Дегтяренко Вячеслав Иванович: другие произведения.

Вверх тормашками

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Книга "Вверх-тормашками" повествует не только о Новой Зеландии. В ней содержатся рецепты, как не следует отдыхать. Для автора книги путешествия стали хронической болезнью и он, несмотря на советы эскулапов, отчаянно пускается во все тяжкие, чтобы только не проводить двухмесячный отпуск, сидя перед телевизором. Вместе с женой и тремя детьми он исследует Сицилию и Грузию, Армению и подмосковную Калугу, по пути записывая увиденное и пережитое, что может пригодиться узкому кругу читателей.

  Предисловие
  
  - Ваш сын плохо говорит оттого, что вы много путешествуете. Ведь для детей - это серьёзный стресс, срыв адаптационных механизмов... Вас, родителей, самих надо лечить. Гомеопатией, антидепрессантами. Ведь путешествия - жажда новых впечатлений - это признак невроза. Вам, видимо, чего-то не хватает в жизни и вы таким образом пытаетесь избавиться от стресса... Вы, как коллега меня понимаете? - спросила бабушка-одуванчик из НИИ психиатрии им. В.Бехтерева, надевая вторую пару очков.
  - Да, конечно понимаю. Но у меня работа такая. Где - либо я путешествую, либо меня отправляют в "путешествие"...
  - Мой вам совет, папаша. Чтобы ребёнок ваш был здоров и быстро заговорил: выбросьте эту ересь с дальними поездками из головы. Снимите дачу, например, в Подмосковье и езжайте туда с детьми, а сами лечите себя гомеопатией, рациональной психотерапией. Если хотите, - я вам рецепт выпишу?
  
  Я не стал говорить, что уже в декабре все наши поездки на год вперёд спланированы, билеты выкуплены, апартаменты забронированы, да и в гомеопатию я не верю. Жизнь так быстро меняется, что не всегда психиатры и психиатрия поспевают за ней...
  
  
  ВВЕРХ ТОРМАШКАМИ
  
  Самолёт Южно-Китайских авиалиний
  
  Лишь в аэропорту Шереметьево узнал, что путь в Гуанчжоу пролегает через Ухань. Странные эти китайцы. Мой чемодан улетел в Окленд, а мне выписали лишь билет на половину пути, так как я не успеваю на стыковочный рейс в Новую Зеландию. В любом случае, это совсем не неплохо, так как за прошедшие с момента покупки билета шесть месяцев время вылета изменялось пять раз.
  Новая Зеландия у меня ассоциировалась с киви, сливочным маслом, вином, барашками и известным бегуном-средневиком и детским кумиром - Питером Снелом. Никогда не мечтал о ней, так как считал, что это запредельно далеко и дорого. Покупая пачку Anchor в супермаркете, я иногда вспоминал Вакарчука из ОЭ со шлягером: Тiльки тiльки там, де нас нема... Ходять всi на головах..."
  В 2013 году на восьмых всемирных играх в Турине сообщили, что через четыре года World Masters Games состоятся в Окленде. Я взял красочный буклет, оставил организаторам свою почту, и они регулярно напоминали мне о приближающемся празднике. Даже последовавший допинг-скандал в российской лёгкой атлетике не омрачил эту Олимпиаду для тех, кому за тридцать.
  Чтобы реализовать мечту, - надо её представлять и непреклонно приближаться к ней. Например, найти работу, чтобы купить авиабилеты, так как это самый дорогой сегмент в путешествии или уговорить паспортистку УФМС сделать новый загранник за три дня, а консула Новой Зеландии - выдать визу за четыре. Главное - очень хотеть и не сомневаться, что получится. Но ИААФ убедить невозможно. И за два дня до вылета я узнал, что ветеранскую сборную забанили, а ВФЛА рекомендует воздержаться от выступлений на оклендских стадионах. "Что ж, устрою голодовку или забастовку на месте, - подумал про себя, - или подам на них в суд с требованием компенсации всех расходов... Ведь моя фамилия до сих пор фигурирует в стартовом протоколе среди ходоков на 1500, 3000 и 5000 метров".
  В любом случае я рад, что лечу в Новую Зеландию. В такие дали самолеты меня ещё не забрасывали. Отпускной на работе получен, форумы путешественников прочитаны, план поездки составлен, квартиры на airbnb забронированы. Путешествие с неизвестными переменными заставляет активизировать мозг и таит в себе этакий романтический ореол.
  Город Ухань запомнился многократными проверками паспортов, колючей проволокой на заборах и некоей бестолковостью происходящего. Мне поставили штамп в паспорте с китайской визой на семьдесят два часа и впустили в страну. Затем отвезли в тот же самолёт, и мы полётели дальше.
  В Гуанчжоу приземлился сонным, но когда увидел, что меня встречают, - сон и усталость улетучились. У девушки в фирменной фиолетовой жилетке Южно-китайских авиалиний была табличка с моей фамилией и надписью Аuckland. Похоже, что я один с нашего Боинга, кто летит в Новую Зеландию. Она выдала мне билет на прямой полуночный рейс и карту-схему, как добраться к сервисной стойке авиакомпании, пообещав, что там мне помогут с отелем. И это оказалось правдой.
  - Какой выбираете отель, мистер? - спросила китаянка, отсканировав мой паспорт и билет.
  - Тот, что поближе к аэропорту? - ответил ей, так как не мог поверить, что у меня есть право выбора и что цветные карточки с отелями и их услугами, разбросанные у неё на столе, являются бесплатными бонусами для тех, кто устал в дороге.
  - До H.J.Grand Hotel тринадцать минут езды.
  - А там есть сауна или бассейн? - пошутил я.
  - Да, конечно. Во всех наших отелях есть.
  - А на метро можно доехать?
  - Можно. Но вы поедете на шатл-басе.
  - Сколько стоит автобус и долго ли его ожидать?
  - Минут десять. Бесплатно в обе стороны. Вам надо вернуться в аэропорт в десять вечера.
  И вот я один еду в небольшом микроавтобусе и любуюсь из окна субтропическими городскими цветами. Тюльпановые деревья чередуются с привычными по Европе олеандрами и мимозолистными жаккарандами, уютные ухоженные газоны с простыми клумбами из чистотела и бархатцами. Местным колоритом кажутся снующие без особых правил мопеды и велосипедисты. Мне показалось, что водитель работал по секундомеру, так как все параметры он выдержал и через тринадцать минут остановился у роскошного четырёхзвёздочного отеля. Меня поселили в номер за полторы тысячи юаней и попросили спуститься в лобби к десяти часам вечера.
  Пять часов в распоряжении. В мыслях принять ванну, перекусить и поспать в широкой двуспальной постели. Но сон улетучился, так как мозг искрит от увиденного. Я не впервые в Китае, но каждый город - это как новое знакомство, и поэтому отправляюсь на пешую прогулку по району. После холодной свежей Москвы непривычно попасть в тягучий липкий воздух китайского мегаполиса, к которому добавляется смог и аромат китайской уличной еды.
  Как и в любом другом городе мира здесь чувствуется районирование в зависимости от достатка горожан. В небогатом районе заметна специализация на добротных металлических решётках, защищающих окна от непрошенных гостей. Но чисто на тротуарах, как для Китая. Да и цены здесь доступнее в кафе и магазинчиках. Купив с машины у уличного торговца экзотические манго, питахайю и папайю, зашел в соседний квартал современных многоэтажек, который находился под защитой вневедомственной охраны и шлагбаумов. Здесь уже и чашка эспрессо или чая стоят пятьдесят юаней, да и пирожные под сотню, тогда как в кафе через дорогу с интернетом, привычной санитарией-гигиеной суп с пельменями из креветок обошелся в восемнадцать.
  Перед отъездом посетил сауну, бассейн и тренажёрный зал, чтобы набраться сил перед долгим перелётом. Традиционно, как для Китая, не работает фейсбук, инстаграм, сервис google и воспользоваться интернетом можно в ограниченном формате.
  Одиннадцать часов в воздухе пролетели незаметно. Сон, чтение, фильмы в спинке кресла, два перекуса, заполнение таможенной декларации.
  - Наш самолёт приземлился в Окленде. Температура воздуха за бортом двадцать градусов. Желаем хорошо провести время, - на прощание сказал командир экипажа.
  В аэропорту спросили о цели визита и что из продуктов я привёз. Сказал, что участвую в соревнованиях, реклама которых была даже на стойках пограничников.
  - В какой стране кроме России вы были последние шесть месяцев?
  - В Китае!
  - Сколько по времени?
  - Шесть часов!
  - Привезли ли вы с собой мясо, сыр, цитрусовые, иные свежие продукты?
  - Нет. Только овсянку, шоколад и водку, коньяк для сувениров в небольшом количестве.
  - А специальная обувь, например, для трекингов, у вас имеется? - не унималась улыбающаяся рыжеволосая худощавая инспекторша.
  - Да, конечно. Я же указал в декларации. Это марафонки - кроссовки для соревнований.
  - Вы побежите марафон?
  - Нет. Они также подходят для спортивной ходьбы.
  - Желаю удачного выступления! - и поставила мне въездной штамп в паспорт.
  Никто не стал открывать мои чемоданы или проверять подошву тренировочных кроссовок, и меня беспрепятственно пропустили в мою первую англоязычную страну.
  В банкомате аэропорта снял немного новозеландской наличности, в кассе на перроне купил недешёвый билет на skybus с wifi на борту, который доставил меня к съёмным апартаментам на улице Святого Бенедикта.
  Из окна автобуса Окленд воспринимался, как разросшаяся процветающая деревушка. Аккуратные белоснежные одно- и двуэхтажные чаще деревянные домишки в обрамлении вечнозелёных игольчатых юкк и пушистых араукарий, зелёные аккуратные газончики, минимум символических заборов и полное отсутствие пешеходов. Да и автомобильный трафик навевал мысли о малолюдности здешних мест. Сегодня воскресенье, Пасха и, наверное, горожане сидят уже по домам за чаем с куличами и пасхальными яйцами.
  Рэй - хозяин апартаментов, вероятно, не спешил отдавать ключи от квартиры. То ли я не понимал его, то ли он меня, но оставалось загадкой его молчание в переписке и непонятные вопросы в телефонных переговорах. В городе быстро стемнело, а я всё сидел на поребрике тротуара и подкармливал новозеландских комаров. Наверное, к дождю. В голове смешались часовые пояса и физиологические желания. В Москве наступило утро, а меня уже клонило в сон. Странное это ощущение, - приехать на Край Земли и оказаться на улице. Не так я представлял своё заселение. Обещание молодого человека приехать через двадцать-тридцать минут растянулось в томительные часы. И поблизости нет бесплатного вай фая, чтобы сообщить о проблемах на сайт бронирования недвижимости airbnb. Ко мне подошла семейная пара из моего дома и спросила, всё ли нормально. Я сказал, что мне вполне комфортно сидеть на тротуаре с ноутбуком. Возможно, они подумали, что я взломал чей-то роутер и скачиваю файлы, и, улыбнувшись, пожелали хорошего вечера.
  - Привет, Вячеслав! - с акцентом сказал полный молодой человек китайской наружности в шортах и белых кедах, - извини, что заставил тебя долго ждать. Только с пляжа вернулся. Давай я твой чемодан возьму.
  - Всё нормально, Рэй. Я нашёл, чем заняться.
  Магнитной карточкой он открыл стеклянную дверь подъезда с ухоженными экзотическими цветами, абстрактными картинами на стенах, ковролином на полу и провёл в свои апартаменты. Неделю я буду квартировать у него, а потом перееду в другое общежитие, что расположено на севере города.
  - Обувь оставь в прихожей, - сказал Рэй, - надень тапочки. Они новые, специально для гостей.
  - Спасибо, я привык в носках.
  - Надень! - повторил хозяин. Я посмотрел в его глаза и понял, что в гостях лучше не спорить. Он провёл меня в цветущую орхидеями гостиную и показал мне спальню. - Вот, возьми полотенца. Перед спальней тапочки следует снять.
  Наверное, это из-за мягкого ковролина на полу, - подумал про себя. В качестве напоминания он протянул листочек бумаги с мобильным телефоном, паролем к интернету и основными правилами дома, в которые входила тишина после полуночи, закрывание входной двери и пользование тапочками, что дублировалось вывеской на стене.
  Современное новозеландское жильё по дизайну чем-то напоминает японское. Просторная лоджия с зимним садом, окна во всю стену, отсутствуют шторы, обои и батареи отопления, светлые тона в отделке, компьютеризованная кухня с австралийской бытовой техникой, с указанием мощности потребления энергии за год; многоуровневое точечное освещение, качественная сантехника. Две спальни, два санузла с датчиками движения на свет и освежение воздуха, общая гостиная, соединённая с кухней. Тёплое одеяло и электрический матрас напоминали о том, что зимой здесь прохладно. Из отличий - бо́льшая площадь и высота потолков в помещениях. Но опять же, сужу лишь по тому, что увидел. В квартире каждая электрическая розетка имела свою персональную кнопку, как и на удлинителях. Мои адаптеры из других стран не подошли, но хозяин позаботился о том, чтобы туристу было комфортно.
  Я был доволен. Чисто, просторно, современно и стильно. Повсюду цветы (три десятка горшков) и милые картинки с собачками и цветами на стенах. Не верилось, что это квартира молодого холостяка. Рэй сказал, что можно пить воду из-под крана и пользоваться электроплитой с духовкой, стиральной машинкой (их две), холодильником и прочей бытовой техникой. Поделился, что закончил политехнический институт в Санкт-Петербурге, но на русском языке он мог сказать только название своей альма матер. Он и сейчас учится, - заканчивает бакалавриат по нейросетям в местном университете. Несмотря на языковые и культуральные различия, складывалось впечатление, что я поселился у друга.
  - Вот тебе комплект ключей... Я пошел ужинать в кафе. Ты будешь отдыхать с дороги?
  - Нет, пробегусь немного. Два дня не тренировался, - надо мышцы размять... Это тебе на память, - протянул ему бутылку русской водки и коробку московского шоколада.
  На часах семь вечера, а на улице довольно темно и малолюдно. Почти всё закрыто, и редкие прохожие попадаются навстречу. Почти все пешеходные переходы оборудованы кнопкой вызова, которая дублируется звуком и вибрацией. Привычной зебры нет, вместо неё две параллельные полосы. Желтый свет заменён на мигающий красный с остающимися секундами. Есть светофоры для велосипедистов, коих больше чем в Москве, но меньше чем в Европе. Бессветофорные переходы сложно заметить, так как они не маркированы и о них можно лишь догадаться по отсутствию бордюра.
  Прошёл кратковременный, но обильный дождь, от которого промок и просох на ходу. Луж нет, из-за грамотно сконструированного асфальта и сливов. О сегодняшней Пасхе единичные напоминания. "Новая Зеландия - страна атеистов" - встретил слоган на одном из форумов. Лишь возле одного из Храмов нищая женщина с плакатом в руках (маори или бангладешка) фальцетила неведомую мне песню. На обратном пути посетил китайский супермаркет. И хоть он был, вероятно, не самый дешёвый, цены меня не испугали, а ассортимент вдохновил. Особенно порадовали фрукты и овощи, которые по качеству и вкусу превосходили отечественные аналоги. На ужин в качестве десерта выбрал кивано, фейхоа и манго. Понравилось местное молоко, сметана, масло, творог, которые чем-то напомнили мне российские фермерские продукты. Но вот здешние сыры (бри, камамбер, горгонзола) схожи с нашими пензенскими, которые стали производить после введения эмбарго. Лишь вполовину дешевле.
  Заметил, как худосочная чернокожая девушка на моих глазах стащила две булочки. Наверное, это было видно и в видеокамеру, но никто не стал ей заламывать руки или бросаться вслед.
  Вечер посвятил ответам на поздравления с Пасхой от родных и друзей. Мой сицилийский друг сказал, что у него есть друзья в Окленде.
  - Семейная пара, врачи, увлекающиеся хайкингом и путешествиями, - сказал он в вотцапе.
  - Отлично! С удовольствием с ними встречусь. До первого старта ещё целая неделя. Тем более мне интересно, как живут и работают врачи в другой стране.
  Через три минуты пришёл ответ в вотцапе от Сеппи - новозеландского анестезиолога-реаниматолога. Он приглашал меня на остров Вайхеке (в тридцати километрах от Окленда), чтобы провести весь день вместе с его семьёй. Он извинился за то, что завтрашним вечером должен будет вернуться в Окленд и четыре дня будет крайне занят, и рекомендовал мне приплыть ранним паромом. Я в очередной раз удивился, так как московское гостеприимство для меня с первого года жизни в столице стало притчей во языцех. Предыдущие две недели я собирал друзей с двадцатилетним стажем у себя на работе, по случаю дня рождения и предстоящего отъезда. Увы, городская суета и вероятно занятость мешает нам пройти пять сотен метров до ординаторской, и мы всегда находим безобидное оправдание: совещание, операция, болезнь, пробка или батарейки в телефоне сели... Странно, ведь я читал, что новозеландцы отнюдь не блещут гостеприимством. Наверное, врут форумы или всё в этом мире относительно и субъективно.
  
  Остров Вайхеке
  
  Проснулся в пять утра без будильника. За окном приличный дождь, но к шести всё закончилось. За час вышел в морской порт, но на дорогу потратил двадцать минут. Городские автобусы начинают курсировать с семи, а пока лишь бегает дорогой круглосуточный skybus. Обратил внимание на бездомных, которые спали под окнами дорогих магазинов и на лавочках. Немало, некоторые, проснувшись, уходят завтракать в Макдональдс, а потом рассаживаются по своим точкам в ожидании мелочи.
  В порту Downtown интуитивно понятно. Касса, два пирса, с десяток направлений, туристические буклеты, кафе. За пятнадцать минут до отправления объявили о посадке. Контролёр отсканировал с моего планшета штрих-код билета и пожелал хорошего вояжа. В семь часов почти пустое судно отправилось к острову Вайхеке, и я любовался морским бризом, панорамой многочисленных островов и просыпающимся солнцем.
  Через тридцать пять минут судно причалило к порту Матиата острова Вайхеке. Не успел войти в сеть бесплатного вайфая, как ко мне подошёл мой новый друг.
  - Вячеслав, здравствуй! Я тебя помню! Мы встречались с тобой! - сказал загоревший мужчина в шортах лет шестидесяти с небольшим.
  - Здравствуйте. Как мне вас называть? Когда и где виделись?
  - Зови меня Джузеппе. Четыре года назад мы были на сицилийской ферме в Нунзиата у нашего общего друга Анжело... Ну что, поехали ко мне?
  Постепенно я вспомнил Джузеппе и его супругу Терезу, которые в тот вечер расспрашивали у нас про Россию, президента, водку и наши обычаи. Я подарил другу бутылку Немирофф с перцем, и они сравнивали украинский напиток с традиционной граппой. Два года назад они три дня гостили в Санкт-Петербурге и были восхищены архитектурой, дворцами и погодой.
  - Эта моя вилла, - с гордостью сказал новозеландский коллега, когда мы приехали в поселок Ониомата с одноимённым белоснежным пляжем, - осталось лишь здесь газон положить, - показал он на часть символического двора, - через две недели всё будет готово.
  - Красивая архитектура и стильный дизайн, - чистосердечно похвалил я, когда он предложил ознакомительную экскурсию.
  Два этажа, три спальни, два санузла, гостевой домик. Минимум бетона, много дерева. Три стены сделаны из толстого стекла, и, лёжа в спальне, можно любоваться океаном. Вспомнился Дом Сальвадора Дали в Кадакесе, который также разместил кровать с видом на море. Внутри всё воздушно и просторно, даже не верится, что здесь люди живут. Десяток фотокартин напоминает о Сицилии - родине хозяев. Во дворе небольшие апельсиновые деревья с зелёными плодами, наряженные новогодними шарами и субтропические цветы семейства бромелиевых. Символическим забором с трёх сторон выступает невысокий кустарник.
  - Мои родители вывезли меня в ЮАР в возрасте четырёх лет. Там я получил высшее образование, познакомился с женой и вот сорок лет живу в Новой Зеландии. У меня два сына. Один из них пластический хирург, второй - ещё в поиске себя в жизни. Позавтракаем вместе? Кофе с молоком будешь? Мюсли с йогуртом?
  Мы завтракали на открытой террасе с видом на Тихий океан, и я не мог поверить, что вот так просто можно найти друга на обратной стороне Земли и уютно проводить время. Его супруга работала врачом общей практики и поддерживала наш разговор. Внешне она так и осталась типичной яркой сицилийкой. Косметика на лице, золотые обручи на руках, цепочка с каменьями на шее и облегающий спортивный костюм цвета фуксии.
  - Прогуляемся по пляжу?
  - С удовольствием составлю компанию.
  - У тебя есть шорты?
  - Забыл в номере.
  - Надень мои.
  Ониомата - довольно популярное место на острове. Купальный сезон уже закрыт, и количество туристов с каждым днём прогрессивно снижается. На острове длиной немногим больше двадцати километров проживают девять тысяч аборигенов, а в сезон его население увеличивается в пять-шесть раз. Но и сейчас несколько сотен человек вышли на пробежку вдоль набережной и на прогулку по песку. Я ловил в кадр чаек, домашних питомцев на песке, новозеландские лодки с колесами, выезжающие в океан и прочие забавные для глаз вещицы. Мы гуляли по прохладной воде и обсуждали нашу работу, путешествия, политику, футбол. Джузеппе открыто спросил про зарплату врачей в России, отпуска, социальные гарантии и возможности образования.
  - Это врач! Его зовут Слава, - с гордостью представлял он меня встречавшимся на побережье соседям по даче, - он приехал из Москвы, на соревнования.
  По возвращению он вкратце пересказал содержимое нашей беседы Терезе, которая тем временем убрала в доме и подготовилась к хайкингу.
  - Возьми бутылку с соком. Я его разбавила водой, чтобы не так сладко было. У нас сегодня девятикилометровая прогулка вдоль виноградников. Тебе нужны горные палки? - спросила она.
  - Думаю, что нет.
  - Остров относительно молодой. Лишь двадцать лет назад здесь начали выращивать лучший в стране виноград и его стали активно заселять. Сейчас дом, такой как у меня, стоит почти пять миллионов долларов, - комментировал Джузеппе, - цены на недвижимость в стране очень выросли и благодаря китайским мигрантам, которые всё скупают вокруг. Мы их из-за этого недолюбливаем.
  - Что же их здесь привлекает?
  - Очень мягкий и комфортный климат. Также здесь очень чисто и хорошая экология. Ты же был в Китае?!
  Когда мы приехали к трейлу под названием Винная дорога, с неба грянул проливной дождь. Минут десять наблюдали сплошную стену из воды. Но затем выглянуло солнце и напомнило мне о лете.
  - Апрель - самый дождливый месяц. Но на Вайхеке дожди реже, чем в Окленде.
  Мы переждали непогоду под навесом, и пошли гулять по небольшим горам, любуясь зелёными пушистыми холмами, ухоженными виноградниками в окружении кустов роз и морской панорамой с белоснежными парусниками, катерами и яхтами. Казалось, что заботливый садовник-великан подстриг эти холмы и красиво рассадил неведомые для меня вечнозелёные деревья. Тропа то уходила в лес, то пробегала над морским обрывом, то огибала частные владения, отмеченные предупреждающими табличками и огороженные обычной проволокой. Сбиться с неё невозможно, так как она была маркирована жёлто-зелёными столбиками и информационными указателями. Джузеппе выступал моим гидом и останавливался на местах для фотографирования.
  - Здесь живут самые маленькие в мире голубые пингвины, - показал он на грот внизу, - но мы туда не пойдем. Скользко и небезопасно. Видишь, повесили запрещающий знак... А это самые лучшие виноградники и самая богатая вилла на острове. Видишь, вон там дом из красного кирпича в итальянском стиле. Хозяин первым развёл здесь овец, а потом высадил лозу. К сожалению, столовых сортов здесь нет. Из-за частых дождей виноград заметно кислит.
  Так, восторгаясь красотами края, мы прошли двухчасовой круговой маршрут. На выходе с тропы пункт с обувными щётками и дезинфицирующим раствором для подошв.
  - Ну что, пообедаем? Ты как относишься к итальянской пище? - спросил Джузеппе.
  - Как я могу относиться к средиземноморской кухне в новозеландском исполнении? Только позитивно. А ты не хочешь искупаться перед обедом? - предложил ему я.
  - Холодно конечно. Зима скоро. Но вам - русским - не привыкать! Вода-то уже градусов двадцать.
  Раздевшись до шорт, мы пошли плавать. Тем временем набежали грозовые тучи, и с неба опять обрушилась стена дождя. Джузеппе повернул к берегу, а мне было интересно переживать необычные ощущения, приближающие человека к рыбе.
  - Угощайся, Слава! - пригласила к столу Тереза, когда мы вернулись и приняли душ во дворе, - это октопус, это бурата, папайя, прошутто, гночи... Ты ел когда-нибудь октопус?
  - Да, конечно, - не соврал я и подумал про себя, что в Москве этого октопуса в каждой "Пятёрочке" видимо-невидимо.
  - А это остатки вчерашнего барбекю. Сладкий картофель, баранина, тыква. В России есть сладкий картофель?
  - Почти нет. Но в нашей столице он продаётся в магазинах в отделах для гурманов. Правда, популярности он не завоевал. Нам, русским, привычна несладкая картошка.
  К нашему пиршеству хозяин достал из внушительного шкафа-холодильника запотевшую бутылку новозеландского рислинга, и мы продолжили обсуждать вопросы жизни в разных странах. Он быстро захмелел, спрятал глаза под солнцезащитными очками, а под конец обеда по телефону решил рассказать своим итальянским друзьям о русском госте. Под кофе с пасхальным куличом и фисташковой пастой Джузеппе открыл бутылку китайской пятидесятиградусной водки, сказав, что подаренный мною армянский коньяк подождёт другого часа.
  - Ну а теперь, Слава, я хочу показать тебе остров, - резюмировал Джузеппе, - следующие четыре дня я буду очень занят. Сам понимаешь, две работы отбирают много времени.
  Поблагодарив хозяйку и попрощавшись с ней, мы сели в джип. Полиции на острове я не видел, но для меня это было непривычно. Хотя, кто их знает, - вероятно, это в порядке новозеландских традиций - после двух стаканов вина и рюмки водки кататься по горным серпантинам.
  Мы заехали на смотровые площадки, посетили международный аэродром Вайхеке, который представлял собой зелёный газон с двумя небольшими летательными аппаратами, а в завершение он спросил у меня:
  - Ты ешь курицу?
  - Да, конечно! - ответил я. Неужели, он успел проголодаться? - подумал про себя, - ладно, составлю ему компанию.
  Мы припарковались у тихого безлюдного места, где в кустах сидело пару сотен разномастных кур и петухов с винтажными гребнями. При нашем появлении он вскочили и охотно принялись клевать зерно, которое Джузеппе им насыпал из общественной кормушки. Вокруг ничего напоминающего о еде или кафе.
  - Это дикие куры. Островитяне их не едят. У нас на Сицилии им давно бы перерезали горло и зажарили, - показал новозеландский итальянец характерным жестом у шеи, - А тут граждане сознательные. Утром здесь пару тысяч птиц собирается на кормление и водопой...
  Куры не боялись нас. Они охотно клевали зерно и позировали на фото. Таблички подтверждали сказанное. Островитяне любят птиц. Ведь Новая Зеландия - страна, в которой они являются национальным символом. Это, как в Индии корова.
  На прощание он отвёз меня в порт Матиата и пожелал хорошего вечера.
  Уезжал с грустью в сердце. Удивительно, что между нами не возникло языкового барьера, и почти всё сказанное им я понимал, хотя мой английский оставляет желать лучшего. Видимо, общность взглядов роднит людей, и я словил себя на том, что сегодня он неоднократно предугадывал мои мысли.
  На катере я моментально заснул и не почувствовал, как мы пришвартовались. Но индуска-юнга разбудила меня, дежурно улыбнулась и сообщила, что морской вояж завершился.
  В Даунтауне завидел спортсменов с новенькими фирменными рюкзаками соревнований. Выяснилось, что здесь же в порту олимпийская деревня с центром аккредитации, где можно получить стартовые номера и бейджик участника. Очередей ещё нет, так как до церемонии открытия оставалось четыре дня. Много волонтёров, кафе, работает магазин по продаже спортивной экипировки с символикой.
  Девушка-китаянка считала сканером с моего планшета бар-код участника, через пару минут распечатала бейдж с фотографией и выдала стартовые номера. Я спокойно передохнул. По-видимому, европейская допинг-истерия, которая, на мой взгляд, лишь очередная бутафория, не докатилась до берегов Новой Зеландии.
  В качестве бонуса подарили фирменную футболку, полотенце, проездной билет на две недели, пасс на проход в основные аттракционы города и вместительный рюкзак австралийского производства.
  Вечером детальнее изучил буклеты. В этой Олимпиаде для мастеров (ветеранов спорта) принимают атлетов в возрасте от двадцати пяти до ста одного года. На соревнования зарегистрировалось двадцать пять тысяч участников из ста пяти стран, которые будут состязаться в двадцати восьми видах спорта, в том числе в таких экзотических, как сквош, гольф, нетбол, тач, спасателей на воде и, конечно же, в регби, в котором сборная Новой Зеландии признана общемировым лидером.
  
  
  Знакомство с Оклендом
  
  Джетлаг почти еженощно напоминает о себе. Среди ночи проснулся и два часа не мог сомкнуть глаз. В девять утра заслышал громыхание соседской ложки по тарелке и встал окончательно. День, судя по небу, обещает быть солнечным. Завтрак, шорты, футболка, рюкзак и - на знакомство с городом. Третий день здесь, а толком не знаю, что, где и почём.
  Во время пробежки заприметил спортивный магазин Торпедо-7 с привлекательными скидками. Приветливый неназойливый персонал. Я искал ремешок для спортивных часов. Продавец спросил марку и пообещал, что через два-три дня ремешки будут в наличии. В другом записали мой телефон и почту и сказали, что ремешки будут завтра утром, о чём они мне текстанут, в третьем попросили логин в скайпе, чтобы сообщить о товаре. В конце концов, в пятом магазине его нашли, но попросили предоплату в 100%, доставят через неделю и он будет с желтыми вставками. Девушка продавец с толстым слоем тонального крема на лице убеждала, что это последний ремешок в Новой Зеландии, так как моя модель часов уже не выпускается и удивилась, что я отказался покупать (это было моё второе посещение). В таких случаях понимаешь удалённость здешних земель от остального мира. Это в Москве можно купить любую мелочь или в качестве альтернативы воспользоваться ebay.
  Специализация же этого магазина - велоспорт и товары outdoor индустрии. Палатки, термосы, трековая обувь, ветровки и фонари неизвестных для меня новозеландских фирм, но, как и во всём мире, на этикетках красуется Made in China. Как мне показалось, в Окленде много магазинов для активного отдыха: Катманду, Бювуак, Макпак. Фирмы принадлежат Новой Зеландии и Австралии, но шьётся всё в КНР и Бангладеш. Осенние скидки активизируют желания.
  Попытка купить в аптеке нестероидный противовоспалительный препарат мелоксикам не увенчалась успехом. Требовался рецепт. В качестве альтернативы провизор предложил вольтарен, парацетамол, ибупрофен и напроксен. Спорить не стал, - купил мазь и наколенник. Для интереса зашел в государственный медицинский центр Auckland City Doctor. В очереди к китайским эскулапам томились три десятка пациентов. Как следовало из прейскуранта, оформление амбулаторной карточки стоит семнадцать долларов, пятнадцатиминутная несложная врачебная консультация - пятьдесят пять, для иностранцев - семьдесят, у медсестры - одиннадцать, дети до тринадцати лет - бесплатно. Удаление зуба в соседнем квартале стоит от 179$.
  Предстоит прожить в стране две недели и питаться в кафе - накладно, да и непривычно. Лишь чашка кофе да кусочек снеди в эпизодах отдыха. Кофейные напитки отменного качества, от трёх до пяти долларов за чашку, их названия звучат довольно непривычно: black и white. Первые разделяются на short drink (эспрессо) и long drink (американо). К ним приносят кувшинчик с горячей водой или стакан с водой из-под крана. Вторые - белые, что означает чёрный кофе с молоком (flat white, капучино, мокачино, латэ). По желанию посетителя могут предложить цветастую чашку или бумажный стаканчик.
  Китайская, вьетнамская, корейская, индийская, японская, сингапурская кухня представлена повсеместно, но не будоражит аппетит. Накануне посещал китайский супермаркет Lim Chour, но он показался непрезентабельным и грязноватым. Сегодня сравнивал два сетевика New World и Countdown. Честно говоря, цены не такие уж и радужные, как при первом знакомстве, и ко многому надо привыкать. Самое дорогое удовольствие - это сварить борщ, так как килограмм свеклы стоит пять долларов, картошка - два, а капуста - три. В качестве альтернативы есть более мелкие Farm fresh или Fruit&Vegе, где цены на дары полей-садов в два-три раза ниже. Есть ещё субботние рынки, но к ним пока не добрался и видел лишь таблички с указанием часов работы. Заметно, что местные тяготеют к большим порциям. Чем больше покупаешь - тем существенно дешевле литр или килограмм продукта. Может быть, поэтому у аборигенов островов наблюдается склонность к ожирению уже с детских лет.
  В целом, отдыхать весьма комфортно, и многие цены сравнимы с московскими, а экзотика (морепродукты, манго, кивано, питахайя, золотой киви, тамарил) значительно дешевле. Не ожидал встретить пакеты с белым и тростниковым сахаром в отделе канцтоваров. Заметил, что в каждом супермаркете в открытом доступе группа НПВС: нурофен, парацетамол и другие.
  Продавцы традиционно настолько вежливые и улыбающиеся, что при виде их вспоминается детская загадка: "Что ничего не стоит, а так много даёт?" Купленный товар кассиры сортируют по разным пакетам, естественно бесплатно. Охранников, камер хранения багажа или пакетов для упаковки сумок/товаров из других магазинов нет. Приятно, что здесь нет паранойи в отношении краж.
  Забота о детях выражается в том, что при входе в торговый зал стоят корзины с бесплатными бананами и яблоками, а также детскими уголками и площадками при супермаркетах. Фрукты раздают бесплатно также в некоторых кафе-ресторанах. Заметил, что в некоторых из них родители не платили за детскую еду.
  В отношении магазинов одежды обратил внимание на множество секонд-хэндов под эгидой Красного креста, японских магазинов в стиле "три вещи за десятку", индийских, арабских, китайских и прочих стран. Приличных известных брендов немного. Да и сам народ одевается незатейливо: щеголяют преимущественно в шортах (мужчины по колено, девушки по пах), сланцах и футболках.
  Пирсинг и татуаж в почёте не только у маори, но и у бледнолицых. Сегодня я случайно заглянул в бар для аборигенов. Вспомнился Бодров в Брате-2, только у меня с собой оружия - перочинный ножик. Не силен я в физиогномике, но когда на тебя в упор смотрит татуированное лицо маорийца, который до недавнего времени съедал поверженного врага, становится немного не по себе. Мне сегодня показалось, что если бы не европейские туристы, то городские тротуары представлены преимущественно азиатскими переселенцами и горделиво шагающими полноватыми туземцами.
  Порадовали городские парки. В центре они небольшие, ухоженные, с дизайнерской изюминкой, как и окружающие их небольшие небоскрёбы. На следующий день активировал проездной и поехал на метро до конечной станции Onehunga к парку Корнуолл (Cornwall park), раскинувшемуся на месте трёх потухших вулканов. Непривычное сочетание городской среды, природы с пасущимися овцами, коровами и бегающими под ногами индюшками. Чтобы скотина не мешала автомобилистам, поля отгородили проволочным забором, который можно перешагнуть по специальным ступенькам. Для отчаянных висят предупреждающие таблички, что администрация парка не несёт ответственности за здоровье посетителей, которые решат пообщаться с пасущимися животными. Через поля проложен трейловый вулканический маршрут, и можно подняться к двухсотметровому холму с обелиском и статуей на вершине, зайти в обсерваторию с планетарием или просто любоваться открывающейся панорамой заливов, пригородов и удивительных пейзажей, что создала природа, и не испортил человек. Я, наверное, увидел не больше одного процента страны, но у меня такое чувство, что в ней представлены все знакомые мне природные зоны, которые выполнены с безукоризненной точностью и поддерживаются в образцовом состоянии. Сейчас середина осени, а вокруг всё отливает изумрудом. Ни одной желтой травинки, и лишь редкие бурые листочки встречаются на тротуарах. Я не встречал дворников, поливальных машин или уродливых тракторов с щётками от/для пыли, но здесь чисто. То ли потому, что не мусорят, то ли ещё по какой-то причине. Да, и нет луж из-за правильных стоков и мудрых газонов. Ведь трава - это не просто чернозём с засыпанными в него семенами и забытый до следующей весны, трава - это специальный газон, выращенный грамотными руками и головой. Мне кажется, что здешние газоны дадут фору многим нашим футбольным полям.
   По растительности Окленд находится в зоне субтропиков, но на фотографиях он очень похож на наши средние просторы в мае-июне, если не приглядываться к редким пальмам, и подстричь у нас всю траву, и причесать аккуратно деревья.
  В парке конечно же есть информационный пункт с обучающим залом, где на видеоэкране показывают историю города с момента образования Земли и до наших дней. Возле него дом Акация с интерьером комнат в стиле конца девятнадцатого века. Есть площадки для барбекю, питьевые фонтанчики, свободные скамейки и нет смотрителей за порядком и чистотой. В двух кратерах пасется скот (барашки-коровки), в третьем расположено поле для лучников. По дорожкам естественно бегают, гуляют с трекинговыми палками, ездят на велосипедах.
  Сегодня открыл для себя надземное метро и городской автобус, так как здешние расстояния соотносятся с московскими. Поездка стоит от трёх двадцати (по HOP-карте) и пять долларов (cash у водителя) в автобусе, семь долларов в метро, и я был рад, что организаторы снабдили электронным проездным билетом, так как месячный стоит две сотни, а в день приходится часто пользоваться двумя-тремя видами транспорта. Водители автобусов чаще молчаливые маори с угрюмыми лицами и напоминают наших контролёров. Некоторые пассажиры при выходе говорят им Thanks, driver! На окраинах Окленда - более приветливые белокожие водителя. Они и поздороваются, и спасибо скажут, что вы оплатили проезд, и попрощаются с вами на дорожку. Никакой информации в салоне о предстоящей остановке нет, и поэтому я включал GPS-навигатор в своем гаджете. В двухэтажных автобусах-экспрессах возле каждого сиденья есть USB-порт для подзарядки мобильных устройств.
  В электричках, которыми называют метро, работают колоритные индусы с чалмами на головах и в оранжевых жилетах. На некоторых платформах они следят, чтобы все пассажиры успели, и дают сигнал свистком машинисту. При зрительном контакте улыбаются и также попутно следят за порядком в салонах, в которых довольно комфортно: ковролин на полу, мягкие сиденья, чистота. О станциях предупреждают через динамики и наглядно. Интервал движения поездов от пяти до тридцати минут в выходные дни. При входе и выходе необходимо приложить билет к валидатору (tag on, tag off), но на станциях, удалённых от центра, турникеты и контроль отсутствуют. Билеты иногда проверяют контролёры.
  Транспорт движется неспешно. Водитель автобуса, может выйти на остановке, переговорить с другом, да и вагоновожатый метро иногда выходит на станции, чтобы отследить положение дел на перроне. Общественный транспорт Окленда представляют четыре линии метро, одна линия скоростного автобуса, дорогущий скайбас в аэропорт (18НЗ$), а также морской порт с активной навигацией с соседними островами. Начальные точки отправления сосредоточены в районе Даунтана - Бритомарт, где находится крупный транспортный узел.
  Познакомился в вагоне метро с русской новозеландкой. Точнее, она, заслышав, как я разговариваю в вотцапе, поинтересовалась, откуда я. За четыре остановки рассказала, что мечтает переехать на ПМЖ в Сингапур, где часто доводилось бывать на конференциях, но тамошние китайцы перекрыли границу для мигрантов, и берут только своих. Говорит, что при хорошей зарплате проблематично улететь из Новой Зеландии в Европу или США. Иногда бывает на островах Микронезии, но сейчас пасхальные каникулы и цены на апрель подскочили в три раза, так как новозеландцы любят путешествовать; и в эти дни Окленд почти пустой и живёт без пробок.
  
  
  Достопримечательности города
  
  Город сравнительно молодой, и в страну едут за природными красотами. Назвать его кладезем культурных и исторических ценностей язык не поворачивается. Притом, что просмотр чего бы то ни было редко стоит меньше двадцатки. Поэтому я несказанно обрадовался наличию pass от организаторов, в которые включили семь основных достопримечательностей: морской музей, зоопарк, башня, планетарий, художественная галерея, музей войны, музей техники и транспорта. Их можно обойти за один день, если грамотно распланировать время осмотра. Я начал с морского музея, который выделялся кормой яхты или парусника. Показав бейдж участника и получив штамп в моей карточке (дабы избежать повторного визита), я прошёл в залы музея. Если бы я имел яхту или закончил мореходку, ну или вырос на побережье, может быть, меня и вдохновили бы парусники, макеты, история навигаций народов Микронезии, кубки за регаты и прочее. Через двадцать минут я понял, что надо уходить, так как место явно нуждается в реконструкции и морально устарело. Хотя детишкам, которых привели толстые маорийские воспитательницы, было интересно склеивать кораблики из бумаги, копаться в песке с лодочками или играть в матросов и капитанов.
  В квартале от музея расположена Sky Tower - гордость Южного полушария. Говорят, что это самое высокое строение. Учитывая, что страну регулярно трясёт, видимо, конструкция имеет достаточный запас прочности. Вспомнилось посещение родного Останкино. Детям до восьми лет запрещено, с колясками нельзя, предварительная запись, строго по паспорту, продолжительность экскурсии тридцать минут, грязные стекла, тщательный досмотр багажа. Здесь ничего подобного нет. При одинаковой стоимости входного билета. Может, потому, что Останкино всё же на две сотни метров повыше, кто знает.
  Знакомство с башней начал с магазина сувениров. Я обычно скептически отношусь к этим символам туристической радости и лишь покупаю в них открытки. Как правило, сделано всё в Китае, да расписано в манере той или иной города-страны. Лишь цена отличается в зависимости от благосостояния населения. Окленд не исключение. Меринос - это слово номер один. Оно везде. На футболках, шапках, кофтах, варежках, уггах, носках, стельках. Якобы здешние овцы дают лучшую шерсть в мире. Не знаю, всё субъективно. Но дизайн хромает, в отличие от цен. Второе - это манука. Противовоспалительный, антисептический, противовирусный, антигрибковый мёд (категории UMF 20+, что говорит о содержании метилглиоксаля свыше 829 мг/кг), и поэтому может стоить больше сотни долларов за двести пятьдесят грамм. Интересно, проводилось ли слепое двойное плацебо-контролируемое исследование с алтайскими/башкирскими медами или это обычный маркетинг? Хотя, думаю, что не каждый покупатель заморского продукта знает, что этот фермент в высоких концентрациях содержится в крови у больных сахарным диабетом и способствует повреждению артерий при этом заболевании.
  Есть ещё ракушки, игрушки, стеклянные фигурки местных кур киви, дельфинов, деревянное зодчество маори и чёрная форма сборной страны по регби. Купив пейзажных открыток и почтовых марок, я пришел к выводу, что почта этой страны - самая дорогая в мире. Марка на открытку стоит 2,20 NZ$.
  В башне можно сделать четыре вещи. Спрыгнуть с тарзанки с 63-го этажа, полюбоваться просторами с 61 го (обсерватория), уютно посидеть в кафе на 60 м этаже, или просто поиграть с детьми на 57 м панорамном этаже со стеклянным полом и вернуться снова, так как каждое второе посещение с пятидесятипроцентной скидкой. Время пребывания в ней не ограничено. Работает бесплатный вай фай, развлечения для детей представлены площадками, игротеками, фотографированием, бесплатными гидами. Человека всегда будет тянуть вверх, но одно дело, когда ты летишь на самолёте, а другое - уверенно стоишь на земле. Поэтому здесь можно провести и час, и два, в зависимости от настроения. Небо так часто меняется, что каждый раз замечаешь в городской панораме или в морском порту и вулканических островах всё новые и новые оттенки. Испробовав "белый кофе" в SkyCafe и оставшись удовлетворенным неспешным маорийским сервисом, я ушёл в Галерею Искусств, что в двух кварталах от башни.
  - Извините, по пассу участника соревнований только посещение общих залов! - прокомментировала кассирша галереи, - вы пойдёте в зал с портретами маори?
  - Сколько стоит туда билет?
  - Двадцать три доллара.
  - Спасибо, в другой раз.
  Сегодня дефицит времени. Вечером состоится церемония открытия соревнований и поэтому хотел ещё потренироваться успеть перед ним.
  Здание музея - качественный продукт местных дизайнеров, не только снаружи и изнутри. Местный дизайнерский продукт, за исключением неспортивной одежды и обуви, выделяется в лучшую сторону. Будь-то архитектура, транспорт, электроника, упаковка или мебель - всё смотрится красиво и достойно подражания.
  Поэтому, любуясь воздушностью помещений, причудливыми формами комнат, окон, крыши, я в меньшей степени уделял вниманию экспонатам. Современный андеграунд регулярно встречается на Винзаводе или в музее Москвы, - поэтому здесь было нечему удивляться. А два зала с работами фламандских, итальянских, немецких мастеров дворцового портрета и пасторальных пейзажей не вызвали вдохновения, так как фамилии мастеров не на слуху у такого обывателя, как я. В качестве дополнения к культурной программе в музее имелось кафе, лаундж в виде летней террасы с выходом к парку Альберта (центру города), комната для развлечений взрослых и детей с бесплатным прокатом костюмов, мелками для рисования и прочей бутафорией.
  По пути к дому просто так зашел в публичную библиотеку. Не ожидал такого скопления людей в ней в пятницу вечером. Все четыре этажа были заполнены разномастным народом. Мамы с колясками, няни с дошколятами, подростки, дремлющие студенты, старички с газетами и журналами, туристы с чемоданчиками на колесиках в ожидании скайбаса. Для того, чтобы записаться, достаточно зарегистрироваться на сайте и предъявить квитанцию о коммунальных услугах, что ты живёшь в этом районе. Можно брать книги и диски с музыкой и фильмами.
  Книги, журналы, диски после прочтения можно опустить в специальный ящик, внешне схожий с почтовым, который есть также и на улице. Кроме чтения здесь можно двадцать минут посидеть бесплатно за компьютером, поиграть с детьми в игровой комнате (иногда библиотекари устраивают викторины для малышей или концерты), либо просто почитать, поспать, полежать, поесть. Уютно, тепло, доброжелательно.
  На выходе из библиотеки заметил тех, кто так не считает. Точнее, я сначала почувствовал до боли знакомый сладковатый запах конопли, а потом увидел два десятка делинквентных персонажей. Смуглых, татуажных, грязных, с воровато-наглыми глазками, беззастенчиво пыхтящих и дымящих запрещённым в России зельем. Некоторые, судя по нехитрому скарбу и котомкам, жили под открытым небом, благо, что температура воздуха и забота государства это позволяет. Другие использовали стены общественной библиотеки в качестве сортира. Через пару дней я заметил закономерность, что каждый из бомжей отвечает за определенные точки в городе, где живёт, спит и снимает дань с туристов. Встретить же полицейского на улицах Окленда - большая редкость.
  
  
  Церемония открытия
  
  Обычно я игнорирую такие праздники. Сидеть на трибунах и слушать речи организаторов - занятие утомительное. Но здесь решил посетить. Времени много, а интерес подогревался заявленным представлением ансамбля маори и светомузыкальным лазерным шоу. В качестве арены был выбран регбийный стадион Eden Park. Здесь надо отдать должное организаторам, которые продумали всё до мелочей, чтобы двадцати-тридцати тысячам зрителей чувствовать себя комфортно. Продуманность логистики. От Бритомарт к стадиону курсировали бесплатные автобусы. Поезда метро к Kingsland также были наполнены атлетами. В районе множество волонтёров с указателями в виде стрелок. Некоторые атлеты, правда, предпочли чаше стадиона близлежащие бары, так как здешние заведения были ориентированы на спортивные телетрансляции. На стадионе спортсменов разделили по видам спорта и секторам. Здесь впервые за неделю у меня интеллигентно проверили содержимое рюкзака.
  В семь вечера открыл церемонию ансамбль маорийской фольк-группы в смокингах и при бабочках. Затем официальная часть с мэром города и прочими лицами. Как и полагается - с гимном Новой Зеландии на двух языках, клятвой спортсменов сражаться честно и справедливо, а также подъёмом белого флага WMG. В отличие от олимпийского стяга на нём расположены пять цветных человечков, взявшихся за руки. Венчало представление племя маори, появившееся на ночном стадионе под покровом искусственного тумана и лазерных лучей. С топориками, копьями, луками, в платьях-туниках и набедренных повязках, татуировками на лице и прочих частях тела, гортанными криками и высунутыми языками. Конечно, сидя на трибуне всего не разглядишь, но камеры выдавали яркие моменты на два больших экрана. Плюс к этому подключили огненные пушки, сотни лазеров и десятки тысяч радиоуправляемых фонариков-браслетов, которые организаторы предусмотрительно разместили у каждого кресла. Сектора переливались разными цветами, из динамиков доносилась туземная музыка, тепло от факелов достигало задних рядов первого яруса, и я долго оставался под впечатлением от увиденного шоу. Завершало программу представление видов спорта по секторам с вылетом на стадион больших макетов на специальных тросах и выходом ряда спортсменов на газон поля.
  
  
  Переезд в Beach Haven
  
  - Рэй, я завтра уезжаю в районе полудня. Ты будешь дома?
  - Нет. Оставь ключи на столе и захлопни дверь.
  После Европы перестаёшь удивляться степени человеческого доверия. Вспоминается, как в подмосковном четырёхзвёздочном парке-отеле Атлас у нас проверяли номер перед выселением, и я не мог объяснить трёхлетней дочери, почему у нас на холодильнике навесной замок.
  Между чек-аутом и новым чек-ином четыре часа. Чек-аут удлинил на час. Час провёл в библиотеке. Она в воскресенье до четырёх работает. Час провёл в олимпийской деревне. Здесь сегодня оживлённо. Церемония награждения велосипедистов-шоссеров, викторины в секции спонсоров, презентация японского города Кансаи, где пройдут следующие игры, и, конечно же - деревня маори. В последней настоящее столпотворение. Концерты с бубнами и плясками, продажа товаров народной медицины, обучение резьбе по дереву и плетению циновок из листьев осоки, маорийский массаж и татуаж. Не знаю, перманентный или постоянный, но некоторые участники нанесли себе и на лицо. Час прошёл незаметно. Ничего не выиграл в викторине от Volvo, но зато поменял свой проездной, которым ненароком воспользовался в скайбасе и он у меня заблокировался.
  Вторая квартира расположена в северной части Окленда. На автобусе тридцать минут езды от Бритомарта. Вокруг парки, в пятистах метрах залив Sunset с пляжем. Непривычно после городской суеты. Хоть Окленд довольно спокойный город, да и с хозяином мне повезло, но вчера заснул лишь после часа из-за рок-концерта в ночном клубе в доме напротив. Здесь же наш кондоминимум граничил с парком Шеферд и спорткомплексом Бичхэвен. В парке я уже бывал накануне и он мне понравился из-за красивых деревьев и необычных гигантских папоротников.
  - Привет, Слава. Я - Крис! - протянул руку невысокий молодой человек, внешне напоминающий малазийца. Он взял мой чемодан и провёл меня на второй этаж, где располагалась его трёхкомнатная квартира, именуемая юнитом. Я стоял в нерешительности у порога, так как не знал, на каком этапе следует снимать обувь. Уже в белоснежном подъезде чистое ковровое покрытие. Решил, что надёжнее перед порогом апартаментов.
  - Вот твоя спальня, - показал он мне довольно просторную комнату, где почти всё, как и в квартире, было белым-бело, кроме светло-серого ковролина и телевизора. "Почему же они так чисто живут? Ведь белый цвет такой непрактичный... И почему они не моют полы?" - подумал про себя. Лишь в ванной комнате и на кухонном пятачке, расположенном в центре гостиной имелась плитка.
  - В этой комнате я живу с девушкой... - продолжал Крис, - в этой француженка... Вот кухня, ванная, туалет. Стиральная машинка без сушки, извини. Порошком пользуйся. Вот место для твоей бакалеи, - показал он полку в шкафу. Здесь соль, сахар, чай, кофе, макароны. Смело бери, что надо. Будешь кока-колу?
  - Спасибо, не пью.
  - Вот тостер, СВЧ, здесь хранится наша посуда. Сюда мусор выбрасывай. Утром я выношу его.
  Он провёл краткий инструктаж по кухне, бытовой технике и электронике. Напоследок вручил отпечатанную методичку с правилами дома, из которых следовало: "не есть после полуночи, оставлять обувь перед домом, соблюдать чистоту и мыть посуду после себя, экономить свет и воду, не готовить "тяжелую кулинарию". В отношении кранов, я заметил отсутствие привычных для меня смесителей. Вместо них имелся разделитель холодной и горячей воды, или попросту два крана. Однотипные кнопочные выключатели света и электрические розетки с включателями в третьей квартире подряд и в местах общего пользования навели на мысли, что они одинаковые во всей стране. В целом же я остался доволен. Особенно открывающимся видом из панорамного окна на кроны деревьев, журчащую внизу речку и доносящимся пением птиц.
  Жильё было подешевле и попроще предыдущего (1200 руб. за ночь), но мне хотелось на неделю исчезнуть из урбанизирующей среды. В тишину, чтобы ничто не отвлекало перед стартами и можно было тренироваться на природе.
  Переодевшись, убежал в спортивный центр Бичхэвен. Четыре футбольных стадиона с идеальными изумрудными газонами, на которых гоняли мячи мальчишки из соседних дворов. По периметру тропа для бегунов и велосипедистов. Тут же уличные тренажеры, туалеты, душевые, питьевые фонтанчики. К спорту отношение у новозеландцев довольно трепетное. В центре города встречаются беговые дорожки, некоторые с тартановым покрытием, промаркированы, с указателями. И они не пустуют, особенно в утренние и вечерние часы. И сегодня я составил компанию этой беговой братии и попутно наблюдал за фантастическими красками закатного неба. Вроде бы и у нас так, да не совсем.
  Вечером, вопреки письменным "запретам на тяжёлую кулинарию", пожарил себе бифштекс и испёк шарлотку из новозеландских яблок. Дважды сработал датчик дыма в спальне, и пришлось увеличить мощность вытяжки.
   Вроде бы нехитрые блюда, но вкус получился иной. Впервые в моей шарлотке яблоки не развалились в тесте и остались цельными, хоть я и покупал самые дешёвые по доллару за килограмм. И тесто поднялось, как надо, хотя взбивал вручную. Да и мясное блюдо таяло во рту, хоть у меня специализация лишь по десертам. Я уже не говорю про вкус картошки, с клубнями в полкило каждый!
  
  
  Зоопарк, парк West Springs и музей Мотат
  
  Как же приятно проснуться не от грохота трамваев, не от сигналов торопящихся и стоящих перед светофорами водителей, а от пения птиц за окном, от свежего приморского воздуха из открытого окна, от солнечных лучей... Наверное, такое бывает только на отдыхе. Невозможно сочетать несочетаемые вещи.
  Завтра вечером первый старт. Мои товарищи по сборной сказали, что будут все дни проводить дома. Это необходимо для настроя и хорошего результата. И я с ними согласен. Но когда ещё во второй раз приедешь в Окленд? Поэтому решил отправиться в музей техники и самолётов - Motat museum, что расположен по две стороны от зоопарка.
  Окленд, наверное, самый малоэтажный город-миллионер, и, пожалуй, самый зелёный из виденных мною, так как в каждом дворе что-нибудь, да растёт. У патриотов красуются трёх-пятиметровые папоротники с флагштоками, у других - цветущие магнолии и монстеры, юкки, фикусы и прочая экзотика. Огородов и парников не встречал, а вот количество парков на душу населения здесь превышает мыслимые значения.
  - Девушка, как пройти к зоопарку? - спросил я у девушки-бегуньи в парке Виктория. Она остановилась, сняла наушники и с удивлением на лице прокомментировала:
  - Это далеко отсюда. Но если очень хотите, идите вон в ту сторону, - показала она направление движения.
  Мне собственно это и было надо. Я уже привык к тому, что при кажущейся деревенистости расстояния между объектами довольно приличные. Поэтому сел в подъехавший автобус и двадцать минут наблюдал из окна за одноэтажным городом, разбавляемым скверами, деревянными церквями и мелкими магазинчиками. Здесь почти не ходят пешком.
  - Остановка Мотат. Выход к зоопарку, - прокомментировал водитель автобуса.
  - Thanks, driver!
  - Bye-bye! Have a nice day! - сказал он мне на дорожку.
  Музей транспорта состоит из двух частей, расположенных на расстоянии полутора километров друг от друга. В этой части города сохранили в первозданном виде трамвайные пути и вековой давности вагончики Springs Tram, которые бегают между зданиями музея, зоопарком и лесопарком Western Springs. Билет в одну сторону стоит один доллар и очевидно, что это самое дешевое платное развлечение горожан. Костюмы вагоновожатого и водителя, ретро-интерьер с лакированными деревянными лавочками и медными поручнями, неспешный ход, как будто переносят в прошедшее столетие.
  - Остановка Мотат два! - сказал контролёр и подтвердил ударом в медный колокольчик, - желаю хорошо провести время!
  В кассе поставили штамп в мой проходной pass, вручили карту музея и пропустили вовнутрь. Мне показалась, что экспозиция рассчитана на семьи с детишками и подобные музеи есть в каждой европейской столице. Где-то их называют музеи науки и техники, где-то музей ретро-автомобилей и самолётов. Занятно конечно посмотреть, как покоряли Южный Полюс или как развивалось самолётостроение в Новой Зеландии, вспомнить основные законы физики, но не более того. Изюминки я не обнаружил и направился в соседний лесопарк с озёрами-болотцами, папоротниковыми зарослями, пугливыми зайцами и быстро бегающими за редкими посетителями в поисках хлеба чёрными эндемичными индюшками, которых маори наименовали такахе. Не верилось, что находишься в центре города и где-то неподалёку есть паркинг, оживленное шоссе и построены бетонные коробки. Я подумал, как же надо любить природу, чтобы так щедро воссоздавать её подобие в местах, отнюдь не предназначенных для этого, где каждый квадрат земли может приносить миллионы прибыли.
  Зоопарк я обычно посещаю в каждом городе, где бываю. По отношению к братьям нашим меньшим можно догадаться, как горожане относятся друг к другу. Мне показалось, что оклендским животным было весьма комфортно, так как им организовали условия, приближённые к естественным, и в их взглядах отсутствовала коммунальная затравленность. Обезьянам - джунгли с пальмами и лианами, слону и жирафу - сафари, птицам - полуоткрытые вольеры, тигру - кусочек тайги, красной панде - бамбуковые заросли, крокодилу - настоящее болото с лягушками, тасманийскому дьяволу - вероятно то, откуда он родом. В зоопарке расцвели многочисленные диковинные растения, от чего он был похож скорее на ботанический сад. Тут же на территории располагалась ветеринарная клиника, и через прозрачное стекло можно наблюдать за её устройством и работой медицинских работников, а также посредством стендов пройти ликбез по болезням животных и птиц.
  
  
  День Защитника Отечества
  
  Он называется Anzac day и его отмечают 25 апреля в двух странах - Новой Зеландии и Австралии. Эту дату приурочили к высадке автралийско-новозеландского десанта на турецких берегах во времена Первой Мировой войны. Именно в этот день армия стран понесла самые большие потери во всех войнах. Считается, что это глобальное поражение привело к самоосознанию нацией своей идентичности. О приближающемся празднике стал замечать ещё за неделю до него. На выходе из метро, у торговых центров и в городских парках появились люди в военной униформе, раздающие значки в виде красных маков. К ним подходили граждане, кто-то вносил пожертвование и получал красный мак в качестве подарка. Затем мне попадались маленькие белые кресты с табличками погибших и теми же красными маками. Между ними по зелёным газонам расхаживали чайки. Почти в каждом районе города жили погибшие солдаты и офицеры.
  Вечером я познакомился с водителем автобуса. Бывший педиатр, бывший капитан-лейтенант, бывший судовой врач. Мы ехали на последнем в этот праздничный день автобусе, и он рассказывал мне о Новой Зеландии и о том, почему он сбежал из Донецка в 1989 году.
  - Ты знаешь, Слава, у них всё не как у нас. Всё наоборот. У нас отмечают победы - а у них поражение. А в честь генерала Гамильтона, который командовал этой разгромной операцией назвали город неподалёку от Окленда.
  - Юра, а почему ты не стал работать врачом? Мои оклендские коллеги говорили, что у них дефицит специалистов и страна нуждается во врачах.
  - Я честно пытался, и меня также убеждали, когда я оформлял документы на переезд, что буду работать по специальности. Ведь это, казалось бы, несложно. Сдать четыре ступени и языковой экзамен. За каждую платишь четыре тысячи. Проваливаешься, деньги не возвращаются. Затем ещё три года учишься. Я видел, что конкурс сто человек на место и это меня не останавливало. Ведь сейчас я получаю двадцать два доллара в час, а врачи зарабатывают в десять раз больше. Это не как у нас в Союзе. Это пропуск в клуб миллионеров. Их знают по именам, не то что по фамилиям. Лишь пять лет назад я узнал истинную причину, что не так. Мы выпили пива с бывшим лётчиком-испытателем из АКБ Сухого, который работал электромонтёром и был женат на племяннице одного чиновника. И я спросил у него, что, ты не смог пройти конкурс в эту авиакомпанию New Zealand при таких-то связях? Он ответил: Юра, знаешь, почему ты здесь не врач? Потому, что на всю страну должно быть только четыре русскоговорящих врача. Эта квота, которая устанавливается консулом Окленда. Нас здесь мало. И кем бы ты ни был у себя на родине, здесь ты будешь тем, кем будешь нужен им. Но ты знаешь, Слава, я счастлив жить в этой зелёной и свободной стране. Я провёл в Австралии два года. Там, говорили, легче стать врачом. И там коррупция, змеи, пески и грубые люди. Там тебе не улыбаются при встрече. Но здесь я кручу баранку, а какой-то старик, которого я вижу в первый раз, снимает шляпу и улыбаясь здоровается со мной.
  - Спокойной ночи, водитель.
  - Спокойной ночи, - отвечал Юра им вслед.
  
  
  Соревнования
  
  За чередой впечатлений незаметно приблизился первый день старта. Организаторы даже к моему виду подошли нестандартно. В мире нет такой дистанции в спортивной ходьбе, как 1500 м. Здесь есть. И на ней мне предстояло выступать поздним вечером в День Защитника Отечества. С волнением и тремя пересадками добрался к стадиону Trusts Arena, что в западной части города. Российские легкоатлеты прилетели довольно внушительной командой - шестьдесят человек. И в спортивной ходьбе выступило полтора десятка. Конечно, это не чемпионат мира и здесь нет командного первенства, а в случае победы не играет национальный гимн, но у всех стоял вопрос - надевать или нет национальную форму, и как к этому отнесутся организаторы. Ведь запрет ИАФФ ещё не снят. Организаторам было всё равно, и они методично делали свое дело. Регистрировали, строили, комплектовали забеги, вывешивали протоколы. Всё своевременно, точно, без шума и суеты. Спортивные праздники для них видимо отлаженный механизм. Внушительное количество волонтёров, множество тентов, бачки с питьевой водой, душевые кабинки. За пятнадцать долларов можно сделать пятнадцатиминутный массаж, за сто долларов получить консультацию спортивного психотерапевта.
  Удивило, что в такой технологичной стране не нашли электронных чипов и по старинке имелись счетчики кругов. Притом, что в нашем заходе стартовало тридцать два человека, не удалось избежать путаницы при фиксации финиша. И ходока из Перми попытались лишить серебряной медали. Ну а я стал чемпионом, как в абсолюте, так по группе М45. Как на дистанции 1500 м, так и спустя двенадцать часов на 3000 м. Нас довольно оперативно награждали. Каждому победителю на церемонии награждения вручали позолоченную медаль и кепку с надписью "gold medalist" под зрительские овации и фотовспышки. Тепло, душевно, радушно.
  
  
  Остров Рангитото
  
  Совсем недавно я не знал о нём ничего. Гуляя в порту, обратил внимание на морские круизы. Спросил у кассирши, где покрасивее. "На первом месте остров Вайхеке. На втором - Рангитото" - ответила она. Из Википедии узнал, что остров образовался шестьсот лет назад после извержения вулкана, который вытолкнул из недр двадцать кубокилометров вулканической лавы. И сейчас его конусовидная форма, покрывшаяся зеленью, является символом города.
  В будние дни туда всего два рейса. Выбрал тот, что пораньше. В стране на ряд услуг действует тариф "ранняя птичка", который позволяет немного сэкономить для тех, кто рано встаёт. Понаблюдал за набережной. В восемь утра она уже кипит. Машины, туристы, спортсмены, нередкие велосипедисты. На электронном счётчике их за сегодня проехало почти четыре сотни в одну сторону.
  Девушка-боцман и контролёр билетов просит пассажиров при посадке почистить обувь. Тут же табличка, которая призывает оберегать уникальный лес острова от болезней, передаваемых подошвами. На бесплатной карте Рангитото - приложению к билету не менее интересные запреты: "Нельзя привозить с собой муравьёв, ящериц, собак, семена, а также еду в открытых пакетах".
  И вот уже порт исчезает из вида. Лишь шпиль серебристой телебашни выступает надёжным компасом. В хорошую погоду её видно на расстоянии тридцати-сорока километров. Промежуточная остановка в Девенпорте. Это последнее место, где можно запастись водой и провиантом (за исключением судового бара), так как в заповеднике продажа чего бы то ни было запрещена.
  Через тридцать минут упитанные девушки-матроски в шортах и массивных крагах сбрасывают швартовочные канаты и выдвигают трап. Все пассажиры выходят. Кто в пеший поход, кто в сидячий. Последних поджидает японский трактор и колоритная тележка. С острова уплывают лишь два бородатых ковбоя с большими тюками. "Наверное, это охотники на опоссумов", - подумал про себя, так как на острове множество деревянных ловушек для этих зверьков, которые пожирают корни железных деревьев.
  Никого из обслуживающего персонала на пристани нет. Карты, пояснения, расписание, телефон морского такси, деревянный навес и единственный туалет. Ночевать, разбивать костры и ставить палатки, а также перемещаться на велосипедах запрещено. Я бы назвал Рангитото - остров запретов. С 2008 года здесь запрещено проживать. Государство обвинило полторы сотни семей в неправомочном захвате земель сто лет назад и экстрадировало их в урбанизированную среду. Сотню домов снесли, из оставшихся сделали ухоженный заповедник с поясняющими табличками: "Так жили люди". Эти деревянные дома спрятаны в кронах деревьев и скал в прибрежной полосе и иногда складывалось впечатление, что на острове взорвалась АЭС, так как весь скарб островитян остался на месте. Шторы в Новой Зеландии, как и на её прародине (Голландии) не в моде, поэтому можно гулять по чужим, условно говоря, дворам и заглядывать в окна. Кто-то разложил столовые приборы, кто-то не дописал письмо, кто-то повесил сушиться белье. В каждом хозяйстве лодка, качели, летняя веранда, душевая кабина и туалет с выгребной ямой. Отопление - печное, электричество - из керосиновых дизелей, водопровод - из горных источников. Мусор рангитотовцы, судя по описанию, отвозили на соседний остров Девенпорт, откуда же привозили и продукты питания с одеждой. Видимо, аборигены всё же скучают по своим домам, так как я встретил множество объявлений: провожу экскурсию, рассказываю о жизни. На деревянных лавочках мемориальные таблички, напоминающиеся кладбищенские: "Здесь жил Марк. Пусть земля ему будет пухом..." И хотелось бы присесть, но сто раз подумаешь об этом.
  Прогулявшись по поселку, отправился к кратеру вулкана. Он сравнительно небольшой, всего двести шестьдесят метров высоты. К нему ведут почти все туристические тропы, и заблудиться невозможно, так как повсюду указатели. Есть также каменистые дороги, которые проложили каторжане. Но интереснее, конечно, пробираться по горным тропинкам по мавровому лесу и наблюдать, как испаряется роса от набирающего силу утреннего солнца. Мхи и растения покрыли почти девяносто процентов вулканической породы. Остались лишь кусочки лысой лавы, которые подтверждают происхождение острова. В который раз жалею, что в школе нам мало преподавали ботанику, а во взрослой жизни всё недосуг, так как голова теряется от увиденного. Вспоминаются лишь надписи на табличках в ботанических парках. Казалось бы, много уже видел диковинных мест, но здесь действительно удивляешься. Стоит остановиться, чтобы снять в кадр какой-нибудь лишайник, как у ног оказывается выводок каких-нибудь куропаток, или замечаешь, как тебя изучает какая-нибудь новозеландская сойка с расстояния вытянутой руки. Птицы здесь себя чувствуют полноправными хозяевами, и, видимо, сотня туристов в день их совершенно не смущает, так как новозеландцы люди добрые и чем-нибудь, да покормят.
  В лесу, сидя в тени пятиметрового нестриженного папоротника, покрывшегося мхом и лианами, забываешь о благах цивилизации и кажется, что перенёсся в доисторическую эру. Лишь эпизодический гул частных самолётов, барражирующих над заливом, напоминает о дне текущем.
  Из обязательного, что можно сделать, - это подняться на обзорную площадку, где в годы второй мировой войны был наблюдательный пункт, посмотреть остатки фортификационных укреплений, ведь на острове было хранилище мин, и при хорошей погоде полюбоваться панорамой. Телевышка в окружении небоскрёбов, мини-вулканы Девенпорта и, конечно же, причёсанный изумрудным газоном остров-вулкан Браунс. Я подумал, что странно, почему на одних островах растут деревья, а на других только трава. Ведь земля то, по сути дела, одна и та же. Наверное, это дело рук человеческих.
  Последний корабль в пятнадцать тридцать привозит на остров всё тех же двух бородатых длинноволосых ковбоев, но без мешков, и забирает уставших туристов. Одного дня для Рангитото мало. Тем более что с ним соседствует второй остров с таким же сложным названием и с одного на другой можно прогуляться по природному мосту.
  
  
  Отъезд из Окленда
  
  Немного грустно расставаться с городом, к которому привык за прошедшие две недели. Вчера завоевал третью медаль на пяти километрах. По случаю завершения соревнований посидели с атлетами из Перми, Таллинна и Алма-Аты на природе у реки, наблюдая, как бегают по кустам местные птички киви.
  Не знал ещё, можно или нет лёжа под соснами распивать новозеландское вино из пластиковых стаканчиков. В стране строго с алкоголем. Заметил множество магазинчиков под названием Liqour, где продаётся спиртное, и сегодня впервые познакомился с одним из них. Везде ограничение по возрасту 25+. Если один из вашей компании моложе выглядит или находится нетрезвым, то вы уйдете с пустыми руками. Разные пути привели нас в Новую Зеландию, как поётся в недавнем клипе про космическую пыль, забросившую нас в эту далекую страну на широте Ашхабада, но с обратной стороны Земли.
  Потом сходил в магазин за покупками. В аутлете New Balance продавец вспомнил, что я заходил к нему неделю назад. Поинтересовался моим выступлением, что я увидел, где побывал. Я подумал, что у него нескучная работа. Продавать товар и обогащаться впечатлениями. Не заметил здесь скучающих продавцов, с каменными лицами, читающих или уставившихся в дисплеи смартфонов. Говорят, что связь в стране очень дорогая и, вероятно, принято экономить.
  - Приедешь ещё к нам?
  - Не знаю. Как сложатся обстоятельства.
  Вечером приготовил ужин для нашего общежития. Крису понравились картофельные драники (я их назвал на английском "картофельные блины") и овсяно-яблочный пирог, и он записал их рецепты. От русской водки он отказался, говорит, что быстро краснеет и плохо переносит алкоголь. Разговорились об Окленде, странах, политике, ценах, жизни. Рассказал, что устал он в Новой Зеландии, и что я его последний клиент на сайте airbnb. Его родина Сеул, родители живут в Атланте. Он прожил в Окленде двадцать лет. Собирается закрыть свой бизнес и переехать в США. Посетовал на здешнюю дорогую жизнь, высокие налоги и цены, низкую зарплату (он работает представителем автобусной компании и занимается недвижимостью).
  - Ты, как врач, меня должен понять, Слава. Четыре года подряд я посещал психиатра. Депрессия. Сам не знаю, от чего. Раз в месяц приходил к нему. По страховке бесплатный приём пятнадцать минут. Что за это время можно сказать? Не моя эта страна, не моя... А тебе где больше жить нравится?
  - Мне импонирует то место, где я живу. Отдыхать семьей любим в Крыму или на Сицилии. Природа, цены, продукты питания, доброжелательность. Впечатлила же Япония. Новая Зеландия чем-то похоже на неё, недаром здесь так много японцев и японских магазинов.
  - Чем?
  - Технологиями, удобством, сервисом, людьми, которые не знали ни слова на английском, но стремились помочь и понять меня. Такого внимания к мелочам жизни я не встречал больше нигде.
  - А Южная Корея?
  - Что ты, Крис! Мне показалось, что они стремятся быть похожими на японцев, но очень далеки.
  "Человеку всегда будет чего-то не хватать... - подумал про себя, - идеального места не существует". Как, например нашей третьей соседке по юниту худощавой Реми - молодой парижской камбоджийке - не достаёт настоящего французского бри и камамбера, магазинов Texier и Longchamp, свежих ароматных багетов по утрам в уютных кафе, и она считает месяцы до сентября, когда закончится контракт с работодателем, чтобы вернуться в Париж.
  Накануне онлайн купил билеты на автобус до Роторуа (почти в два раза дешевле, чем в кассах). Этот маленький городок - центр термальных источников - находится в двух сотнях километрах к югу от Окленда. На сайте booking.com забронировал отель на три дня. Интересно же, как живут здешние гейзеры. Всю ночь и весь день шел дождь. Осень напомнила о себе. Но луж нет, и никто не сидит по домам. Даже слышно через окно, как детвора тренируется на футбольном стадионе.
  - Тебя подвезти? - написал Крис в мессенджере.
  - Спасибо! Я доберусь на автобусе.
  Но он приехал и повёз меня на серебристой Тойоте в Даунтаун. Только сейчас понимаю, как легко стало говорить на английском. Обо всём. О родителях, которые управляют жизнью Криса, о его здоровье, о моей семье и о странах нашего ближнего Зарубежья.
  - Завидую я тебе, Слава. Ты - свободный человек, живёшь в большой красивой стране и многое повидал... Живёшь, как хочешь. А я всегда думаю, что скажут мне мои родители. Что я должен зарабатывать, считать каждый цент, думать о богатстве и копить, копить... Приедешь ещё в Новую Зеландию?
  - Не знаю, Крис. Здесь красиво, чисто, но дороговато по нашим меркам. Лишь яблоки с фейхоа здесь дешевле, чем в Москве. Если будет оказия, то с удовольствием прилечу ещё раз.
  Автостанция Intercity находится у телебашни. Её зелёный фасад ярко выделяется на Хосвудроад. Здесь немноголюдно и пассажиры часто меняются. Три-четыре бомжа периодически проверяют глазами, не зевает ли кто. Внутри есть камеры хранения за шесть и десять долларов в сутки. Работает кафе и магазинчик товаров в дорогу с обслуживающими его китайцами.
  Полтора часа ожидания на автовокзале прошли довольно быстро. Вскоре комфортабельный автобус припарковался у перрона. Водитель самостоятельно уложил наши чемоданы в багажный отсек. Проверил, чтобы на всех были бирки. Затем по списку впустил пассажиров в салон, который заполнился лишь на треть. Объявил в микрофон, что его зовут Джерри, что в пути работает бесплатный wifi и туалет, и что ехать нам вместе предстоит три часа. Сказал, чтобы мы наслаждались прекрасными видами из окна, а кто будет спать - не забыл бы пристегнуться ремнями безопасности. И действительно, пока не стемнело, я любовался вечнозелёными холмами, усыпанными русыми овечками и аккуратными полями с пасущимися брюнетистыми бурёнками в окружении низких облаков. Вспоминалась далёкая зелёная Голландия, с такими же полями, только коровки был пятнистые, да гор не было. Шоссе идеальное. Дома сплошь одноэтажные. Периодически шофёр комментировал достопримечательности за окном и интересовался комфортная ли температура воздуха в салоне. Удивительно, что он не включил шансон или какую-нибудь местную радиостанцию. За час до прибытия сообщил, что мы опаздываем на тридцать минут из-за крупной аварии на дороге. Приехав на автостанцию, драйвер выгрузил наши сумки с чемоданами, порекомендовал воспользоваться такси и пожелал хорошего отдыха.
  И вот я на новозеландском курорте. Ощущение, что в немецком Баден-Бадене или в чешских Карловых Варах, только нет выходцев из Африки. Стильно и современно, провинциальности ни грамма. Даже здание автостанции в стиле фахверк, совмещенное с туристическим центром, напоминает местный музей, который видел пока только на картинках. Я живу на улице Фентон. Это главная центральная магистраль. По пути в мотель "Четыре каноэ" встречаются магазины сувениров, велосипедов, товаров для бэкпакеров, три супермаркета и множество мотелей. Как правило, все предлагают минеральные бассейны, бесплатный интернет и экскурсии. Чем дальше от центра города, тем ярче запах сероводорода. Головой понимаю, что это вероятно, полезно, но обонятельные рецепторы пока не привыкли.
  Девушка-индианка с ресепшена попросила назвать мою фамилию и уточнила, чем буду расплачиваться. Добавила, что с карточек удерживается комиссия в полтора процента. Провела краткий инструктаж по работе бассейна, кухни, ближайшим магазинам и выдала мне пластиковую ключ-карту и адаптер для розеток. Конечно, мотель имел весьма затрапезный вид и жители преимущественно неевропейской наружности, но я и выбирал ночлег подешевле. Зато в номере обнаружил батарею центрального отопления. Притом, что на улице комфортные плюс четырнадцать. Две двуспальные кровати, холодильник, телевизор, фен, чайник, к которому прилагалось чай, кофе, какао, молоко, печенье.
  С дороги проверил зону спа. Под открытым небом располагалась два небольших бассейна с тёплой пахучей водой и внутренней подсветкой дна. Дождь так и не прекратился, и это придавало ночным процедурам некую романтичность, тем более что желающих больше не оказалось.
  
  
  Роторуа
  
  Осень вторые сутки напоминает о себе проливным дождем. Выходить на улицу крайне не хочется. Вчерашний десятиминутный поход в ближайший супермаркет закончился тем, что я снизу до пояса полностью промок. Верх спас зонт и куртка. В десять решился. Тем более, что по прогнозу дождь должен утихнуть к десяти часам. И, правда, акувэдэ не соврало, и я любуюсь отмытым осенним городишком. Где-то платаны вздернулись жёлтым, где-то японские клёны покрылись багрянцем. Всего двести километров на юг, а природа и климат изменились. Вдвойне непривычно, что на юге холоднее чем на севере, и что в конце апреля здесь уже глубокая осень. Про себя подумал, что теперь буду с уточнением задавать вопрос: "Какие весенние месяцы вы знаете в Северном полушарии?"
  Планов особенных нет. Гулять, пока не надоест. Фентон-стрит состоит из полутора тысяч домов. Традиционно одноэтажных. Кажется, что такое количество мотелей пятидесятитысячному городку просто не осилить, но признаков запустения нет. Видно, что курорт популярен не только у киви, но у китайских трудящихся, которые с термосами, камерами, моноподами, как школьники выбегают из автобусов, щебечут и фотографируют всё подряд. Вот и у термального парка Вакареварева несколько малоорганизованных групп активно завладевают пространством.
  "Стоит ли составить им компанию и идти смотреть на местную гордость - гейзер Похуту?" - подумал про себя и прошёл мимо. Гейзер я увидел в щель забора и ничего примечательного в нём не заметил - решил сэкономить пятьдесят два доллара. Говорят, что он выбрасывает пар на высоту в тридцать метров, но не сегодня. Тем более, что следы геотермальной активности видны повсеместно. Кажется, что окружающая местность закипает, так как везде клубятся маленькие фумаролки или бурлят грязевые лужицы. Южнее парка гейзеров обнаружил тропу для трейла вдоль колоритной горной речушки, скрытой в тени древовидных папоротников. Накрапывал тёплый дождик, но это не могло остановить меня, так как здешняя природа даёт вдохновение. Временами кажется, что ты находишься на плато из книги Артура Конан Дойля "Затерянный мир" и из-за папоротника сейчас выбежит небольшой стегозавр.
  Так дошёл до широкой поляны перед лесом Redwings. Ничего о нём не знал, но подумал, что поход часа на три-четыре могу себе позволить. Выпил для тонуса чашку шот блэк в фургончике у пункта проката горных велосипедов. В меню проката есть хардтейлы, двухподвесы и детские. Залог не требуется. Цена от тридцати пяти долларов за два часа. Тут же душевые кабинки. Соблазн большой, но ночью ныло колено и на мне джинсы. Заметил, что у горожан велосипедные прогулки в этот воскресный день пользуются большой популярностью. В минус велосипеда можно отнести то, что при большем охвате - меньше замечаешь деталей.
  Поэтому я наслаждался неспешной прогулкой под сенью новозеландских сосен, которые заметно больше наших сибирских. Говорят, что и растут они в два раза быстрее, чем в Северном полушарии. Периодически встречались велосипедисты, которые с улыбкой на лице приветствовали меня "Хай", и я отвечал взаимностью. Когда же я останавливался, чтобы свериться с картой, то ко мне подъезжали и интересовались "Всё ли в порядке?" Для них здесь раздолье. Шесть видов трасс в зависимости от сложности. Да и туристы могут сходить в поход с ночёвкой на сорок километров и ограничиться часовой прогулкой. Также есть тропинки для верховой езды и горожане вывозят лошадок в фургонах, чтобы прокатиться по просторному лесу. Одно из распространенных объявлений: "Вы сейчас дышите свежим лесным воздухом. Пожалуйста, не курите!".
   Дождь прекратился, моментально прояснилось небо, и капли воды отсвечивали в буйной листве неизвестных мне деревьев, на шляпках мухоморов и вездесущих гигантских папоротниках. Не зря это растение считается символом Новой Зеландии. Я лакомился остатками лесной ежевики и выискивал фотографические пейзажи.
  Через три часа ноги привели меня к популярному у китайских трудящихся туристическому аттракциону Tree road. За двадцать пять долларов можно погулять между деревьями на высоте десяти-двадцати метров. На этой круговой "тропе" установлены скамейки для отдыха, обзорные площадки и указатели. Но я решил, что мне достаточно и ушёл в Правительственный Сад. Это место, правда, не является исключением, но мне удавалось подыскать ракурсы без лиц с моноподами.
  Здесь я увидел образцовый газон. Конечно, вся страна - это образец для подражания садовникам мира. Но здесь был травяной ковёр, на который нельзя наступать. Вокруг него были установлены лавочки для созерцания дела рук человеческих в симбиозе с природой.
  На втором месте в регионе - это гейзеры. И сад не является исключением. В окружении расписных деревянных истуканов - идолов народа маори - они потихоньку пыхтели и источали земной аромат. Бизнес изловчился и открыл тут популярную у народа купальню под открытым небом с видом на озеро Роторуа - Полинезийские спа. Временами казалось, что ещё чуть-чуть - и она загорится, так как почти вся была окутана белой дымовой завесой.
  Ну и, конечно, визитная карточка города - музей, построенный в непривычном для здешних мест стиле "фахверк". В окружении пальм и сосен, на фоне широкого газона с фонтанами он величественно возвышался подобно дворцу богатого немецкого бюргера с башнями, витражными окнами, шпилем и резными украшениями. У его стены коршун на специальной деревянной подставке поедал цыпленка, и для меня остался загадкой этот ритуал.
  Тридцать километров за день. Роторуа - это город для прогулок! Недаром здесь в марте проводится трёхдневный фестиваль ходьбы, в котором принимало участие двадцать тысяч любителей подобного отдыха или спорта. Вечером отдыхал в бассейне отеля и впервые наблюдал за здешним небом, пытаясь обнаружить знакомую с детства Белую Медведицу и Млечный путь. Но, увы, как я не применял правила латерализации, так и не нашёл. Видимо, плохо у меня с отзеркаливанием. Две недели в стране, а до сих пор при переходе дороги вначале смотрю налево.
  
  
  Вайотапу (Waiotapu)
  
  Как провести Первомай и день накануне отъезда из страны в Роторуа? Надо что-то такое, чтобы запомнилось, и чего никогда не видывал. Накануне в i-site рассмотрел на картинках и рекламных проспектах все достопримечательности здешних мест и решил, что долина гейзеров - то, что надо! Мне понравилась такая концепция: автовокзал, совмещенный с туристическим центром, придорожным кафе, душевыми кабинками, камерой хранения багажа (5$), пунктом обмена валюты и комнатой отдыха. Работает все семь дней в неделю без выходных. Конечно, цены на здешние экскурсии кусаются. Но что поделать? Уж одну поездку можно себе позволить. Ведь это же не искусственный Хоббитон и не червячки-светлячки в пещерах. Это - сила земли. Люди специально за ними на Камчатку и в Исландию летают. А тут в тридцати километрах находятся!
  День выдался солнечным и прохладным. Наверное, это бабье лето, судя по паутине. Уже со здешних берёз листва вся слетела и лишь клёны да платаны держат цвет и радуют глаза. Конечно, 1 Мая в Новой Зеландии не празднуют и в этот понедельник всё открыто. В принципе, и вчера основные супермаркеты работали с шести утра до полуночи и дефицита чего-то я не испытывал. На автовокзале суетно. Туристы с рюкзаками и палатками, спортсмены с завершившихся накануне всемирных игр да редкие горожане. Чистота везде. Даже в общественном туалете, где наблюдал сцену, как босоногий мужчина маори подбривал бороду после утреннего душа.
  В девять часов подъехал микроавтобус с водителем, по совместительству экскурсоводом. За свои услуги он взял половину стоимости путевки и щедро отрабатывал. Шутки-прибаутки с обучением тарабарским словам и сплочением нашей небольшой интернациональной команды из семнадцати человек. Чили, США, Бельгия, Алжир, Австралия, Великобритания, Бельгия, Гонконг, Россия и ни одного местного туриста. Как принято, в дороге он пересказывал скучные данные из Википедии и травил местные анекдоты, которые обычно забываются сразу после прослушивания.
  Через тридцать минут он пприпарковался, и мы вышли на осмотр двух больших грязевых булькающих луж. Я с нетерпением посматривал на часы, так как время неумолимо приближалось к началу сеанса гейзера Леди Кнокс. Ежедневно в 10:15 он показывал представление с выбросом струй воды и пепла на высоту двадцать-тридцать метров. За пять минут не сдержался и уточнил:
  - Сэр, Леди Кнокс скоро начнется. Мы успеем?
  - Не переживай, парень! Успеешь.
  И за минуту до начала он подвёз нас к смотровой площадке именитого гейзера, в деревянном амфитеатре которого уже собралось пару сотен туристов. Строго по времени возле полутораметровой каменной горки с небольшой фумаролкой появился маориец, который подобно фокуснику бросил в его жерло пакет. "Вероятно, с карбидом", - подумал про себя. Тем временем он не думал убегать, а начал воодушевлённо рассказывать историю данного места и сыпать научно-популярными фактами. Народ с приготовленными объективами техники откровенно скучал. Через пятнадцать минут торжественных речей он вскрикнул: "Киа ора!" и сказал, что сейчас начнется. Через пять минут ничего не началось, и он повторил фокус с карбидом. Увы, гейзер молчал. Тогда полноватый мужчина стал выкрикивать заклинания предков, постукивать по камням, потанцевал, попрыгал, сделал селфи, сидя на гейзере, заглянул в его жерло, но тот никак не реагировал. Лишь на двадцатой минуте из него потекла пенистая жидкость, что напомнило мне, как медленно сбегает молоко из кастрюли. Но зрители ожидали большего и видно, что гид находится в нерешительности: идти ли за третьей порцией карбида или подождать. Лишь через тридцать минут из недр Земли поднялся в воздух на высоту приблизительно метров двадцать фонтан из грязи, пара, горячей воды, который хорошенько обдал всех собравшихся. Это было и комично, и завораживающе, и одновременно поэтично. Зелёные сосны, синее небо на дальнем фоне, крутящийся белый гейзер и радуга из термальной воды в шаговой доступности.
  Затем водитель подвёз нас к входу в термальный заповедник, выдал по входному билету, карте-путеводителю и сказал, что в нашем распоряжении есть полтора часа. Ровно в половину первого он отправится в Роторуа.
  На карте было отмечено три маршрута, которые ранжировались по расстоянию и времени, необходимому для осмотра. Я выбрал максимальный на три километра - Walk 3, который рассчитан на семьдесят пять минут и включал в себя двадцать пять основных достопримечательностей. Сульфатная пещера, Картер Инферно, Птичье Гнездо, Кратер Радуга, Бассейн Опала... Голова кружилась, то ли от увиденных природных красок, то ли от запахов сероводорода. Казалось, что здесь в долине художник разлил краски. В Ванну с шампанским красную, в Ванну Дьявола - жёлтую, а в озеро Нгакоро - зелёную и вдобавок поджёг эти водоёмы! Ведь температура воды в них была под сто градусов, и мне стало жаль ворону, которая вероятно что-то хотела съесть у одной из ванн и плавала в ней вверх лапками. В грязевых лужах температура была в три раза выше, и я не рискнул нарушать правила и переходить за ограждения, чтобы поймать красивый кадр. Здесь начинаешь понимать, насколько сильна, непредсказуема и опасна бывает наша природа. Повсеместно были установлены скамейки для созерцания, но у меня было желание запечатлеть всё поскорее и сбежать в более тихие и живые места.
  С точностью до секунды мы отправились в обратный путь, не досчитавшись трети пассажиров. У шофера после обеда рейс в Хоббитон и он должен успеть за новой партией туристов. Выпив чашку невкусного лонг дринка в привокзальном кафе, я отправился гулять вдоль большого озера Роторуа. Причитал в трипадвайзоре, что это достопримечательность номер три в городе, да ещё и бесплатная, а для удобства проложена тропинка с информационными указателями. И я любовался эвкалиптами, склонившимися над сульфатным заливом, в белых водах которого грелись чёрные новозеландские утки, островками с сидящими на ветках бакланами и чайками, дикими чёрными лебедями и гусями, которые смело выхватывали кусочки хлеба из рук детей. Подразнил здешних чаек, которые на лету ловили яблочную кожуру, дрались за неё, но распробовав, отбрасывали в сторону. Побродил в тени чайных деревьев - канука и манука, отдалённо напомнивших мне можжевеловые рощи, понаблюдал за дерущимися чёрными индюшками и приземляющимися на воду самолётами с туристами из Белого острова. Казалось, что всё такое простое и всё не так, как привык. Странная эта страна - Новая Зеландия. Как сказала моя супруга, рассматривая мои фотографии в инстаграме: "Теперь я понимаю, что солнце светит не для всех одинаково!" На набережной заметил информационную табличку о запрете употребления спиртных напитков в общественных местах и схему города, где все парки, центр отнесены к ним. За нарушение запрета - штраф в двадцать тысяч долларов или тюремное заключение. Вспомнился наш недавний вояж на природу в Окленде. Дорогая вышла бы вечеринка.
  В конце набережной виднелось третье городское здание в стиле фахверк, и я, конечно, направился к нему. Это была закрытая на реставрацию английская церковь с погостом известных жителей города и соседствующая с ней маорийская деревня с деревянными истуканами-идолами и пробивающимися сквозь плитку небольшими гейзерами. Некоторые из них огородили металлическими решетками, другие ещё не успели, и они развевали свои кудри на тёплом осеннем ветерке.
  Вечер посвятил покупкам в Warehouse, сборам в дорогу, приготовлению блинов на кухне отеля и обязательному релаксу в минеральном бассейне. Про себя подумал, что сероводорода много не бывает...
  
  
  Дорога домой
  
  Из минусов, а может быть и плюсов - удалённость Новой Зеландии. Прямых рейсов из Москвы нет, и, чтобы добраться, необходимо порой почти двое суток. Поэтому рано утром, выйдя из мотеля, настроил себя на то, что не скоро смогу занять горизонтальное положение.
  Городок рано просыпается. Первые магазины открываются в шесть. Вместо привычных дворников поздоровался с улыбчивой тётушкой-дезинфектором в очках и респираторе. Из заплечного пульверизатора она орошала возможные места скопления уличных тараканов. На автостанции татуированный пожилой водитель в шортах, белой рубашке и бейсболке приветствует меня, шутит сам для себя и забирает у меня чемодан. В семь сорок полупустой автобус выезжает из городка, и шофёр знакомит нас с собой и рассказывает о правилах поведения в дороге. Мелькают частные одноэтажные дома с дворами, в которых живут гейзеры. Местные жители приспособились использовать их тепло для обогрева своего жилища. Да и государство построило геотермальную электростанцию. От туристов здесь нет отбоя. В сезон их количество достигает полумиллиона.
  Хочется спать, но пасторальный пейзаж за окном не даёт сомкнуть глаза. Пасущиеся коровы, овечки, ослики, лошадки в брезентовых накидках, горделивые ламы, страусиные фермы и прочая экзотика. Но основное - это, конечно же, природа. Вулканические холмы и горы, покрытые зелёным ковром из травы, деревьев и кустов. Насколько же здесь всё ухожено и чисто, что кажется - так не бывает. Чтобы никто не бросил пивную банку или полиэтиленовый пакет, не оставил вырытый котлован или недостроенный дом, не разукрасил в граффити стену и не разбил стекло в автобусной остановке, и какая-то грусть щемит в груди. Вчера мой московский коллега спросил у меня: "Наверное, долго будете адаптироваться к дому?" Я ответил, что уже привык к тому, что у них не так как у нас и наоборот. Мы разные были, есть и, вероятно, останемся. Гамильтон, Кембридж, Бомбей. Это наши остановки, на которых почти никто не выходит, и автобус по расписанию въезжает в столицу Северного острова. В планах небольшой шопинг, и я отправляюсь в район Papatoetoe, откуда можно 380 м автобусом добраться в аэропорт.
  В торговом центре Hunters plaza оживлённо, как на восточном рынке. Торгуют дешёвой одеждой, индийскими сари, африканскими платьями. Посетители под стать. Я же гружу свой чемодан и два рюкзака в тележку и въезжаю в торговый зал супермаркета Countdown. Не знаю, пройдет ли такой эксперимент в любом другом российском городе, а здесь в Окленде кажется, что так и надо. Никто не обращает на меня внимания, не ходит по пятам, не охает, не цыкает, не толкается. Чаще наоборот, извиняются, что помешали мне в выборе товара. План покупок уже давно составлен. Что привезти из страны? Кофе, какао, японский чай, шоколад, вино, масло авокадо, мёд, косметику для ванной, детский трикотаж и, конечно же, пару килограммов здешних яблок. Надеюсь, что китайцы не конфискуют. Так и второй чемодан наполнился, и я довольный проведённой "операцией" уезжаю на оранжевом автобусе в аэропорт. Это самый недорогой способ добраться в него, так как на нём действуют городской тариф, и он связывает две линии метро с аэропортом. Такой же вежливый водитель, который улыбается и ожидает, пока я и парочка бэкпекеров из Австрии уложат чемоданы и рюкзаки в специальные отсеки, на выходе пожелал нам "приятной дороги". В аэропорту привычная суета. Небольшая заминка на получении билетов, так как одна буква в моей фамилии в бланке заказа и на новом паспорте не совпадает. Две консультации и через двадцать минут томительного ожидания меня просят подписать бланк, в котором я соглашаюсь с тем, что и там и там я выступаю одним лицом. На выходе из страны просят заполнить ещё одну краткую декларацию, и улыбчивый пограничник желает хорошего полета!
  В магазинах дьюти фри в продаже пакеты с сухим молоком и жестяные банки с маслом от местной гордости Anchor. Больше берешь - дешевле платишь! - лозунг продажи. Тут же меховые изделия из опоссума (местной полевой крысы), мёд, конфеты, вино и прочие сувениры.
  Ночь в полёте - и жаркий Гуанчжоу встречает меня. На пересадку четыре часа. Времени вагон. Чтобы съездить куда-нибудь в центр и потратить оставшиеся от прошлой поездки юани на чай и фрукты. На входе в метро в информцентре девушки меня не понимают и отрицательно качают головой на мой вопрос о рынке. Для себя решил, что в центре он должен быть обязательно. Ведь Китай без рынков немыслим.
  С китайскими автоматами по продаже жетонов разобрался довольно быстро. Бумажные банкноты в один юань не принимает. Минимальный проезд два юаня. До центра вышло семь. В дороге тридцать пять минут. Семь утра, а в метро довольно многолюдно и порой весьма тесно. Пассажиры стремятся занять сидячие места и буквально вбегают в вагоны. Объявления о станциях дублируются на английском. Пассажиры весьма шумные и юркие. Заметно много полиции. Что в аэропорту, что на станциях метро. Почти всех проверяют металлодетекторами. Где-то в центре красной линии вышел на улицу и попал в парную. Джинсы сразу прилипли и рубашка под рюкзаком взмокла.
  Рынок нашёл на пятой минуте без подсказок. Ананас, папайя, питахайя, килограмм помидор. Всё обошлось в двести рублей. Пытался расплатиться карточкой, но мастеркард не отвечал на запрос терминала. Продавцы весьма вежливые, хотя никто по-английски не понимал. Продукты качественные. Цены указаны либо за штуку товара, либо за пятьсот грамм. Чисто, как для рынка и пахло зеленью с грядки. Хотя в соседних трущобах было довольно грязновато и темновато из-за близко расположенных многоэтажек, которые могут позавидовать нашим хрущёвкам. Обращает внимание доступность качественной уличной еды. Какой-нибудь пельмень стоит от двух юаней, чай, вода - бесплатно. Чайный магазин нашёл на десятой минуте поисков. Юани закончились, но продавец принял доллары по курсу и без здешней банковской комиссии. Что покупал - не знаю, так как он был для местных. По приезду домой удивился, что хороший чай может стоить так недорого.
  Семнадцать тысяч километров позади, и прохладная столица встречает меня. Багаж долетел без происшествий. Дома заметил, что отекли ноги. Обратно не стал надевать компрессионный трикотаж. На следующий день почувствовал боль в подколенной ямке и сделал доплерографию. Вердикт сосудистого хирурга: Тромбоз бедренно-подколенного синуса и амбулаторное лечение на три недели.
  Прошла неделя с приезда. Страна не покидает. Постоянно рассказываю о ней и размышляю. Почему они такие вежливые и открытые, откуда такой порядок в головах и склонность к чистоте, почему заинтересованы в мигрантах и что движет этим государством?
  
  
  Ереван осенний
  
  Ноябрьский снегопад в Москве немного сместил сезонные рамки. В былые времена до декабря говорили о всемирном потеплении климата.
  В запасе у меня осталось две недели отдыха. В сети наткнулся на рейс в Ереван от S7 и обратно от АК "Победа" из Тбилиси в Москву. Виза, медстраховка - не нужны, перелёт дешевле, чем в Европу, что и ускорило принятие решения. Лететь решил с двухлетним сыном, - остальные домочадцы были привязаны к школе.
  Московский снежный дождь не хотел нас отпускать из Домодедово, и после обработки корпуса самолета противогололёдным реагентом с полуторачасовой задержкой мы взлетели в осеннее небо.
  - Вас приветствует командир экипажа. Мы совершили посадку в аэропорту города Ереван. Температура за бортом плюс двенадцать градусов. Спасибо, что воспользовались услугами нашей авиакомпании.
  В терминале прилёта с первых шагов почувствовал особое отношение к себе и маленькому пассажиру. Девушка в форме отвела нас непосредственно к офицеру-пограничнику. Штамп в паспортах - и мы с сыном оказались в магазине duty free.
  Аэропорт новенький и почти не отличался от европейских собратьев. Ковролин на полу, стекло в стенах, живая зелень, беспроводной интернет, бесплатные карты Еревана и страны на стойке информации. Из южного колорита - доносившаяся лезгинка в исполнении барабанщиков, которой встречали уважаемых гостей.
  Билеты покупались по минимальной цене, и в этот раз путешествуем налегке: детская коляска да два рюкзака по шесть килограммов. Поэтому без задержек попали и в зал встречающих. Здесь нам с трудом удалось пробить плотное кольцо блокады таксистов, которые следовали буквально по пятам, пока я искал банковский офис. Без комиссии поменял доллары на драмы (1$ - 480 AMD) и ушёл искать таблички с автобусами. Я читал, что из аэропорта Звартноц с городом Ереван имеется регулярное автобусное сообщение.
  - Мужчина, вам куда ехать? Слюшай, дорогой, давай со мной. Дешевле не бывает. Сто рюблей всего... Садись, друг, садись, давай.
  - Спасибо. Я не тороплюсь. Автобусом доеду.
  - Хэ..., ну, иди, жди автобус, - лукаво бросил таксист, уступив меня подельнику по ремеслу.
  Действительно, на автобусной стоянке были припаркованы частные такси.
  - У нас дешевле, дарогой, у нас дешевле. Тебе куда? - ещё пачка мужчин, одетых в спорткостюмы и менее любезных стали допытываться у меня.
  - Никуда. Я просто гуляю с ребёнком.
  И я пошёл, куда глаза глядели. Точнее, по разбитому временем и корнями деревьев замусоренному тротуару. Главное - смотреть под ноги, так как кто-то снял чугунные канализационные люки. Пахло уставшей листвой, кое-где отцветали розы и гвоздики, за забором паслись коровки. Через минут пятнадцать показался перекрёсток, и я увидел первых горожан и первые маршрутки с номерами. Никто, правда, не знал, какая из них едет до метро, и я спрашивал напрямую у водителей. С какой-то попытки мне сказали, что довезём.
  Это был семнадцатый номер. Заплатив сто драм (12 руб.), наблюдал за пейзажами и пассажирами латаной-перелатаной ГАЗели, у которой вот-вот провалится пол. Из окна открывался вид довольно бедных городских окраин. Ремонт машин, продажа мебели, ковров, редкая реклама и пасущийся скот вперемешку с залежами мусора и советским недостроем. Архитектурный стиль напоминал собой анархию.
  Сына угостили конфетой и дважды спросили, как его зовут, хотя в салоне были и местные ребятишки. На заднем сидении кто-то курил, но родители не роптали. Вскоре показались дома сталинской застройки, и водитель предложил выйти.
  Знакомство с городом у ребёнка началось с падения со ступенек маршрутки на тротуар и разбитой губы. Кровь хлынула фонтанчиком из рассечённой раны и дёсен, но ни водитель, ни пассажиры не вышли на помощь. Лишь выбросили бутылку с водой на асфальт. К нам подскочили прохожие и завели в ближайший офис. Лёд, салфетки, слова утешения. От вызова скорой помощи мы отказались, так как накануне я читал об армянской медицине: "... государственных больниц нет, лечебные учреждения либо сокращены, либо реформированы в ЗАО и ООО..." Через пятнадцать-двадцать минут кровь остановилась, он успокоился, и мы спустились в метро.
  Проезд сто драм, на станциях работает интернет, но нас не впускают на эскалатор. Женщина-контролёр говорит, чтобы пассажиры помогли мне с коляской. Заметил, что ереванская подземка в этом году отмечает круглую дату - тридцать пять лет. Это самое маленькое по протяженности и самое шумное метро из виденных мною. Десять станций, поезда родом из СССР, состоят из двух вагонов, и при поездке ощутимо трясёт. Но выбирать не приходится.
  При аренде жилья на букинге ориентировался на два показателя. Близость к центру и размеры апартаментов. Мы вышли на центральной станции "Площадь Республики". В фойе предлагают сделать ксерокс и починить часы. Уныло играет на аккордеоне пожилой армянин, запевая грустную песню. Подъёмников и лифтов нет, как и полозьев для колясок. Но мне помогают. На площади Сахарова нас встретил молодой человек, представившийся Метцем, и провёл в квартиру в традиционном доме сталинской эпохи на улице Набалданян. У города свой стиль, сформировавшийся в тридцатых годах прошлого века - почти все дома облицованы розовым либо жёлтым туфом. Этот камень вулканического происхождения добывают в Армении, - его широко используют и по сей день.
  Я бывал в сталинских домах Питера, Москвы, Киева, Минска, но ереванский показался дворцом. Три спальни, гостиная, комната отдыха, прихожая, кухня, совмещённая с балконом, камин из мрамора, два санузла, джакузи и спортивный зал с сауной, бассейном, тренажёрами, бильярдным столом и детскими игрушками. Спа-комплекс располагался в подвальном помещении, которое было отчуждёно хозяином. Четырёхметровые потолки, дубовый паркет и мебель, шестиконфорочная плита. Картины с армянскими пейзажами на стенах гармонировали с хрустальными люстрами и коврами. По моим представлениям, площадь квартиры составляла двести метров. Отопление местное: камин, сплит-системы, обогреватель. Центральное предусмотрено, но не работало. Наш сопровождающий показал пароль от wifi, оставил ключи и пожелал хорошего отдыха. Из минусов - то, что по утрам нужно было согревать кухню.
  Ну а мы отправились в аптеку за перекисью водорода, хлоргексидином, салфетками и - в магазин за продуктами. Неподалеку от дома был круглосуточный сетевой SAS-супермаркет. Радовало всё! Выбор молочных продуктов, минеральных вод, фруктов-овощей, зелени, сладостей, мучного, сыров, сосисок. Много товаров из России, Грузии, Украины, Италии. Цены на товары значительно отличаются от тех, к которым привык в Москве. Тыква 70, картофель 120, мандарины 300, хурма 400, виноград 500, гранаты 800, фейхоа 1000 драм за килограмм, выпечка от ста драм. Система торговли та же, что и у нас, но вот качество обслуживания, как в московской "Азбуке вкуса".
  
  
  Пятница
  
  Планов особенных я не создавал. Основное - это поправить здоровье сына после череды осенних болезней. Конечно, назвать Ереван городом образцового порядка, чистоты и дисциплины водителей я не могу. Последние то и дело и норовили проскочить на зелёный сигнал для пешехода, и приходилось замедлять шаги или отпрыгивать в сторону. Да и чад от бесконечного потока машин создавал сизую дымку над городом. Но субъективно чище, чем в Москве. Промышленности, как таковой, почти не осталось и транспорта поменьше. Поэтому мы просто гуляли с малышом, наслаждаясь комфортным теплом и южным колоритом. Здесь много вывесок на русском, английском языках, и я легко ориентировался, редко прибегая к помощи горожан.
  Мы не спеша прогуливались по центральным городским проспектам, наблюдая за жизнью, и я невольно сравнивал Ереван с другими городами бывшего СССР. Удивило количество домов сталинской эпохи и единообразие архитектуры фасадов. Наверное, ни в одном городе нет такого количества монументальных пятиэтажек, так богато отделанных туфом. Даже новостройки пытались гармонировать с ушедшим временем и не выделялись этажностью и зеркальной гладью хайтека. Небоскрёбы в городе отсутствуют, что делает его не похожим на соседний Баку. Городской центр чем-то напоминал столицу России из-за того, что все головные улицы отходят, как лучи от центральной площади Республики (экс-Ленина). Их соединяют бульварные кольца и парковое кольцо. Такой облик был создан архитектором Александром Таманяном. Именно он спроектировал современный Ереван в тридцатые годы прошлого века, полностью освободив его от крепости и старых построек и создав колорит эпохи. Плохо это или хорошо - не мне судить, но ощущение, что находишься в городе, который на несколько лет старше Рима, отсутствует.
  Гуляя, мы случайно зашли в музей главного архитектора Еревана. Вход бесплатный. Служительница поведала, что сегодня в его стенах открывается выставка питерских художников, а сам музей перестал быть таковым, осталось только название, выбитое в туфе. Часть его залов была отведена солдату армянской армии, который погиб, спасая сослуживцев от врагов, и его художественным работам. Во второй части готовили полотна к демонстрации. Мы не стали мешать своим присутствием и пообещали зайти в него ещё раз.
  Центр города был довольно удобен и интуитивно понятен. Безопасно, относительно чисто, уютно. Много рекламы российских компаний: ВТБ, МТС, Beeline, Ростелеком, Росгосстрах, РЕСО, Аэрофлот, много стихийных объявлений о поездках в Анапу, Сочи, Москву, Крым, много кофеен, массажных салонов, парикмахерских, ателье одежды и уличной еды. На центральной площади предлагается аренда автомобилей и экскурсии от туркомпании "Арбат". Представляется всё частным, временным и мало масштабным. Желающих отдыхать немного, и коммерсанты, сидя на корточках, общались друг с дружкой.
  Зато кипит жизнь у армянских чиновников. На стихийной парковке перед Домом Правительства и Министерства финансов в несколько рядов расположились черномастные халенвагены, бентли, тойоты с перекуривающими шофёрами, по совместительству - мойщиками авто. Тут же рынок сувениров: нарды, шахматы, изделия из дерева, стали, серебро, фарфор-фаянс, бумажная мишура. Посетителей почти нет, и торговцы режутся в настольные игры.
  В сквере Шаумяна из-за вековых платанов нас атаковали толстые цыганки с пожеланиями погадать на картах и ладони. Сегодня это была не единственная акция вмешательства в личную жизнь. В течение дня не менее десяти раз ко мне обращались с просьбой о милостыне. Преимущественно пожилые старухи, но были и детишки. Хотя в дальнейшем накал поутих.
  Мы намеревались посетить музей режиссера Сергея Параджанова. Не скажу, что досконально изучал его творчество или биографию. Лишь в этом году посмотрел "Цвет граната" и "Тени забытых предков", которые оставили весьма смутное представление о нём.
  Двухэтажный особняк располагался на холме, с которого открывался вид на ущелье реки Раздан, её долину с разноцветной чашей футбольного стадиона и строительным мусором по горным склонам. Раньше мастер мог со своего балкона наблюдать за прячущейся в кустарниках горной речушкой и охватывать взглядом завод "Арарат" и склоны гор. Сейчас перед его особняком выросла восьмиэтажная гостиница и жилой дом на десять этажей. Никаких указателей на этот музей в городе не предусмотрено, и мы шли по подсказкам местных жителей.
  Вход на экспозицию семьсот драм, столько же и фотографирование экспонатов. Себя и своих родных можно было снимать бесплатно. Конечно, по залам лучше ходить с экскурсоводом. Но мне было достаточно информации под экспонатами, и я объяснял сыну, как художник создавал автопортрет из капроновых ёршиков для мытья посуды, как изображал натюрморт с чёрной икрой из швейных заколок или разбивал дулевский сервиз, а затем склеивал из него рыбу мечты. Он мастер сценических костюмов, экстравагантных женских шляпок, дружеских шаржей и, кажется, что всё, к чему прикасались его руки, изменяло форму и содержание. Параджанов начинал свою трудовую биографию на киевской фабрике игрушек, и это отразилось в его позднем творчестве. Он менял обычным советским куклам гардеробы, пол и предназначение. Например, если это кукла Юрий Гагарин, созданная великим мэтром, то кто с такой возьмётся играть? Под стекло, в рамку и - на веки вечные, на хранение на стену. Он использовал практически всё, что попадалось под руку. Даже на алюминиевых крышках из-под кефира, выдаваемого туберкулёзным осуждённым, он ногтем создавал талеры в виде портретов и пейзажей. Стены дома всяческим образом подчёркивали необычность натуры и характера его хозяина. Схожая чудаковатость встречалась в имениях Сальвадора Дали в каталонском Кадакесе и Фигерасе.
  Тем временем сын уснул, и я отправился на железнодорожный вокзал Еревана за билетами в Тбилиси. Своей архитектурой он напомнил морской вокзал в Сочи. Тот же шпиль со звёздой в колосьях, та же монументальность строения сталинской эпохи. Движением здесь не пахло. На вокзале просторно, безлюдно и нет никакой торговли. Эхом отдавали шаги нечастых посетителей под сводчатыми куполами. Редкие полицейские, нет металлодетекторов, как и во всём городе. Из нового времени лишь реклама Росгосстраха, банкомат ВТБ да поздравительный плакат, что Ереванскому вокзалу в этом году исполнилось шестьдесят лет.
  Торговля традиционно сконцентрирована в подземном переходе метро. В холле вокзала работало лишь одно окошко, перед которым приклеено объявление на русском: "Гражданам Венесуэлы, Никарагуа, Сирии, Индии не продавать билеты в Грузию, даже при наличии электронной визы". "Может быть, это связано с Абхазией... эти страны признали её независимость наряду с Россией... Но при чём здесь тогда Индия?" - размышлял про себя. Но спрашивать не стал. Кассирша медленно набирала на компьютере мои паспортные данные для плацкартного билета, периодически отпускала спешащих на отправляющуюся электричку пассажиров. Поезд был из 80-х годов и, судя по всему, не красился последние четверть века. Банковские карточки не принимались к оплате... никакие. Электронные системы навигации, камеры хранения, туалеты, расписание движения поездов, электричек отсутствовали. Вместо этого кто-то заботливо повесил бумажный вариант движения поездов от вокзалов Москвы. Билет порадовал. Информация на нём дублировалась на русском и английском.
  Знакомясь с транспортной системой города сначала по google-картам для составления маршрутов, а сейчас очно, я пришёл к выводу, что она находится в упадническом состоянии. По крайней мере, в туристическом отношении. Трамваев нет. Рельсы сняты, вагоны сданы на металлолом из-за дорогой электроэнергии. Из двадцати семи троллейбусных линий осталось семь. Канатная дорога остановлена двенадцать лет назад из-за падения кабинок со смертельным исходом. Железнодорожное сообщение представлено одним фирменным поездом "Армения", который курсирует через день, да шестью местными поездами. Автобусов, как таковых, тоже нет. Основной вид транспорта - ГАЗель. Им "помогают" весьма изношенные микроавтобусы Ниссаны и Hundai. На некоторых машинах написано, что они являются подарками от Китая. Почему я об этом пишу? С детской коляской довольно сложно войти в салоны, которые довольно часто переполнены. Их расписание движений, направления не обнаружить даже в интернете. Поэтому мы пользовались преимущественно метро да гуляли пешком по центру. Выйти из него весьма проблематично, так как между районами города пешеходные тротуары не предусмотрены, а водители лихачат наряду с полицией на джипах на крутых виадуках. Из-за этого остались нереализованными посещение ереванского зоопарка и Парка Победы. Последний манил холмом с гигантской скульптурой мужеподобной женщины с мечом в руках, просматриваемой с разных городских площадок. Можно конечно воспользоваться услугами такси, но особенной надобности пока не возникало.
  Вечером мы гуляли по пешеходной улице North Avenue. Под землёй торговая площадка Tashir и одноимённые пиццерии. Над землёй также торговля и сфера общепита. В вывесках доминируют итальянские названия кофеен и магазинов. Жители вышли на неспешный променад. Ереванцы, как мне показалось, стильно и ярко одеваются, ереванки предпочитают яркие макияжи и одежду с позолоченным аксессуарами. В столице представлены все европейские бренды. В воздухе пахло осенью и строительной пылью от окружающих новостроек. Ереван продолжает возводиться и чем-то напомнил собой Москву.
  
  Суббота. Десять часов утра
  
  За окном тишина. Горожане поздно пробуждаются и поздно засыпают. Мы позавтракали местным творогом, виноградом и молочной кашей. Молоко за ночь загустело, и у горлышка образовались сливки. Так было в моём детстве. В Ереван можно приезжать с гастрономической целью. Этот вид туризма лишь набирает популярность, но здесь есть что попробовать и по достоинству оценить, даже не заходя в кафе-рестораны. Местная молочная промышленность на высоте, как в прямом, так и переносном значении этого слова. Мацони, айраны, творожки, сливки, сметана, сыры от коров, пасущихся на горных лугах.
  У сынишки проснулся аппетит, и уменьшились отёки на губах и дёснах. Мы идём смотреть древние манускрипты. Такого собрания нет больше нигде в мире. Мне часто говорят: зачем вы возите с собой детей? Ведь у них ничего не останется в памяти! Я уповаю на квази-психологию: "всё увиденное и пережитое, так или иначе сохраняется в подсознании и формирует нас..."
  Ноябрьское солнце немилосердно припекает, и в осенней куртке становится жарко. Машин мало. Понаблюдали за правительственным кортежем, который на сотне километров в час пронёсся по проспекту Месропа Маштоца, чуть не сбив нарушающих правила двух пешеходов. Осенняя листва шуршит под ногами. Дворники канули в лету. Лишь мелкие предприниматели сметают мусор перед своими владениями, облицованными гладкой плиткой.
  Сегодня посещаем сокровищницу древних манускриптов - Матенадаран. Говорят, что она самая большая в мире. Для их сохранности в конце пятидесятых годов был построен институт и музей, который внешне и внутренне скорее напоминает собой царский дворец. У его стен скульптором "посажен" основатель армянской письменности Месроп Маштоц. Чтобы попасть вовнутрь, нужно купить билет за тысячу драм и разрешение на фотографирование за две тысячи пятьсот. Затем предстоит открыть тяжёлые семиметровые двери, обитые чеканкой и посмотреть в глаза женщине полицейскому. Как и подобает, на полу лежат ковры, парадная лестница украшена вазами, скульптурами и изображёнными на стенах античными героями. Меня привлёк зал, посвящённый древней медицине. Снадобья, зелья, целебные чаи, омолаживающие кремы и маски для лица. Судя по всему, их производство продолжает существовать в стенах одноимённого НИИ, так как к весьма современном флакону "Царского эликсира" прилагалась инструкция: "Состоит из пятидесяти семи трав. Помогает при усталости, малокровии, бессоннице, рассеянности, гастрите, гипертонии, анемии... Принимать по два миллилитра три раза в день, до еды..." В древнем манускрипте отмечалось, что он укрепляет здоровье и сохраняет молодость. Человечество мало изменилось за прошедшие три тысячи лет.
  Тут же в витражах выдержки из средневековых анатомических атласов и книг по заговорам болезней. Например, заговору лихорадки посвящён манускрипт толщиной почти пять сантиметров. Сложно оценить его эффективность. Современной доказательной медицине всего лишь сто лет, да и то она прижилась на меньшей части суши. И даже среди "оккупированной территории" находятся адепты старого. Человеку свойственно магическое мышление. Как написал мой госпитальный коллега: "Доказательная медицина съела психотерапевтический компонент медицины как таковой. У людей врождённая потребность в мистическом, мифическом и исцеляющем".
  Малышу здесь было скучновато, и он то и дело норовил залезть под стол с экспонатами. Но смотрители проявляли выдержку и не ругали его. Отношение к детям здесь на высоте. Как-то отдавал сына в игровую комнату в ТЦ "METROnome" на час. На прощание девушки аниматоры расцеловали его за примерное поведение.
  Вечер провели в прогулках по паркам. Их немного в Ереване и они сравнительно небольшие. Детский, Английский, Вернисаж, Круговой. Зеленела трава, отцветали гвоздики, ноготки, розы, деревья не спешат сбрасывать листву. Сын просился на аттракционы, но они были закрыты и выглядели уставшими от времени. Ещё я в своем детстве катался на подобной лошадке-катере за десять копеек и на каруселях за пятнадцать. Покрывшись ржавчиной, они уныло молчали и ждали то ли лета, то ли списания на пенсию. Фонтаны также были законсервированы до лучших времен.
  
  Воскресенье
  
  Начали с посещения службы в армянской церкви. Было довольно многолюдно. Из туристов мы одни. Купили свечки, поставили их в подсвечники, выполненные в виде металлических поддонов с насыпанным на дно песком и залитых водой. В некоторых храмах подсвечники вынесены на улицу. Во дворе храма парковка дорогих авто, снаружи полицейский наряд, следящий за безопасностью. Во время службы следовало периодически поворачиваться спиной к алтарю. Из ворот храма открывался вид на долину и мелкую горную речушку. Набережная как таковая не прорисовывалась, хотя при её строительстве использовались камни от древней крепости. На левом берегу красовался ереванский завод "Арарат", отделанный коричневым туфом под цвет напитка. Через мост на правом берегу реки блистал его меньшой собрат "Ной", который выбрал для облицовки чёрный туф. Дегустировать коньяк не хотелось, и мы ушли просто гулять.
  Из нюансов прогулок - это практически полное отсутствие общественных туалетов, даже платных. В некоторых подземных переходах запустение и слышится отчетливый запах аммиака.
  В планировке Еревана есть что-то осевое, что было взято архитектором от Парижа. На одну ось нанизывались достопримечательности. Например, ось Северная улица. Здесь и Драматический театр с Лебединым озером, и памятник архитектору с двумя картами старого и нового Еревана, и сад скульптур, о котором он так и не узнал, хотя его приписывают Таманяну, как и комплекс Каскад со смотровой площадкой Парка Победы и завершающаяся причудливыми небоскрёбами современности (в Ереване почти нет домов свыше 20 этажей). Эту ось мы изучали сегодня, так как в путеводителях пишется, что без Каскада уехать из Еревана невозможно.
  Площадка перед драмтеатром довольно оживлённая из-за велосипедистов и скутеристов. Это самое спортивное место в городе. Хотя мне показалось, что горожане равнодушны к джоггингу и маунтинбайкам. Редкие велосипедисты были замечены, а вот бегунов ни одного, хотя в столице уже второй год подряд проводится международный полумарафон.
  Парк скульптур - это дар меценатов, проживающих за пределами государства Армения. Не секрет, что в самой стране лишь треть армян Мира. Остальные напоминают о себе благими делами. Кто аэропорт построит, кто Каскад достроит, кто фигурку в парк скульптур поставит. Было бы хорошо, чтобы они договаривались между собой, а так получается многожанровое маловкусие. Но при нынешней ситуации горожане рады любому подарку. Тут и кот с заметными признаками ожирения, как и гипертрофированный юноша с загорающей курящей толстушкой. Среди меценатов в почёте крупные формы. Тут и посаженные на шесты нудисты в переливающихся красках - как память о центральной площади Ниццы... Сам Каскад также многолик и включает и лестницу почти на семь сотен ступенек, и узкий эскалатор под крышей с галереями перфоманс и вездесущими охранниками. По замыслу устроителей этого чуда он должен был соединить старый центр и новые кварталы на холме, но достроить и реализовать его не суждено уже второму поколению подряд. В этом году он отметил сорокапятилетний юбилей. За это время сменилась концепция. Пятидесятиметровая стела "Пятьдесят лет советской власти" превратилась в стелу "Возрождения страны" с армянским крестом вечности. За это время появился пожилой американский миллиардер, вложивший в проект свыше двадцати миллиардов американской валюты. Хватит ли его денег и времени у Джерарда Гафесчяна, чтобы завершить последние двадцать метров и закрыть устрашающую пропасть? Ржавый кран, обрубки арматуры и строительного мусора, разрушающийся туф свидетельствуют об обратном. Поэтому посетителям приходится набраться терпения и по опасным лестницам подниматься к смотровой площадке, чтобы лицезреть Ереван с высоты. Отсюда видны все монументальные строения, которые подобно мифическим сфинксам воздвигнуты современниками на окружающих город горных вершинах: Мать Армения, которая сместила (заменила) отца Сталина в парке Победы, обязательная телевышка и сорокачетырёхметровая стела Возрождения армянского народа на Цицернакаберд, которую построили за два года в былые времена.
  Обратно мы спускались пеше, так как коляска не помещалась в фуникулёр и пришлось взять её и малыша на руки.
  - Вам помочь? - спросил интеллигентного вида юноша на английском языке. Я немного опешил, так как привык слышать русский.
  - Спасибо большое, я справлюсь.
  - Давайте я помогу, уже темно и опасно.
  - Спасибо, я тренируюсь.
  - Ну, тогда позвольте вас проводить.
  Вскоре мы перешли на русский, и юноша также прыгал со мной по ступеням. Его звали Эдуардом, он вырос в Ереване, ему нравится этот город, и он никогда не покидал пределы страны.
   - Нравится вам Ереван? - традиционно спросил он у меня.
  - Преимущественно, да. Конечно, для туристического бума он ещё не готов. Но относительная близость, схожесть менталитета и безопасность, отсутствие делинквентного населения, разнообразная кухня и сравнительная дешевизна отдыха привлекают.
  - Делинквентные - это кто такие?
  - Безработные мигранты, БОМЖи, алкоголики, наркоманы...
  Мы пожелали друг другу хорошего вечера и пожали руки. Завтра мы уезжаем в Тбилиси. Хочется купить сувениров родным и привезти что-то на память об Армении. В Ереване довольно много магазинов "Сделано в Армении", и я с удовольствием прикупил детишкам трикотажа и прочей мелочёвки. Если бы летели в Москву, то не удержался бы от сыров и бастурмы, а так - впереди Грузия.
  День отъезда тянулся долго. Поезд в 21:30. Хозяева разрешили продлить чек-аут до 13:00 и оставить вещи в офисе. Мы сдали квартиру и ушли гулять. Традиционно захотел отправить открытки близким. Удивительно, что на центральном почтамте отсутствуют опознавательные вывески Haypost и не принимают банковские карточки к оплате.
  Для прогулки выбрал район вокзала. Посмотрел, что в двух километрах от него есть парк с большим озером Вардавар, и я покатил коляску по разбитым пыльным тротуарам улицы Давида Сасунского. Это древнеармянский герой. Перед вокзалом он летит на врагов на вздыбленном коне. Говорят, что памятник весит свыше тридцати тонн. Но одноимённая улица выглядела непрезентабельно. В парке детская площадка, и мы провели там время до захода солнца. Уютно, тихо, комфортно, если бы не сизая дымка, то ли от сжигаемых листьев, то ли от автомобильных выхлопов.
  Поужинали с сыном в сетевой пышечной Grand Candy. Дёшево: три пышки, какао, эспрессо стоили один доллар. На первом этаже фирменные конфеты. Названия известные: "Мишка на Севере", "Красный мак", "Алёнка". Интересно будет сравнить с московскими.
  Фирменный поезд состоял из трёх вагонов и выкрашен в цвета армянского флага. Вагоны старые, ещё ГДРовские. Проводник трижды спросил у меня: "всё ли в порядке с документами" и поинтересовался где мама ребёнка. Расстояние в три сотни километров он преодолевает за десять с половиной часов. "Наверное, горы, - подумал про себя, - куда спешить". Вагон заполнен на треть. Соседка по купе говорит, что маршрутка дешевле на тысячу, быстрее в два раза, но сейчас опасные дороги. Ну а мы не торопимся. Ведь дорога - это своеобразный аттракцион. Где ещё так дотошно проверяют содержимое рюкзаков, как не на армяно-грузинской границе, заставляя почувствовать тебя потенциальным контрабандистом? Конечно, сон разорван, утром пахнешь, как после шашлыка в лесу, голова гудит от громких соседей, но ведь это был мой выбор.
  
  Тбилиси
  
  - Давай, помогу, парень! Тебе куда ехать?
  - Спасибо, я не спешу.
  - Квартира нужна? Есть в центре хорошая! Давай отвезу?
  - Спасибо, я уже забронировал.
  - Где? В каком районе? Давай отвезу?
  - На окраине. Я не тороплюсь. Заселение в двенадцать.
  - А моя квартира свободная.
  - С меня депозит уже сняли. Десять процентов... - соврал я навязчивому таксисту, который следовал по пятам тбилисского вокзала.
  Я был раздражён. Позади бессонная ночь в поезде. Плачущий сын. Тяжёлая поклажа и отсутствие нормального перехода. Лишь крутая лестница вела от перрона в здание вокзала. Таксист не отступал, шёл по пятам, причитая, но не помогал, и, чтобы отвязаться, мы зашли в круглосуточное вокзальное кафе. Там было относительно уютно. Принимали банковские карточки. Официанты понимали русский и английский и порекомендовали мне брать пирожок с фасолью. Работал беспроводной городской интернет "Tbilisy love you", который, хоть и с рекламой, частой перезагрузкой, но встречался во многих местах города. Был туалет с горячей водой в умывальнике, что было актуально для малыша. В нём приветливые работницы, которые караулили наши вещи. Да и сам вокзал мне нравился. Приличные магазины электроники, точки общепита, в кассах принимаются банковские карты, у платформ современные европейские поезда. Кириллицы нет, но всё дублировалось на английском, русский язык понимали все. Торопиться никуда не хотелось. Заселение с двух часов дня, а владелец апартаментов ещё не ответил на "ранний приезд". Купил предварительно билет на поезд в Батуми (18 лари во второй класс), спросил у кассирши, как пройти к станции метро, и мы спустились на эскалаторе на привокзальную площадь.
  Здесь иной мир. Как будто вокзальные двери - это створки машины времени, и ты переносишься назад. Первое, что бросается в глаза - это мусор. Катастрофический. Между его залежами - бурная торговля ширпотребом и грузчики с трёхколесными тележками. Особняком сидели чистильщики обуви у своих тронов столетней давности. Их не меньше пяти человек и у них есть клиенты. Немудрено. Пыль столбом. И сигналы маршруток, таксистов вперемешку с человеческим ором и частными регулировщиками движения. Я их назвал общественные полицейские. У них даже жезлы самодельные.
  У меня есть проездной на метро и только три лари мелочи, которые дали друзья. За квартиру наверняка потребуют наличные. Напротив вокзала обменные пункты. Маржа мизерная - половина тетри. Дорожной разметки и знаков перехода нет. Лавируя между жёлтыми микроавтобусами "Форд" и "Исузу", мы перешли площадь. Эти машины представляют городской автопарк. Иного наземного транспорта в городе очевидно нет. При обмене валюты паспорт не потребовали, никакой квитанции не дали. Охотно принимались и российские рубли.
  Подумал, что зря рисковали, так как почти на каждой станции метро есть обменники. Но, правда, там курс менее выгодный. Пополнив карточку-проездной, мы попытались пройти через турникет. Коляска не пролезала по ширине. Попросил, чтобы открыли дверцу сбоку.
  - Не положено по инструкции! - зычно ответила работница. До меня она ругалась с мужчиной пассажиром. Хотя, может, так принято разговаривать до красноты лица.
  - Наша коляска не проходит.
  - И что?! Складывайте и переносите.
  - А ребёнок, а рюкзаки?
  - Не положено. В метро вообще нельзя с детскими колясками ездить по инструкции.
  К нам приближался охранник, и я рывком всё же перенёс поклажу через турникет, несмотря на их запугивающие крики. Странные инструкции. Пару минут назад меня пытались задавить водители на привокзальной площади... а тут детская коляска мешает транспорту.
  Метрополитен чем-то схож с ереванским. Та же стоимость поездки (50 тетри или 13 рублей), те же вагоны российского производства, только выкрашены в бело-красные цвета, да размеры составов побольше, а платформы станций помрачнее. При входе-выходе из метро обязательные коробочки с крестами для подаяний и во время небольшой поездки по вагонам ходят нищие или бродячие артисты. Две линии, два десятка станций. Предстояло ехать на остановку Самгори. Накануне я сделал сканы маршрута и знал направление движения.
  Ещё не выйдя на поверхность, окунулся в рынок. Прямо, как в Китае или Маниле. На ступенях, земле, картонках и прилавках из ящиков лежали фрукты, овощи, головки сулугуни и баночки со сметаной. Пахло специями, свежей выпечкой, молотым кофе и зеленью. Её неприлично много. Почти как на Сицилии! Грузчики с большими тележками доставляли продукты. Краем глаза заметил редкие ценники. Хурма, яблоки, мандарины от половины лари за килограмм. Это же тринадцать рублей!
  Сигналил транспорт. Разметки опять же нет. Разбомбленный минами асфальт. Десять минут переходил широкую улицу. Тут же казино. По пути купил сыну дорогие по здешним меркам бананы (3-4 лари), так как убедить его есть полезные местные фрукты, не мог. Несмотря на суету торговли, к нам никто не приставал. Даже таксисты. Руки зудели достать фотоаппарат или планшет, но я не знал здешних законов.
  Выяснилось, что улица Чолокашвили, на которой находился дом, уже переименована. В ожидании администратора зашли в чистый небольшой супермаркет. Конечно, выбор продуктов - небольшой после Армении, но зато просторно, чисто и также можно оплачивать картой маэстро Сбербанка. Уже в магазине мне позвонили из агентства и сказали, что нас ждут.
  - Левон, - представился агент - плотный мужчина лет двадцати пяти, - давайте помогу с коляской. Лифт у нас платный. Двадцать копеек на подъем.
  - А на спуск?
  - Тоже.
  В современный лифт был установлен допотопный монетоприёмник с навесным гаражным замком. Сама квартира мне понравилась с первого взгляда. Уже на букинге заметил, что гостиничный бизнес в столице Грузии чрезвычайно развит и цены довольно небольшие. За двадцать долларов в сутки мы получили пятидесятиметровые апартаменты с новой отделкой, необходимой в жизни электроникой и турецкой мебелью. Договорились о времени передачи ключей и стали осваиваться. Дизайн конечно странный. Комната-гостиная состояла из двадцати пяти углов. На балкон с ребенком не выйдешь из-за широких просветов. Повсюду висели провода удлинителей. Из-за отсутствия заземления получал от мойки микроудары электрическим током. Минимум посуды для готовки. И такой допотопной и жирной, что кажется, будто её принесли из полуразрушенного частного сектора, что внизу. С двенадцатого этажа открывался панорамный вид на Тбилиси. Внизу желтели плоды айвы, и красовалась дозревшая хурма, на зеленой лужайке детвора резалась в футбол, вдалеке седели вершины Кавказских гор. В округе лаяли дворовые собаки, и петухи напоминали о себе. (В Тбилиси довольно много бездомных собак, но все они окольцованы и посчитаны, что заметно по болтающимся серьгам на ушах.)
  Выходить из уютной квартиры не хотелось, но, в конце концов, любопытство пересилило, да и ребёнку была нужна прогулка. Лифт проглотил двадцать копеек, но так и не поехал. Добавил ещё десять, и опять лампочки загорели и погасли. Видимо, я что-то не усваиваю. Поразмыслив в темноте кабинки, мы спустились пешком. Левон сказал, что до центра бегают маршрутки, но сын почти сразу уснул и не хотелось его будить. Автобусов же не было. Хотя многочисленные остановки оборудованы электронными табло движения, текущим временем и термометрами, которые показывали плюс семнадцать. По моему навигатору шесть километров. Друзья предупреждали, что в Тбилиси очень лихие водители. Это чувствовалось. Как, впрочем, и пешеходы, которые не скупились нарушать правила дорожного движения и переходили улицу как хотели. Но после Еревана я был подкован и смотрел в оба, даже на зелёный сигнал. Раздражали припаркованные авто на тротуарах. Последние и так были местами номинальными, и приходилось выходить на проезжую часть.
  Также меня предупреждали, что в городе нет цивилизованных магазинов, и не принимают банковские карточки. Но в течение пятнадцати минут повстречал два европейских сетевика: Fresco и Carrefour. Зашёл, огляделся, немного приуныл. После Еревана ассортимент для привычной потребительской корзины скудный. Сыров и молочных продуктов довольно мало. Но сами супермаркеты просторные, уютные, чистые и не отличаются от тех, что на родине. Удивило, что почти пятьдесят процентов товаров были представлены российскими торговыми марками с грузинскими надписями и штрих-кодом, тогда как присутствия на полках соседних Армении, Азербайджана, Турции не удалось заметить. Зато много минеральных вод, пирожных, соусов. Обнаружил и именитый листовой грузинский чай категории Royal в симпатичных металлических коробках. Всего два вида: чёрный и зелёный. Остальное - пакетированная чайная пыль. Муку, крупы, сахар, специи, макароны покупатели могли взвешивать самостоятельно.
  Удовлетворив любопытство, пошёл дальше. Гулять мне нравилось. Город выглядел довольно самобытно. Из общего, что присуще архитектуре южан: это металлические решётки на окнах. Порой до девятого этажа. Второй аспект - это невидимая служба БТИ (бюро технической инвентаризации), что выражалось в том, что граждане уродовали свои дома, как кому придётся. Захотел - забетонировал балкон или пристроил сбоку ещё одну комнату, на которую сосед сверху поставил свою и так далее. И при этом никакого соблюдении стиля и норм безопасности. Третий - это отсутствие окон в подъездах. Т.е. они как бы есть, но рам и стёкол нет.
  Из особенностей Тбилиси - это большое количество домов частного сектора и порой в весьма плачевном состоянии, а иногда и попросту разрушенных. При этом они могут соседствовать с современными сияющими богатством постройками или небоскрёбами. Как, например, стасорокамиллионный тридцатичетырёхэтажный отель Biltmore, построенный в этом году арабским шейхом и министром культуры ОАЭ. Этот "товарищ" выкупил ещё и семиэтажный бывший институт марксизма-ленинизма, соединил два здания переходом и поставил в кабинетах партработников кровати люксовых номеров. Или президентский дворец, который своим видом напомнил Рейхстаг. Тот же прозрачный купол, та же архитектура, только огорожен десятиметровым забором с видеокамерами.
  Мне кажется, что раньше город был красивее. Большие капиталы разбивают его гармонию. Хотя, если напрячь воображение, то можно найти что-то общее в этом стекле и металле. Мост Мира, недостроенный театр в виде космического корабля из двух отсеков, Дворец-резиденция, башня-гостиница и футуристический центр оказания социальных услуг населению. Это визитная карточка нового города, который не стоит на месте и, вероятно, динамично развивается. Хотя мне по душе старый. Кажется, что зафотографировал бы Куру в окружении коричневолистных платанов, со скалистыми берегами, французскими мостами и старинными особняками на их склонах. Такого я нигде не видел. А стеклом и бетоном нынче не удивить. Простоят ли они столетия?
  Обеденный сон у сына был четыре часа, и я спокойно открывал для себя новое. Парк Рикхе со станцией канатной дороги, медным деревом, всевозможными площадками для отдыха, отчеканенной в бронзе картой ЕС с включенной туда Грузией и нагло стреляющими мелочь цыганчатами и их матерями. Визитная карточка города сегодня - это полустеклянный крытый мост Мира, который философски "соединяет" новый город и старый. Но опять же, концепция нарушена, так как в старом граде поместили зеркальное казино Шангри Ла.
  По набережной мы дошли до детского кукольного театра на улице Марджинишвили.
  - Нам бы два билета на ближайший спектакль!
  - Вам на русском или грузинском?
  - Всё равно... но лучше на русском.
  - Двадцатого пойдёте на "Колобок"?
  - Увы. Нас уже не будет в городе.
  - К сожалению, на ближайшие три дня все билеты распроданы, - ответила кассирша.
  Первый день знакомства с городом мне понравился. Из недочётов - это отсутствие туалетов. Сегодня я прошёл двадцать пять километров и не встретил ни одного. Даже в кафе, где чашка эспрессо стоила четыре лари, работал wifi и имелась эмблема от трипадвизора. Пришлось заводить ребенка в Макдональдс.
  
  
  Тбилиси, день второй
  
  Дождь нам не помеха. Тем более что прогноз передаёт, что эта напасть будет двое суток. Даже брызги от автомобилей вносили спортивность в передвижение по городу. К сожалению, я не могу здесь тренироваться. И поэтому переноска коляски через всевозможные препятствия стала своеобразной ОФП.
  Рискнул зайти повторно на рынок у метро Самгори.
  - Банан! - указал пальцем сын на фрукт.
  - Сын, давай за эти же деньги лучше купим килограмм хурмы или мандарин? Они же полезнее. Бананы будем в Москве кушать.
  - Папа, банан...
  Сдаюсь и покупаю ему банан, а себе килограмм хурмы. Рынок будоражит нюх и аппетит. Сегодня я щёлкаю планшетом, несмотря на дождь.
  - Это телефон у тебя такой? - приветливо спрашивает бабулька-продавщица.
  Мы машем ей "пока" и опускаемся на станцию Самгори. Где можно спрятаться в дождь? Решил, что в центре будет много крытых мест, и мы поднялись на поверхность на станции "Площадь Свободы". Как и полагается названию, в вестибюле на всю стену флаг и стилизованные розы. К ним теперь не подойти из-за металлического забора и охраны.
  Зашли в храм - поставить свечи. На один лари купили пять штук. Заскочили в кинотеатр имени Шота Руставели на одноимённой улице. Мультфильм "Тролль" на грузинском, два часа, нам не высидеть. Русские сеансы редки. Прогулялись по парку Первой грузинской республики, в котором заприметил банан, магнолии и олеандры. Провели пару часов в национальном музее Грузии, в котором располагался музей советской оккупации. Входной билет общий - пять лари. Четыре этажа посвящено археологическим раскопкам, золотым украшениям, картинам, часть залов - находки с Востока и два зала - музей периода 1921-1991г.г. Это были чёрные годы в Грузии. Ничего хорошего не происходило. Расстреляно было восемьдесят тысяч грузин, четыреста тысяч депортировано, столько же погибло на фронтах Второй Мировой войны. Это всё жертвы тоталитарного режима, как гласит надпись на английском. Я посетил такие музеи в Прибалтике и Венгрии. Но здешний довольно куцый. Из колорита - лишь то, что напротив горизонтального фотографического панно с расстрелянными белогвардейцами демонстрируют видеоролик с двумя Президентами России, Президентом Грузии, бомбардировками Южной Осетии, ранеными и убитыми, солдатами и патриотами. Как ответил один глава государства другому: "Это Музей советской оккупации, а не российской оккупации Грузии... Если кого-нибудь это задевает, то это их проблема, а не наша".
  Вчера видел в городе красный двухэтажный туристический автобус и сегодня бы с удовольствием прокатился, но - увы. Прячась от дождя, заходил в кафе. Заметил, что чаевые в виде десяти процентов включаются в общую стоимость заказа. Из нюансов - то, что нельзя верить заявленному. Если рассчитываешь на wifi, то его может не быть, если хочешь заказать из меню вареники с вишней, то ответят: какая вишня в ноябре? Ну и некоторая неторопливость. Например, официанта с меню мы ждали десять минут, потом ещё двенадцать у нас принимали заказ и ещё через пятнадцать принесли вареники и кофе. Счёт я оплатил в кассу. Хотя опять же, куда спешить в дождь? Что не понравилось - так это курение. Оно разрешено в кафе, так как посетители, не смущаясь, дымили сигаретами прямо в помещениях.
  В старую тбилисскую архитектуру можно влюбиться. Что-то в ней читается одесское, парижское, киевское, и по центру города приятно гулять. Здесь нет новомодной скользкой плитки, от которой в дождь спасают лишь протекторы на кроссовках. Но и новое здание Тбилиси - Pubic Service Hall нам приглянулось. Это городской МФЦ (многофункциональный центр указания услуг). Думал, что после московских МФЦ не удивлюсь. Здешний - перещеголял по многим параметрам. Дизайн здания, вероятно, принадлежит жителям ЕС, так как синезвёздные флаги наряду с грузинскими реют перед входом. Если представить десятиэтажный стеклянный куб, крыша которого сделана из белых бетонных грибных шляпок, расположенных на разных уровнях. Внутри свыше трёх сотен окошек для обращений. Тут же полноценная игровая площадка для детей, стильное кафе, бесплатная вода, автоматы с напитками и закусками.
  Вечер посвятили изучению округи Резиденции Президента. В шаговой доступности от него возвышалось подворье Храма Святой Троицы, окружённое крепостной стеной. Размер церкви приблизительно равен размеру Храма Христа Спасителя в Москве, но подворье раза в четыре больше. Спросил у монаха, старое ли строение. Тот ответил, что в 2003 м открыли. Мы постояли на службе. Видно, что ещё не все работы завершены и строительные леса не убрали у алтаря. Сыну нравится зажигать и ставить свечи в песок, да и окружающие относятся к нему с добротой. На территории монастыря не стесняясь торговали сувенирами, едой. Тут же был фирменный магазин минеральных вод "Логидзе".
  Третий день опять начался с проливного дождя. Но пока мы собирались, он немного приутих. Сосед по лестничной площадке оплатил нам проезд и сказал, что лифт иногда проглатывает монеты.
  Вышли из метро на площади Свободы с подарком от Зураба Церетели в виде гранитной колонны, с водружённым позолоченным Георгием Победоносцем на коне. Сегодня решил освоить два других вида общественного транспорта: канатную дорогу и фуникулёр. Первая - достояние революции роз, второе - детище царского режима. Наследие социализма в виде трамваев, автобусов и троллейбусов в городе ликвидировано ещё десять лет назад. Это, вероятно, оправдано, так как улицы не выдерживают автомобильного бума, а строительство дорог оставляет желать лучшего.
  Поднимаясь от парадного проспекта Шота Руставели в гору к фуникулёру, я фотографировал осенний Тбилиси. Красивых и самобытных уголков здесь непривычно много. Осень лишь украшала дворы. И готическое здание нижней станции фуникулёра, построенное бельгийцами в 1915 году, заслуживало похвалы. Проезд два лари по транспортным картам. По ним же можно оплачивать все аттракционы в развлекательном парке на верхней площадке. Вагоны довольно современные и обогреваемые. Температура за сутки упала на десять градусов, и это актуально. К тому же наверху немилосердно дул ветер. Мы прогулялись по ухоженному парку Мтацминда, поглядели на телевышку, но от колеса обозрения я отказался, так как хотелось в тепло. У нижней станции заприметил уютное кафе "У фуникулёра", куда мы и направились греться кофе и горячим шоколадом.
  Быть в Тбилиси и не посетить район под названием Старый город - это кощунственно. Если убрать иномарки и запустить кареты с лошадьми - здесь можно смело снимать фильмы двухсотлетней давности. Ни рекламы, ни тротуаров, ни асфальта и даже брусчатки нет. Правда, у многих домов истёк срок службы и, чтобы они не упали, муниципалитет поставил в подмогу стенам наружные металлические подпорки в виде вертикальных свай и горизонтальных балок, которые делали некоторые улицы похожими на чудо архитектурной мысли. И сегодня шла работа по бурению земли для установки новой партии металла. Ряд домов так и не дождалось своей участи, и были видны следы обрушений. Заметил и несколько брезентовых палаток армейского образца с выглядывающими трубами от печек буржуек. Так и не узнал, кто в них живёт. Гостиничный бизнес здесь также на высоте, и повсеместно можно наткнуться на стильные хостелы и миниотели. Сквозь мрачные переулки просматривается металлическая фигура статуи Мать Грузия, в руки которой традиционно поместили меч, расположив его у верхней трети бедёр. К ней мы и направлялись, так как у её подножия должен был быть ещё и Национальный ботанический сад.
  Конечно, можно было бы подняться по канатной дороге, но тогда не охватили бы Старый город. У развалин средневековой крепости Нарикала сделал короткий передых. Почему короткий? Прогулка с коляской по ней требует героизма и хорошего атлетизма, а к более длительной остановке не располагают многочисленные попрошайки, освоившие и русский, и английский. Хотя место отличное для фотосессий, и город виден во всей своей красе.
  С первого захода в Ботанический сад не попали, так как поначалу я принял за него футуристические постройки, в которых угадывался стиль Юго-Восточной Азии. Эту "космическую станцию" я заприметил ещё с верхней станции фуникулёра, любуясь видами Тбилиси. Мы обошли его с двух сторон, но вход в него так и не нашли. Снаружи были припаркованы дорогие внедорожники, некоторые из них проезжали вовнутрь.
  - Скажите, а где вход в ботанический? - спросил у случайно вышедшего садовника в стильной зелёной униформе.
  - Там внизу, - мужчина махнул рукой по направлению к статуе Мать Грузия.
  - А это не он?
  - Нет.
  - А что это?
  - Бизнес-центр! - ответил он и быстро скрылся за массивными воротами.
  Через пятнадцать минут мы повстречали приятного старика - бывшего эпидемиолога. Он рассказал, что это имение миллиардера Иванишвили, владеющего одним процентом акций Газпрома, бывшего премьер-министра страны и теперь крупнейшего бизнесмена. Предприниматель выкупил часть сада, навёл порядок в оставшейся, платит зарплату его работникам и открыл свой, наняв японского архитектора и вложив в проект свыше шестидесяти миллионов долларов. За десять лет на горе Табори (бывшей Комсомольской аллее) возвели причудливые для здешних мест стеклянные дома с зелёными лужайками на крышах, под которыми спрятаны теннисные корты, бассейн, и запустили новое озеро, перекрыв реку. Может быть, старик немного привирал, но у филантропов бывают и не такие причуды.
  За два лари я купил входной билет и ушёл гулять по аллеям ухоженного парка, расположенного вдоль берегов горной речушки, наслаждаясь горным воздухом и шумом воды. Здесь и настоящий водопад, пещеры и мост двенадцатого века, названный в честь царицы Тамары, розарий, оранжерея, партер, японский сад, бамбуковая роща, стильное кафе и многое-многое другое. Чего нет - так это туалета, хотя стрелочки на него указывают. Увы. То, что я обнаружил, осталось ещё с царских времён, и причислить его к таковым я не мог. Про себя подумал, что будущее туалетного бизнеса не за горами. Ну а со стариком мы встречались ещё трижды, хотя парк был довольно просторный. Он проводил нас к выходу и сожалел, что забыл, как разговаривать на русском языке. Поинтересовался жизнью в России и рассказал про свою пенсию в пятьдесят долларов и что он, как малоимущий, может посещать парк бесплатно и ездить в метро за десять копеек.
  Счётчик километров приближался к двадцати четырем, и я решил, что на сегодня хватит. Вниз спустились в кабинке канатной дороги, что вызвало восторг и плач у сына, так как ему хотелось повторение представления. Наверное, самая дешёвая в мире (проезд по городской транспортной карте равен одному лари). Пообещал ему, что ещё приедем. Зажигал красочную вечернюю иллюминацию Мост Мира, ну а мы - в метро и домой. Завтра нас ждёт переезд в Батуми.
  Отъезд из Тбилиси был рано утром. Агент пришел вовремя. Попросил расписаться в квитанции, что я всем удовлетворён. Хорошо, что на русском, так как при заселении я расписывался в бумаге, не зная под чем (всё на грузинском).
  
  Утренняя привокзальная площадь только просыпается. Чистильщики обуви ещё спят. Зашли обменять валюту в привокзальный пункт.
  - Вы откуда, ребята?
  - Из Москвы.
  - И как там, всё нормально?
  - Везде всё нормально.
  - Нет... у нас ненормально...
  На первом пути красовался бело-красный двухэтажный поезд швейцарской компании Stadler. C бесплатным интернетом, электрическими розетками, вежливыми проводниками, толчеёй из-за большого количества багажа и желающих попасть во второй класс, и одним туалетом на три вагона. Остальные закрыты. Странно, что нет буфета, так как ехать пять часов, но мы вооружены домашними заготовками. Из окна открывались завораживающие виды на укутанные снегом и облаками горы, стремительные речушки, пасущийся скот и бедные деревеньки с мандариновыми садами.
  
  Батуми осенью
  
  Город встретил нас современным вокзалом и полоской моря, которое уже на протяжении десятка километров выглядывало из окна комфортного поезда. Соседка - пожилая грузинка - поинтересовалась, впервые ли мы в Батуми. Сказала, что для неё это лучший город. Я так и не успел расспросить, чем же он славится сейчас. В детской памяти остались фотографии набережной, где позировали бабушка с дедушкой, которые приезжали сюда по профсоюзным путевкам.
  С первых шагов я почувствовал комфорт. Чисто, нет суеты, навязчивости. Эпизодами накрапывал теплый дождь, и по ощущениям было в районе пятнадцати градусов. От транспорта отказался, так как у сына наступило время дневного сна, и мы пошли к отелю по ухоженному тротуару с красной велодорожкой вдоль морского побережья. Восемь километров, но после пяти часов дороги это не смущало. Хотелось набрать в лёгкие побольше морского воздуха и словить на кожу остатки солнца.
  Уже на вокзале заметны символы нового Батуми - возвышающиеся на морском побережье небоскрёбы. Это удивляет после грузинской столицы, где их - считанные единицы и там они кажутся случайной находкой. Здесь им отведены кварталы и первая береговая линия. Конечно, сегодня ютящиеся между ними латанные шифером и цинком девятиэтажки советской эпохи с достроенными этажами, пристроенными балконами и сохнущим на улице бельём представляются архаизмом. Как будто две эпохи градостроительства встретились между собой. Поначалу шокирует. Если мне казалось, что я видел все постройки социализма, то оказавшись в Батуми, я понял, что нет. Здесь проектировали и возводили с каким-то своим аджарским колоритом, главный принцип которого - дёшево и всем бесплатно. Сегодня же рекламные щиты преимущественно на русском языке предлагают квартиры от шестнадцати тысяч долларов, нулевым взносом и беспроцентными тремя годами оплаты...
  Набережная мне нравилась. Я сравнивал, сравнивал и не находил аналогов в своей памяти. Вроде бы как в Адлере, но более живая. С уютными стильными кафе, будками с мороженым, питьевыми фонтанчиками, эклектичными скульптурами, пальмами, елями и газонами, полосками парков, общественными туалетами и велопрокатом. Поинтересовался работой терминала Batumibike. Увы, просит карточку. Присмотрелся к велосипедам, - довольно изношены. Зашли в прямоугольный турист-офис на набережной с вывеской 24/7. Круглосуточно и без выходных - это тренд нового города, который встречается довольно часто. Лишь заведения "старого формата" позволяют себе выходные и обеденные перерывы. Но их немного.
  Со мной вежливо поздоровался молодой человек. Он готов был говорить также на английском и турецком.
  - Неужели круглосуточно работаете?
  - В летнее время да. Сейчас, извините, лишь с семи до часа ночи.
  - Сколько у вас стоит карта города?
  - Бесплатно.
  - Как проехать в Ботанический сад?
  - На тридцать первом автобусе.
  - Где и как можно подключиться к сотовому оператору?
  - Вы можете взять сим-карту у нас бесплатно, если у вас есть с собой паспорт.
  - А пополнить её как?
  - По городу вы увидите платежные терминалы Pay Box. Они на трёх языках. Минимальный платёж - один лари...
  Я был удивлён. Как будто волшебник придумал этот пункт помощи. Тут же можно было купить сувениры, грузинский чай, варенье и прочие необходимые для туриста вещи. Симку опробовал, - работает. Звонки в Россию двадцать тетри минута, плюс десять за соединение, из минусов - дорогой интернет, но в салоне Geocell настроили.
  Сын всё ещё спал, и я не спеша рассматривал город. Башня в турецком стиле (аналог встречал в Измире) с надписью "Chacha-tower" и циферблатом. Говорят, что при открытии здесь работал фонтан с этим напитком, но потом он иссяк и часы остановились. Рядом с ней - колесо обозрения и вторая башня с шаром и грузинским алфавитом на стенах. Из-за неё выглядывают пятизвёздочные отели с казино на первых этажах: Рэдиссон, Шератон, Хилтон, соседствующие с покосившимися некрашеными хрущёвками. Вероятно, за счёт гостиниц проходит реконструкция крыш нижележащих домов. Казино здесь встречаются повсеместно, и это привлекает сюда соответствующий контингент.
  В столице Аджарии находится и самое большое здание Кавказского региона - двухсотметровый небоскрёб - Батумский меридиан, с интегрированным в него на высоту ста метров колесом обозрения с закрытыми кабинками. Я такого чуда градостроительства ещё не видел. Поначалу я подумал, что это очередной отель, но затем узнал, что оно принадлежит грузино-американскому университету.
  На этом фоне дорожное полотно бульвара, выложенное из брусчатки, оставляло желать лучшего. Лужи, выбоины, неубранный гравий. Так же, как и некоторые тротуары, которые заканчивались тупиками, как и дорожные переходы - лужами или отсутствием пешеходной части. Зато повсеместно урны, некоторые даже с пепельницами. В парках и на набережной заметна работа дворников и садовников. При нас они подвязывали канарским пальмам ветки в пучок. Хоть снег - довольно редкий гость в здешних краях (один раз в двадцать-тридцать лет и последний снегопад был в 2015 м).
  В Батуми я забронировал номер с включёнными завтраками в апарт-отеле Tangerine на пять суток. Но при заселении мне вежливо предложили оплатить завтраки по пять долларов. Якобы, сбой в системе бронирования. Забегая вперёд, скажу, что "сбой в системе" так и не был исправлен при нашем отъезде. Но отель мне нравился. Двадцать первый этаж, вид на море, современный стильный дизайн: бетонный потолок с люстрой-пауком, десяток осветительных приборов и добротная итальянская сантехника. Из бонусов - бутилированная вода, чай, кофе, сахар и ежедневная качественная уборка. В холодильнике платные напитки, шоколад и коробка с предохраняющими средствами. После Еревана и Тбилиси это был лучший отель, где я не нашёл к чему бы придраться. Лифт здесь тоже платный, но мне выдали электронную карточку, она же - ключ к номеру с безлимитным количеством поездок. Из недочётов: в десять утра начинались ремонтные работы сверху, но сын вставал раньше. Также не было заявленной общей кухни, но имелся электрочайник.
  Вечером детальнее знакомились с набережной. На ней проходило шоу фонтанов, танцующих под советские шлягеры. Каждый вечер - новая программа. Вспоминалась Прага, где мы на такой аттракцион покупали билеты. Напротив фонтана - скульптура "Замороженный фонтан" и подсвечиваемая шестнадцатиэтажка в виде перёвернутой бутылки. Тоже местное ноухау. Центр оказания социальных услуг населению и Дворец юстиции. Здание местного Макдональдса может претендовать на звание самого стильного в пределах СНГ. Оно напоминает гигантский стеклянный вертолёт, только без лопастей. В пределах набережной заметил отель "Колизей", напоминающий римского тёзку и "Белый ресторан" - перевёрнутую резиденцию президента США. Как кто-то сказал, Батуми - город с чудинкой.
  В завершение прогулки зашли в торговый центр Batumi mall, где на первом этаже располагался местный сетевой гипермаркет Goodwill. Очень прилично и просторно! Фрукты и овощи без гнилья, молочных товаров пруд пруди, как и кондитерских изделий, хлебов и минеральной воды. Хорошая кулинария, которая не раз спасала нас на ужин. В центре зала отдел грузинских вин с дегустацией. В столице Аджарии все винные магазины проводят дегустации. Грузинская система торговли мне понравилась. Бесплатные пакеты, часто кассирши упаковывают товары, всегда выдают чеки. Даже на улице при покупке пирожка дают чек, салфетку и пакетик.
  Мы познакомились в торговом центре с женщиной - предпринимателем из Украины, которая арендовала небольшой уголок для любителей швейцарского кофе и какао. Она второй год работает здесь и ей нравится ведение бизнеса в стране и тёплый климат. Говорит, что часто проводятся контрольные закупки и если попался, то грозит крупный штраф. Также поделилась и своими наблюдениями по безопасности, что иногда забывает закрывать квартиру на ключ в ночное время. При Саакашвили было ещё безопаснее, но и теперешний президент пытается поддерживать своего предшественника. В городе крупная украинская диаспора, которая работает в казино и сфере общепита. Хотя вывесок на украинском языке я не встречал, как и предложений по обмену гривны.
  День второй начался с совместной пробежки. Точнее, я бежал, а сын ехал в коляске. Его притягивали то городки c тренажёрами work-out, то мандарины в парке, то законсервированный открытый аквапарк. Редкие прохожие вышли на утренний променад. Полицейские барражировали на скутерах и электрокарах по велодорожкам. Настораживал строительный бум. В моей голове это никак не укладывалось. Зачем, для кого и для чего строят столько небоскрёбов? Быть может, Батуми будет претендовать на столицу зимней Олимпиады? Но, кроме ледового катка и теннисных кортов здесь более нет спортивных объектов. В городе всего сто двадцать тысяч жителей, а здесь представлены все крупные сетевые отели. Такого даже в Сочи нет. Если посмотреть на рекламу будущих построек, что крутят постоянно на телевизоре в нашем скоростном лифте, то это напоминает вечерний Гонконг в момент лазерного шоу небоскрёбов. Конечно, здесь много обменных пунктов и туристов. Все надписи на трёх, а иногда четырёх языках. Но поток должен быть в сотни раз выше, чтобы оправдать такие постройки. Видимо, будущее покажет.
  Обзорную экскурсию по городу начали с набережной или Нового Бульвара, которая переходит в своего прародителя - Бульвар, основанный ещё в 1881 году. Мои подозрения по чистоте сегодня подтвердились. В парке молодожёны в сопровождении фотографа и видеооператора. Здесь же новое здание ЗАГСа в виде хайтековской горизонтальной капли. Суббота - день свадеб, и свадебные кортежи с лентами, куклами на капотах и постоянными сигналами вносят ещё большую сумятицу в довольно плотный трафик. Но полицейские привыкли и никак не реагируют.
  С Бульвара прошли в парк 6 Мая или бывший Пионерский. О последнем напоминает лишь памятник пионеру с отцом перед белоснежной колоннадой. Сын уснул и не смог по достоинству оценить парк аттракционов, скромный аквариум с немытыми стёклами и небольшой зоопарк (вход два лари). Чтобы порадовать его, когда проснётся, купил билет в Дельфинарий на вечернее представление. В центре парка большущее озеро Нуригели с фонтаном-струёй, на выходе фонтан "Вода, поднимающая камень". Есть прокат лодок в летний период, в том числе плавучих столиков. Множество лавочек, детей, стариков, ухоженная зелень и чистота. Из нюансов - это курение. Курят практически везде, даже там, где запрещено или не ожидаешь. Например, парикмахерша на рабочем месте, мужчины в фойе детского театра, пассажиры в маршрутном такси, посетители в кафе-ресторане.
  Из парка ушёл изучать центр города. Планировка довольно понятная и напоминает собой питерскую. Вероятно, из-за того, что в конце девятнадцатого века русские здесь были в большинстве. По городу разбросаны кофейни в виде больших чашек. Приличный эспрессо от двух лари, какао - три. А вот чая почти нет. Только в турецких закусочных в грушевидных стаканчиках и сахаром вприкуску. Если не понимают русский, то отвечают на английском. Хотя вывесок и объявлений на кириллице гораздо больше, чем в столице Грузии. Центр выполнен в стиле нового модерна, что гармонирует со старым, и порой сложно различить, где новое, а где старое. Развитием города активно занимался М.Саакашвили, который обещал превратить его в курорт мирового уровня, что дало развитию инфраструктуры свежую волну в постсоветский период. Современный аэропорт, вокзал, наложена транспортная система. На городской карте имелась схема движения общественного транспорта с указанием маршрутов. В Батуми довольно много низкопольных автобусов компании Zadar с кондукторами, кондиционерами и электронными валидаторами. Проезд сорок тетри, но в салоне продают сразу два билета. Из минусов - это начало работы в семь утра.
  Завидев башню с астрономическим часами, достал фотоаппарат. Редко когда новодел под старину вызывает восхищение. Да и сами часы с фазами луны, синодическим временем, лунным календарём и прочими приспособлениями достойны того, чтобы к ним прилагался экскурсовод, а не скромная табличка с описанием. Напротив - отреставрированная старина - дом с атлантами. Почти вся Европейская площадь была выполнена в едином стиле. В центре памятник Медее - позолоченной девушке на гранитной стеле и фонтан в виде струй, бьющих из-под гранитной плитки.
  Тем временем подошло время представления в Дельфинарии, и мы поспешили к нему. Для сына это был дебют, и он бурно реагировал на трюки шести млекопитающих под управлением трёх тренеров. Комментарии давались на английском, турецком и русском. Жаль, что мало, - всего двадцать пять минут. Но с другой стороны - осталось время, чтобы встретить солнечный закат над городом.
  Сравнительно недавно в городе заработала канатная дорога "Арго", и за десять лари можно совершить подъём и спуск. Внутри всё цивилизованно, доброжелательно и аккуратно. Ещё в Тбилиси ему понравился этот аттракцион, но там он короткий, а здесь пять километров в обе стороны над старым городом и частным сектором с садами цитрусовых, хурмой и айвой. Заметил, что не все дороги в городе заасфальтированы и многие покрыты лужами от вчерашнего дождя. Да и большая часть кварталов ещё не пышут богатством, как набережная и центр. Сегодня солнечный диск исчез за горизонтом ровно в шесть часов вечера. Наверное, только на юге можно наблюдать за физиологией и течением времени.
  
  Воскресенье разбил на две части. В первую часть мы отправились в кукольный театр на спектакль "Три поросёнка". Билет стоит четыре лари, ребенок на руках бесплатно. Сын высидел сорок пять минут. Видно было, что ему тяжело давался мой синхронный перевод, так как куклы-актёры говорили на грузинском языке, и, не дождавшись окончания представления, он ушёл прыгать на подушках в фойе.
  Вторую часть дня мы гуляли в Ботаническом саду в посёлке Махинджаури, что в девяти километрах от Батуми. Точнее, он почти всё время спал в коляске, пока я ловил фотоаппаратом интересные ракурсы, собирал хурму, айву, цитрусовые и миндаль. Заметил, что это было принято у посетителей и после строгой Европы меня это забавляло. Ведь, когда рвёшь сам, то даже зелёный фрукт кажется вкусным.
  Не берусь описывать красоты и парковые зоны - вероятно, они достойны фотографирования в любое время года (сегодня же цвели красные и белые камелии с розами и чистотелом). Мне также понравилась инфраструктура этого природного объекта. При входе выдали карту парка. Почти везде довольно ухоженные дорожки, вечером освещение, имеются трёхязычные указатели деревьев и кустов, везде схемы, бегают платные электрокары (протяжённость парка пять километров), работают бесплатные хот-споты с wifi, чистые туалеты. Также множество зон для пикников, трекинговые маршруты и даже площадка для установки палаток с умывальником, навесом и кафе. Правда, желающих - ноль, и её активно использовали молодожёны для фотосессий и шампанского. Мы же встречали закат на пляже в посёлке Чакви, где заканчивается северная часть ботанического сада. К центральному выходу вернулись затемно и обнаружили закрытой калитку, хотя парк работал до восьми вечера. Хорошо, что мы были не одни и мне помогли перетащить коляску через двухметровый забор.
  
  Понедельник - международный музейный выходной. Я решил съездить в крепость Гонио, что в двенадцати километрах южнее Батуми. Подумал, что если она будет закрыта, то полюбуемся снаружи. На городском автобусе довольно быстро добрались. За три лари купили входной билет, и ушли изучать музей да раскопки генуэзской цивилизации с наслоившимися слоями от Византии и Османской империи. Внутри крепости аллея киви и сбор урожая. Хотя у нас были с собой киви, купленные на рынке, здешние показались вкуснее, слаще и сочнее, как, впрочем, и хурма. Сыну понравились довольно небезопасные бастионы, и мы на все забрались. Вокруг крепости располагались цитрусовые сады и эвкалиптовая роща. Обратно возвращались на шестнадцатом автобусе с челноками из Турции. Женщины везли трикотаж, одеяла и шторы. Городской маршрут проходит до пограничного перехода у поселка Сарпи, и при желании можно съездить и туда, но как сказала наша украинская знакомая: "Батуми красивее, и наоборот - турки предпочитают ездить сюда".
  Вторым объектом был городской рынок. Мне показалось, что в Батуми нет такой повальной уличной торговли, как в Тбилиси. И хоть народ здесь не шикует, но имеется некоторая культура. Всё поделено по секторам. Продукты, одежда, зона печей и дымоходов, рыбные ряды, табак, бытовые товары. Проводились дорожные работы, и продавцов согнали на тротуары, отчего торговля стала ещё колоритнее. Вокруг рынка расположены все основные храмы - центры религиозных конфессий. Мечеть, синагога, грузинская, армянская церковь и католический собор. Обойдя их по очереди, направился в музей Аджарии. Кроме стандартных краеведческих и исторических знаний получил представление о становлении чайного дела в Аджаристане. Ещё в конце девятнадцатого века Константин Попов пригласил из Китая чайного мастера Лао Джон Джу, который построил в посёлке Чакви дом и высадил первые чайные кусты. Более тридцати лет он провёл здесь, похоронив здесь своих девочек и мать. В советский период в Батуми был НИИ чая и цитрусовых, а также работали три чайные фабрики. Сегодня же встретить в местных магазинах чай довольно сложно. На рынке продают самосад, а в магазинах преимущественно пакетированный.
  Сегодняшний закат я решил встретить во вращающемся ресторане башни грузинского алфавита. Внешне она чем-то схожа с увеличенной до ста тридцати метров молекулой ДНК и очень эффектно смотрится в ночной подсветке. Заказав горячий шоколад и кофе (самый дорогой в городе, 8 и 7 лари), мы наблюдали за солнечным диском, прячущимся за морем и зажигающем ночные огни городом. Колесо обозрения, морской порт, отели включили свою парадную иллюминацию. Тут и белоснежный дом-маяк, построенный французами во времена порто-франко, и современные восьмиметровые стальные движущиеся скульптуры мужчины и женщины. Азербайджанский юноша Али и грузинская княжна Нино (герои грузинского романа) движутся навстречу друг другу, символически проходят друг через друга и при этом не соприкасаются из-за разрезов в их "телах". Я подумал, что Батуми - это город для настоящих романтиков.
  День четвёртый я посвятил поездке на северное побережье. Непременно хотелось побывать в доме китайского чайного мастера, и с довольно оживлённой, на первый взгляд непонятной, Тбилисской площади на жёлтом миниавтобусе "Богдан", салон которого на треть был заполнен новенькими вязками веников, мы отправились по колоритной горной дороге на север. По обочинам продавали цитрусовые и предметы домашнего обихода: бамбуковые лестницы, уличные мётлы и новенькие печки с дымоходами. Уже на подъезде к вокзалу Чакви я заприметил двухэтажный дом с башенками. Сойдя на остановке, поинтересовался у владельца придорожного киоска.
  - Да он самый. Сейчас заброшен. Туда многие приезжают.
  - А в Чакви можно чай купить? Я слышал, что раньше три фабрики работали.
  - Давно это было, ещё при коммунистах... Сейчас ничего не осталось. За чаем ездим в Батуми.
  Дом, хоть и был заброшенным, но выглядел колоритно. Северная сторона увита плющом. Всё, что можно было вынести из него, было вынесено. Забыли лишь забрать белый мраморный пол, на котором был изображён чайный трилистник в зелёном овале. Спросил у редких соседей, кто здесь жил, но в ответ: "не знаем".
  Прогулявшись по поселку до автостанции, удивился ухоженности. Тротуары, школа, стадион, новенький муниципалитет. По пути зашли в магазин мёда из национального парка.
  - Что у вас кроме мёда ещё есть? - спросил у торговки.
  - Черничный чай... очень полезный, у нас все покупают.
  - Чай не может быть из черники. У вас черничный лист, из которого можно готовить отвар.
  В сегодняшних планах было посещение парка Мтирала, что в восьми километрах от Чакви. Продавщица мёда сказала, что дважды в неделю туда ходят маршрутки, что подтвердил и таксист на автостанции. Договорились, что он отвезёт нас туда-обратно за пятьдесят лари и подождёт с коляской, так как маршрут для её колес будет непроходим. Я передумал, так как приближалось время тихого часа, а оставлять с ним сына не рискнул. Зашли в сельскую пекарню, где на наших глазах четыре женщины пекли торты и пирожки. Они мне сварили кофе в турке, а ребёнку подогрели молока, и мы испробовали свежеприготовленную ореховую гату. Аджария славится не только своим вином, фруктами, но и сладостями. Каждый день я пробую здесь что-то необычное. В каждом квартале есть мини пекарня, где в тандыре готовят лаваш и шоти (местный белый хлеб).
  Сын уснул, и я решил поехать в Кобулети. Это районный центр. По отзывам в интернете - делать там совершенно нечего: две улицы протяжённостью пять-семь километров и пляж. Решил, что будем просто гулять вдоль берега. Попросил водителя остановить у будки туристинформ с надписью gobatumi.com. За стойкой две девушки, которые на карте отметили все достопримечательности городка и округи. Их было немало. В том числе два национальных парка. Посмотрел, что есть карта веломаршрутов, трекингов, рафтинга, путеводитель на английском языке и масса иной бесплатной печатной продукции. Купил у них пертского и батумского чая и ушёл смотреть краеведческий музей Кобулети. Он был восстановлен под покровительством Литвы. Скромная экспозиция занимает два этажа и напоминает уменьшенную копию Батумского собрата.
  Также девушки рекомендовали посетить уникальный природный заповедник на окраине города - Ispani. Это "молодое" болото, которому немногим больше полутора тысяч лет. Здесь собраны уникальные мхи и обитают редкие виды птиц. И мы пошли к нему через весь городок.
  Летний сезон закончился, и большинство заведений уже закрылись. Хозяева достраивают этажи мини-отелей, ремонтируют летние кафе и магазинчики, чистят тротуары и собирают урожай поздних фруктов. После шумного Батуми спокойно и воздух свежее. Надписей на английском и турецком почти нет - всё дублируется на русском со смешными ошибками: "квартири, здаю, грил". Вдоль морской кромки простиралась лесопарковая зона. Сосны, эвкалипты, другие лавровые, под которыми расположились детские площадки и летние кафе.
  На болоте мы были единственными туристами. Мирно жевали траву гнедые телята и паслись альбиносные лошадки. Как следовало из пояснений на английском: "Тропа безопасности протяжённостью один километр... На площади в четыре сотни гектаров собраны уникальные мхи и лишайники... Здесь обитают редкие виды птиц..." Коляска завязла в тропинке, и, оставив её, мы пошли к смотровой вышке. Заповедником это место стало сорок лет назад, и мне показалось, что с тех пор мостки и смотровая не менялись, так как доски местами предательски поскрипывали и прогибались. Не знал, что болотом можно любоваться и сегодня для меня это стало открытием. Вдалеке виднелись покрытые снегом кавказские горы, и уходить отсюда не хотелось. Но сыну требовалось движение после тихого часа, и мы пошли к морю. Бросать камни в воду и встречать закат, который наступил на две минуты раньше вчерашнего.
  Путешествие к морю закончилось. В турист информ городка Кобулети меня попросили заполнить анкету, в которой был вопрос: какой туристический продукт вас удивил в Аджарии? Ответил им, что сама организация туризма и удивила. Не привык я ещё встречать на просторах СНГ цивилизованные формы отдыха.
  
  
  Калугу посетить...
  
  - Хотелось бы куда-нибудь съездить на выходные, - сказала в понедельник Надя, - чтобы недалеко от Москвы и недорого...
  - А не поехать ли нам в Калугу? - предложил я, - экспрессом два с половиной часа. Недавно с букинга горящее предложение приходило от тамошнего Хилтона. Никогда в нём не жили. Дети бесплатно... Помнишь, как мы сняли номер на окраине Калуги семь лет назад? С подростковыми кроватями, рваными простынями, гвоздями на дверях вместо вешалок... Кажется, даже раздеваться на ночь побрезговали.
  В июне 2010-го на выходные дни мы "убегали" от подмосковных пожаров. То в Смоленск, то в Брянск, то в Калугу. Этот город запомнился лишь отдельными яркими пятнами: пыльной центральной улицей, гигантским музеем космонавтики, обшарпанной гостиницей, а также драками в автобусе и на вокзале.
  - На экспресс мест нет! - резюмировала кассирша на Киевском вокзале.
  - Мы готовы постоять.
  - В экспресс не впускают без мест. Могу предложить билеты на обычную электричку. Идёт на тридцать минут дольше.
  И вот мы в тамбуре электропоезда Москва-Калуга. В вагоны с двумя детскими колясками не войти. В проходах стоят. Даже коробейники и контроллёры стесняются ходить. Некоторым пассажирам становится дурно от духоты, и они прилипают к форточкам. Другие скрашивают утомительную езду пивом и курением, несмотря на запреты и штрафы. Лишь в Обнинске (через два часа) нам невольно уступили места на деревянных скамейках, так как треть вышла. С детьми время быстро бежит. Покормить, пожурить, поиграть - и мы на месте.
  Калужский вокзал встретил привычной пятничной суетой и полицейским патрулём. Здесь же конечная первого троллейбуса, ГАЗелей, ПАЗиков и автостанция. До отеля пять километров и решено пешком. Первый тёплый майский вечер. Пахнет цветущими яблонями и грушами, набухли цветы у сирени, над головами барражируют майские жуки, которых не встречал в столичных парках. Малоэтажная застройка, немного рекламы, кособокие тротуары, современные светофоры, зелёные дворы. Относительно тихо и малолюдно. И непривычная после Москвы и других областных центров чистота. Конечно, до идеальной европейской ещё шагать и шагать, но здесь комфортно гулять. Оборудованы пандусы, есть съезды для колясок, и на остановках нет пустой тары.
  Из-за большого количества советской агитационной символики и монументов с рабочими-крестьянами в городе создаётся ощущение, что попал в прошлое. Мозаичная конструкция "Пятьдесят лет ВЛКСМ", улица Ленина, площадь Победы с обязательной железобетонной стелой, бронзовым маршалом на коне и фонтанами с подсветкой. На главной городской площади на гранитном постаменте красуется в кепке вождь мирового пролетариата в натуральную величину с указывающей дланью к победе коммунизма. Надпись сохранили для потомков, как и герб РСФСР на здании бывшего горисполкома.
  По пути встречались сетевые магазины и многочисленные питьевые будки с артезианской водой, которые пользуются популярностью у горожан. Весьма доступно - литр за три рубля. В Калуге доминирует малый и средний бизнес, что заметно по первым этажам пятиэтажек, которые выкуплены под булочные, кафе, магазинчики и прочие ИЧП.
  Ужинать и завтракать решили в отеле. Поэтому по пути посетили магазин и кулинарию. Конечно, ассортимент скуднее, чем в столичных. Радует неплохой выбор аутентичного: молочко, сладости, выпечка, колбасы. Местных конфет, сыров и мороженого, увы, нет.
  В отеле непривычно вежливо. Ещё вчера мне позвонили, чтобы уточнить время прибытия и особые пожелания. Я запросил две люльки и застелить диванчик, что превратило наш номер из двухместного в пяти-.
  "К чему же можно придраться?" - думал про себя, когда мы зашли в просторный номер. Ведь не бывает идеальных европейских прототипов у нас. Всего в достатке. Полотенец, парфюмерии, белья, салфеток. Вода бесплатная, электрочайник, чай, кофе, фруктоза, вайфай выдаёт скорость в сто мегабит в секунду, электронные ключи срабатывают мгновенно, в телевизоре полсотни каналов, кондиционер мощный, сантехника добротная с регулятором температуры воды на смесителе, звукоизоляция на пятёрку, лифты с музыкой и ремонт идеальный. В круглосуточном фитнесс-центре просторно: три беговые дорожки, велосипед и красивый набор железа. Решил протестировать портье.
  - Девушка, где можно оставить коляски?
  - Здесь, у моей стойки. Вот номерки.
  - А карта города у вас есть?
  - Возьмите.
  - А описание достопримечательностей?
  - В вашем номере есть буклет.
  - Нам бы ещё пару чайных ложек.
  - Я скажу горничной, чтобы вам занесла. Заодно поможет и диван застелить.
  - Скажите, а СВЧ-печь есть?
  - Да конечно. Между моей стойкой и лифтом в комнатке-магазине.
  - Я читал, что у вас есть ещё услуги спа-комплекса.
  - Да. В пяти минутах езды от нас, - как отличница на экзамене отвечала девушка, - возьмите карточку с адресом. По ней может пройти лишь один посетитель. За второго следует доплатить пятьсот рублей.
  "Кто ищет - тот всегда находит!" - подумал про себя. Я был удовлетворён своим занудством и её ответами. По моим наблюдениям, соотношение цена/качество было лучшее, что доводилось встречать в небольших городах.
  Утром отправились в визитную карточку города - музей Космоса. В Калуге даже названия магазинов и кафе напоминают о нём. Звёздный, Орбита, Спутник, Галактика, улица Гагарина, да и на металлической стеле "600 лет Калуге" изображён первый человек, преодолевший земное притяжение и гранитный барельеф гения-самоучки, который завершил свой жизненный путь в деревянной усадьбе на берегах Оки.
  Перед входом в музей, построенный в стиле советского авангарда, посетителей встречает бронзовая фигура первого космонавта с раскинутыми руками. На сайте ознакомился с расписанием сеансов в планетарии и выбрал тот, который для дошкольников.
  На осмотр экспозиции с детьми осталось немногим более часа. Конечно, интересно читать надписи на стендах, слушать гидов-экскурсоводов, смотреть телефильмы, но сын требовал внимания, так как он стремился нажимать на кнопки, крутить рычаги, лез на перила лестниц и кратковременно реагировал на замечания смотрительниц. Спутники Земли, луноход, марсоход, настоящие космические капсулы, макет станций, копии баллистических ракет чередовались с фотографиями и личными вещами Гагарина, Циолковского и Королёва. Последнего чтили больше всего, так как на стенде представлена была даже личная мыльница с мылом и электробритва "Харьков". Подслушал, что это самый высокий музей в мире и здесь подвешены к потолку настоящие спутники. Экспозиция космической техники впечатляет даже человека, равнодушного к Космосу, живущего в стране в эпоху затухающего интереса к этой сфере. Не верится, что тридцать-сорок лет назад наши соотечественники гордо запускали ракеты к Луне, Марсу и Венере, а сейчас пересели на пассажирские Боинги и Айрбасы. В музей регулярно прибывали партии школьников и их головы насыщали азами астрономии, аэродинамики и космонавтики.
  Ровно по расписанию начался сеанс в планетарии, и мы погрузились в магию звёздного неба, лазеров и убаюкивающего голоса. Сын уснул на десятой минуте, я чуть позже, и сквозь сон до меня долетали таинственные слова: Туманность Андромеды, бесконечная Вселенная, чёрные дыры. Лишь старшая дочь бодро продержалась все пятьдесят минут и по пути к дому К.Э.Циолковского активно пересказывала услышанное и увиденное.
  Через парк прошли к берегу водохранилища и усадьбе семьи Циолковских. Во дворе колодец с котом, кусты сирени, сарай и белоснежный памятник с хозяином, сидящем в палисаднике. В низких комнатах и мастерской было тесновато от многочисленных экскурсий. Хотя с другой стороны, с комментариями экскурсоводов мы полнее погружались в историю гениального человека, который опередил эпоху, а может быть - и не одну. В то время как в Боровске женихи скакали на рысаках и хвастались приданным своих невест: подушками, перинами и петухами, а забулдыги устраивали кулачные бои на улицах, молодой учёный размышлял над созданием металлических поездов, летающих между планетами, и конструировал макеты первых крылатых ракет и дирижаблей. "Он не берёт денег с отстающих учеников... ему не нужны подработки... он критикует религию... он не выпивает с нами по праздникам... он пугает лошадей летающими змеями", - писали коллеги в своих доносах на губернского учителя. Наверное, и сегодня его бы отправили к психиатру и в эру нейролептиков назначили бы лечение психотропными, но тогда такое "помешательство" наукой ещё не классифицировали в болезнь, что и спасало его.
  Мне запомнились фразы-заметки из его биографии, которые прочитал на стендах. "В сорок пять он впервые сел на велосипед, за который заплатил двадцать пять рублей, что равнялось стоимости пяти бурёнок... В его доме не было электричества, и он освещал комнату керосинками и настольным зеркалом... Он писал карандашом, так как кляксы заставляли переписывать формулы... На его фарфоровой чашке написан авторский афоризм: "Бедность учит, а счастье портит"... Он тратил большую часть жалования на опыты, написание брошюр и покупку книг..."
  Сегодня в городе День музеев и мы решили поддержать традицию, выбрав для посещения Краеведческий музей. Экспозиция довольно традиционная: эпоха динозавров, первых людей, местные птицы, звери, растения чередовались с предметами старины двухсотлетней давности, которые аккуратно расставлены в расписных интерьерах богатой усадьбы XVIII века. По планировке она отдалённо напоминала мини Эрмитаж. Те же тапочки с завязками, та же роспись на стенах, люстры, картины, посуда, да и цари здесь любили останавливаться.
  Из музея через грациозный, построенный в виде римских виадуков Каменный мост мы отправились в Городской парк с самыми старыми дубами и величественным Троицким Собором. Внутреннее убранство храма оценить не успели, так нас почти незамедлительно выгнал мужчина - продавец свечей и по совместительству смотритель. Дескать, "с колясками запрещено... вы грубо нарушаете религиозные обычаи". Зато в парке дети напрыгались, вдоволь наигрались и моментально заснули по возвращению в отель.
  Воскресенье не порадовало погодой, и решено было греться в бассейне с сауной по бонусу от нашей гостиницы. На сайте Гранд-фитнеса разовое посещение стоит пятьсот рублей, но при очном знакомстве с нас попросили по тысячу двести с человека. Двоих детей не допустили, а флайерс из отеля не приняли, так как пришли в прайм-тайм. Не солоно хлебавши побрели гулять по городу. На городском рынке на улице Герцена купили фермерского творога, сметаны и ряженки. По пути к вокзалу зашли погреться в уютные кафе "Сны любимого кота" и "Хочу кофе!", которые, судя по отзывам, входят в первую пятёрку городских кофеен. Весьма прилично, недорого (65 рублей чашка кофе), стильно и не забывают принести к чашке эспрессо стакан воды.
  Уезжали из Калуги с приятным послевкусием от насыщенных выходных. И даже неожиданное предложение подвыпившего соседа по лавочке в электричке - "набить друг другу морды в тамбуре" меня лишь позабавило и немного отвлекло от написания этого отзыва.
  
  
  
  Сицилия
  
  Второй день нашего отдыха. Сиеста. Все заведения закрыты на трёхчасовый перерыв. На улице редкие автомобилисты. Тридцать восемь в тени. Орест посапывает в детской кроватке в спальне. Сегодня он выучил два новых слова: таракан и муравей. Насекомые смело заползали на третий этаж и поначалу пугали его. Теперь он обзывается ими. Девятимесячная Олесия дремлет в коляске на террасе. Она расширила свой прикорм итальянскими сырами, помидорами и мороженым. Старшая дочь Таисия делает домашнее задание на планшете. Она не может пройти спокойно мимо многочисленных желатерий и нудит, когда же мы будем пробовать очередной десерт. Даже не верится, что мы снова очутились на сицилийской земле. В шестой раз за восемь лет мы выбрали этот остров для семейного отдыха. Были неудачные опыты с соседней Мальтой и далёкой Южной Кореей, были кратковременные вылазки в Крым и Сочи, но каждый раз мы возвращались к Сицилии, где отдых наиболее близок к представлению об идеальном месте.
  Подготовку к отпуску начал ещё в декабре. У авиакомпании KLM выкупил билеты с пересадкой в Амстердаме и Милане. Неудобно, но цена привлекательная. На сайте айрнби забронировал апартаменты на месяц в северной и на две недели в южной части. Странно, что не все страны признают ирландскую компанию и попасть в ту же Братиславу мы не смогли, так как словацкому визовому центру потребовался фирменный бланк арендатора с кадастровой выпиской, высланный желательно по факсу. С Италией всё гораздо проще - не зря она пятьсот тысяч виз в год выдаёт для россиян. Хотя зачем-то повторно просветили пальчики (унизительно конечно, но можно стерпеть) и взамен "наградили" годовым шенгеном на семью.
  Ночь провели в детской комнате Шереметьево. Я почти не спал, так как переживал, нет ли там паразитов в матрасе, ведь условное одноразовое бельё не спасёт от них. Мысль с организацией детского отдыха хорошая, нужная, полезная, но вот до ума не доведена.
  Полусонные вылетели в Амстердам и такие же прилетели в Милан, где необходимо было переехать из аэропорта Мальпенза в Линате, и где нас ждало первое разочарование и окончательное пробуждение. Один из чемоданов потерялся в пути. Заметил, что такая же участь была ещё у десятка пассажиров, которые стояли в очереди для заполнения заявлений о пропажах. Я бы штрафовал компании за такие промахи. Ну как такое возможно в современном мире? И как объяснить детям, что все их любимые вещи-игрушки по чьей-то безалаберности выброшены из их жизни?
  Скрашивали настроение бесконечным посещением кафе и кофеен. Хочется даже поверить, что в Италии выращивают кофе, так как вкуснее и правильнее здешних баристо его нигде не делают. Вроде бы и в Москве давно опустили железный занавес, и можно купить даже копи лювак, и машинки у нас есть по сотне-две тысяч долларов, и чашечки временами правильные бывают, но почему-то чаще попадаешь на бурду за двести-триста рублей. Здесь же евро с хвостиком - наслаждайся атмосферой, уютом и послевкусием!
  - Папа, а где тут кнопка? - стереотипно переспрашивал у меня трёхлетний сын.
  - Нет здесь кнопок, Орест.
  - Я хочу кнопку. Надо воду смыть.
  - Ты отойдёшь, и она сама польётся.
  - Это почему?
  - Потому что это сенсор... Фотоэлемент называется. Он на свет реагирует... Отходи... Видишь, вода потекла?
  - А что такое сенсор? - по кругу повторял он.
  - Это спрятанная кнопка, которую можно не нажимать.
  - Папа, а где кран?
  - Вместо крана сенсор... Тут всё в сенсорах, сынок.
  - А почему вода холодная? - не унимался малыш.
  - Экономят, наверное...
  С тремя детьми дорогу протяжённостью в сутки преодолеваешь в одно мгновение. Покормить, развлечь, убаюкать, развеселить, переодеть, посмотреть, чтобы на зашиблись, не убежали, не потерялись и т.п. Знакомый подарил три китайских радиопередатчика, которые я настроил на планшет и при удалении на десять метров гаджет выдаёт вой сирены, но лучше глаз и рук ничто ещё не придумано.
  - Белла бамбини, бела бамбини! - закричала загоревшая сеньора, подскочив к нам в аэропортовом макдональдсе. Судя по её экспрессии, я подумал, что наши дети что-то разбили или сломали ей, - возьмите, пожалуйста, этот сок для них! Угощайтесь! Мне так приятно на них смотреть... они такие белые у вас! - перевел я её дальнейший монолог. Да уж, мы почти забыли итальянское гостеприимство.
  В аэропорту Катании нас встретил улыбающийся Иван - хозяин апартаментов в городке Сан-Джорджио. Он был с супругой, и я подумал, что мы поедем на минивене. Увы, обычный хечбэк, в багажник которого с трудом влезли две детские коляски, чемодан и рюкзак. Две задние оси с колёсами я держал в руках вместе с сумкой. Я подумал, что нет худа без добра, так как потерянный чемодан нам бы некуда было поставить...
  - Ты же написал, что будешь с одним ребёнком? - сказал Иван, демонстрируя нашу переписку в воцапе. Судя по изумлению на их лицах, они не ожидали такого "десанта". Хотя я предварительно отправил фотографии детей, колясок и всей нашей поклажи. Да и на страничке апартаментов заявлено две спальни, четыре кровати, люлька.
  - Нет, Иван, с тремя.
  - Если вы устанете, - мы остановимся, - сказал он после паузы, - до дома ехать час и пятьдесят минут.
  Дети мгновенно уснули под итальянские песни из радио, а Иван нажал на педаль газа, и его машинка понеслась со скоростью сто двадцать в час, лишь притормаживая на пунктах въезда/выезда на платные магистрали, чтобы оплатить проезд и сказать электронному автомату: "Грацие, ариведерчи". Нередкие авто при этом ещё лихо обгоняли нас. И это по ночной трассе всего в четыре полосы! Правда, надо отдать должное идеальной сверкающей разметке, своевременным указателям и вежливому поведению на дороге.
  В пути рассказали о себе и познакомились с сицилийской парой. Иван - молодой юрист, владелец адвокатской конторы, его жена Лючия - изучает психологию в университете. Имя ему дал отец, почему - не сказал. Второе имя у него - Джованни.
  Он немного ошибся в своём прогнозе... но всего на три минуты - вполне допустимый зазор для двух сотен километров.
  Поднявшись на третий этаж небольшого особняка на три квартиры, хозяин провёл краткий инструктаж по апартаментам. Выдал ключи от входных дверей, показал пароли от двух сетей wifi, рассказал об уходе за кондиционером и выносе мусора. В качестве бонуса за доплату предложил аренду велосипедов, мотоцикла или автомобиля.
  Осмотрелся. На кухне вместо привычного чайника две гейзерные кофеварки и миниатюрные толстостенные кофейные чашечки. Чувствуется, что кофе в стране - напиток номер один. "Опять будем воду в кастрюльке кипятить и заваривать чай в термосе", - подумал про себя, но как говорится, в Тулу со своим самоваром не ездят...
  Меня всегда удивляла смелость, с которой итальянцы используют краски в отделке домов и помещений. И ведь часто они попадают с ними, что называется, в самую точку. Вот и сейчас, ну какой бы русский покрасил кухню и гостиную в оранжевый цвет, а спальню в бирюзовый? Здесь же всё органично, как и голубая детская комната с терракотовым постельным бельём и занавесками. Даже здешний двор-колодец смотрится как картинка с открытки или заставка на рабочем столе, в которой не живут люди. То ли дело питерские колодцы, где до сих пор идёт война...
  Похоже, что нас здесь ждали, так как кровати застелены на пятерых. Всё относительно просто и в то же время добротно: каменный пол во всей квартире, дубовые двери в каждой комнате, алюминиевые роль-ставни для защиты от солнца, стильная мебель, качественная итальянская сантехника, три балкона-террасы, с которых виднелись настоящие звёзды и Луна, да фотопостеры ближайших достопримечательностей на стенах. На первом этаже вечернее кафе - фоккачерия, с которой не доносится ни звука, хотя посетители ещё ужинают.
  Стандартные, как и во всей стране, кнопочные выключатели, трёхвилочные электрические розетки и окна от пола до потолка. Итальянцы умеют строить, а также шить, готовить, производить машины, выращивать урожаи и организовывать отдых. Почему мы нет - не знаю. Перед отъездом сравнил на букинге, сколько стоит аренда апартаментов в Сочи и в Одессе в конце июля. Девяносто квадратных метров, с двумя спальнями, с кухней, ванной, душем, телевизорами, интернетом, с красивым видом из окна, двести метров до моря, в тихом месте. Вышло в четыре раза дороже чем в городке на севере Сицилии. Правда, у здешнего хозяина предлагалась скидка в пятьдесят процентов при бронировании на месяц. У российских/украинских отельеров подобный сервис отсутствует в помине. Хотя, если честно, то тихих мест у моря в Сочи, к сожалению, не бывает...
  
  
  ***
  Утро началось поздно. Есть дома было нечего, но дети и не вспомнили о завтраке. С балкона открывалась синяя кромка моря, о котором только и было разговоров во вчерашнем самолёте.
  - Ура, я лечу на море! - щебетал трёхлетний малыш, наблюдая водную гладь из иллюминатора.
  - А на какое море мы летим? - вторила ему десятилетняя дочь.
  - На Тирренское...
  - А чем оно отличается от Чёрного или Средиземного? - не унималась она.
  - По сути, ничем. Море - оно везде море. Где-то теплее, где-то холоднее, где-то чище, а где-то грязнее. Всё от людей зависит, что живут на его берегах.
  - Папа, а я буду купаться? - спросил сын, протерев глаза ото сна.
  - Конечно, мы все будем купаться! Даже мама. Я дам ей свои шорты.
  По странному совпадению все мои вещи летели в сохранившемся чемодане. О нашей пропаже лишь напоминали сообщения, приходящие на электронную почту. Его след видели сначала в Амстердаме, а потом в аэропорту Милана Мальпенза. Он отставал от нас пока на двое суток.
  Здесь нет горячей кукурузы, здесь не предлагают сфотографироваться с обезьянкой-попугаем или заплести африканские косички, здесь не производят чурхчелу, не жарят шашлык, не торгуют домашним винцом, не катаются на надувном банане, не сдают в прокат лежаки с зонтами, не предлагают массаж на пляже и поэтому здешний отдых может показаться скучным без привычных атрибутов родной стороны.
  Оприходовав рыбачью лодку в качестве навеса от солнца, мы убежали в море. Чистое, прозрачное, тёплое и ласковое. После самого холодного мая-июня, когда дети были на грани очередной простуды, было непривычно оказаться под таким солнцепёком. Редкие отдыхающие любопытно разглядывали нашу семейку из-под солнцезащитных очков в половину лица.
  - Не знаешь, почему так мало народу? - спросила Надя, - не сезон что ли?
  - Сезон... Сицилия переживает крах туристической отрасли. Египет, Таиланд, Турция отобрали у неё потенциальных клиентов. Только за последние десять лет население этого городка уменьшилось вдвое. Будущее за пакетированным отдыхом. Мы, наверное, последние из могикан, кто ещё ездит дикарями.
  Для первого захода достаточно получаса, и можно вспомнить о завтраке. Интуиция и уличные стрелки-указатели привели нас к уже знакомому сетевику Conad, символом которого выступает красно-жёлтая ромашка. Перед входом детская площадка и бесплатные тележки для взрослых и детей. Внутри охлаждает кондиционер. Глаза разбегаются уже с первых шагов. И даже грозная предупреждающая табличка "Не прикасайтесь, пожалуйста, к фруктам и овощам" нас не смущает, так как можно показать пальцем - и дородный дяденька в белой рубашке с фартуком и в интеллигентных очках аккуратно всё сложит и взвесит и скажет обязательное заклинание: "Грацие, сеньор! Ариведерчи!", и конечно же, не подбросит незаметно гниль. Вспомнилось выражение Никиты Хрущёва о "капитализме с человеческим лицом".
  Я внезапно осознал, что у меня в запасе имеется сотня выражений, и в голове всплыли названия сыров, которые звучат, как слова в итальянской опере: монтазио, асиаго, проволоне, стажионато, рикото форно...
  - Горгонзола прего, сеньор!
  - Сеньор, горгонзола пиканто о дольче? - переспросил мужчина-продавец из сырного отдела.
  - Пиканто, прего.
  - Кванта? - занеся нож над головкой, посмотрел он на меня.
  - Пикколо...
  - Тутто бене? - переспросил он, аккуратно заворачивая сыры в двухслойную фирменную бумагу и бумажный пакет.
  - Си! - ответил я ему. Удивительно, что он успел ещё и вычесть вес двух грамм бумаги для упаковки.
  - Папа, это торт? - спросил сын, глядя на печёную рикотту, которая по форме и коричневой корочке действительно напоминала собой торт.
  - Нет, это сыр рикотта.
  - Нет, папа, это шоколадный торт! - убеждал меня сын.
  - Нет, Орест, это печёный сыр!
  Услышав наш спор, и поняв, о чём идёт речь, продавец отрезал кусочек рикотты, грамм на тридцать, положил на салфетку, и угостил малыша с улыбкой: "Белла бамбино!".
  Не стану приводить недавний диалог в московском супермаркете "Полярная Звезда", после которого я почувствовал себя виноватым во всех бедах нашей лёгкой промышленности: в том, что вся наша торговля переживает очередной кризис и чтобы выжить, надо немыслимо завысить цены на всё, кроме хлеба, картошки и свеклы, потому что зарплаты потребителей, наверное, уже выше итальянских, и мы радуемся, когда покупаем черешню с клубникой по три-четыре евро (сам отстоял сорок минут в очереди на рынке за такой, якобы из Краснодара), в том, что кассирам забыли выплатить премию, а у охранников вычли стоимость украденного. Здесь же нет охранников и каменных лиц, нет ящиков для хранения сумок и пакетов с клеящим аппаратом, здесь без очереди продаётся черешня по два, персики - по полтора, а абрикосы калибра 40/45 (не знал, что у них, как и у яиц, есть свой калибр) - по девяносто центов, а домашние помидоры по одному евро. Не бывает в Москве таких цен, вероятно дорогая логистика - везти черешню из Краснодара, клубнику из Египта или, в крайнем случае, малину из Кот-д'Ивуара.
  Мы почувствовали себя внезапно голодными, и нашей детской тележки уже не хватало для заморских яств, и администратор зала привёз нам тележку "для взрослых". После окончания школы я стоял на распутье: медицина, журналистика или торговля, так как увлекался всем подряд. Выбрал первое направление, так как два последних мне показались весьма относительными и непрактичными. Зайдя в обычный заштатный поселковый сицилийский супермаркет, где жителей всего две с половиной тысячи, я ощутил гигантскую, неразделимую пропасть с нашей пятнадцатимиллионной столицей, которую, увы, не перешагнуть за время одной человеческой жизни. Может быть, здесь есть какие-то подводные камни, и я буду волком выть по овсянке, чёрному хлебу, грече, шоколадным конфетам, кефиру и ряженке, но недолго, так как отпуск имеет обыкновение заканчиваться.
  После вечернего купания мы ушли встречать рассвет и изучать наш городок, который специализируется на выращивании цитрусовых, оливковых деревьев и обслуживании яхт. Для жизни предусмотрена церковь, железнодорожная станция, госпиталь, три отеля, супермаркет, три минимаркета, мясная лавка (маселлерия) с местными DOP-продуктами, кемпинг на побережье, два туристических центра, почта, два десятка ресторанов-кафе, десяток морожениц, набережная с аттракционами и ржавыми пушками от Второй Мировой, музей и развалины замка-театра. На уличных столбах афиши недавних гастролей цирка-шапито, предстоящего шоу трековых автомобилей, фестиваля пасты, тунца и ночного концерта в Палермо. Минимум рекламы, нет проводов между столбами, все общественные лавочки из вулканического камня, много урн, у стен муниципалитета карта города с достопримечательностями, выполненная на фаянсовой плитке. Почти все строения выполнены в два-три этажа, на фоне которых пара пятиэтажек смотрится небоскрёбами. Нет зеркального пластика, сайдинговых фасадов, вокруг домов цветущие гибискусы, розы, гвоздики и обязательные цитрусовые деревья: лимоны, апельсины и кумкваты. С внешним миром городок связывает автобус (четыре рейса в день) и электричка (немногим больше).
  На юге городка возвышаются зелёные макушки гор Мадина с оливковыми и лимонными рощами, на севере Тирренское море с проглядывающими на горизонте непотухшими вулканами Эолийского архипелага. Практически чисто, так как Этна далеко и не накрывает городок своим пеплом. Стильно, как и везде в стране, что находит отражение в архитектуре, уличном ландшафте и парковых ансамблях с фонтанами и скульптурами. Никто не зазывает в кафе, магазины, не навязывает свой товар, не торгуют с рук сувенирами из ракушек, не предлагает прокатиться на лошадке-верблюде, полетать на воздушном шаре и поплавать с дельфинами, и не вмешивается в твоё жизненное пространство. Вспомнились Алушта, Сочи, Одесса, где чувствуешь себя чужим, заезжим, одиноким страдальцем посреди нагромождений из безвкусных эклектичных домов из зеркального китайского ширпотреба и анархичной застройки, рекламного мусора и зазывал, где покупаешь пирожок и думаешь, о том, что успел ли протей в комбинации с кишечной палочкой создать там угрожаемую кишечнику колонию или нет, где шугаешься от несущихся тонированных тюнинговых копеек и пузатых джипов, от людей, крутящих пальцем у виска: "Эн вон, придурок, с жиру бегает..." или неумело шутящих: "Стой, стрелять буду".
  Перед отъездом мой давнишний друг и коллега рассказал, что забронировал апартаменты в Сочи. Три года назад ему не понравилась Южная Сицилия. Как он рассказывал: "много вулканического пепла на дорогах, да Этна часто извергается, да люди не убирают за собой на пляже, медузы в море, багаж с сырами на обратном пути потерялся..."
  - Ты на новой работе невыездной? - спросил я у него.
  - Нет! - ответил друг, - просто Сочи ближе и роднее...
  - Там же дорого отдыхать!
  - Мы ещё осенью забронировали. И поедем в Сочи на своей машине... Ты не представляешь, я даже велосипед шоссейный взял напрокат! - радовался друг, который давно мечтает преодолеть айронмэн.
  - Понимаю тебя, Дима... Когда будешь кататься, - бери с собой паспорт!
  - Это зачем?
  - Десять лет назад нас с товарищем на трассе поблизости Адлера остановил милицейский УАЗик. Патруль потребовал предъявить документы. Мы были взмыленные, так как бежали кросс и в одних спортивных трусах... Лишь звонок жене подтвердил наши личности...
  - С тех пор много воды утекло, Слава... Целая Олимпиада прошла... Сочи спортивный стал.
  Я не стал с ним спорить, так как мне не хотелось разочаровать друга. Ведь каждый выбирает себе отдых сам, подстраиваясь под запросы семьи, бюджет и своё мировоззрение.
  Ну а мы встречали морской закат. Солнце на глазах пряталось за вершину скалы, освещая остроконечную Салину и пологий Вулькано розовато-синей дымкой. Вспоминались наши походы по ним и по близлежащим Липари, Стромболи с извергающимся вулканом. Вдоль набережной, усаженной цветущими розовыми олеандрами, пушистыми шапкообразными соснами, яркими фиолетовыми бугенвиллиями и высокими пальмами проезжали экипированные в белые облегающие костюмчики вереницы шоссеров да пробегали стайками загорелые любители вечернего джоггинга, и даже не верилось, что мы здесь всего-то два дня. Как сказала сегодня Надя: "к хорошему и к плохому невозможно привыкнуть..."
  Я тогда подумал, что хорошо бы встретить здесь рассвет. Надо будет посмотреть в интернете, во сколько светает в Мессине. Видимо, мой сын - телепат, так как с двух часов ему не спалось, и он играл, то ли в догонялки, то ли в прятки с гигантским тараканом, который зашёл к нам с улицы на перекус.
  
  
  Воскресенье
  
  В пять часов рыбаки вышли на утренний промысел, рассаживаются в моторные лодки и уплывают в спокойное розово-синее море. Нередкие горожане не спеша выгуливают четвероногих питомцев по галечному пляжу. Меняются полицейские патрули, разъезжая на чёрных пикапах Альфа-Ромео. Днём стражей порядка не видно, так как за движением следят видеопосты на дорогах. Одинокий газонокосильщик ровняет высохшую траву, пытаясь заглушить птичье разноголосье. Проснувшиеся от жары птицы наводняют улицы трелями и щебетанием. Городская идиллия прибрежного посёлка, органично вписанного в природный биогеоценоз.
  В шесть утра красно-жёлтый диск начал подниматься из-за горизонта, освещая золотым блеском гористый берег Калабрии и мыс Милаццо. В этом обычном каждодневном действии мерещилось что-то фантастическое, и я подумал, что за таким рассветом стоило приехать на Северную Сицилию, которую я назвал про себя, как "берег рассветов", так как запах тайги я вожу с собой уже с прошлого лета.
  В девять утра кто-то позвонил в дверь нашей квартиры. Спросонья я подумал, что привезли утерянный чемодан. Но на пороге стоял улыбающийся загорелый Иван с двумя пакетами фруктов в руках:
  - Здесь свежие груши и апельсины! Угощайтесь! Хорошего дня!
  
  Понедельник
  
  Сегодня привезли наш утерянный чемодан, который отстал на пять суток. Все вещи на месте. Иван собственноручно занёс его к нам на третий этаж и порекомендовал подать иск на авиакомпанию с требованием возмещения ущерба за причинённые неудобства. По его словам: "Это обычное дело и они выплачивают пятьдесят евро". Мы посовещались и решили, что не будем.
  Отдых с детьми проходит размеренно. Завтрак, пляж, магазин, обед, тихий час, полдник, пляж, магазин, прогулка, кафе, ужин, сон. Для некоторых скучно, для нас - нет. Я не понимаю родителей, которые считают, что с детьми невозможно отдохнуть. Думаю, что неделю-другую нужно заложить на адаптацию их кожи, ЦНС и ЖКТ к местности, а потом можно совершать поездки на небольшие расстояния. Сын с дочерью смотрят итальянские мультфильмы, и их лексикон незаметно обогащается новыми словами. Вспоминался зимний визит с Орестом к профессорам по линии психиатрии, который закончился следующими словами:
  - Ваш сын плохо говорит от того, что вы много путешествуете. Вас, родителей - самих надо лечить. Гомеопатией, антидепрессантами. Ведь путешествия - жажда новых впечатлений - это признак невроза. Вы, как коллега, меня понимаете? - спросила бабушка-одуванчик из ведущего НИИ, надевая вторую пару очков.
  - Да, конечно, понимаю. Но у меня работа такая. Где - либо я путешествую, либо меня отправляют в "путешествие"...
  - Мой вам совет, папаша. Чтобы ребёнок ваш был здоров и быстро заговорил: выбросьте эту ересь с дальними поездками из головы. Снимите дачу в Подмосковье и езжайте туда с детьми, а сами лечите себя гомеопатией. Хотите, я вам рецепт выпишу?
  Я не стал говорить, что на тот момент все наши поездки на ближайший год были спланированы, билеты выкуплены, а апартаменты забронированы. Жизнь так быстро меняется, что не всегда психиатры и психиатрия поспевают за ней...
  Ближайшая главная задача - найти ремонтную мастерскую по починке детских колясок, так как мы проткнули два колеса, а также придумать эффективный способ борьбы с муравьями, которые периодически совершают набеги в наши комнаты. Это кажется такими мелочами, но скрашивает досуг и праздность. С другой стороны, за время отпуска ближе узнаёшь детей, так как нет спасательных яслей, школы и бабушкиной деревни.
  В период тихого часа мы готовим нехитрую еду. Я сварил три литра абрикосового варенья, чтобы продлить вкус здешних фруктов. Конфитюр удачно гармонирует с молодым буйволиным сыром ricotta forno (печеная рикотта), которым скрашиваются наши завтраки с непременным кофе и свежим апельсиновым соком. Пища здесь - это как кулинарное путешествие на неведомые территории, так как каждый район Сицилии славится аутентичными продуктами и рецептами. Вчера был десерт тирамису с абрикосами (так как клубника давно отошла). Сегодня приготовил сицилийские канолли. Вафельные трубочки купил в супермаркете. А начинку сделал из рикотты, сахара, чебоксарских шоколадных конфет, украсил желированной красной и зелёной черешней и посыпал крем фисташковой мукой из горного селения Бронте (где произрастают лучшие на острове фисташки и оливки).
  Каждый раз захожу в супермаркет и пытаюсь не расстроиться от тридцати разновидностей питьевой воды да пятидесяти сортов сыра и двадцати шести сортов колбас, от сотни паст и от фруктов-овощей, которыми невозможно насытиться. Нас здесь уже знают, здороваются и пытаются предугадать желания. Иностранцев в городке немного, и они - редкие посетители супермаркета. Иногда создаётся впечатление, что мы приехали в гости к бабушке с дедушкой в далёкое советское прошлое, где продукты пахли настоящим, стоили копейки, и никто не боялся красителей, ароматизаторов, ген-модифицированных чудес и пальмового масла.
  Вечером - встреча заката на фоне которого бронзовая атлетичная молодёжь играет в пляжный футбол-волейбол, толстоватые сеньоры ловят рыбу, а детвора копается в песке, и непременно поход в кафе/бар/желатерию. Детям мороженое, взрослым - кофе, вода и гранита. Такой доступности кофеен я не встречал. Ведь не будет в Сочи владелец заведения говорить вам кучу комплиментов и угощать ваших детей конфетами, если чек на пятерых составил три с половиной евро (эспрессо, коретто, две воды и три миньона с мороженым). Не будет это делать повторно, так как координаты и представления о прибавочной стоимости у нас разные. Здесь же принято просто заходить. Почитать газеты, посмотреть телевизор, поговорить с барменом за жизнь под рюмочку граппы или самбуки, покурить на летней террасе или купить фирменный торт семифреддо к празднику.
  Вчера был фестиваль оливок. Полиция перекрыла центральную улицу. На аккуратных столиках с белыми скатертями горожане дегустировали оливковое масло, макая в него хлебные палочки и мякиши чиабатты. Нам пока невдомёк, так как для нас пока существует просто оливковое масло холодного отжима, которое априори вкуснее подсолнечного. В следующее воскресенье состоится фестиваль пасты и тунца. Это более знакомо. Из семидесятых годов приехал лунапарк с машинками, каруселями, батутом, но посетителей - не более десятка и итальянская музыка из его динамиков скорее развлекала покупателей и торговцев китайским ширпотребом на вечернем воскресном рынке.
  
  
  Среда
  
  Вторая неделя отдыха. Дети привыкли к апартаментам, и называют его "наш дом". Мы тоже говорим на пляже: "Пора домой" и они понимают, что речь идёт не о Москве, а о квартире на побережье. Всё же хорошо, что наши бабушки и дедушки позволяют себе работать и не хотят возиться с внуками. Малышей должны воспитывать и баловать папа с мамой. Некоторые считают, что дети устают от переездов, путешествий, смены обстановки. Мне кажется, что устают скорее родители, так как "усталость" - понятие взрослое, которое мы насаждаем им.
  Мы отдыхаем вместе с ними. Иногда думаю, почему же дома в выходные они не спят до десяти утра? Ведь там привычные постели, нежарко, игрушки, что мешает им расслабиться и дать родителям поспать? Неужели дело только в роль-ставнях и тишине за окном? Хотя и здесь нет-нет, да и проедет электричка, правда не так как у нас, грохоча и дребезжа, а как будто кто-то свистнул протяжно. Друзья советуют купить дачу в Подмосковье или дом на Сицилии. Но ведь это приобрести себе проблему. Ярмо, которое не снимешь, пока не передашь другому. Всё же лучше менять места отдыха, чтобы было с чем сравнивать и оставалось стремление к новому. Ведь после заграничных апартаментов родная хрущёвка кажется милее и роднее.
  Наши проблемы с домашними муравьями и коляской благополучно разрешились. Это в Москве нужно было искать мастерскую, договариваться с вальяжным мастером о "редком размере камер" и потом тревожно ждать: "сколько же он запросит?". На Сицилии я написал Ивану в воцапе: "где поменять колесо для коляски?" Он ответил, что заедет за мной в шесть вечера. Приехал, правда, на сорок минут позже. Это нормальная маржа. Отвёз меня в веломастерскую соседнего городка Патти. Там мы без очереди (а там был десяток желающих, но он рассказал, что его друг из России) сдали колёса. И на следующий день он с часовым зазором привёз колёса с двумя новыми камерами и заменённой покрышкой. Стоимость услуги десять евро, о чём сигнализировал кассовый чек (естественно, что доставка бесплатна). Смена только одной камеры в столице нам обошлась в пятьсот рублей в прошлом году. В этом же году, с учётом инфляции, вышла бы десятка в местном эквиваленте.
  Ну а муравьи исчезли уже после первого применения аэрозоля, который обнаружился в ванной комнате. Подумал про себя, какие же ещё сложности могут возникнуть на отдыхе, чтобы озадачить себя чем-то, иначе в Москве ждёт расстройство адаптации.
  Из совместной поездки с Иваном на его белоснежном БМВ узнал, что пляжный берег тянется здесь на двенадцать километров, что лучшую граниту нужно заказывать в спортбаре, самый ароматный кофе - в кафе "Мусумесси", а обеды в ресторане "Nomber1", где повара зовут Чичо, и если сказать, что "мы от Ивана", то для нас будет скидка. Он спросил, люблю ли я пиццу? Я ответил, что готовлю её сам. Он спросил, возьмём ли мы машину у него напрокат, чтобы поездить по острову, например в Таормину? Я сказал, что мы там бывали на велосипедах и ничего кроме пафоса там не обнаружили, а если и возьму что в аренду, так как это поезд Трениталия, чтобы съездить к Этне. Ведь быть на Сицилии не побывать на вулкане - это всё равно, что гостить в Москве и не заехать на Красную Площадь. Хотя, как я понял из его неважного английского, сицилиец с русским именем ещё не бывал на склонах вулкана, так как названия селений: Зафферана, Нунзиата, Лингваглосса для ничего не говорили или быть может дело в моём произношении и "трудностях перевода". Узнал, что рыбу продают рыбаки прямо напротив дома, но желательно выйти к ним до девяти утра, а специализированной лавки с морепродуктами в посёлке нет, как и постоянного рынка. Мне было с ним приятно и я жалел, что плохо знаю итальянский. Он не спеша ехал по городкам, здоровался, чуть ли не с каждым третьим-четвёртым жителем, и по всему было видно, что хотел нам услужить и помочь. Просто так... Видимо, это у них в крови... Украшать жизнь другого... Просто так... Странные эти сицилийцы. Давнишний мой приятель Анжело, узнав, что мы на острове, пригласил нас на обед в горы, к себе на ранчо, в ближайшую субботу. Тоже просто так. Без повода. Я девять лет живу в Москве и за это время мои новые московские друзья редко когда приглашали к себе в гости на обед, тем более с детьми, тем более без повода. И Иван опять же "досаждает" вопросами, люблю ли я барбекю? Что он имеет в виду? Жаренное на углях мясо на природе в компании с его супругой и друзьями? Ну не принято у нас вот так вот, прямо с ходу, в гости ходить. Надо присмотреться к человеку, узнать друг друга поближе, пуд соли съесть, а потом можно и на барбекю с водкой. Эта паранойяльность, впитанная и усвоенная дорого́й ценой благодаря ушедшим вождям, и которая закрепилась анархией ушедшего века.
  Ещё меня удивляет здешняя открытость. Всё открыто. Нет привычных наследий нулевых - металлических дверей с кодовыми замками в подъездах, нет бронированных дверей и трёхметровых заборов. Либо стеклянная парадная, либо сразу с улицы с тротура, без коридора, заходишь прямо в комнату или кухню. Некоторые забывают закрывать входные двери, и ненароком можно подсмотреть за частной жизнью островитян. Нет металлических решёток на первых и последних этажах, а вместо стеклопакетов - алюминиевые рамы. Тем паче нет охранников, нигде, даже в единственном ювелирном магазине. Или, например, какой русский водитель оставит открытые форточки в машине и уйдёт в магазин? Или разве можно встретить в Москве дорогой велосипед, не привязанный замком и цепью к столбу?
  О погоде. Она здесь жаркая. Тридцать пять - тридцать восемь днём и двадцать ночью. Это единственный жирный минус, который я обнаружил за восемь дней. Конечно, жара здесь лучше переносится, чем столичная летом 2010 года, но всё же днём не попутешествуешь с детишками. Все приличные заведения закрыты на длительную сиесту и охладиться негде. Жизнь в городке как бы замирает с тринадцати и до восемнадцати. Поэтому и мы выбрали тактику, что плаваем-гуляем после завтрака и с полдника до ужина. Для детей ведь главное - режим, распорядок дня, да и для взрослых тоже. Постепенно бронзовеет кожа несмотря на защитные кремы и укрепляются мышцы от заплывов в чистое море. Сын научился плавать с нарукавниками (брушеттами), младшая дочь перестала бояться волн и набирать камни в рот. Сегодня вечером он познакомился с итальянским ровесником и тёзкой, и они вместе бросали булыжники в море.
  - Как тебя зовут, мальчик? - спросил брюнетистый малыш на итальянском.
  - Его зовут Орест, - ответил я за сына.
  - Нет, это я - Орест... А ты кто? - не унимался итальянец.
  Наш спор бы долго продолжался, если бы не вмешалась его мама, которая сама изумилась подобному совпадению. Они приехали с северной Италии и снимают ферму агритуризмо в Санта-Маргарета, что в двух километрах от берега.
  - А вы пойдете с Орестом на вечернее шоу трековых автомобилей? - спросила она у меня на английском.
  - Нет. Для нас уже поздно.
  - А мы пойдем. Орест так любит машинки... Оресте, выходи из моря, пора собираться!
  Наш сын тоже любит машинки, - подумал про себя... - но мы не пойдем, так как шоу начинается в половине десятого, а режим и адаптация пока во главе угла.
  Сегодня в погоде произошли какие-то изменения. Устойчивое солнце сменилось тучами, что не помешало нам подгореть. А вечером, откуда ни возьмись, налетел ветер. Ощущения такие, как будто включили гигантскую термопушку, которая обдувала нас со всех сторон. Привычная вечерняя прохлада улетучилась. В интернете пишут, что это к потеплению.
  
  Сицилийский друг
  
  Мы познакомились с Анжело на сайте хомлидейз, где я впервые забронировал апартаменты. Маленькая вилла из двух комнат на приморском хуторе, три сотки земли, пальма, виноградник, десять минут до моря - двести евро за десять дней в конце марта. Он - единственный, кто не просил предоплаты, и гарантом выступало лишь моё слово. В аэропорту с небольшим опозданием он встретил нас, довёз к дому, подарил бутылку воды, вина, пакет молока и корзину с фруктами. Затем приехал с велосипедами с детским креслом и пляжными принадлежностями. Через неделю взял нас на вулкан и познакомил с родителями на горном ранчо. Для нас стало привычно приезжать к нему: собирать урожай авокадо и цитрусовых на ферме, а после работы ужинать с его родителями и друзьями. Сын в годик уже поливал траву на вилле, а дочь преодолевала немыслимые трейлы по вулканическим тропам. Мы даже немного расстроились, узнав, что он продал мини-виллу. Когда мы приехали на Сицилию, он написал мне в воцапе: "В субботу приезжайте в гости. Поедем на пляж Фондакело, затем на речку Алькантара, затем в Нунзиату".
  Проснулись вместе с восходом солнца. Сборы вещей, детей, колясок, спешный завтрак и - в путь. С нашей станции поезда ходят редко, и до Патти мы шли пять километров. Тротуары на острове чаще отсутствуют, но водители весьма осторожны, что к пешеходам, что к велосипедистам, которые смело занимают середину дороги и автомобилисты тащатся за ними, пока не освободится встречка. Никто не сигналит, не ругается, не норовит испугать. Как-то вечером я вёз дочь в детском кресле на велосипеде, и водитель ягуара попросил меня остановиться. Он сделал мне замечание, что мы едем без защитных шлемов и у нас мало катафотов.
  Билеты куплены онлайн на сайте Trenitalia. Дети до четырёх лет бесплатно. Ragacci (подростки 4-12 лет) с пятидесятипроцентной скидкой. Из особенностей местного сообщения - чем дальше едешь - тем дешевле платишь за километр. К примеру, из Сан-Джорджио до Патти всего пять километров и проезд стоит четыре евро, а из Патти до Джиарре-Рипосто (куда мы направились) - сто сорок километров и цена билета девять евро. Также есть система скидок (sconto): чем раньше покупаешь билет, - тем дешевле (порой до семидесяти процентов). Так, в онлайне я купил билет из Рима в Мессину на ночной поезд для старшей дочери за тридцать евро (в пути десять часов).
  Из минусов местных поездов - это опоздания и задержки. И сегодняшний день был тому подтверждением, так как все четыре электрички опоздали на десять минут каждая. Правда, с нашим сервисом не сравнить, и мы со смехом вспоминали недавнюю поездку в Калугу в тесном, душном тамбуре, у туалета с дыркой в полу, где смогли присесть в салоне лишь после первых ста километров пути. В беднейшем итальянском регионе, можно сказать, всё наоборот. "Лишь вайфая не хватает!" - констатировала дочь, заметив розетки под креслом.
  Проводник в белой рубашке, фирменном галстуке с надписью Trenitalia и форменных слегка помятых брюках, вежливо отсканировал QR-код наших билетов с моего планшета и пожелал хорошей дороги. Правда, в Мессине из-за опоздания мы смогли запрыгнуть в следующий поезд лишь за двадцать секунд до закрытия дверей.
  На вокзале Джиарре нас встречал Анжело. В голубых шортах, ярком поло, гладко выбритый, пахнущий парфюмом и улыбающийся. Про себя мы называем его "сицилийский дедушка", так как летнее детство дочери прошло у него на коленях. Кто он такой, я так и не знаю. Родился в Катании, вырос и учился в Кейптауне, работал пожарником на Гавайях, пенсию встречает спасателем на Этне.
  - Ну что, поедем ко мне? - спросил Анжело, - я вам покажу свой новый дом... а по пути заедем в булочную.
  Мы были согласны на всё, так как "трудности перевода" порой приводили нас то на многочасовой трейл по острой застывшей лаве, то на сбор белых грибов на склонах вулкана, то он заманил меня на сверхмарафон к кратеру, от которого я отходил потом три месяца.
  - Купил два года назад! - с гордостью сказал он, когда мы подъехали к терракотовому двухэтажному особняку в городке Маскали, - пришлось всё поменять внутри. Сантехнику, плитку, мебель. Дорого это всё, Славна (так он почему-то меня называет). Кредит в банке взял. Квартиру в Джиарре продал, виллу.
  - Красивый у тебя газон, Анжело! - искренне похвалил я газон, который занимал большую часть двора, - редко такую траву встретишь.
  - Да, этот сорт травы специально заказывал, - из Новой Зеландии друг привёз. Необычного ничего не сажал (он увлекается выращиванием манго, гуавы, киви, маракуйи у себя на ранчо. Мы ему привезли в качестве сувенира пушистые плоды хоризии или шёлкового дерева, которые повстречали в нашем городке). Помидоры, баклажаны, перец, розы... Вы проходите вовнутрь. Я сейчас вам проведу экскурсию.
  Мы прошлись по трёхэтажному дому (третий - подземный) и остались восхищены увиденным.
  - Скромно, - заметила Таисия, - мебель и люстры из Икеа.
  - Зато всё стильно, чисто и ничего лишнего, - ответила ей Надя.
  Высокие окна-двери открывались на улицу на широкие террасы, с видом на Этну, которая была довольно спокойной в этот момент. Я пошутил, что можно поставить на террасе телескоп или веб-камеру, чтобы наблюдать за вулканом. На втором этаже - комнаты дочери - бакалавра, женатого сына, система видеонаблюдения на восемь камер и вторая полноценная кухня с санузлом. Дети по привычке сняли кроссовки, хотя их об этом не просили. Здесь принято ходить в уличной обуви.
  - Я сейчас вам граниту приготовлю, - предложил Анжело и достал из морозильной камеры замороженные заготовки оранжевого цвета, - из домашних персиков и груш... Детям нравится?
  - В кафе пробовали её.
  Гранита - это традиционный сицилийский десерт, который завезен на остров арабами в период их господства. Его делали из снега Этны и морской соли с добавлением натуральных фруктов-ягод, орехов, фисташек, кофе, шоколада. Основное отличие от мороженого, - в ней содержится минимум воздуха, и она напоминает собой сладкие кристаллы льда. В разных городах Сицилии своя гранита, которая отличается по вкусу и плотности. Её подают с булочками - бриоши или панини.
  И сейчас Анжело достал из бумажного пакета булочки и печенье, которые он купил в мини-пекарне Маскалей, а я - свои домашние капкейки с фисташковой мукой. Мне вспомнился мой детский сад, где дети тайком от воспитателя лизали снег и лёд, представляя мороженое. Орест тоже растет "поклонником снега", но от граниты отказался в пользу мучного. После "второго завтрака" мы поехали в долину реки Алькантара для небольшого трейла, купания и пикника на природе.
  Алькантара - единственная река на острове, которая не пересыхает летом. Несколько тысяч лет назад произошло массивное извержение Этны, и застывшая лава сформировала новое русло. Мы бывали здесь пять лет назад и заплатили тогда четырнадцать евро за вход в скромный ботанический сад и комфортный спуск к реке. Анжело проехал с километр вверх по течению, где нет туристического трафика, магазинов сувениров, бесплатный вход и красивые виды, но пришлось немного поднатужиться, чтобы перенести детей и коляску по горным тропинкам.
  - Вон на горе замок разрушенный... - комментировал он, - ему две тысячи лет... Вот смотрите, змея поползла. Жаль Орест не увидел... А это местная гидроэлектростанция. С её моста красивые виды. Ты поднимись, Славна, а мы подождём тебя внизу.
  Он был прав. С моста открывались захватывающие виды на застывший чёрный базальт. На его отшлифованных водой склонах закрепились цветущие розовым олеандры. Сквозь прозрачную воду просматривались зелёные многоярусные водоросли. Вдалеке небольшие водопады сбрасывали тонны воды, которая почему-то имела изумрудный цвет. На дальней перспективе, на вершине холма в тысячу метров закрепился сицилийский городок, который издалека показался декорацией к средневековой сказке.
  - А рыба здесь водится? - спросила дочь.
  - Нет, Таисия... только лягушки, - ответил Анжело.
  - А на лодках плавают или рафтинг? - не унималась она.
  - Нет. Это национальный парк.
  - А купаться-то можно?
  - Да, конечно. Но вода спускается из ледников горы Этна. Её температура сейчас двенадцать градусов.
  Но что может остановить детей, когда сверху палит солнце? Орест потребовал надуть нарукавники, а дочь переоделась в купальник. Но после пробного захода их пыл остудился, и мы ограничились лишь окунанием и охлаждением ног в русле шумного бурлящего потока.
  - Люблю этот звук! Вот так часами могу сидеть и слушать, как шумит река, - комментировал наш друг, когда охлаждал бутылку с вином и арбуз с фруктами. Мы сидели на горячих плитах и просто болтали. О наших странах и системах образования, о детях и здоровье, о природе и привычках, об НДС и налогах.
  - Может, пора организовать ланч? - спросил он у меня, - Мария приготовила нам ризотто с артишоками, сладким перцем и огурчиками. Как вы к нему относитесь?
  - Мы - поклонники итальянской кухни, а тем более домашней.
  Скрывшись в тени деревьев, мы продолжили наш разговор, который стал ещё задушевнее.
  - В прошлом году сто пятьдесят литров вина изготовили с отцом...Попробуй, Славна, - сказал сицилиец, открывая бутылку из-под прозекко с розовым холодным напитком.
  - Отличный вкус и гармония букета! Чичо ви́но? - спросил я на итальянском. Чичо - это сокращенное имя его отца. Ему восемьдесят два. Он водит машину и активно трудится на ранчо, выращивая лимоны, виноград и авокадо, так как пенсия на двоих с супругой составляет тысячу евро в месяц. Знаю, что в прошлом году семья отмечала столетний юбилей деда Анжело.
  - Да, мой отец - мастер виноделия! - с гордостью сказал он, - в этом вине нет сульфитов и оно полезно для сосудов сердца.
  После пикника засобирались домой. Увидев, как мы объясняем детям, почему люди селились и строили города на горах, он завёз нас в один из них. "Моttо Camastra. Высота 1300 метров" - как свидетельствовала табличка-указатель. Мы не спеша проехали по его кривым узеньким улочкам, с сохнувшим бельём на балконах и с остановившимся временем, без рекламы и с вывесками из середины прошлого века, не встретив никого, кроме толстого загоревшего бармена с сигаретой у кафе, так как было время сиесты. Немного заплутали, упёршись в велодорожку, но через десять минут спустились по крутому склону к подножию горы, на которой расположено селение. Я подумал, что городок - отличная декорация для художественных фильмов и пофантазировал о путешествии на машине времени. Жаль, очень хотелось пройтись пешком и заглянуть в его редкие лавки и магазины, чтобы подышать прошлым.
  Тем временем с пляжа вернулась супруга хозяина дома - Мария, и она приготовила нам воду с лаймом и льдом. Вода на Сицилии - напиток номер один. Недаром страна держит мировую пальму первенства по потреблению бутилированной воды и в любом магазине её не менее двух-трёх десятков сортов и разновидностей. Здесь начинаешь разбираться в ней и понимаешь, что это не просто безвкусная жидкость, а удовольствие, ничем не хуже, чем китайский чай, бразильский кофе или французское вино. Даже наши дети стали отдавать предпочтение воде натуральной газации Uliveto и Ferrare, а не красивым упаковкам с соками. На бутылках минералки кроме состава указано сверх того, что она газированная или натуральная, ещё и температура потребления. Причём газированная не в почёте, её на полках процентов десять-пятнадцать.
  Сфотографировавшись на лужайке, мы распрощались с хозяйкой. Она собрала нам в дорогу корзинку с авокадо, фруктовым микстом, сицилийскими хлебцами с оливками, и я подумал - прямо как у моих родителей, когда уезжаешь с дачи. Перед поездом хотелось пройтись по городку, где нам известен каждый закоулок. Но Анжело решил, что на машине будет быстрее, хотя я подумал, что он немного устал с нами. За время поездки он выучил русское "Аяяй, Орест". Наш сын с завидной регулярностью испытывал предел терпения взрослых и то стремился открыть дверь на ходу, то нажать ногой на ручной тормоз, то перелезть на переднее кресло. В машине не было детских кресел и ремней безопасности на заднем сиденье.
  - Заедем к моим родителям? - спросил Анжело, - каждый день, в шесть вечера я проезжаю мимо их балкона. Сегодня можно пораньше. Им будет приятно увидеть вас! - он позвонил им по телефону и радостно сообщил на итальянском, что к нему приехали друзья из России.
  - Да, конечно. Мы хорошо помним их!
  Первый день рождения нашего сына мы отмечали на вилле в Фондакелло, и они с Анжело были нашими единственными гостями.
  Его мать приветливо помахала нам с балкона четвертого этажа, а отец спустился к машине, поцеловал каждого из нас по два раза и традиционно спросил на английском:
  - Когда в следующий раз будете на Сицилии?
  - Возможно в следующем году...
  - До скорой встречи!
  Друг показал нам кварталы и прибрежное шоссе, на котором благодаря новому мэру появилась восьмикилометровая дорожка для пешеходов и велосипедистов. Я подумал, что её функционал мало отличается от наших. Так же покрасили часть проезжей части в синюю краску, да отгородили паребриком. Для серьёзных велозаездов она не годится и большинство шоссеров ехали перед нами. Хотя машин и отдыхающих за прошедшие два года прибавилось, как и мусора на дорогах. Профессия дворник на острове отсутствует, и убирают лишь местные жители у своих домов.
  После севера острова юг в районе порта Рипосто показался грязнее и обшарпаннее, перенасыщен туристами, машинами, отдыхающими и чернокожими торговцами с пляжными сувенирами. С другой стороны, здесь заметно дешевле рыба и сильнее развит частный аграрный комплекс, так как на каждом крупном перекрестке с мотоколясок Piaggio продавали дары полей и бахчей.
  Фото на фоне бухты, мороженое с кофе на дорожку - и распрощались. Пообещал, что приеду к нему со старшей дочерью в следующую субботу на ночной трейл по Этне и на встречу рассвета на высоте три тысячи метров... если не будет крупного извержения.
  
  
  Фестиваль тунца
  
  Тунцом Сан-Джорджо может гордиться, как Сахалин красной икрой. Недавно спросил у рыбаков, разложивших аккуратные ломтики в пенопластовой коробке:
  - Сколько стоит тунец?
  - Двадцать два евро килограмм.
  Цена испугала, так как в средиземноморском бассейне покупал его и по четыре, а филе по шесть евро.
  Две недели мы ждали этот рыбный фестиваль, афишами которого обвешаны многие столбы и подворотни. Утром прогулялись по городку. Сегодня ветрено и прохладно - градусник показывает двадцать семь. Ночью было семнадцать. Благодаря такой разности температур и высокой сухости климата жара на острове переносится легче, чем в Юго-Восточной Азии. Два дня назад в пяти-семи километрах от нас наблюдали весьма серьёзный лесной пожар на склонах горы. Серое гигантское облако закрыло небо дымной пеленой, через которую с трудом пробивался солнечный свет. Мы как раз были на пляже, и вдруг на голову стала падать зола с пеплом. В тушении пожара была задействована авиация. Жёлто-красные "кукурузники" на наших глазах садились на море, моментально заполняя свои баки водой, и улетали на борьбу со стихией. Поэтому мы были рады относительному похолоданию, так как уже пару раз прибегали к помощи крема от ожогов "Пантенол".
  С утра отправились на дальний, западный пляж. Здесь самое живописное место в городке. Оно представлено скалами, за которыми солнце исчезает на закате, оранжевым кафе Acquamarinа с флагом Сицилии на флагштоке и спортивными площадками для волейбола, а также здесь прозрачное дно на всём протяжении двадцати минут плавания от берега. Но в шторм мы только сделали гидромассаж ног и тел, а на большее не рискнули. Как и редкие отдыхающие, мы сидели на гальке и наблюдали застывшие перистые облака, усеявшие небо на всём протяжении до Липарских островов, лазурную гладь с белыми гребешками, крутые волны, с шумом выбрасывающие на берег водоросли, разбивающиеся о камни и стремящиеся слизнуть гальку в море. Брызги морской воды долетали до нас, и временами казалось, что начался дождь. Как сказал мой друг и психолог после просмотра сицилийских фотографий: "Виды развалин, воды и природы формируют личность". И действительно, дети притихли и наблюдали вместе с нами за облаками, штормом и важными чайками, стремящимися противостоять ветру.
  Днём встретился с Иваном, который привёз мастера и газовый баллон. После Москвы непривычно, что газ может исчезнуть, вайфай перестать работать из-за достижения порога, а свет в квартире погаснет, так как сын включил все лампочки в квартире. Европа заставляет экономить. О шестом фестивале тунца он ничего не слышал. Может быть потому, что живёт в соседнем городишке, а здесь у него лишь адвокатская контора да апартаменты под аренду. Мы же после тихого часа детей вышли на прогулку.
  Город после шести вечера оживает и заполняется празднично одетыми пешеходами. Традиционный вечерний передвижной рынок с китайским ширпотребом, сувенирами и дисками с итальянской эстрадой. Пешеходам отдана улица Павола, на которой - большинство городских кафе. В сквере на площадке шумят детишки, и идут последние приготовления к празднику. Для дегустаций установлены столики и развёрнут шатер. Тут же монтируют сцену для ночного концерта "Белое и чёрное". В восемь вечера началась дегустация. Выстояв очередь человек на пятьдесят, заплатив десять евро, можно было получить одноразовый пластиковый поднос с порцией пасты, булочкой, стаканом вина. Всё весьма эстетично: перчатки, салфетки, белые колпаки у поваров, но ожидаемого тунца мы так и не увидели. Народ рассаживался на скамейках парка, а мы пошли в мороженицу "Иль Муретто".
  "Тридцать два сорта мороженого. В мягкой булочке, коробочке, вафельном рожке и на развес. Десять сортов граниты, тридцать два фраппе - что может быть вкуснее?" - гласила незатейливая реклама заведения. Из особенностей здешних кафе - их летние террасы располагаются через дорогу от стационарного заведения, а оплату чаще требуют не до, а после. И хоть после вчерашних охлаждений у взрослых прихватило горло, отказаться от клубничной граниты с взбитыми сливками и крема́-кафе́ мы не смогли.
  
  
  Патти
  
  Ты знаешь, Слава, - сказала Надя, - сегодня две статьи прочитала, - в одной о том, что если мама находится дома с детьми три часа, то запасы окситоцина у неё истощаются! Ты же знаешь, что этот гормон отвечает за любовь к детям?
  - А вторая?
  - О шейк-синдроме. В США судили папашу, который сутки провёл с ребенком в квартире и плакал перед присяжными, что не хотел таких последствий для своего сына. Это, как короткое замыкание...
  - Завтра идём или едем в Патти. Я чувствую, что детям нужен социум. Ведь мы не можем заменить им одноклассников, одногруппников и сюсюкаться на пляже и дома.
  Детям здесь, как мне кажется, всё же хорошо. В посёлке три приличные площадки без кричащей раскраски, с "правильным" тартановым покрытием, к которому ещё не пришли в Москве. Два раза в день море, вечером непременное мороженное, утром и перед сном мультфильмы. Пахучие, сочные фрукты, овощи, настоящая колбаса, от которой не хочется пить, да детское питание для малышки, в котором девяносто девять процентов фруктов или восемьдесят пять процентов мяса. Увы, в столице можно встретить мясные консервы для детей с содержанием мяса восемь процентов... Но дети ко всему быстро привыкают, и нужны новые стимулы для их мозга. То сын стену обрисует карандашом, то малышка гальку в розетку засунет, то у старшей нога "отнимется". Перекись водорода, мирамистин, марлевые салфетки в ежедневном употреблении.
  Перед выходом обнаружили, что на старой коляске опять колесо пробито. Хорошо, что модели одинаковые и можно заменить трансмиссию. Решено идти с одной коляской, пешком, так как веломастерская находится на одном расстоянии от нас и от станции Патти. Такси в городке не встречали. По побережью бегает экскурсионный автобус Costa Nebrodi и только четыре рейса в сутки.
  Мастер без объяснений понял, в чём дело, и, отложив ремонт велосипеда, занялся нашим колесом. Из мелочи в кошельке только один евро. Привыкли, что почти везде расплачиваемся карточкой. Поменять купюру сто евро в городке населением в двенадцать тысяч оказывается проблемой. Даже в супермаркете её не принимают. Выручил банк, в который зашёл через рентгеновскую камеру. На табличке написано, что желательно без чемодана-рюкзака и с выключенным телефоном.
  - С вас три пятьдесят! - сказал мужчина и напоследок пожелал нам хорошего дня. В очередной раз подивились здешнему сервису и ушли рассматривать городок, который состоял из двух частей: приморской и горной исторической. Нижняя часть представлена пляжем, набережной, гостиницами, сувенирными магазинчиками и кафе. Основные ремесла: виноделие, керамика, сладости, которые после наглядного осмотра оказались за кадром. Время было к обеду, а у нас в рюкзаке только бутылка воды да шесть килограмм абрикос калибра 60/70 и персиков 80/90, купленных с открытого фургона. По рекламным указателям нашли супермаркет Deco. Взрослым бурата, детям прошуто и мороженое. С удивлением обнаружили, что, будучи голодными, не заметили исторический памятник и музей Villa Romano.
  Вход четыре евро, детям бесплатно, вайфая нет, но есть тень и кондиционер в помещении музея. Осмотр же раскопок самой виллы настроил на философский лад и размышления, что будет с нашими хрущёвками лет через сто или пару тысяч. Может, какая и сохранится, и гуманоиды будут ходить по ним и философствовать, как их пращуры помещались на кухне в пять метров и в туалете на один. Всё же римляне себя ценили выше нынешних потомков, и размеры виллы впечатлили. Сохранились мозаичные полы, судя по открыткам - с изображениями тигров и косуль, которых я за два круга хождений так и не обнаружил. Жара, вероятно, действует. Зато в помещении музея Орест снял кроссовки и попытался залезть в амфору. Здешние смотрители к такому обороту не привыкли. В Питере в музее войны бабульки на него шикали, что он на пушку встал, но орудию-то ничего не будет. А за здешнюю клееную посудину потом придётся всю жизнь расплачиваться. Видеокамера сработала в тот момент, когда я его отгонял от непривычно близко расположенных глиняных раритетов, и прибежавшая сеньора дала понять, что лучше оградить ребёнка от искусства прародичей.
  Время было тихого часа, но жара и новые впечатления действовали на малыша возбуждающим образом. То кнопка SOS не сработала в туалете, то я не пустил его пробежаться по выщербленной временем половой мозаике, и мы решили всё же уйти из опасной зоны. Краем глаза заметил, что здесь красиво. Как в ботаническом саду. Олеандры, кипарисы, сосны, хурма, бугенвиллия, магнолии и даже хоризия с плодами-коконами и острыми шипами на стволе. Второй раз Таисию, которая намеревалась помыть абрикосы, не впустили в музей, показав жестами, что с продуктами питания вход запрещён.
  Символом Патти является кафедральный собор одиннадцатого века, который возвышается на горе над жилой частью города. Выбрав его в качестве ориентира, мы неспешно начали свой подъём.
  - Знаешь, Слава, недавно моя подруга Оля спросила: как я провела свой отпуск? Я ответила, что гуляла по улицам. Она переспросила: что значит - гулять по улицам?
  - Да, этого сложно понять. Гулять и наслаждаться городской средой. У нас она чаще настроена враждебно и заставляет страдать. Помнишь моё описание Тбилиси и Еревана? Вроде и города старые, ровесники Патти, но там с детской коляской ты сродни инвалиду. В метро нельзя, на тротуарах машины, безумные переходы, немыслимая торговля и ср...ч. А здесь кажется, что уже тысячу лет назад думали над тем, что по улицам будут не кони гарцевать, а машины, что дети будут не за спиной сидеть, а на повозках с блютус-управлением.
  Мне нравится Италия. В каждом селении можно провести день и сделать для себя массу открытий. И сегодня я обнаружил, что на домах тысячелетней давности живут люди. Лет двести назад к историческому балласту относились проще и разрешали надстраивать два-три этажа для жизни. В двадцатом веке провели по стенам наружный водопровод и электричество. В двадцать первом поставили стеклопакеты и лакированные двери с видеоглазками. Не знаю, в какое время в Италии стало модным украшать балконы зеленью и цветами, но они здесь в провинции смотрятся шедеврально. Это не в старый холодильник сложить поломанные лыжи, чтобы чопики было из чего делать, и не в детскую ванночку посадить помидоры с огурцами и поставить это на обозрение миллионам. Мы ходили, задрав головы в синее небо, и любовались местным домашним ландшафтом. Вчера перед поездкой на сайте города прочитал, что завтра отмечают День Святой Февронии, которая является здешним ангелом-хранителем. По этому случаю балконы ещё украсили красными стягами-вымпелами с её ликом и цветными развевающимися ленточками.
  Кафедральный собор был закрыт, но мы не расстроились, так как открытый собор в сиесту скорее нонсенс для здешних мест. По пути купили дыню, выпили раза по три кофе, детям - мороженое и засобирались уже на поезд в сторону дома. Но глаз упал на расписание туристического автобуса, из которого следовало, что ближайший в Тиндари будет через десять минут. Случайностей не бывает. И поэтому решено ехать в это селение, которое славится храмом с ликом Святой Февронии, руинами греческого театра и необычными прибрежными отмелями, история возникновения которых обросла всевозможными легендами.
  Автобус - ещё довольно редкое явление для острова. Что на севере, что на юге, что в центральной части они в дефиците. Поэтому, когда к остановке подкатил красный кабриолет с водителем, похожим на Аль Бано, я понял, что это приятный аттракцион. Билет за восемь евро даёт преимущество кататься по побережью Неброди безлимитно в течение дня и наслаждаться видами, ветром и мыслями. После шести часов хождений он стоил своих денег, и мы довольно оперативно оказались на горе у входа в парк с храмом. Водитель предупредил, что последний рейс будет через час десять.
  По пути к храму вспомнился Новый Афон с сувенирными россыпями, жареными орешками-семечками-кукурузой. Может, менее навязчиво, более чисто, но всё же волна всеобщей магнитизации докатилась и сюда.
  У стен Храма ждала удача. Свадьба. Это третья церемония бракосочетания, которую довелось повидать на Сицилии. У всех народов свои каноны о красоте нарядов и количестве необходимой косметики на лице, но мне показалось, что сицилийские дамы не стесняются многослойного тонального крема, яркой помады, пунцового лака и чёрных платьев в жару под тридцать пять. Плюс шляпки, каждая из которых была достойна щелчка затвора. Но мне приходилось притворяться туристом и исподтишка "любоваться" действом. Под аплодисменты двух сотен гостей, собравшихся на площади, из церемониального зала жених в чёрном костюме, белой рубашке, белом галстуке и с белой розой в лацкане пиджака торжественно вывел из зала невесту в белой фате с букетом из белых роз в свободной руке. Затем их осыпали рисом, и в честь молодых из хлопушек дали салют бумажными сердечками. Коллективное фото на ступенях - и молодожёны сели в чёрный представительский BMW с белой искусственной розой на радиаторе и уехали в сторону греческого театра для дальнейшей фотосессии. Всё довольно оперативно, как в хорошем сценарии. Мисной потолок, гигантские витражи и многометровые библейские сцены, выполненные из мозаики. Священник в красном читал проповедь. Два десятка верующих, некоторые в велокостюмах, слушали его речь и органную музыку.
  Песчаные отмели в Тиндари лучше рассматривать с вертолёта или с открыток, так как ракурс у стен храма крайне узок. На греческий театр мы не решились, также как и на соседствующий парк-заповедник. Час пробежал, как мгновение, и всё тот же водитель повёз нас по маршруту Тиндари-Сан Джорджо.
  
  
  
  Милаццо
  
  Третья неделя отдыха на Сицилии. Мне кажется, что мы уже адаптировались к солнцу, морю и условиям. Конечно, нет-нет и оглядываешься на Родину. "Почему же у нас не так?" - мысль, которая вчера весь вечер теребила мой мозг. Не распаханы почвы, не посажены сады и виноградники, не построены парники, мало коров и коз, нет буйволиц, чтобы делать вкуснейший сыр из их молока. Может быть, мы храним землю для будущих поколений? И через пару тысяч лет будем впереди планеты всей. Ведь недаром вот уже третий год, как в стране на подъёме производство сыров и творога. Пройдет ещё пару сотен лет, и нашим сыром будут гордиться потомки. А пока ситуация та же, что с отечественным коньяком, шампанским и вином. Я иногда думаю, а почему бы не наложить эмбарго на сто миллионов литров импортного алкоголя в год? Мы бы смогли разорить винодельни Франции и Италии, да солодовые поля Шотландии. Стракино, бурата, моцарелла, стажионато, асиаго, проволонэ, бри, монтазио, грана падано, пеккорино, рикотта, маскарпоне - этот ряд можно продолжать до бесконечности. Из-за этой симфонии мы на две недели обрекли себя на вынужденное вегетарианство. У меня часто спрашивают: "Сколько вы тратите на питание на Сицилии?". Я отвечаю, что не калькулирую с точностью до цента, но скажу, что на Сицилии питаться дешевле, чем дома. Здесь дешевле сыры, фрукты, ягоды, масло, мясные изделия, помидоры, дыни, арбузы, бутилированная вода, посещение заведений общепита. Хотя сравнивать - неблагородное дело. Ведь не ценой определяется вкус продукта. Но опять же, здесь не чувствуешь себя обездоленным, как в Южной Корее, Швейцарии или Норвегии. Экономить помогает выездная торговля, рынки и всевозможные скидки в супермаркетах. На ценниках указано "sconto", старая и новая цена и длительность акции.
  С первого июля в стране начались каникулы. Вырастают цены на отдых, апартаменты, морские круизы, снижаются цены на одежду, обувь, товары широкого потребления. Мы заметили это по нашему городку, где на витринах появились яркие надписи "Saldi" с указанием процентов. Побывать в Италии и не обновить гардероб - это всё равно, что уехать из России и не попробовать водки. Поэтому решено отправиться в Милаццо.
  Этот городок с богатой историей является крупным туристическим портом. Отсюда отправляются суда на подводных крыльях к островам Липарского архипелага. Мы бывали здесь, так как являемся поклонниками всевозможных островов, где можно пережить сенсорный аутизм. Как например, на Стромболи, где нет машин, уличного освещения и на большей части острова отсутствует сигнал сотовой связи.
  Сегодня Милаццо встретил привычными таксистами. На городском вокзале они набросились на нас, как коршуны на редких непакетированных туристов. Ещё бы - в стране кризис. Привокзальное кафе закрыто, автобус ходит раз в час, в туристинформ паутина.
  - Довезём быстро! Садитесь, сеньор! - кричит мне девушка-брюнетка с мальчиковыми повадками, выглядывая из окна новенького кроссовера Ауди, - до города идти два километра, а в порт четыре! - и делает страшную гримасу.
  - Спасибо, мы не торопимся.
  Она повторяет свой монолог, обильно жестикулируя, а я благодарю её, что скрасила наше путевое молчание. Редкая навязчивость сегодня повторяется трижды. Но я стоически отвергаю их предложения, и они, делая петлю, возвращаются к вокзалу. Мы не торопимся, день впереди, а расставаться с четвертным не хочется. Дети в колясках, трасса знакомая, и мы наслаждаемся местным солнцем и колоритом. Тротуаров местами нет, но водители терпеливо ждут, когда освободится встречка, чтобы обогнать нашу колонну. В порту суета. Количество парковок для желающих оставить машину на период поездки на Эоли увеличилось. Шум, гам, сувенирные шляпки, туристические конторы по продаже билетов.
  Интуитивно на улице Кавур нашёл магазинчик сеньора Падоллино с объявлением, что все цены делятся пополам. Судя по вывеске, ему сто семнадцать лет. На входе фотопортрет основателя торговой династии. Антонио нас позабыл, как четыре года назад мы бывали у него в гостях. Но думаю, что после прыжков Ореста по коробкам с мокасинами Сhurch и выключением щитка электропитания он нас запомнит. Посетовал мне, что ассортимент товаров стал проще: "Жизнь дорогая, в стране кризис, не до Лоро Пиано с Бриони... Местный народ теперь только поло с бермудами от Ральф Лаурен покупает..." Но мы нашли, чем поднять себе настроение и через соседнее кафе от 1885 года ушли с красивыми пакетами с кофе, гранитой и мороженым в археологический музей.
  Вход бесплатный, но детям мало интересно. От похода в крепость отказались, так как полуденный зной разморил малышей и они заснули. Решили, что сиесту проведём на диком пляже, что за рыбацкой стоянкой. Здесь в тени фикусов, камелий и субтропических ив мы расположились на отдых, наблюдая за рыбацкими шхунами и морскими судами, за любителями снорклинга и окружающими залив зелёными верхушками гор Неброди. Это подействовало, как снотворное, и ни смеющиеся чайки, ни щекочущие муравьи не мешали ловить сновидения. Сегодня утром опять неведомая сила подняла меня за пять минут до рассвета, и я вышел на террасу, чтобы запечатлеть на фотоаппарат зарождение нового дня. Хотя может, виной были городские петухи, которые соревновались между собой в предрассветном концерте.
  - Папа, пойдём купаться! - не выдержала Таисия спустя двухчасовое ожидание.
  - Там крабы в камнях живут. Ты не боишься?
  Она, конечно, боялась, как и домашних тараканов, которые своими размерами вызывали уважение. И хотя Орест стремился накрыть их мухобойкой, они оказывались проворнее мальчугана.
  Сон растворился, и чтобы взбодриться, я нырнул в природный аквариум с крабами и стайками неизвестных мне рыбёшек. Конечно, это не Красное море, но и не Чёрное. Подводная красота завораживала и заставляла забыть об усталости.
  На десерт обновили детский летний гардероб и кухонную утварь. Всё же брезгливо заваривать третью неделю китайский оолонг и японскую сенчу в стальной кастрюльке и пить их из кружек с Санта-Клаусом. Набрели на магазин итальянской керамики на всё той же Виа Кавур и остались довольны чайными парами с рисунками опунций, стильным стеклянным чайником и керамической кофеваркой моко в форме лица Буратино.
  Я в душе прослезился, когда продавщица, старательно упаковывая наши подарки в разноцветную бумагу с лепесточками, спросила: "Вам подписать?", на что я ответил: "Нет, это мы себя радуем". На Сицилии грамотная торговая логистика. Как сказала наша итальянская знакомая: "Главное, не что вы подарите сицилийцу, - а то, как это будет упаковано".
  Перед вокзалом - заход на рыбную базу "Дары Тиренщины", где мы, наконец, "размочили" наше вегетариантство. Закат встречали на вокзале Милаццо, наблюдая, как лучи солнца отражались в металлических зеркальных конструкциях привокзальной фабрики. Римский поезд опаздывал на сорок пять минут, ну а нас по расписанию увезла электричка Мессина - Санта-Агата. Хорошо, что накануне купил в канцтоварах билеты туда-обратно, так как здешние терминалы не принимали российские карточки.
  
  
  Рассвет на Этне
  
  Встречать рассветы на острове стало для меня привычным занятием. Почти каждое утро наблюдаю с террасы, как огромный красный диск поднимается на горизонте, из-под низких облаков, которые напоминают собой горные очертания. Неделю назад мой сицилийский друг предложил съездить на Этну:
  - В десять вечера встречаемся на вокзале в Рипосто. Потом едем на Пьяно Провинциано. Там оставляем машину. И по марафонской трассе поднимаемся на вулкан, где встречаем рассвет. Итого десять-тринадцать километров. Спуск по другому маршруту.
  - Конечно, Анжело. Как раз в субботу из Рима приедет моя старшая дочь. Думаю, что ей тоже понравится эта идея. Для неё это первая поездка в Италию и первое знакомство с вулканом.
  Настя приехала в одиннадцать на электричке из Мессины. Довольная тем, что после питерского холода день провела в жарком Риме, и за это время успевшая подзагореть. Немного расстроена тем, что жулики возле Колизея вытащили из сумочки двадцатку. Но позитивные эмоции перевешивали. Итальянское мороженое, мировые памятники культуры, ночной поезд, паром и море.
  Утренний пляж, обед и сборы в дорогу. Термос с чаем, минеральная вода, нектарины, дыня, быстрые "домашние" углеводы: блины с абрикосовым вареньем и шоколадные фонданы, чтобы восполнять запасы гликогена. Решили приехать пораньше, чтобы прогуляться по Рипосто. Городок всего тысяч на тридцать, но весьма колоритный. Порт, приморский рынок, проспект Италии, выложенный вулканическими плитами, как и ряд домов. Архитектура - сицилийское барокко, что так разнится с типичным итальянским севером. В то же время тут погрязнее на улицах и у мусорных баков лежат пакеты с вулканическим пеплом, хотя последнее извержение было в марте. В сводках тогда передавали, что пострадали французские туристы. Но Анжело написал в воцапе, что сейсмическая активность в настоящее время минимальная и опасаться нам нечего.
  Встретились у бара Аверна, где продегустировали граниту из шелковицы и черешни. Заметил, что порции здесь побогаче северных и выбор кондитерских изделий тоже. Всё же на севере так и не нашёл приличных тортов и пирожных. Почти всё из мороженого.
  - Привет, Славна, - сказал друг после двух поцелуев и рукопожатия, - я вам курточки, шапки и фонарики захватил. На Этне сейчас десять тепла. Ночью обещают понижение до трёх-четырёх. Приготовил вам домашний сок - микст из цитрусовых.
  - Спасибо, Анжело. Хоть в Москве сейчас и прохладно, но везти домашние куртки и свитера не хотелось.
  - Моя мама связала твоей меньшенькой дочери кофточку. Это подарок. Ей очень приятно, что вы приехали на Сицилию.
  - Белиссимо! - сказал я, разворачивая белую кофту крупной необычной вязки. Вспомнилось, как она дарила средней дочери то вязаные розовые серёжки, то браслетик на ручку, то учила её делать петли на спицах.
  - Ей девяносто четыре, но она чувствует себя хорошо.
  - А как твой дедушка? Ему кажется, сто лет было недавно.
  - Он двоюродный. На сто пятом году умер два года назад.
  Так в разговорах о семье, политике и природе мы поднимались к Этне на кроссовере Фиат.
  - В Мило сделаем остановку. Выпьем кофе с попутчиками. Сегодня у нас большая интернациональная компания. Две американки и итальянская женщина.
  Мне показалось, что всё население этого городка в предгорьях вулкана высыпало на площадь между церковью и смотровой. Празднично одетые сицилийцы активно общались, пили кофе, вино, любовались лунной дорожкой, простирающей по Ионическому морю. Вдалеке маячили огни Таормины, Мессины и даже сполохи пожаров в Калабрии долетали до нас.
  - Там же нет вулкана, Анжело?
  - Это лесной пожар, Славна. Уже три дня потушить не могут.
  Познакомившись со спортивного вида американками и объёмной итальянкой, мы выдвинулись в национальный парк Этна.
  - Здесь запрещено всякое строительство. Можно лишь любоваться и отдыхать.
  - А какие звери здесь водятся?
  - Зайцы да лисы.
  - А сезон грибов уже начался? - спросил я и рассказал Насте, что здешние белые грибы очень ценятся. Из них готовят пиццу, и население острова активно их собирает, так как килограмм стоит двадцать пять евро на рынке.
  - Нет. Лето в этом году засушливое. На Этне давно не было дождей.
  - А снег ещё лежит? В позапрошлом году я бежал в конце июня марафон через двухметровые торосы.
  - Нет. Растаял давно... Лето каждый год разное... А эти жёлтые придорожные цветы называются джинестра, Настя. Это местная акация. У моря она зацветает в апреле. А здесь только сейчас весна наступила.
  Вскоре джинестра уступила место невысоким берёзам да соснам. На Пьяно Провинциано мы припарковались и утеплились. На высоте 1900 метров с трудом надеваются куртки да шапки. Женщины из соседнего авто выглядели серьёзнее нас. Горные ботинки, штормовки, налобные фонарики, трекинговые палки. В двадцать три часа наша компания выдвинулась на маршрут по знакомой мне трассе. Здесь был промежуточный финиш горного марафона. Тридцать три километра от приморского посёлка Марины Декотон я преодолел за три часа. На последнюю десятку с набором высоты тысячу сто метров ушло два часа мучений. Два года назад при свете дня я мало обращал внимание на окрестности. Сегодня при полной Луне казалось, что вижу Этну впервые.
  - Посмотрите на отель под застывшей лавой, - комментировал друг, указывая на остатки железобетонной конструкции. - А эти четыре сосны сгорели пять лет назад. Остались только белые скелеты... А это разрушенный горнолыжный подъёмник. Шесть лет назад построили новый. С ноября по апрель на вулкане сезон катания.
  У последнего дерева мы сделали короткую остановку. Анаста́сия (тёзка дочери) отстала метров на двести, хотя мы прошли километра полтора. Подумал, что сегодняшний трейл будет лёгким с такими скоростями. Вскоре исчезли мхи, и мы остались наедине с камнями, ветром и маячащей над головой белой фумаролой Этны.
  - Смотри, Анжело, извержение небольшое, - показал я ему на внезапный выброс чёрного дыма слева от "основного" кратера.
  - Ты прав, Славна. Неспокойна сегодня Этна. Но бояться нечего... Дамы, посмотрите сюда. Улыбаемся, здесь скрытая веб-камера.
  Вскоре сон стал напоминать о себе и, чтобы отвлечься, рассказывал Насте о марафоне и беседовал со спутниками. Всё же идти вверх тяжеловато. На плечах рюкзак килограмм пятнадцать. Дорога - валуны, камни, песок. Уклон создает ощущение неземной гравитации. Плюс дефицит кислорода, от которого поначалу чувствовал лёгкое головокружение.
  - Сколько осталось? - спросила Настя на третьем часу восхождения.
  - Думаю, что немного. Половину прошли.
  - А спуск ты учитывал?
  - Анжело сказал, что обратно будет другая трасса. Видимо, у него там вторая машина припаркована. Так что часа через два мы накроем полянку и организуем пикник в ожидании рассвета. По моим наблюдениям, солнце сегодня встало в пять пятьдесят.
  - Что-то есть мне совсем не хочется. Тошнит и как-то не по себе. Это может быть проявлением горной болезни?
  - Вполне. У меня были такие же ощущения в горах Корсики пять лет назад, - ответил я.
  Меня и самого подташнивало, да и сказывался дефицит сна двух ночей, но говорить о плохом не хотелось. Мы шли, иногда фотографировались, пели песенки на трёх языках и останавливались в ожидании "слабого звена".
  - Садись, Анаста́сия", отдыхай, - сказал Анжело, - ближайший автобус в десять утра, так что не проспишь.
  Это была шутка. Автобусы, конечно, здесь не ходят. Ездят изредка вездеходы "Мерседес" с обмотанными цепями колёсами и, конечно, не по расписанию. Иногда караваны ослов доставляют оборудование и продукты в обсерваторию и на сейсмологические площадки.
  Через три часа подъёма стало тяжело и моей дочери. Горная болезнь прогрессировала, и вдобавок у неё заболел тазобедренный сустав. Но останавливаться на половине пути она не хотела. Взяв меня за руку, через слёзы она продолжила восхождение.
  - Не переживай, до финиша марафона осталось пятьсот метров. Это минут тридцать нашим шагом, а то и быстрее. Там, наверное, машина.
  - Ты в это веришь?
  Я не знал уже - во что верить. Мы прошли десятку, и мой сицилийский друг не думал заканчивать. За четыреста метров до предполагаемого "финиша" он повернул вправо, и мы пошли по ещё каменистой трассе. Здесь уже вездеходы не поместятся. Тропа была кое-где маркирована деревянными колышками, но сбиться с неё даже при лунном свете невозможно. Вскоре в воздухе появился отчетливый запах серы, а выбросы чёрного дыма из кратеров участились.
  - Здесь могила Сабрины, - посветил фонарём друг на невысокий ржавый надгробный крест с портретом итальянки, - она погибла при извержении пятнадцать лет назад.
  Я подошёл к кресту, чтобы рассмотреть поближе портрет двадцатидевятилетней девушки. Задумчивое лицо, надпись на латыни на маленькой дощечке, даты рождения и смерти, и засохший букет из полевых вулканических цветов. Что толкает людей сюда? Глядя на базальтовые глыбы до полутора метров в диаметре, хаотично разбросанные по застывшим лавовым потокам, я задавал себе вопросы, а куда же мы побежим, если вулкан всё же проснётся?
  Но хандра быстро исчезает. Красоту вулкана не передать словами, видео и фото. Мы продвигались вверх, любуясь величием природы: таким близким лунным диском и неведомыми созвездиями в окружении белого дыма и чёрного почти правильного конуса вулкана, останавливаясь, чтобы дождаться отстающих, сделать фото и восполнить дегидратацию. В четыре тридцать Аврора напомнила о себе и изменила окружающий монохром. Как раз мы остановились на привал, и я достал штатив, чтобы запечатлеть её появление над мысом Милаццо и Липарскими островами, которые с высоты три тысячи метров казались небольшими холмиками.
  - Через час должно взойти Солнце!
  - Да, Славна. Но мы его не увидим с этой стороны вулкана. Мы поднимаемся к кратеру по северо-западному склону.
  Я немного расстроился, так как получается, что зря тащил штатив и длиннофокусный объектив. Честно говоря, один из веских доводов для сегодняшнего похода - это была встреча Солнца. Но видимо, в итальянском и русском понимании "встреча рассвета" разнятся. Вскоре наша тропа исчезла, и друг потащил нас по невероятно крутому подъёму из чёрных лёгких камней, который я про себя назвал целина.
  - Набирай карманы, Настя! В Питере будешь раздавать на сувениры. Это же настоящая пемза! Самая свежая...
  - А что это такое?
  - Все женщины Советского Союза знали о ней и считали самым эффективным средством по чистке пяток.
  - А много нам ещё осталось? - спросила она с грустью и какой-то обречённостью. Вот уже четвёртый час я буквально тащил её, то с левой стороны, то с правой. Она перестала есть, так как пища не задерживалась долго. Временами становилось страшно, так как что я скажу её матери, которая съест меня с потрохами.
  - Думаю, что метров пятьсот. Анжело сказал, что последние пятьсот метров будут самыми тяжёлыми и крутыми.
  - И ты думаешь, что вот у этого дымящегося кратера припаркована его вторая машина?
  Я, конечно, не думал. Но внезапно, откуда не возьмись, появились силы, и захотелось петь, бежать и танцевать. Может быть, это начальные признаки отравления сероводородом или эйфория от природных красот? Я забыл об острой, как лезвие бритвы лаве, и рискнул пробежаться, чтобы запечатлеть наш караван. Но не рассчитал гравитации и упал на все четыре конечности. Отделался царапинами и порванными брюками. Это мелочи, так как через десять минут мы уже заглядывали в дышащий огнём и дымом кратер, от чего симптомы "отравления" только усилились. Даже Настя почувствовала это, так как у неё исчезла тошнота и прошли боли в суставах, и мы поодиночке ходили по его дымящейся кромке и рассматривали одно из самых опасных мест в мире. Где-то над Милаццо всходило солнце, и сейчас его лучи пробивались через паровой котёл. Я сфотографировал, как Этна отбрасывает гигантскую тень с дымящейся фумаролой на центральную степную часть острова и подумал: так не бывает. Чтобы вот так просто взять и провести ночь на вулкане, зайти туда, куда нельзя, чтобы дочь, которая приехала "покорять" вулкан практически в одном платье и босоножках, без особой физической подготовки, взяла да и зашла. Видимо, когда очень хочешь и очень стараешься - мечта реализуется. Как сказал мой друг: "Усталость и боль живут в нашем мозге, и если захотим, мы всегда можем от них избавиться... а Этна любит сильных духом".
  В шесть утра мы начали спуск. Прогнозу Анжело, что мы окажемся на парковке спустя полтора часа, я не верил. Тропы не было, и мы опять шли по целине, ориентируясь или на отпечатки чьих-то следов или на интуицию друга, которая временами подводила. Уклон был такой острый, что идти было сложно, и Настя, которая спускалась сама, часто падала. Чтобы удерживать равновесие, я выбрал бег и прыжки, погружаясь чуть ли не по колено в лавовые камушки. Но силы гравитации на спуске изменились, и усталости не чувствовалось. Даже набивавшиеся в кроссовки камушки не останавливали парение над склоном. Стало припекать солнце, и мы на ходу освобождались от тёплых одежд и шапок. Через час появились первые видимые признаки жизни. Лаву покрывал ковёр из поблескивающей паутины, над которым кружили небольшие мушки. Ещё через час появились жёлтые цветы - сапонарии, которые шапкообразными клумбами росли на пепле. Над ними кружили пчёлы, шмели и порхали бабочки. Жизнь возвращается, - подумал я про себя, - никакие камни не будут господствовать на планете, покуда будет жива атмосфера. Анжело и компания отстали, а мы с дочерью убежали вперёд. Сбиться с пути уже невозможно, так как Пьяно Провинциано просматривался давно. За десять минут до финиша встретили первого туриста. С трекинговыми палками, взмокший, он сказал нам "чао" и ушёл навстречу трудностям. Я подумал, как хорошо, что у нас всё позади, и переключился на любование местными соснами, стелящимися по валунам, - как будто парикмахер сделал прическу камням.
  В девять утра мы были на месте и в пятый раз окончательно вытряхнули кроссовки и носки. Через пятнадцать минут появился Анжело, а через тридцать подошла Анаста́сия. Наша группа отчаянных чудаков в сборе. Первый завтрак с холодной дыней, которая проделала весь маршрут на мне. Первый кофе из термоса и спуск уже на машине. Этну штурмовали караваны велосипедистов, автобусы с туристами да внедорожники с любителями экстрима.
  - У вас во сколько поезд в Мессину?
  - Не знаю. Я сфотографировал расписание только до девяти утра.
  - Заедем в Сант-Альфио? Там лучшее мороженое с ночиолой и шелковицей с этой стороны склона.
  Мы конечно не возражали. Я привык доверять другу и тому, что на Сицилии не место красит человека, а человек. Поэтому здесь в маленьком поселке, например, в Рандаццо может готовить десерты чемпион Италии в этой категории в 2008 году, а в Ачириале проходить чемпионаты Мира по домашней граните, где, конечно же, побеждают сицилийцы. Странные эти итальянцы и необычные...
  
  
  Сан-Джорджо
  
  Прошло три недели, как мы приехали в этот городок, населением в две с небольшим тысячи человек. Я не знаю, бывают ли на Сицилии хутора, сёла, посёлки, так как встречать их не доводилось. Все населённые пункты - это города. Большие и маленькие. С налётом провинциальности и одновременно столичности. В предрассветный час я слышу, как из дворов кричат петухи, а с террасы наблюдаю, как рыбаки уходят в море на промысел. В десять утра уже продана последняя рыба. После полудня в местном сквере в тени парковых сосен нарядные сеньоры играют в карты. Загоревшие, аккуратно одетые, с сигаретами и пахнущие парфюмом на расстоянии. Кто-то предпочитает шахматы, а кто-то состязается в петанг. Иногда мне кажется, что игра - дело вторичное, а главное - это общение и досуг.
  Они не всматриваются пристально в глаза чужеземцев, не показывают пальцев, не смеются над моим произношением итальянских слов и не кичатся своим аборигенством. Как-то мы спросили у рыбака, разбиравшего сети: "Можно ли пройти через его двор к пляжной кромке?". Он не побоялся нас. Странно. Ведь мы из другого теста. Мы отдыхали в тени прибрежных эвкалиптов и созерцали его нехитрые снасти, видавшую виды моторную лодку бело-синей расцветки, бегающих по камням ящериц и колыхающиеся морские барашки. Откуда же в них столько теплоты? Ведь у нас до сих пор живёт устойчивый стереотип "сицилийская мафия". Я думаю, что это мем, который сродни "бандитскому Петербургу", и который используют для ограничения туристического потока.
  Мне нравятся здешние бары. Без расписания работы, с клеёнкой на пластиковых столиках, мраморными столешницами, фотографиями на стенах, однорукими бандитами, которые так привлекают наших малышей. Кажется, что интерьер здесь не изменяли последние лет пятьдесят. Здесь также играют в карты, курят на улице, читают газеты или смотрят телевизор. Никто не оборачивается, не пялится, не показывает пальцем, и ты как будто растворяешься в атмосфере сицилийских простолюдинов.
  - Бон жорно, сеньор... Дуэ кафе, дуэ желато кон фраголо э шоколодо, дуэ гранита! - стало привычным паролем при входе в бар, кафе, мороженицу.
  - Прего, сеньор.
  Они могут уточнить размер порции, необходимость булки или вафельного рожка, могут налить бесплатной воды, а могут забыть, и надо попросить, могут угостить детей сластями, и сын привычно заглядывает в коробку с леденцами. Здесь нет вайфая, так как сицилийцы до сих пор общаются очно. Встречаются по вечерам, ходят в пиццерии или друг к другу в гости.
  Мне нравятся здешние магазины. Большие и маленькие, стационарные и передвижные, сетевые и частные лавки. Цены практически везде одинаковые, но где-то могут быть акции, скидки, и мы привыкли отыскивать лакомства и сравнивать их между собой. Где ещё можно купить нежнейший французский бри за шесть двадцать за килограмм? На своей родине он будет стоить в два раза дороже. А какие же здесь фрукты, овощи, ягоды? С запахом, сочные, яркие, как будто сорвал их с домашнего огорода. Да и цены радуют, так как не бывает в Краснодарском крае черешни по полтора, а абрикосов с виноградом по евро за килограмм. Мне кажется, что ежедневно я выполняю недельную норму потребления фруктов. По цифрам Госкомстата взрослому россиянину их требуется двести грамм в сутки.
  О распродажах в магазинах пишут бесплатные магазинные газеты, о них сигнализируют билборды и афиши. Но это вторично. Первично - это отношение к покупателю, как к человеку, а не как к потребителю. Из непривычного - это вечерние электронные очереди в отдел сыров, хлеба и прошутто и соседствующий скучающий мясник. Но мы приноровились, и кто-то из детей бежит за талончиком, пока наша корзина наполняется фруктами, водой, молоком.
  "Италии не грозит китайская экспансия", - сделал я вывод после трёх недель наблюдений. Исследуя штрих-коды, я заметил, что девяносто пять процентов товаров на полках - от отечественных производителей. Стране незачем вводить эмбарго на импорт, так как она вполне самодостаточная. В продуктах, одежде, обуви, автомобилях.
  "Сегодня и всегда в одиннадцать часов завоз свежего хлеба с городской пекарни" - объявление на дверях при входе в супермаркет. "С семнадцати часов продажа сосисок в хлебе" - гласит вывеска на входе в бар, где дядя с вторичной аллопецией, с толстой сигарой в руке, не спеша ест граниту и читает прессу. Говорят, что лысина у итальянцев - это признак повышенного содержания тестостерона. Думаю, что это очередной миф, так как найти научно обоснованные исследования я не смог.
  "За курение в кафе и на пляже штраф", - предупреждают таблички. Но на улицах можно встретить расписные глиняные пепельницы с песком для окурков, а на пляже молодежь, чтобы покурить, заходит в воду.
  За три недели мы стали частью этого "большого санатория", как ласково называет его Надя. Нас узнают и здороваются на пляже и в магазине, на детской площадке и в кафе, и просто так на улице, когда Орест шкодит у городского фонтана или залезает на чужой мотоцикл. К проделкам детей они относятся терпимее нас, как и к их слезам, проказам и слезам. Я не встречал раздражения, шипения, цыканья или "тебя заберёт полицейский".
  Каждый день мы встречаем невысокого роста участкового с белой кобурой, в голубой рубашке и фуражке с высокой тульей он неспешно гуляет по поселку и здоровается со всеми встречными. Мне вспоминаются советские фильмы с добрыми милиционерами, ловившими злодеев и хулиганов, самогонщиков и дебоширов.
  Ещё мне нравится их отношение к спорту. На центральной площади установлена стела, что в этом городке жила, тренировалась и работала Аннарита Сидоти. Её фотографии висят в кафе и магазинах, в парках, на афишах соревнований - фестиваля ходьбы и на аллее спорта. Маленькая женщина, прославившая Сан Джорджо тем, что стала чемпионкой Мира в Афинском первенстве в 1996 году по спортивной ходьбе. Она рано ушла из жизни, но жители её помнят, чтят и гордятся. Утром и вечерами можно наблюдать любителей ходьбы и трусцы, которые бегают почти по проезжей части, здороваются со мной кратким "чао", и никто никому не мешают. Для тех, кто торопится, наверху в горах есть автомагистраль. Баскетбол, футбол, волейбол, велоспорт, подводное плавание - виды спорта, которые популяризуются в городке. И ни одного фитнесс-центра, ни одной секции бокса или восточных единоборств.
  
  
  Санта Агата
  
  Это конечная остановка электрички. Мы выбрали этот городок для путешествия просто так. В табачном киоске за пять минут до отправления купил билеты, на станции зазвонил "школьный звонок", и уютный поезд с кондиционером, туалетом для инвалидов, площадкой для колясок и велосипедов увёз нас в западном направлении, часто ныряя в тёмные тоннели. Дети привычно шалили, бегали по вагону, слабо реагируя на наши замечания. Южное солнце, каждодневные кафе и безопасность растормошили их. Конечно, поезда здесь часто опаздывают, но мы привыкли. На отдыхе некуда спешить. Здешние проводники-контроллеры во время остановки выходят на платформу и терпеливо ждут, пока последний пассажир не выйдет и не зайдет в вагон.
  Через тридцать минут мы на станции. Железная дорога как будто разделила городок на две части. С одной стороны - исторический центр и деловой центр, с другой - отели, частный сектор и зона отдыха. Эту особенность я заметил у многих городков Лазурного берега Северной Сицилии.
  Мы выбрали первую часть, чтобы за оставшиеся два часа оценить городок. Церковь, пара-тройка магазинов, кафе, длинная набережная с пальмами и пляж с морем, чтобы переждать обеденный зной. Главное - найти природное укрытие, так как тридцать восемь в тени плохо переносится. После тринадцати жизнь в городке как будто замирает на ближайшие три-четыре часа. В Сан Джорджо мы прячемся в апартаментах с кондиционером, здесь - под сенью фикусов, и выходим лишь для заплывов и приёма общественного душа нагретой солнцем водой. Душевые здесь через каждые сто метров, но нет кабинок для переодевания.
  Здешняя набережная чем-то напомнила мне Ниццу. Только без пафосных отелей, потока дорогих машин, заплаток из песка, чернокожих ротозеев, индусов-сувенирщиков, навязчивых зазывал и надписей на кириллице. Дети проснулись, жара пошла на убыль, и мы держим путь в соседний курортный городок Capo d`Orlando.
  
  
  Capo d`Orlando
  
  Его рекламируют, как туристический порт. Возле вокзала заметил афиши известных итальянских артистов, которые выбрали его для будущих гастролей, и расписание городских праздников.
  С вокзала зашли в прохладную церковь пятнадцатого века с витражами и ламповыми подсвечниками, где по oferte (кто сколько) можно нажать кнопку, и зажжётся ваша свеча. Сын шалит и пытается включить всё. Смотрители отсутствуют, как и видеокамеры, и нашу шестёрку никто не теребит, не увещевает советами и не говорит, что в храм с колясками, с непокрытой головой, без юбки запрещено входить. Наше одиночество разбавляет тройка пожилых сеньоров в яркой облегающей велосипедной форме, в перчатках, велотуфлях и со шлемами в руках. Они припарковали свои шоссеры перед храмом. Мокрые, загоревшие, с животиками мужчины встали на колени перед алтарем и тихо шептали молитвы.
  Напротив храма бар. После "пароля" нас угостили кувшином с водой и кубиками льда. На острове лёд очень популярен, и нужно соблюдать предосторожность, чтобы сберечь горло. Далее неспешная прогулка по основным улицам города с декоративными апельсинами на ветках и под ногами. Городок стильный и, судя по магазинам, ориентирован на взыскательную публику. Монблан, Картье, Барба, Корнеллиани красуются в витринах. Но горожане представляются не привередливыми в одежде, и многие так и возвращаются с пляжа в плавках и шлёпанцах. Заходят в магазины, кафе или просто читают прессу на лавочках у фонтанов. Мы же обновили гардероб меньшей дочери, которая уже пытается ходить и, сидя в коляске, она теперь облизывает свои первые итальянские черевички Chicco.
  Прогулялись в центре по пешеходной улочке с апельсинами под ногами. Она не является типичной для острова и мне кажется игрушечной. К ней примыкают детские площадки, где резвится детвора, порой без присмотра родителей.
  Набережная имеет ещё большее сходство с Ниццей. Море красуется разнообразной палитрой синего цвета, и у меня закрепляется название "Лазурный берег Северной Сицилии". Мы гуляем под высокими пальмами, наблюдая за волнами, пляжной публикой и вечерним солнцем. Повсюду душевые, кафе, зонтики и небольшие волнорезы из природных камней. Нет железобетона, нет признаков гигантского строительства и разделительных заборов между пляжами из ржавой арматуры. Некоторые отдыхающие оставляют свои зонтики на ночёвку. Сын стереотипно повторяет желание "хочу купаться", и я пытаюсь его отвлечь, так как в наши планы водные процедуры не входят.
  На окраине набережной обнаружили живописные валуны с раскрепощённой публикой на камнях, а далее озерцо с плавающими тритонами, сеньором и двумя малышами с сачками. Я же преподаю Оресту технику сбора плодов дикой опунции базиллярис, растущей на каменистом берегу. Двумя палочками мы сбиваем красные плоды, а сестра аккуратно собирает их в пакет. Всё равно десяток глосхидий остаются в моих руках. Но это мелочь, и для них есть пинцет. Сегодня вечером готовим традиционное для нашей семьи варенье из кактусов. Свекольного цвета, шелковичного вкуса, с мелкими косточками и тягучей консистенции. Мы используем его как конфитюр к сыру, как натуральный краситель к крему или пикантное угощение для гостей. Дети просят возобновить память о вкусе фикодиндий, и затем дурачатся, показывая друг другу фиолетовые языки.
  
  
  Brolo
  
  Мы решили путешествовать через день. День: пляж, дом, пляж. На следующий: поездка в один-два городка, прогулка и сиеста на пляже. Мне кажется, что сон на природе должен оздоравливать. Броло больше Сан Джорджо в два раза, но здесь есть остатки крепости, и сохранился бастион одиннадцатого века. Верится с трудом при взгляде на отреставрированную башню из скреплённых цементом камней, и с поезда отправились к ней. Вспомнилась наша экскурсия "Одесские дворы" десять лет назад. Здесь полная противоположность. В Броло не кичатся развалинами, мусором, шумом. Вроде бы и улочки тесные, гористые, и жителям самим на них не развернуться, но наши две коляски и шумная группка органично вписываются в средневековые конструкции, украшенные на стенах сувенирными полумесяцами и треногой - сицилийским гербом. Кто-то жарит рыбу, и её запах разносится по крепостной площади. Но в жару она не вызывает аппетита, и мы сбегаем в городской Храм Madre с памятником солдатам Второй Мировой войны и соседний супермаркет Deco. Есть ещё музей пыток и оборонительных укреплений, но нас это не интересуют. Исторический центр городка - это уже музей.
  - Папа, это качели для малышей в колясках? - спросила средняя дочь, увидев необычную конструкцию с площадкой и веревкой.
  - Нет, Таисия. Это карусель для инвалидов. Видишь значок?
  - А зачем им?
  - А тебе?
  Не знаю, понимает ли Таисия меня и среду обитания, в которой она очутилась. И что напишет она в сентябрьском сочинении "Как я провела лето?". Ну а мы, перекусив в тени фикуса Бенджамина мороженым в булочках, медленно отправляемся к городской набережной. На часах тринадцать. Магазины закрыты, дети спят в колясках.
  В конце пляжа обнаружена оливковая рощица, в которой мы скрылись от немилосердного солнца. Сегодня в Броло плюс тридцать девять - и это своеобразный рекорд для нашей семьи.
  
  
  Giojosa Marea
  
  Это соседняя станция с Сан Джорджо, которая является нашим административным центром. Закомпостированный билет действителен в течение четырёх часов, и мы пользуемся такой привилегией, чтобы увидеть ещё и столицу коммуны. Городок расположен на холмах, и с колясками временами приходится нелегко. Железная дорога разделила городок на две неравные части, оставив для отдыха у моря меньшую. Для желающих попасть на пляж под полотном проделаны небольшие тоннели.
  Мне нравится урбанистическая среда здешних городков. Здесь комфортно гулять с колясками, даже при отсутствии тротуаров на узких улочках и того, что водители почти не пользуются сигналами поворотов. Они не спешат и на перекрёстках притормаживают, и показывают рукой предполагаемый маневр. В Москве мне временами кажется, что человек за рулём воспринимает меня, как насекомое, которое должно отпрыгнуть при приближении четырехколёсного чуда.
  В поисках воды, сыра и холода зашли в супермаркет Crai, где сына угостили Грана Падано, чтобы он не плакал, так как я запретил ему бегать с тележкой по торговому залу. На выходе из магазина коллаж из фотографий известной городской гордости - Аннарита Сидоти, о которой в прошлом году сняли документальный фильм "Простая история".
  Церковь, кафе, сквер, набережная в цветущих олеандрах и бугенвиллиях, и пора возвращаться домой.
  
  
  Barcellona
  
  В итальянском произношении она звучит, как Барчеллона и напоминает о двухсотлетнем владычестве испанской короны. Я, правда, так и не встретил здесь ничего испанского кроме модельных туфель Munich за полторы сотни евро. В остальном - это типичный северо-сицилийский городок, где под южным солнцем на капотах машин сушатся помидоры, где на столбах и заборах расклеены афиши, приглашающие вспомнить за поминальной трапезой души умерших или просто прийти в храм на службу. С этой сицилийской особенностью мы свыклись, ведь даже на кладбищах есть свои улицы, а домам-усыпальницам присвоены порядковые номера. В Патти городское кладбище имеет форму сердечка, а в энотеках можно встретить алкоголь в бутылках в форме человеческого черепа, в Кальтаджироне и Палермо - известные всему миру катакомбы монахов ордена Капуцинов с сотнями мумий.
  Море осталось за нашими спинами, а мы углубились в городские кварталы, поднимаясь вверх вдоль русла высохшей реки. Даже не верится, что пару лет назад она вырывала деревья с корнем, разрушала дома и переворачивала автомобили, а сейчас представляет лишь груды камней с брёвнами и металлической арматурой. На перманентном рынке купили фруктов и овощей. День жаркий, и они нравятся детям не меньше мороженого.
  Как следовало из описания: город разделён на три части. Нижняя - морская, средняя - исторический центр и верхняя - парковый ансамбль. Решено, что в парке на горе делать нечего. В городке несколько десятков храмов, и мы просто гуляем от одного к другому. В честь покровителя Святого Себастьяна, которому молились во время эпидемий чумы, горожане построили барочный собор - малую базилику. Ему нет ещё и ста лет, а его предшественник был разрушен землетрясением, но выглядит он достойно и не отличается от римских. На площади перед храмом фонтан: сидящие друг напротив друга белые мраморные фигуры мужчины и женщины; высокие пальмы и шапкообразные кипарисы, металлические скамейки, уличные пепельницы и, конечно же, кафе с мороженым. Сиеста, пора и нам перекусить, так как путь к морю неблизкий, а общественный транспорт увидеть не удалось.
  
  
  Falcone, Marinello
  
  От вчерашнего дождя остались лишь единичные лужи и оборванные от ветра чёрно-белые листовки на заборах "В регионе высокий уровень солнечной активности. Объявлено предупреждение! Граждане, берегите себя и будьте бдительны!". Не первый раз убеждаюсь, что прогноз погоды схож с астрологическим вестником. Даже западный лидер accuweather не успел среагировать на утренний ливень и продолжал показывать жёлтый солнечный шар и тридцать градусов тепла. Ещё бы, дождь на Сицилии летом - настоящая казуистика и бывает реже, чем июньский снег в Москве.
  - Я побегаю? - спросила Надя, отправляясь на утреннюю зарядку.
  - Дождь же с утра льёт!
  - Скоро закончится... Смотри, вот и солнце уже выглянуло.
  Её не было минут сорок. Автоматически отключилось электричество. Дети плакали, что остались без мамы. Я переживал. С внезапно потемневшего неба обрушился водопад. Это сопровождалось непрекращающейся кавалькадой грома и сполохами молний. Я выглядывал на улицу, но там почти ничего не видно. Серые потоки воды неслись сверху и внизу.
  Вымокшая Надя зашла в квартиру с перепуганными глазами:
  - Я такого никогда не видела, Слава. Ураган! Там даже летние реки проснулись и волокут деревья, - рассказывала она, - а все машины стоят на обочинах; народ спрятался под навесом и фотографирует стихию.
  - Зато леса гореть перестанут, пожарные гидропланы отдохнут и на Этне грибы, наконец, пойдут.
  К одиннадцати упали последние капли, и мы выглянули за дверь. Коллективный воскресник, в котором горожане, не сговариваясь, вышли на улицу с метёлками, вёдрами и моющими средствами. На острове любят бытовую химию и используют её в электричках, подъездах и для асфальта. Даже центральную улицу перегородили заборчиком, чтобы собрать ветки и листья. С девяти вечера она традиционно станет пешеходной, и в парке начнется что-то сродни итальянской дискотеке.
  До Патти дошли пешком. Четвёртый прокол колеса за месяц. Это своеобразный рекорд, так как за предшествующие три года лишь единожды сталкивались с подобной проблемой. Видимо, дело в здешних колючках. Попросил мастера поменять заодно нам и шины. На стенах мастерской плакаты региональных соревнований по маунтинбайку.
  В Сток Хауз напротив Villa Romana по случаю дополнительной скидки обновили семейный гардероб и радостные с бумажными пакетами в багажниках на электричке отправились в Фальконе.
  Море сегодня бушует сильнее обычного. Двухметровые волны с силой накатывают на берег. Лишь в маленьких мутных бухточках плещется детвора с родителями. У нас желания не возникло, и мы под аккомпанемент малышей пошли в Маринелло, по пути останавливаясь на короткие перекусы, фотографирование сельских пейзажей и на сбор урожая дикой ежевики и кактусов, которые здесь выступают или оградой огородов, или сорняками. Вспомнилась Южная Корея. Там такой роскоши не было. Все кактусы, тараканы, собаки шли в оборот. Даже нарезанные и красиво упакованные листья опунции можно продавать по пятнадцать долларов за килограмм с ремаркой, что они помогают при ожирении, ревматизме, головной боли, поносе и омолаживают кожу, если наружно. Покупатель ведь - человек доверчивый. А здесь миллиарды пропадают вдоль дороги. Сицилия - крупнейший европейский поставщик фичи, которые созревают в сентябре-октябре. Я встречал лишь ликёр из этих плодов. А на Тенерифе, к примеру, стограммовая баночка джема с двадцатипроцентным содержанием опунции стоит двенадцать евро. Всё же богато живут сицилийцы! Не знают они всех своих возможностей.
  Или, например, почему в такой красивейшей бухте, как Маринелло, с уникальными заповедными солончаками не построить отель этажей на двадцать-тридцать? Хотя места хватит и не на один. Непрактично только лишь кемпинг для студентов и летние кафе здесь ставить. Интересно, как они вчерашнее бедствие пережили? Жаль, что вход в палаточный лагерь для посторонних запрещён. Через забор заметил общественную кухню, душевые кабинки, бассейн, детские площадки и кафе. Есть возможность взять в прокат электроудлинитель, набор для барбекю, столовую посуду, велосипеды и другое, что может понадобиться туристу.
  Перекусив на набережной в синдикате кафе-ресторан-пиццерия-бар миндальной гранитой, ушли на песчаную косу, которую заприметили две недели назад при посещении храма в Тиндари. Этот биосферный заповедник Laghetti dei Marinello в виде выступающей на полтора километра песчаной косы возник в конце позапрошлого века. По одной легенде - дело рук святой Февронии, по другой - красивая девочка упала со скалы, по третьей - местная река много песка нанесла... Гроты в скалах, неглубокие солёные озера, высохший ковыль на берегах, кактусы, цапли, крупные чайки и спокойнейшая бухта, на водной глади которой резвились кайтсёрферы. В очередной раз восхитились творением природы и таким необычным побережьем Северной Сицилии.
  
  
  Чефалу
  
  Начитавшись отзывов: "...красивейший городок острова, в котором созданы идеальные условия для отдыха с малышами, а также имеется возможность для культурной программы...", решили совершить семидесятикилометровый вояж в Чефалу.
  Выбрали первую электричку и добавили ещё один рассвет в копилку.
  На вокзале в Чефалу суетливо. Пассажиры с чемоданами, читающие свежие газеты за кофе в привокзальном кафе, ненавязчивые таксисты. На табличке указаны тарифы. Проезд в центр города - десять евро.
  Через километр погрузились в старину самого итальянистого городка острова. Римские дома с облупленной штукатуркой, балконы с сохнущим бельём и развевающими на ветру полосатыми летними шторами. Узкие улочки вымощены не знающей сносу брусчаткой, и машинам приходится нелегко, чтобы разминуться на них.
  - Сигнализирует! Сразу видно, не местный.
  - Как ты догадался?
  - Посмотри на его бледное лицо. Да и у местных это не принято. При въезде я видел знак о запрете пользования клаксоном. Они спешат медленно.
  Мы обогнали застрявшего в пробке водителя немецкой наружности, и пошли дальше. Тротуары тысячу лет назад не практиковались, и мы постоянно лавировали между скутерами, трёхколесными мотоколясками, фургончиками с едой, ассенизаторами и любителями трусцы. Восемь часов утра. На наших глазах оживают улицы, наполняясь туристическими группами, аборигенами и городской суетой.
  "Идти или не идти в гору к развалинам позапрошлого тысячелетия?" - вопрос, который я задавал себе и Наде, и детям. Мнения разделились. Решили, что после храмов в Агриджиенто местные камни нас не удивят, ну а видов на Сицилии и так хватает. Мне всё же по душе малые формы. Сфотографировать балкон чефалутянина или торговца овощами с Piaggio, скутериста или просто загоревшую девушку с татуировкой на бедрах "Lovely sexy". Глаза разбегаются, так как в городке хочется снимать каждый угол.
  На центральной улочке Corso Rugero зашли в кафедральный собор, который после горы в форме черепа является достопримечательностью номер два. Сюрреалистические витражи, деревянные балки под высоким потолком, который отражает эхом пение десятка послушниц в чёрных платках и белых передниках.
  В Чефалу всё близко. Рядом с собором музей частных коллекций имени барона Мандралиска, где мы обзавелись бесплатной картой города. Меценат собирал ракушки, монеты, чучела животных и, конечно же, картины. Мы переходили из зала в зал под прицелом видеокамер и двух смотрительниц, так как Орест норовил нашкодить и прикоснуться к сокровищам. "Нон токаре", - то и дело повторяли они. Лишь в тёмном зале с портретом Неизвестного дамы передохнули, так как полотно было за бронебойным стеклом. Но малыш не растерялся и сфотографировал раритет со вспышкой. По здешней легенде, именно Неизвестный моряк от сицилийского художника А.Мессины натолкнул Леонардо Да Винчи на создание портрета Моны Лизы. Это, конечно, использовали сувенирщики и растиражировали мужскую улыбку на столбах и городских перекрёстках.
  Посмотрев на средневековую прачечную, мы отправились в гордость города - песчаный пляж. Тень была замечена у Порта Корсаре. Её создавали трёхэтажные дома горожан. Дети, в отличие от нас, конечно же, обрадовались песку, мелкому спокойному морю и ринулись в воду, в которой становилось тесно.
  - Мужчина, давайте сделаю вам массаж? - голос принадлежал пожилой тайке, - вам с пятидесятипроцентной скидкой будет.
  - Это за сколько?
  - Пять евро за стопу, - смело ответила она.
  Я уже давно заприметил её на пляже, усеянном телами и подстилками, и просто удовлетворял свое любопытство, сколько стоит пять минут её "работы". Таисия поинтересовалась наличием сертификата и образования, на что ответил, что всё у неё написано на лице.
  Но дама была подкована и просто так не сдавалась. Ей тоже было скучно, и она принялась раздавать комплименты малышам, попутно требуя заказать массаж. Вслед за ней подошёл сеньор с платьями и кофточками, вокруг которого собралось пятеро сеньёрш, заинтересовавшихся тридцатипроцентной скидкой.
  - Слава, ты не посмотришь, во сколько ближайшая электричка? - спросила Надя.
  - Через пятьдесят минут будет. Успеем выпить кофе с гранитой и зайти в супермаркет за водой.
  В двенадцать мы сели в почти пустой вагон поезда, следующего до Санта Агата, и спокойно передохнули. Улицы и пляж Чефалу всё больше напоминали московское метро в часы пик.
  
  
  Переезд в Caucana
  
  Позади месяц безмятежного отдыха на Северной Сицилии. Я бы, наверное, и не думал о переезде, и продолжил жить в Сан Джорджо, но по календарю наши апартаменты кем-то забронированы на конец июля.
  Уезжать немного грустно. Все привыкли к спокойному режиму, мини-путешествиям, многочисленным мороженицам и улыбчивым барменам. Вечерами мы выбирали, к кому из владельцев зайдем на дегустацию лакомств. Здесь с террасы можно встретить рассвет, а вечерами послушать итальянскую попсу, доносящуюся из парка. С нами здороваются в магазинах и на улицах, на пляже и в парке. Иногда Иван заглянет в гости, чтобы угостить яйцами домашних кур или фруктами из родительского сада. И даже проколотые за отпуск пять колёс не испортили настроения, хотя я стал видеть в этом умысел мальчишки со второго этажа, так как такого повторения случайностей быть не должно.
  На сайте Trenitalia куплены билеты на три электрички и один автобус. Предстоит преодолеть три сотни километров по побережью до города Scicli. С владельцем новой квартиры - Лоренцо - договорились, что он встретит нас на автомобиле, так как автобусы в поселок Caucana ездят нечасто.
  Предстоящий вояж немного пугал. Две детские коляски, два чемодана, три рюкзака, термосумка. Но, забегая вперёд, скажу, что было весьма комфортно. Первое - это "безбарьерная среда", как пишет товарищ Варламов. Нам не довелось преодолевать немыслимые надземные переходы, спускаться глубоко под землю, натыкаться на бордюры, проходить через металлодетекторы, предъявлять паспорта. Везде присутствовали либо лифты, либо разрешён переход по путям. В поездах выбирали вагоны для инвалидов и велосипедистов с низкой подножкой. Второе - это отсутствие российского ноухау: "было, но вот, незадача, только что закончилось или сломалось". Всегда всё работало. Кондиционеры в салонах, розетки в поезде, объявления на английском, и в туалетах было мыло, вода, бумага, салфетки. Улыбчивые вагоновожатые считывали QR-коды с моего планшета своим, и желали нам приятного вояжа. И при этом я ни разу так и не встретил стоящих пассажиров. Это при том, что чаще всего мы ехали по одноколейке и утром здешнее население мигрирует из малых городов в большие на работу. Может, у них более распространен личный автотранспорт, я не знаю. Но ведь и пробок с авариями мне не доводилось наблюдать. А местным эстакадам-тоннелям-развязкам может позавидовать любая КАД. Третье - это удобство железнодорожного общепита. В памяти свежо прошлогоднее путешествие из Москвы во Владивосток, когда мы в буквальном смысле голодали, так как ценники на отечественных вокзалах зашкаливали, как и ресторанах РЖД, а продукты с рук можно было покупать лишь на свой страх и риск. Здесь же, в киоске на колесах, на станции Катания чентрале чашка эспрессо со стаканом газировки стоит пятьдесят центов, а порция граниты грамм на двести - один евро. И к точке общепита небольшая очередь, и ей на моей памяти не менее десяти лет, и улыбчивая дама в переднике и одноразовых перчатках не забывает проговорить речитатив "доброе утро-спасибо-приятного путешествия" и выдать бумажные салфетки. Да и в Сиракузах, чтобы скоротать час до следующей электрички, мы смело зашли в привокзальное кафе, чтобы перекусить аранчини (рисовый шарик с сыром, обжаренный в кляре), выпить по чашке горячего шоколада и понаблюдать за азартными итальянцами, режущимися на одноруких бандитах или покупающих билеты лотерей.
  Конечно, наверное, и на Сицилии бывают исключения в худшую сторону, но нам в эту поездку они не встретились. Дети привычно резвились, сын регулярно шкодил, но единственное замечание было высказано лишь русскоговорящей дамой "Когда же вы угомоните своих детей?!"
  На вокзале Шикли в широкополой соломенной шляпе нас встретил улыбающийся Лоренцо и провёл к автостоянке.
  - Мой автомобиль! - указал он на красный Фиат семидесятых годов с наружным багажником, высотой пониже нашей дочери.
  - Отлично! Наши коляски складываются.
  Но раритет внезапно заняла пожилая супружеская пара, и Лоренцо, улыбнувшись, предложил серебристый джип.
  - Я чуть-чуть говорю по-русски! - сказал он, и мы начали знакомиться.
  Всё чаще и чаще в своих поездках я сталкиваюсь с космополитами. И наш новый знакомый - типичный представитель. Уроженец парижского предместья, женатый на русскоговорящей Анжеле, проживающий летом вместе с родителями на Сицилии, работающий вне каникул школьным учителем в Киеве.
  - А вы любите кур? - спросил он у меня по пути.
  - Да, иногда... - ответил неопределенно я, и подумал, с чего бы это? Ведь не в магазин мы сейчас поедем и не на шашлык.
  - В моём саду живут три курицы, и они несут яйца! - с гордостью продолжил Лоренцо, - и моя мама делает вкуснейший омлет. Ваши дети едят омлет?
  "Какие же мы разные! - подумалось мне, - и как здорово, что ещё пока существует возможность путешествовать и исследовать такой не похожий ни на что мир".
  - А ещё завтра утром мы будем пробовать фикодиндии из моего сада... У меня ранний сорт! Обычно они созревают в августе-сентябре. Вы любите их? - чередуя русские, итальянские, французские и английские фразы, продолжал Лоренцо.
  Этим нас уже не удивить, так как в рюкзаке покоится полуторалитровая банка свежайшего кактусового варенья. Но когда он любезно принёс к завтраку почищенные охлаждённые плоды благородных кактусов и кисть столового винограда, мы были поражены.
  - А ещё вы познакомитесь с моим папа́, и если попросите его, - он пригласит вас в Париж... А ещё у нас живёт кот Дурнеч. Он красивый, но глупый. Вы не пугайтесь его, если он зайдет к вам в гости... Мы сначала завезём ваши вещи домой. Потом я поеду в большой магазин. Вам же надо в супермаркет? А потом пойдём купаться на пляж!
  Мне показалось, что он отгадывает все мои мысли и желания. И конечно такая последовательность нас устраивала, тем более что до ближайшего супермаркета Conad было пять километров.
  Дом представлял собой стильный трёхэтажный особняк с большим садом и огородом, расположенный по рекламе хозяина - "в двух километрах от места съёмок популярного итальянского телесериала "Комиссар Монтальбано", ради которого многие итальянцы выбирают для отдыха это место в провинции Рагуза. В нашем распоряжении оказались две комнаты с икеевской мебелью, с детскими кроватками и люлькой, полноценная кухня с новой посудой, духовкой и продуктовым набором на первое время, а также душевая, хозяйский огород (Лоренцо перечислил, что можно собирать в это время года). На выходе просторная летняя терраса с видом виллы, сады и частные бассейны. Каукана - современный дачный посёлок с интернациональным составом. На улице Цикламини предпочитают селиться французы, и может быть, поэтому заборы минималистичны, а дома в стиле хайтек. Здесь нет церкви, почты, магазинов, кафе, зато есть одноимённый археологический парк. Утром на его территории проходят занятия йогой, днём - бесплатные экскурсии, а вечерами - концерты классической музыки. Наш ужин проходил в романтической атмосфере: на открытой террасе, со свечками, под доносящиеся с летней площадки аккорды электронного пианино. И лишь дети эпизодически сигнализировали о том, что эпоха романтизма осталось далеко позади.
  
  
  
  ***
  
  Выходные дни пробежали под эгидой моря, солнца, джентльменского общения с семьёй Лоренцо и т.н. променадов по окрестностям. Конечно, сравнивали с Северной Сицилией, которая, на первый взгляд, давала фору. Тирренское море на пять градусов теплее Средиземного. Здешний песок подходил только трёхлетнему сыну, который от свалившегося на него счастья резвился и бегал, как в гигантской песочнице. Количество отдыхающих на пляже зашкаливало, и мы теснились поближе к камням. Да и морскую гладь постоянно теребили гидроскутеры, моторные лодки и прочие плавсредства. Ко мне часто подплывали добровольцы и предлагали свою помощь. Это немного пугало и настораживало.
  Прогулялись в Punto Secco, где находится основной эпицентр съемок сериала. Но нас это место интересовало маяком, утренним рыбным рынком и минисупермаркетом Conad, до которого по навигатору два с небольшим километра. К сожалению, тротуаров и светофоров нет. Машины и мотоциклы едут вереницами. Фотографических закатов и рассветов не наблюдаю. Исчез запах кофе, который преследовал нас повсеместно на севере. Транспортное сообщение с внешним миром - автомобиль, велосипед и ходьба. Единожды был замечен автобус, но остановок так и не встретил. "Вот у той клумбы..." - показал мне продавец сувениров на центральной площади здешнего селения. Временами складывалось ощущение, что попали в перенаселённую дачную резервацию, лишенную сицилийской аутентичности, так как и архитектура посёлка с надписями на воротах "Осторожно, злая собака" напоминала хаотичную дачную застройку.
  
  
  Ragusa
  
  Утром решили прогуляться по окрестностям. Дети проснулись рано. Третий день пляжного отдыха вызывает оскомину и, снарядив две коляски, отправились гулять по просёлочным дорогам. Здесь автомобильное движение редкое, а пешеходов и вовсе не видать. К аграрному чуду острова невозможно привыкнуть. Старинные виллы со сложенными из камней заборчиками, оливковые рощи, теплицы с овощами и фруктами на импорт (со слов Лоренцо, сицилийцы не употребляют парниковые продукты), ухоженные поля и пастбища с пасущимися гнедыми буйволицами. На Сицилии очень популярны сыры из молока этих животных. В каждом магазине несколько разновидностей рикотты (улучшенная версия творога в виде суфле, без которой не прошёл ни один наш завтрак) и моцареллы (обязательное блюдо для семейных обедов), которую на севере Италии и в Москве называют бураттой. Ради неё мы зашли на буйволиную ферму, где развлекли фотосессией себя и жующих сено буйволиц. Вопреки нашему ожиданию, на семейном ранчо сыроварни не обнаружили и, поблагодарив хозяев за гостеприимство, ушли исследовать округу с диковинными садами из рожковых деревьев (цератония, carruba), привычных инжира и миндаля. Дважды автовладельцы предлагали свою помощь. Но нам комфортно гулять под сицилийским солнцем и лёгким бризом. Вода и фрукты в достатке, а малыши заснули, и только Таисия повторяла: "Сколько осталось идти?"
  Через три часа зашли в Marina Di Ragusa - пляжный городок, стремительно набирающий популярность у итальянцев. В провинции построили аэропорт Comiso для приёма рейсов лоукостеров. Я подумал, что нам сегодня не суждено вырваться из туристического гетто, и понуро созерцал разноцветный ковёр полотенец и зонтов на рыжеватом песочном берегу, разъезжающих на мопедах туристов в плавках и купальниках, многие из которых с песком на ягодицах заходили в общественные места городка. Навязчивая реклама соседней Мальты только ухудшала настроение. Тридцать шесть в тени, и даже при наличии бесплатного душа и платного туалета (50 центов) идти в море не хотелось. Детям в качестве альтернативы мороженое и - на автостанцию, что у полицейского участка, который выступает одновременно и туристическим центром с общественной библиотекой. Расписание автобусной компании Tumino не вдохновляло. Интервал движения автобусов раз в час, а то и реже. Но сегодня понедельник, время сиесты, и делать в городке нечего. Поэтому часовое ожидание автобуса в тени деревьев прошло на ура.
  Конечно же - салон с кондиционером, конечно же - есть багажник для колясок и рюкзаков, конечно же - никто не стоит в проходе и билеты можно купить у водителя. Двадцать пять километров - и нас встречает столица здешнего региона. Мы приехали в город без подготовки и даже не успели почитать Википедию с трипадвизором. Но здесь весьма наглядные указатели для пешеходов с расстояниями, названиями, стрелочками. Чередуя парки-скверы, детские площадки, храмы, мы неспешно гуляли по отполированным временем белокаменным тротуарам, которым может сто, а может и все двести лет и, судя по конструкции, они ещё столько же продержатся. Город очаровывал. Тишиной, чистотой, эпохальностью. Даже не верилось, что в домах позапрошлого века современный европейский ремонт, и они не нуждаются в кондиционерах. Пешеходные зоны, мосты через зелёный каньон с археологическим музеем, спокойные автомобилисты, энотеки, кафе, магазины одежды, привлекающие скидками. В центральном соборе Святого Джованни Баттиста намечалась свадьба, и у алтаря разложены атласные подушечки с пальмовыми веточками для основных персон церемонии. Ярко наряженные, напомаженные и щедро пахнущие гости собрались в кружок и что-то обсуждают. Но времени дожидаться жениха с невестой нет. В турист информ нам подарили карту и посоветовали сходить в нижний город Ibla (Остров на острове), в который ведут две дороги. Короткая - для пешеходов, по шести сотням ступенек и длинная, петляющая - для машин и автобусов. Мы выбрали вторую и медленно спускались вниз, останавливаясь для обзора древних домов в скалах, в которых поселились цветы, кактусы с кустами инжира, и величественного обзора второго городка, который до недавнего времени был самостоятельной административной единицей. У некоторых домов уже и крыши провалились, и полы просели, но муниципалитет не торопится менять облик. Ведь город взят по эгиду ЮНЕСКО, и она, вероятно, финансирует "историческую разруху". Зато двухсот-трёхсотлетние церкви, дворцы и виллы сияют и блещут. Времени в обрез, и мы лишь наружно знакомились с ними. Центр городка Ибла отдан пешеходам и мотоколяскам для обслуживания отелей, мишленовских ресторанов и частных лавок. Здесь принято гулять, и на туристической карте отмечены четыре маршрута с указателями достопримечательностей сицилийского барокко.
  На автобусной остановке у городского сада немного понервничали, так как не учли ремарки расписания междугородного автобуса, и пришлось воспользоваться местным транспортом, чтобы доехать до bus terminal. Впервые почувствовал дискомфорт в общении с местным населением. Гогочущая компания подростков дымила в салоне электронными сигаретами в близости от спящих детей. Через смесь русского, английского и жестов попытался донести, что это вредно для них, нас, и является первым шагом к лёгким наркотикам. Остальные пассажиры вместе с водителем были по-европейски толерантны. Судя по лицам, мальчики с девочками перевели мой рык и пытались доказать обратное. Сложно судить, может я перегрелся, постарел или сказывалась дегидратация. Но за три дня нахождения в туристической мекке не раз замечал использованные шприцы, пустые облатки из-под транквилизаторов и запах марихуаны в воздухе.
  Оставаться ригидным на отдыхе невозможно. Вечерний супермаркет с нераспознанными рагузанскими сырами, вовремя подошедший прохладный автобус с любезными пассажирами, водителем, который остановился у археологического парка Каукана, и наши французские сеньоры, мило встретившие нас на пороге дома с тарелкой охлажденного инжира. Они волновались, и на моём телефоне с семи вечера четыре неотвеченных вызова от Лоренцо. Приятно, когда о тебе заботятся...
  
  
  Modica
  
  Второй день дует ветер. И если вчера утром мы ещё смогли находиться на пляже и заскакивать в бушующее море, то к вечеру это стало невыносимо. Песок залетал в волосы и глаза, скрипел на зубах, больно покалывал кожу и образовывал минидюны на тротуарах. В семь утра развлекли себя походом на еженедельный фермерский рынок в городке Cazzuce. Сицилийцы умеют торговать. Красиво, эстетически и щедро.
  - Вы можете купить три килограмма абрикос за пять евро, - сказал продавец, упаковывая три пластиковые коробки с фруктами в бумажный пакет, - я вам делаю скидку в один евро... Чтобы не ходить с ними по рынку - оставьте их у меня на хранение и заберёте на выходе.
  Здесь все и всё предлагают дегустировать, даже в магазинах фрукты, сыры, колбасу. И при покупке у фермера пекорино, стажионате и горячую рикотту (только из чана), продавец отрезал каждому из нас по кусочку, не забывая про десятимесячную Олесию. И что немаловажно, здесь свежее, дешевле, чем в супермаркетах и шире ассортимент.
  Постепенно мы вошли во вкус южного отдыха. Весёленькие фургончики с мороженым, барражирующие вдоль пляжной линии и по дачным улочкам, регулярные концерты в археологическом парке, угадывающий мысли хозяин виллы, ненавязчиво обучающий нас французскому. Да и прогулки вдоль неширокого проспекта имени Индийского океана стали казаться привычным делом. Тем более это позволило определить немаркированные остановки автобусов, познакомиться с такси-сервисом, который за последние два года стал цивилизованней. Посадка два с половиной, и за каждый километр пассажир платит один евро; с десяти вечера до шести утра тридцатипроцентная наценка.
  Посмотрев на карту провинции, изучив достопримечательности и форумы, отправились на автобусах в Модику. Кто-то удачно назвал этот город - "столица шоколадного барокко". Здешний продукт имеет марку защищённого наименования по происхождению (DOP). К здешнему барокко мы адаптировались. Его на южном берегу Сицилии предостаточно. А вот шоколадом хотелось удивиться, так как продукты из какао почитаемы в нашей семье.
  Модика расположена в горах и может похвастаться самым высоким на европейском континенте мостом, по которому проводится авторалли. И при въезде в город мы любовались его воздушными пролётами и стасорокаметровыми опорами. Удостоверившись у водителя, что приехали на автобусный терминал, выгрузили коляски и пошли гулять по центральному проспекту Corso Umberto I, восхищаясь балконами с головами людей и химер, ажурными крышами дворцов и богатой лепниной песочных фасадов храмов.
  "Двадцать пять церквей, девять дворцов, восемь музеев, одна крепость и бесчисленное количество шоколадных кафе", - любезно комментировала наш ликбез сеньора из турист информ. На бесплатной городской карте она нарисовала пешеходный круговой маршрут и рекомендовала поспешить, так как многие из них в час закрываются на трёхчасовый обеденный перерыв.
  Но торопиться гулять с колясками по холмистому городу, усеянному каменными лестницами, не хотелось. Конечно, не зайти в Храм Святого Петра с красующимися перед входом апостолами невозможно. Но после платного посещения наскальной церкви, где смотритель преподал урок модиканского воспитания Оресту, аура немного развеялась. Конечно, ребёнок был не прав, что потревожил ногой археологическую пыль, но если бы не дети, двадцать лет назад игравшие здесь в футбол, то спрятанное кем-то место не нуждалось бы в его услугах на следующие сотни лет. Чтобы иссушить слёзы и утолить голод, отправились пить шоколад в соседнюю шоколатерию номер один - Бонайуто (Bonauto). Видимо преддиспозиция, с которой мы ехали в город, снизила критичность. На отдыхе такое часто бывает, когда ты очаровываешься мифом, легендой и грамотным туристическим продуктом. И, стоя в очереди уютной забегаловки, напомнившей мне львовскую аптеку, дегустируя деревянными пинцетами шоколадные "таблетки" со стопроцентным содержанием какао (тут же было и бесплатное белое вино в бокалах для тех, кто недоверчив), мы забыли фабрику Lindt в Кёльне, Sprungli в Цюрихе, брюссельскую шоколадную экскурсию и спрятанную в недрах планшета фотографию основных мировых шокобрендов.
  - Скажите, а сколько стоит эта маленькая черненькая коробочка шоколада с перцем?
  - Пять девяносто. Если возьмёте две, то по пять...- на хорошем английском бодро ответила девушка, за спиной которой просматривалась кухня и два повара, так как покупатели через один заказывали каноли, печенье, бутерброды с прошутто.
  - Нет, спасибо. Налейте нам две порции шоколада, и ещё шесть плиточек: с фисташками, каррубой, апельсинами, кактусом и две стопроцентных.
  Мы вышли в тихий зелёный двор перед кондитерской и, примостившись на подушках, разложенных по ступеням лестницы, восхищались холодным напитком из бумажных стаканчиков и атмосферой заведения. Для детей здесь была установлена какао-песочница с бумажными кораблями, и сын вместе с итальянскими девочками погрузился с головой в любимый порошок, то и дело поднося руки ко рту. Ему не верилось, что какао бывает так много и его не ругают, что им можно бросаться, рассыпать по футболке и запускать корабли.
  Радости не было предела, когда после кафе мы зашли в соседнюю Пинакотеку с музеем шоколада, где он слизал мизинец у шоколадной девочки на стуле, а потом пытался отковырнуть Лампедузу с десятиметровой шоколадной карты "Италия в миниатюре", и лишь у холстов с портретами я его предостерёг, что "дядя вызовет полицию за порчу музейного имущества". Но конечно никакого смотрителя здесь не было, и полуметровые фигуры были изрядно опробованы детворой. Такую концентрацию шоколада в воздухе невозможно вынести здравому человеку, и я вспомнил своё детство и мечтательно отковырнул кусочек шоколада с экспоната.
  Как пишут в аннотациях - "модиканский шоколад бодрит и придаёт сил". Но трёхлетний малыш их не читает и время тихого часа у него по расписанию. Поэтому мы продолжили неспешную прогулку по городу храмов, моста и шоколада, выискивая тень. Но почему то у взрослой части настроение улетучилось. Что-то в этом шоколадном психозе есть нездоровое. Вспоминалась французская деревушка Эз, парфюмерные фабрики ручной работы Фрагонард и Галимард, дегустационные погреба Абхазии с "самым лучшим шампанским" и "крымский чай". Увы, местный продукт пока оценён лишь любителями барокко. В международной классификации о нём ещё не знают (шоколаду присваивают до пяти звёзд), во всемирный шоколадный гид входят лишь пять фабрик на севере Италии, ну и, конечно, его цена. Не может шоколад "высокой категории" стоить два-четыре евро за плитку/чашку, тем более что "это ручная работа по индейским технологиям".
  Может быть поэтому Модика после Рагузы Ибла с кривыми улочками, питьевыми фонтанчиками, безмашинной тишиной воспринималась не так чувственно. И если из столицы провинции не хотелось уезжать, то из "районного центра" после посещения трёх барочных церквей, кафедрального собора, закрытой крепости с одиноким башенным краном мы уехали на вечернем автобусе в торговый центр Рагузы, где купили килограммовую плитку для фондю от Perugina, чтобы в спокойной домашней обстановке сравнить, что же такое шоколад ручной работы из Модики.
  
  Donnafugata
  
  Вчерашний пляжный день состоялся наполовину. Господствующий несколько дней ветер с одной стороны, принёс облегчение, с другой - перемешал Средиземное море, и зайти в воду можно было лишь для того, чтобы смочить ноги. Поэтому до обеда мы мастерили на берегу песочные замки с бамбуковыми палками и дышали бризом двухметровых волн. Сайт meteoblue.com показывал температуру воды +16, что немного теплее, чем в Балтийском море. Вечером встречали закат на побережье, гуляли по ближайшим городкам, изучали магазины, лавки и любовались массовым спортом. Бегуны, роликобежцы и велосипедисты доминировали на обочинах и сдерживали и без того не прытких автомобилистов. В Марина ди Рагуза вдоль набережной для них даже выделили отдельную многокилометровую полосу для движения, и на ней было ощутимо тесно. Эта же картина повторилась и утром, когда мы шли на автостанцию, чтобы попасть в замок Доннафугата, что в современном переводе означает "сбежавшая женщина", тогда, как арабские основатели именовали его "здоровый источник".
  Всё тот же перевозчик Tumino и только два рейса в день, чтобы посетить это не очень удалённое место провинции. В качестве альтернативы есть ещё Иблейская железная дорога, но нам неудобно, так как ветка проходит севернее. Двадцать пять километров полупустой автобус преодолел за час, заезжая во всевозможные посёлки, городки, спа-отели и исторические места. Возле буйволиной фермы, за которой просматривались нормандские башни, водитель сообщил, что нам пора выходить.
  С первых шагов меня удивило соседство буйволятника, ресторана, пиццерии, сувенирной лавки, домов без крыш и элегантного замка из белоснежного модиканского камня, который возводился ещё семьсот лет назад и достраивался бароном Коррадо в девятнадцатом веке.
  В кассе висит объявление на итальянском языке: "Для посетителей, приехавших на автобусе, поезде или такси - скидка на входной билет пятьдесят процентов". Я уточнил у кассира, и она подтвердила правильность перевода.
  Оставив коляски, ушли изучать интерьеры, которые местами нуждались в реставрации. Перечень комнат довольно типичен для того времени, как и отделка. Предметов роскоши почти не осталось. Хорошо сохранилась антикварная мебель, десяток картин, люстры, бильярдный стол. Чтобы скрыть пустоту, пространство наполнили платьями ушедшей эпохи, а также обувью, шляпами, веерами, зонтиками, киями, что довольно удачно вписалось в расписные гобелены и потолки. Редкие музеологши смотрели сквозь пальцы на проделки сына, который то и дело проверял стулья с перинами на мягкость и прочность, несмотря на мои замечания.
  Барон любил забавы. И в саду, который состоял из сицилийской, английской и французской части, он построил для гостей каменный лабиринт, скамейку с водным сюрпризом, часовню с механическим священником, который поворачивался при входе посетителей, кофейный домик с античными колоннами, изящную беседку с искусственным гротом и ряд фонтанов. Конечно, не всё сохранилось для потомков в первозданном виде, да и парк нуждался в реновации, но мы пощекотали себе нервы, побродив в каменном мешке тридцать минут. Ещё столько времени же ушло на прогулку между пальм, туй и кенотафов с фамильными гербами из четырёх ёжиков, полуразрушенных лавочек, ваз, а также посидели в тени раскидистых фикусов, которые помнили лучшие времена.
  Оставалось два часа до приезда автобуса, и я думал, чем заняться. Солнце палило немилосердно. Водоёмов нет. Но оказалось, что селение Доннафугата весьма колоритное. В сувенирной лавке купили открытки с марками. Случайно зашли в неприметную соседнюю сыроварню, где всё осталось так, как было при бароне. На каменных печах в чугунках варился сыр, в глиняных чанах ждала своего покупателя рикотта, а на прилавке красовались жёлтые десятикилограммовые бруски рагузанского пеккорино семистажионато. И хоть этот сыр мы уже не раз покупали, здешний был иной структуры и вкуса. Разные коровы, трава, сено, почва, человеческие руки делают местный продукт по-своему уникальным.
  - Пробуйте, сеньор! - сказал продавец, он же сыровар, отрезая каждому из нас по щедрому кусочку сыра.
  - Белло, сеньор! Взвесьте нам, пожалуйста, кусочек грамм на триста...
  Хотелось большего, но в жару он долго не проживёт. Выйдя из лавки, наткнулись на стадо буйволиц. Мы только заказали шелковичную граниту, и сидели на открытой террасе при кафе, в то время как животные проносились мимо нас на ферму, где жадно набрасывались на воду. Мухи, мычанье, крики пастуха, пыль - всё смешалось в один коктейль.
  Перед отъездом домой по горной тропе в окружении зарослей дикой ежевики и двухметровых иссушенных репейников сходили в катакомбы, вырубленные в скале. По пути полакомились полудиким инжиром и ежевикой, а также отметились на станции самой южной железной дороги Европы, где повезло увидеть дизель-поезд из одного вагона, увозившего пассажиров под свисток машиниста в сторону Комизо.
  
  Scicli
  
  В городок отправились по совету Анжелы - хозяйки наших апартаментов. Она рассказала, что там гуляешь, как в кино, так как окружающие каменные строения кажутся декорациями. Хотя Лоренцо заметил, что каждый городок провинции уникален и в той или иной мере насыщен барокко.
  Мне кажется, что провинция Рагуза с её долиной Валь до Нотто может претендовать на эстетический островной центр. Большинство отдыхающих, конечно, приезжают сюда ради моря и песка, но эти составляющие в принципе одинаковы везде. Когда я попадаю в маленькие городки центральной части острова, я жалею, что не забронировал здесь на день-два гостиницу. Ведь встретить лучи рассвета-заката, отражающиеся от черепичных крыш, покрытых серым мхом и камнями (чтобы не улетели), не спеша побродить по кривым улочкам, а вечером посидеть в местном баре и послушать разговоры стариков - что может быть лучше этого! Никакое море с песком не сравнится. Тем более, возле моря, как правило, отдыхают любители шума и концертно-танцевальных развлечений, которые до полуночи будоражат воздух в выходные дни.
  Ежедневно пользуясь двумя-шестью автобусами, я пришел к выводу, что этот вид транспорта сродни нашим маршруткам. Поднял руку - он остановился, попросил водителя выйти на пятачке - "без проблем". Если найдешь расписание, то оно весьма условное. В интернете одно, на бумаге - второе, на поверку бывает - третье. Табличка на автобусе ещё ни о чём не говорит. Лучше уметь спрашивать на итальянском: "Едет ли автобус из пункта А в пункт Б?". Билеты всегда можно купить у водителя, иногда в баре с надписью Tabacchi. Кредитки не принимаются. Если "туда-обратно" - экономия двадцать процентов. Детского билета нет. До четырёх лет бесплатно, за багаж денег не берут. Автобусных компаний на Сицилии пара десятков. Почти все автовокзалы находятся в центре городков, тогда как железнодорожные вокзалы могут быть удалены на пять-десять километров от исторической части или просто находиться в поле. Понедельник сродни выходному дню, и количество автобусных рейсов гораздо меньше. В праздники же лучше сидеть дома.
  До Шикли мы добирались тремя автобусами, что позволило ещё раз полюбоваться Рагузой Ибла, исторической частью Модики и Иблейскими горами, покрытыми ковром из кудряшек рожковых деревьев, сбрасывающими кору эвкалиптами в обрамлении выжженной травы и белых камней. Водитель то и дело сбавлял скорость, подсигналивал на виражах серпантинов, и временами закладывало уши, хотя высота не выше километра.
  На автостанции с нашей семьей вышла лишь пожилая итальянская пара. Город небольшой (всего двадцать тысяч населения) и не так раскручен, как Модика или Рагуза, хотя количество достопримечательностей на квадратный километр может быть даже выше чем в Санкт-Петербурге. Поневоле я сравниваю холодное барокко нашей Северной столицы и сицилийское. В первом кажется больше академизма, но оно холодное и серое, как тамошнее лето. На здешнее смотреть без солнцезащитных очков невозможно. А так как я их не ношу, то глаза ослепляет, и спасает лишь видоискатель фотоаппарата. Всё же южное больше приближено к человеческому теплу. Второе, что меня удивляет, это - как такие маленькие городки могли построить такие храмы и дворцы? И ведь только в маленьком Шигли их не меньше двух десятков, я уже не говорю про дома обнищавшей знати, которым хватило средств на балконы с лошадьми, но вот на поддержание штукатурки и целостности копыт, увы - нет. Иногда это создает ощущение "содранной кожи", как сказал один из моих друзей, просматривая мои фотографии.
  Я не стал изучать городскую карту, а решил положиться целиком на свою интуицию и здравый смысл. В нашем запасе всего три с половиной часа на знакомство, так как последний рейс в Рагуцу в семнадцать часов. Конечно, этого не хватит, чтобы подняться к парящему над городом песочному храму, пройтись по горному городку, но мы и не готовы. Даже увиденное у подножья гор восхищает. Я считал, что пещерная архитектура осталась в прошлом и лишь отдельные её проявления в виде Успенского храма в Чуфут-Кале доживают свой век. В Шикли есть гаражи, квартиры, подсобные помещения, автомастерские, гостиницы, музеи и, конечно же, храмы, которые и по сей день используют первозданный природный камень, как натуральные стены и крышу.
  И мы, конечно же, прошлись по узким улочкам с каменным дорожным покрытием, чтобы ненароком заглянуть, как живут люди в современных пещерах. Культурно, чисто, не спешно. Зелень рассаживают у дверей, что-то обсуждают за закрытыми ставнями, на детские крики чужеземцев не обращают внимания.
  Ближе к четырём часам традиционно у главных храмов стали появляться друзья жениха и невесты. В соборе Сан Джованни молодожёнам желали мальчика, и на подставках красовались сорок букетов из синих гортензий и белых колокольчиков, а также все ленточки вокруг подушек и фонарей были голубого цвета. В соседнем храме Святого Варфоломея тяготели к девочке, и там доминировали коралловые розы и красные ленты. В основной набор входили подушки, бутафорные фонари, дорожки, веера-приглашения, пакетики с рисом и фотографии брачующихся на стенах храмов и ближайших домов. Видеооператоры проверяли технику. Гости в ожидании новобрачных стойко переносили жару в костюмах-тройках, чёрных вечерних платьях и перешёптывались между собой. Обычно между пятью и шестью будут происходить венчания, но мы их уже не увидим. Я подумал, а есть ли у сицилийцев ЗАГСы? Как быть тем, кто иной веры или атеистам? Хотя, как я заметил, тут все довольно набожные. В каждом супермаркете, автобусе, квартире вывешены иконы, в наружных стенах домов - инсталляции на библейские темы, довольно часто устраиваются акции по сбору средств. И сегодня при входе в некоторые храмы собирали деньги для голодающих детей Африки, и редкий горожанин проходил равнодушно.
  Мы же просто гуляли по квадратной брусчатке восемнадцатого века, выискивая теневую сторону. Старшая дочь тяготела к музеям, коих на нашем пути повстречалось не меньше десятка. Сын же - к детским площадкам и мороженому. Младшая дочь требовала внимания, так как в жару ей было не уснуть, и лишь кусочки солоноватого качиоковалло на время успокаивали её. Ну а мы воспитывали в детях эстетическое чувство и показывали им шедевры сицилийского барокко. Таисия за время отдыха принудительно выучила восемьдесят слов на итальянском языке. Орест специализируется на ботанике. Он научился различать араукарию гетерофилюм и фикус Бенджамина, а также приветствовать и прощаться на французском и итальянском. Не знаю, понадобятся ли им эти познания в школе/детском саду, но для всеобщего кругозора лишним не будет.
  
  Катания, Амстердам, мысли вслух
  
  Бывают ли двухзвёздочные дворцы? - задавал я себе вопрос, просматривая на сайте букинга фотографии расписных потолков с антикварной мебелью из отеля Il Gattopardo. Последнюю ночь перед отъездом хотелось провести эстетично, необычно и без лишнего ОФП с чемоданами-рюкзаками.
  "Извините, у нас не трёхвёздочный и не четырёхзвёздочный отель, а всего лишь гестохауз. Не требуйте от нас лишнего и отнеситесь с пониманием!" - аккуратное объявление в старинном лифте с фотосенсорами нашей гостиницы с десятиметровым холлом в высоту, с мраморной лестницей, персидским ковром, бронзовыми канделябрами, хрустальными позолоченными люстрами и гобеленами на стенах лобби. Мне вспомнилась надпись от руки, сделанная красной краской на белом кафеле в ростовском аэропорту десять лет назад: "Граждане, не мойте ноги в умывальнике. Не будьте свиньями!" и подметальщики с опилками в самом красивом метро планеты Земля.
  Италия - это страна высоких потолков, окон, дверей и красивой упаковки. Наверное, сказывается влияние исторической прародины, где преподавалась эстетика, риторика, логика, где на сегодняшний день слова "спасибо, добрый день, чао, до свидания" являются своеобразными паразитами в человеческом общении.
  Накануне отъезда мне приснился кошмар. Что меня направляют работать в Бурятию, из которой я вырвался семнадцать лет назад. Сын разбудил. Отдыхать и жить на Байкале - не одно и то же. Удивляешься лишь первый месяц, когда пьёшь воду из крана. Я перевернулся на другой бок и во втором сне посмотрел на летающего загоревшего мужчину. Он планировал на послушной гнедой длинношёрстной буйволице над расчёсанными клубнично-артишоковыми грядками, кудряшками цератоний и олив, разбросанных по горам, над ухоженными виноградниками и гигантскими апельсинами, и подобно пчеле его притягивал аромат цветка в центре острова. От плача дочери я вновь проснулся и понял, что отпуск заканчивается. Последние сутки на Сицилии. Напоследок двухкилометровый заплыв в сторону горизонта, черешневая гранита, ароматный кофе из правильной чашки (подогретой с толстыми стенками), вечерняя прогулка по проспекту Италия, улице Этнеа, вилла Беллини, шопинг... Скоро дом, любимая работа и привычный ритм.
  И даже дневной Амстердам после Катании воспринимается отчуждённо. Тесно, шумно, пробки на тротуарах и повисший над всем этим конопляный смрад. Лишь выйдя из центра, мы спокойно передохнули и присели перекусить на набережную канала, по которому плавали грациозные лебеди и серые утки. Тихий час малышей удалось синхронизировать, и они тихо посапывали в колясках. Мы обедали козьим сыром с клубникой, белым вином, голландскими булками, сицилийскими сливами. По соседству кто-то учился набивать только что купленный косяк в папиросную бумагу, кто-то пил бормотуху из трёхлитрового тетрапака, а кто-то просто закрыл глаза и грелся под северным солнцем. А мы сравнивали себя, страны и делились впечатлениями.
  - Ты заметила, Надя, что в магазине даже не предлагают упаковать наши покупки? И в самолете подали обед, забыв о салфетках.
  - Зато у них, как в сказке Андерсена - дома с крышами-треуголками. Ты видел, Слава, им по четыре сотни лет, они уже покосились, но не падают?
  - У меня ощущение, что сегодня выходной день. Все приличные магазины в шесть вечера уже закрыты. И народ какой-то праздный... никто никуда не спешит.
  - И эспрессо по два сорок... практически московские цены... А при заказе кофе делают американский напиток... И бесплатную воду не предлагают... атмосфера немного напрягает. Да и как может кофейня закрываться в шесть вечера?
  - Зато вокзал комфортный. Один из немногих в Европе, где нет вокзального духа, ограничителей и не видно полиции. Мне кажется, что уже по вокзалу можно судить о царящих в городе нравах.
  - Ты знаешь, мои подруги до сих пор у меня спрашивают, почему мы не пользуемся шторами... Я им отвечаю, что так модно в Амстердаме. Им не понять, что складки материи скрадывают пространство и собирают пыль...
  Регулировщики в лимонных костюмах свистками и жезлами сортировали потоки велосипедистов, пешеходов и редких автомобилистов. А мы сравнивали себя сегодня и десять лет назад, когда впервые очутились здесь... самом музейном городе после Санкт-Петербурга. Мир меняется, и мы вместе с ним.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"