Крепость, под именем Аврум, расположилась на невысоком холме, нахально заняв собой всю его площадь и даже местами сбегая вниз неровными зубцами крепостных стен. Потемневшие за годы своего существования стены к низу обросли разводами не то темно-зеленого моха, не то плесени. Над ними величественно и самодовольно возвышался флаг. Никто и никогда не набирался наглости, смелости, да и глупости посягнуть на него. Крепость была слишком огромна, да и окружена с трех сторон неестественно гладкой стеной скалы, а с четвертой - равниной до горизонта. За счет нее крепость даже не нуждалась в смотровых площадках на вершинах башен. Скалы непроходимы, а приближение по равнине хоть сколько-то опасного войска не заметил бы разве что слепой. Или заключенный, не имеющий возможности выглянуть в окно. Равнина кругом, на первый взгляд, делала крепость беззащитной. Но, стоило присмотреться к флагу, да и к самой крепости, что бы понять - напасть на самую защищенную крепость правителя, обладающего самой лучшей регулярной армией, мог только законченный глупец. Что ж, такой нашелся. У правителя и крепости был один единственный минус - самоуверенность. Армию даже не держали при крепости. Она базировалась в ближайшем городе. И, надеясь именно на этот минус, вспыльчивый, молодой правитель соседней страны, рассчитавший, что армия, получившая предупреждение в момент нападения, прибудет лишь через пол дня, рискнул. Захватить легендарную крепость за пол дня? Смешно! Один шанс на миллиард. Но Энсис, правитель, был самодоволен и хитер. Его дар убеждения мог сломить упрямство и благоразумие даже матерого военного. К тому же, воины были неправдоподобно преданы своему правителю. Армия выступила. И на рассвете окружила Аврум непроницаемым кольцом. Во взгляде всех и каждого читалось одно - непробиваемая решимость победить. И, если это невозможно, погибнуть за правителя. Даже если он - непроходимый глупец. Среди толпы, обосновавшейся у подножья холма, выделялись громады тварей. Самых различных, от каменных великанов до элементалей. Драконы, выверны, огромные катапульты, орудия... На фоне всего этого напрочь терялись человекоподобные существа. Как и некоторые твари. Впрочем, им выделяться и не следовало. Существа стояли в стороне от общего войска, что само по себе было странно. Хотя самих существ это мало волновало. Мужчина, стоящий впереди небольшого отряда, пристально смотрел на замок. В его взгляде не было страха, как не было и решимости, занявшей взгляды и сердца остальных. Было холодное равнодушие. Он чуть отвел руку в сторону и положил ее на холку существа, стоящего рядом. Это была волкоподобная тварь, высотой в холке с человека, покрытая стальными пластинами брони. Три огромные, зубастые головы, мощное мускулистое тело, покрытое плотной шерстью в которой запросто застрянет арбалетный болт. Цербер. Мужчина и одна из голов твари переглянулись. Мужчина, с коротким, не запоминающимся именем Рин, одним слитным движением запрыгнул на спину твари и обернулся через плечо. Небольшой отряд, состоящий из вот таких тварей и их всадников, ждал указаний. Рин приподнял кулак. Их время еще не пришло. А много ближе к крепостным стенам, возле небольшого осадного орудия стоял огромный виверн. И нет, не щипал траву. По двум причинам сразу не щипал он травку. Одна из них: травки не было на поляне - ее тролли и великаны вытоптали, а вторая, и самая главная, причина: виверны не едят траву. Они едят людей. И все, что плохо лежит. А в тени крыла виверна стоял воин, облаченный в черные доспехи. С ног до головы его закрывал черный балахон. На руках были железные перчатки. А виверн был "оседлан". Судя по всему, это была "поддержка с воздуха" для наступающей армии. И воин в черном балахоне и был одним из бойцов этой самой поддержки. Наконец, была дана команда: рог протрубил особый сигнал и всадник вскочил в седло, взмыл в небо вместе с десятком других всадников. Всадники обстреливали крепость горящими стрелами и целились они в солдат, что стояли на стенах замка. Но и сами виверны не отказывались от закуски в виде вражеских лучников. Всадник улыбнулся, в который раз уворачиваясь от атак и, стараясь не попасть под огонь своих же, натянул поводья и прицелился, намереваясь выстрелить в командира горящей стрелой с заговоренным наконечником. Но выстрелить не успел. - Десант! - пронеслось над армией. В тот же миг над войском, взмывая ввысь, достигая ушей кружащих над замком вивернов, пронесся голос рога. Рин быстро повернул голову назад, к своей группе и, убедившись что все готовы, резко выбросил руку вверх. Одновременно с этим взревела Кербер, его тварь. Ей вторили остальные звери, но после короткой команды все замолчали. Рин пригнулся к шее Кербер и вцепился руками в стальных перчатках в стальные ручки. - Ну что, Кер? Вперед? - коротко спросил он. Одна из голов церберши утвердительно фыркнула. Три ее головы спрятались под плотное покрытые брони, как головы черепах. Над группой десантников скользнула бесшумная группа вивернов. Драконы скользнули вниз и легко подхватили десантников. Церберы поджали лапы, моментально превратившись вместе со всадниками в компактные стальные шарики. Рин слышал как глухо, с рычанием на выдохе, дышат все три головы Кербер. Воин, будучи всецело покрытым стальной пластиной, в которую сложилась его броня, соединившись с броней Кербер, вытащил руку с перчатки и потрепал зверя по холке, просунув руку под пластиной. Где-то над головой свистели крылья виверна. Рин сжал в ладони кристалл на груди и вызвал на связь всадника "своего" виверна. - Давай ближе к главным воротам. Попытаемся пробиться и открыть их изнутри - коротко сказал он. Всадник дракона почуял потеплевший кристалл, достал его и услышал, что требуется от него. - Хорошо, готовьтесь! Мы подлетам! - раздался голос в кристалле Рина, и виверн, ведомый рукой всадника, взмыл выше, над замком и зашвырнул "шарик" куда просили. И сам, тем временем, пошел на снижение, и всадник стал обстреливать из арбалета стоящих людей, а виверн стал их также потихоньку сшибать пастью, и некоторые неудачники даже застревали в его пасти между зубов. Стальной "мячик" прокатился несколько метров, сшибая и раздавливая людей. В эти секунды Рин полностью полагался на Кербер. И она, как всегда, не подвела. Резко "развернулась" и, пропахав в камне несколько глубоких борозд, замерла и взревела. Ей эхом ответили другие церберы. Рин спустил несколько стрел с арбалета, тем временем Кербер сжевала чью-то голову. Кровь забрызгала морду, но зверя это не остановило. В плече стукнулась стрела. Рин бросил быстрый взгляд через плечо и выругался сквозь зубы. Броня прогнулась, невыносимо впившись в тело. Но времени на подобные мелочи не было. Церберы рвали на части людей, над их головами свистели мечи. Рин припал к шее зверя, одновременно освобождая от ножен меч и спасаясь от пролетающего над головой виверна. Рин не заметил, но это был тот самый, "его", виверн. Тонкие стрелы прошили крылья виверна, и тот с диким рыком сделал сальто так, что всадник чуть не упал, а потом тварь начала плавно пикировать на стену, где были стрелки. Грохот, виверн вмазался в стену, сметая стоявших там стрелков, а всадник перелетел через голову существа и упал на камни в неестественно позе. Казалось, что он сломал себе шею. Но только не этот всадник. А точнее, всадница. Шлем упал, и на свет высыпались светлые длинные волосы, перемазанные пятнами крови. Кербер ринулась с места вперед и, широким прыжком перелетев тело виверна, резко тормознула около всадницы. Рин отбил несколько стрел мечем, прорычал что-то нецензурное, узнав всадницу на миг позже, чем Кербер. - Охраняй! - коротко бросил он зверю, соскакивая с ее спины и, перебежками, бросаясь к лестнице куда-то вниз. Несколько церберов прикрыли его со сторон. Добежав до нужного места, Рин остановился и снял со спины арбалет. Раза в четыре больше обычного. Ему не было нужды подкрадываться вплотную к воротам, где его ждал отряд отборных бойцов, поставленных на защиту. Рин готовился стрелять, не тратя время на спуск по лестнице. Он покрепче установил ноги и прицелился. Мгновение, и он спустил стрелу, больше походившую на небольшое копье. Копье проломило доску, заменявшую засов. Открыться воротам помогли навалившиеся снаружи лошадиные тела. Армия ворвалась в замок, расшвыривая и затаптывая воинов, охраняющих ворота. Рин отвлекся. И скоро за это поплатился. Стрела, пущенная почти впритык, скользнула к шее, пробив кольчугу и оцарапав горло. Почти мгновенный удар и брошенное кем-то копье пробило броню в области лопатки. Брызнула кровь. Рин, не удержав равновесие, покатился по лестнице вниз, под копыта лошадей. Правда, в последний миг он вывернулся и, оставляя кровавый след, рухнул сквозь дыру в подвал. Скоро Рин просто перестал следить за тем, что происходило. Боль пронзала копьем все тело, давая понять, что долго он не протянет. Мужчина достал откуда-то из-под брони бутылочку с зельем, откупорил зубами и выпил на одном дыхании. Боль начала проходить. Да, плата за это была серьезной, но сейчас главное было выжить. Что Рин и собирался сделать любой ценой. Мужчина поднялся на ноги и снова бросился назад, на крепостную стену. Над головой противно свистели стрелы и заклинания. На стене было полегче, по крайней мере, воины не чувствовали себя в западне. Но Рин кинулся назад вовсе не из-за этого. Мужчине удалось добраться до своего цербера, так и не получив еще одну стрелу. Рин пригнулся, на время скрываясь под защитой Кербер, которая окровавленными пастями рвала тела приближающихся слишком близко бойцов. Рин на миг пригнулся и, воспользовавшись тем, что вражеские бойцы, гонимые инстинктом самосохранения, кто присел, а кто и рухнул на пол (всего в метре над ними на бреющем полете пронеслась громадная туша выверна), и с места запрыгнул на спину Кербер. Хоть вампиры выносливее других существ и имеют регенерацию, но всадница виверна пролетела несколько десятков метров и упала с не маленькой высоты, а потому точно себе что-то сломала. Где находился виверн, сказать было сложнее: скорей всего, обезумевшая зверушка раздирала на части тех, кто нашпиговывал ее тело сталью. Виверн был обречен, а вот всадницу спас от верной смерти цербер, который охранял все это время ее, пока ее всадник отлучался. Кристалл на шее Рина, чудом уцелевший, запульсировал и раскалился за считанные мгновенья. Рин выругался сквозь зубы. После почти идеально выполненного задания, после прорвавшейся внутрь конницы... отступить? А ведь раскаленный кристалл был именно приказом к отступлению. Несмотря на возмущение, желания геройствовать и, как следствие, погибнуть у Рина почему-то не возникло. - Отступаем, Кер, - коротко сказал Рин, но цербер была другого мнения. Продолжая двумя головами раздирать на части незадачливых бойцов, она повернула третью к Рину и глухо зарычала. Рин, почти не глядя, разрубив так же слишком близко приблизившегося воина на две неравноценные части, удивленно свел на ней глаза. - Намекаешь, что мы своих не бросаем? - проворчал он. Вампирица, всадница виверна, лежала сейчас между лапами Кербер, надежно укрытая броней зверя и ее пастями. Рин фыркнул, но все же спешился и присел к девушке, оставив цербера охранять их обоих. Проверил дыхание и сердцебиение. Вампирица была жива, но доживет ли до того момента, как они доберутся обратно в лагерь, оставалось открытым вопросом. Рин снова выругался сквозь зубы и, подняв девушку, положил ее на спину цербера, запрыгнув следом, и накрылся щитом, полностью скрывшим их обоих. Кербер одобряюще заворчала, пережевывая еще какую-то конечность. Рин осторожно встряхнул девушку за плечи, потом достал вторую такую же бутылочку и тем же способом ее откупорив, влил содержимое в рот вампирицы, сразу же закрыв ей нос. Девушка судорожно дернулась, пытаясь вдохнуть, но не глотнув перед этим зелье ей это не удавалось. Зеленоватое зелье стекло по подбородку. Рин снова выругался, закрывая ей еще и рот и заставляя запрокинуть голову назад. Девушка еще раз судорожно дернулась и, вроде бы, глотнула. Если сейчас выживет, то завтра будет проклинать Рина. У зелья очень нехорошие последствия. Вампирица действительно глотнула, а спустя еще пару мгновений, откашлялась и открыла глаза, а в голову и ноздри ударил запах происходящего: кровь, боль, смерть...Война, одним словом. -Рин, - прохрипела вампирица, откашливаясь наконец-то. - Я скоро приду в норму....Что за...- она попыталась сесть, почти это у нее получилось, но оставалась еще опасность того, что их может задеть. - Что за гадость ты в меня влил...Неужели...?- она недоговорила, зная, какое зелье могут потреблять воины и маги. Воин не ответил, рыча сквозь зубы что-то совсем не понятное. Похоже, враг, наконец, понял, что стрелами броню Кербер не взять и теперь щит в руках Рина стремительно раскалялся. Это было более чем плохо. Маг мог бить из другого конца крепости, а все еще ослабленная вампирица значительно снижала подвижность как Рина, так и Кербер. - Кер, отступаем! - снова крикнул сквозь шум боя Рин. Но церберша снова была не согласна. И скоро воин понял почему. Даже сквозь звон мечей, свист стрел и заклинаний и, пусть и глухо, стучащую в теле боль он расслышал рык. И узнал. Щит отлетел в сторону. Пусть Рин сейчас и не чувствовал боли, но обугленная рука не входила в его планы. Закругленный кусок брони завис в нескольких метрах над полом, удерживаемый лучом заклинания. За несколько мгновений щит раскалился до красна. А еще через мгновение обрушился на случайно подвернувшегося воина душем из расплавленной стали. Он даже не успел закричать. Рин окинул взглядом крепостную стену. Над головой прошелестели крылья виверна. Его отряд уже покинул осажденный замок. Но даже беглый оценивающий взгляд показал, что не все церберы сейчас в безопасности. Закованный в серую сталь зверь рвал на части воинов. Кажется, он был без всадника. Кербер взревела. Рин прижался к ее холке, прижимая своим телом вампирицу. Но послушно лежать та была не согласна. Выкрикнув несколько мало понятных слов, она выбросила в сторону руку и маг, уже готовый бросить в сторону троицы какое-то мало приятное заклинание, осекся на полуслове и упал, как подкошенный. Нелепо взмахнув руками, он начал заваливаться на спину, с края стены. Но до земли не долетел. Исчез в пасти взмывшего ввысь параллельно стене виверна. Под клыками Кер хрустнул чей-то череп, церберша чуть подалась назад, приседая на лапы, и рванулась вперед. Короткого разбега в несколько шагов хватило, что бы одним мягким прыжком достичь последнего цербера. В замке постепенно все стихало. Оставшиеся воины не двусмысленно окружали двоих трехглавых псов. Рин оглянулся и выругался. Против такой армии воинов не выстоит даже цербер. К тому же второй цербер действительно был без всадника. А, потеряв всадника, эти верные твари начинали рвать всех и каждого, не разбирая на своих и чужих. - Кера - прикрикнул Рин, выпрямляясь и рывком, едва ли не за шкирки, пересаживая вампирицу на второго цербера. Кербер, играющая в его команде роль вожака церберов, рванула зубами броню на шее цербера и зарычала. В ее власти было заставить цербера слушаться не своего хозяина. Хотя бы несколько минут. - Сможешь его увести? - коротко спросил Рин. Светловолосая вампирица неуверенно кивнула. Кажется, она была несколько не в себе. Воин снова оглянулся. Их, все-таки, успели окружить. Он выждал мгновение, прежде чем рявкнул на все горло. - Вперед! - церберы сорвались с места, пробивая путь своими телами, раздирая когтями и клыками незадачливых воинов. Меч свистел над головой, снося головы других. Из-за спины били синие вспышки заклинаний вампирицы. Церберы упорно пробивались к воротам. И пробились. В последний момент Кербер взяла разбег и когтями проломила доски, вырвалась наружу. Второй цербер рванулся следом. Короткий взгляд и Рин понял, что всадница виверна потеряла сознание. Понял за мгновение до того, как у самого в глазах потемнело.
***
Приход в себя оказался далеко не самым приятным по двум причинам. Во-первых, сказывалось действие зелья, лихо выпитого еще в крепости, под лестницей. Откат, пусть и отстроченный вторым зельем, а все равно уже подбирался к организму. Во-вторых, Рин приходил в себя не по своей воле. Бой все еще длился. На пробуждение и залечивание ран у воинов было в лучшем случае несколько часов. Как оказалось, почти безукоризненно выполненное Рином задание - открытие ворот - не принесло пользы. Ворота были снова заперты, успевшие ворваться - перебиты. Но "вторая попытка" оказалась удачнее. Оказавшись в западне, церберы буквально снесли ворота и снова закрыть их осажденные просто не могли. Теперь бой кипел уже внутри крепости и Энсис был далеко не против поддержки церберов, которые напрочь отказывались идти в бой без своего командира. Да и попросту не могли. Церберы ни за что не будут действовать слажено без Кербер, а Кербер не поведет их бой без Рина. Замкнутый круг. Но Рин всего этого не знал. Да и знать не хотел. - Где она? - хриплый голос напугал лекаря, решившего дать Рину еще немного отдохнуть. Но зелье, насильно влитое в разжатый рот, уже подействовало и сознание очнулось. Лекарь обернулся от выхода с палатки. - Девушка? Вампиры проще переносят подобные вещи. Она ушла к зверям... - о ком еще мог спрашивать воин? Только о спасенной им девушке. Но Рин отрицательно мотнул головой, заставив лекаря замолчать на полуслове. - Кербер - прохрипел он, садясь на постели. Голова неуверенно закружилась, но это скоро прошло. На лице лекаря отобразись изумление. На его практике воины, придя в себя, спрашивали о товарищах, о ходе битвы, бывало даже о любимых девушках. Но о своем звере? - Должно быть, в конюшне. Но... - договорить лекарь снова не успел. Воин, глухо выдохнув, когда рана дала о себе знать, встал и, набросив висящий на спинке кровати плащ, вышел, заставив лекаря чуть посторониться с прохода. Лекарь провел его взглядом. Воин шел на удивление ровно, как на прошитого копьем на сквозь и выпившего эту гадость. Лекарь философски пожал плечами, и ушел по своим делам. Рин толкнул дверь и заглянул в конюшню. Привязанный за правую ногу единорог попытался достать его рогом, но не дотянулся. Рин обошел коня и направился вглубь конюшни, где отчетливо вырисовывались силуэты лежащих церберов. У одного из низ сидел молодой парень. Он был новичком в команде Рина. - Рин? - он поднял голову и удивленно посмотрел на командующего. Мужчина коротко кивнул, опускаясь на колени рядом со своим зверем. Кербер спала. Точнее - делала вид. Ее выдали чуть дрогнувшие уши при приближении Рина. Раз уже прикидывается - значит ничего опасного. Мужчина почесал зверя за ухом. - Ним погиб, - как бы невзначай заметил парень. Рин задумчиво погладил Кербер по холке. Только сейчас он заметил перевязанную грудь церберши. А ведь цербер не подпускает к себе никого, кроме собственного хозяина. - Знаю - слова прозвучали равнодушно. - Кто ее перевязал? - вот в вопросе скользнула нотка ревности. Собеседник поднялся и сверху вниз посмотрел на Рина. - Кирана. Кстати, как она? - на командующего устремился испытывающий взгляд. - Понятия не имею... - равнодушно протянул Рин, осторожно поднимая голову Керы, которая все еще делала вид, что спит, и изучая перевязанную рану. - Значит, правду говорят, что ты заботишься только о своем звере... - задумчиво протянул собеседник. Рин поднял на него глаза. Даже в полумраке было заметно, что светятся они удивлением. Не смыслом слов, а досадой, пронявшей голос младшего всадника. Парень вздохнул и, неопределенно махнув рукой, вышел. Рин снова повернулся к церберше и потрепал ее по ушам. - Стареешь, детка... - вздохнул он, поглаживая черную голову зверя. Шерсть на холке была побита сединой. Возраст Керы, правда, еще не достиг и половины жизни цербера, но... это было единственное разумное объяснение ее отношения к Киране. С возрастом церберы зачастую становились добрее и даже могли позволить чужому себя погладить, оседлать. - С чего ты взял? - Рин вздрогнул, оборачиваясь. Легких шагов вампирицы, с поэтическим имеем Кирана, он просто не услышал. Зато Кербер заметила и, приподняв голову, невразумительно рыкнула. Рин вздохнул. Похоже, Кирана была попросту принята Керой. Раз и навсегда. Такое уже было. Но лишь однажды и повторять практику Рину не хотелось, потому он поднялся и собрался уходить. Челюсть церберши сомкнула на краюшке плаща, останавливая его. Рин обернулся, сверху вниз посмотрел в темные, чуть фосфоресцирующие в темноте, глаза зверя. Взгляд скользнул ниже и замер на повязке. - Кирана - окликнул он, не сводя напряженного взгляда с перевязанной груди своего зверя. Вампирица подняла голову. Она уже стояла на коленях у второго цербера. Того самого, спасенного ею. Белоснежный зверь доверительно лизал ее руку. Он был полной противоположностью гладкошерстной черной Кербер - белый и лохматый северный зверь. - Насколько я помню, ты потеряла своего зверя в бою. А у меня цербер без всадника. - вампирица вопросительно изогнула бровь, напрочь отказываясь делать выводы. - Ты не хочешь присоединиться к моей команде? Кера невразумительно одобрительно рыкнула, выпуская край плаща с пасти. В глазах вампирицы читалось удивление. - Горцу нужен всадник - повторил Рин, разворачиваясь к выходу. - Подумай, - добавил он, выходя из конюшни. В этот момент он ненавидел Кербер. Впервые в жизни. *** Кирана согласилась. Было бы странно, если бы она отказалась. Вампирица была не из тех, кто мог так просто покинуть поле битвы. Приручать нового виверна не было времени, а неправдоподобно добродушный по своей натуре цербер Горец уже успел к ней привязаться. Пожалуй, от шока, да и просто испуга, зверь попросту забыл своего прежнего хозяина. Это было хорошо. В том смысле, что Горец не страдал. А остальное Рина мало интересовало. Под замком кипел бой. Были слышны взрывы, вспышки заклинаний слепили глаза. Армия Энсиса пробилась внутрь. Оставалось только сорвать флаг и захватить хозяина крепости. Но и времени оставалось не так-то много. Самоуверенность жителей крепости снова сыграла на руку напавшим. Войскам был подан знак далеко не сразу, что дало армии Энсиса лишних пол дня времени. Но и это время уже исходило. Солнце кренилось к закату, окрасив крепостные стены в алый. На фоне неба рассекали воздух виверны. Вот уж кому мало что было страшно. Церберы стояли в стороне, под прикрытием редкого леса. Стрелков на крепостных стенах пусть и отвлекали виверны, но они находили время сбросить пару-тройку камней на головы армии. А то и обсыпать ее дождем из стрел. Ни под стрелы, ни под камни попадать не хотелось. Но и стоять в стороне отряд не мог. Рин обернулся через плече. Всадники наскоро проверяли доспехи своих зверей. Кербер стояла рядом и что-то ворчала. Как всегда, перед боем. Ей не терпелось броситься вперед. Более мирный белый цербер лишь любопытно оглядывался, покорно ожидая, пока Кирана проверит все стальные пластины. - Пора - Рин вскочил на спину церберши. Несколько мгновений он ожидал, пока каждый всадник займет свое место. Потом приподнял ладонь, сжатую в кулак. Легкие шорохи за спиной постепенно стихли. Всадники прижались к шеям своих церберов, звери напряглись и приготовились к броску. - Вперед! - одновременно с его командой взревела Кербер, срываясь в бешенный галоп. Но скоро прыжки галопа сменились четкой, стелющейся рысью. Звери стелились над землей, бесшумно и быстро приближаясь к крепости. Их приближение было замечено, но расстояние было слишком велико, что бы накрыть их стрелами. Но достаточным, что бы приготовиться. Церберы пересекли линию огня. Первая стрела вошла в землю у лап Кербер. Церберша прыгнула в сторону, прижимая головы и рыча сквозь сталь пластин. За спиной кто-то вскрикнул. Стрелы дождем забарабанили о щит. - Кирана! - крик достиг ушей Рина на миг позже, чем ушей его зверя. Кербер резко затормозила, когти пронзили землю. - Кера, на это нет времени! - но церберша снова была своего мнения. Она зарычала хором из трех глоток. Рин выругался, перехватывая щит поудобнее и оглядываясь. Как и следовало ожидать, подстрелили Кирану. Она упала со спины Горца, и теперь лохматый зверь потеряно метался между тяжелых тел церберов в поисках своей хозяйки. Церберы неслись вперед. Их было не меньше сотни, ведь сейчас в бой рвалась не только команда Рина. И во всем этом хаосе Горец рисковал потерять второго хозяина за один день. И почти гарантировано сойти с ума. - Нир! - Рин не узнал своего голоса. Крик перекрыл даже шум битвы и тяжелое дыхание треглавых псов. - Веди команду. На лице молодого всадника, чей зверь мчался прямо на замершую Кербер, отразилось изумление. Но через миг оно сменилось испугом. Всадник был молод, и ему можно было простить некоторое недоверие к зверям. В последний миг Кер подогнула лапы, растянувшись на земле, и зверь Нира, распластавшись в длинном прыжке, помчался дальше, даже не сбавив скорости. В этом хаосе было не до слаженности. Главное, что бы церберы рвали врага. А для этого достаточно только всадников. Кербер одним движением поднялась на лапы. Она не замирала ни на мгновенье, скользя между несущимися вперед церберами. В последний момент, свесившись со спины своего зверя, Рин подхватил Кирану. Буро-красный цербер затормозил. Слишком резко, что бы удержаться на лапах. Лапы подкосились и зверь, пропахав боком несколько метров, врезался в лапы Кербер. Но на ее спине был ее хозяин. И Кирана. Церберша даже не дрогнула от удара, способного свалить слона. Кербер подобралась и бешеным галопом бросилась прочь от замка, против движения оскаленных пастей и слажено работающих мышц. - Горец! - белый зверь даже не поднял головы. Он все так же метался в этом аду, в свалке из живых тел. Обагренная шерсть слиплась комьями - не каждый цербер успевал остановиться или свернуть. Не каждый всадник позволял ему это сделать. Кера взревела. Это был не рык и не вой, обычный для волков и собак. Это был именно рев, не способный достичь далеких расстояний, но вполне подходящий для отрезвления белого цербера. Горец вскинул голову и начал пробиваться к Рину, путаясь и утопая в толпе других псов. Рин больше не оборачивался. Он накрылся щитом, поплотнее прижав к себе Кирану и прижавшись к спине Керы. Он снова полностью полагался на своего зверя. Ни времени, ни возможности проверить пульс Кираны не было. Даже звук дыхания терялся в скрежете стальных пластин брони цербера. Кербер не подвела. Да и было бы странно ожидать от нее подобного. Церберша взмыла на вершину не высокого холма, под прикрытие леса. И остановилась, поворачивая одну из голов к сидящему на ее спине мужчине. Рин отбросил в сторону щит, выпрямился и внимательно посмотрел на Кирану. В груди по оперение сидела стрела. Было похоже, что кто-то из церберов все-таки не успел остановиться и оставил на теле вампирицы внушительный след от лапы и следы когтей. Рин выругался, спрыгивая на траву и опуская следом за собой Кирану. Горец ткнулся носом к вампирице, но был оттолкнут и начал ходить вокруг, едва слышно скуля. Кербер наклонила одну из голов и лизнула всадника в щеку. - Успокойтесь оба! - огрызнулся Рин, сламывая оперение и вырывая стрелу из тела Кираны. Должно быть, до того, как по ней пробежался цербер, девушка была в сознании. Мужчина еще раз выругался, прижимая рану ладонью. С раны подозрительно сильно хлестала кровь. - Вампир ты или не вампир?! - прорычал Рин, с каждым мгновением прижимая рану все сильнее. Но кровь продолжала хлестать ровным потоком. Рин выругался. - Кера! - цербер подошла и склонила голову к своему всаднику. Что бы почти мгновенно отпрянуть - Рин, отняв правую руку от раны девушки, чиркнул запястьем о клык Керы. В глазах цербера читалось изумление. - Никому ни слова! - оскалился Рин, прижимая окровавленное запястье к губам девушки. Для воинов-вампиров в армии Энсиса работал "сухой закон". Они не имели права пить кровь, пока находятся на службе. Потому и были в этой армии лишь достаточно взрослые вампиры, способные не поддаться жажде и выжить без крови достаточно долгий срок. Поговаривали, что сложнее всего им первый год. Потом жажда притупляется и остается лишь легкий дискомфорт, с которым можно смириться. Губы дрогнули и Кирана судорожно глотнула. Скорее это бы рефлекс, чем осознанное действие.
***
Постепенно кровь перестала течь. Регенерация наконец начала реагировать на повреждения. Мужчина шумно выдохнул, убирая руки. Кроме раны от стрелы в теле вампирицы серьезных повреждений он не обнаружил. Царапины, ссадины, синяки... Не смертельно. Очнется - пусть сама ими занимается. Белый Горец опустился рядом на траву. Одна из голов уткнулась носом в бок Кираны. Две другие смотрели на Рина. Горец скулил. Рин усмехнулся и потрепал одну из голов по ушам. - Успокойся, белый. Она дышит. Значит - выберется - зверь неуверенно дрогнул хвостом и лизнул руку Рина. - Керу благодари. Рин поднялся с травы и посмотрел на Кербер. Церберша села на траву, втупившись в хозяина взглядом сразу шести глаз. Не правой она себя не чувствовала. Да и не была. Поединок взглядов проиграл Рин. Этого было достаточно, что бы понять - отчитывать Керу бесполезно. Раз уж она настолько упрямо хотела спасти вампирицу, раз уж она за один день бунтовала уже в третий раз, раз уж... Раз уж она приняла Кирану... А крепость все еще окрашивали в разные цвета вспышки заклинаний. До Рина они доносились лишь неясным гулом. Он замер, неотрывно глядя на кружащих над стенами тварей. Бой кипел, но, даже с не маленького расстояния, с которого замок казался почти игрушечным, было видно, что крепости не устоять. И именно в этот миг Рин заметил приближение армии. Они терялись на склоне скалы, но рыже-зеленый флаг развевался уверено и нагло, мигом приковав к себя взгляд Рина. Но времени оторопело смотреть, как приближается вражеская армия, просто не было. - Кера - коротко окликнул всадник. Но команду дать не успел. Одна за другой, Кербер запрокинула все три головы и три голоса слились в одном протяжном вое. Горец вскочил на лапы, коротко метнулся из стороны в сторону. Потом неожиданно замер, как будто поняв что-то очень важное. И еще три голоса взмыли ввысь, перебивая отголоски битвы. Рин прикипел взглядом к крепости. Кто-то должен был услышать. Кто-то должен был понять... Прошло несколько мучительно долгих мгновений, прежде чем громада виверна, упав камнем вниз, вырвалась в воздух. Алый, в свете заходящего солнца, черный зверь, пригибая ударами крыльев траву, рванулся в сторону Рина. Мужчин оглянулся. Лес не был лучшим местом для посадки виверна. - Кера, остаешься здесь - коротко сказал Рин и, не обращая внимания на злобный, явно неодобрительный рык, бросился вниз, по склону холма. Черная громадина упала вниз, как только мужчина показался из-под сводов леса. Он не сжал лапы, но и близости когтистой конечности оказалось достаточно. Всадник крепко вцепился в лапу обеими руками. Вы когда-нибудь пробовали летать на драконе? А на виверне? А вися при этом на его лапе? Рин ругался, как проклятый, со всех силы сжав в объятиях малопривлекательную лапу, и, кляня, на чем свет стоит, всадника и собственную глупость. Но времени было слишком мало. Виверн, извернувшись, как змея, скользнул к замку. Рин разжал руки, что бы кубарем пролететь крепостную стену и слететь по лестнице вниз. Поочередно в спине, локте и шее что-то хрустнуло. Оставалось надеяться, что не ломающиеся кости. - Рин? - мужчина зашевелился и, пытаясь разобраться, где какая конечность, поднялся. Энсис стоял в шаге от него и с любопытством поглядывал на этот "дар с небес". - Армия - коротко сказал Рин. Энсис хмыкнул. Потом коротко кивнул и повернулся к башне. На бойницу у самой крыши башни было нацелено несколько луков и арбалетов. Молодой правитель вздохнул и, сложив ладони рупором, прокричал. - Эй, Аврум, может сдашься, а? - похоже, владелец крепости, наконец, перестал ломаться, потому что Энсис, сияя улыбкой, обернулся к своим. - Запереть ворота. - Какие ворота, мы же их снесли... - Да? Поставьте новые - отмахнулся Энсис, направляясь к башне. Армия не за что не рискнет нападать на собственную крепость. Просто потому, что Аврум - неприступна. Действительно неприступна. Ее можно взять только вот так - положившись на безрассудство и поддержку с воздуха. Армия же Аврума отказалась как от первого, так и от второго. Они просто не могли победить. Впервые за этот безумный день, Рин улыбался. Правда, не долго. - Кербер! - проходящий мимо боец шарахнулся в сторону. Зря. Рин медленно обернулся. Сквозь уже восстановленные, но пока не запертые, ворота внутрь проникло два цербера. - Где я сказал оставаться? - прошипел он. Кера попятилась, прижимая уши и втягивая шею. Подобные действия выглядели комично, но в этот раз церберша осознавала свою вину. *** Армия действительно не рискнула нападать. Да и им это было просто не выгодно - хитрый Энсис предложил армии сделку: он отдает им всех выживших, а они оставляют молодому правителю Аврум, крепость, о которой он мечтал с детства. Они согласились и, расставшись друзьями, ушли назад в город, забрав с собой и самого Аврума, правителя. Отголоски боя стихли. Энсис упал на трон и величественно заявил, что воевать ему надоело. По крайней мере, сегодня. Он позволил своим воинам покинуть крепость и вернуться по домам, чем те сразу же воспользовались. И Рин не был исключением, как на то надеялась Кирана. Ведь Рину, как и Кербер, некуда было возвращаться. Они родились в разных концах мира и, кажется, оба ушли из своих "концов" без оглядки. Но, тем не менее, случайный взгляд в бойницу с покоев, самовольно нареченных своими, заставил вампирицу пересмотреть свое мнение и броситься вниз по лестнице. Полы небесно-синего платья шуршали, ноги путались в них и бег от того только замедлялся. Но, спустившись на один лестничный пролет, Кирана поняла, что неразлучную парочку ей уже не догнать. Освобожденная от брони, Кербер летела едва ли не со скоростью света. Черная шерсть блестела на солнце, пока легкая рысь уносила цербера по дороге, грозя скрыть за поворотом уже через мгновение. Кирана шумно выдохнула, опираясь локтями о край бойницы, плечи поникли, а на глаза как-то сразу навернулись слезы. Впрочем, почему она ждала, что такой человек, как Рин, останется рядом?... - Хм... Леди Кирана? - вампирица не услышала приближающихся шагов, потому вздрогнула от голоса Энсиса, в котором даже сейчас сквозил какой-то задор. - Правитель... - Кирана присела в глубоком реверансе. Улыбка Энсиса с холодно-вежливой стала по-настоящему искренней, когда их взгляды встретились. Слезы в краешках глаз сложно было не заметить. Впрочем, сузившиеся глаза с горящей в них ухмылкой, хотя его губы даже не дрогнули, выдали мысли Энсиса с головой. К счастью, Кирана слишком плохо знала личность правителя, что бы прочесть ход его мыслей. - Вы знаете, Кирана... Вы ведь состоите в отряде Рина? - уточнил мужчина, задумчиво прохаживаясь из угла в угол. Кирана утвердительно кивнула, получив еще одну неподражаемую улыбку Энсиса. - Знаете, я хотел выразить благодарность седьмому отряду церберов... - А, простите милорд, но, кажется, благодарность принято выражать командиру? - осторожно уточнила вампирица. - И то верно, - не стал отрицать Энсис. - Но, понимаете, леди Кирана, он слишком быстро покинул крепость. Я не успел с ним повидаться, потому хотел просить вас передать мою благодарность этому великому воину. Кирана приподняла удивленный взгляд на правителя. Но тот, кивком дав понять, что закончил, двинулся к лестнице. Обернулся он уже у первой ступени. - Что же вы стоите? Если вы отправитесь сейчас же - сможете перехватить Рина на границе с землями вампиров. Кажется, его цербер получил ранение, значит, они отправились по главной дороге. А вы можете отправиться напрямик. Лицо Кираны просияло. Не смотря на пылающее лицо, горящие глаза и невыносимое желание расцеловать ухмыляющегося правителя, вампирица лишь присела в еще одном глубоком реверансе и бросилась вниз по лестнице, что бы скоро вырваться из главных ворот на равнину. Практически мгновенно, следом за ней из глубин крепости вылетел белый зверь. Горец, покрытый слишком теплой для нынешнего климата шерстью, все равно радовался солнцу и теплу.
***
За скалами творилась совсем уж странная аномалия. Стоило отъехать от Аврума на каких-то пару десятков миль, как погода начинала стремительно ухудшаться. На территориях вампиров, практически на границе с которыми располагалась Аврум, теплело гораздо позже, чем у самой крепости. Армия Энсиса билась под не палящим, но уже ощутимо дающим о себе знать, солнцем, а пограничники стучали зубами от холода. На их плащи оседали редкие снежинки. Впрочем, за их спинами простиралась равнина, покрытая ровным слоем пушистого снега. На дороге совсем не было следов - слишком мало было любителей побывать в гостях у вампиров. Впрочем, территориями вампиров эта страна называлась лишь на территориях Энсиса. Так уж исторически сложилось, что единственные, с кем контактировал правитель в тех странах, были вампиры. Хотя они, как это часто бывает, были далеко не самой многочисленной расой. Вампиры, как известно, могут жить и живут везде. Но чем-то их особенно манили эти холодные земли, потому и многочисленность представителей заставляла правителей тех земель даже считаться с ними. Хотя, конечно же, ночные охотники оставались изгоями. Человек редко склонен любить тех, кто пьет его кровь. Холодная погода не прибавляла пограничникам доброжелательности. - Стой! Кого там еще принесло?! - прорычал один из них, выставляя вперед копье. Кербер задумчиво обнюхала лезвие, как будто раздумывая, не сжевать ли его. Но, похоже, сочла не слишком съедобным. Рин примирительно приподнял руки. - Спойойно, ребята. Я всего лишь хочу проехать... - Ага, всего лишь! А ну покаж разрешение! - копье переместилось от груди Кербер поближе к Рину. Воин глубоко вздохнул и вернул на лицо сползшую улыбку. - Какое разрешение, ребята? Я же домой еду... - Ага, знаю я ваше "домой"! А мне потом за пропущенных охотников на вампиров перед начальством краснеть?! - Кстати сказать, одним из пунктов мирного договора Энсиса и вампиров было то, что с земель, подвластных эксцентричному правителю, на "земли вампиров" не будут проникать охотники. Вампирам и своих "активистов" хватало. - И вообще... - пограничник хрипло закашлялся и, выразительно шморгнув носом, продолжил, - раз домой едешь - на кой тебе там боевой цербер? - Боевой? - Рин вполне правдоподобно приподнял бровь. - Помилуйте! Да она списана давно... - Да что ты говоришь? - воин вздрогнул и медленно, по слогам, выругался. Кажется, его уже начинала выводить из себя эта способность Кираны - подкрадываться незаметно и задавать неожиданные вопросы. Пограничники заулыбались. - О, леди Кирана! Рады приветствовать... - вампирица чуть кивнула в ответ. - Решили батюшку навестить? - спросил второй боец, до этого изображающий из себя ледяную статую. - Смотрю, ты здесь частый гость... - хмыкнул Рин, ощутимо трепая цербершу за холку. Ему почему-то уже не верилось, что Кербер действительно хромала на правую заднюю лапу. Впрочем, черному зверю было плевать на манипуляции всадника. Все три ехидные морды сияли самодовольством. - Интереснее другое - что ты забыл у вампиров? - улыбнулась Кирана, не сводя взгляда с Рина. Мужчина криво усмехнулся. - А сама-то как думаешь? - несколько мгновений два ухмыляющихся взгляда не покидали друг друга. Что бы владельцы этих взглядов, спустя мгновение, разразились хохотом, под удивленными взглядами пограничников. *** Сразу же за пограничным пунктом простиралась снежная равнина. Заканчивалась она резкой полосой черного леса где-то у самого горизонта, над которым кружили черные, на фоне неба, птицы. Радости Горца не было предела. Он носился по равнине, как сумасшедший, обрамляя свой путь фонтаном из легкого снега. Кербер наблюдала за ним одной из голов, прищурив глаза от удовольствия. Она лежала на снегу, четко видимая из пограничного поста. Впрочем ни ее, ни устроившегося у ее бока Рина, это не смущало. Кирана стояла в нескольких шагах от них, чуть опустив голову, и молчала. После того, что сказал Рин, стоило сделать паузу и подумать. Все-таки она не ожидала настолько резкого поворота. Хотя и надеялась на это, наверное. Наконец, белый зверь устал носиться и подбежал к хозяйке, доверительно лизнув ее лицо. - Значит... - Кирана протянула руки и почесала Горцу сразу за обоими ушами. - Ты решил попросить моей руки сначала у моего отца... - вампирица чуть склонила голову, уперевшись лбом в лоб Горца. Рин смотрел на нее, не отводя взгляда. И, по некоторым причинам, его губы самовольно начали расползаться в улыбку. Впрочем, ответил он вполне серьезно. - Да, - и, одновременно с этим, Горец сделал то, что должен был сделать. Он мотнул головой. Вроде бы не очень сильно, но этого хватило, что бы Кирана кубарем полетела в ближайший сугроб. Вопреки своей схожести с собаками, церберы ненавидят, когда их чешут за ухом. Кербер прыснула почти человеческим смехом, уткнувшись одной из голов в снег. Горец виновато поджал уши, зато Рин не испытывал никакого смущения, так что его смех пронесся над долиной, что бы разбиться о своды неба. - Ах, ты ж... смеяться с меня будешь? - голос Кираны из сугроба, над которым торчали ее стройные ноги, звучал глухо и страшно искажался, так что смех Рина стал еще несколько громче. Пока не был перебит врезавшимся в лицо снежным комом. Рин задохнулся от возмущения, прежде чем вскочить на ноги и броситься на вампирицей, на бегу грозя закатать ее в сугроб опять. Кербер тоже вскочила и теперь два зверя носились вокруг пары воинов, взбивая снег в новую вьюгу. Было сложно поверить, что вчера эти четверо показывали чудеса выдержки и хладнокровия, без которого не выжить на войне. Как и следовало ожидать, бегали они не долго. Рин догнал вампирицу, но та умело подставила ему подножку, и мужчина рухнул в снег, как подкошенный. Не забыв, впрочем, прихватить за собой и виновницу. "Бой" перенесся в новую плоскость - теперь воины катались по земле, пытаясь закопать один другого в снегу. Но Кербер, конечно же, превзошла их. Несколько секунд она наблюдала за происходящим, что бы, развернувшись, осторожно гребануть задними лапами. Возмущенный визг был ей одобрением и новые комья снега полетели на пару, в считанные секунды превратив их в еще один сугроб на этой почти бесконечной равнине. - Кербер! - над снегом показалась голова Рина. - Я этих двоих сейчас в сугроб закатаю!- пригрозил он. - Если ты о церберах, - как всегда не громкий, но предельно дерзкий голос Энсиса заставил Кирану вздрогнуть. Глаза расширились от изумления. Правитель сидел на сугробе в шаге от них, чуть поодаль бродила его лошадь, - то оба умчались куда-то в сторону леса. Боюсь, скоро вам придется искать новых всадников. - Сомневаюсь, - ухмыльнулся Рин, одновременно сдерживая Кирану. Вампирица порывалась встать, потому что в ходе "битвы" оказалась сидящей на животе Рина. - Энсис, чего тебя принесло? - хмуро спросил Рин, давая понять правителю, что видеть его не рады. Энсис ухмыльнулся. - Знаешь, Рин... - Знаю. Дальше, - Энсис негромко засмеялся нетерпению мужчины. Рин смотрел на молодого правителя крайне не доброжелательно. Кирана, меж тем, стремительно покраснела. - Аврум на самом-то деле слишком маленькая крепость для базирования войска. Так что я решил превратить ее в военное училище. И вы двое - Энсис выразительно посмотрел на обоих, давая понять, что отказ не принимается, - будете там преподавать. - Прости, что? - вопрос Энсис понял по-своему. Скорее всего, просто не захотел понимать правильно. - Ты будешь обучать будущих всадников, Кирана - лекарей. - Энсис, простите... - Кирана, не отнекивайся. Я прекрасно знаю, что вампиры в совершенстве знают строение человеческого тела, - Энсис поднялся на ноги и с нового ракурса рассмотрел композицию. Новый ракурс был, кажется, еще эффектнее предыдущего. Правитель нарисовал в воздухе какой-то непонятный символ. - Совет да любовь! - торжественно объявил он, разворачиваясь и уходя к лошади. Ответом ему был вздох возмущения и снежок, метящий в светловолосую, даже со спины нагло ухмыляющуюся, голову. Впрочем, Рин промазал. Хотя и не совсем по своей вине. В голове как будто что-то взорвалось. И, от "места взрыва", какая-то странная слабость, граничащая с невыносимой болью и отвращением, разлилась по телу. Мужчина закрыл глаза и глухо застонал сквозь зубы. Кирана отстала всего на несколько мгновений. Тело свело, и вампирица повалилась в снег рядом с Рином. - Я тебя ненавижу... - простонала она, последними усилиями переворачиваясь на бок и на ощуп пытаясь ударить всадника. Взгляд отчаянно отказывался фокусироваться. Мужчина мучительно закрыл глаза. - Я сам себя ненавижу... - в тон ей простонал он. Откат от того, первого, выпитого еще в самом начале битвы, зелья, наконец, достиг обоих и обещал веселую ночь...