Слова - Лариса и Лев Дмитриевы.

От "присказки" XX века к "сказке" XXI века. 

Поётся на мотив "Антисказки" ("Лукоморье") 
Владимира Высоцкого. 

Мерин как-то возопил - 
уж давно не ел, не пил, 
ведь хозяину я честно служил. 
Столько лет и столько зим, 
хворост, сено, дров возил, 
оборвал я струны крепкие жил. 

Припев: 
Ты застынь, застынь тот крик. 
Надорвусь - так знай: 
для кого-то жизнь, что крюк, 
для кого-то рай. 

Ох, я больше не могу, 
подвернул вчерась ногу, 
не овёс - казённый кнут получу. 
Мочи нету, нету сил - 
мерин в стойле голосил - 
а хозяин про меня, знать, забыл. 

Припев. 

Куролесный жеребец, 
всех жеребчиков отец, 
жрал овёс, скотина, весело ржал - 
жизню мерин разменял, 
главный "слиток" потерял, 
а таперича попал под обвал. 

Припев. 

Все резвисси!- мерин взвыл - 
круп, как видно, плеть забыл 
и сохи, бездельник, в жизни не знал. 
Сена сгнившего не жрал, 
сил работой не мотал... 
Так откуда овсяной капитал? 

Припев. 

Продолжает жеребец - 
погляди, ведь, я - самец, 
вон наложницы копытами бьют. 
В цепь меня уж не куют, 
золотых зерён дают. 
Позабыл в пенатах окрик и кнут. 

Припев. 

Тут конюшенный вошёл, 
статно-холеный сокОл, 
подкормил всех молодых, полных сил... 
Мерин сник и приуныл, 
весь согнулся и застыл, 
понимая, что обед - это бред. 

Припев: 
Ты застынь, застынь тот крик, 
Надорвусь - так знай: 
для кого-то жизнь, что крюк, 
для кого-то рай. 

17 ноября 2002 г.