Dianel Luchiel Samour: другие произведения.

Клаустрофобия

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Третья часть из фикла рассказов о Небе. Орнитофобия, Монофобия и теперь вот Клаустрофобия. Грядет еще несколько частей.
  Клаустрофобия.
  
  (С) di'Anel Luchiel Samour
  
  Сказка случайно затянулась на всю ночь
  и перебудила весь дом.
  
  Кремовые облака. Такие бело-зеленоватые, как весенний снег. Когда ровную, почти зеркальную гладь неба припорошило снегом. Сугробы в которые можно проваливаться по колено, а можно провалиться и выше - можно нырнуть и водная гладь не разорвется. Идеально синяя и снег далеко внизу. Синева с теплотой обнимает тебя, принимает тебя. Цвет такой глубокий, что затягивает в бесконечность. Такой синий - как самое безумие. Такое не подающееся сознанию величие, многогранный покой. Мир.
  Синее небо где нет суеты. Так высоко, но так тепло и легко. Отсюда не видно, просто не видно как суетятся люди. В небе просто нельзя суетиться. В небе можно только летать, ныряя все выше, в самую глубину к жемчужине солнца. В самое тепло. В горячее сердце неба. Лететь туда, спокойно улыбаясь. Лететь туда и быть частью неба. Быть частью природы. Быть частью чего-то невыносимо огромного и непознаваемо вечного. Чувствовать свою силу. Отдыхать. Согреваться. Такое вкрадчивое тепло забирается в грудь, как шепот чей-то. Покой - как будто ты это само небо. Как будто ты - это море. Ты просто волна. Ты просто капля. Ты просто облако, которое плывет по небу. Скользит так легко, как скользят лучи закатного томатно-алого солнца по едва трепещущей воде.
  Ты - полузабытая сталь. Ты горизонт - ты одна черта между землей и небом. Кроме тебя в поднебесье никого нет. Но твое сердце размеренно бьется. Оно не знает что такое одиночество. Оно согрето лучами солнца. Оно улыбается. Оно так бесстыдно улыбается, что хочется просто сесть рядом с ним и поплакать - просто от счастья.
  И хочется лететь вечно. Хочется умереть в этом полете и не поняв что умер лететь дальше под бесконечным как сама смерть небом. Мне было так странно вспомнить что есть еще что-то чего я хочу. Быть может потому что хотел я так мало по сравнению ослепительными солнечными зайчиками плясавшими на ярко-белом снегу облаков. Мне хотелось кроме ветра слышать как хлопают рядом со мною огромные сизо-белые крылья. Чтобы когда взгляд мой устанет, он мог бы отдохнуть на текущем золоте струящихся и бьющихся на ветру волос... на больших, так похожих на птичьи, глазах.... На улыбке, такой сияющей....
  Орнитофобия. Имя, которое вознесло меня к самому солнцу. А теперь заставило спуститься с небес.
  Я не знал, куда мне лететь. Я помнил только тот лес. Такой огромный светлый лес, где на поляне росли ягоды. Я сначала думал, что здесь убили Фею - а ягоды это капли ее крови застрявшие меж травинок. Я не мог представить себе никаких других мест, где мог бы жить крестный отец Орнитофобии. И вот теперь - мне так хотелось лететь дальше. Но желание... другое желание было сильнее.
  Я спускался к лесу медленно. Не хотя. Он был так трогательно полураздет. И только ели и елки стояли зеленые как надежда, охраняя прочие деревья от холода и подвывавшего ветра. Мне казалось - я сейчас заплачу. После этого счастливого серебристо-синего покоя, призрачный и туманный лес казался мне постелью. Такой желанной и безумно мягкой. Кончиками пальцев я коснулся верхушек. Потом почти с заботливостью лесника лавируя между веток, я спустился на землю.
  Голова кружилась. Перед глазами стояли бурые темные пятна. Полуслепой от света, полуглухой от ветра, оглушенный величием, я стоял, обнимая влажный ствол, как лучшего друга.
  Боль пронзила меня как стрела. Я с удивлением посмотрел на плечо - это и в самом деле была стрела. Но я только счастливо ей улыбнулся. Опьяненный, пьяный я уже не мог стоять на ногах. Бурые пятна росли на глазах, и скоро я понял, что вокруг темно. Дерево выскользнуло у меня из рук. Боль вскружила мне голову и как в медленном танце я осел на землю. Потом спустилась блаженная ночь без сноведений....
  
  ....Мне жутко не хотелось открывать глаза. Эта ночь была такой спокойной... Но потом я вдруг вспомнил о стреле... о крестном отце.... Я распахнул глаза и ощупал плечо. Нет никакой стрелы - только бинты, пропитанные моей собственной кровью. Я огляделся.
  Меня охватил какой-то леденящий ужас. Я был в клетке. В клетке с толстыми деревянными прутьями, которые мне было бы просто не под силу сломать. Я лежал на одеяле, раздетый до пояса и, как ни странно, перевязанный. Перед глазами все поплыло и мне пришлось снова откинуться на лежанку. Я не видел пока ничего за пределами клетки. Просто не мог. Я ничего не понимал. Голова кружилась безумно. Резко заболело плечо. Меня за самое сердце холодными руками схватил страх... страх, что я ни когда не смогу летать... страх что я никогда не увижу неба... безумный страх.... И снова наступила темнота....
  
  ...вода была ледянее, чем ужас и я, не в силах подавить стона, снова выплыл из тьмы. У клетки стояла старуха с кувшином. Я смотрел на нее во все глаза, не пытаясь сказать ни слова - я был уверен, что у меня не получится. Однако старуха не выглядела злой колдуньей. Скорее наоборот.
  Она закряхтела и улыбнулась.
  -Ох, сынок. Как же тебя угораздило? Ты по что в этот лес-то сунулся? Ты ведь птица! - старуха говорила так, как будто это была прикладная истина. Я не мог отвести от нее глаз. Она говорила тихо, как будто боялась, что нас услышат. Однако она, судя по всему, была настроена крайне доброжелательно.
  -Я не птица, - наконец-то вымолвил я.
  -Ой, мальчик, да мне же, старой, совсем разницы нет - али птица, али мальчонка летающий! А муж мой - пень старый - так и вовсе говорит, что ты не просто птица - а Жар Птица. Он потому тебя и подстрелил. Все ждет, что ты его желание выполнишь. Ты разве не знал, что он даже поляну ягодную как приманку посадил? Теперь ждет-пождет, да вот, надо же, дождался. Как же у тебя получилось так, миленький?
  Я с благоговейным трепетом внимал сумбурным речам. Я... я ведь просто обязан снова взлететь! Я обязан вырваться отсюда.... Из клетки... уйти. Хотя бы что бы предупредить Орнитофобию о поляне... Она же так ее любит...
  Я ухватился за эту спасительную мысль - только она помогала мне избавиться от ужаса и привести остальные мысли в порядок.
  -Бабушка, выпусти меня. Я не Жар Птица. Я просто мальчик.
  -Ох, не ври старухе, ох не ври. Сами видели как ты плескался в небе аки в реке какой! Да только выпустить тебя не могу я - ключ у мужа. А старик-то мой на охоту ушел. - Старуха сокрушено покачала головой.
  -Все равно, - обречено повторил я, - я не Жар Птица.
  -Ну а волосы твои - что огонь горят. Как еще назвать тебя?
  -Мартин, - просто ответил я, осторожно ложась обратно на одеяло.
  -Мартин, - повторила старуха задумчиво. - Ну а я Лиза. Можешь так и звать - бабушка Лиза. Ты отдохни пока. Поправляйся. Рука у моего мужа крепкая, ан смотри ж, до сих пор не дрогнула. Хоть и сердце твое стрелой не пронзил, а ведь все равно больно. Ты лежи, поправляйся. Я тебя покормлю еще.
  Бабушка Лиза выходила меня через неделю. Старик ее все не возвращался - ночевал в лесу. Просить было не о чем - оставалось спрятать обреченность куда-нибудь далеко-далеко и попытаться поправиться. Какая-то не сошедшая с ума часть меня понимала, что если я не поправлюсь - то все равно не смогу лететь дальше. Но меня обуревал этот суеверный ужас. Я все ждал, когда вернется муж бабушки Лизы, как Карабас-Барабас или Синяя Борода... Когда он попытается загадать мне желание, как Золотой Рыбке, и я не смогу его выполнить... Я вдруг почувствовал себя маленьким и одиноким. Орнитофобия была где-то там, за горизонтом... А мама с папой еще дальше. А больше никого не было у меня в этом мире. Я просто жался в углу клетки и, когда бабушка Лиза не слышала, тихо плакал от безысходности. Проходил день за днем. Я не видел неба, я не видел солнца. Я вдруг ощутимо почувствовал как время утекает из рук. Да. Остается еще лето и почти половина весны... Но я еще даже не нашел названного отца Орни... можно сказать, даже не искал... и даже не знаю где искать. Я так надеялся что он... он где-то в этом лесу.
  Мне вдруг пришло в голову, что муж бабушки Лизы и окажется названным отцом, но я тут же отбросил эту бредовую мысль - как названным отцом Орнитофобии мог быть человек, стреляющий в летающих людей?
  Прошла еще неделя. Я совсем поправился. А старик все не появлялся.
  -А какое оно, его желание? - как-то вечером спросил я.
  -Ой, сынок, глупое. Глупое у старика моего желание. Он хочет из леса этого уйти. Дом в горах хочет. Хозяйство.
  Я удрученно пожал плечами. Такого я точно не смогу сделать. Я ведь даже дома строить не умею. Но толстые прутья служили мне главным аргументом. И я продолжал тихо плакать по ночам от безысходности. Если б не бабушка Лиза, я бы и вовсе умер от тоски по солнцу. Но она говорила со мной... спрашивала. Мне было так странно пытаться ей объяснить, что это значит - летать... Я только и мог что мечтательно прикрывать ресницы, вздыхать и пытаться описать все величие и покой НЕБА. Бабушка Лиза слушала. И мне так хотелось верить, что понимала. Мало помалу я и сам не заметил как выложил ей всю историю своей жизни, а она только улыбалась, что умножало морщины на ее лице.
  -Нет, мальчик мой. К сожалению, я не знаю ни Орни, ни отца ее названого. Да и кроме нас не живет тут никто поблизости - даже искать бесполезно.
  Я только вздохнул в ответ. Что мне оставалось делать?
  Я даже не мог даже не мог думать о том, где буду искать отца Орнитофобии. Все, о чем я мог думать - это небо. И вот, однажды, когда я проснулся от очередного кошмара, я понял, что охотник вернулся.
  Было темно. Он стоял у моей клетки с фонарем. Короткая седая борода и облысевшая макушка. Угрюмо сдвинутые брови и маленькие беспокойные глаза. Он был худым, но жилистым и высоким. От него исходило ощущение упрямой силы. Не злой, не доброй, но грубой. Я почувствовал себя слабым. Захотелось забиться в угол, спрятаться, убежать. Спустя секунду я понял, что отпрянул от света. Но он просто поднял фонарь выше.
  -...не бойся... - тихо сказал он. И улыбнулся. Выглядело жутковато, но страх и в самом деле ушел. - Жар-птица. Лиза тебя вылечила, я смотрю... Я хочу загадать свое желание...
  -Я не Жар-птица... - голос мне изменил. Остался дрожащий хрип.
  -Не говори глупостей! Я видел как ты летал над моей поляной!
  -Да. Я летал. Но я не Жар-птица...
  Его брови снова съехались.
  -Думаешь обмануть старика? Пока моего законного желания не выполнишь - еды не получишь! - Он развернулся и ушел прочь. Но я дрожал еще долго после того, как звездочка фонаря растворилась во тьме.
  Дом. В горах. Я не умею строить дома! Мне всего семнадцать лет! Я еще вообще ничего не умею! Я еще никто! Мне страшно. Мне одиноко. Но мамы с папой рядом нет. И я понимаю, что мне надо вырасти. За пять минут. Понимаю, что надо пересилить себя. Нельзя сломаться. Меня ждут. Меня ждут где-то там, далеко. Но ждут. Но так хочется поддаться слабости. Расслабиться. Плыть по течению. Не тратить силы на борьбу. Просто жить. Есть. Спать. Здесь, в этой клетке. Бояться. Но я не могу. Это было бы проще всего, да? Больнее всего... И не только для меня. Я должен бороться. Должен себе в первую очередь. Есть и спать без неба - это существовать. Не жить. Но я хочу жить. Я еще так мало видел. А я ведь живу только один раз. И чем существовать вот так - не лучше ли рискнуть и вырваться? Рискнуть существованием ради жизни... Я должен это сделать ради себя. Потому что хочу...
  Так я говорил с собой еще долго. Пока в темноте снова не раздались шаги. Но эти шаги я уже узнавал безошибочно. Бабушка Лиза. Звон. Звон ключей. Я встрепенулся. Горячий шепот:
  -Ой ты ж маленький. Выпущу тебя на волю. Сердечко мое разрывается, глядя на то, как ты мучаешься...
  -Бабушка Лиза!...
  -Тише, тише... узнает старик мой - обоим нам несдобровать...
  -Зачем же...
  -Цыц! - она наконец справилась с замком и я, уже одеты, сделала поспешный шаг вперед, чуть не сбив бабушку Лизу с ног. Она тихо рассмеялась.
  -Горяч ты Мартин, на свободу рвешься... Ну лети, лети, голубок. Не теряйся.
  Она поцеловала меня в лоб, будто благословляя.
  -Спасибо... спасибо, бабушка Лиза! Век не забуду. - Но как бы благодарен я не был, я больше не мог ждать. НА ВОЛЮ. Но бабушка Лиза снова схватила меня за рукав и ткнула в руку сумку.
  -Совсем забыла, дырявая моя голова... Держи, сынок. В дорогу. С Богом тебя! - я горячо ее обнял и помчался прочь. Когда за мной закрылась дверь а над головой появилось бархатно-синее ночное небо, я едва сдержался, чтобы не закричать. На глаза навернулись слезы.
  Небо... мое небо...
  Дом стоял на холме. У подножия холма начинался лес - черное пятно. Задыхаясь, я бежал по траве, и скоро мои штаны напрочь вымокли. Роса.... Роса на траве. С ума сойти... Пот в три ручья. Сердце у горла. Задыхаясь. И слезы ветром размазаны по лицу.
  ДА!
  Ноги отрываются от земли. Легко. Я невесом. Я легкий листок, унесенный ветром в головокружительную черную высь.
  ...свобода...
  Что это? Это тот единственный миг, когда ты не только понимаешь, что ты можешь оторваться от земли, но и отрываешься. Свобода - вздох облегчения. Крик радости. Полет души.
  Я прорываюсь через редкие облака. И лечу. Сейчас не важно куда. Лететь до последнего вздоха. И пусть весь мир подождет.
  А еще можно лететь закрыв глаза. Я так когда-то летал во сне. И теперь, когда сумка слегка оттягивает плечо... когда ветер оглушает и бьет прямо в легкие... если теперь закрыть глаза, то кажется что все это просто сниться.
  Вперед, вперед! Нет пути назад! Никогда не вернусь назад! Прошлое это прошлое. Его не переделать. Прошлое это просто воспоминания. Некоторые - как жемчужины. Спрятать в сердце и не отдавать. Хранить до рокового часа. А не которые - как уроки войны. Выучить свой урок, понять ошибку, но саму войну забыть. Выкинуть прочь. Сжечь и прах рассеять по ветру.
  Тишина. Свист ветра. Далеки крики птиц. Такая наполненная тишина. Такая естественная. Немножко холодно, но это ничего. Это же НЕБО.... Самое настоящее небо... небо, под которым живут миллиарды людей. Небо, в которое они так редко смотрят по-настоящему. Небо создано чтобы хранить красоту. Купаться в ней. Летать ли в нем, ходить ли под ним. Небо это мечты. Мечты всех людей. И тот, кто не стремится в небо, просто теряет свои мечты. Тот, кто стремиться, но не пытается - просто боятся. Господи, да ведь у нас есть НЕБО! У нас есть наши мечты.... Мечты.... Мечты - это не цели, нет. Мечты это не "недостижимые цели". Нет. Настоящая мечта - это жизнь. Жить мечтой. Воплотить мечту. Это и есть жизнь. Самая настоящая жизнь, а не существование!!! И небо..... голубое, как мечта...
  Бархатное и нежное, как рука матери. Гармония и свобода.
  Абсолютная гармония. Этого ощущения не передать. Гармония это почти как свобода - твоя сила, ты можешь, ты делаешь!
  ....и слезы все льются из глаз от счастья.
  Господи.... господи-господи-господи....
  Спасибо тебе, что я живу. Что я есть. Спасибо тебе за все. Этот мир прекрасен.
  -ПРЕКРАСЕН!!!!! - кричу я в поднебесье.
  -П Р Е К Р А С Е Е Е Е Е Н!!!!!!!!!!!!!!!! СПАСИБО!!! ГОСПОДИ, СПАСИБО!
  Спасибо Охотнику, бабушке Лизе, Орни, всем... я понял... я понял то что должен был понять, когда еще не было слишком поздно. Я еще могу.. я еще столько могу!!! Я обязательно буду учиться дальше! Я обязательно вырасту и стану помогать другим! И я буду любоваться небом! И я буду летать! И пусть все не будет гладко, но... но у меня же есть небо.... самое.... настоящее... небо....
  Моя жизнь, всего одна. Она только моя. И только я решаю, как я проживу ее. И если я решу бороться - я буду бороться, пусть против меня выступит сам Дьявол!
  Трус тот, кто сдается! Но чтобы помочь людям пересилить свой страх - живу я. Живет Орни. Она, кто слушает Музыку чужих душ. Кто указывает людям в небо и говорит "У тебя есть самое настоящее небо!". И я... я помогу тем кого встречу пересилить страх. Ничего если не смогу.
  Но я попытаюсь.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Русакович"Camp America" Т.Апраксина"Мир не меч" Д.Казаков"Схватка призраков" Е.Воронова"Разумная Вселенная" Ю.Гаврюченков"Кладоискатель и сокровище ас-Сабаха" В.Русанов"Мести не будет" С.Беляков"Остров Пинель" Ш.Врочек"Сержанту никто не звонит" И.Новак"Некромагия" М.Стрельцова"Dr.Web для молодого Вампира" Э.Катлас"Честь твоего врага"

Сайт - "Художники"
Поэзия в голосе - авторское и актерское исполнение.