объяснить:
  - Хочет знать все о моих ошибках. Вчера на встрече в офисе она явно дала мне понять, что о навыках хорошо осведомлена, ее больше интересуют мои просчеты.
  - Хреново, - резюмировал Павел.
  - Ну и пусть расспрашивает, - с вызовом парировал Батяня, - я ей, конечно, ничего толком-то и не сказал, но она похоже больше смотрела на мою реакцию, чем слушала мои ответы.
  - Она - профи, - сказал Герман и, сделав паузу, собрался с духом. - За Леху и Генку! Пусть земля им будет пухом.
  Мужчины подняли стопки и, не чокаясь, выпили залпом. На несколько минут у костра воцарилась тишина, каждый вспоминал о последней совместной операции.
  - Вы мне, наконец, расскажите, что там произошло? - первым нарушил молчание Герман.
  Немного помедлив, Батяня сказал:
  - А никто не знает, что там произошло. Поэтому шеф и распустил группу.
  - Постой, ты же сказал, что сам ушел.
  - Увольнять меня никто не увольнял, но выбора тоже никто не предоставил. Как только я приехал до хаты, умерла мати, за ней сразу дядько, а потом и старший брат. Так что я только успевал конверты на сто первый километр носить. А когда вернулись с жинкой с Полтавщины, шеф сказал, что команда расформирована и предложил мне бумажки перебирать. Я отказался и ушел в отставку.
  - А мою историю ты уже знаешь, - хмурясь, пробурчал Павел.
  - Да. Не весело. Так значит, никто не видел как Леха и Генка сложили свои головы?
  - Нет, - Батяня помотал головой, - когда тебя раненного погрузили в вертушку, мы залегли в ауле и стали дожидаться второго рейса. По рации передали, что вертушка подберет нас через час. Леха и Генка пошли осмотреться и не вернулись. Когда транспорт прибыл, "Подружки" уже на связь не вышли. Я попросил ППМ пойти и передать им, чтобы тащили к нам свои задницы, а сам пошел переговорить с пилотом и боковым зрением вижу, со стороны крайнего дома бежит ППМ и что-то кричит.
  - Я кричал, что их убили, - пояснил Герману Павел и разлил водку по стопкам.
  - Вы выстрелы слышали? - спросил Герман, по-очереди вглядываясь в лица боевых товарищей.
  - Нет, - ответили оба.
  - Будем...
  Все выпили. На минуту воцарилась тишина.
  - Я пошел их искать, - без предисловий начал свой рассказ ППМ после паузы, - смотрю, они сидят рядком у стенки. Подумал, уснули что ли. Жара же под полтос. Подошел, тряхнул одного, потом другого, смотрю, а они бездыханные и пульса нет. Поднял со лба шлемы, а там дырки в башке. Шлемы как новехонькие, а лбы... вот так, короче...
  - Вокруг никого не видел? - спросил Герман.
  - Нет, ни души, - Павел покачал головой.
  - Странно, - Герман задумчиво смотрел на огонь и грел похолодевшие от болезненных воспоминаний руки.
  - Слабо сказано, - сухо добавил Павел.
  - Когда меня ранили, бой продолжился? - обратился Герман к Батяне.
  - Ты не помнишь что ли? Ты же в сознанке был! - удивился Батяня.
  - Последним что я помню, как заложника пристегнул к себе браслетами, боялся его потерять. Он же орал как резанный, а потом провал...
  - Он так и не понял кто мы. Все же быстро произошло, - напомнил Павел.
  - Так бой продолжился? - повторил Герман свой вопрос.
  - Да, но мы быстро всех загасили, - сказал Батяня и немного помолчав, добавил: - Я думаю, что от хазарийцев откололся снайпер, засел в каком-нибудь заброшенном доме и прикрывал отход Омара.
  - Нет, мы проверили каждый дом с Лехой прежде чем там разместились, - заверил друзей Павел, - говорю вам, никого не было.
  - Значит, снайпер пришел в промежутке между проверкой и прибытием вертолета, - предположил Герман.
  - Может и так, только с нашей точки - крыши самого высокого дома, подъезд к аулу хорошо просматривался со всех сторон и мы никого не видели, - Батяня поочередно заглянул в глаза товарищей.
  - Кто знал о наших передвижениях? - спросил Герман.
  - Шеф и связной Сазонов, - тут же отозвался Павел и потер затекшую руку.
  - Со связного и надо начинать. Где сейчас Сазонов?
  - В командировке, - многозначительно ответил Батяня.
  - Где конкретно?
  - А кто тебе на это ответит? - усмехнулся ППМ.
  - Вы сами не пытались выяснить, что там произошло? - спросил Герман.
  - Конечно, пытались, - с обидой выпалил Батяня, - но ответ был один: этим занимается другое ведомство. Я уехал до родни, а Пашка дурень сначала начал пить, а потом и вовсе загремел в тюрягу.
  - А какого мне тогда было? Меня открыто обвинили в убийстве друзей! - взревел Павел и вскочил на ноги.
  - Тише, - прошептал Герман и потянул друга за рукав рубашки, давая понять, чтобы сел и сбавил тон, - мы разберемся в этом. Обязательно разберемся.
  - Как? След остыл, три года прошло, - подметил ППМ.
  - Это даже хорошо, что три года прошло, - парировал ему Герман. - Если их убил снайпер хазарейцев, то тут все понятно и обсуждать нечего. А вот если это кто-то другой? И почему только их? Почему вас всех не убили? И почему с глушителем? Работали тихо, чтобы не привлекать внимание. Чую, что за этим что-то кроется. Шеф, несомненно, знает больше, чем говорит.
  Павел фыркнул.
  - Удивил, блин, - Павел плеснул себе в рюмку водки и выпил залпом. - Сейчас мы ничего не узнаем. Если бы ты не укатил на свой курорт, может и смогли бы. А сейчас, сидя здесь в Москве - нет. Чтобы распутать это дело нужно вернуться в Урузган. В провинции сейчас много иностранцев, похищение и выкуп, основной источник дохода у местных. Может там удастся что-нибудь выяснить?
  - Я, между прочим, не на курорте был, - грозно прошипел Герман и метнул гневный взгляд в сторону Павла. - Да и выбор передо мной никто не ставил.
  - Тихо вы, архаровцы, - вполголоса произнес Батяня, заметив, что женщины стали тревожно поглядывать в их сторону, - баб напугаете.
  Немного успокоившись, Герман спросил у Павла:
  - Что предлагаешь?
  - Есть непыльная работенка, - многозначительно произнес Павел. - Прям неподалеку от Урузгана.
  - Ты с ума сошел?! - воскликнул Герман. - Ты же на условном сроке!
  - Наниматели сказали, что это не проблема, все уладят и сами документы справят.
  - Дурень ты, сиди спокойно и живи мирной жизнью, вон какая гарна дивчина у тебя есть, - Батяня кивком показал в сторону кухни, где сидела его подруга.
  - Это не тебя Батяня в убийстве обвиняют, и не ты без работы на стенку лезешь! Не могу я в четырех стенах сидеть! - с болью прокричал Павел и, ударив себя в грудь кулаком, снова вскочил с места.
  В этот момент из дома выскочила его подруга и, помахав рукой, громко крикнула:
  - Паша, нам пора!
  - Пойдем мы, спасибо за угощения, засиделись... - язвительно произнес Павел и пошел в дом.
  Батяня посмотрел ему вслед и тихо произнес:
  - Добром он не кончит. Помяни мое слово.
  Герман тяжело вздохнул, опустил голову и задумался. Из его бывшей группы ППМ был самым вспыльчивым и неугомонным. Герман понимал, что шеф долго не выбирал виновного, Павел был единственным, у кого возникали постоянные приводы в полицию.
  Батяня хлопнул его по плечу и, показывая на Алину, спросил:
  - Когда я твоих детей нянчить буду?
  Герман кинул на Алину изучающий взгляд. Девушка в этот момент провожала гостей.
  - Нет, Батяня, ты ошибаешься, она мне как сестра.
  - Чего? - шутливо спросил друг и снова стукнул его по плечу. - Ты что совсем в запас ушел? На полшестого что ли?
  - Да нет же! Ты все не так понял!
  - Эх, жизнь моя корабляцкая! Да, ладно не кипятись! Деваха она ладная, дети красивые народились бы.
  Герман махнул рукой и чтобы прекратить неприятный для него разговор встал и отошел в сторону. Он стоял к Бятяне спиной и смотрел вдаль. Со склона было видно, как Павел с подругой шли в сторону дороги.
  Батяня помолчал с минуту и спросил:
  - Все по Лерке сохнешь?
  - Есть такое дело, - признался Герман.
  - Слухай меня сынку, жизнь коротка, не успеешь оглянуться, как смерть постучит в твою дверь, а учитывая, чем мы занимаемся, это может случиться в любую минуту. Потому живи так, чтобы потом не жалел об упущенных возможностях.
  - Не могу я без нее, - с надрывом процедил сквозь зубы Герман, - глаза закрываю и вижу ее.
  Батяня поднялся, подошел к Герману, обнял по-отечески и похлопал по плечу.
  - Она тоже тебя любит, ты же это знаешь, но жизнь так сложилась, и это был ваш обоюдный выбор. Вы разошлись еще до нашего последнего задания. Отпусти ее. Живи дальше. Оглянись вокруг, посмотри сколько девок. А на счет Алины ты зря, хороша зараза, хороша!
  Через час Герман закрыл за Батяней и его женой дверь и поднялся на второй этаж в свою спальню. Приняв душ, он надел пижамные брюки и босиком спустился на кухню. Алина загружала последнюю партию посуды в посудомойку. Увидев Германа, она показала на стакан ряженки.
  - Комнатной температуры, как ты любишь.
  - Скажи, что там с Катей? Почему она не приехала?
  - Я звонила ей, она сказала, что они с Петром Семеновичем едут встречать маму в аэропорт.
  - Понятно. Во сколько это было?
  - В три часа дня. Я ее заранее приглашала и вроде она говорила, что обязательно приедет, но сегодня позвонила и сказала, что не сможет.
  - Катюха соскучилась по матери. Лера отсутствовала больше трех месяцев.
  - Да, пожалуй ты прав, - сказала Алина и по выражению его лица поняла, что он тоже скучает по бывшей жене.
  Герман выпил ряженку и вытер кухонным полотенцем губы. Подойдя к Алине, он приподнял ее подбородок и заглянул в глаза.
  - А ты тоскуешь по своей матери?
  От его прикосновения и близости Алина затаила дыхание и потупила взгляд. Весь вечер он под любым предлогом до нее дотрагивался, и не реагировать на это было очень трудно. Но Алина знала, стоило ей хоть раз ответить взаимностью, Герман бы мгновенно окатил ее отрезвляющим взглядом. Свои действия он не осознавал, а вот на ее касания, даже случайные реагировал остро.
  - Тоскую. Иногда. Когда забываю обо всем плохом, что она для нас сделала.
  Поцеловав ее в лоб, он снова сел на стул.
  - Спасибо за вечер. Не люблю сюрпризы, но было приятно увидеть всех за одним столом. Как тебе мои архаровцы?
  - Батяня как соль земли, - сделала вывод Алина и улыбнулась, - я весь вечер смотрела на его жену и никак не могла понять, как эти двое соединили свои судьбы.
  - О! Противоположности и сходятся в жизни, - сказал Герман и тут же поймал себя на мысли, что именно это и сдерживает его в отношении Алины.
  - А вот Павел... - Алина отвела взгляд.
  - Что? - Герман нахмурился.
  - Есть что-то в нем отталкивающее. Я даже понять не могу что именно.
  - ППМ не раз мне жизнь спасал. Я у него в долгу.
  - Может я и ошибаюсь. Наверное, у меня сложилось такое впечатление, из-за того, что он весь вечер не сводил с меня глаз. Смотрел как-то странно... не знаю... - девушка смутилась и покраснела.
  - Да? Я и не заметил.
  - Вернее он смотрел то на тебя, то на меня.
  - Я понял почему, - засмеялся Герман.
  Алина не сводила с него восторженных глаз. Редкое явление - улыбка преображала лицо Германа.
  - Они все думают, что мы - пара.
  Алина улыбнулась и села рядом с ним. Настроение Германа тут же переменилось: он насупился и забарабанил пальцами по стеклянной столешнице. Чтобы разрядить атмосферу, она решила сменить тему.
  - Как прошел день?
  - Отдел пустой, одна секретарша и Фима.
  - О! У тебя есть секретарша! - воскликнула Алина и одарила его проницательным взглядом. - Небось, такая сухенькая и маленькая Мэни Пэни?
  - Нет, ты ошибаешься, она молодая блондинка с пышной грудью, - ответил Герман и наигранного восторга закатил глаза.
  Алина впилась ногтями в его руку и шутливо воскликнула:
  - Изменник! Как ты смеешь при мне описывать прелести другой дамы!
  Он еще раз поцеловал ее в лоб и направился к лестнице.
  - Спокойной ночи, Стрекоза, не засиживайся допоздна.
  - Спокойно ночи, - тоскливо отозвалась Алина и смотрела ему вслед, пока он не скрылся за дверью своей спальни.
  
  http://idavydova.ru/
  https://www.facebook.com/inessa.davydoff
  https://twitter.com/Dinessa1 https://ok.ru/group53106623119470
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  К.Корр "Лот Љ5 или Деликатес для вампира" (Юмористическое фэнтези) | | Зак "Великая Игра - 4." (ЛитРПГ) | | В.Мельникова "Невеста для дофина" (Фэнтези) | | М.Боталова "Академия Невест" (Любовное фэнтези) | | В.Свободина "Вынужденная помощница для тирана" (Современный любовный роман) | | А.Енодина "От судьбы не уйдёшь?" (Короткий любовный роман) | | Д.Сугралинов "Level Up 2. Герой" (ЛитРПГ) | | А.Медведева "Это всё - я!" (Юмористическое фэнтези) | | Н.Самсонова "Жена мятежного лорда" (Любовные романы) | | К.Марго "Мужская принципиальность, или Как поймать суженую" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"