Добронравов Юрий Николаевич: другие произведения.

Акробат 2. Звездный меч.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 6.59*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Продолжение романа "Акробат" о приключениях главного героя в чужом мире.

  
   Глава 1.
  
   Светило почти забралось на самый верх небосвода, и работники уже по-глядывали в сторону сдвинутых в каре возов - не думает ли Хозяин звать на обед - как вдруг раздался тревожный бас деревянной трубы дежурного на-блюдателя. Тут уж не о разносолах надо думать - скорее, инструмент в руки, скотину за повод и - под прикрытие телег.
  Оказалось, разведчик увидел пыль на горизонте. Кто это мог быть, пока неизвестно, но осторожного сами Боги охраняют. Люди быстро пошвыряли грабли и мотыги под ноги скотины и достали из-под сена дубины, колья, лу-ки и пращи.
  Далекое облачко пыли все приближалось, но определить, что за гости спешат к стану земледельцев, было пока невозможно. Вроде бы всадники, вроде бы несколько... Кочевники? Мародеры? Солдаты? Кто бы ни был, ни-чего хорошего этот визит не сулит. Если только не торговцы. Да, вроде как, не время. Они чаще осенью приезжают, когда урожай собран, молодое вино дозревает...
  Облако подкатывалось все ближе и ближе, и тревога понемногу отступа-ла. Всадник был всего один - еще две лошади были загружены поклажей. Один напасть не решится, хотя... Вроде, на торговца не похож - высокий, длинноволосый, как все дворяне, голый по пояс. И кони отличные - не тягло крестьянское - скакуны, длинноногие, статные. И очень дорогие. Дворян-ские, одним словом. А с дворянами иметь дело... Боги знают, что у этих благородных на уме, и есть ли этот ум вообще! Отчаянные, бесшабашные. Сколько их уже головы сложило, а все не каются. Никак не навоюются.
  Всадник остановился в полусотне шагов от возов и потрепал, успокаивая, своего вороного коня по гриве. Спешился. Весь в пыли, но красив, как бог войны Эстис - будто из гранитных валунов сложен. Нет, с таким нужно дер-жать ухо востро!
  -Эй! - крикнул всадник. - Мне нужен Кот.
  - Убирайся! - заорал в ответ наблюдатель, выглядывая из-за деревянного борта телеги. - Здесь нет никакого Кота!
  - Отец, - зашептал Хозяину на ухо Волчонок, - Я могу вогнать ему стрелу прямо в глаз - только скажи.
  Вместо ответа тот залепил подростку подзатыльник здоровой рукой.
  - Вгонит он! - буркнул толи себе, толи сыну. - Куда тебе, зелень сопливая. Ты в него и с двух шагов не поцелишь.
  - Эй, лодыри! Отдохнули и хватит! - заорал Хозяин, теперь обращаясь ко всем своим работникам. - Идите работать. Обед еще не готов. Наблюдатель, труби отбой. Нечего господ рыцарей почем зря беспокоить.
  
  
  
   * * *
  
  -Так ты теперь Хозяин? - улыбнулся гость, прихлебывая вино из глиняно-го стакана.
  - Благодаря тебе, только благодаря тебе, Акробат, - хмыкнул собеседник. - Или Лис?
  - Скиталец. Пусть лучше так.
  - Пусть... Выпьем, Скиталец!
  - Идет, Хозяин!
  Стаканы опустели, и над столом снова повисла гнетущая тишина. Где-то из кухни поглядывала Хозяйка, стараясь ни единым звуком не нарушить эту странную беседу почти без слов. Чего молчат? Целый час сидят, выпили чуть ли не целый бурдюк вина, а произнесли всего лишь несколько вежливых фраз. Странный гость. Лицо знакомое. Уж не сын ли той парочки, что когда-то наняла ее ухаживать за калекой - ее теперешним муженьком? Да нет, уж больно взрослый. Родственник, брат? От старого скупердяя разве что-то уз-наешь...
  - Про тебя много разных слухов ходило. То говорили, что ты удрал в зем-ли кочевников, потом, что убили тебя... Я же всегда знал, что ты их всех во-круг пальца обведешь.
  - Да, слухи о моей смерти несколько преувеличены - усмехнулся гость. - Ладно, давай рассказывай, как живешь, Ко... Хозяин. Все-таки столько лет не виделись.
  - Да... Столько лет... - Хозяин бросил быстрый недовольный взгляд в сто-рону кухни и произнес на тон ниже, пряча слова в густой окладистой бороде - Лия... Она как?
  - Все ждал, когда ты о ней спросишь. С ней все хорошо. Двоих детей ро-дила. Здорова. Хотя и грустит иной раз.
  - Какая она? Постарела, наверное?
  - Да нет. Нас время пока щадит. Другая жизнь, сам понимаешь. Та же девчонка, стройная, красивая. Разве что, не такая веселая, как раньше, да ко-сички исчезли...
  - Вижу. Ты почти не изменился. Сразу тебя узнал, не смотря на бороду. Ну, а мы... Сам видишь... - Хозяин снова недовольно глянул на свою супру-гу - дородную даму с недовольным морщинистым лицом несущую к столу блюдо с зеленью.
  - У каждого - своя судьба, ... слушай, давай я тебя все-таки Котом звать буду, пока другие не слышат. Мне так привычнее. Прекращай грустить. Лучше все-таки расскажи, как жил эти годы.
  - Как жил?.. Не то, чтобы легко, сам понимаешь, - Хозяин постучал по столу рукой, на которой отсутствовала кисть. - Но ты меня, конечно, спас. Да и без нее не обошлось - жест в сторону кухни.
  - Родичи ее, правда... Те еще... Только вы с Лией уехали - понабежали. Ты, мол, теперь наш родственник, богатый, земля у тебя, дом! Так помогай нам, бедным.
  - А ты?
  - Подыскал двух голодных дворян. Пообтрепались господа рыцари в сражениях, но мне подошли. Быстро показали родичам, кого нужно уважать. С тех пор все Хозяином кличут. Короче, сказал: "Хотите, чтобы я вас кормил и поил - будете на меня работать". А чтобы не воровали, я и рыцарей на до-вольствие поставил. Так и живем. Земля прибыль дает неплохую. Я еще при-купил окрестности, людей нанял, доволен, не бедствую. И родичи не голо-дают, мягко говоря. Работники, правда, те еще, но они мне уже и не больно-то нужны. А вы как с Лией жили?
  - Не спрашивай. Всякое бывало, - похоже, собеседник не был расположен откровенничать. Он снова налил полный стакан вина и звякнул им о стакан Хозяина.
  - А сюда, зачем приехал?
  Скиталец отхлебнул вина, закусил пучком зелени. Было видно, что он об-думывает ответ. Наконец, он откинулся на спинку стула и задумчиво произ-нес:
  - Хочу предотвратить войну.
  Хозяин молчал. Уж от кого, но от гостя слышать это было странно. Во всех храмах страны жрецы по сею пору призывают проклятья на голову Ак-робата, который вверг народ в пучину смуты и кровавой междоусобицы. А теперь - гляди ты - войну хочет предотвратить! Но отвечать что-то нужно. Ишь, уставился, будто в черепе ковыряется, ждет...
  - Думаешь, будет еще война?
  - О пророчестве слышал?
  - Тут пророков, сам знаешь... За кусок лепешки любой юродивый такого тебе напророчествует! Ты о чем?
  - О "Звездном Мече" и хане Мати.
  - А...Слышал, конечно. Но здесь на это никто внимания не обращает. Это в Горной Стране в ходу, у кочевников.
  - Откуда знаешь?
  - Я там частый гость. Друзья у меня там есть, торговля... Думаешь, кочев-ники на нас нападут?
  - А разве набегов не случалось?
  - Бывали. Но небольшими силами. Самый большой набег давненько был. Тогда здорово потрепали армию принца Бари. Но и кочевникам досталось изрядно. С тех пор остерегаются соваться. Отдельные банды - да. Эти часто просачиваются через перевалы. Месяца не прошло, как и ко мне пожаловали.
  - Отбился?
  - Откупился.
  - Сильно растратился?
  - А!.. - махнул рукой Хозяин. - Чепуха! Со мной воевать!.. Частокол вы-сокий, работники сильные. Оружие железное припрятано, на всякий случай, хоть принцы своими указами и запрещают его иметь. Да еще господа офице-ры помогают, когда нужно. Мог и вовсе не платить. Заплатил, потому что, ссориться не хочу с кочевниками. Ребята злые и памятливые. Вдруг встречу кого-то в Горной стране.
  - Говоришь, приходилось бывать?
  - А то! В год по два-три раза бываю.
  - Торгуешь?
  - Да. Крицу у них покупаю. Руды у них много, а делать хорошую сталь не умеют.
  - А ты им что?
  - Акро... Скиталец, ты просто так спрашиваешь или в Горную страну со-брался?
  - Собрался, а что?
  - Да, нет, ничего. Без проводника трудно будет. Так что тебя интересует?
  - Все. Что за страна, что за народ, чем с ними можно обменяться, чего опасаться...
  - Страна... Страна огромная, но довольно бедная. Народу мало. Впрочем, вру. Племен много, просто разбросаны по всей горной стране. Иной раз не-делями едешь - живой души не встретишь. Люди живут большими семьями. Мужчины по нескольку жен имеют. Детей им бабы рожают немало, да толь-ко мрут бедные, как мухи. Нелегкая у них жизнь. Верят в своих богов. Видел я этих истуканов... Один... как его... Кутуму... Тот еще страшила! Зуба-стый, рогатый, с когтями, третьим глазом во лбу, огонь из ноздрей вылетает... Каков бог - такова и жизнь. Друг с другом постоянно воюют, вырезают це-лые кланы. Ладно, их дело... В перерывах между войнами скот разводят - овец, коз, коров, хоско - это скотина такая, мохнатая с рогами и горбом. Иногда чего-то садят. Урожай соберут - и снова в другие земли. Долго на одном месте не просидишь - почва скудная - камни, песок, глина... Родит плохо. Хороший хлеб не растет. Так злаки кое-какие... Больше на корм ско-тине подходят. Мука из них получается серая, лепешку - не угрызешь. Нашу муку берут охотно. Любят. И платят хорошо. Холодно там. Холоднее, чем у нас. Горы, одним словом. Потому и растут разве что, трава да елки. Грибы еще. Ягоды, но кислые. Вино из них не получается. Поэтому за бурдюк на-шего самого простого пойла - рады детей и жену продать. Люди там, кстати, тоже товар весьма ходкий. Ты ухо востро держи - там сброда всякого хвата-ет. Не успеешь глазом моргнуть - как окажешься в рабстве у какого-нибудь царька. А то и просто у странствующего разбойника.
  - А ты как умудряешься этого избегать? - спросил Скиталец.
  - Осторожность, оглядка. Господ рыцарей своих беру. Защита, как-никак. Ну, и еще у меня ярлык есть. Пророк дал. С ним меня никто трогать не имеет права. Но, лучше доверяться рыцарям. В землях, где Пророк обитает, ярлык силу имеет, но до них пока доберешься... А в других землях нужно держать ухо востро.
  - Пророк этот... Хорошо его знаешь?
  - Его никто хорошо не знает. Разговаривал пару-тройку раз. Я ему - по-дарки, муку, вино, нож. Он мне - ответ на вопрос. А ответы были очень стоящие. Как в воду глядел - все сбылось. Вот тебе и Пророк!
  - Понимаешь, мне нужно будет кое о чем узнать, выяснить. Пророк, он ос-ведомленный? Помочь сможет?
  - Наверняка. Если уж обращаться, то только к нему. Есть, конечно, и дру-гие ясновидящие, и немало, но лично я уверен только в нем. И не только я.
  - Ясно... А что горные люди могут купить? Надолго отправляюсь, при-дется едой у них разживаться, фуражом. Как на счет золота?
  - В основном, те, кто побогаче - берут. Они из него украшения делают. Денег не знают. Если к нам приезжают торговать, везут кожу, шкуры своих животных, ткани у них из шерсти хорошие, теплые. Видел их плащи? Желе-зо, опять-таки. А берут у меня, как я уже говорил, вино, муку, железные из-делия - ножи, там, наконечники копий, стрел...
  - У тебя и кузня есть?
  - Есть, но только для себя - отремонтировать, там, борону или косу оття-нуть. А ножи, наконечники стрел или копий - упасите боги! Узнают принцы - хлопот не оберешься. Боятся. Я крицу продаю городским ремесленникам, у них беру, то, что мне нужно - лемеха плугов, бороны, лопаты. Ну и на про-дажу кочевникам кое-что. Выгодно.
  - Ты мне поможешь?
  - Чем?
  - Товаром. Нет, не даром, куплю, конечно. А вот ярлык... Не помешал бы.
  - Как я могу тебе в чем-то отказать! Конечно, все, на что глаз глянет - твое.
  - Да, брось, Котяра. Я человек не бедный. И должником быть не привык.
  - Да не возьму я с тебя ни медяка. Наоборот, тебя прошу об одолжении.
  - Каком еще одолжении? - насторожился Скиталец.
  Хозяин покряхтел, сделал большой глоток вина и, наклонив голову, про-изнес.
  - Волчонка, младшего моего, возьми с собой.
  - Ты что, Котяра, с ума сошел? Я и сам-то не знаю, вернусь оттуда или нет, а ты мне ребенка своего навязываешь!
  - Без проводника пропадешь, а парень дорогу знает, я с ним там был не-сколько раз. И потом, не ребенок он. Уже достаточно взрослый. Лия была его младше, но ты ее в жены взять не побрезговал.
  - Все ты мне ее простить не можешь! То был ее выбор, Кот! И забудем об этом. Не хочешь помочь - обойдусь! - Скиталец демонстративно поднялся из-за стола и оглядел комнату в поисках своих вещей.
  - Да, прекрати, ты, Акробат! - Хозяин потянулся через стол и вцепился в рубаху гостя здоровой рукой, пытаясь усадить того на место. - Пойми ты меня, не лежит у парня душа к земле. Солдатом хочет стать. Из лука стреля-ет, копьем колет, деревянным мечом машет. Я его уже удерживать не могу - не сегодня, так завтра сбежит из дома, наймется к какому-нибудь претенден-ту и сложит головушку в первой же передряге. Уж я-то знаю - сам изведал! - Хозяин поднял над головой обрубок руки.
  - А со мной, что, не сложит? Я ведь не на прогулку еду. - Скиталец уселся на место, но скепсиса у него не убавилось.
  - С тобой - нет. С тобой - ему и духи подземных королевств не страшны. Если уж с тобой уцелеет, пусть идет куда хочет, я за него спокоен буду.
  - Ну, а не уцелеет?
  - Стало быть, судьба такая...
  
   Глава 2.
  
  Очередная "ступенька" - огромное плато не радовала глаз разнообразием пейзажа... В этих краях горный массив имел странную форму расположен-ных друг над другом плоскогорий. Вроде бы дальше на юго-запад характер рельефа кардинально менялся - присутствовали и многокилометровые пики с ледяными вершинами, и глубокие ущелья, и мощные ледники, спускающиеся к побережью холодного океана. Но пока перед ними лежала плоская камени-стая долина. Вокруг, сколько охватывает взгляд, плоская унылая пустыня. И только далеко на горизонте - горная гряда, впереди, слева, справа. Впрочем, не совсем уж и плоская - только успевай смотреть, не возникнет ли под но-гами лошади неизвестно откуда взявшаяся бездонная трещина или нагромо-ждение гранитных глыб, каньон бурной речки или скрытый пылью и грязью ледяной щит.
  Красновато-серая земля с белыми оспинами снега, серое пыльное небо, ни пятнышка зелени, куда ни глянь... Бурые мхи да лишайники, ни ящериц, ни змей, птиц - и тех нет. Унылая картина. Холодно, снег идет почти постоянно, но сильный ветер толи сдувает его куда-то вниз, толи возвращает назад на близкое небо. Только кое-где отдельным комьям удается зацепиться за шер-шавую поверхность почвы, забиться в щели, спрятаться в каменных закоул-ках. Дышать трудно, высокогорье, что тут скажешь...Крупа не разваривает-ся, мясо - тем более. Вода - и та солоноватая. Лошади ее еще пьют, а людям каково? Который день они движутся по этому бесцветному миру. А сколько еще придется? У Волчонка, едущего впереди на одной из лошадей Скиталь-ца, разве что-то выведаешь? Навязал Кот проводника! На все вопросы толь-ко буркнет что-то на подобие "скоро" или "терпи". Явно, не в восторге па-рень от поездки, и не скрывает этого. Впрочем, вопросы эти нужны, разве что, для поддержания разговора - особой необходимости в опыте парня нет. Скиталец и сам знает прекрасно эти места. И даже не в том дело, что карта континента, пусть и не очень точная, покоится в сумке у седла. Ему и само-му когда-то приходилось скитаться по этим горным долинам, спасаясь от преследований. Такое не забывается. Вот, если сейчас повернуть налево, то в нескольких днях пути отсюда будут "ворота" - аномальная зона, через ко-торую он когда-то пришел в этот странный мир. И которым недавно снова воспользовался.
  
  
   * * *
  
  
   Два невзрачных человека, одетые в официальные костюмы, во всех от-ношениях средние, до серости неброские, появились в его кабинете в конце дня, когда Элл уже собирался отправляться домой.
  - Здравствуйте, господин Маргио. Как ваши дела?
  - Вашими молитвами, - недовольно буркнул Элл. Ничего приятного визит не сулил. Каждый раз, появляясь на горизонте его - Элла - поля зрения, эти ребята делали такие предложения, от которых отказаться было невозможно, а принимать и опасно, и противно. - Что у вас на этот раз?
  - Что так сразу? Ни тебе о здоровье, ни о погоде... - осклабился один из гостей.
  "Даже глаза у него серые" - констатировал про себя Маргио.
  - Да, ладно вам! Говорите уже, что вам снова от меня понадобилось?
  - Правильно. Люблю конкретику, - усмехнулся один из гостей. - Мы в вас никогда не сомневались. Такому любителю приключений вряд ли доставит удовольствие долгое сидение в кабинете. Сколько мы вас уже не тревожили? Наверное, уже и жирком успели обрасти?
  - За меня не волнуйтесь. А если все-таки сомневаетесь - спортзал рядом, и боксерские перчатки для вас сыщутся.
  - Да и гонорар никогда лишним не бывает? - подмигнул правым глазом второй. - И неплохой гонорар!
   А ведь, сукины дети, правы. Он действительно уже начал закисать у се-бя в кабинете, хотя его работу кабинетной можно назвать только с большой натяжкой. Скука, она сродни ломке. Он почти стал наркоманом - его орга-низму опасности и приключения нужны, как наркозависимому героин. Ина-че, он давно послал бы своих странных работодателей ... за границы наблю-даемой Вселенной.
  Иногда Элл даже завидовал разведчикам. Тем, которые выискивали новые миры и проводили предварительную оценку полезности их для людской ци-вилизации. Тоже работенка - не сахар. Опасная, непредсказуемая. Как раз для него, но... У него другая квалификация, другое предназначение.
  "Вас, Маргио, мы ценим за решимость принятия поступков, - сказали ему как-то в Департаменте перспективных исследований. - Разведчику смелость необходима, это так. И она у вас есть. Но иногда приходится принимать не-однозначные решения, против которых выступают такие категории челове-ческой личности, как совесть, мораль, этика и даже гуманность. И пересту-пить через них может далеко не каждый смельчак. Вы - один из немногих. Да, что там говорить - на сегодняшний день, единственный. Потому, изви-ните, мы не вправе рисковать таким ценным работником и посылать на неиз-вестные планеты, где вы можете стать жертвой какого-то ординарного несча-стного случая или планетного катаклизма. У вас другие задачи - вы работае-те с людьми".
  Да, уж... С людьми!
  - Приступим, - и визитеры уселись в предложенные кресла.
  - Итак - Нола.
  - О, Господи! - взмолился Элл, - Что вы никак не оставите меня в покое? Разве не известно, что мне туда дорожка заказана? Я там вне закона.
  - Элл, а когда и где вы не были вне закона? - с хитрой улыбочкой прошеп-тал один из парочки.
  Намек был более чем понятный. Элл Маргио только скорчил укоризнен-ную гримасу, мол, хватит мне напоминать о моем статусе, давайте уже, что там у вас.
  Гости поудобнее уселись в креслах и стали излагать суть дела, будто ар-тисты в театре - каждый говорил свою часть текста, не перебивая партнера.
  - Наш центр прогнозов выдал довольно тревожную информацию, что на Ноле в скором времени возможна большая война.
  - Которую желательно предотвратить, - вставил свою часть текста второй "серенький".
  - Там и так, вроде бы война еще не закончена? - осторожно спросил Элл, ожидая нового "укола" от гостей.
  - Гражданская. Вернее, междоусобная. В Стране, Окруженной Горами, или Межгорье, или Побережье, как ее еще называют. Теперь угроза исходит от кочевников Горной Страны.
  - Да, ну? Они сами друг с другом не мирятся, насколько мне известно.
  - Пока не мирятся, - уточнил один из собеседников. - Прогнозисты ут-верждают, что возможно появление лидера, способного объединить разроз-ненные кланы и повести их на завоевание побережья. А это уже серьезно.
  - Грозит уничтожением очага высокоразвитой цивилизации на перспек-тивной планете, - поддакнул второй.
  - Ну, уж, и высокоразвитой!.. - ухмыльнулся Элл. - Равнинные жители кочевников не так уж сильно опередили. Но, даже если и так, для этих ва-ших прогнозов есть какие-то основания, или просто абстракция электронных мыслящих систем?
  - Дело в том, что прогноз выполнен на основе анализа легенды, вернее, пророчества, имеющего хождение среди кочевых племен.
  - Вроде бы должен появиться человек по имени Мати", который и есть их новый мессия или Чингиз-хан - вам виднее.
  "Вот черти! Интересно, это дань уважения или ребята очередной раз дают понять, что знают всю мою подноготную? Иначе, зачем жонглировать чисто земными аналогиями?" - подумал Элл, но вслух сказал:
  - Что, так серьезно?
  - Вероятность прогноза - 11 процентов. Сами понимаете...
  - Мы обычно реагируем при 5 или 6, а тут такая цифра!
  - И вы хотите, чтобы я отправился на Нолу и убил этого Мати?
  - Мы хотим, чтобы вы отправились на Нолу, разобрались в ситуации и приняли решение на основе собственного анализа и опыта, - осторожно про-говорили, чуть ли не хором оба гостя.
  - Не понимаю, откровенно говоря, - пожал плечами Элл. - Ну, подумаешь, война! Мало их происходит во Вселенной! Только на Земле и дня не прохо-дит, чтобы где-то не стреляли.
  - Не будем о Земле! - отрезал один из собеседников.
  - Земля - своего рода феномен, сами знаете, господин Маргио, - поддак-нул второй.
  - Но вас она, похоже, волнует не очень... Как и другие миры. А тут вдруг Нола... Там населения-то, всего-ничего! - обиженно буркнул хозяин каби-нета. О своей родине неприятные вещи слушать всегда неприятно. - Да и воюют уже долго. Раньше это никого не тревожило.
  - Придется кое-что вам объяснить, - уже наперебой заговорили гости. - Вы ведь сами бывали на Ноле и прекрасно ее знаете. Согласитесь - планетка до-вольно комфортная. И сила тяжести подходящая, почти равная гравитации древней Планеты-Матери, откуда и произошла людская раса.
  - И, следовательно, вполне подходящая для человека. А температурная "вилка"? То, что надо для комфортного проживания. Воздух, опять-таки! Кислорода вполне достаточно, даже в горных районах.
  - Много вы, Элл, таких планет видели? Метрополия, Земля, ну, еще деся-ток, условия которых приемлемыми можно назвать с большой натяжкой. Все! Остальные - как эта - купола, подземные галереи, установки регенера-ции воздуха и воды, корректоры гравитации, радиационная защита. Уж на что Масати была привлекательная, но, увы, для полноценной колонизации не подойдет. Слышали, наверное?
  - Нет, - удивился Элл. - А в чем дело?
  Масати была обнаружена сравнительно недавно, и считалась перспектив-ной в плане колонизации. Совпадали почти все факторы, а главное, других разумных обитателей на ней не было. Даже он - человек довольно осведом-ленный до сих пор думал, что там все в порядке. Что знают эти ребята?
  - Представьте, Маргио, там, в почве довольно высокое содержание неко-торых минералов, попадание которых в организм, даже в виде микрочастиц, для человека смертельно опасно.
  - А стало быть, опять герметичные жилища с воздушными фильтрами тонкой очистки, системы регенерации, синтетические продукты питания. А возникнет желание прогуляться под теплыми лучами местного светила - не забудьте гермокостюм, ну разве что, с воздушным фильтром вместо запаса кислорода.
  - Кто мог подумать, что такая незаметная деталь сорвет дорогостоящий перспективный проект!
  - Плюс ко всему, на цивилизованную Страну, Окруженную Горами, мы возлагаем определенные надежды, как на лидера, способного подтянуть до своего уровня и другие народы планеты. Гибель этой страны повлечет за со-бой замедление развития всех народов Нолы.
  - И как вы, господин Элл, думаете, имеем ли мы право рисковать очагом цивилизации на такой прекрасной планете?
  "Нет, ребята, что-то вы недоговариваете", - подумал Элл.
  
  
  * * *
  
  Из ненаписанного дневника Скитальца:
  "Все великие путешественники ведут дневники. Чем я хуже? Может, и не такой великий, как Ливингстон или Пржевальский, но, согласитесь, я забрал-ся дальше. Правда, писать здесь не на чем и нечем, да и демаскировать себя непонятными действиями не следует. Так что, мой дневник так и останется ненаписанным. Ну, и ладно! Что увидел - не забуду, что надумал - останется при мне. Это будет, по крайней мере, тренировка логического мышления и приведение в порядок сумбура в голове. К тому же, меня многие считают не-разговорчивым. И, наверное, они правы - не люблю без особой необходимо-сти ворочать языком. Но с самим собой-то поговорить можно? С умным-то собеседником! Шучу.
  - Все, привал, - слезаю с коня и принимаюсь снимать поклажу. Волчонок недовольно пожимает плечами, но тоже спешивается.
  - Волчонок, проверь, как вода в ручье, соленая или нет. А я костром зай-мусь. Жрать охота...
  - Так себе вода. Но, пить можно. И вообще, торговец, называй меня Вол-ком, - буркнул подросток.
  Волк! От горшка два вершка, а туда же - в хищники. Гонору-то, гонору! Что у того дворянина. Даже волосы отпустил почти до плеч, что для его со-словия неприемлемо - таков негласный закон. Но даже с волосами на благо-родного явно не похож - конопатым курносым носом родители одарили.
  - Хорошо, но и ты прекращай называть меня торговцем.
  - А кто же ты? - мальчишка с вызовом глядит прямо в глаза, наглый не-домерок. - Набрал у папаши товара, меня с собой потянул. Будто у меня дру-гих дел нет, кроме как показывать дорогу всякому желающему обогатиться в землях кочевников.
  - Меня зовут Скиталец. И на другие имена не откликаюсь. Уяснил? И во-обще, я тебя никуда не тянул. Просто просьбу друга выполнил. Так что, по-вежливей. И что это у тебя за дела? Отец говорил, что ты не больно то жаж-дешь в земле ковыряться.
  - Я уже с вербовщиком принца Райгула договорился - пойду к ним в ар-мию.
   - Ха, в армию он пойдет! Нос не дорос! Не будь твой отец моим другом, надавал бы тебе сейчас подзатыльников - надолго бы запомнил, Аника-воин!
  - А если бы Хозяин не был моим отцом - лежал бы ты сейчас в земле со стрелой в глазу! - презрительно выдавил из себя Волчонок.
  - Да, неужели? А причем тут Хозяин? - наглость пацана зашкаливает.
  - Он запретил.
  - И как он это сделал?
  - Запретил, и все! Сказал, что я в тебя попасть не смогу.
  Нет, пора, кажется, поставить этого спесивого мальца на место. Иначе в дальнейшем хлопот не оберешься.
  - А ты попал бы?
  - Можешь не сомневаться. Я со ста шагов тебе все пуговицы пересчитаю стрелами! - с гордостью сказал юноша.
  - Пари?
  - Ты серьезно, торговец?
  - Серьезней не бывает, Волчонок, - усмехаюсь ему в лицо. - Давай! Сто - не сто, а если попадешь в меня с пятидесяти шагов хотя бы одной стрелой из, скажем, пяти - я тебя отпускаю, иди куда хочешь. И коня дам - твои клячи, кроме как грузы тягать ни на что не годны, это не боевые скакуны. Таких в армии используют, разве что, в обозе. И копье подарю. Хорошее, с каленым наконечником, не то, что твоя медяшка! И щит из панциря черепахи, на ко-торый ты глаз положил. А не попадешь - будешь делать то, что я говорю. И без выбрыков! Согласен?
  - А, идет! Давай, прямо сейчас. Только у меня нет тупых стрел.
  - Кто говорит о тупых стрелах! Пустишь мне кровь - выиграл. Ну, что стоишь - вперед, считай шаги.
  Волчонок принялся отсчитывать полсотни шагов. Отсчитал, обернулся и неуверенно так спрашивает:
  - Может, подальше отойти?
  Нет, парень, играем по моим правилам и до конца. Презрительно смотрю на него и даже не удостаиваю ответа. Мальчишка пожал плечами - пеняй, мол, на себя, придурок! Поднял лук, натянул тетиву, но отпускать все не ре-шается. Оно и понятно - ситуация для него дурацкая. Вгонишь стрелу куда-нибудь в плечо или руку, и возись потом со мной, раненым, пока не вычуха-юсь. Я насквозь вижу, что творится в его башке. Долго сомневаться не бу-дет - выстрелит. Обязательно постарается показать наглому старикашке, что он давно не Волчонок, а самый настоящий Волк - лучший стрелок из лука во всей округе. Ну-ну...
  Смотрю ему прямо в глаза. Так удав на кролика смотрит. Юноша держит-ся, пытается сохранить самообладание. Плавно отпускает тетиву... Стрела с тихим жужжанием понеслась в мою сторону. Паренек явно намеревался за-пустить стрелу между моих широко расставленных ног - то-то позор будет на мою седую голову! (Ну, насчет седины... каюсь, загнул немного). Надеет-ся, что я передумаю продолжать тягаться с таким снайпером и, признав свое поражение, отпущу восвояси? Но цели стрела не достигла, а ушла куда-то в облака.
  - Что, паренек, рука дрогнула? - смеюсь ехидным смехом. - Спокойствие, только спокойствие!
  "Издеваешься, торгаш? - долетают до меня обрывки мыслей Волчонка. А может, он это вслух прошипел. - Тем хуже для тебя. Получай!"
  Стрела, направленная в правое плечо даже не пощекотала меня своим оперением. Куда там, пощекотала! Вслед за первой улетела неизвестно куда. А я снова выдал порцию издевательств, почти доведя парня до белого кале-ния. Что поделаешь, вот такое я "гэ..."!
  " Что такое?! Как он это делает? Колдовство, что-ли? - чуть ли не вслух выкрикивает паренек. - Ну, все! Теперь ты доигрался, чертов маг! Игры за-кончились!"
  Тетива натянута до предела, острие единственной в его арсенале стрелы с серебряным наконечником, припасенной именно на случай встречи с нечи-стью и колдунами, смотрит точно мне в грудь. Снова колебания. Дом, отца с матерью, наверное, вспоминает. Нужно бы остановиться. Если сейчас про-шьет меня насквозь, отеческое проклятие обеспечено. Смерти своего друга Кот не простит даже сыну. И не видать больше ни отчего дома, ни мать, ни братьев с сестрами. Гляди-ка, прикрыл глаза, чтобы не видеть, как упадет его противник! Правильно, это похоже не на пари, а на самое настоящее убийство. Такое лучше не видеть. Но зло душит и прямо силком разжимает пальцы. Снова жужжание оперения, но на этот раз на более высокой ноте. Сейчас будет негромкий звук удара, а потом, наверное, должен раздаться мой предсмертный хрип...
  - Пожалуй, хватит стрелы портить, - Волчонок открыл глаза, и первое, что увидел - это меня, целого и невредимого, идущего к нему со стрелой в левой руке. Той самой, с серебряным наконечником, которая должна была бы тор-чать в моем сердце. - Да, парень, судя по твоим навыкам, солдатом тебе быть до первой стычки с неприятелем. Живым солдатом, во всяком случае. Придется всерьез заняться твоей подготовкой. Иначе точно, огорчишь отца. Насчет итогов пари вопросов, надеюсь, нет?
  Что тут началось! Самая настоящая истерика.
  - Ты - колдун! Я не мог промахнуться. Особенно, в последний раз, - Я даже испугался, не хватил бы ребенка "кондратий". Не переиграть бы... Нужно срочно мириться.
  - Спокойнее, парень! Думаешь, что среди твоих врагов будут одни уваль-ни, не способные не только поймать летящую стрелу, но даже от нее увер-нуться? Все. С завтрашнего дня занимаюсь твоим воспитанием. Так за тебя так возьмусь, что мало не покажется. Ты себя в зеркало видел, худоба" несча-стная? Ручки, что у девчонки. Как такими ручками ты собираешься мечом орудовать? Или противника кулаком с ног свалить? Все! Можешь не сомне-ваться - к концу нашего рейда по тылам противника я из тебя сделаю на-стоящего воина. Если доживешь, конечно. А пока расседлывай свое тягло и готовься отдыхать. Кстати, найди свои стрелы, пока не стемнело. Нечего бо-еприпасами разбрасываться".
  
  * * *
  
  - Что-то подсказывает, что вы, Элл, нам не очень нам верите? Что же, позвольте вам представить одного человека. Знакомьтесь - профессор Саут. - гости синхронно кивнули на дверь.
  В кабинет вошел довольно молодой мужчина. Коренастая, даже полнова-тая фигура, большие ступни и глаза на выкате выдавали в нем уроженца Крайта - одного из спутников экзопланеты с длинным номером вместо на-звания, отличавшегося повышенной силой тяжести и далеким расположени-ем от своего светила. Улыбнувшись улыбкой, которая на его широком лице выглядела фальшивой, будто приклеенной, парень вцепился в руку Элла и принялся ее трясти.
   "И этот демонстрирует свою осведомленность"- подумал хозяин кабине-та. Рукопожатия в этом мире были не в ходу, он и сам уже забыл, как это де-лается. Но "маячок" вполне понятен - о тебе, землянин, знают и видят на-сквозь. Так что, нечего прикидываться и строить из себя оскорбленную не-винность.
  - Думаю, - сказал один из "сереньких", поднимаясь из кресла - Вы тут са-ми разберетесь. Детали экспедиции утрясем позже.
  - Ну, что же, господин Элл, - начал профессор. - Вы думаете, ребята вам что-то не договаривают?
  - Я не собираюсь отказываться от выполнения миссии, но можно было бы и проинформировать в полном объеме. Не люблю, когда со мной играют "в темную".
  - Что Вас смущает?
  - То, что, даже если это пресловутое пророчество сбудется, цивилизация на планете никуда не денется. Разве что, более развитая будет порабощена менее развитой. Разве такого никогда и нигде не бывало?
  - Вы правы, - примирительно пробурчал Саут, - Этих причин недостаточ-но, чтобы требовалось экстренное вмешательство. Вы не первый раз выпол-няете наши задания, и прекрасно знаете, что какие-либо акции предприни-маются только в самом крайнем случае. Когда вероятность возникновения нежелательных событий уже настолько велика, что предотвратить кризис иными средствами, кроме как активным вмешательством, невозможно. Да и события должны быть не локальными, даже не всепланетного значения, а по-истине, вселенского масштаба. А до этого - наблюдения, наблюдения и толь-ко наблюдения. И анализ. Нужно чересчур много доказать, чтобы добиться разрешения на акцию. Приведу пример. Нас очень беспокоят эксперименты на вашей родной Земле, связанные с новым ускорителем. Есть предположе-ние, что эти эксперименты могут привести к нарушению вселенского равно-весия, прорыва в другие измерения. Это опасно. Но, чтобы воспрепятство-вать экспериментам, нужны научные обоснования и стопроцентная уверен-ность в их правильности. А этого пока нет. Из чего следует, что на родине, Элл, вы окажетесь не скоро. Так что, вернемся на Нолу. Я для того и здесь, чтобы развеять ваши сомнения и проинформировать в полном объеме.
  - Итак, начнем... - профессор немного попыхтел, посопел, собираясь с мыслями и, наконец, начал говорить. Речь он, судя по всему, заготовил зара-нее и излагал ее плавно без пауз и излишних эмоций, будто вещая с кафедры университета. Профи, иначе не скажешь...
  - Не мне вам рассказывать о Ноле - вы эту планету знаете лучше боль-шинства экспертов, если не всех, вместе взятых. Поэтому вам известно, что на планете имеются два континента, которые мы называем Восточный и За-падный. При этом Восточный - не такой уж и комфортный - высокий, гори-стый, даже, я бы сказал, скалистый. Огромный утес, а не материк! Наиболее комфортная область - относительно низменная долина, где и расположена Страна, Окруженная Горами. Западный же материк весь покрыт джунглями и лесами - этакий зеленый рай. Но вот что удивительно, люди живут и в гор-ных ущельях, и на островах, расположенных у самой границы дрейфующих льдов, в холоде и голоде - в смысле, на бедных неплодородных землях - но в этот рай не суются. И дело не в океане, отделяющем этот материк от мест обитания людей. Те же островитяне - замечательные мореходы, а их галеры крепкие и надежные. Да и короли Страны, Окруженной Горами владеют от-личным военным флотом. На парусниках этого типа можно вокруг всей пла-неты обойти. Но...
  Причина в другом - страх. Легенды гласят, что эта земля - запретная, что там обитают демоны. И это не просто суеверия.
  Много лет назад к одному из островов Архипелага прибило примитивную лодку, выдолбленную из куска бревна, а в ней два трупа, вид которых так ис-пугал островитян, что те поначалу хотели сжечь лодку вместе с останками странных существ. Но жажда наживы взяла свое, и трупы были проданы ко-ролю Страны, Окруженной Горами, как диковинка.
  Тот тоже был изрядно удивлен. Собрал своих советников, ученых, духо-венство, чтобы те дали, так сказать, свое заключение. И те дали - проклясть и уничтожить. Что и было сделано. Хорошо еще, что наш человек умудрился купить маленькую кость и пучок волос одного из существ. Ее исследовали уже мы. И что вы думаете? ДНК этих существ не имеет ничего общего с че-ловеческой.
  Возникает вопрос, как эти существа оказались на планете? Здесь разви-лись? Нет. Мы исследовали образцы ДНК коренных для Нолы организмов - животных и растений. Тоже ничего общего. Значит, пришельцы. Откуда, и каким образом появились? Где-то есть канал в канве, нам неизвестный, и мир, нам незнакомый? Или появление их обусловлено другими факторами? Скажем, прилетели на механических аппаратах... Это нам очень важно вы-яснить.
  Теперь о пророчестве. В нем сказано не просто о хане или царе - как вам удобнее - Мати. В нем говорится о хане Мати, который вооружен Звездным Мечом. А это уже интересно.
  Вы ведь помните историю короля Луэла? Преступник, покинувший места ссылки, появился на планете, в Стране, Окруженной Горами, захватил власть и довольно долго ею наслаждался, пока... Но, это мы опустим. Так вот, он пришел не с пустыми руками, а с неким лучевым оружием, которое местные летописцы окрестили Огненным Мечом. Сами прекрасно понимаете, что мощная лучевая установка даже отдаленно не напоминала ручное холодное оружие. Тогда спрашивается, что из себя представляет меч "звездный"? Не-известное технологическое оружие массового поражения? А может быть и того страшнее - наши эксперты не исключают, что высокоразвитые цивили-зации в состоянии создать такие технологии, которые могут представлять опасность для всей Вселенной. Скажем, на основе локального изменения не-которых физических констант в данной точке. И это уже страшно. Это уже угрожает не только Ноле - здесь уже о всей Вселенной идет речь. Возникают вопросы: реально ли оружие, или это просто миф? А если не миф, что оно из себя представляет? Как может оказаться в руках представителей далеко не высокоразвитой цивилизации? И, наконец, имеет ли этот "звездный меч" от-ношение к странным созданиям Западного континента? В этом тоже есть сомнения - в долбленке странных существ было обнаружено примитивное оружие - ножи и гарпуны даже не из меди, а из обсидиана. Теперь вы пони-маете, как мы нуждаемся в вашей помощи? Как заинтересованы в успехе ва-шей экспедиции?
  - Может, следует провести разведку непосредственно на Западном мате-рике? - вопросом на вопрос ответил Элл.
  - Хм... Не все так просто, господин Маргио, - первый раз за беседу замял-ся профессор, но быстро взял себя в руки и продолжил. - Мы не можем идти на чрезмерный риск. Мы даже не знаем, с чем имеем дело, чего ожидать от этой разведки, какие задачи ставить перед разведчиком. Что мы вообще зна-ем? Известно только, что на этом континенте обитают странные и опасные для человека создания. Известно, что люди, попадающие на континент, про-падают без следа. В том числе и один из наших агентов. Так что, никакой вы-садки на Западном материке! Если вы ответите на наши вопросы по итогам разведки в Горной стране, на данном этапе исследований нас это вполне уст-роит.
  - И последнее, - почесал подбородок профессор. - То, что сказали вам ре-бята, тоже следует учитывать. На Ноле, по нашим сведениям уже была, и да-же не одна, цивилизация. Какие факторы их уничтожили - нам остается только гадать. Это вопрос не к вам. Но в данный момент, при таких конку-рентах, как обитатели Западного континента, нам совсем не хочется риско-вать существованием человеческой расы на планете. А особенно, более ци-вилизованной Страной, Окруженной Горами.
  
  
   * * *
  
   Дерево со странно вывернутыми окаменевшими ветвями осталось далеко позади. А впереди была длинная дорога в Страну, Окруженную Горами. Что-то там ждет Скитальца? Живы ли друзья? Помнят ли враги? Как-то сейчас сложится их встреча...
  Он поймал себя на мысли, что в тайне, в самых дальних закоулках созна-ния, не признаваясь даже самому себе, давно тосковал по этому миру, где прошел, может не самый длинный, но все-таки счастливый период его жиз-ни. Опасный и кровавый, но неповторимый и незабываемый, как русская рулетка.
  
   Глава 3.
  
  - Куда ты меня гонишь? - прохрипел, еле переводя дух, Волчонок. - Мы с отцом всегда шли через Ущелье Южного Ветра. А здесь я даже и не знаю, где можно спуститься.
  - Зато я знаю. Не отвлекайся. Ты еще свою норму не набегал. Так что - вперед! - Скиталец и сам бежал чуть сзади с приличной ношей за плечами, да еще вороного своего за повод подергивая, своим личным примером желая показать Волчонку, что ничего невозможного от того не требуется.
  - Ты меня в гроб хочешь вогнать! На кой мне это нужно?
  - Хочешь быть солдатом - учись бегать. Если не за врагом, то от него. Никогда не помешает.
  - Я не собираюсь бегать от врага! - вскинулся Волчонок.
  - А зря. Нужно быть готовым ко всему. Но не трать зря силы на пустую болтовню. Не забывай - еще придется со мной фехтовать. А идем мы сюда, потому что, так ближе. Срежем изрядно...
  - Если ты так хорошо знаешь дорогу, зачем я тебе нужен?
  - Ну, - замялся Скиталец, - Ты там бывал, язык, обычаи знаешь... Короче, запас карман не тянет, пригодишься.
  Волчонок окинул своего мучителя недобрым взглядом и продолжил изну-рительный кросс. А что делать? Сам дурак! Не нужно было спорить. Не зря отец говорил, что азарт - маленький злой дух, сидящий за пазухой, который ничего хорошего не посоветует.
  Неожиданно, почти сразу под ногами появилась узкая ложбина - не лож-бина - трещина в скальной породе, с небольшим ручейком на дне. Она круто шла вниз, постепенно расширяясь.
  - А! Вот ты куда меня привел? Ущелье Лиса? Здесь спускаться... - через одышку выговорил парень. - Того гляди, на голову камень свалится. Плохое ущелье. Им даже разбойники редко пользуются. И тропка там - хоть бы са-мим пройти, не то, что с нашим обозом.
  - Почему "Ущелье Лиса"? - удивился Скиталец.
  - Да был, говорят, такой разбойник - Лисом звался. Лихой и сильный. Его все принцы поймать хотели, да не получалось. Вроде бы обложили в горах, все тропы перекрыли. Только здесь засады не было - толи забыли про это место, толи вовсе о нем не знали. А Лис, как чуял - сюда, наверное, и ушел. Так и стали с тех пор называть - Ущелье Лиса.
  - Отец рассказал?
  - От него дождешься! И сам никаких сказок, там, историй, не расскажет, да еще и матери не велит. Помалкивай, мол, старая... Такой он человек.
  "Вот так и рождаются легенды, - подумал Скиталец. - Оказывается, моим именем названо ущелье, которое я вижу впервые в жизни. И подвиги мне приписывают, о которых я и не подозревал. Интересно, сколько же правды в легенде о хане Мати и его мече? Не окажется ли это на поверку погоней за фантомами? Что же, проверим. Для того я и здесь".
  - Ладно, застоялись мы, что-то. А день уже к концу движется. Давай, пока светло - вниз.
  
  
   Глава 4.
  
  
  Из ненаписанного дневника Скитальца:
  "Узкое и длинное ущелье имени себя любимого осталось позади. Прошли - и, слава Богу! Радоваться нужно, что живы остались. Один раз чуть под обвалом не погибли, пару раз тропу расчищали от завалов. В сугробах вязли, по льду скользили. Лошадей, что тех дам, чуть ли не под ручку проводили по узкой тропинке. А в самых опасных местах самим приходилось перетас-кивать поклажу - еду, дрова, фураж, товары. Одну лошадку не уберегли - свалилась бедняга в пропасть. Хорошо хоть поклажа на ней была не очень ценная - фураж, дрова. Хотя, и их жалко. Волчонок помалкивал, но я без всякой телепатии ощущал злость против себя, истекавшую из всех щелей юношеской души.
  Наверное, он прав. Я и сам иной раз думаю, почему не пошел проторен-ным путем через Ущелье Южного Ветра? Там дорога - хоть на возах езжай (что, кстати, и делают). Нет! Поперся неизвестно куда, да еще мальчишку с собой потащил! Конечно, здесь ближе, но ведь и много опаснее! Сам себе не могу дать ответа. Иногда думаю, что меня ведет какая-то невидимая сила, эдакий ангел-хранитель, стоящий за моим плечом. Он знает лучше меня, куда идти и что делать. И вовремя подталкивает на нужную дорогу. Что же, дру-жище, я тебе верю. Ты столько раз меня спасал. Веди, уж...
  - Ладно, парень, не злись. - обращаюсь к парнишке с примирительными нотками в голосе. - Сегодня будем отдыхать. Хотелось, конечно, начать с тобой новое оружие осваивать, но ты, вижу, уже только о сне и мечтаешь. Ладно, отдыхай. Еду я приготовлю.
  - Какое еще оружие? - заинтересовался Волчонок.
  - Если так любопытно - глянь в поклаже, что на моего Сером навьючена.
  Парень подошел к вороному коню с совершенно неподходящей для него кличкой - Серый, порылся среди поклажи и, наконец, извлек длинный свер-ток.
  - Меч! - воскликнул он в восторге. - Вот уж не думал, что у тебя есть меч! Да еще какой!
  Его удивление понятно. Меч - штука в этом мире очень недешевая. Даже Кот - человек совсем не бедный - своему наследнику такой не купил. Волчо-нок с собой таскает толи муляж, толи игрушку, выпиленную из каменного дерева. Конечно, и им можно нанести глубокую рубленую рану - древесина плотная - но, все равно, против стали и даже бронзы, вещь малоэффективная. Так, сблокировать пару ударов может и удастся, но не более.
  - Ну, и какой? - усмехаюсь - Меч, как меч. Оружейник, его отковавший, согласен, не из дешевых, да и сталь неплохая. А в остальном - ничего осо-бенного? У любого уважающего себя офицера такой имеется.
  - А почему же ты его не носишь на перевязи, через плечо, как все офице-ры-дворяне?
  - Может быть, потому, что не являюсь дворянином.
  - Да? - удивляется парень. - А по волосам не скажешь!
  - Кто бы говорил! На свои патлы посмотри. Ладно, проехали. Твой внеш-ний вид - твое личное дела.
   - А вообще, предпочитаю... - и я достаю из-за голенища сапога свой кин-жал. - Ему у меня доверия больше. Ладно, можешь помахать мечом, пока я кулеш сварю. Здесь-то, внизу, я надеюсь, крупа разварится".
  
   * * *
  
  На этом плато было гораздо теплее, чем вверху. Не морской берег, конеч-но, но хоть снег не сыплет, да ветер не такой лютый. Кое-какая травка появи-лась - хоть лошади смогут поесть свеженького. Кустарники. Жиденькие, но хворостом для розжига костра обеспечивают. Ельник низкорослый, не дере-вья, а так, лианы, стелящиеся по земле. Но укрыться от нежелательных глаз в них вполне возможно. Один раз уже пришлось прятаться в гуще раститель-ности, когда вдали показались всадники. Довольно большая группа - около полусотни, если не больше. Лучше не испытывать судьбу. Черт их знает, что за люди, куда идут и откуда. Тем более, что на горизонте странная темная ту-ча наблюдалась, очень напоминающая дым пожарища.
  Только утром Скиталец с Волчонком снова отправились в дорогу.
  - Гарью несет, - повел носом Волчонок. - Точно эти разбойники вырезали какое-то селение. Но, и им, видать, досталось...
  - Откуда знаешь? - спросил Скиталец.
  - Гарь... Если они победили, то палили своих. Врагов просто бросают в пропасть на съедение зверью. А если горят те, на кого напали, то победа за ними. Представляю тогда, сколько побежденных оказалось в пропасти, если уцелевших набралась целая армия!
  - Логично, - буркнул себе под нос Скиталец. Ситуация нравилась ему все меньше и меньше. Ребята в этой стране - не подарок. Ну, хоть бы АКМ раз-решили взять! Так нет, куда там! И как прикажешь воевать с таким количе-ством врагов? Копьем, мечем, луком со стрелами?
  - Поехать, что ли, посмотреть, что там творится?
  - И так понятно, - произнес Волчонок. - Глянь на небо. Падальщики. На пир слетаются.
  Действительно, в небе кружила стая птиц. Даже с этого расстояния было видно, что птички немаленькие, настоящие сверхкрепости в перьях.
  Лучше, Скиталец, туда не идти. Мы там никому уже не поможем.
  Тому ничего другого не оставалось, как признать правоту юноши и молча тронуть повод коня.
  Неожиданно Серый вскинулся на дыбы и заржал. Скиталец еле удержался в седле. Оказывается коня - да, что там греха таить, не только коня - напу-гал неожиданно появившийся из кустов и упавший на колени перед самыми конскими копытами человек.
  Скиталец быстро осмотрелся по сторонам - вроде бы никого. Если засада, то уже должны бы показаться... Скиталец взглянул на неожиданного гостя. Совсем старый человек в традиционном шерстяном плаще, настолько гряз-ном, что коричнево-сине-белые узоры уже и не разобрать. А ведь, говорят, они являются вроде как, визитной карточкой рода. Длинные седые космы достают почти до пояса, усы и редкая бороденка не ухожены по местной мо-де - никаких косичек, только застрявшие соломинки и щепки. Грязный и во-нючий - бомж бомжем, как сказали бы у Скитальца дома. Но здесь ценности другие. Может это какой-нибудь шаман, колдун, или святой - такой шапоч-ки, расшитой стекляшками, видеть еще не доводилось.
  Старик начал что-то быстро и непонятно говорить, протягивая всаднику сверток, который держал в руках.
  - Волк, что он говорит? Чего ему надо?
  - Точно и не скажу... - пожал плечами парень. - Тут, что не клан, то свое наречие. Похоже, пытается нам что-то продать. Ребенка, что-ли...
  - Че-е-го? - протянул Скиталец. - Скажи ему, чтобы убирался. Ему уже на том свете прогулы ставят, а он туда же - в работорговцы!
  - Он, похоже, цену сбросил - теперь хочет просто отдать его нам.
  - А оно нам надо? - презрительно скривил рот Скиталец. - Эй! Уходи! Прочь с дороги! Затопчу.
  - Он говорит, что ребенок очень болен. И только всадник на черном коне может его спасти - таково было ему видение. Если ты откажешь - ребенок умрет.
  - Видение у него... Что не нищий, то ясновидящий! Я что, врач? - выру-гался Скиталец, но уже менее решительно, и с обреченным видом стал спе-шиваться.
  Конечно, на счет врача Скиталец погорячился. Слава богу, обучился неко-торым навыкам - без них в своих экспедициях давно бы погиб. Да и кое-что хозяева разрешили взять с собой в нарушение всех законов - медикаменты, медицинские инструменты. Благодетели!.. Ни тебе оружия, ни камуфляжа. Аптечка - и не более. Ну, и еще золото на мелкие (и не очень) расходы.
  Он подошел к старику и откинул капюшон с головы ребенка. Даже по цвету личика можно было определить, что ребенок практически находится при смерти. Пересохшие воспаленные губы жадно хватали воздух, грудка тяжело вздымалась, о лобик можно было обжечь руку.
  Скиталец покачал головой.
  - Эх, где вы взялись на мою голову! - Он взял ребенка из рук старика и огляделся по сторонам. Вот за кустами трава погуще - там, пожалуй, можно осмотреть кроху. Старик вскочил с колен и стал что-то лепетать, хватая Ски-тальца за одежду.
  - Волк, займись стариком. Плесни ему вина, что ли, пусть успокоится. Да смотри, чтобы не сбежал.
  Скиталец развернул плащ и обомлел. Вот это да! Под плащом была пе-ленка вся пропитанная кровью. У мальчика - а это оказался именно мальчик - из ножки торчал обломок деревяшки. Скорее всего, это было древко стре-лы... Какой мерзавец решился стрелять в такого кроху - ему, по земным меркам, года полтора, не больше! Стрела сидела крепко - вытащить не уда-лось. Только дотронулся - ребенок очнулся от своего забытья и раскричался. И не мудрено - нога имела страшный вид. Опухла, покраснела. До гангрены - считанные часы. Да, медлить нельзя.
  Скиталец подошел к коню, достал из одного из тюков кожаную сумку. Взглянул на старика - тот снова стоял на коленях, что-то бормотал и отбивал поклоны. Волчонок сидел рядом с ним на корточках, и толи пытался что-то разобрать в бормотании старца, толи уговаривал его выпить вина из глиня-ной пиалы.
  Тут все в порядке, а вот с малышом - дело дрянь. Наркоз, пожалуй, он мо-жет и не выдержать. Лучше заблокировать нервные центры. Скиталец поло-жил руки на виски мальчика, и через минуту тот затих и вытянулся, будто мертвый. Порядок. Теперь приступим, помолясь.
  Через десять минут ржавый зазубренный наконечник, больше похожий на китобойный гарпун - не мудрено, что не вытаскивался - валялся в траве, ра-на была вычищена от гноя, залита биоклеем, а сверху наложен кусок искус-ственной кожи. Теперь - порция сильнодействующего антибиотика, и вита-минов. Все, пожалуй. Парень очнется и будет, как огурчик. Пускай старик его забирает.
  - Волк, а где этот дервиш? - у Скитальца глаза на лоб полезли. Только что сидел, молился, и вдруг исчез из поля зрения!
  - Ушел, - сказал Волчонок с трагическими нотками в голосе.
  - Как? Куда? - Скиталец от злости готов был вытрясти душу из этого без-дарного помощника, не способного уследить за такой старой развалиной.
  - Куда? Туда, откуда не возвращаются. Успокойся, Скиталец, я не вино-ват. Он просто умер. Лежит в кустах и не дышит. Бубнил, бубнил что-то на-счет того, что предначертание сбылось, и теперь он может спокойно умереть - так и сделал.
  - Умер, говоришь? Посмотрим, - воскликнул Скиталец и бросился к кус-там.
  Не очень приятно делать искусственное дыхание такому немытому чело-веку да еще с гнилыми зубами. Но другого выхода нет. И, конечно, непря-мой массаж сердца. Знаем мы этих хитрецов-шаманов! Опытному человеку ничего не стоит на некоторое время остановить свой "моторчик". Сами та-кие фокусы проделывали.
  Но после четверти часа усилий старик так и не проявил признаков жизни. Скиталец вытер пот со лба и обреченно махнул рукой.
  - Бесполезно. Старый хрыч нас все-таки надул. И что теперь с мальцом прикажешь делать?
  - Что делать? - удивился Волчонок, - Ничего. Мы, что, его с собой пота-щим?
  - Нет! Тут бросим! На растерзание зверью! Я для того с ним столько во-зился? Да, и не по-человечески это. Мы люди или нет?
  - Тогда продадим кому-нибудь. Или просто отдадим, - пожал плечами Волчонок.
  - Да... Придется, - вздохнул Скиталец. - Как его везти? Есть у нас пустой мешок?
  Нашлась большая плетеная корзина. Лепешки из нее пока перекочевали в другую тару. Нашлись и постромки, чтобы приладить эту импровизирован-ную колыбель к седлу за спиной Скитальца. Пока малый спит - неприятно-стей не ожидается. А как проснется? Ладно, потом посмотрим. Будем ре-шать проблемы по мере их поступления.
  - А с этим что делать? - Скиталец кивнул на труп старика.
  - Ну... Как принято у кочевников, - сказал Волчонок и удалился в заросли кустов.
  Через несколько минут он вернулся с небольшой охапкой хвороста, поло-жил его на грудь старцу и стал хлопотать с кресалом. Хворост вскоре вспых-нул и так же быстро прогорел.
  - Все, Скиталец, можно ехать.
  - Он же не сгорел? - тот с сомнением покачал головой.
  - Обряд соблюден. Его душа уже улетела вместе с дымом. Так что, он на нас не в обиде. Поехали.
  
  
  
  
   Глава 5.
  
  - Видишь башню, Скиталец? Перейдем реку, а за ней земли, принадлежа-щие хану Клык Вепря. Там нас уже ярлык будет защищать.
  Башня. Скитальца она давно интересовала - слишком много мистики во-круг нее нагромождено, множество легенд и тайн передавалось из уст в уста даже в Стране, Окруженной Горами. И вот она предстала перед ним воочию. На обрыве над неглубоким каньоном высилось сооружение, напоминающее дымовую трубу завода. Но на трубах не бывает оконных проемов, а на круг-лой стене башни виднелись узкие бойницы. Интересное сооружение! Нужно бы рассмотреть его получше.
  - Эй, мы едем, или будем торчать на месте, и разглядывать башню? При-ворожила она тебя, что ли?
  "Пожалуй, да, приворожила, - подумал Скиталец. - Будто магнитом при-тягивает, зовет".
  - Волк, как она здесь появилась? Неужели, кочевники соорудили?
  - Она тут все время стоит. Даже местные старцы не знают, когда ее по-строили. На все вопросы отвечают - мол, древние жители подземных коро-левств постарались. А кто эти древние жители - никто сказать не может. Только с ужасом по сторонам посматривают.
  - Пожалуй, парень, поедем вблизи полюбуемся.
  - Ну, уж нет, Скиталец! Я туда ни ногой! Проклятое, говорят, место. Да и табу это. Если нас увидят возле подножия - ни один ярлык не спасет.
  - А кто увидит?
  - Говорят, Пророк распорядился охранять подходы.
  - Да? - Скиталец извлек из деревянного тубуса медную трубку, поднес к глазу и стал осматривать через нее окрестности. - А ведь ты прав. На два пальца влево от островерхой скалы дым виден. Есть охрана. С чего бы это? Что там охранять и от кого?
  - Говорят, это последний вход в подземные королевства. Давным-давно люди гор воевали с людьми подземелья, почти всех убили, а кто из жителей подземелья выжил, навеки ушел в недра Нолы. С тех пор все, наверное, пе-ремерли. Но души их могут наделать много пакостей людям земли. Горцы уничтожили все ходы подземных жителей. Только эта башня и осталась. Она заколдованная - никого к себе не подпускает. Даже охраняют ее на прилич-ном расстоянии.
  - А зачем тогда охранять, если она и сама в состоянии о себе позаботить-ся?
  - Чтобы духи жителей подземных королевств не вышли на поверхность и не начали мстить жителям гор.
  - И эти пастухи могут противостоять духам? Но я, пожалуй, рискнул бы потягаться и со стражей, и с духами. Что, Волк, составишь компанию или мне самому идти?
  - Знаешь, Скиталец, ты, конечно, парень ловкий и сильный, но стражники тоже ребята не хилые, и их больше, чем нас. Да дело не в стражниках. Духи - они во стократ страшнее. Они разума могут лишить в два счета, а мечом их не убьешь. Хочешь - иди, но я не пойду ни за что.
   - Ладно, герой, считай, что уговорил. На обратном пути заглянем. И с другой стороны постараемся подобраться. Уж больно река бурная.
  - Весна. В горах снега тают. Через пару месяцев вода в речушке коню и до колена не достанет. Тогда подобраться удастся. Если не пропадет желание голову сложить или разума лишиться.
  Скиталец еле удержал Серого. Ну что ты поделаешь с этим мальцом! Сно-ва дергает коня за гриву и пинает ногами. Юный джигит! Не успел очухать-ся, как наотрез отказался путешествовать в корзине. По крайней мере, тогда, когда бодрствует. Пришлось соорудить из мешка, набитого травой, подобие седла и усадить малого перед собой. То-то было радости! Похоже, ребенок раньше научился скакать верхом, чем ходить ногами. Говорить, во всяком случае, еще не умеет. Только пальцами тыкает во все, что вызывает интерес. Беднягу Серого совсем задергал. Эй, малый! Это не ты, это я конем правлю! Угомонись!
  
  
  
   * * *
  
  
  На гребне скалы снова показались всадники.
   - Мы точно на землях Пророка? - осведомился Скиталец.
   - Да, - сказал Волчонок. - Башню когда видели? Уже с десяток дней про-шло, как за спиной осталась. А за нею земли Пророка. Вернее, эти земли принадлежат хану Клык Вепря, но... Короче, здесь слово Пророка - закон. Так что, эти разбойники нас тронуть не посмеют. Только ярлык на пику на-весь и подними повыше.
  Всадники осторожно приближались, будто боялись путников, хотя, вся обстановка диктовала как раз обратное - все-таки, шесть человек против двух, что-то, да значит. Да и Малыш вдруг разревелся на грани истерики.
  - Волк, - крикнул Скиталец, съезжая с тропы в сторону от визитеров. - Поговори с ними, пока я мальца успокою. Только будь осторожней. Их рожи мне доверия, ну никак не внушают.
  Да, рожи у гостей были еще те! Плоские, будто о стену приложились. Приплюснутые носы, скошенные подбородки, разве что, усы да скулы на-рушали общую плоскую "гармонию". К тому же, какого-то землистого цве-та, толи темные, толи просто, отродясь ни разу не мытые. Узкие злые глаза, почти скрытые под меховыми шапками, обшитыми по верху костяными или медными пластинами, метали злобные взгляды на путников. Лошадки тоже вполне могли нагнать страху на кого угодно - низкорослые и волосатые, буд-то гигантские болонки. Чудища лохматые, а не лошади. Не мудрено, что Малыш испугался. А может, имел уже счастье встречаться с ними? Успо-каивайся, парень, нельзя оставлять Волчонка с этими бандитами одного.
  Скиталец подъехал к всадникам и стал прислушиваться. Черт-те-что! Ведь изучал перед отправкой язык горцев, а на деле, кроме отдельных интонаций ничего не понять.
  Волчонок что-то пытался втолковать грузному детине в драном овечьем тулупе - очевидно, атаману всей шайки. Это, судя по всему, не очень удава-лось. Детина только рычал на низкой ноте и потрясал заплетенными в тонкие косички длинными усами. В это время один из его подельников спешился и очень заинтересовался содержимым вьюков одной из лошадей путников. Э, нет! Так не пойдет! Скиталец потянулся и треснул вора по рукам древком копья. Теперь настала очередь пострадавшего огласить окрестности львиным ревом. Он выхватил из-за пояса плеть с грузом на конце, но пустить ее в ход не успел. Скиталец наградил его новым ударом - на этот раз по голове. Бан-дит свалился на землю, смешно задрав ноги. Малыш, увидев эту картину, зашелся смехом и запрыгал в своем седле. Его испуг как в воду канул.
  Скиталец сунул острие пики прямо пол нос атаману и так же хрипло про-орал слова, в значении которых был уверен:
  - Ярлык! Пророк! Пропустить!
  Что помогло убедить атамана - ярко-синий флажок на древке или бле-стящий наконечник пики у самого глазного яблока - неизвестно, но звук бан-дит убавил и, бормоча себе под нос ругательства, дал знак своим товарищам уходить и оставить путников в покое.
  - Зря ты, Странник, так... Можно было просто договориться, - покачал головой Волчонок. - Они злые и мстительные. А как подстерегут на обрат-ном пути, когда из земель Пророка выйдем?
  - Когда подстерегут, тогда и подумаем. А шарить по нашим вещам я не позволю. И вообще, что за речи в устах будущего воина? Испугался?
  - Ну, вот еще! - вспыхнул юноша. Но развивать тему не стал, а просто пришпорил своего гнедого и поскакал вперед по тропе.
  
  * * *
  
  
  - Ну, вот и добрались, - сказал Волчонок, охватывая широким жестом ру-ки открывшуюся внизу панораму.
  Скиталец снова достал свою подзорную трубу - шедевр ювелира из Лу-элреста, изготовленный по заказу капитана королевского корвета, но так и не выкупленный по причине неожиданного пропития всего только что вы-плаченного жалования - и стал в нее рассматривать ставку хана Клык Вепря.
   В долине, как грибы на поляне, белели купола шатров. Два самых боль-ших купола располагались в центре, остальные, поменьше, - вокруг на неко-тором расстоянии. Между шатрами сновали люди - пешие и на конях, горели костры, прохаживалась домашняя живность, птица. Типичный стан кочевого народа. Видеть подобное Скитальцу приходилось не раз.
  - Который шатер Пророка?
  Волчонок приложил к глазу странную штуковину, изрядно удивившись открывшемуся зрелищу, но вида постарался не подать, и как можно спокой-нее ответил:
  - Тот, что левее. С синим флажком на крыше.
  Не успели они подъехать к самым крайним шатрам, как навстречу выехал караул из трех всадников. Малыш снова испугался, но на этот раз не плакал, а просто вцепился в куртку Скитальца. С охраной снова пришлось объяс-няться Волчонку.
  - Они говорят, что не одни мы такие. Желающих попасть к Пророку - хоть отбавляй. Сегодня он никого видеть не желает. А завтра с самого утра нужно ждать у его шатра. Пророк сам решит, кого принять, кого прогнать. Ну, это я и без них знал. Я угощу их вином? Они за это нам предоставят шатер на ночь. И коней постерегут. Здесь народ такой: отвернешься - обязательно что-то сопрут.
  Шатер, который предоставил начальник караула за пиалу вина, был до-вольно просторным. И это было неплохо - оставлять поклажу снаружи было как-то боязно. А если раскладывать свою палатку - в нее и половины груза не влезет. За коней можно не волноваться - Серый никакого конокрада на милю не подпустит. А вот груз - попробуй, уследи!
  Но даже и в шатре нужно было держать ухо востро.
  Волчонок с Малышом сразу же после ужина попадали на кошму как уби-тые. Скиталец тоже заснул, но вскоре проснулся. Толи Серый фыркнул, по-чуяв чужого, толи его собственное природное чутье сработало, но сон вдруг улетучился, как туман на ветру. Он некоторое время лежал на спине, пытаясь прочувствовать реальность опасности. Наконец, слух уловил еле слышный шорох за пологом шатра. Потом явственно послышалось какое-то шаруде-ние совсем рядом, буквально на расстоянии двух шагов. Скиталец осторожно поднялся и переместился туда, откуда доносился слабый, но тревожный звук. Ага! Вот оно что! Только благодаря своей способности неплохо видеть в темноте он разглядел нож, который вспарывал полог шатра. Через минуту в разрез просунулась голова с заплетенными в косички усами. Ба! Знакомые все лица! Интересно, что тебя сюда привело, атаман? Желание поживиться или жажда мести за недавний подрыв авторитета? Ну, как бы то ни было, по-лучите, распишитесь!
  Кулак скитальца врезался в еле заметный нос. Послышался глухой хруст и сдавленные ругательства. Голова пропала из поля зрения. Теперь можно спать спокойно. Вряд ли визитеры вернутся.
  Утром Скиталец ожидал аудиенции у шатра Пророка. Ждал уже довольно долго - успел, и поклониться самому хану Клык Вепря, и побеседовать с си-дящим рядом немолодым кочевником.
  Хан произвел неприятное впечатление. С первого взгляда было понятно, что он страдает тяжелой формой психического заболевания. Глупое лицо с выпяченной нижней губой и глазами на выкате, зло поглядывающие на ок-ружающих. К тому же плетка в руке, которой он "потчевал" всех без разбора. Наверное, досталось бы и Скитальцу, не вмешайся в дело няньки - крепкие ребята, ухаживающие за ханом. Они бесцеремонно оттащили злого правите-ля от гостей Пророка, хотя и получили свою порцию плети. Скиталец же предпочел убраться от греха подальше. Не удивительно, что кланом факти-чески управляет Пророк.
  Больше пользы принесло общение с таким же просителем, как и он сам. Удалось немного пополнить свой словарный запас и потренировать свои экстрасенсорные навыки. Скиталец никогда не обладал особыми способно-стями к телепатии, и только серьезная учеба и тренинг помогли хоть как-то развить эти полезные для разведчика качества. Теперь он пытался за ней-тральной беседой понять истинную причину визита этого человека к Проро-ку. Мужчина закурил длинную трубку, наполненную такой гадостью, что даже Скиталец чуть не задохнулся от вонючего дыма. Что они курят? Не та-бак, несомненно. Навоз, что ли?
  - Дочку замуж выдаю, - сказал кочевник, протягивая трубку Скитальцу.
  Отказ мог спровоцировать обиду. Пришлось втянуть в себя порцию этой "Черемухи" и не скривиться. Собеседнику же глоток из фляги пришелся очень по душе. Он улыбнулся и с довольным видом отрыгнулся, похлопав себя по животу:
  - Хорошо! Она у меня красавица.
  В дальнейшем удалось выяснить, что на девушку положили глаз два чело-века. Один - богатый сосед, глава большого клана. Второй - смелый воин. Кому отдать дочь?
  Скиталец немного уяснил для себя картину, "порывшись" в мыслях ко-чевника. Все было совсем не "хорошо". "Смелый воин" был обычным раз-бойником и к тому же полным отморозком. Такому отказать - нажить смер-тельного врага. Ему ничего не стоит весь род вырезать, чтобы своей цели до-биться. С другой стороны "богатый сосед" совсем не готов брать на себя обязательства по защите будущих родственников, и ссориться с бандитом тоже не хочет. А отказ не простит и он - потребует вернуть долги.
  Что же, вроде бы навыков не растратил. Вопрос только, хватит ли их при единоборстве с Пророком. Он, скорее всего, экстрасенс не из слабых.
  Невысокий воин в кожаных доспехах с нашитыми на них костяными пла-стинами и в таком же шлеме - очевидно, телохранитель Пророка - вышел из шатра и направился прямо к ним. Не говоря ни слова, он только махнул ру-кой старику- следуй, мол, за мной.
  Отец невесты взвалил на загривок барана - гонорар за совет Пророку - и скрылся в шатре. Он там не долго задержался - минут через пять вышел с широкой улыбкой на плоском лице. Проходя мимо Скитальца, он с радостно поклонился, произнес добрые пожелания, всем своим видом выражая полное удовлетворение исходом своего визита.
  Интересно, что такого насоветовал ему Пророк, что старик так возрадо-вался? Скитальцу ничего положительного в этой ситуации не виделось. Ну, может Пророку виднее...
  Наконец, настала очередь Скитальца идти на прием.
  Он поднялся с земли, подхватил дары и двинулся вслед за охранником. Вдруг в штанину кто-то вцепился. Малыш буквально повис на ней.
  - Волчонок! Это что такое? - закричал Скиталец, забыв об обещании на-зывать парня взрослым именем. Чего только злость не сделает! - Зачем ты его отпустил?
  - Чертов малец! - чуть не плача выругался тот. - Укусил меня и дал деру. До крови хватил, паршивец. Зубы еще не вырастил, а злости - как у ... как у дикого зверя! Минуты без тебя посидеть не хочет.
  - Кого надо было Волком назвать? - усмехнулся Скиталец. - Ладно, па-рень, возвращайся к палатке. Видишь того оборванца, что нам ножом гро-зит? Это твой знакомый. Просто сейчас у него морда перевязана - нос поба-ливает. С ним надо держать ухо востро - ворюга еще тот! Ночью к нам в па-латку лез, да об дверь ударился.
  - Эй, мерзавец! - крикнул Скиталец атаману. - Еще раз попадешься у меня на пути... - и характерный жест ладонью по горлу.
  В шатре Пророка было темно. Даже после серого утреннего полумрака снаружи, Скитальцу пришлось некоторое время привыкать к темноте, прежде чем удалось что-то разглядеть.
  Пара коптилок по углам еле-еле освещали помост в центре шатра. На нем в кресле восседала темная фигура. Когда глаза немного привыкли, проясни-лись детали. Человек в кресле был закутан в одеяло с характерными ромбами и кругами клана Клык Вепря. Лица было не разглядеть - оно было накрыто чем-то вроде накидки или вуали. Вот он, таинственный Пророк.
  Скиталец положил у ног Пророка свои дары - Мешок с мукой, бурдюк с вином, сверху на мешок выложил три большие серебряные монеты и одну золотую поменьше.
  - Ты такой богатый, неведомый гость? - голос у Пророка был тихий и хриплый, будто простуженный. Но в то же время, Скитальцу показалось, что фраза была сказана с иронией. Не пожадничал ли? Обида Пророка была бы совсем не кстати.
  - Как твое имя? - снова прохрипел человек в кресле.
  - Зови меня Скитальцем, о Великий.
  - Ты хочешь, чтобы тебя называли так? - снова ирония в голосе. Что-то не так. Прощупать сознание Пророка не получается - будто в стену упираешься. Да и самому не мешало бы заблокироваться - похоже, и в твое сознание пы-таются пролезть.
  - "Что в имени тебе моем?" - попытался пошутить Скиталец, и тут же прикусил язык. Даже такая фраза может демаскировать его. Безусловно, ве-роятность того, что Пророк знаком с творчеством поэта, жившего за сотни лет до" него и за тысячи парсек от" него, равна нулю. Но это непрофессио-нально. Такие ошибки делать нельзя. Стареешь, Акробат!
  - Оно ничего не значит.
  - Пусть так. Но имя сына скажешь? Как тебя зовут, кроха?
  Малыш не ответил и только укрылся за ногой Скитальца, опасливо погля-дывая оттуда на темного человека в кресле.
  - Я зову его Малышом. Это не мой сын - подкидыш. Нашел на дороге. Бросить не мог, все же дитя человеческое. Бросить - все равно, что убить.
  - Ты такой добрый? - интересно, может Пророк над всеми так иронизиру-ет? Или что-то действительно знает о его - Скитальца - прошлом?
  - Добрый - не добрый, а грех за смерть невинного младенца брать на свою душу не намерен. У меня их и без того немало.
  - Хм... Наверное... Давно он у тебя?
  - Пара недель.
  - На нем накидка с узорами клана Длиннорога.
  - Тебе виднее. Я в этом не очень разбираюсь.
  - Всех Длиннорогов вырезал клан Чикама.
  - Так он сирота? - спросил Скиталец, хотя и сам прекрасно знал ответ на этот совсем не обязательный вопрос.
  - Трудно, наверное, путешествовать с таким маленьким ребенком за спи-ной - Пророк ушел в сторону от вопроса, который посчитал риторическим.
  - Он парень неприхотливый. Лошадей не боится, даже наоборот. Только вот с питанием... Варю ему бульон из мяса, редкую кашу из крупы. Ему мо-локо нужно, а купить его трудно. Если и есть у кого - продают неохотно. Бо-ятся меня, что ли?
  - Сочувствую, - сказал Пророк. - Но мы отвлеклись. Ты ведь хотел у меня что-то узнать? Не так ли?
  - Да, конечно.
  - Слушаю.
  - Пророчество - насколько оно реально?
  - Ты о чем?
  - Я о пришествии хана Мати со Звездным Мечом в руке.
  - А-а, - равнодушно протянул Пророк. - Я слышал о нем. Это не мое про-рочество - о нем известно уже много лет. Я считаю его вполне реальным. А по какому поводу интерес, можно узнать? Или?..
  - Можно. Тебе - можно. Я представляю интересы одного влиятельного вельможи, который имеет династические претензии на трон в Стране Окру-женной Горами. Его претензии... Как бы так выразиться... Они достаточно весомы, да вот возможности их воплощения в жизнь оставляют желать луч-шего. Скажу откровенно - у него нет средств, чтобы нанять боеспособную армию. Поэтому он рассчитывает на союз с ханом Мати.
  - Имя у твоего вельможи есть?
  - Имя есть. Но, не проси, чтобы я его назвал. Сам понимаешь - если его услышат не те уши, то может быть предъявлено обвинение в государствен-ной измене. А это - эшафот.
  - Понятно, - пробормотал Пророк. - Хочешь втянуть меня в политическую грызню?
  - Помилуйте Боги, о Великий! Просто хочу кое-что разузнать, уяснить для себя. О нашем разговоре все равно никто не узнает, но в будущем и мой сю-зерен, и хан Мати, наверняка, будут тебе очень благодарны!
  - Льстец и прохиндей, - беззлобно, как бы констатируя факт, сказал Про-рок. - Ну, и что же тебя все-таки интересует?
  - Все. Вероятность того, что пророчество сбудется. Хан Мати - кто он и откуда, где его можно увидеть. Его меч, опять-таки... Почему он "Звезд-ный"? Сроки, когда пророчество может сбыться, насколько реально ожида-ние победы хана...Принцы Побережья тоже вояки не из последних! И так да-лее, и так далее, и так далее...
  - Хм... Задал ты вопросы!.. Вероятность пророчества, думаю, очень высо-ка. Постоянная межклановая вражда уже нанесла этой стране такой урон, что ее продолжение приведет к угасанию всего народа. Кто-то должен это прекратить. Иначе... На счет сроков, ничего сказать не могу. Может, через год, может, через век. О хане Мати тоже ничего определенного не знаю. О реальном человека с таким именем я пока не слышал. Хотя, ты сам только что высказал неплохую мысль - имя не значит ничего. Мало ли кому придет в голову назваться этим именем... О мече... Было видение... У меня он ассо-циируется со льдом, холодным океаном, огнем... Наверное, ответ ты най-дешь в селениях охотников за морским зверем. Насчет итогов войны... Если объединятся все кланы - это тысячи мечей. Принцы Межгорья такой армии противопоставить ничего не смогут, кроме доблести своих воинов.
  - Ну... Понятно. А имя Мати, что означает? Просто так имена ведь не присваиваются?
   - По-моему, название какого-то растения. Не из наших мест, так что, не очень осведомлен. Это все, что я могу тебе сказать. И вообще, Скиталец, та-кие огромные проблемы не для меня. Спросил бы, кому муку продать или у кого купить железо, я бы растолковал. А это...
  "Ну, нет, ясновидящий, - подумал Скиталец. - Ты знаешь значительно больше. Недаром так разболелась голова - два часа непрерывного экстрасен-сорного армрестлинга, попытки пролезть в чужие мысли и не пустить в свои".
  - И на том - спасибо, о Великий! Да хранят тебя твои Боги! - Скиталец поднялся с кошмы, поклонился Пророку и подхватил под мышку Малыша. - Пошли, рыцарь, надеюсь, Волк тебе уже молока раздобыл.
  - Скиталец, - раздалось за спиной. - Можно узнать о твоих планах?
  - Зачем?
  - Просто, если ты отправишься домой, то тебе мое благословение и поже-лание легкой дороги. Если же к охотникам за морским зверем, то хочу пре-дупредить - путь неблизкий и опасный. Мало того, что люди разные на пути могут встретиться, сама дорога очень и очень трудная - безжизненные хо-лодные пустыни, ледяные реки, огненные горы...
  - Отговорить меня хочешь?
  - Нет. Это не в моих силах. Ребенка жалко. Такого путешествия он не пе-ренесет. Чем ты его там кормить будешь? Там на многие дни пути живой души не встретишь - только дикие звери, и те нечасто. Оставь его здесь.
  - В качестве раба?
  - Смеешься? Какой из него раб! Он сам заботы требует немеряно, что тот господин. Это я по доброте душевной, и в благодарность за твои подарки хо-чу тебя освободить от обузы в пути.
  - А что? Это неплохо. Только учти, я вернусь и проверю, не обижали здесь парня? И если что... Я его спас - я за него в ответе.
  Пророк сделал едва заметный жест рукой, и возле Скитальца, как из-под земли, возник стражник. Он попытался взять Малыша за ручку, но не тут то было! Ребенок вцепился в полу куртки Скитальца и поднял невообразимый крик. Попытки оторвать его от одежды привели только к тому, что стражник с ругательствами затряс в воздухе укушенной рукой.
  - Ладно, о Великий, - сказал Скиталец, беря Малыша на руки. - Он так орет, что грыжу себе наживет. Сделаем так: мы уедем рано утром, а его про-сто позабудем. Он спит долго и крепко.
  
  
  
  
   Глава 6.
  
  - Вставай, парень. Ушиваемся, - Скиталец тряс Волчонка за плечо.
  - Да ночь еще! Ты говорил, утром поедем, - тот протирал газа, выглядывая из шатра.
  - Пока соберемся... К тому же, утром могут и не позволить убраться по-добру, по-здорову. Так что, давай, веди лошадок.
  - А ты, малый, не вздумай орать, - Скиталец обратился уже к Малышу. - Если заплачешь - оставлю тебя, а сам уеду. Понял?
  Понял Малыш или нет, но притих, испугавшись угрожающей интонации в голосе своего большого друга. Безоговорочно дал посадить себя в мешок, выразив недовольство только шмыгающим носом.
  Когда все было готово к отъезду, невдалеке замаячило световое пятно. До-зор стражи обходил лагерь. Это не входило в планы Скитальца. Если будут чинить препятствия - все! Пиши - пропало! Здесь воинов - сотня, если не больше. Навалятся скопом - отмахаться будет невозможно. Он незаметным движением извлек из-за голенища кинжал. Может быть, удастся управиться без лишнего шума?
  Стражник в шлеме с нашитыми костяными пластинами, тот который ут-ром провожал его на аудиенцию в шатер Пророка, жестом приказал двум своим подчиненным осмотреть поклажу и шатер.
  - Уважаемый, прошу потише, - Скиталец подошел к начальнику. Ребенка разбудишь. Ты ведь видел, что он вчера творил в шатре Великого? Надеюсь, не хочешь, чтобы он перебудил весь стан? Тогда мне придется забрать его с собой. Боюсь, Пророк будет не очень доволен. А так - видишь - спит малец. Не потревожь, пусть себе...
  Он незаметно прикоснулся к руке начальника и вложил в нее пару монет. Воин, кивнул, но в шатер все же заглянул, и, увидев на кошме сверток на-крытый одеялом с узорами клана Длиннорога, удалился с чувством испол-ненного долга.
  - И что все это значит? - спросил Волчонок, когда они выехали за пределы лагеря. - Наш питомец будет не в восторге. Ему в седле ехать нравится, а не труситься в мешке за твоей спиной. К чему такие предосторожности? И что хотел этот страж?
  - Проверяет, оставили мы Малыша или с собой забрали, - ответил Скита-лец, оглядываясь за спину, будто опасаясь чужих ушей.
  - А им-то что?
   - Вчера Пророк просил меня отдать ребенка ему на воспитание - трудно-де, в дороге с таким маленьким.
  - И он прав. А ты?
  - А мне виднее. Что-то наш Пророк недоговаривает. Уж лучше, пусть па-рень побудет с нами. Если и отдам, то кому-нибудь другому.
  - Да... - протянул Волчонок. - Таскайся теперь с ним, возись... "Открой ротик - ам!" да "а-а"... Не понимаю я тебя, Скиталец.
  "Я и сам себя иной раз не понимаю, - подумал тот. - Но что-то тут нечис-то. А своей интуиции я доверяю больше, чем чужим словам".
  Вдруг впереди, в предрассветном тумане засерели фигуры всадников.
  "Неужели, засада?"
  - Волк, возьми-ка этого седока, и постарайся удрать, если что... Там, по-хоже, нас уже ждут, - Скиталец передал Волчонку мешок с Малышом, а сам извлек из поклажи сверток с мечом.
  Но через несколько минут все прояснилось в буквальном смысле слова. В разрыве туманного облака стало видно, что по тропе двигались всего два всадника и один пеший. Причем, последнего, всадники время от времени подгоняли копьями.
  - Похоже, не про нашу честь, - облегченно вздохнул Волчонок.
  Когда они поравнялись со странной компанией, пеший вдруг бросился к Скитальцу и заорал так, что и на Побережье могли, наверное, услышать.
  - Господин, господин! Спаси меня!
   От стана отъехали всего-ничего. Не хватало, чтобы этот идиот перебудил все войско.
  - Ша! - вполголоса прикрикнул "господин". - Нечего орать. Чего надо?
  - Спаси меня, - уже на два тона ниже проговорил человек.
  Только теперь Скиталец немного рассмотрел его. Невысокий безволосый человечек неопределенного возраста, кривоногий и плосколицый, как все жители Горной Страны. Одет в рванину, через которую проглядывало гряз-ное худое тело. Его руки были связаны за спиной длинной веревкой, конец которой был привязан к луке седла одного из всадников.
  - От чего я тебя должен спасать?
  - Меня хотят казнить - сбросить в пропасть.
  - За что? - этот вопрос уже больше относился к стражникам, которые, как ни странно, совсем не возражали против беседы своего поднадзорного со случайным встречным. Они сами с любопытством наблюдали за разговором, и тоже были не против вставить словцо-другое.
  - Ленивый раб, - зевнув, сказал один из них - грузный малый в драном ту-лупе и засаленном колпаке на голове.
  - Много ест, мало работает. Зачем такой нужен? - поддакнул его товарищ, который отличался от первого, разве что, более пышными усами.
  - Я - сын великого хана! Я не должен работать! - снова заорал пленник, и Скиталец понял, что выхода, пожалуй, не остается. Или помочь бедолаге, или перерезать всю троицу, пока не набежали псы Пророка.
  - Да не ори, тебе сказано! И как мне тебя спасать? А главное - зачем?
  - Ты богатый, вон сколько поклажи! И кони красивые. Выкупи меня, что тебе стоит! Мой отец тебя отблагодарит.
  - А эти возражать не будут? - спросил Скиталец, но, взглянув на доволь-ные лица стражников, понял, что сморозил глупость. - Что хотите за него, уважаемые?
  Он достал из кошелька несколько медных монеток и подбросил их на ла-дони. Но лица стражников особой радости не выразили.
  - Ты не их рожи глянь, - прошептал подъехавший Волчонок. - Плеснуть им вина, и всего делов...
  - Уважаемые, вина хотите?
  У всадников с собой фляг не было, зато засаленные шлемы имели нема-лый объем.
  - На здоровье, уважаемые. Всей тонкости аромата вам, конечно, не по-стичь, но зато закуской не обижены, - Скиталец, наливая вино из бурдюка, вынужден был сморщить нос - такой запах исходил от войлочных шапок. К тому же на поверхности вина затрепетали не умеющие плавать обитатели головных уборов. Картинка не для слабонервных. Но ребят это не сильно волновало. Через минуту они уже чуть ли не в обнимку поехали к лагерю, за-тянув заунывную песню.
  "Лучше бы я их зарезал", - покачал головой Скиталец, тронув удила Се-рого.
  - Эй, а как же я? - раздался голос пленника.
  - Что? Тебе чего надо? - удивился Скиталец. - Тебя спасли? Скажи "спа-сибо" и проваливай. Ты мне не нужен.
  - Спасли они! Пока я в землях хана Клык Вепря, я все еще смертник. Меня кто угодно убить может. А самому выбраться, без лошади, еды, огня... Уж лучше об скалы с обрыва!
  - Ну, и кто мешает?
  - Возьми меня с собой, господин. Я здесь все тропинки знаю. Выведу из земель хана - никто и не заметит. Я буду тебе хорошим рабом. Раз уж начал спасать, спасай до конца.
  - Все тропинки знаешь? А как ближе проехать к Южному океану? Пока-зать дорогу сможешь?
  - Смогу, хозяин, смогу. Только не бросай меня здесь. Протрезвеют палачи, вернутся и довершат начатое.
  - Ладно, садись на ту кобылу, что самая задняя, - смилостивился "госпо-дин-хозяин".
  - Слушай, Скиталец, - прошептал Волчонок, подъезжая вплотную к Серо-му. - Мы что, к Южному океану едем? Я туда дороги не знаю, но слышал, что ее и нет вовсе.
  - А ты думал, я сюда торговать приехал? Обещал тебе приключения - ты их получишь. А то, что дороги не знаешь, зачем мне, по-твоему, этот бродя-га? Эй, как там тебя, давай, ближе.
  - Меня зовут Айра, господин, - с достоинством выдал пленник. - Я Айра - из рода Айра, мой отец - хан, глава клана. Проклятые воры в третьем поко-лении, конокрады и убийцы из рода Клык Вепря пленили меня в бою, где я уничтожил множество этих недолюдишек и трусов. А ты посадил меня на жалкую скотину, на которой только поклажу возить, в то время, как твоя гнедая идет без седока.
  - Не нравится - пропасть вот она, рукой подать. Могу даже подтолкнуть, если самому боязно. Заруби себе на своем плоском носу, меня не интересует, чей ты сын, сват или брат. Здесь я - твой хан, как сказал - так и будет. А ин-тересует меня только одно - как проехать к океану. Понял? Поможешь, от-благодарю. Нет - пожалеешь, что со мной связался. Так, покажешь дорогу к океану? Только честно, иначе оч-ч-чень пожалеешь. Мне врать - лучше са-мому с кручи сигануть. Я ясно выражаюсь?
  Пленник понурил голову и пробормотал.
  - Не покажу. Туда никак не добраться, господин. Сейчас - никак. Зимой можно проехать по Реке. Она замерзает и становится гладкой, как медь клин-ка. Прибрежные племена приезжают зимой, привозят свои товары - бивни морского зверя, шкуры, рыбу, панцири черепах - они очень воинами ценятся. А сейчас можно попробовать вдоль Реки. Там безжизненные пустыни, кру-тые горы, некоторые огнем плюются. Никогда не слышал о том, чтобы ко-му-то удавалось добраться туда летом.
  - Что же, ты будешь первопроходцем. А пока езжай впереди, показывай дорогу, чтобы быстрее из земель этого зубастого хана убраться. Мне и са-мому тут неуютно.
   - Врет, - сказал Волчонок, скривив рот в скептической улыбке и подож-дав, пока Айра из рода Айра переберется в авангард колонны.
  - Откуда знаешь?
  - Если он такой герой, его бы никто не казнил. Таких, обычно, уважают, даже если пострадали от него изрядно. Свои стараются выкупить, пленившие - подороже продать. А не продать, так перевербовать, перекупить - хороший вояка всегда на вес золота. Сын же высокого вельможи и вовсе бесценен. Такого никто работать в жизни бы не заставлял, и за лень никогда бы не каз-нили. Хан, он что, такой богатый, чтобы свои деньги, да своими руками - в пропасть?
  Скиталец только пожал плечами. Бог с ним, с этим самозванцем. Кот был прав - без проводника трудно. Карта, купленная в столице Страны, Окру-женной Горами недостаточно подробна. На ней северные области еще про-рисованы, а южнее - сплошь белые пятна. Вот и сейчас он понятия не имеет, как убраться из земель, подконтрольных Пророку. А то, что сделать это нужно как можно быстрее, он нутром чует. Пускай себе тащится с ними, этот Айра. Если не врет, и дорогу знает - с голоду не сдохнет, покормим. А вздумает за нос водить - найдем, что с ним делать. Только пусть уяснит од-но: Скиталец - это не Клык Вепря. С ним курорта не будет - работать при-дется на равных со всеми.
  
   * * *
  Караван брел все дальше и дальше в глубь Горной Страны. Ландшафт из-менился - теперь плоскогорья остались позади, на смену им пришли более молодые горы. На горизонте горделиво возвышались, увязая в облаках белы-ми шапками, многокилометровые пики. Иногда нет-нет, да и потянет серной гарью от дымящегося на горизонте купола. И дорога стала труднее - часто попадались на пути завалы, будто гигантский бульдозер сгреб на дорогу го-ры камня, льда и хвойных деревьев. Не попасть бы и самому под горячую руку этого бульдозериста - лавины!
  Но не это беспокоило Скитальца. Вернее, не только это. Целый ворох проблем навалился одновременно. Тут и болезни Малыш - то температура, то сопли, то расстройство желудка. Постоянный плач и капризы. Нормальной еды ребенку доставать почему-то становилось все трудней. Пару раз на под-ходах к стану каких-то племен, им навстречу выезжал вооруженный отряд. Приходилось спасаться бегством и даже отстреливаться. В других станах ес-ли не встречали с оружием, то и особого гостеприимства не выказывали. Немного еды продавали, но на ночлег остаться не разрешали. А уж приютить хотя бы на время Малыша - и речи быть не могло. Стоило услышать эту просьбу, и жители шарахались, как черт от ладана, хотя Скиталец обещал за эту услугу весьма достойное вознаграждение.
  Это вызывало недоумение. Если прошел слух, что кто-то интересуется именно этим ребенком, то можно допустить, что он становится привлека-тельным товаром. Но на деле, никто не хочет попытаться завладеть маль-чишкой, ни силой, ни хитростью. Даже агрессивные обитатели селений, ото-гнав пришельцев подальше, преследование прекращали. Интересно, чем это вызвано? Запретом, своеобразным табу на контакт со Скитальцем и его людьми, и особенно Малышом, или тем, что местные племена с кланом Клык Вепря находятся в состоянии вражды? И помогать Пророку не желают, но и ссориться лишний раз не хотят. Моя хата с краю, как говорится...
  А по пятам все же шел небольшой отряд воинов. Шел довольно давно и на приличном расстоянии. Кто эти люди, Скиталец только догадывался, и эти догадки оптимизма не прибавляли.
  На это селение они наткнулись совершенно случайно. Проходя по уще-лью, сплошь поросшему какими-то невысокими и кривыми хвойными де-ревцами, в самых зарослях Айра углядел несколько шатров. Похоже, мест-ные жители гостей опасались. Еще, чего доброго, засаду устроят, встретят стрелами. Но выхода не было - кормить Малыша уже было уже просто не-чем. Поэтому Скиталец развернул своего коня и направился к ближайшему жилищу. Распахнув полог шатра, он обнаружил внутри одних женщин. Са-мая старая из них возилась в углу с одеждой - толи шила, толи латала какую-то дерюгу с характерным узором. Вторая, которая помоложе, с двумя совсем молодыми помощницами колдовала у котла с варевом. У дальней стены еле заметно шевелилась куча тряпья. Все ясно - женщины его заметили. Но поздно, и увести детей в лес не успели, а спрятали тут же, в шатре под воро-хом одежды и одеял.
  - Успокойтесь, уважаемые дамы, - как можно приветливее попытался произнести приветствие Скиталец. - Я вас не обижу. Мне нужна только еда для ребенка. И не даром - я хорошо заплачу".
  Повариха попыталась задвинуть помощниц себе за спину и начала что-то быстро говорить. Волчонок только пожал плечами. К счастью, Айра немного разобрался в местном наречии и стал переводить Скитальцу суть речи жен-щины:
  - Она говорит, что это владения смелого и знатного хана...как бишь его... Шестилап, что ли... Да, слышал - противная ядовитая гадина типа паука, ес-ли интересно... Говорит, что скоро придут их мужчины и отомстят нам за надругательства и смерть.
  - Переведи, что я не собираюсь ни обижать, ни тем более убивать никого из них. Мне нужно только молоко и сыр. Не даром, естественно.
  Айра что-то пытался втолковать поварихе, но, похоже, без особого успе-ха. Волчонок же застыл, как вкопанный, уставившись взглядом в одну из ее помощниц. Девчонка действительно была хороша. На остальных женщин - коренастых и плосколицых - она не была похожа ни фигурой, ни лицом. Довольно высокая и стройная, ну, разве что, чуть узковаты глаза, да немного подчеркнуты скулы. Даже волосы ее были светлее, чем у ее родственниц. Родственниц ли? Может быть, она рабыня, служанка при жене "знатного и смелого"... Не нравится этот застывший взгляд парня, ох, не нравится!
  Снаружи раздался шум. Скиталец вышел из шатра, и вовремя. Из ельника выехали на своих низкорослых мохнатых лошадях три всадника. Двое из них были совсем еще детьми - даже Волчонок против них выглядел мужчиной. Главный же и был, судя по всему, ханом этого рода - немолодой кочевник с лицом, обросшим так, что только глаза и плоский нос были видны из этих дебрей.
  Скиталец поднял руку в знак приветствия и произнес слова, которые ми-нуту назад силился выдавить из себя Айра.
  - Здравствуй, я пришел с миром.
  А чтобы подкрепить свою реплику более весомым аргументом, снял с пояса флягу, отпил сам, и протянул старику.
  - Что хочет уважаемый? - осведомился хан, вытирая губы рукавом грязно-го тулупа. - Мы люди бедные, у нас ничего нет. Что в лесу поймаем, то и едим.
  - Видишь этого рыцаря? - Скиталец указал на Малыша, гордо сидящего на загривке Серого. - Ему нужно хорошо питаться. Молоко, сыр, масло. Куплю, не обижу. У меня есть белая мука и вино. А если желаешь, могу расплатиться и монетами.
  Старик покивал, спешился и зашел в шатер. Через минуту оттуда выско-чила одна из девушек и куда-то убежала. Следом вышел и Волчонок.
  - Эй, парень, полегче! - буркнул Скиталец. - Нам не до этого.
  Но парень даже не обернулся на эту реплику, продолжая смотреть в том направлении, куда скрылась девушка.
  Вскоре она вернулась, неся в руках мешок и бурдюк. В мешке, как и предполагал Скиталец, были твердые, как камни шарики овечьего сыра, а в бурдюке - кислое молоко.
  - Ладно, Волк, грузи питание на лошадь, а я пойду с хозяином расплачусь.
  Хозяин от монет отказался, предпочтя кувшин вина и миску белой муки. Когда же Скиталец начал аккуратно подводить его к тому, чтобы оставить Малыша в этом глухом селении, испугался так, будто ему предложили при-глядеть за какой-нибудь нечистью.
  - Да пойми, уважаемый, путь наш долгий, трудный. Мне тяжело, а каково ему? Он совсем малютка, ему мамкин уход нужен. Я - старый рубака, могу с мечом управляться, с копьем. Но я не нянька при младенце. И дел своих у меня невпроворот. Ну, говори, что хочешь? Бурдюк вина и полный мешок муки. По рукам? Хочешь, еще дам хороший железный нож. Соглашайся! Ведь не насовсем оставляю. Буду назад ехать, еще и золота дам.
  Глаза у хозяина горели, будто у голодного хищного зверя в ночи, еще не-много и слюна с клыков капать начнет! Ох, как хочется! Целый бурдюк ви-на, да еще нож! Но нет, это никак не отразилось на его решении. Боялся хан. Слухи в этих местах скачут быстрее скакунов Скитальца. Даже в такую глушь первыми добрались.
  Но все же жадность свое слово сказала. Хан отозвал повариху в темный угол шатра и о чем-то битый час с ней беседовал. Наконец подошел к гостям, держа за руку девушку, которая так очаровала Волчонка, и сказал:
  - Забирай. Моя дочь. Она умеет за детьми ухаживать. Мешок муки, бур-дюк вина и нож.
  - Нет, - покачал головой Скиталец. - Так не пойдет. Забирай малого, тогда и получишь свое вино.
  - Нет, ребенка не оставлю. Мой род и так почти вымер. Не хочу, чтобы вырезали сосвем-совсем. Забирай девчонку. Она хорошая, работящая. И на-ложницей будет хорошей - в походе мужчине без женщины тяжело.
  - И не жаль дочери-то?
  - Она не настоящая дочь. Она от рабыни, что я привез из похода на Побе-режье. Свою бы дочь я никогда никому...
  Волчонок тронул его за рукав.
  - Скиталец, на два слова.
  - Соглашайся, - сказал он, выйдя из шатра. - Нам без бабы Малыша не выходить.
  - Что, понравилась девочка? - улыбнулся Скиталец. - Наверное, и ее хо-чешь похоронить где-нибудь среди льдов?
  - Зря ты так, - покраснел парень. - Я дело говорю. Кстати, тебя надуть хо-тят. Такую цену лупят, что можно было бы десяток рабов купить. Один толь-ко нож знаешь, как здесь ценится? Требуй еще пару дойных коз и десяток баранов. И Малышу молоко свежее каждый день будет, и мы без мяса не ос-танемся.
  - Ты умеешь коз доить?
  - Нет, не умею, - соврал Волчонок, снова покраснев и выдав себя с голо-вой. - Для того и прошу девчонку взять. Помрет малый без женского уча-стия. Впрочем, тебе решать, кому жить, кому умирать.
  Скиталец и сам понимал, что ситуация практически безвыходная. Спря-тать ребенка в глухом селении не получится. Оставить его у себя никто не отважится. Вернуть Пророку? Нет, против этого восстает все его сознание и подсознание. Пока не выяснится, что кроется за интересом этого человека к Малышу, никакого решения предпринимать не следует. Да и где он нынче, этот Пророк? Не возвращаться же... Ну, что прикажете делать?!
  Спустя пару часов кавалькада снова выступила в поход. На гнедой кобы-ле, до этого обремененной только поклажей, теперь восседала девушка и Ма-лыш. Настроение у всех было не самое радостное. Малыш был очень недово-лен, что теперь приходится ехать в компании с женщиной, а не на скакуне Скитальца. Тот же в свою очередь не испытывал особенного удовлетворения от того, что его отряд все разрастается. Тащить с собой бесполезный балласт - сомнительная радость. Кто знает, как там обернется дальше... Айра, ехавший впереди, время от времени оглядывался и бросал недовольные взгляды то на гнедую с девчонкой, то на хозяина - кому-то сразу дают скако-вую лошадь, а ему - Айре из рода Айры - приходится снова тащиться на от-нюдь не благородной скотине. Девчонка ехала молча, только изредка выти-рала глаза рукавом длинного замшевого балахона. Волчонок тоже разыгры-вал неудовлетворенность, "артист погорелого театра"!
  - Не умеешь ты торговаться, Скиталец, - бурчал он, качая головой. - За мешок муки, полный бурдюк вина и нож - рабыня, коза и три барана... Ма-ло. А ты еще и медяков женщинам дал на ожерелья.
  - А то ты недоволен! - буркнул тот. - Не переживай, эти медяки здесь ни-кому не нужны, пусть дамы свою грусть немного подсластят. Ладно, позови девчонку, хочу познакомиться.
  Теперь настроение испортилось и у парня. Но приказание пришлось вы-полнять - куда денешься!
  - Тебя как звать? - спросил Скиталец, когда гнедая поравнялась с его ко-нем.
  - Гаумлие, - робко ответила девушка.
  - Ну и имечко, сразу и не произнесешь. Что означает?
  - Птичка, Услаждающая Пением Своего Господина.
  - Еще лучше! Поёшь, что ли?
  - Так называют дочерей главы рода и рабынь-наложниц, - уточнила де-вушка.
  - Что-то вроде бастарда? Это имя тебе не подходит. Раз дочь местного ца-ря - стало быть, Принцесса. Остальное - детали. Так и буду тебя называть.
  - Как будет угодно господину.
  - Меня все зовут Скитальцем. Запомнила?
  - Да, господин.
  - Ясно, - вздохнул "господин". - Запомнила она... Ладно, с ребенком об-ращаться умеешь?
  - Да, господин, я всех деток батюшки вынянчила, - девушка шмыгнула но-сиком и вытерла слезы рукавом.
  - Не расстраивайся. С нами тебя никто не обидит. И к своим родичам вер-нешься. А поможешь Малыша сохранить живым и здоровым - награжу.
  
  
  
   Глава 7.
  
  Из ненаписанного дневника скитальца:
  "Чем дальше в лес - тем больше дров. Но в нашем случае, похоже все как раз наоборот. Дорога все труднее, растительности все меньше. Все больше приходится расходовать фураж, все меньше скотине перепадает подножного корма. Древесину на костер находить все труднее. Попадаются, время от времени каменные деревья, но какое это топливо! Тлеет в костре, только ка-лории отбирает, не давая ничего взамен. Дорога... впрочем, какая там доро-га! Камни да расщелины, каньоны речек и кручи. Лошади устают, особенно, скакуны. Вьючные лошадки, вроде как, страдают меньше, по крайней мере, по ним не видно. Что же говорить о людях?
  - Все, - говорю, осматривая неглубокий овраг. - Привал. Ночевать будем здесь. Место удобное, скрытное.
  - Господин, - подъехал Айра. - Видишь, на горизонте горная гряда? Это - перевал. За ним долина, по которой и течет Река. До перевала два дня пути.
  - Понятно. Ты, Айра, с Волком обустраивайте лагерь - ставьте шатер, по-могите девушке с костром. Принцесса, ты знаешь, что делать - еда за тобой. А я пойду, пожалуй, осмотрюсь.
  - Косю! Косю!
  Ну что ты будешь делать с этим пацаном! Другие в его возрасте - "Мама, папа", и на своем языке, а этот - "кося"! И запомнил же! Айра с Волчонком этого слова отродясь не слышали, думают, лепечет малый нечто нечленораз-дельное. Принцесса, та заинтересовалась. Даже стала расспрашивать, что это значит, и в каких землях говорят такие странные слова. Что, прикажете, объ-яснять ей, "откуда у хлопца испанская грусть"? Лучше уж промолчу.
  - Ладно, садись уже на косю, - говорю, взгромождая мальчишку себе на загривок. - Пойдем, прогуляемся.
  Малыш проспал почти весь дневной переход в своей корзине, приторо-ченной к седлу гнедой лошадки Принцессы. Теперь он, конечно, бодр и по-лон сил. На предыдущем привале он так расшалился, так расскакался, что едва не угодил в костер. Принцесса чуть не плакала над пролитой похлебкой. Айра разразился тирадой на своем диалекте. Лучше от греха подальше уве-сти этого хулигана, не то кроме "коси" такого наберется!..
  С этого пригорка обозревать окрестности представляется удобным. По-смотрим, где наши преследователи. Обшариваю взглядом каждый камешек, каждую щель, но пока безрезультатно. Ушли? Очень сомневаюсь. Просто не-которые штатские мешают нормально осмотреться!
  - Это тебе нельзя. Мал еще! Ну, ладно, посмотри, только руками подзор-ную трубу не трогать! Что, доволен? Хорошего - понемножку. Иди, пошвы-ряй камешками в птичек. Может, подобьешь какую-то из них на ужин - все польза. Эй! А ну-ка, "цурюк" от обрыва. Быстро, я сказал! Так ты у меня скоро полиглотом станешь.
  Темнеет. Нужно возвращаться в лагерь. Стоп! А это что?
  Хорошо, что в свое время сумел развить способность видеть инфракрас-ный участок спектра. Нелегкое было дело, упражнения сложные, и без ген-ной медицины не обошлось. Зато теперь, если постараться настроиться, можно любую теплокровную гадину в кромешной тьме обнаружить. То-то, я гляжу, на фоне общей серости несколько выделяется красноватое марево - наверняка оттуда исходит теплый дым. А что такое дым? Дым - это костер. А костер - это наши "друзья". Может, конечно, быть и гейзер, но мы там про-езжали не позже, чем вчера, и ничего подобного не наблюдали. Точно, они. Никуда-то не делись, идут след в след. Вопрос, зачем? Если кто-то хочет знать о наших перемещениях и действиях, не стоило слать целое отделение. Пара охотников справилась бы с этим заданием гораздо лучше и скрытее. Может, готовят нападение? Чего же до сих пор прячутся? Уже больше ме-сяца на хвосте сидят. Ждут удобного случая? Сколько таких случаев уже бы-ло за этот месяц!
  Ладно, пора, пожалуй, в лагерь. Эти ребята далеко. Если и решатся на ночную атаку, сделают это перед рассветом - раньше просто не доберутся.
  - Эй, Ловец орлов, пошли домой. Баиньки пора.
  Подзываю Волчонка и приказываю первому заступать в караул, оставляя за собой самое "рисковое" время перед рассветом. Парень изрядно вымотан за день, но перечить и показывать гонор уже разучился. Кивнул и пошел в шатер за оружием. Айра что-то начал бурчать в ответ на приказание карау-лить после Волчонка, но после моего "чего-чего?!", замолк и улегся дремать возле костра. Теперь и мне не мешало бы отдохнуть, я тоже не железный.
  Но не успел как следует заснуть, как почувствовал прикосновение теплой ладони на своей щеке. Открываю глаза - Принцесса, приподнявшись на лок-те, гладит своей ручкой мою бороду.
  - Что ты, девочка? - спрашиваю.
  - Господин, зачем ты купил меня у батюшки, если не обращаешь на меня никакого внимания? А я так стараюсь тебе угодить, понравиться...
  - Принцесса, я взял тебя с собой для того, чтобы ты за нашим Малышом ухаживала. Мы - воины, это дело знаем плохо. А насчет "купил", не пережи-вай, вернешься к своему батюшке.
  - Но он же сказал, что ты можешь пользоваться мной, как заблагорассу-дится - в походе мужчине трудно без женщины.
  Эх, девочка, как же ты права! Действительно, трудно. Но я не был бы са-мим собой, если бы поставил на первый план не выполнение задания, а соб-ственные потребности. Волчонок на тебя глаз положил - это ясно, как божий день. Так на меня смотрит, будто разорвать на куски хочет. Зачем мне эти шекспировские страсти? И Айра поглядывает да облизывается. Мне за ними присматривать нужно, чтобы не перегрызлись до поры, до времени, а не са-мому масло в огонь подливать. Ну, и конечно, со счетов не спишешь ту единственную, что ждет за миллионы миров отсюда. Ждет и молится за сво-его вечного непоседу...
  Мне и так перед ней бывает стыдно. Чего только не приходилось делать в командировках - и фаворитку местного царька соблазнять, и самому пред-ставляться посланником наместника Богов, путешествующего с немалым гаремом. Но, то была оперативная работа, необходимость, всегда стоявшая во главе угла всей моей деятельности. А сейчас необходимость другая. И слава богу! Хватит грехов на мою далеко не чистую душу.
  - Какая ты женщина! Ребенок совсем еще. От Малыша недалеко ушла.
  - Мне жена батюшки все рассказала... Знаю, не маленькая, а что не знаю - ты покажешь - на то ты и мой господин. А вернешь меня батюшке - он меня снова продаст. Может быть, даже тому толстому старому хану, что проезжал недавно через наши пастбища и разглядывал меня, будто овечку. Не хочу я другого господина - я тебя люблю.
  И она прильнула к моим губам. Да, что же ты делаешь?! Я ведь не камен-ный!
  Но помощь пришла, откуда не ждал. Раздалось недовольное всхлипыва-ние, затем Малыш самым бесцеремонным образом перелез через девушку, расширил локтями и коленями себе жизненное пространство между нами и, уткнувшись носом мне в бок, снова умиротворенно засопел.
  Перед рассветом уже я заступил в караул. Должен был менять Айру. Но, почему-то не он разбудил меня, а я его. Так сукин сын и продрых у костра весь свой срок - даже на другой бок не перевернулся. Ну, получит у меня завтра. А пока обойдется пинком под зад.
  Наши преследователи о себе не напоминали. И, слава богу! При таком ча-совом, перерезали бы нас, сонных. Но, видно и сами любители поспать. Не будь на моей шее такого табора, я бы сам к ним наведался в самое неподхо-дящее время. Отбил бы охоту подглядывать.
  Кстати о таборе... Через несколько часов - подъем. А дальше? Идти через перевал, а потом вдоль реки под названием Река к южному океану? Если бы я был один... Ну, на худой конец, с Волчонком... Тогда бы этих раздумий не было. Я кое-что разузнал у аборигенов о маршруте - они с поморами торгу-ют постоянно. Действительно - зимой по льду Реки к океану добраться мож-но. Другое дело - сейчас. Река протекает в глубоком каньоне, дно которого завалено каменными глыбами, которые она несет весною с гор. Проехать там на лошади - нечего даже мечтать. Ехать поверху - объезжать бесчисленные впадины и притоки, ущелья и каньоны. Мостов в тех краях не построили, и поэтому путь удлинится многократно. К тому же, это каменистая пустыня. Растительности почти нет. Если и растут мелкие колючие кустарники и ка-менные деревья, то скотине их лучше не скармливать - повыздыхает вся. В том числе, и наша коза. А за нею и Малыш. Да и Принцесса долго не протя-нет. Нет, прав был Пророк - незачем было впутывать ребенка в эту авантюру. Что же, Скиталец, имей смелость признать, что задание провалено. Вернее, выполнение его приостановлено. Наверное, стоит не на перевал идти, а от-правляться восвояси на Побережье. Там можно будет надежно спрятать Ма-лыша, а самому, отдохнув, вернуться сюда к зиме. И больше никакой благо-творительности, никаких помощников и попутчиков! Ты - одиночка, так и будь им!
  О! А это еще кого нелегкая несет?"
  
   * * *
  
  По гребню далекого холма двигался человек на маленькой лошадке. Или ослике? С такого расстояния трудно судить. Но сам факт появления одиноко-го всадника в этих диких безлюдных местах настораживал. Выжить здесь не-легко даже нескольким хорошо экипированным людям. Уж Скиталец это ощутил на своей шкуре. А каково одному? Видно, человек на ослике силь-ный и опытный. А такой всегда представляет определенную опасность. Им уже доводилось пару раз сталкиваться со странствующими рыцарями мест-ного разлива. А проще говоря, разбойниками-одиночками. Есть тут такие аб-реки - шляются по горам, наскакивают на одинокие селения, требуют дань, а то и просто грабят. Местных мужчин вызывают на поединок, тоже под не-малую ставку. Между собой иной раз устраивают дуэли. Скиталец каждый раз предпочитал прятаться от подобных "паладинов". Бояться, он не боялся, но лишние конфликты были совершенно не нужны. А тем более, слухи о нем, как непобедимом воине. И пусть Волчонок презрительно кривил губы - мол, чего прятаться, мы ведь, мужчины! - Скиталец от своих правил не отхо-дил. Вот и теперь, встречаться с этим всадником желания не возникало. Не-много успокаивает то, что добраться к их лагерю одинокий путник сможет только через пару часов. Да и лагерь упрятан в ущелье надежно, сразу не увидеть. Можно будет избежать встречи. Зачем лишний риск?
  Товарищи стали просыпаться, вылезать из шатра.
  - Волк, душ принять не желаешь? - спросил Скиталец.
  - Чего?- удивленно пробурчал тот, протирая заспанные глаза.
  - Пошли, сон прогоняет неплохо. И мне не помешает взбодриться после караула.
  В глубине оврага со скалы срывался небольшой ручеек - чем не душ? Скиталец первым, раздевшись догола, стал под ледяную струю.
  - Давай, парень, не дрейфь! Сон - как рукой снимет.
  Волчонок не очень-то желал с утра пораньше лезть в ледяную воду, но с командиром спорить - что головой пытаться скалу проломить. Ну, и выгля-деть в его глазах "хлюпиком" тоже не хотелось. В конце концов, он-таки принял омовение, огласив при этом окрестности душераздирающим криком.
  - Ну, как? Спать уже не хочется? - Скиталец хитро улыбался по дороге в лагерь. - Надо закаляться. Тебе, как воину, придется и водные преграды фор-сировать. Плавать, кстати, умеешь? Если нет - научим.
  Впереди по тропинке в сторону лагеря шла Принцесса. Наверное, хотела умыться у ручья, но место оказалось занято. Интересно, видела ли она двух голых мужиков под струей водопада?
  - Доброе утро, господин, - судя по опущенным глазам и стыдливому ру-мянцу, залившему лицо, видела.
  - Доброе, Принцесса. Помешали тебе умыться? Мы уже уходим.
  - Нет, господин. Я просто сказать хотела...
  - Так, говори, я слушаю.
  - Там едет бродячий певец.
  - Это тот, что на ослике? Так он певец? И что?
  - Господин, разреши, я накормлю его, - девушка умоляюще заглядывала в глаза Скитальца. - За это он нам споет древние песни о богах и героях, о ха-нах и их возлюбленных. Я еще никогда не слышала этих сказаний, но жена батюшки говорила, что это очень интересно. Можно, господин?
  "Певец, говоришь, - подумал Скиталец. - Ну, хорошо, хоть не разбойник. Время... Надо бы ехать... Но куда, я все равно еще не решил - толи назад, в Страну, Окруженную Горами, толи на перевал, к Южному Океану. Ладно, уважим девчушку. Старательная, трудолюбивая, заслужила. Пусть послуша-ет фольклор. Заодно, может, и я что-то новое узнаю".
  
   * * *
  
  Бродячий певец на представителя творческой интеллигенции совсем не походил. Парень был молодой и довольно крепкий. Даже рост его, по меркам горного народа, был выше среднего. В остальном он от горцев отличался мало - то же плоское скуластое лицо, те же усы и борода, заплетенные в ко-сички, тот же шерстяной плащ с сине-бело-коричневым узором и меховой оторочкой. Разве что, на голове не меховая шапка, а конический колпак, увешанный бубенчиками.
  - Доброе утро, уважаемый. Говорят, ты бродячий певец? - приветствовал Скиталец путника. - И нам что-нибудь споешь? Как, кстати, к тебе обра-щаться?
  - Зови меня Ламаром, благородный. Это значит Горластый. Почему бы не спеть, если есть благодарные слушатели?
  Скиталец краем глаза оглядел поклажу на ослике и складки одежды певца, но никакого оружия, кроме суковатого посоха, не увидел.
  - Не страшно, уважаемый, в одиночку по горам гулять? - спросил он гос-тя. - Люди здесь, насколько я понял, попадаются разные. Не за понюшку та-бака зарежут.
  - Что взять с бедного путника? Я сам только добротой людей и жив. На-кормят - и, спасибо Кумуту и его божественному семейству. А добрых лю-дей отблагодарю песней. А нет - мое брюхо будет петь громче, чем горло! - и бард огласил окрестности громовым хохотом.
  "Интересно, - подумал Скиталец. - Что в репертуаре у этого оптимиста?"
  А вслух сказал:
  - Ладно, уважаемый, мы тебя накормим, а потом уж послушаем. Завтрак скоро будет готов, если верить нашей стряпухе.
  - Великодушно прошу извинить, добрые господа. Но не разрешите ли мне немного поспать у вашего костра? За последнее время я не нашел достаточно топлива для костра. А без огня ночью лучше не спать. Попадается, знаете ли, такое зверье, отгрызет ноги - проснуться не успеешь. Огня, впрочем, боятся. Даже дымок учуют - близко не подойдут. Вот я и иду, большей частью, но-чью, а днем мы с моим другом - жест в сторону ослика - отдыхаем. Благо, ночи нынче лунные. Но и холодные. Мне сейчас сон возле огня милее еды. А спою я вечером. Не возражаете?
  - Пусть будет так, - сказал Скиталец. Похоже, появился повод не прини-мать немедленно решение, куда отправляться - на перевал или назад, на По-бережье. Что же, подождем до вечера, а то и до утра. Еще раз все, как следу-ет, обдумаем...
  
   * * *
  
  Из ненаписанного дневника Скитальца:
  "Весь день на нервах! Заметил недалеко от ущелья двоих соглядатаев. Раньше они так близко не подбирались. Почему же сейчас осмелели? На что-то решились? Надо бы их культурно порасспросить, да боязно оставлять ла-герь. Тем более, что возле костра спит незнакомый детина. Волчонок, конеч-но, тоже парень не промах, но, мало ли что может случиться? Хорошо, если с палицей - лицом к лицу, а если ножом, да в спину? Нет, лучше пока просто понаблюдать. Благо, мой "хвостик" нашел себе занятие - гоняется за ящери-цами между камнями.
  К ночи наблюдатели ушли, а новые их не сменили. Из-за знакомого холма снова выплыло красноватое марево. Похоже, ребята решили, что до утра мы никуда не денемся. Что же, и на том - спасибо! Тем более, что Принцесса за-пахом своей похлебки уже вызвала обильное слюновыделение. Даже певец уже потягивается и крутит своим плоским носом, что тот флюгер. Какова там у нас программа после ужина? Концерт, танцы?
  Сказитель, не торопясь, готовился к выступлению. Музыкальные инстру-менты у него занятные. Я таких до сего дня не встречал. Ящик, обтянутый кожей и прилаженной к нему доской, похожий на средних размеров чемодан. Вдоль доски идут струны, скорее всего, из сухожилий каких-то животных. Ладов нет, зато сверху расположены рычажки - именно с их помощью меня-ется натяжение струн. Та еще гитара! Или не гитара? Играет на ней артист костяным крючком: то дергает струны, то елозит по ним, а то и по ящику по-стучит, как по барабану. Еще у него имеется небольшая карусель - колесо на палке, а на нем навешены медные звоночки, ракушки, планочки из кости. По ним тоже крючок время от времени прохаживается. Да и шляпа с бубен-чиками - тоже инструмент, если потрясти головой как следует. Плюс хрип-лый голос, как по мне, без малейшего намека на слух. (Впрочем, это мы - слушатели, а он - певец, ему-то слух на кой?). Прямо, человек-оркестр!
  Песни тоже немало озадачили. Уж на что я - человек от искусства дале-кий! Но всю жизнь думал, что стихи - это когда есть рифма и ритм. Или хотя бы, что-то одно. Но если ни того, ни другого!.. А музыка? Ой, промолчу лучше! Помню, когда-то очень давно, гуляя по Андреевскому Спуску - это еще дома, в родной столице - затронул, на свою голову, одного художника-абстракциониста... Такого наслушался о мировосприятии творческой натуры и полном убожестве людей без фантазии и таланта... Не будем повторять прошлых ошибок и упрячем свои суждения подальше - мы нынче не дома. Тем более, что публика довольна. Принцесса смотрит на него, как юная фа-натка на сэра Пола Мак-Картни - глазки горят, щечки пылают, хлопает в ла-доши, и, того гляди, в пляс пустится. Да и Айра улыбается, подсвистывает, перстами щелкает. Волчонок в музыке такой же знаток, как и я - он больше на Принцессу пялится. Любуется, но зубами скрежещет - не на него девчон-ка смотрит, не им восхищается. Даже малышу передалась общая атмосфера - снова прыгает вокруг, всех дергает за одежду, цепляется за плечи, заливисто хохочет. Пусть себе. Похлебке уже бояться нечего - съедена, и котел выма-зан остатками лепешек.
  Пробую вникнуть в содержание песенки. Ага, у старого хана была моло-дая жена, а недалеко от его стана проезжал молодой красавец-воин... Вечная тема!
   Ох, красивая жена
   Хану старому досталась!
   Много за нее овец
   Было отдано, как выкуп
   Уважаемому старцу
   Что отцом был той девицы.
   Ее брови - изгиб сабли,
   Ее губы - терпкий мед!
   Ноги стройны, грудь упруга
   И как ягоды - соски.
   Как плато над океаном
   Плоским был живот красотки,
   Как холмы в лугах цветущих
   Выдавались ягодицы...
  
  Ой-ой! Песенка, вроде как, детям до шестнадцати... Откуда, интересно, сказитель узнал такие интимные подробности о жене старого хана, которую тот, естественно, на всеобщее обозрение не выставлял? Угадал под бесфор-менным балахоном и шароварами величину сосков и округлость ягодиц? Или с натуры живописал? Но это были еще цветочки. Дальше было еще ин-тереснее.
   Прискакал гонец с предгорий
   Весть тревожную принес он,
   Будто враг жестокий жадный
   Собирается отнять
   Все стада старого хана,
   Что паслись в его лощинах.
  
  Это, оказывается, была военная хитрость молодого воина. Он подговорил друзей, и те сообщили хану, что на его пастбища готовится набег. Доблест-ный муж красавицы сразу же собрал войско - почти всех мужчин своего кла-на - и выступил навстречу врагу. Этого только и нужно было нашему герою. Он, подкупив стражника, вошел в шатер старого хана ... И тут такое нача-лось! Ай-да сказитель! Бокаччо отдыхает! Ему бы сценарии писать для фильмов определенного жанра. Без работы в Германии не остался бы. Даже неудобно слушать в присутствии детей. Принцесса то краснела, то бледнела, то прятала лицо в рукав, но хихикала, посмеивалась и, похоже, оскорбленной себя не чувствовала. А наш бард входил в азарт, пел все громче, да и прони-зывающим взглядом черных глаз Принцессу чуть ли не раздевал. Ой, боюсь, отхватит он сегодня от Волчонка!
  А сюжет песенки развивался все круче. Старый хан, вернувшись из похо-да, очень соскучился по своей женушке. Но появился не совсем вовремя, как тот муж - герой бородатых сальных анекдотов, вернувшийся из командиров-ки. Наш герой-любовник, чтобы не быть застуканным на месте преступления, облачился в женские одежды и представился новой служанкой. Благо, был смазлив и не имел растительности на лице. Старый хан сперва вволю отвел душу со своей женой в присутствии нашего героя, а потом, отослав супругу готовить еду, возжелал и юную служанку. Бедный воин, который оказался не таким уже и смелым, еле унес ноги от хана, который на деле оказался не та-ким уж и старым...
  Нет, пожалуй, хватит этой порнографии. Не хватало еще мордобоя с уча-стием Волчонка. Как бы наш юный Отелло не надумал вступиться за честь дамы.
  - Уважаемый, - говорю этому менестрелю. - А что-нибудь посерьезнее есть в твоем репертуаре? О героях там, подвигах...
  - Я знаю много таких баллад, - гордо отвечает сей Карузо. - Не желаете ли послушать о доблестном хане Белохвосте, покорителе Страны, Окруженной Горами? Или о смелом Таоке - охотнике за морским зверем?
  Стоп! Это уже интересно... Охотнике за морским зверем? Что-то связан-ное с Южным океаном? Где еще здесь можно на морского зверя охотиться? Не зря, выходит, все не решался двинуться за перевал - подсознательно ждал дополнительной информации. И, кажется, дождался - спасибо, родная ин-туиция, вовремя меня надоумила!"
  
   * * *
  
  - Покорителе, говоришь? - сказал Скиталец с равнодушным видом. - Что-то не помню, чтобы Страну, Окруженную Горами, кто-то покорил. Сам со-чинил?
  - Нет. От Любимчика Урли слышал. Но не только от него.
  - Такие же сказочники, как и ты! Давай-ка лучше об этом... как его... Тао-ке.
  Баллада началась со ссылки на первоисточники. Певец в стихах (вернее, в том, что он считал стихами) стал воздавать хвалу своим предшественникам, память которых донесла до нас эту легенду. Список был довольно длинный и монотонный. Нашлось в нем место и для Любимчика Урли, и для целой че-реды других горластых и любимых. Айра начала повествования так и не до-ждался - захрапел возле костра. Принцесса загрустила, оперлась подбород-ком о ладони, но продолжала слушать, широко раскрыв глазки. Волчонок хоть и зевал, но представление покидать не собирался. Еще бы! Оставить де-вушку с этим представителем местной богемы? Боже упаси! Даже у Ски-тальца стали слипаться глаза. Один Малыш все никак не мог успокоиться - теперь его очень занимала карусель барда. Он несколько раз попытался ее покрутить в разные стороны, пока певец не замахнулся на него костяным смычком. Только после этого ребенок залез на руки Скитальца и стал ума-щиваться поудобнее, чтобы, наконец, уснуть.
  
   Над Великим Океаном
   Неба синего не видно.
   Тучи серы, воды серы
   И белеют только льды.
   Что срываются на берег
   С диким ревом громогласным
   Из расщелин среди гор...
  
  Нудная, надо сказать, баллада. Только описание климата заняло добрых четверть часа. Уже и девчонка позевывает, Малыш посапывает, да и Волчо-нок носом клюет... Когда же начнется, наконец, действие! А вот кажется, что-то интересное:
  
  
   И народ у кромки моря
   Жил своей нелегкой жизнью.
   Добывал морского зверя
   Рыбу жирную ловил.
   Только раз взорвалось небо
   Разметались мрачны тучи,
   Страшный гром над океаном
   Поверг в ужас людей бедных
   А над миром бледно серым
   Взошло новое светило
   И затмило своим светом
   Все, что на небе светилось...
  
  Дальше шло описание этой катастрофы. Скитальцу показалось, что бард рассказывает о падении метеорита, на подобие Тунгусского. Яркий след на небе, еще более яркая вспышка, огненные куски "светила", разлетевшиеся в разные стороны, упавшие в горах, в океан, исчезнувшие за горизонтом. А по-том начались несчастья - с гор понеслись потоки воды, грязи и камней, сме-тая деревушки охотников и рыбаков, океан тоже бросил на побережье волну высотой в гору. Те же несчастные, кто уцелел, долго болели и, в конце кон-цов, умерли, от болезни, весьма похожей на лучевую.
  
   Так познали люди моря
   Страшную и злую силу.
   Силу Звездного Меча,
   Что с небес упал на землю.
  
  Очевидно, чтобы подчеркнуть трагичность момента, сказитель стал уп-ражняться на своих музыкальных инструментах. Как ни странно, эта какофо-ния действительно вогнала на слушателей в какую-то мрачную прострацию. Даже у Скитальца ухудшилось настроение. Хотя, надо бы радоваться. Кажет-ся, появилась возможность выяснить кое-какие детали о Звездном Мече. А это стоит и миски похлебки с лепешкой, и пиалы вина. Но почему-то надви-нулось мрачное чувство полной безысходности и даже горя. Эх! Волшебная сила искусства! Что-то все-таки есть даже в этой непонятной абракадабре, что выжимает из своих инструментов местный лабух.
  Побарабанив по ящику и потрусив своей звенящей шляпой, певец про-должал.
  
   Много зим прошло над миром,
   Над великим океаном.
   Залечило время раны
   Хмурых скал, огнем пожженных
   Возвратился зверь в заливы,
   Рыба снова появилась
   В серых волнах океана.
   И вернулись к морю люди.
   Самым смелым среди равных
   Был охотник и рыбак
   Из селения близ устья
   Горной речки, что с вершины
   Падает на берег моря,
   Вождь по имени Таока.
  
  Дальше шло пространное жизнеописании славного вождя - удачлив был охотник, без добычи не возвращался. И племя его не бедствовало, еды и шкур было - хоть отбавляй, остальное покупали на Севере, отправляясь зи-мой вверх по Реке. И так далее, и так далее, в течение довольно длительного времени. Наконец, повествование снова привлекло внимание Скитальца.
  Наш герой - Таока - однажды узрел довольно странную картину. Он шел вдоль глубокого ущелья, сплошь заполненного ледником, и увидел странный предмет, вмерзший в лед. Такого смелый вождь еще в своей жизни не встре-чал - угловатый блестящий шар, скорее, многогранник, на валун совершенно не походил. Ледник в ущелье двигался довольно быстро, и через пару лет странная сфера упала с обрыва на берег. Как Таоке удалось заглянуть внутрь - бард не уточнил. Но то, что он там увидел - было ужасным.
  Дальше Скитальцу пришлось додумывать самому - уж очень запутанным был слог легенды, слишком непонятыми выглядели метафоры и прочие по-этические изыски, да и не все слова поддавались переводу. Скорее всего, ав-тор и сам не знал, как описать увиденное. Вероятно, Таока нашел там два обгоревших скелета существ, на людей ни капли не похожих. Еще нашел по-лосу железа. Скиталец допустил, что эта полоса - единственное, что вождю удалось унести из сферы - остальное просто не откручивалось, не отламыва-лось. Ну, и еще пару обгорелых костей обитателей шара. А через несколько дней сильный шторм смыл сферу с побережья, будто ее и не было.
  
   Так Таоке пришел в руки
   Звездный Меч, богов подарок
   На беду или на счастье
   Был получен дивный дар?
   Вниз сорвался дар небесный -
   Пал с горы на мрачный берег
   Звездный Меч - предвестник горя.
   Да! Не знали еще люди,
   Что сулит им этот знак!
  
   Поначалу, вроде бы все складывалось очень даже неплохо. Местный мас-теровой сделал Таоке из этого железа гарпун, рукоять которого инкрустиро-вал костьми существ из сферы. И смелый вождь стал еще более удачливым охотником. Гарпун не гнулся, не ломался, прошивал насквозь даже панцири старых черепах, от которых отскакивали медные и железные наконечники. И это притом, что, сколько не пытался кузнец затачивать острие - ничего не вышло. Вообще ничего! Никакой обработке металл не поддавался. Удалось только вставить его в рукоятку. Хорошо еще, что один край его был скошен фаской, наподобие острия.
  И зажил клан Таоки еще более богато, и разнеслась о вожде и его оружии слава по всей горной стране.
  Это беднягу и погубило. Однажды зимой по Реке к океану пришли люди хана Руума. Вырезали много селений рыбаков и охотников, захватили много рабов, набили свои сани рыбой, костью, шкурами морских зверей, панциря-ми больших черепах, что так ценятся воинами и используются в качестве брони. Смелый Таока мужественно сражался, убил своим гарпуном много врагов, но все же был пойман и предан страшной смерти. Такой, что уж луч-ше не описывать. Хан Руума приказал переделать мирный гарпун в боевой меч, и отбыл восвояси.
  
   И с тех пор народ несчастный
   Проклинает Меч Богов,
   Что несет так много горя,
   Свергнувшись с небес на землю.
  
  - Спасибо, уважаемый, - пробормотал Скиталец, стараясь придать голосу сонную интонацию. - Было очень интересно. Отдыхай. Вина, на сон гряду-щий?
  Утром, в лагере не спали только певец и Скиталец. Первый укладывал свои пожитки и готовился в дорогу, второй нес караульную службу.
  - Провожу, уважаемый. Вот тебе на дорогу немного мяса и лепешек. Вино тоже возьми. Извини, фуража твоему ослу не дам - у самого мало. Ну, по-шли?
   Когда вышли из ущелья, Скиталец остановил ослика.
  - Послушай, Ламар, все хотел спросить... Это правда, то, что ты расска-зал?
  - О молодой жене хана? - засмеялся сказитель. - Истина! Сам знавал эту распутницу. Правда, ее еще тогда замуж не выдали. А воин...
  - Так я и подумал. Уж больно красочно живописал, будто, с натуры. Но, я о мече хотел спросить.
  - Ну... - замялся певец. - Давно было. Кто его знает, как Таока нашел этот меч. Да и существовал ли Таока вообще. По мне - так лучше бы его не было вовсе. От его находки одни распри да войны. Всякий хан желает иметь Звездный Меч. Говорят, он приносит военную удачу. А ради этого все гото-вы скалы кровью залить. Клан Руума уже давно не существует. Нескольких других знатных родов - тоже. Все из-за него, проклятого. Хоть бы он прова-лился под землю, к духам подземных королевств, да так, чтобы его никто ни-когда не достал!
  - А у кого сейчас меч?
  - После последней большой войны им владеет клан ханов Черный Полоз. Вроде бы, с ним уже лет пятьдесят не расставались.
  - Спасибо, уважаемый. Прощай. Кстати, ты не иди по этой тропе - там за холмом прячется отряд разбойников.
  К возвращению Скитальца весь лагерь, кроме Малыша уже был на ногах.
  - Господин, - подошел к нему Айра. - Ну что, сегодня мы пойдем на пере-вал? Или еще денек отдохнем?
  - Наотдыхались уже, - буркнул тот. - Собирайтесь. Пойдем. Но, только не на перевал.
  
  
   Глава 8.
  
  Из ненаписанного дневника Скитальца:
  "Хан Черный Полоз... Что-то о нем слышал. На карте его земли обозна-чены чуть южнее, чем земли хана Клык Вепря. Надо же, какой крюк сделали!
  Такой осведомленный человек, как Пророк, оказывается, не знал, что Звезд-ный Меч находится у него под боком? Любой пастух уже много лет это зна-ет, а у него в видениях - Южный океан! Более чем странно. Теперь нужно возвращаться. Айра рассказал, что этот Полоз летом часто охотится в Долине Яфи. Эти самые яфи - небольшие антилопы размером с собаку средних раз-меров - как раз и населяют долину, названную в их честь. Юркие длинноно-гие твари, хорошо прячутся в кустарнике, высоко прыгают, неожиданно ме-няют направление бега... Короче говоря, охотиться на них нелегко - нужно быть очень хорошим лучником. Вот хан Черный Полоз весной и откочевыва-ет сюда со своими приближенными поразвлечься. Стало быть, и нам туда".
  
   * * *
  
  - Думаешь, за нами еще кто-то идет? - спросил Волчонок
  - Вчера видел дым. Думаю, идут. Слушай, я, пожалуй, съезжу на эту гору, - сказал Скиталец. - Осмотрюсь, может, дорогу разгляжу. Что-то мне подска-зывает, что наш проводник и сам заблудился. Сусанин хренов...
   - Чего? - удивленно протянул Волчонок.
  - Ничего... Так, поговорка... Остаешься за старшего. Держи ухо востро. Меч пусть у тебя будет. За одно и потренируешься.
  - А ремня? - это уже к Малышу, который с криком вцепился в штанину Скитальца. - Не хватало еще тебя тащить на склон вулкана. Быстро - к своей мамке, иначе гнев мой будет страшен! Р-р-р!
  Малыш не больно-то испугался львиного рыка Скитальца, спрятался за спину Принцессы и уже оттуда стал, смеясь, показывать язык. Все дети оди-наковы!
  - Хозяин, возьми меня с собой, - попросил Айра.
  - Это еще зачем? Вы что, сговорились?
  - Хозяин, где-то там должен быть горячий источник. У меня все кости ломит. Полечиться хочу. Возьми, хозяин.
  Не то, чтобы Скитальца интересовал горячий источник, но серу он искал давно и пока безрезультатно. Не исключено, что на склонах вулкана, а тем более, возле гейзеров, удастся найти ее выход на поверхность. Бог с ним, пускай едет.
  - Ладно, собирайся. Лопату и мешки возьми.
  Горячий источник нашли, но воспользоваться им не удалось - он бил в уз-кой и глубокой трещине. Протиснуться в нее не было ни какой возможности. А где вытекал, и вовсе неизвестно, может, снова уходил под землю. Только и перепало - отдельные брызги кипятка на сапоги. Айра уговаривал, поискать на другом склоне горы, но Скитальцу не хотелось уходить далеко от лагеря и ночевать неизвестно где. Тем более, что они нашли несколько больших куч желтого песка. Местные муравьи изрыли проходами весь склон горы. Ай да, молодцы! Избавили от необходимости крошить скальный грунт.
  Скиталец растер между пальцами несколько песчинок и удовлетворенно покивал головой. Серы в песке было немало.
  - Айра, давай лопату и мешки.
  - Господин, ты совсем глупый. Это не тот металл, из которого сделаны ук-рашения жен богатых ханов. Смотри, я беру кусочек, ложу на камень. Если придавить - он рассыпается в порошок. Как ты собираешься делать из него кружочки для ожерелий? Не стоит тратить силы, тащить песок в лагерь, ло-шадей мучить.
  - Слушай, Айра! Тебе сказали - выполняй. Чтобы эти мешки были напол-нены, и точка!
  Но даже эти кучи погрузить в мешки оказалось делом нелегким. Они сле-жались так, что без лома было не разбить. Хорошо, что Скиталец взял с со-бой копье - как-то удалось разворошить породу. Наверное, зря меч оставил в лагере. Он в качестве лома подошел бы больше. К тому же очень мешали хо-зяева куч: муравьи - не муравьи, скорее, какие-то сороконожки величиной с палец. Стоило хорошенько раскопать муравейник, этих тварей набегало столько, что приходилось перебираться к другой куче, чтобы не притащить в лагерь полмешка этих насекомых. И так несколько раз.
  Еще не все мешки были наполнены желтоватым грунтом, как Скиталец почувствовал беспокойство. На такие предупреждения он реагировал всегда. Это не безосновательные предчувствия, а самая реальная тревога. А еще и лагерь с этой точки склона виден не был. Нет, пора возвращаться, и побыст-рее.
  - Айра, хватит. Давай, возвращаемся.
  - Хозяин, ты-то куда? Меня подожди.
  - Догоняй. Я вперед поскакал. Мешки заберешь.
  Как только открылся вид на их стоянку, Скиталец убедился, что беспо-койство было не напрасным. По ущелью к тому овражку, где стоял шатер во весь опор неслись всадники. Их было человек десять, и до лагеря они добе-рутся быстрее, чем он. Что может сделать против них один Волчонок?
  Скиталец пришпорил Серого и понесся наперерез врагам.
  Он опоздал совсем немного - еще пыль от лошадей кочевников не успела осесть в ущелье, а ее снова поднимали копыта, на этот раз Серого.
  За короткое время бешеной скачки Скиталец успел передумать многое. Никаких сомнений в том, что это тот самый отряд, последнее время шедший за ними по пятам, не было. Что за люди? Просто грабители, прельстившиеся поклажей их каравана? Безусловно, вино, мука, железные изделия, золото, которое Скиталец иной раз предлагал в качестве оплаты, цену имеют нема-лую. Возможно, ради этого стоило выслеживать добычу много-много дней. Но почему до сих пор не было попыток ограбления? Его боялись? А что его бояться? Скиталец еще ни разу за всю экспедицию ни с кем не вступал в от-крытое единоборство. Атаман - не считается. Хотя... Кто мог распространить о нем такую славу, которая бы испугала целый десяток бандитов? А может быть, цель у разбойников другая?
  О! Похоже на то!
  Скиталец заметил кочевника, который во всю прыть скакал в сторону от лагеря, намереваясь укрыться за грядой камней. Скакал он не один - поперек седла лежало маленькое тельце ребенка. Ага! Вот оно что! Вам Малыш пона-добился?! Недаром, выходит, скотоводы так боялись его приютить! Ну, гад, держись!
  Серый в три прыжка сократил дистанцию между собой и конем кочевни-ка до расстояния броска копья, а уж Скиталец не промахнулся. Всадник вы-летел из седла, но его лошадь еще продолжала бег, унося на себе ребенка. К счастью, по пронзительному крику Малыша Скиталец понял, что тот жив. Вскоре мальчишка уже сидел на холке у Серого, надежно привязанный к лу-ке седла. Он не орал, а только сквозь слезы икал. Извини брат, твоей истери-кой займемся позже. Теперь - в лагерь.
  В небольшой овражек, где был установлен их шатер, Скиталец решил спуститься со склона пешим порядком. Не хотел подвергать опасности ре-бенка. Мало ли, что может случиться - случайная стрела, ранение и падение коня... Нет, лучше поостеречься. Давай-ка, дружище-Серый, беги отсюда подальше. Придешь, когда позовут. К тому же, отсюда нападения бандиты не ждали - один всадник находился под скалой у входа в овраг, и вниматель-но наблюдал за тропой. Лучше уж его обойти. Часовой стал второй жертвой этой войны. Скиталец прыгнул ему на плечи, свалил с лошади и молниенос-ным движением кинжала перерезал сонную артерию.
   Теперь, когда за спиной угрозы уже не было, он оглядел лагерь.
  Принцесса отбивалась от двух негодяев, пытавшихся ее связать и закинуть на лошадь.
  На Волчонка неседали сразу несколько бандитов, но тот оборонялся бо-лее или менее успешно. Блокируя щитом удары топоров и копей, сам непло-хо действовал мечом. Один из нападавших уже вышел из боя, пытаясь зажать рукой обильно кровоточащую рану на запястье.
  Остальные разбойники, предупрежденные предсмертным криком часово-го, выскакивали из шатра, бросая на ходу награбленное барахло и готовя к бою свое оружие.
  Принцессу тоже оставили в покое при виде более грозного противника, Только Волчонок продолжал сражаться, не давая возможности врагам пере-ключиться на товарища.
  Пять горцев двинулись на Скитальца, построившись полумесяцем. В центре его стояли два мощных копейщика. Это, наверное, были самые силь-ные бойцы отряда. Невысокие, коренастые, чуть ли не квадратные. Но, ско-рее всего, не достаточно поворотливые. На флангах находились более под-жарые вояки. Эти - более верткие. Вооруженные бронзовыми мечами, они уже сейчас потихоньку пытались зайти Скитальцу за спину. Приличная ко-манда! А у него всего-то один кинжал. Но нет, ребята, рано радуетесь! Не на того напали!
  Не дожидаясь полного окружения, Скиталец бросился вперед на увальней в центре шеренги. Одно копье он перепрыгнул, под вторым прокатился по земле. Два молниеносных движения рукой, и он уже бежит на помощь к Вол-чонку. А за его спиной валятся на землю оба силача-копейщика. Один, дер-жась за кровоточащее горло, другой - не в силах устоять на ноге с перере-занным подколенным сухожилием.
  Противники Волчонка тут же повернулись лицом к новому врагу. Видя это, парень вогнал меч в спину одного из них. Лучше бы он этого не делал - нанося удар, он сам открылся, и топор горца тут же врезался ему в плечо. Бандит, этот удар нанесший, уже занес топор, чтобы добить парня, и Скита-лец с ужасом осознал, что достать злодея не успевает. Разве что... Он пере-хватил кинжал за лезвие и метнул во врага. Есть! Кочевник выронил свое оружие и, схватившись за шею, повалился на свою недавнюю жертву.
  Все это, конечно, неплохо, но Скиталец теперь и вовсе безоружен, а перед ним воин со щитом и увесистой дубиной, а сзади уже приходят в себя ос-тальные разбойнички. Их больше, они опаснее.
  Скиталец в прыжке всем своим весом налетел на бандита с дубиной. Удар ступни сбил того с ног, а тяжелый кулак и вовсе лишил чувств. Скиталец со-рвал щит с руки кочевника и прикрылся им. Вовремя! В щит тут же впились две стрелы. А следом полетело тяжелое копье. Попади оно в щит, неизвестно, выдержал бы панцирь черепахи, из которого тот был сделан, такой удар. Скиталец поймал копье на лету и швырнул назад, нападавшим. Очевидно, оно вернулось адресату - раздался душераздирающий вопль, после которого кочевники предпочли убраться восвояси.
  - Волк, ты живой? - Скиталец бросился к парню, стащил с него агонизи-рующего бандита и понял, что дело - дрянь. Меховая куртка Волчонка прямо на глазах набухала от крови. Нужно было что-то делать, и срочно.
  Скиталец сорвал одежду с плеча товарища и погрузил пальцы в глубокую рану. Кажется, сосуд удалось нащупать и пережать. Теперь нужно напрячься и поделиться своей энергией с умирающим парнем, заставить тромбоциты активнее устремиться к месту разрыва сосудов, поддержать жизненные силы в товарище, пусть даже ценой своего самочувствия. Но для спасения Вол-чонка и этого мало.
  - Эй! Кто-нибудь! Айра, Принцесса! Ко мне, быстрее!
  - Я здесь, господин, - за спиной раздался слабый голосок девчонки.
  Скиталец краем глаза взглянул на Принцессу и вздрогнул. Было от чего! Вся левая сторона ее лица была синего цвета, одежда разорвана и окровавле-на. Да, досталось бедняжке... Но, к счастью, не смертельно. Волчонку хуже.
  - Коня подзови, - крикнул Скиталец. - У меня руки заняты - кровь оста-навливаю. На шее под курткой серебряный свисток - подуй в него, и Серый прискачет.
  - Я дую, господин, но он не свистит, - чуть не плача сказала Принцесса.
  - Ты просто не слышишь. Но мой конь сейчас будет здесь. Там у седла - сумка кожаная. Небольшая такая, с костяной пряжкой. Ее - мне, и поскорее. Потом Малыша снимешь на землю.
  - Все хочу спросить... - пробормотал Волчонок, не открывая глаз. - Как ты с Серым... Он тебя без слов... Колдовство?.. Расскажешь?..
  - Потом, как-нибудь. А пока молчи, парень, - остановил его Скиталец. Сейчас не время и не место раскрывать секреты дрессуры, основанной на глубоком проникновении в мозг животного, и разработанной далеко отсюда. - Тебе вредно говорить. Просто постарайся потерпеть боль. Слышишь ржа-ние? Серый уже скоро будет здесь, и я тебя вытащу.
  - Эта, господин? - девушка протянула Скитальцу кожаную аптечку.
  - Открой ее, - сказал тот. - Все вытряхни сюда.
  - Там Малыш... Он плачет.
  - Так, давай к нему. Успокой. Где этот Айра?!
  - Не знаю, господин.
   Скиталец поднялся с колен и вытер руки обрывками рубахи, которую ра-зорвал в клочья и использовал в качестве перевязочного материала. Перед ним на земле лежал товарищ, запеленатый, как древняя египетская мумия. Кроме раны на плече, ему проткнули правое бедро выше колена и рассекли кожу на лбу. Но, кажется, смерть и на этот раз ушла ни с чем, проклиная не-гостеприимного Скитальца. Правда, медикаменты были истрачены все без остатка. Если, не дай бог, снова случится передряга - рассчитывать придется только на свое умение мануального терапевта.
  Он скомкал в ладони пустые тюбики биоклея, остатки упаковки шприцов и искусственного кожного покрова, бросил все в ручей. Через месяц от этого мусора не останется и воспоминаний - все распадется до молекул.
  - О! Кого я вижу! Наш Айра собственной персоной! - Скиталец даже за-рычал от негодования, увидев слугу, неторопливо подъезжающего к шатру. - Ты, как всегда, вовремя! Ноги от спешки не переломал?
  - Я не виноват, господин, - начал подобострастно кланяться тот. Но не упустил случая и свое недовольство высказать - Лошадку ты мне дал лени-вую, да еще нагрузил мешками с землей. Куда ей за твоим скакуном угнать-ся!
  - Даже пешком быстрее можно было бы добраться, помощничек, - бурк-нул Скиталец.
  В это время он заметил, что начинает приходить в себя разбойник, у кото-рого был позаимствован щит. С трудом поднялся на локте и затрусил голо-вой, прогоняя пелену, застилающую глаза.
  - Смотри-ка, жив курилка! А я был уверен, что спровадил тебя к праотцам. Старею.
  - Рыцарь, не убивай меня, - заскулил бандит. - Я буду тебе хорошим ра-бом. Все, что скажешь, буду делать. А мои родственники за меня дадут не меньше трех овец или даже коня.
  - Трех овец? Не очень-то тебя ценят твои родственники. А если мне боль-шее удовольствие доставит перерезать тебе глотку? - рявкнул Скиталец, от-чего горец чуть снова не лишился чувств. - Говори, сукин сын, кто тебя по-слал за нами, что вам было от нас нужно?
  - Я...я... Не знаю. Мне десятник приказал. А кто ему?.. Это его дело, он с нами не делился... Говорил, тут вино, женщина...
  - Врешь, негодяй! - Скиталец занес над головой разбойника свой кинжал.
  - Нет, господин, - высунулся из-за спины Айра. - Он не врет. Посмотри на него - тупой вояка. Кто с ним будет планами делиться? Тем более, десятник.
  - Где твой начальник?
  - Ускакал, наверное. Схватил ребенка - и ускакал. Нам сказал, чтобы здесь заканчивали и быстро уходили, пока ты не вернулся. Боялся он тебя. Ты, гос-подин, сильный. Ты его легко найдешь. Он все тебе расскажет.
  - Вряд ли, - вздохнул Скиталец. - Да, не многого ты стоишь. Ладно, живи. Видишь этих бедолаг, что скоро начнут пованивать и привлекать сюда дикое зверье? Уберешь отсюда трупы - и можешь быть свободен, считай, что себя выкупил. А этот "герой" - жест в сторону Айры - за тобой присмотрит и поможет, если будет нужно.
  
   * * *
  
  Из ненаписанного дневника Скитальца:
  " Итоги сегодняшнего дня:
  Наши потери - один тяжелораненый, одна легкораненая, и у одного мо-ральная травма и сильный испуг. И еще один сидеть не может после хороше-го пенделя. Один бурдюк вина вытек полностью, один мешок муки разорван, часть муки просыпана на землю. Два барана убежали, одного пришлось заре-зать.
  Потери противника - четверо убитых, в том числе и главарь, трое ране-ных, и один получил по мордасам.
  Вывод: думаю, больше не сунутся. И хорошо. Немедленно сниматься в дорогу с таким раненым нельзя никак. Денек, другой парню не мешает от-лежаться.
  Волчонка перенесли в шатер. Пусть отдыхает. Температура повышенная, но это, увы, неизбежно. Пульс вроде нормальный, хоть и слабый. Крови бы ему подлить, да нет никакой возможности. Стимуляторы, витамины и анти-биотики тоже все закончились. Остается уповать на местных богов. Авось, помогут.
  Малыша еле успокоил. Без гипноза не обошлось. Сейчас спит рядом с Волчонком.
  Как "успокоил" Айру, уже, помнится, говорил. Тоже дрыхнет, но возле костра - в шатер я его не пустил из-за Принцессы. По той же причине и сам устроился на свежем воздухе поближе к огню.
  У девчонки вывихнута челюсть, кровоподтеки и разбиты губы. Но ее, по-хоже, больше беспокоит состояние одежды. До самой темноты стирала в ру-чье наши окровавленные шмотки, а потом, голая до пояса сидела в шатре с иголкой в руке, и при свете лучины и шила, штопала, латала свое и наше. Предлагал ей вина, чтобы сняла стресс и поспала - отказалась, много, мол, работы. Эх... это зрелище не для меня. Лучше уж у костра погреюсь. Да и присмотрю за обстановкой, на всякий случай. Береженого бог бережет".
  
  
   Глава 9.
  
  Это место подходило для ночлега как нельзя кстати. Глубокий овраг весь заросший кустарником. Но самое главное - кустарник был совершенно су-хой. Скиталец отломал несколько ветвей - ни грамма влаги в них не было. Отличное топливо. И костер виден не будет - надежно прикрыт от чужих глаз гранитными склонами. Пока товарищи обустраиваются, Скиталец решил осмотреться.
  Нет, преследователей уже много дней, как не наблюдается. После схватки у подножия вулкана они как в воду канули. Толи, понеся потери, ушли от греха подальше, толи удалось Скитальцу сбить их со следа, а самому уйти от погони.
   Принцесса возилась возле костра, резала солонину, перебирала крупу, удаляя жучков, стругала соломку из жестких клубней, месила муку для ле-пешек. Волчонок прилег на попону - парню было все еще нехорошо. Такая кровопотеря даром не проходит. Он конечно, держится, но заметно, что к концу дневного перехода силы его оставляют. Ему бы питание получше, фрукты, молоко, свежее мясо... Но, чем богаты, как говорится.
  Айра устанавливал шатер, бросая недовольные взгляды то на отдыхаю-щего Волчонка, то на Скитальца, осматривающего окрестности. Да и на Принцессу что-то нехорошо поглядывает.
  "Не хватало еще тут сцен ревности и прочих любовных страстей! - ду-мал Скиталец. - Мутный парень... Не доверяю ему ни грамма. Мало того, что ленивый, так еще и высокомерный, будто он царь вавилонский, а все ос-тальные - быдло. Сам факт его появления уже давно навевает сомнения, а инцидент у вулкана и вовсе укрепил уверенность в том, что это засланный казачок. Теперь, когда нет необходимости идти к Южному океану, надо от него избавляться. Проведет в земли хана... как его... Черного Полоза, на-гражу и отправлю восвояси. Иметь такого за своей спиной, как-то боязно".
  Только Малыш, казалось, был доволен жизнью - смеясь, бегал между Скитальцем и Принцессой, отвлекая от дел обоих, громко смеялся и тикал, когда кто-то из них делал вид, что хочет отчихвостить его лозиной по попе.
  Скиталец порылся в поклаже и выудил оттуда еще один медный котелок, купленный в Луэлресте. Как знал, что такая вещь лишней не будет. И угля мешок, что прихватил еще в имении Кота, тоже весьма кстати - на одном хворосте много не натопишь. Тем более, что температура нужна немалая - больше ста десяти градусов. Ладно, попробуем...
  Он залил в казан воду, засыпал измельченную породу, что нашел в мура-вейнике вблизи вулкана. Кусок кожи в качестве прокладки и массивные бу-лыжники на крышке превратят котелок в подобие автоклава. Ну, с богом!
  Айра ходил вокруг и корчил дурацкие рожи за спиной Скитальца - ну и глупый же пришелец с Побережья - песок варит! Пришлось озадачить ло-дыря заготовкой топлива для костра. Он принес небольшую охапку, и после этого убрался с глаз долой. Наверное, снова дрыхнуть где-то в зарослях.
  
   * * *
  
  - Скиталец, ты что, не ложился еще? - утром Волчонок вышел из шатра и удивленно посмотрел на товарища. - Что это ты варишь? Запах не очень-то аппетитный. Мы что, дальше ехать не будем?
  - Сегодня - нет. У меня еще дела - Скиталец кивнул на котелок - закон-чить нужно. Так что, отдыхай, восстанавливай силы. Я тут провел неболь-шую разведку, пока все спали - врагов не видать. Кстати, заодно и поохо-тился. Подстрелил какую-то мохнатую тварь. Принцесса говорит - вполне съедобная. Обещала приготовить что-то вкусненькое на завтрак. Сегодня сделаем выходной. Хочешь - сам пойди, постреляй. Только не напрягайся. И пока никакого спорта.
  - А что, все-таки варишь?
  - Много будешь знать - состаришься раньше времени. Лучше набери мне хвороста побольше, если есть желание.
  Но Волчонок не спешил выполнять просьбу друга. Преждевременная старость его тоже не очень беспокоила. Подошел, повертел в руках выплав-ленные куски серы, пропустил между пальцами размолотый серный поро-шок, и одарил Скитальца точно таким же взглядом, что и Айра - мол, с ума сошел начальник.
  Вскоре проснулась и Принцесса. Вернее, проснулся Малыш, а после этого сон пропал у всей компании. Даже Айра - уж на что соня, но выполз из шат-ра и стал тереть заспанные глаза, раздумывая, как бы сделать так, чтобы Ски-талец не заметил, что им пропущен такой ритуал, как утреннее умывание.
  Девушка этот ритуал не пропустила, потом подоила козу и принялась ку-ховарить. Она так же с укором поглядывала на Скитальца - навонял своим варевом на весь лагерь, да еще и такой замечательный котел занял. Но вслух ничего не сказала и отправилась собирать хворост для костра. Айра, увидев строгий взгляд господина, так же поплелся вслед за девушкой.
  Вдруг до Скитальца донесся крик Принцессы.
  - Ну, если эта сволочь - Айра - ее обидеть задумал, голову оторву! - он вскочил на ноги и бросился в колючие заросли кустарника.
  Но тревога оказалась ложной. Девчонку никто не обижал. Больше того, она прыгала от радости на небольшой полянке и во весь голос толи кричала, толи пела - бог поймет это их искусство:
  - Счастье будет! Будет счастье! Цветок Возрождения мне дано увидеть! Счастье будет! Будет счастье! - увидев Скитальца, она, не прекращая орать, бросилась к нему на шею. - Счастье! Счастье!
  - Эй, девочка, полегче! Прекрати меня слюнявить, и расскажи понятным языком, чему ты так обрадовалась?
  - Счастье мне будет! - будто не слыша, продолжала радоваться Принцес-са. - И вам всем будет. Потому что, я увидела цветок Возрождения, цветок Мати! И вам всем счастье будет, потому что, и вы увидите. Всем покажу. И тебе, господин, и Волку, и ребеночку. И даже этому противному Айре - мне не жалко. Пусть счастье всем будет.
  - Стоп, стоп, - насторожился Скиталец. - Рассказывай внятно. С чувством, с толком, с расстановкой. И не кричи так громко. Что ты увидела?
  - Пойдем, - Принцесса схватила его за руку и потянула в глубь зарослей.
  - Вот, смотри, господин - цветок Возрождения. Кто его увидит - тому бу-дет счастье. Теперь оно будет и тебе.
  Над бесконечным массивом сушняка возвышался на длинном бордовом стебле довольно крупный желтый цветок. Ничего особенного - цветок, как цветок, похожий на астру. Странно, конечно, что вырос в практически мерт-вых зарослях, но чего не бывает на свете.
  - И что в нем такого особенного? Я слышал, ты произнесла слово Мати. Оно здесь причем?
  - Так его называют некоторые племена горных людей. Это замечательный цветок - он счастье приносит.
  - Ну, это я уже слышал. Ближе к делу. Чем, кроме счастья, он знаменит?
  - Эти кустарники живут много-много лет, разрастаются от корней, не цветут никогда. Но рано или поздно приходит и их час, - девушка немного успокоилась и теперь говорила менее эмоционально, хотя глаза ее продолжа-ли сиять, что те звезды на ночном небе. - Они начинают сохнуть, сохнуть, пока совсем не засохнут. Люди вырубают их на топливо для своих костров. Небесный огонь выжигает их на целых плоскогорьях. И на много лет эти земли вымирают полностью. Но вдруг, в один прекрасный день из земли по-является темно-красный росток, а на нем распускается замечательный цветок Возрождения, или Мати, как его еще называют. Цветет он только один день, а потом небольшие зернышки падают на землю. И тогда из этих зерен кус-тарник снова начинает разрастаться. А к нему слетаются мушки, за ними - птички, приходят зверушки, чтобы поесть листиков и спрятаться от хищни-ков, а те селятся недалеко, чтобы подкараулить их и накормить себя и своих деток. Жизнь снова возвращается на безжизненные камни. А кому доведет-ся увидеть цветок, пока он не засох, и не выбросил зерна - того ждет сча-стье.
  - Понятно. Теперь скажи мне такую вещь, - задал вопрос Скиталец, хотя ответ ему был уже почти ясен. - Кто из людей может носить имя Мати?
  - Обычно, такое имя дают последнему мужчине в роду. Когда остальные погибли в боях с соседями, или их на охоте задрали дикие звери, или они умерли от болезней. С него должен возродиться весь клан.
  Скиталец кивнул и отправился в сторону лагеря, расстроив девушку своим равнодушием к столь великому событию.
  Кажется, все начинает становиться на свои места. Наш Малыш, оказыва-ется, и есть тот самый хан Мати, ради которого он появился здесь, и которого по идее должен ... Размечтались, господа начальники! Интересно, каким бо-ком здесь пристегнут Пророк? Хочет стать регентом при будущем диктато-ре? Ну, нет! Малыша ему не видать! И Звездного Меча тоже! Пророк пока не владеет этим артефактом, но кто помешает ему его добыть? Он-то под бо-ком, им владеет сосед. Новая война, а может быть сговор - и цель достигну-та. И понеслась! Можно начать объединение разрозненных племен. А там и готовить вторжение на Побережье. Кочевники поверят - они боятся своих богов и верят своим оракулам с пророками. Нужно помешать - для того-то Скиталец сюда и пришел. Потому, пожалуй, рассиживаться некогда. День отдыха - и снова по коням!
  
  
   Глава 10.
  
   Из ненаписанного дневника Скитальца:
  "День начался с большой неприятности - пропал Айра. Судя по всему, сбежал, сукин сын. Ладно бы, просто смылся, так нет, еще и обворовал, ско-тина! Куда я смотрел, старый дурак! Ведь не доверял ему ни на грош! Ника-ких сомнений в том, что он засланный казачок, лазутчик Пророка у меня не было, а вот не уследил. Он ушел ночью, во время нахождения в карауле. Уе-хал на своей лошадке и прихватил все, что мог - посуду с остатками ужина, кое-какую одежонку, вывешенную для просушки, а главное, нашу козу. Принцесса очень огорчилась. Кажется, ее в меньшей степени волновало то, что Малыш остался без молока, чем расставание с любимым животным. Проревела все утро, Эсмеральда местная. Волчонок, немного поругавшись и наслав на голову вора немереное количество проклятий, сделал вывод, что нам еще повезло. Ведь негодяй побоялся стащить более ценные вещи, сло-женные в шатре. Да и скакунов наших не увел.
  - Серый бы ржать начал, - говорю. - Да и остальные лошади - тоже. Ай-рина кляча - самая смирная. К тому же, к нему привыкла, скандалить не ста-ла. Осторожный, гад. И неглупый.
  - Мы его еще сможем догнать, - снова завелся парень.
  - Остынь. Он ушел несколько часов назад. К тому же, я догадываюсь, куда он подался. Потому нам тут рассиживаться нельзя. Собираемся, уходим.
  Когда все было упаковано и загружено на оставшихся лошадей, огорчаю Волчонка необходимостью расставания.
  - Волк, ты с картой обращаться умеешь? Нет? А как же ты собираешься войсками командовать? Эх! Скольким вещам я тебя еще не научил! Ладно, живы будем - нагоним. Смотри сюда... - и начинаю ему объяснять, что за ли-нии нарисованы на бумаге, и что они означают, куда ему идти. - Синяя по-лоска - это река. Коричневым цветом обозначены горы. Чем выше, тем тем-нее. Приложи-ка сюда фалангу своего пальца. Это расстояние или около того можно пройти за день. Немного разобрался? Сейчас пойдете на юг вдоль это-го отрога. Так надо - наверняка вас будут искать, но не южнее этой гряды. Здесь свернете к реке. По правому берегу выйдете прямо к башне (вот она, кружком обозначена), той, что видели на пути сюда. Понял? Там и до ущелья Лиса - рукой подать. Мы там с тобой проезжали, так что, и без карты найде-те. Меня не ждите, я - в другую сторону. Идите прямо домой. Смогу - дого-ню. Нет?.. Ну, нет - так нет! Малыша берегите. Все. Разбегаемся".
  
   * * *
  
  Вот она, Долина Яфи - плоскогорье, поросшее травой и кустарником, протянувшееся на многие километры. А вот и сами животные - они видны, когда выпрыгивают из травы. Действительно, проворные твари. Подстрелить таких - нужно умение. Тут бы Волчонку свое искусство отполировать. Да, сейчас не об этом речь. Скоро должен появиться главный охотник - хан Чер-ный Полоз со товарищи.
  Вчера вечером Скиталец осматривал его лагерь в подзорную трубу, и по-нял, что пробраться туда почти невозможно. Дальние подступы к стану пат-рулировали конные разъезды, по периметру прохаживались пешие копей-щики, и у шатра хана - тоже стража. Он очередной раз помянул "добрым словом" своих работодателей. Так переживают за чистоту акции, что запре-щают брать с собой любые технические средства, нехарактерные для мест-ной цивилизации. А как бы облегчили ситуацию, скажем, генератор усып-ляющих частот или "плюшевый мишка". Так нет! Разрешили только ограни-ченный список медикаментов в нестабильной упаковке. Ну, и на том спаси-бо! Думают, что он господь Бог? Безусловно, он превосходит аборигенов по части антропометрии - ростом, физической силой, потому как привык к дру-гой, более высокой, чем на Ноле силе тяжести. Ну, опыт, жизненный, бое-вой, опять-таки - чего он только не вынес за свою прошлую жизнь, чего только не насовершал, на что только не готов!.. Другим решиться на такое... Ну, и экстрасенсорные навыки, отточенные при контакте с канвой - интуи-ция, телепатия, скорость реакции... Но, скажем прямо, эти навыки, если и дают преимущество, то не подавляющее. Он все равно остается обычным че-ловеком, а не Суперменом из комиксов. Местные ребята тоже не промах. Схлестнуться с ними - стоит не раз подумать! Для них война - образ жизни. Некоторые ученые из Комитета Контактов вообще считают жителей Нолы его, Скитальца, земляками. И он с ними больше согласен, чем нет. А что ка-сается экстрасенсов, на Ноле их тоже хватает - в этом он уже успел убедить-ся. Один Пророк чего стоит! Разговор с ним - сплошная борьба на мозговом уровне - и самому попытаться влезть в его мысли, и его не допустить в свои. То еще испытание! По итогам - полная ничья. Так что...
  Да, "плюшевый мишка" не помешал бы. Скитальцу уже доводилось им пользоваться. Этот прибор действительно напоминал карнавальный костюм медвежонка, в котором дети плясали вокруг елочки в Доме культуры метал-лургов в том мире, где Скиталец был не Скитальцем, а маленьким Алешей. Совсем крохой, чуть старше Малыша. Он восседал на сильных руках отца, а мама, красивая и молодая, стояла рядом...
  Скиталец помахал головой, отгоняя щемящие душу воспоминания.
  Так вот, "медвежонок", вернее, костюм активной маскировки - это тоже был глухой комбинезон, покрытый ворсом, только каждая ворсинка пред-ставляла собой оптическое волокно. Фактически наблюдатель видел экран, на котором было изображено то, что находилось за разведчиком. Нельзя ска-зать, что это была стопроцентная шапка-невидимка - при ярком освещении иной раз проявлялись эффекты аберрации, размытости, смещения изображе-ния, блики и прочие накладки. Но при недостаточной яркости дневного све-та, в тени, в сумерках, а тем более, ночью, заметить человека в этом маскха-лате было практически невозможно. Скиталец был уверен, что будь у него этот костюмчик, задание было бы выполнено еще вчера.
  Теперь же приходится лежать в засаде в надежде подстеречь хана Полоза в высокой траве. Да и то, при условии, что Звездный Меч у него с собой. А если нет? Тогда - дело дрянь! План у него был и на этот случай, но очень уж не хотелось воспользоваться именно им.
  Вот и наш хан в окружении свиты - человек десять лучников на конях. Охотники, загонщики, телохранители? Кто его знает, как на этих "кроликов" охотятся? Меча не видно ни на портупее, ни у седла лошади. Обидно... Но, даже если бы меч был на месте, при такой охране вряд ли удалось бы неза-метно подобраться к хану. А тем более, уйти с трофеем. Что же, значит судь-ба такая...
  Острие копья уткнулось между лопаток. Скиталец вздохнул и дал себя связать по рукам и ногам.
  Его давно так основательно не били. Если бы он не напрягал вовремя мышцы, смягчая удары, все кости, наверное, переломали древками своих ко-пий. Сам хан Черный Полоз внес свою лепту. Вот уж точно, бог шельму ме-тит! Он и похож чем-то на змею - высокий, по меркам горцев, худой, лицо черное, что у того негра. И кожа на нем, что у крокодила - вся в морщинах. Подошел, снял свою меховую шапку, но о почтительном приветствии не бы-ло и речи. Хан начал крутить головой, что та стриптизерша у шеста. При этом его косица, собранная ближе ко лбу вращалась, как винт самолета. Ски-талец еле успел отклониться от удара. Вплетенный в косу медный шар боль-но врезался в спину. Зато другие побрякушки, будто бантики торчащие из этой прически, скользнули по лицу и шее. Крови пустили немало... Ну, да ладно, хоть голова цела. Остальное - заживет.
  - Говори, где твои люди! Где ты их оставил! - хан умудрился выпучить свои узкие глаза и еще больше стал похож на какого-то мерзкого гада.
  Скиталец почел за лучшее промолчать. Время разговора еще не пришло, лучше прощупать противника на предмет силы воли. Враг оказался не сла-бым - гипнозом такого не возьмешь. Но, в данный момент он находился в возбужденном состоянии, дал волю эмоциям и немного приоткрылся. И по-тому, кое-какие слабинки нащупать удалось.
  - Что вытаращился? Говори! - и новая порция ударов.
  Наконец, хан устал. Устали и его сатрапы. Да и Скитальцу было не слад-ко. Весь в крови, он симулировал потерю сознания - закатил глаза и поста-рался не шевелиться даже при сильных и болезненных ударах.
  - Хватит! Еще сдохнет... Где тогда искать его людей? В яму его. Завтра им кат займется. А я охотиться хочу.
  
  Яма была довольно глубокая. Сверху была закрыта решеткой из связан-ных деревянных жердей. Люк в решетке тоже был связан из толстых прутьев. Роль петель и замка выполняли кожаные ремешки. В самой яме стояла духо-та и вонь. Не мудрено - все углы были завалены испражнениями. Да и от двух уже имеющихся обитателей ямы исходил еще тот аромат! Ребята сиде-ли, судя по всему, уже давненько. Грязные, босые, почти голые - в одних холщовых рубахах до колен. Ему же, скорее всего, долго сидеть не придется. Хотя бы потому что, не развязали ни рук, ни ног. Стало быть, кормежка в планы не входит.
  Хмурые парни в относительно чистом углу пещеры зашушукались между собой. Скиталец насторожился - агрессию он ощутил явственно. Стоит, на-верное, прислушаться к их разговору, продолжая прикидываться бесчувст-венным телом.
  - Гляди, у него куртка теплая. И сапоги, и штаны. Заберем? - зашептал один.
  - А стража увидит? - ответил второй.
  - Ну и что? Нам все равно конец. Хан от своего слова не откажется. Сказал - на кол, стало быть, так и будет.
  - Я не хочу.
  - Хочешь ты или нет, но избежать все равно не удастся. А вот, когда... Только бог Кумуту знает, когда хану захочется развлечься. Так чего мерзнуть оставшиеся дни? Решайся.
  - Думаешь, удастся? Смотри, какой он здоровый.
  - Он связан. Придушим его - и дело с концом.
  - Кто бы меня придушил? Лучше, чем на кол... А увидит стража? Хан ра-зозлится.
  - Так быстрее нас казнят. Мне уже невмоготу ожидать. Да еще в такой хо-лодине, да без одежды, без сапог...
  "Э, нет, ребята. Это в мои планы не входит, - подумал Скиталец. - Только суньтесь!"
  Когда ему связывали руки, Скиталец как можно сильнее напряг мышцы. Трюк старый, но кочевникам он был неизвестен. Теперь веревки так болта-лись на расслабленных запястьях, что приходилось прикладывать усилия, чтобы те сами не соскочили в неподходящий момент.
  "Что же, добро пожаловать, босота! Встречу со всеми почестями!"
  Пленники начали осторожно на корточках приближаться к Скитальцу. Но вдруг чья-то тень упала на дно ямы. Узники мгновенно снова оказались в своем углу, с опаской поглядывая вверх на нежданного гостя.
  - Скиталец! Скиталец, ты жив?
  - Айра? - засмеялся пленник. - Кто бы мог подумать! А я что, для тебя уже не господин?
  - Скиталец, - обиженно протянул гость. - Не надо мной смеяться. Я при-шел тебе помочь.
  - Да, ну? - не унимался тот. - И как же? Вытащишь меня отсюда?
  - Я могу замолвить за тебя слово, и тебя не будут пытать. Просто задушат или копьем в сердце - как пожелаешь. Хан меня послушает.
  - Благородно с твоей стороны. Наверное, я должен тебе ноги целовать, за твою доброту? Но "скажи-ка, дядя, ведь не даром?". Чего хочешь за столь высокую протекцию?
  - Опять смеешься? А тебе плакать нужно. Завтра кат с тебя всю кожу сде-рет. Он - мастер! Но, если ты, конечно, согласишься...
  - Ну, и чего тебе нужно? - притворно зевнув, сказал Скиталец, чем снова разозлил Айру.
  - Скажи, где разбил лагерь Волк. Ведь он ждет тебя где-то поблизости? Скажи - и умрешь быстро и безболезненно.
  - А что тебе нужно от парня?
  - Будто сам не знаешь! - Айра даже ногами затопал от возмущения. - У тебя в шатре бурдюки с вином и мешки с белой мукой! А сам Волк? У него отец - крупный землевладелец в Стране, Окруженной Горами. Знаешь, какой выкуп он даст за сына?! Девчонка, и та чего-то да стоит - хан Черный Полоз ее мне отдаст. И на мальчишку у него тоже есть покупатель.
  - Хочешь выслужиться перед ханом, предатель?
  - Как ты смеешь! Я не предатель! Мой дед, мой отец, и я с братьями - все Айра из рода Айра были вассалами клана Черный полоз. Я его никогда не предам! И хан меня очень любит. Видишь, какой он мне подарил плащ? К тому же я теперь имею привилегию входить в его шатер в любое время, даже ночью. А еще он мне подарит пастбища и скот, потом, когда вернемся в свои стойбища. А если я найду стан Волка, я получу половину добычи и еще дочь хана в жены. И это не какая-нибудь полукровка, вроде Гаумлие - настоящая горянка, ханская дочь!
  - Да, - согласился Скиталец, - толстая, плоскорожая, черная и кривоногая, как все горцы. Красивая. Мои поздравления. Только тебе не о женитьбе ду-мать надо. Что-то мне подсказывает, что сегодняшний закат будет для тебя последним. Я бы, на твоем месте, пошел, полюбовался напоследок.
  - Уж не ты ли меня убьешь, человек без кожи? - захохотал Айра. Только вот смех его звучал как-то фальшиво. Испугался, сукин сын, испугался!
  - Айра, постой, один вопрос. Тебя с самого начала Пророк нанял, чтобы ты за мной следил?
  - Что?! Пророк?! Слуга хана Клык Вепря?! Его люди меня работать за-ставляли, в пропасть хотели сбросить. Грязные свиньи и подданные грязной свиньи! - Айра разошелся вовсю, видно, был задет за живое.
  - А разве не ты навел на наш лагерь тех мерзавцев, что чуть не убили Вол-ка? Сам-то спрятался, на помощь не пришел.
  - Еще чего! Их было десять человек. Мне моя голова еще дорога. Не знаю, чьи это были люди. А были бы это люди хана Черный Полоз, мы бы с тобой сейчас не торговались.
  "Интересно, - подумал Скиталец. - Ведь врет, как сивый мерин! Смысл? Боится, что все-таки когда-нибудь со мной встретится? И правильно делает!"
  - А кто торгуется? Я тебе ничего продавать не собираюсь. Я не предатель и друзей не выдаю. Все, Айра, удачи! Береги голову, - засмеялся пленник вслед разъяренному бывшему слуге.
  Снова грязные ребята начали на корточках подбираться к Скитальцу, и снова их замысел пришлось отложить. У края ямы появился стражник, воо-руженный длинным копьем. Парни снова отползли в свой угол.
  - Нужно темноты дождаться, - прошептал один из них.
  - И кормежки, - так же шепотом ответил второй. - Я ослабел совсем, не знаю даже, смогу удержать его ноги или нет.
  Дыра над головой стала темнеть. Снова появился стражник и бросил в яму несколько костей. А сокамерники, пожалуй, скромничали, прикидываясь ос-лабевшими - кинулись к еде со скоростью пантеры. Скитальца чуть не стош-нило от вида этой трапезы - кости упали на грязную землю, покрытую не-чистотами, что впрочем, аппетита у узников не убавило. Они чуть не подра-лись, вырывая друг у друга уже до них обглоданные кости. С таким же рве-нием они отнимали друг у друга баклагу с водой, которую спустил на верев-ке страж.
  Наконец звездный час узников настал. Пещера полностью погрузилась во тьму. Скиталец увидел красноватые теплые силуэты горцев, на ощупь подби-рающихся к нему. Пора, пожалуй, освободиться от пут на руках. Ноги потер-пят, уже недолго осталось.
  Один из парней ощупал ноги Скитальца и взгромоздился на них всей тя-жестью своего тщедушного тела.
  - Эй, ну как там? - прошептал он, обращаясь к своему товарищу.
  Но тот ответить уже не мог - умирал в захвате Скитальца, не в силах из-дать ни звука передавленным горлом. А вскоре пришла очередь и узника, державшего ноги.
  - Простите, ребята, - мысленно обратился к ним Скиталец. - Оставлять вас у себя за спиной чересчур опасно. Еще орать начнете, в надежде на помило-вание со стороны хана. Утешьтесь тем, что смерть к вам пришла быстрая и безболезненная. А иначе несколько дней умирали бы, пронзенные тупым су-коватым колом.
  Теперь нужно выбираться. Яма была довольно глубокая, с крутыми сте-нами, расширяющимися книзу. Низкорослому горцу выбраться из нее было невозможно, Скиталец же и ростом был выше, и привычен был к большей силе тяжести. Однако и ему не удалось с первого прыжка достать руками жерди решетки. Эх, места мало! Для разбега всего два шага. Прыжок, и пальцы только скользнули по шершавой коре прутьев. Ну, простите, ребята еще раз!
  Оттолкнувшись от сваленных друг на друга тел узников, Скиталец под-прыгнул и ухватился, наконец, за решетку. Теперь подтянуться, зацепиться ногами, чтобы высвободить одну руку... Узел не сложный, развязать - раз плюнуть. А там и самому выползти, как змея, из приоткрытого люка.
  В двух шагах от ямы мирно похрапывал, завернувшись в длинный тулуп, стражник. Спал он так крепко, что Скиталец решил его не убивать. Бедняга продрыхнет до утра и вряд ли проснется. А утром его казнят свои же за пло-хое несение караульной службы. Так что, нечего руки марать лишней кро-вью. Страж даже не изменил тональность храпа, пока беглец обыскивал его на предмет оружия. Обыск не дал результатов - всего то и было при горе-стороже - длинное копье с медным наконечником. Ну, что же, наконечник тоже пригодится - он довольно длинный и острый, может быть использован в качестве заточки. Хоть что-то...
  Теперь нужно поискать нашего друга Айру из рода Айра.
  Лагерь был погружен в ночной мрак. Люди уже отправились на покой. Только от дальних шатров, на окраине стана слышались голоса. Скиталец решил поискать Айру там, и как всегда не ошибся. На пустыре догорал кос-тер, вокруг которого сидели изрядно пьяные мужчины. Запах блевотины, ис-ходивший от посудин с молочной брагой - любимого пойла кочевых людей - распространялся на приличное расстояние. Впрочем, не исключено, что это был не только запах браги - в двух шагах от костра какой-то детина, стоя на четвереньках, издавал характерные звуки, очевидно, пугая диких зверей.
  Айра сидел в центре и заплетающимся языком рассказывал о своих заслу-гах перед любимым ханом Черный Полоз в деле поимки опасного врага - Скитальца. Но его мало кто слушал. Кто-то обгладывал баранью кость, чав-каньем заглушая рассказ героя. Два дюжих молодца затеяли потасовку, но спьяну огреть как следует друг друга у них не получалось - толкались, руга-лись, и только... Кто-то спал, сморенный спиртным, кто-то болтал с соседом, не обращая внимания на рассказчика. Только одного парня - почти подрост-ка еще можно было с натяжкой считать слушателем - он осоловевшими гла-зами смотрел на Айру и время от времени икал. Не исключено, что тоже опа-сался диких зверей и в данный момент раздумывал, не попугать ли их своим рыком.
  За спиной раздалось грозное рычание. Скиталец обернулся и увидел го-рящие глаза крупной собаки. "Так, парень, только гавкать не надо! Уходи, приказываю! Правильно, хорошая собачка. И больше не возвращайся!"
  Пес, заскулил и, поджав хвост, скрылся под пологом ближайшего шатра. Так-то лучше! Интересно, эти алкоголики что-то услышали или нет?
  Нет, возле костра картина не изменилась. Те же чавканье, ругань, икота... Наконец и Айра устал молоть языком, поднялся и отошел на несколько ша-гов от костра, чтобы справить малую нужду. Здесь он и нарвался на кулак Скитальца. Бедняга отключился, не издав ни звука. Возле костра никто ниче-го не заметил. Праздник продолжался.
  - Кто? Что? - пролепетал Айра, приходя в себя и хватая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег.
  - Тихо, мерзавец, иначе повторю.
  - Господин, это ты? - с ужасом прошептал мгновенно отрезвевший плен-ник.
  - О! Я для тебя снова - господин? Приятно слышать. Конечно, это я. А ты думал, что предал меня, и все? Пропал Скиталец?
  - Не убивай меня, господин.
  - Что, так жить хочется? Может, и не убью. Если будешь делать то, что я прикажу. И без глупостей. Обещаешь или?.. - Скиталец пощекотал шею сво-его недавнего слуги острием наконечника копья.
  - Клянусь, господин! Великий Кутуму - тому свидетель!
  - Ты мне не врал, что хан позволяет тебе входить в его шатер в любое время? Даже ночью?
  - Он так говорил.
  - А ты в его шатре уже побывал?
  - Два раза, господин.
  - Что же, рассказывай, где шатер, как устроен, кто охраняет. Да не дрожи ты, трусишка, говори внятно.
  
   * * *
  
  Из ненаписанного дневник Скитальца:
  "Шатер хана Черный Полоз был довольно большой и крепкий. По словам Айры, пробраться в него с тыла, прорезав отверстие в стене невозможно. Она была многослойная, теплая, укрепленная деревянными жердями, связан-ными крест-накрест. Изнутри тоже увешена циновками, коврами, звериными шкурами. Говорят, шатер перевозили на четырех больших и сильных скоти-нах местного происхождения, которых кочевники называли хоско. Возмож-но, мой пленник говорил правду. К тому же и разрезать полог у меня было нечем - наконечник копья для этих целей подходил мало, а у мерзавца Айры оружия с собой не было.
  Что же, придется пускаться в самую большую авантюру за всю команди-ровку. Если, конечно, саму командировку не считать самой большой авантю-рой.
  По пути к шатру хана несколько раз натыкаемся на стражников. Да, без Айры пройти было бы трудно. Я плотнее закутываюсь в плащ своего залож-ника, прячу лицо под надвинутым капюшоном. Пленник начинает замедлять шаг. Боится, сукин сын. А бояться нужно не стражу, а меня. Незаметно под-талкиваю его острием своего оружия, чтобы лишить сомнений по поводу дальнейшей своей участи, в случае очередного предательства.
  - Куда?! - у входа в шатер два стражника направляют на нас копья.
  - Я Айра из рода Айра. - невнятно бормочет мой заложник. - Я иду к По-добному Богам. Он подарил мне привилегию навещать его в любое время. У меня есть, что сказать Подобному Богам.
  - Откуда я знаю? - проревел один из охранников, наверное, старший.
  - Вот! - Айра полез за пазуху и извлек оттуда костяной медальончик. Ах, скотина! И словом об этом пропуске не обмолвился! А я его видел, когда обыскивал, и за оберег принял. Как бы это упростило мои действия! Ну, по-годи, мерзавец, ты за это ответишь! Но, позже...
  - А этот? - страж кивнул в мою сторону.
  - Он со мной.
  Охранники без слов расступились и копьями указали на вход в шатер.
  Заходим и натыкаемся на еще пару стражников. Айра снова дрожащим голосом пропел свою партию, а очередной старший взял его медальон и скрылся за тяжелой портьерой. Через минуту он вернулся:
  - Айра может зайти. А ты - кивок в мою сторону, - будешь ждать, пока Богам Подобный не позовет.
  Все ясно. Ну, теперь мой выход.
  Коленом - в пах, левый хук в висок, и охранник улетает куда-то вбок, ув-лекая за собой и напарника. Теперь - вперед, на рандеву с Богам Подобным. То, что происходит за моей спиной, волнует меня мало. Главное - добраться до шеи хана. Прием не оригинальный, но действенный - уже не раз приносил мне определенный успех. Должен и сейчас сработать. Только с некоторыми вариациями. Если мой зондаж его психики верен, договориться с ним удаст-ся. Мне есть, что ему предложить - жизнь. Смерти он боится панически. А кто не боится, спросите вы? Боятся-то все, но некоторые - особенно. И к этим некоторым принадлежит хан Черный Полоз.
  В центре шатра на возвышающемся помосте вижу три головы, торчащие из-под цветастого одеяла. Две из них принадлежат молодым наложницам, а третья - самому хану. Признаться, в первое мгновение принял его за старуху - коса расплетена, морщинистое лицо, ниточки косичек-усов почти незамет-ны при неярком освещении от двух коптилок.
  Девчонки с диким визгом разбежались по углам. Хан вскочил и поначалу стал махать головой. Но, вспомнив, что коса расплетена и к бою не готова, попытался проскочить мимо меня к выходу.
  - Не так быстро, Богам Подобный, или как тебя там... - шепчу ему, намо-тав волосы на руку и приставляя заточку к горлу.
  - Ты... Ты... - только и смог выдавить из себя хан.
  - А ты думал, кто? - усмехаясь, почесываю ему горло острием, будто кота ласкаю.
  - Ты умрешь! Стража! - хрипит от страха мой новый пленник.
  - Кто бы сомневался! Все мы смертны. Только я твою смерть увижу, а ты мою - нет!
  В это самое мгновение портьера упала, и в шатер вбежали воины, человек десять. Но остановились, увидев своего вождя голого, на коленях и с при-ставленным к горлу острием.
  - Скажи им, чтобы уходили. Иначе прикончу - помолиться не успеешь.
  Не то, чтобы хан полностью сдался на милость победителя - мою, то есть. Гипноз на него не очень действовал, но мне все же удалось внушить ему па-нический ужас, и он правильно оценил ситуацию:
  - Вон! Все вон! - заорал неожиданным фальцетом.
  Стражники попятились и стали покидать шатер.
  - Прекрасные дамы - говорю, - тоже могут уходить. Я не задерживаю.
  Второй раз повторять не пришлось. Толстушки похватали какую-то оде-жонку и бросились прочь, тряся на бегу своими прелестями.
  - Что ты хочешь? - испуганно залепетал хан.
  - Сущую мелочь - Звездный меч.
  - Откуда? Я про него и не слышал, у меня его нет.
  Врет, сволочь. Для меня его сознание - открытая книга. Полностью под-чинить его себе не удается, но понять, что он меня дурачит, особого труда не составляет. Зарядил ему локтем в ухо, не сильно, так, для острастки и усиле-ния эффекта внушения.
  - А вот врать мне не нужно. Иначе обижусь.
  - Ты все равно умрешь! - снова заводит старую песню хан, своим шипе-нием полностью оправдывая змеиное имечко. - Говорили мне, нужно тебя убивать при первой же возможности.
   - А тебе захотелось наложить лапу еще и на мои товары? Да, жадность хана и сгубила. Ну, хватит болтать! - колю его острием в щеку в сантиметре от глаза. - Не жадничай, Подобный. Все равно, раз я здесь, мечом тебе уже не владеть. Или он останется у тебя, но мертвого, или его у тебя не будет, но у живого. Выбирай.
  Похоже, моя тактика сработала - испугался хан не на шутку. Губы трясут-ся, весь в поту... Но еще окончательно не сдается, борется. Сильная все же личность, уважаю.
  - Там. Висит, - хан показывает на стену шатра за моей спиной.
  Точно. На стенке обитой коврами и звериными шкурами висит немало оружия, черепов врагов, голов местных чудищ и прочих охотничьих трофеев. Прямо, музейная экспозиция какая-то! Нашлось место и для моего имущест-ва.
  - Подколодный, а воровать-то нехорошо! - срываю с ковра свою подзор-ную трубу, кинжал и серебряный манок своего коня.
  В центре на шкуре какого-то крупного зверя висят целых пять мечей. По бокам - так себе - бронзовые, корявые с грубыми костяными рукоятками. Зато в центре - красавец! Изогнутый клинок, борозда, расписанная всевоз-можными узорами, в том числе и звездами, эфес выполнен в виде расходя-щихся от клинка лучей, гравировка, инкрустация, золото, серебро... Красивое оружие, что и говорить.
  - Ну, и который здесь Звездный? - спрашиваю.
  - Этот, - хан кивает на центральный экспонат и тут же валится на пол от моего удара.
  - Я, ведь тебя предупреждал - мне врать не нужно! Жизнь тебе, я вижу, не дорога? - отбрасываю в сторону медную заточку и подношу к горлу хана свой острый как бритва кинжал. - Этот меч выкован на Побережье - там та-кие имеются у каждого уважающего себя рыцаря. Все! Пожалуй, разговари-вать с тобой бесполезно. Сдохни, скотина!
  - Нет! - снова взвыл Полоз. - Не убивай. Я отдам.
  - Умница! Давно бы так.
  Хан с обреченным видом начинает сбрасывать со своего спального места одеяла, подушки, перины. Потом пытается оторвать одну из досок помоста. Когда ему это удается, запускает в подполье обе руки. Я его вижу насквозь, его замыслы цвета собственного имени для меня - более, чем прозрачны. Думает, змея подколодная, меня Звездным Мечом достать. Он еще не успел даже выпрямиться, а оружие уже оказалось в моих руках.
  Кажется, это то, что я искал. Ошибка исключена. Во-первых, вес. Не знаю, можно ли отнести это к достоинствам холодного оружия, но меч был очень легким. Если бы не толстая рукоятка из рога какой-то местной твари и мас-сивный медный эфес в виде полусферы, он бы в руках и не ощущался. Что за материал? Алюминиевый или титановый сплав, композит? (Нужно будет взять соскоб для анализа) А само лезвие? Меньше всего оно было похоже на клинок оружия. Начать с того, что в сечении это был уголок, говоря техниче-ским языком, одна полка которого была совсем узкой - миллиметров пять, не более, а вторая - пошире, где-то около сорока-сорока пяти. Длина клинка была около метра, а толщина - не более трех миллиметров. Острие пред-ставляло собой скос градусов под сорок пять. Подобная фаска, но узкая, проходила по всему периметру лезвия. Плюс к этому, отверстия разной фор-мы - круглые, прямоугольные, овальные, в форме восьмерки - без видимой системы располагались на всем полотне меча. Похоже, именно эту железку унес смелый Таока из нутра своей странной находки.
  - Спасибо, дорогой! - угощаю хана оплеухой, чтобы впредь не баловался. - Ножны доставай, для полного комплекта.
  Ага, вот они и рыбки, вырезанные из костей пришельцев и переплывшие на ножны с рукоятки гарпуна все того же Таоки. Что же, легенда пока под-тверждается на все сто.
  - Одевайся, Преподобный. В горах холодно, отморозишь свое хозяйство - девочки обижаться будут.
  - Я тебе уже все отдал? Чего тебе еще надо? Ты обещал!
  - Конечно! Я хозяин своего слова, хочу - даю, хочу - назад забираю. Да не бойся, Подколодный, шучу. Твоя жизнь мне не нужна. Для меня главное - чтобы твои головорезы не помешали мне спокойно уйти. Так что, проводишь меня подальше от лагеря, и иди на все четыре стороны.
  Хан уже понял, что со мной спорить бесполезно, начал натягивать на себя одежду. Я же приладил за спиной щит из панциря крупной черепахи - вдруг какая-то сволочь задумает стрельнуть вдогонку...
  Перед шатром - аншлаг. Одних только воинов - человек тридцать, наце-лили на нас все, что только можно - копья, луки, мечи... Из-за их спин вы-глядывали прочие обитатели стана - слуги, рабы, женщины. От этих больше крика, чем угрозы, тем более, что кидаться камнями в своего хана никто не решается. Да и сам хан - умница. Отогнал толпу подальше с дороги. И во-время - ржание Серого слышно уже отчетливо.
  Вот и он, дружище, ждет, копытом топает. Впрыгиваю в седло сам, затас-киваю за патлы Богам Подобного.
  - Эй, разбойнички! - кричу группе поддержки. - Если увижу, что кто-то едет за нами, найдете своего хана мертвым в ущелье. А если кто-то надумает пустить в меня стрелу или бросить камень - назад прилетит голова вашего вождя. Понятно? Давай, Змеюка, подтверди им.
  - За мной не ехать! - послушно кричит, чуть ли не срывая голос, мой пленник. - Утром вернусь.
  И вдруг, когда я на мгновение отвлекся, осматривая путь отступления, он вырвался из-под влияния моего сознания и еще громче орет:
  - Убейте предателя Айру! Он привел в мой шатер врага!
  Пришпориваю своего четвероногого друга, в душе надеясь, что у Айры хватило ума уже "сделать ноги" из лагеря, воспользовавшись переполохом. Да и мне неплохо бы поторопиться. Все же на душе спокойнее, когда друзья рядом, под моим присмотром. Вот только эту змеюку выброшу где-то по-дальше, и - к ним".
  
  
  
   Глава 11.
  
  - Дрянь-дело, Волк, - сказал Скиталец, подавая парню подзорную трубу. - Нам пути отступления отрезали. Глянь-ка, по плато сюда скачут человек двадцать, не меньше.
  - Откуда только узнали, что мы будем уходить через ущелье Лиса, дети паршивой овцы! - выругался Волчонок. - Предупредили? Слышал, у них птички такие есть - вести переносят. Но я в это не очень-то верю.
  - Почему?
  - О птичках слышал, а вот о том, что кто-то из горцев читать-писать умеет - никогда. Может, какой-то условный знак принесут, если к лапке пивязать...
  - Да... По нашему хану Черный Полоз не скажешь, что он умеет что-то еще, кроме как людей истязать. Думаю, все проще... Или, наоборот, слож-нее. Пророк - он и есть Пророк. Это его люди, и он предвидел, куда мы пой-дем.
  - Перед нами - два десятка, а за спиной сам хан Черный Полоз с таким же числом негодяев, - вздохнул Волчонок. - Что будем делать?
  - Башня. Давно хотел ее осмотреть - самый подходящий момент.
  - Шутишь, Скиталец? Во-первых, я уже говорил, что это проклятое место. Во-вторых, и ее охраняют. Ты же сам видел!
  - Ну и что, что охраняют? Нам ли, смелым воинам бояться небольшого отряда? Мы воины или нет? Или мы - трусы? - подначивал парня Скиталец.
  - Воины, воины. Ты прав. Но я их не вижу. А ну, как нападут неожиданно?
  - Конечно, не помешало бы сначала осмотреться, разведать. Но, боюсь, выбора нет. Нам не сладить с таким количеством воинов. И удрать не полу-чится - кони у кочевников не очень быстрые, но выносливые. К тому же, и сменные есть. А мы с Малышом да Принцессой... Да и скакуны наши мест-ный климат и корм плохо переносят, ослабели. На равнине враги нас рано или поздно догонят.
  Волчонок хотел снова что-то возразить, но Скиталец не стал слушать. Только скомандовал: "За мной!" - и пришпорил Серого.
  Река, которая в начале их путешествия была бурная и полноводная, теперь напоминала чахлый ручеек. Перебраться через него ничего не стоило. Труд-нее было по камням выбраться из каньона. К тому же на верху ждал неболь-шой отряд охранников - человек пять с луками. Они немного опоздали - были бы порасторопнее, имели бы возможность расстрелять всю компанию Скитальца на дне речного русла. А теперь сами превратились в мишени - Волчонок и Скиталец своими стрелами ранили двоих, а одного и вовсе уло-жили наповал - стрела попала прямо в глаз. После этого охранников и след простыл.
  - Ну, а дальше? - Волчонок задрал голову вверх, оглядывая мрачные сте-ны башни. - Как нам в нее попасть? Ни тебе ворот, ни даже окошка.
  - А это, по-твоему, что? - Скиталец указал на узкие бойницы.
  - Высоко.
  - Не очень, забраться можно. Вопрос только, что за стеной. Вдруг там ни-чего нет - провал? Поэтому полезу я. А ты займи оборону - вдруг охранники вернутся...
  До самой нижней бойницы было метров десять- двенадцать. Стена была не вертикальная, сужающаяся к верху. Уже лучше... И камни, из которых она сложена, были шершавые и кое-где выветренные - зацепиться за них пальцами рук и опереться краем стопы, было возможно. По крайней мере, внизу это удавалось, а как будет выше... Не тяжелее, чем на скалу карабкать-ся. Господь не выдаст - свинья не съест! Скиталец привязал к поясу конец веревки, посетовав, что она коротковата, сбросил сапоги, куртку и пополз по стене, прижимаясь всем телом к неровным камням.
  Подъем затянулся. Прямого пути к нижней бойнице не получилось - слишком плотно были подогнаны друг к другу камни стены. Скиталец сме-стился влево и даже забрался немного выше заветного проема, и только тогда удалось, наконец, поставить ногу на нижний край окна. Но и это было еще не все. Бойница была настолько узкая, что, будь Скиталец хоть чуть-чуть габа-ритнее - застрял бы, как Вини-Пух в норе кролика.
  Внутри, к счастью, не было никакого провала, а была винтовая лестница, ограниченная внешней и внутренней стенами. Конструкция типа "труба в трубе"? Разберемся, но позже. Преследователи уже приближаются.
  - Волк, цепляй мальца, - крикнул он, высунувшись из окошка.
  Малыш испугался не на шутку - весь путь до бойницы он орал так, что можно было оглохнуть. И только оказавшись в крепких руках Скитальца, немного успокоился и только шмыгал носом.
  - Принцесса, твоя очередь.
  С девчонкой хлопот было меньше, хотя испуга в ее глазах тоже было бо-лее чем достаточно.
  - Волк, давай!
  - А вещи? - с сомнением возразил юноша.
  - Ими я займусь. Быстрее!
  - А теперь, парень, - сказал Скиталец, когда Волчонок был благополучно втянут в бойницу. - Я пошел вниз, а ты принимай нашу поклажу. И погляды-вай вокруг. Увидишь воинов - кричи. А лучше - стреляй. Лук далеко?
  Привязывая к концу веревки поклажу, Скиталец одновременно прикиды-вал шансы на удачный исход ситуации. Крупы и муки немного, но на неко-торое время хватит. Вина остался один бурдюк, да и тот не полный. С водой - хуже. Тоже один бурдюк, но это ведь не вино. Без того можно обойтись, а вода нужна всем и всегда. Запастись не успели. Надо бы набрать из ручья, да нет времени - враги уже рядом. Сушеного мяса и рыбы почти не осталось. Немного дров, остатки угля, соль, одежда, оружие. Вроде все. Нет, не все. Скиталец снял с лошадей уздечки, но оставил седла.
  - Ну, Серый, дружище, - Скиталец погладил коня по лбу, заглянул в ум-ные глаза. - Давай, родной, до встречи. Не давайся никому из этих разбойни-ков. По-оше-ел!
  Серый потрусил по тропинке в сторону от башни. Гнедой Волчонка и ло-шадь Принцессы двинулись за ним. Последняя из лошадок, подаренных Ко-том сыну, с места не двинулась. Ну, что же, ты сама выбрала себе судьбу.
  - Волк, опусти мне мешки и меч. Раз прошу - значит надо! И Малыша убери от окна. Нечего ему на это смотреть.
  
   * * *
  
  - Ну, а дальше что? - спросил Волчонок, разглядывая толпящихся у под-ножия башни кочевников. - Нас, конечно, не достанут. Но и уйти не дадут.
  Они стояли на самом верху башни. Внизу расстилалось горное плато - унылый красновато-серый пейзаж с немногочисленными буро-зелеными пятнами кустарника и травы. Под самой башней змеилось русло реки, от ко-торой в данный момент остался только неглубокий ручеек. На горизонте вставала горная гряда. Где-то там между огромными скалами и провалами прячется ущелье Лиса - их узенькая дорожка к дому и конец нелегкого пу-тешествия. Но попасть туда не получилось. А виновники этого стоят полу-сотней метров ниже у подножия башни и грозят осажденным своим нехит-рым оружием. Ну, и пусть себе. Они пока мало интересны. Вот башня - дру-гое дело! На редкость странное сооружение. Плотно подогнанные камни, ка-залось, вросли друг в друга - ни тебе зазоров, ни слоя раствора. Как только залезть удалось - самому не понятно. А верхняя площадка? Не плиты пере-крытий - единый монолит. Сколько лет его забрасывает снегом, сковывает льдом, печет солнце, заливают дожди, обдувают ветра, а нет ни трещин, ни сколько-нибудь заметных следов песчаной эрозии. И весит многие тонны - как его только подняли на такую высоту? Сам материал тоже весьма интере-сен. Сколько доводилось скитаться по горам и равнинам этого мира, но ни-где он не встречал такой породы. Гранит - не гранит, базальт - не базальт... Плотнейшая структура темно серого цвета без разводов, оттенков и пятен, на которой острие ножа не оставляет ни царапины. Умели древние строить! Вопрос, для чего? Чем она служила древним строителям? Храмом? Обсерва-торией? Стартовой площадкой? В центре площадки каменные блоки огора-живают круглое жерло уходящего вглубь башни колодца. Фундамент давно сгнившей лебедки или лифта? Эхо от брошенного вниз камня показало, что глубина колодца значительно больше высоты самой башни. Что там внизу? Может быть, подземный ход, который выведет к свободе? Проверить бы...
  - Еды у нас хватит на пару-тройку недель - спасибо твоей лошадке, и да простит она меня! Так что, еще не известно, кто дольше продержится. Не заметил я, чтобы у наших преследователей был сколько-нибудь серьезный обоз. А отсутствием аппетита полсотни здоровых мужиков явно не страдают. Думаю, проголодаются и уйдут, оставив небольшую охрану. А с ними мы уж как-нибудь справимся. Верно, воин? Только вот вода меня волнует. Ее почти нет. Не приучать же наших детей с самого детства к алкоголю!
   - У нашего Малыша явно кавалерийские замашки - не удивлюсь, если он и вино уже пробовал? - улыбнулся Волчонок.
   - А я не только его имею в виду, - рассмеялся в ответ Скиталец и потрепал парня по волосам. - Ладно, шучу, не обижайся. Нужно спуститься на самый низ, в подвалы башни - возможно, там найдем ручей или хотя бы лужу. Пой-ду, пожалуй, на разведку.
  Скиталец стал спускаться по винтовой лестнице вниз, считая ступени. Кто бы не построил эту каменную громаду - рост его был примерно такой же, как у него самого. Во всяком случае, по ступеням было спускаться вполне ком-фортно. Да и рука ложилась на каменные перила, вырубленные во внешней стене, не испытывая какого-либо неудобства. Судя по всему, древние строи-тели были людьми.
  Стоп! Приехали. Дальше пути нет - весь лестничный пролет был завален камнями и щебенкой. И завален, судя по всему, очень давно - пробка слежа-лась, стала плотнее бетона. "Так, сколько ступенек я насчитал? И при сред-ней высоте каждой миллиметров сто шестьдесят... Итого... До подножия не дошел метра два-два с половиной. Стало быть, если преследователи захотят проломить стену тараном, наткнутся на завал. И это неплохо. Но и я не попал в подвал, не нашел ни воды, ни подземного хода. А это уже не есть хорошо. Конечно, остается еще центральный колодец, но без длинной веревки туда не спуститься. А это уже и вовсе ни к черту!".
  - Все спокойно? - спросил Скиталец Волчонка. Парень, похоже, службу усвоил. Внимательный взор, лук на изготовке, стрела на тетиве.
  - Не совсем, - ответил юноша. - Затевают что-то.
  - И что же?
  - Посмотри.
  Внизу, действительно, было заметно какое-то движение. Кочевники под-тянулись к подножию и смотрели вверх. Из-за шатра появились два толстя-ка, тащившие объемистый мешок.
  - Да, что-то зашевелились... Посмотрим.
  Через минуту все стало на свои места. Увальни вытряхнули из мешка свернутый в бухту канат и стали над ним колдовать. Один из кочевников взял в руку конец каната с привязанной к нему железной "кошкой" и стал его раскачивать, как маятник. Амплитуда маятника все увеличивалась, и вскоре "кошка" уже описывала круги над головой кочевника, ускоряя свое враще-ние.
  - Я его сейчас...- прошептал Волчонок, поднимая лук.
  - Отставить! - рявкнул Скиталец. - Я побежал.
  И кинулся вниз по лестнице к нижней бойнице. Похоже, сам хан Черный Полоз своей тактикой собирается помочь решить осажденным их проблемы. Только бы вояка не промахнулся!
  Но у воина ничего не получалось. Уже который раз "кошка" звякала о стену довольно далеко от бойницы. Хан наорал на непутевого метателя, и надавал ему пенделей под зад. А за конец каната взялся второй из увальней. У этого получилось немного лучше - во всяком случае, после его броска "кошка" звякнула немного выше бойницы. Терпение Скитальца кончилось - он высунулся как можно дальше из проема и поймал канат. Это так удивило метателя, что тот застыл, разинув рот. Пока он выходил из ступора, прилич-ный кусок веревки уже оказался в башне. Когда же окрик хана привел воина в чувство, и тот вцепился, наконец, в веревку, Скитальцу пришлось попо-теть. Он подтянул грузного кочевника на несколько метров вверх и, раскачав канат, грохнул того о стену. Только после этого сразу три человека броси-лись к изрядно "похудевшему" мотку. Но тут в дело вступил Волчонок. Его стрелы дали возможность затащить еще изрядный кусок веревки, пока какой-то более сообразительный воин не подскочил под прикрытием щита и не об-резал злосчастный канат. Но и того, что удалось затащить в бойницу, долж-но было хватить, чтобы спуститься и в каньон, и в центральный колодец.
  Воины разразились угрозами и проклятьями. Десятки стрел и камней по-летели в бойницу и на верхнюю площадку башни. Но Волчонок сообразил быстро, и увел Принцессу с Малышом вниз на лестницу.
  - Давайте, давайте, ребята! - хмыкнул под нос Скиталец. - Лишние стрелы нам не помешают, а при случае мы их вам вернем.
  
  * * *
  
  Ночью Скиталец первым встал в караул, дав возможность Волчонку от-дохнуть после напряженного дня. Впрочем, не только это заставило его уе-диняться на верху башни. Хотелось проверить еще одну возможность выхо-да из этой тупиковой ситуации. Если бы удалось войти в контакт с канвой и переправить всю компанию куда-нибудь в Метрополию или еще куда... Главное, чтобы вырваться из этого поднебесного плена, а там уж как-нибудь удалось бы вернуть своих спутников домой. Да, вот беда, что-то не клеится. Контакт наладить не удается. Только мозг начинает что-то нащупывать, как тонкая ниточка взаимопроникновения обрывается, растворяется в простран-стве, и все нужно начинать сначала. Нелегкая работенка - голова болит, руки трясутся. Уж лучше штангу тягать или, там, маршбросок на десяток кэмэ...
  Скиталец встал, сделал пару кругов вдоль парапета, взглянул вниз. У под-ножия башни осаждающие возле костров ели жареное мясо, пили свою мо-лочную брагу. До его ушей доносились заунывные песни, больше напоми-нающие звериный вой. С другой стороны, на берегу полувысохшей реки то-же горел костер, тоже ужинали воины. Интересно, если они напьются и за-снут, спуститься и удрать удастся? Вряд ли... Те два человека, что прогули-ваются над обрывом, внимательно следят за башней.
  Что же такое! Никак не удается войти в контакт с канвой. Что мешает? Атмосферное электричество? Не исключено. Быть грозе, это точно! Над го-рами зарницы так и пылают. Небо затянуло тучами - ни тебе звезд, ни еди-ной луны. Не хочется, но компанию придется будить. Здесь, на расстоянии вытянутой руки от неба, риск угодить под его горячую руку вполне реален. Недаром, некоторые камни парапета хранят следы действия высокой темпе-ратуры.
  Гром грянул, казалось, над самым ухом. Из палатки раздался плач Малы-ша, потом выглянул Волчонок.
  - Что такое? - произнес он заспанным голосом.
  - Ничего особенного. Просто гроза. Волк, буди Принцессу, и идите-ка вниз. Здесь вверху не самое безопасное место.
  - Палатка не промокнет, - обиженно попытался спорить парень, но, мах-нул рукой и снова нырнул под полог выполнять приказ.
  Скиталец подхватил на руки Малыша и пару мешков с травой, служивших матрасами и отправился вниз по лестнице. Следом спустились Волчонок с Принцессой.
  - Там сейчас такое начнется! - девушка испуганно схватилась за щеки. - Так гремит, так страшно!
  - Дождь - это неплохо. Я пошел, - Скиталец отправился вверх, по пути буркнув Волчонку. - Обустраивайтесь тут. Сам управлюсь.
  Все, что имело хоть какое-то подобие дна, было извлечено на свет божий и расставлено в ожидании дождя - котелки, кружки, пустые бурдюки... Даже палатка была аккуратно растянута с помощью подручных средств таким об-разом, чтобы в ней, как в мешке скопилось немного влаги. Дождь пока не ра-зыгрался - только чуть моросил. Зато гром гремел так, что уши закладывало.
  Черт побери! Сумасшедшая мысль мелькнула в голове Скитальца. Навер-няка, во время дождя, кочевники попрячутся в свои шатры. Даже часовые, и те укроются в каком-нибудь закоулке среди камней. Если сейчас спуститься, их можно застать врасплох и убрать. А потом Волчонок поможет спуститься Принцессе с Малышом и ...
  Ужасная вспышка вместе с неимоверным грохотом на мгновение парали-зовала Скитальца. Когда же он пришел в себя, оторопел еще больше - на расстоянии вытянутой руки пылал ярко оранжевым светом теннисный мяч. Шаровая молния! А вот вторая! Третья поменьше... Если сейчас ветер поду-ет в его сторону... А он туда и дует! Конец? Но молнии описали круг возле головы и медленно поднялись вверх.
  "Нет, похоже, сегодня не самый удачный день для побега. В другой раз..." - подумал Скиталец, спускаясь в недра каменной громады.
  Но сюрпризы еще не закончились. Не успели осажденные прикорнуть на неудобных ступенях, как башня начала "петь". Ее голос звучал негромко на низкой ноте, и должен был разве что, убаюкивать, но в душу начал закрады-ваться страх. Ветер наверху крепчал, усиливался и звук, а страх переходил в неконтролируемый ужас.
  - Я говорил, что это проклятое место! - выпучив глаза, шептал Волчонок. - Это духи подземных королевств! Мы все умрем. Нужно бежать.
  Скиталец еле успел его схватить за одежду.
  - И это говорит будущий воин? Спокойно! Заткни уши немедленно! Принцесса - ты тоже. Шапки натяните. Головы накройте. А ну, малый, нече-го орать. Давай, ко мне, лезь под куртку. Это просто инфразвук, - последнюю фразу Скитальца уже никто не слышал.
  Только под утро ветер стих и удалось немного поспать, скрючившись в три погибели на неудобных ступеньках. Наверху светило солнце, и день обещал быть приятным. От ночных хлопот проку оказалось немного - воды набралось всего на пол бурдюка. Ну, хоть что-то... Зато приятно было созна-вать, что не одни они мучались ночью. Кочевников у подножия не было, хотя шатры никуда не делись. Сбежали герои. Далеко - чуть ли не на горизонте топчатся, подойти боятся. Но, упорные! Шли бы уже, оставили нас в покое.
  - А это еще кто? - Волчонок указал на плато за оврагом, прорытым реч-кой.
  Скиталец приблизил подзорную трубу к глазу и оглянул долину. По ней двигалось несколько телег в окружении десятка всадников. Во главе обоза на высокой скотине, толи рогатом верблюде, толи мохнатой горбатой корове, что называлась хоско - восседала в седле, напоминающем царский трон, знакомая фигура, замотанная в одеяло и с завешанным накидкой лицом.
  - Пророк. Эка неожиданность! Кто бы мог подумать? - злобно буркнул себе под нос Скиталец. - Наше положение ухудшается. В подводах наверня-ка харчи. И немало. Надо было вчера попытаться прорваться. Грозы он ис-пугался!.. Точно, стареешь, Скиталец!
  На подводах оказались не только продукты питания, но и компоненты осадных орудий. Воины, долго не раскачиваясь, тут же начали сколачивать две длинные лестницы. С других подвод выгружали тяжелое бревно, с же-лезным наконечником, и деревянную конструкция для его удержания.
  - Серьезно за нас взялись, Волк. Что же, вот тебе и настоящая практика. Выйдешь живым из этой передряги - получишь от меня медаль.
  - А не выйду? - с сомнением покачал головой юноша.
  - Значит, судьба такая, как говорил твой отец. Но, не переживай. Еще не вечер.
  Волчонок оглянулся на светило, не поняв идиомы Скитальца, но ничего не ответил. Было видно, что он напуган. Ситуация и правда, казалась безвыход-ной.
  Скиталец смотрел, как Пророка, будто индийского раджу, снимали вместе с креслом с его рогатого транспортного средства. Ясновидящего усадили на расстоянии полета стрелы от башни, и сам хан Черный Полоз подошел вы-разить свое почтение кивком головы. Его вельможи и полевые командиры тоже по очереди приближались к вновь прибывшему, и оказывали почтение поцелуями рук и полы плаща.
  После продолжительного совещания, объединенного с трапезой, Пророк подозвал одного из своих людей и отдал какое-то распоряжение. Тот бегом помчался к башне. Скиталец узнал гонца - это был тот самый атаман, кото-рый пытался обчистить их шатер в стане Пророка, и нос которого с тех са-мых пор стал еще более приплюснутым.
  Воин подбежал к подножию башни и разразился неимоверной руганью с угрозами. Он махал своим кистенем, подпрыгивал, будто хотел оказаться возле бойницы, плевался в сторону осажденных, больше попадая, впрочем, на свою бекешу. Это было так нелепо, что даже Волчонок не вспомнил о своем луке, а только с любопытством наблюдал за спектаклем. Надо пола-гать, атаман не совсем точно выполнил задание Пророка, потому что, спустя некоторое время к нему подскочили два стражника и надавали все тех же пенделей, прогнав от башни.
  А на место парламентера-неудачника прибыл другой. Этот был и лучше одет - в чистом плаще с характерными узорами клана Клык Вепря и начи-щенном медном шлеме, речь его была более разборчивой и вежливой.
  - Уважаемый! - с поклоном обратился парламентер к смотревшему из бойницы Скитальцу. - Не обращай внимания на этого сумасшедшего - он ранен в бою. Слушай меня. С тобой хочет поговорить Великий Пророк. Ты можешь спуститься для разговора?
  - Пусть лучше он поднимется ко мне, - улыбнулся Скиталец.
  - Это невозможно, уважаемый, - сказал с трагическими нотами в голосе, почти плача, гонец.
  - Весьма сожалею. Я тоже вниз спускаться пока не намерен. Так и передай Пророку.
  - Уважаемый, - не унимался парламентер. - Пророк добр и не желает ни-кому зла. Тем более, тебе - вассалу славного вельможи из Страны, Окружен-ной Горами. Он с тобой поговорит и отпустит на все четыре стороны.
  - А иначе? - Скитальцу надоели эти препирательства, и он решил побыст-рее закончить пустопорожний разговор. Тем более, что Малыш снова раска-призничался, а Принцесса все никак не могла его успокоить.
  - А иначе, - просящий тон голоса парламентера превратился в грозный крик. - Наши воины сровняют башню с землей, а все вы подохните на коль-ях! ...
  И дальше его речь уже мало отличалась от речи обхаянного атамана.
  - Ну-ну, - только пожал плечами Скиталец, схватил подмышку Малыша и отправился наверх, где уже парило варево, приготовленное Принцессой. - Эй! Господа хорошие! Всем обедать. Похоже, через полчаса будет жарко.
  Через полчаса осаждающие, действительно, зашевелились. Одни устанав-ливали козлы и подвешивали бревно, другие пытались прислонить длинные лестницы к стенам под двумя самыми нижними бойницами.
  - Волк, становись к верхнему окну. Бойницы с другой стороны башни ме-ня не волнуют - к ним лестницу не подставить. Но иногда, поглядывать все же стоит. Пусть этим Принцесса займется. Справишься, девочка? Да не вол-нуйтесь, вы! Посмотрите на этих увальней! У них задница шире бойницы раза в два. Застрянут. Но все же, не особенно высовывайтесь - наверняка лучники снизу будут постреливать по окнам, прикрывать. Волк, за щитом прячься, действуй больше пикой - старайся сбросить с лестницы. Ну, а это тебе на всякий случай, - Скиталец протянул ему свой меч.
  - А ты? - спросил парень. - "Звездный" решил опробовать?
  - Предпочитаю это, - усмехнулся Скиталец, вращая между пальцами свой кинжал.
  Лестницы уже были установлены, и лучники стали на изготовку, положив стрелы на тетивы. К тому же снизу послышался ритмический лязг железа о камень - заработал таран. Воины, зажав в зубах ножи, полезли на более длинную лестницу к бойнице, охраняемой Волчонком. Возле короткой снова начался концерт одного актера. Атаман снова начал орать проклятия, разма-хивая кистенем, пытаясь довести себя до исступления. Берсеркер кривоно-сый! Ну-ну!
  Наконец, войдя в раж, он бросился вверх по перекладинам, причем, до-вольно резво. Тут же в окно влетело две стрелы и камень из пращи, еще не-сколько звякнули о стену снаружи. Скиталец укрылся за откосом, поджидая своего старого знакомого. Судя по несущимся снизу проклятиям, встреча уже приближалась. Наконец, в проеме показалось плоское лицо в обрамле-нии усов, заплетенных в косички и рука, размахивающая медным кистенем.
  Скиталец, не долго думая, захватил запястье кочевника, вывернул его и что было силы, рванул на себя. Кистень со звоном поскакал вниз по ступень-кам, а воин, похоже, застрял-таки в проеме бойницы. Он пытался высвобо-диться, но ничего не получалось, застрял основательно.
  - Пан атаман! Вот мы и встретились! Как ваше драгоценное? Не хвораете?
  Раж у берсерка куда-то испарился. В глазах застыл ужас. Когда Скиталец вытащил из-за голенища сапога свой кинжал, он попытался закричать, но го-лос от страха тоже куда-то подевался. Однако, и у Скитальца решимости здорово поубавилось. Велика ли заслуга перерезать горло беззащитному че-ловеку, пусть даже врагу? К тому же этот полудурок вызывал у него, скорее смех, чем ненависть.
  - Что-то вы плохо выглядите, обросли... Ваши усы вам, ну совсем не идут. Доверьтесь мастеру.
  Скиталец намотал косички на палец и резким движением задрал голову врага вверх. Холодный клинок прижался к горлу, отчего атаман завыл на вы-сокой ноте. Молниеносное движение, и косички остались на пальце Скиталь-ца.
  - Ну, вот и все. А вы волновались. С вас два-пятьдесят за услуги брадо-брея. Ну, пожалуй, с вами закончили. Получите свое имущество и пригласите следующего клиента, - Скиталец со злой улыбкой, больше напоминающей оскал зверя, запихнул косички в рот кочевнику.
  В это время наверху раздался крик.
  "Волчонок! - пронеслось в голове Скитальца - Не дай бог!"
  Сверху донесся странный стук, будто что-то катилось по ступеням.
  - Волк, ты жив? Все в порядке? - но ответа не было.
  Скиталец хотел было кинуться вверх, но источник звука появился сам - по ступеням к его ногам катилась голова. Немного отлегло от сердца - голова явно еще совсем недавно принадлежала кочевнику. Паренек осваивает-таки свою будущую профессию!
   - Видишь, сукин сын, - Скиталец сунул отрубленную голову под нос за-стрявшему воину. - У моего подмастерья опыта бритья еще мало, иногда лишнего отрежет. Так что радуйся, что попал ко мне. Как, кстати, носик? Не беспокоит?
  И Скиталец что было силы врезал кочевнику в и без того уже сломанный нос. За окном послышались крики. Атаман летел вниз с лестницы, сбивая с нее своих товарищей. В конце концов, лестница переломилась пополам и упала на груду людских тел. Здесь пока все. Теперь - к Волчонку.
  Парень стоял с мечом в руках, дрожа всем телом, а из проема свисало обезглавленное тело кочевника. У парня, похоже, шок. Не мудрено. Видеть такое, а тем более, совершить! Когда-то он сам точно так же застыл над те-лом товарища, которого казнили совсем другие враги в совсем других го-рах...
  - Спокойно, Волк, спокойно! Очнись! - Скиталец вкатил парню две поще-чины и стал трясти за плечи.
  - Я...Я... одного - копьем... - забормотал, еле выговаривая сквозь слезы слова, Волчонок. - Он упал с лестницы и копье у меня вырвал... А этот... С ножом... Что мне было делать?
  - Ты успокоишься, наконец? - пара новых оплеух особого облегчения не принесла. Юноша уронил меч на пол, сел на ступеньку и закрыл лицо рука-ми. Плечи его сотрясались от тихих рыданий.
  - Первый раз вижу плачущего воина! - соврал Скиталец. - А как ты ду-мал, это, по-твоему, легко - убить человека? Одно дело - стрелу пустить, а вот так, лицом к лицу, своими руками. Ты же этим хотел всю жизнь зани-маться, или я ошибаюсь? Это же лучше, чем в земле ковыряться? Это - удел сильного?! Это ведь ты сильный, а твой отец просто пахарь? Я правильно го-ворю, герой? Эй, Принцесса, сюда не ходи, и малого не пускай!
  Скиталец совсем не хотел стыдить Волчонка и унижать его перед лицом зазнобы. Просто вид обезглавленного тела, точащего из бойницы и кровото-чащего, как водопроводный кран, могло неприятно отразиться на психике девушки и ребенка. Но, уже одно упоминание о Принцессе привело парня в чувства гораздо лучше, чем оплеухи.
  - Все, - сказал он, поднимая меч. - Прости. Скиталец. Я готов. Что там ко-чевники?
  - Думаю, дадут нам передышку. Оставайся у бойницы, я тебе копье при-несу.
  Скиталец выглянул из своего проема. Воины, кряхтя, поднимались из-под обломков лестницы. Двое кочевников волокли под руки беднягу-атамана. С длинной лестницы тоже спрыгивали воины, отчаявшись пробиться в бойни-цу, закупоренную их мертвым товарищем. Хан Черный Полоз бегал между ними, пытаясь истошными криками и пенделями вдохновить их на герой-ские дела. Но получалось плохо - кочевники просто убегали от распоясавше-гося господина, прячась за спины друг друга. Чтобы еще больше "поднять" боевой дух воинов, Скиталец швырнул прямо под ноги хану отрубленную голову его человека. После этого даже Полоз махнул рукой и ушел в свой шатер.
  Ночь прошла спокойно. Ветра почти не было, и башня не "пела". Осаж-дающие на изрядном от нее расстоянии проводили обряд кремации своих по-гибших товарищей. До утра слышались песни, сначала заунывные, а по мере употребления браги, все более громкие и неистовые, переходящие в воинст-венные танцы. Эти фольклорные угрозы не волновали Скитальца и его това-рищей. Они, наконец, смогли как следует выспаться. И не сидя на неудобных ступенях, а в палатке под звездным небом Нолы.
  Утро третьего дня осады тоже было вполне спокойным. Враги отсыпались после ночного буйства, и на штурм не спешили. Таран тоже не лязгал у под-ножия башни. Скиталец решил этим воспользоваться, чтобы обследовать внутренний колодец башни. Если бы удалось найти воду, это было бы не-плохо. Но основные надежды он возлагал на то, что удастся обнаружить под-земный ход. Как-то ведь попадали древние в саму башню? Не карабкались же, как он сам, по стенам, обдирая в кровь пальцы и ступни.
  Веревка была достаточно прочная - такая и тонну выдержит, не только поджарого альпиниста. И "кошка" крепкая. Не медяшка какая-нибудь - на-стоящая сталь. Бедный хан Черный Полоз! Такие убытки! Скиталец пристро-ил ее в щель между каменными блоками и опустил конец каната в темный провал колодца. Но спуститься не успел. Снизу снова раздался призывный крик.
  - Кто там? Глянь, Волк.
  - Опять посланник тебя требует, - сказал юноша.
  Пришлось спускаться к нижней бойнице.
  - Ну, чего тебе еще? - зло рявкнул Скиталец на кочевника в начищенном шлеме.
  - Уважаемый, - поклонившись, вежливо начал посланник. - Пророк хочет с тобой поговорить.
  - Опять старая песня? Я не собираюсь спускаться к нему.
  - Не вежливо с твоей стороны. Ну, да ладно. Разговор может состояться прямо под стенами башни. Пророк настолько добрый и мудрый, что согласен сам подойти к стене и поговорить с тобой. Он даже согласен на то, что будет слушать тебя, задрав голову. Хоть это оскорбительно по отношению к такому уважаемому человеку, как Великий.
  - Ну, хорошо, - согласился Скиталец. - Пусть приходит - поговорим.
  - А ты обещаешь, что не причинишь ему зла? Что не выпустишь в него стрелу и не сбросишь на голову камень?
  - Обещаю.
  - Поклянись!
  - Чтоб я сдох!
  - Нет, не так. Клянись верховным богом Кумуту, что не причинишь вреда Пророку.
  Пришлось Скитальцу прочитать длинную молитву под диктовку послан-ника. Только после этого тот стал, кланяясь, пятиться назад в расположение своего лагеря. Скиталец подождал немного, но Пророк что-то не торопился. Он уже собирался отправиться наверх, и только тут заметил длинноногую мохнатую скотину и восседающую на ней фигуру, закутанную в плащ. Странного всадника окружали воины, вооруженные луками и пращами. Впрочем, к самому подножию они не пошли, а остановились на расстоянии. К башне приблизился один Пророк. Он долго управлял своим транспортным средством, выбирая место, откуда была хорошо видна бойница. Заметив в проеме Скитальца, он поднял руку в приветствии и произнес, напрягая свой хриплый с придыхом голос:
  - Ну, здравствуй, Акробат!
  Вот это да! "Предчувствие его не обмануло". Пророк его узнал. Узнал, не смотря на его отсутствие на Ноле в течение стольких лет. Кто он? Где они встречались? Нужно что-то отвечать, нельзя давать противнику преимущест-во в словесном поединке. Вспомнить! Вспомнить немедленно - время идет.
  Он, казалось, увидел вращающиеся в голове шестеренки и колесики, пере-сеивающие далекие воспоминания и выискивающие нужные эпизоды. Но, тщетно - память молчала. Ни голос, ни манера говорить, ни фигура в целом знакомы Скитальцу не были. Да и какая фигура? Он все время видел Пророка сидящим на своем троне и закутанным в одеяло. Даже со своего рогатого верблюда он спускался, не покидая кресла. Не царское дело - своими ногами ходить? Или, может быть, калека? Нужно отвечать... Но, что? Сознание мол-чит. А что скажет интуиция? И Скиталец произнес фразу, которая его самого изрядно удивила. Из каких дебрей подсознания только выцарапал ее мозг!
  - Здравствуй..., король Луэл!
  
  
  
  
   Глава 12.
  
  Полукорова-полуверблюд дернулся в сторону, и Пророк еле успокоил скотину, натянув повод.
  "Угадал! Точно, угадал! - отметил про себя Скиталец. - Скотинка у Про-рока чувствует своего седока не хуже, чем Серый его самого. Ей передалось волнение Пророка, вот она и дернулась. Иначе бы, наверное, и не удалось бы узнать, с кем имеешь дело. Король Луэл! Живой! Кто бы мог подумать!"
  - Узнал-таки, - угрюмо произнес Пророк. - Ну, что же, по крайней мере, теперь будем говорить без обиняков. Не возражаешь, если перейдем на язык Метрополии? А то твой оруженосец сейчас из бойницы выпадет - так ему интересно. Думаю, лишние уши ни тебе, ни мне не нужны.
  - Как скажешь.
  - Вот уж не думал, что ты меня узнаешь, - продолжал Пророк. - Как тебе это удалось, если не секрет? Ты меня и видел-то всего один раз, и не меня даже, а скорее мой силуэт через крошечное окошко тюремной камеры. По голосу узнал? Тоже вряд ли...
  - Считай, что я тебя вычислил - усмехнулся Скиталец. - Тебе-то чего удивляться? И сам умеешь разные штуки проделывать. Я, например, всегда был уверен, что спровадил тебя к праотцам.
  - Тебе это почти удалось. Ты тогда из своего оружия повредил генератор моей пушки, и он пошел в разнос. Если бы я хоть мгновение промедлил и не выпрыгнул в окно, сгорел бы заживо. А так - ожоги кожи и легких, от голо-совых связок почти ничего не осталось, лицо - что печеный фрукт. Перелом позвоночника и обеих ног. Не говоря о таких мелочах, как полная спина ме-таллических осколков. Можно сказать, легко отделался. Моя личная охрана, которая состояла целиком из кочевников, увезла меня в эту страну. Здесь я, как видишь, не пропал. Хотя, без посторонней помощи не в состоянии даже в ближайшие кусты сходить.
  - Рад за тебя. Врачи Метрополии такие травмы за месяц вылечивают. И позвонки выращивают, и спинной мозг регенерируют. Может, стоило пови-ниться и сдаться, чем так мучиться?
  - И провести остаток жизни на каторге? Уж твой хозяин - Тор Висми - об этом позаботился бы. Уж лучше быть калекой на троне, чем здоровым рабом в каменоломне. Ладно, дело уже прошлое. Так, может быть, скажешь, как ты умудрился выстрелить первым? Понятно, что ты подобрался в серебряном шлеме, экранировавшем биополе, но все равно, ты не мог меня видеть. Неу-жели почувствовал? Допускаю. Но этого мало. Я тебя в последний момент увидел на гребне стены. Но сам-то находился в окне темной комнаты. А та-ких окон на фасаде... Раскроешь секрет?
  - Ну, если тебе так интересно... Не помнишь, индикаторная лампочка, красненькая такая, на твоем оружии была?
  - Да, но закрыта щитком. Со стены она не видна.
  - А зеркала в комнате были?
  - Проклятье! - Пророк с силой треснул кулаком по луке своего седла. Ко-рова снова дернулась в сторону. - Такая мелочь погубила замечательный проект!
  - Проект? - усмехнулся Скиталец. - Мое убийство - это твой проект?
  - Много ты понимаешь, ты, раб Тора Висми! Считаешь меня преступни-ком, думающим только о власти и богатстве?
  - Тут ты прав на все сто. Я действительно так считаю.
  - Святая простота! Ты - зашоренная лошадь! Тебе известно только то, что наплел твой хозяин - Тор. И не более. А мнение другой стороны узнать не интересно? Если желаешь, я расскажу тебе всю подоплеку этой истории. Это много времени не займет.
  - Что же, послушаю. Как говорится, больше знаешь - хуже спишь. Валяй, если времени не жалко.
  - А куда нам спешить? Ты ведь не сбежишь куда-нибудь через каверну?
  - Ты в этом уверен?
  - Да, Акробат, уверен. Здесь, под этой долиной находится огромное ме-сторождение железной руды. И не только железной. Здесь и серебра очень много, радиоактивные, хоть и в меньшем количестве, но имеются. Разраба-тывать эти богатства местные племена не смогут еще многие века - очень уж глубоко залегают, но эти руды создают серьезные помехи для мозга таких ребят, как мы с тобой. Я предполагал, что будет нелегко заманить тебя на эти поля. Даже перекрыл все возможные пути к отступлению, за исключени-ем этого. И ты сам залез в ловушку. Так что, слушай мою историю, может быть, найдем взаимопонимание.
  "Черт возьми! - подумал Скиталец. - Вот, оказывается, почему не удалось войти в резонанс. А я на атмосферное электричество грешил. А Пророк - мо-лодец! Умудрился-таки загнать меня в угол".
  - Так вот, Мы с Тором, которого ты называл Доком, знакомы с самого университета. Мы с самого первого дня с ним соперничали во всем - на сес-сиях, на стадионе, на вечеринках. На все призы, будь то спортивные состя-зания или олимпиады по всевозможным наукам, первыми претендентами были мы. Даже одной девушки, самой красивой, вместе добивались. Без ложной скромности скажу, что чаще первым был я. И даже первая красавица университета выбрала меня. Это потом она стала женой моего врага. Но, не будем отвлекаться. Тор мне постоянно завидовал. Не мудрено, что самым серьезным оппонентом моей диссертации был именно он.
  Моя диссертация касалась исследования роли личности в развитии циви-лизаций. Я разработал методику, согласно которой, можно серьезно продви-нуть многие цивилизации по пути прогресса. Предлагал подготавливать эмиссаров, которые займут ключевые посты в отсталых колониях, и в даль-нейшем будут проводить политику ускоренного развития этих цивилизаций. Он же возражал против всех моих выводов. Хорошо излагал - сам себя пре-взошел. И ученый совет убедил. Провалил меня-таки, сволочь!
  Что мне оставалось делать? Естественно, доказать свою теорию практи-кой. Я нашел одну немногочисленную тупиковую колонию на дальней пла-нете. Ее жители - потомки религиозных сектантов - не желали приобщаться к благам цивилизации, считая ее источником всего наихудшего во Вселен-ной, этакими кознями сил зла. Я занял место их верховного вождя, и вскоре на планете начали добывать металл. До этого же они обходились только ка-менными, костяными, деревянными изделиями и орудиями труда.
  Как ты думаешь, что предпринял Тор? Подвел меня под статью закона о вмешательстве в дела цивилизаций. И спровадил, на каторгу. Так я стал уго-ловником. А ты говоришь...
  - Слышал я об этой истории, - покачал головой Скиталец. - Ты ведь о пла-нете Пирис говоришь? Место верховного магистра их религиозной общины ты занял, устранив существующего. И не совсем чистыми, скажем так, мето-дами. Кстати, если тебе интересно, после твоего ареста, металлургия на Пи-рисе признана одним из смертных грехов. Так что, прогресс там сдвинется с мертвой точки еще ой, как не скоро!
  - Плевать! Я говорил, что цивилизация тупиковая. Если не удалось мне - не удастся никому. А вот Нола - это совсем другое дело. Здесь и население больше, и уровень развития выше. Идеальное место для воплощения моих идей в жизнь. Мне удалось сбежать с каторги. Да еще и своего друга прихва-тить. Интересный был парень. Я с ним еще на Пирисе сошелся. Он и там был моей правой рукой. Очень полюбил металлы. Особенно, драгоценные. К не-му даже кличка прилипла - Серебряный. А больше металлов любил власть. Я ему все это обеспечил, а он мне был верен, что тот сторожевой пес. Это ты его убил? Можешь не отвечать - я и так знаю.
  Так вот, я был не самым плохим правителем Страны, Окруженной Гора-ми. Рассказать, что я смог сделать, пока занимал ее трон? Не хочешь? Зря! Мне есть, что записать в свой актив. А мог бы сделать больше, значительно больше, если бы Тор признал свою ошибку и оставил меня в покое. Но он не признал. Начал за мной охоту, и ты - самый удачливый из его гончих - дос-тал таки меня. И погубил перспективное научное направление. Вот, что я на-зываю проектом, а не твое уничтожение. Такой вот я уголовник и властолю-бец!
  - Я сейчас расплачусь. Может быть тебе напомнить, за что я поквитался с тобой и твоим "крокодилом"?
  - Знаю, знаю! Дикарь, движимый инстинктом размножения... Любовь...
  - Ну, хватит! - Скитальцу изрядно надоела эта пустопорожняя беседа. - Ты о чем-то со мной поговорить хотел? Что-то предложить, или просто вос-поминаниям предаться?
  - Да, конечно, - по интонации Пророка было видно, что он разочарован столь резким окончанием разговора. Наверное, даже ему изредка было необ-ходимо излить душу, поделиться наболевшим. Пусть даже и с врагом. Тем более, что друзей и вовсе нет. Есть подданные, рабы, стража. Но, даже про-сто собеседников... Он немного помолчал, будто собирался с мыслями, и, наконец, выдохнул приказным тоном. - Верни меч, отпусти ребенка, и я не задерживаю ни тебя, ни твоих людей.
  - Луэл, не пора ли угомониться? Сколько еще нужно смертей, чтобы ты отказался от своей дурацкой идеи? Думаешь, я не знаю, что ты сеешь раздор между кланами кочевников? Я сам был тому свидетелем. Что ты такого насо-ветовал тому старику, которого принял передо мной? Тому, что дочь замуж выдавал и не мог определиться с женихом? Чем ты его так обрадовал? И ради чего? Чтобы в огне междоусобицы выжил какой-нибудь последний бедола-га, которого ты приблизишь, вооружишь блестящей железкой, и будешь дер-гать за ниточки, как кукловод марионетку? Уж лучше бы первым посетите-лем оказался я. Может быть, судьба старика сложилась бы лучше, узнай ты, что кандидат на роль Мати уже появился в ваших землях.
  - Кочевники и без моих советов друг друга режут, как овец. Род твоего найденыша уничтожили без моего вмешательства. Так что, не стоит считать меня таким уж кровожадным. Пойми, Акробат, чем скорее прекратить рас-при, резню, кровную месть, тем лучше для них. Горцев необходимо при-струнить и примирить друг с другом. А думаешь это легко? Они - люди вольные, никакой власти не признают. Начнешь на них давить, они - оп! - и только их и видели. Пока в горах есть ущелья, а в ущельях есть трава, а на траве пасется скот - заставить их действовать по приказу просто нереально. Даже спорить не станут - повернутся и уйдут. Ищи их потом по бесчислен-ным долинам и урочищам. Ими движет только одна цель - жир их баранов. Только ради этого они готовы воевать. Ничто другое они не примут. Разве что, мистическую идею. Они суеверны на генном уровне, своих богов боятся панически, всяких оракулов почитают даже больше правителей. Я мог бы на этом сыграть. Пророчество о хане Мати как нельзя кстати. С помощью этого ребенка я смог бы повлиять на горцев и заставить их подчиниться моей воле. Сплотить их, усмирить их воинственность. Да! Направить в нужное русло.
  - На Побережье?
  - Конечно. Там тоже воюют друг с другом. Тоже льется кровь. Я с моим кочевым воинством мог бы присмирить гордое дворянство, заставил бы бла-городных забыть о претензиях и сложить оружие. Это пойдет только на поль-зу простому народу.
  - Ну, да! Хороша будет польза, если эти немытые ребята пройдутся саран-чой до самого моря, грабя, насилуя, убивая. Ты - страшный человек, Луэл.
  - А ты лучше? Уже побывал на побережье? Видел плоды трудов своих? Понравилось?
  - Нет. Не понравилось! Потому и собираюсь помешать тебе в воплощении твоих планов в жизнь. Нет ничего хуже, чем силой принуждать людей быть счастливыми. Уж будь уверен - я знаю. Люди сами разберутся, что для них хорошо, а что плохо. Десять раз ошибутся, но, в конце концов, придут к ис-тине.
  - Но, обязательно ли учиться на ошибках? Акробат, мы с тобой в данный момент самые умные и цивилизованные люди на этой планете. Представь, сколько полезного мы могли бы совершить? Остановить гражданские вой-ны, успокоить и подчинить себе островитян, отвоевать западный континент у чужих, наконец! Какой скачок в развитии могла бы совершить Нола! Давай объединимся, и, увидишь - моя теория принесет счастье этой планете.
  - Подчинить, отвоевать, покорить... Нет. Не надейся. Я у тебя на поводу идти не собираюсь. И меча ты не получишь, и ребенок тебе не достанется.
  - Ты убьешь невинного младенца? Это не я, это ты - страшный человек, Акробат.
  - А сколько убьешь ты, когда под знаменами хана Мати двинешь орду за-воевателей на плодородные равнины побережья? Можешь не сомневаться, моя рука не дрогнет.
  "Хорошо сказал, - подумал Скиталец. - Только бы не допустить этого жу-лика в свое сознание, чтобы, не дай бог, не прочел бы в моих мыслях правды. А правда состоит в том, что я и сам не знаю, как буду поступать в данной си-туации. Пока не знаю. Не исключено, что придется принимать совершенно неожиданные решения. Но убить Малыша... Уж лучше самому умереть. По крайней мере, в агонии сам себе смогу соврать, что совесть чиста".
  - Ясно, - прошипел бывший король. - Договориться не получилось. Ну, и ладно! Сказать по правде, я смогу обойтись и без меча, и без ребенка. За золото или железо мне любой оружейник моей бывшей страны сделает под-делку, да так, что никто и не отличит настоящий Звездный Меч от не на-стоящего. Тем более, кто его кроме меня и Черного Полоза видел? А ребе-нок... Эти дикари так успешно режут друг друга, что появления одного-двух Мати - дело времени. Конечно, время - это тоже важный фактор. Можно прождать и год, и десять... У этих скотоводов весьма разветвленные родст-венные связи - родичи могут обнаружиться в самом неожиданном месте и в самый неподходящий момент. Твой же Малыш, по моим данным, кандидату-ра подходящая. Но...
  - Именно поэтому ты послал людей, чтобы его похитить? - перебил ко-роля Скиталец.
  - Я его спасал от идиота, задумавшего тащить младенца в мертвую пусты-ню, где и взрослому не выжить.
  - Куда ты же меня и отправил. За идиота - спасибо. Неплохой компле-мент.. Но вот что интересно, пока я собирался на перевал, твои люди держа-лись от меня на приличном расстоянии. Но стоило мне изменить маршрут - сразу нападение. Допустим, ты хотел спасти ребенка. Но почему не делал этого, когда я собирался на перевал? И чем провинились остальные? Что-то ты темнишь, бывшее величество! Если бы я не успел вовремя...
  - Я предупреждал, чтобы с тобой не связывались.
  - Это твой засланец в нужный момент утащил меня подальше от лагеря?
  - Не мой. В отряде были и люди моего друга - хана Чорного Полоза. Они того лентяя и мне и подсунули. Впрочем, ты прав, всю операцию разработал я. И даже инсценировал его казнь. Так и знал, что ты клюнешь. При всей тво-ей кровожадности, ты все же натура довольно сентиментальная - пожалеешь несчастного обреченного на смерть. А тот дурак поверил - так испугался, что сыграл свою роль так, что любой актер позавидует. Согласись, задумка была неплохая. Но мы заболтались. Выбирай сам. Если тебе, мой сентименталь-ный враг, дорога жизнь мальчишки - отдай его мне. Докажи, что способен на самопожертвование. Но, если не жаль ребенка, я решу проблемы и без не-го, можешь быть уверен. Так что, счастливо оставаться. Когда вы все сдох-ните с голоду или съедите друг друга в этом каменном склепе, я приду, по-грущу над телом своего самого хитрого врага.
  Скиталец ничего не ответил, только покачал головой. Проговорился Про-рок. Все обстояло так, как он и думал. И Малыш, и меч - не самое важное в этой истории. Главное - это он сам. Стоило ему появиться в стане Пророка - и все. Он засветился. Если чего-то и боялся бывший король, то это только то-го, что в ведомстве его "друга" Тора Висми узнают, что он не погиб. Потому и атаман лез с ножом в их шатер, и отправил его Пророк к черту на кулички, где выжить более чем проблематично. Людей его хотел уничтожить только "с благородной целью" - развязать руки и все же подтолкнуть в безжизнен-ную пустыню. И сейчас он Скитальца не отпустит, а его предложение - всего лишь очередная ловушка. Ну-ну!.. Еще не вечер, мы еще "пабэгаэм"!
  
  
   Глава 13.
  
  - Это правда? - Волчонок смотрел на него широко раскрытыми глазами.
  - Что именно? - удивился Скиталец.
  - То, что ты - Акробат. Тот самый?
  - Тихо, не ори! Подслушивать - нехорошо. Разве мать с отцом не говори-ли?
  - Ответь, прошу, - настаивал юноша.
  - Ну, допустим. И что это меняет?
  - Все! Нам теперь сами духи подземных королевств не страшны! - радост-но зашептал парень. - А уж кочевники и вовсе - тху! Мы обязательно вы-рвемся из этой ловушки. Надо же! Рассказать кому - нипочем не поверят. Я - и ученик того самого Акробата, который убил самого великого короля Лу-эла!
  - На счет короля... Со слухом у тебя как? Ладно, проехали. А вот насчет духов подземных королевств... Заболтался я с тобой. Факела готовы?
  - Ну...почти.
  - Так чего же ты мне тут зубы заговариваешь? Когда я тебе о них сказал?
  - Я тебя подстраховывал, - смутился Волчонок.
  - А я просил? Иди, работай.
  
   * * *
  
  Из ненаписанного дневника Скитальца:
  "Спускаться по веревке с такой высоты было совсем не легко. Особенно, без альпинистских приспособлений. Прямо, как в песне - "надеемся только на крепость рук...". Не хотелось бы сорваться вниз, обдирая в кровь ладони о грубый канат. Особенно, когда неизвестно, сколько осталось до низа, пара-тройка метров или целая сотня. Веревки оставалось не так уж и много, но черное пятно провала не меняло оттенка. Уже пару раз отдыхал, смастерив из веревки подобие петли, но, облегчения это почти не принесло. К счастью, наконец, внизу засерел обломок плиты торчащей из стены. Но это был не конец пути - от нее вниз тянулась спираль ступеней, тоже изрядно попор-ченных временем.
  Передохнув на площадке, снова продолжаю движение, прижимаясь спи-ной к стене и стараясь не смотреть в черную дыру под ногами и не думать о ветхости ступенек. Будет когда-нибудь дно у этого колодца? Где я сейчас? Длина веревки, плюс ступени... уже метров на тридцать- сорок под землей, ниже русла реки, а лестничная спираль все не кончается.
  Но конец приходит всему, даже бесконечному пути в преисподнею. Ка-жется, прибыли. Темно, свет сюда практически не доходит. Нужно зажечь факел. Итак, что мы имеем? Куда я попал?
  Круглый зал со сферическим потолком. Не очень большой, не очень вы-сокий. Но в него выходят восемь арочных проемов. Что за ними? Если бы хоть один из них вел к свободе!
  Нет, надеждам не суждено было сбыться - все восемь проходов были за-валены породой. Не повезло и с водой. Стены, конечно, сырые. С потолка иной раз срывается капля-другая, но тут же прячется между крупной галькой, которой усыпан пол. Можно будет подставить горшки и за сутки что-то да наберется. Еще - протереть тканью мокрые камни и выкрутить в тот же гор-шок. А это что?
  Из щелей между камнями вылезали бесцветные грибы, напоминающие перевернутые груши-дички, такой же величины и на таких же тоненьких сте-бельках-ножках. Если придавить их лезвием ножа, и на стену брызнет струй-ка жидкости. В них полно воды. Интересно, ядовитые или нет? Девчонка должна знать - она много чего знает. Нарежу, пожалуй, немного.
   За час, проведенный в исследованиях местной архитектуры и микологии, воды в горшках почти не прибавилось. Если что-то и наберется - не раньше завтрашнего утра. А значит, придется снова карабкаться по веревке, до изне-можения напрягая мускулы. И так каждый день, пока хватит сил. Веселая перспектива...
  "Уже уходишь?" - голос раздался прямо в голове. От неожиданности ос-тановился. Может быть, лет двадцать назад, услышав подобные голоса, при-нял бы их за признак приближающейся шизофрении. Но с тех пор много во-ды утекло. Что такое телепатия, знаю хорошо. Но это не избавило от неожи-данного нахлынувшего страха. Кто пытается со мной связаться? Какие опас-ности это за собой повлечет?
  - Кто здесь? Духи подземных королевств?- подумал в ответ, пытаясь придать своим мыслям более бодрую интонацию. Получилось не очень убе-дительно, потому что невидимый собеседник, похоже, видел меня насквозь.
  - Да не старайся ты произвести впечатление. Страх - нормальное чувство при встрече с непонятным или опасным. Так что, не стесняйся своего страха.
  - С чего вы взяли, что я боюсь? - попытаюсь им возразить, но сам пони-маю, что невидимые собеседники правы - ужас проникает в душу.
  Знакомое ощущение. Я никогда не был героем, этаким рыцарем без страха и упрека. Я боялся всегда. Перед выходом на ринг, перед высадкой на кара-ванных тропах, при переходе через каверну... Обычно этот страх полностью исчезал, стоило ввязаться в драку и начать действовать. Может быть, из-за этого меня и считали храбрым и даже отважным парнем. Вроде бы даже к медали одноименной представили... Правда, получить не успел, заблудились документы в где-то канцеляриях. Но это ничего не меняет - я обычный чело-век, который ценит свою драгоценную жизнь и боится ее потерять. А кто не боится? Инстинкт самосохранения - он присутствует у всех, от бактерии до человека. Другое дело, что есть другие чувства - совесть, долг, дружба, лю-бовь, самоуважение, наконец... А ради этого можно все перебороть, даже ужас приближающейся смерти. Вот и теперь нужно взять себя в руки. Ради тех, кто ждет меня наверху.
  - Ну, ладно. Считайте, что напугали. Так с кем все-таки имею честь об-щаться?
  - Считай, что угадал, - невидимые собеседники, похоже, пытаются гово-рить со мной на моем языке. Вернее, копируя мой развязно-самоуверенный стиль мысленной беседы. Пытаются расположить к себе? Убедить, что опас-ности не существует? Интересно... - В какой-то степени - да, духи. Духи или души, существенного значения не имеет.
  - И что вы хотите, духи?
  - Ну, скажем, помочь тебе. Устраивает?
  - Более чем. Покажете подземный ход?
  - Увы, выбираться тебе придется самому.
  - Тогда в чем же заключается помощь?
  - Мы хотим помочь тебе выполнить твое задание.
  - Да я, в общем-то, его уже выполнил. Почти. Осталось только уйти от преследователей.
  - Ты в этом уверен?
  - Вы что-то знаете о моем задании?
  - Мы все о тебе знаем. Успели изучить.
  - Даже так?
  - Можешь не сомневаться. Кстати, как к тебе обращаться? Скиталец, Элл, Акробат... Или Алексей Корогод?
  - Понятно. Осведомлены вы хорошо. Пусть будет Скиталец. А с кем я имею дело? Имена у духов есть?
  - Давно нет. Как и тел, и разделения на отдельные личности. Мы - это коллективный разум древнего народа.
  - И где же делись ваши тела? Кочевники уничтожили? - пытаюсь вывести их из состояния душевного равновесия. Это духов-то! Зачем - сам не знаю. Скорее всего, это подсознательное сопротивление. А нужно ли оно?
  - С чего ты взял?
  - Да так, легенды, сказания...
  - Не стоит верить всему подряд.
  - Да? Как скажете, и все же, почему же решили мне помочь?
  - Потому что, мы раньше были людьми. Да, Скиталец, мы одной с тобой расы. Как у вас говорят - все мы люди, все мы человеки. Много тысяч лет назад мы первыми начали колонизировать эту планету. А было это еще до гибели Планеты-Матери. Мы знали, что планета погибнет, и начали гото-вить плацдармы для эвакуации. Но катастрофа оказалась более сильной и не-предсказуемой, чем предполагалось, и наша колония оказалась в изоляции. С тех пор мы медленно вымирали, как обычно происходит с немногочислен-ными замкнутыми группами. Но выход нашли. И теперь можем разговари-вать с тобой, Скиталец.
  - Стали духами? Интересно. И каково оно в загробном царстве?
  - Не стоит упрощать. А тем более, иронизировать. Если желаешь, объяс-ним.
  - Желаю.
  - Кто бы сомневался! Ты парень любопытный, хотя уверенности, что сможешь понять, нет. Но, слушай. Что такое, по-твоему, сознание? Или, если хочешь, душа? С физической точки зрения? Это энергетическое поле, произ-веденное клетками мозга посредством химических реакций. Правильно? Лю-бая твоя мысль, высказывание или поступок обусловлены работой химиче-ских лабораторий в твоей голове. А как ты думаешь, разве энергию можно черпать только из химических реакций? Разве излучение Светила - не энер-гия? А космические лучи? Атмосферное электричество? Магнитное поле са-мой планеты?
  - Но, как же...
  - Да, энергия - это и есть жизнь. Без энергии жизни не будет, как не будет вообще ничего. Для связи с базой мы построили информационную сеть, ко-торую впоследствии использовали, как среду своего обитания. Мы - порож-дение информационных технологий. Трудно понять? А вспомни, сетевых призраков.
  - Да, помню. Были случаи... Человек общался в сети со знакомыми, спо-рил, обращался с просьбами, обменивался мнениями... А потом оказывалось, что собеседник-то умер несколько лет назад. Действительно, я сам общался с таким в сети. Как ни странно, никогда не возникало сомнение в том, что со мной разговаривает реальный живой человек.
  - Никакой метафизики, Скиталец. Просто частотная матрица нашего мозга накладывается на общую энергетическую сетку информационной сети и мо-дулирует ее. Пока поддерживается энергия этой самой сети, живы и наши энергетические матрицы. А об энергии мы только что говорили. Конечно, после того, как реактор выработал весь свой ресурс, наши возможности за-метно сузились, но, и того, что может дать нам планета, хватит на тысячеле-тия. Да что мы тебе объясняем! Ты же сам сколько раз путешествовал по канве - механизм родственный.
  - Понятно, - говорю. Вернее, думаю. Что в данном случае одно и то же. - И как вам такая жизнь?
  - Другой нет. Но и в этой есть своя прелесть. Свои радости и разочарова-ния, свои победы и поражения, свое познание, свое творчество. Хотелось бы тебе, скажем, разрисовать небо красками северного сияния? Или испытать восторг, спустившись с небес атмосферным электрическим разрядом? Или водить хоровод шаровых молний?
  - Так это были вы... - не то спрашиваю, не то констатирую факт. - Непло-хо пляшете. А попутно и в мое нутро заглянули?
  - Мы же должны были знать, с кем имеем дело, - прозвучало в ответ.
  - И как результат?
  - Положительный. Мы готовы помочь тебе выполнить твое задание.
  - Я же говорил, единственная помощь, в которой я нуждаюсь - это убрать-ся подальше от кочевников. Все остальное уже сделано.
  - Что сделано?
  - Последний из рода Длиннорогов находится здесь, в башне. И Звездный Меч тоже у меня.
  - О ребенке твой оппонент тебе, вроде бы, разъяснил. А Звездный Меч... Думаешь, обломок лонжерона от спасательной шлюпки инопланетного ко-рабля - это то, что ты ищешь?
  - Вы знаете больше?
  - Конечно.
  - Так расскажите.
  - Тогда садись и слушай. Отдыхай - тебе еще карабкаться метров двадцать вверх по веревке. А вверх - это не вниз скользить.
  - Да, неужели? Вам ли судить! Я не дух - массой обладаю. Нельзя было вверху провести переговоры?
  - Можно. Но не хотелось смущать твоих спутников. Как бы они удивились и испугались, увидев тебя, застывшего, будто истукан, со странным выраже-нием на лице! Лучше уж побеседовать без свидетелей. Но, не будем тратить время на необязательные разговоры. Итак, бродячий сказитель в своей бал-ладе изложил все более или менее верно. Около тысячи лет назад над южным полюсом Нолы потерпел крушение инопланетный космический корабль. Вернее, катастрофа произошла в космосе вблизи планеты. Нолу астронавты выбрали в качестве объекта эвакуации. На скалы южного побережья упала и погибла одна из спасательных шлюпок, которую, спустя много столетий на-шел смелый Таока. Еще три спасательных шлюпки более удачно приземли-лись на Западном Континенте. Их пилоты выжили и стали родоначальниками того племени, которое вызывает такое беспокойство у местных народов. Да и у твоего начальства тоже. Откуда они прилетели, не знаем даже мы. Проник-новение в их сознание ничего не дало - настолько оно отлично от сознания человека. Но, мы теперь знаем, что они не воспользовались струнами, кавер-нами и прочими пространственно-временными аномалиями, а прилетели на корабле, использующие совершенно другой принцип движения.
  - Откуда это следует? - сразу как-то вспомнился профессор Саут.
  - Дело в том, что в ущелье, сплошь заполненное льдом - ледник который сейчас аборигены называют Гарстиг или Ледяной дракон - упало еще кое-что. А именно - двигатель космического корабля. То, что двигатель упал именно на ледник, возможно, спасло всю планету. Не исключено, что его специально приземлил в нужном месте экипаж погибшей шлюпки. Двигатель был разогрет до огромной температуры и продолжал разогреваться. Если бы ледяной массив не отобрал на себя часть теплоты, то от планеты, скорее все-го, осталась бы только опаленная скала. Глетчер испарился почти полно-стью. Огромные селевые потоки уничтожили несколько поселений охотни-ков за морским зверем. Люди в тех местах не селились до самого последнего времени. Да что там селевые потоки! Волна землетрясений и извержений вулканов прокатилась по всей планете.
  - Не проще было этот двигатель в океане утопить?
  - Мы думали над этим вопросом. Возможно, его еще надеялись использо-вать. А Южный океан очень глубокий. А ледник - это все-таки суша. Но, ви-димо, этим планам не суждено было сбыться. Потомки неизвестных астро-навтов с тех пор деградировали почти до первобытного состояния. Им двига-тель не восстановить. Но нам удалось исследовать этот механизм. Мы разо-брались в принципе его действия, полностью восстановили конструкцию, и поняли, что такой технологии люди еще не знали. По крайней мере, на то время, когда наша колония потеряла связь с базой. А если учесть, что новые человеческие миры должны были немного замедлиться в своем развитии, и даже несколько регрессировать, думаем, эта технология неизвестна им и сей-час.
  - Интересно, - говорю. - Пророк намекнул, что мне нужно отправиться за Звездным Мечом на южное побережье континента. То есть, в те самые края, о которых говорите вы. Значит ли это, что он знал о крушении корабля?
  - Наверняка. В бытность свою королем Страны, Окруженной Горами, он собрал в своем дворце немалую библиотеку. Наверняка, там были и свиде-тельства очевидцев катастрофы. Теперь это уже не узнать - при пожаре дворца библиотека сгорела полностью. Но не будем отступать от темы. Если подсчитать скорость движения ледника, учесть точку падения двигателя, сделать поправку на время, затраченное на восстановление глетчера - мы ведь говорили, при катастрофе он практически перестал существовать, испа-рился... Да, думаем, можно было бы уже ожидать, что остатки конструкции будут выброшены на побережье в ближайшее время.
  - Его можно использовать в качестве оружия?
  - Не думали об этом. Но... Принцип действия двигателя таков: он разре-жает пространственно-временной континуум в одной точке и уплотняет в другой. За счет этого происходит перемещение и в пространстве, и во време-ни. Это для тебя сложно?
  - Разберусь.
  - Ну-ну! Ладно, представь, что пространство исчезло там, где стоят войска неприятеля. При этом даже подумать страшно, что произойдет со всей плане-той. Судя по мощности установки... Лучше, чтобы в ненадежные руки этот агрегат не попал.
  - А Пророк надеялся, что я его найду? Понятно. Действительно, задание не выполнено. Думаю, он не оставит попыток заполучить двигатель. А это угроза не только планете, как я понимаю?
  - На этот счет не переживай. Восстановить двигатель не удастся. Его и достать не получится. При падении он расплавил не только ледник, но и ба-зальтовое основание русла. Он сейчас находится в той же точке, где призем-лился тысячу лет назад, но на глубине более восьмисот метров под дном ле-дяной реки. Но даже если его и достать, то на всей Ноле по крупицам соби-рать и не собрать материалы, необходимые для ремонта. Мы уже не говорим о технологии их обработки.
  - Стоп, стоп! Не вы ли только что говорили, что восстановили конструк-цию? А теперь вдруг заявляете, что он находится вплавленным в толще гор-ных пород?
  - Мы восстановили конструкцию виртуально. Повторили все расчеты, выполнили все чертежи механизма.
  - Интересно! Я так понял, что к нему нельзя было добраться, пока он не остыл. А остыл - вмерз в камень.
  - Тебе это трудно понять. Температура и радиоактивное излучение для нас - все равно, что пища для тебя. Думаю, упади ты в бассейн с молоком, уто-нул бы вряд ли. Зато выбрался бы вполне сытым. Да и горные породы для нас не преграда. Так что, не волнуйся - вся документация - в твоем распоря-жении.
  - Допустим. Но не ясны ваши мотивы. Почему решили передать сведения именно мне? И вообще, зачем это вам?
  - Какой ты недоверчивый! Уже было сказано, что мы - представители че-ловеческой расы. А существа, заселившие Западный континент - не люди. Они чужды нам даже на уровне биологии, не только сознания. Даже дегради-ровав до первобытного состояния, они смогли уничтожить людей на всем материке. А если произойдет контакт между их цивилизацией и человече-ской? Будет ли этот контакт дружеским? Не ждет ли другие людские колонии участь поселений на зеленом континенте? Нам не безразлична судьба наших потомков. Врага нужно знать. Думаем, на основании этой конструкции, ва-шим ученым удастся спрогнозировать концепцию развития технической ци-вилизации пришельцев. А в дальнейшем и противостоять возможной агрес-сии с их стороны.
  Теперь о тебе. У нас нет выбора. За последние столетия ты единственный представитель властей Метрополии - самой высокоразвитой цивилизации среди всех человеческих цивилизаций - который появился в наших краях. Мы ведь говорили, что после остановки реактора наши возможности не-сколько ограничены. Эта башня - концентратор, антенна, улавливающая энергию. Здесь мы существуем. А дальше - все значительно труднее. Конеч-но, есть еще Пророк. Но он находится в оппозиции властям. Ну, и его цели нам чужды. К кому же мы должны были обратиться? И еще. Может быть, для тебя это прозвучит и обидно, но ты не сможешь использовать в своих целях ни одну из идей, заложенных в принцип действия механизма. Просто не хва-тит образования. И передать своим соплеменникам с планеты Земля тоже не сможешь. А как курьер, ты нас вполне устраиваешь. Как видишь, мы с тобой полностью откровенны.
  - Спасибо, благодетели вы мои... Ладно, потерплю ваши издевки.
  - Потерпи. Потому что, есть и еще одна причина. И она самая главная. Мы рассчитываем на дальнейшее сотрудничество с Метрополией. Она нам наиболее импонирует с точки зрения морали и целей. Мы же - древняя циви-лизация, объем наших знаний громаден. Мы можем быть полезны друг дру-гу.
   - Ясно. Растолковали мне, сирому... Впрочем, подобные переговоры я вести не уполномочен. Курьер, так курьер. Ну, допустим, я получу от вас до-кументацию...
  - Уже.
  - Что?
  - Ты уже ее получил, Скиталец. Она надежно впечатана в твое сознание. Ученые Метрополии выудят ее у тебя - они это сумеют.
  - Что же, благодарствую! Как говорится, без меня, меня женили.
  - Не обижайся. На карту поставлена судьба цивилизации. Если не сейчас, то в будущем.
  - Ладно, что уже сделаешь. Но не думаете ли вы, что вся ваша игра пойдет насмарку, если вы не поможете мне убраться отсюда?
  - Увы, мы тебе не можем помочь. Все коммуникации давно уничтожены, проходы засыпаны. Частично из-за природных катаклизмов - землетрясе-ний, наводнений, частично, местные жители постарались. Мы никогда с ни-ми не воевали по той простой причине, что перестали быть людьми задолго до их появления на планете. Но наше материальное наследие так пугало но-вых обитателей планеты, что они уничтожили или испортили все, до чего смогли добраться . На сегодняшний день у нас только и осталось, что этот накопитель - башня. Да и ту кочевники уже ковыряют тяжелым бревном. Надо бы их пугнуть инфразвуком, да вас жалко, не выдержите. Даже каверну для тебя мы раскрыть не сможем, сам знаешь почему. Короче, решай свои проблемы, Скиталец. Есть у нас, почему-то уверенность, что все у тебя полу-чится. Только поспеши, Пророк вскоре получит подкрепление от некоторых местных князьков. Всадники уже в пути. Ну, прощай.
  "Как они во всем все уверены, - подумал я, подтягиваясь на веревке. - Ду-хи, Волчонок. Мне бы их уверенность! Но, в данный момент я нуждаюсь не-сколько в другом - в хитрости и удаче".
  
  
   Глава 14.
  
  - Слава великим Богам! - Волчонок вознес руки к небесам, и кинулся об-нимать Скитальца. - Мы уже думали, что не увидим тебя больше, что духи подземных королевств тебя пленили или даже извели. Что ты там так долго делал? Ушел еще утром, а уже вечер.
  Принцесса тоже бросилась на колени перед Скитальцем и принялась це-ловать его руку, бормоча молитвы и вытирая слезы о его ладонь. Этого рабо-лепия Скиталец вытерпеть уже не мог. Он вообще никогда не был особенно сентиментален, что бы не говорил Пророк, а сейчас и вовсе, не время, и не место. Тем более, что Волчонок уже не прыгает от радости, что учитель, на-конец, вернулся, а смотрит хмуро, будто его оскорбили. Эх, женщина на ко-рабле!..
  - Ну, все, успокоились! - сказал он, поднимая еще одного ликующего по-клонника на руки. - Эй, прекрати дергать меня за бороду! А то не посмотрю, что ты хан! А вы собирайтесь. Уходим сегодня ночью. Или не уходим нико-гда. Похоже, выбора уже нет. Волк, берем самое необходимое - оружие и еду. Принцесса, соберешь Малыша и все, что ему понадобится - одежонку потеплее, что там еще нужно... Придется нести тебе. Так что, не набирай. Все. По местам!
  Друзья кинулись выполнять приказания. Сам же Скиталец подошел к па-рапету башни и осмотрел окрестности. С одной стороны башни возле кост-ров сидят человек тридцать воинов. Плюс Пророк и хан Черный Полоз с личной охраной. Тоже человек десять. С другой стороны - за рекой - тоже костер. Там почти столько же кочевников. Если точнее, то... раз, два... два-дцать два. Еще двое постоянно патрулируют по краю обрыва, смотрят на башню, не отрывая глаз. Если уж прорываться, то лучше через речку. Врагов меньше. Но к ним подобраться гораздо труднее. Как действовать? Скрытно спуститься самому, когда в стане все улягутся спать и снять дозор, по воз-можности тихо. Потом вместе с Волчонком придется схлестнуться с осталь-ной группой, если проснутся. Ничего другого пока на ум не приходит.
  - Скиталец, шатер берем? - Волчонок нарушил его раздумья.
  - Оставь. Не дотащим. Нам сражаться придется, а не о ночлеге думать. Ес-ли повезет прорваться, как-то перебьемся.
  - А эти отцовы удобрения? На кой мы их таскаем всюду?
  - Берем. Сам понесу.
  - Господин, у тебя нет мешка? Сложить одежку Малыша... - это уже Принцесса вмешалась в мыслительный процесс.
  - Возьми, тот, что я брал вниз. Стой, подожди. Там я грибов набрал. В них полно жидкости. Их есть можно?
  - Ой! - девушка снова схватилась руками за щеки и сделала "испуганные глаза" - Господин! Это плохие грибы. Если ты съешь только один самый ма-ленький грибок, то начнешь прыгать, как дурачок, горланить песни, танце-вать. Потом станешь злым, начнешь бить Волка, меня и даже Малыша. А по-том, когда нас убьешь, упадешь, где стоишь, и заснешь. Но редко после этих грибов просыпаются. Не ешь их, господин. Плохие люди перед боем бросают ма-а-аленький кусочек гриба в брагу, и потом в бою не чувствуют ни боли, ни страха. Но ты, ведь, и так смелый. Зачем тебе эти грибы? Брось их назад в колодец.
  - Да, не тарахти ты! Принеси чашку.
  Скиталец выложил грибы в глубокую пиалу и стал размалывать их пло-ским камнем.
  - Волк, тащи-ка наше вино. Сколько там его осталось?
  - Неполный бурдюк. Около ведра.
  " Так, план вроде бы начинает вырисовываться. Теперь нужно дождаться ночи".
  
   * * *
  
  
  - Смотри, Хоско, что это? - Ривеси указал пальцем на башню. Там по сте-не, как паук на паутине, спускалась на веревке темная фигура.
  - Великий Кумуту! Они пытаются удрать! Бежим.
  Стражники выкарабкались на берег русла и подняли свои луки.
  - Стрелять неудобно, отойти бы подальше, - покачал головой грузный толстяк Хоско. - А дальше не отойдешь - в реку свалимся.
  - Ну и ладно, - оскалился безбородый Ривеси. - Я и отсюда не промахнусь.
  Он действительно не промахнулся. После того, как оба воина выпустили по нескольку стрел, со стены раздался сдавленный крик. Даже в темноте бы-ло видно, что человек уже не ползет по стене, а раскачивается на веревке, будто висельник на ветру. Рядом о камни что-то звякнуло. Ривеси бросился под стену и тут же издал восторженный крик - в руке у него был меч. На-стоящий стальной рыцарский меч! Такие имеют только очень знатные ханы. Да и то, если они или их предки совершили удачный набег на побережье. Ри-веси тоже бросился к подножию. И вовремя - ему чуть ли не на голову сва-лилось два мешка.
  - Ривеси! Здесь вино! - вскричал толстяк. - А тут кусок солонины!
  - Вино? Дай мне попробовать, - тот бросился к товарищу.
  - Еще чего! Мой трофей. Могу на меч с тобой поменяться.
  - На меч?! Ты видно меня дураком считаешь? Я его хану Клык Вепря продам. Или кому другому. За него можно столько пастбищ и скотины полу-чить!
  - И вино тоже трофей ценный.
  - Ну, дай хоть глоток! Я его в жизни еще не нюхал! - Ривеси вцепился в бороду Хоско, но ту же отлетел к самой стене башни - кулак у товарища был увесистый.
  - Ах, ты толстый вонючий верблюд! - Ривеси схватил свой трофей и стал подбираться к Хоско. Тот, не торопясь, достал из-за пояса боевой молот и, прикрывшись щитом, ожидал приближения противника.
  - Эй! - раздался крик с другого берега русла. - Что это вы там нашли? А ну, тащите сюда!
  - Это наши трофеи! - рявкнул безбородый. - Я застрелил врага нашего ха-на - четыре стрелы выпустил, и все в него!
  - Да? И где же он?
  Стражники подняли глаза вверх. На стене никого не было.
  - Эх вы! Убили они! Хватит врать!
  - Мы не врем. Я тоже в него целых пять стрел вогнал! Его, наверное, назад в башню затащили. Уже мертвого. Так что, вино мое! - поддакнул толстяк.
  - Что? Вино? - уже не один голос, а целый хор огласил округу. И друзьям стало ясно, что с тучные стада на их пастбищах так и останутся мечтами.
  
  
   * * *
  
  - Что там? - спросил Скиталец, извлекая последнюю стрелу и зажимая пальцами обильно кровоточащую рану. Сукины дети! Стреляют неплохо. Четыре стрелы вогнали. И это в почти полной темноте! Одна, к счастью, за-стряла в тулупе, который пришлось одеть в качестве доспехов, но три кровь все-таки пустили. Ногам досталось изрядно. Хоть и обмотал их всем, что на-шлось - мешками, одеялом - в икру и, стыдно сказать еще куда, стрелы все же угодили. Теперь скакать в седле какое-то время будет больно. Третья стрела даже тулуп прошила и вошла под кожу на спине, упершись в ребро. Тоже не смертельно. Жаль, медикаменты закончились. Придется заживлять раны наложением рук. Кровь остановится быстро, но боль еще долго будет терзать израненное тело.
  - Поют, пляшут вокруг костров, - крикнула Принцесса, стоя у парапета.
  - Тише, девочка, кричать не надо. Волк, что у тебя?
  - Все готово. Зря ты меч им бросил. Вдруг схлестнуться придется...
  - Для натурализма. С такой дорогой вещью просто так не расстаются. А стало быть, и остальные трофеи сомнений не вызовут. Правильно? Учись, студент. Военная хитрость - вещь для солдата необходимая.
  - Господин, - зашептала Принцесса. - Они дерутся. Хотят отобрать друг у друга твой меч. Двоих, кажется, уже убили.
  - Все. Приготовиться! - Скиталец взвесил в руке Звездный Меч и засунул назад в ножны. - Первым спускаюсь я. Потом ты, Волк, поможешь Принцес-се с Малышом. Сам спустишься последним. А вас, ваше ханское величество, просим в мешок. И не орать, а не то, по одному месту схлопочете.
  - Чуть не забыл! - Скиталец достал свой беззвучный серебряный свисток и, что есть силы, дунул в него. - Ну, Серый, дружище, не подведи!
  
  
   * * *
  
  Серый, как всегда, не подвел.
  Время сейчас играет решающую роль. Им легко удалось прорваться через охранение на берегу реки - сопротивления не было, все валялись спящие или мертвые.
  - Эх, ребята, предупреждал вас Минздрав, предупреждал, что пить вред-но... Что же, пеняйте на себя. Волк, что ты там делаешь, давай к лошадям скорее!
  Но Волчонок, несмотря на окрик Скитальца, разыскал его меч. Все про-шло уж больно гладко. Это-то и настораживало. Где гарантия, что караул не проверят в ближайшее время? Тогда погоня неизбежна. А мохнатые лошадки кочевников, захваченные в стане, выносливые, но явно не скакуны. Тут-то из темноты и появился маленький табун, возглавляемый Серым.
  
   * * *
  
   Скиталец осматривал в подзорную трубу недавно покинутую равнину. Башня еле видна на горизонте. Чуть ближе - туча пыли. Вот она, погоня. Что-то уж больно много всадников. Конечно, у каждого кочевника имеется еще и вторая лошадь, но все равно, много. Правы были духи - это подкреп-ление. Серьезно за них взялись! Благодаря сумасшедшей ночной скачке уда-лось оторваться, но это еще не спасение. Их кони еле ноги переставляют, а скакать еще много дней. Догонят, черти, как пить дать, догонят.
  - Волк, давай родимый. Здесь останавливаться нельзя. Нужно к водопаду идти и там заночевать. Знаю, что уже от усталости с ног валитесь, и вы и ло-шади, но нужно через "не могу". Если, конечно, жить хотим. Ночью нам ущелье не пройти. А люди Пророка будут здесь через несколько часов.
  Волчонок спешился и повел своего гнедого на поводе - скакуны к горным тропам привычны не были. Всегда оставался риск, что взбрыкнут. Скиталец тоже пошел пешком, ведя за повод лошадь, на которой ехала Принцесса с Малышом. Только Серый в поводыре не нуждался и самостоятельно плелся позади каравана.
  Трудная дорога. Мало того, что узкая - два всадника с трудом разъедутся - так еще и завалена камнями. Время от времени приходилось оставлять ло-шадей и скатывать в пропасть увесистые валуны. Особенно труден был по-следний участок непосредственно у водопада. Здесь пришлось тащить на ру-ках всю поклажу. Принцесса, измученная многочасовой скачкой тоже не могла двигаться и бессильно привалилась скале. Волк хотел было предло-жить свои услуги, но и сам был настолько измучен, что пришлось довольст-воваться Малышом. Толи спящую, толи потерявшую сознание девушку взгромоздил на спину сам Скиталец. Не желательно бы это делать, тем более, что Принцесса уж очень нежно обняла за шею и прижалась щекой к его бо-роде (все же, сознания, скорее всего не теряла). Но Волчонок так устал, что не обратил на это внимания. А может, сделала вид...
  - Нет, Волк, дружище, я тебя очень прошу, не нужно засыпать, - Скиталец потряс парня за плечо. - Еще шагов двести вверх.
  - Великие Боги! Скиталец, ты же сказал, что у водопада заночуем...
  - Подними голову, парень. Эта скала еле держится. Помнишь, когда мы только спускались в долину, я залезал на нее? Она не сегодня, так завтра об-валится. И я хочу, чтобы вы в это время были отсюда подальше. Подъем, до-рогой, бери мальца и потрудись еще совсем-совсем немного.
  Наконец, муки этого долгого дня закончились. Завернувшись в одно одея-ло, спят его товарищи. Лошади накормлены, напоены и тоже замерли под скалой, впав в свою конскую дремоту. Только Скитальцу пока не до сна. Дел еще немало. Нужно смешать все компоненты адской смеси товарища Шварца - азотное удобрение, серу, перемолотый древесный уголь. Хорошо, что Вол-чонок спит - черт его знает, как бы рассудили люди в сером факт передачи местным жителям секрета пороха. Отдыхайте, ребята, пока есть возмож-ность. Завтра разбужу ни свет, ни заря. Да и самому поспать бы не мешало, но нужно до конца продумать, прочувствовать комбинацию.
  Меч... Кусок железа. Не простого железа, да и не железа вовсе. Но кто здесь смыслит в химсоставе сплавов? Так что, прав Пророк, сделать подделку - раз плюнуть. И он ее сделает, можно не сомневаться. Как помешать?
  Малыш... Что с ним делать? Его будут искать по всему миру. Хотя, так ли он будет нужен? Да нет, теперь, пожалуй, нужен. Засветился парень рядом со Скитальцем. Очень многие воины видели последнего из рода Длиннорога в компании людей, за которыми так охотились влиятельные ханы и сам Ве-ликий Пророк. Теперь, пойди, убеди людей гор, что хан Мати - это именно тот сирота, которого нынче обхаживает Пророк, а не тот, который ушел от погони через Ущелье Лиса много лет назад. Потребуются доказательства? Наверное. И Пророк постарается их предоставить. Удастся ему это? Не хоте-лось бы...
  Что там пел лохматый бард? Надо бы снова припомнить пророчество - именно в нем может скрываться решение. Уж больно верят в него горцы.
  Нет, утро вечера мудренее, тем более, что он не спал уже больше суток. Додумывать придется после пробуждения.
  
  
   * * *
  
  - Вставайте, господа. Вас ждут великие дела! - сказал Скиталец.
  Волчонок уже привык к странностям своего товарища, тем более, что фо-кус с отжиманием, стоя на руках - не такой уж и сложный. У него и самого это уже неплохо получается. Выдрессировал Скиталец - учись, мол, и силы в руках прибавится, и координация, опять-таки.
  Парень потянулся и тоже стал разминаться после неудобной ночевки на голых камнях.
  - Эй, Принцесса, вставай.
  Девушка удивленно протерла глаза - гимнастические упражнения друзей казались ей странными до сих пор. А скиталец говорил, не переставая опус-каться и подниматься, задрав ноги кверху.
  - Там у нас немного хвороста - распали костер и нагрей бульона Малышу. Накормишь его и собирайся. Чтобы через час вас здесь не было.
  Теперь они с Волчонком взгромоздили себе на плечи тяжеленные валуны и то садились на корточки, то вставали.
  - Я боюсь одна ехать. Дорога страшная, всюду камни. Сверху падают, проехать мешают. Как я буду тропинку расчищать, если будут завалы, как вчера? Я без вас никуда не поеду.
  - А людей Полоза не боишься? Эти не пощадят. Здесь оставаться - верная смерть и тебе и Малышу. Смелее, девочка, ты уж постарайся. До выхода из ущелья не так уж много. И дорога теперь будет немного лучше. Лошадка твоя - умная, вывезет. Вдруг повезет. А мы тебя наверху догоним.
  Спорить со Скитальцем - бесполезно. Это она давно поняла. Эх, зачем только отец продал ее этому человеку! Теперь она его раба до конца своих дней. Но, даже если бы и не продал? Все равно, от этого рабства ей уже ни-куда не деться. С того самого момента, как он появился в их шатре - уже то-гда она это поняла. И вот теперь он ее прогоняет. Наверное, она его больше не увидит. Только что это меняет? Даже если его не будет рядом, он все рав-но останется ее хозяином, господином и самим Богом! Наверное, это и есть та любовь, о которой пел сказитель. Споет ли он когда-нибудь о судьбе бед-ной Гаумлие и ее любви к великому благородному рыцарю по имени Скита-лец?..
  Девушка умылась возле ручья и принялась возиться с костром.
  - Я ей помогу? - Волчонок с надеждой в глазах обратился к Скитальцу.
  - Нет, парень, тебе будет другое задание. Будешь держать оборону, чтобы кочевники не прорвались наверх. На верхнем плато они нас непременно до-гонят. Так что, нужно их задержать. Как будешь действовать?
  - Тропу завалю камнями. Там, в самом узком месте.
  - Правильно. Но они начнут разбирать завал.
  - А я в них - из лука!
  - Тоже верно. Но если сделать завал чуть ближе, то стрелять можно из-за этой скалы. Тогда сам ты будешь прикрыт от их лучников. А стрелять в тебя с тропы они не смогут - неудобно. Понял? Учись, пока я живой. И присту-пай.
  - А ты?
  - У меня другие дела. Я, пожалуй, вверх слазаю. Гляну что, да как. А ты тоже наверх поглядывай. Как только меня увидишь, сразу же сматывайся от-сюда на всем скаку. Если увидишь, что врагов не удержать, тоже зря не рис-куй. На Серого - и дёру, как можно быстрее.
  - На Серого? Он меня к себе и близко не подпустит.
  - Подпустит. Иди сюда, - Скиталец подошел к своему коню, погладил его, поднес горсть соли ко рту. Потом взял ладонь Волчонка в свою и положил на лоб животного. - Все. Теперь это твой конь. Будешь у нас Волком-на-Сером, ха-ха! Шучу, не обижайся.
  - Волк-на-Сером... Ты шутник. Кстати, все хотел спросить...
  - Как я его выдрессировал? Чересчур долгая история. А у нас со временем не очень...
  - Ну, скажи хоть, почему такое имя? Он ведь вороной.
  - Считай и это шуткой. Была у меня когда-то коняга... Старая, но верная. Впрочем, тебе-то какая разница. Верь ему, заботься, и он тебя не подведет. Но мы заболтались. Пора.
  - Это похоже на прощание, - сказал юноша.
  - Не дождетесь! - улыбнулся скиталец. - Свисток возьми, на всякий слу-чай. Все. По местам.
  
  
   * * *
  
  Из ненаписанного дневника Скитальца:
  "Наверху дул сильный ветер. Такой сильный, что с ног сбивал. Даже страшно ступать на край ущелья - сдует вниз, и пишите письма! Подползаю на четвереньках к обрыву и заглядываю в пропасть. Бесполезно. Тучи клу-бятся вокруг меня, не давая ничего разглядеть на дне ущелья. Даже прокля-тый ветер против них бессилен. Клубятся вокруг, будто материализовавшие-ся призраки, забивают легкие противной вязкой влагой, застилают глаза мрачной пеленой. Как узнать, что там внизу, если не видно кончиков собст-венных пальцев? Держится ли Волчонок, не пора ли действовать мне само-му? У меня все готово. Мешок с порохом забит в трещину в скале, факел подожжен и только того и ждет, чтобы и самому отправиться вслед за меш-ком.
  Нужно бы встать в полный рост и махать руками. Но, что толку?! Меня никто не видит - ни товарищ, ни враги. А надо бы! Весь план строился толь-ко на этом.
   Эх, рассеялись бы тучи и выглянуло Светило! Ну, хоть на минутку! Можно было бы солнечный зайчик пустить. Звездный Меч позволит - бле-стит, как зеркало, хоть глядись в него. Эй! Духи подземных королевств! Или, как вас там? Хоть в чем-то мне поможете или нет? Или лучше местным богам помолиться?
  Но небо, укрытое темными свинцовыми тучами меня не слышало. Равно-душно взирало на человечка, стоящего на скале. Швыряло в лицо комья ту-мана вперемежку с мелкой острой, как бритва снежной крупой. Человечек, ты такой маленький! Куда тебе, мелкому, отвлечь бесконечный свинцовый простор от его извечного распорядка. А ты еще считал себя покорителем космических расстояний, скитальцем среди миров... А на деле - крошечный мурашка, копошащийся где-то внизу. Ты бессилен против этого огромного неприветливого каменного мира.
  Но вдруг, как по мановению волшебной палочки, ветер стих, облака рас-ступились, и яркое солнце осветило гребни скал, заглянуло вглубь ущелья.
  И на том спасибо, друзья!"
  
  
  
  
   * * *
  
  
   " Проиграл, проиграл, - думал Пророк. - Ну, хитрая лиса, этот Акробат, ну, бестия! Уже почти в руках был, и на - тебе! Ушел. Споил, вернее, умуд-рился отравить весь караул, и ушел. Хорошо еще, что я заставил-таки этого дурака - Полоза - почаще посты проверять. Иначе его лодыри до полудня дрыхли бы, а беглецы уже дома отдыхали. Может быть, еще не все потеря-но? Может, удастся нагнать на верхнем плато. Если не получится, страшно подумать, что будет. Снова Тор начнет подсылать убийц, похитителей. В по-кое не оставит. О планах и вовсе говорить не приходится. Их придется пере-сматривать кардинально. Уходить в глубокое подполье, вернее, в дальние глухие селения. Может быть, снова инсценировать свою смерть. А это серь-езно осложнит выполнение замысла. Проблемы, проблемы..."
  Узкая тропа вдоль обрыва привела к небольшой расщелине. Здесь с высо-кого уступа срывался в круглое блюдечко-озерцо небольшой ручей. Всадни-ки тут же начали спешиваться и вести своих лошадей на водопой. Напоив скотину, они и сами устроились на привал, достав из мешков еду и брагу.
  - Полоз! - рявкнул Пророк. - Может им еще и колыбельную спеть?! Под-нимай их - и вперед! Или хочешь без своего меча остаться?
  Хана самого уже немало утомила долгая скачка и подъем по ущелью. Он удобно расположился на попоне близ озерца и уже успел приложиться к гли-няной баклаге. Приказ Пророка ему очень не понравился, но в открытую вы-сказывать недовольства не посмел - еще, чего доброго, нашлет проклятье - и конец! Нет на этом свете хана Черного Полоза. Он подозвал своего визиря, и прошамкал забитым ртом приказание воинам. Стража кинулась пинать нога-ми и стегать плетьми отдыхающих воинов. Получалось плохо. Те, вроде бы и поднимались, шли к лошадям, но, как только нукеры переходили к другой группе, снова усаживались на землю и принимались за прерванную трапезу. Только через полчаса удалось, наконец, растормошить усталых всадников и принудить их снова двинуться вверх по узкому карнизу.
  Пророк смотрел на унылую процессию и качал головой. Такими темпами эти лентяи достигнут верхнего плато, хорошо, если к завтрашнему вечеру. А тут еще и заминка произошла - колонна почему-то остановилась. В самом ее авангарде Пророк разглядел какую-то возню, кто-то сорвался в пропасть.
  - Что там такое? - спросил он у Полоза.
  Тот ответить ничего не смог, так как в этот момент сладко посапывал на своей попоне. Но после более громкого окрика нехотя поднялся, потянулся и снова подозвал визиря.
  - Тропа вверху завалена камнями, о, Богам Подобный, - с поклонами отра-портовал тот.
  - Так чего ждете! - не выдержав, встрял в разговор вельмож Пророк. - Пусть спешиваются и разбирают завал. У самих, что ли ума не хватает?
  - О, Великий, - испросив разрешения у хана, ответил визирь. - Из-за ска-лы стреляют лучники. К тому же, всадникам очень трудно спешиться - кар-низ узок. Две лошади, одна с всадником уже упали вниз и разбились.
  - Так отведите лошадей, и разбирайте завал, прикрывшись щитами! Ну что я вас учить должен?
  - О, Великий, - снова стал отбивать поклоны визирь. - Лошадей очень трудно отвести. Они плохо двигаются хвостом вперед. А развернуть их не получается - узко.
  - Так сбросьте их в пропасть, к духам подземных королевств! - Пророк заорал так, что даже хан почесал свое ухо. - Приказываю! Бегом!
  Визирь отбил еще несколько поклонов, но потрусил отдавать распоряже-ния, только дождавшись утвердительного жеста своего сюзерена. При этом на лице его отразилась довольно кислая гримаса - заставить кочевника доб-ровольно сбросить в пропасть свое главное имущество - лошадь - это нужно еще очень постараться!
  Но все же дело начало сдвигаться с мертвой точки. Кое-как всадники на-чали спускаться с карниза. Нижним удалось развернуть лошадок, те, кто по-выше спешились и аккуратно погоняли свою скотину задним ходом к более широкому участку тропы. Спуск осложнялся тем, что на карнизе было гораз-до больше лошадей, чем всадников. Наступления явно затягивалось.
  Вдруг мрачное до сих пор небо неожиданно прояснилось и ущелье осве-тилось яркими лучами Светила. Это, казалось бы, счастливое предзаменова-ние совсем не улучшило настроение Пророка. Скорее, наоборот. Он заме-тил, что воины задрали головы вверх и заворожено уставились в небо. Про-рок и сам поднял голову. То, что он увидел, сразу испортило настроение и даже вызвало прилив... Нет, не страха - грусти. Грусти от предчувствия полного краха, разочарования во всем, ради чего он жил последние годы.
  На гребне скалы стоял его противник и размахивал Звездным Мечом. Блики от него прыгали по всему ущелью, наслав на воинов какое-то оцепе-нение.
  - Звездный Меч, Звездный Меч! - послышался ропот среди кочевников.
  Человек на верху скалы еще какое-то время размахивал мечом, а потом, когда не было уже ни одного воина, который не смотрел бы вверх, размах-нулся и швырнул свое оружие со скалы. Меч, выделывая в воздухе замысло-ватые пируэты медленно, как показалось Пророку, опускался в ущелье и, на-конец, погрузился в озерцо, войдя в каменистое дно, будто в кусок масла. Над поверхностью воды осталась торчать только рукоятка из рога хоско.
  - Звездный меч упал с небес! Звездный меч упал с небес! - зашумела тол-па. - Ужасное знамение! Мы погибли! Спасаемся! Бежим!
  - Что?! Куда?! Мерзавцы! - заорал хан Черный Полоз. - Кто мне меч дос-танет?
   Но его никто не слушал. Даже личная стража бросилась к выходу из рас-щелины, стараясь первыми втиснуться на узкую тропу. Хан Полоз схватил за грудки первого пробегавшего мимо воина, но тот вырвался и бросился к своему коню. То же произошло и со следующим кочевником.
  - Чего испугались?! Трусы, мерзавцы, на кол! - орал Черный Полоз, но ре-зультата это не принесло никакого. Испуганные всадники, расталкивая друг друга, опрометью убирались от неприветливого озера. На карнизе и вовсе началась паника - в пропасть срывались лошади и всадники.
  - Мой меч! Дети шелудивой ослицы! Повешу! На кол посажу! - продол-жал кричать хан, но, видя, что помощи ждать не приходится, сам полез в во-ду.
  - Куда ты, дурашка? - не то сказал, не то подумал Пророк. - Это западня. Эх, не имел ты дела с Акробатом!
  Он обреченно махнул рукой и стегнул плетью своего хоско. Сильное вы-сокое животное легко растолкало низкорослых лошадей кочевников, и дви-нулась вниз из ущелья.
  За спиной раздался гром, а потом гораздо более громкий грохот и гул. Пророка это даже не удивило. Он прекрасно знал, что происходит, но ситуа-ция требовала внимания, а не вращения головой. Что бы, да сберегут боги, не оказаться в пропасти! Когда же он смог, наконец, обернуться, то не увидел ни озера, ни тропы, ни вообще ущелья.
  
  
  
   Глава 15.
  
  Малыш залился веселым смехом. Он начал прыгать и скакать, дергать Принцессу за шаровары, показывая куда-то вдаль. Точно так же он вел себя позавчера, когда заметил Волка.
  Принцесса оторвалась от не желавшего разгораться костра и вгляделась вдаль. Там на фоне темнеющей гряды гор с трудом удалось разглядеть еще более темную точку, которая, кажется, двигалась. Скиталец? Не ошибся ли Малыш? Да и Серый начал волноваться... А вдруг враги?
  - Чего он? - Волк протер заспанные глаза и уставился в ту сторону, куда мальчишка тянул свою ручку.
  - Скиталец! Живой! - в следующее мгновение сон с парня, как рукой сня-ло.
  Это действительно был он. Спокойный, как всегда, одним движением ру-ки пресек проявления радости, и только буркнул:
  - Чего вы здесь торчите?
  - Тебя ждали, - ответил Волчонок.
  - Меня не ждать нужно. Нужно мои приказы выполнять. А если Пророк отправил отряд нам на перехват через Ущелье Южного Ветра?
  - Ладно, - сказал Скиталец уже более миролюбивым тоном, увидев насу-пившиеся лица друзей. - По любому - не успеют. Устал я. Столько прото-пать... Я посплю, пожалуй. А вы времени не теряйте - собирайтесь в дорогу. Разбудите меня, когда будете готовы отправляться.
  Но, как ни старались Волчонок с Принцессой сидеть тихо, будто мышки, как ни пытались угомонить расшалившегося Малыша и не пускать его к от-дыхающему Скитальцу, сон того был недолгим.
  - Что, готовы? - он потянулся, и прошелся к лошадям. - Эй, одеяло заби-райте. Я уже спать не буду. И уберите все следы. Мало ли, вдруг погоня еще продолжится.
  Пока Волчонок заканчивал ликвидацию лагеря, Скиталец жестом отозвал Принцессу в сторону.
  - Ну, девочка, будем прощаться. Дальше вы с Волком поедете к Побере-жью, к его родителям. Отсидишься там какое-то время, пока все уляжется в Горной Стране. А нам с Малышом - в другую сторону.
  - Возьми меня с собой, господин, - у девушки задрожали губы и глаза на-полнились слезами. Как хотелось броситься к нему на шею, обнять, осыпать поцелуями, или упасть к ногам и умолять не прогонять ее, ту, которая будет любить его до самой своей смерти. Но нет. Он не позволит. Просто покачает головой, погладит по щеке, постарается успокоить, но скажет, как отрежет.
  - Прости, милая, - Скиталец, действительно, покачал головой и погладил ее по щеке. - Там, куда я иду, ты жить не сможешь.
  - Но Малыша ты забираешь. Он сможет? Я тоже смогу, как и он. Обещаю, тебе не будет со мной тяжело.
   - Малыш - ребенок, а ребенку всегда легче приспособиться к новым усло-виям. К тому же, останься он в этом мире, прольется много крови. И еще, Малыш рано или поздно вернется - он ведь хан Мати - повелитель этого на-рода. Его предначертание никто не отменял. Тебе же будет многократно труднее - уж я-то знаю. Не нужно оно тебе, поверь. И места там, рядом со мной нет.
  - Разве тебе помешает еще одна жена?
  - У нас другие верования, другая жизнь. Один мужчина - одна женщина. Так что, извини. Не нужно плакать. Ты ведь смелая девочка, и я очень благо-дарен тебе за ту помощь, что ты мне оказала. Я хочу тебя отблагодарить.
  Скиталец извлек из сумы три большие желтые монеты, подобные тем, что носят на шее и лбу жены богатых и влиятельных господ. Только гораздо бо-лее крупные.
  - Вот твое приданое. Этого хватит, чтобы вернуть те пастбища, которые у вашего рода отняли соседи. Ты будешь настоящей принцессой - хозяйкой в своих владениях. Только мой тебе совет, сама ничего не предпринимай. По-мощь тебе будет, ой, как нужна! Оглянись вокруг, и увидишь рядом с собой преданного друга, который будет верен тебе до конца. А теперь прощай, се-стренка, не поминай лихом.
  Он привлек ее к себе и поцеловал в щеку. Девушка прильнула к его губам и долго не могла прервать этого последнего их поцелуя. Наконец, Скиталец, краем глаза взглянув на Волчонка, отстранил девушку.
  - Все. Долгие проводы - лишние слезы. Поцелуй лучше Малыша. Не вол-нуйся, уж с ним-то ты когда-нибудь увидишься. И Волка позови мне.
  Волчонок, смущенный подсмотренным прощанием Скитальца с Принцес-сой, насупившись, подошел к своему товарищу.
  - Не ревнуй, парень, - усмехнулся тот. - Я тебе не конкурент, да никогда им и не был. Лучше давай свою руку.
  - Зачем?
  - Хочу попрощаться с тобой по обычаям моего народа - пожатием рук. Это чисто мужская дань уважения верному другу. А ты был верным другом все это время.
  - Попрощаться? - Волчонок удивленно взглянул на Скитальца. - Я думал, ты к нам поедешь, отдохнешь... А потом, когда будешь уезжать, и с отцом попрощаешься.
  - Я с ним уже простился. Я всегда прощаюсь, будто навсегда. Жизнь у ме-ня такая, что следующая встреча не гарантирована. Но, от меня ему - привет. И еще кое-что.
  Скиталец вытащил из недр висящей через плечо сумы горсть монеток - золотых, серебряных и даже медных - и положил в руку Волчонка.
  - Что это?
  - Я у него товар брал, и не расплатился.
  - Тот товар и половины не стоит...
  - Проценты набежали. И для тебя кое-что есть. Я, помнится, обещал тебе медаль - держи.
  Он вытащил из того же кармана пять больших золотых монет, которые знать называет "грандами".
  - Этого хватит для того, чтобы купить патент офицера. Да и на много чего еще.
  - Ничего себе, наторговали в Горной Стране! На меч хватит? На броню?
  - Меч возьмешь мой, пику, Серого - все забирай. Броня? Это мелочи. К тому же, я ведь тебе сколько талдычил, что лучшая броня - воинское умение. И оно у тебя уже есть.
  - А как же ты? Без коня, без оружия? И где Звездный? - Волчонок только сейчас заметил, что меча при Скитальце нет.
  - О нем забудь. Его теперь не достать. Остались только ножны, которые ты спрячешь так надежно, что их сможет найти только один человек в мире. Потом, когда вырастет. Оружие... Сам знаешь, чему я больше доверяю, - он хлопнул себя ладонью по голенищу. - А конь... Тут недалеко, пешком дой-дем.
  - Перебил ты меня своим вопросом... - вздохнул Скиталец. - Так вот, этих денег хватит на многое - можешь даже небольшую армию нанять. Вот только запомни: самая выгодная работа - работа на себя самого. Чем проливать кровь за расфуфыренного индюка, не лучше ли самому занять достойное ме-сто под небом? Оглянись вокруг, осмотрись, но с выводами не спеши. В об-щем, ты парень не глупый, разберешься. И о девочке позаботься. Девчонка хорошая. Ну - прощай!
  Волчонок незаметно смахнул рукавам слезу и сказал, стараясь подавить дрожь в голосе:
  - А ведь славно мы с тобой прокатились, Скиталец! Жаль, никому об этом нельзя рассказать - не поверят.
  - Почему же нельзя? Можно. И даже нужно. А поверят или нет - там вид-но будет.
  - Ну, что, ваше ханское величество, - обратился он к Малышу, усаживая того себе на шею. - Прошу в седло, на косю. Только, чур, шпорами не пи-наться, и за гриву не смыкать! По-о-ехали!
   Черная точка становилась все незаметнее на темно-сером фоне дальней гряды скал, пока окончательно не растворилась в ней.
  
  
   Эпилог.
  
  Визирь пошевелил пальцами ног, затем ступнями. Было больно. Но уже что-то! Несколько месяцев назад он не мог даже этого. Видно спинной мозг потихоньку восстанавливается. Улучшение уже чувствуется, особенно после массажа в "горячем шатре". Две юные врачевательницы долго терзали его тело, мяли мышцы спины, топтались по нему ногами, щипали острыми но-готками, терли щетками из грубой шерсти морского зверя. Плюс неимовер-ный жар от очага, в котором пылал жир все того-же морского зверя и до красна раскалились округлые камни. Визирь истекал потом, почти терял соз-нание - так трудно было дышать. Да и боль давала о себе знать, спину после подобных процедур ломило, чуть ли не неделю. Однако, нельзя сказать, что процедура совсем уж неприятная - жара в шатре стояла такая, что врачева-тельницы работали полностью обнаженными. Смотреть на них было прият-но, если, конечно, не принимать во внимание лица. Они, как у всех предста-вительниц этого народа, не впечатляли - плоские, скуластые, со щелками-глазами и приплюснутым носом, обрамленные гривами черных жестких во-лос. Зато все остальное - плотно сбитые тела, широкие бедра, узкие плечи, полные груди... Да, жаль, не только ноги не работают, но и вся нижняя по-ловина тела. Впрочем, раз появилось желание смотреть на красоток - уже неплохой симптом.
  - О, Достойный! - в шатер зашел стражник главы рода Поморника. - У нас большая радость. Пришел бродячий певец, и теперь будет жить с нами до са-мой зимы. А потом, когда застынет река, вместе с обозом отправится на се-вер.
  "Да уж, великое счастье! - подумал Визирь. - Будет блеять, бездельник, всеми вечерами кряду, а его за это корми".
  Визирь не любил бродячих певцов. Искусство называется! Декламация больше похожая на бормотание. Ни тебе рифм, ни ритма. А музыка? Шу-мовое сопровождение без намека на какую-либо гармонию. Но аборигены от этих бездельников в восторге. Готовы слушать часами. И уж миска похлебки с куском рыбы для сказителя всегда найдутся в любом шатре. А может, про-сто не привык он к подобному фольклору? Даже в Стране, Окруженной Го-рами, музыка была музыкой, а стихи - стихами. Не спутаешь. Но это...
  Какая превратность судьбы занесла Визиря в этот приморский поселок охотников за морским зверем - знает только он. Но другого выхода просто не было. Кто вообще слышал об этом племени? Членов клана всего-то несколь-ко сотен. Их деревни разбросаны по побережью всего океана. В ином селе-нии обитателей по пальцам перечесть можно. С остальными племенами кон-тактируют только зимой, когда отправляют обозы со шкурами, панцирями, бивнями и рыбой на север для продажи и закупки муки. В остальное время года сюда и вовсе не доберешься. Да и места безлюдные - каждый чужак бросается в глаза. Появление такого, обычно, молва опережает на много дней. Так что, зашли Тор Висми нового шпиона - будет время подготовиться к встрече. А уж Тор, скорее всего, от своих планов не откажется. После того, как его псу - Акробату - удалось уйти из западни, тайна Пророка таковой быть перестала.
   К тому же, ледник Гарстиг - в нескольких днях пути. Охотники мимо не-го на промысел отправляются, мимо него возвращаются с охоты. Всегда рас-скажут о том, что повидали, какие подвиги совершили на своей охоте. И ди-ковинками, замеченными по дороге, не упустят случая похвалиться.
  - О, Достойный, Не желаешь ли послушать сказителя? Он сейчас будет петь в шатре Главы Рода. Поморник приглашает тебя послушать.
  - Как этот певец из себя выглядит? - Визирь о нем давно слышал и даже ждал его появления в стане, но береженого боги охраняют. Вдруг это оче-редной охотник по его, Визиря душу? - Высокий, низкий, молодой, старый?
  - Маленький сухонький старикашка, полуслепой, с мальчишкой-поводырем.
  - Ладно, зови моих носильщиков.
  
   * * *
  
  Старичок уселся посредине шатра и стал готовиться к выступлению. Мальчишка подсунул ему инструмент и нагромоздил на голову колпак, с на-шитыми медными звоночками. Потом поставил карусель с трещотками и вложил в руку костяной крючок.
  - Что вам спеть, о, уважаемые? - проблеял он далеко не музыкальным те-нором.
  - А что ты знаешь? - спросил Поморник.
  - Хотите - про доблестного воина Перо Орла, победителя темных сил из подземных королевств? Или о прекрасной Киите, руки" которой добивались славные ханы, и которые погибли в войне из-за нее? О бедной Гаумлие, ко-торая полюбила Воина-На-Черном-Коне? Или о хане Мати - надежде горно-го народа?
  Тугодум Поморник начал чесать голову, обдумывая столь сложную для него альтернативу.
  - О хане Мати? - Визирь даже вздрогнул от неожиданности. Неужели о событиях, происшедших всего несколько лет назад, уже успели легенды сложить? - Это интересно. С удовольствием послушаем. Правду я говорю, о Глава Рода?
  Худой, болезненного вида вождь клана Поморник возражать не стал, и сказитель приступил к своему рассказу. Для начала раскрутил свою карусель, потом подставил под крутящиеся звоночки с трещотками свой смычок, выдав тем самым замысловатую трель, и, наконец, запел препротивным козлето-ном, нажимая на рычажки своего инструмента и подергивая головой:
  
   Мне поведал эту песнь
   Соловей страны высокой
   Славный и сладкоголосый
   Морри, что живет в предгорьях,
   Гор скалистых, гор соленых,
   Названных, к Богам Ступени.
   Он услышал эту сагу от...
  
  "Да, это надолго, - подумал Визирь. - Но послушать не мешает. Хотя бы, для того, чтобы узнать, откуда ноги растут у этой легенды".
  Певец долго на первоисточники не ссылался. Очень скоро выяснилось, что легенда родилась где-то на северо-западе Горной Страны, откуда ее раз-нес по станам кочевников "Горластый Ламар".
   Это почему-то не удивило Визиря. До прибрежных деревень уже дохо-дили слухи, что в северо-западные земли вернулась дочь захудалого хана по имени Шестилап, рожденная от рабыни. И вернулась не одна, а с отрядом железной конницы под командованием фаворита - опытного и смелого офи-цера с Побережья. Это воинство быстро восстановило в правах байстрючку (впрочем, все ее теперь зовут Северной Принцессой), вернуло ей отнятые в свое время у отца пастбища, а так же, отвадило женихов, претендовавших на ее руку по праву сильного. Больше эти "сильные" на северо-запад не суются. Кого-то эти персонажи Визирю напоминают... Надо будет послушать еще и легенду о Гаумлие. Что-то имя знакомое. Но, это позже. Старичок же пере-шел непосредственно к жизнеописанию хана Мати:
  
   Где цветут цветы медовки,
   Где трава сочна и свежа
   Чистых вод хрусталь сверкает
   С гор срываясь на долины,
   Жило племя Длиннорога-
   Смелые лихие люди
   Славные к труду любовью
   И геройством в ярой схватке.
  
  Старичок довольно долго перечислял достаток племени - тучные стада, полные борти меда, красивые наряды женщин, дорогое оружие мужчин. На-конец, перешел к самому вождю
  
   Правил этим славным людом
   Мудрый и лицом красивый
   Статный, сильный и везучий
   Хан по имени Мати.
  
   Итак далее, и так далее... Пророк в нетерпении поерзал на своей подуш-ке. Когда уже этот сказитель перестанет сыпать комплиментами, а перейдет, наконец, к делу?! Рассказ обещал быть интересным.
  
   Но пришла беда нежданно.
   Черной тучей налетело
   Злое воинство Чикама.
   Хана - подлого убийцы,
   Жадного к добру чужому.
  
  
  
  
   Славно дрался Мати смелый,
   Много душ врагов коварных
   Он отправил в королевства
   Подземелий. К духам мертвым
   Духам страха.
  
  Не прошло и четверти часа, а певец уже поведал, что хан Чикама все же одержал победу. Он вырезал всех мужчин, забрал себе в качестве добычи па-стбища, стада и молодых женщин рода Длиннорога. Сам же израненный Ма-ти, не желая сдаваться врагам, бросился со скалы в глубокое ущелье. Тут бы бедняге и умереть, но Ангел на крылатом черном скакуне спустился с небес и не дал Мати разбиться о камни.
  "Вот так! Наемник и убийца стал в поверьях этого народа ангелом, по-сланником Богов, спасающим несчастного обиженного героя. Ай да, Акро-бат!" - подумал Визирь.
  Далее шло многочасовое описание приключений хана Мати и его войны со своими врагами. Визирь слушал вполуха. Эти события ему были известны из первых уст, в большинстве своем они действительности не соответствова-ли. Клан Чикама, который согласно преданию, доблестный Мати вырезал под корень, существует и поныне. И его вождь жив и здоров. Никакой жестокой сечи при захвате Звездного меча тоже не было, да и Мати к этому руку не приложил - все сделал Ангел- Акробат, провались он к духам подземных ко-ролевств!
  А вот развязка заинтересовала и разозлила Визиря одновременно. Враги окружили смелого хана на вершине одинокого утеса, откуда ему ну совер-шенно некуда было деться. И тогда:
  
   Поднял хан Мати к Светилу
   Меч Великий, Небом Данный
   И наслал свое проклятье
   На врагов, внизу стоящих.
   Обратил свой взгляд горящий
   К людям гор хан справедливый
   "- Я вернусь - вскричал он громко.
   - Я вернусь, вы только ждите.
   Добро будет людям горным,
   Будет мир и будет благо.
   Кровь несчастного народа
   Окроплять не будет скалы.
   Я вернусь, вы только ждите!
   Ждите, и себя любите,
   Не прольется кров народа
   Гор на бедную скупую землю.
   Не прольется - мой завет вам,
   Люди Гор, народ мой славный.
   И меня любой узнает
   Ножны лишь Меча увидит.
   Это - знак мой! Знайте, люди.
   А сам Меч, враги, берите
   Вместе со знамением смерти!
   Вниз сорвавшись с небес грозных
   Принесет он сто несчастий
   Всем врагам моим коварным.
   А теперь прощайте, люди.
   Ждите! Я вернусь не скоро,
   Но вернусь я непременно".
   И швырнул Мати оружие
   Вниз с высокого утеса.
   В то же миг взорвалось небо
   И обрушило осколки
   На врагов Мати коварных.
   Ни один из них не выжил
   Не сбежал от гнева неба,
   Перед смертью лишь увидев
   Всадника на коне черном,
   Коне быстром и крылатом
   Что унес Мати с собою
   В мир, где нет злобы и чванства,
   Где любовь царит и верность
   И добро, и жизнь, и счастье.
   Он вернется, ждите люди,
   Он вернется непременно!
   И добудет Меч свой Звездный -
   Лишь ему это под силу-
   Под скалой, с небес упавшей
   И заставит негодяев
   Чтить любовь и добро и веру.
   Ждите, люди, будет Счастье!
  
  Собравшиеся в шатре охотники радостно закричали. Баллада им понрави-лась. Только визирь скрежетал зубами. Все наметки его будущего плана по-теряли актуальность. О них теперь можно попросту забыть. Не будет ни Ма-ти ? 2, ни подделки Звездного Меча, раз уж эта легенда гуляет по Горной Стране. Ничему другому кочевники просто не поверят. Не иначе, сам Акро-бат приложил руку к ее созданию. Поэт! Два слова связать не в состоянии, а туда же, в поэты. Или его друзья просто выполнили заказ? А! Какая разница!
  Теперь ему остается только ненависть. И она прибавляет сил.
  Визирь, превозмогая боль, согнул ногу в колене. Этого до сих пор ему еще не удавалось. Что же, борьба еще не закончена! Ты еще меня вспомнишь, Акробат!
Оценка: 6.59*5  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Кострова "Скверная жена"(Любовное фэнтези) А.Лерой "Птица счастья завтрашнего дня"(Киберпанк) В.Бец "Забирая жизни"(Постапокалипсис) В.Кривонос "Пятое измерение-3"(Научная фантастика) М.Эльденберт "Парящая для дракона"(Любовное фэнтези) Р.Брук "Silencio en la noche"(Антиутопия) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) А.Григорьев "Биомусор"(Боевая фантастика) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"