Demidov Michael: другие произведения.

Почему Ференц Шанта назвал роман "пятая печать"?

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:


   Почему роман Ференца Шанты назван "Пятая печать".

Демидов Михаил

   И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели. И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу? И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число. (Апокалипсис, 5: 9-11)
  
  
   Название "Пятая печать" взято автором из евангельского "Апокалипсиса". В 5 и 6 главах "Откровения" Иоанна Богослова речь идет о запечатанной священной книге и Агнце, достойном снять с нее печати. Снимая одну за другой четыре печати, он выпускает в мир всадников, несущих людям войну, голод, мор, смерть. Когда же срывает пятую печать, Иоанну предстают души убитых праведников, вопиющие об отмщении.
   Символика названия романа ассоциативно связана со всей картиной фашизма в Венгрии в последние месяцы второй мировой войны, то есть в период нилашистского террора. Идейная канва романа строится на выборе человеком жизненной позиции - либо человека с рабской психологией, либо "господина".
   Четыре основных героя книги - трактирщик Бела, столяр Ковач, часовщик Дюрица, продавец книг Кирай - простые обыватели оккупированного Будапешта. Их встречи и разговоры в трактире типичны для той повседневности: насилие, осуществляемое на каждом шагу; война, бросившая вызов человеку, требуя от него переоценки всех ценностей; человеческое достоинство на грани уничтожения. Страшное из окружающего мира врывается в беседу четверых все настойчивее, пока не обретает физическую реальность - в кабачок входят нилашисты, приехавшие арестовать рабочего из соседнего дома.
   Появление постороннего, фотографа-художника Кесеи, провоцирует героев книги на откровенный и смелый разговор о смысле человеческой жизни: Дюрица рассказывает притчу о беспредельно терпеливом страдальце-рабе Дюдю и не менее беспредельно жестоком тирана Томоцеускакатити, являющуюся аллегорией на власть нилашистов в Венгрии. Герои становятся перед выбором: Дюдю с его чистой душой и страшной судьбой или Томоцеускакатити с его богатством и правом сильного. Ни Бела, ни Ковач, ни Кирай не могут выбрать путь рабства, но и не могут одновременно согласиться полностью с тиранией. Один только Кесеи, как позже выяснится, провокатор, горячо поддерживает путь Дюдю.
   После этого разговора пути героев распадаются на четыре параллельно идущих направления, по сути символизирующие снятие четырех печатей с книги.

"И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный, и чтобы победить" (Ап. 6: 1-2)

   "Разве мы так уж привязаны к жизни? Или так сильно боимся страданий? Я бы вовсе не сомневался насчет того, что выбрать, ежели бы не был убежден, что родился для счастья. Только правда ли это? Пожалуй, я просто боюсь страданий! Но ведь как раз об этом и речь... Из-за этого, конечно, и нельзя жить, как Дюдю, как бы это ни было честно и порядочно. Вот до чего боязнь страданий сильнее честности...", - размышляет Ковач.

"И когда он снял вторую печать, я слышал второе животное, говорящее: иди и смотри. И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч". (Ап. 6: 3-4)

   "О вы, люди, могущие поступать, как сами считаете удобным и приятным! Осмеливающиеся вести себя так, чтоб чувствовать себя хорошо! О вы, смеющие быть такими, какими бы вы хотели! Люди, способные жить так, чтобы быть самими собой -- полностью и без оговорок! Провозглашающие закон, приговаривая -- таково мое желание! Если у этой гнусной жизни есть какой-либо смысл, он именно в том, чтобы поступать так, как мы хотим, и беспрепятственно делать то, на что мы способны! Честь, и слава всем тем, кто осмеливается и умеет жить, следуя своим желаниям, несмотря ни на что! Честь им и хвала! Что из того, что ценой чужих лишений? Зато они воплощают человека во всем его совершенстве! Ради них мы, собственно, и живем! Они те, на кого можно указать -- се
человек! Если сто миллионов существуют лишь для того, чтобы он мог появиться, то и сто миллионов не дорогая цена. Он -- человек!", - говорит Кирай и прибавляет: "Для ремесла Какатити достойнее, чем я, не сыскать мерзавца..."

"И когда Он снял третью печать, я слышал третье животное, говорящее: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь вороной, и на нем всадник, имеющий меру в руке своей. И слышал я голос посреди четырех животных, говорящий: хиникс пшеницы за динарий, и три хиникса ячменя за динарий; елея же и вина не повреждай" (Ап. 6: 5-6).

   "Так оно и правильно! Быть коллегой Белой и никем больше! Коллега Бела во всем сама любезность!.. Приятно слышать, когда про тебя так говорят! Когда хотя бы несколько человек уважают тебя за то, что им хорошо в твоей компании! И тот, кто заявляет, будто в жизни можно достичь большего, тот либо полоумный, либо враль! Или негодяй...", - считает трактирщик Бела.

"И когда Он снял четвертую печать, я слышал голос четвертого животного, говорящий: иди и смотри. И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя "смерть"; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвертою частью земли - умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными". (Ап. 6: 7-8)

   "Ты должна в это верить! И должна знать -- то, что творится на свете, пройдет! Рассеется, не оставив следа...То, что происходит в мире сегодня, враждебно человеку! Человек добр! Поэтому любое зло минует его! Зло чуждо человеку, чуждо в той же мере, как болезни, от которых мы выздоравливаем и которые лишь тогда обретают силу, когда мы не бережемся их...", - рассказывает Дюрица девочке из своего приюта, родители которой скоро предстанут перед нилашистким судом.
   Простодушный столяр Ковач оказывается самым настойчиво мыслящим человеком из всей компании и угадывает ложность альтернативы - либо раб, либо тиран. Поэтически изъясняющийся и нравственный книгочей Кирай несет выменянную грудинку не своей почтенной супруге, а корыстной и лживой любовнице. А его оппонент - циник Дюрица, - оказывается, действительно содержит девочек, но не потому, что он растлитель малолетних, в чем его обвинял Кирай, а потому, что укрывает сирот, родители которых погибли в лагерях смерти, заботится о них, как о своих собственных потерявших мать детях. Добродушный трактирщик Бела проявляет хитрость и изворотливость, ловко рассчитывает, кому дать взятку, чтобы добыть запрещенную палинку и спокойно ею торговать. Более того, он умеет в своих расчетах заглянуть в будущее, спрогнозировать грядущее поражение фашизма, а поэтому готов оказать помощь той самой соседке, мужа которой увезли на смерть нилашисты.Но Шанта не стремится ни разоблачить своих героев, ни, напротив, возвеличить их скрытые благородные стороны. Он хочет воплотить в образах, то есть сделать наглядной, мысль о том, как непрост, неоднозначен "простой" человек и реализуется это в символическом "снятии" пятой печати.
   Последняя встреча всей четверки героев в кабаке оборачивается их арестом по доносу.

"И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели. И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу? 11 И даны были каждому из них одежды белые, и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число". (Ап. 6: 9 -11)

   Нилашисты предложили героям свободу в обмен на исполнение их воли: глумления над полуживым человеком-коммунистом. С Ковачем случается истерика, и он не может ударить полуживого коммуниста и тем самым погибает; трактирщик пытается напасть на нилашистов, за что расплачивается своей жизнью; Кирай также не в силах ударить подвешенного человека. Только Дюрица в данном случае играет роль того самого "Агнца", санкционированного на снятие пятой печати ради спасения своего приюта. Он не может погибнуть, не сняв "пятой печати".
   "И поют новую песнь, говоря: достоин Ты взять книгу и снять с нее печати, ибо Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа и племени" (Ап. 5: 9)
   Роман заканчивается описанием того, как Дюрица возвращается домой, проходя подвергшиеся бомбежке знакомые улицы, двигаясь к своему приюту. Он совершил искупление своим поступком за свои грехи и стал единственным достойным раскрытия и прочтения книги, выражающей смысл существования.

3

  
  
  

Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"