# Фидий и Муза

Анатолий Викторович Демянюк

В славном городе Милоссе на веранде корчмы сидели два наёмника в добротных доспехах и попивали местное красное сухое вино, кувшинами которого был заставлен весь стол.


- Дружище! Фидий! - Обратился к проходившему мимо всклокоченному пожилому мужчине тот, что был постарше, одноглазый блондин. - Третьим будешь?

- Муза покинула меня! - Горестно вздохнул Фидий и хлебнул из кубка милосского красного. - Утром пошёл в мастерскую, но вдохновения не было. Я пытался работать, но тут-же саданул себе молотком по пальцам! Чтобы я, сам себе по пальцам молотком? Да ни в жизнь. Сразу же рванул домой, а её нет! Ни её, ни её вещий!


- Если жена ушла к другому, то не известно ещё кому больше повезло! - Молодой рыжий наёмник подлил Фидию в бокал из кувшина.


- Но как же я теперь без музы творить буду? - Фидий заметил, что оба наёмника внимательно смотрят на дорогу. Он обернулся и увидел её! Это была она, девушка его мечты!


Фидий выбежал на дорогу и упал на колени перед незнакомкой, вознеся руки в молитвенном жесте:

- Я увидел тебя спереди!

- Мне твой образ повсюду мерещится!

- И влюблённое сердце в груди

- Как бельё на верёвке трепещется!


- Чего тебе надобно, старче? - Поинтересовалась красотка.


- У меня дома завалялся блок белоснежного мрамора, моя Муза. Хочу увековечить твою неземную красоту!


- Я не Муза а Венера!- Возмутилась красотка. Но потом сменила гнев на милость. - И как делаются скульптуры?


- Ничего сложного! - Остапа понесло. - Берётся кусок мрамора и отсекается всё лишнее.


Не попрощавшись с наёмниками, Фидий потащил красотку вдоль улицы. Наконец они добрались до мастерской. Фидий поставил натурщицу на постамент и хотел уже её раздеть.


- Только без рук! - Возмутилась девица.


Фидий вцепился зубами в конец пояса на груди и распустил завязанный бантиком узел. Затем распустил узел пояса на талии. На бёдрах пояс трогать не стал. Потом стянул зубами плечики, обнажая изумительные холмики с розовыми ареолами маленьких сосков. Девица попыталась прикрыться, но Фидий отставил одну из рук в сторону и вложил в ладонь яблоко.


Фидий внимательно оглядел натурщицу, и решительно направился к инструментам. Вскоре раздались стремительные удары молота по резцу. Во все стороны полетели осколки и мраморная пыль. Мраморная глыба на глазах начала приобретать аппетитные формы.


Наконец трели дятла прекратились. Фидий отбросил инструменты:

- Всё! Готово! - Усталый скульптор вытер с лица липкий пот. - Можешь одеваться.

- А руки где????

- Сама же сказала: "Без рук!"


Венера решительно схватила кувалду и в ярости долбанула по скульптуре, та разлетелась на части:

- Я там видела пустой склеп! Сейчас-же похорони в нём осколки. - Девица бросила на пол тяжеленный молот. - Чтобы никто это убожество не увидел. И чтобы сделал мне другую скульптуру! С руками!

- Ты-ж моя Муза! - Фидий решительно протянул руки к полуголой девице.

- Я не Муза, а Венера! - Ещё сильнее рассвирепела девушка. Но от протянутых рук отстраняться не стала.

- Ты мне так нравишься, когда сердишься! - Фидий крепко обнял свою новую Музу. - Такое решительное выражение лица, волосы развиваются как на ветру, глаза горят огнём!

- Так ты меня специально бесишь? Любуешься, значит? Сатир козлобородый! - Улыбнулась Венера. - Собирай барахло. Едем в Афины, там Перикл Парфенон отстраивать собрался. Без работы не останешься.