Дмитраш Дария: другие произведения.

Срывая маски

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Насколько же разных людей можно повстречать, шагая по тропе, именуемой Жизнь. Насколько противоречивое впечатление они порой способны создать поначалу. Смотришь в глаза, делаешь первоначальные выводы о человеке и... ошибаешься. У каждого есть свои секреты, или даже страхи. Но одно известно наверняка, что если человек тебе по-настоящему дорог, если сделать шаг навстречу и приподнять свою маску. Рано или поздно, она спадёт, обнажая душу, но создавая крепкие узы, способные обоюдно исцелить старые шрамы. Главное не бояться и не отступать. Давно хотела собрать все те смешные случаи, которые происходили с нашей группой на первом курсе медуниверситета в какой-нибудь рассказ или книгу. И вот, наконец, сподобилась. Так что все весёлые ситуации, которые происходят с главной героиней в стенах университета, основаны вполне себе на реальных событиях. Да и часть персонажей существуют в реальности. Эх, ностальгия... Кстати, половину медицинских курьёзов, описаны со стороны Игоря, тоже правдивы. Именно поэтому часть из них отнюдь не весёлая, иногда даже жутковатая. Но такие уж они, реалии работы врачом.

  Насколько же разных людей можно повстречать, шагая по тропе, именуемой Жизнь. Насколько противоречивое впечатление они порой способны создать поначалу. Смотришь в глаза, делаешь первоначальные выводы о человеке и... ошибаешься.
  У каждого есть свои секреты, или даже страхи. Но одно известно наверняка, что если человек тебе по-настоящему дорог, если сделать шаг навстречу и приподнять свою маску. Рано или поздно, она спадёт, обнажая душу, но создавая крепкие узы, способные обоюдно исцелить старые шрамы. Главное не бояться и не отступать.
  
  Автодедушка
  
  Не знаю почему, но перед глазами у меня в тот момент совершенно отчётливо прокручивался кадр, виденный недавно по телевизору. Тот кадр, где наш дорогой мэр вещал о том, что совсем недавно закупил совершенно новые автобусы для города.
  - Двадцать штук, прямиком из Германии...
  Картинка надувшегося от гордости, словно речной жаб, мэра стояла перед глазами. В то время как из-за поворота выкатывалось совершенно невообразимое нечто. Это нечто переваливалось из стороны в сторону, при этом совершенно недвусмысленно шипело и кхекало, как распоследний старец.
  - Пфффф,- расслабленно выдохнул, с позволения сказать, автобус, обдав всех концентрированным запахом бензина.
  Но, не смотря на это шоу, толпа на прибытие автобуса отреагировала весьма живенько, ломанувшись к дверям. Через секунду стало понятно почему - уже сейчас автобус был безбожно переполнен. Несмотря на дикое желание отшатнуться и забыть о существовании подобного автодедушки, как страшный сон, я пересилила себя и шагнула в распахнутое зево дверки. Не хватало ещё опоздать первого сентября на первую же пару.
  Не успела я протолкнуться на заднюю площадку, как была тут же вдавлена внутрь потоком толпы. Матеря свой малый рост, каблуки и совершенно несвойственное мне желание в кои то веки изменить свой имидж, я продвигалась всё дальше, пока движение внутри транспорта в какой-то момент не заморозилось. Натужно кхекнув, в очередной раз, дверки автобуса сомкнулись. Но это было лишь затишье перед бурей.
  Давка была такая, что отчётливо вспоминался анекдот, когда лёгкое движение пассажира на задней площадке отдаётся в почках человека, притаившегося на передней. Подпрыгнув на лежачем полицейском, автобус заставил меня вспомнить, что в таких ситуациях желательно держаться за поручень. Но куда там! Не с моим ростом и не с моей комплекцией искать более приемлемые места в нутре этой адовой машины. Пытаясь отвоевать свою сумочку, я и не заметила, как отступила в конец автобуса. Дёрнувшись в последний раз, спиной наткнулась на очередного пассажира. По ощущениям он был как скала. В то время как живая масса впереди дёргалась, извивалась, стараясь занять максимально удобную позицию. Этот же человек замер, выглядя словно константа в этом непостоянном мире.
  Хорошо быть таким высоким, подумалось мне. Но это было до того момента, когда автобус в очередной раз подпрыгнул на неровности дороги. Толпа качнулась, с негромким "увооу", и буквально вжала меня спиной в скальной твёрдости тело незнакомца. Пискнув, я попыталась отодвинуться, только сейчас осознав, что юбка в этой неразберихе задралась гораздо выше, чем я это могла себе позволить
  Но куда там!
  - Не вовремя я решила сменить имидж!- подумалось мне, в то время как попытка поправить безобразие с юбкой феерически провалилась. Так мало того, во время этой попытки моя рука на некоторое время застряла между его бедром и моей задницей. А учитывая абсолютную нестабильность нашего транспорта, во время прыжков автобуса я своей рукой пару раз чуть не заползла под его футболку.
  - Стыдно-то как,- подумалось мне. Но очередная попытка отодвинуться совпала остановкой. Ещё одна порция пассажиров буквально впечатала меня в несчастного парня, пресекая попытки поправить свой внешний вид на корню.
  Осталось только расслабиться и надеяться, что более ничего смущающего за эту поездку не произойдёт. Руки я, от греха подальше, расположила спереди, обнимая сумочку, как последнюю в этом мире драгоценность. Автобус вновь стронулся с места, но в следующий момент резко крутнулся, вписываясь в поворот. Всех резко повело в сторону, а учитывая, что я по-прежнему не добралась до поручня, эта ситуация грозила меня вновь вышвырнуть в бурлящий людской поток. Если бы не мужчина позади, что внезапно, но весьма деликатно приобнял меня за талию.
  Не смотря на отсутствие всякого подтекста в этом жесте, я буквально заледенела. Всё же зря мне казалось, что я переболела. Этот страх, подспудный, свербящий, так и остался рядом со мной.
  Но всё усугубилось буквально в следующий момент. Впереди была элитная школа, и дабы уберечь своих детишек, дорога перед ней силами родителей была буквально выложена лежачими полицейскими в несколько слоёв. Не успев прийти в себя от недолгого ступора от объятий незнакомца, я вскоре почувствовала себя будто в невесомости. Автобус подпрыгнул, я потеряла опору, а задница мазнула по паху человека-скалы. И ладно это был один раз, но лежачих полицейских было шесть, не меньше. Прыжок, судорожный вдох, движение толпы, которое заставляет сильнее вжаться в спасительную опору. На четвертый подобный прыжок рука мужчины судорожно сжалась в кулак на моей талии. А на шестой и последний, он внезапно прижал меня к себе ещё сильнее и тихо застонал в шею. А в следующую секунду я поняла, почему он так сделал. Ведь в моё бедро недвусмысленно вжималось в свидетельство его возбуждения.
  Пискнув, я в очередной раз попыталась отодвинуться, но лишь усугубила ситуацию, ведь толпа отбросила меня назад, автобус, вновь слегка подпрыгнув, заставил меня вновь проехаться по его естеству. Выдохнув куда-то мне в затылок, мужчина судорожно втянул воздух. Рука его, покоящаяся на моей талии внезапно поползла вниз.
  Ну, уж нет! С меня хватит!
  Как-то внезапно нарисовалась очередная остановка. Наверное, в обычном состоянии, я бы никогда в жизни не смогла бы выбраться. Но в тот момент во мне будто проснулась сила Халка, рванувшись вперёд, я растолкала пассажиров будто кегли, а в следующую секунду вывалилась на улицу. С натужным хрипом перед моим носом закрылись двери. Пребывая в абсолютной прострации, я наблюдала как старичок автобус скрывается с глаз моих за поворотом.
  Первое сентября явно не задалось.
  
  Она была очаровательна
  
  Он смотрел на машину, машина смотрела на него. Как будто бы его угрюмый, гипнотический взгляд мог хоть как-то повлиять на эту ситуацию. В какой-то момент поняв, что ведёт себя глупо, Игорь тяжело вздохнул, нажал на кнопку дистанционного включения сигнализации, после чего резко развернулся и зашагал по тротуару в сторону больницы. Он итак сильно опаздывал.
  Поковырявшись в кармане джинс, мужчина выудил телефон, выискивая в телефонной книге нужный номер. Послышались глухие гудки.
  - Привет Чертяга,- добродушно поздоровался он со своим невидимым собеседником.- Тут у меня одна проблемка нарисовалась...
  - Машина,- констатировали на том конце провода.
  - Какой ты догадливый,- иронично улыбнулся Игорь.- Вот только не надо говорить, что ты меня предупреждал. Не надо напоминать, что машину хоть иногда надо отвозить на техосмотр. Как будто я этого не знаю.
  - Какой ты умный,- едко отозвался собеседник.- Я так понимаю, раз ты звонишь мне сейчас, тот твой железный конь помер окончательно. Диктуй адрес, Деспот. Улажу всё на этот раз. Но только посмей ещё раз довести дело до подобной ситуации, и я...
  - Как будто ты мне сможешь отказать,- самодовольно проговорил мужчина.
  - Ты же в аварию можешь попасть, дурень!- возмутились на том конце трубки.- И учти, если ты погибнешь, я превращусь в злобного некроманта, подниму тебя в виде зомби, чтобы всласть над тобой по изгаляться.
  - Понял-понял,- засмеялся Игорь, после чего продиктовал адрес и со спокойной совестью отправился на работу.
  В такую пору просторный холл больницы был практически пуст. Заслышав шаги, от стойки регистрации подняла свой взгляд пожилая медсестра. Улыбнулась, кивнула, приветствуя мужчину. Кивнув в ответ, Игорь взлетел по ступеням на второй этаж, толкнул дверь отделения и широким уверенным шагом направился по коридору в сторону ординаторской.
  В просторном помещении, уставленном столами, увешанном вдоль стены медицинскими листовками и экранами для подсветки рентген снимков, находилось всего трое человек.
  Молоденький интерн, завидев Деспота, вытаращил на него в страхе свои серо-зелёные глаза, после чего резко уткнулся носом в историю болезни, которую до этого лениво листал.
  Усердно заполнял за столом документацию Гаврилов, иногда подслеповато щурясь сквозь стёкла очков, потирая пальцами переносицу.
  И только Каменников нагло развалился на диване, листая толстую тетрадь. Как всегда расстёгнутый белый халат, как всегда небрежная, чуть мятая одежда. От недовольства Деспота, который в этом вопросе был редким педантом, этого уникума спасало только то, что он был на редкость хорошим специалистом. Но честное слово, Игорю иногда хотелось придушить этого засранца.
  - О, явился,- наполовину недовольно, наполовину обрадованно проворчал Каменников.- Деспот, с каких это пор ты опаздываешь?
  - Машина сломалась,- недовольно скривился мужчина, после чего подошел к своему столу, выудил из высокой стопки историю болезни, тут же пробегая по неровным строчкам взглядом.
  - Тебя тут из интенсивной терапии спрашивали,- поставил в известность коллега.
  - По поводу Степанова?- взволновано встрепенулся Игорь.- Какие-то осложнения?
  - Да не,- отмахнулся Каммеников.- Стабилен. Просто у него утром сильно температура поднялась, вот и хотели чтобы ты поглядел.
  - Они идиоты?- приподнял одну бровь мужчина, незаметно выдохнув, выпуская напряжение.- После операции такое происходит сплошь и рядом.
  - Ну,- криво улыбнулся тот.- Видно температура слишком сильно повысилась. Ты же знаешь реаниматологов. Они ещё те перестраховщики.
  Кивнув, Игорь медленно опустился на стул, просматривая последние результаты анализов своего пациента. Но разве кто-то дал бы ему нормально поработать?
  - Что, завтра опять к своим телепузикам?- ядовито так, даже немного злобно спросил Каменников.
  - Угу,- хмыкнул мужчина, криво улыбнувшись.
  - Нет, ну я тебя не понимаю,- опять не выдержал коллега, заводя старую шарманку.- Почему не наша кафедра? Да с твоими преподавательскими талантами ты даже на кафедре оперативной хирургии принёс бы больше пользы. Но анатомия?! Там же сухая зубрёжка!
  - Они забавные,- закатил глаза Игорь.- К тому же, это всего лишь моё хобби.
  - Вот засранец,- перекосило в очередной раз Каменникова.- О, кстати. У меня тут очередной шедевр!
  С этими словами врач опять уткнулся носом в свою волшебную тетрадку, судорожно перелистывая страницы.
  Этот спор продолжался уже без малого три года. Как только Серёга узнал, что Деспот собрался преподавать. Причём преподавать анатомию. Он это воспринял как смертельное оскорбление своей любимой кафедре. С тех пор пытается его переубедить, особенно активизируясь в конце августа, когда на другую кафедру можно перевестись наиболее безболезненно.
  Не то чтобы у него были какие-то шансы.
  Но способ, надо признать, коллега выбрал весьма оригинальный. Когда на вопрос мужчины о том, с какого перепугу тот выбрал именно кафедру анатомии, Игорь ответил, что ему просто забавно стебаться над первокурсниками, Каменников решил доказать, что и на его кафедре тоже может быть довольно весело. С тех пор он начал выписывать забавные фразочки из историй болезни студентов, которые там встречались довольно таки часто.
  - О, нашел!- обрадовался он, открыв нужную страницу.
  Поднял взгляд от стола молчаливый Гаврилов. Навострил уши делающий вид, что стра-а-ашно занят интерн. Каменников заметил оживлённую реакцию аудитории, усмехнулся, прокашлялся и зачитал очередной шедевр.
  - У пациента началось затрудненное дыхание с классической картиной острого отека легких дома во время занятия сексом, которое осложнилось в палате интенсивной терапии.
  Интерн хрюкнул в историю болезни. Гаврилов весело хмыкнул.
  - Это кто там у вас такой шалун?- весело переспросил Деспот.
  - Да есть у меня пару должников,- засмеялся Каменников, взъерошив свои русые волосы.- Завалили экзамен, теперь я их летом гоняю, чтобы не расслаблялись.
  - И это меня Деспотом называют?- приподнял правую бровь Игорь.
  - Эй-эй, давай без этих намёков. Может, я их наоборот щажу. Вот придут они потом на интернатуру, нарвутся на тебя и возможно после моей муштры после этого останутся даже живы.
  - Клоун,- фыркнул мужчина, после чего взял историю болезни, накинул халат и направился в сторону отделения интенсивной терапии. Стоило всё же проведать своего пациента.
  Надо признать, Игорь совершенно отвык ездить на общественном транспорте. И если с работы домой в тот день он добирался на полупустом, абсолютно нормальном автобусе. То, завидев поутру, как к его остановке подкатывает совершенно невообразимая развалюха, мужчину аж перекосило. Но делать было нечего, Деспот не опаздывает, это общеизвестная истина. И чтобы не рушить свою репутацию, пришлось протискиваться в нутро этого, с позволения сказать, транспорта.
  Пристроившись в самом конце автобуса, нагло потеснив какого-то малолетку, он схватился за поручень и приготовился к пытке.
  Как же он был прав, когда в самом начале именно так охарактеризовал эту поездку.
  Нет, поначалу было не всё так плохо. Да, автобус безбожно носило и шатало, но он нашел достаточно устойчивую точку опоры, чтобы не переживать по мелочам. Его спокойствие длилось ровно до того момента, когда из толпы в его сторону вынесло хрупкую, миниатюрную девушку. После чего толпа вновь сомкнулась, заставив плотно прижаться это эфемерное создание к нему спиной.
  Мягкие, каштановые кудри защекотали нос, заставив немного поморщиться. Но в тот же миг его нюх уловил совершенно потрясающий запах. Что-то травяное, с нотками цитруса. Но было в этом запахе нечто такое, что заставило мужчину инстинктивно наклониться ниже, вдыхая поглубже этот аромат, от которого даже немного закружилась голова.
  Просто наваждение какое-то.
  И всё бы было ничего, но девчонка внезапно начала ёрзать, пытаясь достать свою сумочку, которую зажало между ними. Когда её тонкие пальчики случайно скользнули по его прессу, к своему удивлению мужчина осознал, что в его паху внезапно стало теплеть. Едва не поперхнувшись, он постарался отодвинуться, но куда там. Места на задней площадке не осталось совсем.
  Девушка и сама, похоже, догадалась, что что-то не так, потому что как только достала свою сумку, застыла и как-то вся сжалась, будто чего-то испугавшись.
  Но тут автобус резко повернул. Незнакомку начало уносить куда-то в сторону. Абсолютно автоматически Игорь поднял руку и обнял её за талию, давая так необходимую ей точку опоры.
  И вновь в нос ударил этот совершенно невообразимый запах. Немного закружилась голова. Напряжение в паху всё нарастало. В первый раз в жизни он настолько терял контроль над ситуацией. Даже не сразу заметил, что Малышка в его руках испуганно застыла.
  Может мужчина и смог бы взять ситуацию под свой контроль, если бы ему дали хоть немного времени, чтобы взять себя в руки.
  Но этого времени у него не было совсем, ведь автобус внезапно налетел на череду лежачих полицейский.
  Автобус подпрыгнул, толпа вжала девушку в него ещё сильнее, после чего она проехалась по его чувствительно точке своим телом. Его будто прострелило током, жар в паху возрос многократно, из горла едва ли не вырвался стон. Мужчина попытался судорожно вздохнуть воздух, но поперхнулся, ведь автобус вновь подпрыгнул, ситуация повторилась вновь, и вновь, и вновь.
  Пульсация в штанах всё нарастала, она становилась всё ярче и болезненнее. Скрыть своё возбуждение стало уже невозможным, да и не думал он в тот момент об этом. Мысли путались, штаны стали откровенно жать. От болезненного удовольствия рука мужчины сжалась в кулак и автоматически поползла вниз.
  Он ещё никого, никогда в своей жизни так сильно не хотел. Это был момент какого-то помешательства. Казалось, что в любой момент его крышу снесёт окончательно и он возьмёт её вот прямо тут, в автобусе, при всём честном народе.
  К счастью, девушка правильно расценила эту ситуацию. Не успел он опомниться, как она с огромной силой, которую сложно было бы заподозрить в таком хрупком создании, рванула к двери и вырвалась наружу.
  Оставив его одного. Возбуждённого. Растерянного. Со спутанными мыслями.
  С отчётливым вопросом, всё громче звучавшем в его мыслях. Кто она?
  
  Киса и Джем
  
  Что такое не везёт и как с этим бороться? Ладно, уехал последний транспорт, на котором можно было добраться ВОВРЕМЯ! Ладно, непривычные каблуки вгрызаются в подошвы ног, как бы намекая: "Алё, а как же привычные кеды! Они же лучшая в мире обувь! Как ты могла так протупить!". Ладно, задранная в автобусе чуть ли не до пояса юбка приведена в порядок, а на лицо возвращены привычные, никому не нужные очки. В желании хоть как-то прикрыться от этого жестокого мира. Хотя бы за абсолютно прозрачными стёклами совершенно мне не нужного аксессуара.
  Но когда небо внезапно начинает не двузначно рычать, обещая в любой момент разродиться дождём. А в следующий миг под козырёк остановки, желая скрыться от непогоды, влетают люди, которых видеть совершенно неохота. Именно в этот миг приходит понимание, что жизнь, сука, не то, что непредсказуемая штука. Кажется, что она берёт пример с голубей, которые гадят внезапно и не туда куда нужно.
  - Ооо, Мальвинка!- растягивая губы в издевательской улыбке, буквально пропела Нестерова.- Какие люди!
  Этот возглас заставил всех буквально заткнуться и начать сканировать меня. И это притом, что воспоминания о естестве, буквально вжимающегося в меня человека-скалы, буквально вышибли из меня всё красноречие.
  Мои бывшие и совсем не любимые одноклассники начали сканировать меня любопытными взглядами. Учитывая, что они ни разу не видели меня в подобном образе, у многих в удивлении начали приподниматься брови.
  - Хех, смотри ка! А у нашей Мальвинки таки есть сиськи! Кто бы мог подумать?!- преувеличенно удивлённым тоном прокомментировал Саратов.
  Я почувствовала себя загнанной в ловушку. Послать бы их и уйти подальше от этого места, но уходить из-под крыши остановки было бы очень опрометчиво, учитывая намечающийся дождь.
  К горлу буквально подкатило чувство тошноты. Платье, которое я сегодня нацепила, начало казаться совсем непотребным, слишком коротким, слишком открытым, слишком провокационным.
  Ещё раз рыкнув, небо внезапно разродилось таким потоком дождя, что все неосознанно сделали шаг назад, скрываясь под крышей остановки.
  - В стороны, салаги! Уээээй!- разнёсся по улице крик.
  Чёрная точка, прыгая по всем лужам, неслась в сторону остановки. Через мгновение размытый потоком дождя силуэт трансформировался в парня, одетого в бесформенные шмотки с кучей ремешков и цепочек, от чего после каждого его прыжка вокруг разносился звук бряцанья железа.
  Его крик заставил всех синхронно повернуть головы в сторону этого ненормального.
  - В жопу!- прокомментировал незнакомец, подскакивая к остановке и видя перед ней оргоменную лужу. Прыгнув в неё обеими ногами, окатив при этом передние ряды зрителей водой, он перепрыгнул на тротуар и оказался перед Нестеровой.- Отойди, иначе обниму!- в серых глазах парня при этом, казалось, чертята просто отплясывают джигу, настолько лукавым был его взгляд.
  Тем ни менее, угроза обнимашек была более чем серьёзной, учитывая, что незнакомец промок насквозь и мог своими объятиями намочить девушку. Вытаращив глаза, от неожиданности она забыла про свою наглую натуру и отшатнулась в сторону. Парнишка тут же воспользовался этим и нырнул вглубь остановки, нагло расталкивая всех локтями. При этом все мои бывшие одноклассники просто таки прожигали парнишку злобными взглядами.
  - Чё ты втычишь на меня, я тебе не баба, чтобы на меня так пялиться!- комментировал он злые взгляды ребят.- Эй, полегче, остынь, вон лужа, если что, чтобы охладиться Ну, и что, что грязная, зато как бодрит!- ткнул он пальцем в сторону Саратова, который уже открыл рот, чтобы наорать на парня.
  Это была последняя капля. Меня просто согнуло от смеха. И все кто меня хоть чуточку знал, никогда бы не сказал что этот смех здоровый. Скорее истеричный.
  - Вот! Вот это я понимаю!- воспылал ничего не понимающий незнакомец.- Хоть один человек с чувством юмора!
  В глазах внезапно всё поплыло. Надетое на меня сегодня платье вдруг начало восприниматься какой-то нелепой тряпкой. Туфли вообще казались чем-то недопустимым, чужеродным. Я опять пыталась притвориться кем-то другим, не собой. И к чему это привело? К одной из абсурднейших ситуаций в моей жизни?
  В какой момент мой истерический ржачь перешёл в рыдания? Я этого даже не заметила. Всё расплывалось, время замедлилось, и мне вдруг стало абсолютно пофиг, что вокруг находятся люди, которым будет в кайф моя слабость.
  Очнулась от того, что меня кто-то прижимает к своей груди. Икнув от неожиданности, встретилась с серыми глазами давешнего парня.
  - Ик,- от неожиданности выдала я.
  После чего услышала самый натуральный ржачь от паренька, что всё это время меня, судя по всему, старался успокоить. По всей видимости, он не привык попадать в подобные ситуации.
  - Блядь, мелкая, с хера ли здесь происходит?- на выдохе простонал он.- Ты мне вот что скажи. Кому бить морду? Уж не этим ли пиндосам, которые тут только что стояли? Повезло им, что убрались отсюда так быстро.
  От неожиданности я вновь подняла свой взгляд на парня, чтобы понять, насколько он серьёзен в своей угрозе. Внимательно всмотревшись в его глаза поняла - не шутит.
  - Ик,- от неожиданности вновь выдала я.
  Улицу вдруг вновь разрезал его смех. Уткнувшись куда-то под мышку этому невозможному человеку, я только сейчас поняла, что дождь закончился, а на остановке никого нет. Это же сколько я в его жилетку плакалась в истерике. Стало как-то не по себе.
  - Блин, какая же ты забавная,- с умилением посмотрел на меня парень.- Но так дальше продолжаться не может,- внезапно прокомментировал он и нырнул рукой в карман своих расхлябаных джинс.- Щас всё будет.
  - Ик,- в очередной раз глубокомысленно прокомментировала я.
  Стало совсем как-то не по себе. Отскочив от него, я уставилась абсолютно диким взглядом на своего спасителя. Странный он, выглядит как абсолютно отпетый неформал. Бесформенные джинсы с кучей ремешков и цепей. Более облегающая футболка, с фотографией группы "Металика". Пирсинг на нижней губе. То есть именно тот типаж, с которым я обычно не общаюсь. Отшатнувшись от него, я поняла, что мои порывы не имеют абсолютно никакого смысла.
  - Куда собралась?- возмутился паренёк, схватил меня за руку и резко дёрнул, заставляя приземлиться на лавочку рядом с ним.
  - Киса, ты сейчас в городе? Не бзди, я знаю что да! Да блин, тут такое! Если ты ещё не там, то резко тули в студию! Что? Твою... Да я ничего такого! Да не заводись ты! Да бля, мне просто тут нужна твоя помощь! Что?!! Да как ты могла такое подумать!!! Знаешь что? Иди... Ээээ, не надо так резко,- лицо парня из шутливого внезапно стало испуганим.- Ну Киса, ну... Понял, буду паинькой. Вот блииин,- внезапно протянул парень, глядя на телефон, словно на ядовитую гадюку. Потом перевёл взгляд на меня, от неожиданности пребывающей в некоторой степени в прострации.- Если ты сейчас не поедешь со мной, будет плохо,- прокомментировал он. Внезапно сорвавшись с лавочки, он потянул меня за руку в сторону стоянки таксистов.
  - Что?- отмерла я.
  - Слушай, не усложняй,- бросил он в мою сторону насмешливый взгляд.- Всё равно тебя уже никто никуда не отпустит.
  - В смысле. Куда ты меня ведешь?- начала немного паниковать я.
  - В студию,- резко кивнул парень.- За очередным глотком непередаваемой и непостижимой женской логики. То есть к Кисе.
  - А ты кто?- внезапно развеселилась я, уже практически не сопротивляясь на пути к таксистам.
  - Я? Можешь звать меня Джем,- во все тридцать два улыбнулся парень.
  Вот так и получилось, что благодаря нестабильности моей покоцанной жизнью психики, я оказалась в такси с совершенно незнакомым мне парнем. И ехали мы с ним непонятно к кому и непонятно куда. Вся соль ситуации начала доходить до меня далеко не сразу. Но как только дошла, мне стало откровенно не по себе.
  "Твою мать. Твою мать. Твою мать"- Безостановочно проносилось в голове, когда за окнами такси мелькали здания родного города.
  Не так я себе представляла первое сентября. Ведь... Новый универ, новая группа, новые люди, это должна была быть совершенно новая веха в моей жизни. Всё должно было быть совсем не так! Да у меня просто слов никаких нет на всю эту ситуацию! Только и остаётся про себя твердить максимально не пошлое:
  "Твою ма-а-а-ать."- судорожно вздохнула я.
  - Эй, мелкая,- окликнул меня Джем.- Что за напряг?
  - Первый курс,- сухо прокомментировала я.
  - О-о-о,- вдруг понимающе покивал парень, но внезапно разулыбался.- Да не парься ты. Это ж первое сентября! Тебе даже прогулы не поставят!
  - Да не в этом дело!- закричала я так, что даже водитель такси слегка дёрнулся.
  - Воу-воу,- показал свою пятерню рук парнишка.- Не нагнетай. Это сейчас кажется важным. А на самом деле ничего такого. Ну, познакомишься ты со всеми не сегодня, но завтра то наверстаешь! И пропуск первого сентября для первого курса никто ставить не будет, уж поверь мне!
  Этот его комментарий меня немного успокоил. Но факт того, что я еду непонятно к кому и куда изрядно напрягал.
  - А...- не успела я рот отрыть для того, чтобы поинтересоваться, куда мы, собственно, едем, как Джем меня опередил.
  - Во-о-он, за теми гаражами. Поверните и мы будем высаживаться!- скомандовал он.
  Не прошло и минуты, как машина затормозила.
  - Слушай, Джем, ну с какого ты со мной возишься?- негодовала я, тем ни менее покорно следуя за парнем. Он, в свою очередь, чтобы я, очевидно, никуда не делась, схватил меня за руку и тянул куда-то вглубь жилого квартала.
  - Расслабься,- широко улыбнулся он.- Живём один раз. И,- хитро прищурился он,- ты мне просто понравилась.
  - Что?- немного удивлённо, немного напугано посмотрела на него я.
  Но не успела я ничего сообразить, как парень затянул меня в подъезд и тут же толкнул дверь справа, которая с лёгкостью распахнулась. Перед моими глазами предстало циклопических размеров помещение. Гладкий паркет, огромное окно на всю стену, широкий диван, барная стойка и раскиданные в хаотическом порядке пуфики.
  - Мы тут снесли все стены, кроме несущих,- внезапно мягко улыбнулся Джем.- Осталась кухня там, туалет и всякое.
  В нос внезапно ударил пряный запах свежеприготовленного кофе. Слева послышался отголосок топанья тонких каблучков. А в следующий миг на кухню впорхнула довольно колоритная девушка. Кожаные штаны, облегающие весьма стройные ножки. Мятая футболка, с инициалами группы, название которой мне ни о чём не говорило. Несколько последовательных пирсингов на правой брови. Чёрные волосы, собранные в небрежный хвостик с несколькими петухами. Продефилировав к барной стойке, она положила на неё кофе и весьма строго уставилась на парня.
  - Ну?- требовательно спросила она.
  - Эм,- закусил губу Джем, чтобы не улыбнуться.- Я тут это, кхм. Её слегка похитил.
  Я от неожиданности закашлялась, а потом не выдержала и весело рассмеялась. Даже не понимая, что с этим смехом из меня выходит всё напряжение и страх, которые копились внутри всё это время. Девушка, по всей видимости Киса, тоже весело фыркнула и разулыбалась. Игриво глянув на парня, девушка констатировала.
  - Дама в беде? Джем, ты такой... Джем.
  
  Её обстоятельства
  
  Когда-то мне жутко нравилась моя внешность. Я всегда больше походила на фарфоровую куколку, тем самым заставляя взрослых громко умиляться и щипать меня за щёчки. Компенсации в виде шоколадных конфет меня более чем устраивали.
  Мама никогда не экономила на одежде для меня. Да и стоило мне умоляюще посмотреть на неё своими огромными, выразительными карамельными глазами, как любой протест на подобную эксплуатацию у неё исчезал. Не то чтобы я перегибала, но да. Я всегда считала себя достаточно капризным ребёнком.
  Жизнь была хороша пока у моих ровесников не начался так называемый пубертат. Начиная класса с восьмого мальчишки внезапно начали вокруг меня так и виться, а девчонки шипеть по углам, кидая на меня весьма злобные взгляды. Я была слишком маленькой и не зрелой, чтобы понять что происходит. Пока одна из моих одноклассниц с подружками в туалете не устроила мне тёмную. Из-за того, что я якобы отбила у неё местного красавчика Лёшу. Я так офонарела от абсурдности всего происходящего, что просто онемела. Хотя, не то чтобы у меня был шанс достойно отбиться. Всё же четверо на одного - это не та пропорция, при которой можно выиграть.
  Дальше было только хуже. Девочки начали меня откровенно травить, а в случае если за меня заступался кто-то из парей, то и ему доставалось. За два года пережив несколько нервных срывов, при этом молча как партизан на все вопросы матери. Переводясь в 10 классе в другую школу, в лицей с химико-биологическим уклоном, я это восприняла как второй шанс.
  Это было глупо, но я решила пойти от обратного. Если мне жить мешает моя внешность, то почему бы мне её слегка не испортить? Не смотря на протесты матери, первого сентября я обрядилась в мешковатую одежду, а на глаза нацепила безвкусные очки с нулевыми линзами.
  Как оказалось, я сделала только хуже. Класс в который я попала состоял из богатеньких деток, которые брезгливо окинули меня взглядом и тут же записали в список аутсайдеров.
  Изменить ситуацию я попробовала лишь раз. Одев свои самые красивые шмотки, я внутренне ужасно мандражируя, потопала в школу. Но так перенервничала, что не уследила за временем и безбожно опоздала на урок. Чтобы переждать неблагоприятный момент, я решила спрятаться в одном из школьных закаулков. Но всё не могло быть так просто, с моим то везением.
  Как оказалось, там же прятались, чтобы покурить, местные быковатые парни. Они меня даже не узнали, но страшно обрадовались, тут же втащив в свою компанию и зажав у стенки. Там же я и отхватила свой первый поцелуй, пропахший запахом пота и табака. Ситуацию спас звонок на перемену, который заставил парней отвлечься и дал мне шанс вырваться и убежать домой.
  Больше я свой стиль не меняла. Друзей тоже искать перестала, перебиваясь общением в интернете и усиленно налегая на учёбу.
  И вот, первый курс, первое сентября. Я вновь решила сбросить с себя опостылевшую маску зачуханного бомжа. И тут такое.
  - Мда,- прокомментировал Джем, посёрбывая ароматный кофе.
  - Люди,- брезгливо констатировала Киса.- Слушай, а ты не думала сменить свой образ кардинально?
  - Это как?- посмотрела я на девушку, грустно улыбнувшись.
  Странно это, изливать душу совершенно левым людям. Но они были такими милыми, такими тёплыми, что я даже не успела взять себя в руки и заткнуть свой словесный понос. Не успела прийти в себя, как выболтала им всё и даже больше.
  - Ну, образ кокетки тебя вечно втягивает в неприятности,- загнула один наманикюреный пальчик Киса.- За образ, как ты говоришь, бомжа я сама тебя придушу. Нефиг такую красоту портить!
  - Да-да,- пафосно покивал Джем. Это было так смешно, что я с Кисой буквально прыснули, а девушка при этом едва не заляпала себя кофе.
  - Смотри,- внезапно подобралась Киса, отставляя кружку от греха подальше на соседний столик.- У меня ещё остались шмотки, которые я в школу таскала. На меня они мелковаты, но тебе, думаю, будут в самый раз.
  - Не-не-не-не-не,- замотала я головой, сжимаясь под изучающим взглядом девушки.
  - А что, это должно быть прикольно!- воодушевился Джем.
  - Ну, ты хотя бы попробуй,- скорчила умилительную рожицу девушка.
  И начался форменный ад. Ремни, цепочки, тяжелая кожаная обувь, мешковатые штаны цвета хаки.
  - А если сделать два высоких хвостика, будешь ну просто маленьким миленьким чертёнком,- пищала от восторга Киса, стягивая резинкой мои кудрявые волосы.
  На себя я и близко не была похожа. Слишком дико, слишком брутально, слишком ярко.
  - Так, всё, хватит!- не выдержала я.- Это мне совершенно не подходит.
  - Ну не скажи,- задумчиво протянул Джем, окидывая меня оценивающим взглядом.
  - А по-моему миленько,- широко улыбнулась девушка и дёрнула меня за один из хвостиков.
  - Ну не могу я так,- взмолилась я.- Поймите! Я уже притворялась тем, кем не являюсь. Этот образ не подходит моему характеру! Я не смогу ему соответствовать!
  - Ладно-ладно, не кипишуй!- тут же взяла самоотвод Киса.- Но ребя-я-ят,- как-то по-особому, с хитринкой, улыбнулась девушка.- Первое сентября на дворе. Надо отпраздновать, вам так не кажется?- спросила девушка и широко улыбнулась.
  
  Эхо
  
  Это было громко, ярко, весело. Я никогда так круто не отдыхала. Мы носились по всему городу, ребята то и дело кого-то вызванивали. Компания становилась всё больше и больше, абсурдных ситуаций хватало с избытком. Взять хотя бы момент, когда к нам присоединился Дэн, пухлощёкий блондин с задорной улыбкой. Он выскочил к нам из аллеи соседнего парка, в обнимку с охапкой шампуров. В следующий миг он начал раздавать всем шашлыки с видом Деда Мороза. Или тот момент, когда мы обосновались за столиком в парке, мурлыкая песни под гитару. Расслабленное состояние с нас вмиг слетело, когда мы увидели миниатюрную девушку, которая пыхтела, кряхтела, но продолжала тянуть в нашу сторону охапку барабанов. Ей тут же помогли, барабаны разобрали, а мне вручили шейкер.
  С умным видом я всё это время пыталась сделать вид, что подыгрываю. Подпевала песни В.Цоя и чувствовала себя абсолютно, до одури счастливой.
  - Может тебя под самый дом подбросить?- спрашивал Джем, когда я уже собиралась выбраться из такси.
  - Не надо,- смущённо улыбалась я. Я и так себя ощущала слишком многим ему обязанной.- Мне тут всего пару шагов до дома осталось.
  - Ты смотри, нам же не сложно,- попытался переубедить меня парень.
  На что я отрицательно мотнула головой, продолжая улыбаться.
  - Придёшь домой, хоть эсемеску кинь, Беда,- насмешливо фыркнул Джем.
  - Сам ты Беда!- возмутилась я.
  - Да-да,- насмешливо покивав, он закрыл дверь такси, машина рыкнула и вскоре скрылась за поворотом.
  Нырнув в переулки частных кварталов, я продолжала глупо улыбаться, прокручивая в памяти все события сегодняшнего дня, но...
  Я редко когда возвращалась домой так поздно. Друзей у меня не было, чтобы гулять с ними до полуночи. Погрузившись в учёбу, я стала редкой домоседкой. Это обстоятельство напрочь вышибло из меня осознание того, что переулки в частных кварталах в нашем городе освещаются откровенно плохо.
  Молодая луна практически не давала света. Тишина стояла такая, что эхо моих шагов разносилось на всю округу. Шалил ветер, играя с листьями кустов и деревьев. Все эти шорохи в ночной мгле внезапно показались мне очень зловещими. Сглотнув внезапно образовавшийся в горле комок, я судорожно вздохнула. А когда эхо моих шагов начало двоиться, сердце от внезапно накатившего страха пропустило один удар.
  - Что за паника, пугливая я идиотка!- одёрнула себя я.
  Но от этого легче не стало. Эхо шагов приближалось, становилось всё громче. Неосознанно, но я ускорила шаг.
  И каков был мой ужас, когда я поняла, что незнакомец ускорил шаг тоже.
  Одёрнув юбку, я судорожно вдохнула воздух. Ощущая себя ужасно мнительной, я вновь ускорила шаг, больше для того, чтобы проверить реакцию незнакомца.
  Каков был мой ужас, когда я поняла, что он ускорился тоже.
  Сердце заполошно забилось в груди. Глаза в панике забегали, осматривая полумрак улицы. Было так страшно, что я неосознанно свернула не в тот поворот.
  Незнакомец свернул за мной тоже.
  Срываясь едва ли не на бег, я поспешила оторваться от этого маньяка. Стараясь не оглядываться, я нервно мяла похолодевшими пальцами свою сумочку, хватаясь за неё словно за спасательный круг. А в следующий миг чуть не задохнулась от ужаса, ведь поняла, что впереди улица-то заканчивалась. Я угодила в тупик!
  Шаги незнакомца всё приближались. Паника продолжала накатывать на меня неукротимой волной цунами. Дёрнувшись то в одну, то в другую сторону, я подлетела к первой попавшейся калитке, решив сделать вид, что пришла к себе домой. Замерла, делая вид, что протягиваю руки к замку.
  Шаги незнакомца приблизились вплотную. Над головой внезапной нависла его тень.
  - Я буду кричать!- пискнула я.
  Внезапно над улицей разнёсся глубокий мужской смех с лёгкой хрипотцой.
  - Вообще-то,- проронил насмешливо незнакомец.- Я здесь живу.
  Разлепив зажмуренные от ужаса глаза, я уставилась на него. Словно в полусне запрокинула голову, чтобы посмотреть в лицо незнакомца, внушительный силуэт которого продолжал нависать надо мною, словно скала. А он стоял, засунув руки в карманы джинс, с нескрываемым интересом всматриваясь в моё лицо. На тонких губах застыла лёгкая полуулыбка.
  - Ик,- внезапно, но очень ёмко, прокомментировала происходящее я. На что незнакомец запрокинул голову и вновь разразился своим завораживающим смехом.
  Внезапно зазвонил телефон. Пребывая в полутрансе, я медленно достала его и, не отводя взгляда от незнакомца, нажала кнопку вызова.
  - Д-да?- спросила я.
  - Беда, ну что ты так долго?- проорал в трубку Джем.- Ты там как, добралась?
  - Беда?- задумчиво хмыкнул незнакомец.- А что, подходяще.
  Внезапно он протянул руку и вырвал у меня из пальцев телефон.
  - Ну, привет засранец,- проговорил он в трубку, взъерошив рукой свои тёмные волосы. В голосе незнакомца слышалась насмешка, но в тоже время некоторая злость.- Чего девушку то не провёл домой, ммм?
  От подобной наглости я выпучила на него глаза и буквально онемела.
  - Да-да, маньяк я, кто же ещё?- многозначительно покивал он.- Ну что ж, пойду выполнять твои функции. А то ещё заблудиться опять.
  С этими словами он нажал кнопку отбоя и всунул мне телефон обратно в руки.
  - Ну что ж, пошли, провожу тебя до дома? Хм, девочка Беда.
  С этими словами мужчина шагнул в сторону улицы. Продолжая воспринимать происходящее, как какой-то весьма затянувшийся бредовый сон, я посеменила за ним.
  - Это хоть твой переулок?- полуобернулся мужчина, вскинув правую бровь.- Хотя нет, вряд ли. Раньше я тебя здесь не видел.
  - А?- язык всё так же отказывался мне подчиняться, поэтому получилось выдавить из себя лишь такой недовопрос.
  - Веди уж, соседка,- насмешливо произнёс он.
  Несмело кивнув и стыдливо опустив голову, я посеменила к выходу из переулка, слыша позади себя его гулкие шаги.
  Промахнулась я на два переулка. Как же это глупо со стороны должно быть выглядело. Свернув в нужный поворот, я уже более смело зашагала в сторону своего дома.
  - И часто ты так поздно одна домой возвращаешься, ммм?- внезапно спросил мужчина, что вышагивал всё это время рядом со мной.
  - Нет,- мотнула я головой, почему-то вжимая голову в плечи.
  Он скосил в мою сторону удивлённый взгляд. Похоже, моя реакция была для него непонятна.
  Слава Богу, объяснять мне ничего не пришлось. Мы уже подошли к моему дому. Затормозив недалеко от калитки, я указала на неё пальцем.
  - Тут,- сглотнула внезапно образовавшийся комок напряжения в горле.- Живу,- добавила, опустив взгляд.- Спасибо.
  - Ну что ж соседка,- с лёгким вздохом, промолвил мужчина и внезапно склонился к моему лицу. От неожиданности, мои глаза широко распахнулись. А он внезапно легко щёлкнул по моему носу указательным пальцем и широко улыбнулся.- Не теряйся.
  С этими словами мужчина резко развернулся и широкими шагами последовал к выходу из переулка. А я всё стояла, растерянно глядя ему вслед, пока его внушительный силуэт не скрылся за поворотом.
  
  Наваждение
  
  Он ещё долго не мог прийти в себя. Благо, за те шесть остановок, которые осталось проехать до университета, мужчина сумел хоть немного успокоиться. Но возбуждение не спешило никуда уходить. Нос всё ещё щекотал отголосок невероятно притягательного запаха. Её запаха. Руки ещё помнили, как обнимали тонкий стан незнакомки. Тело помнило её тепло, которым она поделилась с ним в этот исчезающе малый миг их близости.
  Ввалившись в здание университета, мужчина тут же последовал в сторону туалета. А потом долго стоял перед умывальником, умывая лицо холодно водой и с невероятным удивлением отмечая, насколько лихорадочно и возбуждённо продолжают сверкать его глаза.
  Это ненормально. Он уже давным-давно вышел из подросткового возраста, чтобы возбуждаться по поводу и без. К тому же секс всегда был для Игоря способом разрядки, одним из наилучших методов снять повседневный стресс. Даже в минуты интимной близости мужчина по большей части не терял над собой контроль.
  И тут такое.
  Теперь он даже не знал, хочет ли увидеть эту странную незнакомку вновь. Его реакция на неё мужчину немного пугала.
  Окончательно придя в себя, Игорь последовал в сторону кафедры анатомии. Там уже вовсю стоял шум и гам. Повсюду сновали студенты, которые, завидев его, уважительно здоровались с преподавателем.
  Ввалившись в лаборантскую, мужчина поймал на себе множество встревоженных взглядов. Поморщился, осознав, что привыкшие видеть его всемерное спокойствие и уверенность, коллеги были безмерно удивлены поведением мужчины.
  - Здравствуй Красницкий,- кивнул ему полноватый мужчина с лёгкой проседью у висков.- Ты не забыл, что сегодня на второй паре читаешь лекцию первому курсу?
  - Такое забудешь,- криво улыбнулся Игорь, после чего нашел взглядом худощавого рыжеволосого мужчину,- Привет Степан. Можно тебя на минутку?
  - Конечно,- небрежно пожал тот плечами.
  Прозвенел звонок, поэтому, когда преподаватели выскользнули в коридор, там было уже пустынно. Каждый их шаг стал отдаваться гулким эком.
  - У тебя сейчас пара есть?- вопросительно приподнял бровь Игорь.
  - Нет,- качнул головой Стёпа.- Я так понимаю, расписание ты ещё не видел.
  - В точку,- хмыкнул мужчина.
  - И ты хочешь узнать подробности от меня,- продолжил мысль тот.
  - Ну, не у заведующего кафедрой же мне спрашивать подобные вещи?
  - Язва ты,- иронично посмотрел на него коллега.- Опять поцапался с руководством, а мне теперь твои проблемы разгребать. Иногда я начинаю чувствовать себя твоим секретарём.
  - Ну,- лукаво улыбнулся Игорь.- Кто-то же должен хоть иногда ставить на место этого заносчивого мудака. К тому же, за мной будет должок.
  - Угу, вот и присмотришь за моим племяшом,- хитро прищурился Степан.- Он как раз перешел на пятый курс, а в твоей больнице находиться сразу три кафедры.
  Мужчина только закатил глаза, после чего тяжко вздохнул. Но тут уж ничего не поделаешь. С приятелем так или иначе отношения портить было нельзя. Он был чуть ли не единственным человеком на кафедре, с которым ему было приятно общаться.
  - Окей. Так какие группы мне подсунул заведующий на этот раз?
  - Две группы. Первый поток.
  - Звучит неплохо.
  За время разговора они успели пройти все хитросплетения коридоров и выйти в центральный холл. Не сговариваясь, они присели на ближайшую лавочку.
  - Над одной группой явно постебалась приёмная комиссия,- весело хмыкнул Степан.- Мы весь день угорали. Фамилии как на подбор. Борщ, Буряк, Сметана, Костюк, Зелень.
  - Ну, просто полный суповой набор,- тихо засмеялся Игорь.
  - Вот-вот,- фыркнул приятель, улыбнувшись краешком губ.- По проходным баллам середнячки, но время покажет. Но вот вторая группа, которая тебе досталась. Она обещает быть достаточно сильной. Пятеро контрактников, но проходные баллы получили такие, что если бы подавали документы на бесплатное отделение, непременно бы поступили. Шестеро бюджетников тоже нехилые баллы набрали.
  - Звучит интересно,- хищно улыбнулся мужчина.
  В этот момент прозвенел звонок на перерыв. Послышался возбуждённый гул голосов. Двери центральной лекционной залы, вход в которую находился в холе, громко распахнулись и оттуда хлынул поток взбудораженных первокурсников.
  Раскланявшись с коллегой, Игорь проскользнул в помещение. Окинул взглядом просторный зал, немного похожий на амфитеатр. Стройные ряды столов и лавочек, между которыми сновали первокурсники, стремясь как можно быстрее между собой перезнакомиться.
  Внизу, за кафедрой всё ещё стоял предыдущий лектор, собирая со стола бумажки. Поздоровавшись с ним кивком головы, Игорь Станиславович окинул добродушным взглядом первокурсников.
  Каммеников никогда его не поймёт, просто потому что не до конца понимает его мотивы. В этой жизни итак слишком много грязи. Первокурсники были его отдушиной. Взрослые дети, которые в большинстве своём всё ещё продолжают смотреть на мир широко распахнутыми, наивными глазами. Взрослые дети с которыми, тем ни менее, уже можно потихоньку общаться более менее на равных.
  Ведь уже ко второму курсу они обуздают свою неуёмную энергию, станут более степенными, более закалёнными и циничными.
  Ему было просто даже приятно за ними наблюдать.
  Прозвонил звонок на пару. Игорь уже хотел шагнуть к кафедре, чтобы начать лекцию. Но тут в аудиторию буквально ворвался декан первого факультета. Злой он был как чёрт. Лицо красное, глаза горят. Даже руки немного подрагивают. Судорожно поправляя на ходу галстук, он подскочил к кафедре и буквально прорычал в микрофон.
  - А ну тихо!
  Под его сканирующим взглядом, которым декан обвёл всю аудиторию, гомон начал потихоньку затихать. Некоторые студенты даже неосознанно вжимали голову в плечи.
  - Вы что устроили?- буквально выплюнул мужчина.- Думаете это шутки? Прекратите выходить в халатах на соседний рынок. Вас путают с мясниками!
  Не удержавшись, Игорь закашлялся, стараясь подавить свой смех. Прикрылся рукой, чтобы скрыть свою улыбку. Настроение его поползло в гору. И Каммеников хочет, чтобы он сменил кафедру? Да где он ещё такой цирк увидит?
  День шел своим чередом. Он благополучно отчитал лекцию. Проверил как идут дела в больнице, то и дело вступая в пикировки с Каммениковым. И когда коллеге надоест этот бесконечный спор?
  Очнулся его пациент, окончательно убеждая врача, что операция прошла более чем успешно. Игорь даже успел немного поцапался заведующим отделения, корректируя график ночных дежурств.
  Всё как обычно.
  Если бы не одно но. Стоило ему остаться наедине со своими мыслями, как память его возвращалась в сегодняшнее утро. Память будоражил столь запомнившийся ему запах. Неудовлетворённое желание то и дело норовило попробовать на прочность скрепы его самоконтроля.
  Это уже было не смешно. С подобной ситуацией надо было что-то делать. И мужчина знал только два способа борьбы с подобными ситуациями. Первый был не доступен по причине отсутствия у него на данный момент постоянной любовницы. А вот второй можно было попробовать реализовать уже сегодня.
  Вот так он и оказался в спортивном центре. Знакомая девушка на рецепшене, завидев его, удивлённо приподняла брови. Ну да, он обычно приходил сюда совершенно в другие дни и в другое время.
  Тем ни менее, он таки попал в качалку. Знакомый тренер, до этого сидевший на стульчике, тут же привстал, в удивлении приподнимая брови.
  - Что-то ты поздновато сегодня,- добродушно улыбнулся парень, вразвалочку подойдя к Игорю.
  - Надо спустить пар,- якобы небрежно пожал плечами мужчина, но тренер оказался гораздо более проницательным.
  - О-о-о,- понимающе кивнул тот, прищурив свои зелёные глаза. А после внезапно хитро усмехнулся.- Кстати. Сегодня руководство рано разошлось. Первое сентября, всё такое.
  - И?- удивлённо приподнял брови мужчина.
  - У Анжелики сегодня тоже занятия,- заговорщицки подмигнул парень.- Ей будет интересно узнать, что ты сегодня тут.
  На секунду Игорь даже растерялся, а после удивлённо хмыкнул.
  Лика была жгучей брюнеткой, немного смахивающей на цыганку, с потрясающей фигурой. Эта бестия работала с женскими группами, но всякий раз, когда видела его, бросала на мужчину настолько многообещающие, просто таки прожигающие взгляды, что трактовать их как-то двояко просто физически не выходило. Ещё вчера бы он отказался. Но сегодня...
  Собственно, а почему бы и нет?
  - Ну, намекни,- улыбнулся Игорь, и молодой тренер расплылся в самодовольной улыбке, ещё раз подмигнул ему и с тихим смехом удалился вглубь зала.
  Он-то думал, что они с Анжеликой поедут к нему домой. Но нетерпеливая бестия рассудила иначе. Когда после плодотворной тренировки дверь в душевую кабинку, в которой он мылся, открылась, мужчина растерялся всего на миг. А после. После, как всегда, он постарался взять от этой жизни всё.
  Всё же праздник. Надо же себя побаловать сладким?
  Именно поэтому Игорь ехал домой, пребывая в самом благодушном настроении. Чтобы не портить себе настроение, он вызвал такси и ехал домой развалившись на заднем сидении машины. По телу разливалась приятная нега. На губах блуждала довольная улыбка.
  Но вся его расслабленность вмиг сменилась чуть ли не охотничьей стойкой, как только он вышел из такси. Ведь вдалеке он увидел силуэт, который до боли напоминал ему фигурку давешней незнакомки.
  Утренние сомнения тут же исчезли из головы. В этот миг он понял, что просто обязан её догнать. Хотя бы для того, чтобы понять, что сегодня утром было? Наваждение это, мимолётная слабость? А может ни то и ни другое, и он найдёт для себя в ней нечто особенное?
  Ведь он не привык бояться и в чём-то себе отказывать.
  
  Повторение пройденного... с осложнениями
  
  Словно завороженная, я наблюдала как из-за поворота вновь вываливается так ярко мне запомнившийся давешний автодедушка. И забить бы на всё, подождать следующий автобус. Но опоздать ещё и на второй учебный день я не могла себе позволить. Обречённо вздохнув, я позволила людскому потоку внести меня внутрь автобуса.
  Душно, потно, в такие моменты начинаешь мечтать о собственной машине. Я даже не заметила, когда толпа вновь унесла меня в самый конец автобуса, а моя спина вновь оказалась прижата к каменной груди человека скалы. Только в этот раз он повёл себя не в пример наглее, сразу обняв меня за талию.
  - Что?- возмущённо пискнула я, поворачивая голову, чтобы посмотреть в его бесстыжие глаза. Но куда там! Не с моим ростом. В итоге вместо глаз я могла видеть только чёрную футболку с зелёным, весьма характерным листочком, плотно облегающую широкую грудь. В таком положении находиться было неудобно и я вынужденно повернула голову обратно. Набрала в грудь воздуха, чтобы возмутить, но подавилась воздухом, когда незнакомец склонился над моим ухом.
  - Опять ты,- прошептал он, обжигая мою шею горячим дыханием.
  Не успела я возмутиться, как автобус тронулся с места. Толпа качнулась, ещё плотнее впечатывая меня в незнакомца. Я начала ёрзать, пытаясь отодвинуться от него, высвободиться из его хватки.
  - Стой. Смирно,- раздельно, буквально прорычал мне на ухо мужчина. К своему ужасу я вновь почувствовала его возбуждение. И как назло, именно в этот момент наступила та самая, будь она не ладна, череда лежачих полицейских.
  На втором прыжке автобуса, рука незнакомца сжалась на моей талии в кулак. На четвёртом он рвано выдохнул мне куда-то в шею и неосознанно прижался ко мне посильнее свидетельством своего возбуждения.
  Когда автобус более-менее устаканил свой ход, я стояла вся красная, а мужчина тяжело дышал куда-то мне в шею.
  - И почему я один должен мучиться, а Малышка?- внезапно хрипло прошептал он мне на ухо. А в следующий миг мою шею буквально обожгло от его поцелуя.
  - Что?- возмущённо выдохнула я, пытаясь вновь отодвинуться. Но этому помешала его рука, продолжая прижимать меня к его телу.
  Поцелуй повторился, приближаясь к уху, в то время как рука начала по-хозяйски поглаживать мой живот. Собираясь вновь возмутиться, я буквально задохнулась от шока, когда мужчина слегка прикусил мочку уха. Волна мурашек промаршировала по спине, по телу прокатилась дрожь.
  - Сладкая,- прошептал он, глубоко вдыхая мой запах. Рука его нырнула под мою футболку, палец начал выписывать круги на оголённой коже.
  - Не надо,- прошептала я. Сердце заполошно стучало уже где-то в ушах.
  Но он то ли не услышал, то ли не послушал, то ли его с мысли сбил очередной скачок автобуса, который заставил меня вновь проехаться задом по его... кхм... ага, тому самому.
  Выцеловывая мою шею, иногда проводя по ней языком, второй рукой он добрался до кромки лифчика, легко проводя по его краю. Вторая рука внезапно легла на мою задницу, и...
  ЭТО БЫЛА ПОСЛЕДНЯЯ КАПЛЯ!
  Вновь пробудив в себе внутреннюю силу Халка, я рванула из его объятий. Желая обернуться, сама не понимая зачем, то ли посмотреть в его бесстыжие глаза, то ли чтобы влепить смачную пощёчину, я начала поворачивать голову.
  Но вдруг автобус качнуло, дверки раскрылись на следующей остановке, толпа забурлила, проталкиваясь наружу, и меня буквально вынесло на улицу.
  К своему удивлению, я не была напугана. Я не была смущена. Не-е-ет, я была зла до чёрный точек в глазах!
  Дрожащими руками я выудила из сумки телефон и нажала кнопку вызова.
  - О, мелочь! Привет!- послышался весёлый голос Кисы на той стороне.- Случилось что? Джем мне рассказывал, как...
  - Твоё вчерашнее предложение всё ещё в силе?- буквальна прорычала я в трубку.
  - Какое предложение?- растерянно выдохнула в трубку девушка.
  - Шмотки,- односложно выдохнула я.
  - Оу,- протянула Киса.- Жду,- и положила трубку.
  Не знаю, что на меня в тот момент нашло. Почему мной в тот момент владел не страх, или даже чувство стыда и растерянности. Может просто страх того, что моё второе сентября может пройти настолько же психоделически, как и первое, сумел сорвать с меня все ограничители.
  Тем ни менее, как бы это ни было странно, но нацепив на себя шмотки отпетого неформала, я почувствовала себя как-то совершенно по-особому. В душе поднялась какая-то абсолютно бесшабашная смелость. Я уже не боялась опоздать на пару. Не боялась не поладить с группой. А ведь страх не найти общий язык с новым коллективом вчера заполонил буквально все мои мысли. Ведь до этого мне с моими классами в обеих школах абсолютно не везло.
  Шло начало второй пары, а я продолжала плутать по коридорам универа, громко топая грубыми подошвами тяжелых ботинок, бренча многочисленными цепочками на одежде. Наконец, злополучная кафедра анатомии была найдена. Местонахождение моей группы было расшифровано. Офигевая от своей наглости, я чуть ли не с ноги открыла двери кабинета.
  - Здравствуйте, можно войти?- звонко спросила я.
  Десять пар глаз уставились на такую несуразную меня. Этот дикий наряд совместно с белым халатом смотрелся на мне ещё более нелепо. Но в следующий миг из моей груди буквально вышибло воздух, ведь я наткнулась на чёрные омуты глаз давешнего незнакомца, который чинно восседал на месте преподавателя.
  - Беда-а-а,- задумчиво протянул он, окидывая меня сканирующим взглядом.
  
  Срыв
  
  Он скользнул за ней словно хищник, преследующий свою добычу. Было довольно темно и, на удивление, тихо. Даже дворовые собаки не подавали голос. Он до боли в глазах вглядывался в её хрупкую фигурку, утопающую в тенях ночной улицы. Он силился понять, она это или не она?
  Но вела себя незнакомка довольно странно. Сначала скукожилась вся, поведя плечами. Дернулась обернуться, но видно на это действие ей не хватило духу. А потом начала всё сильнее ускорять свой шаг. Чтобы не потерять её из виду, а ещё лучше, чтобы поскорее догнать, он ускорился, стремясь вслед за своей добычей. В какой-то миг она дернулась и начала судорожно вертеть головой.
  Да она боится!
  Осознание этого заставило мужчину нахмуриться. Ситуация перестала быть волнительно-пьянящей. В душе проснулся лёгкий червячок недовольства. Неужели у неё нет никого, кто смог бы её проводить в столь поздний час?
  Но все его мысли буквально вымыло из головы, когда незнакомка свернула. Свернула в его переулок. Неужто они соседи? Да нет, он бы тогда заметил её давным-давно. Что-то здесь определённо не так.
  Ускорив свой шаг, Игорь тоже свернул, буквально впиваясь взглядом в силуэт девушки, который дёрнулся то в одну, то в другую сторону. А после незнакомка рванула в сторону его дома и зачем-то потянулась рукой к калитке.
  Ощущая, как всё продолжает нарастать в его душе чувство острого недоумения, мужчина слегка замедлился, после чего степенно подошел к незнакомке, окидывая её вопросительным взглядом. А та вся сжалась, всё ещё продолжая стоять спиной к нему. Но после внезапно резко обернулась и вскинула на него свой взгляд.
  - Я буду кричать!- испуганно пискнула она.
  Только тогда до мужчины начала доходить вся абсурдность ситуации. Все причины её метаний, её растерянности и страха. О Боже, да его приняли за маньяка!
  Это было настолько абсурдно, настолько дико и невозможно, что Игорь помимо воли рассмеялся, на какой-то миг абсолютно перестав контролировать свои эмоции. Но вскоре постарался взять себя в руки и жадно всмотрелся в её лицо.
  Красивая. Тонкие черты лица. Фарфоровая кожа. Почему-то казалось, что если к ней притронуться, она будет удивительно мягкой. Но больше всего завораживали глаза. Невероятно большие, выразительные. Сейчас ещё и широко распахнутые от пережитого шока.
  - Вообще-то, я здесь живу,- криво улыбнулся мужчина.
  - Ик,- выдало это невозможное создание.
  Это было настолько нелепо, но настолько мило, что мужчина вновь утратил контроль за своими эмоциями и вновь помимо воли рассмеяться. Игорь ещё никогда себя не чувствовал настолько странно. Они с ней виделись всего два раза, а незнакомка уже успела изрядно потоптаться по его выдержке и мироощущению. Но, надо признать, он никогда в жизни не смеялся настолько искренне. Не чувствовал себя настолько бесшабашно весёлым.
  Он думал, когда встретит эту нимфу вновь, его опять обожжёт та неумолимая, всепоглощающая страсть, что настигла мужчину сегодня утром в автобусе. Но в очередной раз его шаблоны рухнули. Малышка в этот миг смотрелась настолько умильно и хрупко, что вызывала лишь одно желание - оберегать.
  Из мыслей его вырвал звук телефонного звонка. Незнакомка медленно потянулась за телефоном, подняла трубку.
  - Беда, ну где ты так долго?- послышался громкий крик.
  Ага, вот и защитничек нарисовался. В душе внезапно всколыхнулась злость. И мужчина даже не понял, это злость на одного критина, который не соизволил проводить девушку домой. Или же это его внутренний хищник ревниво приподнял голову. Хотя, какое это имело значение? Ведь этот говнюк посмел оставить эту невозможную Малышку одну.
  Наверное, именно поэтому наружу полез его внутренний Деспот, который заставил Игоря отобрать телефон и отчитать этого засранца. А отголосок собственнических чувств, напополам с благородством, заставил его напроситься в провожатые.
  Но, похоже, эта ситуация её изрядно напугала. Девушка хоть и согласилась с его новой ролью, хоть и безропотно пошла рядом с ним, но лица от земли не поднимала и выглядела довольно зажато. И причин этого мужчина не мог толком понять. Неужели он выглядит настолько угрожающе? Попытка задавать вопросы ничего не прояснила. Незнакомка оставалась всё такой же немногословной.
  Но вскоре они повернули в другой, более освещённый переулок и до Игоря начали доходить причины происходящего. Девушка была очень молода. Едва ли закончила школу. В лучшем случае, с тех пор прошел год или два. Но не больше.
  Он едва ли не застонал от огорчения. Ну и как он должен теперь её воспринимать? Она же совсем Малышка. Совсем ещё юная и неопытная. Такая забавная. Как он сможет подкатывать к этому чуду, при этом не чувствуя себя треклятым педофилом?
  В момент, когда они остановились возле её дома, Игорь для себя уже всё решил. Выслушав её сбивчивую благодарность, он про себя вздохнул и грустно улыбнулся. Стряхнул со своей души утреннее наваждение, щелкнул её по носу, как непослушного ребёнка. Последний раз взглянул в потрясающей красоты, выразительные глаза и зашагал прочь, отпуская сегодняшнюю глупую и совершенно неуместную ситуацию.
  Но, как оказалось, зря он расслабился.
  День начинался весьма неплохо. Позвонил его старый знакомый, по язвил, поплевался ядом, но всё же пообещал сегодня вечером подогнать его железного коня к его же дому.
  Мда, надо будет провести ревизию домашнего бара. В таких ситуациях без подобной благодарности никак не обойтись.
  Приподнятое настроение мужчины резко улетучилось сразу после того, как он подошел к остановке автобуса. Во-первых, он заприметил в толпе давешнюю незнакомку и убедился в своих вчерашних выводах. Девчонка едва ли перешагнула порог совершеннолетия. Безразлично пожав на этот вывод плечами, ведь вчера насчёт неё уже всё для себя решил, Игорь отвернулся. Но в следующий миг его настроение начало стремительно портиться, ведь из-за угла вновь выкатывало вчерашнее страшилище.
  Какого чёрта это чудовище автопарк ещё не списал на помойку?
  Но деваться было некуда. Заскрипев в раздражении зубами, мужчина скользнул на заднюю площадку автобуса и пристроился ровно на то же место, где ехал вчера. А когда людской поток вынес к нему давешнюю незнакомку, вновь прижав её к нему спиной, настроение мужчины скакнуло в глубокий минус.
  - Опять ты,- выдохнул он ей на ухо, обняв за талию, чтобы не упала.
  В нос вновь ударил совершенно потрясающий аромат. Её аромат.
  Пожалуй, если бы он вчера не сбросил напряжение, ему пришлось бы ох как непросто. Но даже так эта невозможная Малышка действовала на мужчину совершенно особо. А когда девушка вдруг начала возмущённо ёрзать, в попытке отстраниться, его выдержка дала первую трещину.
  - Стой. Смирно,- буквально прорычал мужчина, всё пытаясь обуздать свои низменные инстинкты.
  А это было не просто. Запах её пьянил как хороший алкоголь. Ощущение от тепла её тела заставляло появляться в сознании совершенно неуместные мысли. В паху вновь начало со страшной скоростью теплеть.
  Да что, чёрт возьми, такое с ним происходит?! С каких это пор он перестал себя контролировать? С каких пор перестал следовать своим же собственным решениям?
  Постаравшись восстановить свой собственный самоконтроль, Игорь совершенно упустил из виду череду этих чёртовых лежачих полицейских. Автобус потерял устойчивость, граница между ним и Малышкой стала ещё более эфемерной и размытой. Возбуждение вновь скачкообразно возросло, начиная туманить сознание, становясь болезненно острым.
  Но какой-то остаток воли у него остался, совершенно незначительный. Хотя, этого осколка самоконтроля едва хватило лишь на то, чтобы зафиксировать испуг незнакомки, которая в его руках просто таки закаменела. И это почему-то вызвало злость.
  - Почему я один должен мучиться, а Малышка?- хрипло прошептал ей на ухо мужчина.
  Она его отвергала. И пускай это было чисто на физиологическом уровне, но все инстинкты в нём буквально взбесились. В мозгах произошло какое-то странное короткое замыкание, ему хотелось, чтобы она чувствовала то же, что и он. Чтобы тоже возжелала его столь неистово, до помутнения рассудка сильно.
  - Сладкая,- склонился он к её шее, вдыхая этот неповторимый аромат.
  Совершенно перестав воспринимать окружающее, он прикоснулся губами к её шее. О да, он правильно вчера определил. Кожа незнакомки была мягкой и нежной. Под его губами забилась кровеносная жилка, которую он тут же лизнул, просто упиваясь этим моментом.
  Хотелось слиться с ней. Не отпускать. Руки автоматически прижали девушку к себе посильнее. Окружающее пространство поплыло. Автобус, толпа, весь мир перестал существовать.
  Но этого было мало. Совершенно, до невозможности мало. Рука мужчины нырнула под её футболку, прикоснувшись к шелковой коже живота, выписывая на ней невидимые узоры. Губы его перебрались к розовому, аккуратному ушку в поисках её чувствительных местечек.
  В паху уже всё пульсировало, мысли туманились. Сердце мощно билось о грудную клетку. Как же он её в тот миг хотел! Его маленькое, хрупкое, невероятно нежное наваждение.
  Рука мужчины соскользнула с тонкого стана девушки, поползла по фигуре вниз и легла на округлую попку.
  И всё прекратилось.
  Так же, как и вчера, она разорвала их объятия. Так же как и вчера, она оставила его одного. Возбуждённого, дезориентированного, со спутанными мыслями.
  Только в этот раз всё было ещё хуже.
  Ведь как только он собрал затуманенные страстью мысли в кучу, стало просто невероятно гадко на душе. Ведь он, помимо воли, сам, нарушил принятое самим собой же решение. Наплевав на свои же собственные вчерашние доводы, на следующий же день он вновь сорвался, при этом зайдя слишком далеко.
  Возбуждение его на этот раз было ещё более острым, чем вчера, что абсолютно не добавляло спокойствия. А воспоминание о вкусе её кожи, о прикосновениях, о бьющейся под его губами тоненькой жилке, не давали мужчине толком успокоиться.
  Пока он ехал эти чёртовы шесть остановок до университета, самоконтроль так толком и не восстановился. Напряжение в паху не ослабевало. Ему даже было больно идти.
  Хорошо хоть Игорь привык приходить в университет заранее. Хотя, времени, чтобы привести себя в порядок, было слишком мало для подобной ситуации.
  Если бы он был в больнице, мужчина мог бы принять холодный душ. Но на кафедре такой возможности не было. Чертыхаясь и про себя матерясь, он закрылся в служебном туалете кафедры и вышел оттуда только со звуком звонка.
  Как хорошо, что сегодня ему вернут его железного коня. Ему больше не придётся ехать в этом чёртовом автобусе. Он больше не попадёт в столь провокационную ситуацию.
  Ему очень не понравилось терять контроль над собой. К чёрту! Менять решения он не привык. Он больше и близко не подойдёт к этой чертовке. Главное, чтобы она его не узнала, если они пересекутся с ней на улице. Всё же почти соседи.
  На паре он уже более менее пришел в себя. Знакомясь со своей новой группой, он вернул себе более ровное, более благодушное настроение.
  Но всё полетело в пекло, стоило двери в аудиторию резко распахнуться. Сердце ёкнуло. Выдержка его опять дала трещину.
  Ведь на пороге в кабинет стояла она. Раскрасневшаяся, с лихорадочно блестящими глазами, которые в этот раз смотрели на мир с неким вызовом. Где-то успевшая переодеться в совершенно невообразимые шмотки.
  - Беда-а-а,- совершенно неосознанно протянул мужчина.
  Похоже, его неприятности только начинаются
  
  Кочки, лужи, колёса
  
  - И это преподаватель?- крутилось у меня в голове.
  Уже шла десятая минута пары, а я всё никак не могла прийти в себя. Чёрные, в разлёт, брови. Правильные черты лица. Ямочка на подбородке, делающая его черты более мужественными. Выразительные, чёрные глаза. Небрежно взлохмаченные каштановые волосы.
  Да его можно было принять за студента!!!
  Да и вёл он себя...
  Нет, Игорь Станиславович, как он просил себя называть, объяснял материал. И, надо признать, объяснял толково. Но стоило ему увидеть, что глаза у студентов начинают стекленеть, а внимание рассеивается, как он тут же начинал травить байки.
  Причём был он настолько харизматичен, что во время рассказа эти байки почему-то воспринимались самой, что ни на есть, истинной. По открывав рты, мы дружно слушали его побасенку о том, как он, будучи таким же, как мы студентом, чтобы лучше учить материал, решил приобрести себе человеческий череп. Поехал он на чёрный рынок, где купил ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ ГОЛОВУ, которую привёз в общагу в БОСОВСКОМ ПАКЕТЕ.
  Дальше - больше. Решил он избавить свою новоприобретённую черепушку от лишнего мясца. Для этих целей пробил где-то здоровую кастрюлю и начал череп вываривать. В это время на общаковскую кухню зашел незадачливый студент, вдохнул запашок готовящегося супа, сглотнул слюнку и, не удержавшись, приоткрыл крышку.
  - Как он орал, ммм!- закатывал глаза Игорь Станиславович, вертя в руках шариковую ручку.
  Из транса нас вывел звонок на перерыв. Встряхнувшись, мужчина мазнул взглядом по наручным часам.
  - Ага,- покивал он своим мыслям.- Ну что ж, отдыхайте пока.
  С этими словами он выпорхнул за дверь. Мы же продолжали в немом ступоре пялиться друг на друга.
  - Да ну, брееед,- внезапно протянул один из наших парней.
  Послышался несмелый смешок, второй, а в следующий миг вся наша группа разразилась буквально таки гомерическим хохотом.
  На перерыве меня отвёл в сторонку один из парней. Своим типажом он мне почему-то жутко напомнил виденного когда-то в детстве Электроника. Такие же кудряшки, пухленькие розовенькие губки.
  - Староста?- вылупилась на него я.- Чёто не похож,- не подумав, ляпнула я.
  - Ты тоже не сильно смахиваешь на студентку меда, Хеви Метал. Скорее на студентку политеха. Там основное скопище бунтарей.
  - Да не обижайся,- смущённо улыбнулась я.- Это я тебе наоборот комплимент сделала.
  - Ну-ну,- хмыкнул парень.
  Группа у нас оказалась яркая, по-другому не скажешь. Я абсолютно зря переживала, что меня не примут в коллективе. Я настолько быстро со всеми поладила, что это меня просто приводило в ступор. На такой результат я даже не рассчитывала.
  Особенно выделялись парни, их было всего четверо из одиннадцати, но шуму они создавали на восьмерых.
  Мне помогли восстановить события первого сентября. Как и говорил Джем, я особо ничего не пропустила. У студентов в тот день даже пар не было. Всех собрали в центральной и самой большой аудитории. Выступил декан факультета, объяснил всему потоку организационные моменты. Потом было прочтено две вводные лекции по двум предметам, после чего всех распустили.
  Единственное, что я пропустила, так это совместный поход моей группы в соседнее кафе для знакомства. Ну, ничего, за этот день я всё наверстала. С шутками и весельем, время до конца пар пролетело совершенно незаметно.
  Тем ни менее, всё не могло быть настолько гладко. Уже после пар, когда я вышла на широкое крыльцо главного корпуса универа, мне захотелось материться. На улице шел проливной дождь, а зонтиком у меня в сумке даже и не пахло. Мрачно всмотревшись в наполненное грозовыми тучами небо, я поняла, что это надолго, переждать не получиться.
  Глубоко вздохнув, я припустила по асфальтированной дорожке парка, окружающего главный корпус универа в сторону улицы. Капли дождя то и дело падали мне за пазуху, заставляя ёжиться. Выскочив за ворота, я припустила вдоль дороги по тротуару в сторону спасительной крыши автобусной остановки, но...
  Моё везение с отрицательным знаком просто не могло мне позволить закончить этот день настолько банально. Я думала, что такое бывает только в фильмах.
  Раз, я уже почти добежала до остановки.
  Два, для машин внезапно загорается зелёный свет. Радостно взвизгнув, красная иномарка резко стартует и прямо возле меня, дополнительно поддавая газку, налетает на огроменную лужу.
  Три, поднятая волна, чуть ли не с человеческий рост, по крайней мере мне хватило, окатывает меня с ног до головы.
  С волос, одежды, сумки капала вода, а я всё стояла и пялилась в никуда стеклянным взглядом. Пребывая в полнейшем шоке, не в силах поверить в произошедшее.
  Внезапно над моей головой нависли края чёрного зонта, по которому тут же застучали капли дождя.
  - Точно Беда,- произнёс насмешливый голос.
  Я вздрогнула, и резко обернулась, уставившись на давешнего преподавателя по анатомии. Выглядел он как всегда небрежно-элегантно, успев даже разжиться где-то чёрной кожаной курткой. И почему я каждый раз, когда его вижу, выставляю себя непроходимой дурой?
  - И почему я так не вовремя отвёз машину на профилактику?- закатил глаза Игорь Станиславович.- Ну что ж, соседка, пошли.
  - Куда?- уставилась я на него ничего не понимающим взглядом.
  - Как куда? Отвезу тебя домой,- и внезапно буркнул себе под нос.- Что-то я не доверяю этим автобусам.
  Я бы согласно на это покивала, но внезапно мужчина расстегнул куртку и, сняв её, набросил на мои плечи. Тут то и вышибло у меня воздух из лёгких. Ведь под курткой у него оказалась до боли знакомая футболка с зелёным листочком. Стало как-то дурно, уши покраснели. Это у меня стандартная реакция при смущении, краснеют при этом почему-то только уши. Я тут же начала возносить хвалу о том, что они у меня скрыты за волосами.
  В следующий миг Игорь Станиславович схватил меня за руку и потащил в сторону таксистов. Стало даже как-то не по себе. Но не обвинять же его, вдруг это совпадение? Мало ли на свете подобных футболок?
  Ага, а ещё возле меня, прямо по соседству, живёт ну вот сотни точно таких же фактурных молодых мужчин. И все они ходят в идентичных футболках!!!
  - Может не надо?- попыталась отбрыкаться от подобной участи я.
  - Надо,- безапелляционно выдал мужчина, затягивая меня на заднее сидение такси.
  Всю дорогу я молчала, уставившись в пол. А когда водитель остановил машину у моего дома, буквально вывалилась из задней дверцы.
  - Спасибо,- пискнула я и тут же припустила домой, совершенно позабыв о том, что на моих плечах всё ещё покоиться его куртка.
  
   Recipe me
  
  В который уже раз я топала в сторону остановки автобуса, глядя на покоящуюся у меня в руке мужскую кожаную куртку словно на ядовитую гадюку.
  А в голове крутились мысли. Всё как у Шекспира, как говориться, быть или не быть...
  Куртку надо отдать, это однозначно. Наедине отдавать я её пойду исключительно под дулом пистолета. При всей группе отдавать? Ну-у-у, это будет выглядеть весьма и весьма пикантно в глазах окружающих. Отдать во время перерыва в коридоре? Ага, сто раз. Чтобы эту интересную сценку освидетельствовала не просто моя группа, а весь поток? Ну-ну.
  Я так погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как ко мне подъехала серая машина и начала замедлять свой ход, скользя рядом со мной.
  Из размышлений меня выдернул звук автомобильного сигнала. Вздрогнув, я оторвала свой взгляд от кожаной куртки, и сквозь лобовой стекло натолкнулась на ироничный взгляд тёмных глаз и лёгкую улыбку.
  Во рту внезапно пересохло, а руки вспотели. В это же время, боковое стекло машины внезапно поползло вниз.
  - Садись,- кивнул он мне на переднее сиденье.
  - Э-э-э,- очень красноречиво выдала я.- Я это... Ну, я лучше на автобусе.
  - Садись,- внезапно злобненько прищурил глаза мужчина.
  Чувствуя себя бандерлогом в логове Каа, я на негнущихся ногах подошла к дверке и в следующий момент скользнула на переднее сиденье. Как только я захлопнула дверь, Игорь Станиславович внезапно нагнулся к моему сидению, от неожиданности меня буквально вжало в спинку. Но мужчина всего лишь взял ремень безопасности, а в следующий миг раздался щелчок входящего в паз замка.
  - Чего перепуганная-то такая?- насмешливо спросил у меня преподаватель, заглядывая в глаза.
  - А-а-а, я... это,- многозначительно выдала я.
  - Ну-ну,- хмыкнул он и, к великому моему облегчению, вернулся обратно на своё сидение.
  Мягко загудел мотор, машина ускорилась, вскоре вырулив на трассу. Мимо замелькали дома, деревья, машины. А я всё так же продолжала сидеть, выпрямившись, словно палка и не могла заставить себя пошевелиться. Внезапно взгляд упал на кожаную мужскую куртку, которую я всё так же продолжала судорожно сжимать в руках. Ну, хоть эта проблема решилась сама собой.
  - Спасибо за куртку.
  Голос у меня оказался неожиданно хриплым. Я всё так же смотрела исключительно вперёд, боясь даже скосить взгляд в его сторону.
  - Не за что,- отозвался он.- Кстати, тот парень, который звонил тебе тогда. Кто он?- как бы невзначай спросил мужчина.
  - Джем?- я так удивилась из-за этого вопроса, что даже повернула голову в его сторону.
  - Странное имечко,- хмыкнул преподаватель.
  - Это не имя,- возмутилась я.
  - И всё же?- вопросительно выгнул он бровь.
  - Друг,- буркнула я. С фига ли ему сдалась подобная информация?
  - Угу,- покивал своим мыслям Игорь Станиславович и внезапно улыбнулся. Я в полнейшем непонимании уставилась на эту картину. В душу стали закрадываться странные предположения.
  - Зачем это вам?- недоверчиво прищурилась я.
  - Интересно,- ещё шире улыбнулся мужчина, но внезапно с угрозой посмотрел на меня.- Кстати, передай этому засранцу, что если он ещё раз бросит тебя одну посреди улицы, я ему яйца оборву.
  - Чего?- я в неверии вытаращилась на преподавателя.
  - Мы кстати приехали,- кивнул он на окно. Я заторможено перевела взгляд на окно, чтобы убедиться в его словах.
  Уже через десять минут я шла по территории универа, делясь по телефону о наболевшем с Кисой. Всю трагичность ситуации она, кажется, не поняла. Об этом свидетельствовали периодические взрывы хохота на том конце провода.
  - Про Джема спрашивал, говоришь?- буквально промурлыкала девушка в трубку.
  - Ага,- констатировала я.
  - Похоже, он к тебе яйца подкатывает,- захихикала Киса.
  - Он преподаватель,- почти по слогам сказала я.
  - Он мужчина,- констатировала девушка.
  - Он старше.
  - Намного ли?
  - И как ты себе представляешь наши взаимоотношения?- не выдержав, выкрикнула я.
  - Ага, значит, ты всё-таки рассматриваешь возможность подобных взаимоотношений,- буквально пропела в трубку Киса.
  - Иди ты в жопу,- не выдержала я, нажимая кнопку отбоя.
  Вывод - ни в коем случае не оставаться с преподавателем наедине. Это может плохо закончится.
  Дни полетели совершенно незаметно. Верная своим умозаключениям, я действительно старалась пересекаться с Игорем Станиславовичем только во время пар, по большей части стараясь оставаться в толпе. Но это не освобождало меня от его постоянных подколок во время пар. Группа его буквально боготворила, а меня он начал откровенно раздражать.
  - Что, мусицькабэ?- однажды спросил меня препод, заметив, как я пытаюсь незаметно потянуться и зевнуть.
  - Что?- захлопала я в непонимании ресницами.
  - Ну, знаешь, анекдот есть такой. Во время ужина, малолетняя дочь внезапно потянулась и сказала: "Эх, мусицькабэ-э". Родители переглянулись, и задали закономерный вопрос: "Милая, а что такое мусицькабэ?", на что малютка небрежно пожала плечами. Эта ситуация повторялась из раза в раз. Вскоре родителей заело любопытство и они наведались к ней в садик. Сидят они, и во время обеда наблюдают такую картину. Молодая воспитательница, плотно поев, откинулась на спинку стула, всласть потянувшись, она внезапно выдала: "Эх, мужичка бы-ы-ы!".
  Группа разразилась хохотом, а мои уши внезапно начали пылать под изучающим взглядом чёрных глаз.
  Бесит.
  Неожиданно весёлыми оказались уроки латыни. В желании разнообразить зубрёжку, наша группа, да и весь поток, занялся переводом матерных пословиц и высказываний. На этой почве мы внезапно спелись со старостой.
  - Смотри, слово Recipe, которое используется во время выписывания рецепта. Переводиться, как возьми. А если приставить ещё и me, то, что получиться?
  - Возьми меня,- захихикала я.- О, а если ещё приставить слово Cito. То есть быстро.
  Аудитория утонула во взрыве нашего, просто таки, сатанинского хохота.
  С тех пор я, просто млея от своей смелости, вместе со старостой, начали корчить из себя парочку. Бродя по коридорам универа, мы кривили подобострастные рожи, на латыни бросая не двузначные призывы. И ловили просто невероятный кайф, в случае если студенты вокруг внезапно замирали в офигении, выстроив у себя в голове перевод.
  В очередной раз, спускаясь задом наперёд, с лестницы, мы продолжали корчить из себя невесть что. Одногруппники только закатывали глаза, устав ожидать, когда мы переболеем. Шутка начинала приедаться.
  - Recipe me!- с придыханием выдала я, закусив губу и с наигранной страстью глядя на старосту.- Recipe me сito! Ар-р-р,- сделала я движение рукой, словно кошка, выпустившая коготки.
  Но внезапно закашлялась, ведь наткнулась взглядом на чёрные омуты глаз преподавателя анатомии. И взгляд у него в этот момент был, мягко говоря, не добрый.
  - Что-то будет,- с ужасом подумалось мне.
  
  Быть или не быть
  
  - Чего злой-то сегодня такой?- подошел к нему Каменников, отвлекая от изучения данных на недавно поступившего пациента.- Вон, интерны от тебя удрали едва завидев. Видать побежали просить политическое убежище в палаты пациентов.
  - Через пол часа ты мне ассистируешь,- с каменным лицом поставил его перед фактом Игорь, поднимая на коллегу тяжелый взгляд. Бориса аж передёрнуло.
  - Какого чёрта?- возмущённо вскинулся хирург.- Не мог найти на место своего ассистента кого-то попроще?
  - Ургентный пациент, с аневризмой. С таким букетом сопутствующих патологий, что абы кто не подойдёт,- хмыкнул мужчина.- Он нестабилен. С тобой мне будет как-то спокойнее.
  - Да, спокойствие тебе явно не помешает,- задумчиво окинул Игоря взглядом Каммеников.
  Мужчина был даже благодарен судьбе за то, что едва он заявился на своё рабочее место в больницу, как его тут же выловил заведующий отделением. Пихнув в его руки историю болезни, тот окинул его суровым взглядом, после чего поставил перед фактом, что на подготовку у мужчины к операции есть не более получаса.
  Это было профессиональной деформацией большинства хороших хирургов. Как только начинается операция, из головы исчезают абсолютно все посторонние мысли. В душу прокрадывается кристальное спокойствие, решения принимаются из-за этого мгновенно. Пациент перестаёт восприниматься как нечто мыслящее и одушевлённое. Ведь его тело превращается всего лишь в поле для работы, ни больше не меньше. Так правильно, ведь в работе хирурга не должно оставаться лишнего места для ненужных эмоций.
  А отвлечься, абстрагироваться от всей этой дурацкой ситуации Игорю было просто жизненно необходимо. Ведь такой подставы от судьбы мужчина просто не ожидал.
  Уже после операции, уставший как чёрт, но более менее успокоивший свои мятежные мысли, он просто упал на стул за своим рабочим столом и невидяще уставился в потолок. В ординаторской уже практически никого не было. Некому было его отвлечь от тяжелых мыслей.
  И всё же давно он не чувствовал себя таким идиотом.
  Ещё повезло, что его выдержка позволила не выдать себя, когда это кудрявое чудо заявилось к нему на пару. Да и в руки себя он взял достаточно быстро, даже сумев как всегда подшутить над легковерными первокурсниками. Но когда она не видела, мужчина то и дело окидывал девушку пристальным взглядом.
  И всё бы было ничего, если бы он не решил изобразить из себя благородного рыцаря. Ситуация тогда была действительно в некоторой степени глупой, в некоторой степени даже забавной. Хотя, Вероника была бы с ним в корне не согласна, когда её окатило волной из лужи.
  В тот миг она выглядела такой потерянной, такой хрупкой, что ноги мужчины, невзирая на то, что недавно он пообещал самому себе держать между ними дистанцию, автоматически понесли его в сторону этого чуда. Рука автоматически сдвинулась в сторону, поднеся в её сторону зонтик. Как будто в тот момент было уже не всё равно. Девчонка после этого происшествия была совершенно мокрой.
  А в следующий миг на него взглянули эти большие, карамельные глаза, в которых застыло настолько сильное чувство удивления и растерянности, что у него абсолютно непроизвольно ёкнуло сердце. Оставить её в подобной ситуации он бы не смог чисто физически.
  Смирившись с неизбежным, мужчина тяжело вздохнул и набросил на её плечи свою куртку, чтобы не замёрзла. Но после едва не выругался. Малышка посмотрела на его футболку таким пристальным, таким испуганным взглядом, что сомнений просто не оставалось.
  Девчонка его узнала.
  Об этом говорил и тот факт, что она даже ни разу не посмотрела в его сторону, пока они ехали домой. А после ещё и забыла вернуть его куртку, что свидетельствовало о крайней степени её растерянности.
  Но какой же она была в тот момент забавной!
  - Ты улыбаешься,- внезапно послышался рядом голос Каменникова. Игорь вздрогнул и перевёл взгляд на своего коллегу.
  - И что?- приподнял бровь мужчина, про себя чертыхнувшись. Это же надо было так сильно погрузиться в собственные мысли.
  - Нет, ты не понял,- хмыкнул Борис. Выглядел тот в этот момент даже как-то немного растерянно.- Ты ИСКРЕННЕ улыбаешься. Кто она?
  От подобного вопроса мужчина просто онемел. Пристально всмотревшись в серые глаза коллеги, он поинтересовался.
  - Что значит искренне? Ты меня что, за робота принимаешь?- возмутился Игорь.
  - В некотором роде,- хмыкнул Каменников, присаживаясь за соседний стол.- Не пойми меня неправильно, но я первый раз вижу, как ты утратил контроль над своими эмоциями.
  - В чём-то ты прав,- криво улыбнулся мужчина, после чего вновь отвёл свой взгляд, уставившись в потолок.
  - Так кто она?- попытался настоять на своём Борис.
  - Не имеет значения,- как-то грустно улыбнулся Игорь.- Всё равно мне не стоит пытаться развивать эти взаимоотношения.
  - Кто ты и куда дел нашего сердцееда Игоря?- страшным голосом поинтересовался мужчина.- Что на тебя нашло? Когда это ты стал пасовать перед трудностями?
  - Тебе-то какое дело?- разозлился он, впившись злым взглядом в коллегу.
  - Эй-эй, спокойно,- замахал руками тот, криво улыбнувшись.- Мне просто стало любопытно.
  - Знаешь, куда ты можешь засунуть своё любопытство?- прошипел Игорь.
  - Догадываюсь,- хмыкнул Каменников.
  - Хотя,- внезапно успокоился мужчина.- Может ты и прав.
  После этого он резко поднялся, повесил свой халат на вешалку в шкаф и стремительно покинул ординаторскую под недоумевающим взглядом Бориса.
  И действительно, с каких пор он стал действовать столь радикально. В конце концов, девчонке есть уже восемнадцать лет. Если его к ней тянет со столь страшной силой, какого чёрта он должен в себе в чём-то отказывать?
  В любом случае, всё может рассудить только время. Но сбегать? Нет, это не в его характере.
  Шанс вновь побеседовать с Никой выдался буквально на следующий день. Воодушевлённый тем, что ему наконец-то не надо будет добираться на работу в общественном транспорте, Игорь любовно огладил взглядом своего железного коня. Сел в салон, затаив дыхание провернул ключ.
  Мда, Олег проделал просто потрясающую работу. Машина завелась, что называется, с полоборота. Ход её был мягким, без рывков и перепадов. Мотор звучал ровно, почти беззвучно. Просто красота. Бутылку Хенеси его знакомый заслужил совершенно честно.
  Но приятные сюрпризы на этом не закончились. Стоило ему вывернуть из-за поворота, как мужчина тут же заприметил одинокую фигурку, бредущую по улице.
  О как, на ловца и зверь бежит.
  Подкатив поближе к девушке, мужчина едва ли не рассмеялся. Малышка шла по улице настолько погруженная в собственные мысли, что не обратила на неспешно следующую за ней машину абсолютно никакого внимания. Она как будто бы решала какую-то абсолютно неразрешимую дилемму.
  Но как только он заметил, куда направлен взгляд девушки, его душу ухватило веселье. Ведь не признать в её руках свою собственную куртку мужчина не мог. Но смотрела Малышка на его вещицу так, как будто решает каким именно способом избавиться от улики после совершения особо опасного преступления.
  Чёрт, какая же она забавная!
  Не удержавшись, он нажал на клаксон. Девушка отчётливо вздрогнула и посмотрела на него таким удивлённым взглядом, словно её окликнул выскочивший из страниц комиксов суперзлодей, не меньше. А когда он заставил боковое стекло скользнуть вниз, её глаза в испуге расширились до невероятных размеров.
  - Садись,- кивнул он головой на соседнее сиденье.
  Малышка испуганно дёрнулась и едва ли не попятилась назад.
  - А может не надо? Я на автобусе доеду.
  Упоминание злосчастного транспорта внезапно заставило вспыхнуть в душе злость. Почему-то от мысли, что в этот раз в толпе она точно на него не наткнётся, зато может совершенно спокойно нарваться на кого-то другого, заставило мужчину заскрипеть зубами.
  - Садись,- непреклонно скомандовал он.
  Задеревенев от страха, Малышка механической походкой отправилась к его машине, после чего скользнула на переднее сиденье. Удовлетворённо хмыкнув, Мужчина потянулся, чтобы пристегнуть её ремнём безопасности.
  Ника дёрнулся от него в таком ужасе, будто он вот прямо сейчас начнёт к ней приставать с недвусмысленными предложениями. Взглянув в широко распахнутые, карамельные глаза, он нахмурился. В душе шевельнулось глухое чувство раздражения.
  - Чего перепуганная-то такая?
  Но вразумительного ответа так и не дождался.
  Чёрт, да за кого она его принимает, раз ТАК боится. Нет, конечно, ситуация в автобусе была более чем провокационная, но она будто принимала его за какого-то маньяка сталкера с поехавшей на почве похоти крышей.
  От этого было неприятно. От этого было даже гадко на душе. И как ему теперь исправлять эту плачевную ситуацию? Да даже если он не решиться с ней на что-то большее, то, как минимум ровные взаимоотношения с ней иметь он обязан. В конце концов, она его студентка.
  Но как это сделать, мужчина понятия не имел. В кои то веки, он совершенно не понимал, как найти подход к другому человеку. От того и молчал, мягко ведя машину в сторону университета, то и дело скашивая взгляд на эту невозможную девушку.
  Но, как ни странно, разговор завела именно она. Оторвав свой за стекленевший взгляд от пола, она внезапно хрипло промолвила:
  - Спасибо за куртку.
  Это немного воодушевляло. Может её пугал не он сам, а тот факт, что он преподаватель? Только окончившая школу девчонка вряд ли допускала даже тень мысли, что подобные взаимоотношения возможны. Этика и всё такое.
  Но университет не школа. Там работают и учатся уже совершенно взрослые люди. Подобных прецедентов в высших учебных учреждениях всегда хватало.
  - Не за что,- уже более расслаблено и благодушно отозвался он.
  Хм, пока она идёт на контакт, стоило прощупать почву и дать хоть какой-то намёк. Не факт, что у них всё получится. Но если он всё же решится, пускай начинает привыкать к мысли, что подобное возможно в принципе. Главное, чтобы она поняла намёк.
  - Кстати, тот парень, что звонил тебе тогда. Кто он?
  Реакция последовала незамедлительно. Резко повернувшись, Малышка посмотрела на него ТАКИМ удивлённым взглядом, что все сомнения рассеялись.
  Хм, что и требовалось доказать.
  - Джем?
  - Ну и имечко,- не удержался мужчина.
  - Это не имя!- возмутилась она.
  - И всё же,- настаивал Игорь.
  - Друг,- буркнула Ника, но после с нескрываемым подозрением посмотрела в его сторону.- Зачем это вам?
  Бинго! А она умнее, чем он думал. Тонкий намёк расшифровала довольно уверенно. Не считая нужным скрывать свои эмоции, Игорь довольно улыбнулся.
  - Интересно,- протянул он. И, как последний аккорд, дополнил, злобно сверкнув взглядом.- Кстати, скажи этому засранцу, что если он ещё раз бросит тебя одну посреди улицы, я ему яйца оборву.
  Эту фразу было говорить даже приятно. Ведь он действительно злился на этого... хм... Джема.
  - Чего?- совершенно опешила Вероника.
  - Мы кстати приехали,- лукаво улыбнулся он.
  Из машины Малышка буквально вывалилась, сбегая от его пристального внимания. Это становилось даже немного забавным. Надо будет за ней понаблюдать. То, что его тянет к ней чисто на физиологическом уровне, ещё ничего не значит. Уже сейчас видно, что если что-то и начинать, то это будет нечто серьёзное. Малышка явно не походила на одноразовую игрушку. Над этим надо хорошенько подумать. А для этого надо больше информации.
  Улыбнувшись, Игорь подхватил телефон, набирая нужный номер.
  - Ало, Шурик?- весело проговорил он в трубку.- Привет. Ты не мог бы мне найти максимально полную информацию на одного человека. Да, буду тебе очень благодарен. Ага. Её зовут Стоцкая Вероника Петровна. Записывай.
  
  Зверёк
  
  Степан матерился. Степан плевался ядом. Степан уже минут десять метался по кабинету Игоря, не в силах обуздать свою злость и негодование.
  А Игорь откровенно смеялся, наблюдая за метаниями приятеля. Его любимые первые курсы опять откололи нечто из ряда вон выходящее.
  - Да ладно тебе, ну подумаешь новая кличка,- попытался успокоить коллегу мужчина. Впрочем, безрезультатно.
  - Тебе легко говорить!- стрельнул в него возмущённым взглядом Степан.- Не тебя же обозвали мумией!
  Это привело к очередному взрыву сдавленного смеха со стороны Игоря.
  Мда, и что ты будешь делать? Но кто бы мог подумать? Такие мелкие, а чёрный медицинский юмор уже начали прокачивать. А что будет к шестому курсу, когда эти маленькие тролли подрастут и заматереют?
  А дело было в том, что эти мелкие черти побывали на первой в своей жизни лекции по истории медицины. Там им рассказали о древних человеческих останках, по которым учёные исследовали отличия в физиологии и анатомии людей древности от современных. Одним таким экспонатом была мумия, которую нашли на территории Франции. Откопали её в залежах железной руды, от чего волосы древнего трупа окрасились в рыжий цвет. Мумию так и назвали - Рыжий Франц.
  И вот, сразу после лекции малолетние тролли попадают на территорию кафедры анатомии, и взгляд их тут же натыкается на единственного среди всех рыжеволосого преподавателя.
  В общем, Степан с этого момента был обречён.
  - Смирись,- насмешливо сказал Игорь.- Слишком уж кличка получилась звучная. От такой не избавиться, даже если начать зверствовать. Только закрепишь результат.
  - Узнаю, кто это придумал, сгною,- прошипел Степан.
  Игорь скептически выгнул бровь. Ну-ну. В положительный исход этой неравной битвы мужчина не верил.
  Хотя странно, что на основной работе кличка к нему самому прилепилась буквально через месяц. А вот в университете, в котором он работает уже три года, подобного ещё не произошло. Поначалу коллеги преподаватели изредка называли его Деспотом, но как-то не прижилось.
  Прозвенел звонок на пару и им пришлось разойтись, хотя по красной физиономии Степана было ясно, что тот так и не смог толком успокоиться. Группе, у которой он сейчас будет вести пару, сильно не повезло. Сам же мужчина поспешил в аудиторию, ведь сегодня у него была пара ЕЁ группы.
  Как и задумывалось, в отношении Вероники он не спешил, приглядывался. Собирал информацию. И то, что он видел, надо признать, мужчине нравилось.
  Судя по информации, добытой его безотказным и незаменимым в таких вещах помощником Шуриком Власовым, девчонка в лицее со сверстниками совсем не ладила. Казалось бы, такой контингент людей, если попадает в новый коллектив, выбивается в лучшем случае в середнячки, ведь зачастую они были очень робкими, из-за чего лидерами становились редко, оставаясь серыми и незаметными. Но, похоже, проблемы в лицее у Малышки были совершенно особыми, более глубокими. Потому что назвать эту девушку серой и незаметной ну просто язык не поворачивался.
  Сначала, правда, она соблюдала некоторую робость. Но наблюдая за благодушным настроением окружающих, она начала всё более и более открываться.
  Сначала в её друзья угодил староста. Большинство ушлых студентов пытается сблизиться с представителями группы перед администрацией, чтобы впоследствии получать поблажки. Но по девушке было видно - не тот случай. С Кириллом она общалась свободно и искренне наслаждалась этим. Собственно, так она общалась со всеми. И это подкупало. Причём подкупало практически всех. Группа итак-то у них подобралась достаточно дружная, но Малышку полюбили и старались опекать все.
  Но главное, она этого даже не замечала. Даже не осознавала, какое потрясающее воздействие оказывает на окружающих. По мере её раскрепощения, она становилась смелее, увереннее, ярче. Где бы она ни проходила, собирала на себе всё доступное внимание. Абсолютно неосознанные жесты, мимика, придавали девушке совершенно непередаваемый шарм и очарование. Особенно, когда она испытывала сильные эмоции.
  Именно поэтому мужчина полюбил над ней подшучивать. Провоцировал, рассказывал шутки на грани приличия и впитывал каждый её жест, каждое движение или перемену в мимике.
  Она очаровывала. Взгляд её лишал мыслей. Привычка покусывать губы вызывала сухость во рту от желания немедленно её поцеловать. Походка девушки была завораживающе плавной. Сама она была гибкой как лесной зверёк.
  Она напоминала ему ласку. Маленькая, проворная, гибкая, завораживающе грациозная, но способная в нужный момент ощерить свои маленькие клыки. Уникальное создание. Видеть людей, подобных ей, мужчине ещё не приходилось.
  Окончательно понял, что попал, мужчина только тогда, когда в очередной раз наведался в качалку. Как-то так получалось, что после первого сентября он с Анжеликой ни разу не пересекался. Их расписания не совпадали совсем, а специально искать с ней встречи мужчина не считал необходимым.
  Но в тот день всё было иначе. Он довольно сильно задержался на работе, обсуждая с главврачом свою очередную командировку, поэтому пришел в спортивный центр буквально за час до закрытия. Он даже не понял, что в этот раз их с Ликой расписания совпали. Осознал это только тогда, когда девушка, как и в прошлый раз, скользнула в его душевую кабинку и тут же впилась в губы страстным поцелуем.
  И, казалось бы, почему нет? Официальных взаимоотношений у Игоря на тот момент по-прежнему не было. При этом он продолжал оставаться здоровым мужчиной, со своими потребностями, которые мог в тот миг вполне себе реализовать.
  Поначалу он ей даже ответил на поцелуй, но потом ему вдруг так противно стало. В сознании появилось чёткое осознание, которое просто набатом било по мозгам.
  Потому что это было не так. Потому что это было не там. Потому что это была не ТА.
  Судорожно выдохнув воздух, Игорь непреклонно отстранил от себя девушку. Взглянул на неё потемневшим взглядом.
  - Не думаю, что стоит продолжать,- хрипло сказал мужчина, после чего покинул душевую кабинку, накинул на бёдра полотенце и вышел в раздевалку.
  Наверное, только тот факт, что Анжелика растерялась, он не отхватил на свою голову женскую истерику и головомойку. Но, признаться, на тот момент ему было всё равно.
  Это было какое-то наваждение. С Игорем никогда такого не происходило. Сердце гулко стучало о грудную стенку, мысли путались. Перед глазами почему-то то и дело всплывал образ его Малышки. Глаза её смотрели укоризненно.
  - Чёрт,- прорычал мужчину, ударив кулаком в стену.
  Какого дьявола он творит? Она ведь ему пока никто. Они почти чужие друг другу люди. Уже завтра она может найти себе парня и он не будет иметь никакого морального права её в этом упрекнуть.
  Мысль о том, что его невозможное чудо уведут у него прямо из-под носа, заставило вырваться из груди мужчины приглушенный рык. В душу пришло осознание, что он прибьёт любого, кто посмеет прикоснуться к его Малышке.
  Но надо спешить. Сильно спешить. Иначе он может просто не успеть. Восемнадцатилетние девушки народ влюбчивый. А у студенческой братии жизнь бьёт ключом, постоянно что-то происходит, что-то меняется. Появляются новые знакомые, новые увлечения.
  Именно поэтому он начал искать с нею встречи, желательно наедине. Именно поэтому он изучил её расписание и рванул на совершенно чужую кафедру. Вихрем промчавшись по коридору, заглядывая во все встречные аудитории. Её группу он не нашел, поэтому скользнул в сторону лестницы, желая вернуться и всё перепроверить.
  Но тут его взгляд наткнулся на неспешно спускающуюся по ступеням третью группу. Многие из ребят почему-то кисло улыбались. Некоторые сокрушенно покачивали головой. А его Малышка спускалась задом наперед и, томно прикусив губу, страстно смотрела на Кирилла.
  - Recipe me,- томно выдохнула она.- Recipe me cito. Аррр,- сделала царапающее движение рукой девушка, глядя на старосту.
  В глазах потемнело от гнева и внезапно нахлынувшей ревности. Он впился взглядом в эту чертовку, то ли желая дать в глаз Кириллу, то ли мечтая увести её отсюда, украсть и показать, что на других парней она ТАК смотреть не имеет права. Потому что должна так смотреть только и исключительно на него.
  Почувствовав его взгляд, девушка посмотрела прямо в его глаза и внезапно вздрогнула, видно прочитав в них это обещание. Вид её стал испуганным, заставляя прийти в себя, стряхнув совершенно неуместный мысли.
  Вздрогнув, Игорь отвернулся и силой заставил себя сменить направление движения. Он свернул в соседний коридор, после чего забрёл в туалет. Умывшись холодной водой, он привёл свои мысли в порядок.
  Но в голове осталось чёткое осознание. Дальше так продолжаться не может. Ещё ни одна девушка не вызывала в нём подобных, настолько ярких чувств. Он обязан добиться её расположения, чего бы это ему ни стоило.
  
   Зомби среди нас
  
  Как то совершенно внезапно золотая осень ушла в прошлое. На улице стало откровенно холодно, всё чаще шли дожди.
  Кутаясь в курточку, я в очередной раз шла в сторону остановки. Как же меня всё задолбало!
  С того дня, когда я поймала от Игоря Станиславовича его фирменный, злобненький взгляд, который проморозил меня до самых косточек, прошла почти неделя. Не изменяя самой себе, я всё так же старалась не оставаться с ним наедине. Пока получалось. Хотя попытки задержать меня после пары с его стороны таки были, но я нашла от них антидот.
  Антидот являлся крашеной блондинкой с вечно наивными, широко распахнутыми серыми глазами. Именовали антидот Лизой, или как у нас в группе повелось, Лизкой. Этот антидот так откровенно залипал на Игоря Станиславовича, что иногда мне его становилось даже жалко.
  Так вот, каждый раз, когда я чуяла, что препод начнёт ко мне в очередной раз подкатывать, я брала свой универсальный антидот под ручку и дефилировала в сторону преподавательского стола. Мысленная команда фас...
  Была у моего самого любимого в мире антидота одна особенность. Стоило Лизке увидеть предмет своего обожания, как у неё открывался самый натуральный словесный понос. И пока моя милая одногруппница грузила уши Игоря Станиславовича откровенным бредом, я тут же испарялась подальше от кафедры анатомии.
  Так и живём.
  И всё бы было хорошо, но в моей стратегии отшивания не в меру навязчивых преподавателей появилась одна малюсенькая неувязочка. В своём стремлении как можно тщательнее избегать Игоря Станиславовича в университете я совершенно позабыла об одном факте.
  Первое, он прекрасно знает, где я живу. Второе - мы являемся практически соседями.
  Напомнил мне об этом факте звук автомобильного сигнала. Судорожно втянув в себя воздух, я совершенно диким взглядом уставилась на серую иномарку, из-за стекла которой хитро щурился на меня один небезызвестный преподаватель.
  - Садись,- как всегда беспардонно скомандовал он.
  - А может не надо,- пропищала я.- Я на автобусе доеду.
  - На автобусе, говоришь?- ещё больше прищурился он.- Кажется, мы это уже проходили. Садись.
  Чувствуя себя смертником, шагающим в сторону виселицы, я всё же потопала в сторону машины.
  - Я сама,- поспешила одёрнуть мужчину, который вновь потянулся ко мне, чтобы пристегнуть ремень безопасности.
  - Не лишай меня подобного удовольствий,- улыбнулся он, всё-таки наклоняясь ко мне.
  Внезапно стало жарко и я, в очередной раз, возблагодарила особенность своего организма, которая позволяет краснеть только моим многострадальным ушам.
  - Не честно играешь,- насмешливо посмотрел в мою сторону Игорь Станиславович.- Зачем эксплуатировать бедную влюблённую девушку в личных целях?
  - А-а-а... э-э-э...- совершенно растерялась я. И как у него это получается? Каждый раз, оставаясь с ним наедине, я чувствую себя непроходимой идиоткой.- Это не игра!- внезапно выпалила я.
  - Ах, не игра-а-а,- внезапно протянул мужчина, скользя взглядом по моему лицу. От этого взгляда у меня внезапно спёрло дыхание.- Чего ты боишься?- внезапно стал серьёзным Игорь Станиславович.
  - Я? Боюсь?- в полнейшей прострации переспросила я.
  - Именно что боишься,- кивнул своим мыслям мужчина.- Если это из-за того случая в автобусе, то я даже извиняться не стану. Там от меня мало что зависело.
  - Что?
  Смысл слов медленно доходил до меня, в то время как я продолжала пялиться на этого невозможного мужчину широко распахнутыми глазами. И на что я надеялась? Что он будет избегать этой темы? Ага, щаз-з-з, наивная я девчонка. Не с его-то запредельной наглостью.
  - Что вам от меня надо?- выдала я самый идиотский вопрос, который только был возможен в данной ситуации.
  - Как будто бы ты не догадалась,- насмешливо посмотрел на меня преподаватель, изогнув правую бровь.
  Смущение, наплевав на мою физиологию, по ощущениям перебралось на мою шею.
  - Это неправильно,- выдохнула я.
  - Почему?- флегматично переспросил он.
  - Ну, вы преподаватель,- всё подыскивала отмазки я.
  - И?- как ни в чём не бывало, переспросил мужчина.
  - Э-э-э,- похоже, мои аргументы закончились.
  - Ты мне нравишься,- тяжело вздохнул преподаватель.- Ничего криминального я в этом не вижу. Отступать от своих планов не намерен. Подумай об этом.
  В полнейшей прострации я вылезла из машины. Следуя в сторону университета, я всё пыталась собрать мысли в кучку. Если бы это было так просто!
  - Кто это тебя подвозил?- внезапно налетел на меня староста, хитро щурясь.- Ничего себе так машинка,- мечтательно закатил глаза.
  - Что?- переспросила я, всё ещё пребывая в прострации.
  - О-о-о, всё с тобой ясно,- многозначительно покивал парень.
  - Что тебе ясно?- зло прищурилась я.
  - Любофф,- протянул наш доморощенный мистер Электроник.
  - Убью.
  Гоняясь за своим бестолковым одногруппником, мне удалось сбросить пар. Начались пары, и я решила поступить как небезызвестная Скарлет О"хара. Ага, я подумаю об этом завтра.
  Не то чтобы это было так просто. Начнём с того, что староста продолжал меня на эту тему весь день подкалывать. К тому же, последними двумя парами как раз таки и была ненавистная мне анатомия. Почему именно сегодня?
  Расположив свои кости на стульчике в аудитории, я невидящим взглядом уставилась в окно. Не то чтобы там было что-то интересное. Окно было абсолютно непроницаемым, так как для утепления на него присобачили абсолютно непрозрачную клеёнку. Теперь окно пропускало исключительно свет, а вот полюбоваться пейзажами стало абсолютно невозможно.
  Абсурдность сегодняшнего дня начала нарастать ровно в тот миг, когда в аудиторию ввалился всклокоченный парнишка из параллельной группы.
  - Ребята, в восьмой аудитории труп лежит!
  - Да ладно,- загалдели одногрупники.
  - Серьёзно?
  - Прико-о-ол!
  - Пошли посмотрим!
  Подобная новость буквально вымела мою группу в коридор. Чтобы не оставаться в гордом одиночестве, я последовала за ними. И тут же офигела от сложившейся ситуации.
  В дверях восьмой аудитории столпилось чуть ли не пол курса, но никто почему-то внутрь не заходил. Ребята перешептывались, переругивались. Кто-то даже хихикал.
  - Что за нах,- многозначительно выдала я и нырнула обратно в аудиторию. Наблюдать за этим бредом было выше моих моральных сил.
  Как оказалось, труп не только спокойно себе лежал на анатомическом столе, но был так же замотан в несколько слоёв клеёнки. Надо полагать, чтобы не вонял на всю аудиторию формалином. Вопрос, и чего же в таком случае эти идиоты так боялись зайти в помещение?
  Но вскоре все мои мысли буквально вымыло из головы. Пришел преподаватель, и я уткнулась в тетрадь, стараясь лишний раз не поднимать на него глаза. То и дело ощущая на себе его прожигающие насквозь взгляды.
  В общем, когда пары закончились, я выдохнула с видимым облегчением.
  - Остаёшься сегодня?- спросил меня староста. Пересеклись мы возле неизменного места встреч всех времён и народов. То есть, возле туалета.
  - Надо бы,- тяжко вздохнула я.- Группа?
  - Да почти все,- беспечно махнул рукой парень.
  - Слава Богу хоть тема простая. Это тебе не хребцы,- вздохнула я.
  - Угу, вот дойдём до черепа, мало нам не покажется. Я мельком просматривал эту тема. Там полный писец.
  - Не порть настроение,- застонала я.
  Пока мы бродили неизвестно где, а группа моталась за допингом в виде кофе, наша аудитория оказалась занятой. Абсолютно пустым оставался только кабинет с трупаком.
  - Ладно, чего нам бояться?- беспечно махнула я рукой, первой шагнув в аудиторию.- Он не кусается. По крайне мере уже.
  Послышались нервные смешки.
  Тикали настенные часы, неизменно действуя мне на нервы. Строчки в учебнике уже начали расплываться.
  - Пошли, пройдёмся, развеемся,- внезапно предложила Катька. Послышался одобрительный гомон.- Я уже себе всю задницу отсидела. Ещё пять минут, и я загрызу учебник по анатомии.
  - Лучше бы грызла кость, вон их сколько. А учебник жалко,- прокомментировал Денис.
  Заскрипели стулья. Группа стала продвигаться в сторону выхода из аудитории.
  - Ты с нами?- поинтересовался староста.
  - Неа,- мотнула я головой.- Мне тут немного осталось.
  - Ну как знаешь.
  Вокруг воцарилась тишина, которую разрушало лишь тиканье часов. А я всё всматривалась в строчки учебника, выискивая все неровности на кости, чтобы дать им свои названия.
  Внезапно мигнул свет. Это заставило меня встряхнуться, на секунду отвлёкшись от учебника по анатомии. Взгляд упал на окно, в котором мутно отражалась вся аудитория. В какой-то момент мне показалось, что труп на анатомическом столе шевельнулся.
  Да не-е-ет, это же бред. Ну и фантазия у меня.
  Тем не менее, я покрепче сжала у себя в руке большеберцовую кость, будто готовясь в любой момент отбиваться ею от мнимой опасности.
  Повернуться бы мне да проверить лежащий позади труп, чтобы избавиться от любых попыток мистификации. Но сама мысль об этом заставила меня внезапно сглотнуть комок в горле. Казалось, стоит сделать хоть одно резкое движение, как новоявленный мифический зомби вскочит со стола, чтобы вгрызться в мою мягкую шейку.
  Боясь пошевелиться, я уставилась в окно, отслеживая любые признаки движения лежащего на анатомическом столе тела. Похолодевшие пальцы судорожно сжимали большеберцовую кость. В тишине аудитории было слышно только тиканье часов, но разыгравшаяся фантазия то и дело подкидывала в этот фон звук шелеста целлофана.
  - Тик-так. Тик-так. Тик-так.
  Внезапно с громким скрипом открылась дверь. Этот звук буквально подбросил меня вверх. Стараясь одновременно встать и развернуться, я запуталась в собственных ногах, но, тем ни менее, боевито направила в сторону двери большеберцовую кость, словно первобытный человек дубинку. А в следующий миг мои глаза встретились с абсолютно ошалевшим взглядом преподавателя анатомии.
  - Блядь,- совершенно нецензурно, зато достаточно ёмко, прокомментировала происходящее я.
  
  Танго с тенью
  
  - Ой, Игорь Станиславович, а это правда что у нас на следующей паре будет заменять Степан Андреевич?- спросила девушка, хлопая своими бесцветными ресницами. Но ответ ей, похоже, не требовался, потому что Лиза, совершенно без перехода и логики, тут же задала следующий вопрос.- Ой, а это правда, что после изучения анатомии оперативная хирургия кажется лёгкой?
  Мужчина обречённо посмотрел на это блондинистое чудовище, после чего перевёл взгляд на пытающуюся незаметно скрыться из его поля зрения Веронику. Девушка бочком пятилась к выходу из аудитории, изредка бросая на него косые взгляды.
  Поняв, что безбожно теряет время, мужчина попытался прервать этот словесный поток, чтобы последовать за его неуловимой Малышкой. Но Лиза Василенко была неумолима. Мужчина в очередной раз потерпел сокрушительное фиаско.
   Тем временем, Малышка уже оказалась у двери. Прежде чем нырнуть в коридор, девушка бросила напоследок в его сторону лукавый взгляд из-под ресниц, губы её дрогнули в лёгкой усмешке.
  Игорь в бессилии скрипнул зубами. Вот чертовка!
  Ещё никогда, ни одна девушка его настолько явно не избегала. При этом Малышка проявляла настолько недюжинную фантазию и смекалку, что это даже в чём-то восхищало. За одну лишь подставу с Лизой он готов был придушить эту чертовку.
  Это походило на кокой-то неправильный, кастрированный танец. Причём если для него это было вполне себе танго, ведь в преследование он бросился с таким пылом и самоотдачей, которых сам от себя не ожидал. То вот со стороны девчонки, в отношении его, это походило в некую затянувшуюся игру в прятки.
  И ладно бы она его просто игнорировала, так нет же. Видно тот его многообещающий взгляд впечатлил девушку настолько, что эта мелкая пакость устроила против него едва ли не диверсионную войну. При этом делая такие неожиданные, достойные гроссмейстера ходы, что помимо воли всё сильнее разжигала в нём недюжинный охотничий инстинкт. Она будто дразнила мужчину, то мелькая на периферии, то приближаясь почти вплотную, чтобы в последний миг исчезнуть, растворившись в толпе словно призрак.
  И что такого страшного она видит в приватном разговоре? Поговорили бы, прояснили бы ситуацию. Он бы смог получше её понять, чтобы разработать хоть какую-то стратегию.
  Хотя, учитывая, что в своё время девушка сходу записала его в маньяки, даже не постаравшись разобраться в ситуации...
  А ещё она не воспринимала его как мужчину. Вот совсем. И этот факт был заметен невооруженным глазом.
  Привыкший к просто оглушительному успеху у женского пола, у Игоря буквально трещали и рвались все шаблоны. От чего тот ходил в последнее время жутко злой и раздражительный. И если с первокурсниками он старался держать себя в руках, на коллег особо не рявкнешь. То вот интерны от него огребали по полной программе, уже начав шарахаться от злобного хирурга, как от полтергейста.
  Ну ничего, им полезно.
  И самое паршивое, что работы в последнее время было просто прорва. Да ещё и командировка нарисовалась, будь она неладна. Это было невероятно не вовремя. Ему нельзя было покидать родной город. Игорь буквально чувствовал, как время его утекает сквозь пальцы.
  Когда мужчина выскользнул на территорию университета, его ещё немного потряхивало. Через три дня ему надо было уезжать, а ситуация так и не сдвинулась с мёртвой точки. Выход оставался только один.
  Тяжело вздохнув, он достал со своего кармана телефон и набрал до последней цифры знакомый номер.
  - Здравствуйте, Александр Николаевич,- выдохнул он в трубку после протяжного ало.
  - Что опять стряслось, Волчонок?- проворчал наставник.- Опять проблемы?
  Вот никак он не может забыть о том случае. Всё время напоминает ему о нём, продолжая называть его этой нелепой кличкой.
  Ведь в то время, недоверчивый и немного дикий, парень привык добиваться всего своими силами. Щедрые предложения от полузнакомых людей воспринимались тогда в штыки, ведь никогда не знаешь, какие отступные придётся заплатить впоследствии.
  Именно поэтому, сделавший весьма щедрое предложение профессор Радога, вместо ожидаемой радости и сбивчивых попыток поблагодарить, услышал в свою сторону прагматичное:
  - Что я вам за это буду должен?
  Ещё не привыкший к эксцентричному характеру наставника парнишка испытал настоящий шок, когда этот немолодой мужчина оттаскал его за уши. При этом, между матерными междометьями, проговаривая:
  - Что, и с погибающего пациента будешь спрашивать свою цену? Или ты за пять лет так и не понял цену человеческой жизни? А сколько в таком случае стоит твоя жизнь? Или жизнь твоих близких? Или друга?
  Игорь мотнул головой, прогоняя из своей головы неуместные сейчас воспоминания.
  - Ну-у,- нерешительно протянул он. Только в разговоре с наставником мужчина умудрялся проявлять нерешительность. Слишком уж Игорь уважал этого немолодого профессора.
  - Ясно всё с тобой,- хмыкнул профессор Радога.- А я уж было понадеялся, что мой ученик научился проявлять чувство привязанности. Например, позвонил просто для того, чтобы осведомиться, как дела у его наставника.
  - Так я знаю,- промямлил мужчина, закашлявшись от охватившего его острого чувства неловкости.
  - Кто бы сомневался,- ехидно передразнил его хирург.- Что на этот раз?
  - Нужно, чтобы вы меня подменили на операции,- неуверенно промолвил Игорь.
  - Когда?
  - Через два дня.
  - Не мог меня ещё позже перед фактом поставить?- возмутился Александр Николаевич, после чего тяжко вздохнул.- Ладно. Без веской причины ты бы меня просить не стал. Сбросишь все данные на почту. И продублируешь по вайберу. И руководство больницы предупредишь и договоришься о замене тоже ты. Уяснил?
  - Уяснил,- сказал мужчина, ощущая, как в груди начинает растекаться тёплое чувство благодарности.- Спасибо.
  - Ты когда в столицу наведаться думаешь?- ворчливо переспросил профессор.
  - Пока не могу. Но думаю, рано или поздно командировка туда подвернётся.
  - Смотри мне, если будешь в наших краях и не наведаешься, обижусь,- веско припечатал наставник и положил трубку.
  Мужчина медленно опустил руку с зажатым в ней телефоном и расслабленно выдохнул. Ну что ж, минус одна проблема.
  Но должок Вероники растёт. И пускай она об этом даже не знает, но он этот долг рано или поздно с неё стрясёт. С процентами.
  Единственное что Игорь понял за всё это время, так это то, что ловить Веронику в университете не имеет абсолютно никакого смысла. Избегала она его там со сноровкой и опытом заправского разведчика и диверсанта.
  Оставался только один вариант, подловить её в переулке около дома. Благо, они были почти соседями. Принудительно освободив своё расписание на первую половину дня, он принялся её караулить. И не прогадал.
  Когда из-за поворота вынырнула знакомая фигурка и спешно направилась в сторону остановки автобуса, мужчина самодовольно улыбнулся. Вот ты и попалась.
  Как и в прошлый раз, девушка до того погрузилась в собственные мысли, что до последнего момента его не замечала. Как и в прошлый раз, стоило ей посигналить, Малышка тут же уставилась на него испуганным взглядом.
  - Садись,- непреклонно скомандовал мужчина.
  - А может не надо?- вновь попыталась отбрыкаться от подобного она.- Я на автобусе доеду.
  - На автобусе, говоришь?- Насмешливо посмотрел на неё Игорь.- Кажется, мы это проходили. Садись.
  Чтобы он после всех этих дурацких и никому не нужных пряток и преследований упустил случай с нею нормально поговорить? Ну-ну.
  Но девушка его таки послушалась. Механическим шагом приблизилась к машине и скользнула на пассажирское сиденье. А он вновь потянулся к ремню безопасности, чтобы её пристегнуть.
  - Я сама,- попыталась одёрнуть его девушка.
  - Не лишай меня подобного удовольствия,- абсолютно не собираясь скрывать своих намерений, улыбнулся мужчина. Заглянул в глаза, нависая над ней, чтобы прочитать все грани её эмоций.
  А Малышка, похоже, совершенно не привычна к подобным знакам внимания. Вон как смутилась. Возможно, до этого момента у неё никого и не было. Это предположение почему-то безмерно его порадовало.
  Щелкнув пазом замка, он нехотя вернулся за водительское сиденье. Загудел мотор, машина стронулась с места, выруливая на трассу.
  - Не честно играешь,- укоризненно посмотрел на эту чертовку мужчина. Уж слишком свежи в его голове были воспоминания их недавнего противостояния. И самое обидное, в те моменты он её фантазии явно проигрывал.- Зачем эксплуатировать бедную влюблённую девушку в личных целях?
  Девчонка, явно растерявшись, промычала нечто невразумительное. А потом внезапно выпалила, явно оправдываясь:
  - Это не игра!
  - Ах, не игра-а-а,- протянул Игорь.
  Она издевается? Или совершенно не понимает, насколько нелепо со стороны смотрелись их кошки-мышки? И если бы он не отменил командировку, не подкараулил бы её посреди улицы, сколько в таком случае она была намеренна продолжать эту нелепую игру в прятки?
  Неужели он ей так противен, что она спокойно общается буквально со всеми, кроме него? Или она всё никак не может выкинуть из головы тот эпизод в автобусе?
  - Чего ты боишься?- убийственно спокойно спросил мужчина.
  - Я? Боюсь?- почти заикаясь от растерянности переспросила Малышка.
  Похоже, надо наконец окончательно прояснить ситуацию. В конце концов, вовремя вскрытый нарыв - половину лечения.
  - Именно что боишься,- непреклонно сказал Игорь.- Если ты из-за того случая в автобусе, то я даже извиняться не стану. Там от меня мало что зависело.
  - Что?
  Ох, а сколько смущения и негодования во взгляде. Или она надеялась, что он будет мяться и краснеть по этому поводу, как школьник?
  От этого предположение мужчина даже развеселился.
  - Что вам от меня надо?- внезапно задала самый неожиданный в этой ситуации вопрос девушка. Да ну-у, неужели в тот раз он зря хвалил её за проницательность?
  - Как будто бы ты не догадалась,- улыбка его получилась на этот раз натянутой.
  - Это неправильно,- почти прошептало это чудо.
  - Почему?- флегматично переспросил Игорь.
  - Ну, вы преподаватель,- продолжала лепетать оправдания девушка.
  - И?
  Хорошо, что он тогда дал ей этот намёк. Если даже для него его влечение было по первому времени немного шокирующим, то для неё, похоже, и подавно.
  Мда, построить с ней отношения будет ох как не просто.
  А Малышка снова замялась, не в силах более подобрать аргументы. Отвела от него взгляд, явно смущаясь.
  Мужчина грустно улыбнулся. Время. Надо дать ей хоть немного времени, чтобы она смогла окончательно осмыслить и переварить эту информацию.
  Как бы ни хотелось поторопить события, но ведь он изначально знал, что просто не будет.
  - Ты мне нравишься,- констатировал Игорь.- Ничего криминального я в этом не вижу. Отступать от своих планов не намерен. Подумай об этом.
  Глядя на то, как поспешно отдаляется от него эта невозможная девушка, мужчина устало вздохнул.
  Да, он добился своего. Они поговорили, прояснили некоторые моменты.
  Но почему тогда так пусто на душе? Где его уверенность? Ведь разговор прошел довольно таки неплохо.
  Но почему-то в сознании поселилась чёткая уверенность, что в преследовании его маленького призрака он продвинулся буквально на миллиметр.
  А интуиция буквально воет, что он чего-то не доглядел. Не учёл. Не предусмотрел.
  Встряхнувшись, он всё-таки повёл машину к парковке университета. Не стоит зацикливаться на этом. Всё равно пока ничего он изменить не сможет.
  Но раз уж у него нарисовался свободный день, неплохо бы заскочить на кафедру и разобраться, наконец, со всей накопившейся документацией.
  
  Шрамы
  
  До меня медленно, но неуклонно доходила вся абсурдность ситуации. Пространство вокруг будто замерло, рот приоткрылся в желании то ли закричать, то ли за материться. В это же время лицо преподавателя из растерянного стало становиться всё более и более насмешливым. Скрестив на груди руки, он вопросительно изогнул правую бровь и улыбнулся краешком губ.
  - Какая ты, однако, грозная,- оценивающе пробежал он взглядом по моей воинственной позе, немного дольше задержав его на бедренной кости, которую я всё продолжала держать перед собой.
  Уши от смущения начали пылать. Судорожно выдохнув застоявшийся в груди воздух, я выпрямилась и опустила руки.
  - Почему ты одна?- внезапно нахмурился преподаватель.
  Судорожно втянул в себя воздух, я попробовала хоть что-то сказать, но просто немо открыла и закрыла рот. Как оказалось, страх, который владел мной незадолго до появления Игоря Станиславовича, не успел до конца покинуть меня.
  - Оу, не нравиться мне это,- поджал губы мужчина и внезапно шагнул в мою сторону.
  Наверное, в подобной ситуации была виновата моя растерянность. Ведь согласитесь, не каждый день своё же собственное воображение переносит тебя в филиал фильма о зомбиапокалипсисе.
  Тем ни менее, Игорь Станиславович, тут же воспользовался моментом моей слабости (Кто бы сомневался?) и совершенно наглым образом (То есть, точно так же, как и всегда) утащил меня за собой из кабинета. А в следующий миг я осознала себя следующей за ним по коридору.
  - Куда мы?- пискнула я.
  - Неужели ты думаешь, что я оставлю тебя одну в таком состоянии?- бросил он на меня ироничный взгляд.- Буду отпаивать тебя чаем.
  Недолго получалось у меня от него бегать. Как я ни пыталась этого избежать, но в итоге сижу у него в кабинете, скромно примостившись на краюшке стульчика. В то время как мужчина шарит руками по полке навесного шкафчика, выуживая чайные принадлежности. Рядом на небольшой тумбочке мерно шипит электрочайник.
  - Рассказывай,- скомандовал он, ставя передо мной здоровенную чашку, источающую аромат бергамота.
  - Что?- несмело подняла я взгляд, но тут же его опустила. Уж слишком пристально он меня рассматривал, уж слишком близко придвинул ко мне стул. Никогда до этого не замечала, но оказалось, что если долго всматриваться в его глаза, то они оказывают просто таки гипнотическое действие. Ты будто проваливаешься в два глубоких колодца.
  - Всё рассказывай,- надавил голосом мужчина.- Что же тебя так напугало? Только не говори мне, что это был абсолютно смирный и безобидный труп.
  От той лёгкости, с которой он разгадал причину моей тихой истерики, я резко подняла взгляд. Ощущая резкий прилив смущения, с примесью негодования, я попыталась оправдаться.
  - Я была одна!
  - Ну-ну, я рад, что причина твоего состояния была настолько банальной.
  - Банальной?!- вскрикнула я, буквально задохнувшись от возмущения.
  - Ну-ну, не злись,- засмеялся мужчина, тепло глядя на меня.- Вот, лучше съешь конфетку,- и пододвинул ко мне вазочку с шоколадками.
  В моём мозгу произошло короткое замыкание. С одной стороны, мне хотелось вскочить, с ноги огреть этого нахала под коленку и гордо удалиться. Но я была жутко голодна, а ещё я всегда была невероятной сладкоежкой. Сглотнув, я покосилась в сторону конфет и тут же поняла, что моя страсть к сладкому в этот раз победила.
  - Ладно, взятка принята,- махнула я рукой и выхватила шоколадку, тут же зашуршав фантиком.
  - Похоже, я нашел к тебе подход,- самодовольно улыбнулся преподаватель.
  - В смысле?- замерла я, так и не донеся до рта шоколадку.
  - Ну, в следующий раз, когда ты начнёшь со мной спорить,- буквально промурлыкал он,- мне просто стоит запастись сладким.
  - Не дождёшься,- гордо вскинулась я, засовывая за щёку сладость. А в следующий миг я критично осмотрела свои пальцы, которые успели перепачкаться в шоколаде, и, недолго думая, слизнула с них вкусняшку.
  - Знаешь,- внезапно хрипло промолвил мужчина. Я подняла на него взгляд и внезапно застыла под его потемневшим взглядом.- Я уже довольно длительное время мечтаю сделать одну вещь.
  - Какую?- почему-то шепотом переспросила я.
  Но он не ответил, буквально нависнув надо мной. Только сейчас я поняла, насколько хрупкой и маленькой являюсь на его фоне. Его тёмные глаза буквально завораживали, сердце почему-то вдруг ускорило ритм. Со всей внезапностью я осознала, что не могу пошевелиться.
  А в следующий миг наши губы соприкоснулись. Судорожно вздохнув, я подумала, что надо бы всё это прекратить, но внезапно почувствовала его ладонь на своём затылке. Он углубил поцелуй и все тревожные мысли буквально растаяли.
  Мой первый настоящий поцелуй был с привкусом шоколада. Тягучий и нежный, он заставлял теряться в пространстве. Неспешно исследуя мой рот, мужчина покусывала то одну, то другую губу. Вторая его рука нежно проводила пальцами по моим щекам. И я неосознанно ответила, несмело проведя языком по его верхней губе, слегка поддевая её зубами. Судорожно вздохнув воздух, он внезапно перетянул меня на свои колени.
  Это было немного слишком, я пискнула, попытавшись отодвинуться. Но он увлёкся. Увлёкся до такой степени, что рука его с затылка переместилась внезапно на мою спину, а затем и талию. Увлёкся настолько, что вторая его рука, вместо лица, начала оглаживать мою шею. И, судя по всему, недалёк был тот миг, когда объятия перестанут быть настолько же невинными.
  Я дёрнулась, но куда там? Он был гораздо сильнее меня, настолько сильнее, что даже не заметил попытки к сопротивлению. Я была абсолютна беззащитна перед его страстью, а мужчина настолько долго себя сдерживал, что перестал быть столь невероятно деликатным, как раньше.
  От осознания этого я буквально заледенела. Мы были одни. Абсолютно одни. Помощи ждать неоткуда, я была абсолютно в его власти.
  Перед глазами всё поплыло. К горлу подступила тошнота. В сознании замелькали воспоминания, которые я столь долго вытравливала из своей памяти, а когда не получилось, старалась хотя бы перевести их в разряд шутейных. Смешного в той ситуации, конечно, ничего не было, но ведь всё тогда обошлось!
  Как будто от осознания этого факта мне было сильно легче!
  Уперев обе руки о грудь преподавателя, я пыталась оттолкнуть его, заполошно и напугано повторяя:
  - Нет-нет-нет-нет-нет.
  В какой-то момент он заметил, что происходит что-то неладное. Стоило ему ослабить свою хватку, как я тут же вскочила, опрокинув при этом соседний стул.
  - Ника, что с тобой?- встревоженно спросил мужчина.
  Но я стояла, тяжело и испуганно дыша. Перед глазами всё плыло. Голова немного кружилась.
  - Вероника?- более требовательно спросил он и начал подниматься со стула.
  Это была последняя капля. Я буквально ломанулась в сторону двери. Замелькали окна, двери, ступени. По-моему, меня кто-то звал. По-моему, даже пытался догнать. Но куда там? Выброс адреналина позволил мне взять просто невероятное ускорение.
  Я даже не помню, как добралась домой. Бегло поздоровавшись с родителями, я тут же нырнула в свою комнату. Даже не снимая одежды, я рухнула на кровать, буквально укутавшись в одеяло, словно в кокон.
  А в следующий момент в моё сознание обрушились образы, тщательно похороненные в памяти. Они наслаивались, перемешивались с кадрами сегодняшнего вечера. С глаз внезапно закапали слёзы, из груди вырвался натужный хрип. Меня буквально накрыла волна всё это время удерживаемой истерики.
  
  Часть 2 Error
  
  Потратить день на разгребание бумажек было чертовски хорошей идеей. Как оказалось, пока Игорь разгребал тот ворох накопившихся проблем на основной работе, да и в ставшей на диво насыщенной личной жизни, документации в университете накопилась просто до неприличия много.
  Кто сказал, что в университете бумажек мало по сравнению с больницей? Как известно, бюрократия зло вездесущее и неискоренимое. Прервался он лишь раз, чтобы провести пару у третьей группы. Реакция на его слова Вероники просто умиляла. Такая дерзкая всего день назад, она краснела и старательно отводила взгляд.
  Что ж, зерно сомнения он в её душу заронил. Более того, заставил думать о себе в несколько ином контексте. Похоже, в этой битве победителем стал именно он. Но победит ли он в их импровизированной войне тот еще вопрос.
  В итоге, когда мужчина поднял взгляд от очередного документа, за окном уже было темно. Вокруг была просто убийственная тишина. Не доносились даже отголоски приглушенных дверью разговоров в коридорах кафедры. С выражением глубочайшего отвращения Игорь отодвинул от себя стопку макулатуры, после чего выпрямился, прогнулся в спине, разминая затёкшие мышцы. С губ сорвался удовлетворённый выдох.
  Надо было с этим завязывать. Ему ещё домой добираться. Да и выспаться не помешало бы. Ведь после его отказа от командировки заведующий отделением будто с цепи сорвался. Начал поручать ему едва ли не все ургентные операции, что страшно выматывало. Пересмотрел график ночных дежурств.
  Да уж, Игорь всегда знал, что его далеко не сахарный характер терпят только потому, что он был очень сильным специалистом, который был довольно известным в узких кругах. Само его присутствие добавляло престижа, как отделению, так и больнице. Как же - ученик знаменитого профессора Радоги. Каждый запрос на его командировку, что с завидной периодичностью поступали на имя главного врача, заставляли заведующего отделением едва не лопаться от гордости. Как будто факт такой популярности доктора Красницкого был целиком и полностью его заслугой.
  Мужчина криво улыбнулся и стремительно поднялся со стула. Убрал папки на полку в шкаф, после чего выключил свет и вышел из кабинета.
  Время приближалось к восьми вечера. Как Игорь и подозревал, на кафедре к этому времени уже никого не было. Проверив, закрыта ли лаборантская, он решился пройти по аудиториям, проверить выключен ли везде свет. Да и вообще, вдруг в одном из помещений затаился очередной залипший над учебником студент. А ему надо закрыть кафедру. Не хотелось бы на ночь запереть вместе с трупами незадачливого студента.
  Как оказалось, мужчина как в воду глядел. Только сюрприз оказался гораздо более приятным, чем он мог даже себе представить.
  Стремительно продвигаясь по коридору, он заметил не выключенный свет в одной из аудиторий. Хмыкнув, мужчина резко распахнул в неё двери, которые почему-то в этот раз поддались ему с продирающим уши скрипом, который прозвучал особенно звучно на фоне тишины, царившей вокруг.
  Маленький, хрупкий силуэт буквально подбросило со стула. Вероника резко крутнулась на месте, пошатнулась, едва не упав, н всё же грозно наставила на него большеберцовую кость.
  Кость итак-то была сама по себе не маленькой, но в руках девушки она смотрелась самой настоящей первобытной дубинкой. В то же время на него уставились широко распахнутые, карамельный глаза Малышки, в которых продолжали читаться искорки застывшей паники и страха.
  Это было просто потрясающее зрелище. Поначалу растерявшись, мужчина быстро пришел в себя. Прислонился к стене, скрестив руки. На губы сама по себе вылезла насмешливая улыбка.
  - Какая ты, однако, грозная.
  Взгляд его демонстративно скользнул по хрупкой фигурке, в конце концов задержавшись на большеберцовой кости, всё ещё наставленной на него. Судорожно вздохнув, девушка опустила своё импровизированное оружие.
  Но страх, всё ещё застывший в глазах Малышки, заставил его игривое настроение слегка поутихнуть.
  - Почему ты одна?
  Но ответить Вероника так и не сумела, немо открыв и закрыв рот. Похоже, девушка была гораздо более напугана, чем он подумал в начале. Это заставило шевельнуться в его душе червячок беспокойства.
  - Оу, не нравиться мне это.
  Пользуясь мгновением её растерянности, он резко к ней приблизился, взял за руку и стремительно увёл из аудитории.
  - Куда мы?- тут же пришла в себя Вероника, посмотрев на него широко распахнутыми глазами.
  - Неужели ты думаешь, я оставлю тебя одну в подобной ситуации?- с долей иронии спросил он, после чего ласково и успокаивающе ей улыбнулся.- Буду отпаивать тебя чаем.
  Это конечно была основная причина. Но сама мысль о том, что он застал её в момент подобной уязвимости, придавала настроению мужчины нотку предвкушения. Уж он то возьмёт от этой ситуации всё и сполна. К тому же, на кафедре никого нет. Никто не помешает, не ворвётся в кабинет в ненужный момент, задавая абсолютно тупые вопросы.
  Усадив её на стул за столом, на котором ещё недавно разбирался с документацией, он принялся рыться в шкафчике на предмет обещанного чая. Изредка скашивая взгляд на девушку, чутко следя за ситуацией. Как бы не убежала. С неё станется учудить подобное.
  Наконец, заварив чай, выставив на стол блюдце с конфетами, он подтянул стул поближе к ней и сел, задумчиво разглядывая девушку. Давно он не видел её настолько близко.
  - Рассказывай,- велел он.
  Девушка подняла взгляд от кружки, наткнулась на его пристальный взгляд, смутилась и вновь опустила голову, принявшись пристально разглядывать стол.
  - Что?- хрипло спросила она.
  - Всё рассказывай. Что же тебя так напугало?- спросил он, но потом в его память ворвалось воспоминание того, как она грозно угрожает ему большеберцовой костью. А рядом лежит на анатомическом столе завёрнутый в полиэтилен труп. Губы его дрогнули в улыбке. Да ладно, всё не может быть настолько просто.- Только не говори мне, что это был абсолютно смирный и безобидный труп.
  Девушка резко вскинула голову. В глазах её читалось яркое чувство шока и негодования.
  - Я была одна!- постаралась оправдаться Ника.
  - Ну-ну,- успокаивающе произнёс он, пытаясь заглушить рвущийся наружу смех.- Я рад, что причина твоего страха была настолько банальна.
  - Банальна?!- буквально задохнулась от возмущения девушка. В глазах её буквально читалось желание его стукнуть.
  - Ну-ну, не злись,- всё же не выдержав, рассмеялся мужчина.- Вот, лучше съешь конфетку.
   И всё же, насколько яркая у неё мимика. Наверное, она совершенно не умеет лгать. У неё просто нет на это ни единого шанса, ведь всё мысли девушки буквально отпечатываются у неё на лице. В данный момент она походила на маленького ребёнка, который решал жизненно важный вопрос - доломать ли старую игрушку или всё же получить новую. Видно решив, что деструктивные действия подождут, она всё же потянулась за конфеткой, тут же сдёргивая с неё обёртку.
  - Ладно, взятка принята,- попыталась сделать повелительный жест девушка, но получилось комично.
  - Похоже, я нашел к тебе подход,- улыбнувшись краешком губ, с долей лукавства промолвил Игорь.
  - В смысле?- замерла она, так и не донеся конфетку ко рту.
  - Ну, в следующий раз,- игриво промурлыкал мужчина,- когда ты начнёшь со мной спорить, мне просто стоит запастись сладким.
  - Не дождёшься,- гордо вскинулась она, засовывая в рот шоколадку.
  Довольно прищурилась, разжевывая её. После чего внезапно пристально посмотрела на свои пальцы. Поднесла руку к лицу. Юркий язычок скользнул по пальцами, слизывая сладость, прошелся по нижней и верхней губе, увлажняя их.
  От этого жеста у мужчины просто спёрло дыхание. Взгляд впился в пухлые, розовые губки. Такие манящие. Они, наверное, были сладкими даже без шоколада. А уж теперь то.
  Волна жара прокатилась по телу. Запершило в горле. Мысли свелись к тому, что он неимоверно, просто до дрожи хочет попробовать её на вкус. Давно хочет. Ещё с той злополучной поездки в автобусе. И это желание, придушенное стальной волей, всё это время никуда не исчезало, только возрастало изо дня в день, от встречи к встрече.
  - Знаешь,- голос его оказался внезапно хриплым.- Я уже довольно длительное время мечтаю сделать одну вещь.
  Все посторонние мысли выветрились из головы. Осталось только отчётливое, обжигающие желание сократить расстояние между ними до минимума, вновь вдохнуть её чарующий аромат и, наконец, проверить, настолько ли сладкие её уста, как ему всё это время казалось. Встретившись с ним взглядом, Вероника застыла, видно, прочитав это желание, почти обещание, во взгляде мужчины.
  - Какое?- шепотом спросила она.
  Ответить он не смог, да и не нужно это было в тот момент. Игорь растворился в своём соблазне, словно магнитом привлечённый к её губам. Прикоснулся, сначала невесомо, нежно, понимая, что пьянящий аромат трав и цитруса, вновь начинает кружить его голову. Только в этот раз наряду с всё сильнее разгорающейся страстью в душе поселился какой-то щекочущий трепет. Спешить не хотелось. Не хотелось её пугать. Хотелось, чтобы в этот раз она ответила ему.
  Немного осмелев, он положил ладонь на её затылок, прижимаясь сильнее. Провёл языком по верхней и нижней губе, заставляя девушку приоткрыть рот. Мужчина углубил поцелуй, тонко исследуя её. И просто утопая в своих ощущениях.
  Сладкая. Этот вкус её мягких губ и шоколада пьянил. Тонкий аромат её тела путал мысли. Игорь никогда не думал, что всего лишь поцелуй может творить с его сознанием такое. Возможно, это происходило потому, что ещё ни одну девушку в своей жизни он ТАК сильно не желал.
  А когда она ответила, слегка зацепив зубками его губу, он едва ли заурчал от удовольствия. От осознания, что ему выдали некоторый кредит доверия, в душе разгорелся пожар. Не совсем контролируя себя, он перетащил девушку на свои колени, в желании сократить расстояние между ними до минимума. Игорь углубил поцелуй, просто упиваясь этим моментом.
  Он не заметил, как полностью потерял контроль над ситуацией. Сладость губ, горячее дыхание, её запах заставили опустеть его голову, сосредоточив все его мысли на ощущениях. Мужчина даже не заметил, как непроизвольно заскользили по её телу его руки. Не заметил, что она давно перестала отвечать на поцелуй.
  Но когда до его опалённого страстью сознания донеслось полу придушенное, постоянно повторяющееся эхом отрицание. Когда он осознал, что её ладошки упираются в его грудь, в тщетной попытке оттолкнуть. Когда взгляд его пересёкся с наполненными не просто страхом, а просто таки первобытным ужасом карамельными глазами. Вот тогда-то его проняло. Руки ослабили свою хватку, чем девушка тут же воспользовалась, отскочив от него столь резко, что с пронзительным грохотом уронила стул.
  Сладостный дурман тут же рассеялся. Сердце тревожно ёкнуло в груди.
  - Ника, что с тобой?
  Она стояла пред ним, такая хрупкая, такая испуганная. Глаза огромные, уставившиеся в никуда, остекленевшие от непередаваемого ужаса. Изящную фигурку пробивает дрожь. Почему? Чего же она так испугалась? Он же не сделал ничего дурного?
  - Вероника,- решился он прервать молчание, приподнимаясь со стула.
  Но не успел.
  В следующий миг она сорвалась с места, испуганным юрким зверьком скользнув за дверь. Опешив на долю мгновения, он сорвался следом. Но всё ещё ватные ноги подвели. Он запнулся о недавно опрокинутый стул и растянулся на земле. Но тут же вскочил, не взирая на ушибленные колени и руку, поспешил следом.
  Вероника уже успела добежать до конца коридора. Ускоряясь, он рванул за нею следом, словно в бреду продолжая выкрикивать её имя. Но выскочив на улицу понял, что потерял её из виду. Рванул к остановке, но когда добежал до неё увидел поворачивающий за угол автобус.
  В заднем стекле виднелся такой знакомый, такой родной силуэт. Её фигурку будто прижимало к земле. Руки обняли себя за плечи, будто желая закрыться от всего мира.
  
  То, что хотелось забыть
  
  К концу девятого класса, я смотрела на наших парней со смесью непонимания, брезгливости, может даже немного ненависти. Они спровоцировали всю эту ситуацию, но не спешили помогать мне выпутаться из этой паутины. В какие-то моменты мне даже казалось, что они ловят откровенный кайф от всей этой войнушки за их внимание.
  И всё бы, может быть, со временем и нормализовалось. Я бы не стала подсознательно переносить это недоверие ко всем остальным особям мужского пола, ведь это было бы достаточно глупо, да и не тот у меня характер.
  Но жизнь потрудилась мне наглядно доказать, что к парням стоит относиться как минимум с опаской. Ведь у них передо мной есть одно неоспоримое преимущество. В большинстве своём они гораздо сильнее меня.
  Собранные в высокий, пышный хвост волосы. Туфельки на высоком каблуке, призванные хоть немного компенсировать мой невысокий рост. Чёрная юбка карандаш, чуть выше колена. Белая, немного просвечивающаяся, приталённая блузка. Хоть в тот день я и решила блеснуть, чтобы найти общий язык с одноклассниками. Но более фривольный или открытый наряд не могло позволить мне на себя надеть ни моё мировоззрение, ни моё воспитание. Единственную вольность, которую я позволила себе тогда, это кокетливо расстегнуть верхнюю пуговицу блузки.
  Хоть и пробирал меня тогда лёгкий мандраж, но настроение было приподнятое. Его даже не испортило опоздание на урок. И приподнятым оно у меня сохранялось ровной до того момента, как я нырнула в один из закоулков между двумя школьными корпусами.
  - Оуу, ничего себе куколка,- разразился хриплым, немного лающим смехом Кэп, глава местной быковатой шайки.
  Холодея от ужаса, я словила на себе пристальный, оценивающий взгляд четырёх пар глаз. Не успела прийти в себя, как предводитель шайки схватил меня за руку, а в следующий миг, чтобы не сбежала, припечатал к стене здания.
  - Новенькая?- совершенно не заинтересовано спросил он, окидывая меня раздевающим взглядом.
  - Пусти,- дёрнулась я, в то время как сердце буквально сжалось от накатывающей волны страха.
  - Аха-ха-ха-ха,- рассмеялся Кэп, его тонкие губы растянулись в кривой ухмылке.- Не советую со мной ссориться.
  - Из какого ты класса?- спросил второй из парней, прислонившись рядом к стенке. Окидывая меня не менее сальным взглядом, чем его предводитель.- А знаешь, в этой школе принято искать покровителей. Особенно, таким как ты. Да, Кэп?
  - Ага,- немногословно ответил тот, в то время как его взгляд прикипел к моей груди. Внезапно он сместил свою руку с моего плеча на грудь, после чего её сильно, до боли сжал.
  - Нет!- ещё сильнее задёргалась я. К горлу подступила паника, от ужаса я начала задыхаться.
  - М-м-м, мой размерчик,- оскалился парень и внезапно меня поцеловал.
  Во рту появился привкус табака и крови, ведь я неосознанно прикусила губу. В нос ударил резкий запах травяного парфюма вперемешку с потом. Я брыкалась, лягалась, пыталась вырваться, но наши силы были просто таки не сопоставимы.
  Повлажневшие от похоти руки бродили по моему телу, грубо ощупывая всё, до чего смогли дотянуться. Было до ужаса, до одури противно. Но когда одна из рук парня внезапно нырнула мне под юбку, моё дыхание буквально спёрло от ужаса.
  - Нет!- придушено пискнула я, но его ладонь зажала мой рот.
  - Не дёргайся,- оскалился Кэп, под гогот своей правой руки.
  А я стояла, глядя на них остекленевшим взглядом. Рот открылся в немом крике, картинка вокруг вдруг начала будто расплываться.
  - А это не слишком?- будто сквозь толщу воды, донёсся до меня голос одного из оставшихся двух парней, которые всё это время стояли в сторонке и флегматично наблюдали за происходящим.
  - Да что мне будет?- нагло ухмыльнулся Кэп.- Всё равно отмажут. А с неё и не убудет.
  Не знаю, кого мне благодарить за то, что по всей территории школы громогласно прогремел звонок. Он не только вывел меня из своеобразного ступора. Но и заставил дёрнуться парней от неожиданности, взгляды их синхронно обернулись в сторону выхода из закоулка.
  Собрав в себе последние силы, я резко рванулась, вырываясь из стальной хватки. Кэп попытался перехватить мою руку, но, к счастью промахнулся. Никто, похоже, не ожидал от меня такой прыти. Этим я и воспользовалась, проскользнув между зданиями и со всей скоростью рванув в сторону школьного двора. В спину доносились крики, угрозы. Но я их не слушала, несясь вперёд, домой, в безопасность, подальше от этой прогнившей школы.
  Потом меня долго рвало под кустом у обочины дороги. Тело колотила крупная дрожь, я задыхалась, не в силах отпустить ужас от произошедшего.
  Не представляю, что чувствуют те, у кого акт насилия был доведён до конца. Что же касается меня, то я целый год собирала себя по кусочкам. Училась не дёргаться от каждого громкого оклика, от каждого мимолётного прикосновения. Старалась лишний раз не оставаться вне толпы на улице, ведь безлюдная местность неизменно вызывала во мне приступы паранойи.
  Рылась в интернете, в поисках статей по психологии, занималась аутотренингами. Мне казалось, что после всех приложенных усилий, я сумела отпустить эту ситуацию.
  Да даже эта дибильная ситуация в автобусе, как мне казалось, лишний раз доказывала, что я справилась со своими проблемами. Но, как оказалось, это далеко не так. Ведь в автобусе, не смотря ни на что, я чувствовала себя в абсолютной безопасности. Ведь я прекрасно знала, что стоит мне погромче возмутиться, как толпа тут же осадит хулигана.
  Загорался за окном рассвет, медленно серело небо. А я так и не сомкнула глаз, всё так же продолжая вглядываться в сумрак комнаты. Голова опустела, думать ни о чём не хотелось.
  Собираясь на учёбу, я больше походила на человека, который очень долго и тяжело болел. Под глазами залегли глубокие тени, губы обескровились, став бледными, почти синюшными. Макияж, конечно, скрыл самые заметные признаки, но группа всё равно весь день на меня странно косилась.
  На следующий день мы шли в сторону кафедры анатомии. Мне тогда казалось, что я уже привела в порядок свои растрёпанные чувства. Но с каждым шагом, который меня приближал к злополучной кафедре, я начала всё больше замедляться. Сердечный ритм внезапно ускорился, в горле появился тугой комок, мешающий глотнуть.
  И я не выдержала, развернулась и стремительно стала удаляться от этого кошмарного места.
  - Эй, ты куда!- в непонимании прокричал староста.
  - Скажите ему, что я заболела!- нашла силы крикнуть ему в ответ.
  Я понимала весь идиотизм своих поступков. Понимала, что Игорь Станиславович, по сути, ни в чём не виноват. Что это неправильно сравнивать его с теми моральными уродами.
  Да, сознанием я это понимала, но подсознание уже вовсю завладело моим телом. Картинки того вечера наслоились на гнилостные школьные воспоминания и я внезапно поняла, что начала панически, почти до дрожи бояться нашего преподавателя.
  На улице шел первый в этом году снег, я подставила своё лицо под холоднее потоки ветра, прикрывая глаза, делая глубокий вдох, пытаясь успокоиться.
  Ничего. Просто прошло слишком мало времени. Я успокоюсь, возьму себя в руки и всё наладиться. Обязательно наладиться, ведь правда?
  Как же я была наивна. Для начала, у меня опять разыгралась давно позабытая паранойя. Как это ни странно, но именно она помогла мне избегать преподавателя всеми мыслимыми и немыслимыми способами. А он пытался со мной поговорить, всё это время пытался. Высматривал меня в коридорах, поджидал недалеко от дома на своей машине. Именно после этого я начала выходить из дома в сторону университета на час раньше.
  Я понимала, что так долго продолжаться не может. Да и, это же анатомия! Один из важнейших предметов! Но стоило мне хоть немного приблизиться к злополучной кафедре, как ноги мои неосознанно уносили меня прочь.
  Стараясь отвлечься, я зачастила к Кисе. Практически каждый вечер мы устраивали посиделки, играли на инструментах, пели, смеялись. Иногда нас было совсем мало, а иногда собиралась огромная толпа, в которой ребята то и дело шутейно дрались за ничейные пуфики.
  От всей этой ситуации нервы мои потихоньку сдавали, спала я откровенно плохо, выглядела откровенно замучено. Я не особо удивилась, когда в один из дней я проснулась с осознанием того, что безбожно проспала первую пару.
  Я была так измотана, что даже не стала паниковать, и спокойно начала собираться.
  Под ногами хрустел белоснежный снег. Чувствуя себя абсолютно опустошенной, я даже не смотрела по сторонам, уставившись ничего не выражающим взглядом себе под ноги. Выскользнув за калитку, я закрыла за собой замок, повернулась и замерла. Ведь буквально в десяти шагах от меня стоял Игорь Станиславович.
  Я буквально заледенела, застыв на месте ледяной статуей, глядя на мужчину широко распахнутыми в страхе глазами. А он, лихорадочно скользя взглядом по моему лицу, как-то резко встряхнулся, подобрался и неспешно, не желая лишний раз пугать, двинулся в мою сторону.
  Он надвигался на меня словно скала. Чёрная дублёнка сделала его фигуру ещё более внушительно. Мои чувства усилились. Казалось, что снег под подошвами его чёрных, кожаных ботинок скрипит просто оглушающее. Я чувствовала себя добычей перед хищником.
  Если бы не его взгляд. Виноватый, нежный, даже немного испуганный. Он подошел ко мне вплотную, остановившись в шаге и склонившись над моим лицом. Хотелось отступить на шаг, но тело меня по-прежнему не слушалось.
  - Боишься,- как-то грустно констатировал он. Его пальцы приподняли меня за подбородок. Чёрные глаза-пропасти начали затягивать меня в свою гипнотическую воронку.
  А я почти задыхалась. В душе царил непередаваемый коктейль чувств. В груди всё сжималось, все слова буквально выбило из моей головы, хотя почти каждый день, по несколько раз за сутки, я представляла наш будущий диалог при следующей встрече.
  - Кто же тебя так обидел, Малышка?- хрипло, почти болезненно спросил он.
  Догадался. Он догадался!
  Осознание этого будто прорвало какую-то плотину. Я всхлипнула и резко втянула в себя морозный воздух, в надежде успокоиться. Я и так промотала все его нервы. Не хватало ещё в его присутствии разразиться самой настоящей истерикой.
  Но мужчина внезапно шагнул ко мне и крепко обнял, начиная шептать какие-то глупости, гладя по голове, будто маленького ребёнка.
  И меня прорвало. В душе будто вскрылся какой-то болезненный, гнилостный нарыв. И я буквально влипла в его широкую грудь, держась за него будто за спасительную соломинку. Буквально потерявшись во времени. Давая выход столь долго копившимся во мне негативным эмоциям.
  
  По горячим следам
  
  - Ты проебался,- сурово, как гранитную плету, уронил мужчина.
  Взгляд его глубокий, сканирующий, впился в глаза его незаменимого помощника. Рука судорожно сжимала чашку с кофе, силясь подавить очередной приступ первобытной ярости. Подобные приступы в последнее время вспыхивали в его душе довольно часто.
  Суровый, поджарый мужчина, на десяток лет его старше, под прожигающим взглядом Игоря как-то даже сжался. Густые, чуть светлые брови нахмурились в напряжении. Серые, почти бесцветные глаза посмотрели с несмелым вопросом.
  Но вскоре, встряхнувшись, Шурик скинул с себя минутное наваждение.
  - Конкретизируй,- припечатал он. Военная выучка дала о себе знать. Мужчина подобрался, всем видом показывая, что готов слушать и, в случае надобности, исправлять свои ошибки.
  От таких метаморфоз Красницкий сумел стряхнуть с себя остатки ярости и непроизвольно одобрительно хмыкнул.
  - Последняя моя просьба,- от не угасшего напряжения, голос его всё ещё был глубоким, почти гипнотическим.- Информация была не полной.
  - Блядь, Игорь,- оскалился Щурик.- Да я, не взирая на то, что мои ребята смотрела на меня как на дебила, отправил их опрашивать её однокашников!
  - Что?- зло взглянул на него мужчина, ведь сбор этой информации обязан был остаться в тайне. Что подумает о нём Вероника, если узнает?
  - Нежно,- поспешил исправиться Власов.- Опрос вели по всем стандартам работы под прикрытием.
  От подобной новости Игорь даже присвистнул.
  - Ничего себе ты расстарался,- откинулся он на спинку стула, переваривая новость.
  - Представь себе,- криво улыбнулся Власов.- Блядь, с тобой на трезвую голову разговаривать невозможно.
  С этими словами полковник подозвал к себе официанта и заказал коньяк и мясо к нему.
  А Игорь хмуро глядел куда-то в пространство невидящим взглядом. Опять сорвался. Надо держать себя в руках. Шурик ему, конечно, крепко задолжал. Да и долг-то этот эфемерный. Если бы гордый вояка не настаивал, то Игорь не посмел бы о нём даже заикнуться.
  Всё же, урок профессора Радоги мужчина усвоил накрепко. Жизнь не имеет цены.
  Но живущий по какому-то своему, чуть ли не самурайскому кодексу Шурик Власов, в своё время чуть ли не бухнулся перед ним на колени, утверждая, что не сможет спокойно жить, если не отдаст этот долг.
  А Игорь что, против? Тем более, если человека так плющит.
  Это была одна из самых сложнейших операций в его практике. Молоденький парнишка, вне возрастов, потому что за многочисленными травмами возраст было разглядеть невозможно. Красницкий тогда был на ночном дежурстве, когда привезли разбившегося в лепёшку на мотоцикле парня.
  Это было страшное зрелище. Черепно-мозговая травма с трещиной основания черепа. Многочисленные ушибы, внутреннее кровотечение. И суетящиеся вокруг, пребывающие в состоянии перманентной паники медики. Он тогда первый раз рявкнул на персонал. Так рявкнул, что после они слушались его с полувзгляда. Кстати, именно тогда за ним окончательно закрепилась кличка Деспот. До того случая его так называли исключительно интерны. Но после той операции так называть его стали все. Причём из уст медиков эта кличка звучала уважительно, иногда даже благоговейно.
  В операционную он вошел через рекордные пятнадцать минут. А когда он узнал, что парнише всего шестнадцать лет то поклялся сдохнуть, но вытащить пацана из-за кромки. А после операции найти его недалёких родителей и хорошенько им врезать за то, что они позволили этому малолетке устраивать гонки по пересечённой местности.
  Операция тогда продлилась рекордное количество времени. Пару раз мальца приходилось откачивать. Один раз реаниматолог хотел даже констатировать смерть, но Красницкий ТАК на него рявкнул, что тот тут же передумал. Как оказалось не зря. Пацана всё же получилось более-менее заштопать. Даже получилось стабилизировать его состояние.
  Из операционной Игорь буквально выползал, настолько вымотался. Даже не подозревая, что в холе отделения в этот миг разыгрывалась самая настоящая драма. Прибыл блудный папаша мальца, тут же начав расспрашивать медицинский персонал о состоянии сына. Видевшие своими глазами состояние пациента медики, конечно, успокаивали мужика, хотя мало кто верил в успех операции. Но самые молодые и неопытные из них то и дело бросали на него траурные взгляды.
  Естественно цепкий взгляд Шурика это тут же приметил. Естественно, к моменту выползания из операционной Красницкого папаша успел накрутить себя до ручки. Поэтому, только завидев хирурга, он бросился к нему в желании схватить за плечи и буквально вытрясти из него всю возможную информацию.
  Игорь же, завидев приближающуюся к нему массивную тушку Власова, сразу распознал его намерение. А так как был он на тот момент всё ещё до крайности взвинчен, мужчина недолго думая рявкнул.
  - Стоять!
  И до того повелительно у него это получилось, что Шурик тут же вытянулся, застыл и едва ли не отдал честь.
  - Кто таков?- закрепил результат Красницкий, цепко оглядывая мужика.
  - Александр Власов, я...
  - Ага, наверное, папаня нашего гонщика.
  Хирург уже было приготовился приложить его красным словцом, но внезапно запнулся. На него смотрели с такой надеждой и страхом, что вся злость просто улетучилась. Сдувшись, как воздушный шарик, Красницкий устало посмотрел на незадачливого отца.
  - Что уставился?- ворчливо проговорил он.- Жить будет. Реаниматологов я уже накрутил, будут теперь возле него дневать и ночевать. Зря я, что ли, корячился? А там время покажет. Всё же черепно-мозговые травмы - это не шутки.
  А пацан таки выжил. И даже не стал инвалидом, везучий засранец. Правда, на реабилитацию он потратил просто прорву времени. Но мозгов у мальчишки после этого явно прибавилось.
  Шурик на него после такого смотрел просто щенячьими глазками. Особенно после того, как подслушал от болтливых медсестёр истории про чудо-операцию. Естественно, превратившуюся в какую-то, просто-таки героическую сагу. Ну, вот делать им, блин, больше нечего, кроме как перемывать его косточки.
  Эксплуатировал он Власова достаточно редко. Так, порой возникала необходимость некоторые фамилии по его базам пробить. Но обычно этим делом всё и ограничивалось.
  - С чего такое рвение?- всё же переспросил он, отпивая из чашки американо.- Зачем своих за сланцев направил?
  - Ты бы себя со стороны слышал тогда,- внезапно ухмыльнулся полковник.- Крепко же тебя она зацепила. На свадьбу пригласишь?
  Судорожно вздохнув, Игорь перевёл на Шурика абсолютно потерянный взгляд.
  - Да иди ты,- отмахнулся он.- Теперь вообще неизвестно, что будет.
  - Ну-ну,- скептически посмотрел на него Власов.- Ты-то своего не упустишь.
  - Она меня избегает, Саш,- внезапно для себя, глухо сказал мужчина. Странно это, он не привык ни перед кем раскрывать свою душу. Но последние дни просто проели все его нервы.- С ней в том чёртовом лицее что-то произошло, вот зуб даю. Что-то крайне нехорошее. И если ты со всем своим рвением так ничего и не накопал, значит, эта гнусная история осталась за кадром.
  - Так что ж ты с меня-то хочешь?- приподнял вопросительно брови полковник.
  - Я обязан найти этих тварей,- с глухой, холодной яростью в голосе промолвил мужчина.
  - Ого, ничего себе тебя проняло,- откинулся на спинку стула Власов.
  Мужчина опалил его горящим взглядом.
  - Ты не видел, с каким ужасом она смотрела,- Игорь выдохнул, отгоняя от себя видение широко распахнутых в животном страхе глаз, от ужаса практически утративших разум. Чтобы не до конца выдавать своё состояние, он отвернулся и уставился в окно, наблюдая за медленным танцем снежинок.- Я много об этом думал. Когда тебя целуют, ТАК не реагируют. По крайней мере, если на это нет веской причины.
  Повисло неловкое молчание. Власов покатал в руке бокал с коньяком, делая глоток. Да, немного расслабиться явно не помешает.
  - Может и тебе пригубить?- кивнул полковник на алкоголь в его руках.
  - У меня сегодня ночное дежурство,- сухо отказался Красницкий.
  - Угу,- задумчиво кивнул Власов.- Так что ты от меня хочешь?
  - Пробей детишек, которые учились с ней на параллели, а так же тех, кто на год младше и старше,- отозвался Игорь.- Может банды какие среди них были. Вот задницей чую, среди них обязательно окажется тот тварёныш.
  - И что ты с ним сделаешь?- с интересом посмотрел на мужчину полковник, но получил в ответ настолько красноречивый взгляд, что лишние вопросы застряли у него в глотке.- Понял. Быстрого результата не гарантирую, но постараюсь. Ты свою ещё поспрашивай. Вдруг что путное скажет?
  - Скажешь тоже,- скептически хмыкнул Красницкий.- Не забыл? Она меня избегает.
  - Ну-ну, думаю это ненадолго,- ухмыльнулся Шурик.
  - Как там твой мелкий?- поспешил перевести тему Игорь. С выбором вопроса он не прогадал, полковник просто раздулся от гордости.
  - На красный диплом идёт.
  Мда, о своём сынишке тот был готов болтать часами. Игорь хмыкнул и приготовился делать вид, что внимательно слушает, сам окунаясь в воспоминания.
  В тот роковой день мужчина вечно опаздывал. И продолжал вечно опаздывать во все последующие дни.
  В тот вечер им вообще завладела несвойственная холодному, до костей рациональному хирургу паника. До того момента мужчина вообще не подозревал, что способен на столь сокрушительные эмоции.
  Тогда он успел добежать до парковки, завести машину и догнать автобус. Он преследовал его на машине ровно до того момента, пока внезапно даже для себя нарвался на пробку. Впереди произошла авария, и Игорь чуть сознание не потерял, ожидая увидеть злополучный автобус. Но пронесло.
  Тем ни менее время он критически потерял. Когда подъехал к её дому, она явно уже скрылась внутри. Смелости на то, чтобы вломиться внутрь он в себе тогда не нашел. Хотя и жалел порой об этом.
  Утром они тоже разминулись, хотя он пытался подкараулить её у выхода из переулка. Не помогло - девушка так и не появилась. А мужчина уже опаздывал на работу.
  В университете она его избегала. Но куда же она денется? Рано или поздно всё равно явиться на пару.
  Но эта странная череда случайностей. Она напрягала. То они сталкивались из раза в раз, словно сама жизнь хотела закрепить в его сознании это невозможное, но такое сладкое притяжение. Теперь же та самая череда случайностей не даёт ему к ней приблизиться, поговорить. Словно намекает, что девушке необходимо дать время.
  - Степан, ты веришь в Судьбу?- совершенно внезапно спросил он коллегу.
  Преподаватель зашел тогда к нему, обеспокоенный странным поведением мужчины. Он ожидал всякого, но после этих слов рыжик едва ли не поперхнулся чаем.
  - Чего это тебя на философию потянуло,- но наткнувшись на серьёзный взгляд, он решил всё же ответить.- Не особо. Сама мысль о некоторой предопределённости человеческой жизни угнетает. Но если эта самая Судьба сулит что-то хорошее? Почему бы и нет?
  - Занятно,- хмыкнул Игорь и перевёл взгляд в окно.
  Он решил подождать. Ведь если не смог утешить и выяснить всё сразу, девушке явно надо было дать время. В тот миг он уже окончательно уверился, что это не из-за него она так перепугалась. Ну не делал он ничего такого, чтобы спровоцировать с её стороны настолько ужасающую реакцию. Ответ кроется явно где-то в её прошлом.
  Хотя, дошел он до этой мысли далеко не сразу. Образ его Малышки, что смотрит на него со столь непомерным ужасом в карамельных глазах. Этот образ когтями разрывал его грудную клетку, заставляя едва ли не рычать от бессилия. Он терялся в этом образе. Метался, словно раненый хищник.
  Но после, на следующий день, он поступил так, как и всегда до этого. Затолкал все эмоции вглубь, буквально заледенев сознанием. Мужчина принялся за холодный анализ, механически обрабатывая информацию, словно компьютер.
  Выводы не заставили себя ждать. И они ему ох как не понравились.
  Ведь стоило представить, что какой-то подонок столь сильно обидел его Малышку, как в душе вспыхнула не просто злость. Не-е-ет, его душу поглотило всесокрушающее пламя ярости. Думать о том, насколько далеко этот подонок зашел в своём самоутверждении над ней не хотелось совсем. Но сама мысль о непоправимом, заставляла метаться мысли от крайности в крайности. От желания всё же догнать его хрупкую нимфу, обнять, показать, что ей больше нечего бояться. До опаляющего сознание желания растоптать ублюдка, посмевшего к ней прикоснуться.
  А в тот миг, когда он понял, что девушка игнорирует его пары, в его душе что-то оборвалось. Насколько же сильно она тогда испугалась? Насколько сильно успела наложить образ его несдержанного поцелуя на образ насильника?
  От всесокрушающего чувства бессилия хотелось просто выть.
  Он утратил все свои ориентиры. Начал нагло опаздывать на работу, в желании всё же подкараулить её под домом. Но она словно чуяла намерение Игоря, умело его избегая. Он стал очень не сдержан. От периодических вспышек раздражения страдали уже не только интерны, но ещё и студенты. Особенно, почему-то, её группа.
  Он сходил с ума. И лекарство от этого было только одно.
  
  Поймал
  
  Когда громкие рыдания начали медленно, но неуклонно переходить в редкие всхлипы. Когда тело перестало непроизвольно дрожать, а мысли вдруг перестали быть путанными, приобретая хоть какую-то упорядоченность. Только тогда я внезапно чётко осознала, насколько я влипла.
  Я. Только что. Закатила. Истерику. На груди у преподавателя!
  Внезапно очень захотелось отстраниться, но осознание того, что в таком случае, мне будет гораздо сложнее прятать своё зарёванное лицо, заставило меня неподвижно замереть. Руки мои, судорожно сжимавшие до этого его дублёнку, тут же разжались, чтобы тут же быть прижатыми ко рту.
  - Как ты?- тихо спросил он, внезапно целуя меня в макушку. По спине прошла приятная дрожь и я непроизвольно задержала дыхание.
  Мужчина же немного отстранился, попытавшись взглянуть мне в лицо. Но я тут же отвернулась, прикрывшись ладонями.
  - Ну, чего ты?- поинтересовался он, мягко, но неуклонно отводя мои ладони от лица. Вновь взял меня за подбородок, он заглянул в мои глаза.
  На меня накатила просто одуряющая волна смущения. Судорожно вздохнув, я зажмурила глаза.
  - Простите,- пискнула я, ощущая, как мои уши начинают безбожно полыхать.
  Над всей улицей раздался его завораживающий, глубокий смех. Невесть где раздобытым платком, он внезапно начал вытирать мои слёзы. Я так удивилась, что даже не стала препятствовать ему в этом.
  - А давай сегодня прогуляем?- внезапно как-то задорно, по-мальчишески улыбнулся он.
  - Что?- удивлённо выдохнула я.
  - М-м-м, давно я не был в океанариуме,- мечтательно проговорил мужчина, переведя взгляд на небо.- Говорят, его атмосфера действует очень умиротворяюще.
  - Но...- попыталась возразить я.
  Ну не наивная ли я? Пора бы было давно уже запомнить, что если этот несносный преподаватель что-то задумал, то отвертеться у меня нет ни единого шанса!
  В итоге, окончательно я себя осознала сидящей в его машине. Мимо проносились улицы, дома, деревья.
  - Расскажешь?- внезапно спросил мужчина.
  Я медленно перевела на него взгляд, а когда поняла, о чём он просит поведать, то даже немного сжалась.
  - Нет,- мотнула головой я.
  - Что ж,- скосил он на меня взгляд.- Я подожду. И кста-а-ати,- его голос внезапно стал насмешливым, губы разошлись в лукавой улыбке.- А ты в курсе, что прогуливать не хорошо?
  - Что?- воззрилась на него я, широко распахнув глаза в удивлении.
  - Придётся тебе отрабатывать. Ты столько всего пропустила,- в предвкушении закатил он глаза.
  - Я учила!- возмутилась я.- Я всё сдам!
  - Конечно, сдашь,- широко улыбнулся он.- Всё-всё сдашь. Уж я-то проконтролирую.
  - Ты невозможен!- буквально возопила я.
  - Я знаю,- засмеялся он.
  Остаток пути я сидела, надувшись. А этот невозможный тип всё продолжал подкалывать меня. В итоге, когда мы подъехали к океанариуму, я просто вылетела из машины. Находиться с ним в одном помещении становилось просто невозможно!
  Гордо вскинув голову, я вышагивала вдоль череды машин по парковке. Игорь Станиславович шел позади, тихо посмеиваясь. Но наш рост был несопоставим, поэтому догнал мужчина меня буквально в два шага, нагло при этом обнимая за талию. Я было уже возмутилась, но внезапно перед моими глазами мелькнуло что-то блестящее.
  - Конфетку?- спросил он, широко улыбнувшись. Как оказалось, он протягивал к моему лицу шоколадку.
  - Я тебе что, ребёнок?- возмутилась я.
  - Да,- кивнул он, лукаво посматривая в мою сторону.
  - Что ж ты тогда со мной постоянно заигрываешь?- попыталась пристыдить его я, но куда там!
  - А я тоже ребёнок,- безапелляционно заявил мужчина.- Все мы в душе немного дети. И кто сказал, что это плохо?
  - Философ, блин,- фыркнула я, но непроизвольно улыбнулась.
  И как у него получается вызывать во мне столь противоречивые чувства? Когда в один момент начинаешь задыхаться от возмущения, одновременно полыхать от смущения, но при этом непроизвольно тянет улыбаться.
  В последний раз я была в океанариуме довольно давно, когда училась классе в пятом. Мама тогда ещё не получила повышение по работе, вечера у неё были довольно свободными. Не так как сейчас, когда она пропадает, как и отец, на работе сутками. В те времена мы подолгу гуляли по вечерам, говорили на любые темы. Потом это всё рухнуло. Не то чтобы я обижалась на подобное отношение, но того тёплого, искреннего доверия между нами не стало. Слишком редко мы виделись, слишком часто наши разговоры стали походить на шаблонные вырезки из диалогов примерной семьи.
  Но попасть полумрак переходов, отливающих синевой. Когда по бокам от тебя плавают разноцветные рыбки, вокруг тихо журчит вода. Это было по-настоящему волшебно. В голове всплывали приятные воспоминания, от которых тянуло улыбаться.
  Игорь Станиславович будто понимал моё состояние. Был он немногословен, мягко скользя рядом молчаливой тенью. В это время дня в океанариуме было мало народа, я этим нагло пользовалась, подолгу застывая у стекла, разглядывая понравившихся рыбок.
  Через некоторое время мы нагуляли дикий аппетит. А если точнее, услышав бурчание моего желудка, мужчина утянул меня в ближайшее кафе, находившийся в торговом центре недалеко от океанариума.
  - Пиццу?- отрываясь от меню, вопросительно посмотрел на меня он.
  - Давай,- смущённо улыбнулась я.
  - Та-ак,- вернул своё внимание к меню, задумчиво протянул преподаватель,- Что там у нас по напиткам?
  В кафе было немного шумно, что-то оживлённо обсуждали люди за соседними столиками. Для ощущения приватности, интерьер кафе был продуман так, что столики хоть немного, но перегораживались то вазоном, то высоким аквариумом, то небольшой стенкой с картинами. Я была какой-то подозрительно для себя спокойной, расслабленной. Взгляд мой лениво скользил по помещению, задерживаясь то на листиках вазона, то на плавающих в аквариуме рыбках и внезапно остановился на преподавателе.
  И всё-таки, впервые призналась я себе, он чертовски красив. Не той смазливой красотой, которую часто превозносят у актёров в слезливых романтических фильмах. Он скорее был похож на героя какого-то боевика. Высокий, приталенная серая кофта очень ярко очерчивала широкие плечи, рельефные руки. Да дело даже было не в этом. Весь вид его говорил о том, что он хозяин себе и своей жизни. Его поза, жесты, мимика. В них постоянно проскальзывало нечто хищное, властное. Такие люди никогда ни в чём не сомневаются, не мечутся из стороны в сторону, как я. Они просто действуют.
  Я так задумалась, что даже не заметила, что Игорь Станиславович оторвал свой взгляд от меню и посмотрел на меня. И, естественно, тут же увидел, что я его разглядываю. Я бы даже сказала, он увидел КАК я его разглядываю, буквально пребывая в некоем трансе. Из которого меня, собственно, и вывел его глубокий голос, который в этот раз был с какими-то прямо таки мурлыкающими нотками.
  - Нравлюсь?
  Отложив, не глядя, меню, он начал медленно ко мне наклоняться. Взгляд его в этот миг хоть и был насмешливым, но в этот раз там просматривался ещё и некий вызов. И ещё... что-то более глубокое, но мне непонятное. Но тем ни менее, от этого взгляда у меня перехватило дыхание. Стало как то жарко, в животе появилась какое-то странное, щекочущее чувство. А ещё, внезапно зачесались губы, и я неосознанно их облизнула. Мужчина тут же срисовал этот жест, переведя взгляд вниз.
  - Что будете заказывать?- внезапно возле нашего столика раздался звонкий голосок молодой официантки.
  Я вздрогнула, внезапно выпадая из этого транса, но жар меня так и не отпускал. Абсолютно растерянная от всего произошедшего, я поспешила отвернуться, делая вид, что разглядываю рыбок в аквариуме. Со стороны преподавателя послышался какой-то судорожный выдох, едва ли не сопровождавшийся рыком.
  - Пицца с морепродуктами,- ровным, слишком бездушным и деловым голосом он озвучил наш заказ.
  - Напитки?- более тихо спросила официантка, которая осознала, что кое-кто на неё зол.
  - Сок. Вишнёвый,- хрипло сказала я, всё продолжая таращиться в аквариум.
  - Нет, давайте два глинтвейна,- отменил мой заказ мужчина.
  - Эй, я не хочу,- от возмущения, я всё же нашла в себе силы на него посмотреть.
  - Тебе надо расслабиться,- мягко улыбнулся он. И эта улыбка внезапно заставила все мои протесты сдохнуть в муках.
  Что-то мне перестаёт нравиться то, как он на меня влияет.
  Во время поедания пиццы я по большей части молчала, в то время как преподаватель пересказывал мне все казусы, которые успела отколоть моя группа, пока я не посещала его пары. Было смешно, но я всё равно была напряжена после случившегося. Тогда я и поняла, почему он заказал глинтвейн. Хитрый манипулятор. Сил на него никаких нет.
  Тем ни менее, выходя из кафе, я уже вполне себе искренне улыбалась, поддерживая непринуждённый разговор. Но внезапно мужчина замер, а в следующий миг стремительно зашел в один из многочисленных бутиков, расположенных в торговом центре. Сорвав с шеи манекена оранжевый полосатый шарф, он проследовал к кассе.
  - Он же женский,- удивилась я.
  - Угу,- подтвердил мужчина, оплачивая покупку. После чего вдруг приблизился ко мне и обернул этот шарф вокруг моей шеи.- Не нравиться мне, что у тебя шея открыта,- тепло улыбнулся он.
  - За-зачем,- даже стала заикаться я. От его действий меня вновь бросило в жар.- Не надо было.
  - Ну,- улыбнулся преподаватель.- Мне хочется, чтобы у тебя была хоть какая-то памятная вещь об этом дне.
  - Ка-каком дне?- недопоняла я, сжимая в пальцах мягкий край шарфа.
  - Дне, когда я тебя, наконец, поймал.
  
  Цена доверия
  
  - Есть что новое?- скучающим тоном спросил Красницкий.
  - Блядь, это находка,- тут же отозвался Шурик.- Ты мне почаще такие задания выдавай. Может тогда в нашем мире станет меньше грязи.
  - Ты о чём?- тут же напрягся мужчина.
  - Да это не лицей, это какой-то паноптикум,- сплюнул полковник.- Я столько грязи давненько не видел. Причём крышуют это дело на самом высоком уровне. Я уже готовлюсь завести два уголовных дела. И, боюсь, это далеко не предел.
  - В смысле?- похолодел Игорь.
  - Расслабься, твоя крошка в их раскладах не участвовала. Чуйка у неё, надо сказать, отменная. Если бы она не корчила из себя первостатейное пугало, то могла бы огрести по-полной. С её-то внешностью.
  Чем больше Власов рассказывал, тем больше мужчина холодел. Как оказалось, тридцать третий лицей негласно был выбран элитой для обучения своей золотой молодёжи. С одной стороны, сильнейший педагогический состав. Самое передовое оборудование. Договорённости со многими ВУЗами для экскурсий и практики.
  С другой стороны, администрация лицея была связана по рукам и ногам и влияния никакого не имела, особенно, что касается нравственного воспитания. На девяносто процентов это учебное учреждение финансировалось советом попечителей. То есть, дядями и тётями, которые отправляли туда своих чад. Они оплачивали любой каприз администрации, но требовали к их дитяткам особого отношения. Это зачастую выливалось в жуткую вседозволенность последних. Учителя и пискнуть против дитяток спонсоров ничего не могли.
  Но самое интересное, чтобы не терять свой престиж, в лицей набиралось два варианта учеников. Первая группа - местные царьки, прожигатели жизни, которые редко когда чего-то путного в жизни добивались. В лучшем случае, не просирали со старта бизнес родителей, когда он к ним переходил. И то далеко не всегда.
  Но чтобы держать марку, вторая половина учеников набиралась по всему городу из самых способных. Вот они-то и брали золотые медали, выигрывали олимпиады, поступали в престижные ВУЗы. Именно за счёт них лицей не терял своего звания элитного учебного заведения.
  И всё бы было ничего, если бы первая группа не сходила с ума от вседозволенности. Золотые детки чего только не чудили. Полковник в этом разговоре явно не договаривал, но периодически проскальзывающие в его голосе, вибрирующие, порыкивающие нотки, говорили сами за себя.
  - А я хотел туда свою дочурку отправить,- пояснил своё взвинченное состояние он.
  - Значит так, в то время там учился сынок мэра,- рассказывал результат первичного исследования Власов.- Хитрожопый малый, запачкался мало, но банду свою сбил. И сколько из его похождений осталось за кадром, неизвестно. Так же двое сынков влиятельных родителей в те времена там мутили воду совсем неадекватно. Но их прикрывали довольно мощно. Как следует покопавшись, я нашел только одно заявление о изнасиловании, которое забыли изъять из архива, хотя остальные следы по тому случаю благополучно успели затереть. Сколько таких заявлений было, одному Богу известно. Два письма о избиении, с нанесением особо тяжких, было зарегистрировано в более солидных инстанциях. Но внезапно потерялись. Странно, правда?- с нескрываемым сарказмом спросил Власов.
  Выслушав всю эту историю, Игорь не знал, что и думать. Новости были, мягко говоря, не радостные. Что из этого успела увидеть, а то и испытать на своей шкуре, его Малышка, было совершенно непонятно. Но в одном он был уверен наверняка - рано или поздно он докопается до правды. И сделает всё, чтобы у тварёныша, посмевшего её обидеть, как минимум не было будущего.
  К тому времени его выдержка дала конкретную трещину. Не в силах терпеть неизвестность, он послал своё руководство к чёрту, что на одной, что на второй работе. В конце концов, количество его ночных дежурств и проигнорированных отпусков к тому моменту было настолько внушительным, что в отгуле никто ему отказать был не в силах.
  Именно поэтому мужчина с шести утра стоял недалеко от дома Вероники. Это было единственное место, которое она обязана была посетить при любом раскладе. Игорь настолько устал от неопределённости, что был готов куковать под калиткой его невозможного Чуда хоть весь день.
  Но повезло. До вечера ждать не пришлось. В начале десятого скрипнула калитка и на улицу выскользнула она.
  Едва взглянув на утратившее привычные краски лицо, что будто бы закаменело. В потускневшие глаза, что совсем недавно сияли золотом и жизнью, но теперь приобрели почти болотный оттенок.
  Эта непосильная ноша воспоминаний, что придавили её к земле ещё там, в автобусе, заставляли его маленького, гордого, грациозного зверька тянуться к земле.
  А когда эта невозможная девушка подняла свой взгляд и заприметила поджидающего её мужчину, всё стало ещё хуже. Тот ужас, который поселился в её глазах ещё тогда, после несдержанного поцелуя Игоря. Он вдруг усилился, достигнув точки крещендо. Этот первобытный страх, он заставлял Малышку замереть подраненным зверем перед более опасным хищником. Во всей её позе, взгляде сквозила некоторая обречённость, напополам с гордостью.
  Сжав кулаки, ощущая себя сапёром, шагающим по минному полю. Он скользнул к ней. Всмотрелся в наполненные страхом глаза и сглотнул внезапно образовавшийся ком в горле. Что же она пережила, что настолько остро реагирует?
  - Боишься,- констатировал мужчина, нежно беря её за подбородок, заставляя девушку посмотреть в его глаза. Знание о том, что могли с ней сделать твари из числа золотой молодёжи, наложилось на доказательство в виде её реакции, заставляя Игоря болезненно скривить губы.- Кто же тебя так обидел, Малышка?
  Сильная, гордая. Она старалась сопротивляться своей слабости. Но ничего не получилось. Стоило мужчине поддаться своему порыву и обнять её крепко-крепко, обещая своими жестами, мимикой, шепотом защиту от всего мира. И плотину прорвало. Она расплакалась, цепляясь за него, словно за спасательную соломинку.
  Она была такой маленькой и беззащитной. Так доверчиво льнула к нему. В тот миг мужчине было наплевать на то, что будет дальше. На то, что жертвы насилия зачастую страдают многочисленными психологическими проблемами. На то, что ему придётся проделать немалый путь, чтобы заслужить её безоговорочное доверие. Прошлое не имело своего значения. Было настоящее, в котором ему было откровенно пофиг на испытания будущего. Главное, чтобы его маленький, нежный зверёк продолжать столь же доверчиво льнуть к нему, наплевав на все противоречия.
  А дальше. Стоило ей выпустить свои эмоции.
  Его глупенькая, маленькая ласка подумала, что сможет скрыться от него за бравадой смелости, противоречия и попыток солгать.
  Но лгать его Малышка не умела. Ну, вот совсем. Такая доверчивая и трогательная, она позволила увести её от безопасности дома. Даже разрешила навязать ему свой сценарий ведения игры под названием жизнь.
  Её мнение он спросил лишь однажды. Понимая, что эта тема ей, мягко говоря, неприятна. Мужчина не мог не поинтересоваться.
  - Расскажешь?- спросил Игорь, после того, как машина стронулась с места.
  Как и ожидал, она испуганно мотнула головой в отрицательном жесте. Ну что ж, он и сам найдёт этих тварей. В крайнем случае, пострадают многие и среди них будет тот подонок. В профессиональных качествах Власова мужчина не сомневался. Хотя хотелось большего. Как минимум взглянуть в лицо её обидчика, доводя того до исступления и понимания его обречённости.
  Не суть. Сейчас это не важно. Важно лишь, чтобы она почувствовала себя в его присутствии себя в абсолютной безопасности. Надо отвлечь.
  - Кста-а-ати,- напомнил ей о том, что она нагло пропустила его пары.- Ты в курсе, что прогуливать не хорошо.
  Настолько обыденная, приближенная к жизни тема заставила её переключиться от тревожных мыслей. В глазах, наконец, вспыхнули настолько привычные золотые искорки.
  - Что?- переспросила девушка, не в силах переключится от тревожных мыслей настолько быстро, да ещё и на настолько банальную тему, как университет.
  - Придётся тебе отрабатывать,- притворно прищурился в удовольствии он, словно сытый кот.- Ты столько всего пропустила.
  - Я всё учила!- наконец-то в душе её зародился протест. Он заставил девушку расправить плечи, посмотреть на него как на человека, а не горький отголосок неприятного прошлого.- Я всё сдам!
  - Конечно, сдашь,- широко улыбнулся мужчина, довольный своей провокацией.- Всё-всё сдашь. Уж я-то проконтролирую.
  - Ты невозможен!- чуть ли не подпрыгнула на своём сидении от негодования Вероника.
  А Игорь облегчённо засмеялся, ощущая давно потерянный кураж. Он смог. Теперь она никогда не сможет провести параллель между ним и её давешним обидчиком. Главное дать ей время. И правильно себя повести.
  Чтобы окончательно выбить из неё пиетет перед ним, Красницкий дразнит Нику всю дорогу. Совершенно бесхитростная, не способная на притворство и ложь девушка ведётся на подколки настолько просто, что дух захватывает.
  Иногда он перебарщивает, от чего девушка тут же выскакивает из машины, стоит им остановиться на парковке возле аквапарка.
  Хоть бы она не узнала о расследовании Шурика. Именно он рассказал, что до того, как получить повышение, мать Вероники ходила с нею в океанариум каждый месяц. Он знает о ней гораздо больше, чем девушка может себе представить. И это в определённой мере помогает.
  Воспоминания детства позволяют ей расслабиться. Несколько раз она немо открывает рот, чтобы поделиться своими воспоминаниями детства. Но натыкается на его взгляд и замолкает. Доверие не достигнуто, но он всё равно сделал в эту сторону огромный шаг.
  А потом мужчина услышал голодное бурчание её желудка. Дело близилось к обеду. Пара бродила по лабиринтам воды и жизни много часов.
  Но Игорь добился своего. Малышка выглядит очень расслабленной. Никогда до этого она не была в его присутствии так открыта.
  В конечном итоге они оказались в местной пиццерии. Настроение было приподнятым. Он ощущал, что сделал невероятный шаг вперёд. Словно добыл награду в марафоне на олимпийских играх. И вскоре Игорь получил подтверждение своим предположениям.
  Ненадолго углубившись в своё меню, мужчина поднял взгляд и едва ли не окаменел. Он уже почти смирился с тем, что она не воспринимает его, как мужчину. Красницкий уже почти приготовился чуть ли не с боем доказывать ей ошибочность представлений девушки о нём. Но, похоже, этого делать не придётся.
  Ведь именно сейчас, за всё это долгое, почти бесконечное для него время, в первый раз девушка смотрела на него ТАК.
  Лакомый кусочек для многих женщин, Игорь безошибочно научился определять подобные взгляды. В этот миг Вероника выглядела немного удивлённой, словно видела его впервые. Ведь девушка впервые оценивала его в подобном контексте. В этом взгляде смешалось всё - оценивание, желание, неверие и даже немного страсть. Это заставило его сердце сделать в груди невообразимый кульбит от радости.
  - Нравлюсь?- выдохнул он вопрос, гипнотизируя её своим взглядом.
  Он постарался вложить в этот вопрос столько обещаний и предложений, сколько могла только позволить его мимика. Казалось, это так мало. Но в тот миг между ними будто протянулась незримая нить, позволяющая общаться на расстоянии.
  - Что будете заказывать?
  Официантка сбила всё очарование момента. Если бы мог, он готов был её придушить. Единственное, что оставалось, заказать Веронике вместо сока алкоголь. Чтобы хоть как-то продлить расслабленность и очарование от этого момента.
  Тем ни менее, не смотря на загубленный момент, в душе у Игоря с тех пор поселилось понимание. Он преодолел определённую грань, заслужив её доверие. И если не передавить, то всё будет хорошо.
  И это внушило в мужчину определённое чувство эйфории. Вся эта неопределённость сильно вымотала его. Осознание, что теперь, если он правильно себя поведёт, девушка никуда от него не денется, послужило толчком к приобретению ей первого в их жизни подарка.
  Глупого, милого, немного детского, как в романтических сериалах. Зато долгоиграющего и постоянного. Как только он увидел на шее манекена этот шарф, Игорь понял - вот оно. Самое рациональное, самое правильное завершение этого уникального дня.
  А её растерянность. Попытка отказаться от шарфа. Девушка не ожидала никаких подарков, и это заставляло его едва ли не мурчать от удовольствия. Он мог позволить себе многое. И все его пассии это знали. Все они требовали в первую очередь внимание не столько его персоны, но сколько дорогих подарков от него. Они знали, что мужчина мог себе это позволить.
  Радога говорил всегда, что человеческие ценности цены не имеют. Жизнь. Внимание. Понимание. Дружба. Преданность. Любовь.
  Подспудно он понимал это. Иногда даже убеждался на собственном опыте. Но никогда не имел яркого подтверждения этому.
  Но в этот миг, что-то в его душе говорило, что скоро он поймёт настоящую цену этим словам.
  
  Правила
  
  - Титрирование,- припечатал преподаватель по химии, заставив нас тихо, про себя застонать.
  С преподавателем по этому тяжелейшему предмету нам, мягко говоря, не повезло. Объяснял он нам материал так бегло, таким усложнённым языком, что мы ничерта не понимали. Нет, в первые разы мы пытались переспрашивать, но это совершенно не помогало. Преподаватель просто повторял свою тарабарщину ещё раз, при этом смотрел на группу таким возмущённым взглядом, дескать: "Да это же элементарщина! Как такое вообще можно не понять?!".
  Оставалось сидеть у него на парах с умным видом, слушая его монолог. Плюс в этой ситуации был только один - он редко когда кого-то спрашивал. Но минусов было гораздо больше, учитывая, что нормальных учебников по химии в библиотеке универа, почему-то, не было. А экзамены сдавать то надо!!!
  В это же время под рукой преподавателя просто таки со сверхзвуковой скоростью на доске появлялись формулы. Одногруппники наблюдали за этим священнодействием, будто в трансе.
  - Всё понятно?- как всегда спросил он, глядя в наши остекленевшие глаза.
  И в следующий миг продемонстрировал нам свой коронный жест. Заключался он в том, что преподаватель проводил своей ладонью вдоль носопырок, потом переводил руку на лоб и, в конечном итоге приглаживал волосы. Учитывая, что голос у него был всегда такой, словно у мужчины хронический насморк, то этот жест у всех всегда вызывал ну о-о-очень характерные ассоциации.
  - Вот так и экономят на пенке для волос,- прошептала я. Сидящий рядом староста хрюкнул, прикрывшись учебником.
  - Как будто его лысине нужны такие ухищрения,- прошептал в ответ парень.
  - Вдруг он надеется, что у его соплей есть целебные свойства?- выдала предположение я.
  Кирюшка стал тихонько сползать под парту, не желая быть уличённым в нарушении дисциплины, но в то же время не в силах удержать свой смех. К счастью, в этот момент прозвенел звонок. Мы начали потихоньку собираться, для того чтобы перейти на очередную кафедру.
  - Ты мне вот что скажи,- внезапно серьёзно сказал староста.- Я раньше не спрашивал, но сегодня ты выглядишь нормально. Дело, конечно, твоё, но ты, наконец таки, явишься завтра на анатомию?
  - Угу,- немного покраснела я, стыдливо опустив взгляд.
  - Аллилуйя,- шутливо вскинул руки к небесам парень.
  - Что такое?- настороженно спросила у него.
  - Да анатом наш будто с цепи сорвался,- пожаловался Кирилл,- шуточки свои шутить перестал, но это ладно. Так ещё и язвить начал во время опроса. При этом таким взглядом на тебя бывает зыркнет, что сдохнуть хочется.
  - Да ладно,- офигела я.
  - Угу,- криво улыбнулся староста.- И что-то гложут меня смутные сомнения, что это всё происходило из-за тебя.
  - Что за фантазии,- поспешила отбрыкаться я.
  - Мне-то не заливай,- фыркнул парень,- уж больно из характерной машинки он недавно при мне вышел.
  - Э-э-э,- крыть было нечем.
  - Ладно, чёрт с тобой,- отмахнулся староста.- Главное, чтобы этот монстр стал опять адекватным.
  А вечером я, как в последнее время это частенько бывало, забурилась в гости к Кисе в студию. Сегодня, кроме нас, почему-то никого не было. Джем расслабленно наигрывал на пианино джазовые мотивчики. А я, пользуясь случаем, делилась последними новостями с подругой.
  - Вот это мужыгг, с большой буквы просто,- закатывала глаза девушка.- Нет, ну везёт же тебе, мелкая. Подобных случаев в автобусах обычно хватает, но чтобы при этом ещё и умудриться себе отхватить такое сокровище?
  - Киса,- буквально простонала я, смущённо прикрывая ладонями лицо.- Ну, зачем ты мне напомнила о той идиотской ситуации?
  - Ну а что, прикольно же получилось. Я бы даже сказала, пикантненько так,- хмыкнула подруга.- Ты кстати, не пробовала поискать о нём побольше информации в соцсетях.
  - Зачем?- удивлённо посмотрела я на девушку.
  - Как это зачем?- возмутилась она, от переизбытка эмоций даже хлопнув ладонями.- Посмотреть, с кем он общается, чем увлекается. При желании из соцсети можно на человека накопать просто море информации.
  - А смысл? Захочет - сам расскажет,- флегматично пожала я плечами.
  - Ну, ты даё-ё-ёшь,- сокрушенно покачала головой Киса.
  - Не люблю я соцсети. Там столько мусора! С тем же успехом, во время поиска информации, можно ввести себя в заблуждение.
  - А мы Джема попросим,- хитро улыбнулась подруга.- Он у нас спец по поиску информации.
  Последний аккорд джазовой импровизации парня прозвучал ну очень громко и фальшиво. Внезапно он резко крутнулся на стульчике.
  - Какого чёрта?!- возмущённо возопил Джем.- Не хочу я собирать информацию на совершенно левых мужиков.
  - Это не левый мужик,- отрицательно мотнула головой Киса.- Это мужик, который подкатывает яйца к нашей мелкой! Нам надо о нём знать всё-ё-ё!
  - Киса,- буквально простонала я, прикрывая лицо своими ладонями.
  Начался громкий спор, с топаньем ногами, размахиванием руками. Только битых тарелок не хватало. А я смотрела на эту невозможную, несносную, совершенно невообразимую, громкую и ещё тысячи эпитетов парочку, и в груди у меня разливалось приятное тепло. Как же я их обожаю!
  Время пролетело как-то совершенно незаметно. Не успела я опомниться, как уже топала в сторону кафедры анатомии. При этом рядом со мной с видом конвоира, ведущего на казнь совершенно опасного преступника, вышагивал староста, сверля меня грозным взглядом.
  - Да не сбегу я, не сбегу!- не выдержала я.
  Но всё равно мне было несколько не по себе. И ведь вроде всё разрешили, все разногласия убрали. Но воспоминания о том дне продолжают вгонять меня в краску. Особенно прощание.
  В тот день, когда мы добирались домой, я сидела в машине в некотором подобии транса, механически перебирая только что подаренный шарф. Моё молчание мужчину ничуть не смущало. Наоборот, выглядел он до безобразия довольным. Даже мурлыкал себе под нос какой-то незамысловаты мотивчик. Проводил он меня до самой калитки, надо полагать, чтобы точно не потерялась.
  - Спасибо,- выдохнула я.- За сегодня, и...
  - М-м-м, не за что. Совершенно не за что,- благодушно отозвался он, а затем притянул меня к себе за руку, обнял и поцеловал.
  В этот раз он не перегибал палку, руки держал исключительно на талии. Но сам поцелуй был такой, что я буквально растворилась в нём, в себе, в своих ощущениях. Я совершенно потерялась во времени, даже не заметила, что немного продрогла, а на улице начало окончательно темнеть.
  И я, блин, опять половину ночи не спала. Память продолжала прокручивать у меня перед глазами события вчерашнего дня. Да, похоже, он был действительно прав. Я всё-таки попалась на его обаяние.
  А на паре обнаружила, что его присутствие на меня действует совершенно невообразимо. На паре я никак не могла сосредоточится, хотя из раза в раз пыталась это сделать. Да что тут говорить, я и взгляд то от учебника поднять лишний раз боялась. Ведь стоило мне пересечься с ним взглядом, как внезапно становилось жарко, сердце пропускало удар, а перед глазами вновь появлялась картинка нашего поцелуя.
  Вся эта ситуация истрепала мне буквально все нервы. Терпеть это было совершенно невозможно. В какой то момент я поняла, что если ещё и останусь с ним после пары наедине, то просто взорвусь.
  Именно поэтому, когда прозвенел звонок я, не поднимая взгляда, поспешила вслед за одногруппниками к выходу из аудитории.
  Но не тут то было! Внезапно спина старосты передо мной застыла. Одногрупники продолжали выходить, а я подняла взгляд, чтобы понять, почему так тупит Кирилл. А в следующий миг увидела, что парень застыл перед Игорем Станиславовичем, как кролик перед удавом.
  - Брысь,- бросил преподаватель парню, и тот буквально сбежал из кабинета. Меж тем, дверь с громким, почти символичным, хлопком была закрыта.
  А я опять почувствовала себя добычей перед хищником. Оторвав руку от двери, мужчина сунул руки в карманы джинс и посмотрел мне в глаза. Во рту внезапно пересохло, сердце вновь пропустило один удар. Чёрт, со мной никогда такого не было! Дура, возьми себя в руки!
  - Ты сегодня была невнимательна,- укоризненно, но, не скрывая улыбку, произнёс преподаватель. И вдруг как то хищно, и даже немного грациозно, как большой и наглый кот, начал неспешно идти в мою сторону. В это же время я точно так же начала непроизвольно пятиться.
  - И кто, позволь спросить, ты, думаешь, в этом виноват?- паникуя, практически выкрикнула я.
  - Оу, это меня очень обнадёживает,- промурлыкал мужчина, продолжая наступать на меня.- Но всё же, потрудись на моих парах, быть более внимательной. Иначе мне придётся заняться с тобой репетиторством.
  И почему, блин, это прозвучало как угроза?
  В это же время я внезапно уперлась спиной в холодную, устланную бежевой плиткой, стену аудитории. Это был тупик. Преподаватель тут же воспользовался этим шансом, оперев правую руку в стенку рядом со мной, блокируя тем самым пути отхода.
  - Кстати, в связи с изменениями в наших взаимоотношениях, я хочу ввести правила,- промолвил мужчина, голос его при этом стал ещё более глубоким и завораживающим.
  - К-какие правила?- пробормотала я.
  - Довольно простые, на самом деле. Так как мне тебя всегда будет мало, а в шаговой доступности ты бываешь не так часто, как хотелось бы. Я требую компенсацию.
  - Какую?- буквально выдохнула я.
  - Всё до банальности просто,- промурлыкал он.- Поцелуи. До пары, после пары. Утром у дома, вечером. То есть каждый раз, когда получиться.
  - В университете?- задохнулась я.- Нас могут увидеть, обвинить, что мы занимаемся не-непотребством. Вас могут уволить!
  - Ну, это вряд ли,- засмеялся он.- Да и пусть увольняют, не принципиально.
  - Что?- буквально онемела я.
  - К тому же, в глазах окружающих, как ты говоришь, непотребство, выглядит несколько иначе. Тебе описать?
  - Не надо,- испуганно замотала я головой. В очередной раз засмеявшись, он притянул меня к себе, чтобы изъять свою компенсацию. И я опять растворилась в этом моменте, ощущая как всё сильнее и сильнее кружиться голова. Когда он оторвался от моих губ, я дышала так, как будто только что пробежала километр.
  - И второе правило, пока что последнее,- невзирая на то, что у меня на тот момент были явные проблемы с восприятием информации, он решил продолжить устанавливать свои порядки.- На автобусе ты теперь не ездишь. Ездишь ты теперь на машине. Со мной. Так что в пять часов вечера я тебя наберу. До встречи.
  Двери за ним давно закрылись, а я всё продолжала стоять, прислонившись к стене, неосознанно проводя пальцами по своим губам.
  
  Спутывая сети
  
  - Ну, Кравцов, что ты мямлишь? Прошло уже пять минут. Твои выводы?
  Бледный парнишка смотрел на подсвеченный экраном снимок МРТ. Начинающий закипать Красницкий, в свою очередь, смотрел на интерна. Худющий, высокий, но какой-то весь из себя нескладный, парень сжался от напряжения, с каждым мгновением всё больше становясь похожим на перепуганного воробья.
  - Ну... Эээ... Асимметрия ликворного пространства. Возможно... тут,- сглотнул интерн, тыкая подрагивающим пальцем в снимок.- Киста.
  - Гениально!- со всем возможным сарказмом всплеснул руками мужчина.- Так значит в твоём понимании, тут только киста. И ничего критического в этом снимке нет?
  Парень сглотнул, понимая, что где-то облажался, судорожно начиная шарить глазами по снимку.
  - Эээ... Ну...
  - Дьявол,- едва ли не сплюнул хирург.- Кравцов, очнись! Ты уже два года в интернатуре. Скоро свои пациенты пойдут. И кто тогда будет подметать за тобой всё это дерьмо?
  - Тише, Деспот,- внезапно положил ему на плечо руку Каменников. И когда только подкрасться успел?- Ты его совсем зашугал.
  - Он не заметил аневризму,- резко обернувшись, прошипел мужчину.
  - Ну, бывает,- и бровью не повёл коллега. А после мягко и ненавязчиво начал уводить разгневанного Красницкого в сторону подсобки.
  - Ты издеваешься?- оскалился тот.
  - Да забей, этот пациент всё равно в ведении Забожного,- легкомысленно отмахнулся Каменников.- Зато я тебе щас такую хохму расскажу.
  Врачи скрылись за дверью. Паренёк интерн выдохнул, шагнул к столу и буквально рухнул на стул. Коллеги интерны посмотрели на очередную жертву произвола Деспота с сочувствием.
  Тем временем, Каменников усадил коллегу за стол и тиснул ему в руки чашку с чаем.
  - Что-то ты перетрудился, похоже,- криво улыбнулся он.- Баранки будешь?
  - Как же ты меня достал,- закатил глаза хирург, после чего внезапно твёрдо сказал.- Буду.
  - Вот и хорошо.
  - С фига ли ты вечно спасаешь этих засранцев?- хмыкнул успокоившийся Игорь.
  - Ну, не все же такие гении как ты, которые могут поставить диагноз, лишь мельком взглянув на снимок,- пожал плечами мужчина.- Ты и так их выдрессировал так, что многие больницы нам завидуют. Но перегибать нельзя.
  - Скажешь тоже,- криво улыбнулся Красницкий.
  - О-о-о, ты лучше послушай, какую я историю узнал,- закатил глаза Каменников, отпивая чай из кружки.- Прямо Ромео и Джульетта современности.
  - В нашем отделении?- приподнял бровь мужчина.- Страшно представить кто.
  - Да нет,- отмахнулся коллега.- Ты же помнишь, я частенько хожу в гости к одной медсестричке из неврологического.
  - Только не говори мне, что Ромео это ты,- ухмыльнулся Игорь.- Где в таком случае ты запрятал яд и кинжал?
  - Вот ты язва,- перекосило мужчину.
  А ситуация действительно была презабавная. Всё как по Шекспиру. Юные влюблённые, но родители их категорически против их отношений. По сопротивлявшись, для проформы, злым ударам судьбы, двое малолеток от недалёкого ума, естественно, решили, что если уж им и не быть вместе, то уж лучше смерть.
  Но молодые люди оказались гораздо более продуманными, чем это можно было от них ожидать. Особенно девушка. Прошерстив интернет, она пришла к выводу, что самый лучший способ уйти из жизни - это передозировка сильного снотворного.
  А что, глотнул таблеточки, лёг на кроватку, схватил за лапку своего избранника и... всё. Игорь так и видел фантазии этих идиотов, которые, похоже, себе в сознании уже красивую картинку нарисовали. Как их найдут, а они лежат, такие красивые, словно всего лишь спят. Родители бросаются на грудь своих чад, но ведь поздно. Поздно! Раньше надо было думать!
  Одна проблема, достаточно сильное снотворное достать без рецепта очень сложно. Благо, у новой вариации Джульетты знакомая работала в неврологическом отделении. Медсестрой.
  Обратилась она к ней за помощью, в желании раздобыть так необходимое ей снотворное. Но медсестра ведь не дура. Сильные препараты этого спектра действия это фигня нездоровая, да ещё и привыкание вызывает. Начала та убеждать свою подружку сначала попринимать успокоительное, потом антидепрессанты. Но та уж слишком жестко стояла на своём. Кошмары ведь сняться, ну просто мочи нет. Помоги по дружбе, вовек не забуду.
  Вот тут-то в сознание медсестры стали закрадываться странные предположения. Она ведь прекрасно знала о ситуации влюблённых. В какой-то момент та поняла, что сулит ей выдача снотворного её подружке и прямо рассвирепела. Это же какая подстава, если всё выгорит! Ведь в случае, если та наглотается таблеток, вычислить, кто дал ей опасные препараты можно будет буквально на раз-два.
  В итоге, вместо снотворного медсестра выдала той, не иначе как в порыве злости, пурген.
  И тут вступает вторая часть плана. Ромео наш был студентом технарём. И в тот день, как раз, все его соседи по комнате в общаге уехали домой, на выходные.
  Это же был просто подарок судьбы, им никто не помешает!
  Закрывшись в комнате и выкинув в форточку ключ, чтобы не было соблазна пойти на попятную. Наши влюблённые с суицидальными наклонностями по-братски разделили таблетки, выпили их, перетянули на середину комнаты две кровати, состыковав их. Легли в трагичные позы и приготовились заснуть навсегда.
  Но не тут то было!
  В какой-то момент желудок несчастного влюблённого жалостливо буркнул. Кишечник новоназванной Джульетты защекотало. Ворочались они, ворочались, стесняясь признаться друг другу, что им обоим надо на толчок. Но пурген продолжал своё злобное дело. В какой-то момент они оба вскочили и, не сговариваясь, начали выламывать дверь. Джульетта требовала запасной ключ, но где там! Единственный их шанс на спасение был безжалостно выкинут в форточку.
  В итоге они начали кричать в окно, но к ужасу суицидников их никто либо не расслышал, либо не принял всерьёз. В итоге они разошлись по разным углам комнаты, опорожняя кишечник.
  А на утро разразился скандал. Кастелянша местная инициировала обход, и проходя мимо их комнаты, учуяла весьма характерный запашок. Открыла она дверь, а там две измождённые тушки влюблённых и местный филиал общественного туалета.
  Хмм, ну после такого родители явно добились своего. Парочка рассорилась напрочь. Да и о подоплёке всей этой ситуации с пургеном они не рассказали никому. Тайное стало явным только после того, как бывшая Джульетта пришла собачиться к своей подруге медсестре. Та её естественно послала, но скандал слышали многие. В этот момент, когда пышущая злобой девушка закрылась в подсобке, её и застал Каменников.
  - Мда,- сквозь смех только и прокомментировал мужчина.
  Жизнь не стоит на месте. И, похоже, не у него одного. Игорь много думал в последнее время. О себе. О своём нестандартном поведении. И о том поцелуе, в котором не присутствовало ни грамма страсти. Он никогда не ощущал такого погружения от простого соприкосновения губ. У него никогда не перехватывало дыхание от простого осознания, что тебе отвечают. У него никогда не перехватывало дыхание от ощущения, что тебя обняли в ответ.
  Такая пугливая и хрупкая, от ощущения щемящей нежности что-то болезненно сжималось в груди. Терялось время и пространство. Скорлупа иронии и цинизма начинала осыпаться со звучным треском. Ему было слишком хорошо, чтобы думать в тот момент о последствиях.
  Но, уже будучи дома, он засел в своё любимое кресло перед камином. До сих пор считал это блажью, слабостью, которую не мог не воплотить в жизнь.
  В трудные времена его спасением стали книги. Учился он, как проклятый. Но иногда надо было расслабляться. Тогда же Игорь и подсел на старые английские детективы. А в этих книгах было так красиво, так душевно описаны вечера перед камином, что этот образ пропутешествовал вместе с ним из сопливого отрочества до дней, когда он мог осуществить эту небольшую прихоть. Надо отдать должное английским джентльменам. Обдумывать важные вещи глядя в огонь было действительно приятнее и легче.
  А думал он вот о чём.
  Да, Игорь сделал первый и самый значительный шаг. Но остальные препятствия никуда не девались.
  Начнём с того, что ему надо было заслужить её доверие. Полное и безоговорочное, иначе эта ситуация никогда не сдвинется с мёртвой точки. А это значит, руки не распускать, держать себя в узде. В общем, ничего лишнего.
  Нос защекотало воспоминание её запаха. Ноздри хищно раздулись. Мужчина понял - это будет ох как не просто. Но он не сопливый юнец - выдержит. Главное, в её жизни его должно быть настолько много, чтобы она к его присутствию как можно скорее привыкла.
  Другой момент, который она не сможет так просто игнорировать - он её преподаватель. И если самому Игорю на это было откровенно пофиг, то ей определённо нет. А в этом случае надо было откровенно рвать шаблоны. Показать, что его нисколько не тяготят подобные обстоятельства. Что на мнение общественности ему глубоко плевать.
  Она-то, небось, думала, что они будут прятаться и целоваться по подворотням. Ну не смешно ли?
  С администрацией он договориться. В крайнем случае, переведётся на другую кафедру. Вот уж Каменников счастлив то будет! В худшем случае его уволят, не велика потеря.
  Это будет сложно. Это будет откровенно геморно. Но... Это будет безумно весело!
  Мужчина в тот миг довольно хищно улыбнулся, уже представляя реакцию его Малышки на свои действия и составляя план.
  И это было действительно весело! Она так умилительно реагировала на все его провокации. Было заметно, что всё это Нике в новинку. Она абсолютно не знает себя, но при этом привыкла хоть к как-то, но держать свои эмоции в узде. И когда он раз за разом заставлял её теряться, смущаться или предугадывал все её попытки увильнуть или спрятаться! Ооо, это было незабываемое зрелище.
  Вероника фыркала, возмущённо зыркая на него своими карамельными глазками. Иногда даже топала ногами от возмущения, пытаясь его поколотить. Но стоило лишь ему втянуть её в очередной поцелуй, как всё это наносное проходило. Девушка расслаблялась, доверчиво прильнув к мужчине.
  Было жутко приятно осознавать, что не только она имеет над ним настолько потрясающую власть.
  Единственное непредвиденное обстоятельство возникло только тогда, когда он недооценил своих воздыхательниц. Обычно он смотрел в сторону этих малолетних идиоток снисходительно, одаривая девушек ироничными взглядами. Но после начатой травли. Он был готов их придушить. Благо, у него было куча знакомых студентов со всех курсов. Они докладывали мужчине о всей подноготной сложившейся ситуации. Это помогло задушить конфликт в зародыше, но кто бы знал, скольких моральных сил ему этого стоило.
  Время шло. Их взаимоотношения становились более понятными, более стабильными. Малышка стала ему всё больше доверять.
  Близился Новый Год. Ненавистный праздник. Обычно он шел на вечеринку одного из его знакомых. Без толку потраченное время, если посмотреть со стороны.
  Но вдруг, неожиданно для себя, Игорь понял. Не один он опутывал своим присутствием её жизнь. Это действовало и в обратную сторону.
  В первый раз в жизни, он задумался о подарке. Не абы каком, чтобы отдариться. А таком, чтобы понравился.
  В первый раз в жизни ему хотелось на Новый Год отключить телефон, чтобы никто не мешал.
  В первый раз эти идиотские сентенции о том, как новый год встретишь так его и проведёшь, нашли в душе отклик. Он был готов навязаться в компанию даже первокурсников, чтобы в этот миг быть рядом с ней. Но жизнь рассудила иначе.
  
  Когда ты дома
  
  Стоял безбожный гвалт. Лизка сидела на лавочке в коридоре, в то время как вокруг неё бегали наши девчонки, громко причитая, напоминая при этом стаю куриц наседок. Парни стояли неподалёку с совершенно потерянными лицами. Похоже, они совершенно не знали, что делать в подобной ситуации. Мы со старостой стояли неподалёку, прислонившись к прохладной стенке коридора, и флегматично наблюдали за этим концертом.
  Спросите, что вокруг происходит? Истерия, война, апокалипсис? Не-е-ет, просто к нам неожиданно подкралась зимняя сессия. И хоть экзаменов, которые, будут влиять на стипендию, было всего четыре, но промежуточных зачётов тоже хватало. И далеко не все всё сдавали с первого раза.
  - Я тупа-а-ая,- подвывала Лизка, хлюпая носом.- Я ничего не сда-а-а-ам.
  Мда, похоже, нервы у всех вокруг начали потихоньку окончательно сдавать. В частности, до подобного состояния Лизку довела наша преподавательница по биологии. И тут истерику девушки я понять и оправдать могла полностью. Преподавательница по этому предмету нам попалась достаточно грозная, но колоритная.
  Покрытое морщинами, но довольно породистое, надо признать, лицо. Крашенные в яркий блонд волосы. Сантиметровые, по-другому не скажешь, когти на руках, вечно выкрашенные ярким лаком. Достаточно молодёжные шмотки, то она джинсовый костюмчик нацепит, то сапоги на высокой, тонкой шпильке. Собственно, это была достаточно яркая личность. Когда мы узнали, что Зинаиде Львовне семьдесят лет, мы долгое время ходили, словно пыльным мешком пришибленные. А потом даже немного восхитились её энергетике. Но...
  Эта особа была ну просто редкостной стервой. На паре у неё мы сидели тихо, как мышки, боясь лишний раз на неё посмотреть. При этом все тихо, про себя, молились, чтобы она их не вызвала отвечать.
  Поверьте, даже если на все сто процентов знать материал, под её каверзными вопросами, призванными запутать студента, мало кто мог ответить на хорошую оценку. При этом в случае ошибки она своими язвительными комментариями могла опустить самооценку так, что хотелось просто сдохнуть. Не сложно догадаться, что студенты её не просто не любили, не-е-ет, они её обожали до такой степени, что хотели нежно пожать её тонкую шейку. Да вот проблема, в то же время они её боялись, как вампирюга осиновый кол.
  Биологию я уже сдала, собственно, как и большинство других предметов. Осталась только социальная психология, но там не должно было возникнуть особых проблем. Казалось, танцуй и радуйся, скоро каникулы, Новый Год. Но проблемы мои на сессии не заканчивались.
  Вернее, проблема у меня была только одна. Проблема эта была весьма наглой, вездесущей, но, к моему ужасу, невероятно обаятельной. Звали проблему Игорь Станиславович, и именно из-за этой вредной, черноглазой проблемы моя жизнь в последнее время напоминала американские горки.
  Как же это всё начиналось?
  Ну, мы встречались каждое утро, ехали в университет и я на нычечку, пока никто не видел, ныряла в корпус университета. Иногда мы оставались у него в кабинете, но группа пока ничего не подозревала...
  Что, поверили? А вот хрен мне!
  Думаете эта наглая сволочь собиралась что-то скрывать или от кого-то прятаться? Ага, коне-е-ечно, не на того нарвалась! Выполнения своих правил он требовал совершенно не взирая на то, где это происходит и как это происходит. Следующим утром он подвёз меня буквально под центральные ворота университета, и пока я не успела опомниться, вынырнул из машины, обошел её и открыл дверцу уже для меня. Толпы студентов при этом приостановились, начав бросать на него весьма любопытные взгляды.
  - Что ты творишь?- прошипела я, игнорируя протянутую ко мне руку.
  - А что не так?- скорчил он ничего не понимающую рожицу, но лукавый блеск чернющих глаз выдал преподавателя с потрохами.
  Поняв, что спорить бесполезно, я глубоко вдохнула и выдохнула воздух, и таки вылезла из машины, всё так же игнорируя его протянутую руку. Но не тут то было! Внезапно преподаватель резко притянул меня к себе, после чего невесомо поцеловал в губы. От подобной наглости я буквально онемела.
  - До вечера,- буквально промурлыкал мужчина и, насвистывая какую-то мелодию, сел обратно в машину и был таков.
  - Киса-а-а,- через пять минут, уже ныла я в трубку.- Ну что мне с этим делать?
  - Аха-ха-ха,- заходилась в смехе на том конце провода подруга.- Бли-и-ин, с вас можно писать сборник анекдотов.
  - Это не смешно,- зашмыгала я носом.- Зачем он поступил настолько демонстративно?
  - А ты не поняла?- от неожиданности даже перестала смеяться девушка.
  - Что я должна была понять?- от переизбытка чувств даже топнула я ногой по асфальту.
  - Он заявил на тебя свои права, если можно так выразиться,- расшифровала Киса.
  - В смысле?- опешила я.
  - Если выражаться совсем просто, то своими действиями он повесил на тебя невидимую табличку - не влезай - убьёт.
  - То есть?- недоверчиво переспросила подругу.
  - Ага, он дал понять мужской части университета, что к тебе лучше не подходить,- констатировала Киса.
  - Да кому я нужна?!- шокировано переспросила я.
  - Ты дура?- в свою очередь, вполне себе удивлённо переспросила подруга.- Или хочешь сказать, что ты не заметила, как на тебя пялятся другие ребята. Если бы не я с Джемом, тебе бы наши проходу не давали.
  - Серьёзно?- от этой новости я буквально выпала в осадок.
  - Та-а-ак,- протянула на том конце провода девушка.- Сегодня вечером у нас опять посиделки, чтобы ты на них была. Буду тебе наглядно доказывать свою правоту, а то чую, что ты мне не поверишь.
  И что вы думаете, она таки доказала! Я так-то до этого со всеми ребятами общалась довольно ровно, но оказывается, что они в своих разговорах со мной умудрялись вставить столько многозначительных фразочек с полунамёками, что мне впору было прилепить себе на лоб бумажку с надписью "ЛОХ". Ведь я эти намёки до этого момента никогда не замечала! По крайней мере, пока Киса не ткнула меня в них носом.
  А американские горки моей жизни всё набирали ход. Во-первых, Игорь Станиславович стал меня весьма демонстративно задерживать после пар. Причём это проделывалось так...
  Сначала он нагленько так выставлял моих одногрупников за двери, причём делалось это с таким видом, дескать: "Киш отседова, холопы!". При этом он вполне себе демонстративно удерживал меня за руку.
  - Ну, заче-е-ем,- после того, как все одногруппники вымелись из аудитории, простонала я, прикрыв ладонью лицо и желая провалиться под землю.
  - Что именно?- вопросительно вскинул бровь преподаватель.
  - Можно было как-то помягче?- укоризненно посмотрела я на него.
  - А зачем?- пожал он плечами и тут же заткнул мой протест поцелуем. Нарисовалась у него в последнее время такая дурная привычка. Как только я начинала кипеть возмущением, он меня тут же целовал. И что самое ужасное, после его поцелуев возмущаться не то, что не хотелось. После них я на некоторое время вообще забывала, почему я на него недавно злилась.
  Заср-р-р-ранец.
  Естественно, одногрупники на меня после такого бросали ну о-о-очень многозначительные взгляды. Но как-то быстро смирились. И даже более того, эти придурки взяли себе в моду меня подкалывать на эту тему.
  Ну, просто сил нет.
  Дальше - больше. Не успела я осознать тот факт что, оказывается, пользуюсь популярностью у других парней, как оказалось, что за нашим преподавателем по анатомии девицы тоже табунами бегают. Для меня это вылилось в череду нескромных вопросов от его поклонниц. Причём самые безобидные из них просто пытались у меня выяснить, каков он в постели. Это конечно тоже травмировало мою нежную психику, но подобные выпады были гораздо лучше тех озверевших фанатичек, которые пытались меня уязвить. То они подножку поставят, то ручкой по белой кофте будто бы случайно черканут. На злобные шипения по углам я даже уже не обращала внимания.
  Психи, вокруг одни психи. Как страшно-то жить!
  Закончилось это дело тем, что у меня пропал учебник по анатомии, а Игорь Станиславович вызвался прочитать лекцию у всего нашего курса. И на этой лекции он так пропесочил незатейливых поклонниц, что даже мне не по себе стало.
  Книгу он мне вернул тем же вечером. Поклонницы его присмирели. А мужчина в тот вечер так пылко, без слов, передо мной извинялся, что я еле добрела к себе домой на ватных ногах.
  Тем временем всё явственнее приближался конец семестра. А я буквально молилась на скорейшее наступление каникул. Вся эта ситуация меня жуть как морально вымотала. Сил уже не было смотреть на наглые рожи студентов нашего потока.
  - Где думаешь Новый Год праздновать?- вполне себе с намёком, спросил мужчина, когда мы уже почти подъехали к моему дому.
  - Прости,- я виновато на него посмотрела.- Родители в кои-то веки выбили себе отпуск. И тут же прикупили путёвку на горнолыжный курорт. Так что...- виновато отвела я от него взгляд.
  - Жаль.
  Но сказано это было таким преувеличенно безразличным тоном, что мне стало не по себе. Я пристально посмотрела на его заледеневший взгляд, немного напрягшиеся плечи. Даже его постоянная, немного ироничная, улыбка больше не украшала его лицо.
  Только не говорите мне, что ему не с кем праздновать! Никогда в это не поверю. Он же такой яркий, всегда окружен толпами людей. Мне иногда кажется, что если он постарается, то способен найти общий язык буквально с кем угодно. Не может быть такого, что у него нет друзей.
  Тем ни менее, от всего этого мне стало как-то не по себе. Сердце сжалось, и мне ужасно сильно захотелось вернуть на его лицо эту неизменную, ироничную улыбку.
  - Я тебе буду звонить каждый день!- преувеличенно бодро воскликнула я.- Могу даже по скайпу. И только попробуй мне хоть раз не ответить!- преувеличенно грозно сказала я.
  - Оу, и как же ты меня накажешь, если я не отвечу?- улыбнулся он и посмотрел на меня потеплевшим взглядом.
  Сердце в груди радостно затрепыхалось. Душу охватила такая волна облегчения, что губы непроизвольно растянулись в счастливой улыбке.
  - Ну,- лукаво улыбнулась я.- Ты же ввёл свои правила. Вот я их тоже введу. По одному правилу на каждый пропущенный вызов.
  Мужчина тут же рассмеялся, и вдруг посмотрел на меня с такой невыразимой нежность, что перехватило дыхание.
  - Надо будет пропустить хоть один вызов,- промурлыкал преподаватель.- Уж больно мне интересно стало, что за правило ты сможешь выдумать.
  - Ты сомневаешься в моей фантазии?- наигранно оскорбилась я.
  - Ничуть,- хмыкнул он.- Но дам тебе один совет. Постарайся продумывать очень точную формулировку для своих правил. Ведь трактовать я их буду по-своему. В меру уже своей фантазии.
  И вот, сумки собраны, такси вызвано. А в следующий миг поезд нас уносит навстречу приключениям. Уха-ха, горы это круто. Сто лет там не была.
  С попутчиками нам повезло. Это были две женщины бальзаковского возраста. Они так прикольно рассказывали истории из жизни, что мы с родителями просто ухохатывались.
  - Лыжи! Какие лыжи? Посмотрите на меня и скажите - ну разве я похожа на ту, кто будет по горам на лыжах шляться. Но они так меня уговаривали, такие картинки рисовали,- откинула прядь блондинистых волос Кира.- Я у себя в голове прямо картинку нарисовала. Лоджия, вид на горы, свежий воздух, а я сижу на кресле качалке, укрытая пледом и потягиваю глинтвейн. Вот это бы был отдых по мне,- закатила она глаза.
  В это же время её подружка разливала по пластиковым стаканчикам коньяк. Я тоже потягивала свою порцию алкоголя. Так как я пила редко, то голова уже немного начинала кружиться.
  - Но эти гады растолкали меня на следующее же утро после приезда и потащили на ученическую горку. Стою я наверху, они ожидают меня внизу, боясь подойти. А над склонами гор разносятся мои живописные маты!
  Мама зафыркала в стакан. Папа улыбнулся, нарезая и укладывая на пластиковую тарелку фрукты.
  - Сами подойти они побоялись, но заслали инструктора. Бедный парень, по-моему он был не рад. Но, как не странно, в итоге мне кататься понравилось. Теперь и езжу каждый год. Правда, Мань?
  - Это точно,- кивнула вторая женщина, на этот раз брюнетка.- Только в этот раз получилось поехать лишь у нас двоих.
  Я как-то с ними сдружилась. И пофиг на разницу в возрасте, зато они прикольные. Тащили меня постоянно на какие-то полузакрытые, экспериментальные трассы. По их словам, там сноубордисты меньше снег стесали, поэтому и ездить по ним приятно. Ну, в чём-то они были правы.
  - Представляешь,- делилась я с мужчиной своими переживаниями по скайпу.- Еду я по трасе, и тут вдруг почти вся подсветка как вырубилась, подъёмники замерли. Только тогда я осознала, что стою посреди трассы одна, вокруг ни души, а на заднем фоне ещё и воют волки.
  Внезапно он чертыхнулся и злобненько так посмотрел на меня с экрана ноутбука.
  - Какого чёрта ты туда одна попёрлась?
  - Ну, я на той горке не была ещё,- от неожиданности я даже как-то сжалась.
  - Чтоб я тебя ещё раз одну отпустил куда-то,- как-то устало вздохнул преподаватель.
  - Я не одна,- надулась я.- Я с родителями.
  - Ага, и где же тогда они были?- прищурился он.
  - У них романтика,- закатила я глаза.- Надо же мне дать им хоть немного времени побыть наедине.
  - Вот и у нас в следующий раз будет романтика,- ехидно прокомментировал он.
  Я себе представила эту картину совместного отдыха, и мне поплохело. Мда уж, звучит как начало какого-то анекдота - родители, я и мой преподаватель.
  Тем ни менее, возвращались мы домой отдохнувшие, набравшиеся впечатлений и довольные. Ещё оставалось несколько дней каникул, можно было навестить друзей, отдать им сувениры. Вдоволь, без постоянного сопровождения любопытных глаз, пообщаться с...
  И тут-то мои мысли совершенно вышибло из головы. Ведь я выбралась из такси и, уже собираясь пойти в сторону багажника, чтобы забрать свои вещи, но мой взгляд наткнулся на одинокую фигуру стоящую недалеко от моего дома.
  Я вытаращила глаза на преподавателя, хотелось хорошенько, всласть выматериться. Но от шока у меня буквально пропал дар речи.
  - Добрый день,- как ни в чём ни бывало, поздоровался этот совершенно невозможный тип.
  Ко мне подошли родители, начав пристально его разглядывать.
  - Доча, а кто это?- закономерно поинтересовался отец.
  - Это, э-э-э... Игорь Ста...
  - Я её парень,- не дав мне договорить, тут же выдал мужчина.
  Взгляд мамы прямо таки заблестел от любопытства. Отец же, наоборот, подозрительно прищурился.
  - Ах, па-а-арень,- оглядел родитель преподавателя пристальным, буквально таки сканирующим взглядом.- Ну что ж, парень, пойдём чайку попьём, пообщаемся.
  Прозвучало как-то зловеще. Я перевела возмущенный взгляд с Игоря Станиславовича на отца, наткнулась на откровенно смеющийся взгляд мамы и обречённо вздохнула. Вечер обещал быть томным.
  А этот засранец только кивнул и улыбнулся, отобрал тяжелые сумки у меня с матерью, заставив отца одобрительно хмыкнуть, после чего смело зашагал следом за папой в дом.
  Самое возмутительное, что он умудрился буквально в два счёта найти подход к моим родителям. И их нифига не смутил тот факт, что он мой преподаватель, что он на десяток лет меня старше. Уже через час я с офигеванием наблюдала за его с отцом оживлённым спором о каком-то мне неизвестном футболисте. Чай был забыт, на столе появилась бутылка коньяка. Я тоже хотела пригубить немного алкоголя, чтобы унять собственные нервы. Но эти гады в два рыла отобрали у меня коньячный бокал и тиснули в руки чашку с чаем.
  И где здесь справедливость?
  Уже глубоким вечером он засобирался к себе домой, тепло прощаясь с родителями которые, ВНИМАНИЕ, зазывали его почаще заходить в гости. И это мой отец, который, когда видел в пределах десяти метров от меня парня, начинал дышать огнём и бить копытом о землю.
  Стоило нам выйти на улицу, как я тут же обернулась и гневно посмотрела на мужчину.
  - Что. Это. Было?- чуть ли не по слогам, спросила я у него.
  - М-м-м, я просто соскучился,- обаятельно улыбнулся мне этот засранец.
  - Обязательно из-за этого было знакомиться с моими родителями?- буквально прорычала я.
  - А ты против?- и взгляд его в этот миг стал очень и очень серьёзным. Настолько серьёзным, что я даже растерялась.
  - Я... я не знаю,- судорожно вздохнула я и жалобно посмотрела на мужчину.- Я не думала об этом. Ты... это было слишком неожиданно,- еле слышно прошептала я, опустив свой взгляд.
  Мне даже стало как-то стыдно из-за своей слишком бурной реакции. Я уже хотела даже извиниться, но внезапно услышала его глубокий, завораживающий смех. В груди ёкнуло, в животе опять возникло это странное, щекочущее чувство. Опять подняв глаза и наткнувшись на такой уже привычный лукавый взгляд и лёгкую улыбку, я внезапно осознала, насколько сильно соскучилась по этому человеку. Не в силах вовремя унять свой порыв, я внезапно даже для себя его крепко обняла.
  Судорожно вздохнув, он немедленно тоже прижал меня к себе.
  - Я тоже скучал, Малышка,- хрипло прошептал он.
  Падал лёгкий снег, переливаясь в свете уличного фонаря. Вокруг было так тихо, что казалось мы остались одни в этом мире. На душе было тепло, я улыбалась, начиная растворяться в этом моменте. Хотелось стоять так вечно.
  Но разве мог этот засранец хоть один вечер не язвить?
  - Кстати, какого чёрта ты чуть не представила меня своим родителям по имени отчеству?
  - Что?- смысл этого вопроса не сразу до меня дошел.
  - Хватит меня так называть,- начал возмущаться мужчина, глядя на меня укоризненным взглядом.- Называй меня по имени. Иначе я начинаю себя чувствовать каким-то чёртовым извращенцем.
  - Ну, уж нет!- внезапно во мне взыграла непередаваемая злость.- Ты мой преподаватель, должны между нами соблюдаться хоть какие-то формальности.
  - Ты хоть понимаешь, насколько это глупо звучит?- опешил Игорь Станиславович.
  - Всё равно не буду,- надулась я, скрестив руки на груди и отвернувшись.
  - Какой же ты ещё ребёнок,- внезапно засмеялся мужчина и взлохматил мои волосы.
  - Эй, не порть причёску,- возмущённо запыхтела я.- И вообще, ты можешь мне наконец-то толком объяснить, что сегодня было? С чего у тебя внезапно взыграло желание познакомиться с моими родителями?
  - Знаешь,- внезапно тихо отозвался он, наклоняясь ко мне и заглядывая в глаза.- В эти дни я понял одну для себя невероятную вещь.
  - Какую?- сердце внезапно взволновано трепыхнулось в груди, и я непроизвольно перешла на шепот.
  - Я ужасно хочу видеть тебя в домашней обстановке,- выдохнул он прямо в мои губы.- Но поскольку к себе домой я тебя вряд ли смогу затянуть, пришлось выкручиваться.
  
  Его кладбище лекаря
  
  - Когда это ты успел сменить специализацию?- откровенно офигевал его знакомый.
  - Блять, Серёга! Какая хрен разница!- вышел из себя Красницкий.- Ты разве не понимаешь?! У нас у неё шансов нет! Вообще нет! А вот у вас...
  - Понял, понял. Не выходи из себя,- пошел на попятную врач.- Везите. Я договорюсь. Но ты же всё понимаешь...
  Понимал ли он? О да-а-а, он всё понимал. Но он не мог оставить всё это просто так!
  Глупые праздники. Глупые выходные. Как он умудрился ввязаться во всё это дерьмо?
  Но ему было плохо. Ему было тоскливо. Игорь понял, что он хотел бы отпраздновать Новый Год с кем-то близким. С Вероникой не прокатило. Он позвонил профессору Радоге, но и тот оказался в командировке.
  Его зазывали на другие тусовки, но от одного осознания, что он опять настолько бездарно потратит своё время, мужчине становилось тошно. Закончилось всё тем, что когда составлялся график дежурств в больнице на новогодние праздники, он вызвался остаться там на Новогоднюю Ночь.
  Так уж сложилось, что именно на новогоднюю ночь зачастую остаются дежурить совсем не опытные, только начинающие свою карьеру медики. И эта традиция редко работает в обратную сторону. Во всеоружии остаются только парамедики, которым новогодняя ночь как кость в горле. Именно на неё припадает чудовищное количество вызовов скорой помощи. Халатность в отношении дежурств в эту ночь не могут так же допустить травматологи. Пьяные драки, не в то место угодившие салюты и хлопушки делают своё грязное дело. Гастроэнтерологи тоже находятся на низком старте, в любой миг ожидая начала наплыва пациентов с отравлениями.
  В общем, кому-то праздник, а кому-то редкостный геморрой.
  Отделение нейрохирургии в этом плане более спокойное. Черепно-мозговые травмы в первую очередь везут в травматологию, а уж дальше как карта ляжет. Именно поэтому Игорь настроился на абсолютно спокойный, хоть и несколько тоскливый вечер. Совершил обход. Удостоверился, что никто в ближайшее время помирать не собирается. Все пациенты стабильны.
  После этого мужчина со спокойной душой отправился в ординаторскую, завалился на диван и начал читать художественную книгу, чтобы отвлечься от лишних мыслей. Час проходил за часом. Игорь уже подумывал совершить очередной обход, после чего немного поспать. Но тут в дверь ординаторской буквально вломилась медсестра. И вид женщины заставил его мигом подобраться.
  Потная, раскрасневшаяся. Глаза её лихорадочно блестели. Хирургическая шапочка сбилась, позволяя выскользнуть из-под неё нескольким локонам спутанных, светлых волос. Но самое худшее, что на хирургическом костюме были видны отчётливые следы крови.
  - Что случилось?- похолодевшим голосом спросил хирург.
  Сначала он жуть как перепугался, что упустил какого-то из своих пациентов и тот сейчас истекает кровью. Но потом пригляделся к женщине и понял, что она явно не из его отделения.
  - Игорь Станиславович,- паникующим голосом буквально взвыла женщина.- Кровотечение. Сильное. Мы не справляемся!
  - Веди,- ни минуты не колеблясь, велел мужчина, выскальзывая за ней в коридор.- Рассказывай.
  - Женщина. Только после родов перевели в гинекологию,- тут же начала вводить его в курс дела медсестра.- Поступила в роддом с тяжелой преэклампсией. Решили делать кесарево. Стабилизировали её, отправили долечиваться в гинекологию. И тут ей стало плохо. Стало понятно, что у неё открылось внутреннее кровотечение. Начали экстренную операцию.
  - Так в чём проблема?- вскинул одну бровь Игорь.- Неужели так сложно купировать...
  - Мы не можем найти где кровотечение вообще!- не выдержав, крикнула женщина.
  - Блядь,- выругался Красницкий и ускорил шаг.
  Это же какое обильное кровотечение должно быть, что операционная бригада не в состоянии найти его источник?
  К операции он готовился максимально быстро. А когда зашел внутрь, то понял. Все не просто плохо, это было просто катастрофа! Заполошно пиликало оборудование. Анестезиолог смотрел на экраны с лихорадочным блеском в глазах. Крови было столько, что часть её пролилась на пол, но никто даже и не думал её вытирать. Было не до того. Рукава костюмов операционной бригады были перепачканы красным, капли так же попали и на остальной костюм. Выглядело со стороны это дико, будто вокруг собрались заправские мясники.
  - Давление?- жестко спросил у анестезиолога Красницкий, следуя к операционному столу твёрдым шагом. Молодой хирург тут же уступил ему место, в глазах его промелькнуло немалое облегчение.
  - Восемьдесят на шестьдесят!- выкрикнул врач.
  - Блядь, слишком низко. Переливание! И вколите ей, наконец, адреналин, если вы этого ещё не сделали!
  - Кровь уже доставили!- крикнул от манипуляционного стола медбрат.- Лаборант проводит тестирование!
  - Быстрее!
  Брюшина тоже была заполнена кровью. Стало понятно, почему источник кровотечения до сих пор не найден. Ведь за красной жидкость ничего не было видно. Так ещё и матка не сильно то и уменьшилась после родов, перекрывая вид.
  - Откачивайте кровь, ни черта же не видно!- скомандовал Игорь, старательно осматривая матку.
  - Не помогает!- дрожащим голосом отозвался ассистент.- Слишком быстро прибывает!
  В голове у мужчины что-то щёлкнуло.
  Быстро. Слишком быстро. Слишком обильно. Это должен быть большой сосуд. Аорта? Нет, это слишком радикально, за это время она могла и умереть. Или была бы в гораздо более критическом состоянии. Тогда что?
  Не матка. Придатки тоже питаются от не настолько крупных сосудов. Селезёнка? Нет, вряд ли.
  Печень!
  - Мы не там ищем!- выкрикнул мужчина, перемещая внимание от нижней части брюшной полости к правому подреберью.
  - Откачивайте кровь, вашу мать!
  Видно до сих пор ничего не было, но он уже прощупывал печень. И ткань её была повреждена!
  - Да!- нашел первопричину их проблем Красницкий.- Готовьте материал для тампонады!
  Вновь запиликали приборы. Давление продолжало падать.
  - Где кровь?!
  Будто предвосхищая его вопрос, к пациентке подскочил медбрат, подключая к ней систему. Тем временем, он наконец нащупал повреждённый сосуд. Ему тут же передали материалы, которыми он пытался пережать его.
  - Коагулянты вводили?
  - Да,- выдохнул его молодой коллега.
  - Сколько?- спросил, но скривился, выслушав ответ.- Недостаточно!
  Это была очень долгая ночь.
  Где-то там взрывались салюты. Звенели бокалы шампанского. Звучали песни. Переливаясь серебром, застилал улицы пушистый снег.
  Тихо посапывал в люльке новорождённый младенец. Забылся тревожным сном новоиспечённый отец.
  А из операционной гинекологического отделения областной больницы буквально выползали перепачканные в крови, измождённые медики.
  Душ воспринимался как величайшее благо мира. После него Красницкий дошел до ординаторской, открыл в ней нараспашку окно и закурил. Первый раз за два года.
  - Игорь Станиславович, спасибо,- подошел к нему давешний молодой хирург.
  Когда он снял хирургическую маску, под ней оказалось веснушчатое лицо с тонкими губами. Серые глаза парня от пережитого слегка потускнели, но всё равно глядели с благодарностью.
  - Ты же понимаешь, что это далеко не конец,- тихо промолвил Красницкий.
  - А?- только и смог удивлённо выдавить из себя врач.
  - Я дал инструкции реаниматологам,- повернулся к нему мужчина, пристально заглядывая в глаза.- Как только её состояние будет более-менее стабильным, собираем бригаду и едем в столицу. Я сейчас о всём договорюсь.
  - Но...
  - Здесь у неё шансов нет,- отрезал мужчина.- И позвони её мужу.
  Редко когда Игорь настолько сильно задействовал свои связи. Глядя в окно шумно перебирающего лопастями вертолёта, он флегматично анализировал, насколько реальны всё же шансы у этой женщины выжить. Проценты были неутешительными.
  До столицы её довезли, хотя в пути состояние пациентки несколько раз ухудшалось. Даже в палату интенсивной терапии поместить успели. Игорь успел снять комнату в отеле, поесть и даже немного поспать. Но на следующее утро ему позвонил Серёга.
  Всё было напрасно.
  Кулаки сжались. Ровным голосом поблагодарив коллегу, мужчина рухнул на кровать. Заехать бы сейчас к профессору Радоге. Он наверняка бы нашел нужные слова, от которых ему бы стало легче. Но наставника в городе не было.
  Оставаться в столице тоже было уже не резон. Добираться домой мужчина решил своим ходом, желая проветрить голову в поезде. Мерный перестук колёс обычно действовал на мужчину успокаивающе. Но не в этот раз.
  По приезду, родной дом показался ему на редкость пустынным. Даже любимое кресло и огонь в камине не успокоили суматошно скачущие в голове мысли.
  В эту Новогоднюю Ночь ещё один ребёнок остался сиротой. Он никогда не познает ласковых поцелуев матери. Не услышит её колыбельную. Не утонет в тёплых, успокаивающих объятиях. Не услышит её голос. А возможно, даже будет винить себя в её смерти, если одинокий отец неправильно себя поведёт.
  Было так тошно. Мужчина понимал, что он сделал всё что можно, даже сверх этого. Но подобная мысль почему-то его совершенно не успокаивала.
  Как никогда в жизни ему захотелось, чтобы кто-то просто молча подошел к нему и обнял. Отвлёк каким-то глупым, но пропитанным домашним теплом вопросом от тяжелых мыслей. Просто был рядом.
  Как будто наяву он увидел грустную улыбку его Малышки. Как бы он хотел её сейчас увидеть! Показать свой дом. Вместе пообедать на его кухне. Или просто посмотреть какой-то насквозь дурацкий, до приторной оскомины романтический фильм. Главное, чтобы она была достаточно близко, чтобы ощутить её тепло. Чтобы забыться в объятиях этого светлого человечка, словам которого почему-то безоговорочно веришь. Возможно, потому что знаешь, что она просто не умеет лгать.
  
  Воздаяние
  
  - Ты шутишь,- выдохнула в трубку Киса, когда я поделилась с ней последними новостями.- Вот прям так и припёрся?
  - Угу,- как-то устало выдохнула я.
  - А что родители?- осторожно поинтересовалась подруга.
  - Бьются в припадке,- язвительно высказалась я,- от восторга. Блин, я с ним с ума сойду. И ведь не постеснялся воспользоваться приглашением заходить в гости. Припёрся ко мне буквально на следующий же день.
  - И что вы делали?- заинтересовано спросила девушка.
  - Фильм смотрели,- буркнула я.
  - Что за фильм?
  - Не знаю. Фантастика какая-то. Не помню,- устало потёрла я глаза.
  - Аха-ха-ха-ха, чем же вы таким занимались, что ты забыла про фильм,- развеселилась девушка.
  - Киса, ну хоть ты меня не тролль!- вспыхнула я.
  - Ладно-ладно,- примирительно сказала девушка.- Но знаешь, это уже серьёзно. И формулировка ещё такая. Захотел увидеть тебя в домашней обстановке, мда.
  - К чему ты клонишь?- насторожено спросила я.
  - Знаешь, если ты всё ещё сомневаешься, у тебя есть последний шанс всё прекратить,- голос подруги вдруг лязгнул металлом, от чего по моей спине прокатилась волна холодных мурашек.
  - В с-смысле?
  - Такие люди не отступают. Если ты зацепишь его слишком сильно, а потом передумаешь и пойдёшь на попятную.... Он может разозлиться. А такие люди опасные враги, они не прощают. Если ты не уверена, что готова погрузиться в эти отношения со всей возможной самоотдачей...
  Не знаю, с какого такого личного опыта Киса достала это умозаключение, но я почему-то поверила ей на все сто. И стало мне от этого как-то настолько не по себе, что на длительное время этот разговор погрузил мои мысли в хаос.
  Тем временем, как-то абсолютно внезапно, каникулы закончились. Вновь настали трудовые будни, одногруппники шумно обсуждали всё, что произошло на каникулах. Некоторые из них даже праздновали Новый Год вместе. Лично я счастливо тискала старосту, а тот отбивался и пытался от меня убежать, аргументируя это тем, что не хочет быть заживо расчленённым нашим преподом по анатомии, если тот внезапно взревнует.
  После той совместной попытки просмотра фильма, я увидела его впервые только на паре по анатомии. В ушах всё ещё звучали слова Кисы, и поэтому я в этот раз посмотрела на мужчину слегка настороженно. Но вид в тот момент он имел настолько благодушный, что губы мои непроизвольно дрогнули в улыбке. Как-то подозрительно, даже для себя, широко улыбаясь, он ввалился в аудиторию и буквально растёкся на стуле за преподавательским столом.
  - Ну, привет, господа студенты,- окинул всех нас весёлым взглядом Игорь Станиславович.- Какие ещё сюрпризы приготовила мне ваша безбашенная братия? Новости есть?
  - Что-то случилось?- осторожно поинтересовался Денис.
  - Только что была пересдача экзамена у второго курса,- внезапно интригующим шепотом признался преподаватель и вдруг рассмеялся.- Она была сорвана. Эх, если бы я знал, что экзамены тут проходят настолько весело, то напрашивался бы в комиссию каждый год.
  - Что произошло?- сделали стойку на новую пикантную историю наши девчонки.
  - Знаете, как проходит заключительный экзамен по анатомии? Нет?- вопросительно приподнял он бровь.- Ну, тянешь ты билет, а в нём вопросы. В случае, если надо рассказать про какой-то орган, одеваешь перчатки, лезешь в ванночку, наполненную формалином и достаёшь из неё тот орган, который попался в билете,- внезапно его вновь пробрало на смех.- Мне потом, после экзамена, объяснили, что у той девчонки зрение в глубоком минусе. Но носить очки она стесняется. И вот, выпал ей в билете язык. Полезла она в ванночку, долго там копошилась и вдруг достала из неё половой член.
  Одногруппники застыли, в неверии вытаращив на Игоря Станиславовича глаза.
  - Мда, коллеги даже сначала не поняли, что происходит. Думали над ними как-то заковыристо стебутся. Но когда она начала шпарить им материал, как по учебнику, тыкая при этом в член указкой. Ну, знаете, большие сосочки, малые сосочки, зоны чувствительности, когда кончик языка у нас любит сла-а-аденькое.
  Тут мы и грохнули. Причём преподаватель нас вполне себе поддержал. Хотя, недолго это веселье продлилось. Быстро взяв себя в руки, он внезапно устроил проверку знаний. Это было настолько внезапно, а за каникулы мы настолько расслабились, что большинство не смогли достаточно хорошо ответить.
  И тут я поняла, что имел в виду Кирилл, когда говорил о его манере опроса. Прошелся он по чувству ЧСВ одногруппников очень жестко. Он, как мне кажется, даже незабвенную Зинаиду Львовну переплюнул. И, похоже, незнание материала нашей группой он принял довольно близко к сердцу, страшно оскорбившись. По крайней мере, выглядел он к концу пары как демон, вылезший из преисподней.
  Хоть я и ответила на его вопросы довольно уверенно, но мне стало тоже как-то не по себе. А на фоне недавнего разговора с Кисой, в голову полезли совершенно нездоровые мысли. Я как-то вдруг поняла, что не хочу его злить. Ну, вот совсем.
  Задумалась я над этой темой до такой степени, что даже прозевала окончание пары. Очнулась только тогда, когда одногруппники с шумом начали покидать аудиторию. Пребывая во всё том же задумчивом состоянии, я, совершенно позабыв о установленных им правилах, тихо потопала вслед за остальными.
  Кто бы мне дал это сделать?
  За последним из одногруппников внезапно закрылась дверь, а меня цепко взяли за руку, придерживая чтобы не убежала. Только тогда я пришла в себя, подняв на мужчину затуманенный взгляд.
  - Малышка,- окликнул меня преподаватель.- Что с тобой сегодня?
  Контраст между грозным рыком его голоса на паре и мягким, обеспокоенным тоном сейчас окончательно выбили меня из колеи. Я подняла на мужчину слегка затуманенный взгляд, наткнувшись на его гипнотические глаза. В них было столько тепла, столько беспокойства. Улыбка исчезла с его лица, между бровей пролегла морщинка. Сейчас он совершенно не выглядел опасным, скорее надёжным, и каким-то почти даже родным.
  Родным? Неужели я такое подумала? Неужели я за это время настолько к нему привязалась?
  От осознания этой истинны стало как-то не по себе и я судорожно втянула в себя воздух.
  - Ну-ну, ты чего?- совсем забеспокоился мужчина и мягко притянул меня к себе. Взял мои руки в свои, пропуская под своим пиджаком, заставляя его обнять. Я уткнулась носом в его рубашку, вкусно пахнущую лесными орехами.
  - Что у тебя опять произошло?- мягко спросил он, целуя меня в макушку. Рука его заскользила по моей спине, поглаживая, успокаивая.
  От этих жестов веяло такой заботой и нежностью, что у меня перехватило дыхание. Сердце сжалось, стало как-то стыдно за то, что я опять заставила его беспокоиться. И почему? По совершенно дурацкой, можно сказать надуманно причине?
  - Прости,- прошептала я.
  - Так что всё же случилось?- не собирался отступать Игорь Станиславович.
  - Мне страшно,- внезапно даже для себя, выдохнула я.- Всё это так внезапно. Так... странно. Я слишком быстро к тебе привязалась.
  Не успела я начать паниковать от только что сказанного, как мужчина рвано выдохнул и обнял меня ещё крепче. На долю мгновения я прижалась ухом к его груди и услышала, насколько быстро колотиться его сердце.
  Это... из-за меня?
  Но преподаватель как-то быстро взял себя в руки. Немного отстранившись, он взял пальцами меня за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза.
  - Этим ты меня и зацепила,- голос его оказался немного хриплым, но глаза всё такими же гипнотическими.- Ты словно огонёк. Тёплая, уютная. Невероятно искренняя. Ты себе даже представить не можешь, как сложно найти в этом мире по-настоящему искренних людей.
  Ощущая под пальцами тепло его тела, я завороженно смотрела в его глаза, понимая, что предупреждение Кисы безбожно запоздало. У меня уже давно нет ни шанса всё прекратить. Да и желания тоже.
  - Или ты подумала, что я обратил на тебя внимание, потому что я возбудился на тебя в автобусе?- внезапно ехидно спросил мужчина.
  - Что?- смысл сказанного дошел до меня далеко не сразу. Но когда дошел, я просто таки отскочила на него, ощущая, как начинают пылать мои уши.
  - Игорь Станиславович!- возмущённо возопила я.
  - Ты опять?- голос преподавателя приобрёл немного угрожающие нотки.- Сколько раз тебе говорить, называй меня по имени.
  - А вот не буду,- надулась я.- Потому что нефиг меня постоянно смущать!
  - А может мне нравиться тебя постоянно смущать,- буквально промурлыкал мужчина.- Ты тогда становишься такой забавной.
  - Ты невыносим,- скрестила я руки на груди и отвернулась. Но в ответ услышала только искренний смех.
  Вечером он опять напросился ко мне домой. Я отбивалась, как могла от подобного счастья, заявляя, что мне надо много учить, а с ним я буду постоянно отвлекаться. Но этот нахал заявил, что поможет мне с уроками и, невзирая на протест, нагло прошагал к дому.
  Пришлось кормить его ужином. А потом он принялся объяснять мне новую тему по химии. Что неожиданно, довольно толково объяснять.
  - Такое ощущение, что ты учился на фармаколога,- в замешательстве пробормотала я, когда поняла, что текст лекций перестал для меня складываться в матерную фигу и приобрёл, наконец, кристальную ясность и чёткость.
  - Боже упаси,- открестился мужчина.- У них же восемнадцать вариаций химии. Я бы такое не пережил.
  - Восемнадцать?!- поплохело мне.
  - Ну да,- флегматично пожал плечами он, заглядывая в мою тетрадь через плечо, сидя по соседству на диване, в то время как я склонилась над столом, сидя на стульчике.- А может и больше. У тебя их тоже с десяток будет.
  Я застонала. Химия мне не давалась ещё со школы. Я еле сумела её подтянуть на достаточный уровень для поступления в университет.
  - Я сдохну,- уронила лицо на тетрадь я, глухо застонав.
  - Ну, все через это проходили,- тихо засмеялся преподаватель.- К тому же, у вас пока, можно сказать, разминка. Вот в следующем году вы должны будете проходить цикл Кребса. Вот когда то ты и познаешь Дзен.
  - Не знаю, что за Кребс такой, но я его уже ненавижу,- пробурчала я, устало протирая ладонями лицо.
  - Ну что, больше тебе ничего не надо учить?- вопросительно выгнул бровь мужчина.
  - Что?- в непонимании посмотрела я на него.- А... Да, вроде бы всё.
  - Тогда я требую свою награду.
  И не успела я ничего сообразить, как он тут же перетащил меня к себе на колени, втягивая в поцелуй.
  Моя жизнь приобрела какую-то странную размеренность. Я ходила в университет, дурачилась с ребятами, получала порции своих поцелуев после пар анатомии, даже перестав от этого смущаться. Далеко не всегда, но достаточно часто ко мне по вечерам заходил Игорь Станиславович, сильно помогая мне готовиться к парам.
  Через некоторые время родители к этому настолько привыкли, что отец начал мимоходом интересоваться, как у него дела, а мама молча доставала дополнительные столовые приборы для ужина.
  Особенно мне нравились вечера, когда ничего не было задано. Тогда мы валялись на диване, смотря очередной фильм. Хотя, зачастую я даже не помнила его сюжета.
  И не то, что мы постоянно целовались. Нет, чаще всего мы именно валялись. Мужчина обнимал меня, крепко прижимая к себе. Иногда гладил по голове, медленно перебирая волосы, иногда целовал руки, шею. А я просто млела от его прикосновений.
  Это было так странно. Я ощущала себя совсем маленькой, беззащитной на его фоне. Но это ничуть не напрягало. С каждым днём я проникалась к нему каким-то абсолютно диким для меня доверием. В его руках я расслаблялась, будто знала, что он защитит меня буквально от всего.
  Я растворялась в нём, ухнув в эту пучину с головой. Стоило мне к нему прижаться, почувствовать, как меня окутывает ставший родным запах его парфюма, отдающего привкусом лесного ореха, как меня буквально затапливало чувство какой-то щемящей нежности. С каждым днём потребность видеть его становилась всё сильнее. Не было смысла лгать самой себе. Похоже, я безнадёжно влюбилась в этого человека.
  - Расскажи,- в один из вечеров, настойчиво попросил он, перебирая мои волосы, целуя меня куда-то в шею.
  - Что рассказать?- я настолько разомлела, что даже не сразу осознала вопрос.
  - Кто он?- крепче прижав меня к себе, резко спросил мужчина.- Тот, кто тебя обидел.
  Я всё это время почему-то думала, что он забыл про этот момент. Но как же я была наивна. Осознав до конца смысл его слов, я как-то непроизвольно сжалась, судорожно выдохнув воздух куда-то ему в рубашку.
  Поняв, что я не отвечаю, он перекатил меня на спину, нависая сверху, требовательно, но мягко заглядывая в глаза.
  - Расскажи,- голос его стал глубоким, обволакивающим, практически гипнотическим.- Расскажи мне всё.
  И я сдалась, сбивчиво и рвано, поведав о том случае в школе. Он слушал внимательно, выцеловывая моё лицо, слизывая дорожки слёз.
  Именно тогда я поняла, что окончательно отпустила ту ситуацию.
  Но, как оказалось, её не собирался отпускать он.
  Это произошло через две недели после нашего разговора. Весело перебрасываясь шутейными фразочками, мы уже подходили к парковке, когда увидели у машины Игоря Станиславовича какого-то мужика.
  Выглядел тот солидно, в дорогом костюме и чёрном пальто. Небольшие усики, начавший лысеть затылок. Он грузно вышагивал возле серой хонды, судорожно осматриваясь по сторонам.
  Увидев его, Игорь Станиславович внезапно подобрался, отводя меня рукой к себе за спину. Мужчина тоже его увидел, глаза его яростно заблестели. Он буквально подлетел к преподавателю, краснея от гнева.
  - Ты-ы-ы,- выдохнул он.- Это же ты всё устроил?
  - Вы забываетесь,- глухо, почти с рыком отозвался мужчина.
  В этот миг он как-то неуловимо переменился. Он выпрямился, взгляд его потяжелел. Он как никогда стал походить на опасного хищника перед прыжком.
  - Ты хоть понимаешь, на кого ты наехал,- продолжал брызгать слюной мужик.- Ты понимаешь...
  - Запомните, господин депутат,- в голосе мужчины появились настолько угрожающие, почти рокочущие нотки, что оппонент прекратил свою истерику и злобно посмотрел на него, тем ни менее не решаясь перебивать.- Ваш, с позволения сказать, выкакыш, поднял руку на то, что мне дорого. И ему крупно повезло, что он, фактически ещё, сопляк. Иначе я бы его закопал гораздо глубже.
  - Прекрати,- почти прорычал мужик, не отводя взгляда от преподавателя.- Прекрати всё это!
  - Вы оба должны извлечь свой урок,- зло прищурился мужчина.- И не советую начинать мстить. Ведь всё может быть гораздо, гораздо хуже. Уж слишком много твой сопляк нагадил. А я про его похождения теперь знаю всё.
  На короткий миг они застыли, не отрываясь, сверля друг друга злым взглядом.
  - Ты пожалеешь,- буквально выплюнул мужик, резко развернувшись и стремительно удаляясь.
  Не дожидаясь, пока он скроется из виду, Игорь Станиславович выудил из кармана телефон, поковырялся в нём и нажал кнопку вызова.
  - Привет, Шурик,- вполне миролюбиво сказал он в трубку.- Тут ко мне недавно Подольский наведывался. Ногами топал, ядом плевался. Ты уж проконтролируй, будь добр. Сейчас, конечно, не шальные девяностые, но мало ли его коротнёт. Ага, спасибо. Нет, пока не могу. Но я забегу на днях. Спасибо. Бывай.
  Он положил трубку и медленно повернулся ко мне.
  - Мда, не хотел я, чтобы ты это видела,- сокрушенно покачал головой мужчина.
  А я стояла, бледная, ощущая, как по телу пробегает ледяная дрожь. В неверии распахнув глаза, я смотрела на него, а в голове всё крутились слова Кисы.
  ... такие люди опасные враги, они не прощают...
  Но в тот миг я испугалась не его. В тот миг я дико, просто до дрожи перепугалась за него.
  - Это,- хрипло проговорила я.- Это был он?
  Виновато улыбнувшись, мужчина шагнул в мою сторону. Судорожно вздохнув, я попыталась проглотить комок в горле, но у меня не получилось. Из глаз внезапно брызнули слёзы.
  - Заче-е-ем,- буквально взвыла я. Преподаватель подлетел ко мне, сгребая в свои объятия. И я буквально влипла в него, всё ещё пребывая в ужасе от произошедшего.- Зачем всё это? Он же опасен. Ты же можешь пострадать. Зачем?
  - Тщщ,- гладил он меня по волосам.- Не надо, Малышка. Не бери в голову. Всё будет в порядке. Пойми, нельзя такое прощать. Если есть возможность, таких надо бить сразу и без шансов на реанимацию. К счастью, у меня такая возможность была.
  - У тебя теперь есть враг,- прошептала я, начиная немного успокаиваться.
  - Ну, не так уж он и страшен,- тепло улыбнулся мужчина,- пошли, выпьем что-нибудь горячее,- предложил он, залез в карман дублёнки и, внезапно, перед моими глазами мелькнуло что-то блестящее. Я в полнейшем шоке и недоумении уставилась на яркую обёртку. А этот засранец обаятельно улыбнулся и как ни в чём ни бывало поинтересовался.- Конфетку?
  
  Самопознание
  
  Не сказать, что решение познакомиться с её родителями было по-настоящему спонтанным. Но предполагаемого в таком случае чувства неуверенности или даже страха он, к своему удивлению, ничуть не испытывал. Что было предпосылкой к такой его самоуверенности, мужчина и сам не понимал. То ли во всём был виноват его весьма закалённый характер, то ли духовное опустошение после всех событий новогодних праздников.
  Гораздо более любопытно было посмотреть на родителей Малышки и сравнить её с ними. Фигура девушке явно досталась от матери. Та была такой же хрупкой и миниатюрной, как и её дочь. И такой же благодушной. По крайней мере, смотрела она на него с самого начала их знакомства с неизменно теплой и все понимающей улыбкой.
  А вот потрясающие выразительные карамельные глаза ей достались от отца. Коренастый, поджарый мужчина, в отличии от своей жены, смотрел на него в миг знакомства как на врага, которого был готов пришибить при любом намёке на угрозу его любимым женщинам. Это даже приводило Игоря в лёгкую степень растерянность. Нет, не подозрительность Павла Олеговича. С этой стороны понять старшего Стоцкого было довольно просто. Но видеть в таких знакомых, карамельных глазах, враждебность с желанием вывести на чистую воду. О да-а-а, это было нечто.
  Забавно, но разговаривали они поначалу почему-то только полунамёками. И в очередной раз его спасло то, что мир оказался довольно таки тесным местечком.
  - Красницкий?- после того, как он полностью представился, внезапно переспросил отец Вероники.- Тебе фамилия Горнич ничего не говорит?
  - Хм,- удивлённо вскинул бровь мужчина.- Ничего, хотя вполне возможно и пересекались. А что?
  - Да вот, он недавно в аварию попал,- прищурил глаза отец Ники.- Говорят, что если бы не один кудесник от медицины, то я мог потерять близкого друга.
  Плечи Игоря непроизвольно вздрогнули. На секунду прикрыв глаза, он начал копаться у себя в памяти.
  - Хм, возможно и был такой. Но явно не в этом месяце,- пожевал он нижнюю губу.- Так бы точно запомнил.
  - Однако,- выдохнул Павел Олегович, пробегая по фигуре хирурга новым, вполне себе оценивающим взглядом. После чего улыбнулся краешком губ и чему-то одобрительно кивнул.
  Вот что значит репутация. Игорь готов был заложить почку и кусок печени, что если бы не это, доверия мужчины было бы заслужить ох как не просто.
  Ну, ему же легче.
  Сразу после этого разговор потёк совершенно непринуждённо. А через некоторое время перетёк даже в дружеское обсуждение последних отборочных матчей в сборную по футболу.
  Всю подоплёку разговора не распознала, разве что, только Вероника, что сидела рядом надутая и обиженная, попивая чай.
  Гораздо интереснее оказалась именно её реакция. Всё то время, пока шел их разговор, пока родители Малышки дружелюбно прощались с ним, зазывая приходить в гости, девушка дулась и пыхтела, словно маленький миленький хомячок. Но стоило им оказаться на улице, она буквально пригвоздила его возмущённым взглядом. В свете уличного фонаря казалось, что в её карамельных глазах иногда вспыхивают желтоватые искорки.
  - Что это было?- со скрытой угрозой спросила девушка.
  - М-м-м, я просто соскучился,- мужчина смотрел на своё Чудо с умилением.
  - Обязательно из-за этого было знакомиться с моими родителями?- задохнулась в возмущении Малышка.
  - А ты против?
  И это был далеко не праздный вопрос. Ответ на него для мужчины многое значил. Он показал бы ему, насколько серьёзно эта невозможная девушка к нему относиться. Если бы она сказала категорическое да, это был бы фактически крах. Это бы означало, что все приложенные им усилия не возымели никакого эффекта. Но он совершенно забыл о скрытом в ней обаянии, поэтому произошедшее далее стало для мужчины полнейшей неожиданностью.
  - Я... я не знаю,- судорожно вдохнула воздух девушка, в широко распахнутых карамельных глазах отобразилась такой глубины беспомощная растерянность, что у Игоря непроизвольно ёкнуло сердце.- Я не думала об этом. Ты... это было слишком неожиданно,- еле слышно прошептала Малышка, прежде чем опустить свой взгляд.
  И была она в тот момент такой трогательной, такой беззащитной, что по спине пробежали мурашки. Её хрупкая фигурка, с подавленно опущенным взглядом. Это было настолько искреннее выражение чувств. Другая бы, на её месте, попыталась спрятать такую свою слабость за ложью, за напускной злостью.
  Но не она.
  И это трепетное, нежное Чудо с ним. Она не отвергает, принимает его. В груди потеплело, заставляя губы дрогнуть в улыбке. В этот миг девушка переборола миг растерянности и подняла свой взгляд, внезапно ненадолго застыв, как-то даже завороженно разглядывая мужчину. А в следующий миг сократила расстояние между ними, обнимая и пряча лицо у него на груди. В нос тут же ударил потрясающий запах, присущий исключительно ей. Сердце пропустило один удар, второй, и неистово забилось о грудную клетку. Игорь приподнял руки, с удивлением осознавая, что они подрагивают. А после прижал к себе своё сокровище, ощущая всем телом её хрупкость. Хотелось и прижать посильнее, не отпускать, но в то же время какой-то до селе незнакомый ему трепет не давал ему приложить к этому хоть сколь либо лишней силы. Словно она была слеплена из хрупкого хрусталя, что даёт волшебные, почти мистические переливы на солнце. Но стоит к нему отнестись хоть немного небрежно и он осыплется острыми осколками.
  Он застыл, пытаясь прийти в себя, выровнять сбитое дыхание и умоляя вселенную, чтобы Малышка не подняла свой взгляд на него. Он не хотел показывать миг этой слабости и то, насколько её порыв вышиб его из колеи. В голове немного шумело, и Игорь не мог поклясться, что во всём виноват недавно выпитый коньяк. Мир будто сузился до этой конкретной точки пространства.
  Растерянность уступала собранности. Мысли потихоньку начали приходить в порядок. Мгновения слабости проходило, рациональная часть личности, в первую очередь, чтобы отвлечься, начала судорожно анализировать сегодняшний вечер.
  Первое, чему он удивился, это то, что её запах перестал на него действовать как первоклассный афродизиак. Это обнадёживало.
  Но дальше в памяти Игоря всплыл отрывок сегодняшнего вечера, когда она его чуть не назвала перед родителями по имени отчеству. И как бы он перед ними после этого оправдывался?
  В душе вскипело возмущение, даже немного злость.
  - Кстати, какого чёрта ты чуть не представила меня своим родителям по имени отчеству?
  - Что?- растерянно переспросила девушка, подняв на него взгляд.
  - Хватит меня так называть,- он был настолько возмущён, что даже разорвал их объятия и отступил на шаг, чтобы сурово посмотреть в глаза Вероники.- Называй меня по имени. Иначе я начинаю себя чувствовать каким-то чёртовым извращенцем.
  - Ну, уж нет!- внезапно непреклонно качнула головой девушка.- Ты мой преподаватель, должны между нами соблюдаться хоть какие-то формальности.
  - Ты хоть понимаешь, насколько это глупо звучит?- едва ли не подавился воздухом мужчина.
  - Всё равно не буду,- надулась хомячком Малышка, скрестив руки на груди.
  - Какой же ты ещё ребёнок,- обречённо едва ли не простонал Игорь.
  Но этот диалог внезапно обнажил ещё одну проблему. Вероника едва ли смирилась с тем фактом, что он её преподаватель. Нежелание перейти на более неофициальное обращение это показывало очень наглядно. Для него это означало две вещи. Первая, это то, что девушка неосознанно создаёт психологический барьер между ним и собою. Второе, она ему по-прежнему не доверяет, чтобы пересилить себя и разрушить эту стену.
  Ну, будет непросто, но Игорь сам подписался на это. Хорошо, что девушка уже начала демонстрировать некоторую степень привязанности. О том, что с ним сегодня такое происходило, мужчина предпочёл не задумываться. Даже не подозревая, что будет попадать в такие ситуации из раза в раз.
  В тот день Степан ввалился к нему в кабинет с довольным оскалом на губах, глаза его блестели некоторой сумасшедшинкой.
  - Что на этот раз?- обречённо посмотрел на приятеля Игорь, до этого занимавшийся самокопанием.
  - Я отомстил,- самодовольно проронил преподаватель, плюхаясь на стул.
  - Кому и как?- вопросительно приподнял брови мужчина.
  - Я вычислил группу, которая наградила меня этой нелепой кличкой. Не смешно,- ткнул в него пальцем Степан, заметив, что у Игоря подрагивают губы в улыбке.- А ты не знал, что если у труппа отогнуть полностью всю шкурку на груди и животе, и откинуть её вбок, то она загородит все гендерные причиндалы?
  - Догадывался,- неприкрыто улыбнулся он.
  - Так вот, обнажил я требуху у труппа и дал задание этим расп..яям найти матку,- после этих слов Стёпа оскалился и закончил.- У мужика.
  - И как?- начал негромко смеяться Игорь.
  - Нашли!- поднял указательный палец преподаватель, а после с улыбкой закончил.- Мочевой пузырь. Я их после этого так пропесочил,- мечтательно закатил глаза приятель.
  Дурдом. Пожалуй, на каникулах он скучал за этим.
  Тот день вообще был горазд на события и всякого рода приколы. Сначала сорванный экзамен. Нет, ну это же надо перепутать член с языком! Потом занятие в группе Малышки. На них он был жутко зол. За зимние каникулы всё позабывали засранцы!
  Но больше всего Игоря напрягло не это. Вероника в тот день была какой-то до ужаса рассеянной, даже немного напуганной. Слушала его явно вполуха, сама пребывая где-то глубоко в своих мыслях. Даже забыла в конце пары подойти к нему за традиционным поцелуем.
  Пришлось тормозить её у двери. Закрыв аудиторию и повернув девушку к себе, Игорь вгляделся в её глаза. Взгляд девушки был в этот миг слегка рассеянный, даже немного заторможенный.
  - Малышка, что с тобой сегодня?- немного взволновано спросил мужчина.
  Неужели её за этот краткий период умудрился кто-то обидеть? От этой мысли в душе вскипела злость, но усилием воли он не дал наружу просочиться даже её отголоскам.
  Тем временем Ника сфокусировала на нём взгляд и вгляделась в его лицо, после чего черты лица её внезапно дрогнули. В глазах проступила растерянность, даже немного испуг.
  Совершенно не понимая, что происходит, мужчина притянул её к себе, обнимая, беря её хрупкие ручки, заставляя обнять и себя. Со стороны девушки внезапно послышался нервный, судорожный вздох.
  В душе поселилось отчётливое чувство беспокойства.
  - Ну-ну, ты чего,- пытался он её успокоить, судорожно соображая, что же могло привести к подобному эффекту.- Что у тебя произошло?
  - Прости,- глухо прошептала Малышка.
  - Так что всё же случилось?- настаивал Игорь.
  - Мне страшно,- прозвучали слова, заставившие его оцепенеть.- Всё это так внезапно. Так... странно. Я слишком быстро к тебе привязалась.
  Смысл слов дошел до него не сразу. Но когда дошел, мужчина осознал, что у него перехватило дыхание. Это признание будто ударило его под дых, вернув то чувство погружения и лёгкой потерянности, впервые возникшее у него в тот вечер, после знакомства с её родителями.
  Порывисто обняв девушку, в следующий миг он слегка отстранился, взял её за подбородок, чтобы заглянуть в глаза.
  Чёрт, зря он это сделал. Этот взгляд. В нём было столько растерянности, но в тоже время чистой и почти детской наивной веры. Веры в него.
  - Этим ты меня и зацепила,- голос был хриплым. Он пытался взять себя в руки, но это не совсем получалось.- Ты словно огонёк. Тёплая, уютная. Невероятно искренняя. Ты себе даже представить не можешь, как сложно найти в этом мире по-настоящему искренних людей.
   Они завороженно смотрели друг на друга. В Веронике в тот момент читалось такое глубокое доверие к нему, что становилось страшно. Страшно оступиться, не оправдать ожидания. Глядя в эти карамельные омуты, Игорю показалось, что он начинает тонуть.
  Кое-как поборов себя, он встряхнулся. Чтобы не оставлять за собой тягучее чувство неловкости, Игорь решил отшутиться.
  Но уже после того, как Вероника выскользнула за двери и скрылась в коридоре, мужчина прислонился к прохладной стене и устало прикрыл глаза. После чего нервно взъерошил волосы, провёл ладонями по лицу.
  - Чёрт, Малышка,- хрипло прошептал он, делая глубокий вдох, чтобы успокоиться.- Что же ты со мною делаешь?
  
  На крючке у соблазна
  
  - Не знаешь это новомодное веяние, при котором рекомендуется ходить по дому обнаженным, потому что так ты чувствуешь себя более расковано, а кожа от свежего воздуха становиться здоровее?- задал провокационный вопрос Каменников, делая глоток чая из кружки.
  Не ожидавший подобного вопроса с подвохом, Красницкий подавился своим чаем и громко закашлялся. После чего вытер губы тыльной стороной ладони и настороженно посмотрел на приятеля.
  - Ты меня пугаешь,- констатировал он.
  - Да это новая хохма от травматологов,- гаденько захихикал врач, прищурив свои наглые глаза.
  - В контексте вышесказанного, можно подумать, что там всё отделение впало в маразм и решило щеголять по больнице голяком,- криво улыбнулся Игорь.
  Теперь настала очередь давиться чаем у Каменникова. Отставив кружку, глядя при этом на неё, как на врага, он укоризненно посмотрел на Деспота.
  - Не шути так больше,- поджал губы мужчина.- У меня слишком бурная фантазия.
  - Только не надо озвучивать картинки, которые только что возникли у тебя в голове. Боюсь, я этого не переживу,- хмыкнул Красницкий.
  - Засранец,- надулся приятель.- Всё настроение испортил.
  - Ну-ну, не дуйся,- почти с умилением отозвался Игорь.- Лучше расскажи, что там такое приключилось на этот раз.
  - Да вот,- тут же встрепенулся коллега.- Одна молодая парочка посчитала идею ходить голышом по дому весьма заманчивой.
  - Могу их в чём-то понять,- прикрыл глаза мужчина, отгоняя от себя навязчивые в последнее время мысли и образы, внезапно всплывшие в голове.
  - Да, но они не учли одно,- поучительно выставил указательный палец вверх Каменников.- Вместе с ними проживал большущий, жирный котяра. Этот зверюга каждый день сидел на пороге и наблюдал, как хозяйские причиндалы тилимпаются туда-сюда-туда-сюда. Завораживающее, должно быть, зрелище.
  - Ты зоофил? Или я что-то про тебя не знаю?- грудная клетка Игоря затряслась от еле сдерживаемого смеха.
  - Иди в жопу,- возмутился приятель.
  - Только без меня.
  - Ай, да ну тебя,- отмахнулся хирург.- Рассказывай тебе после этого хоть что-то.
  Но желание поделиться новой байкой было слишком велико, чтобы Красницкий сумел долго удерживать язык за зубами.
  - Ай, да фиг с тобой,- встряхнулся мужчина, всем видом показывая, что делает ему огромное одолжение, продолжив рассказ.- В общем, этот наглый котейка долго-долго наблюдал за этой идиллией, и вдруг ка-а-ак кинется. Молодая жена животное еле от мужниного хозяйства отодрала. И ну звонить в скорую.
  Представив эту картину, Игорь прикрыл ладонью глаза и застонал, не зная, плакать ему или смеяться.
  - Приезжают ребята,- продолжил меж тем Каменников.- А в квартире куча крови, мужик свернулся калачиком и стонет, жена его бегает вокруг него и причитает, а на фоне всего этого из-за запертой двери в туалет воет кот. Медбригада погрузила мужика на носилки, вырулили на лестницу и давай расспрашивать, что же произошло. И когда до них дошла вся соль ситуации, от смеха у одного из санитаров ослабли руки, носилки брякнулись на пол, а пациент покатился вниз по лестнице. Итог - перелом ноги.
  - Идиоты,- застонал сквозь смех Игорь.
  - Но это ещё не всё,- зловеще понизил голос врач.- Приехали они в больницу, выгрузили страдальца на каталку, везут по холлу и начинают спорить, куда его определить - в урологию или травматологию. В процессе к их шумной компании присоединялся народ, чтобы умерить своё любопытство, как этот доходяга умудрился получить столь разные травмы. Дежурный врач отмахивался, но вот водитель скорой не преминул поделиться столь пикантной ситуацией.
  - Диби-ил,- простонал Игорь.- Это же врачебная тайна.
  - А он не врач, ему пофиг,- флегматично пожал плечами хирург.- И тут заключительный аккорд. Возбухнул против такого разглашения информации пациент, потом запричитала его жена, которая с какого-то перепугу начала хватать за руки санитара. Тот растерялся и выпустил из рук каталку, которая на всей скорости впечаталась в стену. Итог - травма головы.
  - На больницу подадут в суд,- вновь прикрыл ладонью лицо Красницкий.
  - Меня к нему кстати на консультацию вызывали. Посмотреть, насколько повредилась его черепушка,- захихикал Каменников.
  - И как?- заинтересовался Деспот.
  - Еле удержал лицо,- фыркнул врач.- В настолько сюрреалистической ситуации я ни разу не участвовал.
  - И как ты умудряешься вляпываться во все эти пикантные ситуации?- закатил глаза Красницкий.
  - Зато весело,- пожал плечами приятель.- Кстати, у меня тут пополнение в моей чудо тетради. Жди тут.
  Сурово ткнув в его сторону пальцем, хирург выскочил из каптёрки. Мда, как многогранна жизнь. Порой, даже слишком. В последнее время она безбожно пробовала на зуб его выдержку и самоконтроль. Но, что странно, Игорь не жалел абсолютно ни об одном, принятом им в последнее время решении.
  Идея как можно чаще бывать у его Малышки дома оказалась гениальной. Во-первых, они стали проводить вместе в разы больше времени. Во-вторых, в привычной обстановке она при нём становилась всё более и более расслабленной. Как он и планировал, подобный шаг многократно ускорил возникновение к нему со стороны Вероники доверия. Да и приятно это было, целовать и обнимать её не где-попало, а в уютной, домашней обстановке. К тому же, всё чаще ему стала перепадать домашняя еда. Довольно вкусная.
  Казалось, не жизнь, а малина. Но...
  Чёрт возьми, если бы он не знал её настолько хорошо, подумал бы, что Малышка хочет его соблазнить. Чем больше девушка расслаблялась в его присутствии, тем больше в ней проявлялось жестов и движений, которые буквально сводили его с ума.
  Эта её привычка покусывать нижнюю губу, когда что-то не понимает в объясняемом им материале. А самое убойное то, что если её в этот момент окликнуть, она всегда оборачивалась, после чего неизменно облизывала губы. Как он держался в те моменты, чтобы её не поцеловать, знает одно небо.
  А как она потягивалась после долгого сидения на стуле или после смены положения на диване. Учитывая, что дома она носила футболки, вид прогнувшейся в спине, словно кошка, девушки, заставлял сглотнуть. И движения при этом у неё были такие плавные, текучие, словно вода. Завораживающее зрелище.
  А однажды они сели смотреть фильм и Вероника притащила в комнату миску мороженного и две ложки. Поначалу было всё хорошо, но после мужчина опустил свой взгляд к лицу девушки и буквально закаменел. Как она её облизывала, юркий розовый язычок мелькал, приходясь по железной поверхности столового прибора, после чего соскальзывал на губы, увлажняя их.
  Чёрт, он хотел быть на месте этой треклятой ложки.
  Но хуже всего, что у неё в тот день было какое-то странное настроение. Девушка к нему буквально льнула, порой пряча лицо на груди и едва ли не мурча. После она внезапно стала водить своим тонким пальчиком по его груди. И, как апогей, вновь прижалась и выдохнула горячий поток воздуха куда-то ему в шею.
  Пробрало так, что он еле сдержал себя в руках. А после улучил момент и смылся в туалет, долгое время умываясь холодной водой.
  И с каждым днём становилось только хуже. Останавливало его от более решительных действий два фактора. Первый, Малышка даже толком не осознавала свою сексуальность. Но второй фактор был более весомым. Он до сих пор не знал, что с ней произошло в том грёбаном лицее. Вдруг там всё зашло настолько далеко, что даже одна мысль о сексуальном контакте вызовет в ней панику и отвращение.
  И однажды Игорь не выдержал. Мягко поцеловал ей куда-то за ухо и тихо прошептал:
  - Расскажи. Расскажи кто он? Тот, кто тебя обидел.
  О, это стало для неё полнейшей неожиданностью. Правильный момент он подгадал. Малышка вся задрожала и неосознанно стала качать головой. Перекатив её по дивану на спину, нависая над ней, фиксируя руки над головой. Чтобы не отвернулась, чтобы продолжала смотреть глаза в глаза, и он мог бы отследить её реакцию.
  - Расскажи,- гипнотизировал он девушку, наблюдая, как в панике всё сильнее распахиваются её глаза.- Расскажи мне всё.
  - Я,- начала было Малышка, но сглотнула, сбившись. После чего сделала глубокий вдох и всё же продолжила.- Однажды, я сделала большую глупость.
  Рассказ был неуверенный, сбивчивый, но всё равно шаг за шагом выстраивал картину произошедшего. В тот миг, когда она дошла до описания обидевших её мудаков, мужчина еле сдержал в себе разъярённый рык.
  - Знаешь, у меня потом едва мания преследования не развилась,- всхлипнула внезапно девушка, хотя до того старалась держаться.- Они ведь меня потом разыскивали, но так и не узнали. И...
  Внезапно из её глаз хрустальными капельками выкатились слёзы. Ника стыдливо отвела взгляд в сторону, а его будто резанули кинжалом по сердцу.
  - Знаешь, что в этом самое худшее,- хрипло сказала она.- Липкое, пробирающее до костей чувство абсолютной беспомощности. Осознание, что ты сама сделать ничего не способна, но вокруг нет абсолютно никого, кто способен помочь.
  В тот миг он на секунду остро пожалел, что заставил её вспомнить всё это. Но осознание того, что это был с его стороны шаг крайней необходимости, немного успокоил потревоженную совесть.
  Единственное, что он мог в этой ситуации, так это утешить. Он целовал её глаза, слизывал хрустальные капельки слёз, проводил губами по щекам, подбородку. А после просто крепко обнял, желая дать ей так необходимое девушке сейчас чувство защищённости. Всем своим видом давая понять, что никогда не даст её в обиду.
  Уже стоя на крыльце её дома, мужчина судорожно вдохнул всё ещё по-зимнему прохладный воздух. Протёр ладонями лицо, чувствуя себя абсолютно опустошенным. Этот разговор вытянул из Игоря буквально всю душу. Но главное он узнал точно, Малышке удалось избежать худшего. И это принесло в его душу чувство такого невероятного облегчения, что начинала кружится голова.
  Впрочем, следующая мысль заставила Деспота встряхнуться, а после на его губах появился хищный оскал. Пружинящей походкой он направился в сторону калитки, на ходу доставая из кармана телефон.
  - Алло, Шурик? Привет. У меня тут новая информация. Я узнал фамилию этого ублюдка.
  
  Ненужные дети
  
  Как-то абсолютно, нежданно-негаданно подкралась весна. Дни становились всё дольше, ночи всё короче. Потихоньку таял наросший за зиму снежный наст, оставаясь где-негде небольшими островками. Казалось, живи и радуйся. И пофиг что вокруг разверзлись земные хляби, мечтающие утопить тебя в болоте. Ведь солнышко, наконец, не только светит, но и греет. Птички поют. Красота.
  Но не-е-ет, я ведь без проблем жить не могу.
  А я ведь что в житейские радости, что в проблемы ныряю с головой. Так что ходила я дико злая и мрачная, заплёвывая землю вокруг ядом. По-моему даже одногруппники от меня начали немного шарахаться.
  Спросите, в чём проблема? А у меня за последние пол года только одна проблема. Эта проблема даже своё имя имеет. Обретается проблема в основном или по соседству, или на кафедре анатомии. Всё так же продолжает по вечерам торчать у меня дома, периодически нагло спаивая моего отца коньяком. И самое главное, эта проблема себя почему-то таковой считать упорно отказывается.
  В чём собственно суть. После того яркого эпизода у его автомобиля меня откровенно потряхивало. Я была ему искренне благодарна, а осознание что этот говнюк получит, наконец, по заслугам искренне грело мою мстительную душеньку. Но...
  Депутат городской думы это явно не тот человек, которого стоит недооценивать. Поэтому каждый раз, когда мы оставались наедине, я интересовалась, как, собственно, обстоят дела с Подольским. Но, как бы ни так! Ведь этот засранец явно мне отвечать не стремился.
  Мужчина отшучивался, мягко переводил тему, дразнил, чтобы я отвлеклась, даже затыкал рот поцелуем. От последнего я даже умудрилась приобрести некоторый иммунитет. Но я не сдавалась, и в какой-то момент он просто устало вздохнул, строго посмотрел на меня и так сурово припечатал фразой "Не лезь", что любые вопросы у меня буквально застряли в горле.
  Волновать он меня, видите ли, не хочет. Да эта чёртова неизвестность для меня как раз таки и была самой настоящей пыткой.
  Тогда я начала пытаться отслеживать ситуацию в газетах и новостных порталах интернета. Ну, мало ли. Всё-таки этот говнюк был не последним человеком в городе, журналисты любят, когда вокруг таких людей происходит какой-то скандал. Но мои предположения не оправдались. В новостях ничего не было. И вообще, вокруг всё было тихо и спокойно. Буквально штиль. Я вообще подозревала, что если бы этот чинуш так вовремя не подловил Игоря Станиславовича у его машины, то я бы и вовсе не знала о всей этой ситуации.
  И это, в какой-то момент, начало меня дико злить. Наш преподаватель оказался совсем не так прост, как казалось поначалу. А его скрытность меня даже уязвляла. В то время как он знал обо мне почти всё, я не знала о нём практически ничего. Откуда у него такие связи, что он может на равных пободаться с местным корольком? Кто такой этот Шурик, с которым он так мило болтал тогда по телефону?
  Но разве же от этого засранца дождёшься ответов?
  И самое обидное, что я даже не могла, как говориться, поделиться о наболевшем с Кисой, попросив у неё совета. Я ещё тогда, когда усиленно бегала от преподавателя анатомии, не рассказала ей причину того, почему я так сильно его испугалась. Это было слишком личное, да и слишком долго я хранила этот секрет в себе. И если бы я начала рассказывать всю теперешнюю ситуацию ей, то по цепочке бы пришлось ей вывалить вообще всё. А я на такое была не согласна.
  Я даже вспомнила давешние слова Кисы про соцсети, чтобы найти хоть какую-то информацию о нём. Но куда там? У Игоря Станиславовича, конечно, нашлась страничка в фейсбуке, но информации там не было практически никакой. Шапка с личными данными была полупуста, даже не указано было какую школу и университет он заканчивал. Фотография была смазанной и чисто формальной, как на паспорт. Да и вообще, создавалось впечатление, что он не заходил на сайт последние лет пять точно.
  Вся эта ситуация меня буквально вымораживала. И самое обидное, я даже с ним поссориться толком не могла. Этот наглый манипулятор читал меня как открытую книгу и совершенно мистическим образом умудрялся гасить любые конфликты.
  Но конфликт был неизбежен. Не смотря на весь его талант убеждения, всё это было для меня слишком важным, чтобы я могла просто опустить эту информацию. Напряжение накапливалось, я чувствовала себя закипающим чайником. Сколько крышку не прижимай, а рано или поздно чайник пыхнет паром и заплюёт всё кипятком.
  Но то ли Игорь Станиславович почувствовал приближающуюся бурю, то ли ему в очередной раз повезло, но когда я уже готова была взорваться, у мужчина внезапно нарисовалась командировка. И если раньше он уезжал на двое-трое суток, то теперь ему надо было уехать на неделю, может даже больше.
  Сначала меня взяла жуткая злость. В тот период мне казалось, что я его практически дожала и вот-вот получу вожделенную информацию. И тут такой облом.
  Как то внезапно освободились вечера и я, не зная куда себя девать, зачастила в студию к Кисе и Джему. Причём поначалу было всё хорошо. Я развлекалась, смеялась, пела песни, спорила с ребятами о всяких мелочах до хрипоты.
  Но потом я, внезапно для себя, затосковала. Вдруг оказалось, что даже такая банальная вещь как конспект по химии или ставшая совершенно особенной кружка на кухне, заставляет меня о нём вспоминать.
  Я стала залипать в университете, то подолгу смотря на центральные ворота, вспоминая, как он меня первый раз демонстративно подвозил. То на окно, возле которого он как-то меня внезапно обнял, игнорируя, по старой привычке, заинтересованные взгляды студентов.
  Даже когда я садилась учить заданные на дом материалы, мне казалось что вот-вот, ещё мгновение, и он как всегда подойдёт, обнимет меня со спины, обдав затылок горячим дыханием. Сердце тоскливо сжималось. Разговоров по скайпу было совершенно недостаточно. Мне не хватало его взглядов, прикосновений, банального присутствия. Я не могла нормально спать, не в силах перед сном изгнать мысли о нём.
  Чувствовала себя прямо наркоманом, которого резко лишили наркотика.
  Когда я стала настолько зависима от него?
  Чтобы хоть как-то отвлечься, я даже затащила свою группу на дискотеку, но благополучно просидела весь вечер за столиком, возненавидев на всю жизнь медляки.
  Я была настолько измотана, что в какой-то момент осознала себя спящей на диванчике в студии. Народу уже почти не было, вокруг воцарилась тишина.
  - Поздно уже,- с сочувствием посмотрела на меня Киса, которая очень за меня в этот период переживала.- Может, останешься с ночёвкой.
  - Нет,- мотнула я головой, потирая глаза.- Родители будут переживать. Я лучше такси вызову.
  - Я проведу,- тут же почему-то вызвался Макс, коренастый шатен с зелёными глазами, которые у меня прочно ассоциировались с Гарри Поттером.
  Я скептически посмотрела на парня. С чего это он? В любом случае, я ему не настолько доверяла, чтобы разрешить подобное.
  - Да я сама могу в принципе,- безразлично пожала я плечом.
  - Ну, тебя нафиг, Беда,- ворчливо высказался Джем, вразвалочку подходя ко мне.- А если ты опять в неприятности встрянешь. Уж лучше я проконтролирую.
  - Зачем?- вопросительно посмотрел на него Макс.- Я тоже собирался домой на такси ехать. Заодно и её закину.
  Джем вопросительно посмотрел на меня. Я посмотрела на парня. Выглядел он почему-то уставшим. Да и зачем его лишний раз дёргать, если у меня внезапно нарисовался попутчик?
  Всю дорогу до дома Макс болтал без умолку. Я невпопад отвечала, мысли мои были слишком далеко, да и я не успела до конца проснуться.
  Но его трёп уже начинал меня раздражать.
  - Перед поворотом,- устало попросила я водителя. Машина начала тормозить. Я уже готовилась прощаться, но парень тиснул водителю деньги и попросил:
  - Можете немного меня здесь подождать?
  - Да я сама дойду,- запротестовала я.- Здесь буквально пару метров.
  Как будто бы меня кто-то послушал.
  Шли почему-то в молчании. Я продолжала сонно осматривать местность. Макс задумчиво посматривал на луну.
  - Ну, пока,- вяло попрощалась я, остановившись недалеко от моего дома.- Спасибо, что проводил.
  -Чего ты такая мрачная сегодня была?- внезапно спросил у меня парень.- Да и в последнее время тоже. Ты же обычно такая яркая, такая весёлая.
  С фига ли ему есть до этого дело? Я подозрительно уставилась на парня.
  - Устала просто,- холодно отозвалась я, всем своим видом показывая, что не хочу продолжать эту тему. Да и вообще, пора домой, в мягкую кроватку, баиньки.
  - Ясно,- эхом отозвался парень.- А ты завтра придёшь?
  Мои подозрения начали усиливаться. Я прищурилась, оглядывая его с ног до головы.
  - Возможно. И зачем тебе подобная информация?
  - Просто,- замялся Макс, отведя от меня взгляд.- Ты... ты мне очень нравишься.
  Приехали. Только этого мне сейчас не хватало. Я уже хотела его мягко отшить, как вдруг в двух шага от нас послышался просто таки загробный голос.
  - Пошел вон.
  Я аж подпрыгнула, в шоке уставившись на Игоря Станиславовича, что с явной угрозой смотрел на парня. И как так он умудрился подкрасться? Видно в этом виновато паршивое освящение улицы.
  - Что?- вылупился на него Макс. Парень явно не ожидал такой развязки.
  - Я сказал, пошел вон,- угрожающе прищурил мужчина глаза
  Кажется, до парня что-то начало доходить. Он нервно улыбнулся краешком губ и, непрестанно ёжась под пристальным взглядом преподавателя, поковылял в сторону такси.
  - Ни на минуту тебя нельзя оставить,- как-то даже возмущённо сказал мужчина, укоризненно глядя в мою сторону. Как будто я была в этой ситуации виновата!
  Но тут с меня наконец-то полностью слетела вся сонливость, растерянность от всей этой дурацкой ситуации ушла, мозги прочистились.
  - Не призрак,- пронеслось в голове.
  Сердце пропустило один удар, во рту внезапно пересохло. Я с каким-то недоверием, и даже можно сказать, жадностью начала его разглядывать.
  - Вернулся,- хрипло выдохнула я, ощущая, как в груди разливается приятное тепло и губы расползаются в неприлично широкую улыбку.
  Я даже не успела осознать, как внезапно просто влипла в его силуэт, крепко обнимая. Меня тут же окутал такой родной запах лесного ореха. Сердце колотилось так, что мне казалось, Игорь Станиславович прекрасно слышит его стук.
  - Я тоже скучал,- выдохнул мужчина, крепко прижимая меня к себе, после чего вдохнул запах моих волос и поцеловал в макушку.
  Так мы и стояли посреди улицы. На меня потихоньку опускалось какое-то просто невозможное спокойствие, даже умиротворение. До этого момента я даже не подозревала, насколько была всю эту неделю напряжена.
  - Похоже, мне стоит познакомиться с твоими друзьями,- внезапно прервал тишину он.
  - А?- не до конца осознала я вопрос, поэтому наморщила лоб, собирая мысли в кучу.- Ты про Кису и Джема?- посмотрела ему в глаза.
  - Не-ет, я про всех,- протянул мужчина.
  Прозвучало достаточно злобненько. А я внезапно вспомнила про все те танцы с бубнами, которые он устроил в университете в начале наших взаимоотношений. Похоже, кое-кто собрался опять обозначить свою территорию. Стало смешно и я опять уткнулась ему в грудь, тихонько захихикав. Настроение было такое, будто я воздушный шарик и вот-вот взлечу в небо.
  - Что смешного?- поинтересовался мужчина.
  А я опять посмотрела ему в глаза, скорчив моську посерьёзнее.
  - Никуда я от тебя не денусь.
  Мужчина весело хмыкнул.
  - Но я хочу, чтобы об этом узнали по возможности все.
  У Игоря Станиславовича слова редко когда расходились с делом. Под его ненавязчивым контролем, я связалась с Кисой и поставила её перед фактом. Не то что бы подруга была против его присутствия на посиделках. Скорее уж, она пришла в полнейший восторг.
  И вот, буквально через два дня, мы уже вместе с ним заседали в студии. По своей привычке, мужчина с лёгкостью влился в коллектив. Оказалось, что он даже умеет играть на гитаре. Её ему, естественно тут же вручили. Я наблюдала за этим ярким человеком с лёгкой улыбкой, сидя на диване и потягивая сидр. Было до ужаса приятно ощущать его сопричастность в моей жизни ещё и в этом аспекте.
  Собственно, долго он на гитаре играть не стал. Передав её Денису, он встал со своего пуфика и скользнул ко мне. А в следующий момент он улёгся на мой диван и положил голову мне на колени. Совершенно автоматически я начала перебирать его волосы, от чего мужчина довольно зажмурился, как сытый котяра.
  Киса с Джемом смотрели на нас с умилением, Макс тоскливо. А мне было пофиг, мне было слишком хорошо.
  Уехали мы домой достаточно поздно. Настроение было самым благодушным. Я даже мурлыкала себе под нос какую-то песенку. Уже когда мы подъезжали, у меня непроизвольно вырвался вопрос.
  - А можно познакомиться с твоими друзьями?
  Стало как-то не по себе. Я внезапно вспомнила, насколько тщательно он избегал личный вопросов. Мой испуганный взгляд пересёкся с его. Улыбка мужчины стала немного натянутой.
  - У меня нет друзей,- уж слишком равнодушно признался он.- Так, сплошные приятели. Максимум пиво в баре после работы выпить. На жизнь мою они ничуть не влияют, поэтому знакомить вас я не вижу никакого смысла.
  Сердце сжалось. Стало почему-то иррационально обидно. Мне ужасно захотелось тоже почувствовать себя сопричастной в каком-то из дополнительных аспектов его жизни. Ну, хоть в каком-то.
  - Родители?- хрипло спросила я прежде, чем успела прикусить язык.
  - Я сирота,- веско, как гранитная плита, уронил он.
  Показалось, что атмосфера вокруг похолодела на десяток градусов. Стало жутко не по себе. Все вопросы у меня застряли в глотке.
  Я идиотка. Испортила весь вечер своими тупыми вопросами. Но кто же мог знать?
  Обычно он подвозил меня под самую калитку. Но в этот раз мужчина остановился перед поворотом. Я так и сидела, заледенев, смотря стеклянным взглядом в лобовое стекло. Стоило бы поинтересоваться, почему мы остановились, но язык просто прилип к нёбу.
  - Знаешь,- внезапно хрипло сказал он.- Есть в нашем городе католический монастырь, совсем небольшой. Но есть там одна часовня, а в ней корзинка. И верёвочка висит, рядом с ней.
  Он внезапно замолчал, а я медленно, словно робот, перевела на него взгляд. Мужчина сидел, откинувшись на водительское сиденье и прикрыв глаза. Между бровей его залегла глубокая складка.
  - Если дёрнуть за верёвочку в монастыре зазвенит колокольчик. Создана эта часовня специально для недалёких родителей, чтобы они смогли анонимно подбросить ненужного ребёнка, вместо того, чтобы оставлять младенцев в мусорках или туалетах. В этой каплице меня и нашли.
  Я судорожно втянула в себя воздух. В груди всё сжалось, воздуха почему-то стало не хватать.
  - Нашел меня сторож местный. Мне он и дал имя и своё отчество. Я его даже не помню, но говорят, он ко мне часто наведывался. Потом не смог. Онкология.
  Опять повисла тяжелая тишина. Я смотрела на него, широко распахнутыми глазами. Мысли будто заледенели. Я даже не замечала, как по моей щеке скатилась слеза.
  - Был у меня в приюте друг,- внезапно продолжил он.- Почти брат. Мы были близки настолько, что, казалось, могли заканчивать мысли друг друга. У нас был свой язык жестов, свои любимые места, где мы прятались, когда нашкодим,- губы его внезапно дрогнули, складываясь в горькую улыбку.- Однажды я ему солгал. Не помню даже о чём, глупость какая-то была. Но он внезапно страшно обиделся. Мы тогда поехали всем приютом на озеро купаться. Я потерял его из виду. А потом его внезапно достали из озера. Мёртвым,- веско обронил он.
  Губы мужчины сжались, лицо ещё больше побелело. Голос стал внезапно еле слышным, хриплым.
  - Самое страшное, что его тогда ещё можно было откачать. Но все растерялись, да и никто этого толком делать не умел. После этого я принял для себя судьбоносное решение и одну концепцию, которую поклялся никогда не нарушать. Во-первых, я решил стать врачом. Я перестал доверять судьбе, надо было брать всё в свои руки,- костяшки пальцев на руле у него побелели.- Я не мог допустить повторения ситуации, когда не могу помочь. И... во-вторых, я решил никогда не врать дорогим мне людям. Правда,- он как-то надломлено, хрипло рассмеялся,- концепция эта оказалась нежизнеспособной. Моя правда оказалась никому не нужна.
  - Не нужна,- эхом пронеслось у меня в голове.- Не нужна.
  Не нужен.
  Маленький ребёнок, который был буквально выброшен своими родителями, спасибо, что не на помойку. Мальчишка, который мечтает быть кому-то нужным, но просто боится сближаться с другими людьми.
  Не нужный. Он считает, что он никому не нужный.
  Меня просто подбросило со своего сиденья. Я молниеносно отстегнула себя от ремня безопасности и быстро переползла к нему на колени. Схватила ладонями его лицо, заглядывая в его пустые, словно холодная бездна, глаза. Даже не замечая, как катятся по моим щекам слёзы.
  - Ты нужен!- всхлипнула я.- Очень-очень нужен! Мне нужен! Правда! Поверь!
  Холод в его глазах дрогнул, на секунду в них мелькнуло удивление. Он весь напрягся, а после судорожно выдохнул воздух. Его правая рука поднялась, пальцы стали вытирать с моих щёк слёзы.
  - Какая же ты,- выдохнул он, заворожено глядя мне в глаза, а после внезапно судорожно меня обнял, выдыхая чуть слышно мне в ухо,- люблю тебя.
  А я всё цеплялась за него, по тело гуляла дрожь. Было больно за него. Я не могла его потерять. Только не его.
  Мы долго до судорог, до синяков обнимали друг друга. А после он меня внезапно поцеловал. Жадно, до дрожи, будто желая удостовериться в моём существовании.
  - Не отпущу,- прошептала я в его губы.
  Время для нас остановилось.
  
  Тихо посапывал в люльке новорождённый младенец. Забылся тревожным сном новоиспечённый отец.
  А из операционной гинекологического отделения областной больницы буквально выползали перепачканные в крови, измождённые медики.
  Душ воспринимался как величайшее благо мира. После него Красницкий дошел до ординаторской, открыл в ней нараспашку окно и закурил. Первый раз за два года.
  - Игорь Станиславович, спасибо,- подошел к нему давешний молодой хирург.
  Когда он снял хирургическую маску, под ней оказалось веснушчатое лицо с тонкими губами. Серые глаза парня от пережитого слегка потускнели, но всё равно глядели с благодарностью.
  - Ты же понимаешь, что это далеко не конец,- тихо промолвил Красницкий.
  - А?- только и смог удивлённо выдавить из себя врач.
  - Я дал инструкции реаниматологам,- повернулся к нему мужчина, пристально заглядывая в глаза.- Как только её состояние будет более-менее стабильным, собираем бригаду и едем в столицу. Я сейчас о всём договорюсь.
  - Но...
  - Здесь у неё шансов нет,- отрезал мужчина.- И позвони её мужу.
  Редко когда Игорь настолько сильно задействовал свои связи. Глядя в окно шумно перебирающего лопастями вертолёта, он флегматично анализировал, насколько реальны всё же шансы у этой женщины выжить. Проценты были неутешительными.
  До столицы её довезли, хотя в пути состояние пациентки несколько раз ухудшалось. Даже в палату интенсивной терапии поместить успели. Игорь успел снять комнату в отеле, поесть и даже немного поспать. Но на следующее утро ему позвонил Серёга.
  Всё было напрасно.
  Кулаки сжались. Ровным голосом поблагодарив коллегу, мужчина рухнул на кровать. Заехать бы сейчас к профессору Радоге. Он наверняка бы нашел нужные слова, от которых ему бы стало легче. Но наставника в городе не было.
  Оставаться в столице тоже было уже не резон. Добираться домой мужчина решил своим ходом, желая проветрить голову в поезде. Мерный перестук колёс обычно действовал на мужчину успокаивающе. Но не в этот раз.
  По приезду, родной дом показался ему на редкость пустынным. Даже любимое кресло и огонь в камине не успокоили суматошно скачущие в голове мысли.
  В эту Новогоднюю Ночь ещё один ребёнок остался сиротой. Он никогда не познает ласковых поцелуев матери. Не услышит её колыбельную. Не утонет в тёплых, успокаивающих объятиях. Не услышит её голос. А возможно, даже будет винить себя в её смерти, если одинокий отец неправильно себя поведёт.
  Было так тошно. Мужчина понимал, что он сделал всё что можно, даже сверх этого. Но подобная мысль почему-то его совершенно не успокаивала.
  Как никогда в жизни ему захотелось, чтобы кто-то просто молча подошел к нему и обнял. Отвлёк каким-то глупым, но пропитанным домашним теплом вопросом от тяжелых мыслей. Просто был рядом.
  Как будто наяву он увидел грустную улыбку его Малышки. Как бы он хотел её сейчас увидеть! Показать свой дом. Вместе пообедать на его кухне. Или просто посмотреть какой-то насквозь дурацкий, до приторной оскомины романтический фильм. Главное, чтобы она была достаточно близко, чтобы ощутить её тепло. Чтобы забыться в объятиях этого светлого человечка, словам которого почему-то безоговорочно веришь. Возможно, потому что знаешь, что она просто не умеет лгать.
  
  Самопознание
  
  Не сказать, что решение познакомиться с её родителями было по-настоящему спонтанным. Но предполагаемого в таком случае чувства неуверенности или даже страха он, к своему удивлению, ничуть не испытывал. Что было предпосылкой к такой его самоуверенности, мужчина и сам не понимал. То ли во всём был виноват его весьма закалённый характер, то ли духовное опустошение после всех событий новогодних праздников.
  Гораздо более любопытно было посмотреть на родителей Малышки и сравнить её с ними. Фигура девушке явно досталась от матери. Та была такой же хрупкой и миниатюрной, как и её дочь. И такой же благодушной. По крайней мере, смотрела она на него с самого начала их знакомства с неизменно теплой и все понимающей улыбкой.
  А вот потрясающие выразительные карамельные глаза ей достались от отца. Коренастый, поджарый мужчина, в отличии от своей жены, смотрел на него в миг знакомства как на врага, которого был готов пришибить при любом намёке на угрозу его любимым женщинам. Это даже приводило Игоря в лёгкую степень растерянность. Нет, не подозрительность Павла Олеговича. С этой стороны понять старшего Стоцкого было довольно просто. Но видеть в таких знакомых, карамельных глазах, враждебность с желанием вывести на чистую воду. О да-а-а, это было нечто.
  Забавно, но разговаривали они поначалу почему-то только полунамёками. И в очередной раз его спасло то, что мир оказался довольно таки тесным местечком.
  - Красницкий?- после того, как он полностью представился, внезапно переспросил отец Вероники.- Тебе фамилия Горнич ничего не говорит?
  - Хм,- удивлённо вскинул бровь мужчина.- Ничего, хотя вполне возможно и пересекались. А что?
  - Да вот, он недавно в аварию попал,- прищурил глаза отец Ники.- Говорят, что если бы не один кудесник от медицины, то я мог потерять близкого друга.
  Плечи Игоря непроизвольно вздрогнули. На секунду прикрыв глаза, он начал копаться у себя в памяти.
  - Хм, возможно и был такой. Но явно не в этом месяце,- пожевал он нижнюю губу.- Так бы точно запомнил.
  - Однако,- выдохнул Павел Олегович, пробегая по фигуре хирурга новым, вполне себе оценивающим взглядом. После чего улыбнулся краешком губ и чему-то одобрительно кивнул.
  Вот что значит репутация. Игорь готов был заложить почку и кусок печени, что если бы не это, доверия мужчины было бы заслужить ох как не просто.
  Ну, ему же легче.
  Сразу после этого разговор потёк совершенно непринуждённо. А через некоторое время перетёк даже в дружеское обсуждение последних отборочных матчей в сборную по футболу.
  Всю подоплёку разговора не распознала, разве что, только Вероника, что сидела рядом надутая и обиженная, попивая чай.
  Гораздо интереснее оказалась именно её реакция. Всё то время, пока шел их разговор, пока родители Малышки дружелюбно прощались с ним, зазывая приходить в гости, девушка дулась и пыхтела, словно маленький миленький хомячок. Но стоило им оказаться на улице, она буквально пригвоздила его возмущённым взглядом. В свете уличного фонаря казалось, что в её карамельных глазах иногда вспыхивают желтоватые искорки.
  - Что это было?- со скрытой угрозой спросила девушка.
  - М-м-м, я просто соскучился,- мужчина смотрел на своё Чудо с умилением.
  - Обязательно из-за этого было знакомиться с моими родителями?- задохнулась в возмущении Малышка.
  - А ты против?
  И это был далеко не праздный вопрос. Ответ на него для мужчины многое значил. Он показал бы ему, насколько серьёзно эта невозможная девушка к нему относиться. Если бы она сказала категорическое да, это был бы фактически крах. Это бы означало, что все приложенные им усилия не возымели никакого эффекта. Но он совершенно забыл о скрытом в ней обаянии, поэтому произошедшее далее стало для мужчины полнейшей неожиданностью.
  - Я... я не знаю,- судорожно вдохнула воздух девушка, в широко распахнутых карамельных глазах отобразилась такой глубины беспомощная растерянность, что у Игоря непроизвольно ёкнуло сердце.- Я не думала об этом. Ты... это было слишком неожиданно,- еле слышно прошептала Малышка, прежде чем опустить свой взгляд.
  И была она в тот момент такой трогательной, такой беззащитной, что по спине пробежали мурашки. Её хрупкая фигурка, с подавленно опущенным взглядом. Это было настолько искреннее выражение чувств. Другая бы, на её месте, попыталась спрятать такую свою слабость за ложью, за напускной злостью.
  Но не она.
  И это трепетное, нежное Чудо с ним. Она не отвергает, принимает его. В груди потеплело, заставляя губы дрогнуть в улыбке. В этот миг девушка переборола миг растерянности и подняла свой взгляд, внезапно ненадолго застыв, как-то даже завороженно разглядывая мужчину. А в следующий миг сократила расстояние между ними, обнимая и пряча лицо у него на груди. В нос тут же ударил потрясающий запах, присущий исключительно ей. Сердце пропустило один удар, второй, и неистово забилось о грудную клетку. Игорь приподнял руки, с удивлением осознавая, что они подрагивают. А после прижал к себе своё сокровище, ощущая всем телом её хрупкость. Хотелось и прижать посильнее, не отпускать, но в то же время какой-то до селе незнакомый ему трепет не давал ему приложить к этому хоть сколь либо лишней силы. Словно она была слеплена из хрупкого хрусталя, что даёт волшебные, почти мистические переливы на солнце. Но стоит к нему отнестись хоть немного небрежно и он осыплется острыми осколками.
  Он застыл, пытаясь прийти в себя, выровнять сбитое дыхание и умоляя вселенную, чтобы Малышка не подняла свой взгляд на него. Он не хотел показывать миг этой слабости и то, насколько её порыв вышиб его из колеи. В голове немного шумело, и Игорь не мог поклясться, что во всём виноват недавно выпитый коньяк. Мир будто сузился до этой конкретной точки пространства.
  Растерянность уступала собранности. Мысли потихоньку начали приходить в порядок. Мгновения слабости проходило, рациональная часть личности, в первую очередь, чтобы отвлечься, начала судорожно анализировать сегодняшний вечер.
  Первое, чему он удивился, это то, что её запах перестал на него действовать как первоклассный афродизиак. Это обнадёживало.
  Но дальше в памяти Игоря всплыл отрывок сегодняшнего вечера, когда она его чуть не назвала перед родителями по имени отчеству. И как бы он перед ними после этого оправдывался?
  В душе вскипело возмущение, даже немного злость.
  - Кстати, какого чёрта ты чуть не представила меня своим родителям по имени отчеству?
  - Что?- растерянно переспросила девушка, подняв на него взгляд.
  - Хватит меня так называть,- он был настолько возмущён, что даже разорвал их объятия и отступил на шаг, чтобы сурово посмотреть в глаза Вероники.- Называй меня по имени. Иначе я начинаю себя чувствовать каким-то чёртовым извращенцем.
  - Ну, уж нет!- внезапно непреклонно качнула головой девушка.- Ты мой преподаватель, должны между нами соблюдаться хоть какие-то формальности.
  - Ты хоть понимаешь, насколько это глупо звучит?- едва ли не подавился воздухом мужчина.
  - Всё равно не буду,- надулась хомячком Малышка, скрестив руки на груди.
  - Какой же ты ещё ребёнок,- обречённо едва ли не простонал Игорь.
  Но этот диалог внезапно обнажил ещё одну проблему. Вероника едва ли смирилась с тем фактом, что он её преподаватель. Нежелание перейти на более неофициальное обращение это показывало очень наглядно. Для него это означало две вещи. Первая, это то, что девушка неосознанно создаёт психологический барьер между ним и собою. Второе, она ему по-прежнему не доверяет, чтобы пересилить себя и разрушить эту стену.
  Ну, будет непросто, но Игорь сам подписался на это. Хорошо, что девушка уже начала демонстрировать некоторую степень привязанности. О том, что с ним сегодня такое происходило, мужчина предпочёл не задумываться. Даже не подозревая, что будет попадать в такие ситуации из раза в раз.
  В тот день Степан ввалился к нему в кабинет с довольным оскалом на губах, глаза его блестели некоторой сумасшедшинкой.
  - Что на этот раз?- обречённо посмотрел на приятеля Игорь, до этого занимавшийся самокопанием.
  - Я отомстил,- самодовольно проронил преподаватель, плюхаясь на стул.
  - Кому и как?- вопросительно приподнял брови мужчина.
  - Я вычислил группу, которая наградила меня этой нелепой кличкой. Не смешно,- ткнул в него пальцем Степан, заметив, что у Игоря подрагивают губы в улыбке.- А ты не знал, что если у труппа отогнуть полностью всю шкурку на груди и животе, и откинуть её вбок, то она загородит все гендерные причиндалы?
  - Догадывался,- неприкрыто улыбнулся он.
  - Так вот, обнажил я требуху у труппа и дал задание этим расп..яям найти матку,- после этих слов Стёпа оскалился и закончил.- У мужика.
  - И как?- начал негромко смеяться Игорь.
  - Нашли!- поднял указательный палец преподаватель, а после с улыбкой закончил.- Мочевой пузырь. Я их после этого так пропесочил,- мечтательно закатил глаза приятель.
  Дурдом. Пожалуй, на каникулах он скучал за этим.
  Тот день вообще был горазд на события и всякого рода приколы. Сначала сорванный экзамен. Нет, ну это же надо перепутать член с языком! Потом занятие в группе Малышки. На них он был жутко зол. За зимние каникулы всё позабывали засранцы!
  Но больше всего Игоря напрягло не это. Вероника в тот день была какой-то до ужаса рассеянной, даже немного напуганной. Слушала его явно вполуха, сама пребывая где-то глубоко в своих мыслях. Даже забыла в конце пары подойти к нему за традиционным поцелуем.
  Пришлось тормозить её у двери. Закрыв аудиторию и повернув девушку к себе, Игорь вгляделся в её глаза. Взгляд девушки был в этот миг слегка рассеянный, даже немного заторможенный.
  - Малышка, что с тобой сегодня?- немного взволновано спросил мужчина.
  Неужели её за этот краткий период умудрился кто-то обидеть? От этой мысли в душе вскипела злость, но усилием воли он не дал наружу просочиться даже её отголоскам.
  Тем временем Ника сфокусировала на нём взгляд и вгляделась в его лицо, после чего черты лица её внезапно дрогнули. В глазах проступила растерянность, даже немного испуг.
  Совершенно не понимая, что происходит, мужчина притянул её к себе, обнимая, беря её хрупкие ручки, заставляя обнять и себя. Со стороны девушки внезапно послышался нервный, судорожный вздох.
  В душе поселилось отчётливое чувство беспокойства.
  - Ну-ну, ты чего,- пытался он её успокоить, судорожно соображая, что же могло привести к подобному эффекту.- Что у тебя произошло?
  - Прости,- глухо прошептала Малышка.
  - Так что всё же случилось?- настаивал Игорь.
  - Мне страшно,- прозвучали слова, заставившие его оцепенеть.- Всё это так внезапно. Так... странно. Я слишком быстро к тебе привязалась.
  Смысл слов дошел до него не сразу. Но когда дошел, мужчина осознал, что у него перехватило дыхание. Это признание будто ударило его под дых, вернув то чувство погружения и лёгкой потерянности, впервые возникшее у него в тот вечер, после знакомства с её родителями.
  Порывисто обняв девушку, в следующий миг он слегка отстранился, взял её за подбородок, чтобы заглянуть в глаза.
  Чёрт, зря он это сделал. Этот взгляд. В нём было столько растерянности, но в тоже время чистой и почти детской наивной веры. Веры в него.
  - Этим ты меня и зацепила,- голос был хриплым. Он пытался взять себя в руки, но это не совсем получалось.- Ты словно огонёк. Тёплая, уютная. Невероятно искренняя. Ты себе даже представить не можешь, как сложно найти в этом мире по-настоящему искренних людей.
   Они завороженно смотрели друг на друга. В Веронике в тот момент читалось такое глубокое доверие к нему, что становилось страшно. Страшно оступиться, не оправдать ожидания. Глядя в эти карамельные омуты, Игорю показалось, что он начинает тонуть.
  Кое-как поборов себя, он встряхнулся. Чтобы не оставлять за собой тягучее чувство неловкости, Игорь решил отшутиться.
  Но уже после того, как Вероника выскользнула за двери и скрылась в коридоре, мужчина прислонился к прохладной стене и устало прикрыл глаза. После чего нервно взъерошил волосы, провёл ладонями по лицу.
  - Чёрт, Малышка,- хрипло прошептал он, делая глубокий вдох, чтобы успокоиться.- Что же ты со мною делаешь?
  
  Воздаяние
  
  - Ты шутишь,- выдохнула в трубку Киса, когда я поделилась с ней последними новостями.- Вот прям так и припёрся?
  - Угу,- как-то устало выдохнула я.
  - А что родители?- осторожно поинтересовалась подруга.
  - Бьются в припадке,- язвительно высказалась я,- от восторга. Блин, я с ним с ума сойду. И ведь не постеснялся воспользоваться приглашением заходить в гости. Припёрся ко мне буквально на следующий же день.
  - И что вы делали?- заинтересовано спросила девушка.
  - Фильм смотрели,- буркнула я.
  - Что за фильм?
  - Не знаю. Фантастика какая-то. Не помню,- устало потёрла я глаза.
  - Аха-ха-ха-ха, чем же вы таким занимались, что ты забыла про фильм,- развеселилась девушка.
  - Киса, ну хоть ты меня не тролль!- вспыхнула я.
  - Ладно-ладно,- примирительно сказала девушка.- Но знаешь, это уже серьёзно. И формулировка ещё такая. Захотел увидеть тебя в домашней обстановке, мда.
  - К чему ты клонишь?- насторожено спросила я.
  - Знаешь, если ты всё ещё сомневаешься, у тебя есть последний шанс всё прекратить,- голос подруги вдруг лязгнул металлом, от чего по моей спине прокатилась волна холодных мурашек.
  - В с-смысле?
  - Такие люди не отступают. Если ты зацепишь его слишком сильно, а потом передумаешь и пойдёшь на попятную.... Он может разозлиться. А такие люди опасные враги, они не прощают. Если ты не уверена, что готова погрузиться в эти отношения со всей возможной самоотдачей...
  Не знаю, с какого такого личного опыта Киса достала это умозаключение, но я почему-то поверила ей на все сто. И стало мне от этого как-то настолько не по себе, что на длительное время этот разговор погрузил мои мысли в хаос.
  Тем временем, как-то абсолютно внезапно, каникулы закончились. Вновь настали трудовые будни, одногруппники шумно обсуждали всё, что произошло на каникулах. Некоторые из них даже праздновали Новый Год вместе. Лично я счастливо тискала старосту, а тот отбивался и пытался от меня убежать, аргументируя это тем, что не хочет быть заживо расчленённым нашим преподом по анатомии, если тот внезапно взревнует.
  После той совместной попытки просмотра фильма, я увидела его впервые только на паре по анатомии. В ушах всё ещё звучали слова Кисы, и поэтому я в этот раз посмотрела на мужчину слегка настороженно. Но вид в тот момент он имел настолько благодушный, что губы мои непроизвольно дрогнули в улыбке. Как-то подозрительно, даже для себя, широко улыбаясь, он ввалился в аудиторию и буквально растёкся на стуле за преподавательским столом.
  - Ну, привет, господа студенты,- окинул всех нас весёлым взглядом Игорь Станиславович.- Какие ещё сюрпризы приготовила мне ваша безбашенная братия? Новости есть?
  - Что-то случилось?- осторожно поинтересовался Денис.
  - Только что была пересдача экзамена у второго курса,- внезапно интригующим шепотом признался преподаватель и вдруг рассмеялся.- Она была сорвана. Эх, если бы я знал, что экзамены тут проходят настолько весело, то напрашивался бы в комиссию каждый год.
  - Что произошло?- сделали стойку на новую пикантную историю наши девчонки.
  - Знаете, как проходит заключительный экзамен по анатомии? Нет?- вопросительно приподнял он бровь.- Ну, тянешь ты билет, а в нём вопросы. В случае, если надо рассказать про какой-то орган, одеваешь перчатки, лезешь в ванночку, наполненную формалином и достаёшь из неё тот орган, который попался в билете,- внезапно его вновь пробрало на смех.- Мне потом, после экзамена, объяснили, что у той девчонки зрение в глубоком минусе. Но носить очки она стесняется. И вот, выпал ей в билете язык. Полезла она в ванночку, долго там копошилась и вдруг достала из неё половой член.
  Одногруппники застыли, в неверии вытаращив на Игоря Станиславовича глаза.
  - Мда, коллеги даже сначала не поняли, что происходит. Думали над ними как-то заковыристо стебутся. Но когда она начала шпарить им материал, как по учебнику, тыкая при этом в член указкой. Ну, знаете, большие сосочки, малые сосочки, зоны чувствительности, когда кончик языка у нас любит сла-а-аденькое.
  Тут мы и грохнули. Причём преподаватель нас вполне себе поддержал. Хотя, недолго это веселье продлилось. Быстро взяв себя в руки, он внезапно устроил проверку знаний. Это было настолько внезапно, а за каникулы мы настолько расслабились, что большинство не смогли достаточно хорошо ответить.
  И тут я поняла, что имел в виду Кирилл, когда говорил о его манере опроса. Прошелся он по чувству ЧСВ одногруппников очень жестко. Он, как мне кажется, даже незабвенную Зинаиду Львовну переплюнул. И, похоже, незнание материала нашей группой он принял довольно близко к сердцу, страшно оскорбившись. По крайней мере, выглядел он к концу пары как демон, вылезший из преисподней.
  Хоть я и ответила на его вопросы довольно уверенно, но мне стало тоже как-то не по себе. А на фоне недавнего разговора с Кисой, в голову полезли совершенно нездоровые мысли. Я как-то вдруг поняла, что не хочу его злить. Ну, вот совсем.
  Задумалась я над этой темой до такой степени, что даже прозевала окончание пары. Очнулась только тогда, когда одногруппники с шумом начали покидать аудиторию. Пребывая во всё том же задумчивом состоянии, я, совершенно позабыв о установленных им правилах, тихо потопала вслед за остальными.
  Кто бы мне дал это сделать?
  За последним из одногруппников внезапно закрылась дверь, а меня цепко взяли за руку, придерживая чтобы не убежала. Только тогда я пришла в себя, подняв на мужчину затуманенный взгляд.
  - Малышка,- окликнул меня преподаватель.- Что с тобой сегодня?
  Контраст между грозным рыком его голоса на паре и мягким, обеспокоенным тоном сейчас окончательно выбили меня из колеи. Я подняла на мужчину слегка затуманенный взгляд, наткнувшись на его гипнотические глаза. В них было столько тепла, столько беспокойства. Улыбка исчезла с его лица, между бровей пролегла морщинка. Сейчас он совершенно не выглядел опасным, скорее надёжным, и каким-то почти даже родным.
  Родным? Неужели я такое подумала? Неужели я за это время настолько к нему привязалась?
  От осознания этой истинны стало как-то не по себе и я судорожно втянула в себя воздух.
  - Ну-ну, ты чего?- совсем забеспокоился мужчина и мягко притянул меня к себе. Взял мои руки в свои, пропуская под своим пиджаком, заставляя его обнять. Я уткнулась носом в его рубашку, вкусно пахнущую лесными орехами.
  - Что у тебя опять произошло?- мягко спросил он, целуя меня в макушку. Рука его заскользила по моей спине, поглаживая, успокаивая.
  От этих жестов веяло такой заботой и нежностью, что у меня перехватило дыхание. Сердце сжалось, стало как-то стыдно за то, что я опять заставила его беспокоиться. И почему? По совершенно дурацкой, можно сказать надуманно причине?
  - Прости,- прошептала я.
  - Так что всё же случилось?- не собирался отступать Игорь Станиславович.
  - Мне страшно,- внезапно даже для себя, выдохнула я.- Всё это так внезапно. Так... странно. Я слишком быстро к тебе привязалась.
  Не успела я начать паниковать от только что сказанного, как мужчина рвано выдохнул и обнял меня ещё крепче. На долю мгновения я прижалась ухом к его груди и услышала, насколько быстро колотиться его сердце.
  Это... из-за меня?
  Но преподаватель как-то быстро взял себя в руки. Немного отстранившись, он взял пальцами меня за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза.
  - Этим ты меня и зацепила,- голос его оказался немного хриплым, но глаза всё такими же гипнотическими.- Ты словно огонёк. Тёплая, уютная. Невероятно искренняя. Ты себе даже представить не можешь, как сложно найти в этом мире по-настоящему искренних людей.
  Ощущая под пальцами тепло его тела, я завороженно смотрела в его глаза, понимая, что предупреждение Кисы безбожно запоздало. У меня уже давно нет ни шанса всё прекратить. Да и желания тоже.
  - Или ты подумала, что я обратил на тебя внимание, потому что я возбудился на тебя в автобусе?- внезапно ехидно спросил мужчина.
  - Что?- смысл сказанного дошел до меня далеко не сразу. Но когда дошел, я просто таки отскочила на него, ощущая, как начинают пылать мои уши.
  - Игорь Станиславович!- возмущённо возопила я.
  - Ты опять?- голос преподавателя приобрёл немного угрожающие нотки.- Сколько раз тебе говорить, называй меня по имени.
  - А вот не буду,- надулась я.- Потому что нефиг меня постоянно смущать!
  - А может мне нравиться тебя постоянно смущать,- буквально промурлыкал мужчина.- Ты тогда становишься такой забавной.
  - Ты невыносим,- скрестила я руки на груди и отвернулась. Но в ответ услышала только искренний смех.
  Вечером он опять напросился ко мне домой. Я отбивалась, как могла от подобного счастья, заявляя, что мне надо много учить, а с ним я буду постоянно отвлекаться. Но этот нахал заявил, что поможет мне с уроками и, невзирая на протест, нагло прошагал к дому.
  Пришлось кормить его ужином. А потом он принялся объяснять мне новую тему по химии. Что неожиданно, довольно толково объяснять.
  - Такое ощущение, что ты учился на фармаколога,- в замешательстве пробормотала я, когда поняла, что текст лекций перестал для меня складываться в матерную фигу и приобрёл, наконец, кристальную ясность и чёткость.
  - Боже упаси,- открестился мужчина.- У них же восемнадцать вариаций химии. Я бы такое не пережил.
  - Восемнадцать?!- поплохело мне.
  - Ну да,- флегматично пожал плечами он, заглядывая в мою тетрадь через плечо, сидя по соседству на диване, в то время как я склонилась над столом, сидя на стульчике.- А может и больше. У тебя их тоже с десяток будет.
  Я застонала. Химия мне не давалась ещё со школы. Я еле сумела её подтянуть на достаточный уровень для поступления в университет.
  - Я сдохну,- уронила лицо на тетрадь я, глухо застонав.
  - Ну, все через это проходили,- тихо засмеялся преподаватель.- К тому же, у вас пока, можно сказать, разминка. Вот в следующем году вы должны будете проходить цикл Кребса. Вот когда то ты и познаешь Дзен.
  - Не знаю, что за Кребс такой, но я его уже ненавижу,- пробурчала я, устало протирая ладонями лицо.
  - Ну что, больше тебе ничего не надо учить?- вопросительно выгнул бровь мужчина.
  - Что?- в непонимании посмотрела я на него.- А... Да, вроде бы всё.
  - Тогда я требую свою награду.
  И не успела я ничего сообразить, как он тут же перетащил меня к себе на колени, втягивая в поцелуй.
  Моя жизнь приобрела какую-то странную размеренность. Я ходила в университет, дурачилась с ребятами, получала порции своих поцелуев после пар анатомии, даже перестав от этого смущаться. Далеко не всегда, но достаточно часто ко мне по вечерам заходил Игорь Станиславович, сильно помогая мне готовиться к парам.
  Через некоторые время родители к этому настолько привыкли, что отец начал мимоходом интересоваться, как у него дела, а мама молча доставала дополнительные столовые приборы для ужина.
  Особенно мне нравились вечера, когда ничего не было задано. Тогда мы валялись на диване, смотря очередной фильм. Хотя, зачастую я даже не помнила его сюжета.
  И не то, что мы постоянно целовались. Нет, чаще всего мы именно валялись. Мужчина обнимал меня, крепко прижимая к себе. Иногда гладил по голове, медленно перебирая волосы, иногда целовал руки, шею. А я просто млела от его прикосновений.
  Это было так странно. Я ощущала себя совсем маленькой, беззащитной на его фоне. Но это ничуть не напрягало. С каждым днём я проникалась к нему каким-то абсолютно диким для меня доверием. В его руках я расслаблялась, будто знала, что он защитит меня буквально от всего.
  Я растворялась в нём, ухнув в эту пучину с головой. Стоило мне к нему прижаться, почувствовать, как меня окутывает ставший родным запах его парфюма, отдающего привкусом лесного ореха, как меня буквально затапливало чувство какой-то щемящей нежности. С каждым днём потребность видеть его становилась всё сильнее. Не было смысла лгать самой себе. Похоже, я безнадёжно влюбилась в этого человека.
  - Расскажи,- в один из вечеров, настойчиво попросил он, перебирая мои волосы, целуя меня куда-то в шею.
  - Что рассказать?- я настолько разомлела, что даже не сразу осознала вопрос.
  - Кто он?- крепче прижав меня к себе, резко спросил мужчина.- Тот, кто тебя обидел.
  Я всё это время почему-то думала, что он забыл про этот момент. Но как же я была наивна. Осознав до конца смысл его слов, я как-то непроизвольно сжалась, судорожно выдохнув воздух куда-то ему в рубашку.
  Поняв, что я не отвечаю, он перекатил меня на спину, нависая сверху, требовательно, но мягко заглядывая в глаза.
  - Расскажи,- голос его стал глубоким, обволакивающим, практически гипнотическим.- Расскажи мне всё.
  И я сдалась, сбивчиво и рвано, поведав о том случае в школе. Он слушал внимательно, выцеловывая моё лицо, слизывая дорожки слёз.
  Именно тогда я поняла, что окончательно отпустила ту ситуацию.
  Но, как оказалось, её не собирался отпускать он.
  Это произошло через две недели после нашего разговора. Весело перебрасываясь шутейными фразочками, мы уже подходили к парковке, когда увидели у машины Игоря Станиславовича какого-то мужика.
  Выглядел тот солидно, в дорогом костюме и чёрном пальто. Небольшие усики, начавший лысеть затылок. Он грузно вышагивал возле серой хонды, судорожно осматриваясь по сторонам.
  Увидев его, Игорь Станиславович внезапно подобрался, отводя меня рукой к себе за спину. Мужчина тоже его увидел, глаза его яростно заблестели. Он буквально подлетел к преподавателю, краснея от гнева.
  - Ты-ы-ы,- выдохнул он.- Это же ты всё устроил?
  - Вы забываетесь,- глухо, почти с рыком отозвался мужчина.
  В этот миг он как-то неуловимо переменился. Он выпрямился, взгляд его потяжелел. Он как никогда стал походить на опасного хищника перед прыжком.
  - Ты хоть понимаешь, на кого ты наехал,- продолжал брызгать слюной мужик.- Ты понимаешь...
  - Запомните, господин депутат,- в голосе мужчины появились настолько угрожающие, почти рокочущие нотки, что оппонент прекратил свою истерику и злобно посмотрел на него, тем ни менее не решаясь перебивать.- Ваш, с позволения сказать, выкакыш, поднял руку на то, что мне дорого. И ему крупно повезло, что он, фактически ещё, сопляк. Иначе я бы его закопал гораздо глубже.
  - Прекрати,- почти прорычал мужик, не отводя взгляда от преподавателя.- Прекрати всё это!
  - Вы оба должны извлечь свой урок,- зло прищурился мужчина.- И не советую начинать мстить. Ведь всё может быть гораздо, гораздо хуже. Уж слишком много твой сопляк нагадил. А я про его похождения теперь знаю всё.
  На короткий миг они застыли, не отрываясь, сверля друг друга злым взглядом.
  - Ты пожалеешь,- буквально выплюнул мужик, резко развернувшись и стремительно удаляясь.
  Не дожидаясь, пока он скроется из виду, Игорь Станиславович выудил из кармана телефон, поковырялся в нём и нажал кнопку вызова.
  - Привет, Шурик,- вполне миролюбиво сказал он в трубку.- Тут ко мне недавно Подольский наведывался. Ногами топал, ядом плевался. Ты уж проконтролируй, будь добр. Сейчас, конечно, не шальные девяностые, но мало ли его коротнёт. Ага, спасибо. Нет, пока не могу. Но я забегу на днях. Спасибо. Бывай.
  Он положил трубку и медленно повернулся ко мне.
  - Мда, не хотел я, чтобы ты это видела,- сокрушенно покачал головой мужчина.
  А я стояла, бледная, ощущая, как по телу пробегает ледяная дрожь. В неверии распахнув глаза, я смотрела на него, а в голове всё крутились слова Кисы.
  ... такие люди опасные враги, они не прощают...
  Но в тот миг я испугалась не его. В тот миг я дико, просто до дрожи перепугалась за него.
  - Это,- хрипло проговорила я.- Это был он?
  Виновато улыбнувшись, мужчина шагнул в мою сторону. Судорожно вздохнув, я попыталась проглотить комок в горле, но у меня не получилось. Из глаз внезапно брызнули слёзы.
  - Заче-е-ем,- буквально взвыла я. Преподаватель подлетел ко мне, сгребая в свои объятия. И я буквально влипла в него, всё ещё пребывая в ужасе от произошедшего.- Зачем всё это? Он же опасен. Ты же можешь пострадать. Зачем?
  - Тщщ,- гладил он меня по волосам.- Не надо, Малышка. Не бери в голову. Всё будет в порядке. Пойми, нельзя такое прощать. Если есть возможность, таких надо бить сразу и без шансов на реанимацию. К счастью, у меня такая возможность была.
  - У тебя теперь есть враг,- прошептала я, начиная немного успокаиваться.
  - Ну, не так уж он и страшен,- тепло улыбнулся мужчина,- пошли, выпьем что-нибудь горячее,- предложил он, залез в карман дублёнки и, внезапно, перед моими глазами мелькнуло что-то блестящее. Я в полнейшем шоке и недоумении уставилась на яркую обёртку. А этот засранец обаятельно улыбнулся и как ни в чём ни бывало поинтересовался.- Конфетку?
  
  На крючке у соблазна
  
  - Не знаешь это новомодное веяние, при котором рекомендуется ходить по дому обнаженным, потому что так ты чувствуешь себя более расковано, а кожа от свежего воздуха становиться здоровее?- задал провокационный вопрос Каменников, делая глоток чая из кружки.
  Не ожидавший подобного вопроса с подвохом, Красницкий подавился своим чаем и громко закашлялся. После чего вытер губы тыльной стороной ладони и настороженно посмотрел на приятеля.
  - Ты меня пугаешь,- констатировал он.
  - Да это новая хохма от травматологов,- гаденько захихикал врач, прищурив свои наглые глаза.
  - В контексте вышесказанного, можно подумать, что там всё отделение впало в маразм и решило щеголять по больнице голяком,- криво улыбнулся Игорь.
  Теперь настала очередь давиться чаем у Каменникова. Отставив кружку, глядя при этом на неё, как на врага, он укоризненно посмотрел на Деспота.
  - Не шути так больше,- поджал губы мужчина.- У меня слишком бурная фантазия.
  - Только не надо озвучивать картинки, которые только что возникли у тебя в голове. Боюсь, я этого не переживу,- хмыкнул Красницкий.
  - Засранец,- надулся приятель.- Всё настроение испортил.
  - Ну-ну, не дуйся,- почти с умилением отозвался Игорь.- Лучше расскажи, что там такое приключилось на этот раз.
  - Да вот,- тут же встрепенулся коллега.- Одна молодая парочка посчитала идею ходить голышом по дому весьма заманчивой.
  - Могу их в чём-то понять,- прикрыл глаза мужчина, отгоняя от себя навязчивые в последнее время мысли и образы, внезапно всплывшие в голове.
  - Да, но они не учли одно,- поучительно выставил указательный палец вверх Каменников.- Вместе с ними проживал большущий, жирный котяра. Этот зверюга каждый день сидел на пороге и наблюдал, как хозяйские причиндалы тилимпаются туда-сюда-туда-сюда. Завораживающее, должно быть, зрелище.
  - Ты зоофил? Или я что-то про тебя не знаю?- грудная клетка Игоря затряслась от еле сдерживаемого смеха.
  - Иди в жопу,- возмутился приятель.
  - Только без меня.
  - Ай, да ну тебя,- отмахнулся хирург.- Рассказывай тебе после этого хоть что-то.
  Но желание поделиться новой байкой было слишком велико, чтобы Красницкий сумел долго удерживать язык за зубами.
  - Ай, да фиг с тобой,- встряхнулся мужчина, всем видом показывая, что делает ему огромное одолжение, продолжив рассказ.- В общем, этот наглый котейка долго-долго наблюдал за этой идиллией, и вдруг ка-а-ак кинется. Молодая жена животное еле от мужниного хозяйства отодрала. И ну звонить в скорую.
  Представив эту картину, Игорь прикрыл ладонью глаза и застонал, не зная, плакать ему или смеяться.
  - Приезжают ребята,- продолжил меж тем Каменников.- А в квартире куча крови, мужик свернулся калачиком и стонет, жена его бегает вокруг него и причитает, а на фоне всего этого из-за запертой двери в туалет воет кот. Медбригада погрузила мужика на носилки, вырулили на лестницу и давай расспрашивать, что же произошло. И когда до них дошла вся соль ситуации, от смеха у одного из санитаров ослабли руки, носилки брякнулись на пол, а пациент покатился вниз по лестнице. Итог - перелом ноги.
  - Идиоты,- застонал сквозь смех Игорь.
  - Но это ещё не всё,- зловеще понизил голос врач.- Приехали они в больницу, выгрузили страдальца на каталку, везут по холлу и начинают спорить, куда его определить - в урологию или травматологию. В процессе к их шумной компании присоединялся народ, чтобы умерить своё любопытство, как этот доходяга умудрился получить столь разные травмы. Дежурный врач отмахивался, но вот водитель скорой не преминул поделиться столь пикантной ситуацией.
  - Диби-ил,- простонал Игорь.- Это же врачебная тайна.
  - А он не врач, ему пофиг,- флегматично пожал плечами хирург.- И тут заключительный аккорд. Возбухнул против такого разглашения информации пациент, потом запричитала его жена, которая с какого-то перепугу начала хватать за руки санитара. Тот растерялся и выпустил из рук каталку, которая на всей скорости впечаталась в стену. Итог - травма головы.
  - На больницу подадут в суд,- вновь прикрыл ладонью лицо Красницкий.
  - Меня к нему кстати на консультацию вызывали. Посмотреть, насколько повредилась его черепушка,- захихикал Каменников.
  - И как?- заинтересовался Деспот.
  - Еле удержал лицо,- фыркнул врач.- В настолько сюрреалистической ситуации я ни разу не участвовал.
  - И как ты умудряешься вляпываться во все эти пикантные ситуации?- закатил глаза Красницкий.
  - Зато весело,- пожал плечами приятель.- Кстати, у меня тут пополнение в моей чудо тетради. Жди тут.
  Сурово ткнув в его сторону пальцем, хирург выскочил из каптёрки. Мда, как многогранна жизнь. Порой, даже слишком. В последнее время она безбожно пробовала на зуб его выдержку и самоконтроль. Но, что странно, Игорь не жалел абсолютно ни об одном, принятом им в последнее время решении.
  Идея как можно чаще бывать у его Малышки дома оказалась гениальной. Во-первых, они стали проводить вместе в разы больше времени. Во-вторых, в привычной обстановке она при нём становилась всё более и более расслабленной. Как он и планировал, подобный шаг многократно ускорил возникновение к нему со стороны Вероники доверия. Да и приятно это было, целовать и обнимать её не где-попало, а в уютной, домашней обстановке. К тому же, всё чаще ему стала перепадать домашняя еда. Довольно вкусная.
  Казалось, не жизнь, а малина. Но...
  Чёрт возьми, если бы он не знал её настолько хорошо, подумал бы, что Малышка хочет его соблазнить. Чем больше девушка расслаблялась в его присутствии, тем больше в ней проявлялось жестов и движений, которые буквально сводили его с ума.
  Эта её привычка покусывать нижнюю губу, когда что-то не понимает в объясняемом им материале. А самое убойное то, что если её в этот момент окликнуть, она всегда оборачивалась, после чего неизменно облизывала губы. Как он держался в те моменты, чтобы её не поцеловать, знает одно небо.
  А как она потягивалась после долгого сидения на стуле или после смены положения на диване. Учитывая, что дома она носила футболки, вид прогнувшейся в спине, словно кошка, девушки, заставлял сглотнуть. И движения при этом у неё были такие плавные, текучие, словно вода. Завораживающее зрелище.
  А однажды они сели смотреть фильм и Вероника притащила в комнату миску мороженного и две ложки. Поначалу было всё хорошо, но после мужчина опустил свой взгляд к лицу девушки и буквально закаменел. Как она её облизывала, юркий розовый язычок мелькал, приходясь по железной поверхности столового прибора, после чего соскальзывал на губы, увлажняя их.
  Чёрт, он хотел быть на месте этой треклятой ложки.
  Но хуже всего, что у неё в тот день было какое-то странное настроение. Девушка к нему буквально льнула, порой пряча лицо на груди и едва ли не мурча. После она внезапно стала водить своим тонким пальчиком по его груди. И, как апогей, вновь прижалась и выдохнула горячий поток воздуха куда-то ему в шею.
  Пробрало так, что он еле сдержал себя в руках. А после улучил момент и смылся в туалет, долгое время умываясь холодной водой.
  И с каждым днём становилось только хуже. Останавливало его от более решительных действий два фактора. Первый, Малышка даже толком не осознавала свою сексуальность. Но второй фактор был более весомым. Он до сих пор не знал, что с ней произошло в том грёбаном лицее. Вдруг там всё зашло настолько далеко, что даже одна мысль о сексуальном контакте вызовет в ней панику и отвращение.
  И однажды Игорь не выдержал. Мягко поцеловал ей куда-то за ухо и тихо прошептал:
  - Расскажи. Расскажи кто он? Тот, кто тебя обидел.
  О, это стало для неё полнейшей неожиданностью. Правильный момент он подгадал. Малышка вся задрожала и неосознанно стала качать головой. Перекатив её по дивану на спину, нависая над ней, фиксируя руки над головой. Чтобы не отвернулась, чтобы продолжала смотреть глаза в глаза, и он мог бы отследить её реакцию.
  - Расскажи,- гипнотизировал он девушку, наблюдая, как в панике всё сильнее распахиваются её глаза.- Расскажи мне всё.
  - Я,- начала было Малышка, но сглотнула, сбившись. После чего сделала глубокий вдох и всё же продолжила.- Однажды, я сделала большую глупость.
  Рассказ был неуверенный, сбивчивый, но всё равно шаг за шагом выстраивал картину произошедшего. В тот миг, когда она дошла до описания обидевших её мудаков, мужчина еле сдержал в себе разъярённый рык.
  - Знаешь, у меня потом едва мания преследования не развилась,- всхлипнула внезапно девушка, хотя до того старалась держаться.- Они ведь меня потом разыскивали, но так и не узнали. И...
  Внезапно из её глаз хрустальными капельками выкатились слёзы. Ника стыдливо отвела взгляд в сторону, а его будто резанули кинжалом по сердцу.
  - Знаешь, что в этом самое худшее,- хрипло сказала она.- Липкое, пробирающее до костей чувство абсолютной беспомощности. Осознание, что ты сама сделать ничего не способна, но вокруг нет абсолютно никого, кто способен помочь.
  В тот миг он на секунду остро пожалел, что заставил её вспомнить всё это. Но осознание того, что это был с его стороны шаг крайней необходимости, немного успокоил потревоженную совесть.
  Единственное, что он мог в этой ситуации, так это утешить. Он целовал её глаза, слизывал хрустальные капельки слёз, проводил губами по щекам, подбородку. А после просто крепко обнял, желая дать ей так необходимое девушке сейчас чувство защищённости. Всем своим видом давая понять, что никогда не даст её в обиду.
  Уже стоя на крыльце её дома, мужчина судорожно вдохнул всё ещё по-зимнему прохладный воздух. Протёр ладонями лицо, чувствуя себя абсолютно опустошенным. Этот разговор вытянул из Игоря буквально всю душу. Но главное он узнал точно, Малышке удалось избежать худшего. И это принесло в его душу чувство такого невероятного облегчения, что начинала кружится голова.
  Впрочем, следующая мысль заставила Деспота встряхнуться, а после на его губах появился хищный оскал. Пружинящей походкой он направился в сторону калитки, на ходу доставая из кармана телефон.
  - Алло, Шурик? Привет. У меня тут новая информация. Я узнал фамилию этого ублюдка.
  
  Ненужные дети
  
  Как-то абсолютно, нежданно-негаданно подкралась весна. Дни становились всё дольше, ночи всё короче. Потихоньку таял наросший за зиму снежный наст, оставаясь где-негде небольшими островками. Казалось, живи и радуйся. И пофиг что вокруг разверзлись земные хляби, мечтающие утопить тебя в болоте. Ведь солнышко, наконец, не только светит, но и греет. Птички поют. Красота.
  Но не-е-ет, я ведь без проблем жить не могу.
  А я ведь что в житейские радости, что в проблемы ныряю с головой. Так что ходила я дико злая и мрачная, заплёвывая землю вокруг ядом. По-моему даже одногруппники от меня начали немного шарахаться.
  Спросите, в чём проблема? А у меня за последние пол года только одна проблема. Эта проблема даже своё имя имеет. Обретается проблема в основном или по соседству, или на кафедре анатомии. Всё так же продолжает по вечерам торчать у меня дома, периодически нагло спаивая моего отца коньяком. И самое главное, эта проблема себя почему-то таковой считать упорно отказывается.
  В чём собственно суть. После того яркого эпизода у его автомобиля меня откровенно потряхивало. Я была ему искренне благодарна, а осознание что этот говнюк получит, наконец, по заслугам искренне грело мою мстительную душеньку. Но...
  Депутат городской думы это явно не тот человек, которого стоит недооценивать. Поэтому каждый раз, когда мы оставались наедине, я интересовалась, как, собственно, обстоят дела с Подольским. Но, как бы ни так! Ведь этот засранец явно мне отвечать не стремился.
  Мужчина отшучивался, мягко переводил тему, дразнил, чтобы я отвлеклась, даже затыкал рот поцелуем. От последнего я даже умудрилась приобрести некоторый иммунитет. Но я не сдавалась, и в какой-то момент он просто устало вздохнул, строго посмотрел на меня и так сурово припечатал фразой "Не лезь", что любые вопросы у меня буквально застряли в горле.
  Волновать он меня, видите ли, не хочет. Да эта чёртова неизвестность для меня как раз таки и была самой настоящей пыткой.
  Тогда я начала пытаться отслеживать ситуацию в газетах и новостных порталах интернета. Ну, мало ли. Всё-таки этот говнюк был не последним человеком в городе, журналисты любят, когда вокруг таких людей происходит какой-то скандал. Но мои предположения не оправдались. В новостях ничего не было. И вообще, вокруг всё было тихо и спокойно. Буквально штиль. Я вообще подозревала, что если бы этот чинуш так вовремя не подловил Игоря Станиславовича у его машины, то я бы и вовсе не знала о всей этой ситуации.
  И это, в какой-то момент, начало меня дико злить. Наш преподаватель оказался совсем не так прост, как казалось поначалу. А его скрытность меня даже уязвляла. В то время как он знал обо мне почти всё, я не знала о нём практически ничего. Откуда у него такие связи, что он может на равных пободаться с местным корольком? Кто такой этот Шурик, с которым он так мило болтал тогда по телефону?
  Но разве же от этого засранца дождёшься ответов?
  И самое обидное, что я даже не могла, как говориться, поделиться о наболевшем с Кисой, попросив у неё совета. Я ещё тогда, когда усиленно бегала от преподавателя анатомии, не рассказала ей причину того, почему я так сильно его испугалась. Это было слишком личное, да и слишком долго я хранила этот секрет в себе. И если бы я начала рассказывать всю теперешнюю ситуацию ей, то по цепочке бы пришлось ей вывалить вообще всё. А я на такое была не согласна.
  Я даже вспомнила давешние слова Кисы про соцсети, чтобы найти хоть какую-то информацию о нём. Но куда там? У Игоря Станиславовича, конечно, нашлась страничка в фейсбуке, но информации там не было практически никакой. Шапка с личными данными была полупуста, даже не указано было какую школу и университет он заканчивал. Фотография была смазанной и чисто формальной, как на паспорт. Да и вообще, создавалось впечатление, что он не заходил на сайт последние лет пять точно.
  Вся эта ситуация меня буквально вымораживала. И самое обидное, я даже с ним поссориться толком не могла. Этот наглый манипулятор читал меня как открытую книгу и совершенно мистическим образом умудрялся гасить любые конфликты.
  Но конфликт был неизбежен. Не смотря на весь его талант убеждения, всё это было для меня слишком важным, чтобы я могла просто опустить эту информацию. Напряжение накапливалось, я чувствовала себя закипающим чайником. Сколько крышку не прижимай, а рано или поздно чайник пыхнет паром и заплюёт всё кипятком.
  Но то ли Игорь Станиславович почувствовал приближающуюся бурю, то ли ему в очередной раз повезло, но когда я уже готова была взорваться, у мужчина внезапно нарисовалась командировка. И если раньше он уезжал на двое-трое суток, то теперь ему надо было уехать на неделю, может даже больше.
  Сначала меня взяла жуткая злость. В тот период мне казалось, что я его практически дожала и вот-вот получу вожделенную информацию. И тут такой облом.
  Как то внезапно освободились вечера и я, не зная куда себя девать, зачастила в студию к Кисе и Джему. Причём поначалу было всё хорошо. Я развлекалась, смеялась, пела песни, спорила с ребятами о всяких мелочах до хрипоты.
  Но потом я, внезапно для себя, затосковала. Вдруг оказалось, что даже такая банальная вещь как конспект по химии или ставшая совершенно особенной кружка на кухне, заставляет меня о нём вспоминать.
  Я стала залипать в университете, то подолгу смотря на центральные ворота, вспоминая, как он меня первый раз демонстративно подвозил. То на окно, возле которого он как-то меня внезапно обнял, игнорируя, по старой привычке, заинтересованные взгляды студентов.
  Даже когда я садилась учить заданные на дом материалы, мне казалось что вот-вот, ещё мгновение, и он как всегда подойдёт, обнимет меня со спины, обдав затылок горячим дыханием. Сердце тоскливо сжималось. Разговоров по скайпу было совершенно недостаточно. Мне не хватало его взглядов, прикосновений, банального присутствия. Я не могла нормально спать, не в силах перед сном изгнать мысли о нём.
  Чувствовала себя прямо наркоманом, которого резко лишили наркотика.
  Когда я стала настолько зависима от него?
  Чтобы хоть как-то отвлечься, я даже затащила свою группу на дискотеку, но благополучно просидела весь вечер за столиком, возненавидев на всю жизнь медляки.
  Я была настолько измотана, что в какой-то момент осознала себя спящей на диванчике в студии. Народу уже почти не было, вокруг воцарилась тишина.
  - Поздно уже,- с сочувствием посмотрела на меня Киса, которая очень за меня в этот период переживала.- Может, останешься с ночёвкой.
  - Нет,- мотнула я головой, потирая глаза.- Родители будут переживать. Я лучше такси вызову.
  - Я проведу,- тут же почему-то вызвался Макс, коренастый шатен с зелёными глазами, которые у меня прочно ассоциировались с Гарри Поттером.
  Я скептически посмотрела на парня. С чего это он? В любом случае, я ему не настолько доверяла, чтобы разрешить подобное.
  - Да я сама могу в принципе,- безразлично пожала я плечом.
  - Ну, тебя нафиг, Беда,- ворчливо высказался Джем, вразвалочку подходя ко мне.- А если ты опять в неприятности встрянешь. Уж лучше я проконтролирую.
  - Зачем?- вопросительно посмотрел на него Макс.- Я тоже собирался домой на такси ехать. Заодно и её закину.
  Джем вопросительно посмотрел на меня. Я посмотрела на парня. Выглядел он почему-то уставшим. Да и зачем его лишний раз дёргать, если у меня внезапно нарисовался попутчик?
  Всю дорогу до дома Макс болтал без умолку. Я невпопад отвечала, мысли мои были слишком далеко, да и я не успела до конца проснуться.
  Но его трёп уже начинал меня раздражать.
  - Перед поворотом,- устало попросила я водителя. Машина начала тормозить. Я уже готовилась прощаться, но парень тиснул водителю деньги и попросил:
  - Можете немного меня здесь подождать?
  - Да я сама дойду,- запротестовала я.- Здесь буквально пару метров.
  Как будто бы меня кто-то послушал.
  Шли почему-то в молчании. Я продолжала сонно осматривать местность. Макс задумчиво посматривал на луну.
  - Ну, пока,- вяло попрощалась я, остановившись недалеко от моего дома.- Спасибо, что проводил.
  -Чего ты такая мрачная сегодня была?- внезапно спросил у меня парень.- Да и в последнее время тоже. Ты же обычно такая яркая, такая весёлая.
  С фига ли ему есть до этого дело? Я подозрительно уставилась на парня.
  - Устала просто,- холодно отозвалась я, всем своим видом показывая, что не хочу продолжать эту тему. Да и вообще, пора домой, в мягкую кроватку, баиньки.
  - Ясно,- эхом отозвался парень.- А ты завтра придёшь?
  Мои подозрения начали усиливаться. Я прищурилась, оглядывая его с ног до головы.
  - Возможно. И зачем тебе подобная информация?
  - Просто,- замялся Макс, отведя от меня взгляд.- Ты... ты мне очень нравишься.
  Приехали. Только этого мне сейчас не хватало. Я уже хотела его мягко отшить, как вдруг в двух шага от нас послышался просто таки загробный голос.
  - Пошел вон.
  Я аж подпрыгнула, в шоке уставившись на Игоря Станиславовича, что с явной угрозой смотрел на парня. И как так он умудрился подкрасться? Видно в этом виновато паршивое освящение улицы.
  - Что?- вылупился на него Макс. Парень явно не ожидал такой развязки.
  - Я сказал, пошел вон,- угрожающе прищурил мужчина глаза
  Кажется, до парня что-то начало доходить. Он нервно улыбнулся краешком губ и, непрестанно ёжась под пристальным взглядом преподавателя, поковылял в сторону такси.
  - Ни на минуту тебя нельзя оставить,- как-то даже возмущённо сказал мужчина, укоризненно глядя в мою сторону. Как будто я была в этой ситуации виновата!
  Но тут с меня наконец-то полностью слетела вся сонливость, растерянность от всей этой дурацкой ситуации ушла, мозги прочистились.
  - Не призрак,- пронеслось в голове.
  Сердце пропустило один удар, во рту внезапно пересохло. Я с каким-то недоверием, и даже можно сказать, жадностью начала его разглядывать.
  - Вернулся,- хрипло выдохнула я, ощущая, как в груди разливается приятное тепло и губы расползаются в неприлично широкую улыбку.
  Я даже не успела осознать, как внезапно просто влипла в его силуэт, крепко обнимая. Меня тут же окутал такой родной запах лесного ореха. Сердце колотилось так, что мне казалось, Игорь Станиславович прекрасно слышит его стук.
  - Я тоже скучал,- выдохнул мужчина, крепко прижимая меня к себе, после чего вдохнул запах моих волос и поцеловал в макушку.
  Так мы и стояли посреди улицы. На меня потихоньку опускалось какое-то просто невозможное спокойствие, даже умиротворение. До этого момента я даже не подозревала, насколько была всю эту неделю напряжена.
  - Похоже, мне стоит познакомиться с твоими друзьями,- внезапно прервал тишину он.
  - А?- не до конца осознала я вопрос, поэтому наморщила лоб, собирая мысли в кучу.- Ты про Кису и Джема?- посмотрела ему в глаза.
  - Не-ет, я про всех,- протянул мужчина.
  Прозвучало достаточно злобненько. А я внезапно вспомнила про все те танцы с бубнами, которые он устроил в университете в начале наших взаимоотношений. Похоже, кое-кто собрался опять обозначить свою территорию. Стало смешно и я опять уткнулась ему в грудь, тихонько захихикав. Настроение было такое, будто я воздушный шарик и вот-вот взлечу в небо.
  - Что смешного?- поинтересовался мужчина.
  А я опять посмотрела ему в глаза, скорчив моську посерьёзнее.
  - Никуда я от тебя не денусь.
  Мужчина весело хмыкнул.
  - Но я хочу, чтобы об этом узнали по возможности все.
  У Игоря Станиславовича слова редко когда расходились с делом. Под его ненавязчивым контролем, я связалась с Кисой и поставила её перед фактом. Не то что бы подруга была против его присутствия на посиделках. Скорее уж, она пришла в полнейший восторг.
  И вот, буквально через два дня, мы уже вместе с ним заседали в студии. По своей привычке, мужчина с лёгкостью влился в коллектив. Оказалось, что он даже умеет играть на гитаре. Её ему, естественно тут же вручили. Я наблюдала за этим ярким человеком с лёгкой улыбкой, сидя на диване и потягивая сидр. Было до ужаса приятно ощущать его сопричастность в моей жизни ещё и в этом аспекте.
  Собственно, долго он на гитаре играть не стал. Передав её Денису, он встал со своего пуфика и скользнул ко мне. А в следующий момент он улёгся на мой диван и положил голову мне на колени. Совершенно автоматически я начала перебирать его волосы, от чего мужчина довольно зажмурился, как сытый котяра.
  Киса с Джемом смотрели на нас с умилением, Макс тоскливо. А мне было пофиг, мне было слишком хорошо.
  Уехали мы домой достаточно поздно. Настроение было самым благодушным. Я даже мурлыкала себе под нос какую-то песенку. Уже когда мы подъезжали, у меня непроизвольно вырвался вопрос.
  - А можно познакомиться с твоими друзьями?
  Стало как-то не по себе. Я внезапно вспомнила, насколько тщательно он избегал личный вопросов. Мой испуганный взгляд пересёкся с его. Улыбка мужчины стала немного натянутой.
  - У меня нет друзей,- уж слишком равнодушно признался он.- Так, сплошные приятели. Максимум пиво в баре после работы выпить. На жизнь мою они ничуть не влияют, поэтому знакомить вас я не вижу никакого смысла.
  Сердце сжалось. Стало почему-то иррационально обидно. Мне ужасно захотелось тоже почувствовать себя сопричастной в каком-то из дополнительных аспектов его жизни. Ну, хоть в каком-то.
  - Родители?- хрипло спросила я прежде, чем успела прикусить язык.
  - Я сирота,- веско, как гранитная плита, уронил он.
  Показалось, что атмосфера вокруг похолодела на десяток градусов. Стало жутко не по себе. Все вопросы у меня застряли в глотке.
  Я идиотка. Испортила весь вечер своими тупыми вопросами. Но кто же мог знать?
  Обычно он подвозил меня под самую калитку. Но в этот раз мужчина остановился перед поворотом. Я так и сидела, заледенев, смотря стеклянным взглядом в лобовое стекло. Стоило бы поинтересоваться, почему мы остановились, но язык просто прилип к нёбу.
  - Знаешь,- внезапно хрипло сказал он.- Есть в нашем городе католический монастырь, совсем небольшой. Но есть там одна каплица, а в ней корзинка. И верёвочка висит, рядом с ней.
  Он внезапно замолчал, а я медленно, словно робот, перевела на него взгляд. Мужчина сидел, откинувшись на водительское сиденье и прикрыв глаза. Между бровей его залегла глубокая складка.
  - Если дёрнуть за верёвочку в монастыре зазвенит колокольчик. Создана эта каплица специально для недалёких родителей, чтобы они смогли анонимно подбросить ненужного ребёнка, вместо того, чтобы оставлять младенцев в мусорках или туалетах. В этой каплице меня и нашли.
  Я судорожно втянула в себя воздух. В груди всё сжалось, воздуха почему-то стало не хватать.
  - Нашел меня сторож местный. Мне он и дал имя и своё отчество. Я его даже не помню, но говорят, он ко мне часто наведывался. Потом не смог. Онкология.
  Опять повисла тяжелая тишина. Я смотрела на него, широко распахнутыми глазами. Мысли будто заледенели. Я даже не замечала, как по моей щеке скатилась слеза.
  - Был у меня в приюте друг,- внезапно продолжил он.- Почти брат. Мы были близки настолько, что, казалось, могли заканчивать мысли друг друга. У нас был свой язык жестов, свои любимые места, где мы прятались, когда нашкодим,- губы его внезапно дрогнули, складываясь в горькую улыбку.- Однажды я ему солгал. Не помню даже о чём, глупость какая-то была. Но он внезапно страшно обиделся. Мы тогда поехали всем приютом на озеро купаться. Я потерял его из виду. А потом его внезапно достали из озера. Мёртвым,- веско обронил он.
  Губы мужчины сжались, лицо ещё больше побелело. Голос стал внезапно еле слышным, хриплым.
  - Самое страшное, что его тогда ещё можно было откачать. Но все растерялись, да и никто этого толком делать не умел. После этого я принял для себя судьбоносное решение и одну концепцию, которую поклялся никогда не нарушать. Во-первых, я решил стать врачом. Я перестал доверять судьбе, надо было брать всё в свои руки,- костяшки пальцев на руле у него побелели.- Я не мог допустить повторения ситуации, когда не могу помочь. И... во-вторых, я решил никогда не врать дорогим мне людям. Правда,- он как-то надломлено, хрипло рассмеялся,- концепция эта оказалась нежизнеспособной. Моя правда оказалась никому не нужна.
  - Не нужна,- эхом пронеслось у меня в голове.- Не нужна.
  Не нужен.
  Маленький ребёнок, который был буквально выброшен своими родителями, спасибо, что не на помойку. Мальчишка, который мечтает быть кому-то нужным, но просто боится сближаться с другими людьми.
  Не нужный. Он считает, что он никому не нужный.
  Меня просто подбросило со своего сиденья. Я молниеносно отстегнула себя от ремня безопасности и быстро переползла к нему на колени. Схватила ладонями его лицо, заглядывая в его пустые, словно холодная бездна, глаза. Даже не замечая, как катятся по моим щекам слёзы.
  - Ты нужен!- всхлипнула я.- Очень-очень нужен! Мне нужен! Правда! Поверь!
  Холод в его глазах дрогнул, на секунду в них мелькнуло удивление. Он весь напрягся, а после судорожно выдохнул воздух. Его правая рука поднялась, пальцы стали вытирать с моих щёк слёзы.
  - Какая же ты,- выдохнул он, заворожено глядя мне в глаза, а после внезапно судорожно меня обнял, выдыхая чуть слышно мне в ухо,- люблю тебя.
  А я всё цеплялась за него, по тело гуляла дрожь. Было больно за него. Я не могла его потерять. Только не его.
  Мы долго до судорог, до синяков обнимали друг друга. А после он меня внезапно поцеловал. Жадно, до дрожи, будто желая удостовериться в моём существовании.
  - Не отпущу,- прошептала я в его губы.
  Время для нас остановилось.
  
  Осознание
  
  Он сидел у себя дома и занимался тем, что делал крайне редко - бухал. Так как алкашом он никогда и близко не был, бухал он не один. Компанию ему составлял Шурик Власов. Сидели они на креслах перед камином, в котором полыхал огонь. На небольшом, стеклянном чайном столике разместилась бутылка дорогого коньяка, мясная нарезка и фрукты.
  - Офигенная всё-таки это вещь, камин,- констатировал Власов.- Что-то есть мистическое в живом огне. Надо к тебе в гости почаще наведываться, стресс снимать. Расслабляет.
  - Стресс снимать ты превосходно можешь совместно с женой,- фыркнул Игорь.- А это, ты меня извини, чисто моя фишка. Можно сказать эксклюзив.
  - А тебе завидно?- насмешливо посмотрел на него приятель. Судя по всему, алкоголь уже успел лишить его язык всей возможной цензуры.- Судя по всему, в последнее время у тебя с сексом не очень.
  - Влас-с-сов,- словно змея прошипел мужчина. Тем более, этот придурок умудрился зацепить достаточно болезненную тему.- Ещё слово, и я тебя придуш-ш-шу.
  - Понял, не дурак,- засмеялся Шурик.- Дурак бы не понял.
  Деспот обречённо закатил глаза и тяжко вздохнул. Покатал в руке бокал, после чего сделал небольшой глоток и закинул в рот дольку лимона.
  - Что делать то будем, ты мне скажи,- решил вернуться к более серьёзной теме приятель.
  - А чёрт его знает,- нервно пожал плечами мужчина.- Ты накопал столько материала, что даже мне как-то не по себе. Мы же теперь для Подольских словно Боженька и Дьявол в одном лице. Захотим - шлёпнем по попке, чтобы неповадно было. Захотим - бросим в самые недра преисподней. Мне-то пофиг, можно пойти и по самому жесткому сценарию. Но одно условие должно соблюдаться неукоснительно. Никаких скандалов, обсасывания этого дерьмеца в прессе, максимальная конфиденциальность. Не хочу, чтобы внезапно всплыла история Вероники. Она вообще должна обо всём этом не знать. Не хочу, чтобы она пострадала.
  - Ну, ты и параноик,- прямо даже с каким-то восхищением посмотрел на него Шурик.- Как вообще её история сможет стать достоянием общественности? Небось, он её даже и не помнит.
  - Мне всё равно,- поджал губы мужчина.- Хотя возможно ты и прав. Но рисковать я не намерен. Да и, если она увидит в газете или новостях своего давнего обидчика, это послужит лишним напоминанием. Не хочу.
  - Как скажешь,- миролюбиво ответил Власов, при этом бросив на Деспота весьма странный взгляд.- Но при таком раскладе половина из добытого компромата теряет силу. Если мы вытащим наружу все его грешки, то дело будет громким.
  - Пофиг,- отмахнулся Игорь.- Главное, похоронить репутацию этого говнюка так глубоко, чтобы в дальнейшем работа выше уборщика ему не светила. Да и папашу его стоило бы спустить с небес на землю. Думаю, что у меня найдётся пару человек, которые помогут ему стать политическим трупом.
  - Самое дерьмовое, что я с этим Подольским пару раз общался,- тяжко вздохнул приятель, после чего сделал глоток коньяка и криво улыбнулся.- Мужик он не плохой, как для политика. По сравнению с теми уродами, которые порой творят безнаказанно лютую дичь, его можно даже назвать прекрасным человеком. Иногда любовь к детям делает родителей слепцами.
  Воцарилось молчание, каждый думал о чём-то своём. Шурик вспоминал момент своего прозрения, когда понял, что никакая работа не стоит времени, проведённых с сыном. Игорь пытался выработать стратегию, при которой Вероника никогда и ни при каких обстоятельствах не узнает о его самодеятельности.
  Но, как говориться, если в каком-то деле вы удачно предвидите четыре неприятности и удачно их предотвратите, то обязательно появится пятая. И этой пятой неприятностью стал Подольский, решивший так не вовремя с ним поговорить.
  Нет, ну вот говнюк, а? Вся конспирация мужчины тут же рухнула, учитывая, что при их миленькой пикировке присутствовала Вероника. Испугало это её изрядно, что и не удивительно. Он Малышку в тот день как мог успокоил. И всё бы ничего, но она возжелала быть в курсе происходящего.
  И на кой чёрт ей подобная информация? Зачем себя расстраивать лишними подробностями? Он же сказал, что разберётся.
  Вот так и начался второй за время их отношений раунд игры в кошки мышки. Она настойчиво задавала вопросы, а он как мог отбрыкивался от ответов. Когда девушка это поняла, то начала юлить и выкручиваться. Задавать наводящие вопросы. Спрашивать интересующие её факты невпопад, в моменты его наибольшей расслабленности. Видно надеялась, что он из-за неожиданности автоматически даст ответ. Это даже в некоторой степени умиляло. Поначалу.
  Потом её настойчивость стала порядком раздражать. Это раздражение копилось, росло, пока его терпение не лопнуло, и он не бросил на неё один из своих фирменных взглядов, заставляющих интернов ходить возле мужчины на цыпочках, после чего Игорь буквально приказал ей не лезть в это дело.
  Жалел, конечно, что вспылил тогда. Но наступившее после этого затишье того стоило. Правда, он был практически на сто процентов уверен, что долго её молчание не продлиться.
  Закончилось всё дело тем, что его выдернули на очередную командировку. Ехать было не так, чтобы далеко. Но операция обещала быть тяжелейшей. Да и родственники пациента попались на редкость проблемными. Чуть скандал не устроили, настаивая, чтобы он вёл пациента даже после операции, пока его состояние не станет стабильным. При таких обстоятельствах, какие либо временные рамки его командировки прочертить было невозможно. Одно было ясно, отсутствовать он будет неделю, и это при лучшем раскладе.
  Решив все поточные дела в больнице и универе, на следующий день он уже ехал в поезде, параллельно просматривая документы на пациента, которые ему выслали на вайбер.
  Иногда самым раздражающим фактором в работе врача являются не сами пациенты, а их родственники. На самом деле, в данном конкретном случае до операции могло бы и не дойти. Если бы за медицинской помощью обратились бы вовремя.
  Но мама парня увлекалась народной медициной, отпаивая своего сынулю травами, применяя насоветованные подругами экспериментальные способы лечения. Как говориться, невозможно защитить от дурака всё - ведь дураки так изобретательны.
  В конечном итоге, парнишке стало откровенно хреново, после чего его пришлось госпитализировать.
  Пациентом парень оказался идеальным, в основном потому, что большую часть лечения провалялся без сознания. Но вот мамаша его выела у Деспота буквально все нервы. Как мужчина удержался, чтобы её не стукнуть, он и сам не понимал. Но напоследок он всё-таки не удержался и паровым катком прошелся по её чувству ЧСВ. Дамочка от такого буквально утратила дар речи.
  В итоге, когда он вернулся в родной город, то чувствовал себя морально опустошенным. Уже предвкушая тихий вечер перед камином с чашечкой горячего чая в руках, Игорь вышел из такси возле своего переулка. Но, он не свернул к себе домой. Сам даже не понимая зачем, ведь было уже достаточно поздно, ноги его какого-то чёрта понесли в сторону переулка его Малышки.
  Пресловутая интуиция?
  По крайней мере, мужчина никак не ожидал встретить возле знакомого дома Веронику. И, что самое паршивое, была девушка в компании какого-то наглого сопляка. Тихо подобравшись поближе, Игорь прислушался и понял, что этот мелкий говнюк смеет подкатывать к его Малышке.
  В голову ударила кровь, глаза прищурились. Кулаки внезапно отчётливо зачесались.
  - Пошел вон,- едва сдерживая рык, с явной угрозой в голосе промолвил мужчина.
  Парень практически сразу понял, что ему здесь не рады. Растерянно, даже немного испуганно, он посмотрел сначала на Веронику, потом на него, после чего поспешил ретироваться. Проводив наглеца долгим, изучающим взглядом, Красницкий перевёл взгляд на девушку.
  - Ни на минуту тебя нельзя оставить,- возмутился Игорь.
  Не то, чтобы он ей не доверял, но сама мысль, что в его отсутствие к ней подкатывают всякие...
  Не успел он себя накрутить этой мыслью, как внезапно перехватил взгляд девушки. Поначалу посмотрев на него с некоторой долей неверия, в следующий миг в глазах Малышки зажглась ничем незамутнённая и неприкрытая радость. Не успев толком прийти в себя, в следующий миг мужчина осознал, что она буквально влипла в его силуэт, крепко обнимая. Губы дрогнули в улыбке. Внезапно стало так светло и легко на душе.
  - Я тоже скучал, Малышка,- выдохнул Игорь, крепко прижимая к себе своё хрупкое Чудо.
  А в душе его собственнический инстинкт буквально урчал от довольства. Мужчина довольно щурился, вдыхая такой дразнящий, присущий только ей аромат. В сознании настойчиво звучала фраза.
  Моё. Никому не отдам.
  - Похоже, мне стоит познакомиться с твоими друзьями,- задумчиво промолвил он. Надо было показать всем и каждому, с кем им придётся иметь дело, если они посмеют покуситься на его сокровище.
  - А? Ты про Кису и Джема?- удивлённо посмотрела ему в глаза девушка.
  - Не-ет, я про всех,- хищно улыбнулся он.
  Как это ни странно, но причину его поведения Малышка раскусила сразу. А он ведь почти забыл, насколько она может быть проницательной.
  В итоге через несколько дней Игорь оказался в довольно просторной студии, заполненной огромным количеством народа. Молодые и беззаботные ребята, желающие в полной мере вкусить ту свободу, что так щедро дарила им студенческая пора.
  Познакомился он и с её самыми близкими друзьями. Киса оказалась активной девушкой, стреляющий в сторону их пары любопытными взглядами. Джем казался слегка безалаберным, но уж куда как более серьёзным. По крайней мере, в момент знакомства этот наглый пацан одним своим взглядом ему сказал: обидишь - убью.
  Игорь едва ли не рассмеялся от такой его самонадеянности. Но уважая такую заботу парня о его Малышке, Деспот удержал спокойное выражение лица и кивнул ему, давая понять, что угрозу принял и осознал.
  На самом деле, было весело. Звучали песни. Кто-то танцевал. Несколько ребят уселись в стороне играть в настольную игру. А уж когда он лёг на диван и положил свою голову Веронике на колени, а та не то, что даже не возмутилась, но даже приняла весьма довольный вид и начала перебирать его волосы. Девушка совершенно не стеснялась при всех демонстрировать свою привязанность к нему, и от этого он едва не урчал от удовольствия.
  Возвращались домой в приподнятом настроении. Игорь расслаблено смотрел на дорогу. Но внезапно со стороны Вероники прозвучал вопрос, которого он в некоторой степени боялся.
  - А можно познакомиться с твоими друзьями?
  Мужчина нахмурился, сильнее сжимая в пальцах руль.
  Друзьями, да?
  Вспомнился белобрысый мальчишка с вечно упрямо поджатыми губами. Непокорный блеск серых глаз. Когда они впервые встретились, Серёга попытался у него отобрать лопатку в песочнице, за что получил ею по лбу, а в следующий миг Игорю прилетела ответка кулаком в глаз. Потом они подрались, пытаясь накормить друг друга песком. Их растащили, но такая ситуация повторялась из раза в раз. Два ярко выраженных лидера, гораздо умнее и старше своих лет. Они были просто обречены на соперничество. Если они не дрались, то впрягались в словесные пикировки. Споры. Оскорбления. Эх, как давно это было.
  А потом в приют перевели пацана, на два года их старше, который принялся выстраивать свои порядки. И эти порядки им обоим жуть как не понравились. Именно в тот миг два чертёнка зарыли топор войны и объединились. Да, у новенького против их объединенной силы не было никакого шанса. Но Серёге с Игорем понравилось работать в команде. Именно тогда мальчишки осознали, насколько же они, в сущности, похожи.
  - У меня нет друзей,- с трудом совладав с голосом, отозвался Красницкий.- Так, сплошные приятели. Максимум пиво в баре после работы выпить. На жизнь мою они ничуть не влияют, поэтому знакомить вас я не вижу никакого смысла.
  Чёрная глубина могилы, что будто ведёт в недра преисподней. Простенький гроб, что мучительно медленно опускается вниз.
  Терять больно, так больно, что физическая боль ничто по сравнению с этим. Физическую боль можно хоть как-то приглушить, да хоть теми же таблетками. А вот душевная боль преследовала его даже во сне.
  И чувство вины, что нашептывает в ухо. Это ты виноват. Ты мог это предотвратить. Если бы ты тогда не соврал, не нахамил, то был бы тогда рядом. Не дал бы оступиться. Не дал бы погибнуть.
  Он тогда часами выл в подушку, глядя на записку, оставленную другом в их тайном месте. Последние его слова.
  "Я тебе тоже солгал. Но ты всё равно редкостный балабол и язва, напарник".
  - Родители?- вырвала его из мрачных воспоминаний девушка, заставляя его окунуться в ещё одну череду воспоминаний, сразу после того, как смог буквально выдавить из себя два скупых слова.
  - Я сирота.
  Он вспомнил, как однажды в нём зародилась надежда. Надежда на обретение близкого человека, почти отца. Ведь в восточных странах наставники часто становятся для детей вторыми родителями.
  Не верьте, когда сироты говорят, что им никто не нужен. За этой громкой бравадой они просто пытаются скрыть свою слабость. Каждому ребёнку хочется, чтобы рядом был кто-то сильный. Кто-то кто морально поддержит или просто поможет советом. Всегда, не смотря ни на что.
  Таким человеком едва не стал для него профессор Радога. Не смотря на то, что к тому моменту, как этот пожилой врач обратил на него своё внимание, Игорю было уже двадцать лет, надежда на обретение кого-то близкого, кого можно хоть и про себя, шепотом, но назвать отцом ещё до конца не угасла. Во время обучения Александр Николаевич не только сухо излагал материал, не только помогал ему оттачивать практические навыки.
  Они разговаривали. Просто разговаривали. Под чай с бутербродами Игорь с замиранием сердца слушал жизненные, поучительные истории наставника. Потихоньку открывался и сам, рассказывая о себе. Спрашивал совета или мнения о той или иной ситуации. А когда профессор пригласил парня к себе в гости, Красницкий думал, что его сердце выпрыгнет из груди от еле сдержанной эйфории. Он наведывался к нему после этого домой не раз.
  Но как-то раз он застал у Александра Николаевича в гостях его сына. Еле сдерживая чувство внезапно возникшей неловкости, парень тогда всё же поддался на уговоры профессора и остался в гостях. Уходили Игорь и сын профессора вместе. Но не успели они спуститься по лестнице и на два пролёта, как мужчина резко схватил Красницкого за плечо, припечатал парня к стенке и буквально прорычал тому в лицо.
  - Я знаю, что ты задумал,- выплюнул он.- Знаю я таких. Ходят, строят из себя обиженных жизнью неприкаянных идиотов, втираются в доверие, вызывают жалость. А потом бах, и квартира, и деньги переписаны на мошенников.
  - Отпусти,- разозлился Игорь, резко отталкивая оппонента от себя и злобно на него глядя.- Я у него учусь. Имею право зайти в гости.
  - Ну-ну,- скривился сын профессора.- Небось, интернатуру халявную выбиваешь. Но запомни, я слежу за тобой, гадёнышь.
  Это был крах. Игорь прекрасно осознавал, уж слишком много примеров видел в жизни, что родители всегда будут на стороне своих детей. Какими бы гнидами они бы на самом деле не являлись.
  Усложнять жизнь человеку, который сделал для него настолько многое? Красницкий никогда не считал себя неблагодарной скотиной. Если он продолжит общаться столь плотно с Александром Николаевичем, это может повлиять на его взаимоотношения с сыном, испортив их. Нет, он совсем не хотел тревожить профессора Радогу.
  Молчание затягивалось. И хоть Игорю было мучительно больно вспоминать те моменты, но он должен был Малышке рассказать больше. Ведь она стала близким для него человеком. Остановился у поворота, чтобы не отвлекаться на дорогу. Тяжело вздохнул, стараясь не смотреть в её сторону, сосредотачиваясь в большей степени на себе.
  - Есть в нашем городе католический монастырь, совсем небольшой. Но есть там одна часовня, а в ней корзинка.
  На самом деле, ему в какой-то мере повезло. При католическом монастыре создали так же дом малютки, где все подброшенные таким образом дети проживали до трёх лет. Когда его перестало преследовать гадкое чувство ненужности и обиды, что его выбросили, словно вещь, Игорь подбросившему был даже немного благодарен. Ведь его мифическая мамаша могла поступить с беспомощным младенцем куда как хуже. Но она позаботилась о нём. Напоследок.
  - Нашел меня сторож местный.
  Он потом пытался найти родных этого мужчины, но тот оказался очень одиноким. По сути, у него никого из близких не осталось. А жаль, Игорь когда подрос ужасно хотел отблагодарить если не его, то хоть его близких. И получить хотя бы одну фотографию. Чтобы вспомнить.
  Он даже толком не помнил его. Вспоминался некий размытый силуэт. В памяти больше отложились мягкие прикосновения к волосам и сладкие леденцы на палочке.
  - Был у меня в приюте друг. Почти брат.
  Галдящая, встревоженная толпа, стоящая на берегу озера полукругом. Неподвижно замершее на траве тело двенадцатилетнего паренька. Молодой воспитатель, который вытащил парнишку из воды, вместо того, чтобы его откачивать, в панике трясёт Серёгу за плечо.
  Как только до Игоря дошел весь ужас происходящего, он взвыл раненым зверем, бросаясь к своему единственному другу. Неожиданно сильно оттолкнув воспитателя в сторону, он схватил Серёгу за плечи, начиная трусить.
  - Проснись! Проснись! Проснись!
  Он кричал, осознавая, что в этот конкретный момент происходит нечто непоправимое. В конечном итоге к ним подбежала какая-то женщина, расталкивая толпу, она прорвалась к Серёже.
  - Вы дибилы! Какого хрена застыли! Вызывайте скорую!
  Кто-то тут же рванул в сторону дороги. Но женщина уже не обращала ни на что внимание. Упав на колени, она оттолкнула Игоря и начала пытаться откачать парня.
  Но было уже поздно.
  - Я не мог допустить повторения ситуации, когда не могу помочь.
  Как же ему надоело терять. Каждый раз, когда он пускал кого-то в свою душу, что-то происходило. Иногда, как с Серёгой, непоправимое. Радога был жив, и Игорь был счастлив за него, он даже любил этого немолодого, угрюмого, но невероятно умного и проницательного человека.
  Но как же это мучительно больно осознавать, что ты всегда будешь на втором месте. Что любая фраза, любой поступок людей, которые находятся в ближнем круге доверия, могут безвозвратно разрушить эти узы.
  Картинки воспоминаний прокручивались в его голове, заставляя что-то внутри болезненно сжиматься и плакать. Он сосредоточился лишь на том, чтобы не показать свою слабость Малышке. Не хватало ещё, чтобы она испугалась.
  Но произошедшее в следующий миг заставило его растерянно замереть. Молниеносно расстегнув ремень безопасности, девушка стремительно пересела к нему на колени, схватила ладонями лицо, заглядывая в его глаза. С каким-то шоком и неверием мужчина осознал, что она всё это время плакала.
  - Ты нужен!- всхлипнула она.- Очень-очень нужен! Мне нужен! Правда! Поверь!
  Задрожали руки. Прозвучавшие только что слова будто были отражением его собственных мыслей, иллюстрирующих самый его глубинный страх. Заглядывая в потемневшие, ставшие из карамельных почти карими глаза, ему казалось, что он падает. И это обещание, что девушка выражала всем своим видом, взглядом, выражением лица. Он почувствовал себя таким особенным, таким важным, единственным.
  - Какая же ты,- шепотом промолвил он.
  Как же она его, оказывается, читает. Значит, он стал ей настолько дорог?
  От этой мысли внезапно в груди разлилось тепло. Перехватило дыхание.
  Голова кружилась, и Игорь не мог до конца осознать свою реакцию. Почему для него это стало так важно? Почему страх того, что он её потеряет, что она от него отвернётся, отвергнет, стал настолько отчётливым, почти паническим?
  Как же он был глуп. Ведь ещё после Нового Года мог бы догадаться. Ведь ответ на эти вопросы до банальности прост.
  Порывисто прижимая к себе своё сокровище. Вдыхая ставший родным аромат. Ощущая, как за шиворот его кофты упала прохладная капелька её слёз. Он признался. Не только ей, но и себе самому.
  - Люблю тебя.
  
  Катарсис
  
  От переизбытка мыслей в голове стоял какой-то непонятный гул. Он чувствовал себя каким-то на редкость потерянным, будто сбились абсолютно все его жизненные ориентиры. То, что ещё вчера было первостепенным, стало тусклым подобием настоящих его целей. А то, на что он обращал раньше внимание лишь мельком, походя, тут же отворачиваясь и забывая, внезапно приобрело какой-то по-настоящему уникальный и глубокий смысл.
  Игорь был в настолько сильном душевном раздрае, что вопреки всем своим принципам, в конечном итоге не выдержал, взял из бара бутылку коньяка, вытащил на закуску фрукты и начал методично напиваться на кухне.
  Слишком мрачные, слишком сложные, слишком непривычные для него мысли буквально выворачивали его душу наизнанку. Терпеть это было выше его сил. Хотелось напиться и забыться тревожным сном в надежде, что поутру его проблемы станут более простыми и понятными.
  Допивая уже третий бокал благородного напитка, ощущая, как в голове уже начинает немного шуметь, мужчина поморщился, услышав звук дверного звонка.
  И кого это принесло на ночь глядя?
  Тяжело поднявшись из-за кухонного стола, мужчина поплёлся, иногда зябко поджимая пальцы на ногах, которые холодила бежевая плитка пола. Пройдя через дверную арку, он с облегчением ступил на тёплый паркетный пол холла. С обреченным видом протопал к двери, открывая замок. А в следующий миг увидел довольный оскал Власова.
  - Мы его дожали,- счастливо сказал мужчина.
  Игорь молча вопросительно приподнял правую бровь.
  - Подольского,- уточнил Шурик.- Вот уж и настырный тип. Хотя его понять можно,- хмыкнул он.- Пока он не увидел весь собранным нами компромат, у мужика ещё сохранялась надежда замять это дело. И вообще!- возмущённо воскликнул вояка.- Не вежливо держать гостей на пороге!
  - Какой же ты сегодня громкий,- тяжко вздохнул Красницкий, но всё же посторонился.- Проходи.
  К удивлению Власова, Игорь не потащил его в так полюбившуюся по прошлым визитам гостиную с камином, а свернул налево, направившись на кухню. Удивлённо вскинув брови, он последовал за ним и шокировано застыл, увидев на белом, кухонном столе, расположенном у окна, початую бутылку коньяка и фрукты.
  - Напиваешься в одиночестве?- с неверием спросил Шурик.- Неожиданно.
  - Так помоги мне сохранить лицо и составь компанию,- флегматично пожал плечами Игорь, который тут же открыл дверку навесного, красного кухонного шкафчика, выуживая оттуда коньячный бокал. После чего уселся за стол и приглашающим жестом махнул, указывая Шурику на соседний стул.
  Власов медленно присел рядом, тревожно вглядываясь в лицо Деспота. Он знал парня уже много лет, но в таком состоянии увидел его впервые.
  - Что за повод?- настороженно поинтересовался Шурик.
  - У тебя когда-то бывали моменты, когда мыслей в голове столько, что хочешь забыться?- внезапно серьёзно спросил Игорь, при этом разливая коньяк по бокалам.
  - Думаю, такое бывало со всеми,- чуть более расслаблено отозвался Власов. Какой бы ни казалась странной вся сложившаяся ситуация, но Красницкий хотя бы шел на контакт, а это уже обнадёживало.
  - В принципе, у меня тоже такое бывало и раньше, но...
  Тяжко, почти с надрывом вздохнув, Деспот взял свой бокал коньяка и внезапно залпом его выпил.
  - Эй-эй, полегче,- совсем разволновался Шурик, пытаясь отодвинуть от хирурга бутылку коньяка, к которой тот опять потянулся. Но отобрать алкоголь у Деспота Власов так и не смог, хотя всё обошлось, и второй бокал залпом Игорь пить не стал. Вместо этого он внезапно серьёзно посмотрел на мужчину.
  - Тебе что-нибудь говорит слово катарсис?- глухо спросил хирург.
  Шестерёнки в голове у Шурика начали крутиться с удвоенной силой. Он оперативно выуживал из головы значение этого термина. Потом пытался понять, что могло ударить так сильно по мировоззрению Деспота, чтобы эта непрошибаемая, наглая, где-то даже хладнокровная, но вполне себе сложившаяся личность была в таком состоянии.
  - Допустим,- отозвался наконец-то Власов.- Но я не понимаю, что... Ты поссорился со своей девушкой?
  Судорожно втянув в себя воздух, Красницкий внезапно вымученно, но на удивление светло улыбнулся.
  - Мы не ссорились. Скорее уж наоборот,- хмыкнул Игорь, и улыбка его стала более расслабленной, более тёплой. Но внезапно она угасла совсем, а Деспот буквально впился в лицо Власова пристальным взглядом.- Шурик, скажи. Мы друзья?
  Решивший, наконец, поправить своё душевное здоровье и делающий именно в этот момент глоток со своего бокала, мужчина от неожиданности закашлялся. После чего с неприкрытым изумлением посмотрел на хирурга.
  - Лично я считаю тебя другом,- озвучил очевидную для него истину мужчина.
  К удивлению Власова, услышав это, Игорь со стоном уронил голову на сложенные замком руки.
  - Я дебил,- ровным голосом констатировал он.
  - Деспот, какого хрена?!- не выдержал уже вконец запутавшийся вояка.- Объясни толком, я же ни черта не понимаю!
  Красницкий откинулся на спинку стула, пустым взглядом уставившись в потолок.
  - Оказывается, что я всё это время ничего не понимал,- задумчиво озвучил свои мысли мужчина.- Я занимался самообманом, мда...
  Вновь пригубив коньяка, Игорь откинулся на спинку стула и невидящим взглядом уставился в потолок. На некоторое время повисло тягостное молчание.
  - Ты же знаешь, в некотором смысле жизнь меня крепко потрепала,- хмыкнул он.- Мне казалось, что я с этим справился, что в моей жизни всё уже стабилизировалось и все мои детские и юношеские трагедии не оставили на мне свой след.
  Закинув в рот дольку лимона, Игорь прожевал его, немного кривясь. Шурик поспешил допить свой коньяк. Мужчина начинал подозревать, что он слишком трезв, чтобы оказаться с другом на, так называемой, одной волне и в полной мере его понять.
  - Я думал что любил,- насмешливо фыркнул Деспот, с иронией взглянув на полковника.- У меня было куча романов. Некоторые из них были даже весьма яркими и бурными, но то, что происходит сейчас...
  - Ну, всё познаётся в сравнении,- небрежно пожал плечами Шурик, которому на миг показалось, что он понял суть разговора.
  - Но даже это не главное,- не обратил никакого внимания на его комментарий Игорь.- Оказалось, что я даже не умею дружить. Понимаешь,- пристально всмотрелся в глаза полковника Деспот.- Я всегда сравнивал настоящую дружбу с той, что у меня была когда-то в детстве. Яркая, беззаботная, когда делишься друг с другом буквально всеми мыслями. Но ведь это же бред. Как можно сравнивать дружбу детей и взрослых людей? Да зачем мне далеко ходить? Вот ты,- внезапно встрепенулся Красницкий, ткнув в сторону мужчины пальцем.- Я всегда считал тебя всего лишь приятелем. Но никогда, почему-то, не задумывался. А какого хрена я тебе настолько доверяю? С чего, блин, я с такой готовностью откликаюсь в случае просьбы о помощи? Выходит, я сам себя обманывал, подменяя понятия. И ты всё это время был для меня другом, хотя я с упорством барана этот факт всё время отрицал. И сколько ещё таких вещей происходило в моей жизни, во время которых я обманывал сам себя?
  Во время этой тирады у Власова всё сильнее и сильнее расширялись глаза. Было жуть как не по себе, больше из-за того, что он просто не знал, как реагировать на это откровение.
  - А если бы я её не встретил,- почти прошептал Игорь.- Я бы тогда так и остался слепцом? На кой хрен я шел тогда на врача? Я же выбрал этот путь, чтобы всегда суметь помочь своим близким. И что получается, я сам и делал всё возможное, чтобы у меня этих самых близких не появилось?
  - Ты преувеличиваешь,- сумел, наконец, взять себя в руки Шурик.- Да и сделал из мухи слона. Пускай и не осознавая, но поступал ты всё это время правильно. Зачем ворошить прошлое,- ободряюще улыбнулся Власов.- Главное, что ты вовремя всё осознал. Кстати,- широко, по мальчишески, улыбнулся полковник.- Я рад, что ты признаёшь во мне друга.
  Они тогда много о чём поговорили. Вспоминали и грустные, и весёлые моменты. Искренне посмеялись, выпуская наружу скопившееся напряжение. Даже травили анекдоты, когда от количества выпитого алкоголя в голове уже начало шуметь.
  Они тогда проболтали всю ночь, разговор их становился из-за выпитого всё более и более бессвязным. В итоге, поутру они обнаружили себя почему-то спящими на коврике у камина.
  Этот разговор принёс в его душу чувство глубокого облегчения. С плеч как будто свалился довлеющий над ним всё это время пудовый камень. С глаз будто сдёрнули мешающие, почти ослепляющие его всю сознательную жизнь шоры. Всё внезапно стало так легко и понятно.
  Уже в понедельник, когда из-за калитки на тропу к нему на встречу выскользнула хрупкая фигурка его Малышки, мужчина, наконец, разобрался в себе. Глядя на своё маленькое, персональное Чудо. Прижимая её к себе. Он целовал её, ощущая, как в груди растекается всепоглощающее чувство какой-то неимоверно острой, щемящей нежности. Одна лишь её улыбка заставляла приободриться и смотреть на мир с каким-то неугасаемым оптимизмом. Будто он доподлинной знал, что какая бы пакость в его жизни не произошла, пока она рядом, всё будет хорошо.
  Игорь раньше думал, что привязанность его к девушке не может стать сильнее. Но как же он ошибался. Оказывается, всё это время мужчина себя подавлял. До дрожи боясь сильных привязанностей, он пытался внести в происходящее хоть какое-то рациональное зерно. Выискивая логику во всех своих и её поступках. Анализировал свою реакцию на её присутствие.
  Только сейчас он понял, насколько был глуп. Ведь любовь всегда была иррациональным чувством.
  А вокруг уже вовсю буйствовала весна. Такое обилие солнца подействовало на мужчину странно. Раньше он не замечал за собой таких порывов, но ему мучительно сильно внезапно захотелось пойти с Вероникой прогуляться в лес. Он там ужас как давно не был. Расслабиться, прогуляться, поболтать. Может, даже пожарить шашлыки. Или устроить пикник?
  - Деспот, машу вашу!- крикнул ему на ухо Каменников.- Да что с тобой в последнее время происходит? Витаешь в облаках, как...
  - Какого хрена?- злобно посмотрел на него Красницкий, демонстративно потирая ухо.
  - Я тебя, блин, уже несколько минут зову!- возмутился коллега, нависая над ним.- А ты стеклянным взглядом уставился в историю болезни и не реагируешь.
  Мужчина приложил к лицу ладонь, и тяжко вздохнул. Да, в этом его состоянии были свои минусы. Игорь никогда в жизни не был настолько рассеянным.
  - Чего звал-то?- устало спросил Деспот у хирурга.
  - Тебя завотделением вызывает,- хмыкнул приятель, но после того как Игорь поднялся из-за стола и направился к выходу из ординаторской, тот его внезапно окликнул.- Эй, познакомишь?
  Красницкий обернулся, и сначала вопросительно приподнял бровь. Но потом вся соль вопроса дошла до его сознания. К удивлению Каменникова, Деспот не стал, как обычно, огрызаться, а как-то задумчиво хмыкнул и улыбнулся краешком губ.
  - Посмотрим.
  Оказалось, его засылают в очередную командировку. От этого поначалу стало немного грустно. Он отчётливо осознал, что будет сильно скучать.
  Но, с другой стороны, отправляли его в столицу, а там профессор Радога. Да и командировка обещала быть краткой.
  И действительно, скучать ему не дали. Сразу после проведённой операции, его тут же выловил профессор. Они весь вечер проболтали, вспоминая времена его обучения, много смеялись.
  Но самым странным событием стал телефонный звонок. Он уже должен был на следующий день уезжать, как внезапно на экране его телефона зажглось провокационное "Маришка".
  - Привет, Ёж,- задорно поздоровалась девушка.- Слышала, ты нынче в столице?
  - Мариш, я конечно рад тебя слышать,- как-то устало вздохнул мужчина.- Но я не настроен на секс.
  - О как,- рассмеялась она.- А кто сказал про секс? Я бы и просто так с тобой поболтала. Больше года не виделись.
  - В чём подвох?- недоверчиво переспросил Игорь.
  - А поверить в то, что я просто хочу лицезреть твою наглую морду слабо?- как-то даже возмутилась девушка.
  - Ладно, считай уболтала,- засмеялся мужчина.
  Когда он ещё учился в медуниверситете, Маришка училась на пару курсов младше его. Очаровательная блондинка с васильковыми глазами обаяла многих парней, которые учились в то время. Девушка жуть как любила корчить из себя непроходимую дуру, но при более долгом общении маска с неё слетала, обнажая достаточно умную, хитрую и острую на язык личность. При желании Маришка могла быть очень харизматичной.
  Однажды они попробовали строить отношения, но оба были уж слишком ершистыми. Как говорят в таких случаях, не сошлись характерами. Но приятельствовали они до сих пор, найдя особый кайф в стёбе над окружающими. Да и секс у них всегда был на высоте. Как-то так повелось, что когда он бывал в столице, они частенько созванивались для приятного времяпрепровождения.
  Да, сходить к ней не помешает. Заодно узнает, что интересного случилось с его знакомыми, с которыми он в своё время учился. Маришка в этом плане была идеальным информатором.
  
  О минусах самообмана
  
  Шла уже середина весны. Учебный год вышел на финишную прямую, нагрузка повысилась, все дружно предвкушали скорое начало летней и самой тяжелой сессии.
  На парах по биологии начался весьма важный раздел - паразитология. Изучать всё это было довольно интересно, но противно. Через две недели после начала изучения этой темы большая часть группы внезапно вспомнила о существовании противогельминтных препаратов.
  Но если бы проблема была только в этом. Незнание этой темы Зинаида Львовна воспринимала как личный вызов. Отвечать у доски стало совсем невыносимо. Она своими запутанными вопросами буквально вынимала у студентов душу.
  Причём делалось это настолько демонстративно.
  Расслабленная поза, острый, ярко накрашенный ноготок скользит по строчкам журнала.
  - К доске пойдёт, хм-м,- все сжались на стульчиках, не смея поднять на стр-р-рашную преподавательницу даже взгляда. А эта стерва растягивала время, будто наслаждаясь моментом.- К доске пойдёт? Ах, да. Прокофьев Кирилл.
  Немного сбледнувший староста неспешно встал со своего места и посеменил в сторону доски. На крючке рядом висело куча наклеенных на картон схем жизненного цикла всевозможных паразитов. Парень начал перебирать их, выискивая нужную.
  - Ну, долго копаться будешь?- нетерпеливо подогнала студента Зинаида Львовна.
  Кирилл передёрнул плечами, взял одну из схем и повесил на центре доски. Сделал глубокий вдох и внезапно резко развернулся, губы его осветила просто таки ослепительная улыбка.
  - Дорогие мои!- воодушевлённо начал он.- Сегодня мы с вами поговорим о таких замечательных, во всех смыслах, зверюшках, как нематоды из рода Opisthorchis. Эти замечательные червячки обожают селиться на территории Казахстана, Украины, России, Юго-Восточной Азии.
  Все резко подняли взгляды от парт. Такого удивлённого выражения лица у Зинаиды Львовны я ещё не видела. А всё потому, что наш незабвенный староста, широко улыбаясь, вещал о заболевании, пародируя голос одного одиозного телеведущего, часто мелькавшего в передаче "В мире животных".
  - Это совсем маленький червячок, до 18 мм в длину и до 2 в ширину. Но чтобы развиться в этого потрясающего зверька, нашему червячку приходиться проходить немалый и сложный путь. Так, сначала его яйца заглатывают моллюски битиниды из рода Codiella. Они обитают в пресных водоёмах.
  Я начала потихонечку сползать под парту. У одногруппников подрагивали губы. Со стороны Дениса донёсся полупридушенный хрип. Преподавательница сидела, выпучив глаза и вцепившись пальцами за край стола. Но нашего старосту, тем ни менее, не перебивала!
  - Заражение происходит во время заглатывания моллюском каловых вод окончательных хозяев, и после этого... Вы не поверите! Происходит метаморфоза. В течении двух месяцев наш будущий червячок вылупляется, изменяется и покидают моллюска, отправляясь в свободное странствие. Затем, эти непоседливые зверюшки внедряются в карповых рыбок.
  Катюха закашлялась, преподавательница судорожно вздохнула воздух и совершенно растерянно посмотрела на нерадивого студенты. Ведь по факту он рассказывал всё правильно. Но задать уточняющий вопрос, похоже, в силу растерянности, у неё язык не поворачивался.
  - В теле рыбки наш будущий червячок пристраивается в мышечных волокнах и подкожной клетчатке. Здесь он проходит следующую стадию метаморфоз, превращаясь в метацекарий 0,2 мм в диаметре. А затем нашу рыбку съедает такой рыбоядный хищник, как человек!
  Это было последней каплей. Половину группы сползло под парту и придушенно хрипело, силясь не заржать. Зинаида Львовна остро посмотрела на Кирилла и непререкаемым, хотя и немного сиплым, тоном скомандовала ему садиться на место.
  Остаток пары проходил сумбурно. Как это ни странно, преподавательница особо не зверствовала. Только порой бросала на нашего старосту задумчивые взгляды.
  Вывалились после пары в коридор мы шумно и громко. Многие смеялись. Денис налетел на старосту, зажал его голову одной рукой, а второй начал ерошить ему волосы костяшками пальцев.
  - Ну, ты и выдал!- в восторге восклицал парень.
  - Эй!- начал отбиваться от него староста. В какой-то момент он всё же смог освободиться и буквально отпрыгнул от своего мучителя. Судорожно стал приглядывать свои кудри.- Сам в шоке, думал она меня на паре нэ больно зарэжэт.
  Этот комментарий вызвал новый взрыв хохота. Мда, всё же моя группа это нечто. Не соскучишься с ними.
  В такие моменты я их просто обожала. Мои ребята постоянно выкидывали подобные фортели, хоть и не всегда настолько наглые. Это помогало отвлечься. Ведь в последнее время я постоянно ощущала себя просто непроходимой идиоткой.
  После того как Игорь Станиславович мне исповедовался, наши отношения ещё больше потеплели. Он начал относиться ко мне с ещё большей заботой и нежностью. Хотя, казалось, куда уж больше. Но, порой, от взглядов, которые я ловила на себе, по всему тело пробегали волнительные мурашки. И подобными взглядами он начал одаривать меня постоянно, даже на парах.
  И всё бы было ничего, если бы однажды прохаживаясь по коридору кафедры анатомии, я не увидела на стенде его фотографию. Присмотревшись, я немного прифигела.
  - Слушай, Кирилл,- отвела я тогда в сторонку нашего старосту.- С чего нашего препода на доску почёта повесили. Не слишком ли он молод для этого? Обычно там профессора обретаются, в крайнем случае, доценты.
  Парень просто таки вытаращился на меня. Несколько раз немо открыв и закрыв рот, он выдохнул:
  - Ну, ты даёшь.
  Он смотрел на меня с таким неверием, что я почувствовала себя последней дурой.
  - Ну что?- немного нервно поёжилась я.
  - Ах да,- задумчиво прикусил губу Кирилл.- Тебя же первого сентября не было. Именно тогда сокурсники обглодали все его косточки. Ты, наверное, не знаешь. Ну, но он был одним из преподавателей, которые читали вводные лекции всему нашему потоку. Когда сокурсники узнали, что у нас будет вести анатомию именно он, нам все страшно завидовали.
  - Не, ну он конечно крут,- нервно улыбнулась я.- Но...
  - Крут?- в неверии посмотрел на меня староста.- Ты шутишь? Да он гений!
  А дальше на меня полилась такая прорва информации, что я просто онемела.
  Все кусочки мозаики встали на свои места. Да и, как оказалось, нифига он не скрывал от меня никакой информации. Просто был уверен, что она вполне себе общедоступна и я всё знаю.
  Соцсети? Интрнет? Неумелые расспросы своего собственного парня, в которых задавались совсем не те вопросы, которые было необходимо задать? А всё было совсем просто. Надо было задавать вопросы не ему, а окружающим.
  Так вот, оказалось, что Игорь Станиславович является высококлассным нейрохирургом. Вот и открылся секрет его частых командировок. Он по мелочам ведь не разменивался, брался только за самые тяжелые случаи. Вот его и дёргали, вызывая в больницы к тяжелым пациентам по всей стране.
  Как оказалось, этот гений экстерном перепрыгнул два класса школы, после чего с блеском поступил в столичный медуниверситет. Закончил он его, естественно, с красным дипломом. Но на дальнейшую его судьбу больше всего повлияла встреча с Радогой Александром Николаевичем, прославленным нейрохирургом старой закалки. Он ещё на пятом курсе заприметил умненького, старательного паренька, который, не смотря на то, что был младше окружающих его студентов, давал им по своим знаниям и умениям сто очков форы.
  Своё место в жизни Игорь Станиславович буквально таки выгрызал. Каждые летние каникулы напрашивался на не задокументированную практику в больнице. По слухам, он был готов хоть лотки с говнецом выносить, лишь бы его чему-то научили. После четвёртого курса он устроился фельдшером на скорую помощь. В свободные вечера он торчал поочерёдно на всех хирургических кафедрах, выпрашивая разрешения поприсутствовать на операциях. Сутками пропадал в морге, приучая руки к твёрдости, накладывая швы, учась делать правильные надрезы.
  На пятом курсе его под своё крылышко взял профессор Радога. Присматривался к студенту преподаватель целый год, а потом летом затащил его к себе на практику. Это вызвало настоящий вой в научных кругах. Радога редко когда брал учеников, хотя ему за это часто сулили немалые деньги. Но хирург только брезгливо кривил губы.
  - Я не нанимался обучать всяких бездарностей,- выплёвывал он.
  По слухам, наш преподаватель анатомии на шестом курсе уже вполне себе ассистировал профессору во время операций. Интернатуру он проходил тоже под его чётким контролем. Выйдя в вольное плавание, мужчина умудрился буквально за три года наработать немалый личный авторитет, который со временем только рос.
  А два года назад он явился в наш медуниверситет и изъявил желание стать преподавателем. Естественно, такому человеку отказывать не принято. Наличие подобных специалистов на кафедре весьма повышает её статус. Его зазывали к себе многие, но он почему-то выбрал кафедру анатомии. На все вопросы о причинах подобного поступка, он со своей неизменной улыбкой отвечал:
  - Люблю первокурсников.
  Что бы это ни значило, но всё своё время он в большинстве случаев посвящал всё же своей основной работе. Вёл он анатомию буквально у нескольких групп.
  Пазл у меня в голове с громким щелчком встал на место.
  Вот и открылся ответ на так часто задаваемый мной вопрос, откуда у простого преподавателя связи для затыкания рта депутата. Похоже, бывшие пациенты и их благодарные родственники постарались сделать небольшую услугу любимому врачу. Да и остальные вопросы, которые особо не волновали, но немного интриговали, прояснились.
  Откуда у сироты деньги на свой дом и довольно крутую машину? Преподаватели столько не зарабатывают.
  Почему на него все преподаватели, многие из которых гораздо старше него, смотрят с нескрываемым уважением? Почему ему выделили свой кабинет, хотя подобного удостаиваются в основном только профессора?
  Меня должно уже было насторожить его наплевательское отношение к занимаемой должности, хотя преподавать в университете во все времена считалось довольно престижным. Как он там сказал?
  - Да и пусть увольняют. Не принципиально.
  Остаток дня я ходила в прострации. В голове будто взрывались фейерверки. Полученные факты просто не укладывались у меня в голове.
  А потом я испугалась. Знаю, что это неправильно. Знаю, что идиотка. Но...
  Он собрал себя буквально по кусочкам. Пережив столько потрясений и потерь, он не сдался. Он поставил себе цель и добился её максимально полно и в максимально сжатые сроки.
  Меня с головой накрыло чувство острого восхищения. Я никогда не встречала подобных людей. Но потом у меня в душе всё похолодело.
  По сравнению с ним я чувствовала себя ущербной. Слишком нерешительно, слишком мягкой, слишком инфантильной. Наш уровень был просто несопоставим.
  Я не могла понять, что он во мне нашел. А моя слишком сильная к нему привязанность начала постоянно нашептывать мне на ухо:
  - Это просто его временное увлечение. У вас слишком разный уровень, скоро вам станет просто не о чем говорить. Он охладеет.
  От этих мыслей желудок просто скручивало жгутом. К тому же острое чувство восхищения никуда не пропало. Если раньше я его по имени отчеству называла, чтобы позлить и поглумиться. Ведь в наших спорах он всегда выходил победителем, а тема его имени неизменно его остро цепляла.
  Теперь же у меня просто язык не поворачивался назвать его по имени. Я его слишком уважала для этого.
  Повезло ещё, что в самый острый период, когда я судорожно пыталась переварить свалившуюся мне на голову информацию, Игорь Станиславович отсутствовал в городе, смывшись в очередную командировку.
  - Мда,- только и смогла прокомментировать Киса, после моего сбивчивого рассказа.- Я и раньше знала, что тебе повезло. Но чтоб настолько?
  - Что мне делать, Киса?- дрожащим голосом спрашивала я, вышагивая туда-сюда по улице, недалеко от своего дома.
  - А что делать?- недопоняла причину моих тревог девушка.
  - Киса,- простонала я, прикладывая тыльную сторону ладони ко лбу.- Ты не понимаешь. Ты многого не знаешь, но это не мой секрет. Но он Личность с большой буквы. Ещё до того, как я всё узнала, наши статусы были на разных уровнях. Преподаватель и студентка, никогда не думала, что влипну в подобную историю. Но сейчас...
  - Ай, да не парься,- легкомысленно ответила подруга.
  - Не парься? Не парься?!- буквально вскричала я.- Если раньше с ходом времени всё бы уровнялось. То теперь я уверена, я никогда не смогу достичь его уровня, как бы ни упиралась. Да и хирургия меня немного пугает.
  - Не, конечно неучем быть не хорошо, но кто сказал, что ты должна обязательно быть на его уровне?- даже немного возмущенно сказала девушка.
  - Я не верю в такое,- убито пробормотала я в трубку.- В жизни сказок не бывает. Для по-настоящему крепких отношений оба партнёра должны быть приблизительно равны, чтобы в трудную минуту помочь дорогому человеку избежать падения. Чтобы были силы и возможности предоставить опору. Вон, как у моих родителей.
  - А кто сказал, что ты не можешь дать ему нечто равноценное?- повысила голос девушка.- Кто сказал, что ему рядом необходим такой же гений, как и он сам? Может ему от тебя необходимо совершенно иное?
  - Что? Секс?- не подумав, ляпнула я.
  - Ну, ты...- как-то даже немного разочаровано сказала подруга.
  - Прости,- потерянно выдохнула я, внезапно все мои острые чувства схлынули, осталась какая-то странная опустошенность.- Я не думаю о нём... так. Просто,- я судорожно вздохнула я.- Я боюсь. И я... восхищаюсь им. Восхищаюсь до такой степени, что боюсь представить, как смогу держать себя в руках при следующей встрече.
  - Просто перестань себя накручивать,- твёрдо сказала Киса.- Ты очаровательна. Наши ребята многое бы отдали, чтобы ты обратила на них внимание. Особенно Макс. Прекрати себя недооценивать.
  Разговор с Кисой немного успокоил мои нервы, но не сказать, чтобы сильно. А когда я на следующий день, выйдя за калитку, увидела знакомую машину и любимого преподавателя, который меня ждал, облокотившись о капот, то едва удержала себя в узде. Сердце заполошно забилось в груди, дыхание спёрло, мир вокруг будто поблек, утратив привычны краски. В полнейшей прострации я направилась к нему, а когда преподаватель мне нежно улыбнулся и тут же втянул в головокружительный поцелуй, от накала эмоций мне показалось, что я вот-вот потеряю сознание.
  - Так рада меня видеть?- удивлённо приподнял он одну бровь, заметив мою реакцию.
  Я глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь взять свои чувства под контроль. Отчасти, но это получилось.
  - Д-да, просто соскучилась,- чуть слышно отозвалась я. Отвела глаза, потому что его гипнотический взгляд сбивал меня с мысли.- И немного не выспалась.
  - Хм-м-м?- недоверчиво протянул мужчина.
  Интересно поверил? Что-то я в этом сомневаюсь, с его-то проницательностью. Но надежда-то умирает последней.
  Во время пар я всё безуспешно пыталась взять себя в руки. Немного получилось, но когда мы ехали домой, я чувствовала себя с ним немного неуютно. Тишина давила, поэтому я скосила в его сторону взгляд и, попытавшись как можно более безразличным тоном, задать вопрос:
  - Как командировка?
  - Весьма продуктивно,- в глазах его сквозила настороженность. Похоже, меня ждал допрос. Хоть бы не сегодня!
  К моему ужасу, он опять напросился ко мне домой. Родителей не было, я по заведённому давно алгоритму уже было направилась на кухню, но внезапно Игорь Станиславович схватил меня за руку и повёл в мою комнату. Плюхнувшись на широкий диван, он усадил меня рядом с собой и буквально впился в мои глаза своим фирменным гипнотическим взглядом. Я даже пискнула от неожиданность. Сердце готово было выскочить из грудной клетки. Самым моим большим желанием было отвести взгляд, но я словно кролик замерла, глядя на него широко распахнутыми глазами.
  - Что случилось?- требовательно поинтересовался он.
  - Ни-ничего.
  Преподаватель прищурился, наклоняясь ближе к моему лицу.
  - Что случилось?- ещё более требовательно вопросил он.
  Мне было жутко не по себе, мысли путались, дыхание участилось, я немо открывала и закрывала рот, не в состояние вымолвить ни звука.
  Взгляд мужчины был уже обеспокоенным. Он дотронулся до моей щеки и её, будто бы обожгло жаром.
  - Нет, так не пойдёт,- тяжело вздохнул он и внезапно перетянул меня к себе на колени.
  И всё-таки, насколько сильно его близость стала на меня воздействовать. Стоило мне вдохнуть ставший привычным запах лесного ореха, ощутить мягкие и нежные поглаживания широких ладоней по спине, плечам, волосам. Я стала непроизвольно успокаиваться, сердцебиение приходило в норму, плечи расслабились, в мыслях звенела искрящаяся пустота.
  - Что с тобой такое?- почувствовав, что я пришла в себя, опять тихо спросил мужчина.- Тебя кто-то обидел? Кто?
  И с такой готовностью это было сказано, что я поняла, что стоит мне указать на неведомого врага, как он тут же побежит его как минимум убивать.
  И всё-таки, я идиотка. Да, мне страшно. Но почему от этого должен страдать он?
  Буквально презирая себя за свои же мысли, я начала ровным, слишком ровным для меня голосом рассказывать о том, что я узнала. Я уткнулась ему в плечо, в глаза Игоря Станиславовича было смотреть слишком стыдно.
  - Ты не знала,- как-то даже растерянно констатировал он, когда я замолчала, окончательно сбившись с мысли.- Как-то, даже, неожиданно. Обычно это как раз ко мне и привлекает всяких...,- он судорожно втянул в себя воздух.- Ну, ты и...
  Мужчина отстранил меня от себя, взял за подбородок, я опять утонула в его чёрных глазах. Взгляд его был растерянным, впервые на моей памяти. Но в нём не было разочарования, как я до ужаса, просто до дрожи боялась. Он по-прежнему был нежен.
  - Опять ты что-то несусветное на придумывала, Малышка,- хрипло сказал Игорь Станиславович.- На придумывала, искренне уверовала в это и накрутила себя до ручки. Что ж ты так себя не любишь?- с какой-то даже горечью спросил он.
  - Но ведь ты,- качнула головой я.- Ты столько всего пережил, но так многое умудрился изменить. У тебя ведь даже никаких стартовых условий не было,- я стыдливо опустила глаза.- Я никогда не смогу быть настолько сильной.
  - А тебе и не надо,- начал гладить меня по щеке он.- Я просто рад, что со всей, как ты выразилась, своей силой я смогу защитить тебя от всей той грязи, что находиться на изнанке этого мира. Чтобы ты продолжала сиять.
  - Но почему я?- не выдержала, задав давно волнующий вопрос.- Я же по сравнению с тобой пустышка.
  - Молчи,- повелительно сказал мужчина. Взгляд его стал настолько злым, что мне стало не по себе.- Никогда. Не смей. Себя так называть!- буквально прорычал он, печатая каждое слово.- Я никогда до тебя никому в любви не признавался. Думаешь, это ничего не значит?
  И внезапно он рывком притянул меня к себе и поцеловал так, как никогда до этого. Грубо, страстно, будто пытаясь что-то доказать. Руки его перестали, как обычно до этого, невесомо порхать по моему телу. Прикосновения его стали более грубыми, рваными, они буквально воспламеняли. Волнительные бабочки у меня в животе сменились жаром, который сосредоточился где-то внизу и немного пульсировал. Дыхания не хватало. Мир исчез, растворился, сосредотачиваясь на нём. Голова кружилась.
  - Я столько добивался твоего полного доверия,- хрипел он мне в губы, в промежутке между этим головокружительным поцелуем.- Не смей. Не смей опять убегать от меня. Не отпущу.
  Я многого ожидала от нашего разговора, но явно не этого. Похоже, я его окончательно сломала. Всегда такой самоуверенный, держащий свои эмоции под сильнейшим самоконтролем, он совсем перестал себя сдерживать.
  Это безумие прервали только мои родители, но времени к их приходу прошло изрядно. Позаниматься по программе университета мы так и не смогли, хотя дисциплинированный Игорь Станиславович и пытался впихнуть в мою голову хоть какие-то знания. Но я пребывала в полнейше прострации и сосредоточиться чисто физически не могла.
  Уходя, он опять подарил мне этот странный, совсем на него не похожий, поцелуй, который напрочь уносил прочь все мои мысли.
  - Запомни,- будто сквозь вакуум донеслись до меня его прощальные слова.- Ты не сбежишь. Я тебя просто не отпущу.
  И он начал доказывать это. Каждый день, когда только получалось, он целовал меня настолько жадно, страстно, что моё тело пылало огнём. Взгляды его тоже изменились, они сковывали, лишали воли, заставляли слабеть коленки. Я опять перестала быть сосредоточенной на его парах, но похоже его это только забавляло.
  Хотя, должна признать, способ он выбрал довольно действенный. Глупые мысли его поцелуи выбивали напрочь.
  - Ты бы слышала, КАК он это сказал,- проговаривала я в трубку Кисе.
  - Мужи-и-иг,- уважительно протянула девушка.- Так с тобой и надо. А то иж что удумала!
  - Нет, ну ты бы слышала,- почти прошептала я.- Не то, чтобы я была сильно против. Но он так припечатал это своё "не отпущу", что мне даже страшно стало.
  - Нет, ну его понять тоже можно,- внезапно очень резко встала на его сторону Киса.- Сколько он может за тобой гоняться? Это же уму непостижимо.
  Новая линия его поведения всё так же продолжала сбивать меня с толку. Учитывая количество навалившихся зачётов, мысли мои витали явно не там где надо. Я постоянно плавала в своих воспоминаниях, отвлекаясь, иногда перечитывая целые абзацы учебников по несколько раз.
  В один из дней, выйдя из машины недалеко от моего дома, он в который раз втянул меня в головокружительный поцелуй. В этот раз он длился даже дольше чем обычно, мысли мои как всегда вылетели из головы, дыхание сбилось и было даже немного хриплым. Отстранившись, он уткнулся куда-то мне в шею, обдавая её горячим дыханием. А потом внезапно прошептал мне на ухо:
  - Может, ко мне домой?
  По спине внезапно пробежали мурашки. Не то, чтобы я не допускала мысли, что до этого рано или поздно дойдёт. Но я оказалась к подобному предложению абсолютно не готова.
  - А... может... у меня зачёт,- абсолютно потерянно пролепетала я.
  Мужчина отстранился и посмотрел на меня потемневшим взглядом.
  - А может,- хрипло спросил меня он,- я смогу тебя переубедить?
  И не успела я опомниться, как он меня вновь поцеловал. Только в этот раз сначала нежно, но после интенсивность поцелуя начала нарастать. Руки начали гулять по моему телу, вызывая непроизвольную дрожь, она капельками оседала то на спине, то на животе, скапливаясь в напряжение, которое перерастало в жар, что опустился вниз живота и начал нарастать, скручиваться.
  Тем временем губы мужчины прошлись по моим скулам, медленно перешли на шею, выцеловывая одному ему известную точку, заставляя меня буквально трепетать. Кожа внезапно стала до ужаса чувствительно, лифчик вдруг показался слишком тесным, а ещё захотелось непроизвольно сжать ноги, потому что я с ужасом осознала, что мне захотелось, чтобы он прикоснулся ТАМ.
  Преподаватель внезапно прикусил мочку уха, а потом подул на неё. С моих губ вырвался непроизвольный стон. Похоже, мужчина ждал именно этой реакции, потому что он сразу отстранился и посмотрел на меня пылающим взглядом.
  - Не передумала?- промурлыкал он.
  Мне и хотелось и не хотелось. Я немного паниковала, мысли были абсолютно сумбурными. Прежде, чем я сумела их собрать в кучку, с моих губ непроизвольно вырвалось:
  - Нет.
  Преподаватель прищурился, медленно скользя взглядом по моему раскрасневшемуся лицу.
  - Трусишка,- хрипло прошептал он, ещё раз наклоняясь, обдавая мои губы горячим дыханием.- Но желание дамы закон.
  Напоследок лизнув мои всё ещё пылающие губы, он отстранился, выпуская из свих объятий. Мои ослабевшие коленки едва не подкосились, но я каким-то чудом устояла.
  - Что ж,- он медленно осмотрел меня от ног до головы.- Это будет даже интересно.
  От этих слов мне стало не по себе. Похоже, я нарвалась. И за свой отказ я получу сполна. Потому что хищник, в который раз, вышел на охоту. И как бы от этой охоты моя крыша не рухнула окончательно.
  Мои умозаключения оказались пророческими. Похоже, во время всех тех невинных поцелуев, он своими ненавязчивыми прикосновениями, исследовал всё моё тело, отслеживая реакцию, чтобы распознать зоны наибольшей чувствительности. Теперь он этими знаниями пользовался сполна. Причём к зоне бикини и груди его шаловливые пальчики даже не приближались.
  Каждый вечер я возвращалась домой распалённая, ощущая в животе острое чувство возбуждения. И ладно это было бы только перед домом. Но подобные поцелуи он продолжал мне дарить и перед парами, и между парами. Я стала витать в облаках, на парах абсолютно не могла сосредоточиться. Похоже, я начинала потихоньку сходить с ума.
  Апогей всего этого безобразия наступил ровно после того, как мне приснился довольно яркий, эротический сон с его участием.
  Он был настолько реалистичен. Я помнила, как его губы скользили по моему оголённому телу, исследуя каждый миллиметр моей плоти. А я терялась в пространстве и времени, низ живота пылал, болезненно скручиваясь узлом. Из горла вырывались не просто стоны, а какие-то скулящие хрипы. Мне так не хватало чего-то большего, мне так хотелось вобрать его всего в себя без остатка.
  Проснулась я всё разгоряченная. Низ живота пульсировал. А в душе разливалось такое чувство разочарования, что на глаза чуть ли не наворачивались слёзы.
  - Киса,- хныкала в трубку я,- я так больше не могу. Я схожу с ума.
  - Сама виновата,- безразлично высказалась в трубку девушка.- Надо было соглашаться. И вообще, сколько можно его мучить?
  - Кто кого мучает?- воскликнула я.
  - Ну, ты и,- удрученно выдохнула в трубку подруга.- И что ж вы домой к нему не идёте, если вас обоих так припёрло. Тоже мне, проблему организовали на ровном месте.
  - Он больше не предлагал,- едва слышно выдохнула я в трубку.
  - Так сама предложи,- как само собой разумеющееся, предложила девушка.
  - Что?- буквально вспыхнула я.- Я не смогу.
  - Ну, так спровоцируй его!- начала откровенно злиться подруга. День у неё явно не задался.
  - Как?- я просто не верила, что спрашиваю подобное.
  - Да одень ты шмотки поэротичнее и всех делов!- вспылила Киса и положила трубку.
  Мда, похоже я её достала.
  Первых три пары я, то склонялась принять предложение Кисы, то отвергала эту идею. Но четвёртой парой была анатомия. Стоило мне увидеть Игоря Станиславовича, как жар тут же прокатился по моему телу. Перед глазами вместо аудитории, одногруппников, преподавателя, то и дело вспыхивали картинки сегодняшнего сна. Я то и дело ёрзала на своём стульчике, то и дело сжимая ноги. Дыхание моё то и дело становилось тяжелым и глубоким, я еле себя успокаивала. А когда этот демон бросал на меня весьма многозначительные взгляды, мне казалось я сдохну вот прямо тут, рядом с анатомическим столом и непременно стану пособием для следующих поколений студентов.
  На следующий день, проворочавшись в кровати чуть ли не до утра, я решила, что эротичному наряду быть. Понимая, что я не засну, тут же вскочила с кровати и начала перерывать свой шкаф. Благо, на улице было уже тепло, можно было разгуляться на полную.
  Таким образом, я нацепила на себя коротенькую белую юбку, невесть откуда у меня взявшиеся чулки. Мне их, помниться, на днюху Киса подарила. Никогда не думала, что их одену. Наверх одела белую, приталённую, полупрозрачную кофту с глубоким вырезом, с рисунком из чёрных, переплетающихся мелких цветов. Накрасилась я более броско, но не слишком вульгарно. Тоналкой замазала все свидетельства бессонной ночи.
  И мои старания произвели свой эффект. Увидев меня, Игорь Станиславович прошелся по моей фигуре жадным взглядом, глаза его хищно заблестели, заставив всё внутри у меня сладко сжаться. Но, как я впоследствии ни удивлялась, тем утром он меня даже не поцеловал. А лишь галантно открыл дверку машины, и всю дорогу молчал. Хотя и бросал на меня весьма красноречивые взгляды. Обратно он меня тоже отвозил в молчании. Я уже начала переживать.
  Но стоило нам выйти из машины, как он буквально вжал меня в дверку, прижимаясь всем телом и жадно целуя.
  - Спровоцировать меня решила,- прохрипел он.- Ай-яй-яй.
  Кофточка была абсолютно лёгкая, через неё его прикосновения ощущались ещё отчётливее. Внизу живота уже всё пульсировало, болезненно сладкие ощущения начали нарастать.
  - Я могу всё это прекратить,- нашептывал он, перемещаясь губами на мою шею, выцеловывая горячие дорожки.- Я дам тебе всё, что ты захочешь. Только скажи моё имя.
  Сердце пропустило один удар. Горячечный туман в голове пронзила заполошная мысль о том, что откуда он прознал о моём новоприобретённом бзике? Я ведь всё это время чисто физически не могла назвать его по имени. Ведь каждый раз когда пробовала, буквально немела.
  - Имя,- шептал он, прикусывая мочку моего уха. Затем внезапно взял мои руки и стал водить ими по своему телу. Ощупывая его крепкую спину, широкую грудь, плоский живот, я как-то по-новому оценивала его фигуру. Он был очень горячим и мне внезапно, до дрожи и покалывания на кончиках пальцев, захотелось забраться под его кофту и попробовать на ощупь его кожу. Руки совершенно автоматически заскользили по его телу.
  Мужчина же тем временем начал водить пальцами по моей оголённой ключице, опуская руку всё ниже и ниже. Наконец, он отогнул край лифчика и добрался до моего напряженного соска, который тут же немного сжал. Возбуждение искрой буквально прострелило меня до низа живота. Ноги непроизвольно сжались, я заёрзала, выпуская из горла очередной стон.
  - Скажи моё имя,- буквально прорычал он, слегка отстраняясь, но продолжая круговыми движениями пальца играть с моим соском. Я уже не просто стонала, я банально всхлипывала. Болезненные ощущения внизу живота усилились.
  Имя. Это всего лишь имя. Ну что здесь сложного? Ну, давай, язык. Ну, скажи.
  Но я могла только немо открывать и закрывать рот. Я уже давно капитулировала и физически была готова его имя буквально прокричать, но не могла. В подсознании возникла какая-то абсолютно тупорылая блокировка на это действие. Поняв, что ничего не получается, я умоляюще посмотрела в его глаза.
  - Имя,- непреклонно вопросил он, перемещая руку из лифчика на мой подбородок.
  Поняв, что ничего не получается, я всхлипнула, прикрыла глаза и помотала головой. Мужчина рвано выдохнул, погладил меня по щеке и окончательно отстранился.
  - Жаль,- разочаровано констатировал он, отходя от меня на шаг.- Ну что ж, до завтра.
  Абсолютно потерянная, перевозбуждённая, я стояла возле своей калитки, слушая, как он всё дальше уходит от меня. Я всё так же продолжала стоять, когда его машина уже давно скрылась за поворотом. И только когда получилось унять хриплое рваное дыхание, я, понуро опустив голову, потопала домой.
  Но это не помогло унять обиду и перевозбуждение. Кожа до сих пор горела огнём после его прикосновений. Низ живота всё так же пульсировал, а лифчик я начала просто ненавидеть.
  Недолго думая, я заползла в душ, сбросив с себя ненавистные сексуальные шмотки, чуть не сорвав лифчик, стащила насквозь мокрые трусики. Тёплая вода не только не помогла успокоить жар внутри меня, казалось, с каждым мигом она всё усугубляет. Не выдержав, я потерла до сих пор торчком стоящие соски. В то же время, чтобы хоть как-то оправдаться перед собой, я делала вид, что всего лишь наношу гель для душа. Совершенно непроизвольно пальцы правой руки поползли к месту, что всё это время больше всего требовало прикосновений. Я всё ещё была мокрой, и от прикосновения там по телу прошелся приятный импульс. А когда я прикоснулась к чувствительно точке, то меня как будто прострелило током от удовольствия. Из меня непроизвольно вырвался довольно громкий стон.
  Это меня и отрезвило. Что я творю? У меня что, совсем крышу сорвало?
  Резко закрутив кран, отвечающий за горячую воду, я добилась того, что сверху хлынул холодный водопад. Тихо вскрикнув от неожиданности, я задрожала. Возбуждение начало потихоньку отступать, только продолжало неприятно тянуть низ живота.
  Так не могло больше продолжаться.
  
  Горький привкус страха
  
  Помниться, первый раз они пересеклись, когда Игоря какого-то чёрта занесло на кафедру физиологии. Встретиться ему надо было с конкретным преподавателем, поэтому просмотрев расписание, Красницкий незаметно просочился в нужную аудиторию. Куковать в коридоре он посчитал ниже своего достоинства.
  А в аудитории, меж тем, разыгрывалась целая драма. К тому моменту уже почти прошло первое полугодие, и второкурсники уже начали привыкать, что все зверюшки, которые притаскивает с собой преподаватель, у них на паре не выживают. И вот, зашла группа в аудиторию и на одной из задних парт узрела небольшой ящичек, в котором спокойно сидел флегматичный, жирный кролик.
  Первая к нему подскочила блондиночка, в васильковых глазах которой в тот момент проблеска мысли не наблюдалось.
  - Ой, кро-олик,- с умилением запищали девушки, обступив ящик со зверюшкой.
  Начался цирк, животинку поглаживали, щекотали пушистые бока. Но идиллия длилась ровно до того момента, как блондиночка картинно прикрыла ладошкой ротик, широко распахнула глаза и охнула.
  - А его что, тоже убьют?
  На секунду повисла тишина, девушки посмотрели на кролика совершенно по-новому. Начался галдёж, некоторые начали испуганно причитать. Блондинка при этом сместилась назад, периодически комментируя ситуацию, что лишь подливало масло в огонь.
  Игорь с интересом смотрел за этим цирком, но вмешиваться даже не собирался. Было интересно посмотреть, чем дело закончится. Но в какой-то момент, когда обсуждение едва ли не дошло до разработки стратегии по похищению с кафедры кроля, глуповатое выражение лица блондиночки дрогнуло. Глаза её блеснули азартом, губки скривились в ехидной усмешке.
  Тогда-то вся соль ситуации дошла до Игоря.
  Вот ведь провокаторша!
  Подавившись воздухом, в попытке заглушить смех, он с интересом посмотрел на девушку. Их глаза встретились, парень посмотрел на неё лукавым взглядом и отвесил шуточный полупоклон.
  Сам-то он быстро забыл про эту ситуацию, но не Маришка. Ведь была задета её гордость профессионального тролля. Её ведь вычислили, да ещё и совершенно левый, незнакомый тип.
  Накопав на Игоря максимально информации, она подловила его в коридоре, в попытке восстановить справедливость, но неожиданно нарвалась на такого же язву. Вот так они и познакомились.
  С возрастом Маришка стала ещё очаровательней, особенно когда не прикидывалась куклой Барби. Пожалуй, даже хорошо, что они сегодня пересеклись.
  - Карпова помнишь?- спросила она, делая глоток кофе из кружки.
  - Тот надоеда, что вечно ходил за мной хвостиком?- вопросительно выгнул правую бровь мужчина.
  - Он самый,- улыбнулась блондинка.- Он какую-то крутую должность в департаменте получил. Эх, вот думаешь, что знаешь кого-то. Ведь был же, казалось, абсолютно бесхребетный тип.
  Они сидели в уютной кофейне, недалеко от университета. Общая обстановка навевала приятные воспоминания. Ведь в это заведение он часто ходил, когда был ещё студентом. Хотя отсутствие окон и тусклый, красноватый цвет настенных ламп всегда навевали на него сонливость. Зато кофе и чай здесь были просто шикарны.
  - Сама-то как?- ради приличия поинтересовался Игорь, откинувшись на спинку дивана и скрестив руки на груди.
  - Будешь крёстным,- внезапно ткнула в него пальцем Маришка. Глаза её заблестели лукавством.
  - Что?- в шоке уставился на неё мужчина, предполагая, что ослышался.
  - Ага, ты отстал от жизни, Ёж,- захихикала с его реакции блондинка.- Я уже пол года как замужем.
  - И на свадьбу не пригласила, ай-яй-яй,- быстро беря себя в руки, шутейно погрозил пальчиком Деспот.
  - А то я не знаю, как ты любишь подобные сборища,- фыркнула она.- Ты бы там всем настроение испортил своей постной физиономией.
  - Уела,- засмеялся Игорь.- Но похвастаться ты мне могла.
  - Ну, что я могу сказать,- широко улыбнулась Маришка.- Сюрприз. У тебя, как я погляжу, тоже кто-то появился,- прищурилась она.
  - С чего такие выводы?- вскинул правую бровь мужчина.
  - Уж слишком категорично ты по телефону отверг даже мысль о том, что мы позволим себе наши обычные шалости,- пожала плечами блондинка.- При этом, ты не выглядишь как мужчина, у которого есть постоянная подружка. Секса у тебя явно давно не было.
  - Если бы ты только что не говорила, что уже замужем, я бы подумал, что ты напрашиваешься,- попытался скрыть за бравадой своё раздражение Деспот.
  - Милый, я очень хороший физиогномист,- с иронией во взгляде посмотрела на него она.- Пока я не сказала, что замужем, ты был весь напряжен. Ты боялся, что я начну тебя, как всегда провоцировать, а тело тебя подведёт. Ты же ещё тот кобелина, без секса долго не привык. Вот и волнуешься подсознательно, что твоя выдержка может дать трещину.
  - Укоротить бы тебе твой острый язычок,- мрачно констатировал Игорь. Он и забыл, какой Маришка может быть засранкой.
  - Страшный Ёжик мне угрожает,- похлопала длинными ресницами эта язва.- Но ведь я такая хорошая. У тебя рука не поднимется. Но если серьёзно,- внезапно прищурилась Маришка.- Ты меня заинтриговал. Неужели нашлась девушка, которая стала для нашего трудоголика дороже работы? Ты просто обязан меня с ней познакомить.
  - Ни за что,- прищурился мужчина.- Ещё чему плохому научишь.
  - Чёрт, я угадала,- захлопала в ладоши блондинка.- Наверное, кто-то из студенток, учится на первых курсах. Поэтому ты её так долго обхаживаешь.
  - Так, всё,- перестал скрывать свою злость мужчина.- Хватит.
  - О-о-о, у Ёжика появилась ахиллесова пята,- хищно улыбнулась Маришка, но в тот же миг лицо её разгладилось и посмотрела она на Деспота почти-что с нежностью.- Я рада за тебя. Наверное, она потрясающий человек, раз сумела пробиться сквозь твою ледяную корку.
  Потерявший уже всякое терпение, взбешенный беспардонность подруги, Игорь внезапно успокоился, выдохнул заготовленный для злобной тирады воздух и откинулся на спинку кресла.
  - Ты права,- констатировал он.
  - Ты стал слишком не сдержан,- укоризненно качнула головой Маришка.- Позволь дать совет.
  - Валяй,- обречённо махнул рукой мужчина.
  - Знаешь, правильно приготовленное вино, после выдержки становиться ещё более приятным на вкус,- завуалировано начала она.- Но если его передержать или не правильно хранить, оно может превратиться в уксус.
  - К чему ты ведёшь?- подозрительно прищурился Игорь.
  - Вряд ли ты сталкивался с подобной ситуацией хоть когда-то,- склонила голову на бок подруга.- Похоже, из-за неопределённости тебя начинает бросать из крайности в крайность. И терпение твоё на исходе, уж я-то тебя знаю как облупленного. Послушай человека, которому на тебя не наплевать. Будь понастойчивее. Иначе выдержка тебя подведёт и твоё вино превратиться в уксус.
  - На философию потянуло?- с некоторой долей иронии сказал Игорь.- Я уже не пылкий подросток, чтобы не отдавать отчёт своим действиям.
  - Ну-ну,- скептически посмотрела на него Маришка.
  - Ты лучше мне скажи, про крёстного ты пошутила или как?- впился в неё тревожным взглядом Деспот.
  - Мы работаем над этим,- увильнула от ответа подруга.
  - Но я всё равно не понимаю, зачем тебе сдался в роли крёстного такой раздолбай, как я,- зафыркал мужчина.- И кстати, кто тот несчастный, что умудрился связать свою жизнь с тобой?
  Настал его черёд закидывать Маришку неловкими вопросами. Такой уж у них был стиль общения. Он иногда не мог понять, чего ему больше хочется, придушить эту блондинистую гадость или обречённо улыбнуться, смирившись с ситуацией.
  Но предупреждение этой бестии запало в душу. И Игорь готов был поклясться, что ещё совсем недавно он бы от её слов отмахнулся. Но именно сейчас у мужчины шло переосмысление своей жизни и поступков. От того и слова окружающих, особенно тех, с кем он длительное время знаком, воспринимались более чем серьёзно.
  Возможно, именно поэтому произошло то, что произошло.
  Началось всё с того, что встречая Веронику на следующее утро после командировки, чтобы как обычно отвезти её на учёбу, он заметил, что её поведение по отношении к нему резко изменилось. Раньше, стоило девушке выйти из-за калитки и увидеть его, на её губах неизменно появлялась искренняя, тёплая улыбка, что будто утреннее кофе неизменно заряжало его хорошим настроением. Сейчас она посмотрела на него слегка даже насторожено, улыбка выглядела вымученной, в глазах почти паника. Если раньше после его командировок Малышка едва ли не бежала к нему, явно давая понять, что соскучилась. Теперь же она шла к нему несмело, почему-то стараясь не смотреть в его глаза.
  Игорь подобрался, в груди тревожно ёкнуло сердце от плохого предчувствия. Но, стараясь не показывать виду, он привычно поцеловал Малышку. И снова привычный рисунок дня дал сбой. Целуя его в ответ, девушка была слишком пассивна, слишком зажата. А когда он не выдержал, разорвал поцелуй и пристально посмотрел в её глаза, то готов был поклясться, что в них промелькнул страх.
  Какого. Чёрта?
  Едва сумев взять себя в руки, Деспот сделал вид, что ничего странного не произошло. Он был слишком удивлён и выбит из колеи, чтобы задавать ей вопросы сейчас. Необходимо было остыть и всё хорошенько обмозговать.
  Отчитавшись после командировки, он сидел в ординаторской, лениво листая историю болезни. Приставучий Каменников был на операции. Интерны слиняли имитировать активную трудовую деятельность подальше от него. В ординаторской, в кои то веки, было тихо и спокойно. Была возможно подумать.
  Что же могло измениться за эти несколько дней? Ведь когда он уезжал, всё было более чем нормально.
  В душе шевельнулся робкий червячок ревности, утверждающий, что она могла за это время встретить какого-то наглого засранца, что посмел с ней флиртовать. Но червячок этот был задавлен быстро, беспардонно и без шансов на реанимацию. Во-первых потому, что был Игорь слишком в себе уверен. А во вторых потому что, как это ни странно, он доверял своей Малышке. Она бы не стала в его отсутствие делать ничего дурного.
  Может, тогда виноват Подольский и компания? Они с Власовым своими действиями вытянули на свет ещё ту кучу отборного дерьма.
  Да нет, Подольскому сейчас явно не до того. Шурик вцепился в него хваткой бульдога.
  Но ведь причина может быть более банальной. Завистников у него просто море. Ничего против него они сделать не могут. Способны только тяфкать шавками по углам. Но в том то и опасность шавок. Они никогда не действуют прямо, предпочитают нападать исподтишка, в спину. А ведь Маришка была в чём-то права, у него появилась ахиллесова пята. Свои отношения Деспот не скрывал, вот и могли в его отсутствие девушке что-то нехорошее нашептать. И бесхитростная Вероника могла в это даже поверить.
  Да, это выглядит наиболее правдоподобно.
  Чтобы подтвердить свои слова, всю дорогу домой он пристально следил за Вероникой. Девушка нервничала, старательно отводила от него взгляд, хотя и старалась выглядеть непринуждённо.
  Да уж, врать она так и не научилась.
  Но была она такой рассеянно, такой встревоженной, почти испуганной, что злость на неясных провокаторов начала подниматься у него в душе. Вот же гнилые люди. И почему не могут оставить его в покое? Как будто все его достижения были получены им на халявку. Если так завидуют, то подняли бы свою задницу и сделали бы хоть что-нибудь, чтобы достичь его уровня.
  В итоге, когда они зашли в дом, Деспот уже накрутил себя так, что едва ли не рычал. Не теряя ни минуты, он схватил девушку за руку и утащил её в комнату. Усадил на диван, хватая за плечи и пристально глядя ей в глаза.
  - Что случилось?- почти даже с угрозой спросил он, впившись ей в лицо пристальным взглядом.
  - Ни-ничего,- откровенно испугалась девушка.
  - Что случилось?- ещё более твёрдо спросил Деспот. Злость в его душе достигла своего пика. Он был намерен сегодня же узнать имена гнид, посмевших говорить его Малышке всякие гадости, чтобы завтра же вкатать их в асфальт.
  Но в следующий миг мужчина понял, что перегнул палку. Ведь глаза Вероники в панике забегали, по телу её прошла дрожь, а в следующий миг она стала немо открывать и закрывать рот, будто желая что-то сказать, но не в силах озвучить свои переживания. Это почти походило на паническую атаку.
  - Так дело не пойдёт,- смягчился Деспот, утягивая её к себе на колени.
  Девушка испуганным, хрупким зверьком доверчиво прильнула к нему, пряча своё лицо на плече мужчины. Кулачки её сжались, сминая ткань кофты на его спине. Малышка вся дрожала, казалось он мог слышать заполошный стук её сердца.
  В душу от такого прокралось чувство вины. Проклиная себя за несдержанность, Красницкий стал успокаивающе гладить своё Чудо по плечам, спине, перебирать мягкие, курчавые волосы. И это подействовало. Вероника начала успокаиваться, дыхание её выравнивалось, кулачки её разжались.
  Что же с ней такое произошло? Кто в его отсутствие так на неё повлиял, что его, пусть слегка и грубоватые, расспросы привели к подобной едва ли не истерике. По всему выходит, что обидели её очень и очень серьёзно.
  - Что с тобой такое?- не выдержал в конечном итоге Игорь. Сердце его сжалось в тревоге, мысли путались, похороненные ворохом вопросов и предположений.- Тебя кто-то обидел? Кто?
  Дальнейшая её исповедь заставила мужчину шокировано застыть.
  Он был знаменитостью в узких кругах. Когда специалист достигает определённой планки мастерства, для него жизнь становиться проще. Он может игнорировать некоторые неписанные правила, как это было с Красницким, когда он в наглую завёл отношения с первокурсницей. Другим преподавателям такой фортель бы не простили, но и ректорат, и завкафедрой понимали, что у Игоря есть широкое поле для манёвра. Наезжать на него с проповедями о нравственности и этике не было никакого смысла. Тем более палку мужчина не перегибал, разврат в стенах университета не учинял. И поэтому все быстро смирились.
  У него было много знакомых, которые были готовы предоставить помощь по первой же просьбе. Не то, чтобы он специально к этому стремился, но через некоторое время он сплёл такую паутину, что мог разрулить почти любою ситуацию, подёргав за нужную нить. Главное было не перегибать.
  Даже деньги, в какой-то момент, стали для него не проблемой. Ведь многие знали, что если их будет оперировать Деспот, то шансы на успех повысятся на порядок. А сложные операции всегда хорошо оплачивались.
  Самоуверенность мужчины строилась отнюдь не на голом фундаменте. Он был ровно в той степени красив, богат и удачлив, чтобы стать объектом пристального внимания женщин.
  Игорь так привык, что в первую очередь, все его пассии обращают внимание на фасад. Да, потом, уже во время прямого общения, они узнавали Красницкого поближе, чтобы смогла возникнуть некоторая степень доверия и принятия.
  Но никогда ещё его отношения не строились от обратного.
  Оказывается, Вероника о нём ничего не знала. Он был в глазах девушки обычным преподавателем. Всё это время, оказывается, она не видела в нём ни денежный мешок, ни человека, который может разрулить практически любую проблему. Всё это время она смотрела только и исключительно на него.
  В груди потеплело. Губы сложились в мягкую, тёплую улыбку. Какое же его Малышка Чудо. Только его. Персональное.
  Но почему она так странно реагирует на подобные новости? Разве то, что она узнала, это плохо?
  Желая узнать ответ на этот вопрос, Игорь отодвинул за плечики девушку от себя, взял её за подбородок, заглядывая в глаза.
  - Опять ты что-то несусветное на придумывала, Малышка,- укоризненно сказал Красницкий.
  - Я никогда не смогу быть настолько сильной,- шептала Вероника, стыдливо опустив взгляд.
  Её сбивчивая речь, разбавленная нотками неприкрытого восхищения, даже немного позабавила, но была несомненно приятной. Ничего, она привыкнет и к этой стороне его личности. Главное её сейчас успокоить.
  - А тебе и не надо,- мягко промолвил Игорь, поглаживая пальцами бархатную кожу её щеки.- Я просто рад, что со всей, как ты выразилась, своей силой я смогу защитить тебя от всей той грязи, что находится на изнанке нашего мира. Чтобы ты продолжала сиять.
  - Но почему я?- вскинулась девушка. Глаза её блестели лихорадочным блеском.- Я же по сравнению с тобой пустышка!
  Лишь одно мгновение смысл её слов не доходил до него. Слова повисли в воздухе, начиная отсчитывать точку невозврата.
  А потом на него со всей своей неумолимой, всесокрушающей мощью навалилось понимание.
  Она ему не доверяет. По-прежнему не доверяет. Признаки этого были и раньше, практически незаметные, косвенные. Но сейчас они сложились в его голове в отчётливую картинку.
  Самой важной уликой, доказывающей недоверие, было то, что Вероника называла его по имени отчеству. Как он там думал раньше? Всё это время она видела в нём не деньги и не внешность, а его самого?
  Ха-ха, какая ирония. Ведь это было неправдой. Вся чудовищность этой ситуации была в том, что она не видела в нём Игоря, мужчину, который из шкуры вон лез всё это время, чтобы быть с ней рядом. Нет, всё это время она видела в нём в первую очередь преподавателя, а уж потом человека. А теперь всё стало хуже, гораздо хуже. Ведь если за фасадом преподавателя она ещё могла разглядеть его истинную личность. То за фасадом гениального хирурга, того самого ученика прославленного профессора Радоги, она его никогда не разглядит.
  Он почувствовал себя оскорблённым, почти преданным. Но это было бы ещё пол беды. Ведь и раньше многие в первую очередь видели в нём не человека, а сборище штампов. Он, можно сказать, почти уже привык к этому.
  Но то, что она ему не доверяет, меняло фактически всё.
  Он не зря в начале этого конфликта подумал в первую очередь о завистниках. В своё время их тяфканье попило у мужчины немало крови. Эти шафки затихли сравнительно недавно, ведь поняли, что толку с их телодвижений не будет. Тем более, мстил он им очень изощрённо. Особенно в тот период, когда они мужчину вконец достали.
  Но Вероника, как не крути, его слабое место. И её недоверие делает их отношения заранее обречёнными на провал. Ведь из-за её мнительности, если к ней подойдут и скажут, например, что Игорь ей изменяет, потому что такая малолетка, как она не способна удовлетворить всеми уважаемого хирурга Красницкого, то она поверит. Поверит едва ли не сразу. А если к этому добавить фразу другую, девушка благородно отойдёт в сторонку, чтобы не мешать ЕГО счастью. Возможно, даже сама инициирует разрыв.
  И учитывая, что это лишь самый простой пример, что может сделать с их отношениями её недоверие, Игорю сделалось по-настоящему страшно. А учитывая, что это самое доверие он завоёвывает у неё уже больше полугода, но так ничего и не добился, заставляло мужчину едва ли не взвыть.
  Что же делать? Он не готов, не хочет её отпускать!
  - Молчи,- едва ли не прорычал Деспот, глядя на девушку потемневшим взглядом.- Никогда. Не смей себя ТАК называть! Я никогда до тебя никому в любви не признавался. Думаешь, это ничего не значит?
  Больше не находя слов, пытаясь перебороть острое чувство ярости и страха, он её поцеловал. Поцеловал так, как не позволял себе никогда. Вкладывая в поцелуй, в каждое своё прикосновение всю ту нерастраченную страсть, что копил в себе. Всю надежду на то, что эта история ещё может хорошо закончится. Что у него получится её переубедить.
  Но непоправимое уже произошло. Ведь в его душе поселился страх.
  Пускай люди говорят, что существует множество чувств, которые разрушают человека изнутри. Но, к примеру, ревность заставляет человека искать ненавистного соперника, сравнивать себя с ним, может даже самосовершенствоваться, чтобы стать вровень. Месть заставляет тоже двигаться в перёд, изучать своего врага, искать способы, чтобы его победить.
  Нет, единственное по-настоящему деструктивное чувство у человека это страх. Ведь жизнь это движение. А страх заставляет застыть, замереть, перестать бороться, туманит разум, не давая ему провести правильный анализ и оценку ситуации.
  Игорь испытывал страх в своей жизни, все его испытывали. Но мужчина всегда переступал через него, всегда оставлял позади. Но Вероника была ему слишком дорога, а ситуация казалась почти неразрешимой. И яд страха в тот момент прочно поселился в его душе.
  
  Страсть и предубеждение
  
  Он сидел за рабочим столом ординаторской, откинувшись на спинку стула и уставившись невидящим взглядом в потолок. В душе царило опустошение, почти даже апатия. Уж слишком многое на него в последнее время навалилось.
  - Э-э-э, брат,- остановился возле него Каменников.- Что-то ты совсем размяк. Я бы ещё понял, если бы это была первая смерть твоего пациента. Надеюсь, ты в курсе, что он итак был фактически безнадёжен?
  - Тоже мне, открыл Америку,- криво улыбнулся Игорь, переведя взгляд на приятеля.- Я сам его оперировал, уж мне ли не знать?
  - Тогда не понимаю,- озадаченно почесал подбородок хирург, после чего положил руку на его плечо.- Пошли в каптёрку, поболтаем. Может чашка чая повысит тебе настроение. А то ты сбиваешь у всех рабочий настрой своим кислым видом.
  Хмыкнув, Деспот решил не сопротивляться.
  Уже сидя перед кружкой свежезаваренного чая, он не находил в себе сил притворяться, что всё хорошо. Не видел смысла искать темы для разговоров. Как это ни странно, коллега тоже молчал, периодически бросая на Красницкого пытливые взгляды.
  - Знаешь, какой самый большой страх патологоанатома?- внезапно спросил Каменников, заставляя мужчину удивленно вскинуть брови и отрицательно качнуть головой.- А бояться они что трупак неожиданно оживёт.
  - Что-то мало в это вериться,- непроизвольно улыбнулся Деспот.- Учитывая то, что они способны спокойно съесть комплексный обед в присутствии трупа.
  - Это да, но он же не шевелиться,- поучительно поднял указательный палец приятель.
  - Похоже, ты перечитал фантастики, друг мой,- иронично посмотрел на него Игорь.
  - Ну, как сказать,- усмехнулся Каменников.- Был в этом году у них один курьёз. Если начать издалека, то жил был мужик. Толковый мужик, работящий, пил он крайне редко.
  - Я не понял, ты мне сказку решил рассказать?- весело посмотрел на хирурга Красницкий.
  - Слог у меня такой, не перебивай,- деланно нахмурился приятель.- Так вот, пригласили однажды мужика на юбилей. А так как пил он крайне редко, то немного перебрал. Жил он в частном секторе, и когда добирался домой, то не устоял на ногах и брякнулся в сугроб. Только вот подняться уже не смог, так и заснул. Только вот на улице в тот период были жуткие морозы.
  - Не продолжай,- скривился Игорь.- Итак понятно, что дальше было.
  - О, поверь,- ухмыльнулся Каменников.- Там всё было гораздо веселее. Ведь мужик таки очнулся. Очнулся на анатомическом столе, от острой боли в животе. В офигении посмотрел на охреневших паталогоанатомов. Потом увидел, что из него начинает вываливаться содержимое живота, после чего брякнулся в обморок. Очнулся уже в хирургии, зашитый.
  - Нихрена себе,- офигел Красницкий.- Это как до такого дошло?
  - Ну,- хмыкнул хирург.- Был знатный скандал. Этот случай разбирали чуть ли не под микроскопом. Нашли мужика, похоже, сравнительно быстро. Вызвали скорую. Парамедики пощупали пульс, оценили состояние тела и пришли к выводу, что реанимационные мероприятия уже запоздали. А дальше уже вмешался случай. Одно из двух, либо у мужика в тот момент был летаргический сон, а в скорой он отогрелся и всё нормализовалось. Некоторые утверждают, что возможно в тот момент он был всё же мёртв, но во время погрузки в машину его встряхнули и сердце его автоматически запустилось.
  - Мда уж,- хмыкнул Деспот.- Бывает же такое.
  Игорь задумался о чём-то своём, но вид уже имел не до такой степени мрачный. Каменников остро посмотрел на мужчину, удовлетворённо кивнув своим мыслям. Что бы с Деспотом не происходило, но своей цели хирург достиг и смог увести мрачные мысли друга в другую, более нейтральную сторону. Иногда с ним бывает так сложно...
  До Красницкого гораздо позже дойдёт, почему его коллега ведёт себя с ним именно так. Далеко не сразу, но со временем он поймёт, что уже давно обрёл в лице Каменникова хорошего друга.
  Сейчас же мужчине было, мягко говоря, не до того. Ведь Деспот чувствовал, что с каждым днём всё сильнее теряет контроль над ситуацией. Иногда и сам не понимая логику своих поступков.
  Одно он знал наверняка. Маришка была права. Он слишком долго себя сдерживал. Стоило только плотине его самоконтроля треснуть, как сдерживать себя стало просто невыносимо.
  Хуже всего было то, что ему в чём-то эта ситуация нравилась. Ведь, по сути, всё это время он был с Вероникой очень деликатен. Боясь разворошить в её душе старые раны, слишком отчётливо вспоминая, чем закончилась его прошлая несдержанность, он запретил себе даже думать о большем. Единственное, в чём мужчина не смог себе отказать, так это в том, чтобы как следует исследовать её тело, маскируя всё это под невинные прикосновения и чутко прислушиваясь к её реакциям. И это стало поистине страшным оружием.
  Теперь во время каждого их поцелуя он пользовался полученной информацией. И откровенно млел от того, насколько неожиданно острый отклик получил от девушки. Каждый раз она уходила от мужчины разрумяненная, даже разгорячённая. Блеск её глаз ясно показывал, что его страсть отныне является не односторонней.
  Но это были полумеры. Да, новые ощущения заставили Нику переключится от ненужных для него мыслей на неожиданные для неё реакции собственного тела.
  Но было одно но...
  Страсть ведь была не односторонней. Игорь тоже ходил в перманентно возбуждённом состоянии. Холодный душ начинал переставать помогать. Рукоблудием ему было заниматься откровенно мерзко, он давно уже не был подростком, а популярность мужчины у женского пола позволила забыть на долгие годы о таком способе снятия напряжения.
  Но всё шло к тому, что если Игорь ничего не сделает, то ему придётся вернуться к древнему, как мир, способу снятия излишнего пара.
  Именно поэтому, в один из дней, когда мужчина в очередной раз целовал девушку у её дома, ощущая болезненное, почти невыносимое напряжение в штанах, он решился. Оторвавшись от её губ, он уткнулся куда-то в шею девушки и выдохнул:
  - Может, ко мне домой?
  Как и следовало ожидать, девушка сходу поняла весь скрытый контекст его предложения. И тут же стала подыскивать оправдания и отмазки, почему не может прийти к нему домой. Собственно, это тоже неожиданностью не стало. Но так просто отступать он тоже был не намерен.
  - А может,- хрипло спросил Игорь.- Я смогу тебя переубедить?
  Если раньше он хоть немного, но сдерживался. То теперь мужчина целовал её со всей, столь долго копившейся в нём, страстью. Он буквально ухнул в свои ощущения, едва ли не теряя контроль над ситуацией. В штанах едва ли не пульсировало. Мысли путались, опалённые жаром желания. А ощущение, что Вероника буквально плавится в его руках. Её хриплое дыхание, едва ли не прерывающееся стонами. То, как девушка старается поплотнее к нему прижаться. В итоге, услышав с её стороны столь долгожданный стон, он был почти уверен, что достиг желаемого.
  Ощущая, что ещё немного и он окончательно утратит контроль над ситуацией, Игорь с трудом заставил себя остановиться. Посмотрел потемневшим взглядом в укрытые лёгкой поволокой глаза Малышки, он постарался сделать как можно более непринуждённый вид.
  - Не передумала?- провокационно спросил он.
  Девушка судорожно вздохнула. Глаза её забегали по его лицу. Несколько раз немо открыв и закрыв рот, она внезапно для него выдохнула:
  - Нет.
  У него внутри будто что-то оборвалось. Мужчина застыл, не в состоянии до конца осознать ответ девушки. Во рту начал проявляться горький привкус разочарования.
  Опять. Она опять отталкивает его.
  Когда-то он слышал, что девушки отдают свою невинность чаще всего тем, кому полностью доверяют. Столько времени. Столько усилий. А она по прежнем его отвергает.
  Взгляд Игоря похолодел.
  - Что ж,- криво усмехнулся он.- Это будет даже интересно.
  Резко развернувшись, пружинящей походкой он стал удаляться. Стараясь скрыть насколько ему тяжело, насколько он зол и разочарован.
  Оказавшись дома, Игорь буквально рухнул в кресло перед камином. Глядя в чёрное зево кирпичной ниши, не раскрашенной отблесками огня, он старался хоть немного абстрагироваться. В штанах по-прежнему пульсировало. По телу разливалась горечь разочарования. Скрипнув зубами, он сжал руку в кулак, ощущая как в ладонь впиваются ногти.
  А потом на первое место в его эмоциях выступила злость. Душой завладело острое чувство протеста.
  Сколько можно? Он ведь так её берёг, был всё это время, особенно для себя, до неприличия деликатен. Столько для неё сделал, буквально из шкуры вон лез. Но Вероника этого не оценила. Опять оттолкнула. Он ведь многого не просит. Просто толику её доверия.
  Но это было последней каплей. Теперь он имеет право на месть. С этих пор Игорь не будет сдерживаться. Он заставит её прочувствовать всё то, что он ощущал в последние пол года. И он сдохнет, но не даст девушке вожделенное чувство разрядки, пока она своими же руками не разрушит созданную ей же самой между ними стену.
  А как критерий того, что она сдалась, подойдёт хотя бы тот факт, что она начнёт называть его по имени. Может тогда до Вероники, наконец, дойдёт, что он не преподаватель, не хирург, а в первую очередь человек и мужчина.
  Злость редко когда была надёжным советчиком. Но переполненная чаша терпения диктовала ему свои условия. И Красницкий буквально упивался тем фактом, что с каждым днём Веронику всё сильнее и сильнее поглощает страсть.
  Собственно, он и держался только на этой злости. Ведь и сам ходил по краю лезвия бритвы. Выдержка его дала первую трещину, когда он впервые за долгие годы занялся самоудовлетворением в душе. Хотя после этого у него было неимоверно гадко на душе. И это чувство тоже переплавилось в злость, которая помогала ему держаться.
  Лунная ночь посеребрила светом кожу обнаженного женского силуэта. Хрупкая фигурка девушки расположилась на нём сверху, скользя из стороны в сторону, делая круговые движения. Острое чувство наслаждения от её движений растекалось по телу, опаляя сознание и тело жаром. Задорно торчащие соски гипнотически покачивались в такт, неизменно приковывая взгляд мужчины. В какой-то момент девушка сделала более резкое, более рваное движение. Из её губ вырвался неприкрытый стон, от которого вдоль его позвоночника к голове прошел едва ли не электрический импульс. Больше не в состоянии себя сдерживать, он подхвати девушку руками за бёдра, задавая уже свой, более рванный, более агрессивный, гораздо более быстрый темп. Она вскрикнула, после чего стоны стали более частыми. Более интенсивными. Острота ощущений возросла многократно. Буквально теряя голову, он начинал терять связь с миром и временем. Громко застонав, девушка получила разрядку. Осознание этого факта прошило его тело острым чувством наслаждения. Он выгнулся, давая себе волю. Теряясь в своих ощущениях.
  - Вероника,- почти прокричал он и внезапно распахнул глаза.
  Игорь лежал в своей кровати, загнанно дыша. Вокруг царил полумрак ночи. Сердце мощно билось о грудную клетку. По телу продолжали гулять от голоски затухающего оргазма.
  Но что самое худшее, в трусах было до неприличия липко и мокро.
  Осознав всё произошедшее, мужчина разочарованно и горько застонал, приложив тыльную сторону ладони ко лбу.
  Это было уже слишком. Похоже, он сходит с ума.
  Такое начало дня настроение Деспоту отнюдь не прибавило. Злой, как свора диких собак, он с трудом заставил взять себя в руки. Но отчётливое ощущение, что он окончательно утратил контроль над ситуацией, не покидало его.
  И так уж совпало, что именно в тот самый день Вероника решилась на его соблазнение. Увидев её в новом антураже, Игорь застыл. Глаза против воли прикипели к тонкой фигурке, скрытой полупрозрачной блузкой. Взгляд соскользнул к отчётливой ложбинке между грудей.
  Непроизвольно сглотнув комок в горле, мужчина заскрипел зубами.
  Чёрт, она доиграется.
  Весь день его чувства были в раздрае. Он уже и сам был не рад, что начал эту игру. Сдерживать себя с каждым днём становилось всё сложнее и сложнее. Фривольные фантазии с вполне понятным подтекстом заполнили буквально все его мысли.
  Игорь хотел проигнорировать её провокацию. В большей мере потому, что был не уверен, что сумеет сдержаться. На протяжении дня он был уверен, что так и поступит. Первую трещину его убеждение дало, когда в его машину села эта мелкая бестия. Но когда девушка вышла наружу возле своего дома, он уже был чётко уверен, что не сможет её просто так отпустить.
  С грудным рыком Игорь в итоге прижал Нику к машине. Ощущая в столь восхитительной близости её хрупкое тело, мужчина решил не откладывать свои планы в долгий ящик. Сегодня он заставит её не просто назвать его по имени. Он сделает так, что девушка будет это имя стонать многократно.
  К тому моменту они оба были на грани. Красницкий так разошелся, что стал использовать совсем уж запрещённые приёмы. А отклик со стороны девушки заставлял просто таки терять голову.
  Но он слишком хорошо помнил данное себе обещание. Стена между ними должна быть разрушена. Он получит её доверие, так или иначе.
  - Я могу это всё прекратить. Я дам тебе всё, что ты захочешь,- едва ли не в горячке шептал мужчина.- Только скажи моё имя.
  Но она молчала, задыхаясь от страсти, глядя на него потемневшими карамельными глазами.
  - Имя,- чуть ли не прорычал мужчина.
  Когда же девушка качнула головой в отрицательном жесте, Игорю показалось, что он ухнул в какой-то глубокий, холодный и тёмный колодец.
  Опять. Опять в его действиях и поступках не было никакого смысла. За что?
  - Жаль,- разочарованно уронил он и отстранился.
  Вероника смотрела на него чуть ли не умоляющим взглядом. Грудь её судорожно вздымалась, было видно, что девушка еле стоит на ногах. Плечи её сгорбились, вид был почти что жалким. На секунду ему подумалось, что в этот раз он поступает уж слишком жестоко.
  Но разочарование Игоря было настолько сильным, что мужчина буквально заткнул острый крик своей интуиции, разворачиваясь и удаляясь к машине.
  
  Учитель и его ученик
  
  Из форточки веяло утренней прохладой. Лёгкий сквознячок заставлял невесомые, белоснежные занавески идти лёгкой волной. А он лежал на боку, на кровати. По телу разливалось чувство лёгкости и столь долго им не испытываемой телесной и духовной удовлетворённости. Подперев голову рукой, он с тёплой улыбкой смотрел на лежащую рядом Веронику. Малышка была расслабленной и иногда, почему-то, морщила свой аккуратный носик, от чего до ужаса напоминала котёнка.
  Он смотрел на неё, и в душе поднималось отчётливое понимание, что теперь он её ни за что не отпустит. Никогда.
  Но надо заняться её воспитанием. Тем более у него появился великолепный способ его провести. И желательно, чтобы воспитание проходило каждый день.
  Игорь даже знал, как это провернуть.
  Ну чем не кнут и пряник? Сначала оргазм, а после, пока девушка будет расслабленной и открытой, разговоры по душам, в попытке вытравить из её головы всех возможных скопившихся там тараканов. И так каждый день, постоянно. Это будет даже приятно, что ей что ему.
  Он больше не допустит, чтобы между ними возникла хоть тень недопонимания. Ведь слишком отчётливо помнит тот ад, в который окунулась его жизнь полтора месяца назад.
  Зря он не послушал тогда свою интуицию. Она его ещё никогда не подводила.
  Нет, он в какой-то степени даже жалел, что перегнул тогда палку. Но и особо виноватым себя не чувствовал. Уж слишком сильно своими последними поступками Вероника уязвила гордость мужчины.
  Но мнение его тут же переменилось, стоило Игорю увидеть свою малышка в тот миг, когда она вышла к нему из-за калитки. Выглядела девушка усталой и подавленной. Но хуже всего, что подойдя к нему она посмотрела на мужчину настолько отстранённым, настолько безразличным взглядом, что в груди его всё буквально заледенело. Он так растерялся, что даже не подумал об их ставшим обязательным утреннем поцелуе. А Малышка и не настаивала. Протяжно вздохнув, она молча забралась в машину.
  Плохое предчувствие начало нарастать. Спина покрылась мелкими, морозными мурашками. Игорь хотел было посмотреть на девушку, но делать это было почему-то до одури страшно. Вместо этого Деспот молча завёл машину и вырулил на трассу.
  - Знаешь,- разорвал тишину наполненный практически арктическим холодом голос Вероники.- Наверное, нам стоит некоторое время выдерживать дистанцию.
  От этой фразы у Игоря внезапно спёрло дыхание. Тело пробрало такое всеобъемлющее чувство ужаса, что мысли в его голове, казалось, заледенели. Словно сквозь вакуум он услышал свой собственный голос.
  - Что ты имеешь в виду?
  Неужели.
  Не может быть.
  Она хочет его бросить?
  Сердце сжалось от страха. У виска громко за пульсировала кровеносная жилка. Пальцы на руле сжались до побелевших костяшек.
  - Знаешь,- устало вздохнула девушка.- я так хочу выспаться. Скоро сессия...
  Оправдания. Опять оправдания. Только в этот раз всё намного, много хуже. От понимания ситуации, от невозможности что-либо изменить мужчина скрежетнул зубами.
  - Сбегаешь?- лязгнул голос Деспота.
  От этого девушка вжала голову в плечи, бросая на него взгляд исподлобья.
  - Да,- бесхитростно проронила она.- До конца сессии.
  Остаток пути они не проронили ни слова. Тишина вокруг в этот миг впервые за долгое время была очень неуютной, вязкой, давящей.
  Она ушла, а мужчина всё продолжал сидеть, вцепившись мёртвой хваткой в руль, невидящим взглядом глядя в лобовое стекло.
  Было такое ощущение, что он висит над бездонной, холодной пропастью. А спасательный трос, что держит его на плаву, прохудился до тоненькой ниточки. Ужас произошедшего заставил его мироощущение трещать по швам.
  Игорь впервые оказывался в такой ситуации. Как он уже сейчас понимал, раньше он скорее позволял себя любить, чем любил сам. С Малышкой же ситуация была особая. Она ворвалась в его жизнь осенним порывом ветра и буквально пинком вышибла его из зоны комфорта. Одно лишь её присутствие в его жизни поменяло столь многое, что Игорь до сих пор не мог в это поверить. Вероника буквально перевернула всю его жизнь.
  И Красницкий был практически уверен, что больше никого и никогда в своей жизни он не сможет полюбить так сильно. Если она его бросит, он хоть и сможет со временем собрать себя по кусочкам. Но до конца своей жизни Игорь будет сравнивать всех его женщин именно с ней.
  Но, к его ужасу, о Веронике едва ли можно сказать то же самое. Да, девушка испытывает к нему глубокое чувство привязанности. Но так ли оно сильно?
  Последние события явно показали - не очень.
  И ведь со временем, если они расстанутся, она найдёт себе другого. И будет вспоминать события своей первой влюблённости хоть и с теплотой, но они явно не оставят на её душе столь глубокий осадок.
  Похоже, он влип. Крепко влип. И как выпутываться из этой жуткой ситуации, мужчина совершенно не понимал.
  Прогнозируемо, с тех пор жизнь для Игоря превратилась в самый настоящий ад. Он и раньше знал, что любит. Любит искренне, самозабвенно, как никого и никогда. Но всю степень этого чувства он осознал только сейчас.
  Он хотел прикоснуться, но кончики пальцев холодели от мысли, что в ответ ставшие родными глаза посмотрят с укоризной. Он хотел обнять, вдохнуть ставший для него почти наркотиком такой характерный для Малышки запах, но от понимания, что его могут оттолкнуть, больно сжималось сердце. Хотел спросить, как прошел день, но в ожидании услышать резкий, обезличенный ответ, язык просто примерзал к нёбу. Он делал вид, что всё нормально. Посекундной контролировал свою мимику.
  А сам от тоски и безнадёги дома был готов буквально выть. Он тосковал, ему не хватало её так сильно, что жизнь для мужчины буквально превратилась в пытку. Видеть Веронику каждый день, отвозить домой, помогать с уроками и не сметь к ней даже прикоснуться, не то что даже поцеловать. Наблюдать издалека за её оживлёнными разговорами с одногруппниками. И чудовищно, почти смертельно им завидовать.
  Продержался он две недели. А потом понял, что больше так не может. Не может видеть её живой и весёлой издалека, рядом с собой наблюдая лишь безликий фантом. Он устал. Смертельно устал.
  - Здравствуйте, Александр Николаевич,- проговорил он в трубку.
  - О, объявился таки,- как всегда ворчливо отозвался наставник.- Два месяца от тебя ни одной весточки не было. Имей совесть, Волчонок, почему я должен о твоей жизни узнавать со сплетен?
  - Мда, давненько не звонил,- неловко почесал затылок Игорь.- Простите.
  - Небось и сейчас по делу звонишь.
  - Ну как бы,- совсем стушевался Красницкий.
  - Мда, некоторые вещи в этой жизни совсем меняются,- с какой-то даже грустью озвучил Радога.- Чего хотел-то, парень?
  - Ну,- закусил губу Деспот.- Я бы хотел немного развеяться. У вас есть на примете какая-то длительная плановая операция? Не обязательно тяжелая, просто...
  - Развеяться, говоришь?
  Ему показалось, или в голосе наставника послышалось подозрение.
  - Есть одна,- после недолгого молчания ответил тот.- Ехать, правда, не в столицу, а чуть ли не в другой конец страны. Зато в случае наличия свободного времени сможешь по горам полазить. Мне-то уже не по возрасту. Да и ради подобной операции никто меня из дома не выдернет. Зато под твои требования подходит в самый раз. Операция каскадная, в три этапа. Не буду по телефону рассказывать, лучше если согласишься файлы вышлю.
  - Звучит замечательно,- Игорь улыбнулся краешком губ.
  Теперь осталось только поставить в известность Веронику.
  Сердце в очередной раз тоскливо сжалось. Правильно ли он поступает?
  Но увидев её на следующий день. Представив, что они продолжат ходить друг возле друга безликими, без эмоциональными призраками, Игорь понял, что его вариант действий лучший из худших.
  - Мне надо уехать,- бросил её в спину после пары Красницкий. Плечи девушки дрогнули, она резко обернулась. И мужчина поспешил отвести взгляд, опасаясь увидеть в её глазах так ранившее его две недели назад безразличие.- Тяжелый пациент. Операция будет идти в несколько этапов...
  И вновь между ними воцарилось молчание. На плечи начала давить вязкая, тяжелая тишина. Не выдержав этого, мужчина кивнул Веронике и резко зашагал в сторону выхода.
  - Я буду звонить!- внезапно выкрикнула она.
  Сердце в груди радостно ёкнуло. Неужели он всё же ей дорог и она будет скучать? Но обернуться, чтобы окончательно убедить себя в этом, мужчина не нашел в себе сил.
  - А я возьму трубку,- уронил он, окончательно скрывшись за дверью.
  Ехать и впрямь было далековато. Но времени, чтобы вовремя добраться, у хирурга было более чем достаточно. Всю дорогу он изучал историю болезни пациента. На промежуточных станциях сделал пару нужных звонков.
  Прибыл он в город ранним утром. Сбросив вещи в заранее зарезервированной комнате отеля, он тут же вызвал такси и направился в областную больницу.
  Встретили его как родного. Завотделением жал ему руку, улыбался приторной улыбкой. Выглядело это всё странно.
  - Понимаете,- наконец признался о причинах своего поведения Грегоришин, пузатый импозантный мужчина с начинающейся залысиной на затылке.- Пусть отделение нейрохирургии у нас существует достаточно долго. Но мы делали простейшие, самые распространённые операции. Новое оборудование завезли буквально пол года назад. И это просто прекрасно, что первые шаги наших специалистов сможет проконтролировать такой профессионал, как вы.
  - Понимаю,- уже более уважительно кивнул Игорь. Теперь ему стала понятна вся эта суета.
  С этими словами они достигли, наконец, ординаторской. Выглядела она более обновлённой, чем в его родной больнице, хоть и в два раза более маленькой. Видно, недавно в отделении делали косметический ремонт.
  - Знакомьтесь, Иван Николаевич,- тут же указал на щуплого, слегка сутулого мужчину Григоришин.- Работать вы будете совместно. Он введёт вас в курс дела.
  Уважительно кивнув, Игорь пожал руку своему коллеге. После взгляд его скользнул по лицам остальных врачей и замер на лице черноволосого, крепко сложенного парня, который смотрел на Деспота почти с неверием. А когда их взгляды пересеклись, он нервно передёрнул плечами.
  - Синицын?- с недоверием, но даже с некоторым весельем спросил Игорь.
  - О, это наш новенький,- улыбнулся завотделением, жестом подзывая к себе парня. Глубоко вздохнув, тот поднялся со стула и остановился неподалёку.- Насколько я знаю, интернатуру он проходил в вашей больнице.
  - Это точно,- насмешливо фыркнул Красницкий.
  - Очень талантливый молодой человек,- широко улыбнулся Грегоришин.- Не понимаю, почему ваша больница не оставила у себя такого талантливого специалиста.
  - Ну, были и по талантливей,- задумчиво посмотрел на парня Игорь.- Хотя на третьем году интернатуры он себя показал очень даже не плохо.
  Синицын в неверии вскинул свой взгляд на Деспота. Рот его в шоке приоткрылся. Но после, внезапно для Красницкого, парень посмотрел на него с неприкрытым восторгом.
  - Спасибо,- просиял он.
  - Деспот, я полагаю,- внезапно заулыбался Иван Николаевич, но увидев вопросительно вскинутую бровь Игоря, поспешил уточнить.- Он про вас много рассказывал. И я до сих пор не могу понять, злиться ли он на вас или боготворит.
  Зло посмотрев на хирурга, парень опустил глаза в пол и густо покраснел.
  - О-о,- озадачено проронил Красницкий.
  Похоже, его труды в обучении интернов не были напрасными. Это же надо, с каким восторгом реагируют на его похвалу.
  Работу наладить получилось более чем успешно. Синицин почему-то ходил за ним хвостиком, закидывая вопросами. Странно, мужчине всегда казалось, что интерны его бояться. Вскоре даже некоторые коллеги начали обращаться к нему за консультацией. Так как в отеле находиться подолгу Игорь не хотел, он подолгу оставался в отделении, обсуждая с врачами научные статьи, интересные случаи, происходившие в их и его практике.
  Но стоило Игорю оказаться в отеле, как настроение его тут же падало. Деспот с тоской смотрел в тёмный экран ноутбука зная, что даже если Вероника ему позвонит, от этого не стане ни чуточку лучше.
  Всё те же обезличенные разговоры. Всё тот же контроль за эмоциями и мимикой. Он чувствовал себя зверем, угодившим в безнадёжную ловушку.
  Время шло. Операция проходила более чем успешно. Вот уже завершен третий и последний этап. Пациент стабилен, они буквально выгрызли для него десяток лет жизни.
  Скоро уже будет пора возвращаться домой.
  Но планы его были резко разрушены.
  - Волчонок, я знаю, что твоя работа на этом этапе закончена. И кстати, я в городе,- поставил его перед фактом наставник.
  - Каком?- глупо переспросил Игорь.
  - В твоём, дурында,- проворчал он.- Значит так, собирайся. Через два часа я к тебе заеду на такси. Мы едем в командировку.
  - Александр Николаевич,- буквально взвыл мужчину.- Ну, какая командировка?
  - Такая,- припечатал профессор Радога.- В горах будет проходить семинар. Ну как семинар, зная этих гавриков я бы назвал это больше алкатуром.
  - Вы смеётесь надо мной?- опешил Игорь.
  - Да если бы,- тяжко вздохнул наставник.- Там собираются самые талантливые медики страны. Чтобы культурно отдохнуть. Нет, ну там будут презентации и выступления,- поправил себя мужчина.- Но кто их там слушает?
  - Друдом,- выдохнул Красницкий.- А без меня никак?
  - Только попробуй отказаться,- с угрозой в голосе сказал Радога.- Я тебя хочу кое с кем познакомить, так что ноги в руки и вперёд.
  Учитывая, что отказывать наставнику Игорь не умел, пришлось ему ехать на местную тусовку. Единственное светлое пятно было в том, что он увидела профессора, по которому успел страшно соскучиться. И с тоской отметил, что мужчина постарел ещё сильнее. В жидких тёмных волосах солидно прибавилось седины. Но светло-серые глаза всё так же были наполнены жизнью и задором. Всё такой же худощавый и высокий, лета не стали пригибать его фигуру к земле. Александр Николаевич был всё так же энергичен и подвижен.
  Что что-то идет не так, Красницкий понял тогда, когда они подъехали на бусиках к подвесной канатной дороге. На вытоптанной площадке стоял вагончик без окон, хорошо хоть с крышей. Туда сразу же нырнуло несколько человек, но в остальном...
  Поближе к вагончику начали стягивать ящики алкоголя. В итоге к местному санаторию они добирались достаточно долго, потому что вагончик был один, а в каждую ходку он брал максимум по пять человек. Остальное место занимали ящиками водки, вина и коньяка.
  - Куда вы меня притащили,- с неприкрытым ужасом в голосе спросил у Радоги Красницкий.
  - Не дрейфь, Волчонок,- хлопнул его по руке наставник, рассмеявшись.- Никто тебя напиваться заставлять не будет.
  - Меня больше волнует, что здесь нет ни телефонной, ни интернет связи,- нахмурился мужчина.
  Нет, ну Игорь конечно знал, что медики могут гулять с размахом. Но чтобы так...
  Хорошо хоть еда была что надо. Культурно отдыхали они на большой поляне, под навесом. По бокам была расположена вереница беседок для более мелких компаний. Всё остальное пространство заполонили мангалы.
  Познакомил Радога его с какими-то иностранцами. Хорошо хоть он неплохо владел разговорным английским. В первый час с ними даже было интересно разговаривать, но потом они приняли на грудь и дальнейшее общение разладилось.
  Подхватив со столика бокал вина, Красницкий проследовал в ближайшую свободную беседку, с тоской наблюдая за окружающей его суетой.
  Связи не было. Веронике он позвонить не сможет.
  Тяжело вздохнув, он поднял свой взгляд, рассматривая удивительно звёздное небо. И даже не заметил, как рядом с ним приземлился профессор Радога.
  - Как всегда угрюм и недружелюбен,- прищурился Александр Николаевич.
  - Кто эти иностранцы?- пристально посмотрел на него Игорь.
  - И всё так же предпочитаешь говорить исключительно по делу,- закатил глаза профессор.- Ребята из Швейцарии. Хотят подписать контракт с несколькими больницами по стране. Я порекомендовал твою, сказал, что ты будешь отличным куратором.
  - Что за контракт?- подобрался Игорь.
  - Они разработали новую программу лечения детей с врождёнными патологиями субарахноидального пространства,- лукаво посмотрел на него наставник.- Обещают предоставить своё оборудование и медикаменты. Их интересует лишь создание единого научного пространства на эту тему. Наших специалистов обещают обучить.
  - Постойте,- с шоком посмотрел на него Красницкий.- Детская нейрохирургия? Вы с ума сошли! Я же с этим никогда не имел дела!
  - Ничего, научишься,- хлопнул по плечу Игоря профессор.- Сколько той жизни? Но меня в корне не страивает, что ты полностью плюнул на научную деятельность. Научная степень это престиж. С ней у тебя будет больше возможностей.
  - Да мне и без этого возможностей хватает,- проблеял ошарашенный новостями хирург.
  - Дурень, всякое в жизни бывает,- фыркнул наставник.- А с такой базой ты не только сможешь написать очень даже неплохую научную работу. Но даже в случае чего выйти на международный уровень.
  - Но это же дети,- почти что взвыл Красницкий, приложив ладонь к лицу.- Я и Дети? Вы издеваетесь?
  - А что,- лукаво посмотрел на него Александр Николаевич.- Мне тут говорили, что вполне возможно и у тебя свои спиногрызы скоро появятся.
  - Ч-что?- совсем растерялся мужчина. Сердце в груди тревожно ёкнуло.
  - Говорят, ты завёл себе подружку,- хитро прищурился профессор.- И не просто какую-то очередную проходную мамзельку. Говорят у тебя там всё серьёзно.
  Услышав эти слова, Игорь сначала весь окаменел, вскинулся, но после ссутулился и сдулся словно воздушный шарик.
  - Эй, Волчонок,- с тревогой спросил наставник.- С тобой всё в порядке?
  - Да,- глухо отозвался мужчина.
  - Что ты мне макароны на уши развешиваешь,- стукнул его по плечу Радога.- Рассказывай давай.
  - Но...
  - Эх, Волчонок,- внезапно погладил его по голове профессор, стараясь посмотреть мужчине в глаза, но тот их постоянно отводил.- Вас же, учеников, у меня совсем мало. И, между прочим, ты из них самый талантливый, хоть и ершистый. Вы же все для меня как сыновья и дочки. Я же в вас душу вложил. Переживаю. Расскажи старику, что же всё-таки у тебя приключилось?
  Услышанная правда буквально долбанула его под дых. Его картина мира в очередной раз перевернулась. В горле будто застрял тугой комок, который было просто невозможно сглотнуть.
  Как же он мечтал всё это время услышать нечто подобное!
  Не удержавшись, он судорожно втянул в лёгкие воздух.
  - Ну, чего ты?- встревожился наставник и внезапно надавил на его голову, заставляя положить её на плечо наставника. Успокаивающе перебирая тёмные волосы Игоря.
  В груди потеплело. Расслаблено закрыв глаза, он начал свой рассказ. Без прикрас, всё с самого начало вплоть до сегодняшних событий.
  - Мальчишка,- с нежностью выдохнул наставник.- Повзрослевший, заматеревший мальчишка. Но всё такой же глупый. Ты же её всё это время буквально дрессировал. Провоцировал на определённые действия и поступки, ожидая отклика. Неужели нельзя было просто поговорить? Вдруг её действиям нашлось бы объяснение?
  Отчётливо ощущая себя подростком, Игорь нахмурился и обиженно засопел.
  - Ты правильно сказал, она ещё молодая и глупая,- легко засмеялся профессор.- Может часто ошибаться, интерпретируя твои поступки с высоты своего скудного опыта. Но, судя по всему, девочка она умная. Вот почему ты не рассказал ей о ходе расследования по Подольскому?
  - Там столько грязи,- отчётливо скривившись, буквально выплюнул Игорь.- Незачем ей во всё это вмешиваться.
  - А вот и зря,- протянул Радога.- Хоть вкратце мог бы и рассказать. Она же переживала. И почему-то я полностью уверен, что переживала она в первую очередь за тебя.
  Слова наставника больно царапнули. Красницкий закусил нижнюю губу и пристыжено опустил взгляд. А ведь наставник в чём-то прав.
  - Ты всегда был слишком авторитарен,- тяжко вздохнул профессор.- Поговори с девочкой. Увидишь, сразу после этого у вас всё наладиться.
  -Спасибо,- выдохнул мужчина, прикрывая глаза. Наслаждаясь тем фактом, что похоже он сегодня, наконец, обрёл отца.
  Возвращаясь из этого алкатура. Причём трезвым за этим сборищем было наблюдать довольно забавно. Некоторые из присутствующих на третий день допились так, что обратно, когда ехали по нависной канатной дороге, их к фургончику буквально привязывали, чтобы не вывалились из окна.
  Горя нетерпением, с острой решительностью поговорить и наконец решить все их разногласия с Малышкой, Игорь спешил в отель. Но не успел он хоть что-то сделать, как на телефон поступил вызов от Степана.
  - А ты в курсе, что твоя девушка приобрела путёвки на студенческую турбазу на море?
  Эта новость заставила его сердце ёкнуть. Но мужчина быстро взял себя в руки. Нет уж, на этот раз она от него не сбежит.
  Хищно улыбнувшись, он буквально промурлыкал в трубку.
  - Стёп, ты не в курсе? Обслуживающий персонал базы отдыха уже укомплектован? Нет? Так ведь это же просто замечательно!
  
  Правильные и неправильные решения
  
  В ту ночь я спала урывками и снилось мне нечто тревожное, но весьма сумбурное. Я просыпалась из раза в раз, с трудом засыпала опять, чтобы через некоторое время резко проснуться вновь. Утром я была настолько измотана, что меня даже немного шатало. Спала я ведь и до этой ночи не так чтобы достаточно и крепко. Похоже, вчерашняя ситуация меня доконала. Из меня будто вытащили какой-то внутренний стержень, от чего взгляд потух, а плечи ссутулились. Утренний кофе, конечно, помог хоть немного взбодриться, но не так чтобы аж сильно.
  Чувствовала я себя абсолютно опустошенной, от чего на преподавателя, как всегда поджидавшего меня около своей машины, посмотрела с некоторой обидой. Не поймите меня неправильно, я прекрасно понимала, что далеко не подарок. Но вчерашняя ситуация была, как по мне, слишком жестокой. Поэтому претворяться бодрой и весёлой, чтобы его лишний раз не волновать, я не стала, а лишь тяжело вздохнула и полезла в машину.
  Игорь Станиславович проводил меня обеспокоенным взглядом, но молча сел в машину и завёл мотор. Транспорт покатил нас вперёд по привычному маршруту. Воцарилась какая-то нереальная тишина.
  - Знаешь,- немного апатично сказала я, приводя в действие принятое ещё вчера решение.- Наверное, нам стоит некоторое время выдерживать дистанцию.
  Мужчина остро посмотрел на меня, глаза его прищурились.
  - Что ты имеешь в виду?- через некоторое время нарушил тишину преподаватель.
  - Знаешь, я так хочу выспаться,- прикрыла я глаза. Это апатичное состояние странно на меня влияло. Например, позволяло сказать то, что в обычном состоянии я бы никогда в жизни не озвучила.- Скоро сессия, а я не могу ни к чему подготовиться. Давай пока обойдёмся без поцелуев и... всякого такого. По крайней мере, до конца сессии.
  Он молчал, и я ощущала на себе его просто таки прожигающий взгляд. Тишина становилась какой-то зловещей.
  - Сбегаешь?- внезапно веско уронил он.
  Я от этого вопроса передёрнула плечами и резко выдохнула, ведь по факту он был во всём прав. Крыть было нечем.
  - Да,- чуть слышно выдохнула я.- До конца сессии,- поспешила уточнить, перепугавшись, что он воспримет это неправильно.
  Опять повисла тяжелая тишина. Стало внезапно зябко и я повела плечами, искоса поглядывая на преподавателя. Вид он имел мрачный.
  - Что ж,- наконец произнёс он.- Как пожелаешь.
  Сомнамбулической походкой я брела по парку родного университета. Было почему-то до ужаса тоскливо. Замешкавшись, я достала телефон и набрала номер Кисы. Уж кто-кто, а она умеет вправлять мозги на место. Надо было позвонить ей раньше, ещё до этого разговора.
  Пересказав ей сложившуюся ситуацию, я тяжко вздохнула.
  - Так что, как видишь, твоя идея не выгорела.
  - Мда,- как то даже растеряно прокомментировала подруга.- Жестко. Но что ж ты не назвала его по имени? Это же такая малость.
  - Не смогла,- от волнения я начала покусывать нижнюю губу.- Мама называет меня слишком эмоциональной. Наверное, так оно и есть. Понимаешь, я за столь короткий период столько всего узнала. Сначала рассказанная им история его жизни. Признание. Потом, как пыльным обухом по голове, новость, что он является гением нейрохирургии. Всё это меня настолько шокировало! И теперь у меня образовался какой-то непонятный психологический затык, сама не знаю почему. Но его имя я произнести не могу чисто физически - пробовала. Со временем оно, конечно, пройдёт. Но кто мне его даст, время то? Не думала, что он в этом вопросе будет так принципиален. Знала бы, перешла бы на имя с самого начала, пока всеми ногами не вляпалась во всю эту ситуацию.
  - Но стоило ли проводить столь жесткую дистанцию? Смотри, как бы тебе не пожалеть,- с грустью сказала подруга.
  - Уже жалею,- прошептала я.- Похоже, я его сильно обидела. Но знаешь, я, похоже, нашла способ бороться с проблемой своего... э-э-э... нестабильного эмоционального состояния.
  - Нестабильного эмоционального состояния?- захихикала на том концы трубки Киса.- ТАК сексуальное возбуждение ещё никто не называл.
  - Киса!- возмутилась я, но затем просто махнула рукой.- Ладно. В общем, в состоянии недосыпа, у меня, как видно по сегодняшнему дню, все симптомы пропадают. Я даже с ним смогла вполне себе спокойно поговорить.
  - Ты себя в могилу хочешь загнать?- возмутилась подруга.- Мелкая, не вздумаю. Давай я лучше тебе валерьяночки прикуплю.
  - Сомневаюсь, что поможет, но выход со сном мне нравиться. Заодно и наверстаю пропущенный мимо ушей материал.
  Но Киса была права на все сто. Я очень быстро пожалела о своём поступке. Это было какое-то идиотское отсутствие присутствия. Ведь вот он, объект обожания, только руку протяни. Но он словно призрак, сам на себя не похож. Кажется, что если попытаться прикоснуться, то рука пройдёт сквозь его силуэт.
  Это было выматывающе, это было неправильно. Он слишком чётко следовал своим правилам, избегая даже малейших прикосновений не по делу.
  А я, как назло, в тот же день, когда пообещала Кисе, что буду выматывать себя бессонницей, чтобы не было сил на посторонние мысли, великолепно выспалась. Вот просто прилегла на кровать в одежде на пару минут и в итоге проспала до утра.
  Выходя на улицу, я не была уверена, что он всё так же продолжит подвозить меня на машине. И страшно боялась, что он так и поступит, ведь это бы означало, что он обиделся на меня сильнее, чем я даже подозревала. Но нет, он всё так же меня ждал, как и прошлые дни, облокотившись на капот машины. Был мрачен, черты его лица заострились. На тонких губах, что умеют быть настолько тёплыми и нежными, больше не скользила его извечная полуулыбка.
  Сердце сжалось, я не смогла смотреть ему в глаза, поэтому проследовала к машине, опустив голову, преувеличенно заинтересованно рассматривая свои белые босоножки. Когда села, он по въевшейся буквально под кожу традиции потянулся к моему ремню безопасности, немного потянув его, он пристально посмотрел мне в глаза.
  Его близость заставила волнительно ёкнуть сердце. Чёрные глаза, без лукавых смешинок, сейчас были ещё более глубокими.
  - Мы откажемся и от этой традиции?- выдохнул он мне в лицо вопрос.
  Его глубокий, завораживающий голос заставил пробежать мурашки по моей спине. Лёгкий бриз его запаха кружил голову. Он был так близко. Я так привыкла к его прикосновениям. Нестерпимо зачесались губы.
  - Не откажемся,- выдохнула я, с трудом беря себя в руки.
  Призраки его прикосновений. Они преследовали меня повсюду. В машине. После пар анатомии, когда я выходила из аудитории подсознательно медленно, маленькими шажочками, чтобы оказаться у выхода последней. Ощущая на своей спине обжигающий взгляд, я умышленно на некоторое время задерживалась в дверях, с трудом перебарывая себя, чтобы не обернуться и пойти дальше.
  Я думала, что он больше мне не будет помогать с подготовкой к университету, но нет. Тем же вечером он просто молча прошел за мной в дом.
  - Что тебе сегодня надо учить?- спросил, присаживаясь на широкий диван.
  Голос его был по-деловому сух и холоден. Это настолько контрастировало с его обычным поведением, что у меня щемило сердце.
  Объяснял материал он как всегда доходчиво, но сухо. Без шуток, без лишних подробностей. А я каждый раз вздрагивала, когда он нависал надо мной, чтобы заглянуть в мой конспект. Каждый раз, когда его рука оказывалась рядом с моей, чтобы взять со стола карандаш или указать пальцем на нужное место в книге, у меня буквально чесались пальцы, настолько сильно хотелось к нему прикоснуться.
  Мне не хватало его смеха.
  Мне не хватало его улыбок.
  Мне не хватало даже его попыток меня потролить или смутить.
  Похоже, я сама себя наказала.
  Зато ко мне подкралась обещанная бессонница. И не потому, что я специально старалась не спать. Нет, просто каждый раз ночью ко мне приходили иногда сумбурные, а иногда весьма отчётливые сны. Они складывались в картинки того, чего мне при свете дня так не хватало. Иногда они были хороши, в них мы целовались, он меня обнимал, принося в душу такой долгожданный покой и уверенность. Но после пробуждения они приносили за собой чувство жгучего разочарования. Иногда мне снился его укоризненный взгляд, который сменялся разочарованием и безразличием, после чего его силуэт таял, растворяясь во мраке.
  Я сходила с ума, но прекратить всё это, подойти, поговорить с ним на чистоту мне элементарно не хватало духу.
  Всё усугубилось тогда, когда на улице стало жарко настолько, что все резко перешли на футболки.
  Боже, как я возненавидела его футболки. Они настолько плотно облегали его тело, что оставляли мало простора для воображения. Я ничего не могла с собой поделать. Я начала частенько залипать на него, скользя взглядом по мускулистым рукам, широкой груди. Пальцы рук тогда мелко подрагивали, вспоминая опыт прикосновений к его телу. Становилось внезапно жарко. Мысли путались. Я была уверена, что в следующий раз, если он наступит, мне будет безмерно мало прикосновений сквозь его одежду.
  И тогда ко мне вновь вернулись эротические сны. Жгучие, яркие. Они вгрызались в мою плоть, опаляя сознания. Я с трудом могла находиться рядом с ним, смотреть на него. Ведь при взгляде на его губы мне вспоминалось, как во сне они выцеловывали узоры на моём животе. Покусывали и терзали мои соски. У меня перехватывало дыхание, когда он в очередной раз тянулся пристегнуть меня ремнём безопасности, потому что во сне эти руки гуляли по моему телу, заставляя выгибаться и стонать в подушку.
  Это было невыносимо. Я не могла унять этот жар. Я даже пыталась доставлять удовольствие самой себе, но ни разу не достигла даже минимума того чувства погружения, которое получала от его поцелуев и прикосновений когда-то. Я не знала своего тела так, как он.
  Мне было стыдно подобным заниматься. Мне всегда казалось, что такое вытворяют с собой только пареньки подростки, которым в голову ударил спермотоксикоз. Я никогда не переносила подобные привычки на женскую братию.
  Начались экзамены, а я даже не волновалась. Мне казалось, я всё завалю, но всё шло очень даже неплохо.
  Опять-таки, спасибо за это Игорю Станиславовичу.
  А однажды он задержал меня после пары по анатомии. Он стоял в трёх шагов от меня и мои ноздри непроизвольно раздувались в желании уловить хотя бы след его запаха.
  Он, наверное, ждал, что я посмотрю в его глаза. Но я не в силах была заставить себя это сделать. Той ночью мне опять снились провокационные сны и мне казалось, что если посмотрю в его глаза то растаю, словно восковая свечка.
  - Мне надо уехать,- прервал тишину он. Голос его был, как всегда, сух и холоден.
  Я вздрогнула, сердце заполошно забилось в груди. К горлу подкатилось дурное предчувствие. Я вскинула голову, пристально посмотрев на него.
  - Тяжелый пациент,- отвёл он свой взгляд, губы его дрогнули в кривой усмешке.- Операция будет идти в несколько этапов. Не уверен, сколько это продлиться, но отсутствовать я буду, предположительно, до середины июня.
  Сердце ухнуло в желудок. Пусть, пускай до этого было всего лишь какое-то непонятное отсутствие присутствия. Но оно хотя бы было. А сейчас он уезжает. Уезжает практически на месяц. Как я выдержу всё это время без него?
  От ужаса я буквально онемела. Не дождавшись от меня ответа, он дернул своим плечом и неспешно двинулся к выходу из аудитории.
  - Я буду звонить!- в панике выкрикнула я.
  Он застыл у приоткрытой двери. Помолчал.
  - А я возьму трубку,- бросил он и ушел, не оборачиваясь.
  Он уехал и мир, как это ни странно, не рухнул. На университет всё сильнее накатывало стихийное бедствие по имени сессия. Я с головой погрузилась в учёбу, чтобы изгнать из головы лишние мысли.
  Как-то раз, придя в университет, я застала ужасный шум и гам. Это была уже где-то середина сессии, все были на нервах. Но обычно люди, даже в этот напряженный период, были не настолько взбудоражены. А это значит, что в нашем дурдоме по имени медуниверситет опять что-то приключилось.
  На первом этаже правого крыла была знатная беготня. Кто-то спорил, кто-то ругался. То и дело мелькали перекошенные рожи преподавателей кафедры физиологии. Студенты наблюдали за этим бедламом кто с непониманием, а кто с тщательно скрываемым смехом. Мда, я уже давным-давно поняла, что в нашем родном медуниверситете не соскучишься. Но чтоб настолько? Чем вы, думаете, все эти люди занимались? Не поверите, они пытались ловить мышей и крыс.
  А если по порядку.
  Есть в нашем университете такая кафедра, как нормальная физиология. Проблема в том, что на этой кафедре наглядными пособиями очень часто выступают лабораторные животные. На первых порах мы знатно поглумились сначала над лягушками, проводя над ними довольно специфические манипуляции, после которых квакушки не выживали. Затем пришел черёд лабораторных крыс, судьбе которых тоже вряд ли кто сможет позавидовать. Более-менее повезло ещё лабораторным кроликам, на них нам зачастую показывали условные рефлексы.
  На дворе уже вовсю буйствовал май. Нерадивые студенты судорожно принялись пересдавать зачёты, да и просто банально подтягивать хвосты, чтобы элементарно получить допуск к экзаменам. В связи с этим, задолбанными стали выглядеть не только студенты, но и преподаватели. Многие кафедры работали сверхурочно.
  Вот так и получилось, что, принимая зачёт у студентки, один из преподавателей кафедры задержался с ней на работе очень надолго. Настолько долго, что все уже успели разойтись по домам. Не желая делать лишних телодвижений, преподаватель отдал нерадивой студентке ключ от вивария, в котором содержались все лабораторные животные, и попросил её закрыть в нём двери. Девушка радостно ускакала выполнять задание, а сам преподаватель принялся выключать везде свет, закрывать двери, ну и приводить всё в порядок. Но в какой-то момент его отвлёк довольно странный шум.
  Прислушиваясь, он побрёл в сторону шума, чутко прислушиваясь, в желании понять, что, собственно, происходит. И тут в его голову закрались смутные сомненья, которые заставили мужчину просто таки рвануть в сторону вивария. К его несчастью, тот находился на три этажа ниже, в полуподвальном помещении, и он банально не успел. Ведь пока сообразил, пока добежал...
  Так вот, заходит он в нужный коридор, а на него несётся толпа мышей, за ними крысы, по углам ломятся морские свинки, позади этого зоопарка прыгают лабораторные кролики. А в это время в двери вивария наша бравая защитница флоры и фауны, под задницу пытается выпихнуть двух баранов, у которых кафедра физиологии, по случаю, отбирала кровь для опытов. И это всё с пыхтением и причитаниями.
  - Бегите. Спасайтесь. Ну, спасайтесь же.
  Я, когда услышала эту историю, хохотала до слёз. Хотя, думаю, представители кафедры физиологии были в бешенстве. И если кроликов, морских свинок и баранов быстро отловили и поместили обратно в клетки, то часть крыс и мышей благополучно разбежалась. После этого студенты даже начали иногда находить по коридорам и кабинетам своеобразные белошкурые сюрпризы, но потом припёрлись суровые дядечки из центра дератизации и дезинфекции и всех потравили.
  Какая жалость.
  Да, были моменты, когда можно было отвлечься, вволю посмеяться или броситься в другую крайность и в компании таких же студентов, от души оплевать ядом самые одиозные кафедры и самых вредных преподавателей курса.
  К сожалению, подобные методы отвлечения на меня действовали далеко не всегда.
  - Слушай, остался последний экзамен,- как-то раз подошел ко мне Кирюшка, нервно растрёпывая свою кудрявую шевелюру.- Тут Денису стукнула в голову интересная идея. Многие вроде даже поддержали.
  - Что именно?- я подняла на него свой фирменный в последнее время, флегматичный взгляд.
  - Ну, в профкоме есть путёвки на море,- хмыкнул парень, глядя на мою постную физиономию.- Во владении универа есть две свои базы отдыха, одна из них в курортном городке Приморское. Ну, не суть. Главное, путёвки от профкома туда дико дешевые. Он предложил нам всей группой отпраздновать там завершение первого совместного учебного года.
  - Круто,- даже немного оживилась я.- И когда?
  - Хотим поехать туда на первый заезд. Четырнадцатого июня. Как раз через два дня после последнего экзамена.
  Я даже застонала, прикрывшись ладонью. Всё это время я жила, словно в тумане. Общение по скайпу было всё таким же формальным. Мы сухо обменивались последними новостями, я пыталась задавать вопросы, чтобы хоть как-то оттянуть момент обрыва связи, но получалось далеко не всегда. Каждый раз, когда экран гас, у меня сердце щемило. Мне его до ужаса, до дрожи не хватало. Я с нетерпением ждала середины июня, когда увижу его вновь. А теперь.
  - Киса, что мне делать?- решила я спросить совета.
  - А ты пробовала созвониться с ним и спросить? Вдруг он перенёс дату своего приезда и тебе не о чем переживать?- отозвалась подруга.
  - Пробовала. Но последние два дня он не выходил на связь совсем. Я не знаю что делать!
  - А ну ка, дай сюда трубку женщина!
  Послышалась возня, возмущённые возгласы подруги. А в следующий миг в трубке послышался раздражённый голос Джема.
  - Так, Беда, слушай сюда,- буквально прорычал в трубку парень.- Собрала свои манатки и сьебалась на море! Затрахал он со своими обидами. Блядь, как баба, ей богу. Хватит! И если ты не поедешь со всеми отдыхать, то я сам твою тощую задницу в автобус закинул, поняла?
  - Д-да,- в полнейшей прострации выдохнула я.
  - Вот и умничка,- радостно провозгласил Джем.- А этому мудаку я сам яйца оторву.
  - Отдал трубку!- буквально прокричала на том конце подруга.
  - Нет, ну а с хули он нашу мелкую обижает?!
  Послышалось копошение, а после внезапно связь оборвалась.
  Мда, похоже, только что решение приняли за меня. На моих губах впервые за очень долгое время появилась искренняя улыбка.
  Вот так и получилось, что в конце сессии я не успела опомниться, как уже ехала в автобусе в сторону солнца, волн и чаек. Только отчего-то на душе всё равно было до ужаса тоскливо. Связаться с Игорем Станиславовичем я так и не смогла.
  На подъезде к курорту меня растолкал наш староста. Я ещё была немного сонной, от того что всю ночь проспала не в мягкой кроватке, а на сиденье автобуса. С шумом, гамом, шутками и смехом народ повалил из автобуса. Я тоже выкатилась из транспорта, поглядела на невероятно синее, чистое небо, вдохнула чуть влажноватый воздух с привкусом йода и на моих губах застыла мечтательная улыбка.
  Но внезапно многие из ребят застыли, посмотрев в сторону асфальтированной дорожки. Я тоже посмотрела на неё и буквально онемела. Ведь к нам, пружинящей походкой, облачённый в пляжные шорты и светлую футболку, приближался никто иной, как наш преподаватель по анатомии.
  - Игорь Станиславович?- с неверием вопросила Лизка.
  - Что, засранцы, не ждали?- весело спросил мужчина.- А меня тут за вами присматривать направили. Чтобы вы базу отдыха чисто случайно не разнесли по кирпичикам.
  - Нет, ну мы же?..
  - Нет, ну а чё?..
  - Мы хорошие!- воодушевлённо воскликнула Катюха, вызвав тем самым взрыв смеха.
  - Ну-ну, господа хорошие,- засмеялся он.- Это мы будем посмотреть. А пока хватайте свои вещи и марш в административный домик на регистрацию!
  С шутками и разговорами всё дружно понеслись к багажному отделению, а я всё так же стояла, не в силах отвести от него взгляда. Сердце стучало уже где-то в ушах. Ладони вспотели. Внезапно, я встретилась с ним взглядом, который с весёлого тут же стал серьёзным и очень глубоким. Он начал приближаться ко мне и я почувствовала, как мои коленки начали подкашиваться.
  - Ну, привет, Малышка,- медленно промолвил он, всматриваясь в моё лицо.
  - Как?- только и смогла выдавить из себя я.
  - Да вот, решил немного отдохнуть,- с небольшой долей сарказма промолвил он.- Ты иди к административному домику. Ты его сразу узнаешь, он самый большой. А я пока заберу твои вещи. Как выглядит твоя дорожная сумка я помню.
  После чего резко развернулся и пошел к автобусу, рассекая толпу. Я же на негнущихся ногах направилась вглубь базы отдыха.
  Было видно, что это далеко не курорт экстра класса, но мне нравилось. Территория была небольшой, прямоугольной. По бокам стояла череда примыкающих друг к другу одноэтажных домиков барачного типа. Возле каждого из них стояли широкие лавочки. Территория в центре была облагорожена несколькими беседками и чередой скамеек. Всё это оттеняло некоторое количество кустов и деревьев.
  Зарегистрировалась я достаточно быстро, так как оказалась возле административного домика чуть ли не первой. Ну да, мне же не надо было возиться с багажом. Выйдя из здания, я тут же наткнулась взглядом на мужчину, что держал в руках мои вещи.
  - Веди,- кивнул он.
  С этими словами мы проследовали к моему домику. Я думала, что он хоть что-то скажет, объяснит. Но нет, он просто закинул в мою комнату вещи и был таков.
  С грустью вздохнув, я начала распаковывать свои вещи, желая одеть что-то более лёгкое. В комнате я оказалась вместе с Катюхой и Лерой, они радостно что-то обсуждали, иногда бросая на меня лукавые взгляды. Всё ясно, история о том, как следом за мной на море последовал Игорь Станиславович, уже стала одной из самых горячих сплетен.
  Мне явно надо было охладиться. Нацепив купальник и натянув шортики и маечку, я выпорхнула из своей комнаты в надежде найти старосту и компанию, чтобы затащить их купаться. Но стоило мне пройти с десяток шагов, как я будто бы наткнулась на бетонную стену. По асфальтированной дорожке, в одних лишь шортах, без футболки, закинув на плечо полотенце, вышагивал мой преподаватель.
  От подобной картины у меня спёрло дыхание. Взгляд пробежался по его крепкому торсу и реакция себя ждать не заставила. Стало жарко, в животе начало всё скручиваться и пылать. Резко выдохнув из груди воздух, я развернулась в противоположную от него сторону и ломанулась к выходу из базы отдыха. Поплутав по местному посёлку, я бросила свои кости на лавочку и набрала номер Кисы.
  Ржала подруга долго.
  - Вот это поворот,- заходилась в смехе девушка.- Нет, ну каков, а?
  - Хоть бы предупредил,- убито сказала я.- Я бы хоть как-то морально подготовилась.
  - Аха-ха-ха, ну что тут скажешь? Сюрприз!- весело сказала в трубку подруга.
  - Сюрприз, блин,- провела я ладонью по лицу.- Похоже, на море я сегодня не иду.
  - А что так?- поинтересовалась Киса.
  - Блин, я его только что увидела в одних шортах и издалека, и меня скрутило. А что будет, если я увижу его вблизи и в плавках? Я же сдохну!
  - Может, хватит уже бегать?- укоризненно сказала девушка.- Тебя, вон, крутит только месяц. А он-то терпел почти год. Не жалко мужика?
  - Я же не собираюсь бегать всё время,- смутилась я. Под таким углом я на эту ситуацию как-то не смотрела.- Только сегодня.
  - Ну-ну,- хмыкнула Киса.- Разозлишь его - хуже будет.
  Тем ни менее, в сторону моря я так и не пошла. Недалеко от базы отдыха был рынок, по которому я всласть погуляла. Поела вредностей. Посидела в кафе, попивая прохладительные напитки.
  Но одной было до ужаса тоскливо и я решила вернуться в свою комнату. Если никого не будет, то хоть поваляюсь в кровати, книжку почитаю.
  Но, как оказалось, Катюха с Лерой уже вернулись. Они сразу взяли меня в оборот, потащив вновь на рынок. Там мы затарились пивом и закусками к нему. Даже прикупили копчёную скумбрию.
  На заднем дворике находилась лавочка и качели. Устроившись в тени дерева, мы начали поглощать вкусняшки. В какой-то момент к нам робко подошла девчушка. Её кудрявые волосы и огромные карие глаза делали её похожей на щеночка. Она попросила нас рассказать о первом курсе, так как поступила в универ на этот год. Что мы радостно и принялись делать. Больше всех разглагольствовала Катюха, чаще всего упоминая незабвенную Зинаиду Львовну, иногда переходя на мат.
  В какой-то момент я заметила, что глаза девчушки просто таки блестят лукавством. А в некоторые моменты она отворачивается, чтобы скрыть смех.
  - Что такое?- поинтересовалась я.
  - Просто,- закашлялась девчушка.- Просто Зинаида Львовна моя бабушка.
  Немая сцена. Тишина была такая, что стало слышно, как надрываются вылетевшие на вечернюю охоту летучие мыши.
  - Настюля!- возмущенно взревела Катюха.- Не могла раньше сказать?
  - А зачем?- захихикала девушка.- Мне было очень интересно, что думают о бабуле её студенты. Дома она совсем не такая!
  Мда уж, мир тесен. Через некоторое время к нам, как чёртик из табакерки, выскочил Кирюха с Денисом.
  - Где вы были?- возмущенно стал трясти меня за плечи староста.- Оставь тебя на минутку и ты уже теряешься!
  - Я не терялась,- захихикала я.- Я пиво пила.
  - Вижу,- окинул взглядом парень наш импровизированный стол.- Вы на дискотеку идёте?
  - Дискотеку?- оживились девчонки.
  - Звучит неплохо,- криво улыбнулась я.
  И вот, нацепив на себя белые короткие шорты и белый же топик, напялив каблуки и по ярче накрасившись, я вместе со всей гурьбой отправилась в сторону клуба. Был он на берегу моря. Уже на подходе к нему слышалась оглушающе громкая музыка.
  Нырнув в толпу, громко перекрикиваясь и щуря глаза от яркой подсветки, мы отвоевали один из столиков. Алкоголь уже прочно ударил мне в голову. Схватив за руку Кирилла и Катюху, я потащила их в сторону танцевальной площадки.
  За счёт близости моря было не так душно, как предполагалось. Но толпа была неимоверная. Не то, чтобы я сильно любила и умела танцевать, но атмосфера меня захватила. Мы прыгали, хлопали в ладоши. Иногда подпевали. Было очень весело. Я наконец отвлеклась от всех дурных мыслей и искренне улыбалась. Напрягало то, что периодически ко мне пытались подкатывать, но наши парни таких кадров сразу и резко заворачивали.
  Шли в сторону базы отдыха весёлые, разгорячённые. Громко обсуждали, кто что сегодня сделал или увидел.
  Зайдя в тень деревьев на нашей базе, все внезапно остановились и посмотрели в сторону асфальтированной дорожки. Там, опершись о фонарный столб, стоял Игорь Станиславович, скрестив руки. Выглядел он даже немного пугающе. Окинув всю нашу группу потемневшим взглядом, он зло прищурился.
  - Что встали?- грозно вопросил он.- Люди спят. Так что брысь по комнатам.
  Никто не нашелся, что сказать. Все резко засеменили вглубь базы отдыха. А у меня засосало под ложечкой от страха. Немного сжавшись, я попробовала было посеменить следом за группой, но не тут то было.
  - Стоять,- пригвоздил он меня взглядом к месту.
  Мужчина отлип от столба, засунул руки в карманы шорт и начал буквально надвигаться в мою сторону.
  - Как погуляла?- как бы невзначай спросил он.
  - Х-хорошо,- пискнула я, делая шаг назад. Таким злым я его сто лет не видела.
  - Хорошо, говоришь,- прищурился он, подойдя ко мне вплотную, склоняясь над моим лицом.- По-моему, кто-то заслужил наказание.
  - Что?- его глубокий голос пустил по моей спине череду мурашек. Но не успела я до конца осмыслить сказанное, как он внезапно подхватил меня на руки, как пушинку, и понёс куда-то вглубь базы отдыха.
  - Куда ты?- пискнула от неожиданности я.
  - Мне надоело ждать,- припечатал он.
  Стремительно преодолев дворик, ловко огибая все кусты и лавочки, он стремительно вошел в один из домиков, предназначенных для преподавателей и другого персонала. Ногой открыв дверь, он зашел внутрь, тут же её с хлопком закрыв. Не успела я опомниться, как оказалась на кровати. А надо мной нависал внушительный мужской силуэт.
  По телу растеклось волнение, напополам с предвкушением. И если желудок щекотало от страха, то внизу живота уже начинал скапливаться жар. Внезапно губы обожгло от его поцелуя, руки его заскользили по моей талии.
  - Я чуть с ума ни сошел, увидев тебя в этих шмотках,- прохрипел он мне в губы. Поцелуи его проследовали по моим скулам в сторону шеи.- Ты маленькая, вредная, непостоянная,- его нос погрузился в мои волосы и мужчина сделал глубокий вдох.- Сладкая.
  Ему будто сорвало крышу. Он целовал мою шею, покусывал её, иногда глубоко вдыхая мой запах. Рука его скользнула на мою грудь и резко сжала. От нахлынувших ощущений меня выгнуло, из губ вырвался стон. Поддев края моего топа, он резко сорвал его. Не успела опомниться, как за ним последовал и лифчик. Скользнув поцелуями вниз по шее и ключице, его губы обвили мой затвердевший сосок. Я прогнулась в спине, в подсознательном желании посильнее прижаться. Его рука сжимала, мяла одну мою грудь, пока его рот терзал сосок другой.
  От нахлынувших ощущений я терялась в пространстве, руки сжимали простынь, ноги скользили, то выпрямляясь, то сгибаясь в коленях. Сама не понимая, что творю, мои руки исполнили давешнее жгучее желание попробовать на ощупь его кожу. Не вполне контролируя себя, мои руки скользнули под его футболку. Кожа его была горячая и немного влажная. Мои ладони прошлись по мышцам его пресса, ощущая как под ними напрягаются мышцы. Проследовали немного вверх. Это вырвало из мужчины непроизвольный стон. Он оторвался от моей груди, чтобы в следующий миг избавиться от футболки. Но это лишь на одно мгновение, в следующий миг его рот вновь припал, только уже ко второму соску. Руки в это время скользили по всему моему телу.
  Я просто терялась в ощущениях. Внизу давно уже всё сладко пульсировало. Мысли путались. Я даже не заметила, как он расстегнул ширинку на моих шортах. В следующий миг они поползли вниз, вместе с трусиками. Внезапная вспышка страха заставила свести ноги вместе. Но его рука уже скользнула по внутренней стороне бедра, поднимаясь вверх, после чего его пальцы утонули в моих уже мокрых складочках.
  Меня будто током прострелило. Громко застонав, я выгнулась. Ноги непроизвольно раскрылись, что дало мужчине возможность полностью избавить меня от одежды. Тем временем он нащупал мой чувственный бугорок и стал его массировать. От остроты ощущений я просто заметалась на кровати. Взяв мои руки, он зафиксировал их над моей головой. Склонился, вглядываясь в лицо.
  - Имя,- выдохнул он мне в губы.- Назови моё имя.
  Я с трудом его понимала. Пытка продолжалась, внизу всё сладостно пульсировало. В голове не осталось ни одной связной мысли. Видя, что я не отвечаю, он решил усилить эффект. Продолжая массировать клитор, он ввёл внутрь палец, делая им круговые движение.
  Мой стон был уже совсем жалостливым. Возбуждение было уже почти болезненным. Мои бёдра подались ему навстречу. Ужасно хотелось получить наконец разрядку.
  - Имя,- буквально прорычал он.- Скажи моё имя.
  И внезапно остановился. От острого чувства разочарования я даже захныкала. Ноги начали непроизвольно сжиматься и разжиматься, чтобы вернуть хоть часть ощущений.
  - Имя,- выдохнул он мне в губы.
  Моё сознание собиралось по кусочкам, вернув на миг рациональность мышления. Я, наконец, осознала его вопрос. Ни о каких дурацких психологических блокировках уже не шло и речи. Всё моё существо сосредоточилось лишь на том, чтобы продолжить эту сладкую пытку.
  - Игорь,- выдохнула я.
  - Правильно, Малышка,- выдохнул он.- Повторяй это. Повторяй постоянно.
  Внезапно он меня поцеловал. Его рука вновь вернулась к прерванному занятию. Поцелуи его вновь спустились вниз, на шею, потом на грудь. Он начал выцеловывать живот. А потом он пошире раздвинул мои ноги и мир для меня просто пропал.
  Я металась. Выкрикивая его имя вновь и вновь. Выгибалась, комкала простынь. Болезненно острые ощущения всё нарастали. Я уже почти кричала. Внезапно его губы резко вобрали в себя мой клитор и всё буквально взорвалось феерверком. Я потеряла понятие пространства и времени, утонув в чувстве острого наслаждения.
  Которое прервалось резкой вспышкой боли. Я вскрикнула. В глазах прояснилось. А в следующий миг он начал выцеловывать моё лицо, глаза, губы, шею.
  - Всё хорошо,- нашептывал он.- Всё хорошо, Малышка.
  Болезненные ощущения внизу начали утихать. А на смену им пришло удивительно ощущение наполненности. Я чутко прислушалась к себе и внезапно даже для себя сжала мышцы, чтобы углубить это ощущение. Игорь резко застонал, выдохнув мне в шею. А в следующий миг начала двигаться. Сначала медленно, неспешно, чутко наблюдая за моей реакцией, потом всё ускоряясь и ускоряясь.
  А я терялась во всём этом, в ощущениях, в его запахе, в прикосновениях, в чувстве этой невероятно наполненности. Я уже перестала воспринимать мир вокруг себя. Только громко стонала, то и дело выкрикивая его имя. А вскоре произошел ещё один взрыв, в котором я совершенно растворилась. На остатках сознания я поплотнее прижалась к нему и тут же провалилась в сон.
  Проснулась с ощущением какой-то невероятной лёгкости в душе. То, что вчерашняя ночь была не сном, напоминало тянущее ощущение внизу животы. Открыв сонные глаза и, слегка поморщившись от слепящего света, падающего из окна, я увидела неподалёку Игоря. Он лежал на боку, абсолютно бесстыдно скользя взглядом по моему телу. Мой взгляд тоже непроизвольно скользнул по его груди, животу. Бёдра его были кокетливо прикрыты простынею. От этого зрелища меня внезапно снова начало охватывать чувство возбуждения. Если он так же реагировал на меня всё это время, то Киса права. Ему можно только посочувствовать.
  - С добрым утром,- улыбаясь, хрипло поздоровался он.
  - С добрым,- прошептала я, ощущая, как начинают пылать от вчерашних воспоминаний уши.
  Я посмотрела в его глубокие, темные глаза, понимая, что начинаю тонуть в их глубинах. На душе было тепло. Тянуло улыбаться. Сорванная вчера блокировка на его имя очень сильно повлияла на меня. Полностью пропало чувство неуверенности и страха. Он стал для меня абсолютно родным, просто необходимым. Будто был частью меня самой.
  - Я тут всё утро думал,- внезапно посерьёзнел он.- Малышка, переезжай ко мне жить.
  - Что?
  От растерянности из моей головы выбило буквально все мои мысли. Весь смысл его предложения медленно доходил до меня, вводя в смущение и немного панику.
  - Но родители,- нервно ответила я.
  - Ты думаешь, я с ними не договорюсь?- скептически изогнул он свою бровь.
  - Но...
  Внезапно он перекатился по кровати, нависая надо мной. Взял мои руки, фиксируя их над головой. Склонился к моему уху, начиная шептать.
  - Я хочу просыпаться, и всегда видеть тебя радом. Я хочу, чтобы все ночи были наполнены тобой. Хочу каждый день вместе ужинать. Хочу любоваться тобой по утрам, когда ты пьёшь кофе или спешишь на учёбу. Хочу, чтобы весь дом заполнился твоим запахом, твоим присутствием.
  Он меня поцеловал. Нежно, страстно. В его поцелуе была настолько сильная, немая просьба, наполненная чувством надежды на моё согласие. Все сомнения буквально вымыло из моей головы.
  И как я могу отказать этому засранцу?
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"