Трофей

-1-

- Сэр Ругер - Великий Истребитель Драконов! - визгливое эхо Главного Церемониймейстера взмыло под высокий сводчатый потолок тронного зала. Отражаясь от витых колонн и ажурных резных арок, оно принялось потешаться над надутым сановником, передразнивая его слова на все лады. Но наиграться всласть эху было не суждено - оно растворилось в гулких шагах подкованных сапог. Небрежно оттолкнув плечом стоявшего на пути церемониймейстера, обладатель сапог решительно направился к трону.

- Мужлан! - рассерженной гадюкой прошипел ему вслед разряженный в шелка сановник.

Рыцарь даже ухом не повел, продолжая вбивать каждый шаг в начищенный до зеркального блеска мраморный пол. Престарелый монарх, восседающий на троне, зябко кутался в пурпурную бархатную мантию, подбитую горностаем. В это промозглое осеннее утро он чувствовал себя неважно: вчерашний пир, устроенный в честь очередного заморского жениха (которого по счету?), подорвал и без того слабое здоровье монарха. Король Вильгельм уже давно вышел из того возраста, когда можно всю ночь поглощать эль в несметных количествах, а утром заниматься государственными делами как ни в чем не бывало. Государь с трудом сдерживал подступающую тошноту. Чеканные шаги рыцаря отдавались болезненными уколами в висках и затылке, отчего и без того бледное лицо венценосца приобретало землистый оттенок.

- О, как он шумит! - дрожащим голосом прошептал Вильгельм, прикладывая ко лбу холодный ободок острозубой золотой короны.

- Держитесь, папа! - прощебетала сидевшая по правую руку от короля девица. - Я же вчера предупреждала Вас...

- Спасибо тебе, дочка, - просипел Вильгельм, нахлобучивая корону на голову. - Для тебя старался, женишок-то завидный...

- Фи, папа, он страшен как смертный грех!

- Зато благороден и богат! Чего тебе еще нужно? - разозлился король.

- Ах, - всплеснула руками принцесса, - еще чтобы как ангел красив!

Она мечтательно закатила глаза.

- Тьфу! - выругался Вильгельм, потирая холеными пальцами виски под париком: маленький молотобоец, поселившийся в голове, грозил разнести череп на куски. - Господи, ну как же он шумит!

Двигался рыцарь нарочито медленно, словно давая возможность зрителям рассмотреть и оценить его по достоинству: высокий, широкоплечий, с волевым лицом и гривой пепельно-серых волос, рассыпавшихся по плечам. Рыцарь был облачен в вороненый доспех работы лучших миланских оружейников, стоивший баснословно дорого. На нагруднике красовался герб - лежащий на брюхе дракон, пронзенный копьем.

- Пап, это и есть тот самый Ругер?

- Ну, - промычал невнятно король.

- Красавчик, - оценила стать рыцаря принцесса. - А правда, что он из простых смердов? Что в нем нет ни капли благородной крови?

- Говорят, - не вдаваясь в подробности, буркнул Вильгельм.

Рыцарь тем временем приблизился к трону и сдержанно склонил голову в знак уважения:

- Ваше Величество! Ваше Высочество!

Обостренного похмельем обоняния Вильгельма коснулся резкий запах свежего конского пота. Король позеленел, его вновь замутило. Но, несмотря на это, он отметил, что пришлый рыцарь держится гордо и независимо, а ведь даже принцы не считали зазорным преклонить перед королем колено.

- Что привело столь великого героя в мое королевство? - переборов рвотные позывы, поинтересовался монарх. - Драконов в наших краях не встречали уже много лет. У нас вы не сыщите ни славы, ни богатства...

- Я прибыл с другой целью! - дерзко перебил короля рыцарь. - Ваше Величество! Я прибыл в ваши края не за славой. Менестрели и без того слагают обо мне песни. Богатство? - он криво усмехнулся. - О моих богатствах ходят легенды! У меня есть все, за исключением одной малости... Ваша дочь, прекраснейшая принцесса Клотильда, - на этот раз Ругер низко поклонился принцессе, придерживая у бедра длинный меч, - на выданье. Я прошу руки вашей дочери! - выпалил он на одном дыхании.

Король опешил, забыв на время о тошноте и головной боли. В тронном зале повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Вильгельма. Первой пришла в себя принцесса:

- Фи, папа! Как эта неотесанная деревенщина смеет нам такое предлагать? К тому же от него мерзко воняет! - она брезгливо наморщила свой благородный носик, закрыв его кружевным батистовым платком.

Следом за принцессой недовольно заворчали рыцари, присутствующие в зале.

- Ты?! Ты?! - наконец прорвало и божьего помазанника. - Ты прибыл просить руки моей дочери?! Да как ты осмелился даже подумать об этом?! - заорал он на Ругера, брызгая слюной. Его землистое лицо меняло оттенок, наливаясь кровью. - Ты - смерд!!! Ты не ровня нам, благородным, насчитывающим не одно поколение Великих Предков!

- Я - рыцарь! - чеканя слова, произнес Ругер.

- Рыцарь? - Вильгельм вскочил с трона, горностаевая мантия сползла с его плеч и упала под ноги. - Ты думаешь, я не знаю, как ты заполучил пояс и шпоры? Ха! Благородный рыцарь? - король сложил кукиш и сунул его под нос Ругеру. - Как родился смердом, так им и подохнешь! Вся твоя слава, все твои подвиги - тьфу: пыль и прах под ногами моего рода! Принцы дерутся между собой за право породниться с нашим домом. Да мои великие предки перевернуться в гробах, вздумай я отдать тебе дочь! Пшел вон, пока я не приказал тебя обезглавить!

Рыцарь спокойно выслушал оскорбления, не дрогнув ни единым мускулом, развернулся и медленно пошел к выходу.

От группы недовольно гомонящих рыцарей отделился один.

- Мой король! - падая на одно колено, процедил он сквозь зубы. - Дозволь наказать наглеца, забить дерзкие слова в его поганую глотку!

- Встань, Вольдемар! - властно приказал монарх. - Успокойся!

Рыцарь резко встал, лязгая доспехами. Его руки судорожно сжимали рукоять гигантского двуручного меча.

- Недостойно благородного рыцаря со смердом биться! - продолжал наставления Вильгельм. - Погибнуть от руки первого рыцаря королевства - честь для любого! А какая у смерда честь? Понял? О, Господи, моя голова! - король мешком осел на трон. - Лекаря мне... Нет, виночерпия! Срочно!

-2-

Сквозь раскрытые настежь окна во дворец проникал чудесный запах весны. Теплый ветерок, наполненный ароматами распустившейся сирени, прогонял из дворца промозглую зимнюю стылость, насыщенную чадом печей и каминов. Яркое весеннее солнце, наконец-то прорвавшееся сквозь свинцовые снежные тучи, щедро поливало своим животворящим светом истосковавшуюся по теплу землю. Приходу весны радовались все: молодые парни из многочисленной дворни весело щипали девок, скинувших зимние одежки, за оттопыренные задницы, и даже убеленные сединами рыцари позволяли себе некоторые вольности в общении с благородными дамами. Лишь король Вильгельм в этот радужный весенний денек не находил себе места.

- Вот же дрянная девчонка! - ворчал он, в раздражении теребя седеющую бороду. - Отказать стольким женихам? Король Фердинанд, кронпринц Воган, на худой конец герцог Ансельм, либо князь Всеволод. Да породнись я с любым из них, держава лишь укрепиться... А там, глядишь... Эх, распустил девчонку! Такая же дура, как и её почившая мать, царство ей небесное! Эх, какие женихи!

От мрачных мыслей отвлек монарха Главный Церемониймейстер, незаметно проскользнувший в приоткрытую дверь тронного зала.

- Ваше Величество, - осторожно обратился к королю придворный, боясь навлечь на себя монарший гнев, - к вам делегация с западной границы во главе с сэром Иггельдом. Просят срочной аудиенции...

- Срочной? - нахмурился монарх. - Так зови, чего столбом стоишь?

Церемониймейстер суетливо распахнул тяжелые дверные створки и громко объявил:

- Сэр Иггельд - Защитник Западных Рубежей!

Противный голос сановника стеганул короля по ушам. Вильгельм недовольно скривился, вспомнив, что уже давно собирался поменять Главного Церемониймейстера.

- Глава Торговой Гильдии, - продолжал надрываться дворецкий, - достопочтенный Магнус...

Но договорить ему не удалось, в тронный зал, гремя заляпанными дорожной грязью доспехами, ворвался благородный сэр Иггельд.

- Мой король - беда! - громогласно заявил он с порога, заглушив своим ревом визгливый голос Главного Церемониймейстера. - Беда, мой король, беда! - повторил он уже возле трона, безумно вращая глазами.

Следом за рыцарем в тронный зал бочком просочились купцы и торговцы, сопровождающие благородного рыцаря. Несмотря на теплые весенние дни, главы торговых гильдий были разодеты в дорогие меха, их вспотевшие лица масляно поблескивали в свете солнца. Они униженно кланялись монарху и растягивались вдоль стен тронного зала, испуганно пряча бегающие глазки.

- Что это за беда, - со сталью в голосе произнес Вильгельм, - которая позволяет тебе врываться как ураган и топтать прислугу? - Если ты оторвал меня от государственных дел по пустякам... Неужели война?

- Дракон! - выдохнул Иггельд.

- Что ты сказал? - не поверил король. - Дракон? Да у нас их отродясь не было!

- А теперь есть! - взволнованно произнес рыцарь. - Как только снега сошли, он и объявился! Устроил логово в Черных Предгорьях... Сначала только скот таскал, а теперь и за людей принялся! Несколько деревень спалил дотла!

- Крестьяне бегут, Ваше Величество, - к трону приблизился толстяк Магнус, Глава Королевской Торговой Гильдии. - Бегут, куда глаза глядят, только бы подальше от дракона! Убытки настолько велики... - произнес он с отдышкой, раздувая щеки. - Так что осенью Ваше Величество может не дождаться обычных податей...

- Иггельд! - рассвирепел король. - Кто у нас защитник рубежей? Почему бездействуешь? Послать гарнизон...

- Уже... - севшим голосом произнес рыцарь.

- Что уже? - не понял Вильгельм.

- Из отряда, посланного мной, никто не вернулся... Полег весь гарнизон... Граница оголена... Если узнают соседи - быть беде! Нужны люди...

- Людей я тебе найду, - пообещал венценосец. - Сформируем новый гарнизон. А что дракон?

- Лютует пуще прежнего, - вновь вмешался в разговор Магнус, теребя руками серебряную гривну на шее. - Гильдия предлагает нанять Ругера. Он сможет... Правда дорого берет, сволочь... Но ради спокойствия гильдия готова покрыть все расходы... Урону казне не будет...

- Что? - король подскочил с трона. - Ругера? Не называйте при мне имени этого смерда! В нашем королевстве хватает своих героев! Только кликну...

Неожиданно большая тень на мгновение закрыла солнце в больших мозаичных окнах тронного зала. Со двора донеслись истошные женские крики и грубая мужская ругань. Забыв обо всем, люди кинулись к окнам. Увидев горящие постройки, бестолково снующую по двору челядь, беспомощную охрану, Иггельд обреченно прошептал:

- Поздно! Он уже здесь... Тот самый... Дракон! Нам всем конец!

В безоблачном бирюзовом небе реяла крылатая тень. Раскинув крылья, она стремительно удалялась от города. Монарху показалось, что в лапах чудовища трепыхается что-то живое. Но рассмотреть внимательнее ему не удалось - дракон был уже далеко. Крики во дворе не стихали. В тронный зал ворвалась растрепанная фрейлина - кормилица принцессы. Заметив Вильгельма, она повалилась королю в ноги. Прижавшись к его сапогам щекой, фрейлина принялась что-то невнятно бормотать, щедро орошая обувь монарха слезами. Королю с трудом удалось разобрать сквозь вой и слезы:

- Деточка-а-а... Не уследила-а-а... Дракон...

- Так вот кого утащила эт-т-та тварь! - холодея от страха и заикаясь, прошептал Магнус.

Оттолкнув от себя бившуюся в истерике фрейлину, король заревел:

- Вольдемара ко мне!!! Живо!!!

-3-

Время замедлило свой бег. Оно тянулось нескончаемо: часы казались годами, а дни - десятилетиями. Больше двух суток минуло с тех пор, как отряд лучших рыцарей королевства под предводительством сэра Вольдемара отправился вызволять принцессу. Больше двух суток король неподвижно сидел на троне, не смыкая глаз, оказываясь от пищи и воды. Он осунулся, черты его лица заострились, кожа приобрела восковой оттенок. В смятении монарх обкусал ногти до мяса, не замечая, что пальцы кровоточат. Вернувшийся гонец похоронил все надежды Вильгельма на благополучный исход: никто из отряда не выжил в схватке с монстром. Гонец остался жив лишь потому, что наблюдал за битвой издалека. Тогда раздавленный горем монарх послал за Ругером гонца. Теперь он сидел и ждал презренного смерда, от которого зависела судьба его единственной дочери, да и всего королевства.

- Сэр Ругер к Вашему Величеству! - наконец доложил церемониймейстер.

Рыцарь так же неспешно, как и пол года назад, пересек тронный зал. Остановившись у подножия трона, он пригвоздил монарха тяжелым взглядом к спинке кресла. Король сполз с трона и униженно встал перед рыцарем на колени:

- Спаси дочь, молю! Все отдам!

Главный Церемониймейстер серой мышкой выскользнул из тронного зала, только бы не оказаться невольным свидетелем унижения короля. А то обезглавит к чертям собачьим, чтобы концы в воду...

Рыцарь нависал скалой над раздавленным горем Вильгельмом, его забавляло происходящее:

- Видишь, твое величество, как все повернулось? Предки-то, небось, аж извертелись в гробах? Ну да ладно: от монстра избавлю. Истреблять их племя моя работа... Но плата будет двойной! И вперед! Сам виноват, не надо было надо мной потешаться!

- Я согласен! Согласен на все! - залепетал король. - Только помоги! Спаси кровиночку мою!

- Когда похитили принцессу? - по-деловому осведомился Ругер.

- Три, нет, четыре дня назад!

- Что же ты, старый козел, меня сразу не позвал? - выругался рыцарь. - Столько времени прошло! Жива ли она? Обещать ничего не могу, но сделаю все, что в моих силах...

- Храни тебя Господь! - прошептал Вильгельм обескровленными губами.

- Молись, твоё величество, тебе больше ничего и не остается! - произнес на прощание Ругер, покидая тронный зал.

Король еще долго стоял на коленях у подножия трона, моля Высшие Силы проявить милосердие.

-4-

Над выжженной пустошью перед логовом дракона висели тяжелые свинцовые тучи. Они стелились так низко над землей, что скрывали заснеженные пики Черного Предгорья. Воздух наполнял удушливый запах гари, сдобренный сладковатой вонью разложения. Все свободное пространство перед пещерой чудовища усеивали обугленные и обглоданные останки его многочисленных жертв. Рыцарь, недовольно сморщившись, спрыгнул с коня. Бедное животное испуганно храпело, роняя на землю сгустки окровавленной пены из-под закушенных удил.

- Тихо, родной, тихо! Все хорошо! - пытался успокоить коня Ругер. Но тот не обращал на уговоры никакого внимания и продолжал пятиться назад.

- Хорошо, - сдался рыцарь, уводя скакуна на край пустоши, - на этот раз действительно чересчур...

Он тяжело вздохнул, привязывая коня к сломанной осине.

- Отдохни пока! - Ругер потрепал скакуна по холке. - Нужно было ехать на Меднолобом, он привычнее... Ничего, и ты привыкнешь.

Конь ткнулся влажными губами в лицо рыцаря, он не хотел оставаться в одиночестве. Но Ругер решительно оттолкнул лошадиную морду и зашагал к пещере. Чем ближе он подходил к ней, тем больше на его пути встречалось костей. Обглоданные костяки животных и людей так плотно устилали землю перед логовом дракона, что рыцарю волей-неволей приходилось идти по ним, давя сапогами. Когда хрупкие косточки лопались с сухим треском, Ругер брезгливо морщился. Он обошел по широкой дуге перекушенную пополам лошадь, источающую жуткое зловоние. На обрывке цветастой попоны Ругер разглядел рыцарский герб - железную перчатку на зеленом фоне, сжатую в кулак.

- Покойся с миром, сэр Вольдемар, - узнав герб первого рыцаря королевства, без особого сожаления произнес Ругер. - А вот скотинка-то наша зажралась! Такие куски пропадают! Ну ничего, не долго ему уже осталось баловаться!

Возле пещеры рыцарь замедлил шаг и вытащил из ножен меч. Сквозь громадный пролом в скале в пещеру попадало достаточно света, чтобы хорошо рассмотреть свернувшегося в клубок зверя. Дракон спал, сжимая в когтистых лапах тщедушное тельце принцессы. Её роскошные некогда одежды теперь были похожи на нищенские лохмотья. Она была измождена, перепачкана кровью и грязью, но все еще оставалась живой. Рыцарь бесстрашно шагнул в пещеру, держа меч наизготовку. Неожиданно под его ногой хрупнула косточка. Принцесса вздрогнула и очнулась. Дракон продолжал лежать неподвижно, видимо, не услышав во сне слабого хруста. Клотильда обвела мутным взглядом пещеру и заметила приближающегося рыцаря. В глазах мелькнул отблеск надежды на спасение. Не придумав ничего лучшего, она завизжала на всю пещеру:

- Я здесь! Спасите меня!

- Вот дура! - в сердцах сплюнул Ругер, поудобнее перехватывая меч.

Дракон зашевелился. Его огромные фасеточные глаза открылись, полыхнув адским пламенем. Чудовище развернулось и вскочило на ноги, встопорщив кожистые крылья...

***

Большой холщовый мешок, покрытый бурыми пятнами закорженевшей крови, с гулким стуком упал к ногам короля. Из его развязанной горловины высунулась клыкастая морда поверженного дракона. В рядах дворни, окружающей трон монарха, раздались изумленные возгласы и крики. Несколько фрейлин грохнулось в обморок.

- Какая огромная пасть! - с присвистом произнес Магнус, присаживаясь на корточки рядом с отрубленной головой монстра. - Держава спасена! - ликующе заявил он. - Сэр Ругер, все ваши обязательства Торговая Гильдия считает выполненными...

- Где дочь? Где моя девочка?

В радостном возбуждении все забыли про короля и его дочь.

- Я ничего не смог сделать, - скорбно произнес Ругер. - Поздно... Слишком поздно!

Он замялся на мгновение, но затем протянул королю небольшой кожаный мешок, стянутый витым шнуром.

- Здесь все, что осталось от... Я собрал... Похороните хотя бы это... Я сделал, что мог...

Король прикоснулся трясущимися руками к мешку и без чувств рухнул на пол.

- Лекаря! - закричал Магнус, бросаясь к монарху.

- Моя миссия окончена! - Ругер наклонился и поднял с пола мешок с головой дракона. - Трофей мой по праву победителя. Он станет достойным украшением моей коллекции.

На него больше не обращали внимания: придворные сгрудились возле тела упавшего короля. Рыцарь закинул мешок с головой дракона на плечо и неспешно покинул тронный зал.

-5-

Ругер сидел у камина, вольготно развалившись в любимом кресле, и потягивал горячий глинтвейн из тяжелого литого кубка, украшенного самоцветами. Наконец-то окончилась эта изнуряющая эпопея с драконом и принцессой. Он протянул ноги к огню и закрыл глаза. Умиротворяющая тишина навалилась на рыцаря со всех сторон. Он поднес кубок к губам и хлебнул бодрящего напитка. Неожиданно в тишине послышались шаркающие шаги верного слуги - престарелого Хорка, совмещавшего в замке Ругера обязанности сенешали и личного лекаря господина. Но не только это отличало Хорка от остальных обитателей замка: из добытых господином трофеев он умел изготавливать изумительные чучела. Ругер лениво приоткрыл один глаз. Заметив в руках слуги большой поднос, накрытый тряпкой, он оживился:

- Неужели закончил?

- Новый трофей господина, - выцветшим от старости голосом доложил сенешаль, опуская поднос на стол.

Когда старик сдернул тряпицу, Ругер восхищенно цокнул языком:

- Невероятно! Эта голова... она... она словно живая! Ты превзошел самого себя, старина!

- Всегда рад услужить господину! - Хорк сдержано поклонился, но Ругер успел заметить, что старик действительно счастлив услышать из уст хозяина эту скупую похвалу.

- Я уже нашел ей достойное место, - сообщил слуге рыцарь. - Я повешу её между этой рыженькой - Брундильдой и вот этой светленькой, княгиней из далекой Куявии, как её... - Ругер прищелкнул пальцами, мучительно стараясь вспомнить имя предыдущей жертвы.

- Прелепой, - услужливо подсказал слуга.

- Точно! - хлопнул себя ладонью по лбу Ругер. - Никак не могу запомнить их идиотские имена.

- Я всегда к вашим услугам, господин!

- Я знаю, старина, знаю... - произнес Ругер, не отрываясь от разглядывания своих чудовищных трофеев.

Хорк лишь пожал плечами, привыкший к чудачествам хозяина.

- Господин, позвольте вопрос, - подождав, пока хозяин вдоволь насмеется, спросил старый слуга.

- Валяй! - разрешил Ругер. - У меня сегодня отличное настроение!

- Я долгие годы не задавал его... Но я стар... Возможно, скоро умру...

- Ну, это ты брось! - фыркнул рыцарь. - Ты еще крепкий старик.

- Неужели вам их не жалко?

Рыцарь помрачнел, видимо вопрос старого слуги задел за больное.

- Как тебе сказать, старина... Жалко... В какой-то мере... Что такая красота пропадает даром! Но скажи мне, пожалела ли тебя та молодая маркиза, по приказу которой тебя прилюдно едва не забили камнями, обвиняя в колдовстве? Приложила ли она хоть каплю усилий, чтобы разобраться в том доносе? Нет, друг мой, ей проще было раздавить тебя, как надоедливую мошку! Тратить свое драгоценное время на вонючего смерда? Нет уж, есть более интересные развлечения! Например: посмотреть, как его забьют камнями...

- Вы как всегда правы, господин: они недостойны милосердия и сострадания!

- Именно! - воодушевленно воскликнул Ругер. - Мы воздали им по справедливости! Неожиданно раздался громкий рев, сотрясший толстые стены замка.

- О! - с теплотой в голосе воскликнул Ругер. - Пучеглазик проснулся! Чего ревет? Ты его сегодня кормил?

- Нет, господин, он не голоден. Его пучит.

- Ах, да, еще бы его не пучило! От такого количества благородных рыцарей у кого хошь случиться несварение желудка. Как бы не потравился...

- Я приготовил ему микстуру, господин. Через неделю будет как новенький.

- Эх, други, что бы я без вас делал? - обнимая слугу за костлявые плечи, расчувствовался Ругер. - Без тебя, без Пучеглаза? Помнишь, каким он был крошкой? Такой нескладный, с едва наметившимися крылышками! А голова его погибшей от какой-то болезни матери до сих пор служит мне хорошим доказательством...

- Только обращайтесь с ней аккуратнее, мой господин! - предостерег Хорк. - Она совсем износилась, восстанавливать её все труднее... Однажды вам не поверят, что это голова только что убитого дракона.

- Ты прав, - рыцарь задумчиво почесал затылок, - драконы перевелись... Пучеглаз, наверное, последний из их племени. Будем беречь реквизит, новую голову теперь не достать. Ладно, дружище, можешь отдыхать: ты отлично потрудился! Я тоже немного отдохну, ведь скоро новый бой...