- Не знаю, что нужно твоей свекрови! Таких невесток, как ты, днем с огнем не сыщишь. И умница, и красавица, и дети воспитанные, и ее сыночек накормлен! - успокаивала меня Наташка. - Вот досталась бы ей такая, как я - совсем по-другому бы запела. Сразу бы тебя вспомнила!..
- По-моему, ты на себя наговариваешь, - не согласилась я. - Ну, чем ты хуже меня?
- Как чем? - тут же оживилась моя младшая сестренка. - Готовить ненавижу и не умею - р-раз! - загнула она один палец. - Вовка у меня двоечник и шалопай - два! Пол зарплаты на шмотки трачу - три! Да и мужу, если уж быть совсем честной, внимания почти не уделяю - наоборот, он сам мне по выходным завтраки готовит.
- Может быть, так и нужно? - неуверенно спросила я.
- Конечно, так и нужно! - заверила меня Наташка. - Ведь посмотри - все вокруг довольны. И, между прочим, моя свекровь ни одного плохого слова ни разу Славику про меня не сказала.
- Откуда ты знаешь? - засомневалась я. - Разве так бывает?
- Бывает. Уж поверь! - не стала вдаваться в подробности сестренка.
Когда Наташа ушла, я задумалась о том, что в чем-то она, действительно, права. Сколько из кожи вон ни лезь, сколько ни старайся - угодить Элеоноре Михайловне, моей свекрови, у меня никогда не получается. Во всем какой-то изъян найдет. Готовлю борщ - дети и Виталик его нахваливают, а она сожмет губы, промолчит. А потом как бы ненароком вставит: "Вот если бы сюда еще чесночка выдавить да укропчиком с петрушечкой присыпать - тогда бы твоя семья полезное витаминное блюдо получила, а так - пища для успокоения желудка. Или чьей-то совести".
Да после таких слов мне вообще к плите подходить не хочется! Может, и правда, избаловала я их? Интересно, как бы свекровь заговорила, достанься ей такая невестка, как Наташка.
Хорошо иметь богатую фантазию! Я тут же представила картинку. Лежит Наташка на диване, нога на ногу, усердно пилочкой ногти подпиливает. Рядом - мой десятилетний сын Данька в носу ковыряется и вместо уроков мультики смотрит. Тут же перед зеркалом трехлетняя Дашка крутится - бабушкину новую помаду у нее из сумки вытащила и на себя примеряет. Причем, не только на губы - уже всю моську разрисовала. Из кухни Виталик в фартуке выглядывает, интересуется, что на ужин приготовить - рыбку зажарить или котлеток накрутить. Вокруг полный бедлам - на паласе мусор, на кресле гора не глаженого белья возвышается, на окнах серые занавески с оборванными петлями висят (кошка постаралась). И среди всего этого великолепия - моя свекровь.
Только вот почему-то ни удивленной, ни возмущенной, хоть убейте, она у меня не представлялась. Такое впечатление, что эта картинка Элеонору Михайловну смущала намно-ого меньше, чем мой борщ без чеснока и укропа. Наверно, привыкла уже. Ну, разве это справедливо? Ведь даже в моих фантазиях получалось, что Наташа с ее жизненной философией права, а я нет. Так, может, пора сделать что-то такое, чтобы заставить себя не то что любить, но хотя бы чуть-чуть уважать?
И я решила, не откладывая, прямо с этого же дня попробовать сменить тактику. Если раньше я пыталась быть хорошей невесткой, смягчать все углы, во всем свекрови если не угождать, то хотя бы не перечить, прислушивалась к ее советам, бросалась выдавливать в борщ чесночок и насыпать укропчик, то теперь буду делать так, как сама считаю нужным. Все равно ведь до сих пор моего рвения никто не оценил. Значит, и рваться куда-то особо незачем. Попробую от жизни удовольствие получать. Она ведь у меня одна. Почему я должна тратить ее на, в общем-то, постороннюю мне женщину? Я же замуж не за нее выходила.
Приняла я такое решение, но как именно буду получать это удовольствие и с чего начну, конечно, понятия не имею. А, думаю, само собой как-то решится. Если бы я знала, что решится именно так!..
Вечером, во время ужина, когда за столом остались только взрослые, я вдруг возьми и скажи (сама не знаю, что на меня вдруг нашло, наверно, наш с Наташкой разговор о том, как ее Славик потерять боится и поэтому очень ревнует, вспомнила):
- Слушай, Виталик, а ты меня ревнуешь?
- А что случилось? - муж осторожно отвечает, а сам внимательным таким взглядом на меня смотрит.
Я же уже вошла в раж и, не вдаваясь в подробности, продолжаю:
- Ничего не случилось. Ты меня вообще ревнуешь?
- А что тебя ревновать, ты же все равно сейчас дома сидишь, - вставила свои пять копеек свекровь.
- Ну, я бы не была так самоуверенна, - нагло ответила я. - Наоборот, свободного времени у меня ого-го сколько! Дашка в саду, Данька в школе, работы не так уж и много. Все можно успеть!
Смотрю, Виталик занервничал (он в такие моменты всегда по столу пальцами барабанить начинает). Да и его мамочка, наконец, оторвалась от тарелки и перевела глубокомысленный взгляд на сына, словно телепатируя ему мысль "А что, от такой всего можно ожидать!".
Но пока молчат оба. Я тоже паузу выдерживаю. Играть - так играть!
- Давай все-таки мы этот вопрос без посторонних обсудим, - наконец, говорит Виталик.
- А кто тут посторонние? Твоя мама? - радуюсь я. - Не знаю, как тебе, но мне она уже двенадцать лет не посторонняя, - радушно улыбаюсь Элеоноре Михайловне.
Но, как ни странно, она на постороннюю как будто совершенно не обижается.
- Я хотел сказать, обсудим наедине, - краснеет Виталик.
- Да, сыночка, ты прав, лучше не буду лезть в ваши дела, себе дороже, - срочно ретируется в свою комнату его мама.
Честно признаться, ТАКОЕ я слышу от нее в первый раз. Обычно она очень даже не против вмешаться в наши дела.
На следующий день я уже начала жалеть, что задала за столом этот дурацкий вопрос. Муж и свекровь по очереди звонили с работы (наверно, заранее составили график звонков) и спрашивали, дома ли я и чем занимаюсь. А чтобы удостовериться точно, каждый раз просили то посмотреть, лежит ли на шкафчике зарядное устройство, то измерить ширину коридора, то поискать в спальне якобы забытую свекровью книгу.
А после того как я попросила Элеонору Михайловну забрать Дашу из садика, чтобы съездить на работу за гонораром, и мой мобильный на какое-то время оказался недоступен, вечером пришлось выдержать от мужа допрос с пристрастием. Свекровь демонстративно не вмешивалась. Но и дверь в свою комнату не закрывала. Понятно, послушать-то приятно, как сынок нелюбимую невестку строит.
Перед сном, когда я отправилась в ванную, а Виталик с мамой, видимо, думали, что я их не слышу, они провели стратегическое совещание.
- Ну, вот что ты на нее сегодня наехал? - воспитывала сына свекровь. У меня чуть челюсть не отвисла. - Снова один остаться хочешь? Ведь твоя Ленка, в общем-то, совсем неплохая жена. Ну, попала шлея под хвост, со всеми бывает. Думаешь, легко все время дома сидеть? Другая уже давно бы характер проявлять начала. Вон, возьми, к примеру, эту ее сестру, Наташку, совсем ведь домом не занимается. А мы свою совсем запрягли, расслабиться не даем. Еще и ругаем вечно, придираемся. Не-ет, сынок, тут совсем другая тактика нужна. Мы теперь нашей Леночке во всем помогать должны, время для отдыха давать, чтобы у нее никаких сомнений, что она нам нужна, не оставалось. Ну, в смысле, что любим мы ее. Ты же ее любишь, надеюсь? - с угрозой в голосе добавила Элеонора Михайловна.
А я лежала в душистой пене, улыбалась и думала о том, как все просто. И что свекровь у меня, оказывается, понимающая и справедливая. И муж ревнует - а значит, любит. И что для того, чтобы тебя оценили, иногда достаточно задать всего один-единственный дурацкий вопрос, который даже не слишком тебя и волнует.