Коллектив авторов: другие произведения.

Сборник рассказов с конкурса "Наше Вам С Кисточкой"

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


 Ваша оценка:

  
  ❀ Сборник рассказов с конкурса "Наше Вам С Кисточкой"
  
   Когда за окном зима, когда темно и холодно, когда снег заметает землю, хорошо сидеть дома. Пить чай и читать тёплую сказку. А можно даже и горячую, про любовь. И чтобы в этой сказке был Он! Брутальный, властный, сильный, красивый, пресс обязательно с кубиками, не меньше шести! В общем, настоящий демон (хвост с кисточкой сердечком входит в минимальный демонический комплект).
Что выбрать?
Какого автора?
Частым гребнем прочесав самиздат, творческая группа выяснила, что произведений с брутальными демоняками удручающе мало !!! На всех просто НЕ ХВАТИТ! Так и родилась идея конкурса.
  
  ❀Первая чёртова дюжина мест !!
  
  
♥ 1 место Маска5
  Тринадцатая жена
  
   Шел пятый год брака - год, когда все друг о друге знаешь, год, когда все самое важное уже решено. Моя голова лежит на ее коленях, ее пальцы поглаживают мои волосы, в такие минуты я сам себе напоминаю кота, даже хвост поддергивается от удовольствия. В доме пахнет дикими травами, лесными ягодами, у моей жены скоро защита кандидатской по ядам и зельям, о, как она натренировалась на мне за третий год. Сейчас мы вспоминали тот год со смехом.
  
   ...Шел третий год брака розовые очки на носу заменила лупа в руках. И как раньше не замечала с каким убожеством живу. Он только и может вернуться вечером и лечь на диван, щелкать по каналам и требовать еду. Устала, от него никакой помощи.
   -Джиэда, давай поедем в пансионат.
   -В какой?
   -Что у Черного озера.
   Поехали. И зачем тащится в такую даль? Место не курортное, все нормальные люди на море, песок и солнце, мы в темноту лесов. Ладно, понятно зачем. Лукавый взгляд мужа все объяснил. О, как же хорош он в постели. Жаль, что в номере так темно. Его рука прошлась по моей ноге, выше, еще выше. Мои пальцы запутались в его волосах и... Рожки. Мать твою, рожки. Шандарахнула светом. Искры были на весь пансионат. Он к стене отскочил, стоит, хвостом размахивает. Вроде и мой муж, да только с рогами, хвостом и кожа темней.
   - Джиэда?
   -Ты? Рей?
   -Да, твой муж.
   -Ты? Правильно моя мама говорила, что ты черт рогатый.
   -Твоя мама, ведьма третьего уровня, могла бы отличить демона тринадцатого уровня от черта.
   -Тринадцатого?
   -Да, тринадцатого.
   -А что это значит? Почему ты только сейчас сказал, что ты демон?!
   -Ну, ты тоже не слишком распространялась, что ведьма.
   -Как это не распространялась, на втором свидании сказала!
   -Думал, шутишь.
   -Таким не шутят!
   Поругались, на метле домой, с вещами к маме.
   -А ты, что не сказала, кто он? - рыдая, выставляла я претензии родительнице.
   -Думала, знаешь. Да и не мой это уровень. Он сказал тринадцатый?
   -Да, - всхлипнула я.
   -Ой, плохо-то как все доченька.
   -Ничего, разведусь, сразу лучше станет.
   -Ой, деваха ты мы моя, неразумная. С ними не разводятся, только вдовеют. До тебя уже двенадцать умерло.
   -Значит моя очередь вдоветь!
   -Осторожней, девочка, убьет же.
   -Это мы еще посмотрим кто кого!
   Вытерла слезы, вернулась домой. Теперь можно не прятаться. О, как надоело строить из себя почтенного работника почтамта. Кушать ты любишь, милый. А я-то как люблю готовить. Давно хотела попрактиковаться в ЯдоТравлении и ЗельеВаренье, не на ком было. А тут такой шанс!
   -Вкусно, дорогой?
   -Очень, дорогая.
   Все съел. Не сдох, к сожалению, но веселая ночь на фаянсовом друге ему была обеспечена. Так, яды средней полосы его не берут. Может южные попробовать? Ой, он уже и сам решил попробовать, только вот варенье совсем не кизиловое. Через три дня хоронили коллегу, что знаменит был своей привычкой в холодильнике чужое подъедать.
   Сколько же ядов я на нем испытала, сколько новых комбинаций придумала, сколько статей в научные журналы написала, даже преподавать пригласили. Ничего его не берет, от одного тошнит, от другого мутит, от третьего пьянит, но жив демоняка. Ничего, мой пытливый ум меня доведет до конца, его конца!
   А почти довел до моего. Был обычный день, никто бы не подумал, что в такой обычный день, может что-то плохое случиться, а уж тем более с такой банальной личиной, как почтальон. Но случилось. Выбрали меня объектом для заклания. Вот неучи, даже фильмы не смотрят, там в жертву берут красивых стройных грудастых. Мне с моим первым на алтаре лежать один позор. Но связали меня крепко, какой-то гадостью облили все тело, только пятки остались нетронутые, почти Ахилл, только пяток две. Лежу себе, мерзну, они какую-то чушь шепчут. 'Приди и разрушь, Окруж второй'. И главное даже не пытаются мне кровь пустить. Портал открылся, и тут такая страхолюдина вылезла, такая... хорошо, что лежала, а то бы упала. И ко мне идет, хромает. И что этот убогий рушить должен?
   -Ты чего к моей жене пристал, а? - стоит мой муж, вопросы дурацкие задает, хвостом помахивает да яблочко грызет. Я тут на мраморе мокрая мерзну, а он у колонны стоит и на все это безобразие любуется. Вот, черт рогатый, хоть и тринадцатый! О, как тут поплохело-то Окружу второму, он даже хромать забыл как, когда к порталу бежал обратно, а чтоб не сильно скучно в дороге было и адептов своих прихватил.
   Остались мы наедине. Знаю я взгляд этот лукавый, уже думает, как меня ласкать будет, да стонами моими наслаждаться. Провел он кисточкой по мне. Да вместо ласки огонь, кожа на мне горит, боль жуткая. Муж-то перепугался. Весь пыл пропал. Отвязал, на руки взял, да в больницу. А мне все хуже и хуже, ожоги все больше и больше. Сознание от боли терять стала, как в реанимации оказалась, не помню.
   Очнулась когда, только мама рядом, а Рея и не видать.
   -Что с мужем?
   -Дома он.
   -Как это? Я тут помираю, а он дома!
   -Не помрешь, пока его рядом нет. Он же тебя прикосновением убить может. От него ожоги.
   -Не может быть! Почти четвертый год женаты, не было такой аллергии!
   -Так и ритуала не было.
   -Не было.
   -Уезжает он. И правильно. Ты теперь свободна, живи, как хочешь, другого найдешь.
   -Найду.
   Раз бросает, найду!
   Обида прошла, злость улеглась. Осталась тоска. По нему. Мне не хватало его. Каждый день ждала, что вот сейчас откроется дверь, и он войдет. Но дверь не открывалась. Мне нужен был его лукавый взгляд, когда он обещает ласки, мне нужен его теплый взгляд, когда очередная попытка отравить провалилась, мне нужен он. Почему быт заставил забыть о чувствах? Почему обида и злость встали между нами? Как же хотелось прикоснуться к нему, даже если сгорю, даже если это будет последнее, что я сделаю в жизни.
   Надо бороться, благо расческа осталась в ванной, волос хватит для проверок. Сотни экспериментов над собственной кожей, сотни анализов, мази, отвары, гели, суспензии, эмульсии, ничего не помогало, стоило прикоснуться волоском, как опять ожог. Консультации, поездки к именитым знахарям, к шаманам, сильным колдунам не дали эффекта. Он может убить меня прикосновением, но как же хотелось умереть в его объятиях.
   Меловые скалы на острове Рюген, чудо природы. Белые скалы, зеленые леса, синяя вода вокруг и страшные волны, что пеной взбивались о скалы. Нет лучше места для уединения. Нет лучше места, чтобы принять решение.
   -Джиэда?
   -Рей?
   -Отойди от обрыва.
   -Тебе придется оттащить меня от него.
   -Сама знаешь, что это невозможно.
   -Возможно, ты просто получишь еще один уровень силы. Четырнадцатый. Как умерли жены до меня?
   -От старости.
   -И ты был с ними все время?
   -Нет. Мне хватило и пары дней с ними, уровень повышается от заключенного брака, а не от смерти жены. Могу жениться на пяти одновременно.
   -Какой уровень у тебя сейчас?
   -Тринадцатый.
   -Почему? Никто не мешает тебе взять еще четверых.
   -Не мешает. Но зачем?
   Нежность, все та же нежность в словах. Нежность, что так удивила меня в первую встречу, нежность, с которой он терпел все мои выходки.
   - Джиэда Бенну Дайони, не делай глупости.
   -Не буду. Ты знаешь, что означает мое второе имя?
   -Знаю, но не верю.
   -А я верю. Давай попробуем, что мы теряем?
   -Ты - жизнь, я - жену.
   -Другую найдешь.
   -Никому из твоего рода подобное не удавалось.
   -Все бывает впервые.
   Лучше короткая жизнь с тобой, чем долгая без тебя. Надежда есть всегда, даже если это всего лишь имя птички, что возрождается из пепла. Он отошел дальше, готовый исчезнуть.
   -Предпочитаю не прикасаться к тебе и знать, что ты жива.
   -Жива ли я, Рей?
   -Жива. Время лечит. Ты встретишь другого, Джиэда, и будешь счастлива.
   -Ты не оставил мне выбора.
   Крылья распахнулись мгновенно, он успел поймать ее у самых скал, огонь сжигал тело, но она лишь сильней прижималась к нему. Пепел, все, что осталось. Но и его уже подхватил коварный ветер. Крик боли огласил округу. Зачем он позволил себе быть с ней. Надо выбирать тех, к кому безразличен. Все это знают! Все! Но, он позволил себе полюбить. И погубил ее.
  
   Свист раздался неожиданно.
   -Рей, ты еще долго будешь обо мне скорбеть?
   У него слуховые галлюцинации.
   -Да жива я. Тут в кустах. Одно не предусмотрела, одежды запасной нет.
   - Джиэда?
   -Я это, я. Только ты мог бы уже перестать удивляться и принести мне что-нибудь из одежды.
   Ошалевший муж чуть не полетел за одеждой, вот бы город перепугал, хорошо вспомнил, что машина недалеко, а там плед. Удобная штука -портал, почти моментально дома. У нас дома. Приготовила ужин, пока яды придумывала, попутно столько рецептов насочиняла, что на долгую семейную жизнь хватит. О, как же я люблю этот лукавый взгляд и все, что за ним последует...
  
   Моя голова лежит на ее коленях, ее пальцы поглаживают мои волосы, в такие минуты я сам себе напоминаю кота, даже хвост поддергивается от удовольствия. Крик раздался как всегда неожиданно, а казалось, еще есть несколько часов отдыха.
   -Чья очередь?
   -Твоя.
   -Моя была в прошлый раз.
   -Вместе?
   -Вместе!
   Джей Бенну Дайони собрал все лучшее от всех - от дедушки громкий голос, от бабушки требовательность, от папы кисточку сердечком, от мамы самовозгорание. Главное вовремя подойти, а то бабушка не успела и полдеревни сгорело.
  
   Шел..., ой, да неважно какой шел год брака, все счастливы, любимы и вместе.
  
  
♥ 2 место Морская Лара
   Ведьма в подарок
  
  АННОТАЦИЯ Он - ледяной демон. Она - ведьма. Они несовместимы. Рождественская сказка аж на полтора авторских листа.
  Подарок, твою же... Доигралась. Самые безумные приключения начинаются со слов: "Однажды мы с подругой...". Откидываюсь на сидении частного слайдера и жадно пью шампанское, потому что мысль о том, куда я еду, несовместима с трезвым состоянием. Да и с сознательным тоже. Меня собираются подарить ледяному демону. Ладно бы обычному, южному, у них хоть и жарко, зато живут они более-менее нормально. Даже туризм поощряют, в пределах разумного, и в конфликты вступают только по серьёзным причинам. А ледяные демоны... конфликтов с ними не бывает, потому что они ни с кем не общаются. Вообще. Не могу сказать, что есть много оскорблённых желающих, так как живут ледяные демоны на арктическом севере. Не жизнь, а сплошной лёд. А у меня даже пальто нет, пришлось занять у подруги. В Феале климат мягкий, даже зимой тепло. Снег был всего однажды, лет пять назад, так город вообще закрыли, на всякий случай. А теперь я лечу на север, чтобы меня, потомственную ведьму, владелицу собственного охранного бизнеса, подарили ледяному демону. И во всём виновато "однажды мы с подругой...".
  
  Моя мечта - квартира в небоскребе. Чтобы из постели смотреть на город через стекло от потолка до пола. Чтобы мимо пролетали только самые быстрые из скутеров, и водители не успевали заглядывать в окна, а то на нижних этажах то и дело становишься объектом наблюдения дедуль, пролетающих на никакой скорости. Чтобы пить кофе у самого стекла, задыхаясь от красоты Феалы с её стеклянными небоскребами и джунглями на крышах.
  
  Мечта у меня - на миллион, а денег - на картонную коробку. Так вот, однажды мы с подругой побаловались коктейлями и оказались около агентства недвижимости. И тут я увидела свою мечту. Студия ценой в жизнь и размером с моё счастье. До слёз, до вспотевших ладоней. Квартира ББ17, 133тий этаж. Как заведённая, заполнила документы, внесла залог и взяла на себя обязательства. Агент даже не моргнул, ведь по законам Феалы неустойка составляет такой массивный процент от стоимости, что они продают что угодно и кому угодно. А потом хоть в долговую яму. Пришла домой, продала всё, что не привинчено к полу, и поняла, что до первого взноса мне ещё ой-как далеко. Следовало копить ещё года два или три. Друзья скинулись, чем могли, но это как плюнуть в костёр. А потом в моём офисе появилась Даша - юрист, представляющий интересы заказчика.
  - Аара Таллиатьери аа... (остальное замнём) собирается нанять вас с целью обеспечения защиты своему сыну, - объявила Даша с таким пафосом, что я непроизвольно выпрямила спину. В моём положении богатая клиентка, да ещё и иностранная дворянка, аара, - это как спасительный круг, брошенный в бассейн с аллигаторами.
  - Аара подарит вас сыну на день рождения, - смущённо добавила Даша.
  
  А ну-ка ещё раз? Перед глазами прошла череда дивных образов: меня заворачивают в фольгу и закрепляют липкой лентой; я выпрыгиваю из праздничного торта; меня вносят в комнату сына с бантиком на причинном месте...
  - У ледяных демонов принято дарить полезные подарки, например, оплачивать личного массажиста или скульптора. Сыну аары нужна самая сильная защита, как у Егора Крицкого.
  Ага, Егор. Горнолыжник, чемпион, по доброй душе толкнувший небольшую рекламу. Пустил словечко, так сказать. Типа я наложила такую охранку, что от него деревья отшатываются.
  - Не волнуйтесь, - сказала Даша неискренне, - они - обычные демоны. Только у них прохладно и темно. А оплата почасовая, вот.
  Да-да. Прохладно и темно, и никто про них ничего не знает. Страшно, но деньги огромные.
  - А вы сами у них были? - робко поинтересовалась я.
  - Была... эээ... по скайпу. - Ну да, по скайпу и я много, где была.
  
  Вот я и лечу к ледяным демонам, вернее, уже еду, так как несколько минут назад мы приземлились и скользим по льду. Отсюда и название - "слайдер". Я справлюсь. В жизни ведьмы главное - логика и коварство. А раз уж я - подарок, то стоит выглядеть соответствующе. Ресничка к ресничке, тени, блеск для губ. Колготки со швом над сапожками. Ведьма я или где.
  
  Снаружи темень, та самая, которая "хоть глаз выколи". Интересно, где мы? Город? Село? Шагаю наружу в густое, чёрное "ничто", стою на последнем островке света и принюхиваюсь к леденящему воздуху. На мне тонкое пальто, смех один в таком климате. Дыхание превращается в кристаллы и оседает на губах. Холод сковывает кожу на лице, замораживает лёгкие.
  - Идите! - подбадривает пилот, и за мной закрывается дверь.
  - А... а там земля есть? - Глупый вопрос, знаю, но струхнула маленько. Я ж охранная ведьма, мне остальная магия не по силам. - Эй! - голос замерзает снежинками на языке. - Холодно!
  
  До моих колен дотрагивается что-то живое. Тёплое. Наклоняюсь, сглатываю леденящую слюну и прикасаюсь к существу ростом с пятилетнего ребёнка. Если верить слухам, то в Ледяной империи нарочно останавливают рост низших демонов и оставляют их в услужении. Бррр. Кожистая горячая лапа хватает меня за руку и тянет вперёд. Я люблю контролировать ситуацию, а в темноте не очень-то и покомандуешь, и меня потряхивает от страха.
  - Где мы? - Тишина. - Вы взяли мои чемоданы? - Тишина. - Вы меня понимаете? - Тишина.
  А ещё холодно до ужаса, уже трясёт всем телом. Тёплая лапа толкает меня под коленки, и я падаю носом на сидение, умиляясь гостеприимству. Пытаюсь задать вопросы, но в ответ получаю урчание мотора и резкий старт. В их слайдере ни единого огня, а у меня уже галлюцинации пошли - разноцветные точки, завитки и прочая дурь.
  - Я не вижу в темноте, - объясняю на всякий случай, вдруг они образумятся, включат свет в салоне и поздороваются, как приличные люди... демоны. - Меня зовут Женевьева! - Тишина. Долго я не упорствовала. Когда десяток фраз остались без ответа, выдохнула и расслабилась. Я - наёмная сила, меня не похищали и не запугивали. Они нуждаются в моей помощи, так что козыри у меня.
  
  Как только мы остановились, меня вытолкнули из слайдера и повели вперёд. Ступень, вторая, третья, запах хвои и лимона. Протягиваю руки, чтобы не натолкнуться на стену, и послушно иду вглубь дома, подталкиваемая под колени. Вдруг мои провожатые отступают, и я чувствую, что передо мной кто-то стоит.
  - Шшш! Идите в комнату! Аар в плохом настроении, а его мать ещё не приехала. Она подарит вас сыну вечером во время церемонии. - Перед глазами снова проплыли образы, в которых меня преподносят сыночку в нарядной упаковке.
  - Я не вижу в темноте. Кто вы?
  - Мне это известно. Я - управляющий аара. - И? И что? Я надеялась, что он потянется к выключателю, и я вдруг окажусь в самой обычной городской гостиной. Ан-нет.
  - Мы используем только ночное зрение, - подтвердил он очевидное, потом гаркнул: - Заприте её, пока аар не заметил! - Под ногами раздался писк, кожистые лапы вцепились в колготки и потащили меня в сторону. Отменно. Вот оно, демоново гостеприимство.
  - Кто это?
  
  Этот вопрос заморозил и так не слишком тёплое помещение. Задавший его явно не был человеком, даже в его голосе щёлкали ледышки.
  - Аар! Вам не следует... - испуганная подобострастность управляющего давила на слух. - Умоляю вас, не гневитесь! Это - гостья вашей матери.
  От испуга я не заметила, что поглаживаю низшего демона по голове, наощупь похожей на кожистый шлем. Дрожащий от страха.
  - Кто ты такая и что делаешь в моём доме? - проревел гостеприимный хозяин, оттесняя меня к стене. Нижние демоны испарились, оставляя меня без поддержки и ориентации в пространстве. Шагнула назад, пытаясь избежать надвигающийся на меня лёд. Дыхание прилипло к губам ледяной коркой, но я не сдалась страху. Я - гостья его матери, он не посмеет меня обидеть.
  
  Хозяин подошёл ближе и подул мне в лицо. Снежные хлопья забились в глаза, прилипли к щекам и губам. Тоже мне, Морозко* доморощенный.
  - Прекратите! Я приехала по просьбе аары Таллиатьери. Если вам невмоготу, я подожду её на улице. - Хотелось эффектно развернуться и выйти из дома, но в темноте такое поведение чревато сломанными конечностями.
  - Вот и выметайся из моего дома! - закричал хозяин, надвигаясь на меня ледяной грозой.
  - Вот и выметусь! - Получилось неубедительно, особенно когда я повернулась и тут же споткнулась о порог. Хозяин подхватил меня под локоть и выкинул на улицу, аж через три ступени. Дверь захлопнулась, отрезая меня от спасительного тепла. Ресницы слиплись, губы заледенели. Защита умереть не даст, но обморожение - вещь болезненная. Но испугаться не успела, вокруг резко потеплело. Настолько, что по щеке поползла капля размороженной туши.
  
  В этот момент раздался характерный гул слайдера, и меня обдало ледяной крошкой.
  - Прошу прощения, Женевьева! Я задержалась в пути и не успела лично вас поприветствовать! - томный женский голос неискренне извиняется, и меня хватают под руку и тянут к дому.
  - Аара, простите, но я уже была в доме, и ваш сын мне не обрадовался.
  - Наберитесь терпения, Женевьева! Ринни обрадуется подарку, смягчится и позволит вам остаться.
  
  Что-то мне не верится, что ледяное чудовище обрадуется, когда узнает, что я - его подарок. У аары дикие иллюзии по поводу сыночка. Порог, стук чемодана на полу - и вот я сижу на кровати.
  - Я вам сочувствую, Женевьева, но тут такое деликатное дело... Надеюсь, вы меня поймёте. - Аара захлопнула дверь и присела рядом в темноте. На празднике я подарю вас Ринни в качестве... ммм... гмм...
  - В качестве кого??? - произнесла я угрожающе.
  - Не волнуйтесь! Сразу после праздника я объясню сыну, кто вы такая, но пусть остальные думают, что вы - его рабыня. Так безопаснее, ведь среди приглашённых будут наши враги.
  - Я что??? РАБЫНЯ? - В моей стране рабства не существует уже... никогда!
  - Шшш, - мне заткнули рот жёсткой, кожистой рукой. Заодно стало понятно, что, несмотря на занятия восточными единоборствами, я не смогу одолеть даже обычную демонессу. Силы в ней... как в демоне. Хлопаю руками по жилистым предплечьям, кусаю ладони, и она отпускает. Такое ощущение, что я только что укусила подошву сапога. Отплёвываюсь и проверяю зубы. Защита на мне массивная, умереть не даст, но включается не сразу, поэтому в этом склепе безумцев мне придётся помучиться.
  - Женевьева, выслушайте меня, прошу вас. Мой муж - герцог провинции Лиаши. Через три месяца он передаст бразды правления старшему сыну. Этот титул - наследный, но только если правящая семья поддерживает репутацию самой сильной в провинции. В Лиаши несколько дворянских семей, и все они мечтают, чтобы с нами что-то случилось. Уже было совершено несколько покушений, поэтому мне и нужна ваша помощь.
  
  Несмотря на шок, я следила за рассказом аары с большим интересом. Я - опытная потомственная ведьма, но защищать правящую семью, да ещё от множественных врагов, владеющих незнакомой мне магией - это сильно. Это... потные ладони и комок в горле.
  Аара засмеялась грудным и почти нормальным смехом.
  - Дорогая моя Женевьева! Неужто вы подумали, что я наняла вас защищать наследника рода Таллиатьери? Что вы, право слово, о себе мните? Ледяная защитная магия совершенна во всех её проявлениях. Наследника оберегают сильнейшие маги и целая армия охранников. Речь идёт о моём младшем сыне, Ринни. Он весьма своенравен и живёт отдельно от семьи. Отец угрожал вычеркнуть его из завещания, но у Ринни - свой бизнес и деньги. Говорит, что сам себя защитит, и не подпускает к дому магов. Но ведь я же мать! Поймите, я не могу оставить моего мальчика без защиты! Надеюсь, что вы сможете найти к нему подход. А если нет, то наложите защиту без его ведома.
  
  Она что, серьёзно? Маги и герцоги не могут справиться со строптивым ледяным демоном, и поэтому на дело вызвали меня? Неужели аара всерьёз надеется, что блудный сын, отказавшийся от своей семьи, позволит охранной ведьме наложить на него защиту? Да он меня за это... Сильные, жёсткие ладони аары до боли сдавили мои плечи.
  - Умоляю вас, Женевьева, попытайтесь мне помочь. Если с Ринни что-то случится, то я...
  В её голосе столько мольбы, что я... согласилась. Не судите строго, в темноте не так уж и сложно сойти с ума.
  - Аара, я постараюсь вам помочь, но только если вы обещаете мне неприкосновенность. Я понимаю, что среди гостей будут и ваши враги, и они не должны знать об истинной цели моего приезда. Однако сразу после празднества вы должны сказать сыну правду. Я не собираюсь с ним... оказывать услуги, не согласованные в контракте.
  - Ох, малышка, - демонесса всплеснула руками. - Так вот, что вас испугало! Поверьте, вам ничего не грозит. Вы увидите демонесс и поймёте, что Ринни вами не заинтересуется.
  
  Не заинтересуется он мной, видишь ли. Чувствую себя, как вошь во дворце у льва. На всякий случай, расслабляться не стану. Вдруг ледяного демона потянет на экзотику, а я как раз под рукой, да ещё и подарена ему на день рождения.
  - Чтобы увидеть, мне нужен свет.
  Посомневавшись пару секунд, аара зажгла крохотный огонёк пронзительно-белого цвета.
  - Он исчезнет через десять минут, дольше нельзя, - виновато прошептала она. Глаза слезились и болели, привыкая к свету, но я не закрывала их, с восторгом разглядывая хозяйку. Смуглую кожу её лица оттеняли кожистые пластины. Платье из чёрного бархата, украшенное драгоценными камнями и цепями, почти полностью открывало высокую грудь. Рога и иссиня-чёрные волосы, перевитые цепочками, дополняли образ.
  - Вы никогда не видели ледяных демонов? - улыбнулась аара, и я покачала головой. - Эти кожистые участки - остатки панциря, который носили на себе все ледяные демоны несколько веков назад. Со временем условия нашей жизни изменились, и панцирь постепенно исчезает. Простите, но мне пора готовиться к празднику. Будьте милочкой, подождите здесь.
  
  Меня нарядили в платье из чёрной парчи, расшитой серебряной нитью, тяжёлое, слишком длинное. Походила по комнате, удерживая подол, и вдруг почувствовала, что в дверях кто-то стоит. Вернее, не кто-то, а сам хозяин, ибо температура резко рванула в направлении минуса, а меня потянуло в сторону, противоположную двери.
  - Я - гостья вашей матери, вы не должны меня беспокоить, - твердо сказала я. Почти твёрдо, голосок всё же дрогнул, зараза. - Когда вы рядом, мне холодно. Оставьте меня. - Говорю в пустоту, вытягиваю руки и иду к двери. Нащупываю косяк и понимаю, что хозяина уже нет. Не нравится мне всё это, ой, не нравится.
  
  На празднество меня вели вслепую. Вокруг - шорох платьев, позвякивание бокалов, шёпот и совершенная темнота.
  - Сын! Я дарю тебе это существо, - голос аары Таллиатьери дрожал, - потому что ты любишь всё необычное.
  
  О-бал-деть! Хочется состроить рожу, но нельзя. Они меня видят, а я их - нет.
  Хозяин приблизился, и я поёжилась и отвернулась. Отступить не могу, за спиной волочится подол слишком длинного платья.
  - Что в ней такого необычного? - усмехнулся демон.
  - А вот это, мой дорогой сын, тебе предстоит выяснить самому.
  
  Аж меня заинтриговала! Да и сыночка тоже проняло. Подошёл ближе, и меня всерьёз разозлило то, что я его не вижу. Явно ведь разглядывает меня, а я стою посреди зала, как слепой котёнок.
  - Она твоя, Ринни, обращайся с ней бережно, - промурлыкала аара, и вокруг раздались смешки.
  
  Будем надеяться, что мои знакомые не узнают об этой "работе". Иначе мне конец.
  - Обращаться с ней бережно. - Демон выдохнул мне в лицо облачко снежинок.
  - Отойдите, пожалуйста, мне холодно, - не выдержала я. Не хочу перед ним дрожать, вдруг подумает, что я боюсь.
  - Холодно, - усмехнулся он. - А это существо хоть знает, что мы - ледяные демоны?
  - Знает, - подтвердила аара.
  - И сама сюда приехала?
  - Сама. Добровольно.
  
  Молчание. Очень, очень хочется поспорить, но ещё больше хочется горячего шоколаду. В моей новой квартире. Под одеялом. У окна.
  - Не боишься ледяного демона, смелая девочка?
  - Меня зовут Женевьева.
  - Ева, значит. Как первая женщина.
  Я подалась в сторону аары, намекая, что разговорная часть окончена, но демон дотронулся до моей щеки и повернул лицо обратно.
  - Не прикасайтесь ко мне, у вас холодные руки.
  Долговая яма - это не так уж и плохо. Даже в чём-то замечательно. Хочу в долговую яму прямо сейчас, только бы подальше отсюда.
  - У меня и всё остальное тоже холодное, - ответил он, и невидимые гости покорно рассмеялись.
  
  Ой, как хочется сказать, что у него от холода, небось, всё сморщилось, но сдержусь. Пока. Однако демон обо всём догадался по моей ухмылке.
  - Такое бывает только у мужчин, - прошептал, замораживая ухо. - У ледяных демонов - наоборот.
  Я дёрнулась и сглотнула. Слишком долго без парня, и это сказывается. Даже демон заметил, как на меня повлияли его слова.
  - Ты ведь ничего не видишь, - прошептал он, проводя пальцем по моей щеке.
  - Не вижу.
  
  Под потолком поплыла сеть синеватых огней. Тусклых, но я смогла рассмотреть действо и ошарашенно застыла на месте. Десятки гостей, все черноволосые, смуглые, с рогами, в богатых одеждах. Вокруг бегают низшие демоны, похожие на кожистых обезьянок. На троне восседает герцог, с растрёпанной чёрной гривой и злым взглядом. Рядом стоят две его грозные копии, явно старшие сыновья. Вокруг несколько демонесс, при взгляде на которых становится понятно, что имела в виду аара. Безумно красивые и с такими формами, которые даже нарисовать не получится, фантазии не хватит.
  - А на меня посмотреть не хочешь? - спрашивает хозяин, но я не успеваю ответить.
  - Зачем ты зажёг огни? - потребовал герцог, с неприязнью глядя на сына.
  - Чтобы моя рабыня рассмотрела хозяина.
  
  Одно слово - демон. И имя Ринни ему совершенно не подходит, хотя думаю, что это сокращение. Громадный, с витиеватыми рогами, в кафтане из чёрной парчи, расшитой серебром, как и у меня. На скулах - ледяные пластины. Интересно, почему, ведь у остальных они - кожистые.
  - Насмотрелась? - демон повернулся к низшим и приказал: - Отведите её в мою спальню!
  А вот этого я и боялась. Оборачиваюсь на аару, та подмигивает и испуганно косится на мужа.
  - Аара! - зову я, надеясь, что она поговорит с сыном как можно скорее.
  
  Огни исчезают, и низшие демоны тащат меня за подол в покои хозяина. В них жуткий холод. Мне бы принять горячий душ и переодеться, но боюсь, что это будет превратно истолковано, поэтому я сажусь на пол у стены, подальше от кровати, кутаюсь в плед, дрожу и жду появления Ринни. Он не заставил себя ждать. Видимо слова матери его действительно заинтриговали, и он пришёл разбираться с моей необычностью.
  - Аар! - нервно зову, ощущая его приближение. - Вы поговорили с матерью?
  
  Опускается рядом на пол, приподнимает подол платья и проводит рукой по ноге. Я отползаю в сторону и стряхиваю его руку. Рядом шорох, потом что-то тяжёлое ударяется о пол. Он там что, рога отвинчивает? О чём я и не преминула спросить, вызвав радостный смех демона.
  - Не прикасайтесь ко мне, - предупреждаю спокойно и твёрдо. - Я защищена от насилия.
  - Какого насилия? - над нами появляется тусклый огонёк, и я вижу удивление на лице демона. - Ты - моя рабыня, и я собираюсь тебя взять.
  ВЗЯТЬ?
  - Что ещё за "взять"??
  - А что такое? - Он действительно не понимает. Ох, уж эта рабская нация.
  - Несколько часов назад вы выбросили меня на улицу. Умирать.
  - Во-первых, я не поверил, что ты - гостья моей матери. Решил, что ты шпионка. Во-вторых, я согрел улицу.
  Он согрел улицу. Отлично сказано. И ведь действительно согрел, не поспоришь.
  - Мы здесь одни? - смотрю через его плечо, и он улыбается и подаётся вперёд.
  - Я не беру рабынь при свидетелях.
   - Тогда послушайте меня. Ваша мать объяснит, зачем она меня наняла. Я - не рабыня, а ведьма.
  - Да будь ты хоть орка! - демон хватает меня за талию и сажает к себе на колени.
  
  Взвизгнув, я вырываюсь и готовлюсь активировать защиту. Не хочется обижать клиента, а придётся. И тут я замечаю, что на меня направлено острие оружия прямо над его плечом.
  - Это что такое? - приглядываюсь, чтобы понять, с чем имею дело.
  - Ты активировала защиту? - спрашивает Ринни, ссаживая меня с колен.
  - Собиралась.
  - Вот мой хвост и отреагировал.
  Только хвоста ему и не хватало. Протягиваю руку, но демон ловит её на полпути.
  - На нём смертельный яд, а острие пробивает даже алмаз.
  - Кончик вашего хвоста в форме сердечка. - Вытянутого, с ядовитым острием, но всё равно сердечка.
  - Что?? - негодует он, потом не сдерживается, смеётся, - Скажешь тоже. Это - смертельное оружие, а не сердечко. Зачем ты приехала?
  Придвигается ближе и проводит рукой по моей спине. Честно говоря, мне приятно. Я падкая на экзотику, хотя и не при таком раскладе.
  - Пожалуйста, поговорите со своей матерью наедине. - Сама объяснять боюсь, предчувствую, что он, мягко выражаясь, вспылит.
  - Хорошо, но сначала я тебя возьму.
  Рука уже под платьем на бедре. Надо будет узнать про скорость движения ледяных демонов.
  - Сначала моя защита парализует вас электрошоком.
  
  Вот и поговорили. Сидим, смотрим друг на друга. Мне не страшно, и не только из-за защиты. Просто на реальность это не похоже. Совсем. Уж слишком он необычный, ледяной, рогатый, хвостатый, странный. И смотрит на меня так, как будто решает задачу.
  - Хорошо, я поговорю с матерью, а потом тебя возьму.
  - Тогда и обсудим.
  
  Своенравный маменькин демон ушёл, а за мной пришли низшие, отвели в мою комнату, зажгли фонарики и показали ванную. Вроде всё, как в обычном доме, только чёрно-белое. Как будто ходишь по шахматной доске, хотя так и есть. Партия с ледяным демоном.
  
  Ринни разбудил меня посреди ночи. Или дня, кто знает. Прилёг рядом на постели и потряс за плечо, предварительно повесив над головой фонарик. Предусмотрительный, надо же. Чувствует, что я со сна могу его защитой огреть. Да и снегом больше не бросается.
  Его первыми словами стали: - Я всё равно тебя возьму, Ева. Ты будешь моей первой женщиной.
  Ну вот, снова начинается.
  - Нет, Ринни. Я не буду для вас ни первой, ни женщиной.
  - У тебя такая нежная кожа, а у меня никогда не было женщин.
  Вот же, заклинило.
  - Уверена, что вы сможете исправить это без моей помощи.
  - Меня зовут Ринивиор, называй меня Рин.
  - Вам объяснили, для чего я здесь?
  - Да. - Вместо ожидаемого раздражения на его лице - улыбка. Этакая ледяная, рогатая громада с весёлой ухмылкой. С ума сойти можно. Хоть прямо сейчас отправляйся домой и давай интервью жёлтой прессе. "Демон в моей постели". "Рогатый соблазнитель". "Моё ледяное несчастье". Заработаю денег, а заодно и сбегу от этих варваров.
  - Скажи, Ева, - вкрадчиво начал он, - неужели ты всерьёз думаешь, что сможешь меня защитить?
  Что?? Он что, сомневается в способностях ведьмы??? Ему жить надоело?
  - Да, Рин, я уверена, что смогу вас защитить. - Отвечаю так же вкрадчиво.
  - И ты уверена, что я позволю тебе это сделать?
  - На сто процентов. - Отползаю к спинке кровати, потому что предчувствую бурю. Ледяную.
  - При этом ты знаешь, что я отказался от услуг ледяных магов.
  - Знаю.
  - Но всё равно уверена, что я позволю тебе вмешаться?
  - Да.
  
  В его усмешке не было угрозы. Рин считал меня забавной игрушкой, возомнившей о себе невесть что. Он собирался "взять" меня и отправить домой, посмеявшись над задумкой аары.
  Наклонившись к нему, я улыбнулась. Неприязненно.
  - Знаете, почему я в этом уверена? Потому что никто, даже великие ледяные маги, не почувствует вмешательства ведьмы. Мы вьём нити и сети, а потом пропитываем ими воздух. - Придвинулась ещё ближе, водя пальцем по ледяному панцирю на его скуле. - Моя магия - это ветер, это воздух. Вы видите воздух, аар? Нет? То-то же. Аара наняла меня защитить вас, хотите вы этого или нет. Если я вмешаюсь, вы ни о чём не узнаете. Однако если вы не будете сопротивляться, то клянусь, что я ничего не сделаю без вашего ведома.
  
  Буря не пришла. В глазах демона отразился чистый восторг, и, наклонившись, он поцеловал мою руку. Я ожидала чего угодно, только не этого. "Я" и "покраснела" не увязывается вместе, но именно это и случилось. Надеюсь, что у демонов ночное зрение чёрно-белое.
  - Мне нравится твоя игра, Ева. Смело.
  - У меня есть для этого основания. На мне кубометры защиты, так что мне ничего не грозит.
  - Это как посмотреть. - Шершавые губы щекочут запястье. - Она сможет тебя защитить, а вот отправить домой - нет. Что будет, если я тебя не отпущу?
  - У меня контракт! - завопила я и поняла, что допустила ошибку. Большую. Показала слабость.
  - У тебя контракт с моей матерью, а не со мной, - сказал он, прижимаясь губами к моей ладони.
  К счастью, я уже пришла в себя.
  - Вам никогда не советовали не обижать ведьму?
  - Я собираюсь тебя целовать, а не обижать. - С этими словами он втянул губами мой мизинец. Вот же, зараза демонова.
  - Вместо того, чтобы облизывать руки, назовите ваши условия.
  - Хорошо! - быстро согласился он. - Первое - я беру тебя прямо сейчас и потом, когда захочу. В любой момент, в любой позе, в любом месте. Второе - ты рассказываешь мне о своих способностях, и я решаю, какая защита мне нужна. Третье - ты остаёшься здесь... - он бесцеремонно осмотрел меня с ног до головы и заключил: - на месяц.
  
  О как! Меня оценили, как любовницу на месяц! Даже не знаю, гордиться или расстраиваться.
  - Позвольте я чуть-чуть подправлю ваши условия. Первое - у нас с вами деловое соглашение и никаких личных отношений. Второе - вы рассказываете мне о вашем образе жизни, о привычках и об опасностях. После этого я разрабатываю для вас индивидуальную защиту. Третье - вы отправляете меня домой, как только я закончу плетение. Думаю, что недели будет достаточно.
  Рин присел на постели. Его откровенно веселило моё неповиновение.
  - Немного подправила? - захохотал он. - Первое условие - посмотрим, не зарекайся. Второе - так даже лучше, принимаю твою поправку. Третье - оговорим по ходу дела. Если ты меня не обманешь, то отпущу. Но кто знает, может, ты и сама не захочешь уезжать.
  - Я уже хочу домой, - убеждённо кивнула я.
  - Тогда готовься, ведьма, - усмехнулся Рин и загасил фонарик. - Завтра я начну знакомить тебя с моей жизнью. Выезжаем в полседьмого.
  - Подождите! Мне нужен свет и часы. Мой телефон здесь не работает. Еда...
  - Тебя что, не кормили? - встрепенулся он.
  - Кормили, но чем-то странным. Мне нужна нормальная человеческая еда. Я должна чувствовать себя полноправной гостьей, как это принято у нормальных людей.
  - Завтра всё устрою, - бросил он. - Сейчас три утра.
  Замечательно. Он зашёл поболтать по душам в три утра. Вот же, манеры. Демоново гостеприимство.
  
  Ладно, не буду жаловаться, так как завтрак мне принесли нормальный, если не считать того, что яиц было восемь, булочек - пять, а фруктов - целый поднос. Перекусив, я предусмотрительно упаковала остальную еду с собой. Кто знает, когда меня ещё покормят и чем. Рядом с кроватью поставили коробку с магическими фонариками, благодаря которым я теперь могла вести почти нормальный образ жизни.
  
  Рин появился ровно в шесть тридцать, чем-то очень довольный. В чёрной облегающей рубашке и брюках. Если смотреть на тело - то обычный накачанный мужик. Поднимешь глаза повыше - на плече - хвост, на голове - рога, на лице - ледяные пластины. Мультик, а не мужчина.
  Протянул мне что-то типа халата. - Надень спортивные ботинки и ледяную робу.
  - А сколько сегодня градусов?
  - Не знаю, а зачем тебе? - удивился Рин. - В горах не холоднее, чем -60, но я дал тебе робу. Это магия, Ева. Одень и пошли быстрее, ты меня задерживаешь.
  Мы вышли на улицу: Рин в костюме наёмного убийцы, а я в халате. А холода-то и не чувствуется.
  - Тепло? Всё равно будь осторожна. Роба защищает тебя от холода, но можешь поскользнуться.
  - Я привыкла. - Делаю шаг вперёд и хлопаюсь на зад с девичьим визгом.
  - Я же сказал! - возмущается демон, но даже не пытается помочь. Когда я упала, фонарик вылетел из рук и подкатился к чёрному (а какому же ещё?) лакированному красавцу-слайдеру. Рин уже за рулём, и я спешу внутрь, потирая ушибленное место.
  
  Сажусь рядом и сразу переключаюсь на рабочее настроение. Рассматриваю приборы, замки на дверях, толщину стекла. Пока всё просто - навешу воздушную подушку толщиной сантиметров в десять, сплету защиту на замки, на стекло, на ремни безопасности, а сверху закреплю сетью, чтобы не было вторжения.
  - Работаешь? - смеётся.
  - Это называется диагноз. Я не стану ничего делать без вашего разрешения.
  - И какой диагноз у моего слайдера?
  Я вкратце объяснила, какую защиту могу предложить. Рин хмыкнул в ответ, загасил фонарик и положил мне на колени что-то шуршащее.
  - Держи пакет. - И рванул с места. Меня буквально впечатало в кресло. Закрутило, перевернуло. Теперь понятно, для чего пакет, тошнить меня будет и прямо сейчас.
  - А помедленней нельзя?
  - Ты хотела ознакомиться с моим образом жизни. Вот и знакомься: мы едем на работу.
  
  Не сдамся. Ни за что. Рин смеётся, но неприязнь просвечивает наружу, и от неё становится холодно, несмотря на робу. Нащупываю в себе источник силы, тяну за него и плету оболочку. Давно научилась, ещё от бабушки. Когда окружающий мир строит каверзы, создай для себя кокон и оставайся в нём, пока мир не одумается и не придёт в норму.
  
  Рин выделывался, как мог. Вверх, вниз, кругами. Нас швыряло и трясло. Я застыла, как зародыш в яйце, отреклась от безумия демона и ждала, когда меня вернут на ровную почву.
  
  Вернул. Зажёг фонарик и повернулся ко мне. Лицо недовольное, злое.
  - Что ты сплела?
  Распускаю кокон, расслабляюсь, прикрываю глаза. Устала - аж руки дрожат.
  - Что ты сделала? - орёт он и хватает меня за руку. Смотрит на дрожащие пальцы и рычит странное слово с обилием "хрр" и "шшш".
  - Мне стало плохо и пришлось сплести защитный кокон. Если вы пытались доказать мою слабость, вам удалось. Но я никогда, слышите, никогда не попрошу вас ни о защите, ни о милости. Никогда. Вы - всего лишь мой клиент. Я выполню работу и уеду домой.
  Снова "хрр" и "шшш", и мы срываемся с места, но летим уже нормально.
  - Если вы всегда так крутитесь, то лучше перестраховаться. Сделаю воздушную подушку потолще, метра два или три, - бормочу в полусне. Восстанавливаюсь.
  
  Рин останавливает слайдер и смотрит на меня в темноте. Я знаю, когда он смотрит, потому что... знаю - и всё.
  - Мы приехали, Ева.
  
  Оглядываюсь. Достопримечательностей - куча. Слева - темень, справа - темень ещё гуще, спереди... всё понятно. И тут Рин выбирается из слайдера и зажигает огни. Везде - в небе, на земле, на деревьях. Тысячи огней. Выбираюсь наружу, скольжу, падаю, но чувствую только восторг. Огромная гора со снежной шапкой до бровей и ледяным покрывалом, сползающим с плеч. Под ней - спуск в глубокий карьер. Полосы разноцветного льда в сиянии магических огней, как ледяная радуга.
  - Я - повелитель льда, Ева. Раз в столетие рождаются демоны с ледяным панцирем, мы способны повелевать льдами. По другую сторону этих гор - земли ледяных драконов. Я защищаю империю от их вторжения.
  
  Так-с. Ясненько. Аара Таллиатьери наняла меня помочь блудному сыночку, шалопаю и хулигану. А оказалось, что он - повелитель льда, защищающий империю от вторжения драконов. Нормальненько. Он повелевает льдом, а я - сеточками и ниточками. Удивительно, что он ещё не выкинул меня к драконам.
  - Моя жизнь - лёд. Он говорит со мной, отвечает на мою магию, и я знаю о любом вторжении. Я летаю над горами, спускаюсь в карьеры и говорю со льдом.
  
  Аара Таллиатьери скромно обозначила это занятие словами: "У моего сына свой бизнес". Рин взял меня за руку, помогая встать. Хочется сказать, что у нас с ним много общего, потому что я люблю лёд в коктейлях, но не думаю, что он оценит мою шутку.
  - Всё ещё хочешь посмотреть на мою жизнь? - Я кивнула, потому что хочу. Честно, хочу, даже если придётся снова удерживать кокон. Такой красоты, как здесь, я ещё никогда не видела. - Мы спустимся в карьер, а потом полетаем над горами.
  
  "Спустимся". Как много скрыто в этом слове. Мы сорвались с края и упали вниз. Свободный полёт. Желудок дрожит в горле, по телу - мурашки, а глаза слезятся от восторга. Шлейф огней, разноцветные полосы, блеск льда - и вот мы на дне карьера.
  - Мы с тобой очень разные, Женевьева, - глубокомысленно объявил Рин, когда мы остановились. Надо же, какой наблюдательный. Интересно, что именно он имеет в виду? То, что я вдвое меньше него, без рогов и прочих причиндалов, с голубыми глазами и даром ведьмы? - Для тебя эти огни - красота, а для меня - уродство. Ты, как ребёнок, радуешься искусственному магическому свету, а это цацки. Дрянь. Поэтому мы и живём в темноте. Искусственный свет превращает мир в иллюзию. Прекрасен только настоящий свет, я докажу тебе это. А пока радуйся подделке.
  
  Пока он работал, я разглядывала разноцветные полосы. Это ж сколько здесь минералов, раз лёд такой разноцветный, а снег - розовый.
  
  Мы полетали над горами, чтобы проверить ловушки. Потом легли на лёд на дне карьера и смотрели на нимбы света вокруг фонариков. Вернее, легла я, а Рин недовольно топтался рядом, потом, вздохнув, последовал моему примеру.
  - Расскажите, с какими опасностями вы сталкиваетесь.
  - Нападения ледяных драконов, ловушки, резкие перемены погоды, а теперь ещё и враги отца. Мать считает меня упрямцем, а на самом деле ледяная защита только ослабит меня. Она похожа на каменную клетку и подходит только тем, кто сидит на месте. Родители не могут смириться с тем, что судьба избрала меня повелителем льда, отсюда все проблемы. Это - опасный и тяжёлый труд, дворяне обычно отказываются от такой "чести", возложенной на них судьбой.
  Я положила фонарик на лёд и поймала сиреневую снежинку.
  - Я знаю, какая защита вам нужна.
  - Ммм? - поинтересовался Рин, думая о чём-то своём.
  - Никакая. Ни каменных стен, ни плетения против огня или металла, ничего такого. Только тонкий слой "ведьминого чутья". Эластичный, податливый, как вторая кожа. Он предупредит об опасности и предскажет будущее в разумных пределах. Вы не почувствуете его, пока вам не будет угрожать опасность. Вам нужен абсолютный контроль, а всё остальное - мелкие добавки.
  
  Рин повернулся и посмотрел на меня так пристально, что я заёрзала на льду.
  - Ты достаточно быстро меня раскусила, маленькая ведьма, - сощурился он. - Неужели я настолько предсказуем?
  - Ваша мать предупредила, что вы своенравны и любите всё делать по-своему.
  - Ты можешь сплести для меня это чутьё?
  - Да, могу, но не будем спешить. Сначала я должна узнать о ваших друзьях, привычках и слабостях.
  - У меня нет слабостей.
  - С точки зрения безопасности всё, что вы делаете чаще, чем раз в месяц - это слабость, возможная мишень для удара.
  
  Рин перекатился и навис надо мной, опираясь на локти.
  - Всё, что я делаю чаще, чем раз в месяц? - повторил он, ухмыляясь. - Всё, включая женщин?
  - Воздействие через женщину - это классический ход, и вы об этом, конечно же, знаете. Я бы посоветовала добавить защиту от типично женских методов убийства.
  - Яд?
  - Да.
  - Но ты же сказала, что мне не нужна защита, кроме чутья?
  - Так и сделаем, но я вплету в него несколько добавок. Более того, я бы хотела повесить защиту на вашу любовницу на случай воздействия со стороны врагов.
  - Тебе придётся сделать это без их согласия. Я не хочу, чтобы мои женщины знали, кто ты такая.
  - Это мудро.
  - Ты не спросишь, сколько у меня любовниц?
  - Сколько бы ни было, я сплету защиту заранее и повешу очень быстро.
  
  Честно говоря, мне любопытно, даже очень, но спрашивать не стану, потому что он неправильно это истолкует. Дело в том, что я хочу, чтобы у него было много любовниц, красивых и разных, потому что Рин - крутой мужик. Роскошный, невероятный, сказочный демон. Живёт по призванию, да ещё какому. Летает в горах на супер-слайдере, сражается с драконами, спускается в карьеры и защищает империю. Сказочный герой! Я смотрю сериалы о таких, как он. Но в них - герои в костюмах, а он - настоящий, с рогами, хвостом и ледяным панцирем. Повелитель льда. Офигеть, честное слово. Автограф, что ли, попросить? Вернусь домой, расскажу знакомым - не поверят, скажут, что меня галлюциногенами пичкали.
  - Ты крутой, Рин. У тебя очень интересная жизнь.
  
  Так прямо и сказала, честно, фамильярно и с завистью. Белой. Расчувствовалась, понимаете-ли. А он захохотал, по-доброму, как смеются над шутками ребёнка, а потом откашлялся и замолчал. Заметил, что мне совсем не смешно, даже немного грустно.
  - Ты обиделась?
  - Наоборот, завидую твоей жизни. Ничего, что я называю тебя на "ты"? Я обычно клиентам "выкаю", но ты - другой. Будет приятно вспомнить, что я называла повелителя льда на "ты".
  
  Рин нависал надо мной в окружении огней и разноцветного льда, и ситуация умоляла о поцелуе. Не настоящем, а сказочном, принадлежащем миру, в котором целоваться с клиентом - не грех, а радость, и в котором мне позволено выпасть из реальной жизни и ходить по арктическому холоду в коконе ледяной магии. Но Рин не стал меня целовать, и это к лучшему.
  - Знаешь, даже моя семья никогда не была на границе империи. Они бы оскорбились, если бы я предложил им такое. Считается, что охрана и защита - работа для низших демонов. Если в дворянских семьях рождаются дети с ледяным панцирем, их стараются излечить или хотя бы замаскировать участки на лице.
  - Это очень странно. Повелитель льда - звучит невероятно, почти царственно. У нас про такое снимают фильмы.
  
  Рин хмыкнул и недоверчиво нахмурился.
  - Я взял тебя к границе, чтобы напугать. Думал, ты впадёшь в истерику. Я и фонарики сделал, чтобы ты всё разглядела и испугалась. А ты пришла в восторг. Любая демонесса на твоём месте впала бы в ужас при мысли о драконах и опасности. А ты не зарыдала, не бросилась мне на шею, не пообещала всё возможное, чтобы я вернул тебя домой.
  - Так вот в чём дело! - выкатившись из-под него, я поднялась на ноги. - Ты думал, я испугаюсь и соглашусь на всё, чего ты захочешь. Ну, ты упёртый! Ничего не выйдет. Более того, я требую извинений. Найди карьер поменьше этого, чтобы мы могли покататься.
  - На чём?
  - На попах.
  
  Сначала Рин смеялся над моей идеей, потом вошёл в раж, как мальчишка. Иногда мы держались за руки, иногда сидели друг за другом, а иногда съезжали наперегонки. Катались на ковриках из слайдера, но они не выдержали температуры. Тогда я сделала воздушные подушки, и мы вконец разбуянились. Съезжали на животе, стоя и даже подпрыгивая. С воздушной подушкой вообще ничего не страшно. Потом мы съели остатки моего завтрака и собрались домой.
  - У меня - пять любовниц, - вдруг сообщил Рин. - У каждой - свой дом, но я поселил их на одной улице.
  Молодец, практично мыслит. Чтобы в адресах не путаться.
  - Придумай причину заглянуть к ним вместе со мной, а я пока приготовлю плетения.
  - У отца - восемнадцать любовниц. Герцогу по статусу полагается иметь как минимум пятнадцать. Жену выбирает семья, брачный контракт подписывают, когда мальчику исполняется три месяца, поэтому жёны обычно старше мужей. Моя будущая жена старше меня на год. У старшего брата - жена и пятнадцать любовниц. Он найдёт себе новых женщин перед тем, как стать герцогом.
  
  Зарубка в памяти: не попадаться на глаза его старшему брату.
  - У меня всего пять любовниц, потому что я их часто меняю.
  - У нас это называют текучкой кадров.
  - Я хочу, чтобы ты поняла наши традиции. Демоны женятся по договорённости и заводят любовниц, число которых определяется статусом и возрастом. Когда мне исполнится девяносто, мне подарят ещё десять любовниц. Такова традиция.
  
  А если я доживу до девяноста, то мне подарят клей для протезов и грелку для больных суставов. Неужели Рин думает, что я всерьёз претендую на его внимание?
  - Рин, ты интересный и необычный, и дело не в любовницах и не в обычаях, а в том, что ты живёшь по своим правилам. Я с удовольствием сплету твою защиту. - Говорю честно, смотрю ему в глаза и улыбаюсь, потому что уже тогда знаю, что не забуду его никогда. Повелитель льда, своенравный герой. Никто другой не летает на слайдере с такой бешеной скоростью, никто так самозабвенно не катается с горки на попе, и никто не смотрит на меня так проникновенно, что мне хочется вывернуться наизнанку, чтобы показать ему всё, что его интересует.
  
  Это - очень странное знакомство, волнующее и опасное, ведь не каждый день встречаешь такое чудо. Скажу правду: я бы хотела, чтобы он меня "взял", или как это у них называется. Для полноты ощущений и остроты воспоминаний. Но я боюсь завязнуть. Сказки должны заканчиваться "долго и счастливо", а у нас этого не будет. Причин много, и так понятно, каких. Я не хочу влюбляться в супер-демона, который живёт с кучей любовниц в мире ледяной тьмы.
  
  Тем вечером к Рину пришли друзья, и я сплела для них защиту против чужой магии. Хвастаясь новой "рабыней", демон усадил меня на колени и, игнорируя грозные взгляды, поглаживал по спине. Вернее, по самой нижней её части. Никогда в жизни я так быстро не работала. Швырялась плетениями направо-налево, а потом сбежала и уже у двери состроила жуткую мину, выражая своё "фи". В ответ Рин навестил меня посреди ночи. Я проснулась и обнаружила рядом здоровенное демоново тело.
  - Какого дьявола ты делаешь в моей постели? - Сонно ворча, Рин отпихнул меня в сторону и попытался снова заснуть. - Я не позволяла тебе со мной спать!
  - Я сплю не с тобой, а рядом. Эта постель, как и всё в доме, принадлежит мне. Ты хотела узнать о моих привычках - вот и пользуйся шансом. Иногда я сплю. Наблюдай и записывай.
  
  Я попыхтела, потом вернулась в постель и легла с краю. Маялась в полудрёме, боясь прижаться к нему во сне. Знаю же, чего он хочет, и боюсь, что добьётся своего. Причём скоро.
  
  С утра я занялась защитой дома. К слову, огромного, особенно если таскать с собой кучу фонариков, чтобы хоть что-то разглядеть. Рин появился, когда я балансировала на раскладной лестнице, заканчивая плетение отторжения вокруг чердачного окна. Прислонился к стене и следил за движениями моих рук.
  - Когда ты плетёшь защиту, то напоминаешь дирижёра. Сходишь со мной на концерт?
  
  Демонический концерт. Отказаться я не могла, хотя это не имело ничего общего с работой.
  - Мне одеть платье твоей матери?
  - Нет. Будь собой, - попросил он, и эти слова прозвучали странно.
  
  Путь на концерт был сплошной чувственной пыткой. Кругом голоса, смех, безликий фон. Кромешная тьма, сильные руки, ведущие меня через толпу, усаживающие на место, чуть ближе к себе, чем положено. Жёсткие пальцы на моей коже вызывали такие мысли, что... лучше бы скорее началась музыка. Рин соблазнял меня из любопытства, а я уже открыла рот, чтобы заглотить крючок. Дура. Никакого инстинкта самосохранения. А ещё он заказал вино. Сладкое, тягучее. "Мы пьём из одного бокала", - сказал он, и эти слова проникли в кровь.
  - Демоническая симфония - это неповторимое торжество звука. Концерт начнётся через пару минут. В зале ты - единственный человек, поэтому на тебя смотрят, - шептал Рин, и я ёжилась, прижимаясь к нему ближе. Наверное, для этого и говорил.
  
  А потом началась музыка, и в мозгу взорвалась боль, вытекая из ушей раскалённой лавой. Я не могла закричать и позвать на помощь, просто сжалась на сидении, пытаясь защитить уши ладонями. Рин схватил меня на руки и побежал из зала. В туалет. Зажёг фонарик и включил воду.
  - Кровь, Ева, кровь! - прочитала я по его губам и дотронулась до ноющего уха. Он вытер кровь, умыл меня и прижал к себе. Боль стихла, но я почти ничего не слышала. Несмотря на защиту, шок от звукового кошмара продлится несколько часов.
  - Я должен был догадаться, - прочитала я по его губам. - У демонов слух устроен по-другому. Звуки, частота, амплитуда - всё не так. Прости меня. Я отвезу тебя к лекарю.
  - Не стоит, защита не допустит значительных повреждений.
  
  Рин вздохнул и прикоснулся губами к моим волосам. Выехали на концерт, называется. Повеселились. А моя судьба стоит рядом и хихикает: "Поняла, насколько вы несовместимы? Нужны другие доказательства?" Знаю я, знаю. Мы настолько разные, что это не смешно. Некоторую "экзотику" лучше не испытывать, а просто оставить в числе тёплых воспоминаний.
  
  Фонарик погас, и мы не стали зажигать новый. Так и стояли в женском туалете, обнимая друг друга. Я и рогато-хвостатый демон из сказки. А потом у меня, как говорится, сорвало крышу. Причин несколько - вино, нереальность происходящего, Рин, тьма и почти полное отсутствие слуха. Звон в ушах добавлял нереальности моему миру. Осталось только осязание, и оно кричало о том, что шершавые подушечки его пальцев на моей коже - это путь к невероятному счастью. Сейчас и здесь. Вполне возможно, что мы узнаем о ещё одной, решающей несовместимости, но я буду не я, если не поддамся этому порыву.
  
  Потянулась к лицу Рина и поцеловала ледяную пластину. Странно, но что поделаешь, захотелось. Оказывается, мне нравится "странно", ваниль меня больше не устраивает. А вот ледяной панцирь - самое то. Более того, ледышки под пальцами - это очень забавно, а остальная его кожа - тёплая. А если лизнуть его шею, то ощущения необычные, но приятные. Стою в туалете и облизываю демона, но удивляться нечему: кто из нас в детстве не лизал лёд? Втянула ледяную пластину между губами и пососала. Услышала его "Что ты делаешь?" всем телом, через вибрацию гортани. Странный вопрос, если учесть, что он - демон-соблазнитель. Поднимаю голову и смотрю в темноту, туда, где, по идее, должны находиться его губы. Самое время опомниться, остановиться, но мною управляет чёрный, горячий вихрь, кружащий от сердца к животу и обратно. Провожу языком по губам Рина и чувствую, как они вздрагивают. Приоткрываются, и тогда я заявляю свои намерения языком, губами, а потом и всем телом. Хотел соблазнить? Считай, что тебе удалось, Рин.
  
  Вела я, а он стоял, почти не двигаясь. Неужто расхотелось? Избалованный шалопай, демонический герой стесняется интима в женском туалете? Не верю.
  - Что с тобой? - спрашиваю, но в темноте так и не узнаю ответа.
  
  Если отключить зрение и слух, то тело превращается в тактильный инструмент, и уж поверьте, оно играет только самые чувственные мелодии. Рин всё ещё сдерживает себя, но мои флюиды неумолимы, и он сдаётся, отвечая на поцелуй. Не так, как я ожидала. Думала, всё будет быстро - жадный язык, задранная юбка, руки, вцепившиеся в раковину. Быстрые толчки и сдавленные крики в женском туалете. Праздник спешки и антисанитарии. Но Рин целовал медленно, осторожно. Я подгоняла, нетерпеливо тёрлась и дёргалась, не желая считать это началом. Просто развязка, сброс энергии, пир осязания при отсутствии слуха и зрения. Покусывая его губы, я дёрнула за ремень, пытаясь расстегнуть брюки, но он отошёл на шаг, поймал мои руки и завёл их за спину. Подсадил меня на столик около раковины и, удерживая руки за спиной, погладил по бедру.
  - Шшш, - прошептал мне в губы, - шшш. Тише. - Треск колготок, и шершавые пальцы ласкают меня, вырывая из горла сдавленное "О!". Целует, умело доводит до развязки и, пока я вдавливаюсь в его руку, углубляет поцелуй, намекая о большем. Я ловлю звёзды рассеянным взглядом и жду продолжения, но он просто дует на мои губы. Ловлю его дыхание, втягиваю в себя поглубже, потому что знаю, что так волшебно мне уже никогда не будет.
  
  Я в тупике. Судьба создала для меня временную сказку, которая обесцветит будущие приключения. Рин вызывает азарт, уважение и страсть, в него можно влюбиться всего за один день, но... много больших "но".
  
  "Просто наслаждайся - и всё. Создавай прекрасные воспоминания", - говорю я себе и тянусь к Рину. "Нет", - отвечает он, берёт меня на руки и несёт к слайдеру. Одним словом, погуляли. Представили рабыню демонической элите, оглушили, обслужили в туалете, а теперь везём домой.
  Оказалось, что не домой. Далеко не домой. Настолько далеко, что я задремала, а когда проснулась, боль прошла, звон стих, и я различала отдельные слова.
  - Уши уже не болят. Где мы?
  Рин зажёг фонарик и улыбнулся: - Хочу тебе кое-что показать.
  
  Натянула ледяную робу и вышла на лёд. В туфлях, конечно, неудобно, но, когда магия окружает тебя подушкой, то хоть не холодно. Рин взял из слайдера большой свёрток и бутылку с бокалами. Пикник? Мы устроились прямо там, на льду, без света. В темноте я чувствовала движения Рина, и казалось, что он тоже плетёт сеть.
  - Смотри! - сказал он и в последний раз взмахнул рукой. - Я снял часть защитного купола.
  
  Темнота над нами приобрела цвет, серебристо-чёрный, и расцвела звёздами. Казалось, что мы сидим на вершине мира, наедине с той красотой, которой восхищаются, но которую так тщательно скрывают от себя ледяные демоны.
  - Вот это - настоящий свет. Чистый. Живой. Видишь разницу?
  
  Я не могла ответить, потому что иногда в сказках не разговаривают. Просто хлопают слезящимися глазами и впитывают в себя волшебный сон. Звёзды казались такими ясными и близкими, как будто выточенными из хрусталя и готовыми вот-вот упасть на ладонь. Сказочными. Довели ведьму, плачу второй раз за день. Не к добру это.
  - Плакса, - тихо рассмеялся Рин и пересадил меня к себе на колени. - Ведьмы не плачут.
  И правда, не плачут. А ещё мы не соблазняем клиентов, не катаемся с горки и не поддаёмся на уговоры. Мы коварны и хитры, но иногда, очень-очень редко, мы попадаем в сказку. И тогда... тогда все карты - козыри.
  Мир под нами казался океаном снега и льда.
  - Это - твоя стихия, Рин. Лёд и снег, везде. Ты повелеваешь целым миром.
  
  Демон засмеялся и щёлкнул меня по носу: - Не придумывай, всё далеко не так романтично. Я могу создавать и разрушать лёд, изменять его состав и форму и слышать его историю. Лёд - это всего лишь вода. Повелевать воздухом намного интереснее.
  - Я ничем не повелеваю, просто создаю сети и растворяю их в воздухе, вот и всё. Воздух не видно, из него не создашь такую красоту. А ты повелеваешь сказкой.
  - Мне нравится смотреть на мою жизнь твоими глазами. - Рин пощекотал меня и поцеловал в лоб. - Кушай!
  - Зачем вам этот купол? Понимаю, что большую часть года здесь всё равно темно, но звёзды просто великолепны! Да и летом можно урвать немного света.
  - Немного света - это слишком мало. Поэтому однажды, много лет назад демоны решили жить в полной темноте и создали непроницаемый магический купол. Со временем наши глаза изменились. Развилось ночное цветовое зрение, а естественный свет стал считаться невероятной редкостью. На него молятся, как на божество.
  - И никому не приходило в голову просто снять купол?
  - Купол приоткрывают только во время молитв. Иногда его снимали совсем, но от этого больше вреда, чем пользы. Мы привыкли жить в темноте, так удобнее. Когда становится светло, демоны путаются, теряют режим и ориентацию. А главная проблема в том, что естественный свет стал культом, почти божественной силой. Когда невероятное становится обыденным, это пережить непросто. Нам всем нужно немного волшебства. Каждый выбирает свою сказку и живёт в ней так, как может. Доступность и будничность убивают волшебство и обесцвечивают счастье.
  
  Я прикрыла глаза, чтобы отвлечься от его взгляда. Рин необычный, и я тоже. Немного необычности - это хорошо, но в нашем случае речь идёт о несовместимости. Почти во всём, кроме сказки. Верить в сказку в малых дозах хорошо, а в больших - опасно.
  
  Бокал звякает о лёд, я откашливаюсь и возвращаю нас на старую орбиту.
  - Не забудь устроить мне встречу с твоими любовницами. Завтра я закончу защиту дома, потом сделаю твоё плетение и буду готова отправиться домой.
  - Я не стану тебя удерживать.
  
  В Рине что-то изменилось. Из бесшабашного, упрямого соблазнителя он внезапно стал осторожным и немного печальным.
  Неужели его гложет то же самое, что и меня? Невозможность сказки? Нет, не может быть. Он - избалованный, своенравный демон, который привык получать всё, что хочет, когда хочет. Вот и добивается экзотичную ведьму всеми путями. И добился. Только почему отказал себе в удовольствии?
  
  Рин пришёл ко мне под утро, но я всё ещё не спала. Стояла у окна за занавесью и смотрела в темноту. Почувствовала уже привычный холод, потом скрип кровати, ругательство и стук босых стоп по полу. Рин меня искал. Вышла из-за занавеси, и он остановился.
  - Я соскучился.
  - Я тебя ждала. - Нет смысла лгать. Уже три утра, а я стою у окна. Не завтрака же жду.
  - Правда?
  - Правда.
  - Тогда не уезжай.
  
  Ложимся рядом, осторожно, чтобы ненароком не прикоснуться друг к другу, потому что уже понятно, чего боимся мы оба. Настоящего сближения. Но этот страх - игра разума. Азарт.
  - Я не могу остаться. Рин, это всего лишь азарт. Ты привык получать всё, что хочешь. Но мы несовместимы, я не смогу вписаться в ваши обычаи. Это зажигает твой азарт, вот и всё.
  - Вот и всё, - повторил он, и я услышала его улыбку. - А как насчёт твоего азарта, Женевьева?
  - И мой тоже. Мы осознали, насколько мы разные, и вошли в азарт. Захотелось доказать судьбе, что невозможное возможно.
  - Надо же, как ты нас раскусила, - хмыкнул Рин. - Спокойной ночи.
  
  Вот так, сразу спать? Он что, даже не попытается меня переубедить?? Или соблазнить?
  - Не пыхти, - недовольно фыркнул он через несколько минут. - Я тебя не обижал, не соблазнял и ни к чему не принуждал. Более того, я не выдвигал заумных теорий. Мне приятно быть рядом с тобой, и, пока ты живёшь в моём доме, я не собираюсь себе в этом отказывать.
  
  Заснуть я всё равно не смогла, поэтому занялась плетением для любовниц. "У него пять любовниц, а будет ещё больше, - повторяла я в уме, прислушиваясь к его дыханию. - Пять, блин, любовниц. Одновременно. И текучка кадров. А у меня было всего трое мужчин, а ведь мне уже двадцать семь. Ему приятно быть рядом, видишь ли. Шестую любовницу захотел, зараза".
  
  Так бывает: думаешь, что не спишь, а потом просыпаешься и понимаешь, что бессонница тебе снилась. Шарю руками по кровати, но Рин уже ушёл. Всего пять утра, а я по нему скучаю. Надо срочно заканчивать работу и уезжать домой, а то начнутся серьёзные проблемы.
  
  Рин вернулся и принёс с собой запах кофе. Зажёг фонарик и протянул мне большую кружку. Сахар и сливки, как я люблю.
  - Если ты попросишь, я уйду, - сказал он. - Раз ты уезжаешь, то будет разумнее не углублять нашу связь. Я бы предпочёл по тебе не скучать.
  Он бы предпочёл не скучать! Я бы тоже это предпочла, но боюсь, что не выйдет.
  - А если я не попрошу?
  - Тогда я проведу оставшееся время с тобой.
  - А потом отпустишь?
  - Да. Если ты этого захочешь.
  - А если не захочу?
  - Тогда оставлю себе.
  
  Я - ведьма. Я лучше сгорю заживо, чем задам вопрос: "В качестве кого?" В сказках мужчины поклоняются ведьмам, боготворят их. В действительности я - обычная женщина, которая умеет плести защиту из воздушной энергии. И сердце у меня женское.
  - О чём же ты меня попросишь, Ева?
  - Подари мне сказку, - честно ответила я.
  
  И он подарил. Опрокинул меня на постель. Целовал, гладил, щекотал и чему-то тихо радовался. Потом я стянула его рубашку, и Рин позволил мне рассмотреть его пластины. Действительно, ледяные, и на коже ощущаются дико хорошо. Холод и жар одновременно. Прикоснёшься к ним языком, и Рин вытягивается в струнку, дёргая меня на себя. Обвивает хвостом вокруг талии и тянет. И секс с ним совсем не человеческий, а дикий. Потому что он - лёд и жар одновременно, и контраст температур сводит с ума. Потому что он сильнее меня в разы, и несдержанный, и жадный. Потому что его руки жёсткие и на удивление нежные. Потому что мы совместимы. До глубины, до беспомощно закусанной губы, до крика. Влажные тела, запутавшиеся в простынях. Сказочный демон и обычная ведьма. Знаю, что секс - не главное, а всего лишь фрагмент близости, но в душе поёт торжество. В ночи, наедине, сбросив одежду, мы - самые обычные, самые совместимые. Маленький праздник посреди большой сказки. С этими мыслями я заснула на груди улыбающегося демона. Спала глубоко и счастливо, пока меня не разбудила молодая демонесса с испуганным взглядом.
  - Аар Таллиатьери ждёт вас. Вы отправитесь к его женщинам.
  
  Вот так портится настроение. Быстро и на весь день. Красивые, ухоженные демонессы жили в роскошных домах. Выходили к хозяину, восхищённо всплескивали руками и становились на колени. На колени! Мне аж дурно стало. Напридумывала себе невесть что во время секса, а теперь стою в мраморной прихожей роскошной виллы и умываюсь горькой реальностью. Властный взмах руки хозяина, и демонесса встаёт с колен, испепеляет меня чёрным взглядом и тянет Рина вглубь дома. Повесив плетение, я тушу фонарик и вжимаюсь в дверь. На свету стыд разгорается, как пламя, а в темноте можно притвориться, что тебя нет. Вообще.
  
  Второй дом. Третий. Одно и то же. Чего не хватает для полного кошмара, так это маленьких демонят, выбегающих навстречу с криками "Папа!". Рин внимателен, улыбчив, обнимает женщин за плечи, говорит приятные любезности, а я остаюсь у порога, изнемогая от презрения к себе. Уже и денег не надо, только отпустите меня домой. Хочу в долговую яму.
  
  По дороге домой Рин сказал всего одну фразу: - Ты знала, что у меня есть любовницы, и что я живу по законам нашего мира. - И всё. Никаких уговоров, никакой лжи.
  
  Вбежала в дом, схватила горсть фонариков и принялась за работу. Плела, как одержимая, укутала всё и всех - двери, комнаты, слуг, низших демонов. Выдала всю себя, истощилась. Обессиленная, забралась в угол и закрыла глаза. Завтра сплету защиту Рина и уеду. Вырвусь отсюда, мысли прояснятся, и всё будет хорошо.
  
  Рин нашёл меня, когда слуги уже собрались спать. Присел передо мной на корточки и спросил: - Пытаешься закончить как можно скорее?
  - Да.
  - Завтра уедешь?
  - Да. Сообщи своей матери, что я почти закончила.
  - Не пожалеешь?
  - Уже жалею.
  - Но не вернёшься?
  - Никогда.
  - Никогда? - Рин придвинулся ближе. - Сильное слово, уверенное. Предположим, я хочу, чтобы ты передумала. Что я должен сказать?
  - Слишком многое. И пожертвовать тоже очень многим.
  - Я так и думал. Что ж... Пошли.
  
  Он помог мне подняться и дойти до комнаты. По пути я объяснила ему схему защиты, которую наложила на его дом. Присев к столу, зарисовала сети и ловушки, чтобы Рин смог в них разобраться, когда я уеду. Вернусь домой, и всё будет хорошо. Сердце успокоится. Это всего лишь азарт, ничего другого и быть не может.
  
  Рин не пришёл ко мне вечером, и я была тому рада. Лгу, конечно, но так лучше. Правильнее. Безопаснее. Проснулась посреди ночи и почувствовала его присутствие. Он сидел на стуле у кровати и смотрел. Просто смотрел. Полностью одетый и задумчивый.
  - Извини, что разбудил. Я уйду.
  - Не уходи, раз уж пришёл. - Лживое "раз уж пришёл". Хотелось сказать "не уходи никогда", но какие права может иметь шестая любовница в Ледяной империи демонов? Никаких.
  - Уверена?
  - Да.
  
  Следующие несколько часов заняли в памяти самые почётные места. Растянулись на целый год, навсегда зафиксировались маленькими отпечатками счастья. Рин любил меня до утра, каждым толчком, каждой лаской уговаривая принять его. Но я не смогла. Проснулась на его груди, Рин обнимал меня обеими руками и даже хвостом. С кисточкой в форме сердечка. Потёрлась щекой о ледяную пластину и начала плетение. "Ведьмино чутьё", защита, нити дрожат в руках, но я плету. Спешу. Вот-вот разбужу его и скажу, что хочу остаться, поэтому надо бежать. Срочно.
  Закончила, неслышно соскользнула с кровати и услышала его голос: - Вызвать слайдер?
  
  Рин меня не провожал. Приехала его мать, благодарила, помогла собрать вещи. Потом был путь домой, долгий и тёмный, потом - слепящие огни Феалы, штрафные проценты, ключи от новой квартиры и пустота. Вроде мечта сбылась, но на её место вторглась новая и размазала меня по стенке. Стою у огромного окна, смотрю на огни и тоскую. Дошла до того, что включила кондиционер, занавесила окна и сижу в темноте и холоде. Думаю. А думать-то не о чем. Не мечтать же о домике на улице демоновых любовниц?
  
  Дни сложились в месяцы, а я так и застряла на мыслях о Рине. Каждый новый клиент, каждый звонок вызывает дрожь - а вдруг? Всем известен сценарий настоящей сказки: на пороге появляется плачущая аара и сообщает, что на империю напали драконы, и только я могу спасти Рина. Я бросаюсь на помощь, мы осознаём, что не можем друг без друга, он разрывает брачный контракт, выгоняет любовниц и женится на мне. "Долго и счастливо".
  Вот же, драконы, никакой от вас пользы. Неужели так трудно напасть на демонов?!
  
  Я ждала сказки шесть месяцев, а потом перестала. И, как водится, судьба выбрала именно этот момент, чтобы подкинуть мне очередную странную работу.
  - Клиент наслышан о вашем пребывании в Ледяной империи и хочет, чтобы вы сплели защиту для его дома, - сообщила мне удивлённая Даша по скайпу. Видимо не ожидала, что я выживу у демонов. - Оплата почасовая, клиент предоставит транспорт и полный пансион в Ниируте.
  
  Полный пансион - это замечательно, но...
  - В какой стране находится Ниирута?
  - Это и есть страна, новая.
  
  Набираю поиск в телефоне: суверенное государство в Скандинавии, там, где сотни лет назад, до великого заморозка, располагалась Швеция. Территория мне ни о чём не говорит, численность населения неизвестна, а другой информации нет.
  - Даша, а кто клиент?
  - Анонимный, - и смотрит в сторону.
  
  Анонимный, значит. Что ж. Еле успела собраться, запрыгнула в слайдер и жадно впилась взглядом в пилота. Он аж отшатнулся от неожиданности. Как приехали, разочарование нахлынуло на меня горячей волной.
  - А почему здесь светло?
  - Так день же. - Пилот покрутил пальцем у виска и отчалил, а я осталась стоять около самого обычного дома. Высокого, но совсем не сказочного. Вот же, дура, размечталась. Вокруг - сад, прохладное лето, мошкара. А в дверях стоит...
  
  И я рванула к нему. Бросилась на шею, плюнула на традиции и разум, повисла на нём, жадно целуя ледяную шею. И он тоже не отстаёт, сжимает меня до боли, бормочет, что скучал, что от меня одни проблемы и прочее. Ругается, короче, но прижимает с такой силой, что внутри зачинается буря.
  - Что, довольна, ведьма?
  
  Звучит грубо, но к словам не придерёшься, так и есть. Но всё равно обижаюсь. Я долго его ждала, часто плакала, а он не прислал ни слова, а просто вызвал меня к себе. Через шесть месяцев.
  - Чем я должна быть довольна? Мы согласились расстаться, а ты вызвал меня в эту дыру, непонятно, зачем. Кто на тебя здесь покушается, кроме комаров? - Вроде ругаюсь, а надежда потрескивает в голосе, как лучина.
  - В дыру??? - Рин отстранился и сверкнул глазами. - Ты считаешь Ниируту дырой??
  - А чем ещё? Что это за место такое? Кроме одного бешеного аара, здесь ничего нет. Сплету защиту и уеду домой.
  - Если ты уедешь, я сам придумаю законы Ниируты, и тебе придётся им подчиняться.
  - Какие ещё законы? Я не собираюсь подчиняться вашим варварским законам!
  - Не "вашим", а "нашим". Если ты останешься, Ниирута станет нашей страной.
  Он что, серьёзно? Неужели он...
  - Прошло шесть месяцев, и ты не давал о себе знать!
  - Я! КУПИЛ! СТРАНУ! Ты хоть понимаешь, как это трудно? Я сделал Ниируту суверенным государством, отрёкся от моих корней и традиций. Женщина, ты семь лет копила на квартиру, не тебе меня осуждать!
  - Мог бы и предупредить! А то я жду-жду, а тебя всё нет. - Ну вот, я уже плачу. Ведьма из меня никакая, вместо коварства одни всхлипы.
  - Ты попросила, чтобы я подарил тебе сказку, - тихо сказал он, взял меня за руку и повёл в дом. - На это потребовалось время, но теперь у нас есть собственный мир. Вот, смотри.
  
  Обычный такой коридорчик, даже газеты на столике и дрова кучей на полу. Рин закрывает за нами дверь, и передо мной послушно раскрывается сказка. Сильная рука на талии, а вокруг - сотни огней и лёд. Рин построил для нас ледяной дворец, с башнями, прозрачными лестницами и скульптурами по углам.
  - Так растает же, - скольжу по бальной зале, ловлю фонарики и кружусь, как заправская фигуристка.
  - Я - повелитель льда, Ева. Ты во мне сомневаешься?
  
  Сомневаюсь ли я в мужчине, который создал для меня целый мир?
  - Нет, не сомневаюсь.
  - Каждый выбирает свою сказку, - Рин улыбался, но взгляд оставался серьёзным. - Я бы хотел, чтобы ты выбрала мою. Нашу.
  - А как же традиции, любовницы, брачный контракт?
  - У нас с тобой - суверенная страна. Никаких традиций, кроме тех, которые мы создадим сами. Не бойся, никто не в обиде, я обо всех позаботился.
  - Но ведь мы друг друга совсем не знаем. Уверен, что я тебе не наскучу?
  - Лет, этак, через сто - может быть. А пока буду потихоньку выяснять, что в тебе такого особенного, что всю жизнь мне перевернула. Настоящая ведьма, сил без тебя нет.
  - А как же граница с драконами?
  - Я патрулирую её три раза в неделю, летаю в империю только для работы.
  - Одного не отпущу, полетим вместе.
  
  Рин усмехнулся и подошёл ближе.
  - Это - единственное условие?
  - Я только начала.
  - Не доверяешь?
  - Нисколько.
  - Ведьма!
  - Демон!
  
  Я осталась в его сказке. Ведь если не рисковать, то можно пропустить самое невероятное волшебство и затеряться в рутине. Смешаться с другими людьми в серую массу. Можно ошибиться и не поверить в то, что счастье восхитительного демона замкнётся на самой обычной ведьме. Настолько, что он придумает сказку размером с целый мир.
  
  Несколько лет спустя, справка из интернета: Ниирута - суверенное государство на Скандинавском полуострове. Абсолютная монархия. Король: Ринивиор Таллиатьери. Королева: Женевьева Таллиатьери. Население: 27. Один ледяной демон, одна ведьма, пятеро полукровок, двадцать низших демонов. В переводе с древнего языка ледяных демонов "Ниирута" означает "моя ведьма". Ниирута знаменита самым большим в мире парком ледяных развлечений "Сердце демона". Также является местом расположения штаба охранной компании "Ведьмино чутьё". Остальная информация отсутствует.
  
  ------------------------------------------------------------------------------------
  
  *Морозко - герой детской сказки.
  
  
♥ 3 место Ахметова Елена
   Сделка
  
  Дей старался вырваться пораньше, но все равно сильно задержался на работе.
  Когда он, наконец, пришел домой, свечи оплавились уже наполовину, за окном полыхал смущенным багрянцем осенний закат, а Энже сердилась напоказ, пряча в уголках глаз смешинки.
   - Привет, - как ни в чем не бывало улыбнулся Дей и поставил на пол дипломат. Чемодан пошатнулся, но не упал - уперся в невидимую стену, вписанную в круг свечей, и остался стоять, накренившись. - Впустишь? - вокруг витали такие ароматы, что, если бы не вынужденные ограничения, Дей давно бы мчался на кухню.
  Густой, наваристый борщ и свежая сметана. Ни одна работа, даже самая любимая, не выдерживала такой конкуренции.
   - Нет. Сяду тут, - непререкаемым тоном отозвалась Энже, - налью себе полную тарелку и буду есть. А тебе не дам!
  Страшная угроза. Видит начальство, эта женщина умела и ждать так, что хотелось бросить все на свете и мчаться сюда, и гневаться с такой силой, что порой Дея посещала кощунственная мысль: а может, ну ее, эту работу?..
   - Я не мог позвонить, - виновато вздохнул он. - Ты же знаешь.
   - Знаю, - печальным эхом откликнулась Энже и провела ногой по полу, нарушая целостность мелового круга позади свечей.
  Потерявший опору чемодан с грохотом рухнул на пол. Свечи вдруг разгорелись ярче, разом оплавившись еще наполовину, и погасли; Дей со вздохом облегчения шагнул вперед, ослабляя узел стильного темно-синего галстука, и привычно, мимоходом, поцеловал потянувшуюся к нему женщину. Сначала хотел углубить поцелуй - сегодня она была такая мягкая, нежная, невыразимо родная, - но пресловутый вздох его подкосил. Вместе с воздухом в нос торжествующим завоевателем ворвался запах борща. Он воинственно размахивал, как знаменем, ароматом домашнего хлеба, пряча за спиной нотки сметаны - будто на всякий случай прихватил и белый флаг.
  Дей капитулировал безоговорочно. Но на кухню его в костюме-тройке и кожаных туфлях не пустили, как обычно, и пришлось спешно переодеваться в домашние штаны.
  Энже ничем не выдавала напряжения и не напоминала, какой сегодня день. Она вообще умудрилась как-то научиться не считать их и наслаждаться каждым. Дей так не мог. Считал сначала с нетерпением, потом - с ужасом.
  Момента, когда одно перетекло в другое, он не помнил. И сейчас, привычно влезая в мягкие спортивки с заботливо обметанной по краю дырочкой для хвоста, Дей поймал себя на том, что эта ускользнувшая от внимания деталь вдруг стала казаться необычайно важной, как и остальные мелочи, которым он давно не придавал значения.
  Горячие ужины. Четко разделенная пополам полочка для обуви. Лишняя вешалка в прихожей. Вторая зубная щетка в ванной. В неудобном закутке коридора - лист фанеры с аккуратно расчерченной пентаграммой. Связка свечей в кладовке - обычно их было больше, но на этот раз Энже не стала докупать.
  И даже эта дырочка в спортивках. В магазины ведь не завозили спортивные штаны, рассчитанные на хвост у счастливого приобретателя. Это Энже, смеясь, замеряла его портняжной лентой (что шире: основание или пика сердечком на кончике?) и священнодействовала с ниткой и иглой.
  В руках потомственной сихерче все окутывалось особым, непередаваемым флером домашнего уюта, и ужас призванного демона при подсчетах дней становился непереносимым.
  Но он стоически улыбался и поддерживал все созданные ею иллюзии. А когда перед ним возникла глубокая тарелка с жирными до полной шарообразности синицами по ободу, наполненная ароматным борщом, улыбка невольно стала искренней.
  На сытый желудок жизнь казалась прекрасной. Дей покосился на синиц и ощутил некоторое душевное родство, о чем не преминул с прискорбием сообщить, выпятив живот. За последние десять лет там не добавилось ни сантиметра, ни грамма, но Энже легко подхватила игру, охая, ахая и хихикая над откормленным демоном, и в ее темно-карих глазах плясали чертенята, будто отрабатывая вторую смену.
   - Убедила, - сдался в конце концов Дей и потащил синиц в раковину - мыть. - Жирок нужно разгонять.
   - У меня абонемент в спортзал останется, - вдруг серьезно сообщила Энже. - Еще две недели можно ходить. Я предупрежу девочек на ресепшене, чтобы тебя пропускали.
   - Я вообще-то несколько другой способ имел в виду, - обескураженно признался Дей и отвернулся от раковины. Настроение для 'другого способа' пропало начисто.
  Значит, она все-таки помнит, какой сегодня день?
   - А шиш тебе, - усмехнулась Энже, но вместо обещанного шиша протянула карточку с логотипом спортклуба. - Красные дни календаря.
  Дей так растерялся, что покорно взял карточку, не подумав даже о том, кто, собственно, станет вызывать его еще две недели, чтобы можно было использовать абонемент.
   - Я надеялся... - он замолчал.
  Надеялся - на что? Что все обойдется и останется по-прежнему, с борщом и правилами по поводу домашней одежды?
  Но он еще десять лет назад знал, как все закончится. И честно предупреждал: если продаешь душу, ее забирают в назначенный срок. Даже если испуганная внезапным одиночеством сихерче, потерявшая родителей в идиотской аварии, хочет в обмен на свою душу всего-навсего семью. К счастью, ей и без советов хватило ума не просить 'семью назад' (а то ведь получила бы, вместе с гробами и ошметками земли!), и недовольства результатом она никогда не выказывала. Дей понял, что за этим он будет следить особенно ревностно, когда из всех предъявленных кандидатов в женихи она вдруг выбрала его. 'Самый интересный', - рас-смеялась она тогда. Кто бы сомневался, ради всех остальных ей не пришлось бы дырявить спортивки...
  Конечно, у ее сверстниц уже по ребенку, а то и по паре. Но тут Дей ничего поделать не мог: он честно соблюдал пункты договора. Остальное - безжалостные законы межвидового скрещивания, которым, увы, до чужих душ вообще никакого дела нет.
  Да и что бы случилось с их детьми, когда Энже не станет, а Дей не сможет больше здесь появляться? Наверное, оно и к лучшему, что...
   - А я надеялась, - решительно вклинилась в его тяжелые мысли сихерче, - что сегодня мы досмотрим последний сезон сериала, я разомну тебе плечи - наверняка же снова ноют? - и тут же отлежу одно из них. К примеру, левое. Идет?
   - Нет, - механически отозвался Дей.
  Он слишком хорошо помнил ее привычки: задремать за просмотром, положив голову ему на плечо и вытянув ноги в смешных шерстяных носках; и от мысли, что сегодня она не проснется, хотелось рвать и метать. Но рвать и метать - это по части Сата, а он дилетантов не любит.
  То же, в чем Дей дилетантом решительно не был, оказалось недоступно из-за примитивных капризов смертного организма женщины.
   - Правое? - предположила Энже, не желая поддаваться его настрою.
   - Я тебе сам плечо отлежу, - грозно пообещал Дей.
  Так она, по крайней мере, дольше не уснет.
  
  Снова - как и сотни раз до этого: мерцающий в полумраке спальни экран ноутбука, несущие какую-то бессмысленную ересь колонки, задернутые шторы. Энже вытянулась на диване, подложив под затылок массивную подушку в гобеленном чехле. Дей придирчиво повыбирал, какое плечо ей отлежать, но в итоге сдался и просто улегся рядом, опустив голову ей на живот. Вздрогнул, вдруг услышав пульс: немного частило, - и сихерче машинально погладила его по макушке, как кота.
  Дей зажмурился, запустил руку ей под мягкий домашний свитер, сладко вздохнул, наслаждаясь ощущением нежной кожи под пальцами, - и остановился. Энже молчала, поглаживая его по голове. Герой сериала мужественно грыз гамбургер, по виду вполне способный заменить подметки ботинок, но на лице актера значилась профессиональная целеустремленность и ходили натренированные желваки.
  Дей перевел взгляд: в полумраке Энже выглядела еще младше, чем тогда, десять лет назад, но казалась куда спокойнее, уравновешенней и сильнее. Будто эти десять лет она не просто прожила с демоном из преисподней, а умудрилась отстроить заново картину мира и найти свое место в нем. Кто бы мог подумать, что размеренная каждодневная забота о Дее способна дать спокойствие и цель в жизни?
  Демон чуть напряг пальцы и прижался ухом к ее животу, где слышалось ритмичное сердцебиение. Голову постоянно то поднимало, то опускало в такт ее дыханию. Дей вслушивался в свои ощущения, будто от его внимательности зависело, как долго будет биться ее сердце и работать - легкие. Он все равно не знал, что сказать.
  Были некоторые темы, которые в этом доме никогда не обсуждались.
  Его работа. Политика. Тарифы. И то странное, щемяще нежное чувство в его груди, впервые шевельнувшееся - когда? Семь лет назад? Восемь? Или все десять? Оно разгоралось постепенно, то приглушаясь в порыве дикого неистовства выпущенного на волю зверя, то растекаясь по всему телу нежнейшим пралине. Об этом Дей молчал с особенной осторожностью, подозревая, что ничего подобного к заказчице испытывать не должен.
  Но к чему такие тайны сегодня?
  Ее не станет в полночь. Она заснет и уже никогда не проснется. Наверное, нужно сказать, но как? Какими словами? До сих пор единственным способом выражения его отношения был язык тела. Но сегодня - какая ирония, что именно сегодня! - придется найти другой вариант.
  Дей поднял голову.
   - Энже, я... наверное...
  Подходящих слов так и не нашлось, но Энже понимающе вздохнула и обняла его за плечи, а Дею нестерпимо захотелось спросить: чувствует ли она то же самое? Щемит ли у нее в груди, когда он смеется, и в его глазах пляшут чертенята? И когда он вот так лежит рядом, вытянув ноги в не менее смешных шерстяных носках и нервно подергивая пикой хвоста...
  Не решился. Потому что если нет, то жить с завтрашнего дня станет намного грустнее.
  А она уснула, так и не досмотрев сезон.
  Дей пролежал рядом почти до полуночи, обнимая ее за талию. За минуту до срока заставил себя подняться и пошел искать телефон: люди додумались до кучи формальностей, и иногда демону казалось, что весь Ад не способен сравниться с парой-тройкой бюрократических процедур. Сихерче порой смеялась над этим, порой сердилась, но никогда не спорила - да и вообще не поддерживала этот разговор, даже если Дей в шутку начинал рассуждать о курсах повышения квалификации для чертей где-нибудь в администрации района.
  А поддержала бы Энже разговор, решись он сказать о щемящей нежности в груди, умилении от этих ее толстых шерстяных носков с психоделическими кроликами и тихой благодарности за усовершенствованные спортивки и ежедневный домашний уют? За все то, что кажется само собой разумеющимся, пока это у тебя не отберут?..
  Дей схватил телефон с кухонного столика и опрометью бросился обратно в комнату, но все равно опоздал. Электронный будильник безжалостно высвечивал четыре жирных зеленых нуля.
  Демон остановился на пороге. Энже лежала на спине, укрытая теплым клетчатым пледом, и голубоватый свет экрана безжалостно подчеркивал усталые тени под глазами. По будням она всегда вставала рано, раньше него, чтобы успеть приготовить завтрак, и даже сегодня не дала себе поблажку.
  Будильник крепко подумал и показал одну минуту первого. В груди защемило совсем нестерпимо, и Дей, только что уговаривавший себя позвонить в скорую с порога и тихонько исчезнуть, стерев все следы своего пребывания в этом мире, все-таки сделал несколько шагов вперед и бессильно опустился на колени рядом с диваном.
  Десять лет. Такая, на самом деле, ерунда для одного из князей. Но Энже успела измениться, повзрослеть и приворожить его своей жизнью, размеренной, естественной и теплой, как и все, к чему прикладывала свою волшебную ручку потомственная сихерче.
  Эти десять лет были особенными. Другими. И промелькнули, словно...
   - И как люди живут с этим? - безнадежно спросил сам себя Дей.
  И едва не подскочил, когда хрипловатый спросонья голос с привычной насмешливой жизнерадостностью отозвался:
   - Ты не представляешь, с чем мы способны справляться.
  Демон вскинул голову, встретился с Энже взглядом - она была такая невозможно заспанная, домашняя и уютная, - и не нашел ничего умнее, чем спросить:
   - Энже? У тебя что, часы вперед ушли?
   - Нет, я их только вчера проверяла, - с неуверенным недоумением откликнулась она и перевела взгляд на будильник. - Ох...
  Дей не выдержал и прижался к ее удивленно приоткрытым губам. Чем бы ни была вызвана эта отсрочка, она взорвала в его голове многоцветный фейерверк, и не воспользоваться ею было невозможно.
  Когда демон отстранился, будильник показывал две минуты первого. Энже дышала - беспокойно и глубоко. И прекращать, похоже, не собиралась.
   - В чем дело? - растерянно спросила она. - Сегодня ведь четырнадцатое?
   - Четырнадцатое, - подтвердил Дей и вдруг с нехорошим, торжествующим весельем потянул к себе ее руку.
  Некоторые темы в этом доме никогда не обсуждались, и некоторые вопросы он никогда не задавал. Но сегодня, пожалуй, вполне можно устроить день отступления от правил.
   - Скажи-ка, - ласково сказал Дей, прижался губами к ее раскрытой ладони, глубоко вздохнул, собираясь с силами, и шепнул, не поднимая головы: - Ты любишь меня?
   - Люблю, - легко и беззастенчиво, будто это само собой разумелось, отозвалась Энже. Словно и не молчала об этом, как партизан, все десять лет! - А что, это как-то влияет на срок?
  Дей задержал дыхание, сражаясь с рвущимся наружу торжествующим смехом и щемящей нежностью в груди, грозящей перерасти в первый в истории инфаркт у бессмертного демона.
   - Ни капли, - справившись с собой, ответил он и широко улыбнулся. - Просто, выходит, душу я у тебя уже забрал.
   - А жива я, потому что?.. - Энже понимающе сощурила темно-карие глаза, и, видит начальство, чертенята в них превзошли сами себя!
  Асмодей уткнулся лицом в ее раскрытую ладонь и впервые за всю свою невообразимо долгую жизнь покраснел.
  
  
♥ 4 место КАА
   Пусть даже и с бантиком
  
  Сорок демонов толпились у барабана, самый старый и опытный, с молодецким прищуром, припрыгивая, кричал:
  -Крути барабан!
  Древний барабан, скрепя и качаясь, вращался, выбирая подопечного. Мы, демоны творчества, очень ответственно подходим к своей работе. У каждого гения должен быть свой демон. В этот раз выбор затягивался. Все боялись. Сорок великих демонов, сорок самых лучших демонов творчества, все как один шептали: 'Только не женщина, только не женщина'.
  Вот подошла моя очередь найти подопечного, один из сильнейших, моим тандемом с Врубелем даже тут восхищались, а Михиала зачитывают на общих собраниях Творяк. Стрелка замерла, пронесло, но через мгновение она сдвинулась и ...
  Все выражали соболезнования, проявляли участие, а в глубине нутра радовались, что мой круг закончился на женском портрете, единственном за последние пятьдесят лет. Немногие, что работали с женщинами, еще живы, но как живы, изоляция это не жизнь. Говорили, что они сходили с ума. Начинали бредить женщинами, просились обратно, забывая о долге творителя. С одним из них сегодня встречаюсь. Какое жалкое зрелище - великий демон, перебирающий ленточки. Он действительно бредил.
  -О, как завидую. Все бы отдал, чтоб опять ощутить, как она обнимает, как ее пальчики гладят мою шерсть. Как она радуется моему возвращению.
  Старый демон глупо улыбался своим каким-то нелепым мыслям.
  -Ты только никому не говори, что тебе с ними хорошо. А то и тебя сюда засунут.
  Бедный, ты был слаб изначально. Я другое дело. Но сначала надо привести себя в порядок. К женщине надо идти ухоженным, даже если тебе уже две тысячи лет, а женщине всего пять. Расчесать шерсть, отполировать рога, заказать брюки и рубашку у лучшего портного, а за фигурой и так слежу, пресс что надо. Правила приличия везде одинаковы. Запах моря заменил запах серы. Чемоданчик с рабочими инструментами. Один шаг и я там.
  Маленькая комната в разводах краски, в отпечатках детских ручонок, кисти, краски, листы бумаги везде, даже на кровати, даже под кроватью.
  -Здлавствуй.
  -Привет.
  -Ты кто?
  -Демон. А ты?
  -Инжи.
  -Очень приятно, Инжи.
  -Очень плиятно, Демон. А где селдечко?
  -Какое сердечко?
  -Такое, - малышка достала из папки рисунок, - вот тут должно быть селдечко.
  Действительно на рисунке хвост украшало сердечко, а не коровья кисточка. Непорядок. Демон должен соответствовать ожиданиям подопечного. Только где же взять сердечко?
  -Вот, у меня есть, - девочка протянула пластилиновое творение.
  -Спасибо.
  -Пожалуйста.
  -Ты хорошо воспитана.
  -Мама говолит, что девушка должна быть воспитана. Чаю?
  -Да, немного.
  -Челного, я плавильно понимаю.
  -Да, Демоны пьют только черный чай.
  Девочка исчезла из комнаты, но минут через десять вернулась с чаем и печеньем. Она рассказывала о себе, он внимательно слушал, иногда одобрительно кивая.
  -Мне пора.
  -А завтра? Ты плидешь завтра?
  -Приду.
  Буду приходить два года каждый день, мы, демоны творчества, очень ответственно подходим к своей работе.
   День пролетал за днем, сердечко прочно обосновалось на моем хвосте - розовое с блестками. Мы строили планы на совместное творчество, как она создаст великий портрет лучшего Демона. Мои пальцы сжимали ее маленькую ладошку, все чаще она засыпала у меня на руках. Она радовалась каждому моему приходу, обнимала, дарила подарки. Дары старательно прятал в рабочий портфель. Вот уже скоро и два года пройдут, и мне придется исчезнуть, став только воспоминанием.
  -Ты тоже уйдешь?
  -Да, Инжи, скоро.
  -А ты не можешь остаться?
  -Не могу.
  -Уходи сейчас, - она капризно топнула ножкой, - уходи. Губки дрожали, глаза наполнились слезами.
  -Не сегодня, маленькая, не сегодня. У нас еще есть три дня. А сейчас покажу тебе дно морское и чудищ там обитающих.
  -Не хочу, - Инжи обняла меня, прижавшись мокрой щекой к груди. Как же быстро привык обнимать ее в ответ. Прав был старый сумасшедший Демон, это невозможно забыть.
  Теперь я только воспоминание. Демон творчества, что гнал ее вперед, к новому, к неизведанному. Жизнь не щадила ее, отминая все самое дорогое, не давая ничего хорошего в замен. Но она боролась, шла вперед, гонимая демоном творчества. И вот первая выставка. Первое впечатление - безысходность, мрак терзающий душу, разрывающий, уничтожающий. Но только первое. Маленький хвостик надежды, несколько легких мазков кистью, и ты выныривал к свету, к будущему, что точно будет прекрасно.
  Репродукцию с дарственной надписью и размашистой подписью с сердечком на кончике 'и' убрал в рабочий портфель.
  
  Сорок демонов толпились у барабана, самый старый и опытный, с молодецким прищуром, припрыгивая, кричал:
  -Крути барабан!
  Древний барабан, скрепя и качаясь, крутился, выбирая подопечного. У каждого гения должен быть свой демон. В этот раз выбор затягивался. Все боялись. Тридцать девять великих демонов творчества все как один шептали: 'Только не женщина, только не женщина'. А я просил опять подарить мне встречу с маленьким чудом.
  
  Инжи подглядывала за внучкой, та старательно заваривала черный чай и раскладывала шоколадное печенье.
  -Он пьет только черный, - поучала маленькая Вирджиния игрушечного котенка.
  Девочка осторожно несла чай, а для пяти лет это непросто. Дверь в детскую сама собой открылась, и малышка вошла в комнату.
  -Прости, Демон, а где бантик? Я вот в книжке написала 'Демобяка с бантиком'. А у тебя бантика нет.
  Значит будет. Каждый имеет право на своего демона, пусть даже и с бантиком.
  
  
  
♥ 5 место Кьяза
   Времени не подвластно
  
   Имоджин привычно уложила волосы в высокую прическу. Сейчас легкий завтрак, а затем будни обычной домохозяйки, которая замужем за демоном. А вы думаете, это легко? А если муж еще и грозный Темный властелин семи миров? И дом - это дворец размеров с хороший жилой комплекс в ее родном мире с кучей слуг. Надо проверить, чтобы пыль везде вытерли, ковры выбили, ядовитые росы промокнули, удобрили все сады, а для этого должны поставить свежую кровь. Первый раз, когда Имоджин увидела, что плескалось в доставленных галлонах, она упала в неприличный обморок. Тогда вызвали мужа, решив, что юная повелительница из рода людей скоропостижно скончалась.
   Просто кого только не было в женах у Темного повелителя - грозная Кажир из расы гномов, возвышенная Жалиниэль из рода лесных эльфов, соблазнительная Бажира из племени инкубов, мрачная Жаннета из рода Высших вампиров. Одно время Темного властелина потянуло на экзотику и сейчас галерею жен украшали портреты троллихи Жардин, дочери орочьего царя Раж. И вот теперь Имоджин, человек и попаданка. Кстати, надо проверить, обновили ли позолоту у портрета Пижины, русалки и по совместительству третьей жены Темного властелина. Нет, сначала сад, а то росянки и дикие непентесы засохнут. К пруду, где буйным цветом распускались альдрованды, ее не подпускали, слишком медленная реакция была у человечки.
   Все проверив, она спешила на кухню - вечером приезжают послы семи миров, надо проверить, чтобы все сделали правильно. Повар у них умница, но лучше проконтролировать, чтобы перепелов не начинили черносливом, потому что посол Крахес имеет пищевую аллергию, а демон, страдающий отеком Квинке - неаппетитное зрелище.
   По пути заглянула к детям. Каждому от предыдущих жен и к родному Дереку. Как вырос мальчик, в очереди на престолонаследие он восьмой, и любимец у сводных братьев. У каждого надо проверить все ли хорошо, разрешить проблемы, уточнить пожелания, приласкать. Ну и что, что у Винлиса зубы острые как иголки, и постоянно сидит в темноте - так весь в мамочку. А Тур опять вырос из ботиночек, что ж с орчонком поделаешь, когда ему скоро стукнет сто пятьдесят. Бассейн у Пироса почистили и завтра доктор должен подойти, проверить жабры. Обязательно еще уточнить у Ианора, что именно он хочет на день рождение, мальчику ведь двести лет стукнет, совсем большой стал.
   А вечером присутствовать на торжественном ужине, играя роль Темной властительницы. Рядом грозный муж, которого она побаивалась, на людях даже до дрожи в коленках. Ну вот опять смотрит сердито, хотя ему по статусу положено. Ой, нет, опять сердится. Совсем Герут обнаглел, слишком призывно улыбается жене Темного властелина. Имоджин бросила испуганный взгляд на супруга, который тот проигнорировал. А вот у нее не получилось оставаться такой бесстрастной, когда хвост супруга начинает под столом выписывать вензеля на ноге, нахально забравшись под платье. И как ему это удается? Имоджин вновь бросила озадаченный взгляд на мужа, стараясь не хихикать от щекотки. А кончик хвоста, вредный, уже трансформировался в сердечко, и нахально и уверенно пробирается вверх по ноге, бесстыдно лаская и заставляя сдерживать дыхание и стоны. Как далеко зайдет жесткий и ненасытный владыка? Ой, кажется очень далеко, даже для нее. То ли попросить продолжить, то ли молить остановиться? Хвост затормозил буквально в миллиметре от самого сокровенного, и Имоджин не сдержала легкого вздоха разочарования.
   Темный властелин нахмурился, бросил уничтожающий взгляд на Герута и скомандовал жене:
   - Идем!
   Она поспешно вскочила, опираясь на руку супруга и опуская глаза в пол. Послушной, сегодня надо быть послушной. Пока не привезут новое зеркало в спальню, не стоит заводить мужа. И пока гномы наполируют серебро на горном хрустале, что придает зеркалу особенное сияние и волшебное отражение, стоит быть ласковой и послушной. Вон предыдущее разбилось, после того как она в порыве гнева надела супругу на рога, когда тот слишком благосклонно улыбнулась одной из демониц первого круга аристократии. Нет, Имоджин тогда ничего не сказала, ведь королевы не ревнуют на публике. Тем более музыканты решили сфальшивить, а смену десертов задерживали, и ведь все ей надо уследить.
  А вот наедине... Как она бушевала и кричала. Муж с восторгом забился в уголок с зеркалом на рогах и счастливо слушал ее ругательства. Ну она же человечка, да и хозяйство выматывает. В итоге Имоджин потихоньку успокоилась, а вот супруг....
   В общем из спальни они вышли через неделю, ну как вышли. Супруг вспомнил о своих обязанностях, а вот она еще неделю отсыпалась. А потом бушевала, гоняя нерадивых слуг, которые совсем расслабилась и запустили дворец. В ту неделю и зачали Дерека, а той демоницы она больше не видела.
  Но сегодня надо быть послушной, слишком устала, но увы у демона другие планы на тело супруги. И не сказать, что Имоджин против, вот только надо немного скорректировать:
   -- А кисточкой?
  
   - Что с Имоджин? - глухой голос Темного властелина заставил молодого доктора подскочить, его хвост мелко трясся.
   - Темнейший, она видит сны о тех временах, когда была счастлива.
   Темный властелин медленно подошел в кровати, где с закрытыми глазами лежала супруга. Ее темные волосы поседели, морщины стали глубже, кожа на руках иссохлась, обтягивая кости. Человечка умирала от старости. Вопрос дней. За возможность делить ложе с Властелином, его жены платили жизнью. Имоджин прожила с ним те же пятьдесят лет, что и предыдущие. И хоть она на его глазах старела, вот и зеркало уже лет двадцать, как покинуло их опочивальню, Темнейший не спешил вновь жениться и даже заводить любовниц для здоровья. Тяжелые годы выпали для Империи. Раньше он не привязывался к женам, хотя и позволял им немного больше, чем обычным подданным, словно тем компенсировал скорую смерть. Даже дочь бессмертного народа умерла, а через неделю он уже нашел парочку гибких демониц, чтобы сбросить пар. Когда это было? Он и верность-то не хранил, лишь соблюдая видимость этикета. У жен всегда были свои спальни, свои дела. своя жизнь. Но почему-то именно с человечкой все стало по другому. С ней ему было уютно, к ней он спешил вечером, в его спальне она жила, и он даже скрепя зубами дал добро на перестановку мебели. Она постоянно суетилась, постоянно крутилась, стараясь уследить за дворцом, стараясь угодить ему. А он научился переживать, приставив к ней охрану, цель которой была - не дать попасть хрупкой жене в неприятности в недружелюбном для людей мире. Она была худшей из властительницей и лучшей из жен.
   Дверь открылась, вошел визирь.
   - Темнейший.
   - Говори, - Темный властелин, устроился в кресле в ногах жены, жестом услав доктора.
   - Новые кандидатки в жены уже отбираются.
   - Хорошо.
   - Я говорил с доктором, осталось всего два дня. Все подготовлено по наилучшему разряду.
   - Невесты?
   - Нет, - визирь замешкался, - похороны Имоджин.
   - Хорошо, - коротко кивнул Темный властелин.
   - Дерек уже внесен в список престолонаследников.
   - Хорошо.
   Визирь замолчал, затем тихо добавил:
   - Темнейший, когда я учил Имоджин, она просила меня об одном - чтобы ты не видел ее старой. Это максимум, что я мог сделать. Чтобы она не знала, что ты рядом и наблюдаешь как она умирает.
   - Что она видит во сне?
   - Она вновь молода. Как обычно пытается объять необъятное. Заботится о детях. Проводит с тобой дни... И ночи. Она счастлива.
   - Она искренняя. Она всех их любила как родных. Ни одна моя жена не заботилась о чужих детях, как она, - Темный властелин не двигался.
   - Да, Темнейший....
   - Скажи, Визирь... То, что ты мне говорил... Это правда?
   Визирь нервно сглотнул:
   - Темнейший, но ведь... Это смерть, быстрая. Если вы отдадите часть своей жизненной силы, то она помолодеет, но останется человеком, а вы... Вы обретете человеческую жизнь, самую короткую из рас. Максимум еще лет двадцать и тридцать... Разве вы не дождетесь достойнейшей?
   - А разве есть кто достойней?
   - Простите, Темнейший. Но кто тогда?
   - Дерек. Документы в моем столе.
  
   Утром Имоджин открыла глаза. Потянулась и замерла. Где боли в спине? Где немощь? Руки вновь гладкие и послушные пальцы. Неверяще она провела по лицу. А морщины где? И волосы снова словно ожили. Она оттянула прядку, смотря на глубокий каштановый цвет. Она же была седая!!! Как? Умерла, поэтому помолодела????
   - Имоджин, не вертись, - буркнул ей в ухо, опаляя дыханием, - дай поспать.
   - Темнейший? - выдохнула она, поворачиваясь к нему.
   - Ну хоть раз по имени назови, - поморщился он, зевая. Имоджин смотрела в красные глаза с черным вертикальным зрачком, затем протянула руку, дотрагиваясь до грубой темной кожи на лице, словно не веря. Провела по рогам, чувствуя костяные круги под рукой. Темный Властелин прикрыл ее крылом:
   - Имоджин, давай спать.
   - А у тебя инспекция в пятый мир.
   - Забей.
   Она вновь посмотрела на свои волосы и растерянно продемонстрировала прядь волос мужу:
   - Вот.
   - Что? - не понял он.
   - Они опять каштановые.
   - Ну и?
   - А должны быть седые.
   - Теперь каштановые, - демон потер глаза, просыпаясь окончательнго.
   - И морщины исчезли, - обличительно ткнула она в него пальцем, чтобы потом фыркнуть от смеха, понимая абсурдность претензии.
   - Вернуть?
   - А это все ты? Зачем? Ты же Властелин! Там миры! И кто правит?!
   Темнейший сел. Женщины существа непредсказуемые, а значит придется объяснить:
   -- Там Дерек, с ним визирь, и как мне докладывают, вполне успешен наш мальчик.
   - Сколько я проспала?
   - Десять лет, Имоджин. Десять лет в тебе поддерживали жизнь, потому что я не мог поступить иначе. Когда все таки пришел срок, я тебя забрал. Дерека признали братья, она даже невесту себе уже выбрал, но со свадьбой не торопится. Умный, знает, что досвадебные отношения на срок жизни не влияют.
   - То есть ты теперь? - испуганно она всматривалась в его лицо. Темнейший действительно слегка осунулся, словно поблек. Вокруг глаз залегли морщинки, уголки губ печально опустились вниз.
   - Нет, теперь мы вместе пройдем жизнь до смертного конца. Тебе дали еще один шанс, почему ты не радуешься?
   - Но ты...
   - Это мой выбор, - грозно отрезал Темный властелин и встал. Разгореться спору супругов не дал визирь, появившийся в дверях.
   -- Темнейший, Темнейшая - склонился он в поклоне.
   - Что еще? - недовольно ответил бывший Темный властелин, поглядывая на преданного слугу.
   - Ты просил осмотреть супругу, когда она придет в себя.
   Демон кивнул, но из комнаты не ушел. Визирь неодобрительно покачал головой, затем с поклоном приблизился к женщине, которая по нос укуталась в покрывало:
   - Темнейшая, позвольте руку, мне нужно только послушать пульс.
   Через минуту он обернулся к бывшему повелителю семи миров. Тот насторожился:
   -- Что?!
   - Легенды не врут, Темнейший, - визирь возбужденно заметался по комнате, словно лихорадочные движения помогали думать, - нет, я догадывался, однако получить подтверждение фактам... Великолепно, просто великолепно.
   - Визирь! - рыкнул демон так, что штукатурка посыпалась с потолка. Реакция отставного правителя была молниеносной. Он подхватил женщину с кровати и спрятал под крыльями раньше , чем на нее осела пыль.
   - Поздравляю, Темнейший. В общем, смерть вам не грозит ближайшие несколько столетий. Так что можете вернуться обратно в столицу.
   - Что? - удивленный возглас женщины и демона слился в унисоне. А визирь успокоился и устроился в кресле у камина:
   -- Ты же помнишь, Бердук, я сам тебя воспитал, когда отца убили при государственном перевороте. Твоей любимой сказкой, ставшей в будущем одержимой мечтой, стала найди предназначенную, истинную пару ради достижения абсолютного бессмертия. Я пытался тебе объяснить, но ты не слушал. Предназначений нет, как истинных пар. Их нет изначально, но мы сами создаем достойнейших. Вот и ты, да простит Темнейшая меня за оскорбительные слова, перепробовал много женщин, надеясь на то, что они истинные пары. А в результате? Жить не смог без человечки. Потому что привык, что она рядом, привык настолько, что даже за десять лет ее сна не смог забыть. Ради нее отказался от власти, от бессмертия. То что произошло, это не результат древнего ритуала, когда ты отдал ей часть своей жизненной силы, запустив процесс обратной регенерации. Давай честно, ты любил ее старой, даже более того. Именно когда она постарела, ты понял, что любишь и она тебе нужна - неважно какая, старая или молодая. Давай будем считать, что это награда тебе и ей. За искренность и преданность.
   - И что теперь? - тихо спросила Имоджин.
   - Ничего. Дерек идеально справляется с руководящей должностью. Его признали, а он мудро сделал братьев наместниками в мирах, так что теперь империя сильна как никогда. Считайте, что вы на пенсии. С вашего позволения.
   Визирь исчез также внезапно, как и появился.
   -- Темнейший, - тихо позвала мужа Имоджин.
   - Бердук, - поправил ее бывший Темный властелин.
   - Бердук, ты что-нибудь понял?
   - Я позже тебе объясню. У нас день на отдых.
   - А потом?
   - Это самая запущенная усадьба из моей недвижимости, - демон с женой на руках пинком открыл дверь, чтобы перейти в соседнюю комнату, - так что дел много.. Обещай в сад не ходить, пока я не приведу его в порядок, но это все позже. А сейчас....
  
   Но насладиться мирной жизнь пенсионеров им не дали. Узнав, что отец и его жена продолжают здравствовать дальше и даже не собираются уходить, дети потянулись косяком, втайне надеясь поесть пирожков мачехи, а от отца получить совет. И вновь Имоджин носилась по дому, проверяя установку бассейна для Пироса, выбирала ткань для портьеры в комнату пасынка-вампира, хлопоча над остальными, и переживая, как будет себя чувствовать беременная невеста Дерека - у суккубы токсикоз проявлялся в дикой аллергии на желтое.. Бердук следил за ней, в редкие минуты свободы расчищая сад, который запустили и теперь он кишел дикорастущими кровожадные сорняками. Пару раз его кусали, один раз пытались придушить злобные растения, но Бердук не жаловался.
   Ведь хитрый визирь прав. Предназначенную пару дают не свыше, но узнать истинную любовь можно лишь пройдя радость и горе, победы и поражения, испытание властью и бытом.
  
  
  
♥ 6 место Lady Fenix
   Жребий брошен
  АННОТАЦИЯВ этой истории бои космических флотов, взрывы сверхновых звезд и зарождения галактик, путешествия в параллельные вселенные, а так же поиск и сражения за артефакты Древних, НЕ ПРЕДУСМОТРЕНЫ! Зато имеется много розовой, карамельной патоки и брутально-няшных демонов с кисточкой-сердечком на хвосте.
                                                                                                    Судьба награждает самых достойных счастьем, а выбирает их - кидая жребий.
  
   Удар. Прыжок. Разворот. Блок. Контрудар. Прыжок. Разворот. Взмах крылом. Удар хвостом. Свист.
  
   Мимо.
  
   Рияр начинал закипать. Он всегда был лучшим на ринге. Так почему у него никак не получается сегодня достать противника?
  
   Тренировочный комплекс 'House of pain' был лучшим на Тёмных землях. И сюда старый одноглазый хозяин-орк пускал, соответственно, только лучших.
  
   Прыжок, разворот. Пропустил удар в корпус. Заблокировал боль. Удар хвостом. Контратака.
  
   И снова мимо.
  
   Соперник напротив был ему не чета. Как минимум на полторы головы ниже, в два раза уже в плечах, в разы слабее. Но вот его ловкость и подготовка начала вызывать, помимо раздражения, еще и восхищение.
  
   Собраться, уйти на долю секунды раньше в сторону, ударить оппонента в скулу, контрольный в корпус.... И пропустить жесткий удар хвостом в шею.
  
   Рияр отскочил, закашлялся, стянул маску-шапку, которая мешала нормально вдохнуть, сплюнул кровь и увидел, как соперник у противоположной стены трясёт головой, тоже пытаясь собраться с силами. Серые глаза в прорези маски яростно блеснули, когда он увидел Рияра. Не отвлекаясь больше на мысли, со всей возможной скоростью рванул вперед, предугадав траекторию ухода противника, зафиксировав, прижал к стене. Гонг. Отведенные три минуты раунда прошли. И, наплевав на правила анонимности клуба, стянул с противника балаклаву. Ну-с, и кого сегодня подбросил ему жребий?
  
   Серебристые волосы, укрывая соперника плащом практически до середины бедра, рассыпались, являя миру тонкую шею и заострённое ушко с шестью платиновыми серёжками. Идеально прямая спина с шикарными серебристыми крыльями, изящный хвост с кисточкой-сердечком на конце зло метался из стороны в сторону, зафиксированные по бокам тонкие руки сжаты в кулаки.
  
   Рияр опешил, но рывком развернул женщину к себе. Поздно до него дошло, что он слишком сильно приложил соперницу спиной и крыльями о магическую стену ринга, извинительно рыкнул и впился в неё глазами. Чуть вытянутый овал лица с нежной кожей, тонкий изящный носик, высокие скулы и большие, сейчас очень недобро прищуренные, серебристо-серые глаза с вертикальным, как и у него, зрачком. Аристократка.
  
   Женщина оскалила клыки, а демонская сущность Рияра, довольно мурлыкнув, подняла голову, любуясь славной добычей, словно созданной для его объятий.
  
   "Моя!", эта мысль на несколько мгновений вогнала его в ступор.
  
   Она хотела что-то сказать, но в этот момент снова прозвучал гонг. Зло улыбнувшись, женщина ударила его под дых, перекинула через себя, зафиксировала коленом и скрутила руки его же собственным хвостом.
  
   Резко вытерла побежавшую из носа кровь и пошла, прихрамывая, на выход.
  
   - Гад! - бросила, растворяясь в тумане, окружающем ринг. - Прочти правила клуба, олух!
  
   - Стой! - восхищенно дёрнулся, было, за ней Рияр, но ему помешал его же собственный хвост.
  
   На то, чтобы распутаться, пригладить вздыбившуюся на конце хвоста кисточку-сердце, вправить о косяк вывихнутое женщиной плечо, ушли какие-то секунды, но именно их не хватило догнать сероглазую.
  
   - Динораг! - заорал демон.
  
   - Чё орешь-то, как потерпевший? - одноглазый владелец клуба проявился из тумана. Пригляделся, хлопнул себя руками, больше похожими на совковые лопаты, по бокам и закудахтал-засмеялся, приседая. - Что, реально сегодня тебя ушатали? Я дожил до этого момента! Аллилуйя! Можно на покой!
  
   - Что ты ржёшь? Где она? - принюхивался к растворившемуся в тумане запаху женщины демон.
  
   - Она? - старый орк покатился со смеху. - Нет, что серьёзно, женщина??
  
   - Красивая, сероглазая, светлокожая, серебряноволосая. С шестью сережками в правом ушке.
  
   - Ты что, снял с неё маску? - орк уже не смеялся. Любой знал, что его клуб позволял тренироваться полностью анонимно. Преднамеренное нарушение каралось гигантскими штрафами.
  
   - Скажи мне, кто она! - схватил Дина за шею.
  
   - А спинку тебе малиновым вареньем не намазать? - орк легко стряхнул его руки, захватил магической петлёй и выкинул в бассейн раздевалки. - Иди, остынь и не приходи, пока мозги в кучу не соберёшь!
  
   Прошел день, второй, третий. Минула неделя. Прошла декада. Вторая. Месяц. И ещё один. И ещё, и ещё...
  
   - Я всего лишь хочу, чтобы мне принесли её живой! Или хотя бы сказали, кто она! Неужели этого так много?
  
   От его рыка все демоны свиты прятались, кто где мог, не рискуя показываться на глаза злому герцогу Риярдару Варрану С'Тьеру.
  
   У Рияра же все дни слились в один, тоскливо-серый, наполненный поисками. Его положение правой руки императора Темных земель, гигантское состояние и роль главы клана Карающих, позволяли ему многое. Лучшие дипломаты, маги, шпионы и наемники были у него под контролем. И никто, абсолютно никто из них не мог сказать, что за незнакомка встретилась ему в клубе.
  
   Переложив работу на заместителей, он искал сероглазую, надеясь и, практически, отчаявшись, потому что, как выяснилось, даже старый орк не знал, кто она такая. Видимо, пришла по рекомендации, и её происхождения, сил, навыков и умений хватило пройти сквозь все преграды клуба, автоматически отсеивающие недостойных.
  
   ***
   Леди Сольяна Же'Льеда К'иара бежала по коридорам арендованного ими с сестрой дома в столице Темных земель, вполголоса высказывая всё, что думает в выражениях, услышав которые, перед ней галантно снял бы шляпу любой портовый грузчик.
  
   Служанка только что, чуть не плача, сказала, что её сестра напивается в собственных покоях.
  
   - Твою мать! - Соль всплеснула руками на пороге комнаты Лины. - Ты что творишь? Нам через три часа надо быть в резиденции императора!
  
   - Я, ик, не поеду! - сестра, обняв подушку, сидела на кровати и обличительно ткнула в сторону Сольяны хвостом, с зажатой в нём бутылкой эльфийского вина. К слову, вина там оставалось едва ли на глоток.
  
   - Лиинара Же'Льеда К'иара! - от рыка Соль сестра сжалась, притянув, впрочем, к себе бутылку поближе в явно защитном жесте. - Ты же сама хотела этого брака!
  
   - Со-о-оль, - в серебристых, как и у Сольяны глазах, собрались слёзы, - я б-о-оюсь! - высморкалась в наволочку Лина.
  
   Соль вздохнула, садясь рядом, и притянула Лину к себе, обнимая. Хоть Лиинара и была старше, но всё равно всегда пряталась за спиной Соль. Смешливая, позитивно настроенная, она обожала танцы, развлечения, гадания и вышивку. В отличие от неё, Соль была, скорее, замкнута в себе, обожала единоборства и могла часами проводить в фехтовальном зале со своим любимым клинком.
  
   Две сестры, последние две ветви старого сильного клана Судящих. Их берегли, баловали и скрывали за разными лицами с самого рождения, ведь только у женщин клана был Дар истинного, справедливого видения ситуации. К их дару обращались с любыми спорными проблемами, всегда точно зная, что вынесенный приговор будет справедливым и окончательным, иначе Клятва чести спалила бы женщин на месте. Любой демонический клан всегда мечтал иметь в своем роду Судящую, не гнушаясь похищений, угроз, подкупов, поскольку это сразу решало множество внутренних и внешних проблем, да и финансовая сторона при наличии такой женщины никогда не стояла бы остро. Услуги Судящих ценились дорого. Очень дорого.
  
   Поэтому, всеми силами, и берегли девушек, охраняя, как истинную драгоценность. Однако, полгода назад их клан, как и клан объединенной Темной империи, получил предсказание от Оракула, в котором четко указывалось совершить брачный обряд между Императором и Наследницей Судящих в день зимнего солнцестояния. С Оракулом не спорят, поэтому, пришлось, сжав зубы, и сняв привычные чужие личины, инкогнито ехать на знакомство. Они пробыли тогда в империи три дня, и Соль радовалась, что, не смотря на шрамы императора, Лине будущий муж приглянулся. Он же, кстати, и порекомендовал будущей свояченице шикарный тренировочный клуб, в котором она провела два восхитительных дня. Закончилось только последнее посещение довольно плачевно: сломанными носом и двумя ребрами, синяком на лице и сотрясением мозга. Она смутно помнила, как придя домой, упала на кровать в отведенных ей апартаментах, и как над её тушкой суетилась Лина, переживая и леча, а потом погружая в глубокий, ровный сон без сновидений. Проснулась она уже дома, видимо, сестра даже во время телепортации не стала её будить.
  
   - С-о-оль, ик, говорят, что он бабник и потаску-у-ун, ы-ы-ы! - обвинительно вытерла сопли о рукав её блузки Лина.
  
   - И что? Ты тоже всю жизнь не бабочек на хуторе разводила.
  
   - Ты не понима-а-аешь, он мне нра-а-авится!
  
   - А ты ему?
  
   Сестра запыхтела, словно ёжик, глубоко задумавшись над её вопросом, а её изящный хвост с кисточкой-сердечком на конце, задумчиво почесал затылок хозяйки. Соль всегда нравилось дразнить Лину, но сейчас нужно было быть честной.
  
   - Помнишь, меня не было почти день перед нашими сборами?
  
   - Ик?
  
   - Я была у Оракула.
  
   - Ик! - взгляд Лины начал проясняться.
  
   - Если за полчаса протрезвеешь и приведёшь себя в более-менее пристойный вид, расскажу, - Соль резко встала и вышла, улыбнувшись, когда в закрытую за ней дверь, врезалась и на мелкие осколки разбилась бутылка.
  
   Соль прошла в столовую, налила кофе и вдохнула потрясающе-густой аромат. Почему-то этот запах напоминал ей того красивого сильного синеглазого демона в клубе. Того, кто буквально размазал её по магической стене, и которого мозг приказывал забыть. Она печально улыбнулась: наёмник, пусть и благородных кровей, судя по вертикальному зрачку, ей не пара, а с его подготовкой и манерами варвара, маловероятно, чтобы он был кем-то другим.
  
   Из дум вывела сестра, буквально вырвавшая из рук кофе и выпившая её чашку залпом. Надо же, в кои-то веки Лина уложилась в двадцать минут.
  
   - Итак? Где, говоришь, ты была?
  
   - Я была у Оракула, - спокойно пожала плечами Соль, не позволяя никаким эмоциям проскользнуть на лице.
  
   - Я тебя придушу! - Лина в самом деле потянулась к её шее.
  
   - Он сказал, что всё у вас будет хорошо, если с самого первого дня станешь поддерживать мужа! - увернувшись, Соль рассмеялась и крепко обняла сестру.
  
   - Правда? - недоверчиво шмыгнула Лина ей в плечо.
  
   - Правда.
  
   - А про тебя что сказал?
  
   - А на меня камней не хватило. Ты забыла, сколько стоят его услуги? - она демонстративно постучала по лбу Лины согнутым пальцем. - Собирайтесь, леди Лиинара Же'Льеда К'иара, у вас через два часа обряд свадебный. Надо быть на высоте!
  
   - Платье обязательно одевать? - надула губы Лина.
  
   Сёстры переглянулись и жизнерадостно рассмеялись. Они терпеть не могли платья, но ради такого...
   ***
   - Айран, не знай я тебя так долго, подумал бы, что ты нервничаешь, - Рияр прислонился к стене рядом с окном, в которое упрямо смотрел его двоюродный старший брат и по совместительству Император Темных земель.
  
   - Рияр, не знай я тебя так долго, подумал бы, что ты влюбился, - повернулся к нему Айран, привычно пряча в тень три длинных шрама, пересекающих его левую щеку.
  
   - Туше́! - сквозь зубы выдохнул Рияр. - Откуда информация?
  
   - Уже несколько недель мои лучшие маги пытаются найти по твоей зарисовке сероглазку с серебряными крыльями. Неужели думал, что мне не донесут? Почему сразу не пришёл?
  
   - Не видел смысла отвлекать.
  
   - Брат, у меня, кроме тебя, никого больше нет, поэтому не стоит додумывать за меня, - Айран опять отвернулся к окну.
  
   - Хорошо, не буду, - Рияр встал рядом, плечом к плечу, глядя, как и брат, в сгущающиеся за окном сумерки. - Что тебя тревожит?
  
   Он не ожидал ответа, и тем удивительнее было услышать:
  
   - Вдруг она не придёт? Что, если откажется? - Айран посмотрел ему в глаза и впервые Рияр увидел... неуверенность?
  
   - А я все думал, почему свадебная церемония проводится в тайне. Она тебе так нравится?
  
   - Моя натура твердит, что она моя. С самого начала, как только увидел. - Айран снова отвернулся к окну, раздражено хлестнув по подоконнику длинным сильным хвостом с кисточкой-сердцем на конце. - Кроме того, мне точно известно, что они с сестрой сами руководят кланом. И руководят достойно. Её воспитание, положение и умение обходить скрытые интриги, заговоры и подковёрные игры, позволят ей стать идеальной императрицей. Шансов у меня, конечно, много, вот только шрамы...
  
   - Нормальные шрамы, они тебя не портят. А если не придёт... Ну, значит, выкрадем из клана, а там привыкнет, - спокойно пожал плечами, говоря как о само собой разумеющемся Рияр. - А потом найдем, наконец, мою сероглазую.
  
   Айран снова посмотрел на брата и усмехнулся.
  
   - Может и не придется искать.
  
   - Ты что-то знаешь? - Рияр мгновенно подобрался.
  
   Император не успел ответить, поскольку от дверей донеслось представление:
  
   - Леди Лиинара Же'Льеда К'иара, наследница клана Судящих! Леди Сольяна Же'Льеда К'иара из клана Судящих!
  
   Вошедшие, плавно скользнув по натёртому паркету, присели в низком реверансе, после чего выпрямились и посмотрели на мужчин.
  
   Рияр расправил крылья, пригнулся и непроизвольно сделал шаг вперёд, готовый схватить потрясающе-красивую женщину с высокой прической, одетую в серебристое облегающее платье и с улыбкой смотрящую на них с императором.
  
   Почувствовав опасность, его сероглазка перестала улыбаться, почти незаметно шагнула вперёд, загораживая сестру, чуть пригнулась и распахнула крылья, готовая отразить атаку.
  
   Рука брата, резко сжав плечо, вернула привычку думать, а не инстинктивно действовать. Айран шагнул вперёд, закрывая Рияра спиной, позволяя взять себя в руки.
  
   - Леди! Искренне рады приветствовать Вас на Тёмных землях, - император учтиво склонился перед женщинами, поцеловав каждой руку и чуть дольше позволенного задержал в своей руке маленькую ручку невесты, - Позвольте представить вам моего брата: герцог Риярдар Варран С'Тьер.
  
   - Очень рад, - Рияр поклонился и, наплевав на приличия, даже не пытался отвести глаз от... Сольяны кажется, так её представили? Демонская сущность заметалась внутри, твердя лишь одно: 'моя', 'моя', 'моя'!
  
   Высокий синеглазый герцог улыбнулся, принимая решение, пусть она еще не знает, но больше ей не убежать.
  
   ***
  
   'Это что сейчас вообще происходит?' - продолжая внешне ровно улыбаться и оглядываться, Соль успокаивала скачущее галопом сердце. 'Я что же, выходит, побила брата императора?'. От этой мысли ей стало дурно.
  
   'Бежать. До Светлых земель, не оглядываясь'.
  
   Церемония бракосочетания прошла как-то мимо её занятого мыслями сознания. Поздравления. Подарки. Ужин. Различные знакомства. Разговоры о моде, погоде и современных театральных постановках. И всё время рядом с ней находился брат императора, словно грозовая туча, нависая, подавляя мощью и отгоняя от неё присутствующих.
  
   В какой-то момент Соль это надоело и она, пользуясь многолетним опытом присутствовать незаметно на приёмах, ускользнула из-под этой навязанной опеки.
  
   ***
  
   Рияр и сам не понял, как женщина оказалась на другом конце зала, мило беседуя и знакомясь с присутствующими. Внутренняя сущность недовольно металась, требуя сгрести Сольяну в охапку и утащить куда-нибудь подальше от находящихся в зале соперников. Он уже было шагнул в её сторону, как его окликнул брат.
  
   - Рияр, ты слишком давишь.
  
   - Р-р-р-р!
  
   - Успокойся, а то испугаешь её.
  
   - Р-р-р?
  
   - Для начала успокоиться и дать ей освоиться. Ты забываешь, что женщин-Судящих невозможно ни к чему принудить, за них горой стоят Боги Справедливости. Аукнется так, что мало не покажется ни тебе, ни мне, ни всем Тёмным землям.
  
   - Ур-р-р-р.
  
   - Я правильно понимаю, что это твоя сероглазка?
  
   - Да, - удалось наконец-то произнести членораздельно. - Ты только глянь, сколько вокруг неё крутится самцов!
  
   - Они тебе не соперники, - отмахнулся Айран. - Утоли моё любопытство, как вообще вы познакомились? Неужели у орка?
  
   - Да. Я на ринге сломал ей пару рёбер, нос и подбил глаз. Она наградила меня ушибом диафрагмы, перебила трахею и стянула мне руки моим же хвостом.
  
   Только зная императора, Рияр понимал, каких усилий тому стоит, чтобы не расхохотаться во всё горло.
  
   - Благославляю! Вы будете идеальной парой, - на полном серьезе сказал Айран. - Так, но нам надо её задержать, а то она сегодня же планирует вернуться в клан.
  
   - Р-р-р-ррр!!!
  
   - Тише-тише, брат, - и, обращаясь, в сторону, недовольно при этом, косясь на Рияра. - Леди Сольяна!
  
   - Мой император? - невозмутимо подошла женщина. Её изящный хвост с чудной серебристой кисточкой в форме сердечка, изогнулся вопросительным знаком.
  
   - Я хотел бы попросить вас об одолжении. Как я понимаю, вашей сестре было бы спокойнее, если бы вы какое-то время присутствовали рядом, пока она адаптируется к здешним условиям. Скажем, пара месяцев? Вы смогли бы поддержать её пару месяцев?
  
   - Мой император, мне необязательно присутствовать здесь, чтобы поддержать сестру. Слава Богам, технический прогресс шагнул далеко вперед.
  
   - Месяц, - глаза Айрана недовольно блеснули сталью.
  
   - Это приказ? - женщина ответила тем же.
  
   - Просьба, - уважительно склонил голову.
  
   - Две недели, - вздохнула, признавая свое поражение.
  
   - Три.
  
   - У меня обязательства перед кланом!
  
   - Три недели и неограниченный доступ в телепортационную комнату для вас и членов вашего клана.
  
   - Слушаю и повинуюсь, - она поклонилась и ушла, слишком прямо держа спину.
  
   - Спасибо, брат!
  
   - Если упустишь, побью лично и с особым садистским удовольствием.
  
   - По рукам.
  
   Они переглянулись и хищно улыбнулись. Им не впервой было брать крепости. Впервой только такие роскошные.
  
   ***
  
   - Соль, Соль, Со-о-оль, ну проснись уже!
  
   Какой-то самоубийца пытался стянуть с неё одеяло. Сольяна принюхалась и с сожалением убрала приготовленные для самоубийцы ледяные парализующие иглы, после чего с выражением обречённости на лице открыла глаза.
  
   - Ваше императорское величество! Чем обязана?
  
   - СОЛЬ! - искренне возмутилась Лина, глядя, как сестра садится на кровати и недовольно её рассматривает. - Ну что ты такое говоришь?
  
   - Правду, - от души зевнула и подозрительно поинтересовалась. - Я не поняла, а что ты тут делаешь? Судя по запаху, ночь у тебя прошла чудесно и сейчас, по хорошему, должно быть активное продолжение.
  
   - Ой, вообще восхитительно, я ни капли не жалею, знаешь...
  
   - Ничего не хочу знать! Пожалей свою одинокую старушку-сестру, избавь от подробностей!
  
   - Кстати, да, а ты почему одна? - сестра на полном серьезе заглянула, проверяя, под одеяло и неодобрительно нахмурилась, - Никто не приглянулся? Мне показалось, что Инрар из клана Лечащих, Арваар не знаю откуда, да тот же Рияр тебя глазами пожирали. Это кто получается он мне в семейной градации, кстати?
  
   - Для тебя он деверь.
  
   - А для тебя?
  
   - Кузен, наверное, официально. А неофициально невоспитанный варвар. Вот это что вчера было при знакомстве? О! Я же не успела сказать - это он меня в прошлый наш приезд сюда наградил травмами!
  
   - Вот скотина! - Лина подскочила, - Я ему сейчас всё выскажу!
  
   Почти у дверей её догнал спокойный голос сестры:
  
   - А смысл? Все было честно. Анонимная тренировка на нейтральной территории. Мы сами не обговорили правила, - сделав гигантское усилие над своей личностью, Соль, всё-таки встала.
  
   - Думаешь, вчерашнее "приветствие" было таким странным из-за твоей победы?
  
   - Думаю да, - уже из ванной ответила Сольяна. - Могу предположить, что его мужская натура требует реванша. Ладно, а ты чего с самого утра-то ко мне заявилась? Случилось что?
  
   - Неее, я браслетом хочу похвастаться!
  
   - Ого! Проявился всё-таки? - Соль одним движением заколола на затылке волосы и, закутавшись в полотенце, подскочила к сестре. - Показывай!
  
   Сестра протянула правую руку, по которой от запястья и практически до локтя струилась и переливалась в рассветных лучах серебристо-бронзовая брачная татуировка. Такими татуировками Боги награждали самые удачные пары их мира, и чем больше и идентичнее была татуировка, тем счастливее был брак.
  
   Соль перехватила нахмуренный взгляд сестры
  
   - Лин, что не так? Она же очень красивая и большая! Поздравляю, родная.
  
   - Это ведь навсегда! - сестра готова была расплакаться.
  
   - Ты же и так это знала. Ваш брак изначально не подразумевал расставания.
  
   - Да, но женщины нашего клана вообще редко вступают в столь долгие обязательства.
  
   - Страшно?
  
   - Очень.
  
   - Верю. Хотя, посмотри на это с другой стороны: у тебя на руке гарантия от измен, ты же этого боялась.
  
   Сестра, нахохлившись, зыркнула на Соль.
  
   - Так, ведь и я не смогу...
  
   - А что, ты сомневаешься в своих силах или силах мужа?
  
   Сестры переглянулись и расхохотались.
  
   - Кажется, мы не вовремя, - раздался от дверей спокойный голос императора.
  
   Соль резко вскинула голову, вцепившись в коротенькое полотенце, едва ли прикрывавшее её хвост и встретила черный взгляд брата императора: его вертикальный зрачок медленно заполнял собой всю синюю радужку.
  
   'И чего он опять злится?' - под прикрытием спины сестры она приняла единственное стратегически верное решение - отступить в ванную.
  
   ***
  
   Рияр, приземлившись на один из выступов на уровне спален императорской семьи, сложил крылья и гибко спрыгнул на пол. На этом же этаже, но в другом крыле, располагались его комнаты и комнаты Сольяны.
  
   - Башку проветривал? - напротив стоял несколько всклокоченный Айран с непроницаемым выражением на лице, и только эманации настроения выдавали, насколько брат доволен.
  
   - Фу, как грубо! - скорчил высокомерную физиономию Рияр.
  
   - Ну, как есть, - ничуть не смутился император. - Ты к Сольяне?
  
   - Думаешь, она уже проснулась?
  
   - Насколько я знаю, спала она одна. Тихо! Успокойся! - остановил его гнев. - Говорю это сейчас, чтобы ты потом охрану нашу не пытал неудобными вопросами. Так вот, поскольку спала она одна и Лины уже какое-то время нет в комнате, думаю, она у сестры. Хвастается.
  
   - Чем?
  
   Вместо ответа Айран протянул правую руку. Стыдно признать, но Рияр испытал откровенную зависть. Правда, подавив в себе это чувство, крепко обнял брата.
  
   - Поздравляю! Или посочувствовать, что теперь никуда от жены не денешься? - еле успел отклониться от щелчка хвостом. Рассмеялся и начал рассматривать татуировку пристальнее. - Большая.
  
   - Ухум, - в ответе чувствовалось самодовольство.
  
   - А у неё?
  
   - Такая же.
  
   - Искренне рад за вас!
  
   Брат кивнул и пошел в сторону гостевых спален.
  
   - Что надумал, пока летал?
  
   - Не поверишь, ничего. Просто успокаивался, чтобы никого сегодня на приеме не покалечить.
  
   - Разумно. Она красива, знатна, богата, воспитана. Она - Судящая, в конце концов. Многие будут желать её внимания. Но знаешь, у меня есть одна идея!
  
   - Какая?
  
   - А вот сейчас и обсудим, - коротко постучав, Айран толкнул дверь, из-за которой раздавался веселый смех.
  
   Рияру же было не до смеха: императрица с сестрой, волосы которой были стянуты на затылке небрежным узлом, стояли, весело смеясь, посреди комнаты и на сестре, кроме малюсенького полотенца, ничего больше не было. Демонская сущность рванулась, желая схватить то, что было так близко:'моя!', 'моя!', 'вкусная!', 'хватай!', 'прячь!', 'МОЯ!'.
  
   - Кажется, мы не вовремя, - железная хватка на плече и нарочито спокойны голос, вернули на несколько мгновений сознание, и Рияр, сжав до боли кулаки с острыми когтями, наблюдал, как императрица, широко расправив крылья, прикрывает отступающую сестру.
  
   - Пожалуй, мы зайдём чуть попозже, - не ясно, какими усилиями Айран вытащил его из комнаты и впихнул в ближайший телепорт, который выкинул их в тренажерном зале. Первый удар брата вернул способность мыслить. Второй настроил на боевой лад. Третий он блокировал, и тренировка пошла по заданному ритму.
  
   Когда, спустя довольно продолжительный промежуток времени, они остановились:
  
   - Твою мать, Рияр, ты мне крыло сломал! - император вытер кровь из носа о плечо, зажимая царапины на правой руке. Его левое крыло безвольно болталось за спиной.
  
   - А ты мне три жуба фыбил! Передних! - Рияр, держась за нос и кашляя, сидел, прислонившись к стене. Второй рукой потирал рёбра: брат, как минимум, наградил его трещинами. Щербато улыбнулся. - Класс! Давно так славно не тренировались.
  
   Айран рассмеялся и охнул от боли.
  
   - К лекарям?
  
   - К лекарям. Не пугать же женщин.
  
   ***
  
   - Нет, Лин, ты это видела! Они сами ворвались к нам, не дав ответить! А этот, кузен который, еще и злится! - Сольяна, какими-то хаотичными движениями, скорее запутывала, чем распутывала волосы. Лина подошла к сестре, отняла щетку и начала ловко сооружать приличную прическу.
  
   - Соль, мне кажется, он не злился. Я не почувствовала от него запаха ярости, скорее желания, - сестра под её руками замерла фарфоровой статуэткой.
  
   - Лин, так это ведь еще хуже! Если он посчитает, что я его, то это конец! Карающие всегда были сильнейшими среди всех кланов: с ними никто никогда не будет спорить, даже наши старейшины. Мне надо срочно возвращаться домой! - она попыталась вскочить.
  
   - Соль, - сестра удержала её за плечо. - Если это так, то дёргаться уже поздно. С другой стороны, может, это просто желание? Проведёте вместе неделю-другую и разбежитесь каждый в свою сторону?
  
   - Было бы хорошо, не хочу тут оставаться. Они и так тебя навсегда забрали.
  
   Лина лишь фыркнула, продолжая плести.
  
   - Соль, а он тебе совсем не нравится? Так-то красивый вроде.
  
   - Знаешь, не задумывалась как-то. Я почему-то всё время жду от него подлянки или удара. Может ты и права: надо приглядеться, но Лин, он же из Карающих, а они всегда славились жестокостью.
  
   - Милая, вспомни, что их воспитывают, как и нас, - сестра процитировала общеизвестное. - 'Вся старшая кровь, будучи наделённой силой судить, карать, миловать, лечить и решать любые вопросы, должна помнить и принимать как данность, что данная Богами сила есть не только право, но и огромная ответственность'. Мне что, процитировать тебе полный Кодекс Чести?
  
   - Уволь. Мне учителей наших хватило. "Бу-бу-бу, нарушение карается смертью. Исключения нет даже для императора, бу-бу-бу", - Сольяна довольно похоже передразнила старого учителя.
  
   Они рассмеялись и смогли вернуть утраченное с приходом мужчин хорошее настроение.
  
   - Кстати, ты в чем пойдешь? - Соль задумалась об официальном вечере в честь императорской свадьбы.
  
   - А то у меня выбор есть. В чем-то бронзовом, согласно клановому цвету мужа, - сморщила нос Лина. - А ты?
  
   - Да вот думаю про чёрное платье, помнишь, которое купила с полгода назад, да так и не надела?
  
   - Ооооо, Та Самая Мужская Фантазия с полностью закрытой шеей и руками, но открывающая спину по самый хвост? - Лина довольно прищурилась. - Отличный выбор! Спать ты точно одна сегодня не будешь.
  
   - Не завидуй! Если хорошо попросишь, то дам тебе его потом поносить. В спальне, перед мужем.
  
   - Договорились!
  
   - О чем договорились? - почти мурлыкнул Айран, крадучись подходя к жене и притягивая её за талию хвостом.
  
   И когда только войти успели? Не комната, а проходной двор!
  
   - Потом расскажу, - Лина нахмурилась. - Вы что, подрались?
  
   - Потренировались!
  
   - У тебя губа до сих пор разбита!
  
   - До ужина заживёт.
  
   - Нет, так дело не пойдет, - Лина приблизила к лицу удивленного мужа ладонь и начала лечить: стягивалась кожа, уходила припухлость, и через какое-то время от травмы и следа не осталось.
  
   - Как ты это сделала? - Айран удивленно ощупывал полностью здоровое лицо.
  
   - Магия отца, - пожала плечами его жена. - Что еще повреждено?
  
   - Крыло левое, - не стал отказываться, повернулся спиной, наслаждаясь заботой и даже что-то урча.
  
   ***
  
   Рияр смотрел на эту идиллию и одновременно завидовал, радовался и удивлялся тому, что брат, не раздумывая, повернулся спиной к жене, доверяя. Редко в их случае бывают удачные договорные браки. Оракул чаще всего вынуждает к браку не для счастья, а по необходимости. Хорошо, что Айрану повезло.
  
   - Мама разумно подошла к выбору мужчины в наши отцы, - Сольяна спокойно приблизилась к Риярдару, поманила пальчиком, вынуждая наклониться, и осторожно положила свою ладошку на его затылок, сканируя. - Женщины-Судящие не вступают обычно в брак, однако выбор для нас, как вы понимаете, огромен, - переместила руку на переносицу, потом на шею, убирая боль от меткого удара хвостом.
  
   Рияр закрыл глаза, дрейфуя в приятных ощущениях.
  
   - Поэтому, выбор её остановился на одном главе клана Лечащих. Она хотела выбрать кого-то из Видящих, но на тот момент равного по силе среди них не было, - переместила ладошки на рёбра, обволакивая нежным теплом. - Договорной удачный союз. К сожалению, даже благословленный покойным императором, в брак он не перерос. Татуировок у них так и не проявилось.
  
   Рияр стоял и боялся пошевелиться, чтобы не рассеять это удовольствие и не спугнуть свою сероглазку. Надо же, сама подошла и помогает!
  
   - Ваша мама от этого расстроилась? - проурчал император.
  
   Сёстры переглянулись и искренне рассмеялись.
  
   - Конечно нет! Она потом всё-таки провела несколько незабываемых веков с главой клана Видящих. И у нас там даже есть двое братьев, - речь Соль лилась, лаская и успокаивая, а демонская сущность, перестав метаться, улеглась и довольно урчала где-то внутри.
  
   - Ну вот и всё, - Соль отошла почти одновременно с сестрой. - Жить будете!
  
   - И так бы жили, - недовольный её отступлением, буркнул Рияр, а Соль отступила еще на шаг и нахмурилась.
  
   - Спасибо! Леди, встретимся вечером. Брат, ты мне нужен, - император быстро обнял жену и вышел.
  
   Пришлось последовать за ним, и как только за их спинами закрылась дверь, получить сильный, обидный подзатыльник.
  
   - Ты что творишь?
  
   Рияр, с трудом, но увернулся от повторно замахнувшегося злого брата. Поднял в примирительном жесте руки.
  
   - Сглупил, знаю. Но она так резко отступила...
  
   - Прибью! Ты же знаешь, сколько сил уходит всегда на лечение! Тебе зубы вон только пока наши лекари вырастили, чуть ноги не отбросили, а уж сколько женщины на нас магии оставили, страшно подумать! Не смей опозорить меня на приёме! - Айран резко развернулся и пошёл к себе, недовольно вздыбив крылья и из стороны в сторону зло водя хвостом.
  
   А Рияр с тоской посмотрел на дверь за своей спиной и решительно вылетел в окно. Самоконтроль и хорошие манеры срочно нужно было вернуть.
  
   ***
  
   - Знаешь, ты, наверное, права, - хвост Лины нервно метался из стороны в сторону, недовольно дёргая пушистой кисточкой-сердечком.
  
   - В чём? - флегматично спросила Соль.
  
   - Неотесанный варвар, пусть он трижды нам теперь родственник, должен остаться в стороне. Он даже спасибо не сказал! Ведь знает же, что на лечение много сил уходит.
  
   - Лин, да не переживай ты так, я честно не удивилась и не обиделась. Вот что, я в клан до вечера. Вчера сообщение от старейшин пришло, что на сегодня три ситуации стоят к разбору. Организуешь к моему возвращению тут всё?
  
   И Лина, наверное, поверила бы сестре, если бы не заметила, как Соль медленно разжимает кулаки.
  
   - Конечно. Завтра надо сесть и поделить территориально, тех, за кем ты следить будешь и тех, кого теперь я здесь смогу принимать.
  
   - Разумно. Всё, ушла.
  
   Когда за сестрой закрылась дверь, Лина отдала необходимые указания и направилась в кабинет мужа. Постучала, дождалась ответа, вошла.
  
   - Можно спросить? - уточнила нахмурившись.
  
   - Да, но разговор будет долгим, - Айран, притянул и удобно устроил жену на коленях, сразу поняв, о чем пойдет речь.
  
   - Всё настолько серьезно?
  
   - Ты даже не представляешь. Знаешь, они, можно сказать, познакомились на ринге у орка...
  
   К вечеру коварный план был со всех сторон обсужден, обдуман и принят к исполнению.
  
   ***
  
   Рияр нервничал всё сильнее: его сероглазой не было! Более того, её не было в замке! Брат, на прямой вопрос, отмахнулся, что Соль в своём клане, разбирает спорные ситуации, обещала быть поздно.
  
   И вот, приём приближается уже к ужину, а его женщину где-то носит.
  
   - Леди Сольяна... - объявил глашатый и по залу пронесся общий восхищенный мужской вдох и общий зубной скрежет женский.
  
   У Рияра, кажется потемнело в глазах, когда все свободные и часть не свободных мужчин в зале, сделали непроизвольный шаг в её сторону.
  
   Его сероглазая, высоко подняв красивую голову с изящной прической, в строгом черном платье, закрытом под самое горло, но обтягивающем её, словно вторая кожа, спокойно шла к императорской чете. И вроде бы все было очень прилично, до тех пор, пока он не увидел её спину. 'Прячь!', 'Моя!', 'Моя!', 'Моя!', и вот именно сейчас со своей сущностью он был полностью согласен, решительно шагнув в сторону Соль.
  
   - Ваша светлость, не откажитесь потанцевать со мной! - какая-то дама ловко втолкнула его в круг танцующих, закрывая Соль собой. Попытался зарычать на неё, но осёкся, увидев седые волосы пятиюродной тётушки с неодобрением смотревшей на него фиолетовыми глазами.
  
   - Мальчик мой, я очень огорчена вашим поведением!
  
   - Просите, леди Армирорада, - вежливо поклонился и поцеловал старой перечнице руку. - Задумался.
  
   - Прощу, если следующие два танца станцуешь со мной, а потом пригласишь на танец тётушку Карарду, она давно с тобой не танцевала. А пока, будь любезен, расскажи, как ты живешь, а то, по моим подсчетам, мы с тобой уже лет сто сорок не виделись.
  
   Рияр про себя застонал, но деваться было некуда.
  
   ***
  
   Соль давно уже так не злорадствовала, наблюдая, как кузен танцует (надо признать, довольно неплохо) со всеми матронами в зале. Заслужил!
  
   Ей, правда, тоже не давали прохода, вот только её партнёры были намного привлекательнее. Она расслабилась и начала получать удовольствие от приёма: давно не получалось никуда выбраться.
  
   Краем глаза, однако, наблюдала за Риярдаром, который, показывая чудеса выдержки и великолепных манер, развлекал очередную тётушку. Вот она шутливо ударила его веером по руке и проводила к своей молодой родственнице. Довольно привлекательной. Потом была еще одна молодая леди, и еще одна, и ещё. Внутри почему-то нарастало раздражение, и уже неинтересны были танцы, и партнёры, сменяясь сплошной чередой, даже не запоминались.
  
   Но, наконец, объявили ужин. Отличное воспитание и впитанные с молоком матери манеры позволили довольно сносно пережить его, после чего удалось улизнуть, чтобы разобраться в себе и признаться, наконец, откровенно: ну ведь нравится ей новоприобретенный родственник, очень нравится. Да что там, с самого начала нравился, еще там, в клубе, приглянулся.
  
   Вот только не много ли чести Тёмным землям, забрать обеих Судящих под свой полный контроль и опеку? Как это часто бывает, чувства схлестнулись с разумом и долгом. И вторые, как ни печально, кажется, побеждали. А еще побеждал страх: боязнь длительных отношений.
  
   Соль не представляла, как это возможно: всю жизнь быть привязанной к кому-то одному.
  
   Не придя в согласие с самой собой, Сольяна быстро переоделась, переплела косу, схватила любимый клинок и вылетела в окно: еще в прошлый раз она разведала, где в замке расположен фехтовальный зал.
  
   Привычная разминка... И танец, успокаивающий мысли и собирающий в единой целое из осколков душу. Плавный, яркий, хлёсткий. Завораживающий своей скоростью и смертоносностью.
  
   Шаг. Разворот. Выпад. Отступить. Выпад. Отступить. Уйти в сторону. Выпад... И чужой меч, выбив искры, ловит гардой её верный клинок.
  
   - Что вы здесь делаете? - удалось произнести холодно и отстранённо, не показывая, насколько рада его присутствию.
  
   ***
  
   Рияр и сам не поверил, что Лина ему помогает. Когда и как ускользнула его сероглазая, он снова не понял, зато императрица, отследив этот момент, величественно подошла к нему, отогнав тот рой жаждущих девиц на выданье, которым его окружили старые родственницы. Лиинара, одним взглядом вынудив всех отступить, взяла его под руку, ловко продвигаясь на выход.
  
   - Скажу тебе это только один раз: ты мне не нравишься, но тебя ценит брат. И именно поэтому, если ты еще хоть раз обидишь мою сестру, я вынесу тебе смертный приговор. Согласен?
  
   - Хорошо, - на полном серьезе склонил голову.
  
   - Она в фехтовальном зале. Одна.
  
   - Спасибо! - наплевав на все писаные и не писаные правила, крепко обнял императрицу и уже в спину услышал:
  
   - Удачи тебе! И только посмей не сделать её счастливой!
  
   И вот он наблюдает её танец. Искренний и порывистый. Танец, раскрывающий душу и позволяющий заглянуть в её сердце.
  
   Вступать в чужой смертоносный танец опасно. Имеет смысл дождаться его окончания, вот только, не рискнув, можешь не успеть. Никогда больше. Поэтому Рияр уверенно шагнул в круг, под смертельное движение своей сероглазой. Поймал её очередной выпад и услышал равнодушное, от чего душа, кажется, покрылась льдом:
  
   - Что вы здесь делаете?
  
   Рияр стряхнул оцепенение, отступил на шаг.
  
   - Окажите мне честь? - поклонился. Вызов брошен.
  
   Соль, усмехнувшись, присела в реверансе. Вызов принят.
  
   Танец для двоих имеет другой узор. Он более плавный. Более чёткий. Более... страстный. Синхронный выпад. Синхронно отступить. Зеркальный полукруг, шаг вперед, скрестить мечи... И ощутить, как демоническая натура всеми силами сопротивляется, требуя прекратить это и защитить, ту, что держит на конце клинка его сердце.
  
   Однако... Шаг. Выпад. Отступить. Шаг. Выпад...
  
   Бой занял мгновения. И вот уже Сольяна, каким-то хитрым приемом выбивает клинок из его руки, перехватывая его в воздухе. Два острия упираются Риярдару в шею, вынуждая принять поражение и встать на одно колено.
  
   - Ты дрался в полсилы! - серые глаза обвинительно смотрят прямо в душу.
  
   - Меньше, чем в полсилы.
  
   - Зачем? - она отступает, не понимая.
  
   - Ты моя. Как я могу причинить тебе вред? - так просто, оказывается, это сказать и с облегчением выдохнуть.
  
   Женщина напротив стоит растерянно, лишь крепче сжимая клинки руками.
  
   Легко подняться, плавно подойти, нежно обнять, искренне поцеловать.
  
   - Пожалуйста, будь моей? - на мгновение замереть и почувствовать радость от её соглашающейся, дразнящей улыбки.
  
   ***
  
   И была ночь.
  
   Лишь для двоих.
  
   И непонятно было в ночи, где заканчивается он и начинается она.
  
   Ночь, где к чёрту летят сомнения и страхи. И остаются лишь нежность и радость. Радость от обладания, от мимолетного касания, от поцелуя и полного единения...
  
   Бывает, что мир дарит двум половинкам единого целого возможность встретиться и позволяет остаться рядом... В богатстве и бедности, в печали и радости, до тех пор, пока смерть не разлучит их.
  
   ***
  
   Соль проснулась от ощущения, будто на ней сверху лежит тяжелое ватное одеяло и мешает дышать. Одеяла в зоне видимости не оказалось, а вот чья-то смуглая, тяжелая рука, обнимающая за талию и чей-то наглый хвост, несколько раз обернувшийся вокруг её ноги, имелись. А еще под головой имелся чей-то мощный бицепс, на котором она уютно и устроилась. Приподняв голову, убедилась, что подушки раскиданы по всей комнате, и где-то там же печальной горкой лежит покрывало.
  
   - Спи, - фыркнули ей в ушко и притянули еще крепче, словно боясь, что она выскользнет.
  
   - А который час? - сладко потянулась и зевнула.
  
   - А какая разница?
  
   - Тоже верно.
  
   Она опять устроилась, прикрыв глаза, но тут же распахнула, поняв, что видит перед собой. С середины ладони Рияра, вверх по правой руке, переливаясь в рассветных лучах, уходила татуировка-плетение. Чёрный оникс резких линий переплетался с нежным серебром плавных завитушек.
  
   Соль закрыла глаза и снова открыла.
  
   - Пожалуйста, пусть это будет сон, пожалуйся-пожалуйста-пожалуйста, - она медленно достала свою руку. Серебристые резкие линии переплетались с нежными полночно-ониксовыми завитушками практически до её плеча.
  
   - Убью, - прорычала и попыталась вывернуться из объятий Рияра.
  
   Инстинктивно сжав её, демон закрыл женщину своим телом и распахнул крылья, защищая от возможной угрозы. Огляделся, принюхался, не понимая, почему она пытается выбраться из-под него и шипит.
  
   - Что стряслось? - потряс головой, просыпаясь.
  
   - Это ты мне скажи, что стряслось! - Соль сунула ему под нос свое запястье. Обнюхав его, и даже лизнув, он посмотрел вопросительно. Она пару раз вдохнула-выдохнула и спросила светским тоном:
  
   - Милорд не замечает ничего необычного?
  
   Рияр пару раз моргнул и до проснувшегося, мозга, наконец, дошло.
  
   - Вот как, - посмотрел на свою руку, сравнил с её. - Ого! До плеча! Смотри-ка у нас абсолютно идентичные узоры! Это же насколько брак будет счастливым?
  
   - Брак? Как такое вообще возможно?!
  
   Рияр внимательно посмотрел на беснующуюся дикую кошку под собой, сел, притянув её к себе на колени, обнял руками, хвостом, да еще и завернул их обоих в свои крылья, чтобы уж наверняка.
  
   - Брат заочно благословил нас на брак. Как император, он имеет на это полное право. Мы оба давали ему клятвы верности, от этого никуда не деться. Знаешь, возможно, его благословение и разрешение Богов дало такой вот результат. Милая, все уже свершилось, что не так?
  
   - Мы женаты!
  
   - Хорошо же, можно не думать о церемонии, свадебной суете и прочем. Или ты хочешь? Если хочешь, организуем шикарную свадьбу, не вопрос, - заглянул в серебристые глаза.
  
   - Не хочу. Я вообще замуж не хотела! Женщины нашего клана редко связывают себя узами брака! А вы и так Лину забрали!!!
  
   - Давай-ка проясним. Ты не хочешь замуж вообще или конкретно за меня?
  
   - Я не против тебя! Я не хочу замуж! У меня обязательства перед кланом!
  
   - Ну, Богам, как ты понимаешь, виднее. А на счет клана... В будущем готов отдать им одну нашу дочь, если она сама захочет, конечно.
  
   Женщина в его руках затихла и, кажется, икнула от неожиданности.
  
   - Одну дочь?
  
   - Ну, двоих максимум, если ты мне родишь их как минимум трёх, - начал покусывать острое ушко. Потом серьезно посмотрел на свою уже жену, - Но сначала сыновья. Двое. Их не отдадим, они все равно твой дар не унаследуют, пойдут в меня, это точно. Сила Карающих передаётся только по мужской линии.
  
   Соль, склонив голову, на какое-то время задумалась. Он не мешал, лишь поглаживая её по гладкой спине.
  
   - А почему такая несправедливость? Дочерей трое, а сыновей два?
  
   Рияр не поверил ушам, а когда осознал, сжал свою женщину еще крепче, гладя её по обнаженному бедру кисточкой хвоста, прислонил свой лоб к её, закрыл глаза и уверенно сказал:
  
   - Герцогиня Сольяна Варран С'Тьера, я благодарен этому миру, что он позволил тебе стать моей женой. Я рад, что наши судьбы переплелись теперь в одну. Клянусь защищать и любить тебя до своего последнего вздоха, - открыл глаза, посмотрев в её серьезные, немигающие, и озвучил, что давно хотел спросить, - Пожалуйста, останься со мной, сколько бы нам не было уготовано.
  
   - Уверен?
  
   - Да, - ни секунды не раздумывая, и тут же почувствовал её хвост, нежно обнимающий его за талию, и поймал восхитительно-дразнящую улыбку.
  
   - Знаете ваша светлость, а в процессе делания детей надо еще хорошенько потрудиться...
  
   - Рад служить, - не выпуская из объятий, перетёк в более удобную позу. Довольно улыбнулся и поинтересовался, - Начнём?
  
  
  P.S. Из светской хроники.
   "Императорский дом официально объявляет о рождении двойни у герцогской четы Варран С'Тьер. Мальчик унаследовал дар клана Карающих, девочка - клана Судящих. Вся редакция искренне поздравляет герцога и герцогиню с этим долгожданным, счастливым событием".
  
  
  
♥ 7 место Маска5
  Старый герб
  
   -А почему на гербе сердце с хвостом?
   -Хост с сердцем. Ты разве не слышала эту легенду?
   Девушка отрицательно покачала головой. Энтони обрадованно приблизился к Жади, рассказывать надо интимным шепотом, так интересней. Эдуард поморщился, сколько раз он уже слышал старинную байку, что слушать ее еще раз не захотел.
   -Жади, один наш предок заключил сделку с Демоном. Захотел богатства, славы и удачи, все это он получил. Но время шло, и срок расплаты приближался. Читал и перечитывал он контракт, выискивая лазейки. С каждым днем он становился все мрачней и мрачней. Верная служанка пыталась узнать, что же так расстроило хозяина, но ответом ей было молчание. Вот и день расплаты настал. Предок пошел на мост, где договорился встретиться с Демоном. Тот уже поджидал его.
   -Как я могу расторгнуть контракт? - вскричал предок.
   -Только любящее сердце может расторгнуть его. Но клянусь своим хвостом, нет таких женщин, что вырвут сердце из груди ради мужчины, - ответил Демон.
   -Есть, - тихо прошептала служанка, падая на камни, в руках было сердце, что ради любимого, она отдала демону. Демон лишился хвоста, дева сердца, предок остался жив. Так и появился наш герб.
   Брат практически вжал в стену бедную девочку.
   -Нет таких женщин, - Эдуард поморщился, - просто модно было придумывать красивые сказки и замысловатые гербы. Ладно, Хвостик, пошли, покажу тебе владения. В Башню будешь подниматься?
   -Конечно, - глаза Жади загорелись, да и что ждать от девицы семнадцати лет, что еще мечтает о принце и рыцарских подвигах. Старый замок для нее приключение, а для владельца сплошная головная боль.
   С самого детства, как только начала ходить, Жади всегда была рядом, хвостиком ходила за братьями Девил. Вот и в этот раз увязалась с ними осматривать старое поместье, что так неожиданно свалилось на Тони и Эда, старый дядюшка почему-то решил оставить им родовое гнездо вместе с нелепым гербом и лживыми легендами. Таких женщин не бывает.
  
   'Таких женщин не бывает'. Верные пока нет проблем, внимательные пока выгоден. Теперь я один, сталось несколько дней, вероятность найти донора мизерна. Всю жизнь следил за телом, тренировался, качался, а подвело меня сердце. Через несколько дней этот слабый орган остановится, и жизнь Эдварда Девила закончится, моя жизнь закончится. Сожалеть особо не о чем. Печально немного. Грустно, что даже верный Хвостик исчезла. Странно, но сейчас мне хотелось увидеть ее, только ее. Но она не приходит, больничная палата не придает оптимизма, а скорая смерть пугает окружающих.
  
   'Таких женщин не бывает'. Сколько раз повторял себе это. И вот, оказалось, что бывают. Была рядом много лет, а я и не замечал. 'Я, тот Демон, что остался без хвоста. Без Хвостика'. Почти год потратил на выяснение, кто стал донором и вот ответ. Документы лежали на столе. А ее сердце билось в моей груди. Я так злился, что она не приходила, не навещала меня после операции. А она во мне. Редко приживается женское сердце в мужском теле, но ее прижилось, отторжения не было. Ушла навсегда. Добровольно. Она сама так решила. Отдала свою жизнь мне. Вырвала сердце ради любимого, чтобы он жил. Чтобы я жил. И я буду жить, пока жив я, жив и Мой Хвостик с огромным сердцем.
  
  
♥ 8 место Шторм Елена
   Вьюга
  АННОТАЦИЯЗимний демон и охотница оказываются заперты в лачуге во время метели...
   За этим демоном я охотилась три года. Три коротких лета, наполненных солнцем и пылью дорог. Три долгих зимы - в наши края холода всегда приходили на правах хозяев. Мой враг зиму любил и выбирал для самых рискованных путешествий, раз за разом скрываясь от погони в снежной мгле.
  Но сегодня удача улыбнулась мне. Почти.
   Старый Каратель, придерживая ворот плаща, продрался ближе сквозь снег. Ноги его в тяжёлых сапогах вязли в белой пелене. Пар вырывался изо рта при каждом выдохе, борода обледенела.
   - Ну, девонька? - гаркнул он, скалясь. - Будь я проклят! Сколько ещё до ущелья?!
   - Нам лучше бы свернуть к горам, - рассудила я со вздохом.
   - Смеёшься? Ещё немного! Из котлована твари не уйти. Успеем поймать его там до непогоды - и мерзавец наш.
   Доверия между нами не было с самого начала. Я не люблю псов инквизиции, а они не любят меня. Хотя когда мы вместе загоняем одну нечисть, с ними не так уж плохо.
   - И всё же, лучше найти пещеру, пока вьюга не угробила твоих солдат.
   - Какого чёрта, девчонка? Хочешь снова упустить добычу? Уж не жалеешь ли ты его в самом деле?!
  Я только поджала губы.
  Это что-то вроде глупой шутки, которую не сговариваясь подхватывает каждый, с кем я встречаюсь. Последний пёс в отряде знает, что меня зовут Нежаль. И что жалости я не ведаю.
  
   Увы, зима не была к нам милосердна. Вьюга разыгралась до темноты, ветер налетел и швырял в лицо ледяную крупу, стонал в седых горах. Солдаты еле волочили ноги, кольчуги тянули их к земле.
  Упрямый Каратель одумался поздно, и укрытие мы искали уже отплёвываясь от снега, в глубоких сумерках.
   Тревога в груди росла, хоть я и старалась не показать её изо всех сил.
   А потом... мы увидели его.
   Фигура возникла во мраке так быстро, что первый солдат не успел закричать. Его смело волной снега, бросило в сторону. Второй ахнул только:
   - Он здесь! - и полетел следом.
   - К оружию! - Каратель был первым, кто выхватил меч. После меня.
   Я знала, что демон попытается вырваться, обязательно! И он выбрал добрый момент, чтобы напасть, чего и говорить.
   Но вдруг его лицо возникло рядом.
   Так близко, что можно коснуться.
   Рука метнулась мне к груди. Под сердцем кольнуло - больно, коротко... И моя решающая стычка закончилась, толком не начавшись.
  
  ***
  
   Очнувшись вновь, я вздрогнула.
   Картина казалась жуткой. Прямо на меня смотрели глаза цвета льда. На бледном лице с тёмными скулами и правильными, но жестокими чертами. Он был почти похож на человека, если не считать рогов...
   - Наконец-то ты проснулась, - едва заметно улыбнувшись, сказал мой враг.
   - Ты... - Воспоминания нахлынули разом. От страха в горле пересохло, и я с трудом разлепила губы. - Где я?
   - В моей власти, похоже, - улыбка стала хищной.
   О, Создатель.
   Я резко села на ложе. Бесполезно. Оружия, разумеется, рядом нет. Вокруг - деревянные стены и мягкий свет, под спиной соломенный матрас. На мне одежда, даже плащ, но это место...
   - Охотничий дом, - демон словно прочитал мои мысли. - Мне так и не удалось прорваться сквозь вашу засаду. Только отступить. Ну, хоть ценную добычу с собой унёс.
   - Если думаешь, что ради моей жизни каратели пощадят тебя... - начала я.
   - О нет. Я же не совсем дурак.
   - Тогда почему не убьёшь? - Слова вылезли из горла с хрипом.
   Демон по-странному подался вперёд. Его лицо... хищное и в чём-то красивое, но абсолютно нелюдское, застыло рядом. Волосы, похожие на смятый белый шёлк, скользнули вниз.
   - Серьёзно? Убить, вот так? Я столько лет убегаю от тебя, охотница. Я вижу тебя во снах. Скажи хотя бы, Нежаль - твоё настоящее имя?
   Не знаю, почему и как я не отстранилась.
   - Да.
   - И не жаль такой милой девице губить свою жизнь, охотясь на монстров?
   О, Боги! Мой враг, это чуждое существо - и он туда же. Только вопрос заставил меня не скрежетать зубами, а прошептать серьёзно:
   - Не знаю, что за игру ты задумал, Леданик, но лучше прикончи меня сразу.
   Вместо ответа демон лишь долго разглядывал меня, сощурив глаза.
   - Метель разыгралась такая, что даже мне сквозь неё не пробраться, - сказал он наконец. - Мы здесь надолго. Располагайся удобнее.
  
  ***
  
   Лачуга оказалась времянкой охотников. Нам повезло, что в ней нашлись пусть скудные, но припасы на зиму - мешок овса, частично съеденного крысами, и две копчёные тушки горных кур, болтавшиеся под потолком. Помню дикое чувство, когда демон набрал снега в котёл, а я развела огонь и кидала в воду горсти крупы. Ужин на двоих - для меня и врага. Такое мне не виделось даже в дурных снах.
  В первый день мы с демоном смотрели друг на друга волколаками. Хотя ни один зверь и ни одна нечисть не пугали меня так сильно раньше. Он откровенно играл со мной - как с добычей, забавной мышкой, которую можно прикончить росчерком когтей. Или дуновением магии. Меч мой, правда, выкинул, как и ножи. Сказал, что оставил в зимней стуже. Я приметила половицу, расколовшуюся на три части - одна из них казалась острой. Может, получится отодрать...
   - Не жаль тебе тратить время вот так, насупившись и строя угрюмые лица?
   - Прекрати!
   - Я просто пытаюсь узнать. - Демон подобрался ко мне неспеша. - Какова ты - девушка, что охотилась за мной столько времени? Чьё имя я слышал в шёпоте листьев? Чьи следы узнавал на снегу?
   Я вдрогнула всем телом. Как давно он знает обо мне? Разве не я гуляла по его следам?
   Он приблизился, не отрывая вгляда. Хищный хвост, напоминавший гибкую стрелу, бил по мускулистым ногам в рваных штанах.
   - Расскажи мне. Просто расскажи, зачем тебе эта охота. И, может быть, ты станешь тем из нас, кто в ней выживет.
  
  ***
  
   - Помню, как впервые пришла в деревню, где ты обосновался.
   Я поставила миску на стол перед собой и начала говорить. Аппетит всё равно не приходил. Желудок словно скрутился в узел, в том числе от воспоминаний.
   - О да. Тебе было жаль для меня нескольких задранных овец?
   Я сглотнула. Он действительно убивал только скот. Зато люто и по-звериному: хозяева находили распоротые туши, обескровленные до последней капли. Демон даже мясо не трогал поначалу.
   - Для бедняка овца - состояние! - огрызнулась я. - И никто понятия не имел, что ты творишь. Крестьяне тряслись до тошноты, боялись выйти собрать посевы.
   Леданик грустно хмыкнул, крутя в руках ложку.
   - Как ты вообще там оказался? - нахмурилась я.
   - Сбежал от колдуна, который призвал меня в ваш мир. И брёл куда глаза глядят.
   Что ж, твари из других измерений - дело редчайшее. Тогда я, конечно, не знала, кто мне противостоит, и демон впервые скрылся. Но я взяла его след. Только слепой не смог бы. Не знаю, почему, но Леданик не хотел жить и охотиться в лесу - так что скоро напасть перекинулась на соседнее село.
   - Тогда стояла жара, разгар лета, - словно ответил он на незаданный вопрос. - Я был слаб.
  Об этой его особенности я тоже узнала, но гораздо позже.
   - Ты ведь научился есть хлеб, - 'обвинила' я.
   - Научился. Пришлось. Но далеко не сразу.
   Мы замолчали, пока он зачерпывал ложкой моего варева. Неожиданно демон хлопнул ладонью по столу.
   - Ты ведь помогла мне тогда, в... как назывался тот город? Чёрнокамень?
   - Ничего подобного! - дёрнулась я.
   - Да? То есть, не ты напоила стражу и открыла мне ворота?
   Я уронила взгляд на дерево столешницы.
   - Местный инквизитор, Кередан просто объявил охоту на ведьм. Готов был сжигать любого, на кого жители посмотрят косо! Если бы ты не сбежал, он казнил бы десятки, беснуясь в городе.
   - И ты не смогла этого допустить. - Мой враг вдруг улыбнулся - совсем по-людски. Тепло и грустно. - Может, у нас гораздо больше общего, чем ты хочешь думать, девочка.
   Я хмуро подпёрла лоб руками. Так много я знала о нём до этого момента... но, может, и впрямь упустила что-то важное?
  
  ***
  
   На второй день мы разговаривали спокойно. В конце концов, если кто-то из нас должен погибнуть после этой вьюги, то почему бы и не узнать больше о своём враге?
   - Ты ведь тоже помогал мне. Однажды, когда я искала гнездо ледяных троллей.
  Помню, как удивилась, разглядев на стволе широченного дуба метку. У меня не было сомнений, чья она - выведенная инеем по мёрзлой коре. Стрела и руна. По первой, долго сомневаясь, я всё-таки побрела и наткнулась на иные знаки. Целый путь, которым демон провёл меня сквозь заснеженный лес. Вторая же пригодилась уже в бою.
   - Эти безмозглые твари мне мешали. Может, я рискнул бы помочь и сам, будь ты одна, без дружков. Вроде этого гадкого... Роди, кажется.
   Я удивлённо подняла брови. Речь про других охотников: нас тогда собрался целый десяток, ведь гнездо троллей - опасная штука. А ловкач Роди пытался за мной приударить вечерами у костров.
   - И всё-таки, ты тогда... следил за мной.
  Может даже хотел убедиться, что выживу. Я уже ни в чём не уверена.
   Взгляд скользнул вниз и наткнулся на острый край половицы - но почему-то мысль о нём не вызвала восторга.
  
  ***
  
   Мы говорили весь день. О нашем совместном прошлом. Я и не думала, что у нас его так много.
  О той ночи, когда я нашла снежного волчонка, чью мать зарезал другой охотник. Щенка пришлось отдать в ближейшем городе, но теперь я знаю, кто его спас.
  О том, как Леданик однажды прошёл совсем близко от моего лагеря в летний день. Солнце светило так жарко, озеро рядом заставило позабыть об осторожности, и я...
   - Ты видел, как я купаюсь?!
   - Только одним глазком подсмотрел, - улыбнулся демон.
   Нет, невозможно! Я глубоко вдохнула и подалась вперёд, но мерзавец рассмелся - впервые на моей памяти.
   Один раз он сам схлестнулся с вурдалаком, державшим в страхе две деревни. К счастью для демона - зимой. Я видела следы крови на снегу и распростёртое тело чудовища, которого обходили стороной охотники. Леданику тогда и самому досталось, но я убеждала себя, что должным образом сжечь тело одного монстра важнее, чем догнать другого, раненного.
   Мы сидели друг напротив друга за тем же столом, и сердце начало щемить. Много ли у меня было друзей? Быть может, но кто из них знал меня так же хорошо, как мой... враг?
   Наконец, я выдавила то, что хотела сказать уже пару часов.
   - Леданик, почему бы нам... может, просто разойдёмся по-хорошему?
  Хотя бы в этот раз.
   - О, я так надеялся, что ты предложишь.
   - Не для того ли ты меня украл?
   - Возможно. - Демон вернул улыбку, но тут же его лицо потемнело. - К сожалению, не выйдет.
   - Почему? - Голос вмиг сел. В груди налилась странная тяжесть.
   - Псы Карателя нагрянут сюда, когда вьюга закончится. И либо увидят мою отрубленную голову, либо поймут, что ты водишь их за нос.
   - Но...
   - Мне интересней другое, моя охотница. Как будешь жить, если отпустишь меня? Вот так вот просто забудешь, выкинешь из головы, найдёшь новую жертву?
   - С чего ты решил прикинуться жертвой?! - разозлилась я внезапно.
  Послушать его, так он ходил за мной по пятам, дышал в спину и прекрасно знал о каждом шаге!
   А демон вдруг решил медленно встать из-за стола. И я подскочила тоже. Пара шагов - и он уже рядом, я ловлю еле заметное дыхание на своём лице.
   - Быть может, с тобой я именно так себя и чувствую. Давно. Уже очень давно, - прошептал он мне на ухо.
   Жар прилил к лицу. Он играет со мной! Играет! И всё же...
   Я подняла глаза и встретилась взглядом со льдом, который, казалось, внезапно растаял.
   - Нежаль. Думала ли ты когда-нибудь, что твоё имя означает нежность?
   Я не помню, как всё вышло потом. Миг - и вот я уже сижу на столе. Его руки вцепились мне в бёдра, а зубы прикусили верхнюю губу. Мои инстинкты закричали что было мочи. Беги, идиотка! Что ты делаешь?! Сердце забило набат в груди. А руки обхватили его затылок и потерялись в спутанных волосах.
   Гибкий хвост обвился вокруг моих лодыжек. Острая стрела... или, быть может, мягкое сердце.
  
  ***
  
   А на утро вьюга стала затихать.
   - Леданик? - позвала я во тьме. Я боялась смотреть ему в глаза после того, что случилось. Глупо. Бессмысленно. Невозможно.
   Но, по крайней мере, я была уверена, что он не спит. Мы лежали рядом на стылой соломе.
   - Знаешь, из котлована есть ещё один выход, - прошептал он внезапно. - Прямо на севере отсюда... Сложный и неудобный, но есть.
   Я поднялась на локтях.
   - Правда?! Почему ты не сказал?
   - Чтобы ты смогла там пройти, нужны хорошая погода и время, - усмехнулся демон невидимо. - Одно у нас, кажется, скоро появится, но вот с другим беда.
   Я осознала всё не сразу.
   Он не шёл изначально в западню. Нет, он хотел лишь провести нас, снова играл! И теперь может прекрасно сбежать без меня...
   - Я же говорил, Нежаль. Выжить из нас сможет только один.
   И прежде, чем я успела дёрнуться, холодная ладонь вновь легла на сердце.
  ...Я наконец-то получила ответ на вопрос, мучивший меня в последние дни. Пусть я и считала себя охотницей... Ни единого шанса победить этого демона у меня не было с самого начала.
  
  ***
  
   Спустившийся рассвет оказался мягким и тихим. Воздух успокоился, облака разошлись и открыли путь долгожданному солнцу. Оно сияло ослепительно, лучи падали на лицо, но совершенно не грели.
   Я рвалась вперёд, не разбирая дороги. Утопала в снегу по колено. Все остатки разума говорили, что нужно развернуться - бежать в противоположную сторону, на север, как обрисовал Леданик. Но ноги твердили своё. Наконец, в голове воцарилась звенящая пустота. Я знала: спешить бесполезно. Тщетно. Глупо. Я уже безнадёжно опоздала, но всё равно почти неслась.
   Грохот был слышен ещё из лачуги. Он и выхватил меня из беспамятства - гулкий, раскатистый и беспощадно долгий. Шум сошедшей лавины. Она должна была отрезать меня от Карателя и всех его псов, оставить в безопасности. Просто и действенно. Но...
   Леданик... Он...
   Когда я увидела ущелье - или то, во что оно превратилось - даже на стон не хватило сил.
  Горы снега завалили его наполовину. Там никто не мог выжить. Если демону повезло, он обрушил снега за спиной и предстал в одиночку против двух десятков инквизиторов. Если нет... может, смерть во льду - именно то, чего он хотел. Быстро, надёжно, и...
   Ноги подогнулись сами, и я упала в снег. Рыдания подкатили к горлу.
   Идиотка.
   Но я не хотела. Нет! Не так! Руки сами начали цеплять белую крупу - хватать и расшвыривать комья огромной горы. Я больше не чувствовала холода. Как и воды на лице. Я не видела цели, но и смысла отступать... его тоже нет.
   А потом меня окликнул хрипловатый голос:
   - Значит, тебе не жаль на меня слёз, девочка?
   Я...
   Не знаю, как развернулась и закрыла рот руками.
   Не знаю, как рванулась и оказалась прижатой к груди
   - Возможно, я был неправ, - шепнул мне тихо мой демон. - Возможно, мы просто слишком крепко связаны, чтобы разойтись.
  
  
♥ 9 место
  
♥Астрадени Джейн
  Оболванить демона и полюбить
  
  Он пришёл ко мне в дождливый хмурый вечер...
  Я целый день крутилась на работе как электровеник. Мыла, стригла, причёсывала и красила головы, мечтая о своей уютной квартирке, тёплом пледе и чашечке ароматного какао с плюшками, а непогода пусть останется за дверью и бушует за окном. Так я грезила о безмятежном вечере, напоследок подметая метёлкой пол. Нет, домой я на метле не летала. Добиралась туда на обычном рейсовом автобусе, и последний уходил через полчаса.
  Напевая песенку, я убрала инвентарь в кладовку, сняла фартук, повесила на крючок... Дверь распахнулась! И в салон ввалился жалкий промокший субъект.
  - Арамейские черти! - хрипло выругался он, отряхнул плащ, и по сияющему полу растеклась мутная лужа.
  Я минуту назад всё помыла!
   Сердито упёрла руки в бока, и открыла рот, собираясь обрушить это на вторженца в самых доходчивых формулировках, но тот вскинул мокрую голову, посмотрел на меня. И слова колом застряли в горле.
  Вот так и пропадают... С концами.
  Глаза у него оказались синие-синие в ободках из чёрных-пречёрных ресниц. Прости, господи! Но зачем ты порой так щедро одариваешь мужчин тем, что по праву принадлежит женщинам? Несправедливо! Многим из нас приходится ухищряться, чтобы соперничать с мужчинами даже в этом - истинно женском, природном очаровании.
  Глупое сердце выстучало бравурный марш, как игрушечный барабанчик.
  Я не должна о нём так думать. Не должна! Он клиент. Если не грабитель.
  - Стрижку... - прохрипел 'не грабитель'. - Срочно!
  А я и так, на всякий случай, вооружилась - феном и ножницами.
  - Здесь всех стригут. Это парикмахерская, но мы уже закрыты.
  Вот! Пусть считает, что я не одна.
  - А где табличка? - нагло прищурился незнакомец. Отчего чёрные стрелы ресниц привлекательно встопорщились.
  Спаси и сохрани!
  - Я как раз вешала, а тут вы...
  - Заплачу второе больше.
  Видать, ему очень приспичило. Или он стригущий, нет, стригущийся или... Стрижечный маньяк?
  - Садитесь. Туда... Да, не туда! В кресло.
  А что? Назову сразу тройную цену. Забуду показать прейскурант, а он и не вспомнит. И на такси мне хватит! Поеду как королева... И голову клиенту мыть не надо. Благословен дождик...
  О, нет! Я не уследила, и этот сырой чертяка наследил не только у порога.
  - Стоп! Сперва разуйтесь. Плащ снимите. Повесьте... Нет! Не сюда. Туда, - махнула рукой на фикус у входа. Всё равно поливать, так заодно с плаща в кадку и накапает.
  Плащ он снял. И ботинки с носками. И рубашку. Пусть. Насквозь же вымок... Ммм... А без рубашки ему гораздо лучше...
  Не смотри, Эванджелина. Не смотри! Ты - без пяти минут монахиня. Помнишь? Да, но... Развлечься бы на посошок... Ах, ты! Развратница. Читай катехизис.
  Пока я себя мысленно распекала, он успел скинуть и штаны.
  'Бац!' - грохнулся фен.
  'Звяц!' - брякнулись ножницы, с отрывом в миллисекунду.
  А там реально было с чего и чему падать.
  Нет, трусы он не снял. Но зато из этих самых трусов и прямёхонько ко мне по глянцевым плиткам пола подполз его... Хвост!
  - Ты кто?! - я вытаращилась на парня.
  Глаза у меня сейчас точно, как у лемура! Голодного и обалдевшего.
  - А по мне не видно?
  - Ммм... Орангутанг?
  Выбритый слегка.
  - Орангутанг*? Не-ет. Это мой гадкий братец. Мы с ним ни капли не похожи. Он вылитый Бегемот*, в миниатюре.
  Бывает. Ошиблась. Перепутала с гориллой. Таких высоких, стройных, мускулистых, загорелых... Короче, красивых орангутангов не существует. И пока я разглядывала незнакомца, волосы у него подсохли, как-то чересчур быстро, и закурчавились.
  Зачем ему стрижка?
  - Эй!
  У меня перед носом что-то распушилось и замелькало.
  - Хватит пялиться! Делом займись.
  'Ага, будешь так со мной разговаривать, обрею тебя наголо', - конечно вслух я этого не сказала, а лишь храбро подумала.
  'Хоп!'
   И поймала 'пушистого' в кулак. Кисточка? На хвосте!? Серьёзно?
  - Смотри, как разрослась. Стричь пора. И чтоб красиво! Моя невеста аккуратные любит и тонкие, для проникновения туда, куда... Нужно. Стриги!
  Он забрал у меня свой хвост, протопал к зеркалу и сел в кресло. Пока я лихорадочно вспоминала, не завалялась ли где-то тут инструкция по стрижке кисточек на хвостах. Растерянно взяла с полки простыню, примериваясь, что бы ему обмотать... Не всё ли равно? Кончик хвоста можно остричь удалённо от тела.
  Я вернула простыню на место и устроилась в соседнем кресле, изучая потенциальный объект дизайнерских экспериментов. Да-да, у меня диплом парикмахера-дизайнера в одном флаконе. В нашем колледже учредили однажды такую специальность, но после того, как неблагодарные клиенты завалили городской департамент жалобами на молодых специалистов, увы, прикрыли. Теперь все девчонки с нашего курса работали, кто продавцом, а кто официанткой. Одна я осталась верна профессии и с тех пор уникальна, в своём роде. И то, скоро в монахини постригусь. Буду монашек причёсывать, завивать... Ох, боюсь, попросят меня из монастыря.
  Я вздохнула и принялась за дело.
  Примерилась к хвосту сперва машинкой, а затем ножницами.
  - Вам как, с пробором или без?
  Что за бред! Какой на хвосте пробор?
  - Чёрт!
  - Не упоминай при мне чёрта! - строго заметил он. - Всуе.
  - А вы бог, что ли? - я хихикнула, представляя, как обкорнаю кисточку. Станет куцым лисий хво...
  - Нет... Демон.
  От неожиданности я вцепилась ему в хвост. Мужика перекосило.
  - Вввввысший!
  Стиснула крепче.
  - Оууу! - с придыханием взвыл он, закатывая глаза. - Дьявол! Больно!
  - Извините, - смущённо выпустила многострадальный кончик. - Не поминайте дьявола, всуе.
  Я до последнего надеялась, что этот тип просто из местного зоопарка сбежал. Там у них зверья постоянно не хватало, и студенты иногда обезьянами подрабатывали. Думала, кисточка синтетическая. Оказалась, настоящая.
  Сюрприз!
  Только демона мне не доставало для полного счастья. Искусителя, чтоб его. Именно тогда, когда я честно решила податься в монастырь. От греха подальше. Или, чтобы удержать грех подальше от меня. Впрочем, Грех этот особо мне и не докучал, а погреховодил пару месяцев и укатил с моей бывшей лучшей подругой на мотоцикле в неведомые греходали, давя педали и оставляя позади осколки моего сердца...
  'Цзен!'
  - Ой! - огорчился демоняка. - Эта чашка неправильно стояла.
  Была чашка. Нет чашки. Осколки в ведро и порядок. А сердце туда же не выкинешь.
  - Как вам под... резать?
  - Я же объяснил, - чудик хвостатый нахмурился. - Тонко.
  - Ладно.
  Примерилась половчее. Волнительно, всё же. Кисточки я ни разу в жизни не подстригала. А может порекомендовать ему мою приятельницу? Она через дорогу в собачьей парикмахерской пуделям хвосты стрижёт. Под льва.
  Нет, Эванджелина. Нет! Прейскурантов на хвосты у нас не водится. Я могу заломить любую цену. Такую! Чтобы всю ночь по городу на такси кататься и за городом. Столько денег на улице не валяется.
  И профессиональная гордость меня, безусловно, подзуживала.
  Я подлинный художник своего дела!
  В свободное от грехов время.
  Приступим!
  В кои-то веки я дала волю неуёмной фантазии и шаловливым ручкам.
  Он сидел напротив, непринуждённо откинувшись в кресле и балдел, прикрыв глаза. Синие, с чёрными ресницами пушистее его кисточки...
  - Как тебя зовут? - хрипловатый шёпот. Как будто бархоткой провели по шелестящей обёртке.
  - Эва... - я осеклась.
  Вот же! Истинный демон. Если не врёт.
  - Эва. А дальше?
  Я уставилась на него, рука дёрнулась и...
  'Клац!' - щёлкнули ножницы, едва не прихватив кожицу на хвосте.
  Парикмахер - опасная профессия.
  - А зачем вам моё имя? - так, побольше небрежности в голосе и поменьше подозрительности.
  - На кого мне выписать чек?
  Уловки. Демонские уловки.
  Врёт! Душу мою забрать хочет. В ад! Хотя... Когда он так на меня смотрит, я бы не только душу ему отдала, но и всю себя с потрохами.
  Монастырь, Эва! Келья! Метр на метр. И ангел-наставник. Вот, кто по тебе плачет, а ты сидишь тут и с демоном препираешься. Посты и молитвы! Каждый день! И спасёшься.
  О боже, помоги. Не успела от одного Греха избавиться, ещё и труп его не остыл в придорожной канаве, после аварии... Проклятие, знаете ли, оно шельму метит. А второй тут как тут. Нарисовался.
  - Беру только наличными.
  - Наличными, так наличными. Но я должен знать, кому доверил своё богатство.
  Хвост, что ли?
  Иди ты! И зубы мне не заговаривай.
  - А, ну, тогда... По паспорту я Эвлампия Ромашкина.
  Этакий херувимчик.
  - Хорррошо, - воистину заурчал, как недокормленный тигр.
  Всё... Хана! Добрались до меня черти. К смертушке моей лютой. А я же ещё ничего не успела, не совершила.
  Прикинусь одуванчиком, а сама...
  Я опустила взгляд на кисточку. Силой воли уняла дрожь, и быстро-быстро ножницы замелькали, мыслишки зашуршали. Так-так. Он меня не проведёт. Невеста, говорит? Как же! План таков - ошеломить, отвлечь, обескуражить, а пока будет в себя приходить... До кладовки шагов пять, оттуда портал сквозь стену и поминай как звали. Погода не лётная? Ну и что. Как-нибудь. И в туман летали, и в снег. Жить захочешь...
  - Готово! Принимайте работу, господин чё... Демон.
  Вот он изумлённо рассматривает, а я задом, задом, бочком, бочком, бочком, задком... Подальше от последствий моего отчаянного вдохновения.
  - Что это?! - взревел демонище. Уши на миг заложило. Ноги чуть от ужаса не отнялись. Но мне хватило и двух секунд. Нырнула в кладовку, заперла дверь и направила метлу ручкой в стену.
  - Абракадабра!
  И предо мной разверзлась геенна огненная! Хотя по задумке полагался дождливый переулок.
  'Бах!' - дверь за спиной слетела с петель.
  - Вельзевул!
  Рогатая тень накрыла не только меня, но и распростёрлась над пылающей бездной.
  Чёрт!
  То есть, демон...
   Я медленно повернулась, до треска сжимая метлу и заранее трепеща.
  Исчадье ада возвышалось надо мной. Громадное и прекрасное, величественное и ужасающее. Золотые рога сверкали двузубцем поверх курчавой поросли. Синие глаза метали молнии. Шаровые. Острые крылья вздыбились у него над головой, поднимая ветер. А хвост неистово щёлкал по полу, кроша плитку. Кисточкой. Сердечком.
  Я постаралась!
  И не сдержала улыбки.
  - Потешаешься!? - прорычал он. - Ведьма!
  - Н-нет, господин демон, н-ни в коем случае...
  - Тогда, что это?!
  Перед лицом закачался мой же шедевр - кисточка в форме сердечка на кончике хвоста.
  - Простите, не хотела...
  Прошмыгнуть у него между ног, и...
  - Куда собралась?
  Меня сграбастали за шкирку и вырвали из рук метлу.
  - Больше не буду! - завопила я.
  - Чего не будешь? - удивился он.
  И правда. Я же ничего не делала. Четное ведьмовское!
  - Молоко... молоко не я сквасила на молокозаводе. Это всё Милочка-бродилочка. И детишек в мышей не превращала. Я такими гадостями не промышляю. Это Кларисса-крыса. И порчу не наводила, и...
  О бывшем дружке в канаве с его нынешней благоразумно умолчала.
  - Вообще-то, - насмешливо заявил он в ответ на мои страстные отпирания. - Я не по твою душу пришёл.
  - А по чью? - даже как-то обидно стало. - Разве демоны не забирают ведьм в ад?
  - Забираем. Но это надобно заслужить. Рановато тебе ещё. Однако когда-нибудь...
  Демоняка отпустил меня и разглядывал, словно я пирожное. С вишенкой. Бррр! Только что не облизывался.
  - Давно хотел с тобой познакомиться, но не знал, как.
  Застенчивый чёрт? Ну-у... Зато симпатичный.
  - Зачем? - усыплю бдительность и протяну время, пока что-нибудь не придумаю.
  - Что, зачем?
  - Хотел со мной познакомиться.
  - Встречаться.
  - Э... Чего?
  Демон и ведьма?
  Рискованный коктейль... Молотова. Впрочем, 'коктейль Молотова' предпочтительней 'Молота ведьм'.
  И за что мне такое? Искушение. Живу себе мирно, праведно. Вот уже целый день! Никого не трогаю (бывший не в счёт, сам виноват), работаю, а не колдую, в монастырь собираюсь. И на тебе! Демон! И отнюдь не за душой моей... Лапочка, с кисточкой, сердечком.
   А с другой стороны...
  Сердечком!?
  Вдруг осенило. Я подпрыгнула.
  Вот и настигло! Предсказание бабушки-ведьмы над кипящим котлом:
  'Счастье в любви ждёт тебя лишь с демоном, деточка, но... Берегись себя! Вырежешь ты любимому сердце'.
  Кошмар! Мой вечный кошмар. Всю жизнь избегала демонов. Потому и в отношениях никогда не ладилось. Обычные парни разбивали мне сердце, а я их за это проклинала. Столько раз! Не перечесть. В конце концов, приняла нелёгкое решение уйти в монастырь. Всё равно счастья в любви не видать. Умрёт любимый от моей руки, в любом случае. Предсказания покойной бабули всегда сбывались.
  Так неужели появилась надежда?
  Я поймала хвост и уставилась на кисточку в форме сердца, а потом на демона. Он улыбался и тоже смотрел на сердечко... Что же получается? Я вырезала ему сердце! И он выжил. Наши глаза встретились...
  - Самаэль*, - представился он.
  Ого!
  Демон назвал мне своё имя? Это нечто!
  - А я ... - была не была. Любить только раз. - Эванджелина я.
  - Красивое имя.
  - И твоё ничего...
   Смотрел на девушку Самаэль и не верил.
  После пророчества бабушки-демонессы он места себе не находил и спалил половину адова двора. Схлопотал за это от папеньки-дьявола - изгнал тот сына из родного тартара на исправительный срок. Но посулы бабки, изречённые над бурлящей преисподней, Самаэль не забыл.
  'Встретишь ты, внучек, ведьму, и полюбите вы друг дружку без памяти. Счастье тебе суждено только с ней, но... Берегись окаянную! Вырежет она тебе сердце!'
  С тех пор Князь Ада искал. Разослал бесов во все края - земные, поднебесные и подземные, чтобы найти и убить ведьму, пока не влюбился. И без счастья этого, любовного, он как-нибудь проживёт. Вон сколько пленительных демониц к нему ластятся. Жаждут его благоволения и жарких объятий. Любить их ради этого не обязательно.
  Долго разыскивал он... Пока, наконец, бесы не принесли ему весть. Роковую красотку Эванджелиной зовут, притворяется она парикмахершей... И привели его сюда. Поначалу хотел умертвить немедленно. Но дождь, проклятый, всё спутал и помешал, а как увидел Самаэль эти зелёные глаза в рыжую крапинку, решил, что прикончить их обладательницу всегда успеет. Узрев же сердечко на кончике хвоста и вовсе обезумел. От счастья. И убивать передумал. Втрескался по самые рога и копыта.
  - Эва, я тебя...
  - Но-но-но! На первом свидании не целуюсь.
  Он не настаивал. Впереди второе и вечная жизнь в аду...
  - Постой! А как же твоя невеста?
  - Я её выдумал, нет у меня невесты.
  - Не врёшь?
  - Нет.
  - Паспорт покажи.
  - Не веришь? Смотри... Видишь? Я - вдовец!
  - Да? Гляди у меня. А то... Я тебе не только из кисточки сердечко вырежу, но и рога бантиком завяжу.
  - Попробуй.
  Да уж, норовистая и задиристая ему досталась ведьмочка. Следует держать от неё колющее и режущее подальше. Или побуждать регулярно остригать кисточку. Сердечком.
  А я любовалась своим синеоким демоном и ликовала.
  Прощай монастырь! Посты, молитвы, покаяния... Прощайте! Отныне не нужно краситься из рыжей в блондинку и маскировать под электровеник метлу. Да здравствует любовь, шоколадные тортики и колдовство!
  По стёклам лупил дождь, но домой - в одинокую пустую квартиру мне больше не хотелось, даже ради пледа и горячего какао. Потому что рядом теперь Самаэль. Он всё же намного лучше плюшек и шоколада.
   А тем временем, где-то в аду две бабушки-подружки - ведьма и демонесса перекидывались в картишки, распивали вино и хитро посмеивались, обсуждая, как ловко они устроили личную жизнь своих непутёвых внуков.
  
  Самаэль* - ангел смерти. Каббалистический титул Князя тех злых духов, которые олицетворяют воплощение человеческих пороков. Один из главных демонов в иерархии ада.
  Орангутанг* - красноволосый и свирепый японский демон.
  Бегемот* - мифологическое существо, демон плотских желаний (в особенности обжорства и чревоугодия).
  
  
♥ Стипа
   Чехольчики
  
  Как красив Дила'ан. Там земля танцует гейзерами, а небо кутается в северное сияние, там озера голубые, как бирюза и красные, как кровь. Там вечно крутит волны ветер, там бросает холодное море на черные скалы прозрачные льдины. Там, на черных скалах, под волшебным небом стоит замок, и ни ветер, ни льдины, ни гейзеры не могут нарушить его покой. И хозяйка замка так же бесстрастна, как его стены и прекрасна, как сам Дила'ан.
   Почти всегда бесстрастна и безмятежна...
   - Бабуль, ну поговори с ними! Мне он совсем не нравится! А они мне - познакомься, познакомься поближе!
   - Баб, а я пойду поиграть с Жомиком?
   - Манечка, не стоит, у Жомика режутся зубки, он сейчас сердитый. Липонька, а почему ты не хочешь познакомиться с этим мальчиком? Твои родители не глупы, и с каким-нибудь прохиндеем или дураком знакомить тебя не будут.
   - Баб, а зубки у него будут большие? А, баб?
   - Он зануда и сноб! Ходит, нос задрал! Не смеется, не ругается. Да он даже на меня не смотрит!
   - Манечка, большие-пребольшие. Липа, значит, самое плохое, что не смотрит?
   - Баб, такие, да, такие? Как ладошка? Ну, баб!
   - Ты ничего не понимаешь, ты такая же, как они!
   Любая другая бабушка давно бы разнервничалась, но хозяйка Дила'ана была спокойна. Она вытащила большую энциклопедию с картинками, и протянула ее младшей внучке. Под руками ребенка изображения животных вырастали из листа, послушно поворачивались и раскрывали пасть, позволяя измерить длину клыков. А старшую внучку бабушка усадила у окошка, налила чаю и улыбаясь стала вспоминать:
   - Зануда говоришь...Вот в дни моей юности, считалась крайне неприлично показывать свои чувства. В глазах стужа, на лице маска скуки, губы презрительно сжаты, даже кисточку на хвосте прятали - ее же не проконтролируешь. Вот таким должен быть настоящий демон. Таинственным и загадочным.
   - Как прятали? - не поняла внучка.
   - В специальный чехольчик.
   - Чехольчик?!
   - И незачем так смеяться. К каждому костюму свой чехольчик. О, у меня их целая коллекция. Хочешь посмотреть?
   И три дамы отправились в гардеробное крыло. Три, потому что наряды для девочки все же интереснее зубов мантикоры.
   - Вот, - на стол встал большой ларец с множеством отделений. Демоница откинула крышку и стала выкладывать на столешницу чехольчики, отделанные драгоценными камнями, - это к придворным костюмам. Вот этот, из бархата с рубинами, смотри, как хорош. А этот, с черным жемчугом? А вот этот, - бабушка бережно положила на стол чехольчик с радужными опалами, - в этом был твой дедушка, когда мы с ним в первый раз встретились. Это было на балу Повелителя. Все кругом были в черном, а он был таким легкомысленным, у него был очень светлый камзол, цвета маренго, и вот такой чехольчик. Я от него глаз отвести на могла, а он! Вот хоть бы посмотрел! Я так обиделась!
   Демоница сняла верхний лоток, и под ним оказались зеленые чехольчики, богато расшитые.
   - Это охотничьи. Кожа, замша, серебряная и золотая нить. Видите, низ не зашит? Это чтобы в азарте охоты, когда кисточка становится как кинжал, не повредить чехол.
   - Красивый! - Игралипа повертела в руках замшевый чехол, расшитый стеклярусом.
   - Да, в то время мы с твоим дедом мы уже четыре года полностью игнорировали друг друга. Не смотрели, не разговаривали. Именно на охоте он меня и похитил. Неожиданно и внезапно. Вот этот самый чехольчик и входил в его охотничий костюм.
   - А ты?
   - А я... - бабушка внимательно посмотрела на младшую внучку, но та старательно отковыривала жемчужину и даже немного порыкивала от усердия, - я заморозила дверь своей спальни. Он постоял, постоял под дверью, и ушел. И тогда он начал за мной ухаживать.
   Бабушка сняла еще один ряд. Там были чехлы, сплошь затканные золотом, чехлы из парчи, тяжелого шимского атласа и плотного бенигойского шелка.
   - Это все от его нарядов, ну и от моих тоже, - демоница погладила один, отделанный кружевом и бриллиантами, - В этом он был, когда подарил мне черные орхидеи. Те, что цветут один раз в сто лет. Но с каким каменным лицом он их подарил! А в этом, из золотой парчи, он был, когда украл для меня целый театр. Заколдовал всю труппу и всех рабочих сцены и перенес к себе. Замечательное было представление, я так смеялась, а он хоть бы улыбнулся. А в этом синем с аквамаринами, он был тогда, когда привел мага иллюзий. Целая неделя непрерывных чудес, захватывающие приключения, удивительные сказки. Всю неделю он просидел рядом и все с тем же равнодушным лицом!
   - И что, он не разу так и не сказал, что любит? А почему ты не сбежала? - удивилась старшая внучка.
   - Вот поэтому и не сбежала. Интересно же было, когда он не выдержит. Я, конечно, время от времени сбегала, он меня догонял, но это было так... не всерьез. Просто чтобы не расслаблялся, - демоница сняла еще один ряд, полный драгоценных чехольчиков, и еще один, и еще. Каждый наряд был красивее и наряднее предыдущего, богаче украшен, тяжелее от драгоценных камней. А внизу был ряд странных колец, на которых крепились какие-то крючья, металлические пластины, цепочки.
   - Не трогайте, - остановила она потянувшихся к странным предметам внучек, - это боевые. Острые как бритва, а вот те вообще отравлены. Как мужчины с ними управляются и не отрезают сами себе хвосты под корень - не понимаю. Но в бою эти смешные штуки действительно смертоносны. Хорошо, что я часто сбегала от деда, и он был бдителен. Когда меня украли, он сразу кинулся в погоню. Даже боевой нахвостник не успел надеть.
   - Кто украл? - ахнула Игралипа.
   - Враги моего отца. Крали конечно, наемники, потом они должны были передать меня заказчику, те бы убили меня, а обвинили во всем вашего деда. Шикарная была задумана интрига, многоходовая. Но мой льдышка меня быстро нашел и бросился в бой. Как лев! Один на десятерых!
   - И он победил?!
   - Ну конечно победил, он тогда перешел в полную боевую трансформацию. Ох и красив же он был, - демоница мечтательно улыбнулась, - а когда все закончилось, оказалось, что он изранен и почти голый. Все одежда порвалась. Даже чехольчик для кисточки. Я благородно оторвала кусочек своей ночнушки и дала ему повязать хвостик. Ну и себе повязала.
   И бабушка осторожно сняла последний ряд. На самом дне один-единственный лежал кусочек белого батиста в мелкую розочку.
   - А почему он порван? - внучка бережно держала в руках разрезанный в двух местах лоскуток.
   - Ну понимаешь, когда демон любит, кисточка на хвосте становится в форме сердечка. И рвет тонкую ткань.
   - А потом?
   - А потом появилась твоя мама...
   Но досказать историю бабушка не успела, потому что вернулся дедушка. В глазах у него был лед, на лице скука, губы презрительно сжаты, и так было ровно до тех пор, пока его не увидела младшая внучка и с криком: "Деда!" не повисла на шее. Скучать с ребенком, который на тебе висит, болтает ногами и горячо шепчет на ухо самый важный секрет, пока не удавалось даже демонам.
   И мама с папой приехали, то есть, для внучек они были мама и папа, а для старшего поколения дочкой и зятем. С собой они привезли юношу и Игралипе пришлось с ним знакомиться, и даже проводить экскурсию по замку.
   Вечером, когда небо расцвечивается сполохами, демоны любят стоять на балконе и любоваться морем. Хотя каждый находит себе занятие по душе. Бабушка бережно убирает на место свою коллекцию. Игралипа бродит по замку с гостем, оба надменные и равнодушные, только их хвосты с кисточкой сердечком почему-то сами собой переплетаются. А Манечка сидит у деда на коленях и рассматривает его сокровища: ордена, артефакты, и маленький лоскуток батиста в розочку, разрезанный в двух местах. Впрочем лоскуток дед быстро и незаметно отобрал и спрятал на груди, у сердца, где он и хранится все время.
  
  
♥ 10 место Долгова Жанна
   Нарисованный муж
  
   Эпоха нового витка космической "эпидемии". 21ХХ год.
   Это был год, когда Япония запустила в космос свой новейший двадцать пятый телескоп и через неделю потеряла его там. Опять. Им не везет просто фатально. А как веселились китайцы!
   Год, когда NASA наконец получило первые снимки со своего пятого бесценного оптического аппарата имени Джеймса Уэбба галактики Чертов Хвост, названной так из-за визуального сходства с этой частью тела мифического персонажа.
   Год, когда кандидат в президенты Зимбабве, беря пример с лидеров других государств на предвыборных выступлениях, клятвенно пообещал своим избирателям, что он будет не он, если не переплюнет своих коллег и не забьет первую сваю в лунный грунт. Его зимбабвийцы будут пионерами! Теми, кто построит, а потом и переступит порог базы на спутнике Земли. Посмеют. И плевать на всех! И кошка им не понадобится - так шагнут.
   Год, когда при запуске грузового космического корабля "Прогресс" в плотных слоях атмосферы не сгорела его третья ступень, и со всей дури рухнула на старый коровник в селе Чертыхино где-то в Сибири. Как сообщило СМИ, животные не пострадали. Их там вообще не было и нет... вот уже лет сто.
   Год, когда никому неизвестный радиолюбитель с ником Шухер признался в блоге любителей-уфологов, что непонятно как, но он поймал странный сигнал из глубин космоса, не имеющий ничего общего с известными земными и внеземными аналогами. По его словам, этот сигнал издавал рычащие, прерывистые звуки.
   Год, когда мне исполнилось шесть лет. И как все нормальные дети в этом возрасте, я тоже мечтала в будущем полететь на Марс и Венеру. Для начала. А в глобальной перспективе вообще покорить весь космос. Но...
   Но воспиталка задала тему рисунка: "Как я вижу счастье".
  
   - Лиза, что это? Или кто?
   - Это мой будущий муж!
   Пока Светлана Петровна приходила в себя и придумывала адекватный, цензурно-педагогический комментарий, мой взгляд уже выхватил из толпы родителей, толкающихся на пороге группы, милые мамины черты. Домой, домой! К папе, бабушке и дедушке, к прабабушке и прадедушке, и к большому холодильнику, где и будет висеть мой рисунок, прижатый магнитиком-сердечком. Всегда!
   Мой будущий муж. Три слова, а какое тепло разливается в груди от понимания, что он обязательно будет, уже где-то есть, именно такой, каким я его придумала. Я надеюсь. Нет, я в это верю! И, решительно откинув прочь сомнения, довольная, села дожевывать котлету, представляя своего избранника на суд большой семьи.
   Семья. Это - моя крепость. Это любимые и добрые люди. А еще, это уверенность в будущем. И надежда в моем лице. Так думала я, Ежа, так думали они до того, как увидели мой рисунок... Почему Ежа, а не Лиза? А вы в два года попробуйте выговорить имя Елизавета. Вот и я не смогла. Язык мой запротестовал, завязался узлом и выдал короткое "Ежа".
   Вечер собрал за кухонным столом почти всех моих родных. Не было только прадедушки. Он редко выходил "в люди" из своей маленькой спальни. Кресло и телевизор - вот его маленький мирок, его страсть и отдушина. Но это не мешает нам всем относиться к нему с почтением и любовью. А некоторым и со страхом.
   Несколько минут взрослые смотрели на моё творчество, после чего первым взял слово папа:
   - Это карикатура? А-а-а, я понял! Это карикатура на Петрова! Он вчера тебе снег за шиворот запихал! - И с надеждой посмотрел мне в глаза.
   - Нет.
   Мама, в качестве поддержки, обняла меня за плечи.
   Дед, прокашлявшись, поправил очки и осторожно спросил:
   - Это пиромант-неудачник? Ну... я хотел сказать: неудачный опыт с огнем, вот и вышла головешка.
   Бабушка Мария Ивановна возмущенно воззрилась на мужа.
   - Что ты какие-то ужасы придумываешь? У ребенка не может быть таких кошмаров в голове! Я ему добрые сказки читаю!
   Мое "Нет" слилось с недовольным бурчанием деда.
   - Что вижу, про то и говорю. Гляньте, у него из зад... кхм, из заднего места петарда неразорвавшаяся торчит! Или ракета, - бабушка побледнела, - я не совсем разобрал. Внуча, - дед ласково улыбнулся мне, - что это у него сзади?
   - Это хвост! - Меня вдруг охватило веселье от реакции взрослых.
   Мама и прабабушка, сидевшая в уголке и тихонько хлюпавшая чай из чашки, заметно вздрогнули.
   - А я давно вам говорю: отдайте ребенка в изостудию! Там и хвосты научат рисовать и чертей к ним! - Рука Марии Ивановны обличительно указала на рисунок.
   - Детям свойственна некоторая фантазия, - попыталась встать на мою защиту мамуля.
   - Девочки в её возрасте должны рисовать цветочки там, бабочки всякие, принцесс в корсетах, - веско высказался папа и покосился на пышную грудь своей жены, - а не страшных чудовищ с непонятными отростками!
   Он и дальше бы мог продолжать тему правильного воспитания девочек, но замолчал, услышав шаркающие звуки из коридора.
   В дверном проеме появился прадед Михаил Степанович. Его явление было сродни явлению призрака. Такой же эффект. И как его кресло отпустило? Ну а что бы оторваться от экрана телевизора - должно было случиться что-то из ряда вон. Как выяснилось, этим "ряда вон" стало бурное обсуждение моего таланта.
   С его неожиданным визитом с присутствующими произошла сказочная метаморфоза. Прабабулечка сразу как-то приосанилась и мило заулыбалась мужу. Папа стал задумчивым и заметно напрягся. Баба Маша подскочила с места и развила бурную деятельность у пустой раковины, протирая её сухой салфеткой. Дед крякнул и принялся ожесточенно нарезать остатки пирога на ровные кусочки. А я, я вдруг почувствовала, что вся моя бравада куда-то делась. Мне стало жалко себя, мои мечты, моего нарисованного героя... нет, мужа. Хлюпнула носом и жалостливо посмотрела на самого главного члена семьи.
   - Не реви, Ежевичка, сейчас разберемся, - хорошо поставленным голосом успокоил меня прадедушка. - Дайте мне взглянуть... - в протянутую ладонь тут же вложили рисунок внучки.
   - Тэкс... пропорции соблюдены, волосатость в пределах нормы. Нос большеват... да, есть такое, глаза красные - неожиданно. Бицепсы, трицепсы, квадрицепсы, пресс... раз, два, три, четыре... восемь. Ага, с этим ясно. Пышная шевелюра скрывает рожки? - бросил он на меня быстрый взгляд исподлобья, - Цвет кожи... м-дя. Все-таки штаны надо было ему подрисовать, внученька. Ладно, волосатость спасла твоего черта от разрушительной критики. Сзади это..?
   - Хвост. - пискнула я.
   Брови прадеда взметнулись вверх. Воцарилась тревожная пауза.
   - Хвост, говоришь? Толстоват. Но кисточка проглядывается. Ладно. Вам что, в саду Гоголя читают? Гёте? Хотя, это еще рано... И главный вопрос: это кто?
   Я заплаканными глазами оглядела родных и прошептала:
  - Это моё счастье, мой будущий муж.
  - Благословляю, - хохотнул деда Миша.
  Папа застонал и обречённо прикрыл ладонью глаза. Мама икнула, а дед, все это время остервенело кромсавший несчастный пирог, чиркнул ножом себе по пальцу. Бабушка Маша, осенив себя крестным знамением несколько раз, запричитала:
  - Ежевичка, дитятко, да по что ж ты такую страхолюдину себе пророчишь? Это ж чисто бес!
  - Это Демон! - вырвался из меня отчаянный протест.
  - Цыц! - гаркнул Степаныч. - Оставьте ребятёнка в покое! Найдет себе по-сердцу и вякнуть не посмеете. Вот вам моё слово!
   И тут, в воцарившей тишине, тоненько запела молчавшая все это время прабабушка:
   - Я встретил вас - и все былое...
  
   С того памятного вечера прошло много лет. Это были года потерь, надежд, радости, больших и малых свершений, моих личных побед, и личных же поражений. За спиной остались детский сад, школа, университет, первый ухажер и первое расставание. Первый поцелуй и разочарование.
   Неизменным остался рисунок, "пришпиленный" красным сердечком-магнитиком к старому холодильнику. Наступил 21ХХ год.
   Год, когда Япония запустила в космос свой новейший тридцать второй телескоп и через неделю потеряла его там. Снова.
   Год, когда кандидат в президенты Кении, беря пример с лидеров других государств на предвыборных выступлениях, клятвенно пообещал своим избирателям, что он разобьется, но переплюнет своих коллег и забьет первую сваю в лунный грунт. Его масаи будут пионерами! Теми, кто построит, а потом и переступит порог базы на спутнике Земли. И пусть все сдохнут от зависти!
   Год, когда простой радиолюбитель с ником Шухер стал известностью с мировым именем, и его ник вписали во все энциклопедии и справочники по уфологии.
   Год, когда на Землю в районе села Чертыхино, что в Сибири, неудачно рухнул челнок с космического крейсера Уэбб-2406-22 из далёкой галактики Чёртов Хвост, на котором находилась очередная группа пришельцев, вступивших с нами в контакт.
   Год, когда я, будучи хирургом, подающим большие надежды в области восстановительной микрохирургии и трансплантации тканей, пришивала оторванный хвост с кисточкой звездному демоноподобному гостью, пострадавшему при крушении этого челнока. Пришивала и давилась слюнями. Бицепсы, трицепсы, квадрицепсы, пресс. Раз, два, три, четыре... восемь. А стоило ему открыть свои зеленые глаза и встретиться с моими голубыми... Пропала я, пропали мы, пропал весь мир. И была одна ночь... Господи, какая это была ночь!
   Год, когда отец посмел все-таки "вякнуть" и, стоя в дверном проеме в виде звезды, орал на весь подъезд волосатому гуманоиду с планеты Юттаока "Не отдам!" А из нашей кухни тоненько летело:
   - Я встретил вас - и все былое...
   Это был год моего личного счастья. И пусть у моего мужа нет рогов, но зато есть хвост! Самый настоящий! С кисточкой! И это не столь важно. Важно, что даже у пришельцев из космоса есть такое понятие, как любовь.
  
  
  
♥ 11 место Lady Fenix
   Пренеприятнейшее известие
  АННОТАЦИЯПРОВЕРКА (аудит, инспекторование, поверка, ревизия) - контроль, анализ, проводимый на предмет установления соответствия реального, истинного положения дел. А что, если на этапе проверки вмешаются чувства? Хотя бы с одной из сторон?..
  У Ардама Тринадцатого, Повелителя Полуночного Мира, герцога Тьмы, уже как пять тысяч лет и.о. коронованного Правителя Преисподней, было просто отвратительное настроение. Вот отвратительное настолько, насколько это возможно утром. Если говорить понятным языком, то по десятибальной шкале отвратительности, где-то на восьмерочку.
  Он встал сегодня не с той ноги, наступил этой ногой на своего любимого трехголового шипастого щеночка Цербера, взвыл от боли в ступне, пнул ни в чем не повинного монстрика... и взвыл повторно, поскольку повторно же укололся о шипы на заднице своего пёсика, который от обиды и несправедливого отношения к себе, вцепился всеми своими тремя головами в длинный, украшенный на конце кисточкой-сердцем, хвост Повелителя.
  Ругаясь последними словами, Ардам отодрал пса, открыл адский портал, мгновенно вспыхнувший черным пламенем, и телепортировал собаку в Зал Пыток. Во избежание, так сказать.
  Продолжая ругаться, прохромал в душ и с облегчением опустил ногу и многострадальный хвост в свою любимую лавовую ванну. Но не успел он погрузится полностью для утреннего омовения, как прозвучала сирена, оповещая о форс-мажорных обстоятельствах. Тут же открылся почтовый портал и ему, прямо на голову, пребольно ударив цементной печатью, упало, и зацепилось за левый рог, официальное уведомление от Главного Проверяющего над всеми Проверяющими Главного Министерства Проверок и Пыток.
  День, что называется, не задался.
  Пришлось, не испив утреннего огненного кофе, быстро наполировать рога, крылья, сбрызнуть лаком, чтобы не топорщилась, кисточку на хвосте, облачиться в официальную тяжеленную парадную мантию, вдоль и поперёк расшитую черными агатами и идти, приветствовать очередного проверяющего, чтобы ему жизнь Раем казалась.
  Повелитель Полночного Мира шел, придирчиво оглядывая свои владения. Черти, уже бывшие в курсе проверки, деловито начищали бока котлов и увеличивали пламя в газовых горелках под ними, полировали пыточные инструменты и инструктировали праздношатающихся обитателей и грешников Преисподней, которые старательно и равномерно мазали себя кетчупом, рисовали страшные шрамы и язвы от пыток, при этом мелодично разминая голосовые связки, репетируя болезненно-жалобные стоны.
  Цербер, увеличившись до размера дракона, уже сидел на цепи и, раскрыв все три пасти, флегматично ждал, пока ему набелят восемь рядов клыков в каждой голове.
  Нормальный производственный процесс.
  - Схуднул, - недовольно поцокал языком Ардам Тринадцатый. - Вечно носишься, где ни попадя, честно нажраное тратишь, приговорённых гоняешь по всему залу пыток, как щенок безмозглый. Откормить бы тебя надо хорошенько.
  Пёсик, услышав это, довольно оскалился и заметал благодарно по полу хвостом, сметя при этом горстку чертей, подпиливающих ему до остроты когти.
  - Олухи, за что только дармовые харчи едите - скривился Повелитель.
  Впрочем, потом со всем разберется, ибо Харон, его бессменный перевозчик, уже причаливал к пирсу на своей лодке.
  Подойдя ближе, Повелитель протянул руку, помогая тонкой, закутанной в алый бархатный плащ фигуре, ступить на гнилые скрипучие доски.
  - Зло пожаловать, мадам!
  - Мадемуазель, милорд. Мадемуазель Варжа Элайжа Фог, к Вашим услугам, - на удивление мелодично произнесла женщина и из-под капюшона блеснули алые, в тон плаща, глазищи. Ярко-красные губы скривились в презрительной усмешке типичной проверяющей. Нежная тонкая рука с длинными красными когтями поправила черную брошь-удостоверение, достала из воздуха свиток и самопишущее перо, после чего женщина вопросительно замерла, ожидая дальнейших действий Ардама Тринадцатого.
  - Милорд, Вы на мне взглядом дыру просверлите, - она хмыкнула. - Может быть пойдем? Я бы не хотела пробыть тут до скончания веков, мне еще в Светлый Мир надо.
  Повелитель Полночного Мира и сам не знал, что с ним происходит, но сердце, о котором он уже давно забыл, трепыхнулось, будто пытаясь забиться. Вот только это же невозможно?
  - Да, конечно, - взял себя в руки и повел проверяющую вдоль лавовой реки. - Итак, тут у нас...
  - Пёс недокормленный!
  Её облезлое перо застрочило по пергаменту.
  - Это возмутительно! Вам под личную ответственность разрешили воспользоваться лучшим из имеющихся экземпляров 'Питомника Адских Псов', а вы его не кормите подобающим образом!
  Женщина подошла к оскалившемуся Церберу, захватила Петлёй Тьмы все три его морды, связала ноги, подтянула поближе и заглянула в глаза, оттягивая правое веко на левой голове.
  - Кошмар! - ворковала, производя осмотр. - Форменное безобразие! Как тебя тут запустили, райский ужас просто, даже шипы в размерах уменьшились. И клыки тонковаты! Изверги, кальция не дают! И шерсть не блестит, как положено, значит, витаминов в рационе тоже нет. Когда ветеринара последний раз вызывали? Он же так заболеть может!
  Аудитор достала откуда-то рулетку, вымеряя размер шипов на хвосте и хребте, проверила клыки и раздвинула на загривке шерсть, смотря состояние кожи. Цербер, в шоке от такого поведения, даже не вырывался и во все глаза смотрел на женщину.
  Она же, закончив, извлекла откуда-то огромный шмат парного мяса, миску с кровью, куда накапала витамины и подсунула под нос псу.
  - Выпьешь витамины, дам мясо.
  Цербер заскулил и попытался уползти в пещеру за собой.
  - Сама накормлю! - голос женщины упал на полтона, отчего вокруг похолодало на несколько градусов.
  Цербер закрыл две крайние головы лапами, а средняя, оставшаяся без столь надежной защиты, попыталась отклониться назад, но, признав поражение, мученически закрыла веки и ме-е-едленно открыла пасть, позволяя влить в себя кисловатые витамины. Распробовав их, пёс открыл глаза и даже причмокнул, видимо, было вкусно. Тут же подтянулись крайние головы, выпрашивая лакомство.
  - Умничка, хороший мальчик, - снова заворковала женщина, почесав среднюю голову за ухом, и отдала ей кусок мяса.
  В один укус проглотив предложенной угощение, Цербер застучал довольно по полу хвостом, положил все три головы к ногам женщины и наклонил в сторону, требуя почесать шею. Она же мелодично рассмеялась, от чего у Повелителя искорки в животе запорхали, и выполнила просьбу, гладя трехголовое страшилище своими длинными красными коготками.
  Ардам Тринадцатый, подобрав челюсть, прокашлялся от увиденного, постарался погасить так не кстати возникший пожар в подбрюшье и оттянул в сторону почему-то начавший мешать ему ворот плаща.
  - Вот это женщина! - хрюкнул рядом старший черт по караулу и тут же получил от Повелителя кулаком в пятак.
  - Сгною в пыточных!
  - Пардоньте, хозяин, само вырвалось, - черт потер пятачок передним копытцем и восхищенно замер, с обожанием глядя на проверяющую.
  - Пойдемте дальше? - женщина плавно пошла вперед, подмечая мелкие детали и записывая все огрехи в свиток.
  У Ардама же руки чесались снять с нее капюшон, чтобы увидеть, что же там за существо такое под плащом. Впервые проверка не казалась ему райским пытками.
  - Инвентарные номера на котлах не соответствуют заявленным для этого зала!
  - Простите, госпожа, - дух старого, дотошного бухгалтера, списавшего при жизни имущество Газпрома на сумму, равную бюджету небольшого европейского государства и всегда остававшемуся как бы ни причём, подлетел ближе к женщине, нежно прижимая к себе огромную амбарную книгу. - У Вас устаревшие сведения, вот, пожалуйте-с.
  - Хмммм. И к чему были такие перестановки? - словно не заметив вес талмуда, женщина спокойно взяла его и открыла на первой странице.
  - Имеет место быть-с увеличение потока пытаемых, госпожа. Телевидение, доступный интернет, отсутствие морального воспитания детей и, как следствие, беспорядочные связи. Воспитание триллерами, боевиками, терроризм и тому подобное. Разложение общества налицо, пришлось достать котлы побольше из кладовых, - он, печально вздохнув, обвел призрачными руками зал.
  - Понятно, - перо что-то начиркало на пергаменте. - Пройдемте дальше.
  И проверка продолжалась...
  Ардам Тринадцатый шел за женщиной, слушал её мелодичный голос и периодически воспитывал по пятакам свою свиту, чтобы не смели так сильно пускать слюни на плавно впереди идущую и покачивающую бёдрами женщину. В какой-то момент пришлось даже применить удушающий приём к старшему чёрту, чтобы в себя пришел от восхищения, когда женщина, непонятно каким образом, заставила материализоваться призрак бухгалтера, поймала его за правый рог и методично доказывала пройдохе его же лбом о край ближайшего котла, что не надо экономить на основных средствах преисподней.
  Она вообще была всем недовольна: температура низковата; котлы не блестят, как положено ТУ; души стенают не так громко, как положено по ГОСТу; черти не откормлены и вообще работают без огонька.
  А Повелитель слушал всё это и наслаждался: недовольна, ругает. Хорошо-о-о... И снова врезал в пятак начальнику стражи, который от недовольных эманаций проверяющей уже откровенно впал в эйфорию.
  - Довольно на сегодня! - проверяющая резко остановилась и круто развернулась.
  Повелителя Полуночного Мира, герцога Тьмы, уже как пять тысяч лет и.о. коронованного Правителя Преисподней вместе с его свитой, словно святой водой облили. Обидно так стало на душе, аж пытать никого не захотелось.
  - Мадемуазель, но мы ведь и половины не прошли! - попытался задержать проверяющую.
  Она же дернула плечом под плащом, словно отмахнулась.
  - И так всё понятно, - снова скривила губы и устремилась в сторону причала, к ожидающей лодке.
  Ардама Тринадцатого в этот момент перемкнуло, и, не задумываясь, что творит, схватил женщину в охапку и шагнул в мгновенно распахнувшийся круг Адского Портала.
  - Что вы себе позволяете! - его довольно ощутимо ударила чуть ниже спины темномагическая плеть. - Сгноблю в раю!
  - Простите, мадемуазель, но без чашки кофе я Вас не отпущу, тем более, что я и сам еще не завтракал. Сегодня, в связи с вашим прибытием, надеюсь, от моего идиота-повара, будет что-нибудь особенно мерзкое.
  Вышел из портала в гостиной и аккуратно поставил проверяющую напротив зеркала, поймав свое отражение. На его фоне, женщина казалась маленькой и хрупкой, словно тонкая фарфоровая чашка.
  - Позволите Ваш плащ?
  Она склонила голову, словно раздумывая, а потом, хмыкнув, повернулась спиной, расстегнула брошь, сняла капюшон и изящно скинула плащ на подставленную Повелителем руку. Спокойно приблизилась к зеркалу, проверяя прическу, и встретилась с Ардамом в зеркальной глади глазами.
  Рядом с красивым, черноволосым, темноглазым, высоким и по-звериному сильным Повелителем, стояла миниатюрная, великолепно сложенная, изящная женщина с тонкими чертами лица, кроваво-красными огромными глазами и темно-бордовыми волосами. Она была на полторы головы ниже, однако не стоило обольщаться: её плащ, как оказалось, скрывал истинную силу Варжи Элайжы Фог, и сила эта могла стереть всю его обитель с тыла Темного Мира в мгновение ока.
  - Миледи Сноу ДеФог - потрясенно выдохнул Ардам, узнав в проверяющей единственную, горячо любимую племянницу Правителя Серых Миров и Межмирья. Самую сильную демонессу, в равной степени комфортно чувствующую себя в Светлом и Темных мирах.
  - Ну что Вы, всего лишь мадемуазель Фог, - она насмешливо сморщила носик.
  - Конечно, как скажете, - он приглашающе выдвинул стул, предлагая даме сесть. Если хочет быть тут под формальным именем, то пусть так, главное, чтобы ни ушла никуда.
  Она же спокойно прошла и демонстративно села по другую сторону стола, не пытаясь скрыть сердитое настроение.
  Её сердитых эманаций Ардаму снова хватило на то, чтобы выпасть из реальности.
  За ведром огненного кофе для каждого, неспешными разговорами и деликатесами Темного Мира: тарантулами в кляре и серной пудре, пролетело несколько часов. Ардаму казалось, что он знает эту женщину давно, и не выдержав, наконец, спросил:
  - Почему мне кажется, что мы знакомы?
  - Может потому, что мы вместе учились в Светло-Темном Университете?
  Черты женщины поплыли, и перед ним сидела невзрачная толстенькая демонесса в больших круглых очках.
  Который раз за день Повелитель опешил. И не потому, что удивился её образованию: женщин в Университете было достаточно, просто он узнал ту, над которой всегда издевался во время учебы, не давая спокойно учиться, уж больно она была несуразная. И вот жеж, погляди-ка что, в итоге, выросло!
  Она, видимо, поняла, его замешательство и убрала морок.
  - Да-да-да, Вы всегда были ужасно грубы со мной.
  - Так мне положено вообще-то быть грубым, я же не светлый эльф! - он скривился, как от святой воды и смущенно дернул хвостом. - Я потомственный Повелитель Полуночного Мира вообще-то!
  - Я не хотела Вас обидеть, правда. Зла Вам за кофейную паузу.
  Женщина грациозно встала, а Ардам вдруг услышал грохот и вскочил, пытаясь понять, что происходит. Грохот повторился. Только тише и настойчивее, потом выровнялся, вошел в ритм, и до Повелителя дошло, что это забилось молчавшее много тысяч лет сердце, а значит, женщина напротив была его супругой. Той, ради которой он пойдет хоть в Рай, если она того захочет.
  - Почему вы никогда не отвечали мне достойно в Университете?
  - Тогда еще силы не проснулась.
  - Попросили бы помочь дядю?
  - Да вы с ним все ночи пропадали на студенческих пьянках! Два лучших друга, об этом же все знали!
  - Если бы он сказал, что вы ему родня, я бы не стал вас обижать.
  - Аха, и это внесло бы разлад в вашу дружбу! - она обличительно ткнула в него красным когтем.
  - Да бросьте! Ну, подрались бы, повыясняли как всегда, кто сильнее. У нас это каждый день было и из-за меньших разногласий! Так что не нужно мне об этом говорить, давайте откровенно: у вас была уйма возможностей поставить меня на место!
  Во время разговора Ардам Тринадцатый наступал на женщину, а она потихоньку, шаг за шагом, продвигалась на выход.
  - Так почему Вы мне ни разу не ответили достойно? - почти вплотную приблизился и замер на расстоянии крошечного шага.
  - Вы бы тогда вообще на меня внимания не обращали! - зло выпалила и тут же прикусила губу. - И вообще, мне пора.
  Она не успела даже развернуться, как ее ловко перехватили и закинули на сильное плечо лицом вниз, быстро куда-то направляясь.
  - И куда ты меня тащишь? - дернула Ардама за хвост.
  - К твоему дяде! - в ответ шлепнул ее по пятой точке.
  - Зачем?
  - Свататься!
  - А меня спросить?
  - Вот еще! Вдруг ты откажешься?
  Варжи не успела ничего возразить, так как её уже уволокли копчиком вперёд во взметнувшееся черное пламя адского портала.
  
  Спустя двести лет...
  - Арди, отпусти, - Повелительница Полуночного Мира пыталась вырваться из объятий мужа.
  - Ни за что! Знаю я этот прищур, ты опять на работу сбежишь!
  - Арди, - она повернулась к мужу лицом, сильно сердясь, а он, как всегда, выпал из реальности, наслаждаясь ее красотой и настроением. - Мне вообще-то на работу надо, за которую платят!
  - Варь, ну куда нам столько денег? Рассовывать уже некуда, - Ардам Тринадцатый крепко держал супругу, обвив её, для надежности, еще и хвостом, недовольно шевелящим кисточкой-сердечком на конце. - И так уже девяносто процентов одиночных темниц отдал под твою зарплату.
  - Как куда? Ты же сам хотел пыточные расширять! Да и чертям сверхурочные платить не из сокровищницы же. Опять же: новый год скоро, премии надо будет выписывать, - она, словно кошка, потерлась о плечо мужа и предложила. - Заодно и камер еще на эти деньги давай новых повыкапываем и расширим имеющиеся, м?
  Ардам на мгновение задумался, и этого хватило женщине, чтобы быстро поцеловать мужа, выскользнуть из его захвата и мгновенно уйти серым порталом.
  - Любимый, до вечера! Обед в гостиной, на столе, не забудь покушать! - прошелестело в воздухе. - И Церберу витаминки дай!
  Ардам Тринадцатый зарычал, помянул всех обитателей Рая разом, и пошел по своим владениям, работать: гневаться, судить, пытать и наказывать. Зарабатывать меньше жены не позволяла проснувшаяся так некстати совесть.
  
  
♥ 12 место
  
  
♥Маска1
   Спорим на любовь?
  
  Деймон смотрел в окно, стоя в темной комнате. Семь вечера, на улице спустились сумерки. Дом напротив, последний этаж, угловая квартира. Вспыхнул свет, на фоне окна показалась она. Заведя за спину руки, девушка расстегнула молнию сарафана, слегка спустив его по плечам. Никакого эротизма, под деловым платьем слишко скромная, пуританская блузка. Шаг, второй. Незнакомка словно взмывает в воздух перед окном, хотя Деймон понимал, что под окном или диван или кровать, на которые и вспрыгнула девушка. Руки взлетают вверх и упавшая темная ткань портьер скрывает наваждение. Дальнейшее кино не для него.
  Он подошел к выключателю и щелкнул им. Яркий свет залил комнату. И вновь рутина будней, вплоть до завтрашнего вечера, пока незнакомка вновь не вернется домой, чтобы взлететь у окна и исчезнуть за занавесом.
  Телефон, сообщение. Его уже ждут. Быстрый взгляд в зеркало, и уже неосознанный жест, рука провела по русым волосам, собранным в низкий хвост. Вот и тонкая косичка, его некий талисман и проклятье. В переплетениях прядей спряталась черная ленточка с сердечками. По одной за каждую покоренную девушку. Еще в студенческие годы он поспорил на одной из пьяной вечеринке на любовь. Ставка - ящик пива. Тогда то разбитные однокурсницы и заплели ему первую косичку с ленточкой, куда пришили первые три сердечка. Да, той ночью было три красавицы. Спорил на десять лет, которые истекают через три месяца в марте. Сейчас в косе двадцать девять сердечек. Не хватало одного, чтобы выиграть.
  Еще один взгляд на окно соседнего дома, но плотные занавески не показывали даже силуэта.
  Деймон сбежал вниз по ступеням, как всегда игнорируя лифт. Друзья уже звонили, намекая на фуршет по окончанию пари, однако он лишь отмахивался. Заведя авто, вылетел на вечерние улицы Москвы, направляясь в офис.
  Дав ребенку при рождении иностранное имя, которую ребята быстро переделали в кличку Демон, родители словно определили жизнь сына. Сначала он кулаками доказывал право называться как в документах, в подростковом возрасте Деймон резко передумал, теперь драки были по другому поводу. Однако извечные конфликты закалили характер, научив добиваться своего. Сильный и хитрый, изворотливый и умный, парень сориентировался во взрослом мире очень быстро. Пока его однокурсники гуляли, Демон создавал свою темную империю. Нет, он тоже был не против покутить, но всегда знал меру. Одновременно с дипломом парень создал свой темный мир мобильных приложений. Ничего криминального, лишь современные технологии и опережение на шаг конкурентов, однако именно за это соперники по бизнесу перетащили детскую кличку в мир бизнеса. Демон не был воротилой, он четко знал свои рамки, рискуя по-крупному, но не стремясь заработать всех денег. Вкладываясь в сотрудников, он был скор на расправу с предателями и лентяями, всегда оставляя право голоса за собой, не деля бизнес, не допуская партнеров, во всем рассчитывая только на себя.
  Вот и сейчас мчался в офис проверить отчетность. В голове фоном билась мысль о пари. А что если незнакомку? Он знает, во сколько она возвращается, знает, где живет. Да, лишь силуэт и фигура, плавные движения, расстегнутое платье, что будоражит сознание и кровь. Разве он ее не узнает? Вот и будет последнее сердечко. Он выиграет. Не то чтобы сейчас, по прошествии десяти лет, ящик пива был ему нужен. Но честолюбие важнее.
  Работа, отчетность, проверки, программы. И вновь вечер, темная комната. Для него играют спектакль. Вспыхнул свет, она явилась. Вот только сегодня все пошло не так. Девушка безучастно взлетела и замерла на фоне окна, обхватив себя за плечи. Деймон забыл как дышать. Что не так? Неужели она решится? Нет, это бред. Но вот фигурка ожила, взмах рукой и темные портьеры рухнули гильотиной, отрезая его от силуэта. Деймон прислонился лбом к холодному стеклу. Однако как фантазия разыгралась. Надо развеяться.
  Он ехал бесцельно по ночному городу, не зная куда приткнуться. В клубе не понравилось, в кино не тянуло. Мысленно все возвращался к окну и незнакомке. Легче домой поехать.
  И на въезде во двор он едва успел ударить по тормозам. Аккуратная иномарка тоже заскрежетала. За рулем блондинка. Деймон плюнул и вышел. Бабы совсем не умеют ездить. Подойдя к бамперу пораженно замер: машины так и не 'поцеловались'. Спасительные десять сантиметров так и остались между бамперами, будто отвели беду.
  Девушка тоже вылезла и обреченно вздохнула, обхватывая себя за плечи. Молодой человек закашлялся. Светлые волосы, огромные глаза. Белая длинная шубка не могла показать фигурку, но Деймон знал, кто перед ним. Или ему так хотелось? А незнакомка подошла, тоже удивленно посмотрела на машины. Взмах ресниц, ошеломленный взгляд на него, и его разведенные в немом изумлении руки. Они молча разошлись по машинам, девушка сдала назад, словно передумав ехать. Деймон тоже припарковался, наблюдая, как она идет к подъезду того самого дома. Вот хлопнула дверь. Он вышел и гипнотизировал взглядом темный квадрат угловой квартиры. Словно не желая его разочаровывать, тот осветился изнутри. Дело за малым.
  А через пару недель его уже пригласили в гости. Вот и последнее сердечко, и выигранный спор. Только почему рядом с удовлетворением от выигрыша и едва скрываемом желании, он был сам себе противен? Легкий ужин, бокал красного вина, смущенный румянец Анжелины в дрожащем пламени свечи. И когда в полумраке ее руки взметнулись, чтобы расстегнуть молнию шелкового платья, он пал ниц. Демон стоял на коленях перед Ангелом и каялся. Рассказал про спор, справедливо ожидая изгнания из рая. Однако темный Демон не знал о светлой душе Ангела. И когда по голове его погладила нежная рука, Деймон сдался, обхватывая колени девушки и утыкаясь в них лицом.
  -- Я сама пришью тебе сердечко.
  - Нет. Я уже выиграл.
  В марте Деймон появился на обещанной пати, посвященной окончанию спора. Он гордо бросил тонкую ленточку. Друзья споро пересчитали. Он проспорил, там было двадцать девять сердечек. Ребята предвкушающе потирали руки, а Деймон втащил ящик пива.
  -- Ты проиграл.
  - Я выиграл, - Деймон обнял свою светлую спутницу и увлек ее на выход.
  Схватившие было бутылки ребята со вздохом поставили их обратно.
  Волосы парня как всегда были собраны в низкий хвост, который стягивал белый шнурок, где кисточкой висело серебряное сердечко, подаренной Анжелиной, когда он надел жене обручальное кольцо на палец.
  
  
♥ДЮля, Настя
  Ошибки прошлого
  АННОТАЦИЯЕсли твой прапрадедушка генетик, ты имеешь все шансы заполучить мужа с хвостом.
  "...и в этот знаменательный день мы рады приветствовать наших друзей! Вместе мы достигнем невероятных высот в науке, технике, медицине..."
  
      Вдох-выдох, вдох-выдох. Ощущаю, как прохладный воздух наполняет меня, как на выдохе он становится теплым. Посторонние мысли уходят, освобождая сознание. Я всегда ощущаю в этот момент единение с собой.
  
  "...потомки землян, вынужденно покинувшие планету, возвращаются обратно с новыми знаниями, и кто как не мы...а ведь когда-то эксперимент Д-РГ..."
  
      По галавизору на всех каналах шла запись вчерашней трансляции торжественного объединения двух рас. Президент не скупился на лестные речи и добрые слова. Ну, да. Скрытые договоренности не афишируются перед простым народом. Что и как было на самом деле - неважно, ведь на то оно и прошлое, его можно откорректировать.
  
       Д-РГ или Демон-РасаГибрид - чудовищный эксперимент в начале века, вызванный необходимостью вступления в Межгалактический альянс. Новые расы, новые угрозы. Правительству нужны были солдаты - идеальные воины. Они их получили. Сверхбыстрые, с ускоренной регенерацией, возможностью выживать в аномальных условиях. Трансформация в боевую ипостась, где тело - это одна сплошная броня, а хвост несет смертельную угрозу.
  
       Люди-Демоны - так их прозвали в народе.
  
       Но столь желаемые и тщательно взращиваемые качества шли бок о бок с неконтролируемыми мутациями, которые разрушали психику носителя гена Д-РГ. И как следствие - выселение "заболевших смертельно опасными для всего человечества вирусами" на задворки галактики - планету Д. Гуманное убийство. Закон джунглей в действии.
  
       Увы, мы просчитались. Эксперимент Д-РГ оказался успешным. Победа Демонов над мутациями и за каких-то 100 лет они обогнали землян в развитии. Так кому на самом деле нужно это объединение?
  
       Закончив занятие привычной Шавасаной, иду в душ под оглушительные аплодисменты и рукопожатия двух лидеров. Занятие йогой не принесло желаемого умиротворения. Зачем он прилетает? Работа, очередной спор или попытка вернуть?
  
       Зеркало в ванной комнате отразило мою злую усмешку. Ненавижу. Пара нажатий. Тропический душ. Долгожданное очищение тела и мыслей. Растворяюсь в каплях воды - невесомых и тяжелых, прохладных и горячих. Исцеляющий душ то, что мне сейчас нужно. Капли стекают по телу, унося всю ненависть и тоску. И я погружаюсь в воспоминания.
  
       Тогда мне тоже нужен был душ. Горячий, обжигающий до красной кожи, лишь бы стереть его прикосновения с тела, лишь бы не думать о нем.
  
                                                                                                                        хххххх
  
       В кабинете куратора курса яблоку негде было упасть.
  
       - Селиверстова, наконец-то. Опаздываешь, - проговорил Роман Григорьевич. - Можем приступать. Всем тихо. Ребята, принято решение о месте прохождении практики. Нас ждет Уран.
  
       "Ура!" взорвало пространство кабинета. Преддипломная практика на Уране предел мечтаний каждого выпускника Академии. А уж с представителями других планет и систем - это просто фантастика!
  
       - Тихо. Я еще не договорил. Впервые в совместной практике будут принимать участие студенты с планеты Д.
  
       Несколько минут было тихо, затем заговорили все разом:
  
       - Круто! Говорят, они превосходные воины, - мальчишки.
       - Говорят, они такие красавчики. Кубики пресса и даже есть хвосты, - в унисон Карина и Ева.
  
       А я в панике думала, стоит ли мне вообще ехать, я же та самая Селиверстова. Мой прапрадед стоял у истоков генетических экспериментов, а прапрабабушка руководила высылкой носителей гена ДР-Г. Династия генетиков. Единственное что от нее осталось - это фамилия и мое имя. Родители назвали меня в честь прапрабабушки - Жаклин, но я предпочитаю, чтобы меня называли Лин.
  
       Любопытство пересилило страх, да и отказ от практики невозможен. И вот в числе немногочисленных счастливчиков я лечу на Уран. Четыре месяца практики по ведению переговоров с представителями других систем и никаких родителей. Уран, я уже тебя люблю! А при успешной защите - заветная корочка "Дипломата Межгалактического Альянса" и служба при посольстве.
  
       Космодром. Взлет. Посадка. И вот наша группа во главе с куратором ждет в зале прилета остальные делегации. Время будто замедлилось.
  
       Он шел среди представителей планеты Уран. Уранцы - бледные, темноглазые, низкорослые, и он - высокий и статный. Демон, готовый к молниеносной атаке. Невозможно отвести глаза. Легкий наклон головы в знак приветствия. И я натыкаюсь на его внимательный взгляд - глаза, мерцающие серебром. Меня бросает в дрожь. Каринка, зараза, говорит, что это память предков проснулась, а я смеюсь. Знакомство с вновь прибывшими. Демона зовут Антон, он сын Главы совета планеты Д. И опять Каринкин шепот: "Тебе везет как утопленнику!"
  
       Кто бы, что не говорил, а люди-демоны прекрасны. А в боевой ипостаси словно выплавлены из стали, не иначе. Один боевой хвост чего стоит, и на его кончике острые иглы, образующие сердце. Мда ... против них человечеству было не выстоять.
  
       Когда я успела в него влюбиться? На космодроме? Или же, когда Эпсилонцы учили нас практике расслабления, а я ловила на себе его взгляды? Или когда Глизейцы и Янссенцы предложили нам игру, сумеем ли угадать наших друзей в боевой ипостаси? Или когда наблюдала за спаррингом двух друзей - демонов Антона и Глеба?
  
       Или в наш первый поцелуй? Почти поцелуй.
  
       Поездка в оранжерею, где собраны прекрасные цветы со всех уголков галактики. Мы отстали от основной группы.
  
       - Идем скорее, Антон! Все уже ушли!
       -Чего ты боишься, Лин? Потеряться? Или остаться со мной наедине? - невесомый поцелуй в висок.
  
        Щеки залил румянец. Он стоит близко, очень близко. Жесткие, чуть вьющиеся на концах волосы, прямой нос, гладкая кожа, ямочка на щеке, серебристые глаза.
  
       Я слышу его хриплый голос: "Смелее, Лин!".
  
       Поворачиваюсь, поднимаюсь на носочки и тянусь пальцами к его губам. Едва касаясь, отдергиваю руку. Антон ловит ее, переплетает наши пальцы и склоняется надо мною. Голоса ребят, и я испуганной птицей вырываюсь.
  
       - Встретимся на вечеринке, Лин!
  
       Вечеринка по случаю празднования уранского Нового 2717 года в самом разгаре. Все разбились по парочкам. Только мне совсем не хочется веселиться - Антона нет рядом. Как случилось, что его присутствие стало необходимым, что без него я не мыслю себя? Никем незамеченная, встаю из-за стола и выскальзываю за дверь.
  
       - Прости, я не мог отказать Главе совета, - сильные руки обхватили, прижав к груди.
  
       "Антон!" - вырывается мысленный стон с моих губ.
  
       Его голос обволакивает словно бархат, сердце ликует, а тело начинает плавиться. Он так близко, что я ощущаю исходящий от него жар, голова идет кругом. И хочется отдать всю себя в его сильные руки.
  
       - Идем ко мне, Лин? - шепчут его губы.
  
       Они мягкие и обжигают кожу. Дорожка, проложенная горячими губами, полыхает огнем. Мысли путаются, я почти не слышу, я не понимаю его хриплый шепот. Я слышу только голос своего тела, которое готово сдаться на милость стальным мышцам, нежным объятиям, дурманящему запаху...
  
       -Что? Тош, что? - выдыхаю в губы, боясь оторваться.
  
       Меня не пугает близость с ним, меня не пугает, что это произойдет впервые. Меня пугает, что я потеряюсь в бескрайних просторах космоса, если он хотя бы на секунду отпустит меня. Теснее прижимаюсь и впиваюсь в его губы. Моя комната совсем близко. Тяну его за собой.
  
       Он подхватывает меня на руки и через минуту мы уже в комнате. Бережно ставит на кровать. Я еле стою. Антон делает шаг назад и отдергивает штору, помещение заливает неровный свет. В неярком свечении его глаза отливают серебром. Его глаза согревают, ласкают и раздевают. Он делает шаг в мою сторону и стаскивает через голову рубашку. Я не могу отвести взгляд. Я не могу противиться. Я не хочу противиться. Я хочу сдаться.
  
       Его руки касаются моих волос, стягивают резинку, и сдерживаемые ею волосы рассыпаются по плечам. Пальцы скользят вниз, задерживаются в вороте блузы и начинают расстегивать одну за другой маленькие пуговицы. Редкие прикосновения горячих пальцев к коже, освобожденной от одежды, заставляют задыхаться. Грудь, стесненная кружевом ткани вздымается, сердце бьется в бешеном ритме. Его руки везде, его губы повторяют за ними путь. Он проникает в меня, а я отдаю себя ему. Всю без остатка. Влажные простыни, переплетенные тела, жар и страсть подарила нам эта ночь.
  
       - Спи, душа моя! - его тихий шепот и мягкий поцелуй в макушку. "Мой демон!" выдает подсознание, и я погружаюсь в сон.
  
       - Лина? Тоха? Ау? Где вы? - голос Карины.
  
       Я открыла глаза.
  
       - Они вчера вдвоем ушли, говорю вам, - голос Глеба. - И точно не скучали этой ночью.
       - Глеб, прекрати, - отдернула его Ева.
       - Завидуешь? - пробасил Артур.
       - Ну, а я что говорил! - с похабной ухмылкой замер на пороге комнаты Глеб. - Ты все же это сделал, чувак. Ее прапрадед, разложил нас на атомы, а ты разложил его внучку.
  
       В безотчетном движении зарылась с головой в одеяло.
  
       - Глеб, уйди! - подскочил с кровати Антон.
       - Ну и как секс с человечкой? - не унимался Глеб. - С самой Селиверстовой? Гордишься? Поставил праправнучку ученого на колени и... - молниеносный удар в нос, брызги крови на белоснежном ковре.
  
       Вскинула голову и медленно перевела взгляд с Глеба на Антона.
  
       - Лин, ты все...
       - Антон,- перебила его, - спасибо, это было познавательно и даже в новинку, более не задерживаю. - Глеб, Вам бы умыться.
  
       Слезы душили, но держать лицо я умела хорошо, не зря нас натаскивали по "Тактике переговоров". Громко хлопнула дверь, и я осталась одна.
  
       Достала планшет. Где же этот чертов бланк? Знаю, в гневе нельзя принимать решения, но... Не смогу его видеть. Нет, нет и нет. Подтверждение отправлено, осталось собрать вещи. Меня ждут в министерстве. Дядя постарался. Сорванную практику он тоже поможет зачесть, диплом, я получу. Ненавижу командировки, буду сидеть в министерстве. Подальше от Урана, подальше от всей этой истории.
  
       Теперь в душ. Смыть с себя его прикосновения. А сердце, душу не отмыть. Но ничего, заживет, пройдет, погаснет. Кто из девчонок не влюблялся? А тут - представитель планеты Д, сын самого Главы совета. Поспорили?! С кем не бывает. Ай да я, позитивщица! Как же больно...Слезы застилали глаза или это капли воды?
  
                                                                                                           хххххх
  
       Снова смотрю на себя в зеркало. Отражение расплывчато. Провожу рукой по зеркальной поверхности, убирая размытость, а вместе с ней стираются воспоминания трехлетней давности.
  
       Сегодня я увижу его. Сегодня я смогу перебороть свою боль окончательно.
  
       Легкий завтрак, макияж, строгий костюм, классические лодочки на небольшом каблуке. Личный шофер. Меня ждут в министерстве. Специалист по коммуникациям с представителями иных систем и рас сейчас востребован. Работы в избытке. Что может быть хуже? Только прилет Антона и наше возможное, даже не так, наше скорое вынужденное общение.
  
       Чашечка кофе и рабочий день начал свой забег.
  
       Звонок помощника. Делегация прибыла. Перевожу взгляд на часы. Скоро, совсем скоро, лицом к лицу. Боже, дай мне силы!
  
       Ровно в полдень началась встреча за закрытыми дверями:
  
       - Нет, земляне совсем не против ...
       - Да, они понимают всю важность воссоединения и даже в чем-то чувствуют свою вину...
       - Безусловно, мы все готовы помочь...
       - В СМИ проводятся массовые разъяснения, что мутации гена Д-РГ остановлены и ничем не угрожают будущим поколениям землян...
  
       День пролетел незаметно, участники встречи довольны, остались согласовать сущие пустяки. Устало прикрываю глаза. Его не было. И рада. И опять ноет в груди. Что же, едем домой.
  
       Дом встречает привычной тишиной. Не зажигая свет, распахиваю окно в спальне. Ночная прохлада окутывает и расслабляет. Едва успеваю увернуться от кольца рук. Все так же ощущаю его. Плохо. Медленно разворачиваюсь. Я не спрашиваю, почему его не было на встрече, я не спрашиваю, откуда он знает, где я живу, и как он попал в мой дом. Я просто спокойно произношу:
  
       - Доброй ночи, Антон.
       - Привет, - он совсем не изменился.
       - Позвольте напомнить...
       - Прекрати, Лин, - перебил меня Антон. - Я люблю тебя, слышишь, люблю!!! И тогда это было не просто увлечение. И слова Глеба...Черт, что ж так тяжело...Да, сначала это был спор. Глеб подначивал, смогу ли я влюбить в себя внучку тех самых ученых, но чем больше я тебя узнавал, тем больше влюблялся сам. И та наша ночь. Ведь мы с Глебом сильно подрались тогда и...
       - Думаешь, мне это сейчас нужно? Ты? Твои признания? Все в прошлом. Как там в послании: "Земляне чувствуют свою вину и просят забыть прошлое". Давай забудем, прошу.
  
       Отвернулась. Мне признаются в любви?! Мой Демон признается мне в любви?! Смешно и грустно. Тогда поверила бы, сейчас...
  
       - Жаклин, девочка моя, я не хочу ничего забывать и тебе не позволю. Все вышло по-глупому. Я не мог предотвратить твой отлет. Я сидел в карцере. Куратор вызвал отца на Уран. И потом почти три года неофициального ареста, контроль за моими перемещениями и контактами - ведь я должен был закончить обучение. Отец не верил в нас тогда, не верит и сейчас...
       - Уходите, Антон. Мои приемные часы...
  
       Договорить не дали, меня резко прижали к себе.
  
       - Ты вся дрожишь! Скажи, что причина не во мне! Скажи так, чтобы я поверил, и тогда я уйду! Скажи, Лин?!
       - Ты моя причина, Тош, ты!
  
       Антон больно впился в губы. Его поцелуи-укусы наказывали за мой побег, мои - что не прилетел раньше.
  
    Треск ткани. Мелодия рассыпавшихся по полу пуговиц. И двое сумасшедших, дорвавшихся друг до друга, в отражении зеркал.
  
  
       Нам было нелегко. Прошлое моей семьи мы не ворошили, это сделали за нас. И если бы не Антон, я бы не выдержала. Он окружил такой заботой и поддержкой, что невольно щипала себя, не снится ли всё это. Свадьба прошла даже незаметно на фоне выяснений кто, как и почему. Мы просто расписались. А потом было свадебное путешествие на планету Д. Свекор непростой человек, что уж говорить. Но через пару лет и это прошло, стерлось. Ну кто сможет устоять против двух очаровательных малышей? Две внучки и грозный свекор превращается в милого и любящего дедушку. А эти их игры в попытках поймать хвост деда...
  
  
♥Кьяза
   От ненависти до мира
  
   -- Руку дай!!
   -- Беги, Ларжетта!
   - Руку дай!!!
   Девчонка лет пятнадцати, пыхтела, пытаясь вытащить из расселины паренька того же возраста. Коленки разбиты в кровь, все лицо перепачкано, но стиснув зубы, она тянула спутника вверх, отвоевывая по сантиметру твердую опору. Наконец получилось, длинный хвост взметнулся, оборачиваясь вокруг ближайшего выступа. Вскоре и сам демон вылез на выступ.
   -- Я сказал тебе уходить.
   -- Да иди ты, - девочка смотрела разодранные ладони, затем размазала копоть по лицу, - идиот, как я без тебя выйду? Я летать не могу.
   Курлай вздохнул. Человек действительно один не выйдет отсюда. Юношеская вспыльчивость обернулась большими проблемами.
   -- Ты чего из дому сбежала? - буркнул он, расправив кожистые крылья за спиной. Узкая расщелина, куда он свалился, не позволила ему взлететь и помощь Ларжетты была кстати.
   - А ты? - вредная девчонка перевязала коленку и сейчас пыталась хоть немного стереть грязь с рук.
   - Не хотел участвовать в фарсе.
   - Вот и я тоже. Дай крыло осмотрю, а то там какие-то лохмотья висят.
   - Не трожь, сейчас регенерируется.
   - Почему ты говорил, чтобы я бежала?
   -- Внизу тиулиты, ты же знаешь, что даже небольшой кусок мяса делает их сверх сильными. Вылезли и сожрали б.
   - С каких пор демона интересует судьба человека?
   - С тех самых, когда человек спасает демона, - ответно буркнул он.
   Оба подростка замолчали. Пять минут они сломя голову вылезали из ущелья, наполненными прожорливыми тварями. Мелкие тиулиты, размером не больше кулака ребенка при маленьком проглоченном куске мяса становились опасными. Моментально повышался обмен веществ, и мелкие зверьки, чем-то похожих на лысых крыс с небольшими крыльями и чрезмерно длинными задними ногами, ускорялись в десятки раз, моментально разрывая на куски даже крупных животных, а что говорить о двух подростках. Отвесные стены узкого ущелья не давали возможность Курлаю воспользоваться крыльями, поэтому оба карабкались вверх, хватаясь за малейшие выступы. Курлай помогал себе хвостом, и полз снизу, страхуя девчонку. Чем и поплатился, не заметив неустойчивый камень. Сорвался, едва не упав. Висел на пальцах, и гнал человека прочь, зная, что как только он упадет к тиулитам - ее сожрут. А это упрямое недоразумение не испугалось, а бросилось ему помогать.
   -- Ты понимаешь, что когда мы выберемся, ничего не изменится? - спросил он.
   -- Угу, - буркнула она, - династический брак. Ну что ты деточка, он такой же как и мы, только с хвостом и крыльями. Все зашибись, жизнь людей важнее твоих желаний. Поэтому ляжешь к врагу в постель, - передразнила она родителей
   - Поэтому возьмешь и будешь ее оберегать. Умереть человечка не должна, ты же знаешь, что люди технически мощнее, - продолжил демон.
   -- Гады, - припечатала девчонка и встала, подходя к краю обрыва.
   -- Эй, не смей! - фыркнул он, хватая за руку.
   -- Знаешь, уже неизвестно, что лучше: тиулиты или то, что там снаружи?
   -- Здесь есть еще экфарги, тортены и плюс пара живых песков, - фыркнул Курлай.
   - Какой ассортимент. Сам что предпочитаешь?
   -- Ледяные источники. Моментально.
   -- А знаешь, где они? - оживилась девочка.
   - Здесь нет. Полчаса отдыха и пойдем искать выход.
   Демон устроился подальше от обрыва, и закрыл глаза. Ларжетта смотрела на навязанного жениха и размышляла, что же ее заставило дернуться спасать его. Наверно совесть.
   В ущелье Кирхукей в землях Демонов она сбежала от навязанной свадьбы. Дочь правителей земли Людей продана за мир между воинствующими сторонами. Изрядно поплутав среди каменных лабиринтов, она наткнулась на Курлая, который так же как она, взбунтовался, чтобы избежать ненавистного брака. Они крупно поссорились, даже попытались подраться, обвиняя друг друга в собственных несчастьях. А потом обнаружили, что они стоят посреди ущелья, кишащего тиулитами.
   -- Ларжетта, идем.
   И вновь бесплодные плутания по лабиринтам. Дни смешались, время исчезло. Если сначала они еще переругивались, то вскоре уже помогали перелезать завалы, делились найденной водой. Повышенная температура тела демона согревало девушку на привалах. Курлай охотился на мелкую живность, а Ларжетта пыталась адаптировать добычу к удобоваримому для желудков, готовя на небольших костерках, если им удавалось найти сушняк или старые высохшие водоросли. Они вместе отбивались от экфаргов - слепых плотоядных червей. Если Курлай действовал костяным отростком на хвосте, который Ларжетта называла сердечком, то девушка неплохо швырялась булыжниками. Курлай вытаскивал девушку из плена живых песков, а Ларжетта убила тортена, который напал на демона, когда тот спал. Постепенно ненависть заменилось другим чувством. Столько раз им приходилось рассчитывать на того, кого считали врагом, доверяться и искать поддержки. Сколько раз они выживали лишь действуя сообща. Они оба научились понимать друг друга с полуслова, использовать сильные стороны своих сущностей и прикрывать спину другого.
   И вот наступил момент, когда Курлай, обладавший хорошим чутьем, мрачно заметил:
   -- Скоро выберемся.
  Девушка присела на небольшой выступ:
   -- И все вернется на круги своя?
   - Да, - демон устроился у нее в ногах.
   - Курлай, это дурдом, я не смогу.
   - Я тоже...
   Они смотрели на тонкую точку света, за которой было спасение из каменных уз ущелья. Но вылезая из заточения в скалах, они попадали в плен условностей. Оба единственные дети у родителей, а значит замену не произвести. Но быть вдвоем не могут.
   -- И что нам делать? Может взрослые поймут?
   - Ларжетт, отцы видят лишь в браке выход, они не послушаются. Знаешь, я не уверен, что если бы они попали в Кирхукей, то выжили бы.
   - Да, горы не терпят упрямства.
   - В землях Демонов есть старый обычай кровесмешения, - заговорил Курлай, - это все равно что кровное родство.
   - А кровные родственники не могут быть супругами.
   - Только по законам людей, - внес поправку Курлай.
  Ларжета усмехнулась:
   -- Я человек.
  Она протянула руку, но Курлай не спешил:
   -- Это временно, и последствия могут быть разные. Может опять вспыхнуть война.
   - А убедить взрослых, что мы можем мирно сосуществовать - сложно.
  Парень и девушка переглянулись, хитро улыбаясь. Курлай поднес к своему запястью костяной нарост на хвосте:
   -- Ты готова, сестра?
  
  ***
   Минуло двадцать лет. В землях Демонов и Людей подросли дети правящих династий. Демон Арлийтта и человек Коржен. И вот оба правителя пришли с наследниками к ущелью Кирхукей.
  Курлай смотрел с улыбкой на женщину, держа дочь за руку. Ларжетта подошла, опираясь на руку сына.
   -- Брат.
   -- Сестра.
   Демон махнул рукой и повернулся к подросткам, что недоверчиво косились друг на друга. Он не стал говорить пафосных речей а лишь провел рукой. Ребята осели кулем на землю без сознания.
   -- Ты не переборщил?
   -- Я побуду с ними пока они не очнутся. Дождешься?
   - Да.
  Подхватив наследников, Курлай исчез в ущелье и вернулся назад через полчаса. Ларжетта, сбросив помпезные регалии, суетилась у костра.
   -- Ну и что у нас на обед? - Курлай потер руки.
   -- Воспоминания. Жареные экфарги, немного грибов рутвай и вода из ближайшей лужи.
   - Деликатесы.
   -- Они справятся?
   - У них своя история. Мне надоело делать вид, что я не слышу, как Коржен остается ночевать у Арлийтты.
   -- Мы слишком много потратили усилий, чтобы доказать, что на них ритуал кровосмешения не действует.
   - Но тогда он помог. Передай мне вон тот кусочек.
  
  ***
   Тогда двух бледных изможденных подростков встречали две делегации. Каждый стремился обвинить другую сторону в диверсии, однако были остановлены детьми. Курлай и Ларжетта потребовали признать их правителями, заявив что только в этом случае они станут мужем и женой. Пришлось спешно подготавливать соглашения об отречении в пользу. Демон и девушка не отходили друг от друга, а остальные боялись приближаться к ним, ведь в руках каждого был мох атвуайя, который убивал моментально. Когда документы подписали, ребята разомкнули руки, и все присутствующие остолбенели. Кровь уже засохла, но в том что ритуал проведен - сомнений ни у кого не вызвало.
   А дальше... Дальше взрослые пристыженно молчали, пока два ребенка подписывали мировое соглашение, обменивались клятвами. Они щелкнули успешных политиков по носу еще не раз, жестко пресекая любые интриги и теракты, направленные на дестабилизацию отношений. В итоге их признали, как потом признали право создать семью по любви. Упорные, жесткие, но они показали, что умение слышать спасет мир.
  Личные же отношения между двумя правителями строились на основе взаимоуважения и глубокой привязанности. Любовь? Любовь. Брата и сестры.
  
  
♥ 13 место Янина
   Гармония без очереди
  
   -- Дорогие выпускницы, -- магианна Сандерли, глава попечительского совета Академии Магии и Ведовства, поднялась со своего места в президиуме, -- в этот светлый и радостный день я поздравляю вас! И прежде чем начать распределение хочу напомнить о долге ведьмы и ее роли в формировании нормального магического фона. Только благодаря нашим постоянным усилиям сохраняется хрупкое равновесие между жизнью и смертью, светом и тьмой, любовью и ненавистью, -- она многозначительно обвела взглядом короткую шеренгу ведьмочек, зорко следя за тем, чтобы каждая из них по самую маковку наполнилась осознанием собственной значимости. Выполняйте свой долг и помните, что в ваших руках счастье этого мира! Вот где они у нас! -- магианна высоко подняла сжатый кулачок и под громкие аплодисменты вернулась на свое место.
   -- Ну что ж девочки, -- улыбнулась леди Арлисса, директриса академии, сейчас мы начнем ваше распределение согласно полученной специализации, -- она взяла в руки шкатулку, в которой, как все мы знали, хранятся браслеты, присланные заказчиками.
   Одарив нас материнской улыбкой, леди откинула крышку, под которой пряталось будущее.
   -- Срочное сообщение! -- прерывая церемонию в зал вбежала магианна Цецилия. -- Леди Арлисса, остановитесь, прошу вас!
   -- В чем дело? -- директриса захлопнула ковчежец, не скрывая своего раздражения.
   Бледная ведьма быстрым шагом приблизилась к начальнице и что-то тихо зашептала на самое ухо, заставив леди Арлиссу перемениться в лице.
   -- Кхм, -- директриса нервно поправила прическу и, взяв из рук Цецилии резной ларчик, продолжила. -- Дорогие мои, -- она профессионально заулыбалась, -- хочу сообщить вам о некоторых изменениях в сегодняшней церемонии. Всем вам прекрасно известно, что согласно поданных магическими расами заявок, каждая ведьма проходила обучения по соответствующей специализации. Однако, -- чуть повысив голос, продолжила леди, -- сегодня выяснилось, что правитель демонов Агон Хротгар Реммао ХIII изъявил желание гармонизировать свои магические потоки. Идя навстречу столь благим порывам, мы направляем к нему свою лучшую ученицу -- Божидару Кахал.
   -- А... -- не ожидавшая такого счастья Дара открыла рот.
   -- Не благодари, девочка моя! -- воскликнула хитрая ведьма. -- Лучше подойди ко мне и получи браслет принадлежности.
   -- Но... -- протянула удивленная выпускница.
   -- Не задерживай других, дорогая, -- добавила меда в голос Арлисса.
   Сбитая с толку Дара послушно приблизилась к директрисе и протянула руку.
   -- От всей души поздравляю, Божидара, -- застегивая на руке девушки массивный браслет, усыпанный черными бриллиантами, объявила магианна. -- Помни, чему мы тебя здесь учили, и не урони честь Академии Магии и Ведовства!
   -- Но у меня диплом по светлым эльфам! -- выпалила Божидара.
   -- Тем хуже для Агона Хротгара Реммао ХIII, -- прочла заковыристое имя по бумажке Арлисса и расхохоталась. -- Не будет лезть без очереди!
  ***
   -- Ну и ничего страшного, -- успокаивала себя ведьмочка, складывая вещи. - Не такая уж большая разница между демоном и эльфом. И тот и другой -- мужики, просто один ушастый, а другой рогатый!
   Она бросила в сундук диплом с отличием, захлопнула крышку и, уменьшив его, спрятала в карман.
   -- Зато мяса наемся, -- привыкшая находить во всем положительные стороны приободрилась девушка. А, вспомнив, сколько было пролито слез за то время, пока организм привыкал к переходу на вегетарианство, и вовсе обрадовалась. -- Агончик, полируй рожки и жди меня!
  ***
   Повелитель демонов мрачно выслушивал доклады советников. Информация, содержавшаяся в них была неутешительна. Его суженая, почти совсем жена, рыдала в гостевых покоях, отказываясь от пищи.
   -- В чем дело? -- громыхал мрачный демонский бас, рождая гулкое эхо. -- Кто посмел расстроить мою гостью?!
   -- Не могу знать! -- вытянулся во фрунт, распорядитель приемов, обвивая ногу хвостом, что является признаком страха у демонов. -- Получив из достоверных источников информацию о том, что высокая гостья, специализируется по светлым эльфам, -- грозный рык повелителя заставил его пригнуться, -- мы оформили ее покои в стилистике, столь любимой ушастыми... -- его голос почти стих. -- Цветочки, веточки, минимализм и свежий воздух...
   -- Ну допустим, -- поморщился Агон и посмотрел на главного повара.
   -- Нами было разработано изысканное вегетарианское меню, -- выпятил пузо шеф Крюзо. -- Несравненная получила на обед салат из шпината и щавеля с молодой крапивой, суп-пюре из печеных помидоров, семифреддо c миндалем и березовыми почками, фисташковый мусс с кукурузными рыльцами...
   -- И что? -- прервал повелитель.
   -- Заплакала и велела нам убираться прочь, -- расстроенно развел руками шеф и опустил голову.
   -- Мы что-то упускаем, -- Агон нервно щелкнул хвостом. -- Что-то очень важное!
   ***
   -- Гады рогатые, -- вытерла слезы голодная Божидара. -- Издеваться надумали?! Ничего, вы у меня еще попляшете! Узнаете, что бывает с теми, кто надумал морить голодом ведьму! Я вам эти кукурузные рыльца вовек не забуду!
   Щелчком пальцев она увеличила сундук с вещами, поспешно достала из него конспект по мелким пакостям и мстительно улыбнулась.
   -- Голодная ведьма -- горе всем! Трепещите, рогатые! Бойтесь хвостатые! Но сначала... -- Дара выскользнула в сад, примыкающий к ее покоям.
  ***
   -- Ловись рыбка мала и велика, -- тихонько напевала Божидара, склонясь к самой воде.
   Ее нежный голос заставлял наивных привыкших к сытым демонам раскормленных зеркальных карпов подплывать к голодной красавице. Ап! И пара самых крупных рыб, подхваченных телекинезом, уже бьется в траве.
   -- Если долго мучиться, что-нибудь получится! -- неунывающая ведьма занялась костерком, мурлыча новую песенку. -- Простите, рыбоньки, повинилась она перед карпиками. -- Очень уж кушать хочется.
   ***
   Усталый владыка вышел в сад. Он был зол, да что там он был в бешенстве. Вспоминая неожиданное появление оракула, мрачный повелитель двинулся куда глаза глядят.
   -- Пришла твоя пора! -- порадовал Агона благообразный старикан, соткавшийся посреди тронного зала. -- Спеши забрать свое скорей! Поторопись! Не пожалей! -- взвыл предсказатель.-- Владычицу не упусти, ведь ты на краю пропасти! Достанется она ушатым, ты ж не увидишь в жизни счастья! -- и этот гад растаял в воздухе, оставив после себя слабый аромат лаванды с уксусом.
   -- Счастья! -- рухнули ниц присутствующие, заставив Агона бессильно заскрежетать зубами.
   Так и получилось, что совершенно неподготовленный к женитьбе властелин обратился к ведьмам. С оракулом не спорят. Пора, значит пора.
   Повелитель отправил ведьмам фамильный браслет, разогнал гарем, раздав наложниц сподвижникам, и стал морально настраиваться на грядущее счастье. Но настрой постоянно сбивался, несмотря на то, что желание хоть с кем-нибудь гармонизировать свои потоки становилось нестерпимым. А осознание того что всю оставшуюся вечность гармонизироваться придется с одной и той же ведьмой лишало сна и аппетита, что положительно сказывалось на фигуре, но отрицательно на характере Агона Хротгара Реммао XIII. Еще было очень обидно, что ведьмочку от него прятали.
   -- Традиции, о великий! -- горестно разводил руками старенький сенешаль. -- Зато потом нагармонизируетесь всласть, -- он мечтательно прижмурился, видимо вспоминая свою далекую молодость, а потом доверительно сообщил. -- Мы уже помещения гарема переделываем под детские, а персонал отправили на переподготовку.
   -- Какую? -- слабым голосом спросил Агон, навскидку прикинув количество детских и ужаснувшись.
   -- Педагогическую! -- счастливо улыбнулся этот гад верноподданный.
   Вот в таких растрепанных чувствах придавленный чувством долга перед отечеством гулял по парку повелитель демонов. Он бездумно шел по сотворенному ландшафтными дизайнерами бурелому пока не почуял манящий аромат пекущейся на углях рыбы. Ноги сами привели Агона к прудику, в котором жили его любимые золотые рыбки. И о ужас! Что же он там увидел? Какая-то чумазая девчонка жарила его карпиков! Мелкая рыжая конопатая вертлявая ведьмочка нетерпеливо притоптывала босой ногой, посыпала священных рыб солью из спичечного коробка и пела. Демон до хруста сжал зубы.
  ***
   -- Два кусочека колбаски, у меня лежали на столе, -- пела Дара, чтобы отвлечься, есть хотелось ужасно. -- А ты рассказывал мне сказки, только я не верила тебе!
   Совсем рядом что-то хрустнуло, и ведьмочка замолкла, прислушиваясь.
   -- Почудилось, -- успокоенно выдохнула она, готовая биться за еду до последнего и заправила за ухо выбившуюся прядь волос. Демонов браслет зловеще сверкнул в неверных отсветах костра.
   В том месте где хрустели, теперь стонали.
   -- Кто там? -- Божидара не зря получила диплом с отличием. Отработанным движением она зажгла пульсар и теперь стояла, напряженно прислушиваясь. -- Выходи, а то спалю эту новомодную чащу к рогатым демонам!
   В округе воцарилась тишина, которая была бы мертвой если бы не уютное потрескивание костра да далекие крики павлинов.
   -- Выходи, говорю, -- ласково посоветовала ведьма, а то хуже будет.
   Чащоба настороженно помолчала, а потом расступилась, выпуская демона.
   'Он мне нравится!' -- сиреной взвыл внутренний голос выпускницы Кахал. Ведьмочка не могла оторвать глаз от хищной подтянутой фигуры, стоящего перед ней мужчины, нервно бьющего хвостом. 'Рожки, кубики, кисточка!' -- надрывалось что-то в груди Дары. 'Хочу! Мое! Никому не отдам!'
   Он стоял неподвижно, позволяя любоваться собой. Насмешливо кривились порочные губы, обещая наслаждение. Пушистая кисточка в форме сердечка на кончике хвоста подрагивала, гипнотизируя.
   Пульсар потух с тихим пшиком.
   Она сделала шаг.
   Другой.
   Замерла, натянутой тетивой, трепеща в такт с пульсом вселенной.
   -- Горит!
   Разрушилось тантрическое равновесие.
   -- Рыба!
   В корчах погиб романтический настрой.
   -- Спасай еду, тетеха рыжая! -- рыкнул повелитель.
  ***
   Счастливый Агон Хротгар Реммао ХIII собственной сияющей персоной появился на королевской кухне.
   -- Крюзо, завтрак повелительнице! -- гаркнул он.
   -- Не извольте беспокоиться, -- не дрогнул профессионал, и подал знак демонятам.
   -- Что тут?
   -- Хумус с ягодами можжевельника, морковная халва и штрудель с проросшей расторопшей, -- гордо поведал шеф.
   --Повторяю один раз, -- Агон этим утром был на редкость благодушен. -- Буженина, паштет из дичи и утка с яблоками!
   -- Что?
   -- Пирожки с мясом, жаркое по домашнему и гуляш!
   -- Ыыыы?
   -- А главное никаких кукурузных рыльцов... рылец... Никогда. Ну ты меня понял.
   -- Аааа?
   -- А это тебе, -- владыка сунул штрудель толстяку и удалился, унося с собой изрядный шмат запеченого мяса и надежды на то, что у демонов приживется изысканная вегетарианская кухня.
  
  
♥И это ещё не всё......))))))))
  
  
♥Рассказы остальных участников конкурса ( победителей и просто лауреатов) различных номинаций !!!
  
  
♥Астрадени Джейн
  Демоноголик
  
  - Одержимые! - отец Ансельмо, известный среди церковников как 'изгоняющий дьявола', поднялся на кафедру. - Приветствую вас!
  - Привет тебе, отче, падре, святой отец... - встретил его нестройный хор голосов.
  Священник покровительственно взирал на прихожан. Шестеро несчастных на расставленных полукругом стульях посреди главного нефа собора. Ничтожные пылинки в радуге утреннего света, просеянного сквозь церковные витражи. Общество анонимных демоноголиков. Каждый из них с персональным демоном внутри.
  Ансельмо слащаво улыбнулся в предвкушении. Он боготворил свою работу.
  - Начнём. Выходите по очереди, рассказываете о себе, а в довершение проведём ритуал изгнания... Вы первый.
  - Бонжорна! - вскочил миловидный мужчина, суетливо жестикулируя. - Меня зовут Джузеппе, я демоноголик. Демон овладел мною, и мы ограбили банк...
  
  - Посмотри на них, любимый, хорошенько посмотри. Все они воры, насильники, распутники.
  - Всякий может сорваться. Я ничем не отличаюсь от них.
  - Отличаешься, любимый, поверь. Ты - особенный.
  
  - Следующий, пожалуйста.
  - Охайо! - поклонился щупленький японец. - Я - Кенджи. Демон вселился в меня и заставил присвоить чужие достижения...
  
  - Смотри внимательно на этих лицемеров. Им нравится одержимость демоном.
  - Зачем тогда они хотят избавиться от него?
  - Общественное мнение, дорогой. Причина только в этом, а наедине с собой они думают иначе. Выйдут отсюда и примутся за старое. Ещё не раз вернутся.
  
  - Гутен морген! - солидно поздоровался усатый и пузатый бюргер. - Реджинард имя моё. Я одержим демоном. Демон, это всё демон! Когда я увидел её... Ей тринадцать, она моя ученица, но демон нашёптывал мне. Я не хотел! Но не сумел удержаться...
  
  - Ложь! Всё ложь. Он и не старался. Эти люди лгут, и себе, и священнику. И он им лжёт. Тот ещё фарисей и садист.
  - Ты воспринимаешь жизнь в чёрном цвете. В людях есть и хорошее. Они исправятся.
  - Ты добрый, тебе не понять. Они - исчадия ада, такова их сущность. Однако привыкли собственную порочность и злобу сваливать на демонов. На таких, как я.
  
  - Ахахах! Бонь жюююр, - просюсюкала миниатюрная брюнеточка с жеманными манерами. - Я, хи-хи, Жаклин. Демоны сбили меня с пути... Совратили... О-ляля, l' amour à trois. Я не в силах противиться соблазну... Голоса моих демонов не давали мне остановиться. Обольстительные голоса...
  
  - Видишь, mon ami, я была права.
  - Не все такие!
  - Да ну? Забыл, как твоя жёнушка изменила тебе с соседом?
  - Её нельзя винить. Я пропадал на работе, забывал о днях рождения и годовщинах свадьбы.
  - Ты зарабатывал ей на шубы и бриллианты, которые она не заслуживала, но всегда требовала, снова и снова. Развлекалась на курортах, пока ты вкалывал для неё в поте лица. Попадёт она к нам, будь уверен, а в аду убийственный загар.
  
  - Буэнос диас! - воскликнул коренастый идальго. - Жозе меня звать. Мои демоны - это алкоголь и наркотики. Я колотил жену, но это демон управлял мной... Демон заставил!
  
  - Возлюбленный! Ты лучше их! Но почему ты жесток со мной!? Я тебя люблю! Ради тебя пожертвовала роднёй, карьерой, отменила сделки и посмотри, посмотри же, что со мной стало. Меня заклеймили. Наказали за то, что я влюбилась в праведника! Такое клеймо на хвосте - позор на весь наш род!
  
  Чувство вины поглощало его, сердце обливалось кровью. Его любимая страдала из-за него. Он её обожал, но губил своим малодушием и нерешительностью... Он ничем не мог ей помочь и корил себя за это.
  В самом деле не мог?
  
  'Я так люблю тебя, Джимми...', - ускользающий шёпот в воспалённом мозгу.
  
  - Остались вы... - достигло его ушей вежливое приглашение священника. - Только вас и ждём. Покайтесь!
  Последний. Какой-то потерянный, невзрачный, дёрганный. В сильно поношенной куртке.
  Джим оборвал свой внутренний диалог с личным демоном. Поднялся и улыбнулся товарищам по несчастью. Жаклин наматывала локон на палец и призывно хлопала ресничками, а ещё стреляла глазками в Ансельмо. Это не она, а её демоны. По словам Жаклин, в неё влезло не меньше трёх.
  - Хэллоу, - он застенчиво потупился. - Меня зовут Джим. Я демоноголик, как и вы, но... Демон вселился в меня потому что я праведник.
  - Вы шутите? - удивился отец Ансельмо. - Это плохая шутка. Остальные недоумённо переглядывались и пожимали плечами.
  - Нет-нет, не шучу! Мне не в чем каяться. Я приглянулся ему, то есть, ей. Она полюбила. Я тоже полюбил её, но мы не вместе. Я вижу любимую во сне, просыпаюсь, а её со мной нет. Она лишь голос в моей голове. Я бесконечно тоскую, что не попаду в ад... Меня не примут...
  Француженка смахнула слезу и подумала:
  'Как романтично'.
  Усы бюргера поникли, итальянец сентиментально шмыгнул носом, идальго сочувственно покачал головой. Губы у японца задрожали. Ансельмо кивал с приторной всепрощающей усмешкой, мол, продолжай, продолжай. Такой материал для будущей проповеди.
  - Ей не вырваться из ада! Я здесь, а она там...И эта мука длится, длится и длится... Если бы вы знали! Это невозможно терпеть. Как будто медленно горишь на костре... - он спрятал лицо в ладонях, плечи его затряслись, а когда вновь поднял глаза, то во взгляде сверкала решимость.
  - Но я - мужчина и не могу её подвести. Теперь я знаю, что делать.
  - Да, Джим! Молодец! Борись за своё счастье! Всё ради любви!
  - Спасибо. Вы помогли мне это понять, - он выхватил из-за пазухи пистолет. - Простите! Это единственный выход.
  Первый выстрел достался священнику - тот рухнул ничком на кафедру с дыркой во лбу, а его мозги стекали по алтарю. Одержимые закричали, заметались в панике. Джузеппе ринулся к выходу, опрокинув стул, но пуля настигла и его. Навскидку Джим перестрелял остальных демоноголиков. Пикнуть не успели. Убийца обвёл взглядом залитые кровью стулья и пол, разбросанные по нефу тела и приставил дуло к виску.
  'Я иду к тебе, любимая...'.
  Жарко. Как жарко!
  Очнулся самоубийца в кольце пламени.
  Джим истекал потом и задыхался, прикованный к пыточному креслу. Он рванулся, стремясь освободиться, но в пах ему упёрся изящный каблук. Он вскинул голову и всмотрелся в жуткие красные глаза с вертикальными зрачками. Прекрасная демоница взмахнула огненным хлыстом и пощекотала Джима хвостом с клеймом-сердечком на плоском конце. От этой ласки он задрожал.
  - Наама...
  - Привет, любимый, - проворковала демоница, сладострастно выписывая рукояткой хлыста дорожку на теле возлюбленного от шеи до живота пламенным зигзагом. Джим забился в её руках, а она обвила хвостом с сердечком мужское сокровенное. - Теперь ты мой. Только мой! Поиграем?
  
  
♥Астрадени Джейн
   Чёрная история с эротическим концом...
  
    В чёрном пречёрном городе на чёрном пречёрном пустыре стоял чёрный пречёрный дом, и была в нём чёрная пречёрная лестница, и вела она в чёрную пречёрную комнату, а в той чёрной пречёрной комнате стоял чёрный пречёрный шкаф и прятался в том чёрном пречёрном шкафу чёрный пречёрный...
    Потайной ход.
    По чёрному пречёрному ходу можно было попасть в чёрный пречёрный лес, где на чёрной пречёрной поляне росло самое чёрное дерево с чёрными листьями под чёрным пречёрным небом с яркими...
    Белыми звёздами.
    И освещали эти звёзды чёрное пречёрное дупло, откуда насквозь петляла чёрная пречёрная тропинка к чёрному пречёрному болоту, а посреди чёрного пречёрного болота плавал чёрный пречёрный остров, где возвышался гроб из чёрного пречёрного хрусталя...
     Однажды студентка Джессика забрела на чёрный пречёрный пустырь, зашла в чёрный пречёрный дом, поднялась по чёрной пречёрной лестнице и увидела... Шкаф!
    Она подкралась к нему, приоткрыла чёрную дверку - одну, вторую... Распахнула... и чёрный потайной ход привёл её в волшебную чёрную страну.
    Джессика прошла сквозь чёрное дерево, по тропинке, и приблизилась к чёрному пречёрному болоту...
    Чёрные лягушки квакали невидимые в чёрных камышах, а белые звёзды сияли над головой... Вдруг над болотом взошла красная луна и осветила остров, а на нём хрустальный гроб.
     Джессика была неробкого десятка. И прыгая с чёрной кочки на кочку под мрачное кваканье лягушек, девушка допрыгала до чёрного пречёрного острова.
    В чёрной крышке гроба отражалась кровавая луна...
    Джессика постучала по гробику:
    Ту-тук, тук-тук, тук-тук!
    Крышка откинулась и... Оттуда выскочил чёрный... Хвост!
    Девушка поймала его, потянула на себя и вытянула из гроба чёрного...
    Демона!
    Демон барахтался и вопил:
    - Отдай моё сердце!
    Джессика пригляделась и ахнула...
    На конце у демонского хвоста росло чёрное пречёрное сердце. И тут...
    Девушка проснулась в реанимации. Над ней склонился симпатичный доктор в белом пребелом халате. Он увидел, что пациентка очнулась, протянул руку и воскликнул...
  
    А свадьбу они сыграли через три месяца.
    И после первой брачной ночи отправились в свадебное путешествие в Чёрную волшебную страну!
  
  
♥Гультрэ Икан
  Настоящий
  
  Зеркало на меня смотрело. А я смотрела на него и... не спешила бояться.
  
  Во-первых, потому что мне не привыкать к странному поведению зеркал. Как-то раз одно из них наотрез отказалось меня отражать. Мне даже стало немного не по себе, когда я вынырнула из кухни в темноту прихожей и не увидела себя на привычном месте. Несколько мгновений спустя выяснилось, что дверца шкафа, на которой висело зеркало, всего лишь слегка приоткрылась, и потому волшебное стекло отразило другой фрагмент реальности, в котором просто не было меня. Но я все равно поспешила поделиться своими переживаниями со всем интернетом. Ну да, разумеется, я сообщила, в чем был подвох, однако некоторые подписчики до сих пор на полном серьезе считают меня вампиром. Возможно, не без оснований - ведь любой блогер питается читательской реакцией.
  А во-вторых, по большому счету, нет во взгляде из зеркала ничего удивительного. В конце концов, наше отражение тоже должно куда-то смотреть.
  Проблема в том, что на сей раз зеркало смотрело НЕ МОИМИ глазами. Ну не было у меня отродясь таких выразительных изумрудно-зеленых очей! А пока я раздумывала, не стоит ли мне все-таки испугаться, зеркало подмигнуло. Я крякнула озадаченно - вроде ж не начинала еще праздновать, так с чего бы это?
  
  - Скучаешь? - вкрадчиво поинтересовалось зеркало.
  
  - Э-э-э... Уже нет! - честно призналась я. - А ты кто?
  
  - Демон.
  
  - Ух ты! - искренне восхитилась. - Настоящий? А ко мне зачем?
  
  - Настоящий, - показалось мне или нет, что в голосе мелькнула тень сомнения? - Пришел тебя в гости звать. Желаешь провести праздник в хорошей компании?
  
  А вот теперь голос что надо, правильный: бархатный, глубокий, с едва уловимой иронией в интонациях... Таким только доверчивых девиц в гости и зазывать. А я доверчивая? Вообще-то нет, но если единственная альтернатива - чокнуться в полночь с монитором и, дождавшись конца новогодней канонады, отправиться на боковую, - очень хочется соблазниться.
  
  - Желаю! - решилась я.
  
  - Тогда жди, - ответил демон, - сейчас я тебе кое-что... сброшу.
  
  Зазеркальные глаза исчезли, оставив за собой облака серебристого тумана, и я застыла в напряженном ожидании. Слово 'сброшу' в наше время может означать что угодно - от сообщения на электронную почту до кирпича на голову, - а потому я опасливо поглядывала на зеркало, готовясь в любой момент отскочить в сторону. Отскакивать не пришлось: то, что появилось в верхнем правом углу, лишь в первое мгновение напомнило мне извивающуюся змею, а при ближайшем рассмотрении оказалось... хвостом. Коровьим. Ну ладно, пускай львиным. С пушистой кисточкой на конце, напоминавшей по форме то ли сердечко, то ли чашечку физалиса - это уж у кого какие ассоциации.
  
  - Хватайся, - скомандовал демон, - я тебя втяну.
  
  - Рапунцель, Рапунцель, проснись, - хихикнула я и, стараясь не смеяться в голос, уцепилась за мотающуюся по зеркальной поверхности чужую конечность.
  
  Послышался мелодичный звон, и я, все еще сдавленно хихикающая, предстала перед демоном.
  Ну что сказать? Примерно таким я его себе и представляла: красота неописуемая. Или, наоборот, столько раз описанная, что уже оскомину набила: яркие, завораживающие глаза - те самые, из зеркала, - мужественное лицо, чувственные губы, плечи там... ну и далее по списку. Кубиков пресса сквозь рубашку не видно, но они подразумеваются. В общем, весь насквозь фальшивый, потому что настоящие такими не бывают, пусть они хоть трижды демоны.
  
  - Как зовут тебя, моя прекрасная гостья? - а вот голос - да-а... ради такого душу продать не жалко... если глаза закрыть.
  
  - Иржи.
  
  - Это имя? - демон в деланном изумлении заломил бровь.
  
  - Никнейм, - пояснила я. - А тебя как называть?
  
  - Лиумтори, - представился демон.
  
  Имя оказалось неожиданно приятным. Пожалуй, не хуже голоса. Даже сокращать не хотелось. А еще мне понравилась комната, в которой я очутилась - много-много светлого и темного дерева, удобная мебель без дизайнерских изысков, уютное потрескивание пламени в камине. И ощущение праздника - без каких-либо внешних признаков. Просто предвкушение, которым был напоен воздух...
  
  - У вас тоже Новый год? - поинтересовалась я.
  
  - У нас сегодня Долгая Ночь. Перелом зимы. Ты как предпочитаешь праздновать? Можем отправиться на бал во дворец Повелителя демонов или на праздничные гулянья в город, а можно просто посидеть вдвоем с бутылкой хорошего вина.
  
  Мысль о бале у Повелителя отдавала такой же фальшью, как и безупречная внешность нового знакомого. Вдвоем с вином - пожалуй, пока рановато... А вот праздник в городе - это звучит привлекательно. Даже более чем.
  
  - В город!
  
  Лиумтори широко улыбнулся:
  
  - Тогда собираемся!
  
  Миг - и на спинке кресла повисла мягкая пушистая шубка, а на полу у самых ног возникли теплые сапожки. Я даже не удивилась, когда и то и другое оказалось впору: если уж начались чудеса, стоит воспринимать их как должное, то есть радоваться от души и не задавать дурацких вопросов.
  
  - Готова?
  
  - Ага, - кивнула.
  
  - Тогда иди сюда, - демон ловко сгреб меня в объятия и...
  
  Перемещения я не почувствовала. Да и некогда было, честно говоря, зацикливаться на ощущениях, потому что праздник тут же подхватил нас и увлек в калейдоскоп ярких впечатлений.
  Город не просто праздновал: он жил праздником, дышал им. Здесь не было места печали, и всякий мог найти развлечение на свой вкус: качели, карусели, зажигательные пляски, уличные артисты, небеса, расчерченные причудливыми фейерверками, палатки, где торговали сладостями, сидром, горячим вином с пряностями и разного рода безделушками, которые вы ни за что не купите себе в обычный день, но в Долгую Ночь - просто невозможно удержаться...
  И все здесь было по-настоящему, даже красавчик-демон казался вполне уместным, потому что тоже стал частью этого праздника - улыбался, шутил, ласково приобнимал за плечи, не позволяя себе ничего лишнего, сунул мне в руку яблоко в карамели и потащил смотреть совершено завораживающие танцы актеров на ходулях - загадочных, как звездное небо, в пестрых лохмотьях и с мерцающими стрекозиными крыльями за спиной, которые в неверном вечернем свете казались живыми.
  Потом Лиумтори согревал дыханием мои озябшие руки, и румяная старушка со свисающей с плеча связкой узорчатых варежек возникла из небытия рядом с нами и тут же исчезла, стоило демону купить пару для меня... И поил горячим вином, отчего становилось не пьяно, но весело... И стрелял из маленького арбалета, чтобы выиграть для меня приз - многолапого пушистого монстра с огромными глазами. А когда какой-то нетрезвый прохожий толкнул демона под руку, и он промахнулся на последнем выстреле и приз нам не достался, это было почему-то ни капельки не обидно и даже смешно.
  
  А потом мы уткнулись в снежную стену, ограждавшую небольшую круглую площадь.
  
  - Это что? - удивилась я.
  
  - Арена иллюзий, - пояснил демон, - если хочешь, можешь посмотреть. Нужно просто потереть стену и заглянуть внутрь.
  
  Конечно, я захотела! Сняла варежку и принялась усердно наглаживать ладонью снежную поверхность. Получилось крохотное окошко - как раз для меня одной.
  Внутри оказалось красиво: разыгрывалась романтическая сценка. Он и Она. Она - словно сошедшая со страниц глянцевого журнала, идеальная по всем измерениям. И Он - демон, образец мужской красоты от макушки, увенчанной крепкими рожками, до кончика хвоста с кисточкой в форме сердечка - да-да, именно так, тут уж ни с чем не перепутаешь. И почему-то вся эта демонская атрибутика придавала брутальному красавцу до крайности нелепый вид. Или это мне только так казалось?..
  Я осторожно покосилась на своего спутника. Нет, у него никаких рогов не было. И хвоста я не заметила тоже.
  
  - Что, насмотрелась? - поинтересовался Лиумтори, перехватив мой взгляд.
  
  - Ага, - и он потянул меня дальше.
  
  А дальше были качели, взмывавшие в ночные небеса под мой восторженный писк... и снова горячее вино... и танцы до упаду. Я все время сбивалась с ритма, но нисколько этого не стеснялась, потому что праздничное настроение позволяло не думать о собственном несовершенстве. Потом Лиумтори исчез куда-то и снова появился спустя несколько минут, так что я даже не успела обеспокоиться его отсутствием.
  
  Сияя улыбкой, демон протянул мне пряник:
  
  - Держи. Он с предсказанием.
  
  - А ты не хочешь?
  
  - Это для тебя, - подмигнул демон.
  
  Ели мы пряник все-таки вдвоем, одна бы я не справилась. Бумажка с предсказанием, свернутая в рулончик, перевязанный ниточкой, нашлась в самой середине. Сначала мы освобождали ее от крошек, потом я пыталась развернуть рулончик негнущимися от холода пальцами - есть пряник в рукавичках было неудобно. Предсказание все никак не давалось.
  
  - Помочь? - шепнул демон.
  
  - Не надо, - тоже шепотом ответила я, - сама хочу.
  
  Все-таки мне удалось подцепить нитку ногтем, свиток развернулся... но прочитать я ничего не успела - шаловливый ветерок подхватил мое предсказание и унес вдаль в окружении искрящихся снежинок. Лиумтори погнался было за улетающей частичкой праздника, но я остановила его:
  
  - Пускай летит. Так будет лучше.
  
  Как ни странно, он все понял. Заглянул в лицо, спросил:
  
  - Возвращаемся? - и, дождавшись моего согласия, обхватил руками.
  
  Оказаться в уютной гостиной, сидеть вдвоем, пить - нет, не вино, а имбирный чай, - болтать обо всем и ни о чем, словно знакомы сто лет... Это тоже было праздником. Долгой Ночью, полной маленьких приятных чудес.
  Если бы не внешность Лиумтори - сногсшибательная, умопомрачительная, невероятная... Только она и не позволяла мне полностью поверить, что все это происходит со мной на самом деле, вносила нотку диссонанса в волшебство. Поэтому иногда я прикрывала глаза и только слушала. И ждала - ночь была действительно долгой, и наверно, мой спутник не собирался всю ее провести в беседах у камина. И дождалась.
  
  - Ты... останешься?
  
  Момент истины.
  
  - А ты... покажешь мне себя... настоящего? - не прихоть, нет... Мне действительно важно было знать, на что - на кого! - я соглашаюсь.
  
  Он изменился неуловимо. Аккуратные рожки проросли сквозь густую шевелюру, под чувственными губами обозначились клыки, глаза засияли еще ярче... Заметив разочарование на моем лице, демон улыбнулся криво и изменился еще раз: лицо стало чуть проще... не таким безупречным, что ли... Глаза - не изумрудные, уже не такая насыщенная зелень, и оттенок другой, более привычный, естественный... Та же фигура - разве что чуть суше, не столь рельефна мускулатура под рубашкой. И никаких рогов и клыков.
  
  - Настоящий?
  
  Демон кивнул медленно.
  
  - Теперь твоя очередь, - сказал он.
  
  - То есть?
  
  - Имя.
  
  - Ирина. Ира. Но Иржи - тоже настоящее, так называл меня дедушка.
  
  - Иржи, - повторил демон, - пусть будет Иржи.
  
  - А Лиумтори?
  
  - Настоящее. Ну так что скажешь? - а во взгляде уверенности куда меньше, чем в голосе... и надежда.
  
  - Я... останусь.
  
  Демон выдохнул... и улыбнулся - легко и светло. И у меня исчезли последние сомнения - теперь я точно знала, что не пожалею об этой ночи.
  
  Не пожалела.
  
  Утро встретило меня солнечными лучами, пробивавшимися сквозь морозные узоры на окнах. Я лениво потянулась, открыла глаза и обнаружила, что в спальне я одна. Вот и хорошо - не люблю сонных утренних поцелуев, предпочитаю сначала привести себя в порядок.
  Когда я спустилась в гостиную, меня ждал кофе и удовлетворенно улыбающийся демон совсем не демонического вида, в мягких домашних штанах и полурасстегнутой рубашке.
  
  Я прихлебывала кофе маленькими глоточками и поглядывала на Лиумтури.
  
  - Что? - поднял бровь демон.
  
  - Да вот думаю... - медленно проговорила я. - Рогов у тебя нет - да и не надо, не идут они мужчинам. Но хвоста я не вижу тоже - а он был! Ну... в зеркале.
  
  - А-а-а! - демон ухмыльнулся. - Хочешь на хвост посмотреть?
  
  Я смутилась и пожала плечами.
  
  - Тогда одевайся, - скомандовал он.
  
  Вчерашняя шубка вновь возникла из ниоткуда и опустилась мне на плечи. Не говоря больше ни слова, Лиумтори ухватил меня за руку и повлек к выходу.
  
  - Вот! - гордо заявил демон, когда мы вышли на крыльцо.
  
  'Вот' действительно оказалось хвостом. Тем самым. Оно свисало из сердцевины дверного колокольчика, будучи привязано к языку. Я подергала за пушистую кисточку, и раздался звон - тот самый звук, который я слышала при перемещении накануне вечером. Я хихикнула. Сначала тихонько, потом рассмеялась в голос. Рядом давился хохотом Лиумтори - похоже, мы с ним выросли на одних и тех же сказках.
  
  - Скажи, жестокий демон, - с трудом выдохнула я сквозь смех, - у кого ты оторвал ценную часть организма?
  
  - Не поверишь... - хохотнул демон. - Он плюшевый. Сам пошил.
  
  Так, хохоча, мы и ввалились в дом.
  
  - Но... зачем... почему хвост?
  
  - Потому что на хвост с кисточкой сердечком ловятся самые лучшие девушки, - интимно шепнул демон мне на ушко.
  
  Мы отсмеялись и вернулись к утреннему кофе.
  
  - А все-таки, - спросила я, - без хвостов, рогов и прочего - чем вы отличаетесь от людей? Почему демоны?
  
  - Потому что искусители, - серьезно ответил Лиумтори. - Мы мастера иллюзий. Дарим мечту, одну-единственную волшебную ночь. Те, кто не готов расставаться с иллюзиями, просыпаются поутру в собственной постели с памятью о чудесном сне. Кто-то несет эти воспоминания с радостью, кто-то - с горечью разочарования, но все их эмоции - и восторг при встрече с чудом, и светлая радость, и темная печаль - вплетаются в узор нашей реальности, подпитывают ее, позволяя миру жить дальше, а нам - творить новые иллюзии, соблазнять, завлекать... Но каждый демон надеется, что однажды повстречает ту, которая выберет его - настоящего.
  
  - И тогда?
  
  - Тогда... снова выбор. Можно уйти и сохранить воспоминания, которые тоже пойдут в пищу нашему миру, а можно остаться и получить целый мир в подарок... и самой стать его частью. По-настоящему.
  
  Это было непросто. Хорошо поселиться в мире, который тебе рад, но куда важнее, чтобы в этом мире радовался тебе один-единственный... настоящий демон.
  
  - А ты... хотел бы, чтобы я осталась... с тобой?
  
  - Да, - голос упал до едва слышного шепота, но самое главное мне сказали глаза - настоящие глаза моего демона, которые горели надеждой и обещанием.
  
  И я осталась.
  
  
♥Гультрэ Икан
  Сильнее тьмы
  
   - Ди-им! Ну, Димо-он!
   Женька ерзает нетерпеливо, а он уже готов перевернуться, опрокинуть ее на кровать и... и ничего не делает. Лежит, затаившись, и ждет. Только спрашивает с нарочито ленивой хрипотцой в голосе:
   - Зачем?
   - Ди-им... это же самый писк сейчас! Все девушки млеют от демонических хвостов с кисточкой... и чтоб кисточка непременно сердечком.
   И Женька часто-часто хлопает ресничками, притворяясь гламурной дурочкой. Он знает, что это только игра, но... невозможно же отказать, когда она так смотрит!
   Нет, он не видит ее лица, но взгляд этот чувствует - спиной, каждой клеточкой кожи и... сдается. Заставляет себя расслабиться, хотя это кажется невозможным, когда она сидит на нем верхом, такая близкая, такая доступная... Он вздыхает - и она принимает этот вздох как согласие, сползает чуть ниже и... начинает рисовать.
   Высунув язык от усердия, очаровательная художница создает демона девичьих грез. Хвост располагается несколько выше, чем того требует анатомия, но творческая мысль с анатомией не считается, и лохматое сердечко идеально вписывается в предлагаемое телом пространство, занимая местечко между спиной и... уже не спиной. Готово!
   Бесстыдница-художница довольно попискивает, когда мужчина с рыком сбрасывает ее с себя и нависает сверху.
   - Я долго терпел, - горячо шепчет он.
   А поздней ночью девушка тихонько сопит у него на плече, и его тоже начинает окутывать сон - тяжелый, тягучий, черный, лишенный сновидений. И он уже готов поддаться, но что-то удерживает его на грани, какая-то смутная мысль. Даже не мысль. Воспоминание. Оно рождается глубоко внутри, прорывается наружу, отвоевывая пространство у сна, и вскоре захлестывает гигантской волной, заставляя сердце болезненно сжаться.
   Он всхлипывает и отрывает голову от подушки, а потом и вовсе садится на кровати, поеживаясь от озноба.
   Странно и страшно это - начать осознавать себя прежнего в себе новом, бороться с собой, не желая уступить ни пяди, ни грана, ни капли... и понимать бессмысленность этой борьбы. Странно и страшно это, когда пробуждается память.
   И он смотрит на рассыпавшиеся по подушке кудри, на умиротворенное лицо девушки и шепчет глухо:
   - Эх, Женька-Женька, что же ты наделала!..
   Кто бы мог подумать? Всего лишь рисунок, дурацкий рисунок на теле, сделанный из озорства, вызвал к жизни, пробудил то, чему лучше бы и вовсе не просыпаться.
   И он - пока еще он! - склоняется над спящей и невесомым поцелуем касается ее губ. И стонет. Не от вожделения - от боли в живом сердце.
   Уйти бы сейчас... Уйти, оставить ее здесь, и пусть это случится с кем-нибудь другим, а не ясным солнышком Женькой... Только все это иллюзии, бесплодная попытка обмануть самого себя. Потому что с момента пробуждения он привязан к месту, где это случилось. И к той, чьи действия послужили толчком. И значит, и она не сможет уйти, даже если он станет гнать ее от себя. Даже если бы ей было куда уходить...
   И значит, у них всего лишь сутки - до новолуния, когда вернувшаяся память возьмет власть, оттеснит его сегодняшнего на задворки сознания, подавит, впитает в себя. Всего сутки.
   В углу мерцает огонек лампадки, у которого недостаточно сил, чтобы высветить в ночи изображение на иконе. А он не помнит, чей лик там должен быть. Может, и не смотрел никогда. Или просто меняющаяся память подводит. Икону притащила Женька. "Спасла", как она сказала - купила у какого-то алкаша за гроши. Женька не молится, не постится, а в храм заходит изредка, когда потянет.
   Женька - светлая, чуткая... Утром она теребит его, ловя исходящие от него волны беспокойства и напряжения. Прикасается теплыми ладошками, ерошит волосы на затылке.
   - Дим, что случилось?
   - Ничего, милая, - он сдерживает готовый вырваться вздох, - все хорошо.
   Она молчит. Понимает, что ничего хорошего. Но спрашивать больше не пытается, только посматривает с тревогой. А он ждет ночи - с ужасом... и нетерпением: если уж оно должно случиться, пусть все начнется и кончится поскорее. А день тянется, как резиновый, потому что ни работать, ни развлекаться он не в состоянии, и время - одновременно друг, дарящий лишние часы жизни, и враг, выматывающий душу.
   Вечером он ласкает ее так нежно, словно с ним не девушка, а хрупкая фея. И смотрит с печалью, когда она, откидывается на подушку, закрывает глаза и уходит в сон. Печаль - последнее, что его связывает с жизнью. Так ему кажется.
   А потом Тьма начинает подниматься из глубины, где она затаилась, и непроглядными волнами затопляет сознание. Он вновь садится на постели, скрестив ноги. Оглядывает комнату с изумлением, словно видит впервые, а не жил в ней все последние годы. Мысли раздваиваются. Он вновь цепляется взглядом за мечущийся огонек лампады, раздражается, и память подкидывает картины, одна другой омерзительнее, но Тьме они доставляют удовольствие. Тьма смакует боль и страх, наслаждается, злорадствует.
   У той, давней, тоже были иконы - целая полка. Ей это не помогло. Как и другим, коих у него было множество. Или не у него? Тьма еще не до конца поглотила сознание, и человеческая память протестует: с ним такого быть не могло. Только не с ним! Возможно, с кем-то еще - Тьма ведь огромная, ей принадлежат и другие. Она собирает воспоминания в общую копилку, а потом выдает их за его собственные. Он не хочет верить, он сопротивляется, но Тьма берет верх, и он уже не в состоянии отделить свое от чужого. А тьма шепчет его губами:
   - Пора!
   Девушка вздрагивает, открывает глаза и тоже садится. Смотрит на него. Он знает, что она видит: чудовище, порождение Тьмы. Темную кожу, глаза без белков, рога. Он ждет, когда она вскрикнет от испуга. Чаще всего они ломаются именно на страхе: воют, просят пощады, иногда пытаются вырваться, сбежать, но чаще всего страх лишает их сил, превращая в кисель и мышцы, и разум.
   Но в глазах девушки, чьего имени он уже не помнит, нет страха. Только напряженное внимание. Беспокойный огонек лампады у нее за спиной подсвечивает волосы, и кажется, что это ее собственный свет. Тьма съеживается и отступает на мгновение, но тут же возвращается, снова захватывает власть над телом, и хвост нервной плетью бьет по скомканному одеялу.
   Девушка замечает движение, улыбается - и его сердце отчего-то пропускает удар. А она... ловит хвост и прижимает его к груди. Кисточка, расплющенная ее ладошкой, обретает странную форму - кажется, люди называют ее сердечком, хотя она нисколько не похожа на человеческое сердце. Но это "сердечко" вызывает у него тревогу, смутное воспоминание, за которое он безуспешно пытается зацепиться.
   Она вновь улыбается и смотрит прямо на него. Этот взгляд вызывает горячую волну возбуждения, и он чувствует напряжение в паху, а Тьма торжествует, завоевывая новые территории.
   Его возбуждение не укрывается от внимания девушки. Она переводит взгляд вниз, а Тьма внутри издает ликующий вопль: если страх берет не каждую, то вожделение ломает всех. Стоит только поддаться. Кто может устоять перед мощью и очарованием демона?
   Но странно - он не чувствует от нее ответной волны сладострастия. Взгляд все так же внимателен, личико в светящемся облаке волос не искажено гримасой страсти - оно спокойно. Однако девушка уже не сидит на месте, она выпускает из рук хвост, наклоняется вперед и кладет руки демону на грудь. Зачем?
   Глаза в глаза.
   - Тебе... страшно, да? - спрашивает вдруг она.
   И он понимает, что да, страшно. Он не помнит ничего о себе, но боится - злорадства Тьмы, навеянных ею чужих воспоминаний и желаний. Он боится исчезнуть совсем.
   - Не бойся, - смутно знакомая девушка улыбается, - я прогоню ее.
   Тьма хохочет издевательски - она сильна, она уже победила... Она не замечает, что где-то там, внутри, уже затеплился огонек лампады. Это пламя отражают глаза напротив... его теплом маленькие ладошки греют замерзающее сердце. Сам он слаб, он не может сразиться с Тьмой, но свет оказывается сильнее и горит все ярче. Тьма уже не ликует - она цепляется когтями, пытаясь удержаться, вернуть свои позиции, но ей, оказывается, не за что больше держаться. Память - собственная память еще не вернулось, но чужая, та, что он сам считает чужой - тает клочками тумана и покидает его. Он вздыхает. На лбу испарина - все же это тяжко, когда за твой разум и твое сердце сражаются Свет и Тьма. Чтобы не пропасть, надо держаться. И он держится - за источник света напротив. Держится изо всех сил.
   ...Утро дышит прохладой, но он мечется на мокрой от пота простыне, стонет, не в силах вырваться из мутного сна. К жизни его возвращает легкое поглаживание, несущее утешение и покой. Он открывает глаза и встречается взглядом с ней - прежней. Улыбчивой, нежной... счастливой. Словно ничего и не было. Только синяки на ее плечах напоминают, что случившееся не было кошмарным сном. Это оттого, что ночью он вцеплялся в нее - в свой свет, в свою надежду. Отпечатки его страха.
   - Я сделал тебе больно, - выдыхает он.
   - Это ничего. Главное - ты вернулся.
   - Как? Как тебе это удалось?
   - А что сильнее тьмы? - отвечает она вопросом на вопрос.
   - Свет? - предполагает он.
   Она улыбается:
   - Свет сам по себе - просто свет. Но есть кое-что, делающее его Светом. Вот скажи, почму я с тобой?
   - Любишь? - с надеждой спрашивает он.
   Она кивает.
   - Но вчера ты видела не меня. Чудовище.
   Она мотает головой:
   - Кого я люблю? Красивого парня, нежного любовника, который дарит мне ни с чем не сравнимое наслаждение?
   Он пожимает плечами.
   - Может, успешного мужчину, который заботится обо мне, обеспечивает, позволяя не носиться в поисках заработка, а творить в свое удовольствие?
   - Может, - соглашается он.
   - А может, доброго человека, который когда-то подобрал меня, дал тепло и кров?
   Он вновь пожимает плечами и смотрит на нее выжидающе, а она продолжает:
   - Это все ты, понимаешь? И ночью тоже был ты - потерянный, прятавшийся в глубине, за темным демоническим ликом, но все равно ты. Я люблю тебя и узнаю в любом виде. Любовь дает силы Свету.
   - Любовь... - шепчет он и расслабленно прикрывает глаза.
   Он притягивает девушку к себе, а невидимый хвост обхватывает девичью голень и скользит по ней вверх. Пушистая кисточка щекочет под коленкой, и Женька хихикает, утыкаясь носом ему в плечо.
   Хвост - это не страшно. Главное - сердце. Живое, любящее и жаждущее ответной любви.
  
  
♥Данильская Анна
   Счастливая находка
  
   Как он прекрасен! Такой длинный, толстый, мягкий, покрытый короткой, бархатистой на ощупь шерсткой. С бесконечно милой пушистой кисточкой на конце.
   Век бы не выпускала его из пальцев, перебирая шелковистые волоски, поглаживая нежную поверхность.
   Вот так: вверх - вниз и снова вверх...
   Ой! Что это со мной? - легкое головокружение и странное томление внизу живота заставили прервать приятное занятие.
   - Ваше Высочество, вы здесь? - взволнованный голос одной из фрейлин буквально выдернул меня из сладкого наваждения.
   Как же быстро меня нашли! И как не кстати.
   Бросив испуганный взгляд в сторону входа, я не медлила ни секунды. Свернула пушистое чудо в аккуратный кружок и быстро сунула его за пазуху.
   Уф, еле успела. В небольшой грот, где я обычно скрываюсь от всех обид и неприятностей, уже входила моя свита.
   Проигнорировав укоризненные взгляды фрейлин и сердитые − охранников, я молча продефилировала мимо них и, выскочив из грота, побежала к дворцу. Уж очень хотелось поскорее оказаться в своей спальне наедине с моей чудесной находкой.
   А находка эта оказалась довольно активной. Осторожно двигаясь в узком пространстве моей блузки, она обернулась вокруг талии и принялась исследовать пушистой кисточкой доступные ей участки моего тела. Мягко очертила мой плоский животик, нежно приласкала горошины сосков, дразняще коснулась самого сокровенного.
   Ох, до чего же приятно! − блаженный стон сдержать удалось, а вот глупейшую улыбку видел, наверное, каждый, мимо кого я в этот момент пробегала.
   Ну и пусть! Пусть думают и говорят, что хотят. Все равно мне, как младшей дочери, замужество не светит, любовь тем более, так что...
   Вот плакать не надо. Нечего реветь, я сказала!
   Эужения Драгон − дочь повелителя драконов не имеет права показывать слабость в присутствии подданных. Так что слезы убрала, спину выпрямила, нос вздернула и вперед легкой уверенной поступью.
  Гордо промаршировать до своих покоев все-таки получилось. Сказывался опыт целых восемнадцати лет, что я прожила на свете. А годы эти не всегда были легкими и счастливыми. Неприятности любят принцесс не меньше, чем девушек других сословий. Вот, например, одна из последних.
  Сегодня утром мой всесильный отец сообщил мне пренеприятное известие: все свободные мужчины-драконы, подходящие мне по возрасту и статусу закончились. За последнего холостяка вчера была выдана замуж моя сестра, и, стало быть, на мою долю осталось одиночество и надежда на смерть одной из старших замужних сестриц. А если учесть, что драконы практически бессмертны, то быть мне старой девой еще очень-очень долго.
   Эта новость и была причиной моего сегодняшнего побега в свое убежище - тот самый грот, где в тишине и покое я могу всласть порыдать над своей несчастной долей. Только на этот раз мне поплакать не довелось.
   На пороге моего укрытия лежало что-то длинное, гибкое и красивое. Сначала я приняла его за змею и собиралась испугаться. Но поскольку оно не шевелилось, не шипело и не нападало, а наоборот, излучало мягкий свет и какой-то удивительно приятный аромат, я не смогла пройти мимо. И нисколько не жалею - у меня появился маленький, очаровательный пушистый секрет.
   Дверь в свою спальню я заперла на все засовы, да еще магией припечатала, чтоб наверняка. Осторожно расстегнула блузку, освобождая прижавшееся к моему животику ласковое чудо.
   - Иди сюда, мой хороший, − шепнула я ему, проводя пальчиком по прижавшейся ко мне бархатистой шкурке. - Откуда ты взялся такой милый? И, вообще, кто ты?
   - О! Да ты настоящая красавица. Как же мне повезло! − Низкий мужской голос с легкой хрипотцой прозвучал подобно раскату грома в горах и примерно с таким же эффектом. Нервно вздрогнув, я рефлекторно отпрянула от источника нежданной опасности и рухнула на стоящую ссади кровать, с ужасом глядя на причину моего испуга.
   Демон! Совершенно незнакомый, рогатый и... очень красивый. Удивившись своим мыслям - ведь время звать на помощь, а не любоваться − я тем не менее продолжала разглядывать вторженца в мои запертые покои.
   Роскошное тело! В жизни не видела таких широких плеч и мощных рук, перевитых бугристыми канатами мышц, которые не скрывала расстегнутая безрукавка. Мой жадный взгляд пробежался по крепкой шее, загорелой мускулистой груди и задержался на животе с каким-то нереальным количеством кубиков.
   - Хочешь потрогать? - насмешливые нотки в голосе демона мне совершенно не понравились.
   Я быстро подняла взгляд, и тут же заметила, что демон буквально пожирает глазами мою грудь, и в глазах его плещется огонь бешеного желания.
   Проследив направление его горящего взгляда, я мгновенно вспыхнула сама. Только не от возбуждения, а смущения, так как обнаружила, что забыла застегнуть блузку. Поспешно исправив оплошность, я жутко разозлилась и на себя, и на демона, отчего смерила нескромного гостя лишенным доброты взглядом и спросила, даже не пытаясь скрыть свое раздражение:
   - Кто вы и что вы делаете в моих покоях?
   В конце концов, вламываться в девичью спальню без приглашения − верх бесцеремонности. Никакая красота и сила не дают такого права и вообще...
   - У тебя есть то, что мне очень нужно, − прервал мои возмущенные мысли незнакомец, перемещая взгляд с моей груди в область губ, и резко протягивая ко мне руку. - Я пришел за ним.
   Длинный палец указывал куда-то в область моего живота, где позабытая мной чудесная находка внезапно пришла в движение. Пушистая кисточка ласково погладила мой подбородок, любовно скользнула по приоткрытым в удивлении губам и, приветливо помахав напоследок, устремилась к незнакомцу.
  Миг и она скрылась за его спиной, оставив меня в полнейшей растерянности.
   Я даже сказать ничего не успела, а рогатый красавец басисто рассмеялся и, не спрашивая разрешения, нагло уселся рядом со мной на кровати.
   И мне бы рассердиться да позвать стражу − эта здравая мысль даже промелькнула в моей голове − только вместо этого я снова зачаровано уставилась на совершенное тело нахального незнакомца, ничуть не смущенного неласковым приемом.
   - Ну что ж, давай знакомиться, избранная! - заявил он вдруг и стремительно наклонился к моему лицу.
   Я даже вскрикнуть не успела, как его горячий рот завладел моими губами и языком, а широкая ладонь властно накрыла мою грудь. Оказать сопротивление этому натиску я не смогла. Даже не пыталась. Все мои мысли и страхи вмиг покинули меня, отдавая во власть пробудившихся драконьих инстинктов. Я ответила на страстный поцелуй незнакомца с совершенно бесстыдной горячностью и страстью.
   - Какая сладкая! - прошептал он, оторвавшись от моих губ, и начал покрывать жаркими поцелуями мою шею, грудь, подрагивающий от нетерпения живот, ласкать языком мое разгоряченное лоно. - Сладкая, страстная... моя...
   Чем бы все это закончилось - не знаю, но когда мужчина отстранился от меня, тяжело дыша и дрожа всем могучим телом, я почувствовала страшное разочарование и обиду. Я лежала перед ним уже полностью обнаженная, горячая, влажная, и мое возбужденное тело требовало новых ласк его щедрых рук и губ.
   Увы! Мой нежданный любовник уже решительно встал, поправил так и не снятые штаны и, по всему было видно, что продолжать так приятно начатое знакомство не собирался. Бросив взгляд на мою обиженную мордашку, он негромко рассмеялся.
   - Прости, малышка, что прервался, но нам сначала нужно кое-что обсудить, − заявил он, после чего быстро завернул меня в покрывало, полностью скрыв мою наготу, усадил к себе на колени и прижал к своему горячему телу сильно-сильно - не вырвешься.
   Я смотрела на его мужественное лицо, чувствуя кроме закономерного любопытства еще и некоторое смущение. Теперь, когда инстинкты угомонились, сидеть на коленях у совершенно незнакомого мужчины да еще демона, было как-то... странно и не очень комфортно. Я попыталась освободиться из крепких рук, но мужчина только крепче сжал объятья, тихо прирыкнув на меня, и торжественно произнес:
   - Я Дамиан - король демонов. У нас есть такой обычай: когда мужчина хочет жениться, он отправляется на поиски своей половинки. Он может долго скитаться по миру, пока судьба не приведет его к самой подходящей для брака женщине. Но у меня нет времени на долгий поиск. Поэтому я воспользовался другим способом. Он настолько древний, что о нем мало кто слышал. И не такой приятный, как поиск единственной с помощью многочисленных сексуальных проб.
   Король демонов одарил меня пламенным взглядом и снова потянулся к моим губам. Но все же сдержал свое желание и продолжил рассказ.
   - Знаешь ли ты, моя прекрасная принцесса, что у демонов самое чувствительное место - хвост? Именно он выражает наши эмоции и отвечает за всю чувственную сторону нашей жизни. Отделив хвост от своего тела, я отправил его на поиски моей суженной. И, как видишь, он привел меня к тебе.
   - Что ты хочешь сказать? - наконец отмерла я, до сего момента слушавшая гостя с изумлением.
   Ничего подобного о брачных традициях наших соседей я никогда не слышала и, честно говоря, не особенно интересовалась, поскольку не планировала стать предметом внимания демонов.
   - Я хочу сказать, моя красавица, что твоя сегодняшняя находка, на самом деле, мой хвост, который признал тебя моей законной супругой и привел меня к тебе.
   - Что?
   Должно быть, выглядела я в этот момент забавно, потому что демон снова рассмеялся и ласково чмокнул меня в мой маленький нос.
   - Надеюсь, любимая, что наши дети пойдут в тебя только красотой.
   Не поняла, на что это он сейчас намекнул, но это не важно. Гораздо важнее, что он хочет от меня детей и... Что там у него не так с хвостом?
   Только объяснять мне больше ничего не стали, попросту предъявив доказательство своих слов. Из-за спины демона выскочил мой давешний знакомец, ласково ткнулся мне в руку, нежно провел кисточкой по моему лицу, спустился к груди, попытавшись прорваться под покрывало, а затем мягко лег в мою ладонь, требуя ответной ласки.
   Я засмеялась над проделками моей пушистой игрушки, но затем удивленно замерла. Это, несомненно, был тот самый найденный у грота хвост, но его кисточка... она стала совершенно другой.
   - Видишь, родная, − улыбнулся мой демон, − когда кисточка на хвосте меняет свою форму на сердечко, это значит, что демон встретил свою истинную любовь. Я встретил тебя, моя Единственная, моя Избранная, моя Любовь! Хочешь стать моей супругой и королевой демонов?
   Я заглянула в его черные глаза, полные любви и огня, затем окинула взглядом комнату, в которой прошло мое детство и юность, и где меня не ожидало ничего, кроме бесконечного одиночества.
   Отбросив все сомнения, я смело взглянула на короля демонов и, подарив ему улыбку, уверенно произнесла:
   - Да!
  
  
♥ Долгова Жанна
  Банные страсти
  
   Космическая станция Кos-AMP Объединенного Звездного Братства. В состав входит пять планет с трех галактик.
   Обслуживающий персонал - люди, борги, кезоны, толианцы, ференги и один демон (вроде как по обмену попал)
   Ночь. Нижняя палуба. Водно-оздоровительный комплекс "Русалка". Полумрак.
   После окончания вахты, молодой инженер систем жизнеобеспечения появляется в помещении. Скидывает с себя рабочий комбинезон. После парной со вздохом удовольствия погружается в бассейн. Релаксирует, откинувшись на бортик. Наслаждается чуть тихим плеском воды. Вдыхает полной грудью запах хлорки. В общем - кайфует.
   Звук резиновых шлепанец по кафелю отвлекает его внимание от этого душевного занятия.
   Из подсобного помещения выходит неприметная девушка в синем халате и со шваброй.
   Не замечая посетителя начинает надраивать пол. Недовольно бурчит.
  
   - Опять своими ластами заляпали поверхность!
   Опять все в слизи, чешуе, шерсти!
   Следы копыт повсюду, где только грязь находят?
   Я вообще-то в смене до шести!
  
   - Кхм-кхм, мадам, вы не могли бы ненадолго выйти?
   Здесь отмокает звездный гражданин.
  
   - Ой, (мат)!!! Вот демон, напугал до смерти!
   Ты что здесь ночью, голый и один! (возмущенно)
  
   - Так баня, вроде... (растерянно)
 
   - Без сопливых скользко!
   Закрыты мы, ты объявление не видал?
  
   - Клочок замызганный бумаги туалетной? (крайне возмущенно)
   Вы шутите?! Желаете скандал?
  
   - Что было под рукой!
   Вон из бассейна! (указала шваброй на выход)
  
   - Постойте, я не вымыл левый рог!
   А как вы угадали, что я демон? (с прищуром, подозрительно)
  
   - Мне в этом глаз намётанный помог. (ехидно)
  
   - Так как вас звать, прелестное создание? (нарочито добродушно)
  
   - Тебе какое дело?
  
   - Как вас звать!!! (гаркнул так, что волна пошла по водной поверхности бассейна)
  
   - Жоржетта я...
  
   - Пойдете на свидание?
  
   - Ты что это удумал? Приставать??? ( даже глаза выпучила от такой наглости)
   Вот техники пошли - за каждой юбкой
   По станции гоняют... Кобели! (с издевкой)
  
   Посетитель, багровея от возмущения, медленно начал выходить из воды.
  
   - Ты бы, Жоржетта, со словами легче,
   Я - Демон! ДАрданен фон Юрик Адерли!!!
  
   Девушка уставилась на фигуру инженера с рогами в немом восхищении.
  
   - Вот это да-а-а...
  
   - Что? Нравится? (гордо играя мускулатурой и напрягая мышцы пресса)
  
   - Конечно.
   Метелку бы такую в инвентарь. (указывает пальчиком на кончик хвоста)
   Все, что хотите сделаю, отдайте! (благоговейно)
   Мою сожрал ференговец. Дикарь! (фыркнула)
  
   Демон делает шаг к девушке. Та отступает к самому краю бортика. Оступается, неловко взмахивает руками. Швабра летит в сторону, дева летит в воду и идет ко дну. Инженер прыгает следом. Вытаскивает несчастную, которая не подает признаков жизни.
  
   - Она ещё и плавать не умеет!
   Зато хамить, дерзить, дурёха, смеет...
  
   Начинает ей делать искусственное дыхание.
  
   (вдох) - Уста сладки, как сладкий горный мед...
   (вдох) - Я что, влюблён?.. отец-Владыко не поймет...
   (вдох) - Нрав дикой кошки - истинно пантера!
   (вдох) - А эта грудь четвертого размера?!
  
   Девушка приходит в себя. Хлопает удивленно глазками на спасителя.
  
   - Жива? (с облегчением)
  
   - Ага. (несчастно)
  
   - Знал бы, что ты решишь тут утонуть,
   Залег бы в своей ванне отдохнуть.
   Кто допустил, скажи, тебя, Жоржетта,
   Работать в таком месте без жилета?
   Так значит, ты по швабрам тут глава?
  
   - Еще я по мочалкам и дровам.
   Ушаты, веники, простынки выдаю...
   И имя своё жутко не люблю.
  
   - И как же звать тебя мне?
  
   - Просто Маша. (стеснительно)
   Ой, в голове моей сейчас, ну просто каша!
   Простите за бредовые слова:
   Мне ваши так понравились рога!
   И хвост, и нос, и то, что ниже пресса...
  
   - Я думаю, все это из-за стресса. (демон смущен!)
  
   - Замерзла, помогите снять халат...
  
   - Тебя в парной согреть собою буду рад. (с придыханием)
  
   Девушку на руках уносят в сауну. Через две минуты послышались приглушенные охи-ахи.
  
   Голос за кадром.
  
   Пока герой любви с Машуней предавался,
   На территории шутник-злодей нарисовался.
   На швабру дверь,
   Рубильник - "полный жар"...
   ..........
   Орёт сирена: "В комплексе пожар!!!"
  
   Он вынес деву из огня!Он вышиб дверь рогами!
   Он станцию всю перерыл. Расправился с врагами!
   Теперь не девица Машуня, а жена.
   Под пристальным присмотром работает она.
   В спасательном жилете и кислородной маске,
   Дай волю инженеру - напялил бы и каску!
  
  
   Бывает, что взгрустнут герои - неспроста:
   Сгорела швабра в том огне и кисточка с хвоста!
  
  
   Занавес!
  
  
♥ Екатерина (Хулюганка Екатерина
  Пятьдесят оттенков серо-буро-малинового
  
   Она сидела в своём командном кресле перед монитором и с тоской смотрела на звёзды. Так тихо, холодно и одиноко. День за днём шла её уже седьмая годовая вахта. Жозефина Ивановна Рюмочкина от скуки уже перечитала все любовные романы, бывшие на борту, очередной экземплярчик лежал на приборной панели. Жози взяла бортовой журнал и внесла очередную скучную фразу: "Полёт проходит в штатном режиме, показатели жизнедеятельности экипажа в анабиозе в пределах нормы. Происшествий нет". Полёт к Сириусу длился 294 года и экипаж исследовательского корабля "Птица" в количестве тридцати двух человек дежурил по очереди ровно год. Где-то девять-десять вахт за полёт получалось. Пока один командовал, то остальные спали в анабиозных камерах. Так и кислорода и провианта расходовалось гораздо меньше. Но как же тянется время и кажется, что ты никуда не движешься, замерла в пространстве, словно звезда. Красивая, стройная, рыжая звёздочка, с длинными ногами и шикарными ресницами. "Одинокая и неприкаянная, - всхлипнула Жози, - Дался мне этот Сириус! Какая разница сколько в нём звёзд: две или три, и если планеты, пригодные к жизнедеятельности? Это всё он, дурачок мой, уговорил меня, а сам..." Любимый муж Жози - Изальт Вернен спал в анабиозной камере, недоступный, холодный, как труп.
   Ничто не предвещало беды. Капитан даже прикорнуть успела и, когда запищал сигнал нарушения энерго-поля и приближения неопознанного тела, сонно потянулась в командном кресле. Затем поднялась тревога о разгерметизации восьмого отсека. Астероид! В корабль видимо попал астероид. Жози попыталась хоть что-то сделать. Перевела на ручное управление, закрыла отсеки корабля, сбросила скорость, развернула лист технического состояния судна. Там было что-то странное. Словно и повреждения какие-то минимальные. Но ведь энерго-поле должно останавливать малые астероиды, не допуская повреждения судна. Включились камеры осмотра в восьмом отсеке, и капитан увидела внушительные тёмные силуэты, передвигающиеся по коридорам, держащие небольшие палки в верхних то ли клешнях, то ли руках - непонятно. Гуманоиды это или ещё какая отрыжка космоса, Жози это не волновало. Они проникли на их корабль не в гости, у них явно оружие и необходимо что-то предпринимать серьёзное. Рюмочкина пустила ядовитые газы по восьмому отсеку, в котором к счастью не было живых существ, кроме пришельцев, только исследовательское оборудование. Пришло сообщение от компьютера о разгерметизации девятого отсека. "Чёрт! - воскликнула она архаичное ругательство, - Такими темпами, пришельцы доберутся до меня и экипажа." К сожалению на борту был только один протонный бластер, которым она почти разучилась пользоваться. Инструктаж по этой теме проводился давным-давно. Жози достала из отсека под приборной панелью бластер и произвела пристрелку и... Нечаянно, совершенно случайно спалила командное кресло. До тла, до уголёчков. Ну ладно хоть луч не попал на приборы. Зато найдена кнопка спуска. Теперь надо было найти укромное место из которого пришельцы бы были видны и по ним можно было целиться. Капитан пошла по коридорам к шестому отсеку, там она подкараулит этих гостей незваных. Увы ничего из задуманного сделать ей не удалось. "Чужие" оказались быстрее её и за одним из поворотов её вскинуло, швырнуло в стену и обездвижило. Бластер выпал из непослушных пальцев, а Жози раскрыв широко глаза, увидела нечто.
   Пришельцы были высокими, их одежда явно напоминала скафандры для выхода в космос, и вроде бы даже на людей смахивали, но... на головах их были рога, а из нижней половины туловища росло нечто, похожее на гибкий, длинный хвост. Лица пришельцев были скрыты за отражающей пластиной.
   -Здрасти! - попыталась наладить контакт с иноземным разумом Жози, - А мы вас не ждали. А вы случайно не с Сириуса? Вот нам повезло, что мы с вами встретились.
   -Бу-бу-бубых-швых-швах. - попытались ей что-то сообщить.
   -Не понимаю. - искренне расстроилась Жози.
   Индивид настроил свой мордозакрывательный пластик и капитан услышала родной и могучий русский язык и увидела иноземный стриптиз. С головы рогатого субъекта "забрало", а затем и скафандр плавно поползли вниз, словно живой шёлк, обнажая сначала мужественное, суровое лицо, шею, плечи, а затем и офигительно-рельефный торс. На поясе одеяние закончило сползать, а пластина прикрыла видимо самое дорогое для инопланетянина. Чужак оказался симпатичным: шоколадная блестящая кожа, орлиный нос, чуть большеватые красно-малиновые глаза с горизонтальным узким чёрным зрачком, узкие губы, квадратный подбородок, а ниже массивной шеи на широкой груди красовались чёрные бусинки сосков и кубики мускулов, сводящие с ума. Лысый и рогатый! Культурный шок помешал Жози услышать заданный ей вопрос с первого раза.
   -Вы незаконно пересекли границу Тёмной Империи. С какой целью?... С какой целью вы пересекли наши границы?
   -У нас исследовательская задача найти братьев по разуму в системе звезды Сириуса. - вдохновенно ответила Жози, - Родненькие вы мои, давайте жить дружно! Отпустите ,пожалуйста, а то мне висеть больно.
   -Какова ваша численность? Есть ли ещё корабли, летящие с вами?
   -Тридцать два человека нас всего. Корабль один. Мы к вам с самыми дружественными намерениями, а вы... - обиделась Жози на явный допрос.
   Она опустила глаза на наглый хвост пришельца, выстукивающий нервно по переборке у его ног. Похожий на хлыст, упругий, гибкий, притягательный, а на кончике его были серые шипы, торчащие словно иголки из подушечки, но все они вместе напоминали не мини ёжика, а колючее сердечко. За рассматриванием конечности пришельца, Жози чуть не упустила главное.
   -Находящихся в анабиозе доставить в седьмой сектор для идентификации и опытов. Этот образец доставить в мою каюту. Я сам проведу над ним первичные опыты. Корабль задраить и взять на буксир.
   -Эй, кого на опыты? Меня! Я же посол - лицо неприкосновенное. Ну всё сириусцы проклятые, не хотите мира - будет вам война. Налетит полчище наших кораблей с протонными боеголовками и разбомбит вас к чёртовой матери. - Жози орала громко, яростно и совершенно безрезультатно. На неё даже не взглянули, потащив, словно куклу. И долго звучало по коридорам эхо её криков.
  
  ****
   Через восемь часов первый ассин патрульного крейсера "Пи-4" Дарт Мулл приказал вернуть непрошенных пришельцев на их корабль и отправить их импульсным ударом подальше от границ Великой Тёмной Империи. Своим подчинённым он объяснил, что обитатели Земли - планеты звезды Солнце - крайне опасны физически, психологически и намерены поработить имперцев.
   -В ходе проведённых опытов над образцом, находящимся в моём распоряжении, были получены отрицательные результаты воздействия на объект с помощью хвостоигл. Объект вышел из блокировки за короткое время, выработал иммунитет и более блокировке не поддавался. Объект (предположительно самка) оказалась физически сильнее меня и сумела блокировать меня моими же иглами. После она неоднократно надругалась над моим телом в целях получения генного материала. Сопротивляться было бесполезно, за неповиновение она хлестала меня моим же хвостом. Но самое страшное ... мне всё это понравилось! Это как иссуль: отказаться невозможно, теряешь разум и волю, хочешь всё больше и больше, и рано или поздно погибаешь от этого сладкого яда. А потом она объявила меня своим рабом навечно. Подвергнуть её молекулярной деструктуризации я уже не смог, мне не хватало на это мужества. Поэтому принял решение избавиться от этой заразы, выкинув её ближе к их звезде. Передаю управление второму ассину и отправляюсь в карантин. Если на мне будут обнаружены какие-то вирусы вы знаете, братья, что нужно делать.
  
  ****
   Жози устало развалилась в кресле второго пилота, раскинув руки и ноги в стороны. Сказывалась бессонная ночь с проклятым сирианцем. Вот рядом с ним казалось, что нет мужика лучше, красивее и сексуальнее. Что это то самое до конца жизни. Пока на нём скакала, так и орала дура безмозглая: "Мой демоняшечка, мой! Ещё рогатенький, поднажми, милёночек!" Но после того как её выставили на родной корабль, на расстоянии, весь эффект межвидового притяжения пропал, и видеть коричневого индивидуума с хвостом уже не хотелось. "Гори они все синим пламенем! Я же Изи изменила." - ещё больше расстроилась капитанша. Чтобы отвлечься она раскрыла бортовой журнал и внесла запись: "Сегодня в 9.30 в корабль врезался астероид, нанёс корпусу небольшие повреждения. Курсовое направление стало обратным. Предположительно через 224 года мы вернёмся на Землю. Показатели жизнедеятельности экипажа в анабиозе в пределах нормы." Жози постучала пальчиком по романчику, так и оставшемуся на приборной панели. Название интригующе поблёскивало: "Пятьдесят оттенков серо-буро-малинового". "Свою что ли книжку написать? А то уже всё перечитала по три раза. - подумала Жози, - Назову "Бу-Бу-бубых-швых-швах" - неординарно и со смыслом."
   Тусклые, далёкие звёзды освещали путь корабля назад к родному солнцу. Время неслось с космической скоростью.
   Жози давно спала в анабиозной камере, а её труд читала капитан Маржана Ческа. Зачиталась так, что не заметила появления в рубке огромного чёрно-коричневого рогатого инопланетянина. Это была любовь с первого взгляда, но ... это уже совсем другая история.
  
  
♥Zaraia
  Отдалённые Последствия
  АННОТАЦИЯЗимний вечер. За оконом тихо падает снег. За столом сидят двое. Автор и муза (которая ШИза).
- Ну, вот вроде и всё. Демон, есть. Брутальный? Да сойдёт! Кисточка? Присутствует! Интрига? Мммм...тоже есть немного!
-А любовь-то!? Любовь!?
-Кака любовь? Ничего не знаю! Хотя...тоже есть! Правда своеобразная...к искусству!
  КАЙРАЙН.
   Демон бродил по одному из городков этого мира. Его раздражало здесь всё: и люди - единственная раса, населяющая этот мир, и сам мир-безмагический и во всех отношениях ущербный, и суета, царящая вокруг него. Здесь готовились праздновать Новогодие и все вокруг, с абсолютно диким и невменяемым видом, носились, закупая всё для предстоящего праздничного застолья, и в поисках подарков для друзей и близких. Демон искренне не понимал, почему начало Нового Года празднуется именно 31 декабря, хотя, это ведь совершенно не его дело судить и просвещать о движениях магических потоков тех, чьи предки в своё время сознательно отказались от этого самого магического наследия. А суета вокруг набирала обороты и уже отдавала легкой сумасшедчинкой. Кайрайн начал потихоньку выбираться из несшего его потока, что было весьма непростой задачей. Еще пару дней назад он приметил небольшое и уютное кафе в центре города, не пользовавшееся особой популярностью среди обывателей из-за весьма кусачих цен и совершенно не соответствовавшего им качества. Но, тем не менее, оно каким-то чудом продолжало держаться на плаву.
   Прохожие, особенно женщины всех возрастов с интересом смотрели ему вслед. Да и посмотреть действительно было на что. Высокий, темноволосый мужчина с аристократическими чертами лица и шикарной фигурой, которую подчёркивало дорогое зимнее пальто. Но, главной его особенностью, невидимой простому обывателю, был длинный гибкий хвост, закачивающийся шикарной кисточкой-сердечком. Эта кисточка была главной отличительной особенностью его рода. В своё время его пра-пра-пра-прабабку потянуло на экзотику и эксклюзив, и она соблазнила архангела одного из миров Великой Паутины, и все мужчины рода обзавелись этим занимательным украшением, доставлявшим своим хозяевам массу неудобств и неприятностей.
   В кафе играла незатейливая и веселая рождественская музыка. Кайрайн выбрал столик в углу и заказал кофе. Через пару минут напротив него устроился не менее интересный субъект. Эффектный пепельный блондин с бокалом глинтвейна отсалютовал демону и насмешливо улыбнулся. Кайрайна ощутимо перекосило и его ответная улыбка больше походила на оскал.
   - Ну, здравствуй, демон.
   -И тебе не хворать, ангелок! Опять несёшь добро и свет в мир!? И как успехи?
  Теперь перекосило уже ангела. Он залпом допил содержимое бокала под насмешливым взглядом демона и с тоской простонал:
   -Ты, не представляешь, Кай, что это за жуткий мир! Они в большинстве своём не верят ни в каких богов, так они даже вашу, демоническую братию не боятся и не уважают! Они признают только деньги! Кошмар! Ни в одном из миров ничего подобного не видел!
  Кайрайн с интересом смотрел на собеседника. Тот так искренне возмущался, и выглядело это настолько забавно.
   -Ты решил составить мне компанию исключительно для того, чтобы пожаловаться? Пожалеть сам понимаешь, не могу. Реноме не позволяет!
   -Да нет, вообще-то не только! Я вот во имя нашей давней дружбы (демон на это недоверчиво хмыкнул) и пусть дальних, но всёж родственных связей предупредить тебя хочу...
   -Как интересно. Ангел собирается предупредить демона. Куда катится мир!?
   -Кай, кончай паясничать! Это и правда, серьёзно!
  Демон в примирительном жесте поднял руки.
   -Всё понял-понял. Продолжай.
   -Тут такое дело... В последнее время происходит что-то странное. Во всех мирах резко активизировались Охотники на демонов, также увеличилось количество Призывающих. Самое паршивое, что исчезнувших демонов так и не удалось найти. Они полностью закрыты для Поиска. Любого.
   Новости и впрямь были весьма...тревожные. В свете того, что заканчивался максимальный разрешенный срок его пребывания в этом мире, всё это было...нехорошо.
   -Ну ладно,-тряхнул ангел платиновой шевелюрой- я тебя предупедил, надеюсь, дальше сам разберешься!
   -Бывай, родственничек!- кивнул демон, погруженный в раздумья. А подумать действительно было о чём...
  
  ЗА НЕСКЛЬКО ДНЕЙ ДО ЭТОГО. МИР ЭРЕЙТ.
  
  -МНЕ СКУЧНО!
   С этой мыслью уже вторую неделю подряд ложилась спать и просыпалась Эважентэль д' Иватьель из рода Серебряных Драконов. В человеческой ипостаси это была красивая блондинка с серыми глазами и потрясающей фигурой, вызывающая восхищенные взгляды у представителей обоих полов. Но эта красавица имела взрывной характер и бешеный темперамент, кроме того она увлекалась искусством во всех его проявлениях. И вот в её жизни в очередной раз наступил своеобразный "период затишья", когда она не знала чем себя ещё можно занять. Старые интересы уже не радовали, а ничего нового и неординарного пока не придумывалось, и это вгоняло в депрессию. Но сегодняшнее утро принесло с собой потрясающе красивый рассвет и ощущение того, что скоро, совсем скоро с ней должно произойти что-то необыкновенное.
   По обыкновению полетав над долиной и размяв крылья, драконица пришла в хорошее расположение духа, и, на краю сознания даже замаячила Идея. Её надлежало всесторонне обдумать и решить, как именно она будет воплощена. Настроение скакнуло ещё выше и Эважентэль замурлыкала весёлую песенку. Жизнь определённо прекрасна.
  
  НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ СПУСТЯ.
   Результатом возникшей идеи стало объявление, разосланное по гильдиям Охотников, Наёмников, Призывающих и просто некоторым Вольным: "Требуется демон для творческого эксперимента. Требования к кандидату: брутальный, древних демонических кровей, с красивой фигурой, с кубиками пресса (обязательно) и кисточкой-сердечком на хвосте (предпочтительно). Смотр кандидатов будет проходить по мере поступления оных, до момента выбора ИДЕАЛА. Единоразовый портал до места предоставляется заказчиком. Все текущие и непредвиденные расходы также оплачиваются принимающей стороной. Участие демонов добровольно-принудительное!"
   Объявление наделало довольно много шума. Многие приняли это за шутку. Демоны тоже сначала посмеялись. Правда им очень скоро стало совершенно не до смеха. Охотники, преимущественно женского пола восприняли это с небывалым энтузиазмом, так как многие уже были знакомы с Эважентэль, или Эжи непосредственно, выполняя для неё некоторые заказы ранее, или же слышали о ней от других. Так что демонам всех миров стало грустно. Очень. Ибо всем захотелось порадовать милую и щедрую драконицу и выбрать ей самого-самого идеального кандидата. Правда дальнейшая судьба этого самого кандидата интересовала энтузиастов мало. Да и какие проблемы?
   Владения Эваженэль высоко в горах, множество пещер, вечные льды и снега. В случае, если вдруг снова понадобится именно демон всегда можно расконсервировать и не беспокоиться. Удобно, в общем.
   А Эжи очень скоро пожалела о своём скоропалительном решении. Ибо первые претенденты стали поступать уже через пару часов после размещения заявки. И остро встал вопрос с размещением как кандидатов, так и притащивших их.
   Какой-то шутник прислал красивую коробку. В ней в позе, что любой йог обзавидуется, сидел презлющий демон в боевой ипостаси и с блокирующим ошейником. Карточка прилагалась. "Посылаю прекрасной даме своего врага (не труп, увы, но, надеюсь она это вскоре исправит). С надеждой в нашу скорую встречу. Увы, дела зовут меня дальше на путь Добра, но ваши глаза и нежный образ будут мне маяком в ночи. Навеки ваш. Скромный Воин Света."
   Демон оказался Владыкой одного из миров, и его в итоге пришлось отпустить в обмен на клятву о не причинении вреда поборнику Света. Тот радостно принёс эту клятву и рванул в свой мир, творить радость и причинять справедливость расслабившимся без него подданным. Миры залихорадило ещё сильнее.
  
  ПРИМЕРНО В ЭТО ЖЕ ВРЕМЯ. МИР КРААС.
   АУРЕЛИЯ.
   Аурелия, а для друзей просто Рей- довольно известная в определенных кругах наёмница с раздражением отбросила очередное письмо от родителей в котором они призывали на её голову все возможные кары всех известных богов и, одновременно требовали, чтоб она вернулась домой и исполнила свой дочерний долг и вышла замуж за выбранного родителями жениха. Девушка погрузилась в воспоминания.
  Это был скандал сразу на несколько миров. Как же! Единственная наследница двух древнейших родов, сильная магичка, красавица, завидная во всех отношениях невеста сбежала прямо из Храма, за несколько часов до начала обряда. И куда! В одну из самых престижных магических академий всех миров, славящуюся своим фактически военным уставом и не выдающей своих студентов. А после окончания ушла на "вольные хлеба" в наёмники.
   Рей вернулась из прогулки по лабиринтам памяти. Необходимо было что-то делать. Срочно. Видимо она что-то не учла и родители нашли какую-то возможность вернуть блудную дочь, так как прикрепленный к письму портал наводил на определенные размышления. Не радостные. Если этот удалось уничтожить до того, как он сработал (слава профессиональной паранойи), то не факт, что так будет везти и дальше.
   Неожиданно перед девушкой возник свиток с Контрактом. Глаз зацепился за знакомый герб. Эжи! Опять что-то намечается. Как все, однако, удачно складывается.
   Рей сорвала печать и пробежала глазами написанное.
   -Таак-с Демон...Брутальный...Пресс кубиками...Кисточка-сердечко...ну, ничего особенного. Сердечко если что всегда можно сделать. Был бы демон. А на фантазию грех жаловаться. Хоть дододекаэдер организуем!
   Неожиданно вспыхнула золотом приписка, сделанная рукой подруги. "Контракт персональный и считается вступившим в силу с момента прочтения. Удачи!"
  Рей посетило ощущение грядущих неприятностей, но оно было запинано подальше жаждой приключений. Нет, против демонов лично Рей ничего не имела, но, раз подруга хочет демона для своих изысканий, то она его получит!
   Охота началась.
  
  КАЙРАЙН.
   Впервые он был благодарен ангелу. Если бы не он...Кайрайн вздрогнул, вспомнив горящие нездоровым энтузиазмом глаза последней Призывающей. Благо та случайно, в порыве радости стёрла одну из ограничивающих рун, и ему удалось сбежать. Но вопль:
   -Урра, получилось! ДемонНяшка! - до сих пор стоял в ушах.
   Демону очень хотелось найти того, по чьей милости за ним охотится толпа полусумасшедших экзальтированных девиц, найти и посмотреть в глаза перед тем, как вырвать этому... нехорррошему существу сердце. И с каждой минутой это, желание становилось всё острее и острее. Кто-то снова начал рисовать Великий Круг Призыва, предназначенный специально для вызова сущностей высшего порядка. Кайрайн выругался и начал спешно читать заклинание переноса в безопасное место, выбранное случайным образом. Вокруг заклубилась радужная дымка. Перенос произошёл.
   Место где он оказался было необычным. Огромный шестиугольный зал с колоннами, уходящими ввысь и теряющимися где-то там во мраке и множеством дверей. На полу почти в центре сидела девушка и пила. Прямо из бутылки. Увиденное повергло демона в шок, и он впервые не знал, что сказать.
   А вот глаза девушки радостно блеснули, сама судьба благоволит ей...
  
  ЧУТЬ РАНЕЕ.
   АУРЕЛИЯ.
   О том, какого размера оказалась подстава, приготовленная неугомонной подругой, Рей узнала далеко не сразу. Ведь казалось бы, чего может быть проще! Ловишь демона. Любого. Проводишь принудительную депиляцию кисточки по заготовленному шаблону, поишь эликсиром для коррекции фигуры, если не формат и оттаскиваешь тушку Заказчику в лице Эжи. А дальше можно будет наблюдать за разворачивающимся представлением из первого ряда. Только вот оказалось, что не она одна такая умная. И два дня, затраченные на подготовку, оказались решающими. Демоны попрятались и закрыли полностью свои земли и миры, достали из сокровищниц древние защитные артефакты, даже жалобу подали коллективную в Совет Демиургов. Там посмеялись, но жалобу рассмотрели и частично удоволетворили, постановив, путешествующие по мирам (а таких оказалось достаточно) и полукровные лишаются иммунитета независимо от статуса, а все остальные сидят тихо до того как всё не прояснится.
   Обо всём этом Рей узнала от одного из своих осведомителей. Так же он весьма ехидно сообщил, что всех, даже самых завалящих уже давно расхватали. В некоторых случаях доходило до драки и фатальных последствий...для демона. Настроение у Рей испортилось окончательно. Невыполненный контракт - страшный удар по репутации. Тем более, заказчик-подруга, расстраивать и подводить которую не хотелось совершенно. Настроение упало еще ниже. Рей задумчиво брела к себе на квартиру. Пора начинать продумывать оправдания для Эжи. И надеяться, что она поймет и простит.
   Девушка сжала амулет переноса и оказалась в своём любимом месте. Она нашла его совершенно случайно во время одного из своих путешествий. Огромный зал вне времени и пространства со множеством дверей по периметру. А за дверьми клубится первозданная Тьма. Таинственная и Живая.
   Рей устроилась прямо на каменном полу с бутылкой коньяка и начала жалеть себя, попутно опустошая тару. Сеанс самобичевания был прерван неожиданно.
  Замерцавший портал явил особь мужского пола и весьма потрепанного вида. Хвост обессиленно висел. Кисточка-сердечко поникла. Хвост...кисточка..! В голове у неудачливой охотницы щелкнуло, и пока будущая жертва шокировано осматривалась, Рей начала составлять План.
  
  ПРИМЕРНО В ЭТО ЖЕ ВРЕМЯ.
   ЭВАЖЕНЭЛЬ.
   Драконица уже успела тысячу раз пожалеть и попутно проклясть свои неуёмные фантазию и энтузиазм, толкающие её и окружающих на разные глупости, но и отступить от своего плана уже не могла. Её пещеру заполнили демоны с "сопровождающими" и все тайком молились, чтоб этот кошмар как можно быстрее закончился и жутко завидовали тем, кого Эжи отпустила уже на первом этапе, как не соответствующих высоким требованиям ИДЕАЛА. Что делать с победителем сама драконица ещё до конца не решила, но сейчас такая мелочь её волновала в последнюю очередь. Она затарившись успокоительным спешно уменьшала количество претендентов, попутно ожидая, новостей от тех, кто ещё не отметился в безумном квесте "Достань Дракошке Демона".
  
  КАЙРАЙН.
   Наконец демону удалось справиться с эмоциями и он решил осмотреться внимательнее, попутно пристально следя за девушкой, помня, чем может грозить близкое общение. Однако неожиданная компания не проявляла к нему никакого интереса, увлеченная разглядыванием содержимого бутылки, и казалось, что молчание её совершенно не тяготит. Наконец Кайрайн вспомнил о правилах хорошего тона и решил представиться.
   Девушка ему кивнула и, протянув руку, ответила.
   -Аурелия. Для друзей просто Рей.
   Потом внимательно оглядела демона, кивнула каким-то своим мыслям и, протянув ему бутылку с остатками алкоголя, предложила:
   -Будешь?
   Видимо сказались стресс и усталость последнего времени, потому как демон, особо не задумываясь и, даже не проверив заклинанием содержимое бутылки, взял предложенное и залпом допил.
   Пару секунд ничего не происходило. Потом неожиданно онемели мышцы, сознание начало уплывать ,а в голове молнией пронеслась мысль "Никогда не верить женщине, как бы безобидно она не выглядела!" Последнее, что он успел запомнить ,был тихий виноватый шёпот:
   -Прости, демоняка ,ничего личного. Контракт.
  
  АУРЕЛИЯ.
  Зелье подействовало сразу и безотказно. Демон потерял сознание и проспит пару часов. Осталась самая малость - доставить тушку по назначению. Но сначала необходимо привести ее в надлежащее состояние. Подходящее заклинание всплыло в памяти, руки мягко засветились, а помятый внешний вид приобрёл необходимый лоск. И последний штрих. В руках возник рулон розовой обёрточной бумаги самого вырвиглазного оттенка, в которую демон был споро замотан. И, наконец, финальный штрих. Хвост украсил кокетливый бантик красного цвета, повязанный там, где начинается кисточка.
   Рей достала присланный портал и активировала его. Только вот что-то пошло не совсем так. Хотя Рей с её умением влипать в неприятности не сильно удивилась, когда её вместе с "грузом" выбросило в нескольких сотнях метров от заданной точки выхода в снежной долине, необходимая пещера с трудом просматривалась вдали. Помянув тихим, незлым словом кривые порталы, своё везение, и отожравшихся, отяжелевших демонов, Рей поудобнее подхватила демона за руки и поволокла к нужной пещере, оставляя широкую колею
  .
  В ЭТО ЖЕ ВРЕМЯ.
   ЭВАЖЕНЭЛЬ.
   Драконица была зла. Все её планы...всё пошло совсем не так. Она носилась по Большой Пещере которую использовала для смотра, в зверином облике. Все претенденты и их "опекуны" пугливо жались к стенам, пытаясь слиться с окружающей обстановкой и дружно вздрагивали, когда в опасной близости мелькал драконий хвост.
   Эжи была расстроена. Всё не то! У одного вид недостаточно демонический, иному не хватает харизмы, третьему недостаточно кубиков, а у четвёртого кисточка недостаточно красива. В общем всё не так! И, с появлением каждого нового претендента, надежда на благополучный исход таяла...у всех присутствующих. Демоны дергались и норовили упасть в обморок, а те, кто их приволок проклинали собственные жадность, авантюризм и неумение/нежелание спорить с подругой. Атмосфера накалялась.
  
  АУРЕЛИЯ.
   -Ууууф, дотащила! Слава всем богам! Больше вообще никогда не свяжусь!
  Вход в пещеру был закрыт специальным заклинанием и открыть могла только хозяйка, поэтому Рей небрежно пристроила находящегося в отключке демона у стеночки и, со всех сил лупанув ногой по выставленной защите заорала:
   - Дракоша, открывай, давай! Служба доставки демонов! На улице не лето между прочем.
   Вход в пещеру открылся. Высунулась драконья морда на которой крупными буквами было написано недовольство, и проревела:
   - Где!?
  Рей кивнула на прислоненный к стене пещеры,весьма потрепанного вида куль:
   -Вот! Получи и распишись, подруга! Всё в лучшем виде!
  Драконица с сомнением подняла предложенное на уровень глаз и покачала из стороны в сторону!
   - Нуууу, не знаю!-протянула она с сомнением.
   Тут демон неожиданно очнулся и, увидев, что висит весьма высоко над землей в крепких драконьих когтях, а глаз с вертикальным зрачком с интересом смотрит на него, взвизгнул и малодушно отвалился в обморок. Последней была мысль: "ВСЁ ПЛОХО!"
   Тут драконица увидела кисточку-сердечко и радостно закричала:
   - Оно! Вот оно то, что нужно! Беру!
   Все участники смотра облегчённо выдохнули и поспешили ретироваться...подальше.
  Даже у Рей мелькнула мысль навестить семью и познакомиться наконец с женихом. Вдруг всё не так уж и страшно...
  
  НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ СПУСТЯ.
   КАЙРАЙН.
   Демон медленно приходил в себя. Всё пережитое казалось сном. Странным и жутким.
   Кай, не открывая пока, глаз прислушался к своим ощущениям и окружающему пространству. Он лежал на мягкой постели. От неё шел легкий аромат вербены. А ещё одуряюще пахло свежезаваренным кофе и выпечкой с корицей.
   -Уже проснулся?
   Вопрос был задан мелодичным женским голосом, в котором отчётливо слышалось некоторое беспокойство.
   Демон распахнул глаза. Дивное видение смотрело на него. Девушка потрясающей красоты и грации.
   -Нет, определённо всё не так плохо!- подумал демон, пытаясь соблазнительно улыбнуться...
  
  ПАРА ЧАСОВ СПУСТЯ.
   КАЙРАЙН.
   - Всё не просто плохо! Всё ОЧЕНЬ И ОЧЕНЬ ПЛОХО! Даже можно сказать ужасно! Утро, начавшееся столь приятно и обещавшее замечательное продолжение, на деле обернулось самым жутким кошмаром.
   Дивное видение оказалось чудовищем. Во всех смыслах. Спасибо что хоть сначала покормила.
   А после... Он был замотан в белую простыню, с красиво спадающими складками ( что бы это было...КРАСИВО ушло два часа и тысячи нервных клеток.), ему в руки было дано блюдо с фруктами, хвост выкручен под невероятным углом, сам он был после долгих мучений поставлен у эркерного окна с рекомендацией-приказом....не шевелиться, а девушка достала мольберт и краски и начала...писать его портрет.
   Сам Кайрайн в это время проклинал всех женщин с их коварством и совершенно дикими аллогичными идеями, что выдаёт порой их мозг. Особенно досталось любвеобильной прародительнице, которая как выяснилось и послужила первоисточником всех свалившихся в последнее время неприятностей.
  
  ЭВАЖЕНЭЛЬ.
   Моя прелесть... Драконица с любовью исследователя, которому удался эксперимент всей его жизни, смотрела на демона. Он действительно был идеален.
  Осталось всего лишь дождаться утра и претворить свой план в жизнь. Ну а пока...следует подготовиться.
   Наконец утро наступило. Демон был разбужен с помощью кофе, приведён в порядок, после... Нет он совершенно бесчувственный! Ничего не понимает! И совершенно не хочет помогать! А ведь она так старается! Искусство требует жертв! А этому жлобу жалко даже той малости, что она просит! ПРОСИТ!!!! РРРР!!!
   -Хвост ровнее держи! И кисточку-кисточку не опускай! Её должно быть видно! И улыбнись! Улыбнись! Искреннее! Искреннее! Воот! Вот так и замри.
   Пол стремительно покрывали наброски сделанные то карандашами, то тушью, то акварелью, то мелками. Бедного демона уже шатало от усталости ,но это того стоило! Это действительно будет ШЕДЕВР...
  ********************
  
  
♥Iva
  Поиски судьбы
  АННОТАЦИЯДемоны бывают разные...Как и люди.. И относятся к людям они по разному. Говорят, демоны очень импульсивны и могут вас при встрече убить. Так ли это на самом деле, или это слухи? А что будет, если ты девушка? И осталась наедине с демоном? Что он сделает ...
   По заснеженной дороге шла девушка. О том, что это девушка, можно было понять, только по юбке, настолько она оказалась закутана в одежду.
  Вдруг её обогнала кавалькада охраны герцогства во главе с демоном Сартаром ра Каахаш.
   О, что это за примечательный персонаж! О нем вздыхала каждая светская дама герцогства, и не только дамы, обычные девушки тоже поголовно в него влюблялись. А как тут не влюбиться: высокий, красивый, а какой хвост у него! Просто сказка, ещё и кисточка сердечком на конце! Как тут не вздыхать...
   Но увы надолго он никому свое внимание не уделял. Да и если с кем и встречался - то в свободное от службы время. А его у него было мало, как никак - начальник охраны герцогства, сам граф, да и ещё дружит с молодым наследником.
   Но вернёмся к событиям на дороге к столице герцогства - Аркарду. В него беспрепятственно разрешалось въезжать только демонам, всем остальным нужно просить разрешение. А оно стоит довольно дорого, потому всех въезжающих строго проверяли.
   Вдруг Сартар почувствовал жжение на запястье - так проявилась метка истинной пары. Это величайшая радость, и страшнейшее несчастье демонов. Если демон в течении 3 лет и 3 дней не проходил обряда единения с истинной, метка начинала гаснуть, и найти девушку становилось невозможно. И больше истинная не давалась, а демоны после тысячи лет без неё начинали сходить сума, из-за чего их приходилось убивать.
   Потому Сартар начал искать среди женщин свою истинную. И если б замотанное в сто одежек нечто вдруг не вскликнуло, он на это существо не обратил бы внимания
   - Покажи левую руку! - потребовал главный демон у неё. А у Лины не было сил даже держаться на ногах. И когда он не дождавшись от неё никакой реакции схватил девушку за руку, та обессиленно начала сползать на холодную землю.
   Сартар подхватил девушку, не дав той упасть на землю, одновременно с чем увидел наконец на её руке такой же знак как и у себя на запястье.
   Посадив девушку впереди себя на лошадь, Сартар помчался в город - ему нужно было скорее добраться до дома и разобраться с новым приобретением.
  
  ***
  
   Приехав домой Сартар помог девушке снять с себя верхную одежду и в ошеломлении уставился на её живот. Та была беременна.
   У демонов редко рождаются дети, потому к ним и беременным женщинам относились с большим трепотом. А преступление против беременной - приравнивалось к измене герцогству.
   - Как тебя зовут? - спросил Сартар. - ты поняла что произошло? Что значит эта метка?
   Девушка молчала. Просто расширив глаза смотрела на него и прикрывала руками живот.
   - Не волнуйся, я ничего не сделаю ребёнку. Тебя проводят в гостевую комнату, где ты сможешь переодеться и отдохнуть. После чего мы поговорим.
  
  ***
  
   -Как тебя зовут? - Спросил демон. - Я Сартар ра Каахаш. Ты знаешь что значит появившийся знак?
   - Лина. Догадываюсь.
   - У тебя на запястьи проявилась метка моей истинной пары. Не волнуйся я ничего не буду тебя заставлять делать, но и не отпущу. Расскажи о себе. Лина это полное имя? Из какого ты рода?
   - Полное имя Жаклин. Я незаконнорожденная дочь лорда, из далека. Лорд умер, а мама, она была гувернанткой его детей, ещё раньше. Старший брат меня выгнал и не дал ничего взять из вещей, сказав что потаскухи ему в роду не нужны. И если я хочу жить - то должна срочно подальше уезжать. А отец ребёнка.... Выбрал деньги, и оставил меня.
   - Успокойся, не нервничай. Тебя никто не обидит больше. Попей воды, - сказал мне Сартар протягивая стакан.- Куда ты сейчас держала путь?
   - Я ехала в Ларель - там живет мамина старинная подруга. Больше мне не куда идти.
  
  ***
  
   -Жаклин, можно мне звать тебя Лина?
   -Да,- ответила девушка.
   - Тебе не надо никуда больше ехать, тем более ты не знаешь живёт ли все ещё подруга твоей матери в Лареле. Ты моя истинная, и я позабочусь о тебе и ребенке.
   Я её разглядывал...И чувствовал, что сердце сжимается от тепла и жалости к Лине. Я уже чувствовал её своей, родной.
   - Лина, а кто должен родиться? - от этого зависело, как примут её ребёнка другие.
   - Девочка, - и светло улыбнулась.
   Мне хотелось её улыбкой бесконечно любоваться. Как вообще можно было выгнать её из дома. Хочется поубивать обидчиков Лины.
   - Очень хорошо. У меня будет дочка. А потом возможно - ты родишь мне сына. Не волнуйся, и тебе и дочке будет здесь хорошо. Я никогда вас не обижу, буду только любить и баловать.
  
  ***
  
   Так и случилось. Сартар так относился к Лине и девочке, что обе очень скоро не мыслила жизни без него.
   Не успела родиться Марика, как они прошли обряд единения - что бы остаться вместе навсегда.
  
  
♥ Iva
  Вызов
  АННОТАЦИЯЧем только не балуются подростки... А потом маются с последствиями всю жизнь... Правда у некоторых эти последствия могут быть приятными. Только вы не повторяйте глупости ребят... а вдруг вам попадется не такая обоятельная неприятность, и последствия будут ужасны?! Пентаграмма... Пять человек, из которых только одна девочка и тёмные силы...
  - Ты точно уверена, что хочешь участвовать?
  -Да.
  ***
  Пентаграмма свечи и пять подростков, среди которых только одна девушка. И именно её кровью будет проводиться вызов.
  - Кого именно будем вызывать? Двухвостого? Карликового или инкуба? - спросил Максим.
  - Я думаю самый неопасный - инкуб. Что про него в книге записано? - Женя держалась очень уверенно, в отличии от некоторых парней. Да и какие они парни - мальчишки, только Макс и Саша кажутся взрослыми и знающими что делать.
  - Инкубы вызываются в шестигранной пентаграмме с двумя кругами защиты, внешне похожи на людей. Главное отличие - наличие хвоста с кисточкой сердечком.
  - Коля, ты художник, поэтому рисуешь пентаграмму. Писать я буду сам. - сказал Макс.- А ты Женя делай чернила, должно быть 1:5 твоей крови по отношению к чернилам.
  ***
  Все хором читали стихи из книги. В пентаграмме заклубился дым.
  - Кто вы такие что бы меня вызывать? Я вас раздавлю, и не помогут вам никакие пентаграммы. - грозно заговорил демон.
  -Ты должен нам повиноваться! - воскликнула Женя.
  -Вы жалкие людишки не вправе меня задерживать. Но так как я спешу, то всего лишь наложу на вас заклинание страсти. Вы будете ненасытны, и требовать все больше новых сексуальных партнёров пока не встретите свою любовь!
  И демон пропал. А все ребята почувствовали непреодолимое томление, лишь Женя и Макс смотрели друг другу в глаза и не могли отвести взгляда.
  ***
  Прошло много лет пока остальные парни встретили свою любовь, а Женя с Максов с тех пор не расставались. И никто из них больше не пытался играться с потусторонними силами и вызывать демонов, у них на всю жизнь отбил это желание демоняка с кокетливой кисточкой сердечком на хвосте.
  
  
♥ КАА
  Пламя топки
  
  'Иветта, Лизетта, Мюзетта, Жанетта, Жоpжетта
  Вся жизнь моя вами как пеклом смердящим согрета
  Покуда со мной вы клянусь
  Моя спинка согрета'
  Напевал старый черт, подбрасывая иссушенные плотской страстью женские тела в камин. Терпкий запах наслаждения растекался по кабинету.
  -Можешь быть свободен, - Демон даже не посмотрел на слугу, не до него сейчас. Вдохновение, должно прийти вдохновение. Всегда приходило и сейчас придет. Эротические сцены всегда давались с трудом, требовался дополнительный стимул, дым страсти и разврата, развратные женщины хорошо горят, с приятным треском и одурманивающим ароматом.
  '..Шел сто третий час утех, хвосты давно устали, и только рога еще могли доставлять удовольствие. Ее красные глаза пылали, даже Ад позавидовал бы такому огню...Все, он дал ей все, что мог и дальше чуть больше'.
  Сойдет, в конечном счете не нетленку пишу, а простой кругоадовый романчик. Всё! Размещаю. Сейчас как пойдут восхищенные отзывы. Как начнут стонать демонессы, демоницы, демонодевицы. Великий Сердцехвост выдал очередной шедевр.
  'О, я горю, что ты делаешь со мной, о великий!'
  'Как же я хочу, чтоб и меня пронзил хвост наслаждения, чтоб твои рога проникли в меня, заставляя плавиться в адовом пламени'
  Двести пятьдесят восхищенных комментариев за минуту. Бывало и больше. Но сегодня у него не было того приступа вдохновения, чтоб страничка запылала от возбуждения читательниц. Нормальная, крепкая постельная сцена.
  'Серьезно? Рога? Боже, Сердцехвост, ты хоть представляешь где твои рога и где то, куда ты их запихивать собрался'.
  Опять эта рыжая Ихертжену пламя баламутит. Всегда придирается. Но мои верные почитательницы тут же закидали хамку оскорблениями. Будет знать, как сомневаться в моих словах.
  'Мельчаешь, Сердцехвост, мельчаешь. Помню, в былые времена утехи были по пятьсот часов, потом триста, а теперь только сто можешь. Давайте скинемся всем окопом ему на подъемные средства, а?'
  'Эта сцена не требует большей продолжительности'
  'Ну, импотенту видней'.
  Что?!!!! Да что эта рыжая о себе думает! Что она обо мне думает!
  Но за меня ответили мои верные поклонницы.
  
  '...Он вынес ее из Райского чертога, в котором жестокие Ангелы обрекли ее на унизительную и долгую смерть. Он нес ее к себе. Вот и широкое ложе, она, еще ослабшая, но уже трепетная и желанная. Нежно провел по ее темной коже кончиком хвоста, она застонала, и попросила проникнут в нее, не смог ей отказать. Моя кисточка ласкала ее внутри, обжигая, возбуждая, свергая в пучину тартара.. Она кричала... Еще, еще, еще...'
  
  Так, уже целых три минуты новый кусок, уже две тысячи пылких комментариев, а эта рыжая дура еще не отписалась. Может кусок не так хорош?
  
  'Прости, ты серьезно? Ты только что этим хвостом дрался со всеми божьими тварями придуманными создателем, подметал им полы в Райских чертогах и теперь засунул его в нее. У тебя под рогами пустота, Сердцехвост. Кричать она может только одно ПОООООООООООДЫХАЮ и стонать тоже может только от этого. Это не экстаз, это предсмертные конвульсии. Ангельская пыль внутри, беее. Надо отписываться от этой странички'.
  Мои верные почитатели тут же заклевали недостойную моей гениальной злости дамочку. А может вставить, что он предусмотрительно отряхнул пылающую кисточку, чтоб ни одна ангельская пылинка случайно не попала на ее темную кожу? Не, тогда все решат, что могут мне советовать. А мне никто советовать не может, даже мама.
  
  Слова должны быть скупыми, хлесткими, оставлять место для фантазии.
  -Еще дров!!!!!!
  Старый черт уже знал, какие хозяину нужны дрова. Скупердяи, скряги, высохшие от собственной жадности, ломкие и быстро сгорающие. Петь о них не хотелось, да и дышать их едким дымом тоже, но творчество требует жертв. 'Но не моих легких'. Черт быстро сбежал из кабинета.
  '..Ночь.. Удар... Упал... Поднялся... Боль... Удар... Смерть... Победил.. Она моя... Оооо... Ещёёёёё... Кричит она'
  Восхищение, все дамы в экстазе, могут только стонать. Уже двадцать минут чистого восторга у читателей.
  'Упал - отжался забыл, мне тут варящейся прапор подсказывает, что так правильней. Боже, какая скука. И зачем только читаю. Пошла помешаю прапора, чтоб сварился со всех сторон, с ним интересней'.
  
  -Дрова!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Быстро!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
   О, да хозяин сегодня в творческом припадке. В ход пошли злыдни, завистники и злопыхатели, он их чадят они собственной злобой, одно наслаждение вдыхать, но нельзя, весь дым хозяину, ему нужней. Он и так страдает, ночей не спит, века считает. Уполз старый черт в свою комнату.
  '...Ты не достойна меня. Я исчадие ада, второй после Сатаны. А ты даже до пятого уровня мерзости недотягиваешь. Нам не по пути. Найди себе достойного. Кто оценит твои борщи, носки, и вареных прапоров (так, зачеркнул) человечков. Ты не достойна меня. И твои горячие слезы ничего не изменят. Уходи...'
  Все рыдают. Все в восторге. Героиня чмо, Герой красавчик. Ресурс рухнул от восхищения. Придется ждать, когда починят, должен же знать, что она там написала.
  'Всё, я поняла. Ты - баба. Писать так может только баба. Баба, у которой не было ни одного демона, и о хвосте с кисточкой она знает только из книжек по анатомии. Фу, нас обманывают. Сначала писал Демон, а потом продал псевдоним за серебрянники, и теперь нам пишет баба. Все, адью в бадью, пошла отсюда к Дырохвосту'.
   Я - баба? Да как она смеет! Где тут личные сообщения. А вот.
  -Я не баба!
  -Докажи!
  -Не баба я!
  -Это уже читала. Докажи и покажи!
  -И докажу, и покажу.
  -Завтра, в пять, в Преисподней седьмой круг, бар 'Сто седьмой грешок на посошок'
  -Как узнаю?
  -По нику, баба.
  -Я не баба.
  -Докажи.
  И докажу, и покажу. И хвост окольцованный покажу, и кисточку с пламенным сердцем, и член писательский покажу, ээээ, билет члена писАДистики покажу, да, блин, покажу бумажку, где написано, что я мужик, из этой, из демУрологии. И книжку подарю. И даже подпишу. 'Моей самой верной поучительнице, тьфу ты, почитательнице'.
   Достал томик 'Пламя топки', только из издательства прислали, авторский том юбилейного миллионного переиздания, надписал, пришлепал бантик, упаковал, распаковал, отшлепал бантик, запаковал, пришлепал бантик. Давно ничего не дарил. Да и с почитательницами не встречался.
  
  Табличку 'Ихертжену' увидел сразу, за табличкой сидела она, а может оно, длинный черный плащ скрывал тело, рыжие кудри-пружинки скрывали лицо. В руках книга, моя книга. 'Пламя топки' первое издание, раритет, редкость, старье, в примитивной черной обложке.
  Вспомнились другие кудри, другие пружинки. Кроваво-красные до самых белых пяточек, что так беззащитны оказались перед острой бритвой. Воспоминание пробудило тоску и вдохновение.
  -Вот, я -демон. Вот мой хвост с кольцом и кисточкой сердечком. Вот подарок. Я пошел.
  Но Рыжая даже не взглянула на меня, так и читала, склонив голову. Что ж обратно, писать, пока есть вдохновение. Уже был на пороге, услышал легкий стон, обернулся. Рыжая голова немного приподнялась, показался подбородок и красные губы. Морок, проклятье, желаемое за действительное. Невозможное. Отступил назад ... рванул вперед... упал ... отжался.. поднялся... сел...мимо стула...поднялся... сел... на стол.
  Подняла голову, и ее черные бездонные бесчувственные глаза поглотили меня. Она.
  -Условно-досрочное освобождение.
  Условно... досрочное... освобождение. Какие волшебные слова.
  -За примерное поведение.
  Она и примерное поведение, возбуждающая несовместимость. Она и примерное поведение. Если она примерна, значит... Значит она очень хотела досрочно освободиться.
  -Без права заниматься профессиональной деятельностью две тысячи лет.
  Две тысячи лет она будет со мной. Моя милая разжигательница войн, распылительница конфликтов, распространительница лжи, заговорщица высшей квалификации. Моя бесценная фурия. Моя Жена.
  -Почему не сообщила?
  Сел рядом, взял ее белоснежную руку в свою. Она положила 'Пламя топки' на столик. Первый том, самый первый. Единственное, что она взяла с собой в Чистилище. Ну и меня. Мое вдохновение.
  -Пять тысячелетий большой срок, ты мужчина темпераментный, популярный, возбуждающий.
  -Сомневалась во мне?
  -В себе.
  Обнял крепко, до хруста, до вскрика. Чтоб не сомневалась. Заказал 'Безбрежную муку'.
  -Почему Ихертжену?
  - Ихертжену?
  Повернул табличку, показал пальцев на первую букву 'И', на сердечко 'херт' и 'жену'.
  -'Я люблю жену' на ней написано. Полиглот ты мой, долбоящерный. Ничего лучше не придумала, после просмотра ангельских мелодрам только такая гадость в голову и пришла.
  -Неправильный ник.
  Зачеркнул 'жену', написал 'мужа'.
  
  Шел две тысячи семнадцатый час утех.
  -Рогами, ты обещал мне рогами.
  -Не торопись, мы только начали.
  -Начали?
  -Да, знаешь, сколько всего придумал для тебя за эти пять тысяч лет ожиданий. И мы в самом начале. Ты только узнала, что может сделать для тебя моя кисточка на хвосте. Теперь же тебе предстоит познать хвост полностью.
  -Оооооооо, Сердцеховст, хочу познать.
  Две тысячи лет будешь распалять, разжигать и заговаривать только меня.
  -Только ты забыл кое-то.
  -Что?
  -Читатели. Они ждут тебя.
  
  Верные дождутся. Неверные вернутся. Обновил статус.
  'Ушел за вдохновением, вернусь не скоро, но с шедевром, а может и с двумя'.
  
  
♥КАА
  Ошибочка вышла
  АННОТАЦИЯ"Что бывает, если прогуливать уроки"
   Еще один календарный год улетел в небытие. Всего сто таких листов и будет великая неделя в жизни каждого демона - наследственная. Молодые демоны прибудут на землю и выберут себе инкубатор для наследника. Только избранные породят исчадия ада, остальных заберут на работы у котлов, если только отец не захочет забрать наследника себе.
   Я - Избранный.
   Главное форма. Содержание выдадут.
   Костяная скамья под углом 30-40? к горизонтали. Сел на нее и упер голени в черепа. Скрестил руки на груди и опустился назад - спина, плечи и голова лежат на скамье. О, как брутально они лежат. Вдох и задержка дыхание. Напрягаю мышцы живота и начинаю - вначале от скамьи отрываются мои накачанные плечи и брутальная голова, затем широкая спина. Туловище поднимается исключительно за счет усилий мышц моего брутального живота. Как только между торсом и бедрами образуется прямой угол, замер на секунду и, полюбовался, еще сильнее напрягая пресс. Плавно опуститесь на половину амплитуды. Не расслабляя пресс и не касаясь скамьи плечами или головой, так две тысячи подходов без передыха. Кубики главное.
   -Джей, пошли на занятия?
   -Зачем?
   -Куда без анатомички безбожников?
   -А с ней куда?
   -За наследниками.
   -И так лучший инкуб будет моим.
   -Как хочешь.
   Кубики, кубики, кубики, а еще лучше кирпичики. Хвост тоже подкачать надо. День за днем, год за годом. Мистер Ад, лучшие косые мышцы округи. Самая тупая башка в институте. Вот и назначенный день. Вот и остальные, молодые, готовые. А я - Избранный. 31 октября День выхода на землю. Кубики-кирпичики, сердце на хвосте по последней моде, недельный запас семени закачан. Все в рабочем состоянии. Шаг за черту и вот он Мир, которым скоро будет управлять мой наследник. Я - Избранный.
   Ночной город, как же безобразны окружающие. Клыки, хвосты, оранжевые мячи со свечами. И почему только они могут выносить наследника? О, мир скоро провалиться к нам, вот первые признаки - неупокоенные мертвецы. Мой сын будет править всем Миром. 'В самое очко'. Яркая вывеска. О. мне сюда. Тут точно будет самый лучшей инкуб Вот и он. Самый лучший для размещения наследника. Длинные волосы, голубые глаза, высокие скулы, надутые губы, загорелая гладкая кожа, браслеты на запястьях. Он мой, эта оболочка для производства детей уже меня заметила.
   -О, какие кубики.
   'Вот, кубики это самое главное'.
   -Пойдешь со мной.
   -О, да. Люблю таких решительных. Может ко мне? Тут близко.
  Кивнул. Пусть не думает, что достоин моих слов. Всего лишь инкубатор.
   -Я, Жу, а ты?
   -Джей.
   -О, какое замечательно имя.
   Неделя криков, стонов и просьб остановиться, прерваться, но не для того, я столько ждал, чтоб пролить хоть каплю семени мимо. Я -Избранный, мой сын будет владеть миром!
   Скоро все содрогнуться от мощи моего продолжения. Всего лишь девять месяцев.
   Ждет месяц,
   ждет второй,
   ждет третий,
   вот уже и срок скоро.
   Не дождался.
   А надо было ходить в анатомичку, тогда бы знал, что у инкубов хвоста между ног не бывает, да и дырок больше.
  
  
♥ Котянова Наталия
  Новогоднее желание
  
  ...Огромный гулкий зал с чёрными колоннами и уходящим, кажется, в самую Бездну, сводчатым потолком. По гладким мраморным плитам неторопливо и величественно движется огромная, замотанная в глухой антрацитовый плащ фигура. При таких габаритах и таком зверском размере ноги поступь мужчины неожиданно тихая, почти бесшумная, словно он не идёт, а незаметно парит над полом.
  Но вот шаги замедлились, и чёрный силуэт замер перед странным сооружением в центре зала. Больше всего оно было похоже на высокий стол неправильной формы, сложенный из белого камня с тёплой золотой искрой. С первого взгляда ясно, насколько чужд он этому мрачному залу... да и всему царящему вокруг Тёмному миру. И его могущественному повелителю - таинственному, никогда не показывающему своего лица Тёмному Властелину.
  Он вздохнул и поморщился - золотистое мерцание било по глазам даже сквозь маску. Всё же алтарь - да-да, странный стол оказался именно алтарём - был действительно сделан и перемещён сюда из Светлого мира. Разумеется, не бесплатно, пришлось такой кусок Тьмы светлякам собственноручно оттяпать! До сих пор жаба душит... Но сделка всё равно того стоила. Потому что у них просто не умели создавать такие мощные артефакты. Вернее, умели - но только разрушительного действия. А сейчас ему, впервые за три тысячи лет, понадобилось не разрушать, не убивать и не мучать, а совершить нечто прямо противоположное. Он вступил в возраст истинной зрелости, и значит, ему пришло время...
  Ура, жениться!!
  А что, Тёмные Властелины тоже демоны, хоть и высшие! И тоже хотят любить и размножаться! А то повымерли бы все ещё в Серую эпоху...
  Но жениться абы на ком они, безусловно, не могли. Зато и в выборе своём никогда не ошибались, и серьёзных проблем в дальнейшей семейной жизни не имели. Всего делов-то: одна бессонная ночь, один древний магический ритуал, кровь ста девственниц и одного девственника (с этим ингредиентом самая большая морока, мужик должен быть непременно старше шестнадцати, а где такого нынче возьмёшь? совсем эти низшие черти распустились...) Но вот затратный ритуал позади, и на стене древнего капища, как обычно, возникло написанное огненными буквами имя Избранной.
  Тёмный Властелин устало плюхнулся прямо на пол и задумчиво поскрёб под маской. Впервые в истории его семьи Избранной была названа не красавица-демоница из высших, а... человечка. Обыкновенная короткоживущая человечка со странным именем Женька. Трындец! Неужто правда?? Или светлые подстроили?..
  Удручённый Тёма размышлял и прикидывал и так, и этак - по всему выходило, что ритуал подделать невозможно, а значит, эта загадочная Женька и есть его судьба и будущая повелительница Тёмного царства. А значит, нет больше смысла оттягивать неизбежное. Чем дольше тянешь - тем старше она становится, людишки, они такие... Ничего, попадёт сюда, наденет женскую маску - и законсервируется на долгие тысячи лет. Хоть бы красивая оказалась! Рогов нет - и ладно, главное, чтоб фигуристая была и, желательно, не блондинка. На белый цвет у него аллергия, конъюнктивит сразу вылезает. И хроническая трупная почесуха обостряется.
  Сложности с переносом искомой Женьки из мира людей на её новую родину истосковавшийся по любви Тёма разрешил в сжатые сроки. Правда, алтарь пришлось заказывать у светлых, ну да ничего, его можно потом перекрасить и использовать как... как... Стол? Супружескую кровать? Запасной склеп? Ай, неважно, потом разберётся. Или жене подарит - с собственным сердцем и миром в придачу... О, так вот на что похожа эта белая хрень! На сердце! Ну и романтики эти светлые.
  Алтарь и вправду оказался мощнейшим притягивающим артефактом. Вместо крови и огненных рун, согласно инструкции, его требовалось всего лишь обрызгать специальной водой из бутылочки (сие доверили провинившемуся министру, и правильно - беднягу унесли с сердечным приступом и ожогом правого копыта) и ровно в полночь внятно произнести имя возлюбленной.
  К этому времени все придворные, слуги и даже охрана были выперты не только из тронного зала, но и вообще из дворца. Мало ли, им с избранницей вздумается сразу же порезвиться! Лишние свидетели (равно трупы) её, чего доброго, напугают и разохотят, так что лучше не рисковать! Тем более, подданные не возражают. Впрочем, они никогда не возражают, не приучены...
  Так-с, приступим, пожалуй!
  Тёмный Властелин нервно пригладил волосы под капюшоном и хорошо поставленным голосом гаркнул:
  - Женька!! Явись, о тьма очей моих! Люби меня, я твой жених!
  
  Не успело испуганно примолкнуть расшалившееся эхо, как он с изумлением и радостью обнаружил, что 'сердце' уже занято! Совершенно очаровательной девушкой с растрёпанными рыжими кудрями, в такой провокационной ночнушке, что... Плащ целомудренно скрыл источник отчётливого 'тук' о каменный бок алтаря. Тёма поморщился, но тут снова взглянул на спящую девушку и расцвёл вторично. Эх, повезло же ему! Кто бы мог подумать, что человечки такие красивые!
  И смелые.
  Проснулась - от крика, от стука ли - и не визжит, только ресницами хлопает.
  - Где это я?
  - Дома, любимая, - широко улыбнулся он.
  - А... это не мой дом.
  - Теперь - твой. Наш.
  - А ты?..
  - Твой будущий супруг! А ты - моя Избранная, Женька!
  - Вообще-то, Евгения, - девушка зябко поёжилась и обхватила себя за плечи. - Здесь так холодно! Дай плащ, что ли. А то ещё заболею и умру, будешь тогда знать... муженёк.
  Прозвучало как-то чересчур кокетливо, но Тёма встревожился и послушно взялся за завязки. Плотно укутал довольную избранницу...
  - Ой, у тебя рожки! А почему такие маленькие?
  - В боевой ипостаси большие. Но, зараза, тяжёлые!
  - Ясно. А хвост у тебя есть?
  Тёмный Властелин улыбнулся её непосредственности и горделиво продемонстрировал тыл.
  - Ого! Миленький... Дай кисточку потрогать!
  - Нет.
  - Ну дай, что тебе, жалко, что ли! - требовательно заныла любимая, но мужчина был неумолим.
  - Только после свадьбы! Не дуйся, на то есть важная причина. Потом скажу.
  - А, это у тебя эрогенная зона, да? - хихикнула догадливая человечка. - Тогда ладно. Кстати, нечестно: ты моё имя знаешь, а я твоё - нет!
  - Полное узнаешь на церемонии, если не заснёшь, пока перечисляют, - иронично усмехнулся он. - Наедине можешь звать Сергунька.
  - Вау! Мне нравится! Это от 'Сергей'?
  - Это от 'Сера' и 'Гудрон'. У меня много имён... И вообще всего много. Я - Тёмный Властелин, - скромно закончил жених и выжидательно посмотрел на Женьку.
  Она в очередной раз выдала странную реакцию: не упала в обморок от счастья, не взвизгнула испуганно - 'что, Тот Самый?!', а склонила голову набок и явно о чём-то задумалась.
  Он собрался придать её мыслям выгодное для себя направление, начав расписывать все плюсы предстоящего брака, но не успел. Девушка вздохнула, пробормотала что-то вроде 'ну, зато знаю, что в новый год все мечты действительно сбываются, даже самые дебильные' и несильно ткнула его пальчиком в живот.
  - Кубики-то хоть есть на животе? Учти, если меньше шести - будешь искать себе другую жену!
  Сергунька мысленно возликовал и с показным равнодушием стянул через голову чёрный балахон.
  - О-го-го... - уважительно протянула Женька.
  Тоненький пальчик нежно коснулся торса, вызвав целую лавину мурашек.
  - Один, два, три, четыре...
  - Двенадцать, - слегка отстраняясь, просипел мужчина. Надо срочно жениться, срочно! Иначе не дотерпит.
  - Да ты реально крут, Серёга! Тогда осталось последнее!
  И невеста без всякого предупреждения, одним ловким движением содрала с его лица маску.
  На миг они оба застыли, растерянно глядя друг на друга... А потом Женька брезгливо отбросила маску. Следом полетел плащ, накрыв с его головой.
  - Ты что сделала?? Так нельзя!!
  - Да катись ты! Мы так не договаривались, слышите вы! Я никогда не мечтала об уродском красноглазом монстре! Не хочу за него замуж!!
  Она гневно притопнула босой ногой по алтарю...
  И вдруг исчезла. Так быстро, что всемогущий Тёмный Властелин ничего не успел сделать. Лишь чуть нагретый её телом камень напоминал о том, что всё это ему не приснилось.
  
  А Женька...
  Вторично разлепив глаза, Женька обнаружила, что она по-прежнему не дома. В смысле, дома, и даже в спальне, но совершенно незнакомой. Явно мужской - во всяком случае, воздух пропитан сочным мужским потом. Не проветривают тут, что ли?..
  - О, проснулась, малышка! - радостно прогудели у неё за спиной. - Привет! Может, повернёшься? Заценим друг друга?
  Она опасливо послушалась - и уткнулась взглядом в голого мужика исключительного роста и исключительной же волосатости.
  - Чё-то ты в натуре мелковатая, раздавлю ведь... Ну да ладно, заказывал красивую, а по габаритам уточнить забыл, - хмыкнул он и шлёпнул лапищу на её грудь. - О, мой любимый размерчик! Ну что, красава, иди ко мне, жениться будем!
  Женька, сопя от страха и усердия, попыталась отпихнуться - где там! С таким же успехом можно было толкать бетонную стену. Ну, от стены хотя бы псиной не воняет...
  - Погоди! Ты... оборотень, что ли?! - запоздало дошло до неё.
  - А то ж! Альфа волчар! - гордо ответил мужик и разулыбался, сверкая желтоватыми клыками. - Хе, да ты, смотрю, затейница! Сразу в истинной ипостаси со мной хочешь? Изволь!
  Секундная передышка - и удушающий запах псины накрыл её с головой. Мокрый язык с шумом прошёлся по её лицу и шее, саженные зубы игриво подцепили край сорочки, и...
  Женька завизжала! Нет, ЗАВИЗЖАЛА!!! Что-что, а это она умела.
  Оглушённый волк ошалело затряс головой, а она почувствовала, что начинает задыхаться.
  - Отёк Квинке... на собак... ненавижу... не надо... оборотней...
  Высшие Силы услышали и сжалились. Разочарованный рёв альфы вызвал на её лице последнюю слабую улыбку.
  
  Последнюю - для него! И первую - для изящного длинноухого красавчика, который склонился над кроватью и в данный момент занимался её детальным осмотром. Её - в смысле, девушки, а не кровати, конечно.
  - Приветствую, о моя непрекрасная невеста!
  Женька задумчиво поковырялась в ухе, чем вызвала у него гадливую гримаску.
  - Повтори на бис?
  - Она ещё и глухая... - расстроился 'эльф'. Или без кавычек? О ком ещё она успела намечтаться в новогоднюю ночь? - Так, предупреждаю сразу - работа предстоит долгая, но я сделаю из тебя женщину, достойную моего величества! Манеры - само собой, рыжих не люблю - перекрасим, уши придётся наращивать, грудь вообще никуда не годится...
  - В смысле??
  - Слишком большая для твоего роста. Магией не поможешь, только резать. Ноги...
  - Что ты сказал, червяк белобрысый?! - вызверилась девушка. - Резать?? Да я тебе сейчас самому всё лишнее отрежу!! Или отгрызу!!
  - Ааа! Стража! Спасите-помогите! Покушение, покушение! - заверещал длинноухий, отскакивая от неё с грацией пьяного зайца. - Тебе надо ещё мозги пересадить, от нормальной эльфийки!
  - А тебе - новую пипку пришить, от старой сейчас одна смятка останется!
  Подсвечник, к сожалению, просвистел мимо, но слабонервное величество всё равно шлёпнулось в обморок. В следующий момент в комнату ворвалась стража...
  На периферии сознания раздражённо вздохнули.
  
  - Э, э! Ну, положим, я и есть Спящая Красавица, а чего это я должна выходить замуж за этого старпёра? Меня вон тот красивый юноша разбудил! Ну и что, что он первый очередь занял, здесь вам не районная поликлиника! Как... все по очереди?!
  
  - Да когда я мечтала быть женой деда Мороза?! В четыре годика! Вы что там, совсем офанарели??
  
  - Прости, ничего у нас не получится. Я ящериц с детства боюсь, а уж таких огромных... А летать ещё больше боюсь, честно, я из-за этого даже к психологу ходила. Драконы надёжнее самолётов? И кто это сказал, дракон? Нет, спасибо. И сокровища мне твои не нужны. И вообще, у тебя в пещере дует, апчхи! Смерти ты моей хочешь...
  
  - А ТЫ ЧЕГО ХОЧЕШЬ, рыжая-бесстыжая?! Задол... замучила ты нас уже своими капризами! Тот не такой, этот не этакий... Всё, твоё последнее слово, и адьос, амиго! На Землю нельзя, и не проси. Сама виновата. Нечего было так настырно желать!
  Женька печально шмыгнула носом:
  - Ну, мне вообще-то Сергунька сразу понравился. У него кубики... и хвост... И главное, им командовать можно, он добрый, хоть и Тёмный Властелин. Такой няшный демоняка... А что глаза красные, эх, будем считать, у каждого свои недостатки. Зато к моим волосам подходят.
  - Замётано. Пока! - торопливо откликнулись Высшие Силы.
  
  Она очнулась на том же сверкающем 'инеем' столе. На этот раз в гордом одиночестве. Замоталась в брошенный демоном плащ (он так и валялся рядом с алтарём), подобрала маску, прислушалась - и уверенно пошлёпала в дальний конец зала. На отчётливые при такой акустике звуки типичной мужской меланхолии: бряцанье стекла о стекло, хруст огурца и негромкую, но надрывную песню а-капелла:
  
  - На кого ж меня
  Ты покинула?
  Бессердечная
  Человечина?!
  Сердце жжёт в груди
  Куда денешься
  Ты вернись ко мне
  Женька-Женечка!
  Коль глаза не те -
  Я исправлюся!
  Коль я весь не тот -
  От тоски помру! У-у-у!
  
  Пустой стакан с размаху встретился со столом и обиженно чпокнул.
  - Ну вот, трещина пошла. И огурцы кончились...
  - Одно кончается, другое начинается, - переминаясь с ноги на ногу, тихо сказала Женя. - Как насчёт того, чтобы начать нашу супружескую жизнь?
  Тёмный Властелин резко поднял голову и с минуту молча смотрел на неё, видимо, опасаясь поверить в её реальность. Потом заторможенно махнул рукой:
  - Садись, не стой на холодном! 'Гееновки'? У меня осталось немного...
  - Спасибо, Серёж.
  Выпила залпом, прямо из бутылки.
  И только потом заметила, что никаких 'кровавых' глаз у него нет! Вместо них на неё, по-прежнему настороженно, смотрят ярко-синие, безумно красивые... Она тогда ошиблась? Или ошибается сейчас?
  - От твоей 'Гееновки' у меня глюки!
  - Никакие не глюки. Женька ты, Женька... Откуда я знал, что у вас, людей, красный цвет не в моде? Синий - мой натуральный, но я уже и забыл про это, у нас тысячи полторы все с бордовыми ходят поголовно. Если бы ты дала мне время это вспомнить и вернуть всё, как было! Но ты...
  - Прости, - она решительно скинула плащ и забралась к нему на колени. - И никакой ты не урод. Ты красивый. И не монстр...
  - Ну, на это я как раз не обиделся, быть монстром - моя работа.
  - А ты её смени.
  - Что?
  - Сначала поцелуй... а потом... Потом будет потом, - мимолётно улыбнулась Женька, прижимаясь к нему ещё теснее.
  'Мм... какие кубики! какой хвостик!'
  'Мм... человечинка моя сладкая! так бы и съел...'
  
  'Никогда не занимайтесь любовью пьяными! - застонав сквозь зубы, подумала Женя. - Ну, или занимайтесь, но в кровати, а не на столе... Как же я больно башкой звезданулась!'
  - Ну-с, красотка, сколько пальцев?
  Она с трудом сфокусировала взгляд на зависшей перед носом крупной мужской ладони.
  - Ээ... четыре?
  - Сотрясение мозга, так я и думал! Да вы не пугайтесь, явно не тяжёлое. Утром просветим... Вам вообще сказочно повезло!
  - А... где я? Что со мной произошло? - девушка осторожно привстала на локтях и обвела мутным взглядом лаконично обставленную комнатку.
  - Ничего страшного! Вы встречали новый год на Дворцовой, поскользнулись и страстно поцеловали столб.
  - Александрийский? - мрачно осведомилась Женька. Воспоминания о развесёлом народном гулянии постепенно становились всё чётче.
  - О, раз вы шутите, значит, всё в порядке! - весело подмигнул мужчина. - Добрые люди доставили вас в травмпункт, я - доктор Демонский Сергей Михалыч, а, просто Сергей. Небольшую ссадину я вам обработал, отдельной палатой обеспечил, остальные пациенты все, собаки, пьяные в зюзю, я их кучей сгрузил... Так что лежите себе спокойно, как королева, и отдыхайте. До утра я вас никуда не отпущу. Сумка на стуле, телефон на тумбочке. Муж небось вас обыскался...
  - Мужу параллельно. В связи с отсутствием оного, - буркнула стукнутая и демонстративно отключила телефон. - А то чего бы я в такой мороз из дома выперлась...
  - Что-то, смотрю, настроение у вас какое-то не новогоднее! - покачал головой доктор. - Так, ладно, сейчас вернусь. Мне пациенты ещё в прошлую смену надарили кучу шоколадок, а ещё у меня есть мандарины и коньяк. Вы коньяк пьёте?
  - Пью! - без раздумий выпалила Женька. - Но только на брудершафт!
  А что? Праздник ведь! И мужчина симпатичный. Молодой, синеглазый, фигура спортивная - словом, определённо есть, чем поживиться. И даже вроде без кольца...
  Сергей по-мальчишески вякнул 'йес!' и умчался в ординаторскую. Так, дела срочно бросить на Виталика с Никитичной, а у него заслуженный перерыв 'на подремать'! Красивая девчонка, дураком будет, если упустит такую возможность! Что там она бормотала перед тем, как очнулась? 'Любимый демон'? Что ж, ради праздника можно и в демона нарядиться, он только 'за'! Раздобыть кусок верёвки на хвост точно не проблема. Или из простыни скрутить, а сверху приладить бантик из голубой одноразовой салфетки... Зачётно получится! А то эти игры в доктора и пациентку или медсестру и буйного больного уже давно приелись. Надо быть в курсе модных женских глупостей! Кажется, им ещё нравится играть в страстного ректора и строптивую адептку?..
  
  
♥Котянова Наталия
  Ария Демона
  
        (Начало - на мотив песни царевны Забавы из м/ф 'Летучий корабль')
  
        До чего же
        Я несчастный демоняка
        Мне по жанру
        Запрещается любить...
        В женских книгах
        Уж такой порядок странный
        Должен демон
        Маньяком и гадом быть...
  
        А я не хочу, не хочу быть жестоким!
        В ранимой душе есть и нежность, и страсть
        Не жажду опять быть убитым героем
        А сам я мечтаю в герои попасть!
  
        Быть коварным
        Мучить всех мне надоело
        Только автор
        Заставляет вновь и вновь
        Издеваться
        Над рабыней-героиней
        Не давая
        Мне и шанса на любовь...
  
        А я не хочу, не хочу по приказу!
        Зачем же мою так опошлить мечту?!
        Одумайся, вредная автор-зараза!
        Не надо рабыню! Жениться хочу!!
  
        Хочу я начистить
        До блеска копыта
        И шерсть на хвосте
        Расчесать и завить
        Цветов прикупить
        Магарыч и конфеты
        И как человек
        На свиданье сходить!
  
        А если любимая
        Скажет: 'Анчутка!
        Задай свой вопрос
        И услышишь ты 'да!'
        Я мир уничтожу от радости!..
        Шутка!:)
        Готов я свой ад
        Позабыть навсегда!
  
        И в рай вслед за ней
        Постучаться несмело...
        Примите хоть дворником!
        Хвост? Отрублю!
        Лишь только б хоть раз
        В глупой жизни бессмертной
        Мне дали увидеть
        Родную мою...
  
  
♥Кузнецова Дарья
  Растопи ледяное сердце
  Глава 1
  
  - Это Владыка Хаоса, Герцог Бездны, Командор Легиона Тьмы Зором Безжалостный. Склонись перед своим мужем, Жужжина, - голос отца звучит равнодушно, но я знаю, чего ему стоит скрыть истинные эмоции, и стараюсь не смотреть на него.
  Я не понимаю, как он мог. Родной отец, которого я всегда так любила, которому заглядывала в рот... как он мог поступить так со мной? Так жестоко, так равнодушно! Как он мог поставить на кон мою руку и сердце и проиграть?
  Моё горячее сердце, жаждущее любви, изящную тонкую руку с прелестными тонкими пальчиками... Левую. А потом правую. А потом мои золотые локоны, мои сапфировые глаза, коралловые губы, полную грудь, крутые бёдра, стройную талию, мой прелестный серебристый хвостик и мою невинность! Причём всё это - разным партнёрам...
  Ах, моя бедная покойная матушка! Как хорошо, что ты оставила меня совсем ещё юной крошкой и не видишь этого кошмара. Но я помню, я отлично помню, как ты говорила этому чудовищу, которое зачем-то полюбила, что игры в орлянку опасны, они затягивают, пускают корни в сердце и щупальца в мозг, а если не находят его - то сразу в душу. Это как наркотик, хочется играть всё больше, больше, и невозможно остановиться.
  Но как он мог, о, забытые боги! Как это случилось?! Он же демон удачи, последний оставшийся в живых, и он никогда не проигрывает...
  Самое ужасное, что это чудовище, этот жестокий Владыка Хаоса, Герцог Бездны, Командор Легиона Тьмы Зором Безжалостный, самый страшный из всех демонов, выкупил части выигрыша у остальных, и теперь я полностью принадлежу ему, этому холодному безжалостному убийце. Он обводит меня взглядом своих равнодушных красных глаз. Взгляд настолько холоден, что по спине пробегают мурашки, а во фляжке в кармане платьица, прихваченной для храбрости, густеет спирт.
  Но я не согнусь, нет! Я встречаю взгляд прямо - и тонкие губы его искривляет усмешка.
  
  Глава 2
  
  Отец забыл про меня. У него теперь новая семья, новая жизнь. Но я прощаю его, потому что у меня доброе сердце!
  Мой муж ужасен. Это холодное порочное чудовище забрало мою невинность и пользуется ей! Постоянно! Больше всего ему нравится пользоваться ей перед зеркалом или на столе, и моя спина почти не разгибается.
  Он делает со мной ужасные вещи. Он любит привязывать меня на огромной кровати и жестоко издевается над моим прекрасным молодым телом, пользуясь моей невинностью и неопытностью! А когда я веду себя плохо, он пускает в дело свой хвост с длинной пушистой кисточкой и мучает меня до тех пор, пока я не попрошу пощады. Каждый раз я обещаю себе, что буду держаться до последнего, но... увы, я ужасно боюсь щекотки!
  Он постоянно унижает меня и не считает меня равной. Заставляет делать ужасные вещи: мыть полы, вытирать пыль, и даже готовить. Хуже того, он потом заставляет меня есть то, что я приготовила. Никогда не прощу ему этого кошмара!
  Но хуже того, моё проклятое тело изменяет мне, ему всё это нравится, по-настоящему нравится, и когда муж рядом, я уже не чувствую себя невинной. И это пугает меня.
  Я даже пыталась покончить с собой, отравившись святой водой. Но та оказалась поддельной, или просто плохо действует на невинных демониц. Отравиться я сумела, а вот покончить с собой, увы, нет.
  В конце концов я поняла, что есть только один выход. Бежать!
  
  Глава 3
  
  Я беременна. Это известие стало для меня громом среди ясного неба. Полгода я нахожусь в бегах и думала, что поправляюсь на нервной почве, но нет, теперь я твёрдо в этом уверена! Я не знаю, что мне делать, но убить малыша не могу, это будет слишком жестоко к нему! Он же не виноват, что его отец - такой жестокий и безжалостный. И такой притягательный...
  Кажется, я больна этим демоном. Когда я вспоминаю его, у меня поднимается температура и чешется хвост. Вспоминаю часто, поэтому хвост у меня чешется постоянно и стал уже не серебристым, а красным.
  Вспоминаю его жадные руки, его плоский рельефный живот с восемью кубиками пресса, его мускулистые плечи и стройные сильные ноги. И этот проклятый хвост с пушистой кисточкой на конце - моё наслаждение и мою муку...
  Я ненавижу его и скучаю о нем одновременно, и ничего не могу с собой поделать. Я кажусь себе уже не невинной, а ужасно порочной, как и мой муж, потому что приличная девушка не будет с такой нежностью вспоминать весь тот кошмар, в котором я пребывала рядом с ним. Все эти плётки, наручники, пробки, все эти ужасные игры - в медсестру и пациента, в учителя и ученицу, и самую страшную, самую извращённую, которую он когда-то видел в человеческом мире - хоккей на траве!
  Всё это время я терпела ужасные лишения. Никто так не страдал, как я. Сначала я нашла приют у доброго старичка-коллекционера, но он попытался меня изнасиловать. Тогда я ловко сожгла его марки, и пока он оправлялся от этого ужаса успела сбежать. Мне помогли благородные разбойники, их было восемь и все они хотели меня изнасиловать, я отбивалась как могла, но силы были неравны. Тогда меня спас прекрасный рыцарь, он выпустил этим уродам кишки и увёз меня в закат на своём великолепном белом жеребце. Но рыцарь оказался недостаточно благородным, на привале он тоже попытался меня изнасиловать, да и жеребец косился очень подозрительно. Но когда рыцарь обнаружил у меня хвост, он перестал пытаться меня насиловать и захотел предать меня огню. Но демон огнеупорны, у него ничего не получилось, зато я сумела сбежать.
  Я стала избегать мужчин, этих безумных чудовищ, каждый из которых мечтал меня изнасиловать. Я скиталась по лесу и питалась дарами природы, но потом меня выгнал какой-то жестокий человек, сказавший, что кормушки в парке стоят для белок, и чтобы я убиралась прочь.
  Как раз по дороге из парка я вдруг осознала, что беременна, и присела на скамейку подумать об этом. Я так боюсь, что муж меня найдёт, но этот мерзавец, похоже, даже не собирается предпринимать шаги в этом направлении. Он наверняка уже нашёл себе новую жену, более прекрасную и невинную, чем я.
  Я начала плакать, и тут вдруг кто-то подошёл, опустился передо мной на колени и взял мои руки в свои. Я подняла глаза и вздрогнула - это был именно он, мой ночной кошмар, моя болезнь, мой жестокий Владыка Хаоса, Герцог Бездны, Командор Легиона Тьмы Зором Безжалостный.
  - Наконец-то я нашёл тебя, - сказал он, не отводя от меня взгляда.
  - Зачем ты искал меня? - спросила я, стойко выдерживая его взгляд. Мне хотелось одновременно вцепиться в его горло и обнять его крепко-крепко.
  - Искал всё это время, - подтвердил он. - Но пришла разнарядка поработить пять миров, пришлось отправляться на работу. Зато я поработил целых десять, но всё это время я думал только о тебе! Вопли ужаса уже не доставляли мне того удовольствия, как прежде, и я не мог понять, почему. Но потом понял - мне не хватает тебя, жизнь без тебя потеряла всякий смысл. Сначала хотел найти, чтобы наказать, потом волновался, а потом понял, что люблю тебя!
  - Я тебе не верю, ты Владыка Хаоса, Герцог Бездны, Командор Легиона Тьмы Зором Безжалостный и ты не умеешь любить! Ты не знаешь, что значит это слово! Ты жесток и ужасен!
  - Да, всё так, но посмотри на кисточку на моём хвосте. Видишь, она приобрела форму сердечка? Значит, я встретил и полюбил ту единственную, которая могла растопить моё сердце. Тебя! А теперь вижу, что ты носишь под сердцем моего ребёнка, и уже точно никогда и никуда тебя не отпущу! Ты моя мечта, моя любовь!
  Я смотрела в его холодные глаза и понимала, что он говорит правду. Когда он смотрел на меня, в его холодных глазах расцветала весна. Я нужна ему, на самом деле нужна, я - его единственная! Та, что сумела растопить ледяное сердце Владыки Хаоса, Герцога Бездны, Командора Легиона Тьмы Зорома Безжалостного.
  - Я тоже тебя люблю, - сказала я. - Но как ты будешь работать, если ты стал таким замечательным?
  - Не бойся, - успокоил он. - Я стал таким только для тебя. Пойдём домой? Я очень хочу приковать тебя к кровати и взять плату за каждый день, проведённый без тебя!
  - Пойдём, - просто сказала я. Он подхватил меня на руки и унёс домой.
  Мой жестокий, но такой нежный демон. И я рада, что такой он только для меня, а с остальными по-прежнему безжалостен. Значит, я правда особенная, хотя больше и не невинная.
  
  
♥Кьяза
  Найти себя
  
   Он не сразу заметил эту несуразную девчонку, что куталась в красный шарф. Да и вообще, не пристало ректору Академии Искусств обращать внимание на прячущихся, дабы еще больше не пугать. Абитуриент нынче хлипкий пошел, не только демоны но и ангелы. Ну не виноват же он. что уже на протяжении нескольких столетий Академию возглавляют тёмные. А это откровенно светлая. Он продолжал беседу с журналистами, стараясь не оглядываться на забившуюся в угол фигурку. Ежегодное интервью перед последней сессией для прессы - это подготовка к вступительным и поиск спонсоров.
  Первая вспышка фотоаппарата его удивила - вроде все гости напротив него. А фигурка в шарфе вышла на свет и ректор понял свою оплошность. Не абитуриент, а фотокорреспондент. И не девчонка, а вполне себе взрослая женщина-ангел. Она мерзла, хоть и температура в кабинете была почти комфортной. Так бывает с теми, кто не стал собой. Еще одна вспышка.
   Она не боится. Пристальный взгляд светлых глаз свидетельствовал об уме и скуке. Фотография - это не ее.
   -- Я могу перед печатью увидеть снимки? - вежливо поинтересовался он.
   -- Конечно, господин Диант, - легкий поклон головы.
   Он вернулся к журналистам, забыв о женщине, лишь изредка вспышка и яркий шарф мелькал на периферии зрения.
   Ажуна следила за выражением лица темного, ловя те редкие проявления эмоций, когда он становился настоящим, живым. Нет, для газеты не пойдет, однако для себя, в личный архив. Фотографией она занялась в поисках заработка, и как положено светлым, ей это удавалось. Но она старела, так же как положено светлым, не нашедшим себя.
   Вторая встреча произошла в кабинете через неделю.
   Все тот же красный шарф, холодный взгляд и холодные пальцы. Диант встал сам сделать ей горячий чай, чем удивил светлую:
   -- У вас нет секретаря?
   - Нет, характер тяжелый, никто не хочет, - он недовольно поморщился, потому что найти пакетированный чай не удалось сразу.
   Ректор вздрогнул, когда светлая перехватила чайник и ловко приготовила два горячих напитка.
   -- Они на окне были, - смущенно добавила она.
   Он с удовольствие прихлебнул бодрящего чая, смотря как подрагивают светлые крылья собеседницы. Она грела руки о чашку и пыталась не следить за хвостом демона.
   -- Фотография - не ваше, как и журналистика, - неожиданно сказал он.
   - Я знаю, - спокойно ответила она.
   - И вы стареете, госпожа Ажуна.
   - Вы очень наблюдательны, господин Диант
   - Чем вы раньше занимались? Как же так случилось, что вас не заметили?
   - Меня проверяли, но не смогли определить. Случай описывали в газетах, - пояснила Ажуна.
   - Не хотите ли сменить место работы?
   Так она стала его секретарем. В приемном наконец то появился порядок, расписание утряслось, но беспокойство не проходило. Ни у темного, ни у светлой. И ярко-красный шарф, такой нелепый, продолжал безуспешно греть ангела.
   Однажды, когда он пришел на работу чуть раньше, он услышал пение. Пародируя песенку из мультфильма, заменяя три голоса, включая мужские, ангел поливала цветы и готовилась к новому рабочему дню. Здание Академии еще было пустым, и Диант долго стоял на пороге слушая. Но как пропустили такой талант?
   -- Госпожа Ажуна, почему вы не поступали к нам? - наконец обнаружил он себя.
   - Простите, господин Диант, я слишком увлеклась. Больше такого не повториться.
   - Что? - взревел он, а хвост щелкнул в раздражении по двери.
   Конец хвоста в форме сердечка словно масло рассек толстое дерево пополам. Ангел вздрогнула.
   -- Ажуна, идем.
   - Куда? - она вновь куталась в шарф, когда он тащил ее по коридорам в сторону мастерских.
   - У тебя прекрасный голос, ты должна развивать талант.
   - Кафедра пения начинает работу не раньше одиннадцати, а звукорежиссеры сегодня в полях, - отрапортовала она бодро, - и я не хочу петь.
   Диант замер.
   -- Соберите вступительную комиссию у меня ближе к полудню, - наконец вынес он решение, - скажите, что внеплановое заседание.
   Когда все собрались, он просто вытолкал вперед фигурку в красном шарфе.
   -- Ажуна, пой!
   Она попыталась сопротивляться, но демон вновь рыкнул. Ангел послушно пела, а Диант следил за шарфом, тот слегка сполз с плеч. В поисках выхода он устроил ей самые сложные испытания, она сопротивлялась, пыталась отнекиваться, но потом послушно выполняла задания. Проклятый шарф оставался на плечах, лишь изредка скользя вниз по рукам, словно пытаясь удрать.
   -- Надо заметить, что у госпожи Ажуны прекрасные данные и если бы не возраст, то ее можно вне конкурса зачислить на актерский.
   - Я сам возьму курс в следующем году, - мрачно подтвердил Диант решение комиссии.
   Уже вечером он устроился напротив нее, следя, как ангел заносит документы в систему. Устроенное испытание пошло на пользу, глаза засияли, пара морщин разгладилась, лишь упрямо сжатые губы говорили о том, что женщина не согласна с решением. Он словно невзначай коснулся руки - уже не ледяные пальцы, а едва теплые.
   -- Ажуна, надо поговорить.
   - Нет, господин Диант, я не буду учиться. Мне нравится работа секретаря. И соблюдайте, пожалуйста, правила приличия.
   - Ты сама понимаешь, что ты получила шанс избежать забвения?
   - А если это мой осознанный выбор? - она повернула к нему бледное лицо.
   - Самоубийство?
   - Непринятие предназначения.
   - От этого не уйти. Ты мне меня напоминаешь в молодости. Я тоже бунтовал, когда сообщили о моем будущем. Пытался избежать, но не смог. Так что прошел все положенные этапы.
   - А почему вы бунтовали? - удивленно повернулась она, - вы же гениальный актер. Вам не нравилось?
   - Играть на сцене? Это труд, где слава больше бремя и ответственность. Да и основной мой удел - учить и наставлять. Ажуна, ты должна учиться.
   - И вы опять останетесь без секретаря? Не хочу. Да и не будут мне родители помогать.
   - Ты сможешь совмещать.
   Кабалльские пять лет, когда к спектаклям, ректорству, съемкам еще добавились студенты. Диант вкладывал в каждого частицу себя, однако неусыпно следил за ангелом. Она не помолодела, однако все чаще улыбалась, играла, становилась смелее. Словно вот вот и взлетит. Но стоило ему приблизиться, как она замыкалась, сжимаясь. Каждый день борьба, каждый день споры до хрипоты, точнее его длинные монологи, когда она больше отмалчивалась.
   Но как она менялась с однокурсниками, которые первоначально настороженно относились к более старшей студентке. Для каждого она находила нужное слово, искренне радовалась победам и огорчалась поражениям, однако протягивала руку помощи и помогала. Нередко за годы учебы Диант заставал ее уснувшей на рабочем месте, потому что ангел не выдерживала нагрузки.
   А Ажуна действительно расцветала, словно нашла источник живительной силы. Требовательная к себе, она жадно впитывала все, чему их учили, доводя себя до изнеможения, отрабатывая все занятия. Внимая своему кумиру, она пыталась заслужить его похвалу, хоть он и был требовательней к ней, въедливей и придирчивей. Пыталась оправдать его веру, гоня мрачные мысли прочь. Раздираемая внутренними противоречиями, она изматывалась, а ведь еще и работа в приемной. Нередко она засыпала над документами, чтобы проснуться на диване, укрытая пледом. Требовательный наставник по отечески переживал за студентку.
   И вот завтра выпускной спектакль. Ажуна в главной роли, он настоял. Три часа на сцене, три часа непрерывной игры, длинные монологи, вокальные партии, танцы. Все студенты разошлись, а на сцене остались двое. Он и она. Ректор и студентка. Начальник и подчиненная. Ангел и Демон.
   -- Ажуна, ты готова?
   - А вы как думаете?
   Диант кивнул головой, с ненавистью смотря на яркий шарф, который обнимал плечи студентки. Робкая фигурка с белыми крыльями стал родной, близкой и он злился, что ошибся, издеваясь на женщиной. Великий Диант, мастер сцены, гениальный педагог впервые чувствовал свою никчемность. Спасти ангела от забвения он не мог.
   -- Это хорошо. Значит, я вас не подвела.
   - Из тебя получится великая актриса. Ты станешь звездой.
   - У меня гениальный учитель, Но спасибо за добрые слова. Вас мне все равно не превзойти.
   - Ошибаешься.
   - Я уверена.
   Диант задержал дыхание. Вот она истина.
   --Ты знаешь свое предназначение, - он утверждал.
   Ангел посмотрела на него и тихо начала говорить:
   -- Первый раз я увидела ваш фильм в возрасте пяти лет. Помните, старая волшебная сказка? А дальше я стала уже отслеживать ваши работы, когда подросла, то посещала спектакли. Я знала предназначение , знала, что моя жизнь должна быть связана с театром и сценой. Родители помогали. И вот потом... Вы уже были назначены главой Академии, а я сидела ошеломленная над результатами исследований. Оказывается я должна была сменить вас на месте Ректора. Выпускной экзамен, пара лет в театре, головокружительная карьера. Возможно кого-то это и порадовало, но я... Вы действительно мой кумир, но это не фанатизм. Я видела, как вам давались роли, какая это работа. Я видела как вас превозносят студенты и преподаватели. Я не имела права. Я же посещала любое мероприятие с вашим участием, чтобы учиться. Глупо прокололась на пении. Зачем вы так со мной, маэстро? Вы ненавидеть меня должны. Я же выскочка, никто, а вы.. Я чувствую себя предателем.
   Диант усмехнулся, стягивая с плеч шарф.
   -- Ажуна, это не предательство. Это закономерно.
   - Вы успокаиваете. Красивые слова, не более.
   - Ты же знаешь, у меня нет привычки лгать. Так что послушай темного, ангел. Ты напоминаешь меня в молодости. Шальной бунтарь, даже поучаствовать в Великих битвах успел. И я тоже боялся стать актером, потому что очень уважал своего наставника. И знал что превзойду его, если выйду на сцену. Долго бегал, пока он меня не выловил и не дал хорошую затрещину. Превзойти учителя, кумира - это не преступление. Мы продолжаемся в наших учениках. Твой успех - это высокая награда и для меня. Так что вперед, светлая. Пора взлететь.
   Она блистала на сцене. И завтра, и потом, через год, через два, сквозь века. Он продолжал учить ее, а позже со спокойной душой отдал в надежные руки Академию, но так и не бросив актерскую стезю. Два кумира, две звезды. Он и она. Учитель и ученица. Темный и светлая. Демон и ангел.
  
  
♥Кьяза
   Лабиринты жизни и любви..
  
  В сквере ссорились двое. Девушка и парень. Прохожие лишь косились, проявляя сиюминутное любопытство, а потом вновь устремлялись по своим делам, тотчас забывая о паре. А парень и девушка кричали, размахивая руками. Она в черной куртке и джинсы в обтяжку, даже топала ногой, пытаясь казаться грознее. Он лишь потирал в некоторых случаях небритый подбородок, а потом продолжал упрямо гнуть свою линию.
  Солнце на ярко-голубом небе, свежие листочки на деревьях, ручьи хулиганы разукрасили дорожки. Весна. Время любви, а они ссорятся.
  И никто не замечал хмурого мужчину в длинном черном пальто, сидящем на лавочке неподалеку от парочки. Темные волосы были тщательно расчесаны и уложены в длинный хвост, также модная небритость, в общем почти обычная личность, если бы не два но... Первым странным обстоятельством был длинным меч, лежавший у него на коленях, просто так, без ножен. Клинок поблескивал на солнце, а особо смелые лучи пытались отражаться в большом прозрачном горном хрустале, который венчал рукоять холодного оружия. Но даже с мечом можно было примириться, пусть милиция разбирается с этими толкиенистами, если бы не еще одно но... Это хвост. Такой обычный, змеиный, с непонятным наростом на конце, почему-то из перьев, чем-то напоминающий по форме сердце. Хвост вел себя весьма неприлично. И если мужчина не шевелился и даже кажется не дышал, то хвост наоборот метался во все стороны, нервно постукивая по земле, правда тщательно избегал луж. Никто мужчину не видел, зато он все замечал.
  А спор двоих ожесточился.
  -- Архон Тиар, - раздался мелодичный голос.
  - И почему я не удивлен? - отмер мужчина, слегка подвигаясь.
  - Ну извини, что не разочаровала. Только ритуал не нарушай, - рядом с Тиаром на скамейку опустилась миловидная женщина в светлых одеждах.
  - Архон Анла, - покладисто произнес он, - слушай, Анла, да ну нафиг все? Вот почему опять тебе наряд дали? Я ж специально переехал, отправился в ссылку в этот отсталый мир с повышенной эмоциональной и психической неустойчивостью обитателей. Жена плешь проела, потому что детям сложно добираться до школы.
  - Тиар, ты меня спрашиваешь? Мы нарушили правила. Меня как видишь тоже сослали. Вот точно не думала тебя встретить.
  - У тебя какие инструкции?
  - Развести, - женщина поглаживала свой меч с темным гематитом в рукояти, - сам знаешь последствия.
  - Ага. Их сын разнесет этот мир к едрене фене.
  - Не выражайся.
  - Да ладно, первый раз, что ли, - он беспечно отмахнулся, продолжая следить за ссорой.
  Анла тоже смотрела на пару, но ее хвост с нелепой кисточкой из перьев завис над асфальтом, словно боясь испачкаться.
  -- Тиар, тебе не кажется, что это последствия того нашего решения?
  -- Анла, не начинай, - поморщился он недовольно.
  -- Я ищу выход, - отрезала она, следя за людьми.
  Там уже перешли на матерные слова. Тиар покосился на светлую и вздохнул.
  Архоны - высшие демоны, которым подвластны вопросы жизни и любви. Любой любви. Любой жизни. Среди архонов есть иерархия, есть те, кто принимает решения, а есть те, кто работает в полях. И всегда в паре. Свет и тьма. Добро и зло. И всегда есть маленький нюанс. Архоны, работающие в полевых условиях ,не заводят семьи. Вернее не заводили, пока Тиар и Анла, лучшие из лучших, работавших в паре, вдруг не влюбились и не поженились. Знаменательный день омрачился скандалом. Два лучших работника выбрали себе в супругов совершенно других архонов, словно забыв о слиянии энергий при выполнении пусть и не всех заданий. А самым лучшим способом был... он самый. Секс. Поэтому архоны, которые напрямую контактируют с жителями миров, почти все холостые. А тут еще и супруги со стороны, что осложняет ситуации и может отрицательно сказаться на работе. Да и еще один из Верховных судей, что выносит решения, попал в сложное хитросплетение семейных отношений двух архонов-бунтарей.
  Общество бурлило и возмущалось, и пока все они судачили, Анла родила мужу пару сыновый, светлого и темного архона, у Тиара же родились светлый сын и темная дочь. Постепенно архоны успокоились, потому что Тиар и Анла продолжили работать в паре как не в чем ни бывало, правда и дел, когда требовалось слияние энергий не было, ровно до рокового дня, когда они изменили решение судей. Тогда шла речь о ребенке в одном из миров. О жизни младенца, родившегося с увечьями, которые в том мире были сродни проклятью. Малыш должен был умереть, и в его случае это было награда, потому что смерть освобождала невинное создание от боли. Тиар и Анла оставили малышу жизнь, рука палача дрогнула и он забрал себе малыша. Мир тогда изменился, потому что кровавых дел мастер уволился и занялся медициной. Пытаясь облегчить страдание приемного сына, он сделал множество открытий, которые ускорили прогресс. Добро? Возможно. Вот только выживший ребенок, которому природа в компенсацию дала пытливый ум, создал подъемный механизм, который установили в королевском дворце. Но при строительстве часть денег украли, поставили плохую веревку и в один из дней она лопнула. Лифт упал, у жены короля случился выкидыш. Короля хватил удар, а наследника не было. Мир погряз в гражданской войне, и потребовалось пару веков, чтобы его стабилизировать.
  В произошедшем обвинили Тиара и Анлу, которые не закончили ритуал. Архоны молчали, не отрицая и не подтверждая вины. После суда их отправили в ссылку вместе с семьями, и даже хотели отстранить от работы, но не смогли. Лучше них никого не было.
  ***
  А пара продолжала ссориться, и вот парень замахнулся на девушку кулаком. Реакция архонов молниеносна. Мир вокруг застыл, словно его заморозили. Два меча вонзились в людей. Архоны медленно подошли к людям.
  --- Ну что Тиар, что делать будем?
  -- Их ребенок станет вундеркиндом, тем более она уже беременна, - темный пристально посмотрел на потемневший, словно налившийся кровью, камень своего меча, что торчал из спины девушки, - он создаст нечто, что станет источником огромной энергии. Желая заработать, чтобы очаровать понравившуюся девушку, наивно продаст изобретения одному ловкачу, что станет началом конца этого мира. Впрочем, человечество давно стухло, его время пришло.
  -- Если их развести сейчас, то она станет матерью-одиночкой, но ничего не изменится. Кроме одного - тогда у человечества вообще не будет шанса, потому что девушка окажется его кровной сестрой. Он не будет продавать, он сам нажмет кнопку.
  Архоны переглянулись.
  -- Не договариваешь, Анла.
  -- Есть только один вариант. Мы можем изменить судьбу ребенка посредством ритуала слияния энергии. Ведь родители у него умные, просто нужно слегка помочь. Тем более зачали они его сегодня ночью.....
  - Шалунья, - хмыкнул Тиар.
  -- Тиар, мы столько раз это делали, что один раз ничего не изменит. Давай дадим миру еще один шанс.
  -- Да я и не против, скажем так, я даже в предвкушении. Сейчас, жене сброшу сообщение, что задержусь из-за тяжелого случая на работе.
  -- И я, - мурлыкнула Анла.
  Со стороны выглядело немного чудовищно и фантасгармонично. Застывшая действительность, двое с мечами в спинах, где на рукоятках красным пульсируют камни и хвостатые демоны, набирающие текст смсок.
  -- Готова? - первым вскинулся Тиар.
  -- Всегда готова.
  Мечи покинул своих жертв одновременно, чтобы скреститься уже друг с другом. Звон металла, искры. Яркая вспышка, которая ослепила, и вот вверх взлетают два демона в истинном обличии. Взмах крыльев (так вот что прятали хвосты), еще один всплеск света.
  Мир ожил, архоны исчезли.
  Парень словно очнулся, увидев, как сжалась перед ним девушка, и резко отпрянул, чтобы через мгновение вновь вернуться к девушке, обнимая и целуя:
  -- Жанна, Жанночка, прости. Хорошо, не поедем к маме, сейчас позвоню и отменю. Слушай, не сердись, идиот я. И на рыбалку не поеду.
  -- Нет, Тём, я... я наверно не права. Ты же пацанам обещал.
  - Ну и фиг с ними. Или даже лучше, поехали со мной? Возьмем палатку, я тебя ухой настоящей накормлю.
  - А ребята?
  -- А плевать, мы с тобой только вдвоем поедем, зачем нам еще кто-то? Жанка, прости, я придурок. Пойдем домой.
  ***
  Тиар появился на пороге дома вымотанный. Отдав всю энергию на изменение жизни людей, он едва стоял. Его ждала жена, которая уже получила зашифрованное послание:
  -- Дети отправлены к бабушке и дедушке, - отрапортовала она, - насколько все плохо было?
  - Жоли, мне потребуется очень длительная терапия, на пару дней точно. Можешь начинать. До кровати не дойду. Силы на исходе, Анлу еще пришлось относить до дому.
  - Я заметила, - темная архон посмотрела на ссадину на виске мужа, - Это тебя Влайн приложил?
  - Знаешь, твой брат, он же ее муж, он же Верховный, сначала бьет, потом думает, если дело касается жены, -Тиар все-таки нашел переступить силы через порог, - я сказал, что пусть тогда сам таскает ее. Анла пыталась возразить, но по ней откат ударил больше. Женщина, где мой поцелуй?
  На этом разговоры закончились. Чуть позже, когда Тиар уже слегка восстановился, а обессилевшая Жоли, наоборот, спала, в гостиной послышался шорох.
  Архон вышел и застал белого демона, что стоял у окна.
  -- Архон Влайн.
  -- В этот раз тоже все обошлось, - жестко ответил он, - ваш финт опять не заметили. Вы рискуете, меняя решение судей и не соблюдая ритуал.
  - Мы, Влайн, мы. Ты сам предложил такой способ, идя на поводу сестры и жены. Просто я прошу тебя, в следующий раз, получая сообщение, прибывай на место. С каждым разом вкладывается все больше и больше энергии, Анла теряет сознание.
  -- Она просто беременна, - смущенно буркнул один из высших судей архонов, - ладно, восстанавливайся. Кстати, а что вы сделали?
  -- Близнецов, - усмехнулся Тиар, усаживаясь в кресло.
  И вовремя, потому что кулак Влайна просвистел рядом с виском.
  -- Остынь, ревнивец. Просто Анла этой девушке изменила плодность беременности, и теперь парочка ждет близнецов. Разделенная на двоих любовь родителей не сотворит абсолютных гениев, а значит пока конец света откладывается.
  -- Прости.
  -- Сестру позвать? - съехидничал Тиар.
  -- А Жоли в состоянии? - парировал Влайн.
  - Неа, - довольно похвастался архон, - ладно, в этот раз пронесло и ладушки, значит пока продолжим игру.
  Влайн кивнул и покинул дом зятя.
  Темный же устроился в кресле и задумался. Стоит ли говорить архонам, что извечный ритуал трактовали неправильно? Готовы ли те, кто сам меняет судьбы, к резкому повороту истории? И самый главный вопрос - а кто заведует жизнями архонов? Любовь и жизнь, жизнь и любовь переплетаются.
  
  
♥Кьяза
  Любовь безусловная
  
   Если перечислять регалии, то окружающие начинали скучать уже на десятой минуте, тайно. Открыто зевать перед лицом Барудара никто не рискнет. Нет, страшный и опасный демон великой Империи Турхтанов не страдал несдержанностью. У него вообще не было недостатков. Бесстрашный, невозмутимый, справедливый, непобедимый, спокойный - перечислять его достоинства тоже долго. Демоницы всех возрастов и каст падали в обморок и крутили хвостом, когда Барудар появлялся в поле зрения. Открыто флиртовать побаивались, лишь издали смущались и смахивали слезы умиления кисточкой хвоста. А если Барудар обращал внимание, то столбенели и не могли не сказать ни слова. Кто-то пустил слушок, что старшему боевому демону нравятся изящные кисточки, и вот все салоны пожинали хорошую прибыль накручивая и укладывая пушистое окончание хвостов женского населения. Словно сговорившись, все делали на хвостах сердечки, и на улицах теперь рябило от страз, пайеток и ленточек, которыми украшали дамы кисточки в надежде, что именно на них обратит внимание грозный Барудар. Даже мужчины поддались трендовому влиянию, но в ход шел гель, лак и шипы.
   А главный боевой демон империи из касты боевиков хмыкал и оставался безучастных к ухищрениям дам. Ведь ничего не менялось - стоило ему подойти к девушке, как та падала в обморок в лучшей случае. В худшем... Врачи констатировали клинические смерти, впадение в кому, несколько случаев инфарктов от радости и инсультов от счастья... Ушлые родственники пытались впаять иск виновнику, однако сами попадали на ответные иски от юристов касты. Барудар даже не вникал в суть дела, он просто перестал обращать внимание на девушек, женщин и ... А мальчики его никогда и не интересовали. Долг и отчизна превыше всего.
   Вот только и с долгом последнее время не фартило. Слава бежала впереди, его боялись за пределами Империи. Битвы остались в прошлом, в настоящем лишь тренировки в надежде на будущую войну и объезд границ с теми же расчетами. Иногда Барудар помогал службе спасения, но после того, как хулиганы впали в кому при его виде, да еще и уделав меха одного дома известной звезду шоу-бизнеса эмм.. ну в общем испортив белоснежные ковры окончательно, Барудара опасались просить о помощи.
  Про домашних животных даже говорить было нечего, все они стремились спрятаться подальше, если Барудар хотел навестить соратников. Постепенно все реже и реже его приглашали. Все больше замыкался в себе боевой демон, трижды герой освободительных операций на побережьях Ихтван, Турпав и Баредкур, кавалер ордена за заслуги перед отечеством в столетней войне с дроу под Жинакетом, участник боевых действий под Юлактеном, кавалер орденов за смелость всех степеней, участник в освобождении эльфов под мостом Партур, единственный участник битвы с гномами за освобождение русалок в Ханикастом океане, кавалер орденов за храбрость орков всех степеней за помощь в освобождении столицы оркской империи Вакх от вампиров, кавалер орденов за отвагу всех степеней империи Вампиров за помощь в снятии оркского ига, и так далее и тому подобное.
  В общем в один прекрасный день Барудар вновь дозором обходил границы, как вдруг среди расщелин на границе с гномьими владениями услышал писк. Нет, не писк, плач. Хныкание доносилось из каньона, известного зыбучими песками, отвесными стенами и коварными острыми выступами. Несмотря на грозный вид, Барудар обладал добрым сердцем.
   Он не раздумывая ринулся вниз. Плач, усиленным причудливыми изломами камней доносился из самого сердца каньона. Боевой демон спускался вниз, помогая себе хвостом. Вот тут и пригодились шипы, которые он тоже себе имплантировал, поддавшись моде в тайной надежде стать ближе к народу. Плач не прекращался. Жалобный и отчаявшийся словно несчастный уже потерял надежду. Но вот перед грозным демоном зыбучие пески. Им плевать на его регалии, они не падают в обморок от одного вида боевого демона. Узкая тропка камней, и массивному боевику приходится перебираться через опасную область едва ли не на цыпочках, словно балерина. Но в самом центре зыбучей трясины пришла беда. Песчаные гадюки учуяли теплокровного. И пришлось Барудару еще и от пресмыкающихся отбиваться, балансируя на одной ноге посреди трясины. В какой то момент он уронил меч, который с огромным удовольствием сожрали пески. Гадюки радостно зашипели и усилили атаку, но Барудар расправился с ними голыми руками. Наконец зыбучие пески остались позади. но и голосок стих.
  - Эй, малыш, - почти шепотом позвал Барудар, боясь напугать несчастного. Грохотом прокатился его голос по стенам. с одной стороны сорвался камнепад. Барудар решил дальше идти по памяти, как вдруг хныканье вновь донеслось из темной расщелины.
  Вход в пещеру. Боевик осторожно продвигался вперед, привычно сканируя все вокруг. Голос не становился не ближе не дальше, но незнакомый малыш продолжал плач. Раньше бы это раздражало, но сейчас, когда Барудар боялся голосом вызвать обвал, неизвестный бедняжка очень помогал ему.
  А ход становился ниже и уже, вскоре Барудар опустился на колени и уже полз. Он очень боялся, что скоро у него не будет возможности передвигаться. Демон боялся говорить, чтобы не давать тщетных надежд ребенку, или не вызвать обвал каменных сводов
  Сколько прошло времени неизвестно, но вот Барудар достиг предела. Дальше он идти не мог. Голос давно стих, однако стоило демону замереть, как малыш вновь заплакал. Странно, голос доносился сбоку и так отчетливо, что демон зашарил по стене в полной темноте. Точно небольшое ответвление, куда могла поместиться лишь рука. Без особой надежды на успех, Барудар сунул пятерню внутрь и нащупал нечто меховое. Существо сопротивлялось и даже восторженно повизгивало хриплым голоском.
  - Феи? - удивился про себя демон.
  Но нет, это была не фея.
  Когда Барудар достал руку из норы, на его ладони лежал щенок. Маленький, некогда с белоснежной шерсткой, с черным носиком. При виде демона он озадаченно замолчал а потом вновь затявкал радостно и даже попытался лизнуть того в нос, но тут же пискнул. У малыша оказались перебиты две задних лапы.
  Барудар прислонился к стене и закрыл глаза - он рисковал жизнью ради куска шерсти на четырех лапах? Но долго сожалеть о содеянном ему не дали. Малыш подтянулся на передних лапках и дотянулся до лица грозного демона. Он облизал спасителя, виляя хвостиком и Барудар устыдился первоначальным мыслям бросить псинку здесь. Зафиксировав лапы щенка лоскутом, что оторвал от кожаного пояса, демон спрятал собаку за пазуху. Он отправился в обратный путь.
  В столицу он ворвался рано утром, перепугав стражу. Но еще больше перетрухнул персонал круглосуточной ветклиники, куда Барудар вошел размашистым шагом, забыв открыть дверь. Пять обмороков, два инфаркта. Пока скорая разбиралась со слабыми медсестрами, демон выловил особого стойкого, доставая из-за пазухи притихшего щенка:
  - Спасти можешь?
  Щенок проснулся и грозного запищал на врач, а затем попытался облизнуть демона. Врач лишился чувств.
  ***
  Жужу обрела новый дом. Пару красивых ошейников, ограненных лучшими драгоценными камнями - дар гномов. Ноги восстановились, теперь причиной обмороков и дикого экстаза окружающих дам стал боевик, выгуливающий маленькую собачку в центральном парке столицы. Он неспешно шел по аллеям, снисходительно наблюдая как белое пушистое чудо размером с кулак демона, прыгает по дорожкам. Иногда Жужу подбегала к хозяину заливисто лаяла, требуя взять ее на руки. Барудар подхватывал любимицу и радостно вылизывала счастливого демона. Когда любишь, неважно кто он. Любишь просто так, без причин и от чистого сердца.
  
  
♥Маска 2
  Душевный выбор
  
  Крохотная искорка, чуть ярче светлячка, металась по огромной серой приёмной, туманные стены и потолок которой, казалось, уходили за горизонт и в невиданную высоту.
  - Погодите-погодите! Вот она я! Жасмина Игоревна Григорьева! Вот, перед вами!
  - Ну что вы, что вы, - мужчина покачал головой и сложил руки на животе, - говорю вам, милейшая, вас не существует!
  Вообще, мужчина выглядел очень необычно: высокий, красивый, темноволосый и разноглазый. Правый - ярко-голубой, левый - темно-синий, почти черный. Его голову украшали аккуратные, загнутые назад рога и на эти рога был натянут золотой нимб. Еще у мужчины имелось шикарное тело, облаченное в балахонистые штаны и какое-то подобие расстегнутой на груди рубахи. Заканчивал образ длинный полночно-чёрный хвост с аккуратной белой кисточкой-сердечком на конце.
  - Ну, как не существует! Вы ошибаетесь! Вот же я! Это же я?
  - Милейшая, это не можете быть вы, поймите! И ошибок мы не допускам! Контора, знаете ли, венков не вяжет!
  - Может веников?
  Он посмотрел на меня так скептично, что я даже потускнела. Потом вздохнул, щелкнул пальцами и развернул появившийся из ниоткуда свиток, конец которого упал на пол и укатился куда-то вдаль.
  - Тэк-с... Тэкс... Хммм... Вот, смотрите, - поманил длинным когтем, вынуждая подлететь поближе, - Рождение, трудное детство без отца. Мама и бабушка всегда на работе. Ну, тут ладно, драки в яслях, садике и детских оздоровительных лагерях, - он закатил глаза. - Люди, я от вас иной раз в шоке.
  - Почему?
  - Потому что хорошее место лагерем не назовут!
  Не поспоришь.
  - Так, вот! Вот! Школа! Выпускной бал! И на выпускном балу ваша лучшая подруга уводит вашего любимого!
  - Это не преступление, знаете ли!
  - Это - нет. А вот как вы на это отреагировали?
  - Пожала плечами и сказала, чтобы забирала.
  - А что чувствовали?
  - Ярость, боль, беспомощность, - под взглядом этого существа врать не получалось, а воспоминания становились яркими, словно ситуации только что произошли со мной. - Хотелось выдрать волосы. Обоим.
  - Ну, волосы, допустим, вы бы не выдрали не то воспитание. Но вот высказаться нужно было.
  - Всегда надо вести себя, как леди!
  - Да-да-да, сейчас. Минутку. Аха! 'Сдерживай эмоции, никто не должен видеть твои слёзы, ты же леди, в конце концов!.. Держи себя в руках, веди себя, пожалуйста, как истинная леди!... Не лезь в драки, это недостойное леди поведение!.. Не перебивай и не спорь со взрослыми, леди себе этого не позволяют!..' Продолжать?
  - Нет, не стоит, - я и сама прекрасно помнила все, что в мою голову вдалбливалось с детства.
  -Так, идем дальше. Вот! После окончания школы вы поступаете в медицинский институт!
  - Мама этого очень хотела!
  - А вы-то что хотели сами?
  - В строительный институт, на факультет архитектуры и дизайна. И обязательно на бюджет! Но все говорили, что это очень сложно и только по блату, а у нас не было тогда таких денег, - буркнула, понимая, что все это сейчас лишь слова.
  Мужчина поцокал языком и пролистнул свиток.
  - А ведь шансы были. И очень хорошие, к слову. А уж ваша фантазия, дарованная в том числе и для этого, Создателем, при реализации проектов давала бы просто бесподобные результаты! Я уже молчу о том, что в ваших домах, построенных для частных лиц, всегда царило бы счастье! Это, милочка, был вам дар, задавленный вами в корне.
  Я потускнела и опустилась почти на свиток.
  - Однако, этого всего вам было мало! Вы плюнули на себя, не занимались никаким спортом и сидели на приёме в районной поликлинике злая и недовольная жизнью и всеми вокруг.
  - Неправда! У меня были друзья! А спортом... Да некогда было просто.
  Мужчина расхохотался.
  - Все так говорят 'некогда!', тошно даже. Я молчу о той самой 'подруге', которая увела у вас любимого мужчину, прожила с ним три года и потом еще четыре раза выходила замуж, начиная от сантехника, заканчивая итальянским мафиози, - он снова заглянул в свиток, - В итоге друзья... Друзья... Аха. Классика, как же иначе! Из друзей у вас был только старый кот Тима и чихуахуа Сеня.
  В меня обличительно упёрся черный ноготь.
  Возразить было нечего.
  - Замуж зачем вышли, за Иннокентия, я вас спрашиваю?!? Не любили и не хотели же!
  - Так лет-то уже много было! Родня вся плешь проела 'когда замуж выйдешь, когда детей родишь, годы идут, ты не молодеешь...'.
  - Это не повод! - он устало откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. - И свою жизнь зря прожили и ему счастливым стать не позволили.
  - И что теперь? В Преисподнюю? - я уменьшилась, казалось, вдвое.
  - Ха! Её еще заслужить надо.
  - Заслужить? - пискнула чуть слышно.
  - Насиловали? Грабили? Убивали? Издевались над кем-нибудь?
  - Нет!
  - Вот видите, даже тут не за что зацепиться, - он неодобрительно воззрился на меня. - Тьфу, прожили жизнь по чужим лекалам, сами счастливы не были и другим не позволили быть счастливыми рядом с вами! Говорю же, вы - никто! Вас нет.
  - И что теперь?
  - Рассеивание. Вы не нужны этому миру.
  - НЕТ! Я исправлюсь! Дайте мне шанс! У каждого приговорённого есть последнее желание, в конце концов!!!
  - Хмммм. Еще раз?
  - ДА! Пожалуйста! - я засветилась ярче, настолько, насколько смогла, всем видом признавая готовность исправиться.
  - Нет, не думаю, что справитесь.
  - Да вообще, кто вы такой? У вас вон нимб на рогах! Вы хоть право-то имеете меня судить?
  - Я Привратник, во мне ровно половина от рая и ровно - от ада. Помогает, знаете ли, быть беспристрастным и выносить самый справедливый приговор.
  - И всё-таки, прошу еще один шанс, - я снова потускнела, уже, правда, ни на что особо не надеясь.
  Мужчина какое-то время думал и в это же время отбивал своим хвостом с кисточкой-сердечком на конце незатейливый ритм, видимо, в такт мыслям.
  - Хорошо! - ударил широкой, сильной ладонью по столу. - Я, Привратник Межмирья, приговариваю душу под номером тридцать пять миллиардов девятьсот восемьдесят пять миллионов двести двадцать две тысячи двадцать пять пережить заново всю свою жизнь! Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.
  Его глаза ярко сверкнули и стены будто сомкнулись, уничтожая искорку, что была когда-то Григорьевой Жасминой Игоревной.
  
  Жасмина покачнулась от того что в глазах резко потемнело. Она схватилась за стену около раковины, над которой стояла, согнувшись и стараясь позорно не разревется. Её лучшая подруга - Светка Рявкина, только что сообщила, что Тимур бросил Жас. Стараясь привычно 'сохранить лицо' и не показать, насколько больно, она пожала плечами и сказала, что это хорошая новость, сама думала уж про это.
  - То есть ты не против, что он теперь будет встречаться со мной? - Светка откровенно была довольна таким поворотом событий.
  - Забирай.
  Жасмина выпрямилась во весь рост и посмотрела на себя в зеркало. Показалось, или кто-то прошептал: 'не бойся, это не слабость'.
  И в этот же миг в туалет залетела довольная Светка.
  - О! Как здорово, что ты тут! Я только что позвонила маме и сказала, что мы после выпускного пойдем все гулять и ты с нами! Прикроешь потом, чтобы нам с Тимочкой не попало?
  - Нет!
  - Как? - от удивления Светка выронила помаду, но тут же кинулась с обвинениями, - Ах ты дрянь! Прикрыть нас не хочешь! Мстишь, сволочь?
  А Жасмина, вместо того, чтобы слушать это, открыла кран, резко схватила бывшую подругу за шею и макнула под воду головой, держа там вырывающуюся Светку, вынуждая размыться косметике, испортиться прическе и растечься темному пятну по бархату платья.
  - Остынь. Вы мне не нужны. Оба, - сказала и поняла, что это правда.
  Отпустила, похожую на мокрую кошку девушку, спокойно улыбнулась в глаза поносящей её последними словами Светке, растерявшей весь свой лоск и красоту... И ушла, гордо расправив плечи, за которыми, кажется, распахнулись крылья.
  Впереди её ждали вступительные экзамены. Плевать на все разговоры! Она подаст документы и в медицинский, как хочет мама, и в архитектурный, как душа просит! Кто знает, может Создатель ей и поможет.
  
  
  Привратник, не дыша, смотрел в зеркальную поверхность стола и не верил своим глазам. Она справилась! Она смогла! Мужчина опустил голову на руки и его плечи затряслись то ли от рыданий, то ли от смеха. Он, признаться, и сам не знал...
  Чуть успокоившись, извлёк из воздуха папирус.
  'Объяснительная.
  Я, Привратник Межмирья Северных Врат, допустил очередной раз пережить жизнь душе Григорьевой Жасмины Игоревны, являющейся моей истинной второй половиной. По существу происшествия оправдываться не вижу смысла. Во искупление допущенного обязуюсь отработать Привратником следующие шестьдесят четыре года без перерывов на обед и отпусков.' Приложил кисточку-сердечко, ставя оттиск, и отправил в Небесную Канцелярию.
  Он вспомнил, как много веков назад, в последний день очередного отпуска, увидел её на земле в каком-то ресторане, где она, будто стараясь избавиться от тяжести не своей жизни, танцевала, словно в последний раз. Они познакомились и проговори с ней до утра. Он сказал тогда, что находится тут в командировке и что с утра уезжает домой, где у него жена и дети, поэтому будет недоступен. Врал ей в глаза, а сам уже знал, что нашел свою пару. Ту, за которой, после её смерти, он уйдет из Межмирья. А в ад, или в рай, зависит от того, как она сможет прожить, наконец, СВОЮ жизнь по СВОЕМУ выбору.
  Привратник в последний раз взглянул в зеркальную гладь стола, погладил когтем силуэт девушки, стёр её изображение и позволил следующей душе влететь на Суд, ведь личное - личным, а работу никто не отменял.
  
  
♥Маска 5
  Отдать...
   Сегодня я должен ее отдать другому. Она сама так попросила. Отдать навсегда. Она отказала самому Императору и попросила меня отдать ее другому. Пытка, какая же жестокая пытка была придумана для меня. Сам, своими руками отдам ее другому.
  
   Шаг к ней, она улыбается, ее голубые глаза волнуются, как море за окном. Тогда они тоже волновались. Вольный убить, выбрал другое. Что остановило мою руку тогда? Может это волнение в голубых глазах? Или тихий голос? А может готовность принять смерть?
  
   Чужая везде, плод сиюминутной страсти - белой демоницы и темного демона, потомки великих родов, опозорившие свои дома. Слишком светлая для темных, слишком темная для светлых. Ненужная никому. Смерть была для нее избавлением. Не смог.
  
   Сотню лет она рядом, сотню лет согревает своим теплом мое холодное сердце. Единственная, кто любил меня просто так. Единственная, кого люблю я без условий. Ее смех, что я только не делал, чтоб она смеялась. Лорд сумрачных земель был шутом ради полукровки. Сегодня я должен ее отдать. Наши хвосты переплелись, кисточки образовали сердце темная половинка и светлая. Последний раз. Скоро она будет принадлежать другому, с ним она будет единым целым. Сможет ли он ее защитить? Будет ли он к ней добр? Будет ли ценить тот дар, что передам в его руки? Попросит ли она помощи, если он окажется жестоким у меня? Или как и тогда, будет смиренно ждать смерти?
  
   Ее рука в моей. Шаг, еще шаг. Мир замер вокруг. Только звук шагов и стук сердец. Его ладонь. Вложил ее руку в его. Отошел к гостям. Все теперь она жена Наследника. Моя полукровка-сестра, изгой, обожаемая Розэнджела, будет управлять Миром, что был к ней так несправедлив.
  
   А я всегда буду рядом, ведь за младшими надо приглядывать.
  
  
♥Меркулова Ирина
  Сказ о бесстрашной воительнице Тэжжере Огнеглазой и Повелителе Демонов
  
  - Следующая, - пренебрежительно махнул рукой облезлый шакал на троне.
  Два стражника мгновенно подхватили под руки тщедушную девицу, что стояла, закутавшись по самые глаза в тончайшие полупрозрачные сверкающие ткани, и уволокли прочь. А двое других таких же прихвостней шакала схватили меня так, что я и пикнуть не успела, и поставили на ее место. Это меня, воительницу племени Херхмат-Ану, наследницу и гордость его могучего вождя Гохмурта Сокрушительного, непобедимую, вселяющую ужас в души врагов одним лишь боевым кличем Тэжжере Огнеглазую?!!!
  И ведь держат так, что не вырваться. Собаки трусливые забрали все оружие, вплоть до самого малого кинжала ойту. Ха, как будто это меня остановит! Они не знают, с кем связались, вонючие песьи ублюдки. Оооо, клянусь доспехами Великого Бога Войны Кай-А, убью всех до единого в этом мерзком месте, пальцами выпотрошу кишки и зубами выгрызу гнилые сердца! Тэжжере Огнеглазая никогда не сдается. Никогда! Я гордо подняла подбородок и с нескрываемой ненавистью посмотрела в подлые глаза предводителя этих странных существ.
  Не знаю, к какой расе принадлежали мои похитители, с такой мне еще не приходилось сталкиваться, а повидала я врагов немало. Но клянусь рукоятью хлыста Богини Майнур, если бы они пришили к моему отцу с миром, я бы первая склонила перед ними голову. Это были отменные воины, рослые, сильные, одним своим видом внушающие уважение и восхищение. Мощные тела с бугрящимися горами мышц, поступь титана, грация пантеры и сила медведя - да от такого завораживающего зрелища сердце любой девушки нашего племени учащенно забьется, и забудет она о своем предназначении воительницы, склонит колени и признает в пришельце своего повелителя. И ни рога на голове, ни длинный львиный хвост с кисточкой на конце, ни темный цвет кожи не смутят ее.
  Если бы они пришли с миром...
  Но они заманили меня в ловушку недалеко от селения, набросились впятером, когда я всего лишь в одном домашнем доспехе с малым боевым вооружением шла к ручью умываться. Я сопротивлялась, одного вырубила, надеюсь навсегда, троих серьезно ранила. Но их было больше, и они подготовились лучше. Меня скрутили, вставили в рот кляп, завязали глаза и куда-то повели. Звуки, голоса, направление, запахи - я запоминала все.
  И ничто мне не помогло. Когда с меня сняли повязку, я поняла, что нахожусь в очень странном месте далеко от родного дома. Как такое могло произойти, не знала, весь путь занял не более четверти пути Солнца. В какую сторону ни пойди, у меня дома на несколько дней пути только лес да открытая степь. И никаких каменных замков с высоченными башнями нет и в помине.
  А здесь - зала красоты неописуемой. Стены темные, по углам во мраке теряются, все разнообразным оружием и доспехами увешаны. Вот бы оглядеться, рассмотреть все всласть, да уж, видно, не приведется. Светильники красные, колонны широкие, за такими хорошо оборону держать. Потолка тоже не видно, где-то в вышине чернотой скрыт, зато над центром висит колесо огромное, кованое, на толстых цепях, и на колесе том сотни свечей горят и не сгорают. И вот на этом самом светлом месте я и оказалась, как раз напротив предводителя гнусных псов.
  Я его сразу шакалом окрестила, потому что шакал и есть. Даром что выше всех своих воинов, и в плечах шире, и рога у него мощнее, и вообще, весь такой ... такой... описать не могу какой. Такого в мечтах своих звала, во снах видела, наяву о таком грезила. Чтобы не уступал мне в силе, чтобы сражался плечо к плечу со мной на равных, чтобы... Эх, да пусть будут прокляты все мои глупые мечты!
  Передо мной был враг.
  Очень скоро он станет мертвым врагом, не будь я Тэжжере Огнеглазая.
  Шакал между тем разглядывал меня, словно кобылу на торге. Сперва лениво, а потом вдруг нахмурился, сощурил глазюки свои змеиные, и как-то весь подобрался, прямо кошак ободранный на боевой сходке. Едва уловимым движением поднялся и подошел ко мне. Ууууу! У меня аж дыхание перехватило от той плавности, с какой он это проделал. Я столько сил положила, годами оттачивала каждое движение, могла бесшумно по самым хрустким веточкам пройти, но этот... этот словно по воздуху парил, а не ступал по каменному полу ножищами своими огромными в ботинках, железом окованными.
  Но меня на дешевые приемы не возьмешь. Думал енот смердячий впечатление произвести? Разум затуманить? Не на ту напал. Выше вскинула голову и в глаза его подлые смотрела безбоязненно.
  - Хороша, мой Повелитель. Гляньте, до чего хороша! - козлом прыгал вокруг шакала щуплый мужичонка той же неизвестной породы. Только росточком повелителю своему едва до плеча доставал, а куцым хвостом так по полу и подметал, от усердия видно. - Вы только посмотрите, как глазами сверкает! Что за взгляд! Огонь! Смерч! Ураган! А фигура? Фурия! Ведьминесса как есть! И по росту Вам подходит! Высокая, статная, и пощупать что имеется. Чернявенькая, все как Вы, мой Повелитель, любите.
  - Люблю, - задумчиво согласился шакал, в упор разглядывая меня.
  Я презрительно скривилась. Любишь, значит? Так получи!
  И смачно плюнула прямо в повелительную рожу.
  Рожа закаменела, всю свою задумчивость разом растеряв.
  - Ах! - это все, кто в зале находился, дружно выдохнули.
  Шакал пятерней вытер лицо, и уже с угрозой посмотрел на меня. А я на него. И такой мощью от него повеяло, такой силой неприкрытой, что сердце мое пропустило удар, а ноги едва не подкосились. Ах, мечты вы мои проклятые! Не к стати вы сейчас, ой как не кстати!
  Ненавижу!
  Я его ненавижу!
  - В темницу? - пискнул откуда-то снизу козел, что только что меня нахваливал.
  Это он от перепугу ниц грохнулся и голову руками прикрыл. Шакал недобро усмехнулся, глазюками желтыми полыхнул и ответил тихо, но так, что голос его до печенки пробрал:
  - Зачем же в темницу? В спальню. Воспитывать буду.
  - Слушаюсь, мой Повелитель, - уже жизнерадостнее ответил козел.
  Шакал развернулся и хотел было уйти. И тут меня осенило, что выбивалось из общей картины.
  - Где свой облезлый хвост потерял, енот вонючий? - прошипела ему в спину.
  Шакал дернулся как от удара и медленно развернулся.
  - А-ах! - опять прошлось по зале.
  - Да как ты смеешь так разговаривать с Повелителем Демонов, тупая девка! - воинственно заверещал козел. - А ну на колени и проси пощады! Живо!
  Я на его писк внимания не обратила, за шакалом следила. Похоже мне удалось его как следует разозлить. Глаза его уже не просто желтым полыхали, а наливались тяжелым золотом с красным отливом, вены на бычьей шее вздулись, а рожа его как будто стала еще темнее. Медленно шагнул ко мне, так же медленно протянул лапищу и сжал мое горло. Не спеша начал сдавливать пальцы. Нашел чем испугать Тэжжере Огнеглазую!
  - Смелая? - растягивая слова, спросил он. - Это хорошо. А то, что глупая - плохо. Подумай хорошенько, у тебя будет только один шанс исправиться.
   Верно сказал: глупая. Очень глупая. Я должна думать о том, как убью его, как кишки его выпотрошу и на шею ему намотаю, как сердце из груди вырву и зубами разорву на куски мелкие. А вместо этого в голове пусто, словно по степи ветер гуляет. Враг. Мой враг. Вот бы сразиться с ним один на один, чтобы по-честному, чтобы не выламывали за спиной руки стражники, чтобы меч мой острый вернули. Или кинжал хотя бы, мне бы и его хватило. Ах, что за чудесный бой бы вышел!
  И почему он не пришел с миром?
  Шакал отпустил мое горло, бросил стражникам:
  - Подготовьте ее.
  И ушел быстрым шагом. Меня поволокли в другую сторону. Я брыкалась, сопротивлялась, но меня несли почти на весу. Одного пса я все-таки исхитрилась укусить в плечо, на что он никак не отреагировал. Вот что значит настоящий воин: зубы у меня острые и крепкие, а на рубашке кровь выступила. Уважаю. Хотя и ненавижу.
  Меня затащили в красиво обставленную комнату, там уже ждали несколько девушек, тоже с рогами, высокие, ладные, но помельче, чем мужчины. Из-под длинных юбок нарядных платьев выглядывали кисточки хвостов.
  Как там козел сказал? Повелитель Демонов? Выходит, это все демоницы? Да хоть сами вийорры из преисподней Бога Смерти Нут-Руа, убью всех, если только пальцем меня тронут. Я им так и сказала, подробно объяснила и даже показала, что с ними сделаю, да только эти дуры не послушались. Все причитали, лепетали там что-то, увещевали позволить им подготовить меня. К чему?! К бою и смерти я и так готова, а больше мне готовиться не к чему.
  Но демоницы эти считали иначе. Стражники скрутили меня, раздели донага и засунули в большую купель с горячей водой. Ух, как же я боролась! Мокрую-то меня держать куда как сложнее. Но справились псы презренные. Вылили на меня какую-то вонючую жидкость, так что все вокруг заволокло белыми пузырьками, а потом кунали и кунали меня в воду, пока все пузырьки не исчезли. А после вынули из купели и давай тряпками растирать, мазями намазывать, волосы расчесывать и тоже чем-то вонючим опрыскивать. Как мне с таким запахом теперь по лесу ходить? Я от него и за целый оборот луны не избавлюсь. Меня даже самая тупая белка за тысячу шагов учует!
  Но на этом мои мучения не закончились. Мало этим кобылицам безмозглым показалось, они еще решили обрядить меня в тряпки непотребные. Нацепили на меня балахон до пола, весь сверкает, искрится, да только ничего не скрывает. Прозрачный, как вода чистая в ручье. Как в таком биться? Защиты никакой, только подол мешается.
  Все таки правильно шакал про меня сказал. Глупая. Все силы потратила на борьбу, да только главная битва, как оказалось, у меня впереди. Но ничего, справлюсь.
  На меня накинули темный плащ и повели куда-то. Хороший замок, грамотно его построили. Коридоры петляют, любого врага запутают. В стенах - узкие бойницы, удобные для обороны. Много ниш, где можно засаду устроить. Но ведь любые преимущества можно превратить в слабые места и использовать для побега. Я же не собираюсь здесь задерживаться. Тэжжере Огнеглазую никакие стены не удержат.
  Привели меня в комнату еще более красивую, чем прежде. Темно, мрачно, камин ярким пламенем пылает, шкуры звериные везде раскиданы. Посередине - кровать высокая, с пышными черными одеялами и подушками, с потолка покрывало, тоже черное, спускается. По углам кровати - столбы с искусной резьбой стоят. Вот к одному из этих столбов меня и приставили. Спиной прислонили, руки за спину завели и железными оковами сковали.
  Демоницы еще что-то там кудахтали, подушки взбивали, но вскоре все ушли. Вот дураки, ноги-то мне оставили свободными. Решила не терять времени даром. Развернулась вокруг столба, залезла на кровать, закрыла глаза и обратилась к духу Тикар-Ли. Сейчас как никогда мне нужна вся моя сила, вся моя воля, все мое мужество, чтобы противостоять врагу. Я смогу. Я сделаю это.
  Он вошел бесшумно, но только не для меня. Мне и глаз открывать не пришлось, чтобы почувствовать. Но Тэжжере Огнеглазая не из тех, кто боится посмотреть опасности в лицо. Я опасность люблю. Она меня пьянит хлеще хмельного вина, кровь бурлит, сила прибывает, и чувство такое охватывает, будто я все-все на свете могу, нет для меня преград никаких.
  Шакал выглядел иначе. Вроде тот же, да не совсем. Ростом как будто стал меньше, плечи расслабились, опустились, осунулся весь. Он постоял немного посреди комнаты и начал стягивать рубашку. Я так и застыла, не в силах глаз оторвать от завораживающего зрелища. Мужчины нашего племени все как на подбор силачи отменные с мускулами стальными. Загляденье! Но шакал их всех переплюнул. Такого пресса литого я отродясь не видала. Да о живот его можно кулак в кровь разбить, а он и не почувствует ничего! О, Всесильная Богиня Майнур, за что ты мне такие испытания посылаешь?
  - Знаешь, что, - словно сквозь туман донесся до меня усталый голос шакала, - у меня сегодня выдался трудный день. Все как с цепи сорвались с этими смотринами, делегаций пришлось принять штук двадцать, не меньше. А потом еще грозного Повелителя перед подданными изображать. Нелегкое это дело, скажу тебе, очень не легкое. Давай спать, а? А утром и обсудим все дела. Если поклянешься кровью предков не пытаться меня убить или сбежать, я тебя отстегну, и мы вдвоем выспимся.
  Да о чем этот пес трусливый толкует? Чтобы Тэжжере Огнеглазая с презренным врагом договаривалась? Кровью предков клялась? Да как он смеет?!
  - Сдохни! - прошипела сквозь зубы.
  - Ну как знаешь, - пожал плечами шакал.
  Обошел кровать и завалился на противоположном краю. Ишь, стыдливый выискался, даже штаны не снял. А потом, енот вонючий, еще и спиной ко мне повернулся, одеялом с головой укрылся и вроде как спящим притворился.
  И как это понимать?
  Неужто решил усыпить мою бдительность и внезапно напасть? Да он еще больший глупец, чем я думала! Подождала немного. Шакал не шевелился. Я закрыла глаза и подождала еще. Шакал легонько захрапел. Он на самом деле уснул?!
  Я со всей силы ударила пяткой ему по спине.
  - Ай, - взвыл демоняка. - Больно же!
  Ага, как же, больно ему. Вот мне действительно больно, я себе всю пятку отбила. А ему - в самый раз.
  - Зачем ты меня похитил? Отвечай!
  Шакал лег на спину и посмотрел на меня сонными глазами.
  - Завтра расскажу.
  - Сейчас, - не согласилась я и замахнулась ногой, чтобы еще разок заехать ему, теперь уже по ребрам.
  Ступня, совсем чуть-чуть не долетев до цели, оказалась в захвате здоровой лапищи. Демоняка с интересом рассмотрел мою ногу, погладил, провел пальцами по подошве. Ха, думал Тэжжере Огнеглазая щекотки боится? Да я ее даже не почувствовала. Дернулась, хотела вывернуться, но не тут-то было. Крепко держал, гад. Устроил мою ногу у себя на груди, и чем-то сильно довольный, принялся ее поглаживать. Шакал облезлый.
  - Похитил я тебя, душа моя, чтобы ты мне наследника родила, - сподобился он на ответ.
  Великий Бог Войны Кай-А, я не ослышалась?! Наследника?! Да это не шакал, это дятел, все мозги себе отбивший. Как ему только в голову пришло подобное?
  - Тэжжере Огнеглазая не кобыла, я не стану этого делать! - гордо ответила я.
  - Придется, цветочек мой колючий, - притворно вздохнул демоняка. - Так уж мы, демоны устроены, что наследника может нам родить только женщина другой расы. Родится он демоном, но от матери возьмет все лучшее, что есть в ее племени. Так мы становимся сильнее и неуязвимее.
  - Да я скорее умру десятью страшными смертями, чем лягу с тобой!
  Дернулась посильнее и вырвала таки ногу. Пусть только попробует, только попытается. Буду драться до последнего вдоха, но живой не дамся. Шакал повернулся на бок лицом ко мне, подпер рукой голову и с интересом меня разглядывал, словно я ему зверушка какая диковинная.
  - Положим, умереть тебе никто не позволит, - спокойно сказал он. - Потому что я тебя выбрал. Понравилась ты мне. Горячая, живая, не то, что остальные рыбешки снулые. Родишь наследника - отпущу домой.
  - А остальных куда дел? Всех девушек, что сегодня смотрел? Убил?
  - Почему так сразу убил? - удивился демоняка. - Я не душегуб и не злодей. Память им о том, где были и что видели стерли, да по домам и отправили.
  - Память стерли? - презрительно фыркнула я.
  - Да, демоны много разных чудес умеют делать. Будешь хорошо себя вести, я тебе покажу.
  - Засунь эти чудеса себе ...
  - Тссс, - перебил меня демоняка. - Мать моего наследника не должна грязно ругаться.
  - Я тебе покажу мать! Я тебе преисподню прямо здесь устрою, пожалеешь, что на свет родился!
  Шакал вдруг развеселился. Захохотал в полный голос.
  - Ох, ну и забавная ты! Не зря я тебя выбрал. Не передумала? Будешь клясться?
  В ответ я сказала все, что о нем думала. В выражениях не стеснялась, высказала все как есть. В ответ демоняка лишь хохотал, а потом отвернулся и уснул. А я так и просидела всю ночь к столбу прикованная. Сперва решила, что не стану спать, уж больно подозрительно вел себя шакал. Но уже глубокой ночью, убедившись, что демоняка проклятый в самом деле крепко уснул, и сама задремала.
  На утро очнулась с первым шорохом. Шакал еще только просыпался да сладко потягивался, а я уже была готова отразить любую атаку. Но опять пес шелудивый меня обманул. Поднялся не спеша, ушел в соседнюю комнату. Оттуда вышел весь влажный, в капельках сверкающей воды на рельефных мышцах и полотенце, обернутом вокруг бедер. 'Купальня', - догадалась я. Презрительно отвернулась. Это вчера я растерялась да пялилась как на диво дивное, а сегодня я снова в боевой форме.
  Шакал между тем в другую комнатку ушел, а вернулся весь такой разодетый, словно на празднование Дня Последней Битвы собрался. Подошел ко мне, осмотрел насмешливо.
  - Что, цветочек мой колючий, - спросил весело, - не одумалась еще?
  - Чтобы ты сдох, шакал облезлый, самой позорной смертью, и гиены устроили пир над твоим трупом, черви сожрали твою плоть, а падальщики...
  - Не одумалась, - понял демоняка. - Что же, тогда до вечера, кошечка моя царапучая.
  Наклонился и вдруг резко схватил меня за затылок, так, что я пошевелиться не могла, и поцеловал в губы.
  - Ах ты ж стерва! - крикнул он, отскакивая, когда я ему губу до крови прокусила.
  - Это тебе мое последнее предупреждение, пес шелудивый. Лучше отпусти по-хорошему.
  - Ну уж нет, - пуще прежнего развеселился шакал, вытирая пятерней кровь с подбородка. - Теперь точно никуда не отпущу. Моей будешь!
  Когда он ушел, стражники отвели меня обратно в те покои, где глупые демоницы надо мной издевались. Первым делом я обследовала помещение, но ни единой лазейки для побега не нашла. Комнаты были хотя и очень красивые и богатые, но без окон, а наружу вела только одна дверь, крепко запертая. Конечно, я попыталась внезапно напасть на стражников, когда они еду приносили, но ничего не вышло - слишком много их было. А потому остаток дня я спала и силы копила. К вечеру все повторилось: демоницы, купальня, мази вонючие, балахон прозрачный, столб в спальне шакала и оковы железные.
  Снова демоняка веселился, клятвы требовал и, похоже, насильничать не собирался. Вырядился в новые штаны - светлые с синими полосками - и спать завалился. Да только зря он надеялся, что я ему так просто уснуть дам. Ногами на этот раз не била, зато рассказывала о судьбе его страшной, что грозит ему, если меня не отпустит.
  - Слушай, - лениво отозвался, наконец, шакал, - хватит меня уже обзывать по-всякому. У меня имя есть. Дарую тебе право обращаться без титула, можешь называть меня Аархароном.
  - Ты, шакал шелудивый, не заслужил право называться по имени, - был ему мой гордый ответ.
  Демоняка вздохнул, головой покачал, пробормотал что-то себе под нос, кажется 'вот коза упрямая', и уснул.
  Так потянулись однообразные дни и ночи. Устала я до невозможности. Ночью сон - не сон, а не пойми что, сидя к столбу прикованной, днем - тщетные попытки выбраться из запертой комнаты. Демоняка вел себя странно, никак не могла понять, что ему надо. Вроде же сказал, что наследника хочет, но никаких попыток для его зачатия не предпринимал, меня ни к чему не принуждал, только каждый вечер разговоры заводил да целоваться лез, неугомонный. И не надоело ему покусанным ходить?
  Но хитрый, зараза, оказался. Начал на мне свои чудеса демонические испытывать, на память мою влиять, потому как часто стала я забывать его кусать. Вот пристанет он ко мне, коснется губами своими губ моих ласково, а у меня в голове все так и поплывет. Глаза сами собою закрываются, тело слабеет, жаром наливается и навстречу подлому демоняке подается. А как только в себя приду, вспомню, что враг ненавистный передо мною, он - раз - и от зубов моих тут же увернется. Я, конечно, замысел его разгадала, ругаюсь, кричу, а он знай себе хохочет, надо мной потешается. Шакал, как есть шакал облезлый. Ненавижу!
  Не зря молила я богов о помощи, послали они мне шанс на спасение. Однажды стражники принесли мне еды как обычно, а дверь запереть забыли. Я даже сперва ушам своим не поверила, когда не услыхала уже привычного щелчка. Осторожно подошла к двери, тихонько потянула на себя и обомлела - точно, открыто.
  Тенью бесшумной кралась я по замку. Если днем мне позволяли носить одежду, которую я сама выберу, а выбрала я, конечно, самое удобное для побега - темные шаровары и тунику, то оружия у меня до сих пор не было. Решила пробираться наверх. Скоро мое бегство заметят, в погоню бросятся и будут ждать на выходе из замка. Вряд ли этим дуракам придет в голову искать меня на крыше или чердаке, зато там я смогу осмотреться и придумать дальнейший план.
  Навстречу мне никто не попадался, как будто вымерли все. Оно и к лучшему, зато я могла быстро уйти как можно дальше от ненавистных покоев и спрятаться получше. Вдруг из-за угла показался стражник. Я подумать еще ничего не успела, а тело уже приняло боевую стойку. Пусть я безоружна, но побороться могу. Но стражник нападать не стал, глянул на меня ошарашенно, отошел в сторону и вытянулся по стойке смирно.
  Раздумывала я не долго, побежала дальше. Это что же выходит? Он признал во мне избранницу своего Повелителя, но не знает, что меня под замком держат, решил, будто я прогуляться вышла? Ох, ну и охрана у демоняки! Никуда не годится. Была б моя воля - я бы таких вояк в конюхи разжаловала.
  По пути мне встретилось еще трое стражников, они тоже меня беспрепятственно пропускали. А я с надменным видом мимо проходила, как будто в самом деле гуляю. А сама судорожно соображала. Ведь так мой путь легко отследить можно, демоняка проклятый быстро догадается где меня искать. Заметила дверь на балкон и бросилась туда. План созрел мгновенно: по внешней стене добраться до крыши проще простого, главное, охране на смотровых башнях на глаза не попадаться. Я такое не раз проделывала.
  Вышла я на балкон да так и замерла в изумлении. Сердце мое вмиг упало, а надежды на спасение рухнули окончательно. Черный замок стоял на узкой высокой скале посреди бескрайнего моря кипящей лавы, а в багровом небе над ним носились огромные страшные ящеры.
  - Как видишь, душа моя, даже если и выберешься из замка, бежать некуда, - раздался сбоку голос шакала.
  Я резко развернулась. Он сидел на перилах, беззаботно покачивал ногой и грыз зеленое крепкое яблоко.
  - Я подумал, ты уже достаточно освоилась, чтобы принять это, - продолжал демоняка. - Мои люди устали с тобой бороться, поэтому я решил дать тебе возможность прогуляться и понять, что нет смысла пытаться отсюда сбежать.
  Гибкой пантерой скользнула к нему, подошла совсем близко, заглянула в наглые змеиные глазюки. Демоняка все так же расслабленно сидел на перилах, грыз свое проклятущее яблоко и весело смотрел на меня. Решил, значит?
  Стремительный замах, резкий удар и... Он должен был упасть! Полететь вниз прямо в кипящую лаву и свариться в ней заживо! Но вместо этого демоняка продолжал сидеть так, словно и не толкала я его со всей силы, и даже ногою не перестал болтать.
  - Правильно я тебя выбрал, - не понятно чему обрадовался он.
  И вдруг в следующее мгновение - я даже не поняла, как это произошло - оказался стоящим передо мной. Сгреб меня в охапку и впился поцелуем. Дернулась, хотела вырваться, но куда там! Объятья у шакала стальные. Позор! Тэжжере Огнеглазая, грозная воительница, не может справиться с одним плешивым демоном! Да такой позор можно смыть только кровью - моей, а лучше его! Все, что мне оставалось - сжать покрепче зубы и губы и терпеть эту муку. Демоняка понял, что отклика не дождется, отстранился, посмотрел на меня осоловевшими глазами и прошептал:
  - Клянусь, еще пара попыток меня убить и я окончательно потеряю от тебя голову.
  - Сдохни, - привычно прошипела в ответ.
  Я со счета сбилась, сколько раз желала смерти шакалу, но Бог Смерти Нут-Руа меня не слышал. Чем же я прогневила его, что так жестоко он меня карает? Демоняка рассмеялся мне в лицо, шепнул: 'До вечера', чмокнул в нос и исчез. Просто растворился в воздухе, и я смогла тяжело выдохнуть, свободная от его железной хватки.
  Не знаю, сколько времени провела я на том балконе. Новое открытие ошеломило меня, но не сломило. Что же, война - это не только кровавый бой, это еще хитрость и стратегия. Если врага нельзя победить силой, его надо взять обманом. Демоняка хочет наследника? Хочет, чтобы я сама, по доброй воле легла с ним? Он получит это! Стану для него послушной овцой, как глупые, безмозглые демоницы, которые его так бесят. Недели не пройдет - сам меня домой отправит.
  Не только демоны умеют творить чудеса. Шаманы племени Херхмат-Ану имеют свои секреты. Воительницу подстерегает не только смерть на поле брани, но и много других опасностей. Она может попасть в плен, там ее ждут пытки и насилие. Но никогда не сможет зачать она ребенка от врага, пока сердце и душу ее переполняет ненависть, пока сама она не выберет отца своему ребенку и не захочет родить от него.
  Посмотрим, шакал, как ты теперь запоешь.
  Я легко нашла дорогу обратно в свои покои. Мне теперь некуда было торопиться, и скрываться незачем. Иначе смотрела я на стражников, что с почтением провожали меня глазами. Хорошая здесь охрана, опытная. Спокойно дождалась вечера, безропотно позволила искупать себя и обрядить в прозрачный балахон, сама пошла в спальню к шакалу.
  - Отстегни, - глухо сказала я, когда пришел демоняка.
  - Неужели одумалась? - подивился он. - И убивать меня больше не станешь?
  - Не стану, - ответила, на него не глядя.
  - Клянешься кровью предков?
  Тут уж я не выдержала, метнула в него презрительный взгляд.
  - Много чести! Одним словом моим обойдешься.
  Демоняка рассмеялся и расстегнул оковы.
  - Вот такой ты мне нравишься больше.
  С тех пор демоняка подлый, словно замысел мой разгадав, искушать меня начал. Слова шептал жаркие, от которых сердце из груди выскочить так и норовило, гладил везде так, что дышать невмоготу становилось и стонать и извиваться хотелось, словно кошке по весне. Да только Тэжжере Огнеглазая и не такие испытания вытерпеть готова. Я все выдержала. Ласки его противные, поцелуи мерзкие, объятья гадкие. Каждый раз пока терзал шакал тело мое несчастное, лежала я неподвижно с закрытыми глазами и читала молитву Великому Богу Войны Кай-А, чтобы дал мне мужества и сил вытерпеть все муки, укрепил волю в непримиримой ненависти к врагу, не позволил сломаться и поддаться на обманчивую нежность коварного демоняки.
   Странное дело, но Аархарон никогда полностью не раздевался, всегда спал в штанах, а когда наследника делал - только приспускал их немного. Дикие демоны и обычаи у них дикие. Штанов у шакала было великое множество, каждый день разные надевал. Неужто хотел так на меня впечатление произвести? Глупец! Тряпками цветастыми он может безмозглых демониц своих соблазнять, а для воительницы главное - доспех. Что на поле боя, что на любовном ложе.
  Но тут пришлось признать, что с любовными доспехами у шакала все достойно оказалось. Я не была невинной девицей, кое-что и в этом деле понимала. Воин должен снимать напряжение и усталость, и утехи с мужчиной порой лучшее для этого средство. И демоняка проклятущий этим средством владел в совершенстве. Не мало, видимо, тренировался.
  И опять потянулись для меня однообразные дни и ночи, теперь уже наполненные безысходностью и ожиданием. Никак не хотел демоняка угомониться, не надоедала я ему отчего-то, не отсылал он меня домой, хотя я все для этого делала. И покорною была, и безмолвною, статуей ледяной в постели лежала и на ласки не отвечала. А про себя уже горько жалела обо всем. Пока непримиримо по ночам у столба сидела, оно как-то легче было демоняку ненавидеть, а сейчас враг уже внутри меня корни пустил, искушал, нашептывал, уговаривал сдаться. А с собою-то всегда бороться труднее, это любому воину хорошо известно.
  Поэтому однажды все-таки сорвалась, не смогла удержаться, когда демоняка беззаботно ко мне спиной повернулся. Потом жалела, конечно, ведь без его помощи не вернуться мне домой. Но в тот миг не думая схватила его за шею, подтянулась, ногами талию обвила и изо всех сил душить начала.
  - Ах ты, моя обманщица, - ласково улыбнулся шакал, как будто моих усилий и не заметил вовсе. - А ведь обещала не убивать.
  И легонько руки мои разжал, с горла своего убрал. Чтобы не упасть, я кувырок в воздухе сделала, да видно не тренировалась давно. Все равно на ногах не устояла, в порыве схватилась да штаны демонякины да так вместе с ними на пол и грохнулась.
  Сижу, в изумлении пялюсь на голый шакалий зад, даже разозлиться на неудачу свою забыла. Есть, оказывается, у демоняки хвост! Он его вокруг ноги обмотал и под штаниной прятал. Я сперва не поняла зачем, а когда догадалась - смеяться начала так, как будто в меня вийорры из преисподней Бога Смерти Нут-Руа вселились.
  Демоняка не разозлился. Натянул штаны, уселся в кресло и спокойно смотрел, как я по полу в истерике катаюсь, ждал, пока успокоюсь. Это ж надо! У грозного... ой, не могу! ... могучего... ха-ха-ха... великого ... бедный мой живот лопнет сейчас... Повелителя Демонов... у-ха-ха! ... на конце хвоста... се... се... сердечко! Вернее, кисточка в форме сердечка. Ровненькое такое, симпатичное. Краси-и-и-ивое!
  Я смеялась и никак не могла остановиться. И вместе со смехом мне как будто легче становилось. Уходило напряжение, усталость, апатия. Я снова в себе силы почувствовала, вкус к жизни, мести и победе. Воительницы не умеют плакать, а вот посмеяться в волю над врагом - это то, что нужно.
  Когда я успокоилась и лежала на полу обессиленная, демоняка тихо заговорил:
  - Когда-то давно, сотни поколений назад, один мой предок очень сильно любил свою жену, и в знак этой безграничной любви родился у них сын с кисточкой на хвосте в форме сердца. Родители были счастливы, но мальчик, когда вырос и стал Повелителем Демонов, считал это своим позором, не достойным могучего воина. Он думал, что такая кисточка делает его смешным и слабым. И однажды, в порыве ярости, он отрубил ненавистное сердце. Разозлился тогда Изначальный Хаос, что не оценил Повелитель его награды, и проклял его. С тех пор все наследники рождались с такими хвостами. Но мои предки не сдались. Они объявили подданным, что истинные Повелители не имеют хвостов, и стали их прятать.
  Я села на полу, облокотилась спиной о кровать. Смеяться больше не хотелось. Пусть секрет не такой уж и страшный, а всю жизнь скрывать его тяжело. Как бы ни относилась я к демоняке, но ... Не то, чтобы мне его стало жалко, этого он от меня никогда не дождется. Но как ни крути, а противник он достойный и заслуживает уважения.
  - А ты не боишься, что я всем раскрою твою тайну?
  Аархарон покачал головой.
  - Помнишь, я говорил тебе, что могу воздействовать на твой разум? Я поставил заклинание, ты не сможешь никому ничего рассказать, - он помолчал немного, глядя невидящим взглядом куда-то в стену. - Я мог бы стереть тебе память или поставить смертельное заклинание, которое убьет тебя, стоит лишь открыть рот. Но я не хочу этого делать.
  Я резко вскинула голову.
  - Но я буду знать. И стану смеяться над тобой.
  Аархарон грустно усмехнулся.
  - Я столько лет хранил эту тайну. Лучше ты будешь смеяться, но я разделю ее с тобой, чем опять...
  Он не договорил и отвернулся. Я посидела еще немного в молчании, потом поднялась и двинулась к двери. Остановилась, взявшись за ручку.
  - Я не стану смеяться, - серьезно пообещала я.
  Аархарон посмотрел на меня и тихо ответил:
  - Спасибо.
  Впервые за все время заточения в этом замке я вернулась в свои покои не утром, а посреди ночи. Шла и кляла себя на чем свет стоит. Глупая, безвольная овца! Тоже мне воительница! Зачем пожалела шакала? Надо было добить его.
  С тех пор демоняка стал раздеваться полностью. И лучше бы он этого не делал, потому что так выглядел еще лучше. Меня так и подмывало прикоснуться к его гладкой коже, провести ладонью по упругим мышцам, выгнуться навстречу, обвить ногами крепкие ягодицы, зарыться пальцами в густые волосы, облизать ставшее вдруг необыкновенно соблазнительным сердечко на кончике хвоста. И я комкала в кулаках одеяло, стискивала до скрежета зубы, кусала до крови губы, чтобы не хотеть его, не отвечать на ласки, не поддаваться дурманящим поцелуям.
  Словно мантру твердила себе, что он мой враг. Врагов ненавидят. Врагов убивают. И я скоро, совсем уже скоро расправлюсь со своим врагом. Даже если этот самый враг покрывает каждый кусочек твоего тела упоительными поцелуями, сводит с ума бесстыдными ласками, доводит до экстаза дикими, ненасытными и бесконечно нежными движениями, а потом, изможденный, уставший, сжимает тебя в стальных бережных объятьях и засыпает, посапывая тебе в макушку.
  Я, Тэжжере Огнеглазая, грозная воительница племени Херхмат-Ану, наследница и гордость его могучего вождя Гохмурта Сокрушительного не позволю одурманить себя и забыть о своем предназначении. Ни-ког-да!
  Однажды Аархарон меня не позвал. Я готовилась. Ждала. А он не позвал. Час проходил за часом, беспокойной львицей металась я по своей комнате, но никто не приходил. И тогда я решила пойти сама и узнать, что случилось.
  Дорогу из своих покоев до спальни Аархарона я выучила так, что могла пройти с закрытыми глазами. Стражей у входа одним взглядом припечатала, они не посмели меня задержать, поняли, что я зла настолько, что и убить могу. Но когда вошла внутрь... О, лучше бы они меня задержали! Открывшаяся картина оказалась настолько безобразной, отвратительно мерзкой, что и передать нельзя!
  Аархарон разлегся на кровати - на той самой кровати, на которой столько раз любил меня! - и смотрел, как перед ним извивается в страстном танце полуголая демоница. Она не сразу заметила меня, поэтому я смогла вдоволь полюбоваться на эту драную козу, бьющуюся в предсмертных судорогах.
  - Тэжжере, стой! - заорал подлый демоняка, кидаясь мне на перерез.
  Но что мне какой-то Повелитель Демонов, когда я в бешенстве? Никто не сможет остановить меня. Не знаю, откуда в моей руке появился кинжал, кажется, я выхватила его у одного из стражей. Молнией метнулась вперед, лишь чуть-чуть не успела. Аархарон задержал меня, и девица, подхватив остатки своего непотребного одеяния, с визгом бросилась вон. А я разъяренной тигрицей продолжила наступать на подлого демоняку с одним-единственным желанием - перерезать предателю глотку.
  Повелитель Демонов впервые пятился от меня. И даже пытался оправдываться.
  - Тэжжере, душа моя, что мне оставалось делать? - лепетал он. - Я устал. Безумно устал. Я хочу любви, ласки. А ты всегда такая холодная, как льды преисподней. Лежишь, не шевельнешься в ответ. Я не могу так больше!
  - Любви захотел? - коброй прошипела я.
  Подсечка - и демонюка плюхнулся на кровать.
  - Ласссски?
  Удар ногой в живот - и Аархарон упал на спину. А я тут же оказалась сидящей на нем сверху. Прижала запястья к постели, нависла над ним.
  - Ты. Посмел. Привести. Сюда. Девку!!!
  Я собиралась убить его. Медленно и мучительно. Раздумывала, как и куда лучше нанести удар, чтобы подлец не успел мне помешать. И не сразу заметила, что Аархарон не сопротивляется, не пытается освободиться из моей хватки, а смотрит очень странно.
  - Хаос Изначальный, как ты прекрасна, - прошептал он.
  Ненавижу! Ненавижу сволочь!
  - Обожаю тебя, моя фурия. Моя огнеглазая безжалостная воительница.
  И я сломалась. Упала в объятья подлого демоняки, обвила руками могучую шею, подставила губы под обжигающие поцелуи. И сделала в ним все те ужасные восхитительные вещи, о которых столько мечтала и обещала себе никогда и ни за что не делать.
  Мой демоняка - что хочу, то с ним и делаю. И пусть только кто-нибудь попытается это оспорить. Как своей любимой избраннице Аархарон разрешил мне иметь кинжал, так что теперь даже стражники меня стороной обходят.
  А сын наш родился с кисточкой на хвосте в форме сердечка. Самого прекрасного и умилительного сердечка, какое только можно себе представить. А если кто-то посмеет в этом усомниться, Тэжжере Огнеглазая быстро это исправит.
  
  
♥Орлёнок Вика
  Чёрное кружевное коварство ангела
  
   Красавица демоница Жалли задумчиво смотрела на свой хвост. Красивый, подстриженный по последней моде. Сердечком. И думала, куда они могли деться? Под столом их нет, за тумбочкой тоже. Под кроватью она уже смотрела.... Правда недолго.... Отвлекли. Сердечко крутилось в такт мыслям, а мысли были разные. Ангел тоже смотрел на 'сердечко' и тоже думал, даже натянул фирменные белые брюки, чтобы думать было удобнее. Не помогло. Мысли у него были совсем не ангельские, хотя тоже разные, как у Жалли.
  - Куда они могли деться? Ты действительно не помнишь? - спросила демоница, тряхнув наконец головой и обернувшись в пол-оборота. Тёмные кудри рассыпались по точёным плечикам, парочка особо наглых уместилась на груди. Жёлтые глазищи с вертикальным зрачком прошлись слегка маниакальным взглядом по кубикам пресса на животе ангела. Вообще Адам был тем ещё красавчиком. Праведным красавчиком, до этой ночи Жалли так думала. Блондин, мужественный, голубоглазый, недоступный простым демоницам Сколько её подруг хотели его соблазнить?! Вот-вот, очень много! А уж перечисления, что они с ним сделают, когда поймают в свои хищные сети неприступного ангела! О!!! Сколько же Жалли в своё время этого наслушалась! И вот теперь он сидит перед ней такой весь приступный и соблазнённый (или соблазнительный?) и смотрит призывным взглядом горящими синими глазами. С потрясающим шрамом на щеке, который так и хочется поцеловать, а эти сильные руки, которые такое вытворяли... демонесса плюнула на свои мысли и попыталась сосредоточиться. Нужно их найти! Она же почти всю свою зарплату на этот комплект убила! Это же был венец её коллекции! Да-да! Именно коллекции. У каждой девушки есть хобби, увлечение, которое помогает отвести душу (какая у демоницы душа? Неважно!), поднять настроение и просто развлечь. Так вот, у Жалли такое хобби тоже присутствовало. Она коллекционировала самое эстетическое, самое прекрасное, кружевное бельё (своего естественно размера). Конечно же она его носила (чего добру пропадать), и вот собираясь на собрание ангелов и демонов она надела свою обновку (только вчера купила). Кружевной комплект, дорогой (цена не просто кусалась, а откусывала... кошелёк). Но какой! Черные кружева в виде сердечек переплетались замысловатым узором на лифе, лямочки почти прозрачные так и просили, чтобы их стянули с точёного плечика, а трусики! О-о-о, маленький бантик сзади, тоже кружевной! Вензеля узоров, полупрозрачные, но самое интересное, они были удобными и не были стрингами!!! И этот гад их стянул и выкинул!!! Да как он мог надругаться над таким великолепием!!! Хамло! Варвар!
  -Не очень, я другим был занят, - Ангел откинулся на кровати и задумчиво продолжил смотреть на хвост своей любовницы, периодически окидывая жарким взглядом фигурку Жалли. Чем он был тогда занят... понятно было обоим. Жалли коротко вздохнула, смущённо поправила лямку кружевного лифчика (нашёлся на люстре), который успела натянуть, и обвинительно посмотрела на любовника. Да-да, демоницы тоже могут смущаться, в конце концов, они приличные девушки и с какими-то соблазнительными ангелами обычно ночь не проводят! Даже если эти ангелы просто... в общем, только Адам и виноват в произошедшем! Нечего быть таким красивым! И так издеваться над дорогим бельём.
  - Это ты во всём виноват! Тебе и решать! - девушка обиженно сложила ручки на груди. Грудь очертилась, приподнялась над кружевом, всколыхнулась очень соблазнительная родинка.... Мысли ангела слегка съехали не в ту сторону.
  - Я виноват? - ангел так и сел. Женская логика, а тем более логика демониц казалась для него всегда неизведанной территорией. Что скажешь, ангел!
  - Да, ты! - демоница встала, пытаясь утянуть за собой простыню, обычную простыню для гостиничного номера, серого цвета, и обвязать наподобие юбки, но ей не дали. Ангел слишком много весил. Противный, наглый! У-у-у! Как он мог! Она порядочная демоница! Нет, больше никогда она не переспит с ангелом! Ни за что! Ни один демон себе не позволял того что он вытворял! И как смотрел на неё и ловил вздохи... и его руки....
   Кисточка с сердечком взвилась и стукнула по ноге нерадивого ангелочка. Ногу спрятали под такое же серое и безликое, как простыня одеяло, но простыню не отдали. Пришлось идти без неё - в одном лифчике и без трусиков. Р-р-р! Куда же они запропостились?
  - Это ты меня соблазнила, милая, так что ты и виновата, - нагло заявил ангел, снова укладываясь, предварительно подложив под спину подушку. Ему нравилось наблюдать за хождением демоницы по комнате, а когда она наклонилась, чтобы поднять его рубашку и надела её.... Мужчина коротко сглотнул. Неужели она рядом! Он же целый год на собраниях на неё облизывался! А тут... слегка нетрезвая (без слегка) подошла к нему сама! Он хотел честно поступить благородно, но когда в своём номере, который снял, по приезду на это собрание..., благослови Всевышний эти собрания! В общем, она его поцеловала, глядя своими потрясающими глазами и Адам сдался. О чём не жалел ни как и упускать свой шанс не собирался, но вот как донести это до Жалли? Карман привычно обожгло, но на изменение решения это не повлияло.
  ...Красавец! Но гад! Как и все ангелы. Говорила ей мама, все ангелы - гады и паршивцы, по сравнению с ними высшие демоны страсти, просто душки и няшки. И даётся подозрение, что мама имела возможность не только платонически сравнить и тех и других. Хм... Демоница снова тряхнула головой, приводя мысли в порядок. Ей нужно найти платье и трусики. Они же чёрные и кружевные! Если бы этот гад знал, сколько стоит этот комплект, то он бы тоже волновался!!! Платье нашлось при входе в спальню у самой двери номера, под тумбочкой - разорванным. Смутно вспомнился треск и как он его кинул куда-то в сторону мешающую им обоим ткань.... Потом его губы лихорадочно ласкающие кожу быстрыми поцелуями, опускающиеся всё ниже и ниже....
  Так! Стоп! Она же на него зла!
  - Ты меня вообще без одежды оставил! - прошипела разозлённая демонесса уставившись на ангела. Тот был слегка в астрале, смотрел на фигуру в его рубашке, а учитывая, что он знал об отсутствии нижнего белья у неё под рубашкой... и что девушка наклонилась, достать из-под тумбочки своё платье...
  - Ага! - Адам встал и направился к девушке.
  - Что 'ага'! Ты хоть знаешь, сколько стоило это платье? А комплект! Он дороже мне обошёлся самого платья!!! Это венец моей коллекции! Дизайнерская вещь! Ты хоть представляешь сколько нужно времени и сил, чтобы найти и купить красивое бельё, которое будет ещё и удобным?! - возмущению Жалли не было предела.
  - Нет, не представляю, - честно ответил парень, - но готов возместить убыток.
  - Это был последний комплект! И там были чёрные сердечки! Вот такие, видишь? - девушка раскрыла полы рубашки и показала на кружево, обвившее, без сомнения красивый лифчик. Она часто дышала, грудь поднималась и опускалась под кружевом...
  - На тебе любой комплект будет смотреться потрясающе, - улыбнулся ангел. - А без комплекта ты сама будешь...
  - У тебя вообще другие мысли есть? Ты же ангел!!! - обвинение казалось справедливым, но Адаму уже было слегка всё равно. Он тянул ручки к прелестной, соблазнительной девушке, о которой мечтал целый год, как встретил и больше не хотел терять ни минуты. Ангел узнал, что она за ним следила, и как ревновала его к подруге, а когда его друг (знакомый демон) рассказал, как она подсматривала за тем, как он плавал в бассейне при отеле.... У демоницы не было не единого шанса. Адам разработал план. Нет, он изначально хотел (действительно хотел поступить благородно), но... какая же она соблазнительная! Вообще невозможно удержаться!
  - Есть, но не сейчас, когда ты рядом, - ответил он глядя прямо в эти жёлтые сверкающие глазищи. Демоница всплеснула руками и попыталась дать пощёчину, попутно что-то прокричав. Адаму надоело, возмущённое пыхтение, крики и он перехватил руки девушки, прижал к себе и поцеловал сопротивляющуюся демоницу. Правда уже не так сильно, кто же устоит перед такими безыскусными комплементами?
   Рубашка улетела в один конец комнаты (подальше), лифчик снова отправился на люстру взирать на нерадивую хозяйку с высоты, а... трусики так и остались в кармане брюк коварного ангела. Кому, как не влюблённому Адаму было знать о маленьком хобби своей демонессы? И ведь получилось! Она могла одеть его штаны и рубашку и уйти, но она осталась на утро и не сбежала.... И не сбежит, он не позволит.
  
  
♥Полонская Анна
  Звонок
  
  .... 9
  
  Телефонный звонок разбудил меня, когда я, кажется, едва смежила веки после того, как закончила текст срочной статьи. Оставалось только перечитать на свежую голову и отправлять в редакцию. С перепугу мне в первый момент показалось, что это будильник, и я подскочила как ужаленная - интервью! Но мобильник продолжал надрываться голосом Селин Дион. На смену панике пришло возмущение - два часа ночи, а я прилегла только час назад, еле-еле закончив работу в срок! ... И усталое понимание, еще до того как я увидела мигающее световыми буквами имя - ну конечно. Нинка. Больше некому.
  - Какого хрена? - с утра я хриплю как заправский курильщик. Веки кто-то подло припорошил песком, а налитая чугуном голова так и клонилась к кровати.
  В трубке раздавалось невнятное всхлипывание. Сон слетел в одно мгновение, сменившись нахлынувшей тревогой.
  -Жжж... жжж... ик.... Жаннаааааа..... - провыл до боли знакомый голос.
  - Нина? Нинка? - да что случилось у этой неунывающей обормотки, что она бьется в истерике и не может связать двух слов? Меня тут же охватила почти забытая паника. Ее опять укусил бешеный хорек? Бросил парень? Ограбили? Изнасиловали? Мозг тарахтел, натужно выдавая сценарии один хуже другого, и я не выдержав, заорала - Что случилось? Где ты?
  - Вааааавааааа, - видимо услышав мой голос и почувствовав поддержку родни, ее окончательно повело, потому что ни одного человеческого слова в этой тираде разобрать не удалось. Страх за непутевую Нинку не отпускал.
  - Соберись, тряпка! - рявкнула я. Нинка от неожиданности икнула и прекратила рев. В трубке воцарилось ошарашенное молчание. - Быстро говори, где ты!
  - ... У сссебя. В к-к-квартире... - чуть запинаясь, выдала Нинка. У меня немного отлегло от сердца. Я поспешила получить ответы на другие волнующие вопросы.
  - Цела? Не ранена? Руки-ноги целы? Здорова? - как из пулеметной очереди выдала я.
  -Ц-ц-цела... - заторможенно ответила Нинка. Но голос ее прозвучал как-то неуверенно. Что ж, по крайней мере скорую вызывать пока не надо. И то слава богу. И истерить вроде бы перестала. Так мы скоро доберемся до сути.
  - Тогда в чем дело? - уже мягче спросила я и, почувствовав паузу и неуверенность на другом конце провода, поспешила развить успех. - Да не томи! - очередная неуверенная пауза. Я почти физически ощущала, как Нинка собирается с духом.
  - Я... Жанна... я не знаю, что делать... у меня... - она ощутимо сглотнула и я рефлекторно сглотнула вместе с ней - Не знаю, как правильно сказать, но.... В общем, у меня в квартире демон. - решившись, выпалила она. Чего? Я отнесла трубку от уха и задумчиво повертела ее в руках. Либо у меня проблемы со слухом, либо у Нинки серьезные проблемы с мозгами.
  - Кто у тебя в квартире? - на всякий случай переспросила я.
  - Демон, - тихим уверенным шепотом повторила Нинка. - Кажется. Ну, такой. С рогами и хвостом. Страшный, зараза. И ревет так жутко. - тут она опять всхлипнула. - Жанночка, я не знаю, что мне делать. Придумай что-нибудь. Я пока заперла его в гостиной. Но вдруг он выберется? Жанночка, помоги!
  Подозрение превратилось в страшную уверенность. Накурилась. Моя сестра - малолетняя наркоманка! В голове всплыли истории, как люди в состоянии наркотического или алкогольного опьянения сами наносили себе травмы, спасаясь от воображаемых монстров.
  - Ты где, на кухне? - нарочито уверенным голосом уточнила я. Трубка с надеждой угукнула. - Там и сиди. Там он до тебя не доберется. Я сейчас буду, ничего не делай.
  Надо ли говорить, что никакой уверенности я на самом деле не ощущала. Да у меня поджилки тряслись от страха. Господи, за что, почему всегда я? За какие грехи ты назначил меня старшей сестрой?
  Через пять минут я уже натягивала джинсы и свитер и вызывала яндекс-такси. Только уже сидя в машине и торопливо проводя щеткой по волосам - скорее чтобы успокоить нервы, я поняла, что свитер я в спешке натянула наизнанку. Ну да ладно - не перед воображаемым демоном же красоваться.
  
  ... 8
  
  Нинка открыла дверь с десятого звонка, когда я уже собиралась жаловаться не то пожарникам, не то милиции. Точнее не открыла, а приоткрыла щелочку. И я тут же ворвалась в прихожую как ураган, чуть не сорвав дверь с петель. Перепуганная, заплаканная, с краснючими глазами и в старом халате, сестренка была совсем не похожа на обычную себя. Но вроде бы цела - я схватила ее в охапку и первым делом оглядела на предмет возможных повреждений. Жива, руки-ноги целы, голова на месте - остальное приложится. Принюхалась. Алкоголем не несет... и зрачки глаз на свет вроде не расширены... Но в каждом движении сквозит несвойственная ей нервозность. Похоже, все еще хуже, чем я думала.
  - Что случилось, Нинка?- неуверенно заглядываю в глаза. Хрен его знает, как сейчас надо с ней - со строгостью или мягко. Я не сильна в психологии. Нинка дергается и машинально оглядывается назад, через плечо, на закрытую дверь. Недовольно шипит на меня. Это хорошо, что шипит. Значит, приходит в себя. В квартире тихо. Я небрежно бросаю сумку под покосившуюся стойку с пальто, прямо на обветшавший линолеум.
  - Он там, - шепчет она, - кивая все на ту же дверь. И до меня доходит, что все это время она стояла к ней вполоборота, чтобы не поворачиваться спиной. Куртку я просто бросаю на тумбочку, но на ботинки меня уже не хватает. Да и в случае опасности в обуви сподручнее. Я решительно направляюсь к запретной двери. Нинка застывает в прихожей статуей надежды. Не то чтобы я думала, что там и вправду есть что-то опасное. Грабитель или вор давно сбежал бы или разобрался с моей сестрой - что дюжему мужчине одна мелкая сопливая малявка? Оглушил бы, или угрожал. Но уж хлипкая защелка на двери его бы точно не остановила. Да что там, даже я могла бы ее выломать при желании. Я снимаю дверь с защелки, толкаю створку и захожу в комнату...
  В ней все, как я помню, еще со времен бабушки: старый пошарпанный диван, стандартная советская стенка, телевизор... и столп пламени, с ревом вырывающийся из старательно вычерченной на линолеуме пентаграммы. Чертовски сложной пентаграммы, сплошь испещренной символами и латинскими буквицами. Мне чудится, что я узнаю Нинкин почерк.
  Не вполне квадратный столп пламени разворачивается и смотрит на меня кошмарными огненно-красными глазами и внезапно становится совсем не квадратным, а очень даже антропоморфным. И я неожиданно различаю в колонне световых частиц обнаженную мужскую фигуру с витыми рогами, мощным разворотом плеч и прокачанным прессом. С козлиной головой и в шерсти. Кажется. Хвост... да, тоже имеется.
  Я делаю шаг назад и закрываю дверь. На защелку. Очень аккуратно. Оглядываюсь на Нинку, которая за это время не сделала ни шагу из прихожей. Нинка отмирает, как будто закрытая дверь возвращает ей способность двигаться, как в детской игре про море, и с надеждой спрашивает:
  - Что будем делать?
  
  ...7
  
  Я задумчиво топаю на кухню. Не разуваясь. Шарю по шкафчикам в поисках припрятанных сигарет. Нинка сопит, но следует за мной безмолвной тенью. В глазах вопрос. Полусмятая пачка почему-то обнаруживается за мусорным баком. Глупее места не придумать. Должно быть, мама недавно заезжала. Моя рука почти не дрожит, когда я щелкаю зажигалкой и жадно затягиваюсь. В эту минуту я горжусь собой. Нинка, закашлявшись, кидается открывать окно и привычно возмущается:
  - Ты же бросила!
  Молчу. Что тут скажешь? Скажи спасибо, что в истерике не бьюсь головой о стены? Чуть прикрываю глаза и пытаюсь выдуть дым колечком, как в Хоббите. Как и десять лет назад, полный провал. Ничего не изменилось. Это как с пластилином. Если ты лепил в детском садике уродцев, дай тебе руки кусок пластилина в тридцать - и выйдет еще хуже. Не верите? Попробуйте сами. Я проверяла.
  Через десять затяжек меня начинает немного отпускать. Но недостаточно. Кофе или виски? Вот в чем вопрос. Я задумчиво качаю ногой. Оглядываю кухонку. После смерти бабушки Нинка потихоньку взялась за переделку, но дальше кухни пока не продвинулась. Красные шкафчики, черная столешница. Брутально, ярко, по-мужски. Или такие вкусы теперь у современной молодежи? Вот и сейчас при виде алых шкафчиков мне в голову упорно лезут мысли о котлах и грешниках. Если есть демоны, то может и ад есть? И нас с Нинкой туда поволокут как отъявленных грешниц? Что там у нас в смертных грехах? Похоть, гнев, лень, гордыня, чревоугодие ... полный набор. Не знаешь, куда и строиться, чтобы не разорваться.
  Сигарета незаметно заканчивается и бычок под неодобрительным взглядом красноглазой Нинки летит в распахнутое окно. Ежусь от холода, но упрямо тянусь за второй. Все-таки виски.
  - У тебя виски есть? - Нинка глупо хлопает глазами.
  - А... ну есть какое-то. А что? - но я уже нетерпеливо копаюсь в шкафчиках. Нинка любит порядок - до импровизированного бара я добираюсь быстро. Так-с, Лоусонс, ополовиненный Русский Стандарт, мерзкая текила... Негусто. И колы нет. Но сейчас это не так и важно. Решительно наливаю себе рюмку, а потом, передумав, беру всю бутылку. По пищеводу пробегает приятный огонь. Ну вот, другое дело. Я перевожу внимательный взгляд на Нинку и вздыхаю:
  - Рассказывай.
  Я больше ничего не говорю, но незаданные вопросы и так повисают в воздухе огненными буквами. Откуда он взялся? Нинка виновато отводит глаза. И сознается. Почему-то шепотом.
  - Я его вызвала.
  Как? Зачем? Я продолжаю строго смотреть. Этому взгляду, когда тебя просвечивают, как будто рентгеном, я научилась у мамы - когда-то я боялась его до дрожи в коленях. Нинка торопится покаяться, заискивающе заглядывает в глаза и спотыкается на словах, которые теперь льются из нее бурным потоком.
  - Помнишь, я работала волонтером после пожара библиотеки РАН? - я рассеянно киваю. Что-то о том, что бюджетных денег, как всегда, не выделили, а уцелевшие книги в условиях гари поест грибок. Нинка и книжки - это роман длиной в жизнь. Так что неудивительно, что когда библиотека кинула клич бежать спасать фолианты, Нинка поспешила на помощь, роняя тапки. В ее глазах более благородного дела просто не существовало. Да и специальность у нее непрактичная - ну вот кому в наши дни нужен студент-классик? Я к этому отнеслась снисходительно - вывезут эти несчастные книги на склад, да и забудут, что ни делай. Нашему государству не до книг - тут бы недвижкой в центре города разжиться, так подозрительно удобно освободившейся. Да и работы у меня, честно говоря, было невпроворот.
  Нинка продолжает спутанный рассказ. И вот наши герои-второкурсники сначала пакуют книги в коробки, потом сортируют, а потом самых стойких отправляют на раскопки. И вот тут-то Нинке и 'повезло' первой выудить из гари и хлама средневековый фолиант практически 'по специальности'. То есть на латыни. Моя везучая Нинка. Присваивать книжку сестренка, конечно, не стала. Не так воспитана, да и обворовывать и без того пострадавшую библиотеку не к лицу благородным донам. Но вот учуяв аромат тайны и увидев описание колдовских ритуалов - восторженно зафоткала странички на айфончик. Ну как же, вызов демона! Желания! Латынь, наконец! В самом что ни на есть прикладном смысле, а не бесконечные, набившие оскомину записки о галльской войне... А потом бес попутал повторить. Нинка накупила свечей, развела таинственности, зазвала подружек с группы и старательно вычертила в гостиной пентаграмму. Ни в каких демонов чертовка не верила. Ничего и не происходило. Поначалу. И только когда Нинка затворила за подруженциями дверь и вернулась в гостиную прибираться, она не то что-то задела в символах, не то что-то пролила. Но пентаграмма вспыхнула адским пламенем и выплюнула рогато-хвостатый спецэффект. Нинка опять начала всхлипывать, а я не знала что делать. Мысли путались. Черт бы побрал эту Нинкину латынь. Никакой пользы от нее, одни проблемы. 'Ученье - вот чума, ученость - вот причина....'. Прав, тысячу раз прав ты был, Фамусов. Юных девиц лучше держать подальше от книг.
  - Жанночка, миленькая, я больше не буду, честное слово! - Нинка смотрит на меня честными-пречестными голубыми глазами. Не будет она. Демонов она вызывать больше не будет! Тут от этого бы избавиться. Еще чуть-чуть и меня пробьет на истерический ржач. Перед глазами встает длинная череда Нинкиных 'не будет'. И ведь и правда каждый раз отчебучивает что-то новое.
  -Жанночка, я что хочешь сделаю, только убери его! - в глазах Нинки я всесильна. Ну, конечно, я же старшая сестра, а старшие сестры они что-то вроде супермена. Остановить вращение планеты - пожжжалуйста. Где там мой криптонит? Я рассеянно киваю. Это я зря. В глазах почти полностью оправившейся Нинки появляется фанатичный блеск - И что мы будем делать? - деловито осведомляется она.
  Мы?
   Меня опять захлестывает улегшаяся было паника. Ну уж нет. Никаких 'мы' не будет. Еще через десять минут я выпихиваю упирающуюся Нинку из квартиры и отправляю куда-то к загадочным друзьям, не вдаваясь в выяснения личностей. Кто бы они ни были, все лучше, чем оставлять ребенка в квартире с демоном и пентаграммой.
  В доме сразу становится тихо. Я делаю для смелости еще один глоток прямо из горла. Некоторое время я пытаюсь почитать про демонов и пентаграммы в интернете с мобильного телефона, но информации столько и настолько противоречивой, что лучше бы ее не было вовсе. Собственно, выход я вижу только один. В конце концов, я ведь журналистка. Чего-то же он хочет этот демон, для чего-то явился на вызов в Нинкину квартиру. Осталось выяснить чего.
   Вот так я отправилась брать самое ответственное в моей жизни интервью, вооруженная только бутылкой довольно дрянного виски.
  
  ... 6
  
  В гостиной меня снова встречает рев и треск огня. Но в этот раз я морально готова. Я подхожу и отважно, пока не успела передумать, усаживаюсь возле выписанной мелом 'печати'. У самого края, но не пересекая черту. И снова, как и в прошлый раз из снопа искр передо мной конденсируется рогатый глюк и внимательно смотрит на меня умными красными глазами. Как у собаки, блин! От его неморгающего, нечеловеческого взгляда меня пробирает дрожь и я решительно прикладываюсь к бутылке. И повторяю себе журналистскую мантру. Нельзя быть жертвой. Нельзя бояться. Я не боюсь.
  Молчим. Молчу я, сосредоточенно разглядывая рогатую сенсацию и периодически прикладываясь к бутылке. Есть что-то невыразимо правильное, народное в сочетании виски и чертей... Из красного угла, обрамленная полотенцем, сардонически улыбается Богородица. Ей, как водится, не до моих ничтожных затруднений. Демону она нисколько не мешает. Он огромен. Ужасен и вместе с тем грациозен, как дикое животное. Ядовитые уголья глаз. Размеренное дыхание раздувает крупные лошадиные ноздри на козлиной морде. Массивная шея, как у накачанного спортсмена переходит в мускулистый волосатый торс, бугрящийся образцовыми кубиками... И крылья. У него есть крылья - мощные, густые, с орлиным оперением. Черные, как густота ночи.
  Демон первый прерывает молчание. Моя маленькая победа?
  - Смертная, - голос его на удивление нежен и мелодичен для таких габаритов. Как у подростка из церковного хора. Бесстрастен. Как и выражение козлиной морды. По позвоночнику пробегает стайка холодных мурашек. - Ты предлагаешь себя взамен заклинательницы? Я чую в тебе родную кровь.
  Думаем, Жанна. Приличные девушки сразу 'да' не говорят. Тем более и вопросец-то сдается мне, не без подвоха. А на неудобные вопросы приличные девушки просто не отвечают. Тем более, журналистки. Мы сами кого хочешь вопросами закидаем. Я хорохорюсь, понятное дело. На самом деле мне безумно страшно.
  - Как тебя зовут? - в горле сразу пересыхает, но я стараюсь ничем не выдать напряжения.
  Демон изгибает голову под чудовищно неестественным углом - будто тугие мышцы бычьей шеи мгновенно превратились в гуттаперчу. Он мастер пауз, этот демон. Долгую минуту мне кажется, что мне не будут отвечать, но, наконец, создание неохотно размыкает губы.
   - В мире смертных я известен как Андрас, Великий Маркиз Ада.
  Имя мне ни о чем не говорит. Впрочем, что я знаю о демонах? Ни разу в жизни не допивалась даже до обычных зеленых чертей, а тут раз - и целый маркиз.
  - Что ты хочешь от нас? - продолжаю - Что тебе нужно?
  Демон смотрит на меня как на забавное насекомое, с легким замешательством.
  - Что нужно тебе, смертная? Это вы вызвали меня. - ровный мелодичный голос.
  Я выдыхаю. - Мне ничего не нужно. Ты можешь возвращаться, откуда пришел.
  - У смертных всегда много желаний. - бесстрастно возражает демон. Будто и не спорит даже. - Платы не избежать.
  Вот оно. Главное. Делаю еще один глоток и беспечным тоном осведомляюсь:
  - И что же ты потребуешь в уплату? - так же, как спросила бы 'какая сегодня погода' или ' что бы мне надеть', но пальцы вцепились в бутылку мертвой хваткой и если не поставлю ее сейчас, то янтарная жидкость может бесславно пролиться. Но демону безразличны мои жалкие потуги. Он пожимает плечами. Очень по-человечески.
  - Единственное, что у вас есть. Бессмертную душу.
  Вот так просто. Вот и ответ на сакраментальный вопрос, есть ли у женщины душа. Не было бы, мы бы тут не торговались. Но дьявол, как говорится, в деталях.
  - Мою или любую? - уточняю. Демон спокоен как на прогулке. Может для него это и есть прогулка. Ничего особенного. Встал, потянулся, съел на завтрак пару душ.
  - Нельзя продать чужую душу, - усмехается демон. Ну или мне кажется, что усмехается. С этой козьей мордой не очень-то и разберешь.
  - И все-таки, - главное не терять надежды и разобраться в вопросе досконально. А там глядишь, и лазейка найдется. - Любую-любую душу? Или есть гастрономические предпочтения?
  Демон задумывается и устраивается, наконец, на полу, кривым зеркалом отображая мою псевдо-расслабленную позу. С неуместным злорадством подмечаю, что изящно сесть по-турецки у него не очень-то и получается. Не зря я на йогу ходила.
  - Любая душа - осколок божественной благодати, - неохотно цедит демон. - Но у нас традиционно ценятся души невинных дев и знаменитых ученых.
  - Статус, - понимающе киваю я. То есть эта зараза спит и видит как бы слопать Нинкину душу. Хрен ему, а не Нинка. Костьми лягу, но придумаю что-нибудь. Подкрепляю решимость очередным огненным глотком.
  - Что-то в этом роде, - невозмутимо кивает морда, покачивая рогами. Углубляться в объяснения он не собирается.- Но я возьму и твою, смертная. - 'успокаивает' меня рогатая тварь - Хватит играть словами. Это тебе не поможет. Говори свое желание и завершим ритуал.
  - Что если я не буду загадывать желание? - не спешу поддаваться я. - Если никто не будет? Ты просто развеешься?
  В глазах демона разгораются опасные уголья. Мои вопросы ему не по нраву. Что ж, гладить людей против шерстки мне не привыкать.
  - Рано или поздно печать сотрется, я выйду и возьму обещанное, - рычит демон и голос на секунду утрачивает искусственную нежность. - Потому не испытывай меня, женщина!
  Выходит - пентаграмма. Все дело в ней. С одной стороны, я и так это подозревала. Но одно дело подозревать - другое знать. Я пытаюсь незаметно вытереть о джинсы вспотевшие от напряжения ладони. Значит, время есть. Краем глаза присматриваюсь к неровным меловым линиям. Положим, можно прийти с баночкой какой-нибудь особо стойкой белой краски и малость подновить арт-объект... Но сложно. Линии, заковыристые надписи, и при этом ничего нельзя повредить. Или точнее сказать, неизвестно, что можно. Прикусываю губу. Реально, но очень-очень сложно. При этом все придется делать самим, а еще точнее самой - не подпускать же к этому делу Нинку, в самом деле - она обязательно что-нибудь выронит или обо что-нибудь споткнется в самый неподходящий момент, растяпа. Да и демон вряд ли будет просто спокойно смотреть на то, как мы укрепляем его тюрьму. А если все взвалить на меня, то латынь не мой конек. Впрочем... никто же не помешает мне нарисовать еще один круг, только побольше и вписать демоническую печать в новую гмхм магическую окружность?
  Прищурившись, оглядываю помещение. В хрущевках с местом не волшебно, но если сдвинуть диван, передвинуть стулья, кое-что вынести...
  Есть, впрочем, и сложности. В квартиру может в любой момент наведаться мама, могут затопить соседи, по какому-нибудь закону подлости что-нибудь понадобится полиции. Да и в реализации... Да и что если демон так и не сможет уйти и застрянет здесь на все время? Бояться годами? Десятилетиями? И однажды он все-таки вырвется, все не предусмотришь. И будем мстить. Оставим на крайний случай. Сглатываю вязкую слюну. Для начала - попробовать договориться. Демонам не угрожают. С демонами торгуются.
  Опьянение расползается по измученному и невыспавшемуся телу и потихоньку перерастает в безрассудство, притупляя инстинкт самосохранения и смазывая очертания предметов. Даже демон, которого я продолжаю разглядывать краешком глаза, бултыхая в стакане жидкую храбрость, кажется мне нечетким. Нереальным. А в голове зреет План Бэ. Очень нехороший. Циничный. Такой, что меня и саму начинает колотить озноб. Но я же не Луна в Матроске, чтобы бороться за добро и справедливость. Мне бы самой уцелеть и Нинку отмазать. А другие... что мне до них?
  - А что если... - я сосредотачиваюсь, чтобы четко выговаривать слова, и мне самой не по себе от того, что я задумала - что если я предложу тебе больше душ? Этих самых... младых дев? Вместо моей никчемной одной? С учеными уж извини, не задалось.
  Демон презрительно кривится. Не верит. Напрасно. Я поднимаю руки и останавливаю протест.
  - Подумай, когда тебя вызывали в последний раз? - демон замирает. Я молюсь про себя, чтобы мои догадки оказались верны. - По нашему, смертному времени. - уточняю. Намек более, чем прозрачен. Демон тоже понимает и вспыхивает. Буквально. За секунду он снова превращается в столп ревущего пламени.
  - Смертные века ничто для нас, пыль под ногами. - вещает огненный столп. Но на пафос меня не купишь. И я больше не боюсь. По моим венам течет зелье храбрости - обжигающе дрянное виски из шкафчика моей сестры. Патентованное средство Великого и Ужасного. К тому же я нащупала нужную струнку.
  - И ты готов питаться с периодичностью раз в столетие? - дожимаю я. - Должно быть эти души чертовски калорийны.
  Демон сгущается в уродливую копию меня. Карминные губы кривит жестокая усмешка, глаза как у дикой кошки. Один глаз начинает уродливо вытекать и мерзкой слизью стекает по щеке. Предупреждение. Зрелище отвратительное, но я наблюдаю за ним с мазохистским удовольствием. Значит, демон может менять форму по желанию. Отлично.
  - Я предлагаю тебе шанс на ... - прикидываю - скажем, на десять вызовов. Все к младым девам. Все, как ты любишь. И свою помощь как консультанта по психологии. Чтобы облегчить... разговор. - я позволяю себе короткую усмешку, излучая уверенность, которой вовсе не ощущаю. - По твоему имиджу видно, что ты до сих пор больше с мужиками работал. С романтичными девушкаами все это не пройдет. Так что внешность придется менять . Но как я вижу, у тебя с этим проблем нет. Половина успеха у нас в кармане.
  Изуродованное создание озадаченно моргает. Секунда, и на меня опять бесстрастно взирает помесь козла и Конана-варвара. Демон придирчиво оглядывает себя, прежде чем спросить:
  - И что не так с этим обликом?
  Я выдыхаю. Задает вопросы, первые сомнения. Кажется, наживку он заглотил. Теперь надо чтобы рыбка не сорвалась с крючка.
  - Видишь ли, бруталы сейчас не в моде, - ослепительно улыбаюсь я. - Да и твой нынешний облик слишком... - я помогаю себе руками в поисках слова... - демонический, что ли? - Я буквально кожей ощущаю, как озадаченность возрастает.
  - Я и есть демон., - вклинивается морда. Но я уже в ударе. Я поймала вдохновение за хвост.
  - Ты хочешь получить души малолетних дурех или напугать их до такой степени, что они в штаны наложат? - строго спрашиваю я - Одна от тебя уже сбежала. Так сколько к тебе ни приводи, будут одни крики. Соседи, полиция, потом телевидение ... Или даже священники со святой водой и кадилами? Оно тебе надо, чтобы на тебе первый канал в экзорцизме тренировался?
   О том, что нам с Нинкой в бабушкиной квартире первый канал тем более не сдался, благородно умалчиваю. Демон размышляет, склонив голову.
  - А кто... 'вмоде'? - наконец, вопрошает он, выговаривая последнее слово со странным акцентом. Как будто не вполне проник в смысл слова.
  Так, кто там у нас в моде? Вспоминаю последние статьи в нашем журнале.
  - Дровосеки, - вспоминаю я. Небольшая вспышка и демон покорно трансформируется в дюжего жилистого детину с топором. Волосатая грудь, крепкие руки, старомодная холщовая рубаха, перевязанная кушаком, лицо, не обезображенное интеллектом.
  -Эээ, нет, - я мучительно краснею. - Не те дровосеки. Дровосеки, которые любят других дровосеков. - кажется, с алкоголем я таки перебрала.
  Демон понемногу свирепеет, и я начинаю спешно копаться в телефоне в поисках подходящей картинки. От чего там у нас пищат юные девицы? Анимешные мальчики-зайчики? От страха показываю первую попавшуюся.
  -Это насмешка? - сухо интересуется детина-демон. И в наступившей мне резко становится несмешно, потому что без всякого рыка мне удается расслышать в голосе угрозу. - Это не дровосек, а... инкуб, - последнее слово он выплевывает с отвращением.
  - Нет-нет, - поспешно отнекиваюсь я, в подтверждение отхлебывая виски. - Это маркетинг.
  Я говорю правду и, наверное, поэтому демон теряется. Через некоторое время он изрекает
  - Я слишком долго не был в мире живых. За это время в чернокнижии появилось много новых слов. - Он делает долгую паузу, во время которой мое сердце готово выскочить из груди... - Что же, смертная, ты предлагаешь интересную сделку. Приведи мне двадцать душ - и я не буду забирать твою.
  - Мы говорили о десяти, - заикаюсь я, но ломаюсь под тяжелым испепеляющим взглядом. Наверное, демон тоже читал Чебурашку. - Хорошо, пусть будет двадцать. Но я только обеспечу условия, чтобы они вызвали тебя и подскажу какую форму принять. За все последующее будут нести ответственность они сами. Они могут не захотеть заключать контракт или продавать души.
  Детина-дровосек обмахивается неведомо откуда возникшим хвостом и нежный голос соглашается : - Это моя забота.
  - А в обмен ты обеспечишь безопасность и долголетие мне и моей семье. Не покушаешься на их души, не сдаешь их каким-либо другим демонам. Вообще, оставляешь нас в покое. И ни при каких условиях не являешься моей сестре, даже если она будет тебя вызывать! - выпаливаю я.
  Демон размышляет и коротко соглашается, скалится в зубастой ухмылке:
  - Только если ты сама не призовешь меня.
  Я не призову. Лишь бы с Нинкой все было в порядке. И с мамой. Пока все складывается, как надо, но расслабляться рано.
  - Показывай своего... инкуба, - добавляет он и меняет форму. - Секунда - и в круге на коленях оказывается сказочный принц. Демонический сказочный принц. Гибкое молодое тело, шелковые шаровары подчеркивают линию бедер, черный водопад шелковистых волос ниспадает до прихваченной кушаком талии и щекочет рельефную грудь. В манящем, призывном взгляде - обещание неземного наслаждения и бесовская хитринка. Голову украшают изящные серебристые рожки. Черт, мои читательницы порвут его на сувениры, только покажи. И души поднесут на блюдечке, дурехи.
  И я решаюсь немного пошалить и не могу не ляпнуть - И хвост нужен с кисточкой-сердечком, для пущей романтичности. Младые девы это любят.
  Юноша-соблазн кривится, но послушно материализует хвост с кровавым пульсирующим кукишем на конце. Я отшатываюсь.
  - Что это? - но по недоуменному взгляду почти сразу понимаю. Сердце, как я и заказывала. Анатомическое, блин. Демон что-то опять недовольно бубнит про новые заморочки в чернокнижии, но воспроизводит пушистую кисточку по эскизу. Я окидываю последним критическим взором свое творение и достаю айфон, чтобы зафоткать круг, символы и сидящего в нем демона. Я пьяна как последний матрос и так же горда собой. Созданный мной демон - совершенство. Тут не десяток душ, тут сотнями можно молодых девиц в сети улавливать... Я холодею от этой мысли и спохватываюсь.
  - У меня есть еще пара условий, - решаюсь я. Демон глядит на меня сквозь прищур, и я без слова читаю витающую в воздухе мысль. Кто-то смертный слишком обнаглел. - Что бы ни загадали твои... клиентки, это не должно затронуть жизнь и безопасность меня и моих близких, - запинаясь, формулирую я. Мало ли что в голове у этих девиц? Демон неспешно кивает - Это включено в твое первое условие, - подтверждает он. Теперь мелодичный, завораживающий голос ему на редкость идет и внушает скорее истому и желание, чем ужас. Похоже, он серьезно отнесся к задаче имперсонификации инкуба. - А второе, ... - я облизываю губы. - После того, как ты получишь свои двадцать душ, ты уничтожишь весь тираж. Я не хочу... не хочу чтобы жертв было больше, чем это необходимо... - искры веселья вспыхивают в черных глазах и демон хохочет. Но он согласен.
  Дело за малым. Я оглядываюсь на настенные часы - четыре утра. Только четыре! А казалось, прошла целая вечность. У меня целых три часа на то, чтобы написать новую статью вместо неотправленной. Хватит. Должно хватить. На кону - жизнь близких мне людей.
  - Скрепим сделку, - мягко предлагает демон, но мягкость обманчива - Чтобы ни у кого не возникало больше соблазна изменить условий.
  Я сглатываю. - Ккровью? - обреченно спрашиваю я. Демон только кивает. Назад дороги нет. Я оглядываюсь в поисках колюще-режущих, но в гостиной ничего не нахожу. А когда пытаюсь встать, меня ведет так, что я боюсь не добраться до кухни. Ох, не стоило столько пить...
  Взгляд упирается в сиротливые рюмочки, которые я принесла с кухни с бутылкой. Вот и решение. Я взвешиваю одну на ладони, а потом бью ее об пол. Осколком примеряюсь к ладони, но никак не решаюсь нанести себе вред... Все-таки инстинкт самосохранения во мне чрезвычайно силен. Демон смотрит за мной жадными глазами. Они снова пылают красным и светятся изнутри.
  - Сначала ты, - вырывается у меня. Этим я, кажется, ошарашила и себя, и демона. Но меня сбить с толку сложнее. - Ты говоришь скрепить кровью, - упрямо повторяю я - Тогда начнем с тебя. Сначала дай свою кровь.
  Кто его знает, как оно на самом деле делается. Но если контракте две равноправные стороны - то и условия закрепления сделки у них должны быть одинаковые. Это я знаю твердо. Не хватало по незнанию загреметь в кабалу.
  Демон порочно усмехается - черт, что я сотворила!- и отводит со лба струящуюся прядь.
  - Ты ненасытна, женщина - мурлычет он. В его интонациях уже нет ничего потустороннего. Меня бросает в жар от пристального взгляда. - А говорила, что ничего не хочешь. Но я дам тебе своей крови. Давай... сосуд... - я в растерянности протягиваю уцелевшую стопку... и слишком поздно понимаю, какая я все-таки дура набитая! Понимаю только тогда, когда когтистая лапа вместо того, чтобы взять стопку, впивается в мое запястье!
  Черт! Черт! Черт! Я нарушила пентаграмму! Я смотрю на демона как кролик на удава - с ощущением полной беспомощности перед превосходящей силой. А счастье было так возможно, так близко....
  И в голове мелькает - хорошо хотя бы Нинки здесь нет. Стопка -дзынь - падает из ослабевшей руки, но не бьется - демон рефлекторно подхватывает ее хвостом. Пушистая кисточка-сердечко обвивается вокруг стекла. Демон плотоядно облизывается, демонстративно обнажает когти и, неотрывно глядя мне в глаза, медленно вспарывает мне запястье.
  Потом так же медленно склоняется и слизывает набухшие капельки крови. Он собирается есть меня постепенно? И параллельно в голове стучит - вот так и все мужики, душу,душу, а под конец выясняется, что нужна только плоть. Или и плоть тоже. Кто вообще мне сказал, что душу отделять процесс безболезненный или что кто-то будет ждать, пока я умру естественным путем. Сейчас он меня слопает вместе с душой и всеми потрохами - и дело с концом. Вырываться бесполезно - призрачный шанс у меня оставался, только пока мы были разделены пентаграммой. Я безучастно наблюдаю за тем, как он проводит по чувствительной коже острыми клыками.
  Но демон хмурится и резко отстраняется. Секунду спустя, он вспарывает запястье уже себе, и ставит передо мной наполненную кровью стопку. Я ожидала, что кровь демона будет какая-то особенная. Зеленая как слизь, или голубая, как у особ королевской крови. Но нет. Обычная, красная кровь, только густая как смузи и чуть дымящаяся. Видимо, демоны - те еще горячие парни.
  - У тебя есть луна, смертная - нежно шепчет мне демон. - Если ты не выполнишь условия сделки, то через луну я приду за тобой и твоей маленькой дурой- сестренкой.
  Демон исчезает с шипением и минуту спустя только расписанный инкантациями линолеум да осколки стеклам на полу напоминают о том, что здесь творились колдовские непотребства. Я тупо смотрю в айфон. Из середины мелованного круга на меня призывно смотрит редкий красавчик. Все это не сон. Передо мной в пустом круге стоит дымящаяся стопка. Я с сомнением разглядываю ее долгую минуту, набираясь решимости, а потом резким движением опрокидываю в себя.
  В конце концов кровь, ну и что. Ела же я в Китае суп из крови утки! Гадость, кстати, редкостная.
  Во рту расползается горечь с привкусом ржавчины. Я больше не сомневаюсь, что смогу выполнить условия. Я свободна. Нинка свободна. Мои родные в безопасности. Все закончилось хорошо. Так почему у меня такое ощущение, что я все-таки запродала душу дьяволу?
  Я разыскиваю Нинкин ноутбук, на котором она не удосужилась сменить пароль, и сажусь писать статью. Много приторно-розовой лапши, на которую с охотой покупаются дурехи всех возрастов. Про настоящую женственность, про 'каждая женщина немного ведьма', колдовскую внутреннюю мощь и прекрасного принца, сиречь демонического любовника. Я сама себе противна.
  Моя статья выходит через два дня. Редактор мной доволен и обещает премию к новому году. А еще через две недели с моей руки исчезает корявая ниточка шрама. И я догадываюсь, что это значит. Контракт выполнен. Я иду в бар и напиваюсь до потери пульса.
  
  
  (ОТ АВТОРА: Рассказ должен был закончиться здесь этим приятным хэппи-эндом, но злостная необходимость дракошаконкурса заставляет продолжать. УВЫ. Автор приносит извинения за продолжение:)
  
  
  ... 5
  
  Мне снятся сны. Нет, не так. СНЫ. Уже которую ночь я тону и горю в вязком мареве кошмаров. Должно быть, это та самая пресловутая совесть, о существовании которой у себя я до сих пор не догадывалась. Верный друг алкоголь - панацея от всех болезней - больше не помогает. Даже накачав себя, казалось бы, до беспамятства я просыпаюсь через несколько часов в холодном поту.
  И тогда я звоню Нинке. Я уже замучила ее своими звонками по поводу и без. Нинка раздражается, кричит на меня, бросает трубку. Даже мама пыталась несколько раз поговорить с мной, чтобы я оставила сестру в покое. Но это сильнее меня. Ее вопли успокаивают. Бесится, значит все в прядке. Какой-то глубинный, засевший дурной занозой страх, подтачивает мою жизнь. Если бы я хотя бы могла вспомнить, что мне снится.
  Но я не помню. Как и любой другой сон, эти мары исчезают поутру, растворяясь в заботах дня. Котлы для грешников - а есть ли они эти котлы? Лица моих безвинных жертв ? Да я в глаза их не видела и никогда не знала. К тому же выбор они сделали сами. Проснувшаяся интуиция - предвестник грядущих неприятностей? Или просто неспокойная совесть? Память спит. И только тело дрожит как в ознобе, подсовывая мне странные обрывки - демоническое пламя и пристальный взор знакомых алых глаз. На дневном свету все это не так и страшно. Но я боюсь укладываться спать.
  А еще читаю, все что могу найти про демонов, обряды, дьявола, какие-то нелепые средневековые сочинения... Даже перечитываю Библию, чем черт не шутит. В Библии все тот же разврат и мизогиния - все так же предается греху Лот со своими дочерьми, все-так же предлагают бандитам угоститься своими женами убежденные праведники, а Иисус Христос все-так же настаивает, что явился облагодетельствовать исключительно евреев, а все прочие народности подобны псам, покушающимся лакомство для детей. Веры нет ни тем сказкам, ни другим. Даже если во всех этих писаниях и зашифрована Истина, у меня не хватает мозгов и образования постичь ее. Страницы не говорят со мной. Они молчат. А я схожу с ума. Иногда мне кажется, что демон смеется надо мной - и я слышу отзвуки его тонкого смеха в тишине. Следит за мной из зеркал. Я ловлю мгновенное боковое движение в отражениях, но когда резко поворачиваюсь - меня встречает только мое собственное испуганное лицо.
  - Жанночка, - говорит мама, - сходила бы ты в церковь на исповедь. Авось и полегчает. - мама верующая. Новая христианка, каких появилось нынче пятачок за пучок в каждом дворе. Не иначе из партячеек повылупились. - Может батюшка что посоветует. Или хотя бы свечку поставь. Вы, молодежь, вечно думаете, что самые умные, а обычаи предков раньше вас родились и столько же проживут. Сходи. - Эх, мама, знала бы ты, что натворили две твои ненабожные дочери. В обычный день в той, прошлой жизни, которая впрочем, как две капли похожа на эту. Для всех, кроме меня.
  Но я иду. В той, другой жизни я бы только посмеялась. Теперь, когда я знаю, что есть души и демоны - почему бы не найтись местечка и богу? Может быть, святое место изгонит из меня демоническую заразу? Для начала - поставить свечку. Как максимум, есть же всякие изгнания бесов.
  Храм Христа Спасителя я откровенно недолюбливаю. Вся эта необлупившаяся позолота и дешевая, вульгарная роскошь нуворишей - уж лучше бы все и дальше плавали в бассейне Москва. Я выбираю небольшую тихую церквушку 16 века - Троицы Живоначальной. Строгость белых линий, волна набегающих арок, скромные кресты на темных куполах и небольшая колоколенка дышат очарованием давно ушедших веков и оседают на стенах и иконах патиной неподдельного благородства. Даже если когда-то ее и считали роскошной или крикливой современники, то время давно и безвозвратно ушло. Что говорили люди в то время, что думали - да кто теперь скажет?
  Я повязываю шарф-палантин на голову на манер платка и, склонив голову, переступаю порог. В церкви темно, спертый воздух удушливо пахнет ладаном и благовониями. Хорошо еще нет этой заунывной службы. После свежего воздуха мне почти дурно. Сражаясь с подступающим удушьем, я покупаю у суровой бабульки пару восковых свечей и решительно шагаю к иконам. Кому там положено ставить? Кто у нас нынче популярный святой? Сергий Радонежский - тот вроде больше по учебе. Ксения Петербуржская? И чем мне поможет юродивая - из нее из самой впору бесов изгонять. Да кому угодно уже, лишь бы побыстрее выйти отсюда. В церкви мне почти физически неуютно, как будто спертый подземный воздух давит на меня темной массой. Стараясь не терять настрой, и подавляя волны дурноты, приближаюсь к гигантскому изображению Богородицы. Возле нее в подставке уже горит, распространяя дымный чад, добрый пяток. Свечи зажигаются не с первого раза, хотя я готова поклясться, что сквозняка нет. В этом проклятом месте вообще плохо со свежим воздухом. Держусь из последних сил, на упрямстве. Наконец, свеча вспыхивает, я укрепляю ее в подставке и поднимаю глаза. Сквозь пламя губы Богородицы искривляются в знакомой сардонической ухмылке...
  
  ...4
  
  Я прихожу в себя на больничной койке, в пижаме больше похожей на тюремную робу. Надо мной хлопочет мама, а рядом сидит и в голос ревет заплаканная Нинка.
  -Жанночка, как ты нас напугала! - набрасывается на меня с поцелуями мама - ты потеряла сознание прямо в церкви! Нельзя же столько работать.
  Червячок гнусной паранойи нашептывает мне, что дело вовсе не в работе, но я только покладисто киваю. Да, нужно больше гулять на свежем воздухе. Хорошо питаться. Меньше работать. (хотя как стыкуются пункты два и три мне не очень ясно. Если я не буду работать, чем же буду питаться?) Выйти замуж за хорошего человека. Например, того мальчика, Антона, который приглянулся маме в школе двадцать лет назад. У Антона вторая жена и трое детей, из которых один внебрачный. А еще его разнесло так, что он похож на гигантскую ватрушку и еле пролазит в двери. Но все это бесполезно объяснять маме - она же волнуется. Поэтому я просто киваю.
  Врачам в больнице так и не получается инкриминировать мне что-либо, кроме небольшого переутомления. Даже беременность, на которую так надеялась мама. Поэтому в тот же день я возвращаюсь к родным пенатам с модным диагнозом 'вегето-сосудистая дистония' и освобождением от работы на неделю. Смешные. Когда это освобождение от работы помогало журналистке. Но небольшой перерыв мне только на руку.
  Я старательно гоню от себя мысли, что произошедшее в церкви неслучайно и что я, возможно... что? Одержимая? Ходить в церковь еще раз я не рискую, но оставить все, как есть, и спрятать голову в песок, я тоже не могу. Новое 'заболевание' влетает мне в копеечку. Я заказываю в интернет-магазине иконы, кресты, свечи и всякую церковную рухлядь и начинаю серию научных экспериментов.
  Результаты неутешительны. Иконы неприятно ухмыляются, от свечей меня мутит, как от свежевыкопанного трупа, святая вода провоцирует приступы неконтролируемого чихания и чесотки, а серебряные кресты... а вот с серебряными крестами все нормально. Возможно потому что мошенники забыли их освятить. А может и нет. Может все дело в том, что моя сорочья душа серебро любит. Или в том, что я не вампир, а демонов, вампиров и одержимых валить в одну кучу не стоит. Мне бы хоть одну дельную монографию на тему!
  Спать я ложусь, обложившись крестами - и попросив Нинку завтра зайти за мной в двенадцать, для подстраховки. Мало ли, вдруг не встану. Себе самой я напоминаю самоубийцу, без подготовки выпершуюся прогуляться по цирковому канату на десятиметровой высоте.
  Я просыпаюсь посреди ночи от странного едкого жжения кожных покровов. Все тело горит, в голове поселился густой туман. Я медленно подняла руку, спихнув с кровати деревянную орясину и завизжала. Кожа слезает с меня мутными струпьями.
  Беглый осмотр показал, что такая неприятность приключилась не только с бедной рукой, все тело покрылось небольшими язвочками и чесалось, кожа отваливалась крупными белыми лоскутами. Я провела рукой по волосам - и клок так и остался у меня в руках. А если бы я решила переночевать на скамье в церкви? Меня обдает леденящим ужасом. Отдала бы Богу душу? Из рук, так сказать, в руки? Хорошо, что эта светлая мысль мне в голову не пришла.
  Больше я не визжала - не хватало разбудить соседей. Но с дурными экспериментами решила временно закончить. Собрала все кресты и прочую параферналию в старый порванный рюкзак и выкинула в мусоропровод от греха подальше. Отправила Нинке смску, чтобы не приходила. Не хватало еще впутать Нинку. А потом долго сидела и тупо смотрела в зеркало. Уродина. Калека. Урод. Доэкспериментировалась, дура. Тело жжется и колет немилосердно, а в глазах закипают упрямые слезы.. Это мне наказание свыше?
  Утро вечера мудренее. С красотой своей ненаглядной буду разбираться завтра. Возможно, я просто схожу с ума, и все это мне мерещится. Помазалась детским кремом с ромашой везде докуда дотянулась и насильно отправила себя спать. Долго не могла заснуть - кто знает, что я увижу когда проснусь в следующий раз? Когда сны в последний раз дарили мне облегчение?
   Вопреки всем опасениям, сон мой был глубок и спокоен. Мне снилось, что кто-то невероятно родной и близкий обнимал меня и нежно нашептывал на ухо милые пошлости, прикусывая ушко и заверяя, что уж теперь-то все точно будет хорошо. Правильно.
  
  ... 3
  
  Утром я на удивление свежа и здорова, как не чувствовала себя уже лет десять. Как дерево по весне, меня переполняли какие-то живительные зеленые соки, струящиеся по всему телу и разносящие попеременно то живительную прохладу, то волнение и жар молодого влюбленного тела. Я подскочила с кровати, готовая петь и танцевать.
  Шелушащиеся мерзкие струпья сошли и под ними обнаружилась новая безупречно-гладкая кожа. Одежда, пусть даже на мне и не было ничего кроме ночнушки, ощущалась как пыточное приспособление. Она душила, царапала и раздражала. С облегчением скинув пропахшую потом и ошметками кожи ночнушку , я горной козочкой побежала в душ, воображая себя не то нимфой, не то дриадой. В сердце, на душе, по всему телу разливалось томление и предчувствие нового. Того и гляди зазеленею молодой листвой и пущу робкие корешки, как росточек в банке.
  Хватаюсь за зубную щетку и вновь застываю на месте. Из зеркала над раковиной на меня смотрит незнакомая зеленоглазая девица с рыжей копной пышных волос, лишь смутно похожая на меня. Дриада. Наплевав на гигиенические процедуры, я бегом возвращаюсь в спальню, к шкафу с большим зеркалом - но видение не исчезает. Та же наглая рыжая девица с моими чертами смотрит на меня из зеркальной дверцы и хитро поблескивает малахитовыми глазами. Кожа ее атлас и шелк, исчезли как и не было их первые морщинки вокруг глаз, венки рук и ног на упругой молодой коже отливают на просвет невнятной зеленью. Вокруг меня снова творится какая-то чертовщина. Опять. И меня захлестывает ужас.
  - Демон! - ругаюсь я, кричу. И делаю то, чего, наверное, делать, не следует. Зову. - Андрас! - шепотом.
  Нет ни пентаграммы, ни свечей, ни латыни, ни заклинаний. Нет никаких предпосылок предполагать, что демон из преисподней, да еще какой-то там маркиз, вот так запросто явится на мой окрик. Абсолютно никаких, успокаиваю себя я. Пока не ощущаю за спиной шевеление и дуновение воздуха.
  Он лежит, вольготно устроившись на моей кровати - такой же, каким я его помню на испарившемся из айфона снимке - воплощенный соблазн. Иссиня-черные волосы разметались шелковой волной. Черные глаза дымятся невысказанным желанием. Белоснежная рубашка провокационно распахнута на груди, держась на последних пуговичках, как на честном слове. А пушистая кисточка сердечком призывно ползет по бедру. Все, как я заказывала.
  И в первый момент вместо того, чтобы испугаться, я испытываю облегчение. Значит, я все-таки не сошла с ума. Или сошла с ума окончательно. В любом случае, все прояснится. Все будет хорошо. Или хотя бы правильно.
  - Андрас, - неуверенно повторяю я и на всякий случай щипаю себя за предплечье. Демон расплывается в фальшивой восторженной улыбке и мурлычет:
  -Здравствуй, Ведьма. Вот и свиделись.
  
  ...2
  
  Глухие подозрения перерастают в уверенность.
  - Ты все-таки забрал у меня душу, - обреченно вздыхаю я.
  - Нет, - ухмыляется демон, обмахиваясь проклятой кисточкой. - Твоя душа при тебе. Я держу слово. Но неужели же ты полагала, что сможешь уйти после того, как лишила посмертия двадцать невинных душ, Ведьма?
  - Ну Фауст-то от вас ушел, - отодвигаюсь я, начиная понемногу понимать что к чему. В трудные минуты члены нашей семьи ударяются в классику. Милые недостатки потомственной интеллигенции.
  - Глупые сказки! - пренебрежительно роняет демон. - Милосердие Бога сильно преувеличено. Разве он простил Адама и Еву за одну-единственную ошибку? Или провинившихся ангелов? Не лги себе, ты выбрала свой путь.
  - То есть мне пора присматривать себе недвижимость в Преисподней? - сухо осведомляюсь я. Демон заходится бархатистым смехом, от которого по моему новому зелено-страстному телу прокатывается волна непослушных мурашек. Я помню и козлиную голову с крутыми рогами, и вытекающий глаз моего омерзительного отражения, но все это будто подернулось дымкой в моей голове и не мешает мне отчаянно желать порочную иллюзию. Прости меня, Господи, я создала чудовище.
  - Я помогу тебе с выбором теплого местечка, Ведьма, - сладко обещает Демон. И рубашка и штаны скроены по последней моде. Готова держать пари, что он уже успел разобраться со всеми тонкостями современного 'чернокнижия'.
  - Ты обещал оставить меня в покое, - напоминаю я. - Не трогать нас. Не угрожать нашему здоровью и безопасности.
  Демон хитро улыбается, перебирая серебряные запонки. В глазах деланый упрек. Ну да, позвала. Но ведь чертовщина началась куда раньше!
  - Что со мной? - я устало присаживаюсь на край кровати, игнорируя зов поющей крови. - Почему ты зовешь меня ведьмой, а не смертной, как раньше?
  - Высшим не пристало игнорировать истинную сущность, - роняет Демон и склоняет голову в знакомом движении - Ты сама сделала свой выбор. Когда приняла мою кровь.
  Я вспоминаю дымящийся стаканчик, который я осушаю с уверенностью завзятого алкоголика. Я падаю на кровать со стоном, не обращая внимания на непредсказуемое соседство.
  - Я стала ведьмой, потому что выпила твою кровь. - тупо повторяю я. Я не нуждаюсь в подтверждении, но демон кивает.
  - Смертным недоступен колдовской дар. - поясняет он. Сегодня он на редкость разговорчив. Не то, что тогда, в пентаграмме.- Его дает кровь божественная, либо демоническая. Ты приняла кровь добровольно и без принуждения.
  Моя чертова самоуверенность. Я готова биться головой об стенку. Впрочем, если верить демону, я приговорила себя еще в момент заключения сделки. Только кто же верит демонам?
  - И что теперь? - я отнимаю ладони от глаз и придирчиво изучаю разбегающиеся трещинки на потолке. Даже мое зрение, кажется, стало лучше. Я различаю мириады оттенков пожухшей побелки. - Я должна летать голой на метле, устраивать шабаш и совокупляться с чертями?
  - Чудесный план. - соглашается Демон с приятной хрипотцой в голосе. - Мне особенно нравится последний пункт программы. Я рад, что у меня появилась такая разумная Ведьм а. Обычно ваше племя более... безголовое.
  Он ласково щекочет кисточкой обнаженную голень, медленно поднимаясь к внутренней поверхности бедра. - Я уверен, мы сможем решить вопрос с недвижимостью к обоюдному удовольствию.
  Мое новое глупое тело поет радостное 'да', мгновенно откликаясь волной зеленых мурашек.
  ...
  
  Диванные теоретики выдвигают много разных гипотез о первопричинах зла. Вот, например, некоторые из их наивных утверждений: Все зло от книг. Все зло от выпивки. Все зло от женщин.
  
  
♥Слай Таша
  Оправданная Жестокость
  
  -Какого... Кто посмел оспорить решение Высшего порядка?
  
  Она ворвалась в залу, в своей летящей, полупрозрачной хламиде, сквозь которую просвечивались очертания ее гибкого стана. Лицо, некогда поражающее правильностью, даже скульптурностью черт, исказила гримаса ярости. Вся челядь тут же попряталась: кто под стол, кто за своих более могущественных хозяев. Впрочем, несчастных можно было понять - оказаться жертвой гнева Жестокой Правды (а в данной ее ипостаси, Оправданной Жестокости) не хотелось бы никому.
  
  Осмотрелся. Да уж, шестеро сильнейших, ее братья и сестры остались на своих местах, продолжая свою неспешную трапезу. Ах, эти человеческие душонки в глубоких медных блюдах - чем больше грехов на них числится, тем более сладкими и сочными они становятся. Не оторваться.
  Ее семья питается ими, а я - тот, кто приносит им самый отборный провиант. Печально, что Жестокая избегает общества своих братьев и сестер. Она вообще другая. Удивительная. Могущественная. Одной рукой, точно тяжелым молотом, она с легкостью крушит все вокруг, начиная от человеческих жизней, и заканчивая формами высшего порядка, а другой - способна созидать чистоту. Пусть эта стерильность и возникает в результате сгорания до тла чьих-то тайн и лжи, чьих-то жизней.
  Медленно перевел взгляд на присутствующих в зале. Хм... Действительно, кто бы из них смог противопоставить себя Жестокости?
   Близнецы Жадность и Жиловатость - они всегда дерутся за принесенную пищу. Каждому из них кажется, что у другого в тарелке душонка сочнее.
  Жертвоприношение, по рукам которой непрекращаемым потоком стекают реки крови, обычно располагается неподалеку от Живодерства, облаченного в шкуры диких и одомашненных животных. Этим двоим всегда есть о чем поболтать. Не люблю мешать им, да и в разговоры их предпочитаю не лезть. Одно дело греховные души от тел отделять, а другое - получать удовольствие от страданий и мук слабых существ.
  Жалость, будучи натурой ранимой, всегда садится по другую сторону стола, чтобы не слушать тлетворных разговоров своих кровных родственников.
  И, наконец, Желание... Ммм... Она всегда рядом. Так близко, что даже мой непоколебимый дух захватывает. Всякий раз надеюсь, что ее семейство слишком увлечено своей трапезой, чтобы наблюдать за ловкостью ее ручек и изящных пальчиков, ласкающих меня под столом во время общей трапезы. Она, конечно, хороша, но не сравнится со своей сестрой. Никогда.
  Но как одинокому демону привлечь внимание к своей скромной персоне? Как стать незаменимым для той, которая не ведает одиночества и не питается эмоциями и грехами, как остальные ее родственники и прочие демоны.
  
  -Я еще раз повторяю свой вопрос, - ее глаза полыхают, голос гремит тысячей громов, - кто посмел оспорить мое решение?
  Какая прелесть. Жалость заскулила и прилегла на стол, прямо рядом со своим блюдом. Жадность и Жиловатость замерли, втихаря то и дело засовывая руки в тарелки друг к другу. Детский сад.
  Жертвоприношение и Живодерство единовременно покосившись на Желание, так же синхронно замотали головами. Пффффф...
  -Сестрица, уж не ты ли это? Вершишь свои делишки за моей спиной? - тяжелый взгляд падает на стол, нежная ручка под ним крепко сжимает меня. - Кто там у смертных подобными вещами промышляет - Иуда, Брут?
  Пальчики вмиг исчезают с моего тела. Желание сильная Высшая, но противостоять своей старшей сестрице все же не осмелится. На то и расчет.
  Синее пламя ее взгляда останавливается на мне. Наконец-то.
  -Дигнитас, - прошипела она.
  -Собственной персоной, - медленно, оправляя одежды, расправляя тонкие, точно иглы шипы, что тянутся от основания черепа по хребту, я выхожу из-за стола, отдавая дань великосветским манерам, прильнув губами к ее правой руке (не той, что с молотом). Что поделать, приходится оправдывать свое имя.
  -Что, решил выбрать цель попроще? - обожаю саркастичные нотки в ее тоне, - Достоинство и Желание - звучит как издевка, не находишь? - ее взгляд разрезает пространство, от обеденной залы не остается и следа.
  -Где мы? - вокруг нас ничего. Пустота.
  -Не имеет значения.
  Подошла так близко, что летящая ткань перестала выполнять свое прямое назначение. Чувствую каждый ее вдох, крупную дрожь ее тела.
  -Как ты посмел нарушить мое слово, демон? Мою волю? - костяшки пальцев Жестокой хрустнули, и я почувствовал, как они смыкаются на моей шее.
  Хвост вырастает из-за спины практически в тот же момент, что ее пальцы вонзаются мне в глотку. Обвивает ее стан, впиваясь шипами глубоко под кожу. Была бы человечкой - давно бы душу мне отдала. Но, увы. Как можно отдать то, чего не дано?
  -Потому что я могу.
  Удивительно, как прозвучавшие слова меняют ее. Пламя во взгляде утихает. Тело становится мягким и податливым. Вместе с ее спокойствием и ко мне приходит покой.
  Наконец-то она все поняла. Черт, неужели она... Пальцы скользят по моему торсу, разрезая шелк и сатин. Губы нежно прикасаются к разгоряченной ее ласками коже, вслед за острыми, точно лезвия, ноготками.
  Бывший до этого в напряжении хвост, расслабляясь, опускается... А зря...
  -Вшшшшшшш, - дьявольщина!!!
  -Ну что? Нравится? - свист в воздухе предупреждает о следующем ударе, но расплющенный хвост не желает мне подчиняться.
  Кажется, второй удар ее молота раздробил его на две две части.
  -Ты что творишь, женщина?
  -Приятно тебе? - окровавленный хвост распух, отделившиеся кончики стали загибаться в противоположные стороны. Высшие, это же адская боль.
  -За что? - голос сорвался на фальцет.
  -Ну во-первых, - Жестокая стала стирать кровь со своего молота моими порванными в лоскуты одеждами, - ты осмелился нарушить мой указ относительно той душонки... Ее бы ждала кара куда более искусная, чем ваше варварское застолье. А во-вторых, я устала, Дигнитас. Устала ждать, пока ты сам во всем мне признаешься. Решила сразу обнародовать наши отношения, - указала она на сформировавшееся из двух половинок сердце. Распухшее и окровавленное.
  -Да и потом не нравится мне, что сестрица моя вытворяет на каждой вашей совместной трапезе. Впредь неповадно будет.
  
  =============================================================
  Хвост заживал долго. Все-таки, шутки ли, получить два удара от молота разящей своей жестокостью правды? Но получил за дело. Стоило давно признаться. Как это оказывается чудесно не скрывать своих чувств к любимой женщине, пусть даже невероятно жестокой и чересчур правдивой.
  -Дигнитас, меня давно интересует, почему ты выбрал демоническую ипостась? Ведь, по-сути, ты олицетворяешь то единственное, чем слабая человеческая душонка может гордиться.
  -Именно поэтому, жестокая моя. Стоит только человеку осознать свое достоинство, как на смену ему приходит гордыня. А посему и я, воплощая одно поистине прекрасное человеческое качество, своим внешним видом напоминаю о его оборотной стороне.
  -Ты удивительный.
  -Как и ты.
  
  
♥ Слай Таша
  "Жертвы страсти"
  
  Темный коридор, изредка подсвечиваемый диодными светильниками... Сколько она уже бродит вдоль этих каменных сводов? Вокруг - никого, тишина.
  Яркая вспышка света. Два силуэта. Он совсем близко. Она слышит позади его дыхание. Он слышит, как стучит ее сердце, норовя выскочить из грудины.
  Ей некуда бежать. Она - его Жертва.
  Стоит только протянуть руку, как та окажется в облаке ее каштановых кудрей. Ни с чем не сравнимое удовольствие - ожидание момента слиянияс этой маленькой хрупкой девушкой.
  Он растягивает этот момент, заставляя каждую мышцу своего тела изнывать от предвкушения удовольствия, доводя до мелкой дрожи пульсирующий конец своего хвоста.
  О, да... Он чувствует, как тот заполняется ее страхом и его желанием и начинает чем-то походить на пику.
  Наконец он притягивает ее к себе. Этот полумрак скроет его сущность, не даст ей напугаться больше, чем она напугана. Ведь именно подобный страх и подпитывает его. Но сейчас ему нужно больше. Она нужна ему вся целиком. Без остатка.
  Ее кожа... Плавится от его прикосновений точно воск. Она все еще трясется. Боится. Как сладко.
  Целует ее в шею.
  Дрожит.
  Его нечеловеческие руки блуждают по ее одежде. Как же она мешает. Треск ткани, и на пол опадают клочья разноцветного крепдешина.
  Девушка вздрагивает и сжимается. Нет, милая, так не пойдет. Он проводит когтистым пальцем по ее позвоночнику, заставляя расслабиться помимо ее воли. Человеческие рефлексы - о них ему известно не понаслышке, этим он сейчас и пользуется.
  Ее прерывистое дыхание говорит ему о том, что страх уступает место возбуждению.
  'Не надо', - еле слышно, в бессилии, шепчет она.
  Коготь поддевает крючки бюстгальтера, и тот беспомощно повисает на ссутулившихся плечах взволнованной жертвы. Она все еще пытается спасти себя, прикрываясь руками.
  Требуя подчинения, он стягивает ее кудри в тугой хвост, до боли и дергает ее на себя. Но девушка лишь крепче сжимает руки на груди.
  Какая своенравная жертва!
  Это лишь больше распаляет его желание. Пока он в состоянии контролировать свой хвост, он сможет завести и ее.
  Это важно. Для него важно. Он хочет слизывать капельки ее острого вожделения с каждой части ее молодого, податливого тела.
  Рука, прижимающая ее к себе, скользит вдоль живота, заставляя девичье тело содрогаться от нетерпения.
  Он глубже вдыхает ее аромат. В воздухе витает запах кардамона, лайма, перца и мускуса. Да, так пахнет ее желание.
  Какой изысканный аромат! Он сводит с ума, пьянит. Заставляет его пальцы проникать под хлопковый лоскуток трусиков. Ласкать ее, чувствовать как аромат, окружающий их, усиливается во сто крат. Руки ее расслабляются и опадают с груди, позволяя ему наконец прикоснуться к заветным тугим холмикам. Хвост бьется в неистовстве, пика накалена до предела!
  Всё!
  Он больше не может ждать!
  Пика скользит вверх по ее стройной ноге, вызывая волну мурашек. Приближаясь к хлопковой ленте нижнего белья, замирает на мгновение, а потом проникает под аккомпанемент ее низкого грудного стона.
  Руки продолжают свой затейливый изучающий танец по ее спине и груди. Острые когти царапают кожу, оставляя еле заметные порезы.
  Его Жертва томно вздыхает раз за разом, движение за движение все глубже насаживаясь на пику своего хвоста.
  Истина открывается ему постепенно.
  Она, вечно исчезающая из-под его прожигающего взгляда, самолично сдалась ему, позволила сделать своей. Он сходит с ума, наслаждаясь этой мыслью и ее тихими стонами.
  Аромат их страсти застилает все вокруг.
  Когда он готов уже развернуть ее, и повалив на каменный пол, войти всем своим демоническим естеством, она вдруг прижимается к нему крепче и еле слышно роняет:
  'Я люблю тебя...'
  
  -Стоп, снято! - как гром среди ясного неба звучит команда режиссера.
  -Всем спасибо! Отлично отработали. Мила, молодец, очень натурально вышло. Алексей, хорошо. Бионический протез в этот раз прекрасно смотрелся в кадре.
  А дальше суета. Актеров уводят в импровизированную гримерную. Ввиду нехватки помещений, она у них общая.
  Сегодня снимали только эпизод в подземелье, основных актеров не было, только они - дублеры, так что в гримерке даже есть где продышаться.
  Мила сидит тихо, закутанная в шерстяное одеяло и пьет горячий чай, пока Алексею снимают основной грим.
  Интересно, а она сегодня почувствовала, что почувствовал он?
  От одной мысли об их недавней близости, кровь вновь приливает к успокоившейся части его организма.
  Что ж, пока никто не заметил, самое время уединиться в туалете.
  Черт, хвост, про него он совсем забыл. Ну да ладно. Не помешает.
  Закрыв за собой дверь, он вновь представляет себе сегодняшний эпизод. Боже, как же хорошо. Хвост бьется из стороны в сторону. Алексея это даже забавляет. Постепенно доводит себя до пика. Нет, он сейчас не в грязном и вонючем сортире наяривает своей правой, он с ней. С той, чей аромат перца, кардамона мускуса обволакивает его, пьянит и будоражит.
  Бросает взгляд на взметнувшийся хвост. Не может быть! На его конце пульсирует сердце. Как же он раньше этого не заметил?
  От нахлынувшего осознания он разряжается быстро, прямо на грязный пол. Плевать. Этому месту уже ничего не поможет... А у него... У него есть шанс.
  Второпях застегивает джинсы, уходя, чуть не лишается своего бионического отростка.
  'Лишь бы она была здесь. Лишь бы не ушла'.
  
  В гримерке пусто. Только шерстяное одеяло, уныло свисая с высокого стула, напоминает о том, чьи хрупкие плечики оно не так давно согревало.
  Хвост негодующе бьется из стороны в сторону, явно управляемый мыслями Алексея.
  Он должен догнать ее. Должен доказать, что все, что между ними произошло, не было игрой на камеру.
  Хвост - его главное доказательство.
  
  Он вылетает на улицу, сшибая все на своем пути. Плевать. Где она?
  
  Маленькая фигурка, кутаясь в кардиган, спешно удаляется от павильона.
  -Мила, подождите!
  Он кричит это на автомате. Лишь спустя секунду приходит осознание. Не может быть? Неужели он наконец осмелился? Сколько месяцев он провожает ее только молчаливым угрюмым взглядом, тщательно скрывая свои истинные чувства.
  
  Девушка вздрагивает и не торопится оборачиваться. Он подбегает к ней, запыхавшись, и замирает в метре от самой чудесной из женщин.
  -Да, Алексей?
  Ее низкий тембр ласкает его слух. Хвост вздымается помимо его воли, являя девушке пульсирующее красное сердце на кончике.
  
  -Я давно хотел сказать...- начинает он, поняв, что больше не в силах сдерживать себя, - но, похоже, лучше один раз показать.
  Она улыбается. Так просто и легко. Улыбается только одному ему в этом мире. Как он счастлив!
  Теперь ничто не может его удержать. Он преодолевает этот самый трудный метр в его жизни в секунду, приникая к ее мягким губам.
  
  -Я люблю тебя... - слова выскальзывают и разливаются вокруг них новым ароматом роз и аниса.
  Она откидывает голову назад и хитро прищуривается.
  -Да, но все же я призналась тебе раньше...
  
  
♥Соавторы 1.Васина Ольга 2.Эвелина
  Homme fatale
  
  Вечерние огни Праги плыли в каплях дождя, блестевших на гладких камнях брусчатки, красных черепичных крышах и жёлтых стенах зданий.
  
  Жозефин стояла на ступенях Народного театра, теребя в руках маленькую сумочку и поправляя маленькие круглые очки, которые и так прекрасно сидели на её милом чуть вздёрнутом носике. Жозефин вообще была весьма мила и особенно сейчас, в бежевом тренче, из-под которого виднелось новое изумрудного цвета платье с широкой юбкой и высоким горлом, затянутым кружевом и украшенным камеей.
  
  Последние зрители вечернего спектакля пробегали мимо, растекаясь по улицам, растворяясь в шорохе машин и звоне трамваев.
  
  Дождь не прекращался, и Жозефин наконец решилась шагнуть в него, но в тот момент, когда её ножка в изящной туфельке коснулась дороги, прямо над её головой распахнулся зонт. Чёрный, словно крылья летучей мыши. Вздрогнув, Жозефин обернулась и встретилась с насмешливым взглядом молодого мужчины.
  
  Он был выше её на целую голову и носил укороченную аккуратную эспаньолку. Зачёсанные назад волнистые волосы открывали высокий лоб и выразительные светло-зелёные глаза. Элегантный плащ был распахнут, а свободно обмотанный вокруг шеи тонкий полосатый шарф придавал всему облику лёгкую творческую небрежность.
  
  - Ahoj! Pěkné počasí pro procházky , (1)- произнёс он и широко улыбнулся.
  
  - Я не понимаю, - ответила она, теряясь.
  
  - О, прости, я должен был догадаться, - услышав её слова, он тут же перешёл на английский. - Ты выглядишь как настоящая леди. Пражанки редко одеваются так изысканно. Позволь мне проводить тебя, - не то предложил, не то приказал он, и Жозефин, слегка кивнув, взяла его под локоть. - Откуда ты? - спросил он, когда они перешли на другую сторону улицы и неспешно направились вдоль набережной Влтавы в сторону Старого города, где над желтеющими кронами деревьев виднелся острый шпиль часовой башни ночного клуба 'Карловы Лазне'.
  
  - Из Англии, - ответила она, пытаясь укрыться воротником тренча от пронизывающего речного ветра.
  
  - О... Англия очень красивая страна. Когда-то я часто бывал в Лондоне. В основном по работе, - мужчина замолчал, задумчиво глядя вдаль, на теплоходы, отражавшиеся в воде мерцающими огоньками. - Кстати, как тебе спектакль? Знаешь, я ведь видел тебя среди зрителей, - он повернулся к девушке и с искренним интересом заглянул в её лицо.
  
  - Меня? Но... о... - внезапная догадка оглушила её, и Жозефин смутилась ещё сильнее, - я знаю вас. Вы - Матиас Черны, да? Вы играли графа в сегодняшнем спектакле.
  
  - Да, это я. А могу я узнать твоё имя?
  
  - Жозефин... Бейл, - добавила она, глядя в его пронзительные глаза. - Впрочем, вряд ли моё имя вам о чём-то скажет.
  
  - Постой, ты та самая Жозефин Бейл? Писательница?
  
  - О, вы слышали обо мне? - спросила она, потрогав камею и отчего-то вдруг заливаясь румянцем.
  
  - Просто невероятно! Я читал твои книги! - воскликнул Матиас, продолжая гипнотизировать девушку своим восторженным взглядом. - Ты пишешь такие чувственные романы о вампирах, что... в них начинаешь верить, - он снова улыбнулся, на этот раз достаточно широко, чтобы можно было заметить удлинённые клыки.
  
  - О, Боже, - только и смогла что выдохнуть она, - вы никогда не выходите из образа?
  
  - Из образа? - переспросил он, делая вид, что не понимает, но поймав на себе удивленный взгляд, тут же рассмеялся, ловко снимая с зубов накладки, - прости, обычно я так не делаю, но сегодня я слишком спешил, - очередной порыв влажного ветра заставил Жозефин повести плечами, и Матиас сжал её холодные пальцы. - Ты совсем замёрзла, может быть зайдём в кафе погреться? Я знаю здесь совсем рядом одно очень уютное местечко. Что скажешь?
  
  - Я бы с удовольствием выпила имбирного чая.
  
  С каждым мгновением Матиас нравился ей всё больше и больше, а особенно то, как он к ней прикасался. Нежно, но в то же время властно, как будто всё уже давно решил за неё, но она была совсем не против. На миг ей даже подумалось: 'А вдруг он станет тем самым?' Но она тут же отогнала эту мысль.
  
  С оживлённой набережной они свернули в небольшой сквер и прошли по засыпанной гравием дорожке к стоявшему на углу зданию.
  
   - Прошу, - Матиас галантно распахнул перед девушкой дверь, пропуская внутрь.
  
  Вопреки ожиданиям Жозефин, в кофейне, которая располагалась на втором этаже, они оказались единственными посетителями. Бармен за стойкой встретил их приветливой улыбкой, и Матиас кивнул ему как старому знакомому, увлекая девушку за собой. Они избавились от верхней одежды и сели за дальний столик около окна, из которого открывался красивый вид на сквер и подсвеченную огнями набережную.
  
  Когда вежливый официант удалился, приняв заказ, Матиас наконец-то облегчённо выдохнул. Только здесь он мог чувствовать себя комфортно. Конечно, насколько это слово вообще можно применить к земному существованию в обличье человека. Он, наверное, никогда не привыкнет до конца к этому хрупкому телу, которое постоянно требует к себе повышенного внимания. Его нужно кормить, заботиться о гигиене, давать время на сон. Нет, это было бы ещё терпимо, если бы Матиас не помнил свои ощущения в те моменты, когда он становился самим собой. И именно ради этой возможности он проделывал день за днём этот до безумия надоевший ему алгоритм соблазнения.
  
  Но в этот раз ритуал неожиданно увлёк его, захватив целиком. Он чувствовал, что перед ним сейчас сидит не просто очередная девица с очевидными женскими прелестями. В Жозефин было нечто такое, что дало возможность давно забытым эмоциям подняться из самой глубины души.
  
  - Послушай, а ты помнишь, как к тебе пришла идея приехать сюда? И пойти именно на этот спектакль? - спросил Матиас, беззастенчиво разглядывая девушку, как будто бы хотел запомнить каждую самую мельчайшую деталь её образа.
  
  Жозефин уже было собиралась ответить, но задумалась: а действительно, как? Кажется, впервые о Праге заговорила Аманда, её подруга, потом Жозефин наткнулась на документальный фильм на BBC и тот другой, художественный, название которого она уже успела позабыть, а потом... потом редактор сказал ей, что новая глава третьего романа никуда не годится, и Жозефин теряет хватку. 'Откуда ты списала это? Из сопливого женского журнала?! Мне нужны эмоции! Настоящие эмоции настоящей женщины, а не эта банальная ерунда!' - орал он, потрясая распечатанными страницами, а она тёрла виски, сжимаясь в кресле и краснея как первоклассница. В тот день Жозефин долго бродила вдоль Темзы, и у Лондонского моста кто-то всучил ей буклет с рекламой туристического агентства. Оно оказалось буквально за углом, и войдя в маленький офис, девушка первым делом увидела коллаж из сотни фотографий, висевший над улыбающимся менеджером, а на нём - астрономические часы Староместской ратуши. Жозефин не помнила, поздоровалась ли она, прежде чем спросила, есть ли у них туры в Прагу... И вот так она оказалась здесь, в этом городе, который просто создан для тех, кто влюблён в неизведанное, как Жозефин. А спектакль... Разве она могла пропустить его, когда по всему городу расклеены афиши, с которых на неё смотрел своим чарующим взглядом граф Либертин - Матиас Черны, человек из плоти и крови, сидевший теперь напротив неё.
  
  Жозефин моргнула и украдкой ущипнула себя под столом за ладонь, чтобы проверить, не снится ли ей всё это.
  
  Официант принёс напитки - имбирный чай и крепкий кофе и, оставив их, снова скрылся в полумраке кофейни.
  
  - Почему вы спрашиваете меня об этом? - задала вопрос она, осторожно прикасаясь пальцами к горячей кружке, от которой шёл дурманящий аромат.
  
  - Хочу понять, насколько случайна наша встреча, - Матиас усмехнулся - одними губами. - Ведь всё, о чём ты подумала сейчас, это же не истинная причина, почему ты здесь? Это скорее следствие...
  
  - Следствие, - отозвалась эхом Жозефин, - всё, о чём я подумала? Откуда ты... О... я поняла, - усмехнулась она, поправив очки, и окинула взглядом полумрак кофейни. - Боже мой, какая же я дура, - пробормотала она, поспешно поднимаясь с места.
  
  - Поняла что? - спросил Матиас, глядя на девушку снизу вверх и даже не сделав попытку преградить дорогу или как-то остановить.
  
  - Это место. Вы здесь бываете часто, бармен знает вас, - произнесла она, надевая тренч и поправляя длинные каштановые волосы. - Что дальше? Вы выпили бы свой кофе и предложили поехать к вам, или ко мне в отель? Хотя вряд ли, конечно, вы предложили бы поехать в отель, ведь вы - Матиас Черны - местная знаменитость... И что же? Часто наивные дурочки, вроде меня, ведутся на такие подкаты?
  
  - Довольно часто, - ответил он прямо и резко, но это больше напоминало акт неожиданной откровенности, чем грубость. - Знаешь, впервые я не хочу врать. Да, я далеко не идеал целомудрия, но с тобой всё по-другому... Ведь это ты мечтала о знакомстве с таким как я. Ты сама заставила Вселенную создать предпосылки для этого! Подруга Аманда, фильм на BBC о Праге, редактор, которому нужны особые эмоции, буклет туроператора... Это - лишь знаки, которые помогли исполнить твоё желание. Ты понимаешь, что я хочу сказать? - последние слова Матиас произнёс почти шёпотом, но они прозвучали предельно чётко и даже громко.
  
  В наступившей тишине было слышно, как поскрипывает стекло под салфеткой бармена, как отсчитывают секунды механические часы на стене, как капли дождя разбиваются об оконный карниз. Как стучит сердце Жозефин.
  
  - Мне пора, - сказала девушка и поспешила к лестнице, ведущей вниз - на улицу.
  
  Она почти протянула руку, чтобы открыть дверь, как сзади раздался голос Матиаса:
  
  - Чего ты боишься? - спросил он.
  
  Жозефин обернулась. Он медленно спускался по ступеням, не сводя с неё глаз. Подойдя почти вплотную, он аккуратно убрал с её щеки упавший локон и произнёс:
  
  - Ты ведь боишься не меня, а собственного желания... - усмехнулся он. - Я не держу тебя, но если ты уйдешь, пути назад уже не будет. Не пожалеешь ли ты об этом?
  
  - Кто ты? - прошептала она.
  
  - Я - часть той силы, что вечно хочет зла, но вечно совершает благо, - пафосно ответил он, сделав широкий театральный жест рукой.
  
  - О, Гёте, Фауст, ну конечно, - кивнула Жозефин.
  
  - Пойдем со мной, и ты узнаешь, кто я.
  
  - Куда? В подземелья оперы или предложишь полетать над ночными крышами?
  
  - Увы, я больше не умею летать, - во взгляде промелькнуло искреннее сожаление, - но подземелья оперы могу устроить, - он протянул руку за её спину, щёлкнул замком и опустил жалюзи.
  
  Жозефин отступила назад, вжавшись в стену. Матиас, наоборот, придвинулся ближе, и усмешка на его губах была последним, что увидела девушка, прежде чем лестница погрузилась в темноту. Поспешно расстегнув сумочку, она попыталась нащупать в ней газовый баллончик, но под руку попался лишь фонарь. Яркий светодиодный луч прорезал пространство.
  
  - Это тебе не поможет, - одним быстрым движением Матиас выхватил сумочку из рук девушки и небрежно бросил её в сторону лестницы. В следующий момент он настойчиво дотронулся до пальцев, вынимая из них фонарь. - Слишком поздно... Ведь ты сама сделала выбор, - он опёрся ладонью на стену, и Жозефин оказалась зажатой между его рукой и дверью.
  
  Свет фонаря скользнул по обтянутой кружевом шее, спускаясь ниже.
  
  - И что же дальше? - она с вызовом взглянула в его лицо, и лишь сжимавшие камею пальцы выдавали её волнение.
  
  - А дальше я буду делать с тобой всё, что захочу, и ты не сможешь сопротивляться, - Матиас обхватил Жозефин за талию. Пятно зажатого в левой руке фонаря вздрогнуло на стене за спиной девушки, осветив черты её лица и снова выбившуюся из прически волнистую прядь волос, упавшую на скулы. - Всё, как в твоих романах. Только вот хэппи энд не обещаю.
  
  Жозефин попыталась вырваться, но мужчина не дал ей возможности этого сделать.
  
  - Куда же ты так спешишь, прекрасное дитя, ведь мы ещё даже не начали, - он приник к губам, с силой прижимая девушку к себе. - Твои героини, они ведь подчинялись безоговорочно, чтобы принять свою смертельную дозу счастья...
  
  В тесном холле перед входом и лестницей они были отрезаны от всего мира... И в то же время - сюда могли прийти в любой момент. Официант или бармен, услышав шум, спустились бы со своего второго этажа, чтобы узнать, в чём дело. Но... Жозефин даже не надеялась, что это произойдёт. А может, и не хотела уже, чтобы их кто-то останавливал.
  
  Матиас разжал пальцы, и фонарь упал на пол с глухим ударом - от него теперь до них дотягивалась лишь полоска неяркого света. Ладонь с силой сдавила грудь, опускаясь ниже и вновь возвращаясь. Под его пальцами она наливалась томительной тяжестью, которая постепенно разливалась по всему телу. Не выдержав, Жозефин подалась навстречу, оттесняя Матиаса к стене, и он вжался в нее лопатками.
  
  Каждое прикосновение растекалось по языку терпким соком.
  
  - Ты понимаешь, что больше не выйдешь отсюда? - произнёс он, резко развернув девушку спиной. - Но перед этим ты узнаешь всё, что хотела узнать... до самого конца... - он стянул с её плеч бежевый тренч и быстро расстегнул пуговицы на платье, доходящие до самой талии. Ткань скользнула вниз, открывая расплавленное стекло тела и пикантный вид с чулками на подвязках.
  
  - Наклоняйся, - небрежно подтолкнул он девушку, наблюдая как она избавляется от белья, - ещё ниже!
  
  Размахнувшись, Матиас со звонким ударом опустил ладонь на ягодицу, оставляя на коже яркий красный след от удара. Натянув собранные в хвост волосы, он заставил Жозефин откинуть голову назад и, впившись пальцами чуть выше бедер, с силой притянул её к себе. Вскрикнув от боли, она схватилась за стену, пытаясь обрести опору.
  
  Их вытянутые тени раскачивались, становясь то длиннее, то короче.
  
  - Эй потише, - прошептала девушка, сбиваясь с дыхания, - ты делаешь мне больно!
  
  - О да! Ты можешь кричать, - выдохнул он, удобнее перехватывая бёдра и врезаясь до самого упора. Ещё. Удар. Толчок... Ещё, детка... С его губ практически сорвался стон, но он вовремя остановил себя - лишь для того, чтобы максимально продлить эту пытку. - Вряд ли тебя здесь кто-то услышит! - Матиас вновь потянул её за волосы, позволяя выпрямиться.
  
  Повернув девушку к себе, он грубо провёл рукой по лицу и приподнял её подбородок, проникая пальцами в рот. Другая рука настойчиво скользнула вниз, доводя Жозефин до исступления. Острое чувство наслаждения пронзило до кончиков пальцев. Её колени подкосились, и чтобы не упасть, она вцепилась в лацканы его пиджака. Колючая шерстяная ткань болезненно коснулась кожи, но когда девушка попыталась снять его, Матиас не позволил этого сделать. На мгновение он остановился, лишь чтобы перехватить удобнее её ногу и заставить снова впустить его. Хватая воздух открытым ртом, Жозефин прогнулась назад. Её лопатки тёрлись о шершавую стену, и она мысленно умоляла его, чтобы это никогда не заканчивалось, но когда до развязки оставалось совсем немного, Матиас вдруг резко отстранился и, с силой сжав её плечо, вынудил упасть на колени.
  
  Его рука сделала движение, и на её грудь упало несколько горячих капель.
  
  Каждый раз он ждал этого момента с трепетом, и каждый раз ощущение приходило по-разному. Иногда подступало медленно и неторопливо, и тогда любое неверное движение могло спугнуть его, заставить отойти, спрятаться в глубину тёмной души. Залечь на самое дно. Иногда - накатывало стремительно, практически моментально. Раздирая изнутри. Болезненно выворачивая внутренности. И вместе с тем принося с собой лёгкость. Экстаз. Эйфорию.
  
  Как сейчас. Матиас почувствовал, что не может больше сдерживаться. Да и не хочет. Раздался треск. Ткань пиджака лопнула, разъезжаясь в стороны. Одним движением сорвав с себя пиджак и рубашку, он с наслаждением распрямил грудную клетку, каждым атомом своего существа чувствуя, как наливаются тяжестью рельефные мышцы.
  
  Его до этого прозрачно-зелёная радужка стала насыщенно-изумрудной, как платье Жозефин, и в глазах загорелся дьявольский огонь.
  
  - Эй, куда это ты собралась? - он схватил девушку за руку как раз в тот момент, когда она поднялась с колен, пытаясь улизнуть.
  
  С выражением первобытного ужаса она замерла на месте, превозмогая себя, чтобы поднять голову и встретиться с его взглядом. Жозефин казалось, что она не сможет выдержать этого. Что сейчас он выжжет сознание, войдёт не только в плоть, но и в душу. Что она растворится в нём, смешается с бешеной энергией чего-то огромного как целая Вселенная, неотвратимого. Что сейчас он раздавит её, сломает, как хрупкую вазу из тонкого сапфирового стекла.
  
  Нечеловеческое тело. Мощное. Идеальное...
  
  Теперь она не могла даже пошевелиться, завороженно глядя, как на его лбу появляются костяные наросты рогов. На покачивающийся за мускулистым плечом хвост. На эту хищную усмешку.
  
  - Иди ко мне, - прошелестел его голос, обволакивая мысли. Он звучал вокруг. Или внутри головы. Низкий. Притягательный.
  
  Жозефин ощутила, как что-то мягкое прикасается к шее, заставляя её вздрогнуть от новой волны острого возбуждения. Кисточка на его хвосте в форме перевёрнутого сердечка спускалась и поднималась по плечу, спине, бёдрам... Каждое прикосновение уносило её всё дальше от реальности, погружая в сладостный транс.
  
  Девушка опустила веки, но даже с закрытыми глазами она чувствовала его силу. Власть. Присутствие немыслимого монстра, материализовавшегося из самых откровенных диких фантазий. Длинный раздвоенный язык демона провёл по шее и протиснулся глубоко в рот. Жозефин вскрикнула от боли, когда его пальцы с острыми когтями жадно впились в грудь, раздирая кожу. Она ощутила вкус собственной крови, когда острые клыки вонзились в губы.
  
  'Уходи или я убью тебя', - он не произнёс ни слова, но шелестящий голос снова окружил Жозефин, проникая в мозг и парализуя волю.
  
  Секунда - и Матиас грубо оттолкнул её, а из его горла вырвался звериный рык...
  
  - Что стоишь? Беги отсюда! - крикнул он уже вслух, и его лицо исказила свирепая гримаса. - Я не смогу долго сдерживаться!
  
  Тяжело дыша, он отступил назад к лестнице, и Жозефин увидела, как сверкают ядовитой зеленью его глаза, как вздымается и опускается грудная клетка. Казалось, ещё секунда промедления, и он набросится на неё, сомнёт, вытянет все жизненные соки, утоляя свою неуёмную, безудержную жажду.
  
  Оцепенение спало, уступив место страху. Липкими пальцами он сжимал её сердце, шептал, что ей стоит поторопиться. Собрав разбросанные по полу вещи, Жозефин надела нижнее бельё и тренч, и прижимая к себе платье и сумочку, уже практически открыла дверь, но вдруг обернулась, чтобы ещё раз взглянуть на него.
  
  Матиас сидел на ступенях, обхватив руками голову. И Жозефин не выдержала. Она не могла уйти. Только не сейчас, когда он был так подавлен и... одинок. Мужчина, показавший ей, что есть другая жизнь. И теперь она хотела узнать о ней всё. Отпустив дверную ручку, она подошла к нему и села рядом, сложив ладони на коленях.
  
  Матиас резко поднял голову.
  
  - Ты ещё здесь? Я же сказал, чтобы ты уходила!
  
  - Я не хочу, - дрогнувшим голосом ответила Жозефин и отвернулась, зацепившись взглядом за пятнышки крови на полу.
  
  - Но почему? Ведь я делал тебе больно! И я... чуть не убил тебя.
  
  - Я никогда не встречала таких как ты... и никогда не испытывала ничего подобного тому, что испытала с тобой... Я не хочу уходить, я хочу узнать тебя.
  
  - Не боишься? Разочароваться? Другая жизнь, о которой ты думаешь... Она не настолько романтична...
  
  - Мне всё равно. Позволь мне самой решить это! - она с вызовом посмотрела в его глаза, яркий изумрудный оттенок которых постепенно угасал, и лицо приобретало всё более человечные черты.
  
  Сейчас Матиас ясно слышал её мысли. В них не было восторженного восхищения, вызванного состоянием транса. В них не было тумана, который обычно сопровождает изменённое состояние сознания. Не было отвращения или обиды. Ей действительно хотелось узнать, кто он на самом деле... Что скрывается за этой маской монстра. За маской ли? Она была готова к тому, чтобы принять его истинную сущность.
  
  Матиас почувствовал, как уменьшаются в размерах мышцы, исчезают острые клыки... Обычно он не мог контролировать этот процесс. Сейчас тоже всё происходило помимо его воли, но всё же не так. Даже в уязвимом теле человека он продолжал ощущать мощную энергию и силу. И это было... неожиданным.
  
  Нерешительно Жозефин дотронулась до его щеки и едва заметно улыбнулась.
  
  - Покажи мне свой мир, - прошептала она.
  
  - Идём, - он поднялся со ступеней и, взяв девушку за руку, начал подниматься вверх по лестнице, увлекая её за собой.
  
  - Постой, - засмеялась она, - позволь мне сначала хотя бы одеться.
  
  - О... конечно, - он улыбнулся в ответ, - я буду ждать тебя. И, кстати, ты всё ещё можешь передумать...
  
  - Я не передумаю, - решительно мотнула Жозефин головой.
  
  Несколько секунд спустя она выглянула в открытое окно, ведущее прямо на крышу. В лицо пахнул холодный воздух, пропитанный запахом сырой листвы с едва уловимыми нотками кофе. Она услышала гул ночного города, и ей даже показалось, что в небе промелькнул силуэт большой белой чайки.
  
  Матиас ждал её, глядя вдаль, и его волнистые волосы трепал ветер. Он повернулся, и Жозефин сделала шаг навстречу, пригнувшись, чтобы не задеть оконную раму.
  
  Девушка всегда боялась высоты, и сейчас, когда она мельком взглянула на вымощенную брусчаткой дорогу, у неё сразу же закружилась голова. Она покачнулась. Нога в атласной туфельке предательски дрогнула и соскользнула с поверхности парапета. Жозефин быстро раскинула руки, балансируя на узком перешейке между двумя башнями. Она видела, как Матиас протянул к ней раскрытую ладонь, но было слишком поздно...
  
  Цепляясь руками за воздух, девушка сорвалась вниз, и сожаление о том, что она больше никогда не увидит взгляд его пронзительно-изумрудных глаз, стало последней внятной мыслью.
  
  Она зажмурилась, ожидая удара о серые камни мостовой, но его не последовало. Напротив, она вдруг почувствовала, как сильные руки подхватили её, и Жозефин воспарила над землёй. Прижавшись к его груди, от которой пахло терпким парфюмом, она наконец решилась открыть глаза и увидела далеко внизу красные черепичные крыши, тёмную ленту реки в окружении россыпей огней и чернильно-синее небо, мерцающее сотнями звёзд.
  
  Матиас же не мог оторвать взгляда от девушки, трепетно прижимающейся к его груди. От человека, который за несколько часов смог каким-то непостижимым образом изменить его... Он не читал её книг - всего лишь собрал образы, витающие в её сознании. Но это было неважно.
  
  В тот момент, когда Жозефин начала падать, он вдруг понял, что должен сделать. Он не вспомнил о цене, которую пришлось бы заплатить в случае неудачи. Была ли это благодарность за попытку заглянуть в его душу? Готовность к самопожертвованию... или, может, любовь? Он никогда не верил в любовь... Так же как и Жозефин всегда считала демонов плодом больной фантазии.
  
  Матиас не хотел знать ответ. Не хотел думать о том, что будет с ними дальше. Впервые за многие годы он снова наслаждался пьянящим полётом, эйфория от которого будоражила и рождала странные чувства.
  
  Впервые он страстно желал лишь одного - жить.
  
  (1) Привет! Отличная погода для прогулок
  
  
♥Соавторы ДЮля и НастяЛ
  Жэ-фантазии
  
  Вечерний поезд Москва - Санкт-Петербург.
  
  Девушка предъявила документы и прошла на указанное в билете место. Легкая усталость не портила настроение. Встреча с авторами и читателями прошла замечательно и душа требовала продолжения! Чаю не хотелось, на СИ - тишина. Делать было решительно нечего. Женя смотрела в окно, а на сканворде, в разделе анекдоты, рука непроизвольно выводила рисунок. Сначала появился хвост, потом - сердечко, потом рука взбрыкнула, и на бумагу полились слова.
  
  А в соседнем купе тихо переговаривались две сущности:
  
  - И куда нас в этот раз отправят?
  
  - И чем наградят?
  
  - Я хочу быть стюардессой.
  
  - О, любовь в воздухе! Тогда я буду капитаном воздушного судна.
  
  - Будем людьми! Не часто сейчас выбирают таких героев.
  
  - Авторесса наша совсем молоденькая. Жди любого развития сюжета.
  
  - Тем более у нее это в первый раз.
  
  - Тогда не тратим времени на разговоры, скоро начнутся приключения!
  
  Страстные стоны, жаркие поцелуи ...и невидимая сила фантазии автора вкупе с шариковой ручкой растащила двух влюбленных в разные миры. И только от Женьки зависит, когда они встретятся и встретятся ли вообще...
  
  
  Логово младшего принца в демоновых горах.
  
  Тринадцать прекрасных демониц в его постели, соблазнительно изогнутые тела, роскошные гривы, гибкие извивающиеся хвосты с сердечками на кончиках, и на каждом оттиск золотыми буквами 'Мадемуазель Жэ. Мы причешем ваши сердца'. Чтоооо!?! Нееет!!! Шерсть стала дыбом и Густав проснулся.
  
  Ненавижу сердечки!
  
  Мерзкий сон, мерзкое утро, мерзкая погодка за окном. Получив заряд утренней бодрости, царственное тело процокало к зеркалу. Зверское отражение не радовало: густая примятая после сна шерсть, злобные алые глазки, кругленький животик и никакого намека на хвост. Процесс осмотра был безжалостно прерван. В глазах зарябило, и перед мордой демона зависла упитанная гусеница. Она уставилась на него немигающими глазками-бусинками, в которых напрочь отсутствовало почтение. Не успев как следует рассвирепеть от столь вопиющей наглости (не личные покои, а проходной двор), как в пятак впечаталось письмо, и гусеница с хлопком растворилась, оставив после себя тонкий аромат. Да ну, не может быть?! Аромат кислой капусты?! Густав осмотрелся по сторонам, затем провертел на когте конверт.
  
  Конверт нежно-розового цвета ехидно подмигивал алыми сердечками, которые божественно сочетались с глазками его обладателя. От конверта тянуло неприятностями. 'Была, не была', - подумал демон и вскрыл розовое безумие.
  
  'Поздравляю, вас выбрали 589 мужем незабвенной принцессы Фей-Капустниц Жаннэт'. Затем на 120 листах шло перечисление неоспоримых достоинств принцессы. Все эпитеты имели превосходную степень и оседали на клыках приторной сладостью.
  
  - Тьфу ты, - вслух выругался Густав.
  
  На 121 странице попался пункт 'Требования к мужу'. А это уже интересно!!! Требования к мужу занимали всего лишь одну скромную строчку: эталон - кубики пресса, хвост, наличие сердечка на кончике хвоста. Далее на 311 страницах шли перечисления небесных кар, которые падут на бедную голову посмевшего отказаться от счастья.
  
  - Мне??? - рев демона сотряс горы. - Указывать мне, младшему принцу, как выглядеть и на ком женится?! Ненавижу сердечки!
  
  Впервые Гyстав отказался от утреннего кофе с кусочком черного шоколада и пирожным 'Хвостатая дьяволица'. Он быстро привел себя в порядок. Алый пиджак в тон глаз, алые боксеры для придания пикантности образу, наполированные до блеска рога и копыта, тщательно вымытая и уложенная стайлером шерсть. С решительным настроем, как можно скорее развязать вопрос с женитьбой, он шагнул в рамку перехода. Настройки портала дали сбой, и злого до невозможности демона выбросило в Королевский сад Капустного королевства.
  
  Дурманящий запах капусты, молодые кочанчики, бабочки повсюду и та самая Фея-Капустница Жаннэт, прикрытая лишь одним капустным листочком, который в стратегических местах грызла гусеница. Фея была прекрасна, нежна, и будоражила его вовсе не целомудренное воображение. В мечтах демон стряхнул гусеницу, снял листок и... опомнился. Не затем он пришел, чтобы потерять рогатую голову от страсти, а демонское сердце от любви!
  
  Совершив еще один портальный переход, он оказался в тронном зале Капустной Королевы.
  
  - Любезнейшая, - оскалился в милой улыбке Густав, но не смог продолжить, так как его вмиг окурили благовониями.
  
  - Сейчас будем делать из тебя эталон, - загорелись глаза Королевы...
  
  
  Капустное королевство. Фея-Капустница.
  
  Что за черт? Отчий дом, покои Королевы-матери. На мне капустный лист в дырочку. Запах капустных благовоний вызывает кашель. Ну, ррррродители! Замуж решили выдать, а чтобы не сбежала, окурили кислой капустой. Меня и замуж! Так, а это что еще? Письмо, буквы выведены красивым детским почерком... Только не это!! Откуда у них мое письмо Кислому Капустнику, которому пишет каждая порядочная феечка в сезон закваски и просит исполнить желание. Я писала всего лишь раз, когда хотела помочь младшему принцу демонов, что гостил у нас с дипломатическим визитом. Святая Гусеница, когда это было, да я же просила не для себя, а для него. Он так переживал, что у него нет ...
  
  - Дочь, вижу, ты пришла в себя. Церемония прошла успешно, - мамин голос вывел из воспоминаний. - Вы теперь связаны нитью желаний. Жди его. Счастья тебе, милая моя. Уже и не надеялась на чудо, пока Гусеница не нашла твое письмо. Все твои сестры счастливо вышли замуж. 588 прекрасных свадеб. Теперь вот и ты, Жаннэт. Капустная Королева смахнула слезы радости, и растаяла в воздухе.
  
  Дом, милый дом. Чудесно! Меня вернули. Меня сосватали. Где черти носят моего жениха, который сам черт рогатый! А теперь еще и хвостатый, и с кубиками, и с сердечком! Святая Гусеница, мне не жить!
  
  Раздался хлопок портала. Нечто в алом пиджаке растянулось на бежевом пушистом ковре. По реву: 'Убью гусеницу, порублю капусту, повыдираю крылья ', - Жаннэт узнала младшего принца демонов. Густав медленно поднялся и, не мигая, нет, один глаз все же подёргивался, уставился на феечку. Капустница робко улыбнулась в ответ...
  
  Запахло озоном и под оглушающий звук 'Дзыыыыынь' и недовольный шёпот сущностей 'Эх, не успели!', демона и феечку затянуло в портал.
  
  
  Вечерний поезд Москва - Санкт-Петербург
  
  Дзынь-дзыыыынь. На экране мобильного телефона высветилось 'Любимый'.
  
  - Ты как, Жень?
  
  - Еду, зай. Соскучилась сильно.
  
  - И я, малыш.
  
  - Встретишь?
  
  - Ну а как же. С цветом машины не ошибись, соня. До встречи.
  
  - Не смешно. Целую.
  
  Женька рассмеялась. В прошлый раз муж встретил ее на новой машине, как она и мечтала, на серебристом джипе. Муж, такой муж. Сюрприз почти удался, если бы она случайно не села в чужую машину, точно такую же, как у них была до джипа. Ну а номера - так утро, спросонья не обратила внимания.
  
  А фею с демоном все крутило в портале. Женька замечталась, рука опять нарисовала сердечки, туфельки и уже новый мир встретил двух влюбленных...
  
  
  Наше время, не наш мир.
  
  Серебристый джип припарковался возле невысокого здания выкрашенного гадкой розовой краской. Открылась дверь, и ноги в дорогих кожаных туфлях с радостью приняло в свои объятия ледяное крошево лужи.
  
  - Да к демонам все, - выругался мужчина. На дне его взбешенных глаз тлели алые огоньки. - Да кто она такая, эта Мадемуазель Жэ?- мужчина никак не мог вспомнить ни ее имени, ни фамилии, только инициалы Ж.Э. бились в его мозгу.
  
  То обстоятельство, что известному бизнесмену Густаву Генриховичу Бессердечному приходилось идти на поклон к какой-то Мадемуазель Жэ, безмерно бесило. Но ему прозрачно намекнули, что дело не сдвинется с мертвой точки, если он проигнорирует встречу. И вот злой, нет, не так, очень злой мужчина пересекал холл, оставляя на ковре мокрые следы.
  
  Как эта дамочка влияла на сделки бизнесменов? Да никак! Но вот жены влиятельных особ устраивали тщательную проверку всем новым жителям мира. И подруги этих жен с нетерпением ждали проверок. А уж проверку самого Густава Бессердечного, вихрем ворвавшегося в местное общество, ждали все дамы детородного возраста. Миллион успешных идей, безупречный внешний вид, спортивное телосложение. Ну а изредка мелькавший хвост с сердцем свел с ума не одну кокетку.
  
  Мадмуазель Жэ вникала, помогала, направляла. Простое приглашение на чай в кафе и холостыми мужчины оставались недолго. Вот и на Густава поступил заказ из мэрии. А сам Бессердечный ждал подписания контракта на строительство бизнес-центра.
  
  Все дороги вели к Мадемуазель Жэ.
  
  Пушистые ковры, бежевые тона, небрежно разбросанные розовые подушки на диванах. Зеркала и цветы. Это не офис, это мерзкий бабский будуар. Глаза на мгновенье вспыхнули алым. Густав злился. Лестница, наверху заветная дверь с надписью золотыми буквами 'Капустина Жаннэт Эдуардовна'.
  
  - Господин Бессердечный, Жаннэт Эдуардовна не принимает, - попыталась остановить мужчину секретарь.
  
  Густав яростно рыкнул на неё, хвост с силой ударил по столу. Всего-то осталось подняться по лестнице.
  
  Владелица салона, Мадемуазель Жэ, сидела в кожаном кресле, откинувшись на спинку. За окном давным-давно бесновалась ночь, но она не спешила домой. Вот уже несколько лет она направляла на путь истинный, вернее на дорожку усыпанную лепестками роз или чем заказчик прописал, прямиком навстречу своему счастью, дам и девушек, имеющих тягу к нестандартным кавалерам - демонам, упырям, эльфам прекрасным и темным. Но не это беспокоило Жаннэт. Все мысли в ее прелестной головке занимал бесхвостый, точнее теперь уже хвостатый, демон и события минувших лет. Грохот в приемной заставил вынырнуть из мечтаний.
  
  - Что здесь происходит?
  
  Густав поднял голову и его взгляд наткнулся на белые туфельки. Демон сделал шаг...точеные лодыжки...еще шаг...невероятные икры...шаг...точеные бедра, затянутые в узкую юбку...еще один шаг и его хвост обвил тонкую талию. Взгляд на миг задержался на восхитительной груди, манящих полных медовых губах, её взволнованные глаза затянули в омут, руки переплелись. 'Не может быть?!' - пронеслось в головах y обоих.
  
  - Жаннэт?
  
  - Густав?
  
  Запах озона на миг отрезвил, но так и не смог прервать безмолвного признания и под довольный шёпот сущностей 'Целуй скорее!', двух целующихся влюбленных затянуло в портал.
  
  
  Санкт-Петербург, день спустя
  
  Хлопнула входная дверь.
  
  - Женька, я дома, - но ответом была тишина. Мужчина заглянул в зал и увидел склоненную головку жены. Непокорные кудри были перехвачены в высокий хвост и так и норовили выскользнуть на волю, в стеклах очков гуляли блики, а пальцы порхали по клавиатуре. Мужчина тихонько развернулся и прошел на кухню. Так и есть, пусто. Хорошо, что купил булку, масло и сыр. Включить газ, турка, кофе и бутерброды в форме сердечек....
  
  - Мммм ... как вкусно пахнет ...это же кофе? ...а как? - девушка свела бровки.- Зай, ты дома? - Женька подскочила и побежала на кухню.
  
  На столе ее ждала чашка кофе и бутерброды. А рядом стоял улыбающийся муж.
  
  - Женьк, а давай на День святого Валентина возьмём отпуск и махнем куда-нибудь в тёплые края? - начал разговор мужчина после того, как накормил жену.
  
  - Эээ.., -сигнал электронной почты не дал ей ответить. - Подожди, я на секундочку, - Женя попыталась встать, но её перехватили, усадили к себе на колени, заключив в кольцо рyк.
  
  - Тссс...не отвлекайся, родная, - объятия стали жарче, поцелуи проложили дорожку от виска до ключицы, пальцы стали расстегивать халатик. - И каким будет твой ответ?
  
  - Мммм..., - только и смогла произнести она.
  
  - Значит решено. Едем.
  
  
  А в это время в соседней комнате...
  - Она ушла?
  
  - Ушла.
  
  - Точно?
  
  - Точнее не бывает. Муж с работы пришел, сейчас кормить будет.
  
  - Тогда свадебные браслеты, и возлежим, наконец?- притянул к себе ненаглядную феечку демон.
  
  'Какой мужчина мне попался, - думала фея, теснее прижимаясь к мягкому животику любимого. Никаких каменных кубиков пресса, о которые набиваешь синяки, никакого хвоста, который норовит залезть, куда не следует. И ничьи фантазии не убедят меня в обратном'.
  
  - Ну, так что?
  
  - Ты о чем?
  
  -Вернется автор, опять разлучит, опять нам покорять миры, чтобы встретиться, а я соскучился по тебе и не хочу никуда отпускать.
  
  - Да ей сейчас не до нас будет. Где там твои браслеты?...
  
  
♥Соавторы ДЮля и НастяЛ
  Жизнь за Жизнь
  
  Не успел. Опоздал всего лишь на несколько дней. И всё, что осталось, - чёрный дым, пепел повсюду и призраки. Зачем он отправился на охоту? Ведь чувствовал, но всё же ушёл. На поселение напали, никого не оставив в живых.
  Сколько просидел на пепелище - не помнил. О чем думал, что чувствовал - не помнил. Он просто встал и пошёл, не разбирая дороги, ноги заплетались, тело не слушалось, но он шёл, падал, вставал и снова шёл вперед. В никуда...
  К вечеру третьего дня вышел к костру, у которого сидела седая старуха. И впервые за последнее время к нему вернулись чувства - саднящая боль внутри, неимоверная усталость и голод. Мужчина свалился у костра и тотчас уснул, проспав несколько суток.
  - Очухался? - спросила старуха, когда он открыл глаза.
  - Кто ты? - просипел в ответ мужчина.
  - Попей и поешь, затем поговорим, раз смог дорогу ко мне найти.
  Утолив жажду и голод, он с полным равнодушием уставился на старуху. Она не мешала, давая себя рассмотреть - старая хламида, белые, а не седые волосы, и, на удивление, молодые глаза, которые смотрели в самое сердце. А сердце было отравлено ненавистью. В сердце полыхала ярким огнем месть - найти убийц и утопить их в собственной крови. Лишь эта мысль грела душу.
  - Чего ты хочешь, охотник? - наконец проговорила старуха. - Только подумай хорошенько, прежде чем открыть рот и ответить на вопрос.
  Перед взором встали голубые, как само небо, глаза жены и её солнечная улыбка. Сердце пронзило болью, словно туда засадили нож. Обнять, прижать к себе, почувствовать её тепло - и снова как удар ножом, ещё глубже, ещё больнее
  - Я хочу вернуть свою жену.
  - Её больше нет, такова её судьба. Смирись.
  - Зачем тогда спрашиваешь, старуха, - зло бросил мужчина.
  - Знаешь, какова будет цена? Ты готов её заплатить?!
  - Готов.
  Старуха еще раз внимательно посмотрела мужчине в глаза и проговорила:
  - Цена за жизнь - жизнь!
  - Хм, ты хотела меня напугать этим, старуха? Я готов убивать. Скажи, кого?
  - Дорога выведет тебя. Ступай.
  
  И снова в путь. Он шёл, не сомневаясь в принятом решении. Мужчина словно заиндевел, покрылся толстой коркой льда. Внутри не осталось ни сострадания, ни любви, ни тепла. Внутри царила пустота, решимость заплатить указанную цену и вырвать у смерти любимую. А затем он отогреется в её руках, исцелится её поцелуями.
  Дорога вывела к лесному озеру. Он осмотрелся, вокруг не было ни души. Ничего, он подождёт. Небо затянули хмурые тучи. Свет почти полной луны, как ни старался, не мог пробиться через них. Тускло поблескивала водная гладь.
  Мужчина неподвижно стоял возле густого кустарника. Вся его поза выражала спокойствие, только подрагивающий хвост выдавал нетерпение.
  С противоположной стороны послышался неясный шум, к озеру вышла девушка. С её появлением луна, словно по мановению волшебной палочки, пробила свинцовую тяжесть туч и заиграла яркими бликами на поверхности воды. Лунный свет осветил хрупкий девичий силуэт в белоснежной рубашке до пят.
  Девушка подошла к берегу, подняла подол рубашки до середины икры, и опустила ножки по щиколотки в прохладную воду. Осторожно переступая, стала заходить дальше. Вода ласково обняла её. Ткань рубашки, намокая, жалась к телу, раскрываясь к низу нежным цветком. Зайдя по бёдра, девушка раскинула руки и резко ушла под воду, чтобы в тот же миг вынырнуть и направиться на мелководье.
   Рубашка облепила ее точеную фигуру, повторяя изгибы тела. С мокрых волос стекала вода. Звонко рассмеявшись, девушка тряхнула головой, и волосы высохли, скрыв под копной льняных прядей маленькие рожки. И тут он увидел её лицо.
  -Лаока?! - неверяще прошептал он имя жены, - ты вернулась?!
  Мужчина дёрнулся, под ногами хрустнула ветка. Он больше не мог себя сдерживать. Не мог просто стоять и смотреть. Его неумолимо влекло на берег к ней.
  Девушка обернулась на звук.
  "Забудь про всё. Не бойся. Не жалей.
  Охотник никогда не станет жертвой.
  На озере Луны найди его и отогрей.
  Покорно голову склони,
  Судьбу и жизнь свою прими".
  Всплыли в её голове слова предсказания старой шаманки.
  Она даже не вздрогнула, увидев идущего к ней мужчину. Стояла и спокойно ждала, когда он подойдет. На ее губах играла улыбка.
  "Лаока". От её улыбки по его венам быстрее бежала кровь, сердце грохотало в груди. Девушка сделала шаг навстречу и положила руку ему на грудь, усмиряя бешеный стук его сердца. Встала на носочки, потянулась к губам, мягко коснулась их. Он судорожно втянул воздух, от её запаха кружилась голова. Затем с силой прижал к груди, вздрогнув от прикосновения влажной холодной ткани к телу. Она накрыла его руки ладонями, заставляя следовать за собой. Захватив мокрую ткань, потянула на себя. Рубашка с трудом поползла вверх, ни с кем не собираясь делиться телом.
  Вырвавшись из плена её рук, мужчина рванул ворот рубашки. Послышался треск разрываемой ткани. Куски материи полетели в воду. Наготу девушки посеребрила луна. Она запрокинула голову, укрывая себя водопадом из волос.
  Мужчина со стоном опустился на колени, прижавшись колючей щекой к её холодному бедру. Поцеловал ямочки у основания спины и стал подниматься вверх, выжигая дорожку из поцелуев. Из горла девушки вырвался всхлип, и она сдалась на милость его рукам и губам. Ноги не держали. Рухнув на колени, оказалась в кольце его стальных объятий. Откинула голову назад, подставляя шею под поцелуи. Взору открылась татуировка в виде витиеватой буквы "Ж".
  Он погладил кончиками пальцев татуировку, коснулся ключицы, очертил грудь, задел сосок, и на секунду прикрыл глаза...
   И его обожгла мысль, что его окутывает чужой запах - сладкий, дурманящий, но чужой. Его жена пахла иначе... волосы?...татуировка? Он резко отпрянул от девушки и встал. Она так и осталась стоять перед ним на коленях.
  Рука потянулась к ножнам. Рукоятка холодила ладонь. Он крепко сжал её и вынул нож. 'Цена жизни - жизнь!'. Лед, сковывавший его, треснул, чувства больно ранили. Он неотрывно смотрел на покорную хрупкую фигуру незнакомки. Затем попятился назад, всадил нож по рукоятку в дерево и зашагал прочь от стоящей на коленях девушки.
  Резко задул ветер. Луна окончательно спряталась за тучами. Небеса пролились дождем. Тяжелые капли, падая, разбивались на мелкие осколки. Они нещадно хлестали мужчину по лицу, стекали за шиворот, остужая пьяную голову и разгоряченное тело. Остановился он только у костра. Старуха подняла голову и посмотрела на него.
  - Ты соврала мне, старуха. Почему она? Я готов был разорвать убийц голыми руками. Я готов был отомстить. Почему она?
  - Убить врага легко, убить жизнь ...
  - Я не смог...- закончил он за неё.
  - Уходи, охотник, тебе больше нечего здесь делать.
  
  Он ушёл, а когда остановился, с удивлением понял, что стоит у озера. На берегу сидела его незнакомка. Он подошёл и сел рядом.
  - Я знала, ты вернёшься.
  - Кто ты? - проговорил охотник, снимая с себя рубашку и накидывая её на плечи девушки.
  - Я Жания. Спасибо тебе.
  
  
♥Талин Кира
  Моя девочка
  
  Ледяной душ понемногу помогал прийти в себя.
  Передергивая хвостом после сна, я пытался сбросить с себя дикое возбуждение.
  Черт.
  Оперевшись на черный мрамор, понимаю что тело реально потряхивает.
  Опять. Опять она. Девушка, которая не покидает мои сны, вот уже на протяжении полугода.
  До сих пор ощущал на теле её невесомые прикосновения.
  То как её пальчики скользили по коже, иногда царапая и задевая соски, спускаясь к линии пресса и играя завитками волос. Невозможность прикоснуться, просто лежать и бездействовать, просто убивала.
  Вжик.
  Открыл глаза и осмотрел царапины на мраморе. Перевел взгляд на выступившие когти.
  Пусть я не видел её, но чувствовал, что не встречал раньше. И я был уверен, что способ открыть глаза и увидеть эту чертовку найдется.
  После найду в реальности и возьму расчет. Возьму несколько раз, за тем отшлепаю и возьму снова. И снова...и снова...и...
  Вжик.
  
  Шесть месяцев назад
  
  Женя торопилась домой. Руки оттягивали тяжелые пакеты, под завязку набитые готовыми роллами и алкоголем, разной степени крепости.
  Этот девичник планировался уже пару недель как.
  Сбросить напряжение рабочих будней, обсудить новости и просто расслабиться.
  Вот так собраться всем вместе не позволяла то работа, то личная жизнь, то женское здоровье. Но сегодня, в вечер пятницы тринадцатого, можно сказать звезды сошлись.
  Подходя к подъезду заиграл мой телефон, популярной нынче мелодией. На спор поставленной мной.
  Если выдержки моей хватит еще на четыре дня, как не прискорбно я дни действительно считала, то моим призом станет билет, на ожидаемую мной премьеру фильма.
  Звонила Леся, наш вечный опаздун. Нет ну серьезно, она опаздывала везде и всегда. Не считая работы, вот тут она была пунктуальна как никогда.
  -Женя, алло, Жень ты меня слышишь?- голос её был взволнован. - я слегка опаздаю, вызвала такси, а такое впечатление что оно за мной с того света едет. Алло Женя, ты меня слышишь?
  -Лесь, а давай сегодня без опозданий, а?- улыбнулась, пытаясь сделать голос построже. Набрала код на металлической двери я вошла в подъезд.- У нас сегодня грандиозные планы! Опаздывать не советую.
  Не выдержав рассмеялась и нажала кнопку вызова лифта.
  -Да в этот раз я совсем не при чем, веришь? Шеф сегодня вообще с катушек слетел,- слушая как прошел день у любимого редактора, не менее любимой газеты, я добралась до своей квартиры.
  Животных я не держала. Даже рыбок, которых мне подарили пару лет назад по поводу завершенного ремонта, передарила.
  -Жень, всё, свершилось чудо,- привлекая моё внимание к разговору воскликнула подруга.-машина подана. Ух, какой мальчик за рулем, ты бы видела. Скоро буду, ждите!
  Сбросив вызов, прошла на кухню, готовиться к приходу девочек.
  
  Сервировка стола была почти окончена, когда раздался звонок в дверь.
  
  Лина была пунктуальна.
  -Привет, моя хорошая.- сказала подруга и вошла в квартиру, мы расцеловались в щеки.- Смотри, что у меня есть. С улыбкой вытаскивая из-за спины бутылку нашего любимого ликера.
  -Лин, Леся звонила. Сказала скоро будет...- мы посмотрели друг на друга и весело рассмеялись.
  Пройдя на кухню, решили выпить за встречу. Налить штрафную подруге, мы, успеем.
  -Глаза блестят, на щеках румянец, рассказывай,- перешла в наступления я. Как говорить лучшая форма защиты, это нападение.-кто он? Чем дышит и на что? Собственно дышит вообще.
  -Жень, мне кажется это судьба, он такой, такой, просто слов нет.-задержав дыхание, Лина причмокнула губами и зажмурилась от переполнявших её эмоций.
  -И как же зовут ожившую мечту?-разливая по второй, я подняла свою стопку с текилой и посмотрела с улыбкой на Лину.
  Вот здесь веселье из глаз подруги сошло на нет. Подняла свою стопку и чёкаясь, в беззвучном тосте "ЗА НАС". Выпила... и печально произнесла.
  -Артур Борисович.
  -Это если мне не изменяет память, сын вашего генерального?- уточнила я. Лина кивнула.
  
  -Он так хорош собой?-произнесла, задумчиво глядя на подругу.-Разве он стоит разовой интрижки и возможно смены рабочего труда. Высказала я мысли в слух.
  Горько вздохнула Лина и начала говорить.
  -Все понимаю!- глядя в окно она продолжила- Но, с ним, я уже переспала. Женя, вот что делать, а?
  -И что он?- наливая по третьей, задала основной вопрос.
  -Ничего. Абсолютная тишина.
  -Ну и чего ты тогда переживаешь? Слухов нет? Нет! Удовольствие получила? Получила!-хитро смотря на нее продолжила.- Чем ты недовольна?
  -За любовь?-подняла стопку и тут раздался звонок. О как... Значит мальчик , из такси, в пролете.
  Леся ворвалась в квартиру, как ураган, спрашивая и рассказывая обо всем подряд.
  После её прихода прошло часа три. Мы прилично, вернее неприлично сильно напились.
  За это время мы выслушали Лесю. Главной темой был конечно шеф. Шеф то, Шеф се... Шеф это. Тьфу.
  Улыбаясь поняла что кто-то попал.
  И у нее скоро на работе возникнет роман. Точно. Так доставать человека, равнодушный шеф не стал бы.
  После того как девочки ушли, предварительно вызвав того самого мальчика на машинке, от которого осталась в восторге Леся, стало так грустно.
  У них жизнь кипит и бьет ключем.
  Но... как говорят: лучше быть одной, чем в месте с кем попало. Горько улыбаясь собственным мыслям отправилась спать.
  Снилось темное помещение, неясные тени и тихий разговор.
  Все было как в тумане.
  
  Утро встретило ужасными самочувствием. Сильно болела голова, глаза отказывались открываться, а во рту была пустыня Сахара.
  Тяжко вздохнув, я медленно поплелась в ванную на ощупь. Закрыв за собой дверь, попила воды прямо из под крана в умывальнике. Решив, что ванна с пеной самое то, плеснула на дно пену с ароматом шоколада и открыв горячую воду, стала стягивать с себя одежду.
  Как только я погрузилась в воду, по самую шею, оказалась в нерване. Меня незаметно сморил сон.
  Я увидела спящего мужчину. Первое что бросилось в глаза, он был обнажен. Простыня едва прикрывала самое сокровенное. Сглотнув, я подошла поближе. Меня привлек его хвост. На конце хвоста, до невозможного милая, была кисточка, в форме сердечка. Это заставило меня улыбнуться.
  Следом поразили огромные черные крылья. Как они не мешали ему спать? Непонятно.
  Сделав еще пару шагов, я замерла в метре от демона. Это точно был демон. Смуглый, красивый, словом греховно хорош собой.
  Идеальный пресс с кубиками, так и манил провести по ним ноготками и понаблюдать как сократятся мышцы после моих действий.
  Сглотнув очередной раз, я перевела свой взгляд на его лицо. Оно было нахмурено, будто ему что-то не давало покоя даже во сне. Захотелось пальчиком провести по складке, на его переносице, и убрать ту.
  Темно каштановые волосы, были коротко стрижены и безумно шли ему. Печально было не видеть его глаз, по причине того, что те были закрыты.
  Стало так холодно. Проснулась в ванне. Вода остыла, кожа покрылись противными мурашками. Включила горячий душ, затем резко прохладный и опять горячий.
  Перед глазами был все тот же мужчина, лет тридцати пяти, обнажённый и безумно притягательный, вот к чему приводит недо тр..х, т.е. отсутствие личной жизни.
  Выпив таблетку от головы и крепкого кофе, взялась за уборку квартиры.
  Почти Каждую ночь, с того дня, мне стал сниться этот демоненок, как ласково я окрестила того. Он всегда без исключений спал, а мои действия с каждым разом становились все смелее.
  
  Наши дни
  
  Просыпаться утром, со стояком, уже вошло в привычку.
  Каждое утро начиналось с душа, с очень холодного душа.
  Как заставить себя проснуться во сне, я не имел не малейшего представления.
  Выход был один, обратиться к придворному магу.
  Чувство гордости пришлось придушить.
  Я просто уже не мог, физически просто не мог, оставаться в неведении. Я был помешан на этой девушке. Не приносило облегчение не самоудовлетворение, не демонесы. Как бы искусны в постели они не были.
  Этой ночью должно было все решиться.
  Все начиналось как обычно, она возникла на пороге моей спальни и направилась к моей постели. Приоткрыв немного глаза, я был ошарашен. Это не была демонеса. Это девушка была человеком.
  Буквально заставляя дышать себя ровно, я наблюдал, из под ресниц, за её передвижением.
  У неё была молочно-белая кожа, светло-русые волосы чуть ниже лопаток и безумно развратное нижнее белье черного цвета.
  -Привет..-тихо прошептала девушка.
  Дыхание сбилось от прикосновения к животу, она провела ноготками по линии пресса и это стало последней каплей в чаще моего терпения.
  Резко схватив и подмяв под себя, я впился в нее жестким поцелуем.
  -Ну привет, девочка моя-прорычал я ей в губы и принялся жадно её целовать.
  
  Видимо прийдя в себя девушка начала вырываться, на что я почти не обратил внимание. Опутав её ноги хвостом и закрепив её руки над головой, я продолжил потокать своим желаниям.
  Её запах, её тело, все это стало доступно.
  Не знаю чем бы это закончилось, точнее знаю, расчет был на жаркую ночь во все возможных вариантах.
  Но тут освободив её губы буквально на несколько секунд, она закричала и я проснулся.
  Глаза заволокла красная пелена.
  Когда я пришел в себя, из целого в комнате ничего не осталось.
  Маг. Мне однозначно нужен маг. Плевать что сейчас ночь. Плевать на гордость. На все плевать.
  
  Единственно важным, для меня в тот момент было, найти эту девочку с изумрудными глазами.
  Пройдя быстрым шагом по темным коридорам я влетел в его покои громко стукнув дверьми.
  Ни чего не понимающий в возрасте эц Грег сел на постели и посмотрел на меня осоловевшими глазами.
  -Владыка? Что-то случилось? - обеспокоено заговорил он.
  -Слу-чи-лось-процедил сквозь зубы по слогам.
  -Ты помнишь о чем я просил тебя вчера? Помнишь?- пытаясь успокоиться, продолжил,- Так вот, все получилось. Но теперь,-из груди вырвался рык. -найди мне её, хоть из под земли достань. Ты меня понял!?
  Встряхнув его, отпустил и тяжело упал в рядом стоящее кресло.
  -Владыка, кого её?! Ту демонесу из Ваших снов?- на его лице шла большая мозговая активность.
  Пройдясь по лицу рукой, я хмуро посмотрел на него.
  -Эц Грег, она человек. Чистокровный человек.
  -Но как же так?-сильное удивление отразилось в его взгляде.-Этого не может быть. На этих землях нет людей, уже более века, тем более чистокровных.
  Людей забрала болезнь, которая прошла чумой по этим землям. Ученые и целители так и не смогли толком объяснить почему именно люди.
  Я сам это прекрасно помнил, но черт возьми, как же мне хотелось заполучить её.
  Узнать каким образом эта девочка проникла в мои сны и лишила меня душевного покоя.
  -У тебя неделя на поиск этой девушки.-выставил вердикт. Тяжело поднялся и направился в свой кабинет. Так как уснуть сегодня явно не выйдет.-Где бы она не была, найди мне её. Используй хоть все доступные амулеты и артефакты разом.Но чтобы результат был.
  Работа помогла отвлечься от мыслей до следующей ночи. С предвкушением закрыл глаза и уснул. Но эта ночь прошла без сновидений, как и несколько следующих.
  Моё настроение, точнее его отсутствие, часто сказывалось на окружающих. В основном страдали слуги. Даже с матушкой произошел конфликт без веской на то причины.
  Неделя подходила к концу, а от мага не было ни каких новостей.
  Но я знал, я чувствовал, что увижу мою девочку еще раз.
  
  Женя
  
  
  После той ночи, когда я проснулась от своего же крика, с бешено бьющимися сердцем, прошло шесть дней. Шесть дней, точнее ночей без сна . Ночью я работала над заказами, отсыпалась днем. Так же пыталась понять, что за чертовщина вообще со мной происходит.
  Пришлось перенести работу на дом. Начальник против не был, главное в срок сданный заказ.
  Я работаю программистом в солидной компании. Создаю веб-программы.
  Глазам определенно требовался отдых. Оставив ноутбук на сегодня в покое, отправилась за очередной дозой кофеина.
  Часы показывали три часа ночи.
  За свои двадцать семь лет жизни было много пережитого. Смерть родителей в мои не полные четырнадцать. Несчастный случай как писали газеты. Интернат. Это отдельный разговор. Там сразу теряете все иллюзии. И становиться понятно кто есть кто. Формируется характер раз и на всю жизнь. От привычки не выпускать кружку из рук, когда я пью, чтоб кто-то что-то неподсыпал, так и не избавилась. Хотя и прошло более девяти лет.
  В восемнадцать я получила квартиру, в которой и проживаю. Пару лет назад я сделала в ней капитальный ремонт и мы с девочками отпраздновали это событие.
  Самостоятельная жизнь тоже стала проверкой на стойкость. Поначалу вечно не хватало денег ни на что. Минимальная стипендия и подработки научили считать каждую копейку. Экономить на всем и просто выживать.
  Освоить доступную профессию, на тот момент, заставило чистое упрямство. Было очень тяжело. К тому же компьютер был не позволительно дорогим удовольствием и по этот причине дома отсутствовал.
  Быть поваром или парикмахером у меня не лежала душа. Готовить я любила, как же не полюбить то, что спасало от мивины и голодовки. Научилась готовить довольно быстро, так как свои эксперименты сама же и тестировала.
  А жить хотелось. Желательно без язвы.
  С девочками я познакомилась на общих праздниках, которые проводили владельцы наших компаний. Нас часто садили за один столик, возможно это была судьба, возможно злой рок. Но я очень благодарна этому стечению обстоятельств.
  Леся все же закрутила роман с шефом. Я была за нее очень рада. Столько лет водить круги вокруг да около друг друга, привели к логическому завершению.
  А Лина, у нее все тяжело и непонятно. Ничего не объяснив и не предупредив, Артур уехал. Этим поступком было многое сказано.
  Привлекая мое внимание, свистнул чайник, оповещая о том, что дошел до точки кипения на пару со своей хозяйкой. Спать хотелось зверски.
  Сделав себе крепкое кофе я присела у окна и задумалась над сложившейся ситуацией.
  Пол года мне снился мой демонёнок. Он спал, а я хулиганила в силу своей скромной фантазии, но когда он открыл глаза я думала умру со страху. Во тьме желтые, кошачьи, жадно смотрящие на меня, они вызывали не только адреналин и возбуждение, так же панический ужас. Если бы я не проснулась, меня буквально бы отымели, живого места не оставив.
  Сейчас осознать мой мозг смог только то, что подсознание играет со мной злую шутку.
  Не заметив как, вот так сидя на стуле, уснула.О господи, опять эта комната. На постели лежит эталон мужской красоты и гипнотизирует меня своими глазами с вертикальными зрачками.
  Я зажмурилась и попыталась проснуться. Досчитала до десяти, открыла глаза и поняла, не вышло.
  -Если ты дашь ответы на несколько моих вопросов, я тебя не трону,- от его глубокого голоса, по коже побежали мурашки.-сейчас! Добавил он тише.
  -Здравствуйте. Если ты, Вы оденетесь мне будет легче отвечать.- я отвела глаза в сторону и поняла что не так все страшно. Не насилует и то хлеб.
  Пусть это и сон, но даже во сне мое душевное благополучие меня волнует.
  Хмыкнув он поднялся с постели и направился в мою сторону. -Раньше тебя это не смущало.-я кажется покраснела.
  -Успокойся,- так как я пятилась, то неудивительно что вскоре уперлась спиной в какую-то дверь. Он подошел вплотную. Мамочки. В нем было больше двух метров. От него пахло чем-то терпким и безумно притягивающим- сказал же что не трону. А если ты освободишь дверь, я даже оденусь. - терпеливо проговорил он у самого уха, обжигая своим дыханием.
  Еще больше вспыхнув я рванула в противоположную сторону, как только он выпрямился и дал место для маневра.
  -Как тебя зовут?- натягивая штаны он задал вопрос.-И давай на ты, глупо будет, если после всего, что ты со мной делала, ты будешь мне ВЫкать.
  -Женя. И я ничего Вам, то есть тебе не делала!- и тут меня посетило понимание всей ситуации в целом.
  Психанув я пошла и села на кровать.
  - И вообще это моя фантазия, и мой сон. Что хочу то и делаю. Понял?- положив ногу на ногу, с вызовом посмотрела демона.
  -Женя...-словно пробуя на вкус, он прикрыл глаза.-Меня зовут эц Торин де Лок из рода Великих. Ответь мне, Женя, на первый вопрос. -подойдя ко мне, демон присел на корточки. Положил руки по сторонам от меня и стал гипнотизировать взглядом.
  -Каким образом, твоя фантазия и твой сон связаны со мной и моими покоями на протяжении нескольких месяцев?- мой взгляд не мог оторваться от его тела. Мышцы перекатывались от его дыхания. Сосредоточиться и ответить получилось не сразу.
  -Моё воображение еще не на то способно, красавчик- взгляд поднялся и встретился с его глазами. Так главное не боятся, это сон, это просто сон.
  -Ты понимаешь что я с тобой сделаю когда найду?-э нет. Потому что это невозможно. Что-то мне уже не до смеха. -Какую магию ты применила, отвечай!-зарычал демон взяв в захват мой подбародок, яростно мотая хвостом из стороны в сторону.
  
  -Да какая магия, ты спятил?!-закричал я и попробовала вырваться.- Видимо фильмов пересмотрела, вот и снится всякая чертовщина. Нет на Земле таких...
  Договорить я не успела, проснулась от того что упала со стула.
  Капец.
  Психиатр по мне плачет.
  Лечиться тебе Евгения надо. Лечится.
  
  Любимая кружка разбилась. Начав собирать осколки я заплакала. Так жалко стало: и себя, и кружку, и то что премьеру долгожданного фильма пропустила, между прочим честно выигранного билета и особенно эту свою фантазию, которую не увижу в реальности. Да он вызывал страх, но так же будил и другие чувства.
  Вдруг Вокруг меня замерцал свет и словно из воздуха появился демон. Вот тут нервы не выдержали. Я моргнула и наступила темнота.
  
  Владыка демонов эц Торин де Лок из рода Великих
  
  Исчезла. Опять. Проснулся в обновленных покоях. Ну нет девочка моя. Так просто от разговора тебе не уйти.
  
  Как показало поисковое заклинание, эц Грег находился в своей лаборатории.
  -Владыка?!-когда я в буквальном смысле влетел в окно, он обрадовал меня тем что знает как найти девушку, которая мне нужна. Видимо жить хотелось, раз выход нашел. Тут же без вопросов с моей стороны, вручил мне двухсторонний артефакт телепорта и дал книгу для активации.
  Активировать его не составило труда. Правда читая текст из книги, я осознал весь смысл вложенного в него действия не сразу.
  Артефакт должен был привести меня к той, которая была выбрана мне судьбой, где бы та не находилась.
  
  Помещения было крошечным, его едва хватало чтобы стоять ровно. На то чтобы рассправить крылья, места не осталось.
  
  На полу в смешной нижней сорочке сидела моя девочка, низко опустив голову. Она собирала острые осколки и горько плакала. Это разрывало мне сердце.
  Больше не смогу отпустить её! Будь она хоть ведьма, хоть колдунья. Она моя.
  Встал на колени рядом с ней и хотел так много сказать и объяснить ей, но она упала в обморок. Черт.
  Времени осталось в обрез, надо было возвращаться. Подняв её на руки и прижав к себе, несколько минут стоял, прикрыв глаза, и понимал какое нелегкое решение в данный момент мне предстоит предпринять. Оставить её здесь и попытаться забыть, как вариант не рассматривался. А рискнуть и забрать её с собой, без возможности вернутся обратно могло повлечь много неприятностей. Ну что ж...
  Женя. Девочка моя. Прости меня, если ошибся с решением. Но без тебя мне не жить. Прижавшись к её виску быстрым поцелуем, я активировал артефакт и шагнул на встречу неизбежному.
  ***-***
  С тех пор прошло уже несколько лет.
  Мы выяснили почему мы были связаны во снах. Как оказалось, в моем роду есть проклятие или благословение, каждый воспринимает по своему. В определенный возраст к демону притягивает его вторую половинку. Так как она была из другого мира, нас судьба связывала во снах.
  В роду у каждого была своя история. Но это уже совсем другой рассказ.
  P.S. После того как Женя пришла в себя, я попытался ей объяснить как теперь обратят дела.
  Она мне не поверила конечно сразу. Но чего-чего, а времени у нас было в запасе много.
  Я как мальчишка был счастлив, что нашел свою девочку, ради нее был готов на многое.
  Чего только стоил конфетно-цветочный период. Мой повар столько экспериментировал с шоколадом за те два месяца воплотил в жизнь, столько сколько и садовник заново выращивал цветы, на которые я совершал налёт, пару раз за день.
  
  Дня через три шоколад ей надоел, а цветы не было где ставить. Но выслушав ранее речь на тему "Зачем нужен этот период? Что продолжается он минимум пару месяцев и это дает девушке время на размышления. На то, Будет ли она строить серьезные отношения или нет"
  За чем расстраивать, девочку мою, заранее, тем что выбора у нее нет. Как и не стало половины слуг мужского пола. На их место я набрал демониц. Которых впрочем тоже со временем сменили демоницы в годах. Их Владычица, как оказалась, была тоже ревнива, под стать своему любимому мужу.
  
  
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Л.Миленина "Полюби меня " (Любовные романы) | | LitaWolf "Проданная невеста" (Любовное фэнтези) | | А.Эванс "Право обреченной. Сохрани жизнь" (Любовное фэнтези) | | О.Обская "Невеста на неделю, или Моя навеки" (Попаданцы в другие миры) | | A.Maore "Жрица бога наслаждений" (Любовное фэнтези) | | С.Елена "Невеста из мести" (Приключенческое фэнтези) | | А.Енодина "Не ради любви" (Попаданцы в другие миры) | | К.Демина "Леди и некромант. Часть 2. Тени прошлого" (Приключенческое фэнтези) | | О.Гринберга "Краткое пособие по выживанию для молодой попаданки" (Попаданцы в другие миры) | | А.Субботина "Плохиш" (Романтическая проза) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список