Дегтяренко Вячеслав Иванович: другие произведения.

S begom o zhizni

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 8.33*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Одни говорят, бег - это скучно, однообразно. Другие - нет времени, места для занятий, желания, много работы. Третьи - это дорого, наносит вред организму, плохая экология, разобщает семью... Каждый по своему, возможно, будет прав... Эта, в некотором роде, автобиографическая книга о том, как беговое увлечение наложило отпечаток на жизнь автора.


Дегтяренко В.И.

  
  
  
  
  
  
  
  
  

С БЕГОМ О ЖИЗНИ.

г. Москва

2009 г.

  
  
   Одни говорят, бег - это скучно, однообразно. Другие - нет времени, места для занятий, желания, много работы. Третьи - это дорого, наносит вред организму, плохая экология, разобщает семью... Каждый по своему, возможно, будет прав...
   Эта, в некотором роде, автобиографическая книга о том, как беговое увлечение наложило отпечаток на жизнь автора.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Содержание.

   Предисловие......................................................................5
   Солдат спит, служба идёт......................................................9
   И вот ты в армии! 20.12.1989 г...............................................14
   Харьков. ХВАИУ...............................................................23
   Спортрота........................................................................34
   Осень 1990 года.................................................................37
   Снова Харьков....................................................................39
   Alma mater.........................................................................52
   Мой первый марафон. Июнь 1992 г..........................................61
   Детская инфекционная больница N4........................................66
   За двойными замками...........................................................69
   В августе 2000-го. Где-то в центре Москвы................................74
   Октябрь 2002-го...................................................................78
   Конар..............................................................................87
   Дорогами Черкащини............................................................92
   Фукуока...........................................................................98
   Марафон Визволення. Август 2007 г......................................101
   Испытай себя. Суточный бег. Сентябрь 2007 г.........................106
   Тропами Блока................................................................145
   ММММ 2008..................................................................152
   Космический марафон......................................................157
   Поэтический кросс Мурановские холмы................................163
   Кросс 7 холмов................................................................164
   Кросс памяти Дмитрия Симонова.........................................167
   Dresdner Kleinwort Frankfurt Marathon..............................169
   Sudereble Halbmarathon LG HNF Hamburg................................175
   Парсек Трофи 34..............................................................181
   Осенний марафон клуба МИЭТ...........................................185
   Рубеж Славы в Яхроме......................................................189
   Молодеченский марафон....................................................192
   Полумарафон Дорога жизни ...............................................199
   Пробег 8 Марта................................................................201
   Гагаринский пробег в Звездном городке.................................202
   14 пробег памяти Семена Ржищина, г. Лобня...........................205
   Апрельский марафон клуба МИР..........................................208
   О себе ...29.05.2009 г..........................................................210
   Salzburg AMREF marathon...................................................212
   Praha marathon weekend.......................................................224
   Городской пробег "Мудрость и Юность"................................228
   Кросс-полумарафон Альфа Битца.........................................233
   Марафон Белые ночи 2009..................................................238
   Эпилог...........................................................................251
  
  
  
  
  
  
  
  
   Каждый человек, преодолевший марафон, заслуживает уважения!
  
   Предисловие.
  
   Бегать начал в шестнадцатилетнем возрасте, чему предшествовали восьмилетние занятия шахматами и годовые тренировки в секции бокса. В третьем классе из-за низких показателей в беге по стадиону меня перевели из так называемой школы со спортивным уклоном в обычную, вновь построенную школу.
   Семья занималась разведением немецких овчарок. Отец отправлял меня на дрессировочную площадку ежедневно. Приближался чемпионат СССР по служебному собаководству в г. Днепропетровск, в котором мы должны были выступать в суточном ринге и ЗКС (защитно-караульной службе). Чтобы подготовить, прежде всего, себя, я решил отправиться на городской стадион "Спартак". В один из поздних вечеров здесь и состоялась встреча с моим будущим тренером - Лысенко Николаем Павловичем. Особенных результатов я не показывал, и он неоднократно пытался меня отчислить из секции. Да и возраст 16 лет оказался уже поздним для легкоатлетического дебюта. Общую картину неудач дополняли травмы связок паховой области. В эти периоды я также занимался спортивной ходьбой, где даже добился хороших показателей (неплохо выступил на Чемпионате Украины и отказался от перевода в спортивную школу-интернат). Ничто не могло заменить собой бег и ощущение скорости.
   В итоге меня оставили для компании младшим спортсменам. Стал чемпионом города среди десятиклассников на 2000 метров и 3000 метров, чем порадовал школьного учителя физкультуры Куксу В.М., так как по этому предмету у меня были редко хорошие оценки. Одновременно состоял в трех клубах любителей бега (КЛБ): Эллада, Крок, ЗОЖ, представителем которых, попеременно выезжал в города Украины, Молдавии и Беларуси на любительские старты.
   Затем была армия - срочная служба. С первым разрядом меня взяли в спортивную роту. Но норму КМС я так и не выполнил, поэтому перешел, спустя 8 месяцев, в обычные войска. Продолжал тренироваться и здесь. Бегал двадцатки в кирзовых сапогах, пятнашки в противогазе, чем отпугивал местных жителей (дело было в Харькове). Из армии приехал поступать в Ленинградскую Военно-медицинскую Академию. В сапогах пробежал 3 км за 10.12, как оказалось, - лучший результат в наборе, даже среди тех, кто бежал в кроссовках. Так я стал курсантом-медиком. Ребята шутили: "Надо было тебе в ВИФК поступать, там спортсменов готовят...". Но я никогда не ставил спорт во главу угла. Приятное хобби! И периодические травмы подтверждали это.
   В Ленинграде на первом курсе в 1992 году пробежал свой первый марафон "Белые ночи" за 2.53.20. Бежал без номера, так как заявиться не успел (накануне всю ночь готовился к зачету по анатомии). Спустя год - за 2:36.12 (тогда тренировался под руководством тренера О.Н. Потехина). Учеба в Академии была напряженной и занимала много времени. К ней еще прибавилась дополнительная работа в больнице. Приходилось договариваться с медсестрами, чтобы они прикрыли меня на время моих тренировок. Иногда подобным образом принимал участие и в соревнованиях (в том числе - в марафоне "Дорога жизни"). После окончания ВМедА меня направили в Забайкалье врачом спецназа ГРУ. Там нашел таких же единомышленников, двоих из которых подбил на таежный марафон, а с одним из них мы отправились на 6-ти часовой забег по заснеженной тайге, прихватив с собой в дорогу банку сгущенки и краюху армейского хлеба. Потери жидкости восполнялись снегом.
   Соревнований в тех краях было немного. Первенство Забайкальского Военного Округа, на котором я занял 4-е место и часовой Селенгинский бег по гаревой дорожке стадиона. Народ к бегунам относился не очень доброжелательно, часто натравливали собак, бросали палки. На пробежку в сопки брал с собой охотничий нож, ведь иногда в тайге встречались и дикие звери.
   Затем было участие в вооруженном военном конфликте - 5 лет в Чечне, где занятия бегом продолжились. Беговой дорожкой выступала взлетно-посадочная полоса вертолетного аэродрома, затем двухкилометровая петля нашего гарнизона и 200-метровый круг самодельного стадиона. На взлетке дважды арестовывали, якобы из-за того, что мешал вертолетам. Однажды арестовали из-за того, что не отдал воинского приветствия командиру дивизии во время тренировочного кросса в военной форме.
   Раненые, больные, дежурства, боевые выезды (в один из них я был отброшен в кювет несущимся с горы КАМАЗом без номерных знаков). Вердикт травматологов: гемартроз коленного сустава. Пора переходить на велосипед. Обидно! В этот год показал свой лучший результат на Белых ночах - 2:31. Чтобы не потерять форму, тренировал левую ногу и руки: ходил на костылях по гарнизону. Месяц провел в гипсе. Три операции. Колено - как раздвижной ящик, кажется, что вот-вот выпадет из колеи. Спустя пять месяцев - первая пробежка, которая закончилась курсом вольтарена. Через месяц - повторная пробежка и старт на Чемпионате Украины среди ветеранов. Периодические инъекции противовоспалительных препаратов продолжались почти год, наколенник не снимал полтора года. Через три года мой лечащий врач - травматолог сказал: "Слава, ты первый, кто не хромает после такой травмы...Теперь я всем советую поскорее освобождаться от костылей!".
   Затем была клиническая ординатура на кафедре психиатрии в Военно-Медицинской Академии, г. Санкт-Петербурга. В этот период стал чемпионом города на 100 км, трехкратным чемпионом России в залах среди ветеранов на 3000 м, 1500 м, в эстафетном беге, попробовал суточный бег. С июля 2008 года живу, работаю и тренируюсь в Москве. Вступил в клуб IRC (internet running club), под ником ruukr. На сайте www.irc-club.ru я публикую свои впечатления об участии в пробегах. В 2008-м пробежал впервые ММММ, принял участие в зарубежных международных стартах. В ноябре выполнил КМС на Чемпионате России по горному бегу.
   Об этом эта книга. Также она дополнена рассказами, не вошедшими в три предыдущие "Тату", "Тату часть вторая", "Щодня или ...", но некоторые из сюжетов, по смыслу связанных с бегом, я взял и из них.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Солдат спит, служба идёт.
  
   Знакомство с армией началось в 1987 году, когда меня и моих одноклассников впервые вызвали в РВК (районный военный комиссариат), который находился на окраине города. Мы по очереди заходили к различным врачам, задававшим нам разнообразные вопросы. Было весело, так как, во-первых, это внесло разнообразие в череду уроков, а, во-вторых, освободило нас от них, в отличие от второй половины нашего класса. Эти медицинские комиссии в дальнейшем повторялись каждые полгода, и я мог наблюдать, как все меньше и меньше свободных граф оставалось в моей медицинской карточке. После одной из них мне выдали серую книжечку с моей фотографией и печатью, скрепляющей ее подлинность. На обложке было написано "Приписное свидетельство призывника". Кроме паспорта у меня появился еще один документ! Я все думал: "Зачем нас так часто вызывают, что должно измениться в нашем здоровье за прошедшие шесть месяцев?". Здесь мы впервые узнавали, кто и чем болеет, так как скрыть от любопытствующих глаз записи в карте призывника было невозможно. В конце 10 класса ко мне обратился мой друг Леша, решивший поступать в военное училище.
   - Сява, у тебя ведь зрение стопроцентное, не поможешь окулиста пройти?
   - Конечно, Лёша, без вопросов. Скажи, что надо делать?
   У Алексея была близорукость, степень которой, по-видимому, не позволяла ему стать курсантом Киевского ВВУЗа. Я в то время увлекался журналом "Здоровье", где читал запоем все подряд. Порою там давались дельные советы: изометрическая гимнастика, калорийность продуктов, специальные упражнения для глаз.
   - Ничего не делай. Называй буквы в 4-5-ой строчках снизу по таблице и всё! Представишься под моей фамилией.
   - Ну ладно, давай свою медицинскую карту.
   Наша авантюра почти удалась. Я назвал четвертую строчку снизу, чем очень удивил окулиста. Не знаю, какая острота зрения была у моего одноклассника, но после этого феномена мне стали подбирать новые очки. Врач надел на мое лицо оправу, в которую стал вставлять линзы. От них у меня все поплыло перед глазами, и я с трудом различал очертания букв, но продолжал называть их, вспоминая недавние ответы.
   - Скажите, молодой человек, как вы смогли улучшить свое зрение за прошедшие полгода? - вежливо поинтересовалась врач.
   - Гимнастикой... Прочитал в журнале "Здоровье" о новой методике, позволяющей без операции улучшить остроту зрения. Вращение глаз по часовой стрелке, чередуешь с вращением против часовой, затем делаешь пальцами массаж закрытых век. Еще необходимо использовать специальный текст, который также в журнале приводится. И так пять подходов в день по 10-15 минут каждый.
   Я нагло и уверенно врал о своих упражнениях, но в теории, методика складывалась из чего-то подобного.
   - А в каком номере журнала это опубликовано?
   - Точно не помню, июнь или июль прошлого года.
   - Спасибо, обязательно прочту. А вам, молодой человек, желаю не останавливаться на достигнутом результате!
   Не знаю, как Алексей проходил последующие медицинские комиссии, но в военное училище он смог поступить и успешно его закончил.
   В 1988 году впервые призывали Эдика - моего школьного друга. Мы дважды отмечали его проводы. С первого раза у него что-то не вышло с призывом, и его вернули обратно в нашу гражданскую среду ещё на один месяц. Перед тем, как провести так называемые "проводы", мы всей компанией дружно отправлялись в фотоателье, чтобы запечатлеть сей момент в эпических формах (на игрушечном четырехколесном коне с аналогичными пистолетами). Все это придавало особое значение нашему мероприятию.
   Друг ушел со второго раза и периодически напоминал о себе колоритными письмами. Попал он служить в "московский стройбат". Из его слов я понял, что в армии "если не ты кого, тогда тебя кто-нибудь", как в прямом, так и в переносном смысле. Письма отдавали особым жаргоном с некоторым полукриминальным оттенком, и мы, оставшиеся здесь, перечитывали их вслух во время наших посиделок. Становилось страшно от одного только слова "Армия!".
   Из нашей компании не все смогли нюхнуть армейского пороха. Сане (Кузьме) выдали "белый билет" по зрению и он продолжил осваивать гражданскую жизнь в качестве геолога поездками на Камчатку в поисках полезных ископаемых.
   Лёня - самый крупный парень из нашей компании "откашивал" от армии почти 10 лет, пока не вышел из призывного возраста. Он был массивного телосложения, я бы даже сказал, страдал ожирением. В пятом, а затем в шестом классах по его инициативе мы бегали на городском стадионе "Спартак" по 4-5 км. Это продолжалось в среднем не больше 2-3-х недель, так как Леня по мере углубления занятий придумывал небылицы о своем здоровье: то кости ломит, то сердце стучит с перебоями. Одному же мне продолжать пробежки было скучно.
   Эдик писал, что в армии "с таких жир быстро сгоняют", а "всех толстых, как правило, набирают в стройбат". Кроме этого Леня страдал близорукостью, что не придавало ему уверенности в обычной жизни. На 18-м дне рождении я ломал Лёне кости запястья правой руки, чтобы ему получить свою первую отсрочку. Обмотав столовую ложку вафельным полотенцем, я производил ему своеобразную "микроэвтаназию". Лёня для храбрости выпил стакан вина и решительно сказал мне: "Бей, Сява, не бойся!".
   - Я боюсь!
   - Не трусь, я ведь сам тебя об этом прошу.... Вспомни, как я тебе палец в автобусе сломал и в школьном туалете нос разбил до крови. Теперь твоя очередь!
   Когда-то в детстве Лёня учил меня затягиваться дымом подожженных спичечных коробков. Он и сейчас поражал меня знанием житейской мудрости и уличных законов. Кость я ему так и не сломал, видимо, пожалел, хотя бил, как мне казалось, со всей силой. Когда мы ушли, он, выпив полстакана домашнего самогона, сам нанес себе повреждение молотком. И на следующий день он "хвастался" перед нами свеженаложенным гипсом.
   Конечно, не все из нашей компании хотели остаться в домашних пенатах. Был и Олег, который почти два года отдал Афганистану. Вернувшись оттуда, он показался нам совсем другим человеком. Молчаливый, задумчивый, и лишь, когда был "под хмельком", он становился прежним веселым и беззаботным Олегом. После армии он вскоре женился, и наши встречи с ним стали носить эпизодический характер. В тайне я завидовал ему и мечтал увидеть то, что происходит там, в далекой стране. В нашем классе учились ребята, у которых отцы (дяди) воевали в Афганистане. В класс они приносили какие-то безделушки, сувениры, американские часы, японские магнитофоны, которые в нашем городе можно было купить только в комиссионном магазине. Но моей мечте не суждено было осуществиться, так как в марте 1989 года наши войска покинули Афганистан.
   Прошел почти год. Настала моя череда. От весеннего призыва меня спасла отсрочка, выписанная через спорткомитет Украины. В РВК отправили бумагу, что я готовлюсь к выступлению на первенство УССР, но от осеннего призыва никакие бумаги не спасли, так как на прошедших соревнованиях я выступил неудачно. Тренер договорился с представителями из Киевского СКА, что меня отзовут служить в Киев после принятия присяги, но надежды на это у меня было мало, и я честно стал готовиться пополнить ряды новобранцев Советской Армии.
   Последняя тренировка в легкоатлетическом манеже. Последние 10 х 500 м, последний накат на 1.16.6. Практически по личному рекорду. Но это уже мало радует, так как вечером будет последний ужин в кругу семьи и друзей.
   Проводы отмечали в двух смежных комнатах нашего дома. В одной - друзья родителей, во второй - мои. Я перебегал из одной комнаты в другую, внимательно слушал пожелания, напутствия, но, как потом выяснилось, запомнил мало чего. Приехали три однокурсницы из моей группы медицинского училища, где мне ещё предстояло бы проучиться семь месяцев. Была и "моя девушка", которая должна быть у каждого солдата. Ведь, как выяснилось в дальнейшем, без этого нет полноценного образа защитника Отечества. С ней мы незадолго до этого мероприятия познакомились (с помощью моего отца), и в дальнейшем никогда больше не встречались.
   Самые частые вопросы сослуживцев, задаваемые в армии: "Откуда родом?", на втором месте: "Есть ли у тебя девушка, и ждет ли она тебя?". Далее, в зависимости от темы: "Покажи фотографию или прочитай, что она тебе пишет...".
   Декабрьский вечер пролетел быстрым зимним мгновеньем. Четыре часа на сон и сборы в дорогу. Не знал тогда, что предстоящие два года службы растянутся на более длительный период.
  
  
   "И вот ты в армии..!" 20.12.1989 г.
  
   Утром лил дождь, чередовавшийся с мокрым снегом, который таял, касаясь земли. Надел немецкие туфли, чешский школьный костюм, поверх него ватную телогрейку, на голову кроличью шапку, собрал провиант в рюкзак, спрятал деньги в блокнот.
   Брать или не брать спортивный костюм и кроссовки? Ведь надо будет тренироваться, чтобы не лишиться спортивной формы. Решено, что все это родители потом вышлют посылкой к месту службы.
   Вся семья, вместе с моими друзьями к 7.00 отправились в районный военкомат, располагавшийся на окраине города. К нашим услугам в такой ранний час оказался фотограф, запечатлевший на цветное фото наше грустное расставание. Я, моя мама, отец, бабушка, сестра Вита, друзья (Эдик, вернувшийся из армии по приказу, как студент-очник после года службы; Кузьма, Толстый, Игорь). Слёзы женской половины перемешивались с каплями зимнего дождя и, если бы не печальные выражения глаз, то в этой темноте их бы не было заметно.
   В 8.30 военный комиссар выдал мне красную книжечку военного билета, (заменившую мне сданный паспорт на долгое время) которую я не успел вовремя закрыть, и капельки дождя оставили на первых двух страницах кляксы от расплывшихся чернил. Таким и остался мой военный билет на последующие годы - весь в кляксах и пятнах.
   В 9.00 нас построили, комиссар произнёс напутственную речь, от которой на душе стало еще тоскливей, и под звуки оркестра мы стали загружаться в автобус с военными номерными знаками.
   Затем был путь на сборный пункт, который находился на окраине Киева (у ж/д станции ДВРЗ). Разместили нас в какой-то многоэтажной казарме. Кто-то с кем-то корешился. Пытались договориться о дальнейшей службе со снующими везде "покупателями". Так называли прапорщиков и сержантов, прибывших на отбор молодого пополнения. Кто-то уплетал домашние заготовки. Каждый пытался убить время по-своему. Целый день прошёл в непонятном ожидании. Раз в десятый нас еще осмотрели врачи. Кто-то пытался симулировать психические болезни криками и припадками, кто-то чем-то другим. Это был последний буфер, когда еще можно было зацепиться на гражданке. Но врачи с невозмутимым видом ставили в наших картах - "Здоров. А - годен к военной службе". Тех, кто "болел", определяли в стройбат.
   Весь день родители ожидали моей отправки за воротами КПП, но она так и не наступила. За пару бутылок водки и/или червонца сверху отпускали на ночевку домой. Но расслабляться не хотелось, и я сказал им, что останусь ночевать здесь. Ушел...Обратной дороги нет.
   Настала ночь. Нас разместили на двухъярусных нарах, на которые мы улеглись, не раздеваясь и не снимая своих телогреек. Я удивился отсутствию белья, подушек и одеял, но в дальнейшем понял, что подобные неудобства в армии встречаются часто. Сегодня подушками служили рюкзаки с провиантом, а одеялами наши ватники. Я предпочел второй ярус, так как считал это некоторой диковинкой для себя. В 22.00 прозвучала команда "Отбой", и вскоре был потушен свет во всей казарме. Спать не хотелось, да и окружающие не давали. Всем хотелось поделиться впечатлениями от первого дня, проведенного в армии. Но после зычного голоса сержанта, прогремевшего, как пушечный залп: "Если услышу хоть один шорох, источник будет на всю ночь откомандирован подметать плац, убирать туалет, чистить картошку и .... хватит для всех!". Это было мощным аргументом, после которого захотелось поскорее заснуть.
   Среди ночи меня разбудил шепчущий голос, просящий денег. В то время был очень распространен гоп-стоп. Это мелкий вид вымогательства, во время которого к тебе подходят и требуют денег или снимают с тебя какую-нибудь понравившуюся вещицу. Причиной для вымогательства может быть всё что угодно. Например: отсутствие связей с кем-нибудь в данном районе Киева, более-менее приличный внешний вид, просьба о помощи, чтобы откупиться перед кем-нибудь. Таких вот гопстопников видно издалека по ищущему что-то в толпе взгляду. Как-то мне даже пришлось пробежаться несколько сот метров по улицам от преследователей в Дарнице, так как силы наши были неравны.
   Сейчас же по манере общения, доводам было понятно, что это один из "культурных" представителей данного направления. На сей раз притча заключалась в том, что одного из призывников замела милиция и требуется определенная сумма для его выкупа. Расчет был поставлен на то, что у сонного человека сработает жалость к несчастному бедолаге, ночью же все повышенно внушаемы, да и заодно, в случае отказа, содержимое карманов так легче проверить. Мой червонец лежал под обложкой блокнота, и я "честно" ответил, что помочь не могу. Молодой человек что-то пробормотал и переполз на койку моего соседа.
   Так прошел первый день моей службы. Впереди ещё 729!
   На следующее утро, кое-как сформировавшись в команду из 87 человек, меньше всего похожих на потенциальных военнослужащих, мы выдвинулись на станцию ДВРЗ, где сели в электричку Киев-Нежин. Сопровождающие нас прапорщик и старшина никому не сказали о предполагаемом маршруте следования и станции назначения. Всё держалось в тайне. Пассажиры вагона сторонились новобранцев и предпочитали перейти в соседний вагон. Шум и галдёж сопровождались поеданием пищи, выпивкой, анекдотами, азартными играми, выяснениями отношений, нецензурной бранью. Старшина рассказывал нам байки о службе, при этом за какие-то "подарки" кому-то чего-то обещал.... В пути делались остановки. Мы пересаживались с одного поезда в другой. На вокзалах покупал почтовые открытки, оставлял на них свои заметки для родителей из разряда: "Доехал до Нежина, следую в Чернигов" и опускал их в почтовые ящики. В Чернигове с новым товарищем мы сбежали в первую самоволку. Город для меня был знакомым. Два предыдущих года я приезжал сюда на ежегодный пробег, посвященный освобождению Чернигова от немецко-фашистских захватчиков. Но тогда были другие ощущения. Сейчас же нам казалось, что теперь разрешено практически всё. Вот мы и взобрались на высокий постамент памятника танку Т-34 - освободителю города от НФШ (фашистов).
   В четыре утра мы приехали на железнодорожную станцию Горностаевка, находящуюся на границе с Белоруссией. Маленькая черниговская деревенька, затерянная в лесах. Сейчас это таможенный переход, но тогда она ничем не выделялась среди окружающих деревень. Вышли из вагонов, посчитались, дабы командиры могли удостовериться, что никто не остался спать в вагонах и, выстроившись в колонну по двое, выдвинулись по лесной тропинке. Километра четыре мы шли пешком, перемешивая лесной песок и грязь под сонные команды старшины, сочетающиеся с колоритными украинскими выражениями.
   На месте дислокации нашей части были к шести утра. На заборе написано "ЧВВАУЛ". Что это такое, тогда никто не знал. На воротах привинчены пропеллеры самолетов.
   Завели в холодный актовый зал, который был одновременно и Ленинской комнатой части, где для нас в течение полутора часов проводилась беседа о том, кем мы теперь стали и какая уголовная ответственность нам причитается за совершение побега. В новой для нас интерпретации это звучало, как "самовольное оставление части".
   Здесь же в актовом зале было приказано упаковывать все ценные вещи с туалетными принадлежностями в пакет и сдать в каптёрку (комната для хранения личных вещей солдата) на хранение под алчно и хитро улыбающиеся взгляды старшины и каптёрщика. Рюкзаки с едой было рекомендовано выбросить. Кто-то запихивал себе колбасу и сало в карманы, кто-то доедал остатки домашних пирогов на ходу. Но когда встали в строй, все карманы были проверены сержантами, а для особо непонятливых военнослужащих было доведено, чем может грозить невыполнение воинского приказа. Покормили нас на завтрак перловкой и вареным салом и разместили в дощатой казарме по кубрикам, где с трудом можно было протиснуться между двухъярусными кроватями. От холода зуб на зуб не попадал. Про выдачу постельного белья не вспомнили. Да оно и не понадобилось бы, возможно, так как раздеваться в таком холоде не хотелось. От подушки и одеяла исходил запах сырости с каким-то химическим оттенком. Несмотря на предыдущую бессонную ночь, сна не было. В голове роились мысли, связанные с домом и с тем, чем бы мог заниматься в это время там. Эти мысли чередовались с ощущением какой-то неясной угрозы, исходящей от старослужащих. Бросался в глаза контраст между требованиями, предъявляемым к нам и теми вольностями, которые они себе позволяли.
   В 10.00 прозвучала команды "подъем" и "выходи строиться на утреннюю физическую зарядку". Какая зарядка? - пронеслось в голове, ведь почти никто не спал.
   Затем нас построили на импровизированном плацу, находившемся на футбольном поле. Сержанты стали обучать нас первым премудростям армейского быта. Несколько раз мы выбегали из казармы, становились то в колонну, то в шеренгу и разбегались.
   В туалет мы теперь ходили строем (в колоннах по шесть, с периодической маршировкой) - всей ротой, запевая ротную песню, разученную накануне.
   В солдатской столовой, представлявшей собой маленькое затхлое помещение с кислым запахом и почерневшими от времени и сырости стенами, основным строевым упражнением для нас было "сесть-встать". Все это происходило под "гогот" и одобрительные выкрики со стороны поварского состава столовой. Он представлял собой таких же солдат, но, судя по их внешнему виду, не испытывавших дефицита в еде и времени. Затем, когда сержанты добивались синхронизации нашей посадки, очередь переходила к раздатчикам пищи, от которых тоже требовалось аналогичное умение. Соответственно, времени на прием пищи отводилось считанные минуты. После этого раздатчики накладывали огромной поварешкой пищу из огромного чугунного котла в наши алюминиевые тарелки, к которым было брезгливо прикасаться, так как мыли их, по-видимому, в холодной воде.
   Хорошо, что пища к этому времени уже была не горячей и быстро поглощалась. Кормили скудно и мало, через час о том, что был прием пищи, желудок успевал забыть. Брать с собой кусочки хлеба из столовой категорически возбранялось. За первые пять дней пребывания в учебке я лишился пяти килограммов (но об этом я узнал позже).
   Построение в поле. Точнее, сержант назвал это плацем, так как накануне трое солдат лопатами под его руководством сделали разметку. Командир батальона новобранцев - майор Петренко. О нём мы говорили только шёпотом и с придыханием. Каким далеким и всемогущим он мне тогда казался. Сколько власти он имел! Ведь отсюда нас должны будут еще раз распределить по войскам нашей Родины. Радовало, что мы недалеко уехали от Киева; значит, географической ареал нашего дальнейшего распространения будет небольшим. Везунчиков же могут оставить в учебке и сделать из них сержантов через полгода. Вступительную речь майора мы слушали, затаив дыхание. Понятно из произнесенного, сдобренного русским матом, монолога сквозь его шикарные буденновские усы было не всё. Ясно, что теперь мы - солдаты, носим погоны, живем по распорядку и Уставу, служим Родине и должны быть ей благодарны за возможность провести в армии два года! У кого возникнут сомнения на этот счет, тот может продлить свое пребывание в вооруженных силах на неопределенное время. Для особо непонятливых есть альтернатива в виде дисциплинарного батальона.
   Вечером после ужина нам выдали военную форму: пара кирзовых сапог, зимние портянки, две пары белья (теплое и холодное), форму х/б (хлопчатобумажная форма, знакомая мне по киносъемкам об Отечественной войне), шинель, двупалые рукавицы, шапку, подворотнички. Всю гражданку было приказано отдать на ветошь в каптерку. Поздно вечером нас на машинах повезли в сельскую баню.
   Баня. Перед входом нас оценивали представители старшего призыва. Старательно запаковывали вещи в какие-то ящики, которые должны были быть отправлены нашим родителям домой (моя посылка так и не дошла до адресата). Старослужащими проверялось наличие "лишних" денег, наручных часов. У солдата ничего не должно быть лишнего, личного. Всё - единообразное!
   Мылись 10 минут, группами по 10 человек. Вода подавалась либо очень горячая, либо наоборот, шла ледяная. Краники для регулировки ее температуры отсутствовали. Поэтому приходилось стоять в стороне от сбегающих струй и ладонями черпать её. С трудом на мокрое тело налезало бумазейное белье, которое впитывало в себя влагу, так как площадь выданных вафельных полотенец не могла вытереть тело насухо. Размер одежды на всех также был один 46/3. На особо крупных парнях оно трещало, рвалось и расходилось по швам. Это вызывало смех и циничные комментарии со стороны старослужащих. Форма также выдавалась из принципа единообразия и поэтому мы скорее походили на военнопленных, нежели на советских солдат, вступающих в армейскую жизнь. Затем настали премудрости подшивания, пришивания погон, петличек, шевронов на х/б, пэ/ша (полушерстяной комплект формы одежды), шинель, пуговиц, эмблем; прокалывание шапок под кокарды.
   Подшивались долго. Сержант тщательно проверял качество, измеряя линейкой необходимые миллиметры. Непонравившееся рукоделие сдирал. Так продолжалось достаточно долго. Предлагали услуги старослужащие. На все имелись расценки. Полный комплект стоил 25 рублей. Находились те, кто не сдерживался и отдавал. Первые сутки учебки, казалось, вместили в себя более 24-х часов. Когда же они закончатся и наступит достойная военная служба? Та, которую привык наблюдать на экранах телевизора, та, о которой так заманчиво пишут наши советские писатели.
   Я вспоминал стихотворение "Швачка" (швея) Т.Г. Шевченко из школьной программы. Рученьки липнуть, злiпаються вiченькi, боже чи довго тягти? З раннього ранку до пiздньоО нiченькi голкою денно дерти..." (руки устали, слипаются глаза, боже, сколько осталось? С раннего утра до поздней ноченьки иголкой постоянно работать). Это про уставшие руки, глаза и иголку с ниткой.
   После подшивки особое внимание уделялось клеймению обмундирования разведенной хлоркой из бачка в туалете. При этом спичечная головка опускалась в хлорку и обрисовывала написанные шариковой ручкой буквы (ФИО, дата призыва и номер военного билета), последние также имели свои размеры и правила написания.
   На следующее утро подъем в 5.50, зарядка, состоящая из приемов строевой подготовки и уборки территории...
   Так продолжалось семь дней. Не знаю, по каким принципам нас сформировали в команду из 20 человек. На продовольственном складе нам выдали сухой паек, посадили в дизель-поезд, и он повез нас в необходимом направлении. Никто не знал - куда, но прошел слух, что нам повезло. Первым делом опустошили содержимое сухого пайка, состоявшего из перловой каши с прожилками говядины, заспиртованного хлеба, брикета сухого гороха. Все было проглочено сразу, несмотря на внешнюю непривлекательность содержимого. Но и этого оказалось мало. Голод продолжал мучить. Пассажиры угощали нас, кто чем мог, и мы, не стесняясь, брали подношение.
  
  
  
  
  
  
  
   Харьков. ХВВАИУ.
  
   Здесь было продолжение службы. Хороший город, бывшая столица Украины. Но увидеть его мы могли лишь сквозь щель брезентового навеса грузового автомобиля, который доставил нас в район под названием Лысая Гора. Нас привезли в Харьковское Высшее Военное Авиационно-инженерное училище - ХВВАИУ. Повезло! Ведь обеспечивать учебный процесс в училище - "халявное" дело. Однако, на самом деле, это было не так, как казалось вначале. Дух старослужащих и порядков, навязываемых ими, присутствовал везде. Нас, как солдат, не принявших военной присяги, окрестили "духами". И всё первое время выкрики со стороны иных солдатских каст "Духи, вешайтесь!" долго преследовали наши марширующие ряды.
   Белорусский сержант Пейшель, поставленный руководить нашим взводом, казалось, никогда не забудется. Началось всё с карантина. Что это означало, никто не знал. Но было очень плохо.
   Всех молодых солдат разместили в одной казарме. По ночам приходили старики и устраивали нам смотрины: отрывали пуговицы, сравнивали объем талии и головы, устраивали нам учебные тревоги. За деревянной перегородкой казармы жили стройбатовцы, которые после ухода наших "экзаменаторов" продолжали вбивать азы армейского бытия. На каждую метко брошенную фразу необходимо было дать ответ, как правило, одновременно всеми 40 голосами нецензурного содержания; чем громче, чем лучше. Ночи были бессонными, так как состояли из тренировок на одевание. Злосчастные сорок секунд - пока горит спичка. За это время надо было спрыгнуть с кровати, одеть и застегнуть обмундирование, намотать портянки. "Намучившись" с нами до двух - трёх часов ночи, сержанты шли спать, оставляя нас пришивать оторванные пуговицы и устранять выявленные недостатки.
   Голод преследовал постоянно. Худели на глазах. Ели все, что жевалось. Особенно вкусной показалась мне подмороженная рябина, которую не успели склевать снегири. Тогда она напомнила по вкусу изюм. Кто не курил, начинал курить. Во-первых, время перекура - это время отдыха. Чем больше перекуров, тем больше отдыха. Во-вторых, в курилке появлялась возможность обсудить то, о чем в казарме нельзя было и заикнуться. Но и здесь возникали проблемы, связанные с поиском сигарет. Как правило, собирались окурки ("бычки" в армейском сленге), остатки табака смешивались и набивались в самокрутки из вырываемых листов от подшивок газет, находившихся в ленинской комнате. Эти окурки выискивались по всему периметру нашей части во время уборок территории и прочих "мероприятий".
   Всё, что каким-то образом уцелело в Горностаевке из ценных вещей, безропотно отдавалось сержантам и старослужащим. Но мой блокнот и спрятанные в нем пять рублей еще долгое время хранились, как НЗ (неприкосновенный запас). Купить на них что-нибудь из еды было невозможно, по той причине, что в чайную нас не отпускали, так как нам это удовольствие было не положено по сроку службы, да и денег у нас тоже теоретически не должно было быть. В дальнейшем я все ж таки пробрался в чайную в компании с новым товарищем, но наш обед был замечен черпаком. Об этом было доложено сержанту, и наказание не заставило себя долго ждать. Наряд на работу в туалете и три наряда по службе вне очереди.
   Как-то проходил мимо курсантского стола, где после завтрака остались кусочки рафинада, я постарался взять, сколько поместилось в руку. И поплатился. За мной шел контрактник-старшина. Пять нарядов вне очереди - сутки через сутки. Самое распространенное в последующем взыскание. К чувству голода прибавилось чувство постоянного недосыпания. Когда мне говорили, что можно спать на тумбочке, - я удивлялся. Можно спать: сидя, стоя, лёжа на столе, на подоконнике и в других не менее привлекательных условиях. Все это я опробовал на себе. Первую свою ночь в первом же наряде я спал на подоконнике казармы шириной 30-40 см.
   Иногда, с наряда могли снять и, предоставив тебе несколько часов на "отдых", посылали в наряд повторно. Причина снятия могла быть разнообразной, но она, как правило, всегда находилась: мусор в казарме, строевая стойка хилая, ремень затянут не по сроку службы, голос тихий или невнятный и многое другое. Дополнительно ко всему этому командир взвода предпочитал устраивать для нас проверку бдительности. Во время полагающегося в наряде отдыха отстегнет штык-нож с ремня и спрячет у себя в кабинете. Некоторое время пытаешься найти пропавшее оружие. Не находишь и идешь докладывать вместе с дежурным по взводу о пропаже. Он дает время на еще одни поиски - один-два часа. При этом напоминает об уголовной ответственности военнослужащего за пропажу (хищение) оружия. В конце концов, когда уже готовишься морально к предстоящей ответственности, а в душе образовывается вакуум от неминуемого наказания, он вызывает к себе в кабинет и, самодовольно бросая штык-нож на свой стол, снисходительно заменяет лишение свободы пятью нарядами вне очереди.
   В перерывах между нарядами происходило изучение общевоинских уставов, занятия по политпросвещению, в которых нам сообщалось о потенциальных врагах социалистического строя, наших союзниках в деле победы коммунизма во всем мире. Теорию заменяла иногда строевая подготовка, где мы часами на подмерзшем, скользком плацу учились строевому шагу и строевым приёмам без оружия. В вечернее время - обязательный просмотр программы "Время" и написание писем домой; подгонка обмундирования, уборка территории, работа на мусорной свалке. Всегда необходимо было создавать вид двигающейся машины.
   "Солдат без дела не должен находиться! Если ты просто сидишь, - значит, в следующее мгновение ты будешь работать!" Это один из первых постулатов армейской жизни, запечатлевшийся у меня на заре военной службы. "Всегда найдется тот, кто сможет тебя заставить, уж можно не сомневаться!" Я искал и находил "полезные" с точки зрения времяпровождения для себя занятия. По крайней мере, это удовлетворяло меня больше, так как фронт и направление работ определялись мною. Это могла быть, например, длительная обработка солдатской бляхи от поясного ремня.
   Сначала она (бляха) ушком швейной иглы тщательно нацарапывается, затем "нулёвкой" (наждачной бумагой) зачищается. После этого на шинельный лоскут лезвием бритвы мелко нарезается дефицитная "паста гойя" (твердая зеленая масса, происхождение которой и появление ее в казарме никто никогда не знал), никогда не встречавшаяся мне ранее, но безумно популярная и дорогая вещь в армии. Далее она впитывается в этот лоскут и им натирается все то, что может блестеть: пуговицы, кокарда, бляха. Причем, бляхе солдатского ремня придавалось колоссальное значение. Она быстро окислялась, тускнела на влажном воздухе и требовала обработки по нескольку раз в день. За нечищеную бляху любой старослужащий "пробивал" тебе грудную клетку, т.е. следовал удар кулаком в область грудной клетки. Нечищеная или случайно расстегнутая пуговица на кителе отрывалась иногда с остатками материи и последующим ударом. Следующим элементом служили сапоги. Но здесь - без слов. "Сапоги - зеркало души", - улыбаясь сквозь редкие усики, сказал сержант Пейшель на утреннем построении. Далее следовал поясной ремень. Он должен был затянут таким образом, чтобы между ремнем и животом не пролез и палец. Окружность талии новобранца (духа), которая определяла длину ремня, измерялась по окружности головы на уровне подбородка и темени. Тучных солдат "пучило" от таких примочек. Лица их синели, краснели, и после пары пинков им разрешалось расслабиться. На свободном внутреннем крае ремня мы вырезали зубчики. Каждый зубчик - месяц службы.
   Многие события, происходившие вокруг, мне казались непонятными и абсурдными. Свои первые свежие впечатления я пытался запечатлеть на бумаге и писал сам себе письма, которые отправлял домой с надеждой, что мои родители не станут их вскрывать, и они дождутся моей демобилизации. В них я пытался анализировать свое состояние через размышления, делился своими мыслями, и от этого мне становилось легче. Как потом оказалось, эти "впечатления" поразили моих родителей, так как они думали, что я нуждаюсь в медицинской помощи. Всё было отправлено в мусор. А жаль! Подобное больше не переживалось.
   Был ли Новый 1990-й год? Был, но не для нас и не в этот раз. Мы сидели в Ленинской комнате вместе с командиром роты. На столах скудно расставлены бутылки лимонада, печенье, по яблоку на человека.
   - Ты чего бы хотел сейчас, Слава? - спросил у меня Ахмед из Таджикистана, когда мы пили "Ситро" под бой курантов Спасской башни и речь первого президента СССР.
   - Я бы...? Да, наверное, как и любой из здесь присутствующих оказаться поскорее дома. Надеть кроссовки, спортивный костюм, выбежать в заснеженный лес, отдавшись вихрю скорости, и забыть это, как кошмарный сон...
   - Давай выпьем за то, чтобы наши желания поскорее сбылись?!
   В дальнейшем мы часто общались с ним, описывая друг другу, как выглядит наша Родина за забором КПП. Ахмед не мог поверить, что в Пасху принято разбивать вареные крашеные куриные яйца и на слова "Христос воскресе!", отвечать "Воистину воскресе!", сопровождая это трехкратным поцелуем.
   - И что, я могу подойти к первой девушке и сказать ей "Христос воскрес!" и поцеловать её три раза, а она не позовёт милицию?
   - Можешь, Ахмед!
   - И когда эта ваша Пасха будет?
   - В конце апреля, в последнее воскресенье.
   - Поскорей бы!
   С его стороны он обучил меня трем десяткам основных таджикских слов, русскую транскрипцию которых я записал у себя в блокноте. Но, как-то после ссоры, сопровождающейся использованием мной ругательных выражений нерусской направленности, он вырвал их из моего блокнота. "Другой менталитет!" - подумал я тогда.
   Командир роты после команды "отбой" ушел встречать праздник в кругу домочадцев, а мы еще долго слушали продолжение банкета со стороны старослужащих. Не обошлось и без обязательных построений и сорокасекундных одеваний.
   Карантин должен был скоро закончиться. Прошел месяц службы. Старики, завидев издалека нашу колонну, кричали нам вслед: "Духи, вешайтесь!". Скоро должна была состояться присяга, текст которой мы заучивали под присмотром замполита. А после присяги нас должны были перевести по подразделениям.
   Как и полагается, нас вывезли в заснеженный стрелковый тир, где каждый военнослужащий, из положения лежа, выстрелил из винтовки образца начала ХХ века по три патрона, внеся, таким образом, свой вклад в дело защиты Родины от потенциальных врагов, о которых нам постоянно рассказывал замполит на занятиях по внешней политике СССР. Теперь же можно было спокойно приступать к принятию военной присяги.
   Два вопроса, которые интересовали всех в день 19 января 1990 года: с каким оружием мы будем сдавать присягу (дадут ли курсантские автоматы?), и кто к кому приехал? Не знаю, каким образом наши родители узнают о дне присяги, но не приехать к сыну в армию на присягу считается большим упущением в воспитании. Хотя к ребятам из Средней Азии и Закавказья так никто и не добрался, но они не показывали обиды и мы, как могли, утешали их, по-братски делясь с ними домашними пирожками и конфетами.
   Приехала мама с младшей сестрой Витой. Сестре было 9 лет и для нее это было не меньшим праздником, чем для меня (поездка в другой город на присягу к брату).
   Нас переодели в парадную форму одежды, ведь не могли же мы показаться перед родными в том засаленном, малоразмерном, перешитом, смешном одеянии, что прикрывало тело солдата повседневно. Форма была всем к лицу и создавала героический образ защитника Отечества.
   Автоматы получили курсантские, так как нам оружие не было положено по штату. Большая радость держать в руках настоящий автомат Калашникова после того, как кроме веника, швабры и лопаты ты ни к чему не прикладывался! Сразу активизируются древние инстинкты защитников-воинов, повышается статус, чувствуешь себя героем.
   Нас построили в музее военного училища в две шеренги. Родственников разместили на левом фланге. По два человека нас вызывал командир автороты из строя, и мы, перебивая друг друга, каждый в своем ритме читали текст присяги. Он был длинный, не то, что ее современный аналог. Каждый читал со своей скоростью, и со стороны это было похоже на словесный каламбур. Хотя, когда читаешь ее текст, кажется, что совершается какое-то священнодействие, и все окружающие звуки перестают для тебя существовать. Есть только ты, красная корочка адресной книги, цевьё автомата и деревянный приклад, сжимаемый в руке. Даже сдача школьных экзаменов по накалу не была сродни принятию военной присяги. Девчонкам этого никогда не понять!
   Не у всех выходило гладко с чтением, несмотря на то, что текст многими был выучен наизусть. Был у нас рыжий киргиз - Монсур, который знал русский лишь с неприглядной, матерной стороны и общался с нами через более продвинутых земляков. Текст присяги он повторял предложение за предложением после командира роты. Со стороны это выглядело комичным и вызывало эмоциональный отклик у половины присутствующих. Казалось неправдоподобным, что кто-то может быть неграмотным и не знать русского языка!
   Далее нас ждал праздничный обед. В этот день еда у нас не отбиралась, и время неограниченным. Были выданы даже яблоки (по одному на человека). Затем родители преподносили домашние заготовки нашему командиру и нас, соразмерно с этим, отпускали в увольнение. Перед этим в течение часа нас инструктировали и спрашивали о знании обязанностей солдата в увольнении и правилах нахождения в городе.
   За прошедший месяц оказалось, что можно было забыть о существовании другой жизни за забором. Все казалось таким далеким и нереальным. Я чувствовал, что мой статус поменялся.
   Гостиница, торжественный ужин в ресторане, домашние пирожки, рассказы, напутствия, слезы, прощание. Увольнительная пролетела мгновенно. Осталась надежда на то, что скоро меня вызовут в спортивную роту.
   Пришел тот день, когда нас разбросали по подразделениям. Приходили сержанты, вглядывались в наши лица и выбирали достойнейших из достойных. Первой была сформирована авторота. Затем взвод охраны, пожарная команда, радиоузел. Оставшихся от делёжки новобранцев забрали во взвод материального обеспечения по остаточному принципу.
   Взвод охраны. Все тот же сержант Пейшель. Прапорщик Колесников - командир взвода охраны. Первые настоящие начальники и командиры. "Военнослужащие, согласно воинскому уставу, делятся на начальников и подчиненных". Сколько всего мы желали тогда этому белорусскому парню, который заставлял нас скоблить лезвием бритвы кафель на полу в умывальнике, часами чистить писсуары и унитазы с использованием мыслимых и немыслимых средств. Затем своими руками он проверял качество проделанной нами работы и жестоко наказывал провинившихся повторными продолжительными работами на унитазах. Меня тогда поразило отсутствие чувства брезгливости у него и настойчивость в контроле исполнения приказа. Наряды сыпались один за другим.
   Все солдаты объединяются в земляческие группы. Этот принцип стадности очень прослеживался во всех подразделениях. Причем у солдат, призванных с Кавказа и Средней Азии, он выражен ярче. Так и мы создали свою киевскую группу. Но противопоставить себя азиатским группам она не могла. Поэтому нам, славянам, доставалась самая грязная, самая черная работа. Поэтому, наверное, никто из нас не был каптёрщиком, поваром, хлеборезом. Может быть, это связано с отсутствием практицизма в русской душе.
   Так или иначе, я принял решение "завязываться" на медицинском пункте. Имевшиеся за плечами полтора года обучения в медицинском училище давали на это право. Появившиеся в это время новые друзья (киевляне Пашка и Виталик) подталкивали меня к этому. Ведь неизвестно, вспомнят обо мне в спортроте или нет, а в медпункте можно заниматься любимым делом, там всегда тепло и уютно.
   В конце января кто-то из санинструкторов предложил мне прокатиться по вечернему Харькову, посмотреть город. Мол, главное, симульнуть аппендицит, а там машина-санитарка в нашем распоряжении. Пару часов можно будет кататься по городу, а если повезёт, можно познакомиться и с девушками. Для чего...? Не имело смысла.... Но идея оказалась занятной, и я готов был пожертвовать собой ради общего блага. На уровне медицинского пункта всё прошло успешно. Даже температура подпрыгнула до 37,5. Но, когда вопрос встал о погрузке в санитарку, все планы о приключениях перебил старший машины, которым оказался дежурный по автопарку прапорщик С. Деваться было некуда. Машина заведена, прапорщик занял место старшего автомобиля. Пришлось ехать в госпиталь. Олег - санинструктор успокаивал меня тем, что теперь можно будет отдохнуть некоторое время от службы. Я же беспокоился за свой живот еще больше, так как подобным образом не хотел зарабатывать себе на отдых.
   С жадностью мы всматривались в огни вечернего Харькова и представляли, как могли провести время при ином раскладе.
   Долго и тщательно хирург расспрашивал меня о моих жалобах, собирая анамнез моего заболевания. Затем длительно пальпировал мой живот, заставляя принимать разнообразные положения. Я волновался и путался с характером болей, сбивчиво поясняя об их мигрирующем характере. Но когда встал вопрос о немедленном проведении операции, все жалобы улетучились. Что тогда меня удержало? Возможно, слишком откровенная игра, возможно, доброта хирурга или его лень. Все это не прошло просто так. Пять дней я "мужественно" пролежал в лазарете, исполняя роль выздоравливающего пациента. Сдавал анализы, измерял температуру тела, ловил на себе сочувственные взгляды окружающих. Но дело шло на поправку, и вскоре меня выписали. История закончилась успешно. Я немного отъелся на дополнительных харчах. Но во взводе это не нашло поддержки. Ежедневный груз забот взвалился на мои плечи с ещё большей силой.
   Работы во взводе охраны было много. Что мы охраняли, я так и не понял. По логике объектом охраны мог быть учебный аэродром, но в караул по аэродрому солдат не брали. Руководством училища вся ответственность была возложена на обучающихся курсантов. Большую часть времени проводили на каких-то стройках, в частных домах, в подвалах. По вечерам загружали мусоровозки. Это было самое грязное и неприятное занятие, выполнение которого "доверяли" солдатам-новобранцам. Зима, сверху снег, стоишь по колено в отходах, из-под которых поднимается пар, грузишь лопатами, руками все это в машину. Одежда пропитывается какой-то влагой, посторонние элементы присутствуют везде: в карманах бушлата, кирзовых сапогах, в портянках, на шапке. Порою возникают позывы на рвоту, с трудом сдерживаемые. С крыши за тобою наблюдает сержант, лениво выкуривающий сигарету за сигаретой и периодически подгоняющий нас: "Быстрей-быстрей, духи, холодно!"
   Этот калейдоскоп, во время которого не знаешь, где тебя ожидает очередной блок работ или наряд продолжался целый месяц.
   Мама во время приезда на мою присягу ободрила меня: "Скоро попадешь, сынок, в спортроту и все будет в порядке!" Я уже не верил. Но стал тренироваться. Зимой, в п/ш, в кирзовых сапогах, наматывал километры по километровому училищному кругу в часы, отведенные для просмотра программы "Время". По дороге мне встречались одетые в спортивную униформу офицеры, курсанты, которым я в душе завидовал. От бега в сапогах сбивались портянки, и вскоре появились кровяные мозоли и исчезли ногтевые пластинки. Но идея была выше. Ее ничто не могло остановить: ни насмешки окружающих, ни отсутствие сменной одежды, ни полуголодный рацион, ни чередующиеся наряды. Так прошел еще один месяц военной службы и, в конце концов, я довел свой ежедневный километраж в кирзовых сапогах до 20 километров. У каптерщика выменял запасной комплект нательного белья и портянок, который поддевался под п/ш.
  
  
  
   Спортрота. Киев.
  
   Не ожидал, что спустя два месяца окажусь дома. Офицер, следовавший в штаб округа, привез меня в Киев и сдал в СКА. Мне предложили тренера, чтобы результаты росли, сказали о режиме тренировок, нарядах, обязательных построениях и отпустили домой. Я не верил своему счастью, когда возвращался от метро Пионерская в родном автобусе домой! Бритый наголо, одетый в такое все чужое и неудобное для меня, держа за спиной вещь-мешок с деревянной биркой, на которой была выжжена моя фамилия.
   На следующий день я приступил к двухразовым тренировкам и занятиям в медицинском училище. Оставалось полгода до выпуска. Директор училища пошла мне на встречу, разрешив экстерном сдать зимнюю сессию и отработать пропущенные часы. Девчонки поздравляли с возвращением. Жизнь пошла своим чередом.
   Еженедельные построения и наряды не сильно отвлекали меня. К новому тренеру я приспособился быстро, и его жесткая система меня устраивала, хотя иного выхода и не было. Те мимолетные посещения СКА запомнились лекциями на тему спорта, общениями с боксерами, один из которых проиграл мне в армрестлинге, а второй попытался продать гвардейский знак за пять рублей.
   Периодически устраивались соревнования: первенство округа, ВВС, тренировочные сборы. Результаты были невысокими, но мне ничего не угрожало. Медучилище закончил с красным дипломом, получив который, убежал на очередную тренировку и в суточный наряд по СКА. Так и не отметил наш выпускной вечер.
   Запомнился Чемпионат ВВС СССР по кроссу, проходивший в городе Чирчике Узбекской ССР.
   В Чирчик мы прибыли в конце ноября. Летели на военном самолете, с посадкой и ночевкой в Ворошиловграде. У нас уже выпал первый снежок, а там столбик термометра днем достигал двадцатиградусной отметки. Здесь мне предложили выступить за ЮГВ (южная группа войск). Что это такое и где это находится, я тогда не знал, но согласился. Там я впервые познакомился с уровнем советского армейского спорта: это, когда спортсмену заказываются и шьются специальные сапоги из очень тонкой кожи на специальной подмётке по индивидуальным меркам ноги атлета. В те времена было трудно купить кроссовки местных производителей. На Украине было лишь две фабрики, выпускающих спортивную обувь, пригодную для бега: "Киев-спорт", "Львов-прогресс". Московский "Adidas" был уделом избранных и в магазины не поступал, распространялся по блату через знакомых. Чтобы купить что-нибудь подходящее, приходилось по очереди объезжать магазин за магазином. Поэтому, увиденное здесь представлялось мне военно-спортивной фантастикой. Ведь в те времена я был далек от профессионального спорта. Завоеванные на любительских стартах призы, были скромными, их нельзя было сравнить с предлагавшимися здесь жизненными бонусами.
   Меня выставили на трехкилометровый кросс. Трасса представляла собой сильно пересеченную узкую полоску, кое-где отмеченную флажками. Она проходила через жилой поселок, наполовину была каменистой, и шиповки скользили по гладким камням. На одном из кругов во время крутого подъема дорогу перегородило стадо овец. Заминавшиеся после забега, бегуны помогли нам сделать проход между ними, расталкивая баранов ногами. Прибежал я где-то в середине забега. За показанный результат мне подарили модную шапочку "петушок", привезенную из Венгрии, которой я был очень рад, так как такую можно было достать только по блату.
   Не мог не удержаться от соблазна, чтобы не съездить в близлежащий Ташкент на городской рынок. Такого рынка я никогда не видел. Изобилие фруктов, восточных сладостей, невиданных мною ранее продуктов. Здесь разрешалось пробовать все в любых количествах, чем мы и злоупотребляли. Выбрал тогда для своей семьи самый большой арбуз весом 19 кг. У торговцев бахчевыми культурами не хватало гирь для его взвешивания и они воспользовались подручными средствами (бутылками, кирпичиками мыла и др.). Благо домой мы летели на военном самолете, и вес багажа был неограниченным, поэтому я решил привезти еще и узбекских дынь. Когда же я спускался с трапа самолета, одна из трех дынь, перевязанная самодельной бечёвкой, выскользнула из моих рук и оказалась на асфальте аэродрома. Жаль, но что поделаешь.
   После окончания медицинского училища я во второй раз подал документы в Киевский медицинский институт с надеждой, что в этот раз проблем с недобором балла быть не должно. Приёмная комиссия, увидев мой военный билет, где отсутствовала печать в графе об увольнении с военной службы, порекомендовала мне повторить попытку через два года.
  
  
   Осень 1990 года.
  
   Октябрь мы провели на сборах в Евпатории. Пробежки вокруг соленого озера Майнаки, двух-трехразовые тренировки, наслаждение последними осенними лучами крымского солнца, море фруктов, заплывы в обжигающей холодом морской воде. Минимум развлечений и максимум спортивной работы. Сборы должны были перейти в первенство Военно-Воздушных Сил, проходившее в этом году в Курске.
   Когда нечасто выезжаешь за пределы Украины, внезапно ощущаешь разницу в менталитете братских народов, укладе и образе жизни.
   Курский вокзал поразил своей запущенностью. По-видимому, он уже давно нуждался в ремонте и озеленении территории.
   Поезд пришел вечером. Нас разместили в центральной гостинице под одноименным названием "Курск". Совершили ночную пробежку-тренировку, чтобы размять мышцы. Утром же мы ринулись в город за покупками. Страна жила в эпоху тоталитарного дефицита, и мы знали, что можем что-то прикупить для дома или перепродажи. Такого столпотворения в магазинах я уже давно не видел (в Киеве прилавки были пустыми). Где-то торговали по паспортам, проверяя прописку, где-то отпускали не более 2-х единиц товара в одни руки, где-то на это не обращали внимания. И вот наша команда вместо того, чтобы лежать на диване и морально настраиваться на соревнования, занимала очереди в магазинах. Мне повезло! Я прикупил два электрических самовара, тостер, орфоэпический словарь иностранных слов, русско-английский словарь на 50.000 слов. Такого в Киеве не найдешь, так как все ушло в соседнюю Польшу.
   Потом были соревнования. Лил дождь, бежали по размокшему полю, проваливаясь в спрятанные лужами ямки, финишировал где-то в конце. Пожурили, посмотрели дневник тренировок, нашли много ошибок. Старший прапорщик Мазур (старшина спортроты) сказал, что надо менять тренера.
   Руководство СКА выделило мне нового тренера, который был закреплен за клубом и должен приносить рекорды и результаты победами подопечных. Тренировки стали жестче, компания бегунов была более подготовленной, и мне приходилось работать "через не могу". В результатах наступил спад, и на чемпионат ВС СССР, проходивший в столице Башкирской АССР, я подготовился не в лучшей спортивной форме (попросту истощенный). Соревнования проходили на ипподроме. В забег меня и еще одного товарища по имени Тарас не поставили, сказали, что будем обеспечивать судейство, числиться в запасниках. Конечно, это вызвало некоторое удивление, так как непонятно зачем было лететь за 3000 км. Но, с другой стороны, было и облегчение, которое наступает, когда наблюдаешь за бегом в качестве болельщика.
   Уфа мне понравилась. Здешних краев еще не достигла польская волна всеобщих скупок электротоваров и прочего дефицита. Наши ребята бросились скупать всевозможные бытовые электроприборы, местный хрусталь, недорогой текстиль с тем, чтобы перевезти в Польшу, где за это можно было выручить двойную-тройную накрутку.
   После состоялся разговор с заместителем начальника СКА - майором Т-енко.
   - Твоя мама работает в магазине... и чем ты можешь нам помочь?
   - Что необходимо, товарищ майор?
   - Батнички, кофе, майонез, шампанское, красная рыба... Ты можешь составить список, что она может достать, а мы выберем, что нам нужно. Есть и другой вариант...
   Для меня эти слова звучали шокирующими, после тех ежедневных школьных внушений о советском строе, социальной справедливости, перестройке. Так состоялось мое первое знакомство с действительностью. Конечно, я и раньше предполагал, что какие-то подарки они получают, но это были подарки, а не прямое вымогательство. Дома рассказал маме о них. Сумма набегала изрядной. Мама сказала, что займёт деньги у знакомых. Если раньше я лишь отдаленно догадывался об её спонсорстве по поводу моей службы, то сейчас я решил перекрыть этот канал. Я выбрал "другой вариант". До окончания службы оставалось 12 месяцев.
   Достал из-под кровати мятую шинель, две пары носков, п/ш, вещь-мешок времен ВОВ и в путь на поезд Киев-Харьков. Взял пару кроссовок, спортивный костюм, дневник тренировок. По армейским канонам я теперь "черпак", которому можно иметь то, что не дозволено "духу".
   Что-то напутствовал Василий (мамин школьный друг, прослуживший два года в Африке) по поводу моего неказистого вида словами "Как Родина тебя одела, так пусть и смеется!".
  
   Снова Харьков.
  
   И вот знакомая казарма на втором этаже учебного корпуса. Двухярусные койки, в туалете курят анашу, в тумбочке дневального залежи насвая (остатки посылок из дружеских южных республик).
   Взвод охраны встретил меня не очень приветливо, особенно это касалось моих земляков. Подобных случаев у них еще не было, и у всех возникали вопросы: Как ты служил, "переводили" ли тебя каждые полгода, год по армейским канонам...? Я решил не распространяться по поводу сборов, поездок, учебы, дома. Жил в кубрике казармы, два раза в день тренировался, питался в курсантской столовке по солдатскому пайку, два раза в неделю наряды. Этому завидовали. Многие стали вспоминать, что у них есть спортивные разряды и просили оказать им содействие в попадании в спортроту. Увы, время потеряно!
   Утром было построение. Разбор личного состава на работы. Прапорщик Колесник зачитывал фамилии и наряды. Стройка, мусорка, дачи, склады, кухня. Ничего не поменялось. Когда очередь дошла до меня, кто-то из строя сказал, что ему требуется помощник каптерщика в спортзал, о котором он уже давно просит. Это оказался Геворг. Помощь пришла сама собой. Не знаю, как бы сложилась дальнейшая моя служба, если бы не братская рука. Так я оказался помощником каптерщика спортзала. Конечно, от нарядов по взводу меня не удалось освободить, но зато остальное время у меня было забито работой в спортзале, которая оказалась довольно несложной и интересной. Накачать теплым воздухом надувные спортзалы, убрать, починить-покрасить, перенести. У нас было два шефа, бывшие военные: Филиппыч и Васильевич, которые и направляли нас в нужное русло. Самое главное, у нас был свой угол. Это была маленькая комнатка под лестницей, напоминающая столярно-токарную мастерскую. Утром, когда работодателей еще не было, мы по очереди: Геворг на кушетке, я на столе, продолжали свой прерванный сон. По вечерам мы устраивали застолья с чаепитием. "Ара, гена цы чай хмэнк" (друг, приходи чай пить), говорил я по телефону, и все его земляки приходили к нам. Периодически приходили посылки из Армении, меня угощали Ахтамаром и Ани. Как-то одна из бутылок разбилась в дипломате Тюти, и мы носовыми платками собирали коньяк со дна и отжимали в кружки, таким образом, дегустировали Ани двенадцатилетней выдержки (до призыва ничего, кроме вина я не употреблял).
   Я научился многим премудростям армейского быта: сварить суп кипятильником, смастерить бульбулятор (электрический кипятильник из двух лезвий для бритья), пожарить яичницу на утюге, изготовить самодельные конфеты (вареный яичный желток, сливочное масло, сахар, сухари). Основное же мое достижение - это роспись золотинкой.
   Выбирается открытка. Вначале каллиграфическим почерком выводится текст поздравления простым карандашом. Затем ушком швейной иглы, привязанной нитками к стержню карандаша, макая его в клей ПВА, обводится написанный текст. Когда ПВА высохнет, лезвием бритвы аккуратно снимаются его излишки. Потом берется "золотинка". Так называл тонкую типографскую фольгу Геворг, которую он на что-то выменивал в пожарной части. Включается утюг, от подошвы которого нагревается ластик. К тексту по буковке прикладывается золотинка, сверху это припечатывается горячим ластиком. Излишки приклеенной золотинки убираются иглой, лезвием. Процесс достаточно кропотливый. На написание одной открытки уходит 2-3 дня, но наслаждение от проделанной работы получаешь неимоверное, да и время бежит очень быстро. Кроме открыток, я начал конструировать свой дембельский фотоальбом. И хоть фотографий у нас еще не было, а до конца службы оставался еще год, фотоальбом был запланирован на 48 страниц. Он включал в себя аппликации из бархатной бумаги, тисненные по канту той же золотинкой, перемежающиеся с калькой. Калька передавалась из рук в руки и старательно перерисовывалась и заштриховывалась цветными карандашами и фломастерами. На ней были изображены сцены из армейской жизни в юмористическом контексте. Я вспомнил детский сад, подготовительную группу, когда мы нечто подобное делали в книгах-расскрасках. Процесс занятный и трудоемкий. Поверхность фотоальбома отделывалась раскроенной тканью от курсантской шинели (последняя отличалась по качеству от солдатской более мягким ворсом и синеватым отливом), буквы и цифры на лицевую сторону альбома выпиливались из латуни от бляхи солдатского ремня, начищались до блеска пастой гойя, которая стоила дороже пачки сигарет.
   Особое внимание уделялось солдатскому эпосу, который заносился, как в дембельский фотоальбом, так и в блокнот, имевшийся у каждого солдата.
   "Кто не был, тот будет, кто был, не забудет, 730 дней в сапогах!".
   "Солдат, поверь, взойдет она, звезда пленительного счастья, и на воротах КПП напишут буквы ДМБ!"
   Прапорщик Колесник - командир взвода охраны был достаточно "благосклонен" ко мне и я часто ходил по пять суток нарядов через день. Как говорили: "Через день на ремень". Вспоминались первые месяцы службы, но сейчас я воспринимал происходящее менее болезненно. Периодически он так же, как и раньше, когда во время отдыха я мирно отдыхал-спал, продолжал изымать у меня штык-нож. Пробудившись ото сна, я обнаруживал пропажу оружия, после чего докладывал дежурному по взводу. Заканчивалось сейчас это либо купонами, которые в то время выдавались нам вместе с денежным довольствием военнослужащего, либо иным, чаще водочным эквивалентом. Он догадывался, что у меня есть иные пути для заработка, так как я перестал вместе со всеми посещать солдатскую столовую, где самым распространенным была жареная селедка на ужин, вареное сало на обед, перловка, "ячка" на завтрак, приправленная огромным количеством комбижира, от которого разгоралась изжога (последнюю снимали поеданием сигаретного пепла).
   Но дни и ночи между чередующимися нарядами проходили бурно.
   Как-то в декабре я дежурил на КПП-2. К воротам подошел гражданский человек. Представился начинающим предпринимателем, попросил вечером поработать. Он строил дом на соседней улице, трактор вырыл котлован для закладки фундамента, необходимо было вывезти грунт за пределы дома на тележке. Требовалось 5 человек, за работу платил 50 рублей. После ужина я нашел желающих трудиться и лопаты. Решено было идти после отбоя, покидая училище, через забор у медсанчасти. Но каково же было мое изумление, когда четверо из них отказали мне, сославшись на усталость и возможную ночную проверку. Что ж, решил пойти один. Бабушка коммерсанта удивилась, увидев меня одного с лопатой. Показала мне объем предстоящей работы, предоставила тележку. Деньги обещала дать, когда я справлюсь с работой, и ушла спать. Дом был большим. Горки свежего грунта грозно возвышались возле котлована. Постепенно работа заладилась. Что придавало мне силы в тот момент? Возможно, просмотренный накануне фильм "Коммунист", где главный герой пилил деревья. Подпевая себе под нос что-то патриотическое, я перевозил землю. Или это было желание заработать 50 рублей или утереть нос своим землякам? Не знаю. В шесть утра меня напоили крепким чаем, накормили, дали 50 рублей, и я довольный ушел в казарму. На лицах вчерашних отказников я читал изумление, так как они считали, что я улягусь спать. Всю неделю я "шиковал": завтракал, обедал и ужинал в офицерской столовой, а в воскресенье пригласил своего друга в привокзальный ресторан на комплексный обед с шампанским по поводу его дня рождения. Зарабатывать подобным образом мне понравилось. Зарплата рядового была около 4-х рублей в месяц, а здесь меньше 10 рублей за разовую работу не платили, к тому же шабашка, как правило, заканчивалась вкусным домашним обедом. И я стал частым подсобным рабочим: строил, красил, копал огороды, ставил заборы, вывозил цемент. Нашел себе двух компаньонов для наших вылазок, так как вдвоем, втроем работалось веселее. Чаще нас нанимали представители городских цыган, которые вели активное строительство в это районе Харькова. Стал вести учет заработанных средств. В мае 1991 года мой доход равнялся 180 рублям, тогда как зарплата мамы в магазине - 140 р., папы на заводе 220р. Жизнь потекла иным чередом. По выходным мы делали походы в город: веселились в парке аттракционов, захаживали в недорогой ресторанчик на ж/д вокзале.
   Но не все, конечно, было так гладко. Наряды по взводу дважды чередовались с отбыванием наказания в КПЗ (камере предварительного заключения).
   Первый раз это было за невыполнение приказа прапорщика - дежурного по КПП-2. Приказ состоял в том, чтобы открыть КПП в 6.00 (была холодная зима) и осуществлять пропускной режим на улице. Все мои заверения о том, что раньше 7.30 никто не приходит на службу, ни к чему не привели. А за слишком "умничание" мне объявили 5 суток ареста с отбыванием на гауптвахте. Прапорщик был боевым, прошел Афганистан, и поэтому знал все. Так я впервые очутился в КПЗ. Надели наручники, разводящий курсант забрал у меня все острые предметы, ремень и меня посадили в камеру. Я ощутил себя заключенным.
   Но, в общем, здесь оказалось не так плохо, как я представлял. Помещение два на три метра, чистенько, деревянные нары, без матраца, с деревянным изголовьем, тепло, кормят, по часам выводят в туалет, работать не заставляют. Первые трое суток я отсыпался. Здорово! Потом пришел прапорщик Колесник, сказал, что некому наряды нести во взводе: "все болеют", и забрал меня на третьи сутки моего ареста. Во взводе я чувствовал себя героем, так как очутиться на "губе" удавалось не каждому солдату за время службы.
   Второй раз это случилось на КПП-1. Я также нес службу помощником дежурного по КПП. Встречали генерала-майора - начальника Харьковского военно-инженерного училища. И что-то не понравилось в моём поведении или во внешнем виде прапорщику - дежурному по КПП (он заметил, что я тайком почитываю Т. Драйзера, между делом, проверяя пропуска у служащих, проходящих через вертушку на работу). Тогда он приказал мне снять головной убор (шапку-ушанку) и выровнять кокарду. Нужно сказать, что своей кокарде я придавал большое значение, так как уровень ее изгиба свидетельствовал о том, к какой касте по сроку службы я принадлежу. Я ему сказал, что я уже не дух и еще не дембель. У них кокарды должны быть абсолютно ровными по неписанному солдатскому правилу, но услышан им не был. Моя шапка от взмаха его руки полетела на землю, и, когда он намеревался накрыть кокарду каблуком своего сапога, я легонько подтолкнул его. Он упал в сугроб. Все это происходило на улице у штаба, и к нам в это время направлялся начальник училища. Этот инцидент не оказался не замеченным им. Пять суток ареста! Удалось отсидеть два дня по причине дефицита кадров во взводе (некому наряды тащить, многие болеют). Хотя, если быть объективным, человек 6-8 в период ожидания своей демобилизации с кровати не вставали. Они курили, умывались, ели и выходили лишь в туалет и вечером в каптерку, чтобы попить пива.
   Драйзера я открыл для себя лишь здесь. Дома я не обращал никакого внимания на его "Финансиста", "Стоика", "Дженни Герхард", "Американскую трагедию". Здесь же я зачитывался этими произведениями, ежедневно осиливая по 200 страниц, представляя себя на месте его героя. Библиотекарши почему-то принимали меня за отчисленного курсанта, и давали мне книги из читального зала на руки под мое честное слово.
   Где-то в январе 1991 года я решил поступать на факультет подготовки врачей для ВВС Военно-медицинской академии. О существовании в нашей стране подобного ВВУЗа я узнал от спортивного друга Алексея К., с которым мы встретились в прошлом году на областных соревнованиях в легкоатлетическом манеже. Но тогда его энтузиазм по поводу курсантской жизни мне был не понятен и мои высказывания об обучении в военном ВУЗе носили несколько саркастический характер.
   Внезапно у меня появился выбор. Начальник медицинской службы училища пригласил меня служить фельдшером в медпункт, но с условием, что поступать в академию я не стану. У меня и так на то время служба была такой, что окружающие завидовали. Заходя же в медпункт в гости к коллеге-другу-земляку Кисе и, попивая чай с вареньем, изъятым им у "духов", я видел, что в свободе действий он проигрывает мне, и эта перспектива меня не прельщала. К тому же, слово "Ленинград" казалось таким загадочным и манящим, слово "белые ночи" чем-то волшебным, что я решил прокатиться за государственный счет и попытать счастья. Дополнительно мне предоставлялось два месяца отпуска (1 месяц на подготовку к экзаменам, 1 месяц на сдачу, а по пути туда-обратно можно было бы и домой заехать). Так что решено было поступать. Написал рапорт, подписал его у командира взвода. Через неделю вызвал замполит и сказал, что такого негодяя, как я, не могут отпустить в Военно-медицинскую академию, чтобы я еще там опозорил честь нашего ХВВАИУ. Все мои просьбы и заверения не смогли изменить его решения. Камнем преткновения оказались мои аресты, особенно инцидент на КПП-2. "Как ты мог не выполнить боевой приказ боевого прапорщика? У тебя еще молоко на губах не обсохло, а ты уже рассуждаешь!" - и всё в таком духе. Решено, что, если я попрошу у этого прапорщика прощения, и он позвонит замполиту, тот скажет начальнику училища, только тогда рапорту дадут продвижение по команде.
   Созвонился с мамой. Она посоветовала упасть прапорщику в ноги, не поможет, -рассказать о тяжелой семейной жизни, не поможет - поплакать, не поможет, - перезвонить ей...
   И вот я в мастерской прапорщика В. Длинная история о том, что я виноват, что-то о тяжелой жизни, что нас в семье трое, матери тяжело... И, наконец, моё прощение принято. Медкомиссия ВВК, тесты на проверку знаний по математике, химии, физике, которые мне помогли решить курсанты-второкурсники. Так как требования выходили за рамки школьной программы. Теперь остается только ждать. Меня предупредили, что в академии проводится конкурс личных дел, которых ежегодно присылается по 15-20 тысяч. Из них отбирают 1000 счастливчиков, которых приглашают для сдачи вступительных экзаменов, из которых поступает 300 человек. Надежд особых не было, но и печали тоже.
   Несмотря на то, что большой спорт отвернулся от меня, я не переставал тренироваться. На этот раз я захватил спортивный костюм, кроссовки и наматывал круги вокруг корпусов училища. Здесь была километровая разметка, по которой трусили офицеры-курсанты, сдавались всевозможные зачеты и даже проводились соревнования.
   Познакомился я с курсантом 2 курса Сашей. Он был родом из Ленинграда, ежедневно занимался накачиванием мышц в нашем спортзале. Я ему периодически продавал детское питание, которое мама почему-то присылала мне в посылках. Из спортивного зала уходил самым последним, порой закрывая нашими ключами. На совместных чаепитиях он угощал нас заморскими сладостями: лукумом, шоколадными конфетами, приправляя это рассказами о городе, в котором летом не бывает темно. Мне не верилось, и я считал, что он немного привирает. Но конфеты и сладости мне нравились. К тому же он научил меня азам тренировки бодибилдера, а я его стайерскому бегу. Когда же была непогода, я хватался за металл, перетаскивая грифы и наращивая мышцы.
   Как-то он попросил меня сдать зачет по бегу на 3 км. Сказал, что внешне мы похожи (он тяжелее меня на 25 кг), оденемся одинаково, он начнет дистанцию и финиширует. Мне же доводилось пробежать середину дистанции. Я согласился. Саша пообещал накормить щербетом и шоколадными батончиками. Соревнования проводились все по тому же километровому кругу. Через 600 метров от старта он уже бежал предпоследним. За два круга я вышел в лидеры, хотя он просил результат в середине, но я так увлекся обгонами соперников, что все обещания вылетели из головы. В итоге Саша пришел к финишу в тройке лидеров. Но обман наш раскрылся, несмотря на все заверения, что преподаватель подслеповат. В конце концов ему поставили тройку за кросс, а большего и не требовалось.
   После этого случая меня пригласили к участию в ежегодных курсантских соревнованиях в кроссе на 3 км, посвященных какому-то комсомольскому празднику. Наблюдая за секундомером и отслеживая финишное время прибегающих курсантов, я понял, что могу рассчитывать на призовое место (а в этом году впервые награждали денежным призом за первое место). В итоге показал 10.12, что посчитал неплохим результатом для военного обмундирования и кирзовых сапог. В последнем забеге участвовал потенциальный соперник - курсант 4 курса. Первый круг 3.30, второй 3.42. Облегченно вздохнул. Парень выдохся, скорость падает. Вижу уже себя в лаврах победителя. Но на финиш третьего круга он приходит со временем 10.08. Это быстрее 3-х минут. И ни у кого никаких подозрений! Потом мне ребята из наряда по столовой сказали, что видели, как он срезал дистанцию, но протест подавать я не собирался. Все равно приятно было получать на всеобщем построении училища из рук генерал-майора грамоту за второе место.
   Где-то в марте 1991 года к нам во взвод перевели отчисленного с третьего курса курсанта Андрея М.. Мне он понравился с первого взгляда. Тихий, спокойный, интеллигентное выражение лица, правильно говорит. Причина отчисления: конфликт с однокурсниками и болезнь (как выяснилось через 9 лет - шизофрения). Мы сразу нашли общий язык и устраивали совместные вылазки-самоходы в город. С ним было интересно общаться. Я не вдавался в подробности его учебы, отношений с курсантами. Было заметно, что человек живет в другом мире. Он философствовал по поводу гармонии на Земле, рассказывал о набирающей тогда моду астрологии. Когда за ним приехал отец забирать его домой, он оставил мне свой адрес и телефон. Никто не знал, что, спустя много лет, мы встретимся снова, но уже в другом месте и будем также ходить, гулять по ночному городу (Новосибирску), пить сибирское пиво и размышлять о жизни.
   Еженедельно, по четвергам, как учил нас тренер Н.П.Лысенко, я устраивал себе банный день. Военнослужащих водили бесплатно в городские бани, где не особенно отдавало чистотой. Там всегда находились предлагающие бесплатно сделать массаж спины. Меня это настораживало так же, как и вопиющая грязь окружения, и я решил платить по 2 рубля за более-менее приличную сауну. Там я встретил товарища и тренера Самойленко Юрия. Он сказал, что видел меня не раз на пробегах и предложил быть моим тренером. Я согласился. Познакомил со своей женой. С начфизом училища мы договорились, и меня дважды в неделю отпускали к нему домой на тренировку. Было приятно не спеша бегать по харьковским перелескам, болтать о жизни. Он познакомил меня с Н. Зудиным - тренером из ШВСМ (школы высшего спортивного мастерства) в марафонском беге. Я сказал, что мечтаю пробежать марафон и стал готовиться вместе с ними. Возросли нагрузки, объемы и интенсивность тренировок.
   Чтобы увеличить ЖЕЛ (жизненную емкость легких), я стал надевать армейский противогаз на пробежку в рощу. Вспоминается эпизод, когда я делал ускорения за велосипедистом по холмам в надетом противогазе, а он постоянно оглядывался и судорожно накручивал педали, пытаясь увеличить разрыв между нами. Такие тренировки требовали дополнительного питания и повышенного количества белка. Попросил маму присылать мне белковые заменители типа "Энпит" и детское питание.
   С помощью Зудина я съездил в апреле на шоссейную тридцатку в г. Белая Церковь Киевской области. Выступил не очень успешно, но радости не было предела, так как после бега я заехал домой.
   Увлекшись бегом, я уже позабыл о том, что зимой куда-то отправлял документы. Сейчас я был поглощен подготовкой к предстоящему марафону и зарабатыванием средств. Но в мае пришел вызов на сдачу экзаменов в Военную Академию.
   Геворг сожалел о том, что меня не будет на "стодневке" (стодневка - сто дней до приказа Министра Обороны об очередном увольнении в запас солдат срочной службы. В это время солдат переходит в разряд дембелей и отказывается от порции сливочного масла, демонстративно подбрасывая его в потолок), но ко дню ВВС (19 августа 1991 года) я обещал вернуться.
   У начфиза военного училища был друг - начфиз академии, с которым он созвонился и который пообещал помочь мне. Это как-то подбадривало меня, но надежд особых не давало.
   Ночь перед отъездом из ХВВАИУ выдалась бурной. Подрался с пьяным земляком, так как в нем взыграла зависть к моей службе. Хорошо, что обошлось без внешних гематом. Утром следующего дня мы с Геворгом обнаружили, что двери спортзала, двойные двери нашей каптерки взломаны, также как и дипломат Тюти (земляка Геворга), где он хранил гражданку. Искали, по-видимому, деньги. У меня не было копилок и заначек, так как имел привычку большую часть заработанного тратить, не откладывая. Взяли полтинник у Тюти, который расстроился больше всего, особенно за сломанный чемодан. Я предложил выкупить его у него по сходной цене.
   Нагрузив сумки армейскими кедами, борцовками (то, что можно было взять на спортивном складе), солдатскими сувенирами, я выдвинулся на поезд Харьков-Киев. Друзья провожали до вокзала, просили привезти фотографий и сувениров из Ленинграда. В Киеве пробыл два дня, прогулялись по площади Жовтневой революции, сфотографировались с мамой, и самолет унес меня в город белых ночей. Дополнительно мама нагрузила меня дефицитами советского времени: двумя бутылками Советского шампанского, коробкой конфет "Киев Вечерний", хвостом красной рыбы, банкой красной икры, палкой сервелата. Это должно было пойти на подарок начфизу, который должен был обозначить дальнейшую тактику.
   Но с ним мы так и не встретились. Моя судьба определилась другим обстоятельством. При поступлении солдаты сдавали три зачетных упражнения: подтягивание на перекладине, бег 100 метров, кросс 3 км. Если первые два упражнения я сдал на "отлично", то в третьем показал лучшее время среди всех поступающих абитуриентов этого набора (10.15), несмотря на то, что бежал в военной форме. Но об этом в следующей главе.
   Alma mater.

Мы учимся не для школы, а для жизни.

  
   Небо Ленинграда показалось мне значительно ниже киевского, когда я приземлился в аэропорту Пулково, также как и растительность. Казалось, что линия горизонта простирается над макушками деревьев.
   Поразило и метро, в котором не видно приходящего на платформу поезда. Сразу на "Московской" столкнулся с военным патрулем. Офицер, выслушав цель моего прибытия в этот город, не стал зацикливаться на неуставной прическе и подвернутых голенищах юфтевых сапог.
   Доехал до приемной комиссии в штабе академии. Здесь, выслушав меня внимательно и расспросив об увлечениях, учебе, председатель приемной комиссии предложил поступать на "морской" или "сухопутный" факультет, но я решил, что не предам погоны ВВС.
   Позвонил протеже, но тот сказал, что сейчас занят, попросил перезвонить. Делать было нечего - отправился в Красное Село на электричке с Балтийского вокзала. Там находился учебный центр ВМедА, где предстояло в течение месяца готовиться к экзаменам, а затем их сдавать.
   Уже был вечер, когда я разместился в деревянном летнем домике вместе с другими солдатами-абитуриентами. Как-то разительно чувствовалось отличие армейского духа нашей казармы от почти интеллигентной атмосферы в здешнем кубрике. Редкое матерное слово, отсутствие дедовщины, никто тебя не спрашивает о сроке службы, большая часть ребят проводят время за учебниками и написанием конспектов.
   Так как у меня был диплом с отличием об окончании медицинского училища, то я попал в так называемую роту медалистов. Нам довели, что мы, как и все сдаем последовательно профессиональный отбор, физическую подготовку и проходим медицинскую комиссию. Для тех, кто останется, две недели дается на то, чтобы вспомнить школьную программу. Затем идет сдача профилирующего экзамена по химии. Кто получает оценку ниже "5", допускается к сдаче физики, диктанта, симбиоза истории и обществоведения, а также биологии. Я решил идти ва-банк, прекрасно осознавая, что всех предметов в том объеме, который требуется для экзаменов, мне не осилить за отведенный промежуток времени, и сделал упор на изучение одной лишь химии. Этот предмет я знал в школе на уверенную "5". Но за те два года, что прошли после окончания средней школы, требования к предмету стали иные. Химия "шагнула" далеко вперед, как мне казалось, или у нас программные требования были другими, в том числе и в рамках школьной программы. Поэтому многое из того, что мне преподавалось здесь учителями-репетиторами, для меня было новым. Спасибо Марине Николаевне Борисовой, которая самозабвенно, не жалея своего времени, приезжала к нам из города и вдалбливала в наши головы уравнения и задачки. Как это было далеко от ежедневного мата и пары-связки слов без запинки из уст прапорщика Колесникова или сержанта Пейшеля.
   Учеба не прекращалась и после отбоя. Считалось почетным стоять на тумбочке дневального с 23-х до часа ночи. После трех часов, когда начальство лагеря спало, можно было под отблески ночного светила писать конспекты. Нелюбовью пользовался наряд по столовой, так как там в течение суток взяться за учебник не представлялось возможным.
   И вот мой первый экзамен - профессиональный отбор. Что это такое, мне уже было приблизительно известно. Когда нас отбирали в солдаты срочной службы на призывной комиссии в райвоенкомате, меня за мои тесты, рост и физические данные определили кандидатом в роту почетного караула. Я гордился производимым впечатлением. Поэтому я и здесь ожидал нечто подобное: примеры с логическими задачами, вопросы о настроении и прочую атрибутику. Но то, что последовало в течение семи часов с перерывом на обед, превзошло все мои ожидания и прогнозы. Столько вопросов в течение дня я никогда не получал одновременно, также как и не находился столь длительное время в таком умственном напряжении. По ходу ответов я решил выстроить для себя правильную линию поведения. Так как вопросы повторялись в видоизменённой форме, а на некоторые из них необходимо было интуитивно отвечать "правильно", я стал выстраивать некий образ правильного человека с позиции установок школьной учительницы обществоведения, одновременно находя те, на которые нельзя ответить правильно. Конечно, это был своеобразный риск (я тогда не знал о существовании шкалы лжи), но он был не меньшим, чем придумывание цитат Маркса-Ленина во время написания сочинения при поступлении в Киевский медицинский институт. На следующий день нам огласили результаты профотбора. Я недоумевал, почему соседа по койке, который лучше меня знал химию, казался таким спокойным, умным и рассудительным, освободили от поступления в академию. В кубрике стало восемь свободных коек. Ребятам желали не отчаиваться, пока не поздно, нести личные дела во Фрунзенку (морское училище имени Фрунзе). Туда брали с распростертыми объятиями (представитель их дежурил у ворот КПП в Красном Селе).
   Затем была сдача физической подготовки. Я особенно не переживал. Уже месяц, как тренировался в подтягивании на перекладине, и с начальных шести раз быстро дошел до четырнадцати. Правда, сдавать нам пришлось в военной форме, но тем, у кого была парадная форма одежды, разрешено было в ней. Подтягивание, бег 100 метров, кросс 3 км. На кроссе я перевыполнил все нормативы и набежал 10 мин.15 сек., показав лучшее время на наборе. Как выяснилось позже, это был самый высокий результат и среди гражданских абитуриентов.
   Но на медкомиссии меня срезали. Подкачало "спортивное сердце". На ЭКГ частота пульса была ниже нормы - 36 ударов пульсовой волны в 1 минуту (норма составляет 60-80 ударов в 1 минуту). Вердикты врачей: "гипертрофия левого желудочка, синусовая брадикардия, возможен синдром слабости синусового узла". Все мои заверения о предшествующих годах тренировок не нашли отклика во врачебном мышлении. Но не отчислили. Отправили на обследование в клинику кардиологии Военно-морской терапии. Может, это было и кстати. Ведь времени на подготовку химии оставалось мало, а при существующей нагрузке по нарядам, пройти полную программу не представлялось возможным. Здесь же, предоставленный сам себе, я уходил в парк клиники, где продолжал конспектировать учебный материал с удвоенной силой. Хотя соблазн познакомиться с городом присутствовал постоянно. А вдруг отчислят и отправят сразу на вокзал, и я так и не увижу города...? Расспросив соседа по палате о том, как пройти (проехать) на Невский проспект, переодевшись в спортивный костюм, в летних тапочках, я отправился знакомиться с городом Ленина (как нам говорили на уроках истории). Поражало всё, начиная от метро, заканчивая архитектурой и культурой общения горожан. Насмотревшись на витрины, бесплатно сфотографировавшись на Дворцовой площади у Александрийского столпа (за счет родителей, которые должны были получить мои фото наложенным платежом по почте), я вернулся в свою клинику. Желание во что бы то ни стало остаться в этом городе укрепилось!
   Проверив деятельность моего сердца нагрузочными пробами, с диагнозом: "Здоров", меня выписали из клиники. День приезда совпадал с днем сдачи экзамена по химии. Перед экзаменом какой-то щупленький полковник предложил мне стать врачом-вэдэвэшником и переписать вступительный рапорт на второй факультет.
   - Вы, я знаю, хорошо бегаете. А в тех войсках, где вы будете служить, это будет приветствоваться. К тому же во время обучения на нашем факультете у вас будет постоянная возможность для тренировок и участия в соревнованиях.
   - А погоны, какого цвета у меня будут?
   - Синие, конечно!
   - Я согласен. Давайте напишу новый рапорт.
   О том, что это был начальник факультета, я узнал лишь на следующий день. В моем представлении тогда начальник факультета должен быть генералом, как это было на третьем и четвертом факультетах. Как выяснилось в дальнейшем, он сам в прошлом был лыжником и формировал на факультете спортивную когорту будущих военных врачей.
   Экзамен мне показался не сложным. Подготовив свой ответ на билет, я помогал соседу прапорщику (по просьбе того же полковника), который пытался вспомнить течение сложных реакций гидролиза. Прапорщику был тяжело. Напряженное лицо покрылось капельками пота. Его шпаргалка вот-вот будет засвечена, а воспользоваться ею он так и не смог.
   На беседе у экзаменатора я ответил ещё на три дополнительных вопроса. Преподаватель был удовлетворён уровнем моих знаний. Со словами "пять баллов" меня отпустили из летнего домика, где проходил экзамен.
   Какое облегчение! Тогда я, наверное, еще полностью не понимал произошедшего со мной. Что такое стать курсантом Военно-медицинской Академии, я еще не знал, но чувствовал разницу в сравнении быть солдатом. Вечером с другом-одесситом Максимом мы решили попробовать деликатесную красную рыбу на ужине в солдатской столовой. После отбоя, раскупорив бутылку Советского шампанского, открыв банку красной икры, коробку шоколадных конфет, что вызвало дикий восторг окружающих, мы праздновали нашу сегодняшнюю победу. А когда хмель взыграл в голове, решено было перенести праздник на берег красносельского озера. Риск был большой, так как это грозило отчислением, но эмоции и легкий хмель, переполняли и, пройдя через знакомый лаз в заборе, мы устремились бегом к озеру!
   На следующий день нас снова переселили, разделив на тех, кто сдал на "отлично" и тех, кто сдал экзамен на другие оценки. Еще через день стали приезжать гражданские абитуриенты, и нас использовали в качестве командного состава. Максима, как сержанта, назначили командовать ротой абитуриентов, меня - взводом. Жизнь стала более веселой и разнообразной. У гражданских абитуриентов начались вступительные экзамены. Мы же занимались спортом, бегая по Дурденгофским высотам, купались в озерах. От роты приехавших школьников, кадетов, выпускников училищ, осталось лишь одно отделение (1 человек из 10 приехавших), которое прошло через все жернова экзаменационной машины.
   Позвонил маме и рассказал о своих успехах. Она прилетела через два дня вместе с сестрой Валей, чтобы поздравить меня. Три дня подряд меня отпускали в увольнение. Мы знакомились с этим чудным городом на Неве.
   После того, как закончился весь экзаменационный бум, нас построили на плацу и объявили результаты экзаменов. Зачитали приказ о нашем зачислении в Военно-медицинскую Академию имени С.М. Кирова. Это было 1 августа 1991 года.
   Затем меня определили командиром отделения в 5-й взвод второго факультета. Это не был взвод подготовки врачей для ВДВ, но начальник факультета сказал, что к выпуску учтет мое пожелание служить в "голубых беретах". Тогда мне уже было не важно, к какому типу войск принадлежать.
   Начался курс молодого бойца продолжительностью два месяца, во время которого вчерашним школьникам объясняют азы и премудрости военной науки и готовят к принятию военной присяги. Меня и еще троих (одного бывшего солдата и двух бывших кадетов) определили на месяц охранять общежитие 2 факультета на улице Карла Маркса. В наши обязанности входило также делать небольшой косметический ремонт на первом этаже и лестничных проемах этого здания. Я был не против такого решения со стороны командования, так как это давало большую свободу действий и представляло автономию для тренировочных занятий. С бывшим солдатом мы подружились и впоследствии наши судьбы еще не раз пересекались, иногда не в лучшем ракурсе.
   Здесь же меня застала новость о приходе к власти ГКЧП. Что это такое, и чем это нам грозит, я не понимал. Слушая городские радиостанции, ощущалась какая-то новая волна в воздухе.
   Августовским утром 1991 года взбудораженный начальник факультета со словами: "Радуйтесь, наконец-то правда восторжествовала, и военные пришли к власти!", закрылся на весь день у себя в кабинете. Всю ночь комментаторы звали прогрессивную половину городского населения на площадь у Исаакиевского собора, чтобы не допустить произвола в стране. Рассказывалось о танках и БТРах, которые окружили город, рассказывали и о московских событиях. Мы слушали и удивлялись той стране, в которой живем.
   Ночью, по всей видимости, тоже что-то произошло, так как утром на лице начальника факультета уже не было вчерашнего энтузиазма, и он быстро прошел мимо нас к себе в кабинет.
   Я продолжал тренироваться. В качестве своих маршрутов выбрал набережные и улицы города, осматривая таким образом достопримечательности. Во время одной из первых своих пробежек я трижды вызывал скорую помощь из разных мест города.
   - Человек находится без сознания, скорее приезжайте!
   - Вы кем ему являетесь? - спросил меня грозный голос диспетчера на другом конце телефонного провода.
   - Да некем.... тренируюсь я просто.
   - Диктуйте адрес, свободных машин пока нет, минут через 30 приедем...
   Поразило и равнодушие окружающих горожан, которые проходили мимо лежащих на тротуарах и скамейках людей. Может, конечно, они были и пьяны, а если нет? Такого равнодушия на Украине я не встречал, да пьяные там имели способность передвигаться на своих двоих.
   После месяца наших каникул начался учебный год, и надобность в охране общежития отпала. Всех первокурсников привезли в город для принятия присяги в парке Академии. Обратно, в Красное Село, мы уезжали вместе. Предстоял еще один месяц военно-полевой службы.
   Кормёжка от того, что мы стали курсантами, заметно не улучшилась, и мне приходилось часто ходить с плащ-палаткой в магазин соседнего летнего городка академии тыла и транспорта. Там я затаривался коробками детского питания "Малютки" и "Детолакта", которые мы употребляли и готовили различными способами. Можно жевать белый порошок, запивая его чаем, можно делать пасту и намазывать ее на хлеб, можно приготовить концентрированный раствор в трехлитровой банке кипяченой воды. Иногда удавались вылазки в городской универсам, но это было, скорее, как исключение. Наряд на кухню теперь расценивался как поощрение, так как ночью можно было нажарить картошки и устроить пиршество. Когда же в кубрик кому-то приносилась передача с продуктами, то все это моментально разметалось на множество порций, порою независимо от её исконного обладателя. Прошедший месяц трудностей сплотил нас более, чем все дальнейшие учебные баталии. Каждый был на виду, и утаить, скрыть что-нибудь из личной жизни было нельзя.
   Когда нам с Игорем (мой новый друг и земляк, в дальнейшем именуемый Бомжиком) стало невмоготу от придирок со стороны нашего нового начальника курса, мы решили заболеть, чтобы взять передышку от его уставных требований. Как мы ни старались, но болезнь к нам так и "не пришла". Игорь даже предложил попытать "счастья", лежа на сырой земле. Почти час мы пролежали на сырой сентябрьской траве, но это лишь закалило наши организмы на ближайшую зиму.
   Вернулись в казармы лишь к 1 октября. Первая моя большая вылазка в город состояла из пробежки в 15 км. К ней пожелало присоединиться еще человек 30 добровольцев. Это объяснялось тем, что в город нас не выпускали, а тут предоставлялась возможность посмотреть красоты города, хотя и на бегу. Трасса проходила по кругу через Елагвин остров. До финиша, несмотря на невысокий темп пробежки, со мной добежало лишь трое Прецель Орест, Шилов Сергей, Андрей Божченко. Те, кто отстали, воспользовались услугами такси и общественного транспорта. Тренироваться на первом курсе академии было тяжело, так как учеба отнимала много времени.
  
  
   Мой первый марафон. Июнь 1992 г.
  
   Это был марафон Белые ночи - 1992. В те времена я был курсантом Военно-медицинской академии. На весеннем кроссе в Петродворце преподаватель кафедры физической подготовки спросил у меня, слышал ли я о марафоне "Белые ночи". Нет, я не слышал. Но, как человек, увлекающийся стайерским бегом, мечтал пробежать марафонскую дистанцию.
   Он дал телефон городской федерации легкой атлетики. Там мне сообщили, что марафон состоится в ночь с субботы на воскресенье, старт в 20.00.
   Времени оставалось меньше месяца. Решил, что приму участие в нем. Но из-за напряженной учебы подготовиться к нему не удалось, да и как готовиться к нему, я не знал. Методической литературы в то время практически не было. Пару лет назад прочитал книги "Бег с Лидьярдом", "Ласе Вирен", "Питер Снелл", "Цель 42". Вот и всё.
   Всё, что я мог позволить - пробежки 3-4 раза в неделю по 10-12 км. Тут еще в неделю, предшествующую марафону, приехали друзья из Киева, наряд по курсу, зачетная неделя. Но желание бежать оказалось сильнее. Несмотря на это, вечер пятницы мы посвятили прогулке по городу и закончили пробой украинского продукта 40-ка градусной крепости.
   В полночь ушел в учебный класс готовиться к предстоящим в субботу зачетам по биофизике и анатомии. На сон осталось два часа. Ерунда, подумал тогда. Днем после занятий высплюсь.
   Зачеты сдал на "4" и "5". В 15 часов решил устроить небольшой тихий час, но на курсе генеральная уборка. С прогулки вернулись друзья, возбужденные июньским солнцем и красотами города. И на мои пожелания тишины реакция была слабоватой. Да и какая тишина может быть в казарме у курсантов первого курса? Ведь впереди предстоящее увольнение!
   В итоге, промучившись два часа, я решил, что самое лучшее - отправиться на Дворцовую площадь, где предстояло еще и заявиться.
   Прибыв с друзьями к 18-ти часам на Дворцовую, меня постигло разочарование.
   - Заявка закрыта для местных жителей. Вы откуда приехали?
   - Курсант Военно-медицинской академии.
   - Вчера надо было заявляться.
   - Я не знал. По телефону сказали, что можно и перед стартом заявиться.
   - Надо было знать!
   - Но я вчера не мог. У меня было дежурство (наряд).
   - Поздно... Приходите на следующий год.
   Обиду усугубляло то, что всем участникам марафона раздавали (совершенно бесплатно) импортные б/у кроссовки, которые можно было после марафона оставить себе. Это позиционировалось как подарок от бегунов из Германии. Я посмотрел на свои отечественные кроссовки марки "Киев-спорт", купленные два года назад перед призывом в ВС СА. И в те времена они считались, как самые идеальные для бега. Сейчас они были хорошо разношенными и больше не создавали возможностей для мозолей.
   Но что делать, когда не выдают стартового номера? А тут еще ребята - болельщики, которым я уже не раз сообщал о предстоящем марафоне. Да и возле "Авроры" тоже одновзводники будут встречать.
   - Ну, что, Сява, бежишь? - спросил друг Эдик.
   - Да, как решил.
   - А как же нагрудный номер?
   - Побегу без номера. Ведь не снимут. Мало ли? Может, я просто тренировку совершаю по такому же маршруту.
   За час до старта я, оставив свои вещи друзьям, отправился на предстартовую разминку. Погода была подозрительно жаркой. Не иначе, как дождь соберется к вечеру?!
   В 19.45 я оказался в компании единомышленников, собирающихся пробежать марафон. Вокруг было оживление. Кто-то делился своими планами на марафон, кто-то хвастался "новыми" кроссовками. В душе завидовал счастливчикам. Про себя думал, что в следующем году обязательно заявлюсь заблаговременно.
   В 20.00 прозвучал стартовый выстрел, и толпа бегунов устремилась по Дворцовой площади навстречу вечернему Ленинграду. Ярко светило солнце, а о том, что сейчас вечер, могли напомнить наручные часы, но они у меня отсутствовали. Вместе с багажом я отдал их на хранение своим друзьям. Были ли у меня какие планы относительно своего первого марафона? Были! Добежать его до конца! Ни о каких временных показателях я тогда не думал, ни какие километровые разметки скорости мне тогда не были известны, да и наручных-то часов с секундомером у меня тогда не было.
   Дворцовая площадь - Исаакиевский собор - Мост лейтенанта Шмидта - Университетская набережная - Тучков мост - Петропавловская крепость. И вот позади первая пятерка, а за ней десятка.
   У крейсера "Аврора" встречают одновзводники, которые убежали из казармы, чтобы поболеть за меня.
   - Давай, Слава, давай! Молодец! Покажи, на что способны курсанты Военно-медицинской Академии!
   Эмоции переполняют. Но главное - распределить силы. Ведь раньше моей максимальной дистанцией было 27 км в пробеге "Памяти чекистов", да участие в суточной эстафете в Кишиневе, где я за сутки на этапах пробежал 62 км. Но здесь сегодня другое.
   Толпы болельщиков, среди которых много выпускников военных училищ, поддерживают нас. Кто-то машет с верхних этажей домов, кто-то, прогуливаясь по ночному городу, останавливается, чтобы поприветствовать бегущих. Такого радушия я не встречал раннее ни на каких пробегах. К сожалению, с течением времени оно растерялось, то ли люди стали черствее, то ли пропаганда спорта сменилась на рекламу "Кто пойдет за...".
   Вот предлагают бутылку лимонада, вот шампанское, вот пиво. Весело пробегаю мимо таких шутников. На промежуточных этапах-пятёрках спрашивают мой номер.
   - Я без номера сегодня, не успел.
   -А ладно, пробегай!
   -Попить, поесть можно?
   -Нет вопросов, тебе чего?
   Здорово, здесь еще и поесть дадут. После курсантской перловки яблоки и апельсины кажутся деликатесами. Отчего не бежать? Где-то на второй половине забега на небе появились тучи, закрыв собою летнее солнце, и стал накрапывать дождик. Это, в целом, освежило организм после продолжительной работы.
   Кто-то меня обгоняет, кого-то я. Замечаю, что среди бегунов много прилично одетых, внешне похожих на представителей других стран. Неужели они отказались от матрешек и меховых шапок и приехали сюда, чтобы пробежать марафон?! Что за люди-то такие? На ходу с некоторыми знакомлюсь, подбадриваем друг друга, пара-тройка слов понятны и без переводчика.
   Говорят, что марафон начинается после 35-го км. Так пишут в книгах. Может быть. Но в первый раз я этого не почувствовал. На 36-м км небо стало черным, зарядил ливень и я, как потом выяснилось, сбился с трассы. Но я бежал, зная, что где-то рядом должна быть Дворцовая площадь. Сколько это продолжалось? Наверное недолго...Вот и арка Генерального штаба, вот возвышается Александрийский столп, вот и вывеска финиша. На электронном табло 2:53.20, Ура, я - марафонец!
   - Какой у тебя нагрудный номер?
   - Я без номера.
   - Потерял?
   - Не успел заявиться.
   - Весь марафон пробежал?
   - Конечно.
   - Давай запишем твою фамилию, имя, год рождения. Опубликуем твою фамилию в финишных протоколах.
   - Спасибо большое!
   А вот и разгоряченные друзья подбежали.
   - Сява, а мы тебя пропустили. Ждали, ждали и пропустили, - бурно жестикулирует Эдик. - Ты как мимо нас пробежал?
   - Не знаю. Я в конце дистанции заблудился, через другую улицу, наверное, вбежал на финиш.
   - Молодец, поздравляем! Это дело надо отметить!
   Переодевшись, мы пошли к казарме, по пути встречая и подбадривая бегущих. Мосты в эту ночь так и не разводили, и все участники спокойно могли закончить испытание марафоном.
   Утром были мозоли, слезшие ногти, мышечные боли, но все это ничто по сравнению с тем следом, который оставил у меня в душе мой первый марафон. В следующем 1993 году я подошел к этому состязанию более основательно. Под руководством тренера - Потехина О.Н. показал результат 2:36.12, который долго оставался моим личным рекордом.
  
   Детская инфекционная больница N4
   Детская инфекционная больница N4, первое кишечное отделение.
Устроился сюда спустя месяц после поисков новой работы, после того, как мне предложили уволиться из "тюремной" психиатрической больницы. Сначала обратился на расположенный неподалеку Металлический завод в цех по изготовлению турбин. Но отсутствие справки о прописке не позволило мне стать учеником токаря-расточника.
Детское отделение выгодно контрастировало с мрачными закрытыми палатами-камерами психиатрической больницы. Зарплата, правда, обещана была в полтора раза меньше, хотя работа была намного интенсивнее. Наличие красного диплома из медицинского училища, трудовой книжки пошло на пользу и вот я числюсь медбратом отделения кишечных инфекций. Первые две недели - испытательный срок, во время которого меня проверяли, поручая различную "черную" работу. Мойка стен, окон, полов, вынос мусора, переодевание младенцев. Я понимал, что вначале везде тяжело, а работа мне была нужна; терпел и спустя две недели вышел в смену самостоятельно.
Отделение состояло из двух этажей. На первом этаже находятся дети старше года, на втором - дети до года вместе с мамами, иногда без. Мой путь начался с первого этажа. Отделение работало интенсивно. Иногда в день поступало до 6-8 человек. Как правило, в состоянии обезвоживания и с симптомами кишечной диспепсии. Если поначалу я лишь присматривался к технике выполнения внутривенной инъекции ребенку (а они имели свои особенности), придерживая его от избыточных движений, то спустя шесть месяцев я уже сам исполнял роль ведущего. Не всегда проходило все гладко и на постановку капельницы могло уходить до часу времени. Затем, когда уже лонгету вместе с прибинтованной рукой привяжешь к койке, может получиться, что венозный сосуд по каким-то причинам не выдерживает и жидкость выходит под кожу или игла тромбируется и не промывается никаким растворителем. Иногда матери случайно задевали иглу. Иногда ребенок, изгибаясь в крике, вытаскивал иглу из вены. Тогда вся кропотливая работа повторялась вновь и вновь. Спустя год, я научился ставить внутривенные иглы под названием "бабочка", что заметно облегчало проведение манипуляции. Меня стали ставить в смену на этаж с грудными детишками. Сложнее, но не менее интересно. Кроме капельниц необходимо было разнести детское питание, представленную кашей, кефиром, молоком, рисовым, морковным отваром. Все питались по разным режимам (от пяти до восьми раз в день), начинали в 6.00 и заканчивали в 24.00. Пищу необходимо было разогреть в кастрюле с водой и донести до каждого болеющего. Если отсутствовала мама, то и накормить, и перепеленать соответственно. К тому же иногда лечение приносило противоположный эффект, и приходилось матерей обучать технике постановки клизмы их любимому чаду, начиная с теплых пеленок, массажа и заканчивая газоотводной трубкой и клизмой. Дополнительно причитались капли в нос, уши, глаза, смазывание потничек, отсасывание слизи из носа, зева. В качестве постоянного бонуса внутримышечные инъекции, раздача порошков и таблеток, проверка назначений в истории болезни, выписка аптеки на следующий день. В виду отсутствия младших сестер, прибавлялась и их работа. Иногда ее можно было поручить обучающимся студентам, которые часто приходили на практику, но чаще приходилось всё делать самостоятельно.
Запомнился один великовозрастный 54-х летний студент с высшим техническим образованием. На мой вопрос о смысле его обучения в медицинском училище, он ответил "Хочу создавать новую медицинскую технику, поэтому хотел бы изучить медицину изнутри...". Странно, подумал я тогда. Заметил, что ему дольше всего пришлось объяснять алгоритм разведения антибиотиков (пенициллина) и технику выполнения внутримышечной инъекции.
Работы иногда было так много (до 20 капельниц в сутки), что передышки можно было делать лишь на прием пищи. Сутки пробегали незаметно. После полуночи вспоминал о домашних заданиях и открывал учебники, конспекты. Утром, правда, глаза на занятиях открывались с трудом. По кардиохирургии мне даже из-за этого поставили оценку на балл ниже в итоговом зачете. Тогда преподаватель, видимо, в очередной раз раздраженный моим спящим видом, недовольно высказался о необходимости вставить мне спички в глаза и на сдаче зачета не раз вспоминал эти эпизоды.
Дежурство начиналось в 16.00, и должно было заканчиваться в 9.00. Но в связи с моей учебой, мне негласно разрешено было уходить в 8.00, оставляя часть этажа на вторую медсестру. Не все было так гладко. Порой дежурство пересекалось с какими-то нештатными построениями, и тогда мне приходилось на свой страх и риск оставлять отделение под присмотром одной медицинской сестры и стремглав бежать на Финляндский вокзал. Благо, больница находилась в 4-х километрах от академии, и, спустя 16-20 минут, я представлялся перед его глазами. Как-то мне удосужилось за сутки повторить этот маршрут четырежды, к тому же, будучи одетым в шинель и военную одежду. Это позволяло записать лишние набеганные километры в мой тренировочный график.
В те дни, когда на отделении было относительно спокойно, никакая из мамочек не искала медицинских работников с вопросами о качестве стула её ребенка, я, накормив всех, убегал на Крестовский остров тренироваться (больница находилась на Петроградской стороне). После 15-18-ти километров бега работа спорилась еще лучше, а об усталости можно было не вспоминать. В одну из таких пробежек я одолел марафон "Дорога жизни", в котором даже что-то выиграл, поставив страховавшим меня девушкам торт и бутылку немецкого ликёра.
Самое же трудное суточное дежурство выпало на воскресенье 7 сентября 1996 года. В 2 часа 50 минут этого же дня я закончил бежать сто километров на пробеге "Испытай себя" и, отдохнув пару часов в палатке, отправился на дежурство в детскую больницу. Ноги были, конечно, деревянными и непослушными. А так как я занял первое место, то еще вечером этого же дня мне предстояло прибыть на награждение, проходившее на улице Жени Егоровой. Утром в понедельник, поднявшись в пять утра, и на час раньше сделав всем детям необходимые инъекции, я с трудом побежал по Аптекарской набережной, чтобы к 7.20 успеть на еженедельное построение в парке Академии.
Периодически меня отправляли на другие отделения (фтизиатрическое, гепатитное, венерических инфекций), но там я подолгу не задерживался. Приятно было осознавать, что в моей помощи больница стала нуждаться. Я научился хорошо ставить "бабочки" в капилляры и меня приглашали выполнять эту манипуляцию в других отделениях.
Постепенно больница стала готовиться к закрытию и переезду в Купчино, где построили новую инфекционную больницу N5, и мне предложили написать заявление на увольнение.
  
  
   За двойными замками 25.03.1998г.
  
Два часа ночи. Психбольница строгого и интенсивного наблюдения. Дежурство по седьмому отделению. В палатах большая часть притворяются спящими. На непросматриваемых местах кто-то занимается сексом с суррогатными женщинами-мужчинами, кто-то варит чифирь под матрасом, кто-то гладит брюки утюгом-ладошкой или книжкой. Мирно прохаживается охрана, санитары решают кроссворды перед надзорной палатой. Перед приходом разводящего все подскакивают со своих нагретых мест, чтобы создать иллюзию ночного наблюдения.
Зачем-то разыскивал меня начальник курса. Начальник смены соединил с ним через местную телефонную сеть. "Завтра прибыть на факультет к 10.00 в военной форме... Состоится распределение...Приехал заказчик из ГРУ...Передайте Федорову...". После такого сообщения уже не уснешь....
Моя половина ночи прошла. Сна так и не было. Забытье. Мысленно я представлял себе Россию. Вспоминались рассказы о тайге, Сибири, Заполярье. Медведи, волки, грибы-ягоды, начальник факультета....
Передал помощнице дежурство по ординаторской, взяв на себя коридор и сестринскую. 4 часа утра. Надо попить крепкого чая с молоком, день обещает быть напряженным. Описываю больных стандартными шаблонами. Но мысли где-то впереди, уже не в Петербурге.
Первая группа надзора. Харисанов. Всю ночь просил "паркопан" (корректор побочных эффектов при назначении нейролептиков, использовался больными для одурманивающего эффекта). Был замечен в варке чифиря на унитазе. После предупреждений уснул.
   Сокольников. Большую часть времени провел в постели, накрывшись одеялом с головой. На прием лекарств пришел в числе последних. На вопросы не отвечал.
   Петруковский. Пытался отрыгнуть лекарственную смесь (соседи по палате донесли). Сделана внутримышечно литическая смесь: 4 мл аминазина + 2 мл димедрола. Уснул, спал без пробуждений.
   Собакин (среди больных отзывался на кличку "собака", болен олигофренией в степени дебильность). В течение вечера нецензурно выражался. Требовал выписки. От приема лекарственной смеси отказался. Был вызван дежурный врач. Сделано внутримышечно: тизерцин 4,0, фиксирован к койке, переведен в надзорную палату. Ночь спал без пробуждений. По смене передается спящим.
   И так, 116 человек. 7.00. Подъем. Контролер открывает палаты-камеры, санитары поднимают залежавшихся. Краткий доклад. Всё спокойно на этот раз. Смотрю, у Петренко появилась свежая гематома под левым глазом, Севарченко гвоздем расцарапал предплечье (надо йодом смазать), Трунов сказал, что иглу проглотил (надо заявку на рентген написать, дежурному врачу сообщить). Последние минуты дежурства тянутся медленнее обычного. Мыслями я уже на улице Рузовская. Посмотрел через окно на девчонок из соседствующего забором СИЗО. Размахались они утром платками. Семафорят своим соседям из больницы, целыми фразами строчат. Я так и не выучил их языка. Кто говорит, что бывали случаи свадеб после таких свиданий на расстоянии. В апреле обещал начмед СИЗО, что у меня закончится проверка моих сведений, и я могу смело рассчитывать на пол ставки. До окончания академии осталось три месяца. Можно для разнообразия попробовать и в женском СИЗО поработать.
Спустя неделю я уже мог наблюдать за встречными ответами своих больных, но со стороны женского СИЗО. Режим мне там показался более строгим. Ключи были только у конвоиров. В мои задачи входило проведение осмотров по выходным на предмет обнаружения телесных повреждений, отсутствия насекомых и активное выявление прочих заболеваний. Заметил, что в женской тюрьме бросалось в глаза разделение на "мужскую" и "женскую" половины. "Мужская" была представлена дородными женщинами, предпочитавшими мужскую одежду и копирующими мужские привычки и манеру поведения. Вначале эта гомосексуальность шокировала, но потом к ней привыкаешь и смотришь, как на само собой разумеющееся решение семейных невзгод. Но это с одной стороны. Как сказала одна из санитарок, приобщенная начмедом в качестве поощрения к отбыванию наказания в медицинском пункте: "Ты не можешь оставаться просто женщиной. Попадая в камеру, ты становишься либо женщиной-мужчиной и подчиняешь себе некоторую часть камеры, либо наоборот. Не все выдерживают такое!".
Как-то меня вызвали вечером к женщине в галерею N2. Диагноз: маточное кровотечение? В пациентке я узнал маму ребенка, который лечился у нас на 1-м отделении детской инфекционной больницы N4 полтора года назад. Он большую часть времени провел в боксе, так как мама посещала его не чаще раза в неделю. По слухам, она была под следствием за грабеж и бандитизм. Но тогда не верилось, что такая хрупкая на вид женщина может быть причастной к такому роду деятельности.
- Здравствуйте, доктор. У меня кровотечение, - надрывным голосом промолвила заключенная, - живот болит!
Ее внешний вид разительно изменился. Растрепанные волосы, постаревшее лицо, хотя ей было не больше 22-х лет, искусственная флегмона под глазом (заключенные с целью перевода в медпункт вводили себе зубной налет в поврежденные слизистые).
-Покажите подкладную!
В СИЗО имелось гинекологическое кресло, но оно было в приемнике, да и гинеколог работал лишь на четверть ставки. После моих слов на лице у нее промелькнула растерянность. Но спустя мгновение она извлекла на обозрение. Рядом стоявшая конвоирша кисло улыбнулась.
- Не вижу, женщина, ничего, свидетельствующего о вашем заболевании.
- Я её только что сменила.
- Хорошо, давайте осмотрим ваш живот! Нам как это можно сделать? - спросил я у конвоирши.
- Да какой живот? Как банк грабить, живот не болит, а как на зону ехать, так вся разболелась!
- Раз пришли, надо исключить острый живот, - настаивал я на своем.
-Вы будете осматривать её в камере?
-Если ничего другого не остается, то я осмотрю ее в камере...
- Хорошо, я сейчас вызову разводящего, и мы впустим вас в камеру.
И вот я впервые в камере. Солдатская казарма является раем по сравнению с камерой на 46 человек, в которой трёхярусные кровати стоят, подобно американским небоскрёбам, изображённым в отечественных шаржах. Затхлый запах пота, плесени и дешевых духов. Минимум освещения. Десятки любопытных глаз, всматривающихся в вечернее развлечение. Сальные выкрики в мою сторону, подхватываемые дружным гоготом. Но с приходом разводящего все замолкают. Выстраиваются лицом к стенке, и у меня появляется возможность провести пальпацию живота и оценить степень выраженности болезненных расстройств у женщины. Но чем больше я её осматриваю, тем больше соглашаюсь с мнением конвоирши по поводу состояния здоровья заключенной.
   - Вы знаете, девушка, признаков кровотечения я у вас не нахожу. Пульс немного частит, артериальное давление в норме, живот мягкий.
- Вся камера может подтвердить ...было!
- Извините. Если появится ещё кровотечение, вы меня вызовите. На утро я вам назначу сдать анализ крови и осмотр гинеколога. А пока примите вот эту таблетку, - сказал я ей, протягивая но-шпу.
   Очень хотелось помочь ей, но это был максимум в той ситуации. Перевод из галереи в медпункт согласовывался со многими инстанциями и редко осуществлялся в вечернее время. К тому же утром, после осмотра хирурга её могли перевести в ещё более худшие условия, если диагноз не подтвердится.
   - Как сын ваш, с кем он остался? - напоследок рискнул спросить я.
- С бабушкой! - машинально ответила она. - Откуда вы знаете? - на лице появилось выражение недоумения.
- Вы меня не узнаёте?
- Нет! - ответила она нерешительно, округлив испуганные глаза.
- Встречались мы уже раньше, но в других условиях.
Выйдя из камеры, вздохнул с облегчением. Всё это время чувствовалось какое-то напряжение, витавшее в её спёртом воздухе. Наутро доложил о ночном вызове начмеду СИЗО, а на следующем дежурстве во время телесного осмотра галереи узнал, что она ушла по этапу.
Так я и проработал все оставшиеся до выпуска три месяца, чередуя СИЗО и СПБСТИН.
  
  
   В августе 2000 года. Где-то в центре Москвы.
   Когда находишься в Чечне, постепенно привыкаешь к ежедневному ощущению страха, которое не покидает тебя. Идешь ли ты по зеленому полю, переходишь ли железнодорожное полотно, летишь ли на вертолете, ложишься ли спать. Где-то подсознание ощущает, что, возможно, это может быть последний шаг, мгновенье, вдох.
Иногда оно активизируется, иногда маскируется за какими-то удобоваримыми формами поведения и сменяется некоторой молодецкой бравадой с лихачеством. Когда выезжаешь на рынок за продуктами, а из оружия лишь пара гранат в бардачке и в карманах камуфляжа, когда, окруженный чеченскими юношами на рынке, ты находишь выход из казалось бы, захлопывающегося капкана... Но это всё происходит в другой части неблагополучной России.
В августе 2001-го оказался перед очередной дилеммой отправки в Моздок. Самолет из Чкаловского меня не взял, сославшись на более нужных пассажиров, и меня, уже практически готового к отправке, высадили из салона до следующего рейса. На полу зала ожидания аэродрома ютились семьи офицеров, в предвкушении рейса в Таджикистан. Некоторые из них жили здесь уже шестые сутки.
Бегали босоногие детишки, жены офицеров кипятили воду, заваривали в банках лапшу. Странно и жутко было смотреть на такое безразличие наших командиров к своему личному составу.
Попытался поинтересоваться прогнозом ближайших полетов на Моздок, но диспетчер ничем не обнадёжил: "Утром звоните... после планерки...сегодня рейсов не будет!"
Делать было нечего, поехал в город на Пушкинскую, к другу Эдику, у которого уже ночую четвертые сутки. Денег нет, и если бы не его забота, то перебивался бы хлебом и водой. Освободившись от жаркого камуфляжа и вещь-мешка, взяв напрокат у Эдика летние брюки и туфли, ушел коротать время в Библиотеку им. Ленина. Что еще можно в Москве днем делать? Посидеть на Патриарших да почитать в библиотеке. А вечером, когда друг вернется с работы, попить с его коллегами-риэлторами пива на Пушкинской площади, да послушать музыкантов-самородков - завсегдатаев площади.
Сегодня дважды останавливали для видеоинтервью на Садовом кольце. Интересно, увидят ли меня мои родные?
Так, промотавшись оставшуюся часть дня по городу, решил, что пора возвращаться к "сегодняшнему дому". Обещал, что на ужин приготовлю пиццу из морепродуктов.
Хорошо, что проезд по Москве бесплатный. Показал удостоверение личности и езжай, куда хочешь.
На подъеме эскалатора к выходу на Пушкинскую площадь услышал какой-то хлопок, вслед за которым в воздухе появился запах дыма. Чем выше на подъем, тем больше клубы дыма. Пассажиры судорожно сбегают вниз, закрывая лица платками и футболками. Что это? Короткое замыкание, пожар? В подземном переходе, где еще утром рассматривал в витринах выставленные на продажу дорогие швейцарские часы, народ проносится как угорелый. Не видно ни продавцов, ни постоянных охранников, ни лоточников.
Сильный пожар, раз все брошено. И мне задерживаться здесь не стоит. Еще запачкаю брюки друга в саже и гари, потом не оправдаюсь.
На поверхности все как обычно. Шумит Тверская. Машины мчатся, кто куда. И если бы не обильное скопление народа у выхода из подземной галереи "Актер" и черного дыма, валящего из прохода, ничего не изменилось бы в обычном ракурсе этого места.
Замечаю, что большинство собравшегося здесь народа нацелили объективы своих фото-, видеокамер на место подземного выхода. Странно, что кроме как запротоколировать действо выхода раненных и обожженных из жуткой горловины подземки, на большее никто не способен.
- Да простит мне мой друг, но оставаться простым соглядатаем я не могу. Из нескольких сотен толпившегося вокруг народу нас работало только трое: я, сумасшедший певец Федька с Пушкинской площади и интеллигентный парнишка лет двадцати пяти. Точнее не работали. Доставали тех, кто не мог выползти. Я давал команды по сортировке. Где же кареты скорой помощи? Почему не остановят движение по Тверской? Откуда столько телевизионщиков?
- Парень, сейчас мы тебя перенесем...- кричу выползающему из тоннеля с обожженным лицом и грудью.
Подхватываем юношу, у которого лицо наполовину обожжено, наполовину покрыто резаными ранами. Хрусталики витринного стекла блестят на солнце, главное, - к ним не прикасаться. Перекисью промоют, часть из них и выйдет.
- Ребята, задержитесь на секунду, для кадра! - нас атакует НТВэшник с огромным видеообъективом.
-Да пошел, ты..., - но это, как на назойливую муху действует кратковременно.
Казалось, прошла вечность, прежде чем остановили движение и к месту трагедии приехали кареты скорой помощи. Зевак стало значительно больше. Теперь милиции пришлось сдерживать их, чтобы не мешать проведению неотложных мероприятий и погрузке пострадавших.
Краем глаза замечаю, что московские бригады скорой помощи оснащены побогаче, чем их "чеченские" коллеги. Современные новенькие носилки, пневматические шины. Об этом мы могли бы только мечтать у себя в Ханкале.
Вытащил мужчину сорока лет. Судя по деформации нижней конечности, открытый перелом голени. Мужчина в шоке. Приношу его к первой попавшейся машине. Женщина крупной комплекции в синем медицинском комбинезоне обращается к нам: "Кладите его на эти носилки!"
   -Ок! Давайте, я вам помогу!
-Ты кто?
-Я военный врач...из Чечни...
- Ты...?! - лицо ее не смогло скрыть недоверчивого взгляда, которым она оценивала меня.
- Я в вену могу войти, жгут, шину наложить и многое другое.
- Ладно, на, держи, набирай шприц. - снисходительно сказал доктор, протягивая мне двадцатимилилитровый шприц.
   Тем временем девушка решила наложить пострадавшему пневматическую шину и прикрепила его ремнями к носилкам. "Забыла про обезболивание?" - пронеслось в голове, - "Не моё это дело".
Подъехали другие телекомпании. Теперь у пострадавших пытались взять еще и интервью, задерживая их погрузку в машины. Откуда столько бездуховности и бесчеловечности? Что сделало этих людей такими бесчувственными, как и тех зевак, кто наблюдает сверху... Бизнес, коммерция, мода?
Вот и всё. Последний раненый погружен. Приехали машины ФСБ, и зевак стали разгонять. И я решил, что дело сделано, больше я здесь не нужен. Поэт-песенник активно дает интервью центральному телеканалу. Отмыв руки и одежду от свежих следов крови, я покинул место трагедии.
По телевизору уже крутили беспрестанно новости. Эдик вместе с остальными жильцами коммуналки выслушал рассказ очевидца случившегося, который не совсем походил под формат подаваемых новостей. Ну и бог с ними! Каждый видит жизнь по-своему....
  
   Октябрь 2002 г.
  
   Настроение вроде бы хорошее. Радуюсь, а чему не понимаю. Нога в гипсе, план годовых тренировок, осенних, зимних соревнований полетел или рухнул, впереди операция, за которой обещают не одну, но мне кажется, что всё будет хорошо. В сравнении с моими соседями по палате, которых сегодня доставили с поля боя, у меня пустяки. Когда стал невольным слушателем их недавних подвигов, внутри, где-то глубоко почувствовал и зависть и ущемлённость выбранной стези, и гордость за наших ребят, стоящих выше более оснащенных арабов.
   Никогда бы не мог подумать, что окажусь в таком плачевном положении. Прошедший месяц, видимо, действительно был слишком напряженным. И перепись населения с её необходимыми поездками в Грозный, где находился штаб сего мероприятия. После каждой такой поездки, в душе, обращался к Всевышнему с благодарностью в том, что всё прошло благополучно. Страха, того животного, который бывает, когда в первый раз прыгаешь с парашютом, тонешь в воде или попадаешь под обстрел, уже нет и в помине. Есть что-то такое, что понимаешь, что случай движет твоим сегодняшним бытиём. Как-то перед поездкой в город Грозный, генерал Безфамильный нахваливался своей модной амуницией: бронированный УАЗик, бронежилет, автомат и автоматчики, гранаты за пазухой. Затем последовало ещё более дурацкое продолжение: "А что есть у вас доктор, скальпель?!" На что я сказал, что я психиатр по специальности, а от умело пущенной "мухи" все его прибамбасы будут не к месту...
   Иногда даже возникает ощущение бравады жизнью, что готов совершить любые подвиги или необдуманные поступки. Для чего, кого? От скуки, от нехватки эмоций, от желания полноты охватить, почувствовать, пережить. Некоторые связывают это с адреналином, другие приписывают эндорфинам, я согласен, что есть такие гормоны, белки, которые активируют нашу подкорку на более высокий лад, заставляя взбудоражить её почище кружки чифиря или заварного кофе. Но вместе с ними (активаторами), есть что-то ещё, что не подлежит химическому описанию (сравнению). Это, как когда подобно лыжнику-слаломисту, но только без лыж, несёшься вниз по заснеженной бурятской сопке, интуитивно перепрыгивая через поваленные деревья. И понимаешь, что можешь не рассчитать своей сноровки и остаться лежать, уткнувшись лицом в снег или что-нибудь более твёрдое. Тогда и начинаешь, нет, не тогда, а потом, когда уезжаешь из Бурятии, чуточку взрослеешь и перевариваешь происходившее с тобой - жизненную феерию (не хочется называть это лотереей).
   Недавно побывал в Чеченских сопках. Не хотел особо выезжать в эту командировку. Прежде всего, что не видел полезности от необходимо сделанной работы. Предстояло осмотреть ребят отдалённых гарнизонов (Борзой, Калиновская, Шали) на наличие у них психиатрической патологии. Как будто речь идет о вирусном гепатите, которым можно болеть скрытно. Она, то бишь, патология либо есть, либо нет. Как правило, это написано на лице, если она явная, то видится окружающими и без присутствия психиатра. Но в Ростове-на-Дону, в штабе Северо-Кавказского военного округа виднее.
   Началась поездка весело! Пока добирался до взлётки (дело было после дождя, а санитарные машины ожидали поступления раненых) заехал более чем по колено в жижу чеченского пластилина. Стою я так: за спиной рюкзак, в одной руке сумка с ноутбуком, в другой пакеты с электроплиткой и электрочайником (выезжал ведь в неизвестность, и все могло сгодиться) и думаю с периодичностью одна мысль в три секунды: "кто бы мне помог и для чего это мне надо? Как долго здесь можно стоять? Как бы не утопить ноги еще глубже? и т.п.". Простоял бы долго, если бы не проезжающий грузовик, который заехал передними колесами в нашу лужу-жижу и водитель "щиро" предложил свою руку и помощь. От занятия места в его кабине я отказался, т.к. и так не знал, чем можно выразить свою благодарность за спасение, не хватало еще испачкать салон. Так и доехал с ветерком и брызгами от колес на спине на передней подножке грузовика до взлетно-посадочной полосы, истекая грязью из башмаков и штанин. Вид у меня был самый, что ни на есть презентабельный, как для проверяющей персоны. На взлётке лужи более чистые и менее глубокие. Так что перед посадкой на борт вертолета навёл лоск на своих берцах и брюках. После чего познакомился с летчиками, которые меня приняли за прокурора, как потом оказалось, из-за сумки с ноутбуком. Но когда узнали, что психиатр, то затащили в кабину и целый час до отлета я слушал их страхи и согревал себя так мило и, кстати, предложенным дагестанским коньяком.
   Вместе со мной в Борзой летело несколько солдат, которые в течение неизвестно долгого времени жили или бомжевали неподалеку от боевых машин в ожидании своего борта. Второй глагол им больше подходил, так как их внешний вид очень подчёркивал их образ жизни. Догадкой остался лишь способ добычи пищи. Хотя всегда есть что украсть и кому это купить.
   Прилетев из относительно тёплой Ханкалы, где еще нет желтизны на деревьях и вовсю молодится свежая зеленая трава. Увидев спустя 15 минут заснеженные сопки с побуревшей листвой и ударившим в грудь запахом приближающейся зимы, я невольно содрогнулся от быстрых контрастов. Не успев отойти от ощущения соринки в пылесосе (от частых полетов на вертолете возникало ощущение зуда в полости носа), после подъёма восьмёрки (МИ-8), я выдвинулся в поисках пристанища. Следующим событием после приземления стало знакомство с командиром полка, которого я проигнорировал, перелезая через вертолётный заборчик. Подсознательно чувствовал на своём отклоняющемся от воинского устава внешнем виде его суровый взгляд. Он сразу дал понять, кто здесь является вельможей, а кто вассалом. При этом пообещал отправить меня немедля обратно (при том, что вертолёты летают в этом направлении 1 раз в 2 недели, а срок моей командировки не предполагал задержки более чем на три дня). Под конец обозвал меня "диким офицером", правда, за глаза. Для меня это было скорее комплиментом из его уст.
   Следующим моим шагом на высоте 1200 м над уровнем моря - был поиск воды для ножной ванны, стирки и остаточной обработки обуви. Оказалось дело сложным на таком высоком уровне. Водопровод тянется из какого-то отдаленного уголка на протяжении одинадцати километров и часть труб смыло проливными дождями и последовавшим за ними смещением почвы. Так что уже несколько дней обитатели живут тем, что сливают остатки столь драгоценной жидкости из систем отопления, которые естественно не функционируют. Но благо таяние горного снега оставляет после себя множество луж. Заславши одного из солдатика в направлении большой лужи, я спустя некоторое время смог полностью очистить себя от Ханкалинской грязи.
   Работы, как и предполагал, было не много. Приводили и приходили, кто угодно и с чем угодно. Конечно, был некоторый процент и профильных больных, но их и без меня, было, кому обследовать и отправлять на эвакуацию (в штате медроты имелся врач-психоневролог). А так, кто только не приходил: энурезники (те, которые мочатся в постель), дефицитчики (те которым необходимо полноценно питаться, чтобы догнать сверстников) и прочие праздные и любопытствующие.
   Правда, приобрел новых и приятных знакомых в лице местного психиатра и стоматолога, за которыми проводили долгие вечера без света, а утром, умывшись стаканом газировки, побрившись и почистивши зубы из одноименного и неиссякаемого сосуда, приступали изучению, кто душ, кто ртов.
   Но знакомство с местностью было бы неполным без пробежки. И вот, нацепив медицинскую косынку на лоб, вставив плеер в уши, под звучное Ramstein, я выдвинулся на обследование не столь отдалённых уголков местного гарнизончика, выискивая трассу, чтобы была покруче, да потяжелее, попутно любуясь окружающими красотами гор и представляя себя где-то на учебно-тренировочных сборах в Кисловодске. Думал, что раз уж застрял, то надо пользоваться моментом и использовать особенности ландшафта для повышения своего мастерства в виде бега в горку.
   Но в одну из своих очередных пробежек по дивным склонам Северного Кавказа, я не разошёлся с мчавшемся на меня сверху КАМАЗом. Управлявший им местный джигит обдал меня холодным ветром сильной машины, а я, лавируя меж потоками воздуха и пыли, влетел всеми четырьмя конечностями в твердый грунт оврага, с торчащим из него металлическим прутом. Успел подумать о плеере, который вылетел из моих рук также стремительно, но остался цел. Не первое падение за этот месяц (на прошлой неделе во время вечерней темповой пробежки разорвал кроссовки-внедорожники и брюки), но не думал, чтобы оно было настолько серьёзным. Поднялся, вставил кассету, отряхнулся, выразился в сторону умчавшегося КАМАЗа, включил Muter и в путь. Превозмогая боль, пробежал ещё 5 километров, пытаясь доказать самому себе, что ничего страшного не произошло, хотя боль говорила об обратном.
   Ночью правый коленный сустав увеличился в два раза, сон наступил после обезболивающей инъекции. Утром следующего дня я не смог полноценно передвигаться (шел с поддержкой рук, опираясь на стену). Тут я понял, что дело приобрело другую окраску. Местные хирурги сказали, что это похоже на гемартроз. Рентгенологический аппарат в медроте уже как три месяца назад вышел из строя. Поэтому взяться за операцию они не могут. Что ж пора улетать на основную базу, на реабилитацию и рентгенографию. Но борт для меня заказать не могут. Очередной по расписанию будет через неделю. Командир полка лишь кисло усмехнулся, когда я зашел к нему в кабинет с ходатайством о заказе экстренного борта для эвакуации. "Мы заказываем лишь вертушки по экстренной лишь для раненых...А вы кто?". Да я не раненый, я травмированный, но от этого осознания мне не легче. Так прошел ещё один день, к концу которого я перестал ходить самостоятельно.
   На следующее утро волею случая в населенный пункт Борзой занесло еще одну комиссию по проверке вооружения. На санитарке меня довезли до посадочной площадке, погрузили в вертолет и коллеги пожелали поскорее выздоравливать и приезжать к ним летом.
   В Ханкале меня встретила Татьяна Васильевна и отвезла на дежурной санитарке в госпиталь. В приемном выполнили рентгенографию, завели историю болезни. Даже после рентгенографии думал, что все ерунда, пока не оказался на операционном столе и коллега доктор Щукин А.В. не продемонстрировал количество извлеченной геморрагической жидкости и прокомментировав этот соответствующим образом: "Спортсмен - это диагноз! А бегун является осложнением основного заболевания...".
   Хотя продолжаю считать, что он несколько сгустил краски.
   Но нахожу что-то новое и в сегодняшнем своём положении. Хожу на костылях - качаю верхний плечевой пояс и мышцы спины. Веду приём у постели. Обычно говорят "у постели больного". У меня это несколько звучит в другой плоскости, но больных это не смущает. Как-то принимал одного офицера, страдающего психотическим расстройством (диагноз поставил постфактум).
   Заходит в палату молодой лейтенант, два месяца после выпуска из военного училища.
   - Доктор, разрешите задать вопрос, - хитро улыбаясь, спрашивает у меня.
   - Да, пожалуйста.
   - Можно я ваш апельсин съем?
   - Да, конечно.
   - Спасибо большое. А пока я его ем, можно еще вопрос?
   - Да, конечно!
   - Это вы бегали по Ханкале?
   - Да, я!
   -А ещё один можно?
   - Да, пожалуйста.
   - А ещё будете бегать?
   - Думаю, что буду...! Ну, а вас, что ко мне привело?
   - Да, так ничего. Ротный послал, говорит, что мне надо к психиатру сходить, - взгляд его изменился, стал настороженным, - А это что за вентили? - пальцем указывая на кислородные краники, спрашивает он.
   - Это распределительные кислородные краники.
   - А думаю, что это вам так кажется... Нас подслушивают...
   - Кто?
   - Есть кому это надо. Они записывают всю информацию.
   - Это вам так кажется. Вы заблуждаетесь!
   - Нас подслушивают. Думаете, я сумасшедший? И меня надо в ростовский госпиталь?
   - Пока еще затрудняюсь ответить. Думаю, это некоторое нервное истощение, вызванное психическим перенапряжением. Возможно, вам необходима реабилитация в условиях окружного госпиталя.
   - И вы о том же! Мой комбат тоже говорил мне, что меня надо в ростовскую "д..ку" направить на комиссацию. Вы, наверное, в одной системе. Я же говорю, что везде прослушка!
   Внезапно в палату заходит старший терапевт - Виталик Осипчук. Оценивает ситуацию в палате, больного.
   - Ну что, Вячеслав Иванович, ваш клиент?
   - В некотором роде, да.
   - Будем готовить лейтенанта на эвакуацию в Ростов?
   - Да, можно на завтрашний борт подать....
   Старший терапевт уходит, в палате минутная пауза, во время которой лейтенант съедает ещё один апельсин с моей тумбочки.
   - Эх, доктор, доктор, и после этого вы будете меня уверять в том, что это кислородные краники!
   В Ростове мой диагноз был подтвержден и лейтенанта демобилизовали из ВС РФ по состоянию здоровья.
  
   Затем мне сделали вторую операцию. Алексей (лечащий врач) заверил, что все идет на поправку, но окончательно станет все на свои места месяца через три, когда наступит холодный период травмы и можно где-нибудь в Ростове будет сделать артроскопию.
  
   Три недели спустя...
  
   Хочу похвастаться, что дела мои идут нормально. Что касается моего здоровья? Сделали мне три пункции. После трёх недель снял гипс. Ещё спустя три дня забросил костыли. Осталось лишь небольшое прихрамывание. Официально еще пока не выписали, но к рабочим обязанностям приступил уже давно, так как от безделья начали закипать мозги.
   К тому же когда вокруг всё бурлит невозможно усидеть на одном месте, тем более улежать. Сначала совершал прогулки быстрым шагом на костылях по 5-6 км (на здоровой левой ноге), но натёр кучу потёртостей под мышками. Но вскоре привык и к ним. Подумываю о том, чтобы начать тренировки, но лечащий врач меня отговаривает от этого безрассудства. Но энергии хоть отбавляй. А направлять её куда-то надо. Вкладываю всего себя в работу, но ощущаю, что мне этого не хватает. Хотя и загружен с утра до вечера.
   К систематическим тренировкам приступил в марте следующего года, что совпало с очередным отпуском и участием в Чемпионате Украины по ветеранам (занял второе место на 1500 метров). От наколенника избавился лишь через год после травмы. За последующий год провел 4 курса противоспалительной терапии. Четырежды приходилось прекращать беговые занятия в связи с возникающими болевыми ощущениями.
   Конар. Июнь 2004 г.
  
   У нас наконец установилась жара, что меня весьма радует, так как устал от холодов. Весь май температура держится выше 20 - 25 0С; несколько дней было под тридцать. Последние три дня "поджариваюсь" в бегах или на крыше дома, выполняя ОФП. Немного подпалил себе плечи и нос. Облезаю. Получился хороший "морской загар".
   В один из жарких дней собака по кличке Конар (стаффордширский терьер) не выдержала. Тепловой удар. Бежали маленький круг - десятку, вместо обеденной сиесты. В тени в тот день было + 35?С.
   Я обычно перед такой тренировкой выпиваю два стакана минеральной воды.
   Это была не первая наша с ним совместная тренировка. За четыре месяца занятий он смог увеличить километраж до двадцати километров за один прием, но это было в апреле. Поначалу мы даже тренировались втроем. Я, Конар и Роман - хозяин пса. С ростом интенсивности тренировочных занятий Рома перестал справляться с предлагаемой нагрузкой и предпочитал обеденную сиесту изнуряющему солнцу и пыльной дороге.
   В связи с тем, что обед у нас продолжительностью два часа, а в вечернее время занимаешься, как правило, больными в отделении, да и под вечер над гарнизоном стоит плотная пыльная завеса от вертушек и БТР, да еще командир дивизии может дымовое заграждение включить, я старался совершать пробежки в это время. В такую жару и больным лень в госпиталь идти, и персонал старается отлеживаться в холоде комнат общежитий, спасаясь холодной водой и кондиционерами, если не отключат электричество. К тому же готовился к очередному марафону "Белые ночи", поэтому старался, чтобы условия для тренировки были максимально жесткими.
   Когда закончилось предобеденное построение, ко мне подошла старшая медсестра гинекологии - будущая теща хозяина собаки.
   - Вячеслав Иванович, не возьмёте с собой Конора на пробежку?
   - Я-то возьму, а вам не жалко животину-то на такую жару выгонять?
   - Не жалко! Пусть помучается! Он нам всю ночь спать не давал - выл, как бешеный.
   - Хорошо, через десять минут выводите его, встретимся у первого подъезда общежития.
   Когда выбегали с территории госпиталя на трассу большого десятикилометрового круга, проходившего по периметру Ханкалинского гарнизона, Конар неоднократно оборачивался, грустно смотрел вслед удаляющейся хозяйке. Бежать ему явно не хотелось сегодня. Такого с ним никогда не было. Мне пришлось прикрикнуть на него, чтобы он бежал рядом со мною. И лишь после того, как мы выбежали на припорошенную пылью единственную дорогу, я отпустил его с поводка. Но не было в его движениях той обычной резвости, когда он убегал вперед меня или обнюхивал попадающиеся на дороге кусты.
   Пыль от проезжающих грузовиков забивает глаза и нос. Немного спасает спецназовская бандана, наполовину прикрывающая лицо. Но дышать становится всё тяжелее и тяжелее. Позади половина дистанции. Оборачиваюсь назад.
   Конар после пяти километров стал заметно отставать от моего и так небыстрого темпа. Но я прикрикнул на него, и он повиновался моей команде "рядом". Чтобы не переходить на шаг, сбавил скорость до пяти минут на километр, вместо запланированных 4.10-4.20/км.
   Но и это не помогло. На седьмом километре он протянул задние лапы и лег на бетонку взлетно-посадочной полосы (при высокой температуре воздуха вертолетам взлетать запрещено, из-за того, что у некоторых из них отказывали двигатели, и я использовал размеченную через каждые 100 метров бетонку - единственное ровное покрытие в этой местности, для выполнения беговых ускорений). Но не сегодня. Пес жалобно заскулил. У него отмечалось непроизвольное мочеиспускание. Из пасти отходила вязкая слюна с пеной. Заподозрив, что с собакой творится что-то неладное, решил прекратить сегодняшнее тренировочное занятие. Взял его на руки, понес. Идти было тяжело и неудобно. К тому же усталость от пробежки давала о себе знать. Пот градом лил с меня. Нагретые горячие струи воздуха поднимались над Ханкалой, на небе ни тучки. Вот-вот и он выскользнет из моих рук. По пути встретил солдата, несмело выглядывающего из окопа, охранявшего "взлетку".
   - Эй, боец, помоги собаку на плечи положить!
   - А она не укусит?
   - Нет, она еле дышит, ей сейчас не до тебя!
   Вдвоем мы водрузили Конара мне на спину. Три километра нес пса, дыхание которого стало шумным и частым на пути к военному госпиталю. В приемном отделении госпиталя положил его в душевой кабине санитарного пропускника. Вызвали начальника реанимации, дежурного врача. Прибежал запыхавшийся хозяин собаки.
   - Что случилось? - паниковал Роман.
   - Не добежал. Три километра оставалось. И темп был ниже среднего сегодня.
   - Надо доступ в вену обеспечить и профилактику отека легких создать! - командовал начальник реанимации.
   - Холод на крупные кровеносные сосуды! Лед есть?
   - Льда нет! В обед свет отключали!
   Старшая сестра приемного отделения принесла бритвенный станок, которым обычно бреют солдат, поступающих с платяным педикулезом.
   Побрили шкуру на задней лапе, нашли вену, затем приступили к внутривенным капельным вливаниям электролитных смесей. С помощью электроотсоса откачали слизь из пасти и глотки. Внешне он стал выглядеть бодрым, реагировал на обращенную к нему речь, виляя хвостом. Я ушел на службу, так как до конца обеденного перерыва оставалось 10 минут. Возле моего отделения толпились больные на прием. Я оставил хозяина и реанимационную бригаду дальше оказывать псу медицинскую помощь. Через час Конара перенесли в общежитие, так как в приемник стали поступать больные и раненые.
   Ближе к ужину встретил старшую медицинскую сестру гинекологии.
   -Вячеслав Иванович, помогите, Конар умирает. Он сейчас в тридцать шестой квартире находится. Там Роман, и мы еще ветеринара к нему вызвали.
   - А почему он не в реанимации?
   - Там нам отказали. Сказали, что у них раненые погибают, некогда им спасать собаку.
   Когда зашел в квартиру N 36, почувствовал "запах приближающейся смерти". Может, это были мои ассоциации, может быть, так пахла смесь собачьих испражнений и медикаментов, но, увидев лежащего на полу пса, взмокшего хозяина над ним и суетившихся рядом свободных от ночных смен сестер, я понял, что мои подозрения оправдываются. Шесть часов они боролись за его жизнь. Под конец наступила остановка сердца, и ни закрытый массаж, ни инфузионная терапия, ни адреналин внутрисердечно, ни дефибриллятор уже не смогли его спасти. Я еще раз сбегал к начальнику реанимационного отделения, но последний, иронично высказавшись по этому поводу, дал понять, что для нас дорога к нему закрыта.
   - У меня раненых пять человек, еще ждем вертушку с Борзоя, там сегодня подрыв был, а тут вы со своим псом...
   - Дайте хоть дефибриллятор исправный, а то в приемнике не работает.
   - Не положено! А если у меня что случится? Как я потом объясню.... В инфекционном отделении есть исправный, недавно сам проверял его!
   Увы, но и дефибриллятор уже не помог!
   Несколько чередующихся разрядов электрического тока не спасли собаку. Причина, по-видимому, была в обезвоживании и электролитных нарушениях.
   Похоронили пса на госпитальной территории возле забора. Могилу копали втроем, по очереди сменяли друг друга и освещали могильную яму. Я, врач-ветеринар из соседней части и Роман - хозяин пса. Сломали два деревянных черенка от лопат. Сплошные камни. Периодически попадались гильзы. Страшно было, вдруг наткнемся на неразорвавшийся снаряд. Спустя час работы, взмокшие, мы смогли углубиться лишь на полметра. Положили тело собаки, завернутое в армейскую простыню, на дно выкопанной ямы. Забросали могилу камнями, поставили черенок от лопаты в качестве опознавательного знака. Рома сказал, что каждый год будет приходить на могилу. Помянули его бутылкой водки на троих, не закусывая, в кабинете начальника кожно-венерологического отделения. Рома К. (хозяин) плакал, говорил, что будет приносить цветы и никогда больше не заведёт собак.... У него это была вторая гибель собаки за последний год.
   Мне тоже было не по себе, от того, что косвенно явился причиной гибели собаки. Можно, конечно, списывать все на жару, климат, дегидратацию, недооценку тяжести состояния, но породистого пса не стало.
   Я же и дальше продолжал свои пробежки по жаре, увеличив лишь количество выпиваемых стаканов перед ними до трех.
  
  
   Дорогами Черкащини. Август 2007 г.
  
   Черкассы - областной центр на Украине, находится в 150 км от Киева. Восточная часть его расположена на живописных берегах Днепра. Навестив родителей в Киеве, мы решили отправиться в этот город для участия в пробеге, о котором узнали из календаря в "Бег и Мы". Приехав на ж/д вокзал в пятницу вечером, я решил позвонить организатору соревнований.
   - Здравствуйте, мы на пробег к вам приехали.
- Поздно уже, завтра старт, все протоколы уже составлены.
- Как это поздно? В вашем информационном релизе не было указано о сроках приема заявок. Я месяц назад звонил, мне сказали, что соревнования состоятся.
- Вы откуда приехали?
- Из Санкт-Петербурга.
- Это ж так далеко!
- Да, неблизкий путь, 1200 километров проделали.
- Ладно, подъезжайте, но мест в общежитии для вас уже нет.
- Да нам и не надо.
-А сколько вас?
- Трое. Я, супруга и ребенок.
- У нас дети не участвуют.
- Я знаю. Она и не будет. Ей только восемь месяцев исполнилось.
- Как восемь месяцев? А если что случится, кто отвечать будет?
- Вы мне адрес скажите, куда подъезжать для регистрации.
- Как вы с таким ребенком приехали?
- Послушайте, уважаемый товарищ, мы сами разберемся.
- На первом троллейбусном маршруте проедете восемь остановок, потом направо три квартала пройдете, спросите общежитие. На первом этаже наша судейская команда.
   Судейская комната представляла собой маленькое подсобное помещение общежития, вся обстановка которого напоминала об успехах советского бегового движения 80-х годов. Нас встретил организатор соревнований - спортивного вида старичок лет 70-ти, всем своим видом показывающий недовольство нашим нежданным приездом. Мотивировка - необходимо было заблаговременно, еще из Киева, нет, из Петербурга, позвонить, нет, прислать заявку об участии. Какие-то нелепые отговорки о том, что у них все предусмотрено на трассе для строго определенного числа участников. В итоге мне все-таки выдали номер участника. Этому поспособствовала секретарь пробега, как выяснилось позже, его супруга, которая хотела еще предложить и ночлег у себя, но ее строгий муж был против.
Тем не менее, Наде и Таисии отказали в возможности поболеть за меня. "А вдруг с ребенком что-нибудь в автобусе случится?" Все мои доводы, что мы уже с ней проехали не одну тысячу километров, побывали не одних соревнованиях, не возымели успеха.
   - На торжественное открытие у памятника Т.Г. Шевченко они могут прийти, а потом мы автобусом уезжаем в Смелу, где будет дан старт пробегу.
- Ну, а на финиш они смогут подойти?
- Не смогут! Финиш будет в селе Коцюбинское, где родился и тренировался наш земляк, которому и посвящен этот пробег. Село находится в 32-х километрах от Смелы.
   Наши уговоры не оказали на организатора никакого воздействия, он неустанно повторял про лимит, график, справку от врача и прочее. Узнав, какие и где поблизости имеются гостиницы, мы ушли на их поиски. Повезло с пятого или шестого раза. Несмотря на внешнюю провинциальность города, цены на номера были сравнимы с петербургскими. В конце концов, в районе 21-го часа мы нашли гостиницу у рынка, где сняли обычный двухместный номер с "а-ля советской обстановкой", с минимумом удобств, но с душем, за 500 рублей за ночь на двоих. Я сходил в ближайший супермаркет за продуктами на ужин и завтрак. Консьерж поделилась с нами кипятком и стаканами.
Торжественное открытие было назначено на 8.00, поэтому мы решили, что Надя и Таисия пропустят эту часть соревнований, а когда проснутся, проведут время на городском пляже с видом на Днепр и прогулках по городу.
Пробежав километра три к месту старта, я заметил два десятка бегунов с желто-синими лентами на груди и в одинаковых серых футболках. Тут же на площади стояли представители местной масс-медиа, тестировали свою аудио-, видеоаппаратуру. Вчерашний дедушка преобразился и сиял от удовольствия и гордости за свой пробег, бодро отдавая распоряжение своей супруге, которая одновременно выступала еще и фоторепортером. Мне также выдали подобную атрибутику: серую футболку, ленточки. Спустя 10 минут, прозвучала армейская команда: "Бегуны, в две шеренги становись!"
Как в армии, приказы не обсуждаются, а выполняются. Так и здесь сегодня бегуны быстро образовали нечто подобное армейскому строю.
- Равнение на...право! Товарищ представитель городской администрации, участники пробега Смела-Коцюбинское, посвященного нашему земляку - участнику Олимпийских игр на 10.000 метров 1972 года, рекордсмену Черкасской области на10000 метров ....на торжественную церемонию открытия построены. Организатор и главный судья соревнований.....
Затем последовала длинная речь главы городской администрации и два круга почетного бега трусцой вокруг памятника. В глазах рябило от жовто-блакитных лент на футболках и развевающихся флагов в руках участников. Я стоял в стороне и прикидывал, кто из них будет бежать по-настоящему, одновременно фотографируя сегодняшнее шоу. Улица была малолюдной в столь ранний воскресный час и, казалось, что бегуны развлекают сами себя, проводя какой-то таинственный церемониал.
Затем все разместились в стареньком Икарусе, и мы направились в районный центр Черкасской области - городок Смела, где должен быть дан старт пробегу. В автобусе главный судья объявил о том, что на "нашем пробеге присутствует почетный гость из Санкт-Петербурга, неоднократный участник сверхмарафонских пробегов....".
Мне пришлось встать. Думаю, еще чуть-чуть и я буду раздавать автографы. У многих из бегунов были какие-то связи с Северной Пальмирой, и я удовлетворял их любопытство до самой остановки автобуса.
В Смеле театрализованное шоу с лентами, флагами и футболками повторилось. Здесь мы представлялись уже местной районной администрации. Каравай с солью, артисты в национальных костюмах. Бегунов прибавилось, я насчитал человек 40-50, глазами нашел возможных потенциальных соперников. Прикинул темп с учетом тридцатиградусной жары. Но на старте главный судья остудил мои планы.
- Бежим все вместе первые двадцать километров. Оставшиеся двенадцать, кто как хочет! Прошу соблюдать регламент сегодняшнего пробега.
Под крики ура мы, не спеша, тронулись по центральному проспекту Смелы. Темп - шесть минут на километр. Но не все решили выполнять пожелания главного судьи. Замечаю, как один из лихачей маячит впереди своей ярко-красной майкой. Расстояние между нами (головой сегодняшнего бегового эшелона) и лидером становится все больше и больше. На отдельных горках он уже уходит из поля зрения. Кто-то из соперников не выдерживает, несмотря на окрики бегущего позади главного судьи. Не выдерживаю и я. Спустя пять километров мы нагоняем смельчака и поглощаем его. На отметке 10 километров пункт освежения, что весьма кстати. Трасса пролегает через широкие поля и сады, тени минимум. Втроем проходим этот пункт. Спустя 10 минут темп не выдерживает молодой парень, как выяснилось позже, капитан-милиционер, а еще через 20 минут я остаюсь один на один с милицейской "девяткой", которая то сопровождала меня на дистанции, то исчезала. Как выяснилось, организаторы забыли обеспечить воду для участников пробега. Чтобы не сойти с дистанции от обезвоживания организма, приходилось восстанавливать водно-электролитный баланс яблоками и грушами, которые с обеих сторон окружали трассу сегодняшнего пробега.
   - Беги прямо, сказал мне ДПС, до финиша восемь км осталось. Считаю столбики километров, замечаю, что бегу в хорошем темпе 3.30/км, несмотря на палящее солнце.
   За спиной никого нет. Предвкушаю, как пересеку финишный створ и напьюсь воды. Вот и знаменательное село, которое мне показалось неоправданно длинным. Куры, индюки, собаки, старушки на лавочках, следы от проходивших недавно коров на асфальте, одиноко проезжающие телеги, минимум автотранспорта. Где же финиш?
Нагоняет "девятка" с ДПСниками.
-Ты первый!
-Спасибо! А где финиш-то будет?
   -Да вот он... Школа впереди, там и финиш будет!
Вот и школа, памятник неизвестному солдату, но кроме двух телят, мирно пасущихся на лужайке, там более никого. Нажимаю промежуточное время на секундомере: 32 км - 2.01.38, захожу в школу.
- Эй, кто тут главный, время записывать будете?
Из темноты школьного коридора выходит мужчина лет 40, по-видимому, директор. За ним два чумазых, босоногих мальца лет 10-12-ти.
- Ой, а мы вас и ожидали через 30 минут! Сейчас воду принесут...Ребята, принесите победителю ведро воды из колодца. Хватит?
-Да.
- Сейчас и водовозка приедет, вот яблоками угощайтесь!
- Спасибо, яблок больше не хочется. Есть листок бумаги, ручка, чтобы результаты финиширующих бегунов записывать?
- Зараз все организуемо!
Принесли воду, бумагу, приехала водовозка. Через 14 минут показался второй призер сегодняшнего пробега.
- Как ваша фамилия?
Записываю результаты финиширующих. Через час с небольшим показался и хозяин трассы - организатор пробега.
В финишном городке бегуны обмениваются впечатлениями о трассе и дистанции. Выяснилось, что проблемы с водой были лишь у первой тройки бегунов, остальных исправно поил курсирующий Икарус. Познакомился с третьим призером, который предложил сходить искупаться в ставке (аналог пруда). Местные мальчишки проводили нас к сельскому пляжу. По пути обменялись впечатлениями о пробегах.
   Оказалось, что в России считается более высоким рейтинг пробегов, чем на Украине. Также и сотрудники МВД, военнослужащие, обеспечены более полным социальным пакетом. Затем было награждение. Медаль на желто-синей ленточке, тоненькая книга - брошюра "Олiмпiйска зiрка Черкащини" (Олимпийская звезда Черкащины). Мне предлагают сфотографироваться для местной газеты и фото на память с другими бегунами. От такого избыточного внимания к своей персоне, я даже немного растерялся. "А теперь все приглашаются в летнюю столовую на обед!" - уверенно командует организатор праздника.
Заманчивое предложение, но приходится раскланяться и заняться поисками автостанции, так как вечером необходимо уже быть в Киеве. Завтра еще один пробег под таинственным названием "Фукуока". С двумя пересадками добираюсь до Черкасс, где меня встречают подзагоревшие девочки.
-Ну, как ты, Слава, сегодня выступил?
-Отлично, первое место занял! Жара была! Организаторы про воду забыли!
-Молодец, мы тебя поздравляем. А мы на Днепре позагорали это время - скучно было без тебя. Жаль, что нам не разрешили присутствовать.
В конце сентября 2007 года мы встретились с главным действующим лицом праздника в Черкассах. Это произошло на Королевском марафоне. Он несколько раз извинился за свое поведение и попросил сфотографироваться вместе напротив памятника конструктору космических аппаратов Королеву.
  
   Фукуока. Август 2007 г. (на следующий день).
  
   "Важно не только, какую дистанцию бежать, но где и как. Можно бегать и в ближайшем парке, но это, наверное, все равно, что танцевать дома, а не в ночном клубе". Так сказала Надя после этих соревнований. Наверное, самыми интересными для меня были 15 км в броварском лесу (под Киевом), где проводится традиционный пробег под названием "Фукуока" для мужчин 21 км, для женщин - 15 км. Судья, давний знакомый Славы, предложил такой вариант: Он бежит вместе со всеми, финиширует и присматривает за Таисией, а после - бегу я. В итоге я стартовала, когда большая часть участников заканчивали дистанцию. В полном одиночестве пробежала 5 кругов по 3 км. Мой результат запротоколировали, вручили грамоту и 10 гривен (50 рублей). Как я себя чувствовала...? А что может чувствовать человек в центре танцпола, когда для него одного ди-джей крутит пластинки?"
Это были впечатления Нади, которые, как нельзя, верно передают атмосферу этого бегового праздника. Порой, главное, не средства, вложенные в соревнования, а что-то такое душевное, что наполняет сердце каждого участника тем беговым куражом, который придает радость от занятий любимым делом.
Прибыв вечером с черкасского пробега в Киев, я обзвонил родственников и друзей, которым хотели поручить присмотр за ребенком на время нашего пробега, но у всех были какие-то отговорки. Согласился школьный друг, но в день старта его мобильный молчал (как выяснилось позже, он его потерял), на место встречи он не пришел (проспал). С невеселым настроением по причине того, что один из нас не побежит, мы вошли в броварской лес. В этом лесу я начинал занятия бегом. Почти 5-6 раз в неделю мы с тренером и ребятами бывали здесь, набегая кроссы, делая отрезки на размеченном двухкилометровом шоссе от пионерского лагеря "Журавушка". В этом лесу проводилось с десяток соревнований по кроссу и в беге по шоссе.
   Спортивных детских секций больше нет, из трех городских КЛБ не остался один - "Крок", пионерский лагерь выкупили предприниматели, но пробег остался и живет, во многом благодаря своему организатору Анвику Викторовичу Згурскому - директору КЛБ.
   - О, Вячеслав, какими судьбами? Сколько лет, сколько зим...
- Да, в отпуск приехали из Питера. Хотели бы пробежаться, но вот ребенка не с кем оставить.
- Не проблема. Вы стартуете вместе со всеми, финишируете, потом стартует ваша супруга. Устроит вас такой расклад?
- Конечно, спасибо большое. А стартовый взнос кому заплатить, номера где можно получить?
- Вячеслав, идите разминаться и не задавайте пустых вопросов!
Я ушел разминаться лесными тропами, оставив свою половину наслаждаться свежестью утреннего воздуха.
Почему этот пробег называется "Фукуока", я не знаю. Говорят, что на первом его проведении был японец, который предложил это слово, оно и приглянулось организатору.
В 10.00 дали старт. Полсотни бегунов и бегуний тронулись в путь. Некоторых из бегунов вспомнил, несмотря на почти двадцатилетний перерыв участия в этом пробеге. Вот подошел и Виктор, который знает о каждом беговом соревновании в этом небольшом городке. Он уже не бегает, но приходит поддержать бегунов. Так и сегодня он стал моим тренером и обеспечивал меня водой.
Пробовал удержаться за лидером, но через три километра почувствовал, что темп не для меня и откатился на 4-ю позицию.
Полтора километра в одну сторону, полтора в другую. Разметка каждые пятьсот метров. Вчерашний забег дает о себе знать: свежести в ногах нет. Периодически меня обгоняет пятый номер. Но я не сдаюсь, и на последней прямой обхожу его, увеличивая отрыв. 21км 097,5 метров - 1:18.12 - 4-е место. Тася спит. Дают отмашку Наде, которая пускается наверстывать свои километры. Спустя 15 минут мне вручают диплом за первое место в возрастной группе 30-40 лет, календарь и призовые 10 гривен, приглашают на чай с домашними плюшками и вареньем. Импровизированный стол накрыт прямо на лесной поляне.
- Убедительная просьба к бегунам, мусор складывайте в пакеты! А после чаепития всех приглашаю в баню.
Вот финишировал и последний полумарафонец, Наде остается бежать еще два круга - 6 километров. Но Анвик Викторович, отправив всех в указанное место, остается протоколировать время. Душевно, про себя заметил я. Еще большим удивлением было для нас, что и Надя в этом состязании заслужила свою награду: призовые и диплом.
  
   Харьковский марафон Визволення (Освобождение) 2007.
   Это было в августе 2007 года. Наш летний отпуск подходил к концу и по пути из Одессы в Киев, мы решил заехать в город Харьков. С этим городом связаны приятные воспоминания срочной службы в Харьковском военном авиационном инженерном училище в начале 90-х годов. С этим пробегом познакомился ещё в августе 1990 года. Но тогда стартовал на дистанции 10 км. В своей возрастной группе заняв первое место, привез домой огромный чайный сервиз местного производства. В 2006-м году я также принимал здесь участие в марафоне, но после трех месяцев
подготовки не смог показать приличного результата. Позади был год напряженных тренировок, масса предшествующих стартов (в том числе и три марафона). Если бы не периодические боли в левом тазобедренном суставе и позавчерашняя простуда. Решил, что сделаю себе внутримышечно инъекцию противовоспалительного "Вольтарена", выпью противовирусного "Арбидола" и дотерплю.
   Марафон проводился в честь годовщины освобождения города от немецко-фашистских захватчиков.
С железнодорожного вокзала добрались до стадиона Динамо, где должна была начаться регистрация. Мы были одни из первых (поезд прибыл в 6 утра). Но народ, как приезжие, так и местные, уже собрались в подтрибунных помещениях клуба.
   Судьи раскладывали стартовую атрибутику, вывешивали плакаты на стены. В 8.00 началась регистрация. У нас была проблема, которая никак не решалась. Хотелось вдвоем поучаствовать, но Таисия (ей было 7 месяцев) не давала ее решить. Позвонил своему армейскому тренеру, с которым мы не виделись лет 15. Он сказал, что его супруга будет на старте и поможет нам. Мы облегченно вздохнули. Я стал заполнять карточку на марафон, а Надя на двадцатку.
   - Из России? - грозно спросила регистраторша.
- Да!
   - А где ваши медицинские справки!
- Да вот, возьмите.
Предлагаю судье недавно отпечатанные в интернет-кафе бланки с печатью врача. Она их пристально разглядывает.
- А где ваши ЭКГ?
- В смысле?
- Где ваше заключение электрокардиограммы?
- Нам об этом никто не говорил, да и в положении об этом ничего не сказано.
-А если с Вами что-нибудь случится? Кто за вас будет отвечать?
-Ничего не должно, мы ежегодно диспансеризацию проходим, сами врачи.
-Не могу допустить. Без ЭКГ...не могу....Вы откуда приехали?
-Из Санкт-Петербурга.
-Далеко. И как вы с таким маленьким ребенком бежать собрались. И кто с детьми-то ездит?
-Это наши заботы.
-Сейчас узнаю у главного судьи.
Наш камень преткновения уходит, оставляя нас в полнейшем недоразумении. Этого я предположить не мог.
- Прямо по коридору, вторая дверь, там вам снимут ЭКГ, потом допуск врача, - ответ возвратившейся дамы.
Занимаю очередь. Оказывается, что ЭКГ нет не только у нас. Дополнительно здесь же измеряют артериальное давление, осматривают полость рта, зрачки... У меня все спокойно, у Нади тоже, если не считать придирки к ее невысокому артериальному давлению (90/60), но справку выдают.
Получили стартовые номера, протоколы прошлогоднего пробега (из которых я обнаружил себя 3-м в возрастной группе, хотя тогда сказали, что финишировал 4-м), отправились на поиски гостиницы. Организаторы предложили бесплатное проживание в студенческом общежитии на окраине города, но мы отказались. Кстати, стартовый взнос тоже отсутствовал. По пути решили зайти в гостиницу Динамо, тут же на стадионе, без особой надежды.
-Откуда приехали с дитятком?
-Из Питера... Нам бы на одну ночь... Завтра бежим марафон.
-Давайте паспорта, вам номер какой?
- Обычный двухместный, с душем, холодильником, телевизором.
-С вас 55 гривен (300рублей).
Порадовались еще одной сегодняшней удаче. Обзорная прогулка по знойному Харькову заняла более 7 часов. Поиск ресторана для ужина. Ночь была жаркой, громкой и скоротечной. Вначале свадьба на нашем этаже, плавно переместившаяся в крики и взрывы петард на улицу, потом Таисия с ее заявлениями о нежелании смотреть сны в таких условиях. В 6 часов утра очнулся от сна или дремы. Символический завтрак из кофе и творожка и на стадион.
   В 8.00 часов старт. Перед стартом встретили жену тренера.
- О...да она у вас совсем маленькая....Не возьму!
У Нади мимовольно накатили слезы от такого разочарования.
- Не переживайте, сейчас что-нибудь придумаем, - успокаивал нас тренер.
За 15 минут до старта он привел милую бабульку, которая была из местного КЛБ, и сегодня выполняла роль группы поддержки и охранника вещей команды.
- Давайте вашу красотулю под козырек 10 сектора, там ей с нами
будет удобно. Не переживайте, я 3-х воспитала, 6 внуков вырастила. Сегодня не бегу, жара, гипертония.
   Мы спокойно передохнули и ушли на старт. На термометре 26.
Приветственные речи перешли в стартовый выстрел и с криками Ураааа! Толпа бегунов устремилась навстречу харьковскому асфальту. Трасса здесь хорошая. 5 км по городским бульварам, 5 км по загородному шоссе, там разворот. И так два круга, с финишем на стадионе. Запланировал темп на 2 часа 40 минут, но это без учета поправок на климатические особенности этого региона.
Первые 10,5 км 39.08. Замечаю, что бегу во втором десятке. Где-то в 3-х минутах от меня харьковчанин - прошлогодний чемпион этого пробега. На 12- м км догоняет паренек лет 19-ти. Знакомимся с курянином, болтаем о том о сем. Так в разговорах проходит еще 5 км. Мне становится тяжеловато, и я сбавляю темп.
21 км - 1.18. Неплохо, даже быстро для сегодняшнего дня. Но кто знает, авось готов! Большая часть впереди бегущих стартовала сегодня на полумарафоне. Считаю попадающихся навстречу бегунов второго круга. Я 4-й, мой спутник третий. Жара за 30®. Через 500 метров от поворота встречаю жертву аварии "спорта, жары и здоровья". Один из бегунов лежит на асфальте в огромной луже... Вокруг суетятся работники скорой помощи. Кто-то поднял его ноги и обмывает водой. В голове мелькнуло, как же он домой-то пойдет или поедет? Жаль... Главное, чтобы у меня не было такого... А предпосылки внизу живота уже ощущались.
   После 23-го км темп стал падать. Отметка 32,2 км -2.02.20. Бегу третьим. Лидирует прошлогодний победитель - харьковчанин. Разрыв 2 минуты. На лице выражение усталости. В 200-та метрах за его спиной - курянин.
   Осталась последняя прямая - 10,5 км. Четвертый от меня в 3-х минутах. Но темп падает. А впереди еще 35-й км. Но, как ни странно, после 35-го появилось желание бежать. И вот я уже обхожу прошлогоднего победителя, а впереди маячит майка курянина. До финиша остается три км. Но догнать его я так и не смог. Итог 2:44.3, отрыв от лидера меньше минуты.
На финише встречают Надя и Таисия, которая проспала почти всю дистанцию.
- Молодец, Слава! Ты второй!
Приятно! На термометре 37®С в тени. Роганьская вода разливается из водовозки, уходим в душевые и за охлажденным херсонским арбузом! Вдвойне приятно было услышать слова тренера: "Знаешь, Слава, ты сегодня победил многих. Те, которые пробежали за тобой, (четверо) имели в своем активе лучший результат на марафоне, чем у тебя. Я тебя поздравляю!"
На пьедестале мне вручили 1000 гривен (5000 рублей), медаль с желто-голубой ленточкой, кубок и розу! По итогам этого марафона сделал для себя вывод: не всегда происходящие трудности ухудшают результат!
  
  
  
  
  
   "Испытай себя". Сентябрь 2007 г.
  
   31 августа. День заявки.
   Бежать или не бежать?! Чем меньше остается времени до подачи заявки, тем больше сомнений возникает. Друзьям, знакомым, интересующимся сообщаю о том, что планирую суточный бег. Тренер советует повременить и остановиться на 100 км. Понимаю, что по набеганным объемам я ни к суточному, ни к сотне не готов, чтобы показать высокий для себя результат (330 - 350 км/месяц против рекомендуемых 600-800). Но следующая возможность может и не скоро представиться. К тому же Питер - единственный беговой центр в России, который проводит подобного рода соревнования на шоссе, а не на дорожке стадиона. Ко всему этому трехмесячное лечение седалищного нерва так и не дало стойкой ремиссии и перед соревнованиями приходится принимать нестероидные противовоспалительные. А слова невролога Игоря (сокурсника по медицинскому училищу): "Боль - признак воспаления и сигнал к ограничению нагрузки" не только не прибавили мне уверенности в своих силах, а скорее наоборот, дали повод задуматься о необходимости дальнейших стартов.
   И вот, приняв все к сведению, я пошел заявляться в Выборгский райсовет. Приветливо встретила судья-регистратор Светлана Петровна, которая знала меня еще с курсантских времен.
   - Ну, что на этот раз выбрал, Слава?
   - Сутки, Светлана Петровна.
   - Ну, молодец! А то в прошлом году питерцы совсем плохо выступили. А жена что побежит?
   - Полумарафон.
   - Вот тебе две карточки, заполняй. Потом к врачу и ко мне за номером, футболкой и атрибутикой.
   В 50-ти метрах идет небойкая торговля спортивной экипировкой. В качестве продавца выступает Олег Карасев - давнишний соперник на беговой дорожке. В этом году во время обгона он сделал мне подсечку на шоссе во время пробега Удельная - Санкт-Петербург, и мы оба оказались на шоссе. Пробег я у него выиграл, но травма вывела меня из строя на две недели.
   - О, Слава, привет! На машине хочешь уехать с пробега?
   - Нет, пока только планирую уйти на своих двоих.
   - Да ладно, не прикидывайся. Сколько тысяч за лето намотал?
   - Одну и то с трудом. Травмы, работы много было. В Харьков на марафон ездил. Вторым был.
   - Да, я там тоже в призах бывал, лет десять назад. Жара была, + 26®. Призы хорошие!
   - Ну, это не жара. В этом году было + 37®! В качестве приза 1000 гривен, кубок, медаль и роза. В рублях чуть больше пяти тысяч.
   - Тоже неплохо...
   - А сам-то что, бежишь?
   - Не, я в этот раз торгую. Я больше марафона никогда ничего не бегал. Незачем так над организмом издеваться!
   - А я попробую.
   - Удачи тебе!
   За время нашего разговора я успел заполнить две карточки - на себя и Надю. Написал расписку о "самостоятельной" ответственности за ее здоровье. Себе я сделал справку в медслужбе академии накануне. Это мне обошлось в сорок минут доказательств того, что я здоров, регулярно занимаюсь спортом и выступаю за команду академии. И лишь после беседы с начальником поликлиники, где я убеждал его, что не страдаю нейро-циркуляторной астенией, как было написано в медицинской книжке (это необходимо для получения путевки в санаторий или денежной компенсации взамен) мне выдали справку о том, что я прошел диспансеризацию. Я пообещал, что после соревнований обязательно покажусь им на глаза и сообщу о своем самочувствии.
   Светлана Петровна привычным жестом записывает мой нагрудный номер в заявочную карточку, выдаёт мне его вместе со стартовым талоном, биркой на сумку, газетой, плакатом, футболкой.
   - Внимательно прочитай правила соревнований. Вот тебе памятка. - Удачи тебе, Слава
   - Спасибо!

Правила проведения соревнований. Пробеги (бег по шоссе).

Причины дисквалификации.

      -- Спортсмен, который употребляет питание не в специально отведенных для этого пунктах, подлежит дисквалификации.
      -- Спортсмен после самостоятельного ухода с дорожки (переход за внутреннюю или внешнюю границу беговой дорожки или выход за обочину шоссе или дороги) без разрешения судьи не будет допущен к дальнейшему продолжению соревнования.
      -- Получение или оказание неразрешенной помощи.
      -- За прохождение любого отрезка дистанции, приводящее к сокращению дистанции (наступание или заступание за левую по ходу бега линию разметки или бровку при пробегании поворота.
      -- Пользование аудионосителями, наушниками, плеерами.
   Выхожу из здания администрации. И тут меня пробирает мандраж. Это слово в спортивном сленге означает предстартовое волнение. Оно напоминает состояние озноба и сопровождается волнением за предстоящий старт. Обычно развивается за час до старта. Если долго мандражируешь - плохо. Спортсмен сгорает и не достигает того результата, на который был готов. Если он длится минут десять-двадцать, то это позволяет мобилизовать психологическую составляющую и добиться более высокого результата.
   Что я имею? До старта еще 26 часов. Возможно, так проявляется неосознанный страх, когда ступаешь туда, где еще никогда не бывал. Одиннадцать лет назад, на пятом курсе академии, я впервые для себя пробежал 100 км и выиграл тот забег. Попутно бежали суточники. Я всматривался в их отрешенные от окружающей действительности лица, наблюдал за неспешно семенящими фигурами и думал: "Как им приходится? Как человек на ходу встречает закат, а потом рассвет, ест кашу с котлетами, о чем он размышляет эти сутки, чего ему хочется в это время? Какую нужно иметь силу воли, чтобы забыть об окружающем мире и двигаться навстречу убегающей часовой стрелке. Я представлял, что на шестом курсе стану вместе с ними в один забег и постараюсь пережить эти ощущения".
   Не получилось. Запланированная программа подготовки сорвалась. Я не смог выйти на ночные тренировки, не смог набрать необходимого километража. И затем каждый год, в первую субботу сентября, в 18.00 я мысленно давал себе старт на эту дистанцию. И даже в 2002-м, когда Питер задыхался от дыма лесных пожаров и пробег не состоялся, я совершил 76-ти километровую пробежку по городу в знак поддержки.
   Шаг навстречу мечте. Если сделаешь, то и мечта сбудется. Пусть и такая необычная, как у меня. Если будешь стоять, так и останешься мечтателем.
   Чтобы закрепить свое решение, сообщил о нем Наде, папе, тренеру и друзьям. Всё - обратного пути нет! В воскресенье вечером необходимо будет давать отчёт себе и им о проделанной работе. Хотя всегда найдутся смягчающие обстоятельства. Многие бегуны заранее проговаривают их вслух (себе, болельщикам, соперникам), будто надеются на снисхождение авансом или постфактум.
   Папа сказал, что моя идея небезопасна для здоровья и просил хорошенько все взвесить.
   Да, я знал. Уверенности мне убавляло то, что два месяца назад во время участия в соревнованиях умер двукратный чемпион России в суточном беге Иван Лабутин. Но сведения, почерпнутые во время изучения медицины говорили о том, что человек не может физическим путем довести себя до истощения при достаточном поступлении питательных веществ и определенной доле снисхождения к своему организму.
   По пути домой зашел в супермаркет. По опыту участия в сотнях (их у меня три, и четыре сверхмарафона) я знал, чего может захотеть мой организм. Бананы, яблоки, груши, изюм, курага, виноград, шоколад, конфеты, помидоры, бутерброды с сыром, куриный бульон, сдоба, сырники. Особое внимание уделяется жидкостям. Чай, жидкий йогурт, минеральная вода, столовая вода, яблочный компот, Соса-соla, Burn, Poweraid.
   В аптечку вошли мидокалм, панангин, жень-шень и четыре таблетки сиднокарба, подаренные Борисом накануне. Последний препарат решил использовать, как НЗ (неприкосновенный запас), в случае крайней астенизации.
   Один из важных моментов в беге на сверхдлинные дистанции - это группа поддержки. В одиночку можно повторить опыт древнегреческого героя, который пробежал из селения Марафон с сообщением о победе. Мы решили с Надей, что с 18.00 до 23.00 она ведет меня по трассе, затем на смену ей приходит Ваня (брат Нади), который берет отрезок с 23.00 до 06.00. В последующем включается Володя (староста кружка психиатрии) с 06.00 до 10.00 и с 12.00 до 14.00 (Надя бежит полумарафон) и завершающую часть также берет Надя.
   Вечером по телефону обзваниваю ребят, чтобы получить подтверждение о завтрашней встрече. Все остается в силе.
   Говорят, что перед сутками надо выспаться. Предыдущая ночь прошла в вагоне поезда Киев - Санкт-Петербург.
   До половины первого подбираю тесты по профотбору для поступающих в клиническую ординатуру. Таисия о моих намерениях еще не догадывается, и ночь проводит не очень спокойно. К 08.15 необходимо быть на построении по случаю Дня знаний и последующей лекции заместителя начальника ГВМУ. Одолевают сомнения: идти или не идти. Может, сказать начальнику курса правду и отпроситься?! Но накануне пообещал принести тесты, да и на первое построение я не пришел. Сонливость уступает место ответственности.
   До старта остается 10 часов. Я на импровизированном плацу перед УЛК (учебно-лабораторным корпусом). Петр Константинович сверяет списки прибывших из отпусков с пришедшими на построение. Решил, что отпрошусь у него домой после первой лекции.
   - Можете идти, только не попадайтесь на глаза начальнику факультета!
   Занятно чувствовать себя учеником. Наверное, это мой последний первый звонок. 22-й раз я его встречаю (10 в школе, 2 в медучилище, 10 в академии).
   Лекцию "О современном состоянии военной медицины" читает генерал-майор медицинской службы В. Ивлев. По ходу представления он поднимает лейтенанта, отвлекшегося на громкий разговор с соседом, капитана, неосторожно заснувшего. Обещает принять участие в их военной судьбе. Все как всегда... После десяти минут прослушивания становятся заметными несостыковки между центральными разработками и реальным положением дел в войсковом звене.
   Времени остается все меньше и меньше. Составляю список необходимых вещей, продуктов для предстоящих суток. Шестьдесят два наименования. Также прикидываю план-график дистанции. Определил для себя две задачи. Программа минимум: пробежать 40 кругов (1 круг дистанции равен 4,5 километрам) - 180 км и попасть в число призеров (все, кто преодолевают этот рубеж, получают приз) и программа-максимум - 50 кругов или 225 км. В конце лекции позвонил тесть с пожеланиями удачи и выдержки на пути. Он в позапрошлом году стал свидетелем, как люди преодолевают подобные дистанции и, по-видимому, проникся беговой идеей.
   Легкий завтрак. Пожелания Нади к предстоящему обеду. Три часа сна, которые сокращаются до двух. Приехал Сергей Б. с женой и сыном. Мы им пообещали отдать детские вещи, которые больше не нужны Таисии и с помощью его насоса накачать колеса к нашей коляски. Сон после этого так больше не появился. За полтора часа до выхода из квартиры начинаю собирать рюкзак, готовить продукты, обедать. Решили приехать за час до старта, чтобы занять удобное место у дороги в створе прохождения промежуточного финиша по ходу дистанции, где разрешен прием пищи и разбить свой стартовый городок, основой для которого послужили офицерская плащ-палатка и штатив-тренога.
   17.00. Погода не блещет. Солнечно, но холодный северный ветер, сводит воздействие его лучей к минимуму. Стартовый городок разбит, как и в прошлом году на углу проспекта Просвещения и улицы Ивана Фомина. Толпятся школьники и студенты, которых сюда пригнали для массовых стартов на три километра. Разминаются бегуны. В 18.00 будет дан старт на две дистанции 100 км и 24 часа.
   Переодеваюсь. Решил, что для того, чтобы бежать по 6 минут/километр, разминка не нужна. Давний друг по беговой дорожке Борис пришел поболеть. Он для себя выбрал полумарафон и завтра будет сражаться на своей дистанции.
   - Привет, Слава! Ну что, готов?
   - Готов!
   - Олифен будешь покупать?
   - Нет, спасибо. Я вчера читал методичку кафедры психофизиологии. Они советуют его использовать для восстановления, а не как энергизатор.
   - Да, я вот тебе книгу принес "Фармакология спорта". Читай! "Можно использовать во время выполнения тяжелой физической нагрузки".
   - Написать могут что угодно. Я не хочу.
   - А углеводно-витаминные смеси возьмешь?
   - Это что такое?
   - Ну, ты даёшь! Врач, а не знаешь. Порошок. Там смесь углеводов и витаминов. Заливаешь водой и напиток готов. Восполняет энергетические затраты.
   - Давай пару бутылочек. Спасибо.
   Предстартовая фотография. Володя Ш., Борис Ф., Надя, Юля Ш. Последние напутствия.
   Прощание. Ухожу в стартовый городок. Сдаю стартовый талон. До старта остается 10 минут, но речи организаторов пробега и спортивных функционеров задерживают старт на 12 минут. Пробег носит статус международного, так как присутствуют спортсмены из пяти стран - бывших союзных республик (Украина, Белоруссия, Литва, Казахстан, Молдавия). Звучит Гимн России. Кто-то по старой памяти подпевает слова из гимна несуществующего государства: "Союз нерушимых республик свободных, навеки сплотила великая Русь. Да здравствует, созданный волей народной, единый могучий Советский...". Щелкают затворы профессиональных и любительских фотокамер.
   В 18.12 судья после двух осечек делает выстрел из пистолета, студенты осыпают бегунов новогодним конфетти, с криком "Ура" вереница бегунов устремляется навстречу километрам.
   Обычно, когда бежишь длинную дистанцию, делишь ее на какие-то небольшие условные отрезки. Так легче контролировать свой темп и добиваться запланированного результата. На 10 км в качестве такого отрезка выступает километр, на марафоне и 100 км - пять километров. Но в целом, подводя итог, определяешь, с какой средней скоростью ты пробегал каждый километр дистанции. Что же может выступить в качестве промежуточного финишного отрезка на сутках, думал я? Круг в 4,5 км?! Но когда наступит физическое утомление, голове будет не до расчетов с часами, минутами, секундами и километрами. Трасса промерена через каждые сто метров. Решил также обратиться к привычной для меня пятерке. Ну, а среднюю скорость определил для себя в 6 мин./км.
   Перед стартом директор клуба любителей бега "Сильвия" В. Радаев из г. Гатчина мне советовал начать первый круг со скоростью 5 мин/км, затем второй - 5.30/км, и с третьего выйти на крейсерские шесть минут километр. Но одно дело планировать на бумаге, другое, когда топчешь кроссовками асфальт.
   Первый километр позади. Скорость превышает график. 4.30! Я бегу третьим, хотя на старте видел немало титулованных спортсменов, в том числе и мирового уровня. Видимо, стартовая эйфория захлестнула и меня. Надо сбавлять. Но первый круг так и не удалось преодолеть медленнее пяти минут. Успокаивал себя, что образуемый временной задел позволит в дальнейшем меньше затрачивать сил. Пробегаю мимо судей. Слышу, как молодой человек - счетчик кругов выкрикивает "227-й, первый круг!". Про себя отметил, что это одна пятидесятая от запланированного. Или может быть одной сороковой. Такая мысль мне не очень импонировала, точнее даже устрашала. Очень хотелось, чтобы числитель поскорее увеличивался, а знаменатель уменьшался. Может быть, считать не километраж, а оставшиеся часы. Так и не запутаешься.
   На втором круге догоняет Пётр Куликов. Он на шесть лет меня старше. В 90-х годах выступал по мастерам, потом у него был перерыв. Последние два года регулярно наблюдаю его на пробегах.
   - Привет, Пётр!
   - О, привет, Слава! А я тебя не узнал с бородой. Как настрой?
   - Да, ничего, надеюсь, что все обойдется. Ты сам-то как? Впервые бежишь сутки?
   - Впервые. В августе участвовал в сверхмарафонском многодневном пробеге вокруг озера Ильмень. 260 км за пять дней. Красивая дистанция, хорошее сопровождение по трассе. Отрабатывал там технику бега. Также бежал "Длинные аллеи" в Гатчине. 60 км за 4.30.
   - Молодец! Я тоже впервые на сутки заявился. До этого только сотню стартовал. Пять раз заявлялся, трижды добегал до финиша. Сходил из-за того, что быстро начинал, на 50-м и 72-м километрах. Ну и два тренировочных ультрамарафона в придачу по 65 и 78 километров. Первый по тайге в Забайкальских сопках, вместе с другом. На двоих была банка сгущенки, булка хлеба и "запивали" снегом. А второй раз в день отмены пробега "Испытай себя" по причине торфяных пожаров в области. Тогда спасался тем, что покупал еду во встречающихся по пути киосках.
   - А на сотне, какой у тебя лучший результат?
   - Семь часов пятьдесят минут.
   Про себя отмечаю, что наш треп на ходу меня понемногу раздражает, да и темп не сбавляется, как того бы хотелось. К счастью, после второго круга Володя уходит вперед, и я остаюсь бежать наедине с самим собой (В дальнейшем мы больше не встречались на трассе, хотя я интуитивно ожидал нашей встречи). Мое уединение прерывается вопросами с улицы.
   - Динамо бежит?
   - Бежит!
   По распространенности этот вопрос занимает первую строчку в хит-параде обращений болельщиков. Редкий пробег остается без такого вопроса. На первом круге я на него отвечал трижды.
   - Сколько бежите?
   - Сутки!
   - А зачем?
   - За деньгами, отвечает номер 206 в красной майке.
   - А много дают?
   - Машину!
   - О-о-о. Зачем вам тогда машина?!
   Особо приветливые предлагают выпить пива, водки. Кто-то приглашает сесть в машину, подвезти. Народ гуляет по случаю выходного или дня знаний, или без повода. Толпятся очереди у киосков. На автобусных остановках молодежь и более старшие представители попивают пиво. Появилось развлечение для спального района, и теперь можно будет рассказать на тусовке о не совсем нормальных бегунах.
   Хотя некоторые из стартовавших своим внешним видом оправдывают их ожидания. 213-й бежит босиком. На 241-м из-под полуспортивных трусов выглядывают женские колготы в сеточку. 231-й похож на бомжа: застиранная спортивная форма, шерстяные гольфы, советские кеды и шапочка годов московской олимпиады. Такого не встретишь на других соревнованиях. Видимо - это отличие суток, которые собирают таких экстремалов с шизоидно-мазохистским радикалом.
   Но чем дальше, тем меньше становится выкриков. Окружающие привыкают к вереницам бегунов, которые становятся частью окружающего ландшафта.
   Секундомер отсчитывает секунду за секундой. На втором круге отметил дискомфорт со стороны свода правой стопы. В голове мелькнуло - потертость. Хотя отчего? Asics Gel Kayano XI. Кроссовки разношенные, три тысячи километров отпахали, не должно. Но физический дискомфорт нарастал. Жжение захватывало все больший и больший участок. Сменить кроссовки на марафонки? Последние весят 160 граммов против каяновских 370. Времени займет много. Но у них подошва тонкая. Пятки отобью. Рано еще. Буду терпеть. Так и терпел почти 70 километров, пока другие ощущения не перекрыли собой силу болевых рецепторов.
   На третьем круге стали нагонять соточники. Они после старта сделали петлю в один километр. Тихо завидую их скорости. Про себя отмечаю, что где-то по 4-4.20 минут на километр.
   Первый час позади. Одна двадцать четвертая. Дроби не хотят выходить из головы. В конце концов, надо чем-то голову занять на протяжении суток. Пусть считает. Улыбаюсь фотографирующей меня Наде и снимающей на видео ее подруге Юлии. Скоро закончатся запасы эндогенного гликогена, и пора будет переходить на экзогенный из рюкзака.
   Вот и третий круг преодолен. Наде говорю о том, чтобы приготовила на следующий круг конфету и чай. Предупредил ее, чтобы охлаждала его предварительно. Она на ходу передает мне привет от сестры Виты, которая прислала СМС с пожеланием успеха на дистанции.
   Догоняет и обходит парень из Архангельска. В прошлом году мы пять кругов прошли вместе на сотке (на финише он отстал на 24 минуты), а в июне он обошел меня на марафоне "Гандвик" в своем родном городе. Кричу ему вдогонку.
   - Привет Архангельску!
   - Привет Питеру!
   - На сотню в этот раз?
   - Да, на сутки еще не готов. Хочу восемь часов разменять для начала!
   - Ну, удачи тебе!
   - И тебе того же!
   Парень уходит вперед. Про себя отмечаю, что так же, как и я, он резво начал для своей дистанции. Ладно, будь что будет. Пусть темп снижается сам по себе. Возможно, я достигну какого-нибудь условного плато и в нем постараюсь пробыть достаточно длительное время. Что бы хотелось на следующем круге? Перебираю состав рюкзака. Останавливаюсь на банане и "Миргородской".
   - Эй, 227-й, садись в машину, подвезем! - обращается парень со стрижкой под ноль из ненового жигуленка.
   - Спасибо, в другой раз!
   - Ну, смотри!
   "Подвозиться" пока не хочется. Контроль на трассе четкий. Шесть контрольных точек, где на каждом круге записывают твой стартовый номер. На пяти из них стоят попарно курсанты ВИФКа (военный институт физической культуры), на шестой - основной, судьи из гражданского аналога - института имени Лесгафта. Периодически трассу проезжает "линейный" судья на велосипеде и карета "скорой помощи". Дважды на трассе встречался Лось А.В. - организатор первого пробега - заслуженный тренер СССР. Да и люди здесь бегут иной категории. Они не соревнуются с кем-то, они испытывают себя!
   На четвертом круге наблюдаю толпу мало спортивных школьников, несущихся по газонам. Кто в джинсах, кто в туфлях на каблуках, кто демонстративно с сигаретой, но все с номерами на груди. Некоторых из них поддерживают родители. Они рассчитывают на то, что, сократив три метра на повороте, они быстрее доберутся до финиша. Кто знает? В любом случае это хорошо, так как лишь единицы встречаются на пути трассы, которых необходимо оббегать.
   Вечереет. Солнце заходит, а вместе с ним пропадает и тепло. Раздумываю о том, не пора ли начать одеваться.
   На седьмом круге кричу Наде, чтобы подготовила мне спортивные брюки. Температура опустилась до восьми градусов, и лучше потратить лишние калории на тепловыделение, чем на согревание.
   Толпа мнимых болельщиков успокоилась. И ее положительные эмоции сменились противоположными чувствами. Мальчишки, играющие в мяч на месте трассы. Пришлось одного из них толкнуть в сторону, так как он находился прямо на пунктире прохождения трассы. Спустя пятьсот метров дорогу мне преградила парочка молодых людей, прогуливающихся по разметочной линии. Наши вектора движений пересеклись, и мне ничего не оставалось делать, как оттолкнуть ладонью молодого человека со своего пути (девушка успела отпрыгнуть). Со стороны это выглядело, как обычный удар в челюсть справа, после которого он отпрыгнул и потерял равновесие. Выразив свое негодование словесно, я побежал дальше, инстинктивно ожидая ответа. Но последнего не последовало. Видимо, он пошел снимать побои в травмпункт и вскоре притянет своего папочку, или соберет банду друзей, чтобы накостылять мне по ногам, или будет дожидаться, когда мой вид перестанет быть таким бойцовским. Мышление рисовало в моем подсознании возможные варианты развития событий. Еще кругов, наверное, с двадцать, пробегая мимо нашего столкновения, я ожидал продолжения конфликта. Хотя чего бояться! Вокруг столько стражей порядка, которых привлекли охранять дистанцию от посторонних и транспорта. Каждый поворот, каждое ответвление дороги контролировалось людьми в серых мундирах. Слабо, правда! Маршрутки так и сновали под ногами, и приходилось каждый раз соизмерять их путь со своим. Особо рьяных водителей и/или сидящих за рулем дорогих иномарок не останавливали ни запрещающие знаки милицейского жезла, ни развешенные на деревьях и кустах красно-белые ленты, ни движущиеся спортсмены.
   Про себя отметил, что я стал зол. Это нехорошо! Еще три часа только прошло - одна восьмая, а я так нерационально расходую энергию. И на Надю я разозлился ни за что, когда она не открыла пробку на бутылочке для питья, а узкое сопло гуалы не позволяло мне быстро насытиться водой. Наверное, гипогликемия дает о себе знать. Надо попросить у Нади две шоколадных конфеты и глюкозо-витаминную смесь.
   Спустя километр заметил, что мой секундомер остановился как раз в том месте, где я разбирался на трассе. Вот и расплата за злость! Что делать? Буду перезапускать его. Ведь общее время от меня никуда не денется. Главное - знать свою километровую или круговую скорость. Хочу заметить, что без часов выходить на пробежку - это все равно, что бежать практически вслепую. Когда наступает утомление, тебе кажется, что ты бежишь с той же скоростью, и не замечаешь, как она постепенно падает и падает. К тому же, ориентируясь на временные показатели запланированного тобой отрезка, поневоле хочешь или планируешь, чтобы последующий вышел более быстрым. Чаще всего так и выходит. Хотя некоторые из суточников не прибегали к помощи секундомера и ориентировались на часы соперников или болельщиков.
   Десять кругов позади. Одна пятая или четвертая. 45 км. Это уже сверхмарафон. Самочувствие хорошее. Темп по 5.30/км. Чередую напитки и съестные припасы. Кто-то со стороны кричит, что яблоки нельзя. Почему нельзя? Что же можно?
   Останавливаюсь, чтобы надеть брюки. Кто-то сбоку советует снять кроссовки. Но я тороплюсь. Сутки не резиновые. Расстегиваю задние молнии на штанинах и влезаю в них, хоть и не гладко, как хотелось бы. С первыми шагами в новой амуниции испытываю дискомфорт от двух поясных резинок, но это компенсируется теплом, а после 10 км я уже забываю об этом. Скоро надо будет надевать и курточку ветровку.
   Замечаю, что Надя остается одна в нашем импровизированном городке. Юля поехала домой. На очередном круге говорю ей о том, чтобы надела мою вторую курточку, перчатки и шапочку.
   - Что будешь на следующем, Слава?
   Что я буду?! Я уже и забыл. Столько слов только что сказал, что еда вылетела из головы. Но что-нибудь надо.
   - Компот и сырник.
   - Ветровку наденешь?
   - Нет, на следующем круге!
   Темнеет. В газете Выборгского района, посвященной проведению пробега, написали, что трассу пробега будут обслуживать сотрудники ДПС Выборгского района, которые перекроют движение автотранспорта на ней. Наполовину они свою службу выполнили. Наблюдал их мирно спящими в откинутых сиденьях своих служебных "девяток". Освещение пробега будет обеспечивать Горэлектроснаб. Про себя я отметил, "а что, в другие дни эти улицы не освещаются?".
   Свет включили. Стало как-то уютно. Как будто домой вечером пришел. Включил телевизор, зашел на кухню, зажег свет, приготовил ужин...принял ванну.
   Улицы незаметно опустели. Закрылись торговцы бахчевыми культурами. Вот-вот исчезнут и маршрутки с троллейбусами. Лишь проспект Просвещения неумолкаемо гудит, как широкая транспортная артерия.
   Пять часов пути позади. Наступает самое тяжелое время - ночь. Кто ночь продержался - тому сутки не страшны! Подобный девиз я вывел для себя.
   23.20. Проводив Надю поцелуем на метро, убежал навстречу неизвестной ночи. Вспомнились слова песни С. Вакарчука из ОЭ.
   Сэрэд думок
   Як мiж рядкiв
   Дэсь воно е
   Хто його знае
   Хто бы навчыв та й росказав
   Як збэрэгты
   Тэ, що нэ мае...
   Очи твои, залышили свий слид в моих очах
   Як же пройти той довгий шлях, единий шлях...?
   Среди мыслей, как между рядами, где-то оно существует, кто его знает. Кто бы научил и рассказал, как сберечь то, чего не имеется. Глаза твои оставили свой след в моих глазах. Как же пройти тот долгий путь, единственный путь..?
   К чему бы это? Кто его знает! Но песня в любом случае - это дополнительный допинг. В этот раз во время заявки меня предупредили о запрещении использования наушников на трассе и о том, что главный судья будет уделять этому пристальное внимание. Также вручили памятку, которая перечисляла все виды запретов, нарушение которых могло послужить поводом для снятия спортсмена с дистанции. Пытаюсь вспомнить мельком прочитанную памятку. Отклонение от трассы, прием пищи вне места, для этого отведенного, получение медицинской помощи не от бригады, обслуживающей соревнование, передача номера другому лицу, сопровождение бегуна другими лицами по трассе, отдых вне мест, отведенных для этого.
   Догоняю субтильную женщину, на вид лет шестидесяти (из финишных протоколов узнал, что это была Римма Пальцева). Её я заметил на прошлом пробеге. Удивился костюму сборной России на ней. Как потом выяснилось, ей действительно 60, и на этом пробеге она заняла второе место, опередив намного более молодых соперников и соперниц. Нам дорогу подрезает джип, лихо выруливающий из подворотни. Я делаю несколько шагов в сторону от его траектории движения. Моя попутчица не выдерживает и колотит руками по багажнику проезжающего Lexusа.
   - Вот сволочь, какая! Он что, не видит, куда прёт! И куда милиция смотрит?!
   - Бесполезно это все, поберегите нервную систему, еще столько бежать!
   Вспоминаю себя, каким я был несколько кругов назад.
   На очередном круге встречаю Ваню - брата Нади. Он бежит вместе со мной, пока я отпиваю энергетик из бутылки. Обещал прийти с другом, но друга я не наблюдаю. Где же Володя? Наверное, проспал или они разбили ночь по частям? В общем, не все ли равно, главное, что есть тот, кому можно доверять.
   Часы просигналили полночь. Шесть часов бега. Одна четвертая позади. Скоро закроется метро, перестанет ходить общественный транспорт, погаснет свет в квартирах. Вспомнил, как в позапрошлом году прекратил движение на сотне из-за быстрого старта и желания успеть на последний уходящий поезд. К чему бы это я? Усталость подкатывает.... На 80-м километре я почувствовал, как ее волны замедляют мои движения. Внимание отключается от происходящего вокруг. Тело шатает в разные стороны. Две полосы фонарей превратились в одну. Сознание суживается до степени оглушения.
   Вспоминаю о том, что бегаю ради удовольствия и здоровья. Эти понятия далеки от состояния. Надо что-то предпринимать. Энергетики не помогают. В нагрудном кармане лежат четыре таблетки сиднокарба. Но надолго ли его хватит?! И что будет, если он даст откат.... Перехожу на ходьбу. В конце концов, многие уже это сделали. Некоторых я обошел на несколько кругов. Почему нет?! К тому же эта "яма" наблюдается у меня не впервые. Это, как тридцатый километр на марафоне: если готов, то пробегаешь с наименьшими для организма потерями. Если нет, - то ползешь. Но главное - не останавливаться! Вперед, вперед - несмотря ни на что. За двести метров до стартового городка перехожу на бег. Стыдно перед судьями и регистраторами. Ведь во мне еще есть силы для борьбы.
   - 227-й, 18 кругов, кричит мне девушка-регистратор на промежуточном финише. Надеваю куртку, шапочку. Банан, виноград, глюкозо-витаминная смесь для подкрепления.
   - Чай закончился, Слава. Будешь соседский?
   Соседский чай предназначался для чемпионки России и Европы в суточном беге, приехавшей из Калининграда.
   - Да, но на следующем круге.
   - Может, ты отдохнешь?
   - Не сейчас, Ваня.
   Бег мой продолжается недолго. Триста метров и перехожу на ходьбу. В голове сидит мысль о необходимости преодоления сотки. Хочется верить и надеяться, что дальше будет легче. Будет сотня, часов за десять. Останется 14, за это время можно еще сотню километров набежать. Скорость-то небольшая. Беги себе спокойненько. Некоторые из участников забега на 100 км уже финишировали. Вот лидер пронесся за 6.58. Архангельский знакомый так и не выбежал из восьми часов. Про себя подумал, что мог бы тоже уже финишировать, выбрав эту дистанцию. И, возможно, по времени попал бы в тройку призеров. Но отбросил эти мысли, как тормозящие бег. Задача на сегодня другая!
   - 227-й, 19 кругов позади, - кричит регистратор.
   Вроде бы отпустило. Как будто тяжелый груз скатился с плеч. Глюкоза подействовала или восстанавливающая ходьба? Бег продолжается!
   Из одиноко светящегося окна на третьем этаже недавно построенного дома доносятся девичьи нетрезвые голоса вперемешку с музыкой. Болельщицы устроили ночное развлечение для спортсменов, мелькнуло в голове.
   - Ребята, давайте к нам, нам так одиноко! - кричит блондинка в неглиже.
   Подбегаю ближе. Такого еще не видел. Три девицы, раздевшись до нижнего белья, изображают движения стриптиза на подоконнике. Наверное, первое сентября для них великий праздник! Времени на разглядывание подробностей нет. Сутки скоро закончатся. Надо спешить.
   Двадцать два круга позади. Через километр отметка сто километров. 9.30 - неплохое время, с учетом того, что шесть километров прошел ходьбой. Теперь можно передохнуть. Следующий рубеж будет утром - экватор - 12 часов.
   Главное, ночь продержаться. Эта мысль навязчиво повторяется снова и снова. Оцениваю, что бегунов на трассе стало меньше. Наверное, выбрали сон. Но спать мне не хочется.
   Позади очередной круг. Замечаю, что на стенд вывесили график пробегания спортсменами дистанции, где регистрируют каждый отрезок. Хочется посмотреть, на каком месте я сейчас двигаюсь. Но жаль затрачиваемого на это время. Надо спешить!
   - 227-й, двадцать два круга!
   - Ошиблись, двадцать три.
   Но меня уже не слышат. Вспоминаю те "сучки-задоринки", по которым я считал десятки километров. У меня все сходится. Не мог я так ошибиться. А вот регистраторы несколько кругов игнорировали мои промежуточные финиши, довольствовались молчанием. В голове все накаляется, как в сталелитейном цеху. Это вытесняет другие переживания.
   Спустя круг.
   - 227-й, двадцать три круга!
   - Неправильно считаете. Двадцать четыре.
   Пробегаю мимо заместителя главного судьи соревнований - Бориса Яковлевича Вязнера.
   - Борис Яковлевич, регистратор кругов ошибся.
   - Не переживай, Слава, сейчас разберемся.
   С целью подстраховки отправляю и Ваню к информационному стенду, чтобы он сверил мой график с тем, который ведется для меня на столах.
   Последующие два круга судьи разбирались. Я продолжал нервничать. И лишь потом справедливость восторжествовала, но ненадолго. Через два последующих путаница с подсчетом кругом в меньшую сторону вновь повторилась. Давно пора переходить на чипы! Вся цивилизованная Европа не проводит сейчас ни одного старта без использования чипов - электронных датчиков прохождения дистанции. Повесил его на кроссовку, и в компьютере остаются все данные о прохождении дистанции. А у нас лишь на марафоне "Белые ночи 2007" опробовали использование датчиков-чипов, но до массовости еще далеко.
   Четырнадцать часов бега позади. Скорость опять начинает падать. Движения замедляются. Дает о себе знать старая травма - воспаление левого седалищного нерва. Как сказал в своем интервью двукратный чемпион России И. Лабутин: "На сутках все ваши старые травмы начинают становиться "новыми" и напоминают о себе прежними симптомами...".
   Перешел на спортивную ходьбу. Субъективно чувствую себя еще хорошо. Главное - встретить рассвет. Сон? Я и так отдыхаю. Ведь я не бегу.
   Всматриваюсь в циферблат наручных часов. Километр за 8.30. Плохо! Надо быстрее! Ведь, когда занимался спортивной ходьбой в школьные годы, то тренировки были в режиме 5.30 - 6.00 на километр. Но, правда, им не предшествовала такая беговая нагрузка.
   Эх, хорошо бы сейчас массаж сделать! Может быть, ноги и разбежались бы. Может, неврологу Юре позвонить? (раннее он предлагал свою помощь). Он где-то рядом живет, подъедет утром. Дождусь Надю, а там видно будет. Постепенно темп приближается к семи минутам на километр. Обгоняю некоторых бегунов. Некоторые обгоняют меня. Своего соперника по первому кругу я так и не встретил. То ли сошел, то ли движется с такой же скоростью. Временами хочется петь. Подсвистываю себе на ходу. В стартовом городке встречают звучащие шлягеры европейской поп-музыки 80-х годов. Ноги идут, но не бегут.
   - Слава, может, поспишь, отдохнешь?
   - Не сейчас, Ваня. На следующий круг бутерброд с сыром и кока-колу.
   Круги наматывать становится всё тяжелей и тяжелей. Ноги отекли и теперь узелки на шнурках, подобно острым камешкам, давят на тыл обеих стоп. Скорее бы рассвет!
   5.30. Ваню сменяет Володя Ш. - слушатель седьмого курса академии - староста нашего кружка. Он снимает квартиру на улице, где расположен стартовый городок, и они решили с Ваней вечером разделиться, пока не приедет Надя. Я об этом тогда еще не знал и переживал почти шесть часов по поводу его отсутствия в стартовом городке.
   Двенадцать часов позади. 117 километров. Вычисляю, сколько километров я преодолел за последние 2,5 часа. Не густо выходит. Но заставить себя бежать нет сил. Ноги не слушаются. Каждый круг выходит по сорок минут. Просчитываю, что при таком раскладе у меня есть шанс выполнить программу-минимум.
   Любуюсь появившимся солнцем. С каждым кругом оно поднимается все выше и выше. Жалею, что не могу сфотографировать эту красоту. Постепенно оживает город. Жильцы окружающих домов выводят собак на прогулку. Забегал общественный транспорт. Кто-то спешит на воскресную работу. Лишь мы это выходное утро встречаем в нелегком труде.
   - 227-й, тридцать кругов позади.
   Хорошо, наконец-то научились считать. По всей видимости, я сегодня уже не побегу. Терпеть боль в стопах больше нет сил. Подошва горит, как после ожога второй степени. Пора переходить на кроссовки облегченного варианта.
   - Володя, в рюкзаке на дне кроссовки, приготовь, пожалуйста, их на следующий круг. И грушу с компотом.
   В 7.30 впервые присел. Меняю кроссовки. Замечаю, что белые носки светятся бурыми пятнами засохшей крови. Опять ногтей лишился! Надо было, как Кругликов сделать. Обрезал верх у кроссовок на уровне дистальных пальцевых фаланг. Кроссовками, конечно, после этого долго не попользуешься. Зато ногти целы.
   - Да, не идет сегодня. Никак не поднять ноги на бег. Такого никогда не было.
   - Может вам отдохнуть, Вячеслав Иванович?
   - Я вроде бы и не устал. Силы внутри есть, а вот в ногах...как будто нет. Ладно, я пошел. Осталось немного. На следующий круг Poweraid и виноград, небольшую веточку.
   Считаю, сколько потенциально кругов я смогу пройти, если скорость будет сохраняться. Больше сорока. Но будет ли она сохраняться?
   По дороге встречаю мальчиков 10-12 лет, которые вчера вечером спрашивали у меня о продолжительности состязаний.
   - Дядя, а вы всю ночь бежали?
   - Да, ребята!
   - Ну, вы даете! Мы за вас будем болеть.
   - Спасибо вам.
   Ухожу вперед с приятным чувством гордости за себя и своих маленьких болельщиков.
   Вскоре меня догоняет Василий - участник всех городских пробегов и, наверное, рекордсмен города по количеству преодоленных марафонов за год. Бегает он небыстро, но часто. Накануне вечером я четырежды обходил его. Теперь и он поравнялся со мной. Но его беговая скорость ненамного превышает мою спортивную ходьбу.
   - Привет, Василий!
   - Привет, Слава!
   - Что-то тяжело сегодня?!
   - Да. Еще судьи круги недосчитывают! Два круга не засчитали.
   - У меня тоже такое было. Пришлось "повоевать". Ты сколько намотал?
   - Двадцать шесть. А ты?
   - Тридцать четыре.
   - О, молодец!
   Василий уходит вперед, но спустя двести метров замечаю его идущим.
   9.00. Надя и Таисия уже проснулись. Надо будет попросить Володю, чтобы позвонил им. Закончился чай, а кофе, который обещала привезти Надя, мне не хотелось. Принял четыре капсулы "Милдроната", но влияния их так не ощутил. Где же обещанный инструкцией прилив сил? Или препарат фальсифицированный или в моем случае это уже не действует.
   10.00 Скорость падает. Идти становится тяжелее. Поскорее бы старт на полумарафоне. Может быть, с Надей удалось бы пробежать четыре круга. Да и наличие на трассе новых лиц должно подбодрить. Боль в левом тазобедренном суставе мешает ходьбе. Хромаю.
   В 10.30 встречаю на трассе Надю. Улыбаюсь ей. Силы есть, но не в ногах. Меня приветствует бегун Борис. Он привез мне бутылочку с раствором Олифена.
   - Слава, выпей несколько глотков. Минут через 15 подействует и побежишь!
   Сомнения одолевают при виде немаркированной бутылочки с жидкостью коричневого цвета и неизвестным мне вкусом. Но пью, может, поможет. Пью и через круг, а эффекта все нет и нет.
   12.00. Дан старт полумарафону. Завидую их скорости. Участники забега резво проносятся мимо меня. Кто-то узнает, приветствует, подбадривает. На душе тепло от заботы. Вот и Надя подбежала: "Давай, Слава, держись!" и где-то впереди замаячила ее оранжевая футболка. Мне сегодня не угнаться за ней. Даже 70-ти летняя бегунья Клавдия, прихрамывая, обгоняет меня. Обидно! Кто-то из прогуливающихся подростков крикнул вслед "Да за такой бег у нас на уроках физкультуры по .... давали!", но ответить я не смог, да и не хотел. Впереди еще шесть часов! Или только шесть часов. Правый глаз закрыл, левый наблюдает за трассой и поворотами. Мимо меня прошли спортивной ходьбой ходоки. Девушка крикнула вслед: "Не спать, соберись!". А я и не сплю. А вот собраться, это не помешало бы.
   14.00. Надя финишировала. Мне осталось три круга до заветных сорока. Что делать? 37-й круг вышел самым тяжелым. Я шел его почти час. Головокружение, дрожь, слабость, тошнота, оглушение, нога разрывается от боли. Стопы с трудом отрываются от асфальта. Каждая отметка сто метров, как очередной редут. Внимание сужено. Мышление замедлено. Астенизирован. Кто-то из курсантов-регистраторов предложил свою помощь. Спасибо! Но надо самому. Неужели бывает так тяжело идти! Раньше я только ощущал тяжесть от бега. Пару раз такие ощущения я переживал на зимнем марафоне "Дорога жизни" и дважды на ста километрах. Иногда это повторялось в "кошмарных снах", когда ноги вязнут от тяжести, подобно засасывающей трясине. Но чтобы идти! Еще шаг, еще один шаг. Борьба с секундомером за ускорение интенсивности не дает никаких результатов. Отметка 1 км. Еще 3,5 км осталось до промежуточного финиша. Рядом прогуливается семейная парочка: папа, мама, сын-подросток. Они обгоняют меня. Обидно!
   - Давай, давай, парень! Терпи, немного осталось! - глухо доносятся их голоса.
   - Спасибо...
   Еле выдавил из себя. Чувствую, что мне уже и говорить тяжело становится. Что за состояние такое? На двух километрах обгоняет 250-й в синей футболке и спортивных кальсонах. На выбритой наголо голове в такт движениям подпрыгивает русая косичка.
   - Отдохни немного. Ляг на травку, ноги подними вверх, обопри их об дерево. Минут 15 полежишь и побежишь!
   - Спасибо большое.
   Если я лягу, то уже не встану. Ноги я поднять не в состоянии. Такого лежащего меня может забрать "скорая помощь" и отвезти в больницу. Нет, только вперед!
   На отрезке три километра, прямо на повороте, перед автобусной остановкой замечаю суматошное движение. Курсанты, милиция активно общаются по рации, мобильным телефонам. На асфальте лежит бегун, накрытый армейским бушлатом. За круг до этого он, покачиваясь, обгонял меня. В голове промелькнуло, - жив ли? Глаза закрыты, тело в позе эмбриона, кожа бледно-серого оттенка, не шелохнется. Кажется, дышит! Это хорошо. Как врач, наверное, я должен оказать ему первую медицинскую помощь. Клятву Гиппократа давал? Давал! Но если я присяду, меня самого можно будет бушлатиком накрывать. Нет, вперед! Никто ко мне не обращается, кровотечений нет, помочь ему нечем. Через две-три минуты из стартового городка должен приехать автомобиль "скорой помощи". Замечаю, что один из курсантов пристально всматривается мне в лицо. Не дождешься! Вперед! Через сто метров встречаю карету скорой помощи, мигалками и сиреной прочищающую себе дорогу по встречной полосе. Теперь совесть спокойна. Собираю остатки всех сил, чтобы сохранить равновесие. Отметка 3,5 км. До завершения программы-минимум осталось десять километров. Но сил нет! Ноги как будто налились свинцом. Кисти рук отекли и с трудом сгибаются в межфаланговых суставах. Что это? Почечная недостаточность, избыточная регидратация или венозный застой из-за того, что они постоянно опущены вниз? Задаю себе ипохондрические вопросы, чтобы извлечь из памяти медицинские знания. Но в своей практике не встречался с состояниями, во время которых отекали кисти. В грудной отдел позвоночника как будто "вбит металлический штырь", который вызывает жгучие боли. Борюсь с земной гравитацией, направленной на занятие телом горизонтального положения. Пятьсот метров по проспекту Просвещения и очередной промежуточный финиш.
   - 227-й, тридцать восемь кругов.
   - Я беру часовый отдых.
   Судья откладывает мой регистрационный лист в сторону. На часах 14.40. С трудом переступаю бордюр и падаю на плащ-палатку, постеленную Надей на травяной газон.
   - Как ты, Слава?
   - О, лучше не спрашивай, Надюша! Дай мне ватный шарик с нашатырным спиртом. Что-то мне совсем плохо.
   Кажется, что за это время изменился голос. И не только. Протираю виски тампоном, но запаха не ощущаю.
   - Что-то нашатырь весь выветрился. Старый, наверное?
   - Да нет, Слава, я чувствую.
   - Значит, у меня что-то с обонянием случилось.
   - Ты сейчас похож на монаха. В этой черной шапочке, с бородкой, заостренные черты лица!
   - Спасибо. Ты мне, пожалуйста, суп куриный налей и чай с булочкой и конфетой шоколадной.
   - А каши овсяной принести? На общественной кухне раздают.
   - Да, принеси.
   - Может тебе массаж сделать?
   - Да, было бы неплохо. Ноги, как деревянные.
   - А как? Я спортивный никогда не делала.
   - Ты просто помни мышцы ног. Стопу, голень, сделай акцент на бедренной группе.... А я пока поем, хорошо?!
   Надя делает мне поверхностный массаж и делится своими впечатлениями о прошедшем для неё полумарафоне и моих сутках, а я не спеша, насыщаюсь едой. Впервые за сутки у меня появилась такая возможность. Все торопился-торопился, время экономил для отдыха, подгонял себя неведомо для чего. Куда и зачем? Сколько я его потерял на ходьбе? Постепенно думать и философствовать становится тяжело, и я просто смотрю на передвигающихся мимо меня бегунов. Неужели и я так никчемно выгляжу со стороны?! А затем и это становится тяжело, и я просто закрываю глаза.
   - Разбуди меня, Надюша, когда время отдыха закончится.
   Пытаюсь оценить свой уровень нарушения сознания, но адекватности не достаёт.
   - Слава, вставай, время истекло! - тормошит меня Надя, и я лениво возвращаюсь из кратковременного забытья. Час отдыха заканчивается, стрелки часов неумолимо приближаются к отметке 15.40. Появляется мысль о прекращении бега. Точнее она давно и неоднократно уже возникала, но лишь сейчас актуализировалась. Её подпитывает то, что до места промежуточного финиша расстояние в сто метров. Меня беспокоит то, что надо возвращаться обратно, чтобы сказать судьям о том, что я возобновил движение на трассе. Это ведь лишние двести метров! Может они поверят Наде, что вышел на дистанцию? Так тяжело идти обратно.
   Надя что-то рассказывает о приключениях, событиях, произошедших за эти сутки. Я слушаю её, но моё внимание поглощено предстоящими метрами.
   - Слава, тебя вызывают!
   - Не слышал.
   Смотрю на часы. Да прошел час. Пора!
   - Надя, сходи к моему судье, скажи, что я тронулся в путь.
   - Хорошо, а поверят?
   - Двести двадцать седьмой, прибыть на линию старта! - доносится голос из динамиков.
   - Слышишь, они просят на линию старта!
   - Да, плохо, я ведь преодолел эти сто метров, зачем еще дважды это делать. Помоги мне, пожалуйста, подняться.
   Надя изо всех сил тащит меня за руки, но мои ноги меня не слушаются. За время горизонтального покоя они отекли и не сгибаются в необходимых мне суставах. Пытаемся их раскачать толчкообразными движениями (очень похоже на застрявший автомобиль). Это получается лишь с пятой или шестой попытки.
   - 227-й, прибыть на линию старта! - голос судьи становится настойчивей.
   - Да слышу я, слышу, я уже иду!
   Но встать - это полбеды, вторая половина - это пойти. Вспоминаю аналогию с летчиком - героем отечественной войны лётчиком Маресьевым, сбитым над вражеской территорией. Помогает, но ненадолго. Надя отбегает в сторону, чтобы взять дополнительно порцию чая или каши. Я чувствую, что не в силах удерживать равновесие вертикально и после очередного шага приземляюсь пятой точкой на асфальт. Странно, но боли не чувствую. Какая-то анальгезия наступила! Пытаюсь подняться, но тщетно. Моих сил для этого не хватает. Боковым зрением наблюдаю тренеров, зрителей. Хоть бы кто-нибудь протянул руку! Неужели не догадываются? Или не хотят помогать соперникам? Сколько это продолжалось, я не помню, но такого чувства беспомощности я ранее никогда не испытывал. Зову на помощь Надю. Она подбегает, и вместе мы приобретаем вертикальное положение.
   - Надя, я решил, мне хватит на сегодня!
   - Нет, Слава, ты должен! Ты должен преодолеет еще два круга. Это всего лишь девять километров.
   - Я не могу больше идти!
   - Можешь! У тебя два с половиной часа в запасе и всего девять километров. Давай, попытайся их пройти, я тебя люблю!
   - 227-й прибыл на линию старта! - сообщаю о своей готовности судейской коллегии.
   - У 227-го тридцать восемь кругов позади! - верно сообщает мне мой судья-счетчик кругов.
   - Слава, можно я тебя сфотографирую?
   - Конечно, Наденька!
   Но прохожу двести метров, и мой оптимизм куда-то улетучивается. Хочется плакать, но нечем...
   Надо себя разогнать! Лучше всего этому помогает борьба со временем и личный секундомер. 500 метров за восемь минут! Следующие пятьсот - за шесть. Дохожу до скорости 10 минут/километр. Быстрее не могу. К середине круга небо разразилось холодным ливнем и подул промозглый ветер. Это весьма кстати, так как трезвит сознание лучше любого нашатыря. Откуда-то появляются силы. Видимо, домашняя пища вместе с отдыхом принесли свои плоды. Я иду, облизывая на губах соленые ручейки дождя. Трасса быстро пустеет. Часть бегунов взяли отдых и перешли в палатки. Мне же всегда нравилось бегать в экстремальных условиях: под дождем, в жару или холод. Бежишь наперекор стихии. Так и сейчас. Мокрый, но довольный.
   Осталось пять километров. По времени еще успеваю. Даже будут лишние метры. А что с оставшимся временем делать: стоять или отдыхать?! Лимит отдыха я свой исчерпал. Ладно, преодолею сорок кругов, а там видно будет.
   - 227-й, тридцать девять кругов! - кричит девушка-информатор.
   Встречаю Надю в наброшенной сверху плащ-палатке и под зонтом.
   - Слава, тебе что-нибудь необходимо?
   - Нет, спасибо. Собери вещи в рюкзак и зайди с ними в палатку. Не мокни под дождем.
   - А если ты есть захочешь?
   - Не захочу! Если же и захочу, то я сам тебя найду. Скоро мы на маленький пятисотметровый круг переходим, так что я буду часто курсировать мимо палаток.
   По правилам соревнований после 23-х часов бега все спортсмены переходят на малый пятисотметровый круг. Он расчерчен через каждые десять метров. И суточники состязаются в течение последнего часа на нем. Все, кто брал отдых, также обязаны выйти на этот круг. В противном случае их результаты не будут зафиксированы, а их причислят к группе сошедших с дистанции.
   Но у меня еще целый круг. Спортивная форма, кроссовки насквозь мокрые. Зуб на зуб не попадает. К ощущениям усталости прибавляются приступы дрожи во всем теле. Только бы не было судорог, только бы это преодолеть! Где-то в правом бедре появились первые звоночки в виде небольших мышечных фибрилляций. Чтобы согреть тревожащую область, растираю её руками.
   - 227-й, сорок кругов. На маленький круг переходите. Осталось пятьдесят минут.
   Какое облегчение! Осталась одна двадцать четвёртая! Доносится, как главный судья соревнований призывает всех прячущихся в палатках выйти на финишное "ускорение". Некоторые поддерживают его слова и не спеша выходят из армейских палаток.
   Надя записала на видео, как одного из бегунов выпроваживали из палатки его друзья.
   - Костя, выходи из палатки.
   - Не выйду.
   - Костя, выходи из палатки, или мы тебя вынесем.
   - Я мертвый!
   - А кто тут живой?!
   После его дважды выносили, но он дважды заходил в палатку и ложился на кровать.
   Борис Яковлевич бойко комментирует происходящее, проходящих и пробегающих мимо него спортсменов, ориентируя болельщиков на нагрудные номера.
   - Под номером двести один сегодня выступает многократный победитель нашего пробега, Чемпион России, мира, Европы, мастер спорта международного класса, житель города Рославль, Анатолий Кругликов. Он является восьмикратным победителем пробега. И сегодня Анатолий уверенно занимает лидирующую позицию.
   Под номером двести двадцать семь сегодня выступает петербургский спортсмен, подполковник медицинской службы Вячеслав Дегтяренко, представляющий Санкт-Петербургскую Военно-медицинскую академию. Он длительное время проходил службу в Чеченской Республике. В прошлом году он стал бронзовым призером на дистанции сто километров. В этом году он удачно дебютировал в суточном беге.
   Приятно слышать добрые слова. С Борисом Яковлевичем мы знакомы более пятнадцати лет.
   Спортсмены накручивают последние метры дистанций. Кто бежит трусцой, кто идёт, кто стоит, кто сидит, кто лежит на мокрой траве. Каждый выбирает свой способ передвижения.
   Дождь закончился. Зрители и болельщики высыпали на улицу.
   Забываешь о том, что были позади сутки бега. В эти последние минуты "гонишься" за очередным маячащим рубежом в виде круглой цифры 185 км. Успею или не успею?! Хотя понимаю, что это скорее субъективное ощущение гонки. На самом деле это выглядит, наверное, не так быстро, как переживается. Судья предупреждает, что после выстрела из пистолета мы должны остановиться на тех точках, где он (выстрел) нас застал. Через каждые 20 метров с обеих сторон трассы расставляют судей-курсантов, которые мелками на асфальте будут фиксировать местонахождение стоп каждого участника. Чем-то похоже на детскую игру в классики. Пять минут до финиша... Одна минута до финиша... Надо успеть дойти, добежать до разделительного заборчика, о который можно облокотиться и занять место поближе к судье, чтобы пораньше уйти. Финиш!!! Сигнальный выстрел из пистолета. Движение прекращается. Как будто остановился огромный заводной механизм. Его пружина раскручивалась на протяжении 24-х часов, и теперь она покоится. Спадает напряжение. Ко мне подбегает сначала курсант и очерчивает линию позади кроссовок, а затем девушка-судья, которая последние пять часов вела счет кругов по дистанции.
   - Сколько? - спрашиваю у нее. Хотя сам уже давно подсчитал.
   Она что-то подсчитывает на моем персональном листке учета.
   - Сорок больших кругов, девять маленьких и двести восемьдесят шесть метров.
   - Спасибо большое!
   Она ни разу не ошиблась в своих подсчетах. Подытожил - 184 километра 786 метров. Задача выполнена!
   - Слава, дашь интервью на видеокамеру?
   - Не хочу, Надюша. Не сейчас. Холодно, замерз. Пойдем в палатку переодеваться.
   Слышим, как через ретранслятор объявляют, что награждение начнется через час. Опять хлынул осенний ливень. Хорошо, что догадался взять второй комплект спортивной одежды. Заходим в палатку УСБ (унифицированная стандартная большая), где на траве расставлены кровати. Царит всеобщее оживление, которое в основном вносится спортсменами меньших дистанций, ожидающих награждение. Мужчина с косичкой предлагает мне присесть на его койку. Надя развязывает мне шнурки и снимает кроссовки с носками, так как сам я дотянуться до стоп не могу. Параллельно обсуждаем с эксцентричным бегуном сегодняшние результаты. Выясняется, что мужчина из Нижнего Новгорода, вегетарианец и слегка чудак. На соседней койке дедушка жалуется на плохое кормление по трассе. Кто-то ему возражает из противоположного угла палатки: "Что вы хотите? Такая организация хорошая! Без стартового взноса, кормят, размещают, еще и атрибутику выдают. Вы вот в Москву поезжайте. Там полторы тысячи рублей стартовый взнос, правда, питание слегка лучше!" Но дед не слушает и продолжает настаивать на своем: "Вот в Европе...".
   Из палатки перебираемся в судейский автобус, так как курсанты принялись за их демонтаж. В нём собралась два десятка суточников, прячущихся от дождя и ожидающих награждения. Делимся между собой свежими впечатлениями.
   - Слава, можно сказать, что ты побывал в преисподней? - спросила Надя.
   - Можно! - не раздумывая, ответил я. Такой гипернагрузки я никогда не испытывал. Чуть позже, когда мы согревались дома коньяком и чаем, я рассказал ей о некоторых своих ощущениях во время этого забега.
   - Ты знаешь, Слава, суточный бег придумали женщины, чтобы мужчина познал, что такое роды...- резюмировала Надя.
   Ближе к половине девятого началось награждение суточников. Дождь льёт, как из ведра, не переставая ни на секунду. Хорошо, что начался он на сутки позже, иначе наш бег был бы более тяжелым испытанием.
   - Двадцать первое место занял Вячеслав Дегтяренко, спортсмен из Санкт-Петербурга, Военно-медицинская академия.
   С трудом поднимаюсь на сцену. Вручают приз в виде домашнего радиотелефона Siemens. Выслушиваю слова поздравлений и пожелания преодолеть 200 километров в следующем году. Жаль, что обошлось без дипломов и медалей, как в 2006-м.
   Все это время льет дождь, ноги уже давно промокли, зонт выполняет скорее символичную функцию, спасая рюкзак и наши спины от воды.
   Здорово! Суточный бег позади. Теперь я знаю, что это! Правда, не знаю, что будет за этим. Сбылась мечта одиннадцатилетней давности!
   Наблюдаем за награждением победителей и остальных призеров пробега. В девятый раз в Рославль Смоленской области на машине уезжает с пробега Анатолий Кругликов. Жигули седьмой модели. Впервые женщину-победительницу приравняли к мужчине, и на аналогичной машине в Калининград уехала 57-и летняя Ирина Реутович. Суточный бег - удел зрелых бегунов. Процедура награждения завершается гимном России.
   По дороге к метро встречаем двух болельщиков, которые выражают слова восхищения относительно моего выступления. Поздравляют.
   Звоню начальнику курса, чтобы отпроситься с завтрашнего утреннего построения и предупреждаю Бориса о том, что завтра в клинике появлюсь к обеду. Хотел бы взять полный выходной, но на вечер запланированы две встречи с пациентами и первое после отпуска дежурство в детской больнице.
   Лишь когда сели в вагон метро, я почувствовал, что ночь эта прошла на ногах. Незаметно для себя я ушел к морфею и, если бы не Надя, проехал бы станцию пересадки.
   Идти было тяжело. Сюда прибавлялся рюкзак с вещами и остатками провианта. Поэтому я цеплялся за стены, перила и прочие статические предметы, попадающиеся на нашем пути и поддерживался с другой стороны Надей.
   Пока Надя забирала Таисию у бабушки, а затем подогревала ужин, я принимал ванну с лавандой и рассылал СМС друзьям. Намеченное выполнил. Хотя понимал, что для многих это непонятно - бежать сутки. Ради чего? Приз - символический. При желании можно приобрести в магазине. Человеку, далекому от спорта, этого не объяснить. Да и стоит ли?
   Кто-то задал вопрос о моем якобы предполагаемом стремлении "прибежать" в книгу рекордов Гиннеса.
   Папа написал коротко: "Молодець! Скiльки було з тобою ще таких ненормальных?" После его предыдущего СМС, высланного за день до старта: "Слава, это же небезопасно для жизни. Мое отношение к твоему хобби ты знаешь. Желаю добежать!", это выглядело приятным поздравлением.
   Сестра Вита: "Супер!!! Ты лучший, я тобой горжусь!!!!!"
   Тренер Лысенко Н. П.: "Слава! От всей души и чистого сердца поздравляю Тебя с благополучным дебютом в суточном беге. С уважением и верой в Тебя, в будущих стартах свыше 200 км за сутки. Мне приятно, что мне выпала честь стоять у истоков Твоего пути - тренер Н. Лысенко".
   По этому поводу, а также, чтобы согреться, открыли с Надей бутылку молдавского восьмилетнего коньяка. Есть что отпраздновать! После действия пятидесяти граммов захотелось спать и я, отказавшись от чайной церемонии, ушел в спальню.
   Утром следующего дня возникли опасения за свое здоровье, которые подтвердились после звонка другу в Краснодар - Денису, работающему травматологом. Отек и гиперемия левой голени, правой стопы, острые боли при ходьбе, слабость, озноб, субфебрилитет.
   - Это у тебя тендомиозит, к которому добавилась нагрузочная болезнь и интоксикация, вызванная избыточной выработкой лактата и пирувата в организме вследствие тяжелой нагрузки. Необходим покой, влажно-высыхающие повязки с димексидом и принимай противовоспалительные препараты.
   Я и сам это понимал, но смущал нарастающий отек и гиперемия. Покой я мог себе позволить лишь до 12.00. На 14.00 назначена консультация в клинике, к 17.00 необходимо быть на дежурстве в детской больнице, где также была запланирована консультация.
   Для начала решил зайти в медицинскую службу, чтобы выписать справку-освобождение. К тому же накануне пообещал врачу, выписавшему мне справку-допуск на участие в соревнованиях, что после финиша зайду к нему и доложу о том, что со мной ничего не случилось. Но последний меня не узнал или не вспомнил (во время дежурства он был под шофе). А дежурный врач сказала, что к травматологу меня не направит, так как травмы у меня нет.
   - Если есть покраснение на коже, пойдете к дерматологу!
   - Но оно у меня появилось после нагрузки.
   - Я ни разу за свою врачебную практику не видела такого отека и гиперемии, которые появлялись бы после нагрузки. Пойдете к дерматологу. Если он исключит свою патологию, тогда к хирургу. Может, это флегмона. Вот вы говорите, что и температура у вас 37,4®С. Кстати, зайдите пока в процедурную, измерьте еще раз температуру.
   В процедурной меня встретила 75-тилетняя медсестра, которая, узнав, что я - психиатр, стала причитать по поводу преждевременной смерти психиатра поликлиники.
   В это время зашел начальник медицинской службы и с саркастической улыбкой на толстом лице спросил: "Ну что, добегался?! Сначала одну справку берешь, теперь вот другую! Спорт не приносит никогда здоровья!"
   - Да он - психиатр! А наш-то совсем молодой был, пятьдесят два года, причитала медсестра.
   - А вы не проводите аналогий, пожалуйста! - резко заметил начальник поликлиники.
   - Ну, что, детонька, давай градусничек. Сколько там набежало?
   - Тридцать семь и две.
   - А сколько тебе надо? Я напишу!
   - Да сколько есть, столько и пишите.
   В конце беседы-осмотра дежурный врач согласилась, что меня необходимо направить к травматологу-ортопеду. В регистратуре мне сказали, что он работает до 13.00, и записали на прием в следующий день. А пока приходилось терпеть боли и, придерживаясь за перила, преодолевать тяжелые препятствия в виде автобусных ступенек и лестничных пролетов. К утру отек еще больше увеличился, но гиперемия стала менее выраженной.
   Визит к травматологу начался со слов "Маршевый перелом обеих нижних конечностей", от которых мне стало и смешно и страшно одновременно. "Ну, вот и до переломов ног добегался....". Лишь после компьютерной томографии, от сердца отлегло.
   - Выписываю вам полное освобождение на десять суток от служебных обязанностей. Будете на физиопроцедуры в поликлинику приходить.
   - Спасибо, Дмитрий Валентинович.
   Но посещение факультетского врача с целью выписки справки оказалось неудачным.
   - Это вы опять?! - "приветствовал" меня Емельян Петрович. Что с вами случилось?
   - У травматолога был. Рекомендовано лечение и освобождение. Пришел к вам за справкой.
   Разворачиваю медицинскую книжку на месте записи травматолога.
   - Десять дней? Нет, это много. Я вам такой справки дать не могу. Идите к начальнику курса. С ним согласуйте, пусть он мне позвонит.
   - Но тут же все написано!
   - Товарищ, подполковник, я вам ясно сказал. Согласуйте с начальником курса. Если бы вас от строевой или физической подготовки освобождали, другое дело. А тут написано "полностью от служебных обязанностей". Вам же не в шахте, в забое стоять... Не могу...И вообще, вам пора задумываться о новом месте службы, как людьми будете руководить, должность принимать, а вы за освобождением пришли!
   - Я вас понял, Емельян Петрович. До свиданья.
   На следующий день я выполнил миниоперацию по поводу вскрытия подногтевого абсцесса, подсчитал количество уцелевших ногтевых пластинок. Хорошо, что сейчас не лето, так как 80% ногтей было повреждено. Еще десять дней ходил на физиопроцедуры (магнито-лазерная терапия и УВЧ-терапия) в родной клинике. Бегать начал на 11-е сутки. Но и спустя две недели легкости в ногах не было.
   Некоторые спрашивают: "Не тяжело ли было?". Отвечаю, что безумно тяжело. Но на следующий день после забега появилось желание преодолеть больше двухсот километров за сутки. Но это будет уже в 2008-м году. Пробовал стартовать на 10 км в Кроссе наций, но кроме, как борьбы с болью недолеченной травмы и огорчений от проигрыша тем, кого еще недавно и в соперниках не рассматривал, больше ничего не получил. Хотя, наверное, здесь сыграли роль фрустрационные моменты из-за поставленных перед собой задач.
   После неудачного старта на марафоне в Королеве (сентябрь 2007 года) я взял отдых, так как болевой синдром в левом тазобедренном суставе сохранялся, ограничивая движения. К систематическим тренировкам смог приступить лишь спустя девять месяцев - в мае 2008 года.
  
  
   Тропами Блока.
  
   Это было в августе 2008 года. После трех с половиной месяцев тренировок, которым предшествовала длительная реабилитация от участия в суточном беге, возникло желание пробежать марафон. Выбирали с Надей между участием в Харьковском марафоном и Helsinki city run, но ближайшим оказался марафон в Солнечногорске под поэтическим названием Тропами Блока.
   Планов особых не ставил. 4 минуты на километр, а там, как пойдет. Надя тоже решила заявиться на марафон с тем, чтобы пробежать для себя 20 км. По телефону договорились с Володей П. из Солнечногорска, что он присмотрит за Таисией, пока мы будем испытывать себя на дистанции. С ним мы раньше служили в Бурятии. Оттуда он ушел в Чечню. Два года плена, похороны, воскрешение. Герой, а потом забвение. Сейчас работает охранником в магазине. Удивительно, что такие жизненные перипетии его не обозлили, скорее наоборот, чувствовалось, что он не жалеет о пережитом. Также пригласил для компании своего коллегу, лыжника - доктора из Альфы - Володю О. С ним в Чечне мы не раз совершали совместные пробежки и делали темповые работы. Но Володя О. сказал, что сегодня он не сможет пробежать полный марафон, и срежет где-нибудь на дамбе. Но пообещал, что на своем автомобиле поможет забрать Надю с дистанции.
   Быстро заявились. Народу немного. В заявочной комнате всем измеряют артериальное давление, но допускают без медицинской справки.
   В 10ч.00м. предстартовое построение. Сообщают об ожидаемой тридцатипятиградусной жаре и о коэффициентах, которые сегодня будут использоваться при расчетах времени победителей. Организаторы обещают денежные призы.
   В 10ч.10м. прозвучал стартовый выстрел из рук главного судьи сегодняшнего марафона Бориса Вязнера. Удивительно его наблюдать здесь, так как он обычно организовывает питерские пробеги. Хотя сегодня в пробеге много атлетов приехало из Северной столицы. Кто электричками, кто автомашинами, кто поездом. Перед стартом интересовались моими впечатлениями от Москвы. Какие могут быть впечатления от трех недель?! Пока прохожу процесс адаптации!
   Но это я отвлекся. Пять десятков бегунов не спеша тронулись в путь. Трасса состояла из одного круга. Как сказал теска из Питера: "Пару километров предстоит бежать по полю, а так трасса по шоссе, есть небольшие подъемчики. Финиш здесь же, на стадионе".
   На первом километре определяемся с необходимым темпом. Встречаются километровые столбики разметки. 3.55. Я в лидирующей группе. Второй километр 3.56. Замечаю, что мне уступают лидерство сегодняшнего забега. Трасса вышла за черту города. Вокруг сосновый перелесок да редкие машины навстречу, чередующиеся с велосипедистами, которые, видимо, кого-то сопровождают. На третьем километре 3.59. Жара усугубляется. А вот и первый подъем. Прохожу его быстро и незаметно. Ведь накануне почти 10 дней провел в тренировках по Крымским горам. Поэтому подъемы, кажутся, ни по чем. Но темп падает 4.05. Пять километров выбегаю из двадцати минут. Замечаю сбоку партнера. Парень лет 20-25. Вперед не уходит, бежит чуть сзади. Дыхание еще нетяжелое, можно и поговорить. Приезжий, из Брянска, недавно бегает марафоны, теска, в планах тренировочный забег по 4 минуты. Но на 11-м километре наши планы начинают рушиться, чему способствует затяжной крутой подъем метров 400. На секундомере 4.18. Но за подъемом следует спуск, и мы отыгрываем упущенное время. Питательные пункты, как нельзя кстати. Стакан воды, влажная губка, которую жаль выбрасывать, так как ей можно еще 5 км пот с лица стирать. А солнце становится все безжалостней и безжалостней. Но темп удается удерживать, и даже чуть прибавлять. Пятнашка выходит на 58 минут с секундами. А вот и двадцатка, а за ней отметка полумарафона. За нами никого. Попеременно обгоняют судьи на велосипедах, подбадривая, предлагают воду. После полумарафона асфальт заканчивается, и мы попадаем на проселочную дорожку, которая ныряет в болотистый овраг. От такой неожиданности перехватывает дыхание. Мерный бег по шоссе превращается в хороший кросс по глубоко вспаханной пашне и лужам. Интуитивно определяешь твердость и устойчивость грунта, иногда промахиваешься, и кроссовки погружаются в скрытую грязь. Темп падает до 4.25 на километр.
   - Сколько так будет продолжаться? - спрашиваю у тески.
   - Не знаю, организаторы не оговаривали. Я здесь впервые стартую.
   Начинаешь осознавать скрытый подтекст в названии сегодняшнего пробега.
   - И почему Блок для своих прогулок выбирал такие трассы?
   - Да уж, не мог ходить вдоль наезженных трактов.
   - Писатели - люди своеобразные. Может, как раз здесь у него и зарождались стихотворные ямбы и хореи....
   Договорить я не успел. Справа от себя услышал невнятный звук "Хрык....", как будто зверь какой из лесу вышел. Но это был не зверь. У моего соседа началась рвота. Но темп он не снижал. Молодец, подумал я про себя. У меня тоже был такой эпизод, когда я тренировался на горках Красного Села лет 10 назад.
   Звук повторился и стал на несколько децибел громче.
   - Давай, держись!
   - Не могу...
   Парень присел на корточки, оставив меня одного выбирать себе путь-движение. Хорошо, что еще ленточки на соснах-елях прослеживаются, а то ведь так и заблудиться можно в этих тропах.
   Бежать становится все тяжелей и тяжелей. От ухабов и прыжков бедра наливаются свинцовой тяжестью, а моя кроссовая подготовка на сегодня оставляет желать лучшего. Как же Наденька пройдет этот участок? Повернет ли назад?
   Через 3 километра кросс заканчивается, и я выбегаю на шоссе. 25-й километр прохожу на автопилоте. Темп 4.20-4.30 на километр. А ведь еще 17 осталось. Солнце жжет, ноги, как после приседаний со штангой, лицо заливается потом. Темп продолжает падать, даже боюсь смотреть на часы. К тридцатке меня, подбадривая, обгоняют двое. Но их слова дают слабую мотивацию, бежать быстрее себя не заставить.
   Тридцать километров. Пора начинать есть! Бежать нет больше сил. Яблоко, апельсин, печенье, чай, лимон. Ноги не поднимаются. Хочется сойти и поставить точку в сегодняшнем старте. Но некуда. Вокруг лес да шоссе, машин нет. Поэтому иду, по особенному "наслаждаюсь" этим великолепием и своей нежданно накатившейся немощью. А как же Надя, кто ее встречать будет? Володя встретит, сообразит. А вдруг не встретит? Не помогает. А может потрусить? Потрусил двести метров, перешел на шаг. Может еще потрусить? Потрусил 300 метров, снова на шаг. Через пару километров смог бежать. Темп пять минут. Неплохо, лучше чем ходьба. Меня уже обогнало 8 человек. Среди них и оклемавшийся недавний партнер. Главное - не сдаваться! Темп 4.40/км. Желание бежать появляется снова, а вместе с ним и уверенность в своих силах.
   35-й километр пробежал на одном дыхании. А вот и Володя О., с белой банданой на голове. Поравнялись, но темп у него ниже пяти минут.
   - Запутался, хотел сократить на дамбе, но где-то не там повернул. В итоге где-то 27 будет.
   -Тоже неплохо. На финише встретимся!
   Я ухожу вперед, соревнуясь с прогулочными велосипедистами. Они остаются позади. Слева от меня открывается великолепный вид. Огромное озеро, тенистые сосны, пляжники. Как я им завидую! От разгоряченного асфальта горят стопы. Поролоновые губки использую, как средство для раздражения кожных рецепторов височной области, в голове сумрак.
   40 км, последний питательный пункт. На часах 3.00.20. Трасса переходит на пляжную полосу. Количество болельщиков, из числа загорающих, увеличивается по мере прохождения пляжного берега. Кто-то кричит, что осталось 200 метров, кто-то сообщает о занимаемом месте, но доверять разгоряченному пивом и жарой народу весьма опрометчиво.
   Пляж переходит в небольшой подъемчик, на котором отметка 41 км. А вот и стадион. Предстоит пробежать круг почета. На нем еще кого-то и обхожу. Финиш! Ура! На часах 3:09. Неплохо для финишного спурта. Сил улыбаться не осталось. Медаль на шею, вручают пакет с минералкой, шоколадкой и футболкой. На столах бананы, апельсины, изотоник. Ухожу в тень трибун. Володя П. фотографирует. Дедушка-сосед по трибуне высказывает свои комплименты. Сквозь пелену перед глазами наблюдаю за финиширующими. Вот один из бегунов, на вид лет 30 упал за 50 метров до финишной черты. Судьи столпились возле него. Паника, вызывают скорую, ее нет. Она на трассе. Женщина в белом халате, по-видимому, медсестра, с дрожью в голосе что-то кричит.
   - Тонометр есть? Измерьте давление.
   - А вы кто?
   - Врач. У больного, похоже, коллапс!
   - Нечем измерить давление, тонометр сломался.
   Пульс нитевидный, зрачки узкие, дыхание поверхностное, кожа цианотичная, реакция на болевые раздражители отсутствует. Это не коллапс, это кома!
   - Преднизолон 90 мг внутримышечно, кордиамин 4 мл подкожно....
   Переходим к непрямому массажу и искусственной вентиляции легких.
   - Ноги поднять. Лед на крупные сосуды: пах, шея, подмышки.
   Через 15-20 минут приехала машина скорой помощи. Бегун в сознание так и не пришел. Прогноз неблагоприятный.
   Переключаюсь на душ, переодевание, протоколы. В возрастной группе 18-40 лет занял третье место, что меня очень удивило, так как в общем зачете был 8-м. Видимо, в такую жару побеждает мудрость!
   4 часа позади. Пора встречать Надю. С Володей на его семерке отправляемся на уже знакомую дистанцию. Встречаем Надю на 32-м километре.
   - Надюша, молодец! Мы за тобой!
   - Спасибо, я добегу!
   - Надюша, садись в машину. Это ведь марафон. Он после 35-го километра начинается!
   - Я добегу!
   К моим просьбам подключается Володя О., но Надя непреклонна, как никогда.
   - Удачи тебе, встретимся на финише!
   Мы отъезжаем с чувством невыполненного долга, оставив ее наедине с жарой и мягким асфальтом.
   Приехали почти вовремя, так как стали объявлять победителей. Теска занял второе место, опередив меня на 10 минут. Грамота, конверт с 1000 рублями - приятно!
   Но где же Надя? Решил, что самое лучшее - это бежать ей навстречу. На 40-м километре мы встретились. Усталость на лице, но решимость в движениях. Нелегкий она выбрала марафон для дебютного старта!
   Дублирую финишный створ, все те же болельщики, все те же возгласы!
   - 200 метров до финиша? Это правда?
   -Нет, осталось чуть больше километра. Здесь всем кричат "двести метров до финиша...".
   Так мы и добежали! На финише я поинтересовался у нее, почему она отказалась от нашей помощи и решила преодолеть сегодня полный марафон.
   - Ты знаешь, Слава. Сначала хотела пробежать 20 км, но потом поняла, что обратно также надо будет 20 километров идти. Потом была неплохая компания, которая меня подбодрили. Женщины дали грамотные советы по преодолению марафона.... А когда вы меня встретили, появилась азартная мысль, "сколько километров пробегу, такая будет и первая зарплата...". Смешно, конечно, ну а что поделаешь?!
   На сверхмарафон Надю не удалось уговорить, пока ещё!
   ММММ. г. Москва, сентябрь 2008 г.
  
   Мой первый ММММ (Московский международный марафон мира)! Раньше я мог только мечтать об участии в этом соревновании. Таинственные красные футболки с надписями на спинах ММММ конца 80-х годов до сих пор привлекают мое внимание своими неувядающими красками. Позади уже не первый десяток марафонов, сверхмарафонов, но среди них не было ни одного первого марафона страны! Но коль я волею судьбы оказался москвичом, то не принять в таком празднике было бы грешно!
   Заявился. Друзья агитировали взять марафонки "Спранди", которые спонсоры соревнований раздавали высококвалифицированным бегунам, желающим опробовать их в качестве тестовой модели на этом марафоне. Но я доказывал им, что это не известные брэнды "Асикс", "Мизуно", "Адидас". К тому же в новых туфлях бежать опрометчиво, даже если организаторы их и подарят на финише. Процедуру обхода справок о здоровье мы прошли безболезненно! Сославшись на возраст, опыт и причастность к врачебной профессии, мы нашли компромисс с врачебной комиссией! От паста-шоу решили отказаться, несмотря на то, что еще ни разу в них не приходилось участвовать. Легкая вечерняя пробежка в парке, оклейка обоев в детской комнате, сытный ужин и 50 граммов водки - вот и все, что предшествовало старту.
Главное - чтобы не было дождя! Хотя дождь - помеха условная, и льет он одинаково для всех. Во что и как одеться, что положить с собой в рюкзак - вторая мысль. Термос с чаем, бананы, апельсины, яблоки, изюм, сменное белье, полотенце, марафонки, согревающие мази, минеральная вода, губка.... В общем, за час собрались. Приехавший из военного госпиталя друг - разведчик Андрей (находящийся на лечении по поводу туберкулеза позвоночника и почечной колики) сказал: "Ты как на БР (боевую разведку) собрался!". Что ж, может быть и так. Подходя к Красной площади, стали замечать отдельных бегунов, выделяющихся своим внешним видом среди праздных туристов. Вот и Собор Василия Блаженного, спуск, палаточный городок. В шатре раздевалке - бегуны, похожие на рой пчел, в воздухе запах мазей "Апизартрона" и "Випросала".
   "У кого есть лишняя булавка? Нет ли лишней медсправки? У кого есть тюбик "Финалгона"?" Это сегодня то, что необходимо, так как погода не блещет. Повинуясь духу коллективизма, и сам массирую ноги "Випросалом". Предлагаю друзьям: Алексею, Володе Ш., Андрею О.
   Куда вещи складывать? В соседнем шатре принимают, но охраны не видно. Каждый оставляет на волю случая, который обещает пронести. Легкая разминка в 2 км, растяжка, и времени уже катастрофически не хватает. Диктор объявляет, что старт будет дан по сигналу часов на Спасской башне, но сигнальный выстрел стартового пистолета приходит раньше чем мы услышали бой. Устремляюсь в путь одновременно с нажатием кнопки наручного секундомера.
Главное не начать быстро! Скоро будет первый километр и тогда смогу определить свою скорость. Десяточники резво обходят, но хорошо, что не подрезают. Позади 5 минут бега, но километровой отметки нет. Ладно, подожду до первой пятерки. На спуске с Красной площади догоняет бегун в черной бандане! "Привет, солнечногорцам!" Узнаю в нем своего недавнего соперника по марафону "Тропами Блока".
-Ты как сегодня?
-Я тренировочный, планирую на три часа пробежаться...
- Уж больно резво ты начал. Я на 2.40 запланировал. А что так медленно?
- Да вчера на Таганке бежал. 6,5 км по 3.05, был 33-м, машину разыгрывали.
-Молодец!
Сообщаю, что на прошлой неделе смог шестерку по 3.12 пробежать на третьем этапе суперкубка в Лужниках, был в призовой шестерке.
Поравнялись еще с двумя бегунами. У одного из них на кепке замечаю пластиковые пакеты с гелем-энергетиком. Но, спустя пару километров, отпускаю ребят, так как темп не мой.
И вот первый поворот. Считаю встречающихся мне навстречу бегунов. Бегу двадцатым. Электронное табло показывает время, не соответствующее действительному. Отрезка на пять километров тоже не было. Про себя подумал, что, видимо, впопыхах готовились и не успели разметить трассу. После поворота ветер в лицо. До соперников метров двести. Дотянуться бы, спрятаться за спиной. Потом можно было бы и собой пожертвовать. Дотянулся, но уже на встречном ветру. Ребята сбавили. Бегу, встречаю знакомых, друзей, родных. Вот Андрей - разведчик, бежит свой первый официальный марафон. До этого мы с ним только в забайкальских сопках преодолевали марафонскую дистанцию, ориентируясь на мой внутренний спидометр. Сегодня он борется не только с трассой, но и со своим здоровьем. Недавно у него вышел камень из почки, еще утром сохранялась гематурия и боли в пояснице.
- Спецназ не сдается, - кричит он мне вслед, хлопая в ладонь рукой. От его удара меня повело в сторону.
Вот Лёша - врач-анестезиолог из госпиталя. После восьмилетнего перерыва решил повторить свой марафонский забег. Вот Володя - бывший ученик, бежит свою первую соревновательную дистанцию - 10 км. Вот Надюша. Повторяет наш семейный "почин". Еще в июле она сопротивлялась мысли о марафоне, но в августе бежала "Тропами Блока" и сегодня намерена улучшить свой результат.
Вторая петля. Бегу тринадцатым.
-Сколько пробежали? - спрашиваю у судей.
-Двадцать пятый километр.
Смотрю на часы. 1 час 30 минут 20 секунд. Неплохая скорость. Иду выше графика. Но сегодня несет, несмотря на ветреную погоду и скудость рациона на прилавках питательных пунктов. Холодная вода, хлеб, соль.
Петля у Киевской набережной. 2 часа 1 минута. Темп начинает падать. С тринадцатого места постепенно откатываюсь назад. Вот и черная бандана меня обгоняет. Я торможу. В голове туман и слабость. После финиша я найду объяснение своему состоянию. Но сейчас просто хочется есть. На питательном пункте холодная вода, которой можно лишь сполоснуть полость рта. Кусочки порционного хлеба мешают дышать, и темп становится все медленнее и медленнее. О последнем повороте догадался лишь по обогнавшей меня накануне первой женщине. Никто не соизволил даже сказать об этом, несмотря на дежуривших там дружинников. Где же финиш? Кто-то говорит, что осталось 2 км. Так ли это? Обгоняю бегунов, которые отстали на этой дистанции. Все вперемешку. Скажут ли мне, где будет финиш?!
О том, что надо поворачивать направо я догадался по впереди бегущему. На табло 2ч.48мин 22 сек. Неплохо, хотя мысль сойти возникала уже на трассе. Наступил на финишную полоску. Сняли чип. Зачем он, если бегунов по старинке судьи переписывали на трассе вручную. Головокружение, слабость, потемнение в глазах, шум в ушах, безумно хочется лечь.
- Помощь нужна? - голос откуда то сбоку доносится эхом до меня.
Видимо, это врач, судя по настойчивости предлагаемой помощи.
-Спасибо, не нужна. Поем, и все пройдет.
С трудом дохожу до пункта "выдачи подарков". Энергетик, кексы, вода, футболка, медаль. Восполняю свои потери. Через 20 минут иду встречать своих друзей на трассе.
Вот и Лёша финиширует 3.28, неплохо, как после болезни. На трассе еще Андрей и Надя. Фотографирую ее стройный и бегущий силуэт.
-Молодец, Надюша, давай, осталось семь километров!
-Точно семь?
-Да, мне тоже здесь говорили об этой отметке.
-В глазах темно стало. У тебя поесть ничего нет?
- Шоколадные конфеты будешь?
-Да.
На бегу распаковываю свой рюкзак, протягиваю ей конфеты. Оставшиеся километры мы бежим вместе, обгоняя находящихся на трассе. Позвонил Леша: "Слава, тебя приглашают на награждение по возрастной группе".
-ОК, Леша, я на трассе, нам осталось пару км до финиша.
Всё. Вот и Надин марафон позади. 4 часа 35 минут. На финише глазами ищу пьедестал. Не видно. Подхожу к палатке, где что-то выписывают две женщины.
   - Извините, не скажете, где происходит церемония награждения. Я третье место в возрастной группе занял М35.
   - Ваша фамилия?
   -Дегтяренко Вячеслав.
   -Вот, распишитесь.
   Дама протягивает мне конверт, на котором написано М35 - 300 рублей.
   -Гм...Спасибо!
   Вот тебе и ММММ! Находим Андрея, и теперь остаются лишь моменты для впечатлений о нашем первом в жизни ММММ!
  
  
   Космический марафон. г. Королев, МО, сентябрь 2008 г.
   Накануне вечером решил пропустить этот старт, так как посчитал, что еще не отошел от недавнего выступления на ММММ. Решил возложить на себя обязанности бэби-ситтера и поболеть за выступление своей супруги Надежды и друзей из Улан-Удэ и Санкт-Петербурга. К месту старта прибыли с Володей - начинающим бегуном (коллегой) за 15 минут (был после суточного дежурства). На удивление в стартовом городке бодро трещит принтер, распечатывающий заявочные листы, а молодой человек, принимал заявки на участие в соревнованиях, непрерывно повторяя, что времени остается все меньше и меньше. В стартовом городке, приятная атмосфера праздника. Замечаю, что в соседствующих с памятником Королеву киосках, запрещена продажа спиртного - пробег!
Последние разминочные упражнения перед большой дорогой. Вот и Надя с дочкой, перенимаю у нее эстафету, последние напутствия и занимаю место для фоторепортажа. Рассказывают об именитых бегунах сегодняшнего забега, что немного задерживает стартовый выстрел.
11.05 огромная толпа, подобно вулканической лаве устремляется вперед по улицам чистенького города. Щелкаю затвором фотоаппарат, выискивая знакомые лица.
11.12 лидирующие бегуны, сделав петлю, пробегают последние метры по проспекту Королева. Машу землякам из Питера: Хлусевичу, Гинину, Лапину. Вот Андрей сбежал из госпиталя, в прямом значении этого слова. Так велико было его желание пробежать этот марафон. Вот Володя дебютирует на двадцатке. Вот и Надя, улыбаясь, пробегает мимо нас.
Чтобы не скучать в стартовом городке, убегаем с Таисией на места беговых баталий, соревнуясь со спортсменами на колясочниках.
11.30. Навстречу стали попадаться "десяточники".
12.00. Вот и лидеры на двадцатке. Спустя несколько минут, в сопровождении автомашины девятки появляется первый марафонец. В отличие от всех остальных ему еще раз придется пробежать этот круг по Лосиному острову. Не знаю, замечает ли он красоту осеннего наряда, окружающего с двух сторон несколько разбитую дорогу. Думаю, что на такой скорости это остается за кадром восприятия. В первой пятерке бежит мой недавний знакомый и соперник Слава Буслаев. Вид у него решительный сегодня, видимо, настроен на призовую тройку. Вот и Слава Гинин. Подбадриваем его аплодисментами. Спустя 7 минут, улыбаясь, пробегает мимо нас Лапин. Кричу ему, что он взял хороший темп сегодня, но из-за огромных наушников он, извиняясь, переспрашивает меня!
- Хорошо выглядишь сегодня! Молодец, так держать! - подбадриваю его на ходу.
Впервые мы познакомились с ним на пробеге в г. Зеленогорск Ленинградской области (июль 2006 г.) на пробеге в парке культуры и отдыха. Мне показалось, что это был его первый старт в подобного рода соревнованиях. Он задавал типичные для новичков вопросы, я отвечал, делился своим небольшим опытом. С каждым последующим стартом замечал, как он все больше и больше входит в бег. Наушники, марафонки, пульсометр. И вот уже ни одного городского старта нет, где он бы не принял участия.
Марафонцы прошли первый круг по Лосиному острову.
- Сколько осталось, Слава? - кричит взмыленный Андрей. Для него сегодня второй официальный марафон.
- Где-то 17-18 км, по моим подсчетам...- отвечаю ему вдогонку, ориентируясь на пройденное нами расстояние.
Замечаю, что на всей трассе разметка имеется лишь с 3-го по 7-й километр. Но, зная протяженность петли по городу, повороты на 10 и 20 километров, можно ориентировочно подсчитать километраж. Это хорошо, когда ты не спеша бежишь с детской коляской, периодически останавливаясь для фотосессий. Другое дело - когда бежишь марафон. Такие цифры и расчеты порой становятся не под силу.
Вот и Надя уходит на второй круг. Принимаю решение оставить детскую ребенка в детской коляске на Володю, который уже финишировал.
   - Как дебют, Володя?
- Спасибо, хорошо! Думал, что не выдержу. Коленные суставы заболели, километра полтора шел пешком, но потом разбежался... Это у меня проявления артроза?
- Нет, Володя, нагрузочный тендовагинит, по-видимому. Надо делать упражнения для коленных суставов да бегать побольше... Оставляю тебе Тасю, ее еда в сумочке. Я на трассу, будем часа через полтора.
Решил включиться в сопровождение бегунов по трассе и, прежде всего, своей команды. Наблюдения стороннего пешехода показали, что обслуживающий персонал сегодняшнего праздника не на высоте. Школьникам в ярко желтых жилетках и судьям на трассе просто наплевать на весь этот праздник и его участников. Из случайно услышанного телефонного разговора девушки в желтой жилетке, обеспечивающей бегунов питанием по трассе.
-....,- кто-то обращается к ней в телефонной беседе
- Не знаю, где-то за городом. Ещё долго торчать здесь буду, - лениво отвечает толстушка, пожевывая банан, взятый с пункта питания.
-...
-...Не могу....Тут какие-то придурки бегают....зачем-то....
Зрителей, по обычаю, как всегда, нет. Точнее, они есть, но в роли негодующих водителей, которым милиция с присущим ей апломбом объясняет, что трасса закрыта до вечера. И ворчливых потенциальных пассажиров, оставшихся сегодня без своих автобусных маршрутов тоже можно причислить к пассивным зрителям.
Вот и лидер появился. За ним никто не просматривается. Хороший отрыв. До финиша ему три километра осталось. Считаю встречающихся бегунов. Улыбок на их лицах все меньше и меньше. 30-35 километров не проходят бесследно. Кто-то уже перешел на ходьбу. Сбиваюсь со счета мужчин, перехожу на подсчет женщин. Сегодня награждают 25 лучших мужчин и женщин. Надя бежит в двадцатке по предыдущему кругу. Может, удастся удержать?!
Питерская тройка бегунов вышла на финишную прямую.
- Сколько километров до финиша? - вопрос, который я слышу уже не менее десятка раз.
- Восемь-девять, - отвечаю, прикидывая в уме набеганное время и возможный километраж.
-Слава, ноги отказали, не слушаются.
-Терпи, Андрей! Спецназ не сдается.
-Сколько осталось?
-Десятка.
-А мне сказали пятнашка.
-Набей рожу тому, кто сказал.
Это видимо, его подбодрило и он увеличил скорость. Через семь минут после Андрея встречаю Надю. Слёзы на глазах. Думаю, что недавняя потертость выбила ее из колеи.
-Что случилось?
-Сколько осталось? - плачущим голосом спрашивает Надя.
-Одиннадцать километров приблизительно.
-А мне сказали, что восемнадцать и еще посмеялись.
-Кто сказал?
- Да школьник какой-то.
- Да плюнь на него. Это двоечники, которые оценки свои отрабатывают здесь. Они и считать-то не умеют! Набрали за бутерброды и отработки по физкультуре лоботрясов, которые и стакан с водой подать не могут. Жуют арбузы и дыни. Не бери во внимание. Я сюда бежал 50 минут от финишного створа. Это приблизительно одиннадцать километров.
Но Надю мои слова не подбодрили.
- Сейчас будет питательный пункт. Восемь с половиной километров до финиша. Здесь двадцатка поворачивала.
Вот и питательный пункт, который блещет изобилием яств. Бананы, арбузы в пакетах, кусочки дыни, помидоры, хлеб, напитки 4-х видов. Бойкий народ стоит за прилавками: "Кушайте апельсины... Берите по одному два кусочка...!" Сглатываю слюну и злость. Надю эта фраза вводит в еще большую тоску.
-Я что, похожа на прожору? Почему они такие?
-Ну, менталитет у нас такой. Соревнования к концу подходят. Не переживай. Помнишь, как сказал Андрей: "А если война? Тебя не спросят, голоден ты или сыт... беги!"
- Никогда-никогда больше не побегу марафон!
- Если сейчас сойдешь, в дальнейшем испытаешь еще большее разочарование, но изменить уже ничего нельзя будет.
Я убежал догонять Андрея, оставив ее наедине с невеселыми мыслями и тяжелыми километрами трассы. Надя сегодня пробежала по личному рекорду, улучшив свой результат на марафоне за месяц почти на один час.
   -Слава, ты видел, кому-то из бегунов на финише плохо стало? Говорят он из Питера.
-Нет, не видел, Надюша.
- Из трех моих марафонов это самый тяжелый. Ноги не слушаются, в голеностопах не сгибаются.
-Надо в сауне погреться. Ты езжай, а мы попозже с Тасей подойдем.
Вход в баню был по спецпропускам и поэтому мы стали свидетелями закулисных разговоров о беге. Что сказать? Не любят у нас в стране бег и бегунов, как недовольные посетители сауны, так и обслуживающий персонал.
- Кипяточку в термос захотели? Чтоб глаза мои вас не видели...- бодро язвит мне старушенция в белом халате на просьбу о кипятке для термоса.
- И где столько мазохистов-то нашлось? Деньги свои тратят, едут бог знает откуда, а потом еще и скорую им вызывать (в сауне стало плохо женщине-марафонке)....- вторит ей помощница в синем халате.
Не раз и не два я сегодня подумал, что, когда бежишь, не замечаешь этой околобеговой шелухи. И чем народ сегодня живет, какими приоритетами? Главное, не оказаться в большинстве.
На церемонии награждения представитель питерской команды Сергеев (в молодости пробежал беговой марафон на подводной лодке) сообщил нам о смерти марафонца Сергея Лапина на финише марафонской дистанции.
- Тромб, наверное, оторвался... Долго скорую помощь ждали...
- Да она бы и не спасла.
-Много бегал в последнее время... Шестнадцать марафонов за год...
Бег - это наркотик, всегда хочется больше и больше, порою, трудно подобрать дозу...
  
  
  
  
  
  
   Поэтический кросс Мурановские холмы. Усадьба Тютчева, Подмосковье, октябрь 2008 г.
  
   Ещё за два месяца до старта Алексей спрашивал у меня: "Буду ли я бежать Мурановские холмы?". "Конечно буду", - отвечал я ему. Почему бы и не пробежать. Хотелось сравнить с Хеппоярви (кросс бегунов и лыжников под Питером). За три дня до старта открыл ссылку на сайт кросса - понравилось! Подробно, толково все расписано, приложена схема трассы, поэтому мы без труда добрались до усадьбы Мураново. По пути гадали, кто из великих поэтов мог здесь обитать. Как выяснилось позже, Тютчев. Быстро заявившись, отправились на знакомство с трассой. Организаторы пообещали три подъема на каждый 6-ти километровый круг. Уже во время разминки на первом подъеме стало жарковато, на втором у Алексея МСР (монитор сердечного ритма) показывал ЧСС 170 в 1 мин. Что же в нем поэтического? Только ли то, что проводится в окрестностях усадьбы? Выяснилось, что нет.
На втором подъеме через каждые 100 метров - таблички с четверостишьями. Во время разминки успевал проглатывать первые две строчки, особенно запомнилось про гибель митохондрий (подумал, что через полчаса они, отдавая последние запасы АТФ, будут истощаться на этом подъеме). Для себя сравнил с тропами Блока. Почему русские писатели выбирали не самые легкие пути для своих прогулок?
На старте приятное оживление. Чувствовалось, что посторонних людей здесь нет. Все, так или иначе, причастны к сегодняшнему празднику. И праздник, на мой взгляд, удался. Разметка на трассе, точный хронометраж, болельщики, все продумано до мелочей. Показалось, что метров двести-триста не хватает до 12-ти километров, но это мелочь по сравнению с тем удовольствием, которое получил от бегового слалома, когда несешься с горы, с трудом выискивая надежную точку опоры, чтобы не поскользнуться и не "улететь" в мурановский пруд. Вспоминал слова Алексея, который рассказывал, что лыжники обходили бегунов на подъемах, тогда как те на спусках давали фору. Так и я. То пропускал, то обходил. Откуда, думал, только силы берутся? В целом, вышло относительно ровно по 21.07 и 21.29 круг соответственно, несмотря на то, что сдерживал себя на первом круге.
Ну а после финиша сменил Надю на посту беби-ситтера и ушел дегустировать гречневую кашу с тушенкой из полевой кухни. Звучала поэтическая викторина, разыгрывающая призы на импровизированной сцене о знании русской поэзии. Что здорово, то здорово! Даже ярославская пробка не испортила этого воскресенья!
  
  
  
   Кросс "Семь холмов".
  
   Прошедшую неделю провел в реабилитационном лечебном отдыхе, набегав 50 км за 6 дней с двумя выходными. Поэтому, когда по электронной почте отправлял стартовую заявку, сомневался: выступать или пропустить этот старт. Но, посмотрев протоколы прошлогоднего забега, насчитав почти 1000 участников, решил принять участие в столь массовом кроссе. К тому же мы заявились небольшой командой сотрудников госпиталя. Было приятно отстаивать честь нашего заведения. Ради этого события я даже поменялся суточным дежурством с коллегой.
Планировали выступить всей семьей, заявив на этот старт детей (Таисию и дочь Алексея), которых должен был бы сопровождать тесть. Но выяснилось, что детских дистанций на сегодня не предусмотрено.
Выходя на платформу метро "Битцевский парк", заметили бегунов. Некоторые из них переодевались прямо тут же, не обращая внимания на одиноких утренних пассажиров.
Прибыли к месту старта за час десять. В 11.00 по программе должно состояться открытие соревнований, играть оркестр, возлагаться венки. Но кроме пяти десятков бегунов, палатки, торгующей спортивной амуницией, больше никого не обнаружили. Ни стартового городка, ни организаторов, ни автобусов для переодевания и хранения багажа ничего не было. Пронесся слух, что бегового праздника сегодня не будет. Это казалось нереальным, так как с каждой минутой потенциальных участников становилось все больше и больше.
   - Пойдемте переодеваться в машину Алексея, побегаем просто так, раз уж приехали, - предложила Надя.
- Да, пойдемте. Может, еще что-то изменится. Времени до старта сорок минут.
За полчаса до старта заметил два одиноко стоящих ПАЗика, которых атаковали бегуны. Видимо, соревнования состоятся!
- Где можно заявиться? Кто возьмет сто рублей в обмен на стартовый номер? - раздавалось возле автобусов.
   Хорошо, что мы попросили Алексея накануне забрать наши стартовые номера, так как в этой кутерьме получить номер казалось проблематично.
На стартовую линию вышли за пять минут. Действительно, это самый массовый кросс (с общим стартом) из тех, в которых мне доводилось принимать участие. Больше пяти сотен!
С первых метров выбрал более-менее удачную позицию. Спустя пятьсот метров трасса перешла в настоящее кроссовое испытание. В прилагаемой схеме трассы организаторы обещали 50% шоссе и 50 % "непролазной грязи". Почти всю дистанцию вспоминал эти посулы! Тем приятнее был сюрприз: окунуться чистыми кроссовками по щиколотку в размокшую пашню, увернуться от комков грязи, которые вылетали из-под кроссовок впереди бегущих, освежиться в осенних лужах. Здорово! Нечасто устраиваешь себе такие испытания.
Половину дистанции прошел с быстрым началом, обгоняя тех, которым потом проиграл. Организация на трассе была идеальной! А вот в финишном городке кроме духового оркестра и диктора-комментатора, многое вызывало нарекания! Зачем нужно было организовывать старт и финиш в разных местах, если на финише многие так и продолжали мокнуть под дождем, а особо отчаянные переодевались на ступеньках лестницы. Задержка награждения почти на час, непонятная чехарда с финишными номерками и памятными значками. Приятно, конечно, было получить приз за первое место в своей возрастной группе, но грустно было стоять на пьедестале в одиночку, так как остальные призеры так и не дождались итоговых протоколов. О том, что Алексей (друг-коллега) занял третье место в своей возрастной группе, мы узнали только вечером на сайте "Парсека". Их награждение было пропущено. По-видимому, вся тройка призеров забыла отдать финишные номерки в заветные окошки. С другой стороны, это здорово, потому что, несмотря на такую массовую интервенцию автотранспорта, из-за которого сегодня была изменена и сокращена дистанция, остаются фанаты своего пробега, которые выдерживают еще пока неравный "бой". И эти одержимые увлекают своей идей сотни других желающих принять участие в "здоровом" виде спорта!
  
  
   Кросс памяти Дмитрия Симонова
   Вот и состоялось знакомство с Битцей. Еще накануне в пятницу сомневался в возможности выступления в этот день (приезжал в гости тесть, поезд которого прибывал в 10.00 на Ярославский вокзал).
Позвонил вечером по телефону одному из организаторов пробега, послал по е-mail коллективную заявку (за компанию еще и на супругу), узнал подробности проезда, и назад уже отступать было некуда. Вместе с вещами мы добрались до места регистрации за 1 час 30 минут. Оперативно получили номера, переоделись и отправились на знакомство с трассой.
Трасса даже в разминочном темпе была нелегкой. Кроме того дополнительно она осложнялась моросившим накануне дождем. Осенние листья умело демаскировали почву, превратившуюся в размягченный пластилин. Пожалел, что не сменил шипы на шиповках более подходящего размера. Но к этому пришел лишь после того, как Юрий Абрамов дал стартовую отмашку.
С первых метров осуществил крутой спуск, в котором главное - не столкнуться с соперниками. А потом вспоминался челночный бег, который я так не любил на уроках физкультуры в школьные годы и во время обучения в академии. 25 метров в одну сторону, резкий поворот, 25 метров в другую сторону. Так и сегодня, подобно школьным временам.... Как же автогонщики проходят крутые виражи? Лучше по наружному виражу или по внутреннему? Когда же закончится первый круг? Всё так быстро меняется, что кажется, бежишь довольно долго. Взглянул на часы: 6.34, а казалось, что больше. Вот и отметка 2 км 7.05. Медленно. Но сегодня и не хочется, и не можется быстрее.
Первый круг позади. 10.10. На втором, наверное, еще секунд 20 сбавлю. С такими мыслями и прибежал к финишу. Стакан сладкого чая - и на заминку. Там встречу супругу Надежду. А тесть и Таисия пока будут прогуливаться в стартовом городке.
Замечаю, что в городке приятное финишное оживление. Кто-то решает очиститься от грязи в ближайших битцевских прудах, кто-то поливает себя заготовленной накануне водой из бутылки, кто-то договаривается о завтрашнем забеге в Крылатском. Видно, что большинство уже не в первый раз участвуют в забегах по Битце. Как метко выразилась Надя: "Случайных людей здесь сегодня нет...".
Спустя полчаса, началось награждение детей. Таисия не выдержала и тоже залезла на пьедестал за причитающейся ей игрушкой и медалью. Она уж намотала сегодня не один километр в ожидании своих родителей...
Приятно было узнать о своем третьем месте в возрастной группе и получить призы из рук легендарного советского чемпиона на 5000 м.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Dresdner Kleinwort Frankfurt Marathon. Октябрь 2008 г.
  
   Мой первый зарубежный старт!
Наверное, когда мечта сбывается, испытываешь какое-то разочарование. К этой мечте я шел много лет. Ведь еще в прошлом году попасть заграницу казалось нереально. Но вот позади все мытарства, связанные с получением загранпаспорта, шенгенской визы. В сентябре, просматривая марафонские сайты Германии, обратил внимание на Франкфуртский марафон. Хотя вначале я думал, что этот марафон будет проходить в Дрездене. Но потом понял, что впереди звучит название банка, а марафон входит в тройку крупнейших марафонов Германии. Заявка послана. 75 евро за старт, еще 8 евро за медаль, 15 за короткую футболку и 20 за футболку с длинными рукавами (обещали, что Asics будет спонсором). Еще некоторую сумму за журнал, в общем, решил заказать все по полной программе -150евро.
Через три дня пришел ответ и необходимая информация для приезда. Мой стартовый номер 10946. Здорово, подумал я! Первый этап пройден. Теперь необходимо убедить руководство госпиталя в предоставлении отпуска. По ступенькам прошел и это!
- А будет указано, что вы за госпиталь выступаете? - спросил начальник госпиталя на утренней врачебной конференции.
- Конечно, товарищ полковник, на номере будет написано!
Это я приврал немного, на номере было написано лишь мое имя, хотя в финишных протоколах значился, как доктор из госпиталя имени Бурденко. Но это я забегаю вперед.
Вторым этапом было бронирование авиабилетов. Здесь мне понравилась компания Люфтганза, хотя я пересмотрел массу low-cost перевозчиков. Эта предоставляла минимальный тариф (22000 рублей за троих с маленьким ребенком в обе стороны).
Третьим этапом была гостиница. Это оказалось самым простым делом. Через сайт www.booking.com я забронировал 3-х звёздочный отель в центре Франкфурта, который располагался в 5-ти минутах ходьбы от места старта и 10-ти минутах от ж/д вокзала, с которого нам потом предстояло отправляться в Гамбург. В этот период в городе сезон скидок и двойной номер на троих с завтраком обошелся 55 евро. Смешные цены, если сравнивать с Москвой и Санкт-Петербургом! И это при том, что на марафон ожидали приезда более 25000 участников и болельщиков!
За три недели до старта все было готово, за исключением спортивной формы. Отрезки сделать не удалось, позади лишь одна тридцатка по 4 минуты, да три кроссовых старта. За пять дней до начала отпуска внеплановая командировка в Воронеж за молодым пополнением для госпиталя продолжительностью 5 дней. Но всё это мелочи.
За четыре дня до отъезда пришло ещё одно электронное письмо, в котором сообщалось, что меня включили в группу Wertung Marathon Manager, в которой состоит 345 бегунов, для которых будут специальные номера, место старта и место для отдыха после старта. Видимо, мое заявочное время помогло!
И вот мы во Франкфурте! Тридцать минут на поиски багажа, некоторое время на поиски нужного выхода из аэропорта. Домодедово по сравнению с аэровокзалом Франкфурта показался мелким аэровокзалом. Сели на подошедший поезд, который провез нас всего одну остановку. Обратившись к пассажирке на английском, нашел поддержку. Побеседовали еще с тремя пассажирами. Выяснилось, что мы едем не в ту сторону. На платформе нам объяснили, что лучший ориентир в городе - это ж/д вокзал! Этими ребятами оказались бывшие соотечественники, с которыми мы мило общались 10 минут и обменивались сувенирами (конфетами, сырками).
Во Франкфурте были впервые. Нам показали дорогу до гостиницы и мы выдвинулись к ней. Уже по пути были заметны приготовления к марафону. Сцены, плакаты, покилометровая разметка трассы.
На паста-пати мы опоздали, так как рейс прибыл уже поздно вечером, поэтому на ужин отправились в ближайший от гостиницы ресторанчик.
Ночь прошла ужасно, полноценного сна не вышло. Таисия, видимо, ощущала волнение папы, и половину ночи она рассказывала нам о прелестях перелета и трудностях адаптации. Такое было с ней и перед Харьковским марафоном.
В 6.40 с трудом оторвал голову от подушки. В 7.00 начало выдачи стартовых номеров (в 10.00 старт). За 10 минут добежал до Месса-халлен, нашел место выдачи номеров, но мне сказали, что мои средства не были перечислены с банковской карточки.
- Уважаемый Вячеслав, с вас 150 евро за участие и 30 евро за чип, - сказали мне на английском.
-....ОК....
Неужели кризис помешал? Объяснив фрау, что мои кэш находятся в гостинице, отправился за карточкой и паспортом. Времени до старта остается немного, поэтому необходимо подкрепиться, прежде чем получу номер, подумал я тогда.
В 7.30 я во второй раз пересекаю Месса-хален (выставочный центр). Никогда бы не подумал, что для такого заурядного мероприятия (как марафон) могут выделить такую громадную площадь-арену в центре города. Заметил, что уже в это время центр города перекрыт для движения четырехколесного транспорта. Вереницы бегунов стекаются к месту старта. Организаторы обещали 11000 марафонцев, 14 бегунов на смежных дистанциях и 300000 болельщиков! Вспомнился российский "Кросс наций" с его приписочными цифрами участников и отсутствием протоколов. Да где здесь разместятся 25000 человек? - думал я, пересекая обычный бульвар и стартовый створ.
Торжественно обменял евро на свой нагрудный номер, запечатанный в прозрачный пакет. На номере было написано Viacheslav. Получив бонус-подарки, я отправился в гостиницу натираться согревающим никофлексом и забрать семью к месту старта. В номере обнаружил, что в выданном мне рюкзачке находится масса необходимых и приятных мелочей для любого бегуна. Кепка, губка, пластыри, любрикант, конфеты, шоколадка, сок, энергетик, 4 вареных яйца, гель для душа, гель после бритья, журнал, булавки, гигиеническая помада, рекламная информация о предстоящ
   их пробегах. Приятно!
Выбежали всей семьей на разминку. Нас фотографируют, так как мы единственная из семей, которые разминаются, толкая детскую коляску. Хотели заявиться и на забег с детскими колясками, но нас предупредили, что необходима специальная спортивная коляска. Такой у нас не было.
Народу все больше и больше на стартовой площадке. Кабинок для всех не хватает. Бегуны не стесняются. За 10 минут решил начать пробираться к месту старта. Вереница внушительная! Мой номер оказался пропускным, так как у большинства участников номера имеют белый фон. И поэтому, когда я перелез через забор и зашел сбоку, бегуны расступились.
Последние предстартовые волнения! За две минуты привели стайку кенийцев, человек 30. Выстрел, шары! Через 8 секунд пересек линию старта.
Где я?
Толпы неугомонных болельщиков окружают трассу. Свистят, гудят, щелкают затворами фотоаппаратов. Им вторят различные самодеятельные группы, которые располагаются через каждые 200-300 метров. Такого радушия я не ожидал. Футбольный еврокубок на 100000 Республиканском стадионе в Киеве может лишь сравниться с этим. Но там я был лишь болельщиком.
Первый км 3.35! Быстро! Эмоции подгоняют. От умиления слезы наворачиваются на глаза. Я, наверное, попал в будущее! Эта мысль преследовала меня почти всю трассу и некоторое время после финиша.
Пробегая через 15 минут линию старта, заметил, что еще не все пересекли заветную линию. Как потом сказала Надя, старт продолжался 30 минут!
Первая пятерка позади. Темп 3.45/км. За 200 метров стоял указатель для бегунов о том, что скоро будет пункт питания и освежения. Чай, сок, энергетик, кока-кола. С 15-го километра к напиткам добавились бананы, сухофрукты, яблоки, апельсины. Масса волонтеров с улыбками предлагают тебе отведать это хлебосолье. Плюс каждые 2,5 км дополнительно выдается вода, плюс отдельные зрители организуют свои пункты питания.
После 9 км трасса стала поспокойнее от зрителей и появилась мысль заняться бегом. Шло неплохо. Темп варьировал от 3.32 до 4.00/км. Так продолжалось до 35 км, потом слил на 4.30. На последних семи километрах опять попал в шквал аплодисментов и уличных ансамблей. Среди небоскребов, обилия транспарантов, фотовспышек, ликующего народа чувствовал себя не в своей тарелке.
Ну вот и финишная прямая, уходящая в темноту громадного зала, где с обеих сторон стоят многоярусные трибуны, играет музыка, звучат фанфары, танцуют девушки из группы поддержки, установлены громадные экраны, сверху дождь из блёсток, под ногами скользкое конфетти. Главное - не поскользнуться. Голова идет кругом то ли от такого информационного наплыва, то ли от усталости.
   На часах 2:43.11. - это брутто. А что же дальше?
Медаль на шею, фотография на память, согревающая полиэтиленовая накидка на плечи! Женщинам - розы.
Выхожу в финишную зону. Дезадаптационный шок! Виноград, пиво, супы, бананы, яблоки, кофе, булочки, бутерброды и прочая снедь. Подкрепившись, сделал пакет из второй накидки для создания продуктовых семейных запасов. Прошел ещё 200 метров и попал в душевые кабинки, размещенные в подвале экспо-центра, чередующиеся с массажными столами.
Когда перед стартом мы договаривались с Надей, что встретимся на финише, я не думал, что это будет так сложно! Мобильной связи между нами не было. Мы встретились через два часа взаимных поисков. В финишный коридор их не пропустили, а пока они обходили его, потеряли меня из виду.
Я же в поисках их засмотрелся на выставку-продажу, проходившую на марафон-экспо: конкурсы, презентации новых товаров и спортивных продуктов. За это время я попутно сдал свой чип, получив обратно 25 евро залога, обменял на отрывные корешки с моего номера две футболки Asics. Футболки можно было предварительно примерить на себе. Компьютерный лазер сделал гравировку на медаль с указанием моей фамилии, имени, финишного времени. На эту процедуру ушло 30 секунд. Финишные протоколы обновлялись практически в прямом режиме, по мере того, как бегуны пересекали линию финиша. Также из них можно было узнать время промежуточных пяти километров по всей дистанции, среднюю скорость бега, абсолютное место и место в возрастной группе. А вечером в режиме он-лайн посмотреть небольшие ролики продолжительностью 5-10 секунд о своем прохождении этих промежуточных отрезков дистанции.
На финишном плакате, я написал "Thanks! I was in future! Viacheslav Degtyarenko. Moscow."
Какое-то чувство гордости за себя, за марафонцев, за пробег не покидало меня. Я в лишний раз убедился, что есть другие жизненные ценности и другая реальность, которой нашей стране так далеко и от которой мы успели уйти за небольшой постсоветский период.
   Весь вечер и ночь провел с марафонской медалью, даже когда мы пошли ужинать в ресторанчик, даже когда ехали на автобусе в Гамбург. Лишь под утро повесил ее на дверцу шкафа. Наши гамбургские друзья оказывается наблюдали за мной и моим бегом через интернет. И поэтому, когда мы приехали, уже знали практически все нюансы прошедшего пробега.
   Через две недели мне прислали диплом, подтверждающий участие в этом состязании, с указанием места, времени, марафонский буклет, 30-ти минутный DVD-фильм. Через месяц пришел 150 страничный фотоальбом о прошедшем марафоне, на одной из фотографий узнал себя (лидер группы из 8 человек). В марте пришло приглашение на участие в пятидневном семинаре по бизнес-психотерапии с оплаченным чеком в 600 евро. Но было уже поздно, так как ответ необходимо было дать еще в феврале (письмо путешествовало по Москве с декабря прошлого года). Также на фотосайте можно было выкупить комплект своих фотографий на CD носителе за 25 евро или заказать готовые фотографии, ориентируясь на представленные на сайте превьюшки.
  
   33.Sudereble Halbmarathon LG HNF Hamburg
  
   Листая журнал Runners на ж/д вокзале Франкфурта в ожидании автобуса на Гамбург, натолкнулся на рекламу Гамбургского полумарафона, который проводился в следующие выходные. В моих в планах было желание еще где-нибудь стартовать в Германии, чтобы сравнить уровень проведения различного ранга соревнований. Этот пробег как раз подходил и по времени, и по возможностям.
Неделю провел, как на спортивно-тренировочных сборах, где-нибудь в Кисловодске. Отличная лесная трасса в центре города протяженностью от 5 до 10 км как раз соответствовала восстановительному периоду. Аккуратные цветные стрелки через каждые 500 метров показывали километраж пробежек. В любое время моих тренировочных занятий на трассе всегда кто-нибудь бегал. Порою встречалось до двух-трех десятков бегунов в час. Вечером вокруг озера Альстер в центре города мне показалось, что в течение часа на 7-ми километровом кругу я встретил более двух сотен занимающихся джоггингом. Идеальная чистота лесопарка, спокойные четвероногие, улыбающиеся, здоровающиеся кроссмены и кроссменши. Добропорядочные водители, пропускающие меня даже на красный свет для пешехода.
Заявку для участия в соревновании распечатал через интернет, там же нашел схему трассы и варианты проезда.
Мы остановились у друзей, но они, к сожаленью, не смогли взять нас в машину из-за отсутствия детского кресла в машине и пообещали нас встретить на выходе из S-Bahn (наземное метро).
Хорошо, что взяли билеты, подумал я, когда увидел, зашедших в вагон контроллеров. Вышли на предпоследней станции - окраина города (второго по величине в Германии). Но друзей наших не оказалось! До старта оставался час. Решили самостоятельно заняться поисками, использую карту и английский язык. Нам повезло. Стайка мужчин атлетического вида в лимонных "Асиксах" была похожа на бегунов.
- Аre your took part in competion on Halfmarathon? (Вы принимаете участие в соревнованиях по полумарафону?)- спросил я на ломанном английском у мужчины лет пятидесяти.
-Yes! - приветливо откликнулся он на мой вопрос.
- Тогда мы идем с вами.
   По ходу прогулки в течение пятнадцати минут обсуждали пробеги Германии и России. Услышал много критики в адрес Белых ночей (many cars...много машин).
   - Да, в России участие в марафонах носит, порой, экстремальный характер, - согласился я с вежливым бюргером.
Так в разговорах дошли до аккуратного спортивного комплекса, где принимались заявки и выдавались стартовые номера. В вестибюле установлено временное оборудование для кафе. Ароматный кофе, домашние булочки, бегуны с номерами, сидящие за столиком, обсуждающие вчерашнюю победу гамбургской футбольной команды. "Чем-то это напоминает Гатчинскую "Сильвию" с ее пробегом "Межсезонье", - сказал я Наде.
-Ты прав, очень похоже.
Уплатив стартовый взнос 12 евро, получил свой номер с булавками. Ради любопытства поинтересовался возможностью пробежки для супруги с коляской на 5 км у регистраторши.
   - А зачем вам ребенка тревожить?! Я полицейский (ая), - сказала блондинка, - и с удовольствием побуду с вашей девочкой. Как ее зовут?
- Таисия!
- Вот и хорошо, Таисия, держи игрушку. А мама пусть пробежит, сколько ей захочется. На финише встретимся с твоими родителями, - сказала на английском девушка, обращаясь к Таисии.
Нам не верилось, что такое возможно. С учетом того, что еще утром мы точно не знали, сможем мы стартовать или нет, тем более вдвоем, это показалось нам нереальным.
Надя ушла переодеваться, а я стал инструктировать даму по уходу за Таисией. Но они мило уже улыбались друг другу и, казалось, что языковой барьер для них не существовал.
На полумарафон заявилось порядка 300 человек. Ровно в 10.00, главный судья, отсчитав в обратном порядке от 10 до 0, выстрелом из пистолета дал старт. Начали спокойно. Никто не стал рвать вперед. Каждый выбрал свою позицию для бега (многие бежали с часами-компьютерами). Я занял третью позицию. Впереди маячил худощавый бегун испанской внешности и рослый немец. Для себя я выбрал темп 3.30 - 3.35 мин. на км. Аккуратные километровые разметки. Асфальт был идеально чистым и даже показался мне скользким (или это у меня протекторы на марафонках стерлись?). Через 2,5 км свернули с шоссе на проселочную дорогу. Ну, думаю, вот и родные ухабы! А их все нет и нет. Небольшая асфальтовая дорожка петляет среди полей и садов. Я удивился. Мне показалось, что с виражей я ухожу, как в легкоатлетическом манеже. Вот и спина немца стала ближе, и его тяжелое дыхание говорит о том, что ему нелегко. Пора обходить, подумал я, но немец не уступает мне дороги и преграждает своей спиной маневр для обхода. Ладно, попробую слева зайти, может, мне показалось...
Но мне не показалось, он намеренно преграждает путь для обхода. Так продолжалось еще 6 раз. Глупо, подумал я, ведь этим он только силы свои расходует. Решил отсидеться за его спиной километр. Но спустя километр, заметил, что темп упал до 3.40. Так дело не пойдет. Обхожу его резким рывком и устремляюсь за оранжевой майкой лидера. Он не успел среагировать на мое ускорение. Лишь что-то буркнул себе под нос на своем родном, благо, что я не понимаю.
   Лидер, похоже, идет по 3.25, это для меня слишком быстро сегодня. Поэтому наслаждаюсь сельским немецким пейзажем. Красивые яблони, которые никто не охраняет (или может, где-нибудь спрятаны видеокамеры?) стоят вперемежку с ветряными мельницами. На поле пасутся чистые буренки. Здорово!
На 7-м километре двое ребят на импровизированном питательном пункте предложили стаканчики с питьем, но погода сегодня была не жаркой, рукой показал нихт (не надо).
   Вот и половина дистанции позади. Темп варьирует 3.32- 3.37,км. Развернулись на центральной площади небольшого села и обратно. Заметил, что испанцу проигрываю километр, а вот немец "сидит" почти в 200 метрах от меня. За ним еще человек пять потенциальных соперников. Но обратно против ветра. Это меня разозлило до 3.30. К тому же навстречу стали попадаться первые зрители - улыбчивые бегуны, которые подбадривали меня своими аплодисментами и приветливостью. Я тоже отвечал им улыбкой, насколько это было возможным.
Считаю женщин по ходу. Вот и Надя, бежит пятнадцатая.
-Слава, ты цвай (второй)!
- Спасибо, Надюша, ты пятнадцатая, потерпи немного...
Вот и проселочная дорожка с ее легкоатлетическими виражами закончилась. Выйдя на шоссе, обернулся. Соперников не видно в поле зрения. Решил ускориться, вдруг к первому подтянусь?!
Финиш на ухоженном стадионе с красной тартановой дорожкой. Видео, фоторепортеры с какого-то сайта щелкают затворами фотоаппаратов. Медаль на шею, встреча друзей, довольная Таисия, яблоки, бананы, чай. Общаюсь с бронзовым и золотым призерами. Испанец оказался действительно выходцем из Испании. В настоящее время он занимается профессионально велосипедом и готовится к какому-то престижному триатлону. Втроем переходим в финишный городок, где согреваемся чаем и кофе. Все мило, скромно, по-домашнему.
Попытался найти душевую кабину, но она оказалась с обратной стороны спортивного городка. А так как скоро должен был финиш Нади, то решил воспользоваться санузлом. Обозначаемых надписей на них не было.
-Дамен! - (женский), - оценив меня суровым взглядом, сказала толстушка лет 60-ти из группы обеспечения сегодняшних соревнований.
-О, дамен? Сорри! Где херрен? (о...женский. Извините! Где мужской?)
Дама подождала, пока я соберу свои вещи и перейду в соседний санузел (двери были не подписаны).
Через 3 минуты всё та же пожилая полная дама с двумя рулонами туалетной бумаги опять вторгается в мое законное пространство.
-Итц херрен! (это мужской)- сердито пресекаю её продвижение.
- Херрен, херрен, битте папир! (мужской, мужской, вот, пожалуйста, бумага), - протягивает она мне три рулона туалетной бумаги.
- Данке шён...Мне папир не нужен, у меня есть полотенце, (спасибо большое, мне бумага не нужна) - отвечаю я ей.
- А вы посмотрите, может быть, кому-нибудь в кабинках и нужен, - сует мне папир неугомонная дама.
   В кабинках, благо, никого не было, так же как и папира. Откуда такая проницательность и забота? - подумал я.
Через 2 часа 1 секунду встречаю Надю. Она сегодня не настраивалась на результат и бежала в своё удовольствие.
Еще через 30 минут повесили протоколы, а через 15 минут состоялась церемония награждения. В финишных протоколах нашу фамилию написали с двумя ошибками, извинились, исправили и выдали два диплома. Мне за первое место в М35, вручили кубок, конверт с 50 евро - сертификатом на покупку товаров. Ещё получил спортивную сумку с двумя полотенцами от спонсоров Runnerspoint за абсолютно второе место. Наде наградили грамотой за второе место из всех фрау (большинство женщин были представлены возрастными категориями 30, 35лет).
Из финишных протоколов узнал, что на второй половине дистанции мне удалось сократить отрыв от лидера. У него время 1:14.10, а от третьего удалось оторваться. У него время 1:17.35.
Попили кофе, пообщались с друзьями, здорово, что есть и такие домашние пробеги. Чуус! (пока!)
  
  
   Парсек трофи 34, этап кубка России по горному бегу. Ноябрь 2008 г.
   Десять лет назад в Токсово Ленинградской области решил пробежаться по трассе для горного бега. Одного круга мне было достаточно, чтобы понять, что это такое. Пришлось надолго вычеркнуть это состязание из своих стартов.
Но сегодня ситуация была другой. Беговой сезон практически позади, желание стартовать есть, погода отличная. Легкий морозец, яркое солнце.
За два часа приехали к месту старта. Надя сегодня взяла на себя роль фоторепортера, Таисия - главной болельщицы.
На это мероприятие я подбил и своего друга, лыжника, коллегу по работе Алексея Ковалёва. Быстро заявились, получили без помех стартовые номера.
-А зачем два-то, Слава? - интересуется Алексей, рассматривая два идентичных номера.
- Это же этап Кубка России - серьезные соревнования, Леша. Так положено по требованиям Легкоатлетической федерации.
В это время трасса уже была оживленной. Проходили старты мальчиков, девочек и просто любителей, которым предлагалось пробежать 2 км (это соответствовало двум кругам). Решили, что прежде, чем начнем разминаться, пройдем по предстоящему месту баталий пешком, так как для разминки трасса была не предназначена совсем. Это был горнолыжный склон спортбазы Узкое. На вершине его стояла снеговая пушка, и часть склона была припорошена искусственным снегом.
- К сезону готовятся. Здесь зимой не протолкнешься, очень популярное место для отдыха горнолыжников.
Не спеша, выдвинулись на ознакомление. Через двести метров от места старта начался первый подъем. Поднялись. На вершине его встретили Надю и Таисию. Они пытались скатиться с горки. Каблуки сапог мешали Наде взять ситуацию под контроль. Решили Тасю взять с собой. За подъемом следовал крутой спуск. Идти по нему было несколько рискованно, поэтому я страховал Лешу внизу. Спуск представлял собой заледенелые выбоины, и если не удержаться, можно было кубарем скатиться к ожидаемым внизу судьям, на радость вездесущих фоторепортеров (горный бег - очень зрелищный вид легкоатлетических соревнований).
Спуск переходил в крутой вираж, далее овраг, площадку, похожую на лыжный трамплин, маленький подъем, переходящий в затяжной подъемище.
-Здесь я пойду пешком, Слава. Мне кажется, что скорость будет одинаковой. А ты как?
-А я не знаю еще. И как бежать эту дистанцию, тоже не знаю. В мае лидеры пробежали за 57-58 минут. Думаю, что начну по 5 минут круг (километр), а там видно будет.
   На вершине подъема бодрая бабушка, укутанная в тулуп, согревается чайком из термоса.
- И что медленно молодежь так бежит, разрядники, небось, какие-нибудь? - указывает она на лидирующих юниоров.
- Нет, бабуля, это уже мастера...
Подъем заканчивается резким виражом и переходит в горнолыжный спуск, припорошенный снегом. В конце спуск снег немного подтаял и в конце его образует лужицы. Далее резкий поворот, и финишная прямая длиной метров двести идет по какому-то болоту. Это, наверное, самый легкий участок трассы. Так оно и оказалось в последующем.
Разминались в Битцевском парке. Через 30 минут вернулись в стартовый городок. Здесь уже финишируют женщины. Диктор предлагает финиширующим пройти допинг-контроль.
- Серьёзный уровень!
   -Да, уж!
Лёша встретил знакомого, недавнего лыжника, который уже не в первый раз стартует в подобных соревнованиях, финишируя в группе лидеров.
-Как начинать, Эдик?
- В медленном темпе пару кругов, а там сам увидишь, как пойдет...Сегодня сильный состав собрался, в тройку будет трудно пробиться.
И вот мы уже в стартовом городке. Народу человек 35-40. Организаторы объединили мужской 12-ти км забег и ветеранские 8 км.
Стартовый выстрел, и вереница бегунов устремляется ввысь. Первый подъем пройден успешно. Главное, не увлечься эйфорией и не превысить заданный режим работы. Но следующий спуск выбил все мысли из головы. Главное, не сломать себе что-нибудь. Я не поклонник горнолыжного спорта, но сегодня мне пришлось им стать.
-АААААА, - вылетает непроизвольно из меня. Глаза от ветра, накатывающихся слез и солнца плохо контролируют трассу. Широко расставив руки, я несусь вниз. Голова не успевает анализировать то, что делают ноги. Бежишь на ощущениях спинного мозга.
- Не трогать палки, - эхом долетает до меня крик судьи, - они не закреплены.
- А что же можно трогать? Воздух и скользкую землю?!
Но веселости тогда не было. Первый спуск пройден! В крутом вираже вылетел из загонных ленточек, упав на правое колено. В овраге перепрыгнул через летящего под ноги бегуна. Затем был трамплин, который вынес меня в следующий овражек. И вот подъем. Не знаю, какой длины и какой крутизны. На нём ощущаешь себя каким-то крючком, который насилует свой организм, с трудом отрывая от поверхности земли ноги, ставшие чужими. Неужели так 12 раз подряд?! Только бы не перейти на шаг, только не перейти....
- За виражом насыпан искусственный снег, - слышится голос знакомой бабушки.
Спасибо, мысленно отвечаю я ей. Усталости, как не бывало. Накатываю с горы на прямую. Первый круг 4.58. Нормально! Дальше все уже знакомо.
- ААА, - сигнализирую впереди спускающимся бегунам о своем полете. В какую-то долю секунды отметил, что моя левая нога не успела коснуться земли, тогда как правая уже была внизу. Фантастика, если бы не было так страшно. Спуск пройден, значит, и круг тоже, отмечаю про себя. Опять не вписался в крутой поворот и вылетел за ленточку. Эта ситуация повторялась каждый раз, как бы я не старался подстраиваться под профиль трассы. Второй круг 5.03. Нормально, для того, чтобы почувствовать трассу более чем достаточно. И зачем я заявился в основной забег? Довольствовался бы двушкой. Но эта мысль проходит на третьем спуске, где чудом уворачиваюсь от медленно спускающегося соперника.
На подъеме слышу знакомые голоса.
-Папа, папа, - это болеет раскрасневшаяся от мороза Таисия.
-Слава, посмотри в объектив, я тебя сфотографирую. - Это болеет Надя.
Какой объектив? Солнце слепит, хорошо, что кепка с козырьком. Внутри все протестует против такой нагрузки. Моим лицом можно будет потом детей пугать.
Третий круг 5.10. Тоже ничего. Организаторы предлагают горячий чай. Но, несмотря на то, что холодный воздух обжигает легкие, пить не хочется. Стал обгонять соперников, отставших на круг. Мысли о темпе отпали. Пусть это будет тренировкой. В голове остались лишь три доминанты: не скатиться на спуске, не перейти на шаг на подъеме и добежать до финиша. Первая и третья выполнены. На одиннадцатом подъеме, увидев лидера, шедшего шагом, решил попробовать справиться со второй. Но мой шаг был значительнее медленнее бега, поэтому отказался от этой затеи. Первая половина дистанции вышла за 36.11, вторая 37.11, в итоге 1:03.22. Какая-то гордость охватила меня вдруг. Ведь я преодолел то, что до селе мне было неведомым.
   Через пять дней в Интернете нашел финишные протоколы, из которых следовало, что я был третьим в Чемпионате Москвы в горном беге, 12-м в открытом Кубке России. Результатом я был вполне доволен, и при этом выполнил норматив кандидата в мастера спорта!
  
  
   Осенний марафон альпклуба МИЭТ. Ноябрь 2008 г.
   Мой первый тренировочный марафон. Именно в таком формате он должен был проходить. Объемы перед ним решил не снижать, также, как и специально не готовиться! К субботе было чуть больше 100 км за плечами и много всякой всячины, которую обычно не допускаю перед соревновательным марафоном. Запланировал бежать по 4 минуты на километр, т.е. на 2:49, но это было без учета рельефа трассы.
Воскресное утро ноября порадовало своим необычным теплом, на термометре +7. Вчерашний ночной снег не оставил и следов. Лишь на подъезде к Зеленогорску он лежал на отдельных опушках.
В новом для себя городе сориентировались легко, так как вся информация о пробеге была выложена на сайте альпинистского клуба, который и организовывал этот пробег.
В 9.40 уже были на месте регистрации. Некоторые из участников, как мне показалось, уже давно ожидали начала регистрации. В 10.00 прибыл главный судья и развернул кипучую деятельность.
- Заполняйте стартовые талоны, получайте номера, вещи оставляйте в женской раздевалке, она будет закрыта до 12.30. Стартовый взнос на марафон 100 рублей. Каждый выбирает сам, сколько ему хочется бежать. На финише сдаете стартовый талон. Финиш на крыльце института. Трасса точна, промерена до 30 метров. Везде есть указатели поворотов. Каждый круг по 10 км. Марафонцы после 4-х кругов бегут маленький пятый. Извините за трассу, но вчера она была другой. Сегодня же метров 200 будет скользко, - командовал организатор сегодняшнего пробега.
Постепенно стал подтягиваться и другой беговой народ. Кого-то награждали по итогам года футболкой и статуэткой "Испытание марафоном", кто-то растирался "Никофлексом", но желающих разминаться было немного. Ветер с дождем отбивал всякую охоту выходить на улицу, тем более на долгую пробежку. Подумал, что если марафон тренировочный, то тех двух километров, которые мы пробежали с Надей и коляской от дома до метро будет достаточно для разминки.
Встретил Василия Хлусевича из Питера (пробежал 150 марафонов). Не знаю, какой он марафон бежит в этом году, но на тех, где я бывал, он неизменно присутствовал. Поделился с ним впечатлениями от марафона во Франкфурте. Он тоже принимал там участие.
А вот и тезка, с которым мы спарринговались до 23-го км на Солнечногорском марафоне. Но времени поболтать уже не было, и мы перенесли это на сегодняшний пробег.
В 11.00 после короткого инструктажа главного судьи, который сказал, что первый круг он будет вести лидеров за собой на велосипеде, дали старт. Вперед ушли двое бегунов. Наверное, десяточники, подумал я. Пристроившись сбоку от Славы, решил выяснить его планы и поделиться своими. Как оказалось, он также бежит тренировочный забег, так же, как и я, планирует стартовать в Ночах Москвы. Так первые 7 км мы и пробежали вместе, болтая о погоде, здоровье, пробегах, горном беге и прочем. К сожалению, из-за разговоров не смог запомнить всех нюансов и виражей трассы, которых, как мне показалось, было более чем достаточно. Так же, как и обещанного гололеда. Судья забыл еще рассказать о подъеме из грязи по обледенелой лестнице. Но это все обычные испытательные явления. Не хочешь - не беги! Те, кому это не надо, остались сегодня дома.
После семи километров, решил чуть сбавить, так как темп был на 3.40, что ощущалась интуитивно. Легкости в ногах не было и в помине, да и рассказы были на исходе. Слава и трое преследователей ушли вперед. Но не надолго. Через полтора километра они повторно меня догнали. Как оказалось, они пропустили необходимый поворот. Попробовал продержаться с ними, но ощутил, что для меня это быстро.
Но с одним участником мы пробежали пару километров. Он бежал десятку и мы нашли с ним много общего: война в Афганистане, бег среди палаток закрытого гарнизона, нелегкие воспоминания, от которых никуда не деться...
Первая десятка позади. На часах 39 минут. Темп - то, что надо, но надолго ли? Я остаюсь один на один, с часами, ветром, усиливающимся дождем и трассой. Вот задел пакеты бомжа, который не уступал дорожку под звуки моих шагов. А вот машины окатили меня с ног до головы осенними брызгами. Вот собака, друг человека, пытается испытать мои тайцы на прочность. Вот лесорубы распиливают под ногами валяющиеся деревья. Сколько же бежать сегодня? Соблазн, высказанный организатором соревнований, начинает действовать. Может, двадцатки хватит? А там уступить место Наде. А, что я скажу потом себе? В таких размышлениях прошел второй круг. На часах 41 минута. Нади и Таисии нет. Видимо, скрылись от дождя. На бегу хватаю четвертинку яблока. Потом буду жалеть, что взял так мало, сэкономив несколько секунд на питании. Это был первый питательный пункт. Впереди еще 10-ка! Может, где-нибудь киоск с булочками в парке будет? Но его нет и нет. Периодически проскакиваю какие-то повороты. Иногда возникают смутные ощущения того, что я здесь уже был или бегу не по трассе. Ну и ладно. Попетляю, попетляю, и к финишу прибегу. Вот ребята греются чекушкой на двоих, и почему-то не закусывают?! Где-то в районе 26 км маячит столик. Мама с дочкой предлагают напитки и фрукты. Оазис, мелькнуло в голове! Теперь тридцатка нипочем.
Но на смену одному чувству приходят другие. Индуцированные извне. Стена дождя пытается преградить дорогу... Но не тут-то было!
Третий круг позади. Нади нет. На часах промежуточное время 42.30. Сходить - нет смысла. Добегу! Знать бы, каким по счёту иду. Зачем? Ведь я сегодня тренируюсь... для здоровья! Перекусываю. Судьи молчат, даже время не говорят. Горсть сухого изюма и вперед. Опять машины, опять непрошенный душ из-под колес. Но теперь это не воспринимается так остро и болезненно. Сказывается двухчасовая адаптация. На одном из виражей сквозь ветки замечаю парня в желтых марафонках. Прикидываю, метров 800 от меня. Не знаю, каким я иду, но не хотелось бы быть после него. Ускорение темпа не получается. Видимо, он просто остался таким же. Опять скользкая лестница, опять крутой поворот, опять болотце и крутой подъем. Последний круг... Замечаю тезку, который выходит на финишное ускорение. У него где-то минут 45-46 должно выйти. А мне еще два километра. Но куда бежать?
Четвертый круг 45 минут. Впереди никого, позади - лишь те, кого обогнал на круг. Из кармана достал карту-схему пробега, которую выдавали на месте старта, но она превратилась в смесь цветных красок.
-Какой круг бежишь?
-Пятый.
-Беги прямо, а там тебе подскажут. Ни в коем случае не уходи вправо!
-Спасибо!
Опять подъем, опять лестница, а я уже мысленно с ней простился. Дальше подсказывают. И вот финиш, который почему-то находится на лестнице под козырьком крыши.
-Второй финишировал!
Наверное, это самое приятное за прошедшие три часа. А вот и Надя с Таисией радостно встречают.
-Как бежалось, Слава?
-Тяжело, это мягко сказано.
-Надя, ты будешь стартовать?
-Да, но после того, как тебе станет полегче.
После душа отпустил Надю на борьбу со стихией и с самою собой. Надо было ей телефон дать, но мысль пришла поздно. Стали награждать. Медаль, диплом, испанский бурдюк для вина. Оперативно, быстро, без излишеств и торжеств. Надя заблудилась и бегала намеченную десятку полтора часа.
-Хороший треннинг на психологическую устойчивость!
Для себя сделал вывод, что легких и тренировочных марафонов не бывает.
  
  
  
   Рубеж славы в Яхроме. Декабрь 2008 г.
   Об этом соревновании узнал от коллеги по работе - психолога, которая за неделю до старта поинтересовалась, приеду ли в ее родной город Яхрому на пробег. К сожалению, информации об этом пробеге на интернет ресурсах, беговых сайтах я не нашел. Но через Google нашел результаты прошлогоднего пробега и телефон организаторов.
-Да, пробег состоится. Седьмого декабря, в 12.00...Электричка с Савеловского вокзала...Далее пешком на площадь Кузнецова...она одна в городе...стартового взноса нет...дистанции от трех до пятнадцати км...трасса шоссе и два подъема... - подробно разъяснила мне женщина на другом конце телефонного провода.
Ее ответы меня удовлетворили, и я решил провести на нём темповую тренировку. Накануне старта нагрузил себя сауной, ОФП, двумя кроссами по двадцать и восемнадцать километров. После таких нагрузок в планах было уложиться в 50 - 52 минуты. По прошлогоднему протоколу с таким временем можно было попасть в призеры пробега.
Три часа дороги от двери до стартового городка показались утомительным испытанием. Шесть часть на дорогу ежедневно, чтобы попасть на работу. Мне стало заочно жаль коллегу.
В стартовом городке уже разминались дети. Нас направили в спортивный зал, где местная команда по волейболу вела в счете. Здесь же ряд судей выдавали номера по возрастным группам вместе с батончиками "Несквик". Рядом располагалась камера хранения, рядом, недалеко была и импровизированная раздевалка.
Надя решила, что сегодня выберет девятку - дистанцию спутник, так как по времени это должно было совпадать с моей пятнашкой. Хотелось пораньше уехать, так как вечером предстояло ещё дежурство. Но ей отказали, предложив по возрасту участие лишь в пятнадцати километрах.
Из спорткомплекса вышли за 15 минут до старта. Колонны организованных бегунов выполняют команды главного судьи "Направо...налево...прямо шагом марш...смирно..". Те, кто поотважнее, продолжают разминку. Народу человек под 200, но, в основном, местные школьники. За пять минут до старта решил выбрать себе место поближе к стартовой черте, чтобы не затоптаться. Судья дает последние наставления.
- Круг 3 км. Те, кто финиширует, уходят в левый створ, остальные вправо...
Через 500 метров после выстрела заметил, что нахожусь в головном легионе. Впереди маячит милицейская машина. Вместе со мной еще с десяток бегунов. Никто не хочет перестраиваться в колонну, поэтому бежим по ширине всего шоссе. Но это было до первого подъема. Лидеры уходят вперед, а я поддерживаю свой темп, думаю, что где-то в районе 3.20-3.15/км. Считаю, получаюсь десятым. С балконов подбадривают болельщики, им в унисон вторят постовые милиционеры. Душевно!
На крутом спуске обхожу двоих. Первая тройка позади. На часах 9.40. Думаю, что быстро, хотя легкости в ногах сегодня нет. На втором круге обхожу еще двоих. Местом для обгона выбрал подъем. Второй круг позади. На часах 18.55. Надо сбавить, думаю про себя. Вот и дворняга, сопровождающая меня почти два круга, отстала.
Перед подъемом третьего круга подбадриваю Надю. Поставил себе задачу встретить ее еще раз, но уже перед своим финишем. На спуске обхожу еще одного в желтых гетрах. Лидера уже не видно, только мигание милицейской машины указывает на разрыв с ним. Третий круг позади. На часах 28.37, тройка по ходу 9.42. Нормально. Темп - то, что надо! Две трети дистанции позади, бегу пятым. На четвертом круге перемещаюсь на четвертую позицию. На часах 38.18, время по ходу 9.40. Третий парень кажется уже реальностью. Перед подъемом иду на обгон. Он сопротивляется метров двести. Ускоряюсь на выходе с подъема. Удивляюсь своим силам. Впереди маячит белая майка второго бегуна, но метров до финиша остается все меньше и меньше. Подбадриваю Надю, раздаю "спасибо" подбадривающим меня и накатываю на финишном спуске. На часах 47.37 (личный рекорд), последняя тройка 9.21. Четвертый отстал на 21 секунду. Обнимаемся и поздравляем друг друга. А вот и Надя.
-Слава, я ещё кружок пробегу, ладно?
-ОК!
Из динамиков доносится, что через 15 минут начнется награждение победителей и призеров пробега. Даже не верится такой оперативности, так же, как и показанному результату. То ли трасса неточная, то ли я в хорошей форме?! Тренировка получилась отменной, так же, как и удовольствие от загородной поездки.
  
   Молодеченский марафон. Декабрь 2008 г.
   Первое знакомство с Белоруссией состоялось в 1987 году на пробеге, посвященному освобождению Минска от немецко-фашистских захватчиков. Прошло почти 20 лет. И вот наша семья решает посетить эту братскую страну. Находим старт через probeg.org, заказываем билеты через rzd.ru, берем отгул на службе-работе и в субботу утром приезжаем в г. Минск. Накануне вечером решил посмотреть местные достопримечательности. Национальная библиотека, Троицкое предместье, зоопарк, проспект Сталина (Независимости) - вот, пожалуй и все, что советовали сайты. Курс валют 1000 бел.руб = 13 руб.русских. За две недели до старта позвонил по указанному телефону, чтобы предварительно зарегистрироваться, но на том конце провода мне ответили, что организатора сейчас нет, но данные записали.
Минск встретил нас относительно приветливо. Чистенький ж/д вокзал, отделанный в стиле хай тек. А вот и основные ворота города - две сталинские высотки. Проходим через них, оказываемся на площади Независимости (Незалежности), которая дышит простором. Народу, как и машин минимально, несмотря на субботнее утро. После Москвы кажется пустынно. Завтрак в кафе, с претензией на столичный уровень. Подземный трехэтажный торговый центр, поездка на безлюдном метро, поиск зоопарка, ботанического сада...который так и не нашли. Но зато взобрались на смотровую площадку 25-ти этажной национальной библиотеки Беларуси. Наверное, это самая красивая библиотека, которую мне довелось видеть. Огромный стеклянный куб, выполненный в стиле хай тэк, в ночное время подсвечиваемый множеством иллюминационных изысков в современном стиле. Замерзшие донельзя, вечером мы приехали в г. Молодечно, что в семидесяти километрах от Минска.
Телефон организаторов соревнований молчал, поэтому я несколько заволновался, Не перенесли ли старт? Но в местной ДЮСШ, которую мы нашли через 30 минут скитаний по безлюдным улицам, мои волнения развеялись.
-На соревнования? - механически, практически не глядя на нас, спросила бабулька, вяжущая носки.
-Да!
- И как же вы с ребенком приехали? - откладывая носки в стол, стала записывать наши регистрационные сведения.
-...
- Фамилия, город?...Пойдемте в 4-х местную комнату...но с возможным подселением... на всех мест может не хватить.
-А душ есть?
-У нас ремонт...душа и горячей воды нет!
-А где можно воды вскипятить?
-У коллег своих спросите...вы, что в первый раз?
-Да.
Комната напомнила мне времена моих первых спортивных сборов, когда не обращал внимание на уют и удобство. Главное, тогда было, чтобы не дома. Громадные щели в окнах, прикрытые ватой, койки, расположенные в полуметре друг от друга, минимум мебели, холод. Про гостиницу спросить забыли, да и время было уже поздним. Пора организовывать ужин. Кафе поблизости не оказалось. Два продуктовых магазина. Фруктов нет, молочных продуктов нет. Кола, булки, да сухая картошка. Вспомнилось социалистическое прошлое. С другой стороны, чем меньше удобств, тем лучше результат!
Но, посмотрев на предстоящее место беговых баталий, настроение упало до нельзя. Спортивный манеж был смоделирован нерадивыми студентами-архитекторами, которые не учитывали особенности центростремительных ускорений. Пологий и крутой вираж на деревянной основе, совершенно не являлся логическим продолжением беговой прямой.
Перед отбоем организатор соревнований выдал номер, поинтересовавшись нашими планами на завтра.
-А вот моя супруга завтра бежит!
-Моя бы тоже могла и желает, но не с кем ребенка оставить.
-Так завтра будут дети. и пять и семь лет...
-Спасибо, мы подумаем.
- У вас комната на четверых рассчитана, ребенок не в счет, так что можем кого-нибудь ночью и подселить к вам...
-А можно оплатить за четверых?
-У нас здесь не гостиница! - парировал организатор.
Ночь прошла в холодном забытье. Ребята из соседней комнаты (киевский бегун-суточник Христенок) выручили с кипятильником и банкой. Благо, что чай и кофе у нас были с собой. За полчаса вышел на разминку. 4-5 десятков бегового народу не спеша осваивали разминочные метры стадиона. Из репродукторов слышны белорусские мотивы, на стене национальный флаг, на шведской стенке - фотографии пробегов. Тепло, душевно, по-доброму. Встретил Славу Буслаева из Брянска (познакомились с ним на марафоне "Тропами Блока"). Обменялись несколькими фразами. Он сегодня впервые сотню бежит, но тренировочную. Странно, разве можно бежать тренировочную сотню? Да еще в таких условиях? У каждого свои предпочтения! Говорит, что планирует выступить в Крылатском манеже в январе на 100 км. Я тоже планирую этот старт (забегая вперед, скажу, что и он и я этот старт пропустили).
-Не жалко стопы-то?
-Да я не спеша, по пять минут километр...
-Ну удачи тебе тогда!
-Взаимно!
По виражу ускоряются спортсмены в экипировке сборной команды Беларуси. По пружинистому шагу они выделяются из группы остальных бегунов. Видимо - это и есть лидеры сегодняшнего забега. В прошлом году один из них набежал 6.45 на сотне, но сегодня они ограничиваются марафоном. Настроение несколько снизилось, но не намного. Задание на сегодня - опробовать для себя бег в манеже на длинную дистанцию. До этого максимум была десятка, но и то в стандартном легкоатлетическом манеже.
Утром решил, что буду бежать по 45 секунд каждый круг ( по крайней мере начну), т.е. по 3.45-3.50 на км, т.е. на 2.38 - 2.40 в марафоне. Главное - не наесться вначале.
Торжественный парад открытия соревнований отсрочил старт на 30 минут. Как сказал организатор: "Сегодня на кону призовой фонд два миллиона рублей...белорусских, правда! Старт общий...на сотню лимит 10 часов, затем дистанция закрывается...каждые два часа смена направления движения... пункт питания будет один...чай, печенье, яблоки..."
Затем прошло знакомство с судьями-счетчикам кругов. На каждого судью - четверо бегунов. Всего на старте было около 50 человек. Выстрел из стартового пистолета открывает сегодняшнюю гонку и под громогласное "ура" мы устремляемся к своему первому виражу.
Первый круг...200 метров - 43 секунды... Второй круг 44 секунды. Кто-то шутит: "Осталось 498 кругов...". Но это не для меня. Мне осталось 219. Тоже неплохо. Как же отвлечься от преследующей монотонности? На втором круге начал первые обгоны. Лавирую между бегущими, как на школьных переменках в рекреации. Виражи проходят плохо. Скорость падает. Проход по внешнему радиусу не облегчает ситуации. 440 виражей. Цифра не укладывается в голове, также как и количество кругов. Надо как-то отвлечься, повторяю себе. Надя фотографирует меня на каждом вираже. Это помогает. Улыбаюсь в объектив. Тася нашла себе подружку, периодически они приветствуют меня аплодисментами. На обгонах вслух делюсь мыслями со Славой из Брянска. Рассматриваю форму бегущих. Периодически меня обгоняют два белорусских спортсмена. Темп у них будет повыше моего. Вспоминаю задачку из средней школы о поездах, движущихся с разной скоростью. Слышу, что за мной кто-то бежит. Любопытство раздирает. Обернулся - крепкий паренек в белорусской экипировке. Кто-то из тренеров сообщает ему контрольное время.
Первый километр позади. 3.42. Неплохо. Второй километр позади...3.38. Быстро. Судья - счетчик моих кругов молчит. Да мне он не нужен. Главное, чтобы не сбился на финише. Пять километров позади. Темп 3.40 на километр. Наконец-то услышал от судьи: "Одиннадцатый номер, пять километров позади".
А вот и десятка прошла. Чувствую дискомфорт. Ноги потяжелели, голова заболела, затошнило. Неужели сказываются последствия недельной давности травмы головы (во время бега, набирая телефонный номер, столкнулся головой с фонарным столбом)? Дал позволить сопернику, сидящему за моей спиной, обойти себя. Главное сегодня - добежать! Третья пятерка - темп 3.55 - 4.05/км. Проснулся аппетит. Чай, галетное печенье... Периодически музыка да короткие сообщения главного судьи прерывают мои думы. После двадцатого километра сообщили время первой четверки марафонцев. Отстаю от третьего на 20 секунд. 1 час 15 минут 25 секунд. Пока еще бегу по плану.
Перестаю замечать окружающее. Как будто сужаются поля зрения. Надя с Тасей пропали из поля зрения. Видимо, Тася укладывается на дневной сон.
После сухого печенья заметил появление скрытых ресурсов. Чай разлился на ходу. Красно-зеленая майка становится ближе и ближе. На 24-м километре по песочной яме для прыжков в длину обхожу своего сегодняшнего соперника. 30 км - 1:53.05. В запасе от четвертого бегуна уже имеется два круга. Сохранить и приумножить свое преимущество. Периодически судья сообщает пройденный километраж бегунов. Первого и второго не достать... На сотне лидирует представитель Украины.
После 32-го километры перестали считаться. Точнее, я замерял каждые пять кругов на часах, но, сколько в сумме пробежал, уже не знал. Мозг эту информацию не обрабатывал. Стало жарко, как в сауне.
   Спустя два часа бегового марафона объявили смену направления движения. Всё представлял, как это будет. Как будто дали новый старт. И вот манеж вновь свободен от верениц бегунов, можно ускориться... на сто метров. Первый круг непривычно бежать по часовой стрелке, но потом этого уже не замечаешь. Судья подбадривает лидера, сообщая о количестве оставшихся километров. Скоро и у меня финиш.
Надя возобновила фотосессию... Тася не уснула.
-Тебе чего-нибудь хочется из питания, Слава?
Хочется ли чего-нибудь мне?! Надо подумать или придумать, что же мне хочется. Наверное, хочется побыстрее закончить сегодняшнее испытание. Принять холодный душ, поваляться на матах и отключиться от пересчета кругов, метров, секунд, минут.
- Батончик мюсли и бела-колы, - кричу ей через круг. Это всё, что выдала моя фантазия.
Местная "Бела кола" пошла хорошо. Замечаю, что лидеры подпитываются энергетиком, но не являюсь сторонником подобных ухищрений.
Последние восемь километров прошли на автопилоте. Отключив мозг от часов, секундомера, скорости, сосредоточился лишь на подсчете кругов. Разрыв с четвертым бегуном увеличил до 4-х кругов. На каком-то из этапов заметил, что мой темп стал самым быстрым в манеже, и я стал обходить лидеров сегодняшнего забега. Это продолжалось три круга. Первый все ж таки оказался быстрее меня. А вот со вторым сократил разрыв на два круга. 2.27 финишировал первый марафонец. 2.36 - время второго. Смотрю на свои часы. Может, удастся выйти из 2.40. Боль в правом голеностопном суставе не дает ускориться в полной мере. Странно, что сегодня я не сливаю в темпе. Видимо, "тренировочные марафоны" принесли свои плоды. Судья объявляет о том, что третьим бежит представитель России, москвич Вячеслав Дегтяренко, лидер в возрастной группе 30-39 лет. Приятно, это придаёт мне дополнительные силы. Кто-то из питерцев аплодирует. Шажков кричит вслед: "Москва - вперед!". Скорость возрастает до 40 секунд на круг. 2:40.20, пересекаю финишную черту.
Надя, Тася, поздравления. Чувствую усталость... На беговую заминку сил нет, только на упражнения на растягивание. Да и свободного пространства для бега нет. Постепенно проходит анальгезия от выделенных во время бега эндорфинов. Идти по лестнице до неприличия больно, приходится придерживаться руками за перила. Сказываются последствия 420 виражей. Обед из сублимированной картошки, бутылочка местного пива, очередь в умывальник туалета (душевая), двухчасовые ожидания награждения, сердечное знакомство с соперниками на дистанции и ребятами-бегунами из Питера и Москвы.
   - Приедешь ли к нам на следующий год на 100 км? - спрашивает меня парень из Молодечно, который был сегодня моим маяком.
   - Спасибо, нет! Уж больно тяжело далась сегодня дистанция.
   Тепло, душевно. Награждение. Диплом 1 степени, спортивный ветровочный спортивный костюм "Сделано в Белоруси". Здорово! Посмотрел на лица и фигуры соточников, в душе позавидовал их упорству и пожелал удачи в этом нелегком труде.
Путь домой. Хорошо, что была детская коляска с собой и возможность опираться на ее ручки при ходьбе, а рядом супруга, которая спасала меня от ночных судорог в больной стопе. Утром посмотрел на отекшие гиперемированные суставы. Выставил себе диагноз: Тендовагинит правого голеностопного сустава, назначил лечение "Нимесулидом", ношение эластичного голеностопа, ночные компрессы с "Димексидом", втирание "Долобене гель" наружно и относительный покой. Связки восстанавливаются 7-10 дней. Жаль, что придется пропустить зимний БИМ..., но, наверное, который будет через неделю, на этот год стартов уже достаточно.
Лечение затянулось до месяца, диагноз после осмотра травматолога был более пессимистичным.
  
  
   Полумарафон Дорога жизни 2009. г. Санкт-Петербург.
  
   Дорога жизни 2009, а точнее ее половика - был первым стартом после полутора месяцев "борьбы" с травмированными ахиллами (итог декабрьского марафона в легкоатлетическом манеже). Поэтому задач особых не ставил. После 5-6 минут на км и 5-10 км в день, решил, что 1.25 -будет то, на что можно рассчитывать.
Как всегда, поразила теплая атмосфера Концертного зала Калининского района. Быстро и без лишних справок, вопросов заявились с Надей на полумарафонскую дистанцию, получив красивую атрибутику и памятные футболки. Все мило, душевно и спокойно. Так бывает, когда приезжаешь домой. Невольно сравниваешь две столицы. Организационные мероприятия проведения пробега "Дорога жизни" проходят на более высоком уровне, чем в других городах СНГ, где мне приходилось принимать участие.
Так же спокойно утром отъехали на новеньких комфортабельных автобусах с Финляндского вокзала в сторону Ладожского озера. Видно, что организовать такой массовый выезд стоит большого труда. Всё делалось профессионально, ничто не отвлекало спокойствие участников пробега от основной задачи - бежать! И бежать, как можно быстрее!
Через полтора часа сельская школа поселка Проба открыла свои двери для нечастых гостей. Школьный запах мела и портфелей сменился на запах "финалгона" и "апизартрона". Знакомые лица бегунов, приветствия, короткие вопросы-ответы, небольшое чаепитие и пару тройку километров разминки по трассе. Это наш первый визит в город на Неве спустя шесть месяце в проживания в Москве.
Ровно в 12.00 по судейскому хронометру раздался выстрел. Пристроился за группой Олега Карасева. Они планировали бежать по 4 минуты на километр, но темп явно перекрывали, и первый километр вышел на 3.20, что и засвидетельствовал GPS-навигатор одного из участников. Еще один километр совместного дриблинга и я откатился завязывать шнурок на марафонке. Группа из пяти человек уходит вперед, вторая из четырёх - назад, а я где-то между ними.
Темп от 3.40 до 4.00 мин на километр на подъемах, - так и продержался всю дистанцию. Незаметно мелькали километровые отметки Дороги жизни вперемешку с памятниками героям ВОВ. Редкие местные жители молча провожали пробегающих подбадривающими взглядами.
На пятнадцатом километре повторно развязался шнурок на марафонке. Про себя подумал, что это впервые со мной. Позволил догнать себя группе из числа тех, с кем бежал вначале дистанции. Их разговоры вперемешку со смехом иногда долетали до меня с попутным ветром. Алексей Соколов с супругой и молодой человек. Поболтали последующие три км о жизни и беге. После 19-го км немного ускорился. Так незаметно и подобрался к финишу.
Походная гречневая каша из полевой кухни, сладкий чай, бананы - что еще нужно на финише!?
Наверное, только баня! Но и она входила в сегодняшнюю программу!
  
   Пробег 8 Марта.
  
   Этот пробег позиционировался как открытие бегового сезона в Москве. Как в старинной поговорке "первый блин всегда комом...". Погода не благоприятствовала бегу. Снег, ветер и что, хуже всего - обледенелая трасса Лужнецкой набережной.
Заявка проходила в одном из подъездов Лужников. Быстро, оперативно,
по возрастным группам. Раздевалка тут же, за ширмой - женская, которую
отгораживала еще одна ширма от ...кухни. Запах жареного мяса и
картошки добавлял некий "вкусный" колорит соревнованиям.
На старт собралось человек 150. Решили отметить и 8 марта,
и открытие сезона. Бегунов торжественно приветствовали гости - именитые спортсмены: Болотников, Сипатова... Старт дали вовремя.
Разогнаться было тяжело. И обледенелый асфальт, и запорошенная
снегом бровка не давали хорошего сцепления. На одном из виражей
притормаживал об асфальт руками. Взглянул на часы - 8 минут с небольшим.
Скоро финиш. Навстречу лидеры. Про себя отмечаю, что мог бы и быстрее. По счету где-то восьмой. Вот и духовой оркестр. На часах 13.20. Неплохо, для такой погоды. Бегу встречать Надежду и одновременно заминаться. В раздевалке угощают чаем и бубликами. Атмосфера теплая, несмотря на минимум организации. Запахи кухни усилились.
- Кто желает в душ? Можете пройти через кафе подъезда N27. Это направо от нашего выхода, метров 300-400. Душ платный!
Смех и ирония в лицах финишировавших бегунов.
- Кто не расписался за кубки распишитесь!
Голос принадлежал мужчине в черном пальто. Но к нему никто так не подошел. Переоделись, согрелись чаем. Теперь пора посмотреть на награждение и протоколы. Вышли из Лужников. Но, увы. Ни стартового городка, ни стола с призами-наградами, ни протоколов уже не было. Все испарилось, как в русской сказке. И о пробеге уже ничто не напоминало. Прошло меньше часа после финиша. Оперативности организаторов можно было только позавидовать!
  
  
   Гагаринский пробег в Звездном городке
   Первый наш старт в Звездном городке! Слышал об этом пробеге многое, читал, смотрел фото, но никогда не принимал участие. Специально к нему не готовился, так как рассматривал его, как прикидочное выступление. Поэтому неделю посвятил увеличению объема до 120 км и рабочим моментам.
Утром во время обхода отделения после суточного дежурства, вчерашний делириант спрашивает: "Вы и сегодня работаете, доктор?"
   -Нет, сегодня, я отдыхаю.
   Вот и Звездный городок. Закрытый до недавнего времени военный
гарнизон. Здесь и сейчас на КПП приветствуют солдаты с вопросом о цели
визита.
   -На соревнования, ребята.
-Проходите! - одновременно открывают нам шлагбаум.
   Поражает спокойствие, царящее на кусочке урбанизированной земли
среди соснового леса. Минимум машин, отсутствие рекламы и общественного транспорта. Впереди маячат "асиксами" и "мизунами" участники пробега, по стопам которых мы находим дорогу к месту регистрации.
Дом культуры, оркестр, зычный голос из микрофона, декламирующий
стихи. Создается впечатление, что на машине времени, перенесся лет на 20
назад. Это дополняется обстановкой ДК и кафе-ресторана.
Место старта разбивают солдатики, неспешно, орудуя кирками и лопатами, очищая весеннюю наледь.
У заявочных столов не протолкнуться, но мы заявились накануне по
телефону и поэтому подходим к столику с меньшей очередью. 100 рублей
меняем на стартовые нагрудные номера, галочку в какой-то карточке и
дело готово. Правда, Надю по ошибке записали на 10 км вместо
полумарафона, но это быстро поправляется. К тому же и полумарафона
сегодня нет. Есть 20 км. Что тоже неплохо.
После ДК идем для переодевания в среднюю школу, где нас встречают школьники в камуфляже, деловито предлагая показать содержимое спортивного рюкзака. Во времена борьбы с терроризмом это актуально. У отдельных бегунов изымают перочинные ножи. Мой не заметили!
Разминка перед стартом. Бежится средне. В пятницу было 21 км, еще
не отошел. Поставил программу минимум 3.30 на км. Максимум - попасть в шестерку.
За пять минут до старта занимаю позицию. Как выяснилось
преждевременно. Рядом стоящие тетушки, по всей видимости, судьи,
убеждают бегунов развернуться на 180 градусов и сходить на построение.
Но никто на них не реагирует. Предстартовый мандраж сужает внимание.
- Что за бараны здесь собрались?! - слышу их не самые яркие восклицания.
Аналогичное, но более тихо шепчут в ответ участники. Многие из них в спортивных трусах и майках. Сверху порошит весенний снег. Уходить из городка никому не хочется. Пару десятков находятся на спортивной линейке, выслушивая запоздалые патриотические речи. Некоторые отголоски доносятся и до нас.
В 12.20 дали старт. Я оказался на пятой линии от стартовой черты.
Главное, чтобы не затоптали! Лавирую между детишками и замерзшими
лужами.
Куда бежать? Не сказали, а схема отсутствовала. Складывалось
впечатление, что у каждого был свой праздник! Бегуны бегали,
организаторы....
   -Что это за тетки на линии старта? Убрать их отсюда немедленно.
-Это же наши судьи, товарищ главный судья!
Я этого не слышал, но наш сопровождающий Миша, далекий от бега
несколько раз повторял эту историю. Он также рассказал о том, как табло со временем завелось лишь через 20 минут после начала бега.
Но это все околобеговая суета. Трасса, как выяснилось, была хорошо подготовлена. 2,5 километра в одну сторону, 2,5 обратно. Чего еще проще? Кати да сверяй скорость бега по промежуточным отрезкам. К тому же видно всё и всех, как на ладони. Вот
и Наденька навстречу бежит. Подбадриваем друг друга. После 2-х кругов
(10 км) кто-то сказал, что я 6-й. Это дало дополнительный заряд.
Оказалось, что многие бежали 10-ку. Хотя на практике темп несколько
упал, но на последней пятёрке он вновь повысился. Подзадоривали
одноклубники и просто бегущие навстречу попутчики.
Питания по дистанции не было, также и чай тоже отсутствовал. Хотя глоток чего-нибудь горяченького не помешал бы, так как окружающий воздух заметно охлаждал верхние дыхательные пути.
   Вот и финишный створ. Ускоряюсь, но пятого не догнать, хоть он и
оборачивается несколько раз. Проиграл ему 11 секунд. На часах 1 час 25
секунд. Неплохо, последние 2,5 км вышло за 8 минут 25 секунд.
А вот и чай, разливаемый заботливыми солдатиками. Несладкий и невкусный.
-А что это у вас плавает? Сухофрукты...? Компот? Может быть он повкуснее будет?!
-Нет, это чай...пакетики бумажные плавают...
Убегаю на заминку встречать Надю. Пятерку протрусил с ней.
Душ тоже отсутствует. Но в школе, где мы оставили свои вещи, царит образцовый порядок.
Встречаем Надю. Организаторы обещают награждение через 20 минут.
Финишировал в 13ч.30. Награду получил в 16ч.20м., и то по случайности.
Кто-то из тетушек-организаторов вычеркнул мой номер из итогового
протокола и компьютерщик выписал грамоту мужичку с Урала, отставшего от меня более чем на минуту. Пришлось искать правду втроем. В беге главное - не только добежать, надо еще и отстоять свое право быть награжденным, если ты
этого заслуживаешь. В целом, приятный пробег для начала сезона!
  
14 пробег памяти Семена Ржищина, г. Лобня
   Накануне вечером 17.04.2009 г. принял решение принять участие в этом пробеге, который проходил в 14-й раз. На сайте пробега скачал информацию о нем (предлагалось 10 км и 3 км), расписание электричек, сориентировался по карте, где находится место старта, нашел компаньона для сопровождения меня и Таисии. Им был наш новый друг и поклонник пробегов Михаил. Надя осталась дома в этот раз по причине простуды.
Утром, выйдя из подъезда, натолкнулся на стену дождя, которая внесла коррективы в мои планы и чуть не поставила под сомнение участие в пробеге. Пока дошли до метро, полностью промокли.
-Может быть, в Лобне не будет дождя? - предположил Михаил.
-Может быть...там будет снег!
И вот, спустя два часа дороги, мы на месте старта. Лобня нас встретила легким снежком, порывами ветра и температурой +2. Это лучше чем дождь!
Стартовый городок расположен недалеко от здания администрации (в городе 60 тысяч населения). В городке знакомые лица организаторов из Королевского бегового центра. За 10 минут прошел регистрацию (все данные были в базе компьютера), получил стартовый номер с приколотыми к нему стартовым и финишным талонами. Стартового взноса не было, это радовало. А то, что не было ничего и на финише для подкрепления, это несколько огорчило впоследствии.
Переоделся в здании администрации, так как в школу, где были общественные раздевалки, я уже не успевал. Выяснилось, что я занял места военизированного вида детей-школьников в форме морских пехотинцев, которым доверили еще и автоматы Калашникова. Зычные крики военрука не останавливали их от неуместных шуток с оружием.
-Кто передернул затвор, я вас спрашиваю?
Тишина. Дети смотрят, кто в пол, кто в стены.
-У вас два автомата, кто передернул затвор?
Тишина.
- Почему вы за местами своими не следите? Кто пустил на них этих бегунов?
Тишина в ответ.
Мои приготовления уже к этому времени закончились. Пора и на разминку, до старта осталось 25 минут. Проводил меня громкий крик Таисии и я убежал на улицу. Дети-автоматчики красиво охраняют портрет Семена Ржищина и стол с расставленными на нем кубками. В рупор сообщают, что сегодня стартует 14 пробег памяти призера XVII Олимпийских игр Семена Ржищина, который был еще и мировым рекордсменом по стипль-чезу на дистанции 3000 м. Бегающие от стола к столу, салатовые накидки судей дают последние приготовления перед стартом.
В 11часов 45 минут дают старт спортсменам-инвалидам. С места трогаются две инвалидных коляски и женщина с хореотическим расстройством движений. На стартовой линии толпятся школьники, которым сегодня предстоит преодолеть 3 км. Занимаю место с краю. Вот и именитые бегуны подошли. Команда сегодня сильная собралась, отмечаю про себя.
   В 11.57 раздается стартовый выстрел. Говорят, что здесь это привычно, давать преждевременный старт. Устремляюсь вперед. Кто-то падает на асфальт, успеваю среагировать. Бурно стартовавшие школьники, постепенно отсеиваются.
Первая прямая, крутой разворот, на часах 5 минут. Бегу где-то 10-12-м. Вторая прямая 5.20. Чувствую, что не бежится сегодня. То ли болезнь, то ли дефицит сна, то ли слабая готовность.
На 4-м км догоняет невысокая девушка в малиновой шапочке. Обходит меня. Цепляюсь за неё. Продержусь, сколько смогу. Так мы и бежали в унисон. На ветреных участках она пряталась за мою спину, на прямых пыталась уйти от меня. Ей что-то кричал тренер, она ему отвечала, что у нее все хорошо. Так и добежали до финишной прямой. Темп вышел ровный. На часах 31.30. Трасса неточная, что также является традицией местного пробега. Сфотографировался с победительницей сегодняшнего пробега и Таисией. Поблагодарили друг друга за компанию (вместе всегда легче бежать). Пора спешить в Москву: у ребенка скоро тихий час, у меня вечерняя работа. В 12ч.50м. мы уже попивали домашний чай, сидя в электричке. Так быстро мы еще не уезжали с пробегов.
  
  
   Апрельский марафон МИР
   26.04.2009г.
Утром еще сомневался, бежать или не бежать запланированную двадцатку. Самочувствие было неважное. Накопившаяся усталость прошедшей недели не прошла. Но обещание Михаилу и одноклубнику Александру подтолкнуло меня к выходу из квартиры.
Второй вопрос - сколько бежать? Дистанций спутников сегодня не запланировано, если не считать 2 км для детей. 14 км мало, 28 км много. 21 км не получится, так как придется еще семь километров трусить к финишу.
И вот место регистрации. Впервые в парке имени Горького, впервые на этом беговом празднике. Встречаю одноклубников, многие из Питера. Слава Гинин, esp подначивают меня на марафон. Чувствую себя неким предателем, наверное, даже слабаком, оправдываясь перед ними. Но здравый смысл говорит, что нельзя, за неделю не успею отойти. Встречаюсь с одноклубником almaz (до этого общались лишь по инету), который рассказывает нам с Михаилом сказку о Чехии. Даже не верится, что скоро смогу воочию в этом убедиться и окунуться.
Регистрируюсь. Ветераны войны сегодня бесплатно. Воспользовался своей красной книжечкой, хотя Министр обороны планирует скоро отменить все льготы, положенные ветеранам и военнослужащим (в целях борьбы с коррупцией в министерстве или мировым кризисом?).
До старта 30 минут. Ухожу на разминку. Трасса, про себя отмечаю, замечательная, погода идеальная. И почему бы не пробежаться сегодня, не спеша, марафон. Но ноги тяжелые, легкости нет, удовольствие не из приятных. В четверг бежал темповую пятнашку, еще не отошел. С такими амбивалентными мыслями встал на линию старта. Осталось пять минут.
Торжественные речи следуют одна за другой, накаляя предстартовую атмосферу. Председатель клуба МИР, Герой России, генерал Армии, турецкий миллионер, бард. Стихи затянули старт всего лишь на 10 минут. Быстро и оперативно. Народу сегодня немного, не больше 150 человек.
Начал первым, хотя и не спешил. Запланировал темп 3.45 на км.
Спустя восемь минут появился соперник, который лихо обходит меня. Держусь. Тройка 10.45 - быстро! На спине убегающего надпись - Украина. Мирно оббегаю катающихся роликобежцев, велосипедистов, мамочек с колясками, которые дышат весенним воздухом, наслаждаются солнышком и не обращают на мои семафоры никакого внимания. Ведь бегун - это не машина, задавить не сможет!
Тут меня в моих размышлениях накрывает группа человек из 5-6 и мирно обходит. Устремляюсь за ними. Темп 3.55. Явно не бежится. Надо потерпеть. И вот я уже веду группу. Мелькают километровые отметки. Здорово подготовились. Если бы не отдыхающие, все было бы очень гладко.
Резкий поворот. Семь километров тридцать три метра позади.
Теперь бежим навстречу движению. Приветствуют ребята-одноклубники: "Слава, давай! Ruukr, молодец!" Мне опять стало стыдно за то, что придется сойти сегодня.
 За спиной парень в красной футболке. 10 км парень не отстает. На часах 37.10.
- Марафон бежите?
- Не... чуть меньше.
-Я тоже сегодня лишь один круг попробую.
Узнаю голос из раздевалки, который говорил, что он уже 15 лет, как не бегает.
-Это Вы пятнадцать лет не бегаете?
-Да, я! В октябре прошлого года лишь начал тренироваться.
- Неплохо бежите для человека, столько лет не бегавшего. А первый-то сегодня из Украины будет?
- Не, это наш хабаровчанин. Сотню по 3.45 пробежал ровно. Как часы... Чемпион России - Худяков! Сегодня на 2.30 планирует.
-Да, молодец! Нам его не догнать.
Так в разговорах и прошли последние 4 км. На финишном табло 51.20. Неплохо, подумал я. Мы поболтали, даже ускорились на последних 4 км. Пожелал хабаровчанину удачи, ушел заминаться. Как потом заметил, хабаровчанин, будучи вторым, сошел после тридцатого километра (но об этом я узнал из интернета).
  
  
  
  
   О себе.... 29.05.2009г.
  
   Начну с последних перипетий, связанных с увольнением и ситуацией в армии. Недавно сравнивали с коллегами положение в стране с началом 90-х. Пришли к выводу, что сейчас она стала более драматичной. В 90-х можно было от пуль укрыться, а сейчас стреляют прямо в спины. Тут и бронежилет не спасет. Наблюдаю больных, поступающих на ВВК, и ужасаюсь нашей армии, точнее выбранному курсу правительства. Что делается с людскими судьбами и жизнями?! Никого не щадят.
   Думаю, что и мне пора готовиться к десантированию в гражданскую жизнь, но все никак не решусь. Жду и надеюсь на лучшее. Может, какая-нибудь война начнется или обострится?! Шучу.
   Но до нас пока еще ничего официально не доводили по поводу сокращения. Пошла первая волна увольнений. Тем, у кого все есть (выслуга и квартиры), предлагают уйти в запас и перейти на аналогичные гражданские должности. Что касается остальной части военнослужащих, то им предлагается с 1 сентября выйти за штат, в распоряжение начальника госпиталя. Как в этой ситуации работать, пока не ясно. Предполагается, что будет временная директива, разрешающая исполнять обязанности тем, кого выведут за штат.
   Встречаю коллег с периферии. Им предлагают нижестоящие, как правило, капитанские должности в других госпиталях, порой не соответствующие их ВУСу (военно-учетной специальности). Всех хотят сделать терапевтами. Не будет кардиологов, гастроэнтерологов, урологов, психиатров.... В армии будут служить лишь хирурги, терапевты, неврологи.
   Также из разговоров с больными на ВВК известно, что квартиры предлагают получать по месту призыва в армию. А как обстоять дела с теми, кто призывался в братских республиках? Но пока таких больных не было. Никто из Москвы не хочет уезжать!
   Да и мы с Надей решили, что отсюда уезжать не будем, несмотря на то, что многие считают этот город суматошным. Нам он кажется более-менее спокойным. Да, контрасты значительные. Но лишь здесь у нас появилась возможность быть больше вместе, а у меня больше времени уделять ребенку, семье, спорту. Я перестал пропадать на ночных дежурствах, появилась некоторая стабильность в жизни.
   Также в академии ведутся разговоры о переносе ее в Лисий Нос. Там заложили фундамент и начали строительство новых корпусов. Оставят лишь штаб на его историческом месте в центре города. В Питере встречался с бывшим начальником курса по клинической ординатуре. В этом году набор командников составит 24 человека (был 100), ординаторов 35 человек (был 120), курсантов будут набирать по 1 взводу для каждого факультета. Но зато расширили набор девушек курсантов на факультеты до 2-х взводов вместо одного в 2008 году. Насмехательство над историей и академией!
   Дальше хотел немного рассказать о нашей недавней поездке в Чехию и Австрию.
  
   Salzburg AMREF marathon
     Идея пробежать марафон в австрийском городе Зальцбург пришла после того, как подал документы на шенгенскую визу в чешский визовый центр. Просматривая сайт марафонов Европы, обнаружил, что 3 мая в Зальцбурге проводится пробег, в котором есть марафон и дистанция-спутник полумарафон. Так как решил 10-го мая бежать в Праге марафон, то прикинул, что ограничусь здесь полумарафоном. Второй причиной, по которой захотелось приехать в Зальцбург, было желание понять, почему же наш неспортивный и неухоженный, на мой взгляд, город Сочи, победил в международном олимпийском движении. В 2005-м году меня шокировали нищие, грязные люди на его улицах, наркоманы, курящие "косяки" на пляжах, дикий рынок и прочее. Когда мы спросили у торговки, как пройти на Ривьеру (городской пляж), ответ был следующего плана: "Купите у меня семечек, покажу...". Также меня дважды останавливала милиция во время пробежек, издевательски требуя предоставить документы. В общем, всего не перечесть. Путь от Праги до Зальцбурга составлял немногим больше 300 км. И мы решили отправиться в этот альпийский городишко.
После марафона в г. Королев Надя решила, что с марафонами закончит, когда Надю обвинили в том, что она хочет взять лишний банан для супруга, а молодежь из числа контроллеров трассы завысили оставшийся километраж на 10 км. Но, прочитав информацию о предстоящем марафонском событии на сайте, вдруг передумала. Мне ничего не оставалось, как заявить нас вместе на марафон. К тому же для парной заявки были существенные скидки (50 евро на двоих). Отправил запрос, перечислили с карточки взнос. Получил номера, которые различались буквами "А" и "В". Это меня насторожило. Решил просмотреть информацию более подробно. Выяснил, что под такими номерами заявилось еще порядка 30 пар, некоторые из них были однополые. Оказалось, что они должны бежать всю дистанцию вместе.
Нас это не устраивало, и мы решили перезаявиться. Отправил еще одно письмо. Ответа не последовало. Позвонил.
- Все будет хорошо, приезжайте, - сказал на английском языке женский голос из Австрии, - Номера мы вам вышлем. Извините, много писем, сегодня не успеем...завтра. При получении стартовых номеров доплатите 30 евро за двоих.
Я не верил, что все так  гладко. Действительно, через два часа пришли новые нагрудные номера и подробная инструкция о предстоящих соревнованиях. Я вздохнул с облегчением и занялся бронированием гостиницы и заказом билетов из Праги в Зальцбург и обратно.
С заказом гостиницы проблем не было. Знакомый сайт booking.com помог мне в этом, изменив параметры брони в Праге и подыскав гостиницу *** в Зальцбурге.
А вот с билетами оказались проблемы, так как чешская сторона не предоставляла такой услуги или я плохо понял чешский язык. Но, сделав себе распечатки железнодорожных и автобусных маршрутов, я надеялся, что это станет необходимым подспорьем в Чехии при покупке билетов. Так и оказалось. В итоге, на нашу просьбу продать недорогие билеты на поезд Прага - Зальцбург, нам продали 2 билета второго класса. Как потом выяснилось, в поезде, состоящем из 3-х вагонов, все пассажиры ехали в вагоне второго класса. А первый класс - те, что похуже и подешевле, шли почти пустыми.
Мое первое представление о Чехии осталось не очень лестное, поэтому перейду лучше к марафону и Зальцбургу.
В 4.00 мы на главном железнодорожном вокзале Зальцбурга. Наша гостиница впускает постояльцев с 12.00, регистрация на марафоне с 10.00. Что делать? Ночь в автобусе  была не очень комфортной. Отправился на поиски хостела или гостиницы, оставив   Надю с сумками на вокзале. Ответы были "мест нет", "поселение после....но не раньше 11.00".
   В 7.00 мы за 1 евро оставили вещи в камере хранения на вокзале Зальцбурга, отправились на осмотр достопримечательностей Зальцбурга.
- Простите, мадам, вы разговариваете на английском языке? - спросил я у пожилой дамы, выгуливающей собачку.
- Конечно, молодой человек!
- Скажите, пожалуйста, как пройти к центру?
- Пешком или на общественном транспорте?
- Пешком!
- По этой дороге дойдете до реки, потом через мост налево. Пешком 15 минут ходьбы.
-Спасибо большое. А до Ризеденцплатц?
Набравшись смелости, я спросил о площади, где должна была состояться регистрация марафона.
- Вдоль той же набережной еще 10 минут ходьбы, - с улыбкой на лице ответила мадам.
Не буду описывать город, в котором родился Моцарт и которому уже почти 1500 лет, это надо видеть воочию. Количество трусящих бегунов вдоль набережной реки Зальцер и велосипедистов, спешащих на службу, благоухающих ароматами дорогих парфюмов, поражает воображение.
Вот и центр города. В уютном кафе мы не спеша пили кофе почти час, изучая бесплатную карту города и листая утреннюю прессу. Ежедневную городскую газету оставляют на улице под полиэтиленовой пленкой и, оставив 50 евроцентов в копилке на этом же столбе, любой желающий может ее подобным образом приобрести. В газетах, а также на городских афишах и троллейбусах мы встретили упоминание о предстоящем городском празднике - марафоне.
Вот и Моцартплатц с памятником Моцарту, которая плавно переходит в Резиденцплатц, где разбит палаточный городок Завтра тут будут происходить основные события марафона (старт, финиш, награждение).
В 10.15 получили рюкзачки с номерами, марафонскими бонусами, рекламными проспектами, минеральной водой и прочей мишурой.
-А где доплатить за стартовые номера?
-Все оплачено.
-Вопросов больше нет.
- С 12.00 открывается паста, приходите. Вот талончики, - улыбаясь, протягивает их нам девушка.
-Спасибо большое.
У нас еще почти два часа и мы отправляемся на осмотр замка, который возвышается  на горе, в 300-та метрах от площади. Подъем на фуникулере 14 евро, спуск 8 евро. Дороговато. Вспоминаю, что читал в сети о Salcburg card, по которой вход в большинство заведений города, а также проезд по городу являются бесплатными. С учетом того, что проезд в общественном транспорте 2 евро, а посещение музея - от 10 евро - существенная экономия. С помощью горожан ищем место их продажи. Находим его недалеко от стартового городка. Купили с периодом действия 72 часа. К карте прилагается описание основных достопримечательностей и план центральной части города.
   На фуникулёре поднялись на высоту 600 метров, где находится крепость постройки 11 века. Музеи, витражи, виды на город. Все красиво и впечатляет.
   В 14.00 возвращаемся с Надей в стартовый городок. Народу уже значительно прибавилось. Заметил, что спорт-экспо, выставка продажа товаров здесь скудная. Из бонусов предлагалось купить футболку Puma с 20% скидкой да беговые гольфы с 15% скидкой. Но и то, и другое мне было ни к чему.
Заказали с Надей обед, удивились, что предлагалось четыре вида меню, в том числе и паста с макаронами черного цвета.
В гостинице оказались лишь к семи вечера, так как невозможно пройти мимо городского рынка, лавочек, магазинчиков. Купили себе вещичек, не смотря на усталость от дороги и путешествий. Все сравнительно недорого и хорошего качества. Лишь к вечеру вспомнили о прошедшей бессонной ночи и дороге.
   Гостиница нам очень понравилась. Несмотря на ее ***звездность, она была напичкана электроникой и достижениями научно-технического прогресса.
   В 7.00 легкий завтрак. Усилием воли сдерживал себя от того изобилия, что предлагалось на завтрак. Йогурты, экзотические фрукты, кусочки деликатесного мяса, рыбы. Ведь через два часа старт, и даже выбранный мной сегодня завтрак может стать рискованным.
Центр города оказался перекрытым от транспорта, поэтому к месту старта мы прибыли в 8.30. Сдали вещи в выданных накануне нам рюкзаках, на которых написаны наши номера, в большие контейнеры, которые расположены тут же на площади. Привычные очереди в кабинки. Народ уже в створе стартового загона. Нашел наши фамилии в стартовом протоколе. Еще 2 россиянки и 1 россиянин, выступающий за Кёльн. Насчитал порядка 2500 участников, из которых 1000 бежит марафон.
Атмосфера вокруг этого события сверхпраздничная. Ярко-оранжевый воздушный шар-дирижабль громадных размеров, громкая музыка, чередующаяся с голосом комментатора соревнований, ликующие болельщики, щелкающие затворами фотокамер, флаги, плакаты, нотные ленточки.
Марафон с одной стороны считается музыкальным, с другой стороны, помогает народам Африки (AMREF - организация, которая лечит африканские народы).
В 9.00 прозвучал стартовый выстрел. К месту стартовой линии я попал секунд через двадцать. Почти все это время спокойно шел: народу много, да и чип покажет время брутто/нетто.
Погода была идеальная. Солнечно, ветерок, не жарко. Задачи, исходя из проделанной накануне тренировочной работы, ставил на этот марафон, такие: 2:40.0 (плюс-минус пять минут).
Первый километр - 3.42. Вся трасса размечена буквами М, каждый поворот дублируется стрелками на асфальте, тумбами и человеком-регулировщиком.
   Все идет по плану. Кто-то меня обгоняет, но чаще я. Заметил впереди себя майки чернокожих лидеров сегодняшнего состязания. Темп явно высок у них сегодня.
Болельщики расположились с обеих сторон трассы. Их крики заводят, но поддаваться стартовой эйфории нельзя.
Второй километр 3.44. Вроде все идет по плану. Мы выбежали в городской сквер, и дорога стала грунтовой. 4 км. Вбегаем в замок Хельбрун (построен в 15-16 веке). И что я вижу? Ярко-красный ковер, длиной метров 300 и шириной 5-6 метров. По нему и бежать-то неловко, ухудшает амортизацию. Как потом выяснилось, этот ковер расстелили специально для бегунов. На следующий день мы приехали в Замок на экскурсию, а ковра уже не было.
Вот и первый питательной пункт, на который заботливо указывает табличка со знаком "200m".
- Вода, Изо, Кола...- кричат добровольцы, наперегонки предлагая бегунам взять из их рук напитки. Заметил, что у всех на руках прозрачные одноразовые перчатки.
Я отказываюсь, так как не испытываю еще потребности в чем-то.
Отметка 5 км. Все идет по плану. Темп 3.40-3.45. Легкости в ногах нет, но вроде бы ничто нигде и не болит.
Дорога убежала за город. Открываются виды, как в рекламе шоколада "Милка". Красивые горы, ухоженный сельский пейзаж. Вот деревянная табличка с надписью на немецком "Продается разливное свежее коровье молоко. Круглосуточно. Цена 50 евроцентов литр". Смешно, подумал про себя. И так далеко от России. Держусь своего темпа, каждый километр отсчитываю время. На 6-м км меня догнал бегун, но не обошел, а пристроился сбоку. Ощущаю его тяжелое дыхание.
-...? - что-то спрашивает он у меня.
- Простите, я на немецком не понимаю. Можно на английском?
- Вы в какой возрастной группе выступаете?
- 35-40 лет.
- А я в 40-45. Мне 42.
Так пару километров и поболтали. Потом я заметил, что соперник решил подускориться, что не входило в мои сегодняшние планы. Я отстал, наблюдая за его удаляющейся фигурой.
К 10-му км я понял, что сегодняшний марафон не принесет мне удовлетворения. Темп упал до 3.55, а удерживать его на более высоком уровне не было сил и желания. Стала напоминать о себе старая травма левой паховой области, из-за которой левую ногу приходилось щадить.
Страшно, подумал я. Ведь впереди еще три четверти дистанции. И как я доплетусь? А тут еще нога заныла не вовремя. Ладно, буду терпеть, сколько есть сил, главное не переходить рубеж 4-х минут километр.
С 10-го км стало припекать весеннее солнышко, и я перешел на изотоник, который оказался очень кстати. Также на отметке 10,5 км меня лихо обогнали три свежих бегуна. Как оказалось, здесь параллельно разыгрывались эстафеты 4х10,5 км. Некоторых из бегунов, участвующих в них, я успел достать на 21-м км.
   Отметка полумарафона - 1:21 с секундами. Жаль, но вторую половину так уже не пробежать. Пробегаю мимо шумной толпы болельщиков, судей, и перехожу на уже знакомый второй круг. Психологически полегчало. Но удерживать темп становится все тяжелее и тяжелее. Кажется, что ты вроде как ускоряешься, но на самом деле лишь поддерживаешь эти 3.57 -3.58.
Болельщиков не уменьшилось, в некоторых местах даже прибавилось за счет интернациональных туристов. Все чаще и чаще слышу "Браво, супер" или "оп, оп, оп...". Многие вышли с транспарантами, но большинство трещат деревянными трещотками или свистят в свистки. Другие - достопочтенные мамаши, одетые в национальные австрийские костюмы, вместе со своими детьми также поддерживают бегунов. Это отвлекает от мыслей о тяжести дистанции и приносит дополнительные силы.
   На 26-м км меня обгоняет женщина-велосипедист с красным крестом на футболке и металлическим саквояжем на багажнике велосипеда.
- Помощь нужна? - спрашивает она у меня на английском.
- Нет, спасибо большое!
- Удачи вам, молодой человек.
На 27-м км мальчик что-то кричит мне на немецком языке и выставляет вперед ладошку (наверное, дети соревнуются между собой, коллекционируя количество отозвавшихся ладоней бегунов?)
   Я щелкаю его по ладошке, что вызывает у него прилив радостного смеха. Понимаю из его слов мало... Айне цвайнтих. Что же это такое? Наверное, мое место в забеге. (Девятнадцатое). Неплохо, отмечаю про себя, при таком-то черепашьем темпе.
На 30-ке догоняют трое бегунов. Цепляюсь за их спины. Скоро начнется испытание марафоном. С 32-го стало тяжело. Темп вышел на 4.07 - 4.10. Главное, не слить большего! На пункте питания 35-го км мы столкнулись, то ли от усталости, то ли еще от чего-то. Сразу между нами образовался разрыв в 20 метров. Сил догнать убегающих уже нет.
   На часах 4.26 за прошедший километр. Усталость. Но борюсь, и следующий километр выходит 4.08. Потом было еще одно соскальзывание вниз и еще один подъем. Так и добежал до финиша. Третий раз пересекаю створ с надписью Ziel. На часах 2:47.31. Вышел из 4-х минут на километр!
Медаль, поздравления, аплодисменты, финишный городок.
А здесь настоящий Клондайк! Это был мой второй европейский марафон (за пределами СНГ) и меня не перестает поражать атмосфера праздника, которая присутствует после финиша. Улыбающиеся бегуны, рассказывающие о своих победах. Атмосфера вежливости и взаимопонимания. Вот итальянская команда, одетая в ярко-желтые костюмы, встречает своих одноклубников. Вот голландцы с надписями на футболках "I am Amsterdam" подбадривают финиширующих.
   Вода, тоник, бананы, бисквит с абрикосами, б/а пиво, кола, бананы, апельсины, яблоки, массаж все желающим.
   Не хотелось уходить из этого городка. Встретил своего недавнего попутчика с другом в очереди на массаж. Обменялись впечатлениями и достижениями дня и прошлых выступлений.
- Проблемы с ногтями? - спросил Карл, указывая на мои стоптанные на марафоне ногтевые пластины.
- Да... похоже, и сегодня прибавилась еще парочка.
Так незаметно прошел час. Принял минерализованный душ из бутылки (не хотелось уходить в школу, где размещались душевые кабины). Спокойно получил свой багаж из фургона и побежал встречать Надю, фотографируя на ходу улочки Зальцбурга и бегунов. На 40-м км мы встретились и дальше уже бежали вместе. Я забегал вперед, выбирая ракурс для съемки, она обгоняла соперников. Так вместе мы и пересекли финишную линию (я в четвертый раз).
- Финиширует Надежда Дегтяренко, номер 365, город Москва, - объявил диктор на немецком языке.
Может быть, он и меня объявляли, но в том состоянии разве что-нибудь расслышишь? На часах 4:27.21. Поздравили друг друга. Как оказалось, для Нади это был самый легкий марафон. Говорит, что помогла обстановка проведения. Как выяснилось, я успел проголодаться, поэтому присоединился к Наде.
Сфотографировались у финишных протоколов. Я был 22-м в абсолюте, 9-м в возрастной группе, Надя со временем 4.27 в шестой сотне, 7-я в возрастной группе.
В гостиничный номер возвращаться не хотелось, да и погода благоприятствовала прогулкам, к тому же организаторы пообещали вечером концерт в стиле бёрн-пати. Поэтому мы решили отправиться дальше знакомится с местными достопримечательностями. Первым был зоопарк, из которого звери не хотят убегать, а птицы улетать. Многих животных можно было потрогать или погладить. Все выглядело очень органично.
Ну а в семь часов вечера мы присоединились к небольшому количеству зрителей, для которых выделили посадочный зал на 500 мест в ресторанчике 16 века. Местная группа перепевала знаменитые хиты 80-90-х годов, нас угощали энергетиком Берном, себя мы угощали блюдами из ресторана.
   На следующий день мы решили не уезжать из Зальцбурга. К тому же наша карточка позволяла посещать музеи и выставки. Подыскав через Интернет недорогой отель - это оказался хостел, который содержала китайская семья, мы, оставив свои вещи там, отправились на прогулку по городу, а точнее загород. В 15 км от города был подъемник на одну из вершин Альп. Так как наша карточка позволяла сделать этот подъем, то мы и поехали туда. Вершину горы не было видно из-за плотного тумана и облаков. Попив кофе с бретцелями (местный калач), мы дождались очередной кабинки и начали подъем. Кроме нас в кабине были еще несколько интернациональных групп. Некоторые в шортах и футболках. Не спеша кабинка поднималась на высоту 1880 метров, что позволяло нам любоваться видами города и окрестностей. Периодически встречались дикие горные бараны и козы, которые не обращали на нас никакого внимания. Вот кабинка нырнула в полосу кисейного молока, а когда вынырнула, мы оказались в полосе снега и метели. К этому присоединился ветер и холодная температура окружающего воздуха. Мы почувствовали это, когда оказались на смотровой площадке. По плану было еще посещение музея ледовых скульптур и горного озера, но, пройдя несколько сот метров вдоль разметочной веревки, мы решили повернуть назад. Погода и обстановка явно не благоприятствовала нашему мини-путешествию. В кафе, которое располагалось тут же на вершине, мы познакомились с туристами из России, отмечали здесь какой-то праздник. Они не советовали исследовать окрестности, так как случаи потерь здесь уже были. Я не завидовал туристам - японцам, одетым в летние шорты. Им пришлось сейчас согреваться горячительными напитками. Через 30 минут нашего пребывания на горе, мы решили спуститься вниз.
   Следующим этапом нашего путешествия был замок водных секретов Хеллбрунн, построенный в 15-16 в.в. На него чем-то похожи замки Петродворца. Те же потехи, которые Петр 1 воплотил в своих загородных развлечениях. Нам было интересно взглянуть на возможный прообраз петровских замков и перепрыгивать через скрытые фонтанчики, ручейки воды, попеременно и незаметно включаемых гидом-экскурсоводом. Затем мы поднялись в замок одного месяца и в каменный театр. День был насыщенным и интересным.
   На 4-й день нашего австрийского пребывания мы купили билет на речной теплоход и отправились смотреть город с воды. Гид рассказывал о городе, чередуя немецкий и английский язык, капитан корабля выделывал различные водные пируэты, веселя пассажиров. В конце экскурсии он направил свое судно в танец по часовой стрелке, чем очень нас порадовал. Ну а потом время карточки истекло, и мы решили продолжить шопинг. Что хорошо в европейских билетах, так это то, что время, дата, место, фамилия в них отсутствуют. Указан срок действия билета, начальная и конечная станции. Срок действия билета 3 месяца. Можно его передавать, выходить и входить на разных остановках, занимать любые места. К тому же, если есть перерыв в поездном сообщении, можно воспользоваться автобусом, едущем в том же направлении.
   Через Интернет я подобрал подходящий маршрут без пересадок и вечером мы были в Праге. Конечно, виды Чехии, открывающиеся из окна поезда, отличаются от ухоженных автобанов. Много домов с битыми стеклами, старых неухоженных построек, ржавой техники, грязных, обрисованных бомберами и граффити вокзалов. Мы тогда подумали, что в Евросоюз эту страну взяли из жалости.
   Praha marathon weekend
   Ещё в январе зарегистрировался для участия в пражском марафоне.
Посмотрел фотографии, полистал страницы сайта и отправил заявку вместе со стартовым взносом. Пришел стартовый нагрудный номер. Через неделю организаторы уведомили о том, что деньги на счет не поступили и меня просили переотправить их. Это несколько настораживало, так же, как и высокий взнос (75 евро). Решил отложить до той поры, когда окажусь в Праге.
Идея пробежать два марафона подряд с разницей в неделю мне казалась авантюрной. Но, с другой стороны, все зависит от выбранного темпа. Поэтому решил, что после зальцбургского марафона буду активно
восстанавливаться. Но, увы. На вторые сутки "восстановления" оступился о порог ванной комнаты. Острая боль, затрудняющая ходьбу в голеностопном суставе. Всю неделю принимал "мовалис", взятый на всякий случай из домашней аптечки, втирал "долобене", бегал и ходил в обтягивающем стопу голеностопе. Но
боли не проходили. А с учетом того, что ежедневные прогулки составляли
10-12 часов, они стали усиливаться.
Решили с Надей, что рисковать не следует. Можно просто пробежаться на какой-нибудь дистанции-спутнике. Город очень основательно
подготовился к этому празднику. Еще за 10 дней мы могли наблюдать афиши марафона как на улицах и площадях Праги, так и в каждом трамвае, автобусе, метро. Это вызывало уважение к организаторам. 8 мая посетили марафон-экспо, где проходила выставка-продажа товаров для спорта, а также регистрация участников соревнований. Выставка нам очень понравилась. Значительные скидки на товары ведущих фирм производителей, плюс много методической литературы, рекламы пробегов, энергетических продуктов. Многие продавцы разрешали попробовать энергетики и мюсли бесплатно.
   Несколько раз мы проходили мимо столов, регистрирующих марафонцев. Я завидовал ребятам, у которых на спине красовались красного цвета рюкзачки (их выдавали марафонцам). Но, спустя два часа, когда наш шопинг завершился, мы отправились на регистрацию на 6,5 км. Заплатив 500 крон на двоих (800 рублей), мы получили прозрачные рюкзачки с номерами, футболками, приглашениями на паста-шоу, рекламной продукцией. Старт на эту дистанцию был намечен на 9 мая, что нас очень устраивало, так как днем 10-го мая мы покидали Прагу. Кстати, стартовый номер давал возможность бесплатного проезда по Праге в день соревнований, что соответствовало 160 рублям за суточный проездной.
По пути в гостиницу распланировали весь следующий день, но, придя в гостиничный номер и листая выданный мне организаторами соревнований журнал, я натолкнулся на деталь, которую мы не учли.
Мы заявились на 6,5 км на "inline party", но тогда не придали значения этой приставке. Как оказалось, напрасно. Весь журнал был посвящен теме роликового спорта. Что делать?
На следующий день, взяв с собой спортивную форму, мы приехали на
марафон экспо. На площади рассекали воздух роликобежцы. Бегунов не
видно.
- Извините, мы вчера ошибочно заявились на ин-лайн пати, можно ли
нам пробежать ту же дистанцию, но без роликов? - обратились мы к
вчерашней девушке-регистраторше.
- Сейчас я уточню у администратора.
Она что-то переспросила у молодого парня лет 20-ти, указывая на нас и, спустя пару минут, подошла к нам.
- К сожалению, нет, но вы можете подойти к администратору, он поможет
вам заявиться на мини-марафон 4,2 км, которые пройдут завтра в
9ч.40мин. Вас это устроит?
- Да, конечно! Спасибо большое!
Мы заполнили карточки регистрации, получили от девушки-регистратора, несмотря на наши протесты, еще по комплекту футболок, причем совершенно бесплатно и ушли на паста-шоу.
Здесь все несколько разочаровало. Большое помещение, много
столов, громкая музыка, экраны, транслирующие прошлогодний марафон,
громадная очередь за макаронами под соусом. Ещё было яблоко, бутылка воды, банка пива Старопрамен (алкогольного). Все, как в школьной столовке, только лишь посуда одноразовая, да и пива не выдавали. Официантки грубоватые, покрикивают, про одноразовые перчатки не вспоминают. А в Зальцбурге даже напитки в перчатках подавали. Мы посетовали про себя на остатки то ли социализма, то ли проявления местного менталитета. Тут же предлагалось за 30 крон купить обед паста. Ребятам, стоящим за нами и купившими талоны, отказали в выдаче пива, яблок и воды.
   - Only pasta! - и никаких гвоздей, громко прорычала толстая потная официантка в грязной майке и без фартука.
Старт минимарафона был намечен здесь же на площади у выставочного
центра, а финиш - на месте старта и финиша - самой красивой площади Праги - Староместской.
Где же нам оставить вещи? Предлагался гардероб на выставке. Здесь
же за 4 евро вам могут сделать 15-ти минутный массаж. Возвращаться сюда не было желания, да и времени дефицит. Поэтому решили, что я побегу с рюкзачком, в который сложим наши вещи.
Утром 10-го мая в метро уже ощущалась атмосфера бегового праздника. Дети, их родители в фирменных футболках с номерами съезжались к месту старта мини-марафона. Многие нервничали, так как метро в выходные работает с интервалом в 10-15 минут. А центр города отрезали от городского транспорта, в связи с проведением марафона.
   На место старта мы прибыли за 10 минут. В кустах переоделись, так как раздевалок не было предусмотрено. Размяться уже не успели. Небольшие речи, сопровождающиеся криками массового характера. Некоторые из бегунов сидят на пятой точке спиной к старту. Наверное, это дань протестной моде?! - подумалось нам тогда.
Старт дали с задержкой на 10 минут. Начал не спеша, чтобы успеть
по ходу размяться. К тому же, рюкзачок с вещами, и сумки с фото-,
видеоаппаратурой затрудняли бег. Но разве можно бежать не спеша? Потихоньку стал обгонять, приближаясь к голове забега. Не понравилось, что толпа молодежи, которую я обошел, гоготали мне в след, что, в общем-то, характеризует низкий уровень спортивности чехов. За неделю пробежек в парках я встретил лишь 4-х бегунов. Также привычно было встречать безразличные лица прохожих, которых так и не заманил марафон, несмотря на массовую рекламу этого события. После небольшого крюка мы устремились на мост через Влтаву. Я посчитал, что бегу во втором десятке. Разметки нет, что тоже привычно. На часах 9 минут. Скоро будет финиш. Ускорился, боль несильная, вроде
бы нога позволяет. Надолго ли? Бегу уже шестым.
А вот и Староместская площадь, на которой наблюдаю финишный створ, успеваю обойти еще одного соперника.
   Медаль, яблоко, газировка. На часах 14.22. Дистанция, скорее всего, неточная. Параллельно замечаю, что бегуны-марафонцы преодолевают отметку 12 км здесь же на площади. Также замечаю, что вдоль трассы расставлены столики, за которыми туристы попивают знаменитое чешское пиво под знаменитые чешские кнедлики. Хорошие места они себе заняли! Три часа наслаждений. Наверное, бронировали заранее.
Через 20 минут 30 секунд фотографирую финиш Нади. Удовольствие от бега есть, но удовлетворения от организации нет. Ищем душевые кабины. Их нет. Кабинок переодеться - тоже нет. Есть только биотуалеты и много местной минеральной воды.
   Попытались сфотографироваться за пустующим видовым столиком, но официант вежливо объяснил нам: "Что-либо заказывайте, или... фотографируйтесь стоя.
Я пытался сравнить организацию этого праздника и других европейских пробегов и не находил ответов на свои вопросы. Чем объяснить то, что стартовый взнос составлял 100 евро за три дня до старта, тогда как в чешских кронах он был в 2 раза меньшим? Можно платить эти деньги, если знаешь за что.
Мы уезжали из Праги несколько разочарованными. Это касалось не только
соревнований. Они лишь дополнили ту картину нестабильности и необязательности, которая присутствует в сфере услуг, потребления и развлечений.
  
  
   Городской пробег Мудрость и юность, г. Королев, 30.05.2009 г.
  
   В пятницу вечером, созвонившись с друзьями из Подольска, договорились о том, что день проведем на природе. Предложил в качестве альтернативы пробежку в Королеве (о пробеге узнал из марафорума на сайте IRC). Идея всем понравилась. Решили, что вначале они пробегут 2 км, а потом мы с Надей 10 км.
   Но в субботу контрольного звонка так и не последовало, хотя мы до последних минут ждали их приезда. Поэтому решили, что вначале я пробегу десятку, а потом Надя, так как отвезти Таисию мы в домашние руки Людмилы Михайловны (моей школьной учительницы английского языка) мы так и не успели.
   Задач особенных не ставил. Четыре недели прошло после травмы связок голеностопного сустава в Зальцбурге (все это время бегал в поддерживающем голеностоп носке, втирал мази, ставил компрессы с димексидом). Неделю посвятил полному отдыху. Еще за три дня до старта боли ограничивали беговую нагрузку. В среду сделал три ускорения по гаревому стадиону 400 м + 2 х 800 м в темпе 3.30/км, что далось с большим трудом. В стартовом городке встретил ребят-одноклубников. Поделились планами.
   - На что рассчитываешь сегодня, Слава?
   - Да быстро не побегу. Думаю, из 4-х минут выбежать. Первый старт после травмы.
   Визуально определил место регистрации. Предприимчивая моложавая бабулька обменивала регистрационные формы на майки-номера с изображением логотипов российских промышленных гигантов и надписью "Лыжня России 2009". Очень символично, несмотря на предполагаемый жаркий день. Заполнил две формы на себя и Надю, получив взамен симпатичные хлопчатобумажные майки.
   - Во сколько старт на 10 км?
   - В одиннадцать!
   На часах 10.50. Странно, в интернете было написано о предполагаемом вначале старте на 2 км и лишь затем, через 45-50 минут, старте на 10 км. Но, может быть, там ошиблись.
   Сумбурно переодеваюсь, параллельно наблюдаю за парадом открытия. Оркестр, короткая речь организатора - представителя КЛБ "Гармония". Призерам обещают годовую подписку на "Калининградскую правду" и денежное вознаграждение. У клуба сегодня юбилей - 25 лет! Конечно, он не "Муравей" (главный КЛБ Королёва), но смотрится не хуже старшего собрата. Хотя, кое-кто из ребят-организаторов, похоже, "трудится" на два фронта. Сообщают о самой старшей участнице - 90-летней бегунье.
   В 11 часов пригласили самых молодых и самых мудрых на старт дистанции 2 км. Убеждаю Надю стартовать с Тасей, но она отказывается. Тасино самосознание еще не обрело соревновательных установок, а Наде с ней тяжело совладать. К тому же она еще простыла и капризничает по малейшему поводу и без. Но замечаем, что в стартовый створ становится мужчина с ребенком на руках не старше 3-х лет. И вот уже Тася меняет свой наряд на новое лыжное платье, которое ей поначалу не нравится и это сопровождается слезами.
   Дали старт. Не спеша бегуны тронулись в путь. Предстояло два круга по одному километру. Не все из них бегут, большая часть идет.
   Отправляюсь к судье с желанием узнать, во сколько дадут старт на 10 км.
   - Не знаю, - отвечает миловидная бабулька-регистраторша.
   - Но я хоть размяться успею?
   - Не знаю.
   - Скажите, можно ли перезаявку сделать. Дело в том, что нам не с кем ребенка оставить, наши друзья не приехали. Я бы хотел номер супруги перезаявить на номер для ребенка. Они сейчас на трассе.
   - Это, пожалуйста.
   Судья быстро находит заявочную регистрационную форму и вносит необходимые коррективы в заявочную карточку.
   - А у кого спросить о времени старта на 10 км?
   - У организатора.
   - А где она?
   - Не знаю... ищите.
   Поискав и никого не найдя никого, отправился на беговую разминку по трассе. Тем временем бегуны преодолели первый круг. А вот и наши соперники. Обливаясь потом, папа несет своего сынишку на руках, чередуя бег с ходьбой (своими). А где же Надя с Тасей? Пытаюсь повторно выяснить время старта - не получается. Убегаю на сопровождение Нади и Таси. Они идут, причем Тася норовит убежать в сторону от трассы. Разрыв с лидерами порядка 500 метров. Решил взять обеспечение фиша дочери на себя. Точнее на свои плечи.
   Первый километр позади. На часах 8 минут 23 секунды.
   - Вы финишируете? - спрашивает судья на финише.
   - Нет, только первый круг.
   Ускоряюсь, что не очень нравится Тасе, так как мешает ее комфортному перемещению. Стараюсь сгладить неровности почвы и сотрясения бега, амортизируя плечи и стопы. На ее повторяющиеся вопросы: "Где мама?", ответ: "Мама на финише, ждет нас". За триста метров до финиша показались наши возрастные конкуренты. Все так же папа-соперник чередует бег с ходьбой, неся малыша на руках. Азарт! Рывком обходим их. За сто метров до линии финиша спешиваемся. Я направляю Таисию в финишный створ.
   - Вот впереди мама, беги, она фотографирует.
   На табло 12.16. Неплохо пробежали последний километр. После такого бега можно уже не разминаться. Таисии вручают шоколадный батончик.
   В стартовом городке произошло оживление. Финиширующим предлагается чай, сушки, печенье, конфеты. Играет музыка. Три бабульки комментируют происходящее. Замечаю, что появились ребята из числа профи. Видимо, решили сделать темповую работу.
   В 11.35 дали старт на десятку. Народу немногим больше двух десятков человек. Одна девушка. Первые 260 метров проходим за 40 секунд. Остается шесть кругов. Занимаю пока пятую позицию. Лидирует парень лет 15-16-ти. Быстр и молод. Но через 400 метров мы обходим его. Двое ребят-профи уходят, а я еще метров 500 соревнуюсь с одноклубником из IRC. Первый круг 5.20. Быстровато начал, замечаю для себя. Вместе с аппендиксом шесть минут выходит. Главное, - темп не снизить! Но сегодня, как никогда, бежится хорошо. Две травмы, беспокоящие на протяжении последнего месяца, казалось, растворились в том выбросе эндорфинов, которые дают любые соревнования. Улыбаюсь в объектив Наде. Вот и очередной круг позади. Майки лидеров становятся все дальше и дальше. На часах круг за 5.40. Появляются отставшие сначала на один круг, потом на два. Встречающиеся поддерживают добрыми словами. Прогуливающиеся пешеходы упорно не замечают происходящих событий, разметки трассы. На виражах боковым зрением отмечаю своих преследователей, которые поочередно сменяются, но не приближаются. Может, берегут силы на финишный спурт? На последнем круге ускоряюсь на 5.24. Задача максимум на сегодняшний день выполнена. На табло 34.42. Я третий! Узнаю у судьи время лидеров 32.18, - неплохо для кроссовой трассы!
   Надя передает мне обязанности бэби-ситтера, уходит переодеваться в кусты. Раздевалок, душа, WC сегодня не предусмотрено. Интересуюсь у главного судьи возможностью зарегистрировать супругу на 10 км, объясняя сложившуюся ситуацию с ребенком.
   - Нет, что вы, молодой человек. Мы уже заканчиваем соревнования. Надо было нам своего ребенка доверить!
   Обнадеживаю Надю тем, что наша сегодняшняя задача - отдых на природе, уходим с Таисией на поддержку бегущих и финиширующих. Делимся впечатлениями о трассе и организации. В целом, душевно. Играет музыка, шары, чай. Точная трасса. Что еще надо для неискушенного российского бегуна? Обсуждаем с одноклубником ситуацию с бегом в Европе и Азии. Рассказываю о том, что на Токийский марафон, который состоится в марте 2010 года, уже заявилось 260000 бегунов, тогда как город готов принять лишь 30000 марафонцев. В ноябре состоится жеребьёвка счастливчиков. Космос, да и только! Как далеки мы от этого! И придем ли когда-нибудь?
   - Пробег, внимание. Для награждения приглашается победитель в младшей возрастной группе до семи лет - Дегтяренко Таисия, - доносится из репродуктора голос дамы - главного судьи соревнований.
   Грамота, коробка шоколадных конфет, воздушные шары. Здорово. Жаль, что второго призера оставили без внимания, они ведь тоже старались. Фотографируемся.
   Через полчаса мы повторно вышли на награждение. Грамота, 500 рублей в конверте. "Распишитесь и укажите домашний адрес". Поздравил серебряного призера. В таком же составе мы финишировали на 15 км в пробеге по рубежам обороны в декабре 2008-го года.
   А вот и Надя финиширует на своей дистанции! Показываю ей наши сегодняшние трофеи. Обидно, что она не смогла принять участие в церемонии награждения. В следующий раз будем надеться на себя.
  
  
   12.06.2009г.
   Кросс-полумарафон Альфа Битца.
  
   Об этом замечательном кроссе узнал от Игоря Матухина, с которым мы часто встречались во время его питерских наездов. Он нахваливал организацию этого пробега и, самое основное - изюминку его - трассу. А так как погода установилась жаркая и солнечная, то мы решили соединить отдых на природе с участием в кроссе. В этих местах мы уже бывали на осенних стартах 2008-го года. Я заприметил несколько живописных озер, возле которых, наверное, можно хорошо отдохнуть в жаркий июньский день. По прогнозу погоды обещали до 35-ти градусов.
   Специальной подготовки не делал из-за дефицита времени. Ограничился лишь пробежками в Лефортово, уделив максимум внимания пробежкам по траве и холмам. Через марафорум вышел на сайт Альфа Битцы, где без проблем зарегистрировал себя, Надю и друга Володю, который иногда сопровождал нас в наших вылазках. Также ознакомился с протоколами 2008-го года, сделав для себя выводы о нелегкости трассы.
   Накануне вечером договорился с Мишей, которому в этот раз досталась нелегкая роль смотрителя за детишками и фоторепортера. Утром, быстро собрав все необходимое для бега и пляжного отдыха, мы выдвинулись навстречу яркому июньскому солнышку и новым беговым впечатлениям. Сегодня наша семейная команда состоит из пяти человек, но участвуем лишь мы вдвоем. За полтора часа мы пересекли две трети Москвы и, когда вынырнули из метро Ясенево, были неприятно удивлены природными катаклизмами: серым небом и проливным дождем. Все мысли о загаре и купании мигом исчезли. В каком состоянии будет трасса после такого ливня? - доминанта номер один, как уберечь детей от дождя - доминанта N2. Хотя, может быть, они и менялись местами.
   Но Москва в этот день поражала своим тропическим настроем. Когда мы доехали до кольцевой, появились первые солнечные проблески, которые "отодвинули" косматые тучи куда-то загород.
   Приятное оживление стартового городка. Получение номеров прошло быстро и гладко. Каждому по два вместе с золотистыми булавками. Встреча знакомых, одноклубников, друзей. Многие в предвкушении питерских Белых ночей. Оказывается, что билетов на последние выходные июня уже не осталось. Надо будет вечером в интернете посмотреть. Царит атмосфера праздника, несмотря на периодическое напоминание сверху о дожде. Вот и Игорь Матухин, подбивший нас на этот пробег. Загоревший от северных марафонов, он сообщает нам, что в прошлом году была аналогичная погода.
   - Какие планы на сегодня, Слава?
   - Пробежаться по 3.40 - 3.45.
   - Это быстро, ты учел рельеф трассы и поправку на дождь?
   - Думаю, что да.
   - А я упираться сегодня не буду. Впереди Белые ночи. Команда большая собирается, человек под двадцать пять - тридцать.
   - Я тоже не буду упираться, так как в планах тоже появляется поездка в Питер.
   - В чем побежишь?
   - В марафонках. В феврале купил Adidas competition - очень доволен, так как от Duomaxa испытывал неприятности. Он подходит лишь 30%, так как
   остальные 70% не испытывают трудностей с пронацией стопы вовнутрь.
   - Зря, сегодня надо было шиповки брать. Подъемы, знаешь какие, марафонки не вытянут!
   - Но ты знаешь, бежать полумарафон-кросс в шиповках - большая нагрузка на голеностоп, икроножные мышцы. Лучше поберечь себя в этом отношении.
   - Может, ты и прав.
   Сделав последние ЦУ детям и Михаилу, ушел на предстартовую разминку под летним дождем. Замечаю, что пляжников не смущают периодически набегающие тучи, сопровождающиеся дождём, так как у всех в запасе имеются заготовленные заранее зонты.
   В 12.00 стартует молодежь на 1 круг - 5250 метров. Через 15 минут, оставив плачущую Таисию под присмотром Тараса и Богдана, направились под надувные красные ворота стартового городка. Наблюдаю худощавого парня лет двадцати, проходящего мимо меня. Знакомый силуэт. Кажется, что бежали с ним Харьковский марафон в августе 2007-го года. Последние сомнения развевает экипировка от Diadora, которую вручили на харьковском марафоне победителю (я тогда был вторым).
   - Ты Харьковский марафон не бежал?
   - Бежал!
   - Из Курска?
   - Да! А ты из Питера?
   - Был из Питера, вот уже почти год живу в Москве.
   - И как?
   - Неплохо....Ну ладно, удачи тебе!
   - Взаимно.
   Через минуту дали старт. Беговой народ под крики "Ура" устремился навстречу кроссу, стихии и испытаниям. Как по мановению, исчез дождик, но то, что он оставил после себя, еще долго напоминало о нём.
   Выбираю безопасные участки, лавируя между соперниками и лужами. Через 600 метров первый крутой спуск и аналогичный подъем. Карабкаюсь по обочине, где хорошим сцеплением служат листья папоротников и засохших веток. Трасса почти знакомая, так как еще осенью я стартовал здесь на кроссе. Единственное, организаторы добавили к ней пару километров и изменили место старта. Но об этом я узнал лишь после первого круга.
   Замечаю в траве алеющий двухкилометровый флажок. На секундомере семь минут ровно. Быстро для такого рельефа. Но последний, наверное, показался лишь на 3-м километре. Здесь приходилось несколько раз нырять и выныривать из оврагов. В итоге прошел его чуть быстрее 4-х минут. Желание бежать стало постепенно пропадать. А что же будет дальше?
   Да ничего - оставалось 18 км. На четвертом километре кто-то из тренеров крикнул своему подопечному, что отставание от лидера составляет одна минута. Пытался что-то подсчитать, но не удалось. А вот и красные ворота промежуточного финиша. Первый круг позади. На часах 18.30. Фотографирует Михаил, радостно подбадривают дети. Первый питательный пункт.
   -Вода, энергетик, изотоник? - заботливо предлагает обслуживающий персонал.
   Решаюсь на изотоник. И хотя еще не испытываю приступов жажды, но солнце уже поднимается в зенит. Пару глотков и устремляюсь дальше на борьбу с рельефом. На втором круге стали попадаться одинокие неспешащие фигуры бегунов.
   Это как-то разнообразило бег, и отвлекало от тяжелой борьбы с подъемами-спусками. Иногда я давал кому-нибудь из соперников по трассе себя, иногда сам кого-нибудь обгонял. Но уже на первом круге осознал, - сегодня надо максимально безболезненно пройти эту нелегкую природную трассу.
   На втором круге заметил, что отметки разнесены через каждый километр (на первом, видимо, из-за толчеи не увидел этого). Попытался сравнивать динамику снижения скорости бега. Сравнение выходило не в мою пользу. Она естественно падала. Порой, казалось, катастрофически. Сменил задачи на сегодня. Выйти из 4-х минут с учетом ландшафта. На втором круге кто-то крикнул сидящему у меня на хвосте, что бежит 20-м. Он решил обойти меня. Я не сопротивлялся. В очередной раз понял, что нельзя хорошо бегать кросс, не используя кроссовую подготовку в ежедневном арсенале. Вот и второй круг пройден. Половина.
   - Папа, ты какой бежишь, - радостно спрашивает подбегающий Богдан.
   - Не знаю, я ведь не считаю. Думаю двадцатым.
   Выбрал для себя на питательном пункте жидкость красного колера и побежал дальше. Экватор пройден. Хотя почему-то думал, почти до самого финиша, что после 4-х больших кругов последует заключительный малый круг в виде дополнительного километра. Но его, к счастью, не было.
   На третьем круге встретил неспешащего Володю, для которого это была первая пробежка за последние три месяца. Накануне я пригласил его на пятерку, но тогда еще не знал, что эта дистанция предназначалась исключительно для молодежи. Через пару сотен метров поприветствовал Надю. Пятнашка вышла из часа. Неплохо, так как казалось, что ползу по глине, как черепаха. На последнем километре решил ускориться, но сил для мощного спурта уже не было. На наручных часах 1:19.25. Задача выполнена!
   Замялся с Надей и Володей в виде добавочного пятого круга. Володя, правда, решил сойти после двух кругов. К этому времени уже были готовы финишные протоколы. Быстро и оперативно! Приятным бонусом сегодня было второе место в возрастной группе М2. Но в итоге побывал на 2-х награждениях, так как организаторы еще решили наградить первую тридцатку финишировавших фирменными футболками.
   Быстро, оперативно, достойно! Такой, наверное, девиз этих соревнований.
   Ну а после мы решили открыть свой купальный сезон, несмотря на запрещающие знаки, грозящие штрафом в 1000 рублей за купание в неположенном месте.
  
  
   Белые ночи 2009. Поезд Санкт-Петербург - Москва.
  
   Идея пробежать этот марафон возникла где-то за две недели до его проведения. Это совпадало с нашим визитом в Питер. Марафон был юбилейным - 20-м, интересно было посмотреть на него в новом ракурсе.
   Сделал две прикидки в виде полумарафонского кросса в Битце и полумарафона в Лужниках. Результатом остался не очень доволен, но, на что готов, на то готов. С интересом пролистывал на марафоруме высказывания айсеров.
   За пять дней до старта возникли сомнения, вызванные диагностированным во время прохождения ВВК двухсторонним деформирующим артрозом тазобедренных суставов. Как сказал коллега травматолог: "Бог сделал человека для того, чтобы охотиться на мамонтов. Но первобытные бегали по траве, да и не марафонские дистанции , а вы по асфальту...". Что я мог ответить? "У каждого свои запросы!".
   Так до конца и не решив, что же мне в этой ситуации предпринять, заявился предварительно на марафон через on-line регистрацию на сайте Белых ночей. Параллельно заявил и Надю, вдруг решится? Одновременно пришла коллективная заявка от айсеров, где также прописал свое участие.
   Вынужденный трехдневный отдых пошел на пользу, болевой синдром в состоянии покоя почти не давал о себе знать.
   С ностальгией встретил в пятницу вечером знакомый Питер. Остановились у знакомых в частной гостинице. В субботу отправились на регистрацию в Зимний стадион. Напоминаний о предстоящем беговом событии на улицах не видно. Это уже привычно. Город обвешан плакатами Дня молодежи и Парусной регаты. Перед Зимним стадионом - музыкальная площадка, но и она, оказалось, к марафону не имела никакого отношения.
   Несмотря на это, мы удивились, когда вошли через Кленовую аллею во дворец спорта. Яркие шары, вывески, плакаты, спокойная регистрация. Народу немного. Видимо, вечером будет наплыв. Встречаю старых знакомых. Обмениваемся новостями. Наконец-то, спустя год, появилась возможность отдать плеер Славе Гинину, который он отдал мне во время бега на Королевском марафоне. Приятно, душевно, ощущение дома.
   Оставляю Надю регистрироваться на десятку, направляюсь к столику с on-line регистрацией.
   - Какой у вас стартовый номер, молодой человек? - не очень любезно приветствует меня тетушка в красной футболке.
   - Я не знаю.
   - Значит, вы не прошли регистрации...- ее вердикт звучал сурово.
   - Но я ведь отправлял три заявки. Проверьте фамилии!
   - На ваш почтовый адрес должны были прийти стартовые номера. Раз не пришли, значит, идите в общую очередь регистрироваться.
   - В Европе всегда проходят, а в России - нет.
   Небольшое разочарование и только. Видимо, электронная почта в России работает еще по старинке. Заполняю карточки. Виза врача. Справки не спрашивают. Регистрационный взнос в 200 рублей кажется на сегодня символическим. Получаю номера, выбираю по размеру футболки. Организаторы обещают паста-пати. Чудно, да и только. За полупрозрачным занавесом официанты расставляют посуду, бокалы. Решили с Надей остаться на этот марафонский обед. К тому же главный спонсор - страховая компания Ergo - организует бесплатную лотерею по розыгрышу довольно достойных призов.
   Марафон экспо, как всегда, скромный. Три стола, из которых один с приезжими. У одного из них замечаю он-лайн стартовый протокол, где встречаю свою фамилию. Что делать? Отдаю деньги Юре В., отправляюсь к организаторам.
   - Ничего страшного... Второй комплект оставьте себе на память.
   Футболка, значок, стартовый талон и номер, багажный талон, газета со схемой трассы, полузаполненное свидетельство об участии в марафоне, фирменный пакетик, билет на обед. На память, так на память. Появилась возможность и для Нади принять участие в паста-пати.
   Под торжественные речи поднимается занавес дружеского обеда-ужина. Красиво, чинно, культурно. Официанты в белых костюмах аккуратно лавируют между столиками, собирая посуду, прилежные повара из немецкого ресторана в одноразовых перчатках грациозно подбрасывают макароны на разогретых сковородках, посыпая их пармезаном и поливая кетчупом. Их помощницы предлагают прохладительные напитки: пиво, вина, воду. Напротив громадный экран, демонстрирующий фильм о прошлогоднем марафоне. Все, как в лучших европейских традициях, а в чем-то и получше!
   Но у Нади вдруг просыпаются амбиции.
   - Что я за зря буду обедом пользоваться? Я тоже буду бежать марафон!
   Находим ее он-лайн капитана Salsakida, который недоверчиво смотрит на Надю, оценивая взглядом ее шансы на марафон, но обещает помочь.
   - Здесь все равно нет никакой компьютерной базы! Сейчас все исправим!
   Действительно, через 10 минут Надя уже имела свой стартовый номер. Пообедав, понаблюдав за лотерей, и отдав свои талоны на нее, мы отправились на Невский, который за прошедший год несколько преобразился за счет смены вывесок магазинов и контор. Нагрянувший дождь сменил наши планы в отношении вечерней пробежки.
   Но вечером, заручившись поддержкой питерских друзей Игоря и Галины, которые обещали нас сопровождать на машине до места старта, фотографировать на дистанции, а после финиша отвезти в сауну и на вокзал, мы преспокойно вздохнули.
   Термос с чаем, бананы, шоколад, яблоки, свежая футболка, носки, фотоаппарат укладываются в рюкзак.
   Утром в день старта, проезжая Невский проспект, заметил небольшое оживление среди праздных туристов в виде бодро шагающих бегунов. В этот раз старт марафона, несмотря на его поэтическое название Белые ночи, решили дать в 10.00. С каждым годом старт переносится на более раннее время. Видимо, это традиция времени. Первым делом, первым делом, автомобили, ну а все остальные...потом!
   - Вы испытываете волнение перед бегом? - начала нас интервьюировать Галина еще в машине.
   - Обычно, да. Оно появляется еще за несколько дней до старта и в день бега достигает своей кульминации, иногда переходит в так называемый мандраж. Но сегодня это не так ярко выражено. Связано, прежде всего, с поставленными задачами. А они на сегодня скромные...
   - А какой это марафон у вас по счету?
   - Не считал, может пятидесятый. Обычно от двух до пяти в год стартую.
   - Я тоже, когда плаваю, не считаю своих метров дистанции.
   - Наверное, это похоже.
   Припарковав авто на Миллионной, отправились с Игорем и Надей на предстартовую пробежку и последующую разминку. Замечаю, что среди участников большое количество бегунов других государств. Организаторы даже поставили в финишном створе флаги тех государств, марафонцы которых решили преодолеть 42 км. Но россиян заметно поубавилось. Даже среди местных знакомых мне питерских бегунов многие решили ограничиться дистанцией спутником - 10 км. Видимо, травмы да и возраст дают о себе знать.
   В 9.45 дали старт немногочисленным роликобежцам. Наверное, вчерашний дождь помешал массовости этого состязания. Следом за этим и мы решили заполнить собой стартовый створ. Встречаю знакомые лица.
   - Слава, ты к нам в Тихвин на следующей неделе приедешь марафон бежать? - интересуется капитан нашей команды лосей - Александр.
   - Нет, к сожалению, не смогу.
   - Ну ладно, удачи тебе сегодня!
   - Взаимно.
   Вот Володя М. - атлет из клуба "Электросила", с желтым нагрудным номером на марафон.
   - Какие планы на сегодня?
   - Да особо никаких, по четыре минуты, если удастся.
   - Тоже неплохо....Каждый человек, преодолевший марафон, заслуживает уважения!
   Хорошие слова, якорят!
   Что-то негромко говорят про себя организаторы. Лишь эхо колонок, отраженное от Генерального штаба гулом долетает до стоящих внизу бегунов. В 9.55 дают старт бегунам в однообразно одетых красных футболках, которые не спеша устремляются покорять свои метры. В 10.00 раздается негромкий стартовый выстрел. Линию старта пересек через 10 секунд. Но брутто-нетто сегодня отсутствуют.
   Немного споткнувшись о дедушку, решил искать себе безопасную лазейку и возможных компаньонов. На третьем километре догоняю одноклубника Дениса Е.
   - По четыре идем?
   - Думаю, да, из четырех.
   - Душно сегодня, весь мокрый.
   - Да, влажность сегодня высокая.
   На Университетской набережной встречаю соперника по курсантским временам - Антона (в последний раз встречались с ним в 2001-м году на Чемпионате ВС в Кисловодске).. Он сейчас ведёт по дистанции девушку.
   - Привет!
   - Привет! - на ходу отвечаю и ухожу вперед. Где-то пропадает Денис Е. Тучков мост. Отметка 5 км - 19.41. Тетушка объявляет время пробегающим. За ней первый питательный пункт. Но воды не хочется, не смотря на то, что переодетые в спортивные костюмы курсанты из Пушкинского ВВУЗа заботливо предлагают её пробегающим. На проспекте Добролюбова встречаю еще одного питерского знакомого. В прошлом году он обращался ко мне за помощью по поводу болей в паху. Леша Щукин, проходивший клиническую ординатуру на кафедре ВМедА, помог ему тогда. Перед стартом мы договорились, что после финиша встретимся поболтать. Но тут наши курсы пересеклись, решили продолжить начатый разговор. К тому же проблемы у нас были сходные на сегодняшний день.
   Как сказал ему Леша: "Бегун? ...Это диагноз! Видишь нашу клинику? Здесь три этажа больных...и все они хотят только одного - ходить!"
   - Запросы познаются в сравнении. Увлеченный человек всегда стремится превзойти себя...
   Вот и поворот десяточников. Трасса заметно поредела.
   - Видишь впереди синюю майку.
   - Да.
   - Это наш одноклубник. Он на 2.45 сегодня бежит. Можем подтянуться к нему.
   Обогнав даму в белорусской форме, подтягиваемся к бегуну в синей майке, и наш разговор уже переходит в тройное русло.
   -Самая короткая пятерка будет между 15 и 20-м километром, самая длинная - между 30-м и 35-м километрами.
   - Я и не знал. Всегда думал, что просто увлекался и ускорялся после 15-го километра.
   Пробежав Аврору, вышли на Петроградскую набережную. Справа родная Alma mater.
   - Не мучает ностальгия?
   - Иногда бывает. 10,5 лет учебы. Но суетно здесь, в Москве спокойнее служить и работать.
   На десятом километре с секундомером в руках нас встречает легенда советского стайерского бега, и ныне преподаватель ВИФКа - Михаил Дасько.
   - 39.45, десять километров.
   Ровно идем. Решил воспользоваться водой и влажной губкой на питательном пункте. За это время нас профессионально обошла дама в белорусской форме. Вот и Петроградская сторона. Здесь почти четыре года проработал медбратом в детской инфекционной больнице, пока ее не закрыли. Впереди встречаем двух дам, которые вроде бы и не слепые, но не замечают несущуюся на них нашу тройку, указывая куда-то пальцами.
   Дворец молодежи. Утренняя автопробка, вызванная забегом. Унылые водители дымят через окошки сигаретами, злобно поглядывая на пробегающих. Неужели ГИБДД не предупреждало?
   Крестовский остров. 15 км. Выбегаем из часа, но темп падает. Очередная пятерка за 20.10. Борюсь с накапливающейся усталостью и тупой болью, из-за которой кажется, что бежишь на одной ноге. Синяя майка удаляется. Терплю. За пешеходным деревянным мостом сдаю и я. Двадцатка 1:21, но темп, кажется, упал до 5 минут на километр.
   - Вам не плохо, молодой человек? - обращается ко мне регистратор времени.
   - Нет, мне не плохо.
   Хотя на самом деле кажется, что сила земного притяжения стала в десять раз больше. Ещё чуть-чуть и меня расплющит об асфальт. Не знаю, что было первично, боль или усталость, но я прихожу к выводу, что бороться на сегодня нет сил. И на 21-22-м километре, как раз там, где расположен стартовый городок, решаю сходить.
   - Что, тяжко, Слава?
   - Да, Антон, не то слово!
   - Давай вместе, я сегодня тренировочный марафон бегу.
   - Давай, но я думаю, что скоро сойду...Я думал ты кого-то ведешь сегодня.
   - Да, вёл, но она десятку бежала.
   - А сам к чему готовишься?
   - Не знаю, думаю что-нибудь осенью стартануть.
   Поделился с ним своей горе-бедой.
   - У меня то же самое было. Три месяца не бегал. Травы, иголки, массаж - и все прошло. Такие обострения бывают раз в два года, но бегать можно.
   На Дворцовом мосту встречаем знакомых однофамильцев Соколовых, которые иронично подбадривают нас. Ищу глазами Игоря и Галину. Не нахожу. Радаев из "Сильвии" объявляет, что иду 88-м. Улыбаюсь в объектив Mazake, ловлю поддержку от Володи М. и забываю о принятом только что решении. Разговор еще не окончен, и марафон тоже! Обгоняем двоих французов, которых подбадривает велосипедист.
   - А нас сокращают... СКА расформировывают.... Вот ищу сейчас новую работу. Прапорщики больше армии не нужны.
   - Нас тоже сокращают. Военные врачи тоже остались не у дел.
   - Но ты со своей-то специальностью работу найдешь.
   - Найду-то найду, но обидно. Почти 20 лет армии отдано было.
   - У тебя личный 2.32. Здесь на Белых ночах был?
   - 2.31 с секундами в 2002-м году. Эх, было время! Тогда в Чечне к нему основательно готовился. Тридцатки в жару по четыре минуты, темповые, отрезки по вертолетной взлетке. Составил план по книжке Полунина. Хорошая книжка, много дельных советов.
   - Не читал.
   - Рекомендую.
   - А сотню сколько раз бежал?
   - Три раза добегал из пяти.
   - Тяжело?
   - Не то слово. Рубит после 80-ти так, что с марафоном не сравнить.
   Пятерка вышла на 24 минуты. Но, увлекшись разговором, не заметил, как наш темп вышел на крейсерские 4 минуты.
   - Мальчики, молодцы, скоро питательный пункт, потерпите, немного осталось! - подбадривает счетчик времени, женщина лет 50-ти.
   - Спасибо.
   - Я специально к ней не готовился, 400-500 км в месяц. Здесь в сентябре на "Испытай себя" бежал в 1996-м.
   - А результат?
   - Семь пятьдесят с секундами.
   - Ты тогда первое место занял?
   - Да, было дело. Сам об этом не знал. Километров за тридцать до финиша подъехала машина пятого канала, стала интервью брать на ходу. А я в это время конфетами шоколадными подбадривал себя.
   - Аркадий говорит, что приз вы неудачно продали.
   - Да, за первое место наградили меня пылесосом. А времена-то голодные были. Денежное довольствие в армии задерживали, зарплата в больнице небольшая, только из летнего отпуска вернулся. В холодильнике пусто. Возвращались к метро впятером. Навстречу, как в анекдоте, два новых русских с цепями золотыми на шеях и малиновых пиджаках.
   - Продай пылесос, жене обещал купить.
   - Покупай. А сколько дашь?
   - Дам 200 швейцарских франков. Вот газета Деловые новости, здесь курс опубликован. - Еще не хватает для полного соответствия 150 рублей.
   Доплатили. Спросил у ребят, в том числе у Аркадия, франки-то настоящие?
   - Настоящие, видишь написано Bank of Switzerland.
   Через час на Финбане в обменном пункте меня просветили. Франки из Бразилии. Валюта неконвертируемая. Так и остался я со 150-тью рублями.
   -Да, были времена.
   Тем временем набережная Фонтанки перешла в Невский, а затем и в Староневский проспект. Увлекшись, я не заметил, как темп мой вырос, и мой попутчик остался позади, сменив собой другого. Поворот на площади Александра Невского. Осталось восемь самых тяжелых километров, которые еще пришлось бежать против балтийского бриза.
   - Вы в Солнечногорске "Тропами Блока" не бежали? - спрашивает меня мой новый партнёр - мужчина лет сорока пяти в черной майке и трусах.
   - Бежал в прошлом году! - с трудом выдавил из себя. Ноги постепенно стали наливаться свинцовой тяжестью, а голову бросало из стороны в сторону.
   - И как вам?
   - Понравилось. 25 километров бежал в лидирующей группе, но потом сдул. В итоге был 3-м в возрастной группе...Очень душевная организация!
   - Мы старались. Приезжайте еще!
   - Спасибо, там видно будет.
   - Остались самые тяжелые и скучные километры.
   - Вы правы.
   - Из трех часов выбежим?
   - Возможно.
   А про себя подумал: "Кто как!" Отметка 35 километров. Пятерка за 21 минуту. А дальше? А дальше попал в классическую яму нетренированного марафонца. Пять минут на километр и не быстрее. С завистью провожал взглядом сверкающие пятки обгоняющих, но поделать ничего не мог. Ветер, усталость, гипогликемия и чувство отяжеления окружающего пространства. Ощущения, которые впервые возникли на двадцатом километре, нахлынули вновь, но уже с новой силой. Прошелся метров двадцать. Не помогло. Быстрее бежать. Ищу глазами Смольный собор, Литейный мост. А их все нет и нет. Иногда встречаются указатели на дорожных щитах. Слова-якоря всплывают в голове, заставляя двигаться к намеченной цели. Уже не думаешь о времени, скорости, темпе. Главное - побить тяжелейшего врага на сегодня - собственную слабость, которая предательски и незаметно подкралась.
   А вот и Литейный мост. Ныряю в трубу автопроезда. Отметка 40 километров. Холодная вода из курсантских рук. С трудом заставляю себя сделать пару глотков и отшвыриваю пластиковую бутылку в сторону. Сейчас бы чая, пепси или изотоника. Мечты, мечты! Осталась двойка. Три часа разменять не удастся. Темп черепаший.
   Оглушенный трещотками болельщиков, вбегаю на Дворцовую площадь. Кто-то тяжело дышит мне в спину. Делаю последнее волевое усилие, чтобы ускориться и не дать себя обогнать. Замечаю время на электронном табло. 3.05.45.
   Медаль на шею, пакетик в руку. На финишном столе соленый огурец домашнего производства и та же злосчастная холодная вода. Замечаю ликующие лица Нади и друзей. Всё, марафон сделан!
   - Что ты чувствуешь во время и после марафона, Слава? - допытывается Игорь, который сегодня впервые стал свидетелем бегового праздника.
   - Это, как наркотик. Сначала ты три часа под кайфом, а потом некоторое время находишься в абстиненции, когда ты от него отходишь. Затем действие заканчивается, и ты прибегаешь к очередной дозе... Но в отличие от наркотической (алкогольной) абстиненции ты порой испытываешь приятные эмоции от выполненной деятельности.
   - А ты пробовал наркотики?
   - Нет, не пробовал, но больные рассказывали о своих ощущениях...Ты знаешь, когда три километра думаешь о том, чтобы сойти, так как уже нет сил бороться с накопившейся усталостью, а потом, преодолев себя, бросаешь вызов ей, то чувствуешь, что пережил очень мощный экзистенциальный кризис, который дает сильнейший психотерапевтический эффект.
   Мы уезжали из этого северного города с очень теплыми чувствами от того, что стали участниками этого карнавала. Три дня мы вращались на околобеговой оси, три дня жили в беговом празднике!
   Когда попутчики в поезде спросили меня: "О чем вы пишите?", я ответил: "О беге!"
   - Вы пишите о пользе бега? - поинтересовался интеллигентного вида парень лет 20, который накануне демонстрировал особенности распивания Самбуки.
   - Нет, это было бы банально. Бег, к тому же не всегда приносит пользу. Я пишу о своих ощущениях и наблюдениях от этого приятного и занятного вида деятельности.
   Ночью, сойдя с поезда, первым делом зашел на марафорум. Здесь уже были ссылки на финишные протоколы. Подсчитал количество марафонцев - почти пятьсот человек. Редеют наши ряды!
   Ну а утром меня ждал приятный сюрприз от начальника отделения компьютерной томограммы: "Доктор, ваши суставы чистые! Обследуйтесь у неврологов!"
   Через неделю развилась нагрузочная болезнь коленных суставов. Как сказал спортивный травматолог: "Вы предъявляете чрезмерные требования к своему опорно-двигательному аппарату. Следует сменить вектор нагрузки...! Завидую, вам - спортсменам, по-доброму!"
  
  
  
  
  
  
  
  
   Эпилог.
  
   Вот и закончена эта книга. Закончены ли занятия бегом - не знаю. Хочется думать, что нет! Позади 23 года тренировок, десятки стоптанных кроссовок, сотни соревнований, почти пятьдесят марафонских стартов. Пройдено 70000 километров бегового пути. Много это или мало?
   Это мало. Так как хочется ещё и ещё испытывать те эмоции и ощущения, которые дарит такой простой и доступный вид спорта, как бег. Ставить задачи для организма и выполнять их.
   Это много. Частые травмы. Двухсторонний деформирующий артроз тазобедренных и коленных суставов? Брадикардия 32 в 1 минуту с подозрением на синдром слабости синусового узла....
   Но если бы меня спросили, согласился бы я выбрать иной путь в своей жизни, я бы ответил - нет!
  
   Корректор Омельченко Л.М.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   5
  
  
  
  

Оценка: 8.33*5  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Субботина "Невеста Темного принца" (Романтическая проза) | | Т.Тур "Женить принца" (Любовное фэнтези) | | М.Чёрная "Академия погодной магии" (Приключенческое фэнтези) | | В.Свободина "Вынужденная помощница для тирана" (Современный любовный роман) | | Ю.Эллисон "Хранитель" (Любовное фэнтези) | | О.Гринберга "Краткое пособие по выживанию для молодой попаданки" (Приключенческое фэнтези) | | Т.Мирная "Чёрная смородина" (Фэнтези) | | Л.Миленина "Полюби меня " (Любовные романы) | | .Sandra "Порочное влечение" (Романтическая проза) | | К.Демина "Леди и некромант. Часть 2. Тени прошлого" (Приключенческое фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"