Дойников Глеб Борисович: другие произведения.

Варяг 14

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 8.29*21  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ну как и обещал в воскресенье (по Торонтскому времени;)) выкладываю продолжение. Немного сумбурно, так что табуретки как всегда ждутся с нетерпением. И еще раз спасибо всем подсказывающим и поправляющим, особенно находящим очепятки:). Извините если ваши замечания не учтены в этот раз, постараюсь не забыть в следующий. Абордаж начат, но не закончен:). Как всегда, стараюсь прерываться на самом интересном месте!

Введение.

   ВАРЯГ -- русский крейсер I ранга. Построен в Филадельфии (США) на судоверфи "Вильям Крамп и сыновья". Спущен на воду 19(31) октября I899 г. В феврале 1902 г. "Варяг" вошел в состав 1-й Тихоокеанской эскадры. 1 марта 1903 г. на мостик корабля поднялся новый командир -- капитан I ранга Руднев Всеволод Федорович, с именем которого будет связан героический подвиг "Варяга". В декабре 1903 г. крейсер получил приказ находиться в корейском порту Чемульпо в распоряжении российского посланника, резиденция которого была в Сеуле.
   В ночь на 27 января (9 февраля по новому стилю) 1904 г. Япония без объявления войны напала на Россию (см. Русско-Японская война 1904-1905 гг.). К этому моменту в нейтральном корейском порту Чемульпо стояли крейсера пяти держав: Англии, Франции, Италии, США и России. Рано утром японский контр-адмирал Уриу Сотокити, командир отряда, в который входили 1 броненосный крейсер Асама, 5 крейсеров - Нийтака, Нанива, Чиода, Такачихо, Акаси, 8 миноносцев и 3 транспорта, передал на "Варяг", чтобы русский крейсер совместно с канонеркой "Кореец" спустили Андреевский флаг и сдались на милость японцев, в противном случае эскадра войдет на рейд Чемульпо и расстреляет русские корабли.
   Руднев обратился к командирам иностранных кораблей за поддержкой, чтобы они опротестовали ультиматум японского адмирала и в случае необходимости сопроводили бы "Варяга" и "Корейца" до выхода из нейтральных вод. Однако командиры иностранных крейсеров не захотели объявить протест японцам.
   Офицерами "Варяга" было принято общее решение: не отдавать крейсер в руки неприятеля. Бой длился несколько часов. "Варяг" при этом получил тяжелые повреждения. Крейсер и "Кореец", продолжая отстреливаться от наседающих кораблей противника, возвращаются обратно на рейд Чемульпо. Сначала был взорван своей командой "Кореец", а затем потоплен крейсер.
   Оставшиеся в живых и раненые из команд обоих кораблей взяты на борта английского крейсера "Тэлбот" и французского крейсера "Паскаль". Впоследствии все они для продолжения лечения были отправлены в английский миссионерский госпиталь Чемульпо, находившийся в распоряжении японского Красного Креста. В 1905 г. японцы подняли и отремонтировали крейсер "Варяг", который вошел в состав Императорского флота Японии под новым названием "Сойя".
  
  
  
  

Пролог.

Москва ** ноября 202* год, бар Пивная Кружка

   В дальнем темном углу за столиком двое. Вернее трое, если считать с кувшином пива, и 15, если добавить дюжину раков, по терминологии бара "спецназ". Впрочем, раков, пожалуй, считать не стоило, из-за катастрофического по скорости сокращения численности.
   - Вадим, отвали!
   - Да ладно тебе Петрович, если уж нечего сказать так признай это!
   - Ты меня на пиво позвал, или на 101 серию диспута мог ли прорваться Варяг или нет? На пиво? Вот и наливай, блин.
   - За мной не заржавеет, пжалста. Получите и подавитесь. Но все же?
   Петрович, отхлебывая пол литра Гинесса одним могучим глоточком, и приканчивая очередного спецназовца.
   - Технически не мог. Против эскадры Уриу шансов на прорыв - 0. Проскользнуть ночью...
   - Ага. По тому то Чемпу.. Чемуль... Че-муль-повскому! Во, выговорил, значит пока трезвый, фарватеру? Уриу и стрелять не придется, только утречком выловить пару окоченевших уцелевших и всего делов.
   - Слушай, потерпи не перебивай, умный да? Мог, не мог, Чиода, кстати, ушла накануне именно ночью и без особых проблем. С нашей колокольни сейчас понять сложно. Но днем мимо 6 крейсеров и нескольких миноносцев шансов еще меньше. Да я тебе это уже раз 100 рассказывал, и моделировали раз 20 всем форумом, и из Японии народ за Уриу играл...
   - И ни разу Варяг даже до конца фарватера не дошел!!! А ты, осел упрямый все твердишь как попка "шанс был, шанс был"! Не было!
   - Технически не было, Вадим. Технически. Практически был.
   Вадим, поперхнувшись пивом и закашлявшись:
   - Ты что, пред пивом, чем потяжелее заправился, а ко мне заполировать приполз? Или может ты, на что посерьезнее перешел? Уколов ты боишься, нюхнул чего?
   - А в грызло?
   - Ты сам-то понял что щас сказал, б**? Как можно что-то сделать, если это технически нереализуемо? Впрочем, шанс у тебя будет.
   - Слушай, я с моделированием завязал. К тому же, даже твой распрекрасный седьмой пень, реакции Уриу на ситуацию, которая была в реале не воспроизведет. Не реально.
   - А кто тут говорит про моделирование? Давай еще по одной и я тебе растолкую как ты реальному Уриу задницу надрать сможешь.
   - Ну и кто из нас тут укурился блин? Давай еще по пинте и от винта!
   - Ну, скорее 7 футов под килем, но насчет еще по пинте это да.
  

Пролог 2.

Москва ** ноября 202* год несколько часов спустя, Рублевское шоссе.

   - Ну что, Владимир Александрович, настало время запускать?
   - Профессор, а может не стоит рисковать? Мы ведь ни в чем не уверены, ни как собственно установка работает, в том, что она работает вообще, ни в том, как поведет себя реципиент, к которому мы подселяем матрицу донора, ни что на самом деле происходит с сознанием донора, ни каково влияние на стабильность пространственно временного континуума, вообще ни черта не знаем! Может еще подождать?
   - И чего интересно мне вы собираетесь ждать? Второго пришествия злобного клиента? Мы в прошлый месяц первое то чудом пережили. Вы уже год имеете "вроде бы работающую" модель установки. И как вы прикажете убедиться в ее работоспособности без реального эксперимента над людьми? Собачек и коней вы уже год пытаетесь перенести, и что? Даже если сознание Буцефала, Джульбарса или вашего любимого коня Олега и было как то изменено, это никак на историю не повлияет в хрониках зафиксировано не будет. Нам нужен пример, который можно будет отследить, по документальным источникам. То есть перенос человеческого сознания в прошлое который немного, чуть-чуть повлияет на ход исторически зафиксированных событий. Это позволит определить, есть ли расхождения вызванные подселением матрицы в прошлое или нет. Если нет, то придется извиниться перед заказчиком, и дай Бог пронесет. Хотя насчет пронесет это вряд ли. А если есть, то...
   - Да как вы не понимаете! Если континиум будет изменен, то нас тут может просто не оказаться! Вообще, весь наш современный мир может оказаться несовместим с теми событиями, которые натворит в прошлом сознание донора!
   - Владимир, ну мы же выбрали бесперспективный вариант именно из-за этого! Варяг что бы он ни вытворял на рейде Чемульпо НИКАК на ход не то, что истории, Русско-Японской войны повлиять не может! Он заперт намертво. Ему не прорваться, никак. Максимум на что мы можем рассчитывать, это получить 2 разных варианта прокладки курса Варяга и его повреждений, в учебниках исторических хрониках и в нашем экранированном от воздействия установки особняке, в хроносейфе. Кстати название вы придумали несколько претенциозное, как всегда. Ну может, как максимум отклонений не на рейде его утопят силами экипажа, а на выходе из порта снарядами Асамы. Даже, невероятный вариант, попади Варяг пару раз по Асаме, его дубовые снаряды и ее броня, абсолютно безопасное для исторического континуума сочетание, не переживайте. А в остальном, именно эти тонкости нам и надо проверить, не так ли?
   - А как же донор? Если он того... Дело то новое, что с ним то будет? И с нами заодно, не хватятся его?
   - Не волнуйтесь. Мой сын не зря полгода изображал фаната истории РЯВ, доизображался до того, что хоть его самого туда посылай, увлекся блин, ну ничего блажь из головы выветрится, молодой еще! Но не суть. Парень, если так можно говорить о сем заигравшемся индивидууме 32 лет, завсегдатай пары псевдо исторических форумов, досконально знает историю Русско-Японской Войны на море. Остатков сознания Руднева, если ваша установка все же сработает, как планировалось, должно хватить на то чтобы он свободно ориентировался на Варяге. А то, что он изо всех сил будет пытаться прорваться - это я вам гарантирую, это его идея фикс, за то мы его и отобрали. На этом его положительные качества заканчиваются, работа - еле-еле платить за квартиру и пиво, здоровье среднее. Постоянной подруги и близких друзей нет, типичный лузер, как такие как он выражаются. Так что если ваша программа возвращения не сработает, то его особо и искать никто не будет с недельку. А будут, ну найдут в квартире внезапно съехавшего с катушек компьютерного маньяка, не впервой.
   - Однако вы жестоки, профессор.
   - Не паясничайте. Вспомните на кого работаем. Если мы через полгода не представим заказчику способ ретроспективной игры на бирже, то тогда найдут уже нас с вами. Кстати, если помните, идея так получить финансирование не моя, не так ли? Кто пел заказчику про игру на бирже по заранее известным курсам? Тогда вас больше заботила не стабильность континиума, а возможность воплотить свое детище в металле и кремнии. Вот тогда и надо было рефлектировать, а теперь поздно.
   - Тогда вам самому идея понравилась кстати. А где еще было взять десяток миллионов долларов на разработку и постройку установки? И кто тогда знал что всем известный олигарх А., владелец заводов, пароходов и футбольных клубов настолько недалеко ушел от своего бандитского прошлого? Все мы задним умом крепки. Ладно, запускаем. Авось пронесет. Хотя морды наших охранников на этой райской даче мне не внушают оптимизма. Такое впечатление, что им приказано нас убрать при любом результате эксперимента, смотрят как на покойников. И в Москву последние 2 месяца только с их близким сопровождением и отпускают, для нашей безопасности, как же.
   - Слушайте, вместе влипли, вместе и выбираться будем. И проще это будет сделать при работающей установке. Это вам бальзам на вашу больную совесть. Поехали!
  

Часть первая. На пробой!

Глава 1. Похмелье.

Где? Когда? Без стакана не определить.

  
   Сколько раз я себе говорил "не напиваться"? Господи, хреново то как! Так вроде еще не было... Если только в тот памятный раз на выпуске из Морского Училища... Какого е* училища? ПТУ я вроде не кончал, родной МАИ, что ли понизил спьяну? Блин, так и до белочки допиться можно... Если еще не допился. Кровать сука, качается! Не сильно, но ритмично... Качка бортовая, кто то мимо проходит... Какая в жопу качка? Нет, так нажираться нельзя. Годы уже не те. Все же разменяв 30, пора немного притормозить, но и Вадим сука хорошая, "приходи пивка попьем". Угу, ведь знает гаденыш, что когда мы с ним начинаем спорить об истории, то все кончается или скандалом плавно переходящим в пьяную драку, или в идеале пьяным отрубом. Чем мы пивко у него запивали? Крувуазье? Еще что то про эксперимент плел, кучу грина, какую то установку, что в его институте слабали, перенос психов в матрицы или психоматрицы... Нет, пора вам Всеволод Федорович в ваши 50 начинать вести себя как подоба... КАК Я СЕБЯ НАЗВАЛ????? ЧЕГО 50??? Вадик, придушу гнида ну нельзя же так мешать пиво с коньяком чтобы...
   Стоп. ГДЕ Я???? Почему окно круглое, Вадиков папик перестроил дачу что ли? Реально перестроил, причем в стиле "под старину с распальцовкой". Секретер, бра барокко, портреты ого, а чего это он Николашку Второго то ли Кровавого, то ли Святого (по мне так Слабовольный было бы точнее) повесил на стенку то? Никого посимпатичнее найти не смог? Ну и вкус у чела блин. Странно, вроде раньше за этой семейкой ничего эдакого "тупо монархического" не замечалось... И что это за звяканье? Какие еще "пробили склянки"? Куда же меня занесло по пьяни то? С "койоти агли" телкой пару раз просыпался, было, но вот ГДЕ я просыпаюсь, обычно помню всегда. В смысле помнил. Новая страница в биографии, где мы кто мы я не знаю... И телки, почему то нету рядом, такая кровать пропадает! Абидна, так укушаться и зря. Да и спросить не у кого, куда же меня занесло на этот раз. Блин, как башка болит, аспирину бы... Так, восстановим события, где я вчера ложился? Дача или его дом, Вадима этого трахнутого по башке кувшином со смесью пива с коньяком? Вроде дача... Какая на хрен каюта капитана? Что за хрень лезет в голову - каюта, училище, склянки какие то, мы чего вчера еще и медицинским спиртом догонялись из склянок? Не дай Бог, если так то тогда точно щас помру...
   Наконец в голове раздался мелодичный перезвон, и хорошо поставленный, но насквозь компьютерный, женский голос поведал тихо шуршащему шифером съезжающей крыши Петровичу следующее:
   - Карпашев Владимир Петрович, поздравляю вы стали участником эксперимента по переносу психоматрицы в пространственно временном континууме (Че? Точно белочка!). ** ноября 202* года вы дали согласие на перенос вашей матрицы в тело командира крейсера первого ранга Российского Императорского Флота "Варяг" Всеволода Федоровича Руднева, для проверки теории об упругости времени. Местное время 13-00, Кореец вышел в Порт Артур, но как вы знаете, скоро будет остановлен японской эскадрой под командованием Уриу и вынужден будет вернуться обратно в порт Чемульпо. Ваше вознаграждение за участие в эксперименте в сумме 50 000 евро будет вам выплачено по возвращению в ваше время, в случае успешного прорыва Варяга из Чемульпо сумма удваивается. В свою очередь вы обязались в рамках попытки прорыва крейсера первого ранга Русского Императорского Флота "Варяг" и канонерской лодки "Кореец" из Чемульпо вести себя максимально не похоже на поведение оригинального Всеволода Федоровича Руднева. Память и навыки вышеупомянутого Руднева теоретически должны были сохраниться на уровне подсознания и рефлексов, и должны быть вам доступны. Проверка возможности субъекта с наложенной психоматрицей совершать действия отличные от поведения исторической личности, является одной из главных целей эксперимента наряду с проверкой возможности внесения незначительных изменений в исторический континуум. Для повторного прослушивания сообщения, необходимо четко подумать "F one, help". Желаем удачи!
   "МАМА!!!!!! Суки с ублюдочно майкрософтовским чувством юмора! Доберусь - убью за одно только, "F one, help", блин!", мысли Карпышева были прерваны до боли знакомым перезвоном, после которого в голове опять зазвучало:
   - Карпышев Владимир Петрович, поздравляю вы стали участником эксперимента...
   "Е мое, подсказка то, работает!"
  

Глава 2. Пожар в публичном доме.

Рейд Чемульпо, Корея. 26 Января 1904 года. Утро.

  
   Ну, хоть по поводу памяти Руднева гады не кинули. Действительно работает. Интересно. Но, черт возьми, КАК? Что же это за супер моделирование то такое с головной болью, интерьерами достоверными даже на ощупь и мерзким вкусом во рту? Неужели и вправду? Да ну, чушняк какой то. Проще считать, что просто моделирование в виртуальной реальности, а то точно можно с глузду съехать. Но каковы сволочи в этом НИИ Химических Удобрений и Ядохимикатов (НИИ ХУиЯ)! Так же ж только матросов на британский флот вербовали, веке так в семнадцатом. Проснулся с похмелюги - а кораблик уже в море и бежать можно только за борт. А тут и за борт смысла нет, за бортом все тот же 1904 год... Но им - то хоть опохмелиться давали в старые добрые времена... Хотя командир я или где, сейчас проверим, чего тут они намоделировали...
  
   - Вестовой!!!
   - Слушаюсь Ваше высокоблагородие?
   - Пиво будь добр друг любезный.
   - В такую рань... Сей секунд господин капитан первого ранга!
  
   Так эту проблему решили. Кстати реакции вестового достоверные. Ну и ладно. Типа я поверил, что за бортом 1905. По морде Вадик все одно в нашем 202* получит, и крепко.
   А как быть с прорывом? Что я помню из того что тут случится без перечитывания шпаргалок? Днем Кореец приползет обратно, ночью японцы скинут десант, сводный полк, если что-то надо с берега, то лучше об этом позаботиться нынче же, завтра к обеду получу ультиматум и понеслось... Ну что же, придется включать главное оружие нашего 21 века. Черный пиар, и информационные войны! Хотя еще старик Сунь - Цзы писал - обмануть значит победить. Будем надеяться, Уриу его не читал, а читал, так не обращал внимания на этот момент, тут то пока рыцарство в ходу... Итак, что мы имеем? Пиво неплохое, вестовой расторопный, крейсер, как подсказывает память Руднева, в состоянии так себе. Но кстати и не такая развалина как представлялось из 21 века, 22 узлов на пару часов может, и дадим, и 20 хоть весь день. Никак ни те 12, о которых писали некоторые горячие головы, но вот что обидно, НИКТО ЖЕ ИЗ НИХ НЕ ПОВЕРИТ!!!! Впрочем, сначала надо вернуться. Эскадра противника... Ну, об этом уже я поболе Руднева знаю, что в общем не удивительно. Асама, предтеча линейных крейсеров... Фактически броненосец 2-го класса. Или 3-го, если во второй занести отечественные Пересветы. Пока она стоит как кость в горле поперек выхода, о прорыве можно и не мечтать. Нанива, Такачихо - типичные собачки. Тут ситуация обратная, в отличие от Руднева о невысокой (это еще скромнее сказано) точности и скорострельности ее орудий мне нынешнему известно. Остальные японские крейсера тот еще зоопарк, от новейшей Нийтаки, вышедшей в первый боевой поход, до старенькой Чиоды, еле ползающей на японском мусорном не боевом угле, но вместе их пятеро... Тоже не проредишь, мимо не проедешь. Задачка - выйти из Чемульпо любыми средствами, и действовать не как Руднев в реале. А вот уж это- то без проблем, лбом да об стенку, да с разбегу, это точно не мой стиль, пусть и красиво и с максимумом героизма, но не буду. А что буду собственно? Так, первое, имею фору по сравнению с реалом в сутки для подготовки к бою, вместо драяния медяшек и доскональное знание, как противника, так и хода войны в целом. Как это можно применить? За сутки крейсер в 6000 тонн в идеальное состояние не привести и комендоров стрелять не научить, но кое - что сделать попытаться можно. И потом, главное в нашем деле все же не пушки, а мозги.
   - Вестовой! Лейкова ко мне минут через 15, и пусть готовится подробно рассказывать, что за хер... чепуха у нас с машинами происходит. Может с собой вазели... мыла с песком захватить, драить буду! Да еще, пошли катер на Сунгари, как тот зайдет на рейд, попроси капитана ко мне через час. И оповести господ офицеров о военном совете через 2 часа.
   Все же с несвойственными времени выражениями надо как то завязывать! И откуда мне было знать, что через час придет этот Сунгари? А то свои же офицеры повяжут и доктору сдадут. Обидно будет.
   Так, программа минимум: машины привести в порядок, насколько это за сутки вообще возможно, при этом приготовить к форсировке, предохранительные клапана зажать, подшипники чтоб не грелись, пусть хоть льдом обкладывают, хоть маслом, охлажденным в холодильниках из ведра поливают (хм, а вот это нам пару часов нормального хода может добавить). Обязательно напомнить этому перестраховщику, что котлы реально испытывались не на его любимое давление в 14 атмосфер, а на всех 28, так что завтра надо поддерживать не менее 20, если жить хочет, конечно. Что еще пусть мехи сами мозгуют, кочегаров от вахты освободить, пары ночью и казачки или Сунгарские матросики смогут поддержать по минимуму, и накормить от пуза. Дерево - за борт, шлюпки на Сунгари, лишние запасы и главное мины заграждения тоже. Кроме одной. Торпеды оставить, пригодятся. По железу артиллерии - проще ничего не трогать. За сутки улучшить уже ничего нельзя. Даже простейших щитов к орудиям не приклепать, это неделя минимум. Максимум сделать противоосколочные стенки для бортовых орудий, из коек или лучше из котельного железа, если такое сегодня завтра найдется. По носовым и кормовым парам шестидюймовок стенки поставить не получится, будут соседним пушкам блокировать сектора обстрела. А вот брустверы помниться на форуме кто -то из умных голов предлагал, можно было бы попробовать, но из чего? Сутки еще есть, надо чтоб из города притащили несколько сотен мешков с песком на Варяг, кроме того - заказать цемент на Сунгари. Тонн эдак двести триста минимум. Если найдут, то все пятьсот. С маскировочной и искажающей покраской - хорошо бы, но снова нечем и главное - некогда. Какие есть у меня в кармане ноу-хау по действию артиллерии? К 47 мм народ завтра не посылать, толку от них ноль до начала минной атаки, только людей зря гробить. На большие дистанции не стрелять, а то подъемные дуги переломаем, а пока сблизимся, половина орудий из строя выйдет без воздействия противника. И надо хоть сдохнуть самому, хоть прибить главарта, но замедлить темп стрельбы! В реальности моего мира, похоже, артиллеристы Варяга так торопились выстрелить, что не успевали прицелиться. "Стреляли часто, но поражали лишь рыбу", может и гады эти японцы, но поэтически выражаться умеют. Еще и дальномер в тот раз не в кассу сбило, в самом начале. Тоже надо бы его чем-нибудь обложить, кроме мата. Какая сука его вообще неприкрытым поставила? Да кстати, о дальномерах - как вернется Кореец провести сверку, и тренировку в определении дистанций, а то если хроники не врут, то от головы до хвоста было в полтора раза больше чем от хвоста до головы! Пока Нирод живой, неплохо бы ему поработать, может тогда живым и останется. Да, сбылись мечты идиота, на его же голову... Ладно, будем мудрить.
  
   * - Дистанция до Асамы в момент открытия огня определена на Варяге в 45 кабельтовых, а на Асаме до Варяга в 35, судя по тому КТО попадал, японцы были точнее
   ** - Мичман Нирод, первая жертва боя разорван на куски первым же попаданием шестидюймового снаряда с Асамы вместе со своим дальномером...

Глава 3. Видимая сторона Луны.

Рейд Чемульпо, Корея. 27 Января 1904 года. Ближе к полудню.

  
   Ночь прошла в высадке японского десанта, перегрузке на Сунгари с Варяга кучи барахла, и перетаскивание другой кучи запасов с Сунгари и Корейца на Варяг. Утром на Варяг загрузилась рота моряков с Севастополя, большинство экипажа Сунгари и казаки, из охраны посольства. Численность экипажа повысилась на почти 150 человек, но увы облученность и соответственно полезность выше упомянутых людей была околонулевой... После того как утренний туман пропал вместе с японскими крейсерами, как и было положено по ходу событий, как их помнила психоматрица лже-Руднева, катер с Паскаля доставил его на Тэлбот. Первая половина встречи капитанов иностранных стационеров, с момента вручения ультиматума до отбытия итальянского и французского капитанов на свои суда, прошла примерно так как в "старой" реальности (достаточно было просто позволить личности Руднева вести диалог, и сначала просить командиров стационаров послать японцам ноту о недопустимости нападения на корабли на нейтральном рейде, а после их отказа, долго уверять собравшихся капитанов в готовности умереть за царя). Но вот приватная беседа с Коммодором Бейли, пошла по несколько другому руслу.
   - Коммодор, с Вами я могу быть откровенным. Мой крейсер является таковым чисто номинально. На самом деле это картонная посудина, с текущими котлами и постоянно греющимися подшипниками! На бумаге - он выглядит грозно, не спорю - 12 шестидюймовок, 24 узла а на самом деле? Орудия стоят без всякого прикрытия, и пары фугасов хватит для выноса половины артиллерии, как орудий так и расчетов. Машины реально дают не более 12 узлов, спасибо господину Крампу! Зная это адмирал Старк списал мне в команду алкоголиков и неумех со всей эскадры! И с этим я должен идти на Асаму? Был бы у меня ваш Телбот - я бы пожалуй рискнул. А мое корыто и одна Асама могла бы сожрать не подавившись. Зачем Уриу было тащить сюда еще 5 крейсеров, не понимаю.
   Бейли с плохо скрываемым удивлением, такого от Руднева он не ожидал, и ироничным презрением:
   - Господин Руднев, я вас не понимаю, вы предлагаете мне выйти в море вместо вас?
   - Хорошо бы, но нет, я всего-навсего прошу вас помочь мне обдурить эту желтую макаку Уриу!
   "Этот русский наверное совсем спятил" явственно читалось на лицее коммодора. Впрочем наивностью Руднева надо было воспользоваться, союзнику британской короны японскому адмиралу Уриу не помешает знать планы противника.
   - И каков ваш стратегический замысел, господин капитан первого ранга?
   - Я не хочу умирать за этот занюханный корейский порт! Если он так уж нужен Уриу - пожалуйста! Пусть подавится, в конце концов пусть узкоглазые управляют узкоглазыми, мне все равно! (Черт, а вот это вынужден признать звучит логично, пронеслось в мозгу Бейли). Я выйду из порта до 4, как и должен. Вышлю на катере с Корейца парламентера, но машины катера не лучше чем у Варяга, да и трястись по волнам мне на нем целый час не очень хочется. Так что придется Корейцу его дотащить поближе к Асаме. Варяг и Сунгари поставлю на якорю на выходе из порта, но ради Бога, предупредите Уриу чтобы он не стрелял! Я готов уйти и разоружиться в Чифу, и пусть он делает в Чемульпо что хочет!
   - Боюсь на это Уриу не пойдет, зачем ему выпускать вас из порта? У него настолько подавляющее превосходство в силах, что ему безопаснее утопить вас тут, а не рисковать сопровождать и упустить быстроходнейший крейсер в море. И потом, ему нужна победа, а не ничья!
   - Какой быстроходнейший! Интересно, какую взятку получила наша комиссия принявшая это убожество? Ну не в Чифу, да хоть тут в Чемульпо интернируюсь, если вы лично гарантируете неприкосновенность Варяга до конца войны, пока ваш Тэлбот стационируется тут. Только пусть выпустит Сунгари, на него уже сутки перегружают мою коллекцию китайского фарф..., гм. Самое дорогое судовое имущество, самодвижущиеся мины и секретные документы. Впрочем с Уриу будет говорить мой парламентер.
   Глаза Бейли загорелись. Идеально! Этот медведь с идиотским акцентом (и что это за дурацкая русская присказка "факенщит" которая постоянно проскальзывает в его беглой английской речи?) только что фактически подарил Японии свой крейсер! А чья в этом заслуга? Интересно, сколько, чего и как можно получить с Японии за не поврежденный крейсер первого ранга, самый быстрый в мире, кстати...
   - Но уважаемый господин Руднев, а зачем вам тогда вообще выходить на крейсере из Чемульпо? Стойте себе на рейде, до окончания переговоров.
   - Ну во первых, я хочу блефануть, и пригрозить Уриу утопить Сунгари минами Варяга на фарватере, если он не выпустит меня в Чифу! Посмотрим насколько ему нужен порт Чемульпо! Зимой поднять обломки парохода 2000 тонн это не просто.
   - А я что, вместе с остальными стационерами должен буду сидеть в этой дыре полгода пока не расчистят фарватер????? Вы с ума сошли!!!!!
   - Коммодор, я же сказал что я блефую! Ну кто мне позволит топить пароход частной компании??? И в любом случае - фарватер 10 кабельтов, Сунгари 2. Вы то на Телботе пройдете, а вот транспорта с войсками макаки заморятся проводить! Другой вопрос, что это у нас с вами хватит мозгов чтобы понять это, а макаки могут и купиться. Если Уриу не будет стрелять, то поверьте - в свободном уходе Сунгари я заинтересован побольше вашего.
   "Понятно, надо предупредить Уриу, чтобы на переговорах на компромиссы не шел! И не открывал огня первым. Разоружение Варяга в Чемульпо и точка. А через неделю Тэлбот отзовут, и пусть японцы делают с этим Варягом что хотят. Моя совесть чиста. И карман полон". Дипломатических способностей истинного Руднева хватало на то, чтобы читать мысли Бейли с лица как со страниц книги, выдержки и пофигизма Лже-Руднева хватило на то, чтобы их не откомментировать и не рассмеяться. Они начинали неплохо работать вместе!
   - Ну что же, я передам ваши слова Уриу. Но зачем вы ломали комедию перед французом и итальянцем?
   - Слушайте, о своей репутации мне тоже надо позаботиться! И потом, если они предупредят Уриу о моей готовности сражаться, договориться с ним будет проще. И потом, если мне удастся договориться с Уриу, устроить маленькое шоу со стрельбой...
   "Они предупредят Уриу? Шоу со стрельбой? Точно он какой то странный сегодня. Неужели настолько испугался? Нет, не быть России морской державой! Так не понимать обстановку, дрожать и избегать боя, ни один известный мне командир Роял Нейви* так бы не поступил... А уж довести всего за 2 года новейший крейсер до такого состояния, что он не может дать более 50% контрактной скорости, это вообще уму не растяжимо".
  
   * Роял Нейви - Королевский флот. Самоназвание Британского флота, слово Британский опущено наверное из английской скромности. Или с намеком, что ДРУГИХ королевских флотов в море они не потерпят.
  

Глава 4. Видимая сторона Луны 2. Первая часть марлезонского балета.

Рейд Чемульпо, Корея. 27 Января 1904 года.

  
   В 15.45 русские корабли снялись с якорей и потянулись в сторону выхода из бухты. Первым шел Кореец, что уже насторожило бы наблюдателя из будущего, будь такой рядом. За ним неторопливо на 6 узлах тянулся Варяг, последней плелась Сунгари, нагруженная так, что ватерлиния ушла под воду на добрый фут. Что на нее свозили последние 24 часа со всего города - одному Богу известно, всем было не до этого. Японцы были слишком заняты высадкой десанта, англичанам и остальным стационерам было все равно. В начале фарватера Кореец разошелся на контркурсах с британским паровым катером, спешившим вернуть коммодора Бейли на свое законное место на мостике Тэлбота. Он за прошедшие 3 часа успел обрадовать Уриу, что добыча достанется ему без боя и в неповрежденном состоянии. Все что нужно для того сделать - не стрелять первым, проявить твердость на переговорах, и не поддаваться ни на какой блеф со стороны Руднева! Об остальном позаботился он, многомудрый Бейли. Коммодор был в приподнятом настроении, хорошая прибавка к жалованью и безбедная старость ему обеспечена. Даже пара процентов от стоимости крейсера, это при 5% годовой ренте составит... В общем коммодор был полностью погружен в свои, счастливые мысли.
   Как и было обещано, Варяг, под напряженными взглядами с мостика Асамы, отдал кормовой якорь на границе нейтральных вод. За ним бросила оба носовых якоря Сунгари. Когда течением ее развернуло поперек фарватера, был также отдан и кормовой якорь. Команда подтянула к борту до этого шедшие на буксире шлюпки, зачем то сразу четыре, и стала демонстративно перебираться на Варяг. Причем шлюпки на борт Варяга не поднимали.
   "Блефуйте, блефуйте, хоть бы шлюпки на Варяг подняли а то все белыми нитками шито, - подумал Уриу. Он прибыл для переговоров на стоящую ближайшей к проходу Асаму, - хотя если бы не предупреждение Бейли, вынужден признать, было бы не приятно выбирать между необходимостью обеспечить бесперебойное функционирование порта, и уничтожением Варяга. Слава Богине Аматерасу, кажется сегодня получится и то, и другое, и без потерь в кораблях. Неплохое начало войны, крейсера еще пригодятся Японии, вряд ли все остальные русские командиры окажутся трусами под стать этому Рудневу. Война еще впереди, а этот Варяг станет самым мощным бронепалубным крейсером в составе императорского флота".
   Не доходя до Асамы примерно 7 кабельтовых, бросил якорь и Кореец, шедший с флажным сигналом по международному своду "Высылаю шлюпку с офицером для переговоров". На мостике Асамы Уриу был несколько обеспокоен чрезмерным сближением с потенциально враждебным кораблем. Но разглядев на палубе Корейца зачехленные орудия и почти полсотни человек, слоняющихся без дела и с любопытством разглядывающих приближающуюся Асаму, отменил уже отданный сигнальщикам приказ о подъеме сигнала "Стой а то открою огонь". В конце концов, сейчас главное не сорвать удачное начало переговоров, и так вчера приняли, как потом выяснилось, уход из бухты Корейца за попытку помешать десантным транспортам. Нервы у всех на пределе, оно и понятно - первый день первой войны с европейской державой. Это не китайцев гонять, что для самураев привычно. По той же причине Уриу отказал командиру Асамы в просьбе навести на Кореец орудия главного и среднего калибра. Один слишком нервный наводчик, и прощай бескровная победа и целый трофей. В конце концов эта старая лодка все равно ничего Асаме не сделает, а пугать русских до начала переговоров, пока не стоит. Рано.
   В подзорную трубу было видно, как с Корейца на катер, до этого шедший на буксире, перебрался офицер. "Наверное сам Руднев пожаловал, раз ради него погнали Кореец, кого попроще отправили бы сразу на катере", - подумал Уриу. Катер пришвартовался к трапу Асамы через 10 минут. Судя по тому, с какой скоростью он плелся и как обильно при этом дымил, его машины и правда были не в лучшем состоянии чем у Варяга. Поднявшийся по трапу офицер, представившийся как Лейтенант Берлинг (странно, подумал Уриу, на переговоры о капитуляции мог бы пожаловать и сам Руднев, или он ожидает на Корейце для проведения второго раунда, а этот лейтенант не более чем прощупывание почвы?) вручил Уриу пакет. Примерно догадываясь о его содержимом Уриу неторопливо, смакуя момент вскрыл его. На единственном вложенном листке был текст следующего содержания:
  
   "Контр-адмиралу Императорского Японского Флота и командующему Японской эскадрой на рейде в Чемульпо С. Уриу.
  
   Сэр! Ввиду начала военных действий между Японией и Россией, о котором вы меня любезно уведомили, и нарушением вашей эскадрой нейтралитета порта Чемульпо, я имею честь почтительнейше просить Вас капитулировать и разоружить Вашу эскадру не позднее 17:00 9 февраля 1904 года (27 января 1904 года по русскому стилю). В противном случае я буду вынужден уничтожить Вашу эскадру всеми доступными мне средствами.
  
   Имею честь быть Вашим почтительнейшим слугой.
   Командир крейсера "Варяг" Императорского Российского Флота
   В.Ф. Руднев"*
  
   По мере чтения в голове Уриу выстраивались и рушились десятки идей и теорий. Если это капитуляция Варяга, то я император Кореи! Черт бы побрал этого Бейли и этого Руднева, они что заодно? Маловероятно, но даже если так, то в какие игры они играют? Зачем перенаправлять мне мой же немного переделанный ультиматум? Эскадра готова к бою, Варяг без хода на якоре, шансов у него как не было, так и нет, что они этими глупостями выиграли? Полчаса времени? Или это обещанный Бейли блеф Руднева? Но почему такой наглый и глупый? И зачем Кореец обвешан парусами и выглядит как пугало а не боевой корабль? Впрочем это объясняет почему прислан лейтенант. На второй раунд стоит ожидать кого либо посерьезнее, того кто может сам принимать решение. При этом ни один мускул не дрогнул на лице адмирала. "Восточная школа, - подумал про себя Берлинг, жалко что я не увижу выражение его лица через пол часа, ну ничего, обойдусь собственным воображением".
   - Передайте вашему командиру, что я готов обсуждать только капитуляцию ЕГО кораблей. Но не моих. Все на что он может рассчитывать, это пропуск Сунгари с некомбатантами в ближайший нейтральный порт под конвоем одного из моих крейсеров. Варяг и Кореец, так или иначе, останутся в Чемульпо, а вот на поверхности моря или на его дне, зависит от вашего Руднева. Это мое последнее слово. И пусть в следующий раз приезжает сам, потому что его время истекает. Если через час мы не придем к соглашению, я открываю огонь.
   - Так точно, Ваше высокоблагородие. Господа офицеры, разрешите откланяться.
   В момент отхода катера с Берлингом от трапа Асамы, Кореец начал поворот на малом ходу на курс позволяющий подобрать катер. Наверное русские боятся, что машина катера не сможет выгрести против течения, - усмехнулся про себя Уриу, у англичан пол часа назад таких проблем не было. Все же русские не машинная нация, тот же Кореец, ну какой идиот дает ход, не подняв заранее якорь? Развернуться то так еще можно, но вот тронуться с места нельзя, пока не порвется якорная цепь. Странно, а где собственно цепь... Вот идиоты, они уже утопили якорь!
   С катера, оставляя за собой хорошо видимый шлейф черного дыма, взвилась в зимнее небо ракета. Интересно что же сообщает этот невозмутимый лейтенант своему командиру таким образом? Что блеф не удался наверное? Это была последняя неторопливая и довоенная мысль в голове Уриу. На Корейце спустили сигнал о переговорах, на стеньги мачт взлетели красные боевые флаги, и на носу вспухли клубы порохового дыма от залпа 2-х 8" и носового торпедного аппарата! Еще через примерно секунду русский 8" фугасный снаряд старого образца, разорвавшийся на мостике Асамы отправил адмирала в легкий нокаут. Второй снаряд носового залпа Корейца попал в носовую оконечность Асамы, промахнуться с пяти кабельтовых было сложно. Хотя если честно он тоже был нацелен в мостик, но попал не менее удачно. Уриу смог прийти в себя через минуту, как раз к моменту взрыва самодвижущейся мины, выпущенной Корейцем. Увернуться стоящая на якоре Асама не могла. Причем очевидцы утверждали, что взрывов было два, и, что уж совсем ни в какие ворота не лезет, первый взрыв якобы произошел за несколько секунд ДО попаданий мины, что потом долго, нудно и упорно отрицалось российской стороной.
  
   * Копии ультиматума были по почте отправлены командирам всех иностранных стационаров. С припиской что на Сунгари загружен взрывоопасный груз, и в случае если японцы не сдадутся рекомендуется к нему не приближаться. Проблема только в том, что в Чемульпо почта работала не очень оперативно, и о предупреждение стало известно с запозданием в два дня.
  

Глава 5. Обратная сторона луны.

Рейд Чемульпо, Корея. 26 Января 1904 года, вечер. Военный совет.

  
   - Господа офицеры, положение вам ясно. Уриу нам уйти не даст. Я бы на его месте точно не дал бы. Прорваться, как предлагает большинство из вас мы не сможем физически. Я надеюсь о состоянии машин все помнят? 22 узла на 2 часа вот наш предел, и то никакой гарантии, что машины не скиснут раньше, наши механики дать не могут. А и дали бы, я бы не поверил. Потом, о результатах состязательных стрельб с Аскольдом все помнят? Лейтенант Зарубаев, как старшей артиллерист уж вы то должны прекрасно понимать, что нанести существенный вред Асаме мы не сможет. Потому что пока мы подойдем на дистанцию с которой наши шестидюймовки смогут пробить ее пояс, ее четыре восьмидюймовые и семь шестидюймовок в бортовом залпе уничтожат всю нашу ничем не прикрытую артиллерию. А туда же, "нанести повреждения нескольким кораблям противника". Скромнее надо быть. В лоб нам не пройти, и уподобляться гороху бросаемому об стену мы не станем.
   - Всеволод Федорович, вы предлагаете сдаться????
   - Я надеюсь что господин Уриу другого выхода из нашего положения тоже не усматривает. Вот от этого и будем плясать. Я завтра попробую задурить голову коммодору Бейли, и убедить его попросить Уриу подпустить Кореец для отправки офицера на переговоры о сдаче. Вот только Уриу будет ждать нашей сдачи, а в ультиматуме мы потребуем сдать его эскадру. Под катером за ночь надо скрытно подвесить ту самую гальваноударную мину, что не перегрузили на Сунгари, в отличие от ее товарок. Взрывать ее будем гальванически, после отхода катера от Асамы, поэтому на катере пойдет минер, лейтенант Берлинг. Асама очень удачно стоит первой к выходу. Попросим Уриу прибыть на нее для переговоров..
   - Господин капитан первого ранга, но это бесчестно!
   - А запирать противника до объявления войны силами 6 против одного, а потом требовать его выхода в море на "честный бой" под угрозой расстрела на нейтральном рейде, честно? А высаживать ДО объявления войны десант в нейтральном порту честно? Не я начал эту игру. Но я БУДУ играть по правилам которые Уриу установил, как он думает, только для себя. И не волнуйтесь по поводу вашей чести, перед судом и судом офицерской чести тоже, в случае чего отвечать буду я (вернее Руднев, шкуру которого я подставляю, а что делать? А ля гер ком а ля гер). Теперь по Корейцу. Как только катер отвалит от Асамы, расклепывайте якорную цепь, вернее заканчивайте расклепку, и поворачивайтесь носом к Асаме. По черной ракете с катера залпируете из обоих 8" и пускаете мину. Ну и изо всей мелочи по мостику, естественно. Рекомендую всадить хоть один 8" снаряд первого залпа тоже в мостик. Это существенно усложнит япошкам борьбу за живучесть, потому что большинство офицеров будут там, наслаждаться процессом нашей капитуляции. Если Асама будет надежно выведена из строя 2-мя взрывами мин и первым залпом Корейца, прикрываясь ей попробуйте достать 2-й крейсер в японской линии. Это вроде бы Чиода, наш недавний сосед, брат стационар, так сказать. Если нет, извините, но вы должны таранить Асамы, и взрывать погреба Корейца. Другого выхода нет. Кореец, с его скоростью не жилец при любом раскладе событий, так что из его неизбежной гибели надо извлечь максимальную пользу, при минимальных потерях в людях. Ему не прорваться в море, и не вернуться назад.
   - А назад то почему не получится? Прикрываясь той же Асамой...
   - К этому моменту пути назад уже не будет. На фарватере будет лежать Сунгари, а за ним будет стоять 9 мин заграждения.
   - ПОЧЕМУ??? КАК??? Откуда они там возьмутся?
   - Мины сейчас перегружают с Варяга на Сунгари, вместе с катерными метательными минами, подрывными зарядами и прочей взыво- и огнеопасной гадостью и всей не нужной взрывчаткой. Кстати, Корейцу тоже приказываю сдать все не нужное в бою на Сунгари. Еще туда же завозят весь цемент, который найдут в городе до утра. Как только Кореец откроет огонь по Асаме, я прошу из кормового 6" орудия стрельнуть перелетом по Варягу и стоящей рядом с ним Сунгари. После падения снаряда, а его не смогут не заметить на Паскале и Тэлботе, я взорву 2 гальваноударные мины заложенные на Сунгари. Корпус Сунгари существенно осложнит пользование фарватером до весны, а если на заграждении еще кто либо подорвется, то можно ожидать полной закупорки порта на месяц другой. А вину за неудобство для господ стационеров свалим на неточный залп Асамы по Варягу. Остальные мины поставим когда будем "эвакуировать" на шлюпках команду Сунгари на Варяг. Чтоб веселее было пытаться его обойти на фарватере. Я думаю с следующие пару месяцем японцам будет не до высадки десантов в Чемульпо.
   - Теперь понятно почему капитан Сунгари от вас красный как из бани вылетел! А не взгреет вас Старк за утопление собственного парохода? И потом, а как же стационеры?
   - Взгреет не взгреет, как говорит один мой приятель - "ты сначала доживи". Будем в Артуре, будем об этом беспокоиться. А стационеры ваши посидят несколько месяцев тут. Не помрут. Они нам очень помогли? Вот пусть и поскучают. И опять же - это не мы, это японцы стрелять не умеют, все претензии к ним!
   - А цемент то зачем на Сунгари?
   - Когда он утонет из цемента получится бетон. А поднять со дна моря бетонную чушку нашим друзьям японцам будет гораздо труднее чем порожний пароход. Так, мелкая гадость. Да, в связи с тем что Кореец фактически идет на самоубийство, полная команда вам ни к чему. Я предлагаю оставить половинный наряд машинной команды, треть кочегаров, половину комендоров, полные расчеты только на 8" остальное сокращенные на половину и половину минеров, вам удастся выпустить не более одной мины. Остальную команду предлагаю перевести на Варяг, пригодятся в прорыве.
   - Всеволод Федорович, у нас же с казаками и Севастопольцами будет почти двойная команда, это же не крейсер а Ноев Ковчег получится! Зачем? Передать на нейтральные суда не лучше будет?
   - Ну во первых, будет кем заменять орудийную прислугу, я прогнозирую в ней большую убыль, спасибо господину Крампу. Вернее нашим умникам из под Шпица*. Даст Бог прорваться, первым делом сделаем щитовое прикрытие для орудий. А во вторых есть одна задумка, но об этом пока рано.
   - Всеволод Федорович, а цемент у вас на Сунгари прямо в мешках сгружают?
   - Да Вениамин Григорьевич, а что собственно вас смущает?
   - Пустая затея, коли так. В мешках цемент не схватится. Если уж вы потратили на эту затею казенные деньги, то могли бы приказать мешки резать, на тонну цемента тонну гравия высыпать, и заранее затопить трюмы, на половину примерно. Тогда через недельку и правда хоть плохонький но бетон будет, а если сваливать по вашей системе, то японцам просто надо будет разгрузить кучу слегка окаменевших мешков.
   - Блин!!!
   - Простите Всеволод Федорович, не понял? Какой блин?
   - Тот который комом конечно! Умоляю, сбегайте на Сунгари, там боцман погрузкой распоряжается, прикажите ему чтоб попинал кули. Пусть потрошат мешки и действительно, затопите немного трюмы. И как черти узкоглазые закончат с цементом, пускай и правда начинают гравий таскать, я у входа в порт видел кучу. Доплату пообещайте за переработку. Учитесь у старшего офицера господа, не в бровь а в глаз что называется!
   Неожиданно с места встал молчавший до сего момента Григорий Павлович Беляев второй, командир Корейца.
   - Господа!!! Господа, а не кажется вам что капитан первого ранга Руднев немного горячится? Ну не выпустили нас японцы в море, почему обязательно война из за этого начнется? Я кстати не уверен что миноносцы на самом дел мины пускали, могло моим сигнальным и померещиться со страху, народ то в большинстве не обстрелянный... И потом, огонь то как не крути мой комендор, зараза, первым открыл. Может еще пронесет? Допустим, на Певческом мосту* договорятся, а у нас что? Пароход Доброфлота залит бетоном, по планширь и утоплен на фарватере, на него же перегрузили и с ним утопили все гребные суда, половину боезапаса, завтра еще нейтральный порт заминируем. А не будет войны, КТО за все это отвечать будет?
   - Да не волнуйтесь вы так, Григорий Павлович, присаживайтесь, выпейте еще чаю, вестовой! За свое, как вы явственно подразумевали, самодурство, я если войны не будет отвечу сам. И за пароход тоже отвечу, кстати как мне очень образно объяснил его капитан, Сунгари принадлежит не Доброфлоту, а КВЖД. Он так расстроился, что даже отказался принимать участие в нашем совете. А отвечать я буду по все строгости, как начальник отряда, и ни за какую спину прятаться не намерен. Вот только к сожалению не отвечать перед начальством придется, а воевать. И умирать. Я думаю завтра к обеду нам предъявят ультиматум, или выходим из Чемульпо и Уриу нас топит, или не выходим и он топит на с прямо на рейде. Под осуждающими взглядами остальных стационеров. Мол трусы не вышли на бой, теперь нам могут случайными осколками краску поцарапать.
   Сдержанные смешки офицеров были прерваны штурманом Корейца лейтенантом Бирилевым.
   - Допустим вы правы, и война начнется завтра. Допустим, что спрятав честь в карман мы сможем подорвать минами Асаму. Но что потом? Варяг на полном ходу значит прорывается, а мы? Что нам делать? Особенно меня порадовал ваш приказ о таране с последующим взрывом погребов. У нас на борту почти две сотни душ!
   - Во-первых, Павел Андреевич, полная команда Корейцу не нужна, кстати всегда считал что людей у вас на борту не 2 сотни а 175. Расчеты носовых 8 дюймовок, это простите наш единственный шанс, вам нужны полные. Кормовой 6" тут достаточно сокращенного, вряд ли ей много придется стрелять, то же самое с малокалиберками. Машинная команда и кочегары - тоже половины должно хватить, полного хода вам держать не надо, но маневрировать надо точно, минеры чтобы обеспечить один выстрел и пожалуй все. Я думаю можно позвать добровольцев. Теперь о том как быть, что делать и т.д. Если Асама после взрыва 2-х мин будет выведена из строя, вы обстреливаете Чиоду, вроде в ордере она следующая? Причем я бы порекомендовал для каждого залпа "высовываться" из за корпуса Асамы, а для перезарядки задним ходом отходить назад, прячась за Асамой. Тогда преимущество в скорострельности 120 миллиметровок Чиоды будет скомпенсировано, зато пары ваших 8" бомб ей для выхода из строя вполне может хватить. Да, и не забывайте любое шевеление на палубе и в казематах Асамы пресекать огнем ретирадной пушки и противоминной мелочи, а то прозеваете один два ее 8 или 6 дюймовых снаряда, и прощай Кореец! Как только вы получите повреждения после которых ведение боя будет невозможно, команду в шлюпки, поджигайте запальные шнуры, заранее отмерьте 10 - 15 минут, направляйте брандер имени Корейца на Асаму, чтоб ее подольше поднимали и чинили, и гребите назад в Чемульпо. Если до Асамы дотянуться не сможете, попробуйте взорваться на фарватере. Любое препятствие блокирующее судоходство в Чемульпо, будет костью в горле у япошек при высадке десанта. А больше им его и высаживать то особо не где. Мне не нужно чтобы вы погибли. Наоборот, вы должны выжить и рассказать НАШУ версию событий, иногда на войне это важнее чем выигранное сражение. А по поводу тарана, я думаю про бриг Меркурий и пистолет Казарского все помнят**? Так вот, если мы хотим выиграть эту войну, командир любого японского корабля, даже Микасы, должен после нашего завтрашнего боя, бояться просто сблизиться с любым, самым занюханным русским миноносцем! Как турки боялись! Да и шансы на выживание не знаю где выше, на Корейце или на Варяге, где лично вам, Павел Андреевич, придется завтра быть.
   - Вы меня что, в трусости обвиняете ваше высокоблагородие?
   - Нет. Но мне до зарезу нужен на борту еще один штурман. Зачем простите позже. Но это приказ. А на Корейце штурман уже ни к чему, дедушке с рейда завтра не уйти..
   - Вы так говорите, Всеволод Федорович, будто точно знаете что нам завтра идти на бой. А ведь...
   - Вениамин Григорьевич, простите великодушно но вы уже вернулись с Сунгари или все еще на пути туда? Ваша же идея с бетоном, вам и выполнять, инициатива она наказуема.
   Нервные смешки собрания медленно но верно переходят в нормальный здоровый смех, чего собственно и добивался командир крейсера, как бы его не звали. Обе его персоналии наперебой голосили что с техническими деталями можно разобраться и завтра, а вот поднять дух команды и особенно офицеров перед боем, сейчас гораздо важнее.
   - Сей секунд, извините замешкался, вернее заслушался. Вас послушать, так вы к этому дню будто год готовились! Только без меня ничего важного пожалуйста не обсуждайте, хорошо?
   - Христом Богом клянусь, будем пить чай с коньяком и музицировать! А готовился не год, а всю жизнь, как и все мы господа.
   - Музицировать?
   - Так точно господа офицеры. Кто у нас наиболее силен на рояле? Мичман Эйлер? Мне тут давно пришла в голову идея гимн Варяга написать, а сегодня по возвращению Корейца как обухом по голове ударило, повод то какой! Вот вроде что то получаться стало (простите плагиат неизвестные мне немец и переводчик, но так надо), давайте вместе попробуем. Я попробую напеть, а выбудьте любезны подберите ноты.
   - Но до того ли сейчас? Дел не впроворот, а вы музицировать!
   - Больше скажу. Завтра надо будет до обеда и команду обучить песне. Им она пригодится дух поднять, да и помирать с музыкой веселее будет! Считайте это моей командирской блажью.
  
   В сгущающихся вечерних сумерках рейда Чемульпо впервые звучала песня Варяга. И пусть карты уже лежали немного не так как в той истории что помнил Карпашев/Руднев. Пусть мелодия не на все 100 % совпадала с той что он напевал с детства (эх как я тогда в 3-м классе дрался с братьями Ким после строчки про "узкоглазых чертей", до сих пор приятно вспомнить), и которая наверно и привела его в конце концов на эту скользкую дорожку. Которая завтра вполне могла закончиться на мостика Варяга разлетом его мозгов, при неудачном разрыве японского снаряда, но зато ее пели именно те люди, у которых было на это больше прав чем у любого другого исполнителя, во все времена. И потом, команда должна не идти в бой потому что она должна. Она должна в него рваться! Тогда завтра у нас будет шанс.
  
   Наверх, о товарищи, все по местам!
Последний парад наступает!
Врагу не сдается наш гордый "Варяг",
Пощады никто не желает!
  
   Все вымпелы вьются, и цепи гремят,
Наверх якоря поднимая,
Готовятся к бою орудий ряды,
   Hа солнце зловеще сверкая.
  
   Из пристани верной мы в битву идем,
Навстречу грозящей нам смерти,
За родину в море открытом умрем,
Где ждут желтолицые черти!
  
   Свистит, и гремит, и грохочет кругом
Гром пушек, шипенье снаряда,
И стал наш бесстрашный, наш верный "Варяг"
Подобьем кромешного ада!
  
   В предсмертных мученьях трепещут тела,
Вкруг грохот, и дым, и стенанья,
И судно охвачено морем огня,-
Настала минута прощанья.
  
   Прощайте, товарищи! С Богом, ура!
Кипящее море под нами!
Hе думали мы еще с вами вчера,
Что нынче умрем под волнами!
  
   Hе скажут ни камень, ни крест, где легли
Во славу мы русского флага,
Лишь волны морские прославят вовек
Геройскую гибель "Варяга"!
  
  
   * Шпиц - жаргонное название морского штаба в офицерской среде Русского Императорского Флота начала 20-го века.
   ** Бриг Меркурий и пистолет Казарского - для тех кто не помнит. В середине 19 века маленький русский кораблик Меркурий, был атакован 2-мя линкорами турецкого флота. Перед боем, в котором у Меркурия практически не было шансов уцелеть, его командир Казарский положил перед крюйт-камерой свой заряженный пистолет с наказом - "если положение станет безнадежным, то я или тот из офицеров что останется в живых, должен выпалить из этого пистолета в крюйт-камеру, предварительно свалившись на абордаж с ближайшим турецким кораблем". В последствии когда после неравного боя бриг все же оторвался от турок. Казарский разрядил его выстрелом в воздух. Впоследствии этот пистолет стал частью герба семьи Казарских.

Глава 6. Муравейник.

Рейд Чемульпо, Корея. 26 Января 1904 года, вечер.

   На борту Сунгари корейские кули погоняемые русскими моряками во главе с боцманом Варяга и капитаном обреченного корабля готовили его к гибели. На мостике сам капитан изливал душу Рудневу.
   - Я понимаю, необходимо. Я понимаю, или это старое корыто или новый крейсер, один их лучших на флоте. Я понимаю, мы не утопим так или японцы расстреляют или того хуже, себе заберут и будут снаряды возить, которые потом на русские головы полетят. Но все одно, своими руками свой же корабль медленно готовить к утоплению это как старого друга предать! Может для вас господин Руднев это просто груда железа, в полторы тысячи тонн водоизмещения, но для меня...
   - Но для вас это то же самое что для меня Варяг, старый товарищ. Прекрасно понимаю, и поверьте сочувствую. Даст Бог прорвемся, лично попрошу государя новому пароходу КВЖД или Доброфлота присвоить имя геройски погибшего Сунгари, а вас поставить капитаном, вернее уже командиром. А может мобилизую вас в военный флот и захвачу вам крейсер у японцев! Примите командование?
   - Ну если вы так ставите вопрос, то приму. Но только если назовете Сунгари!
   Сарказм в голосе капитана был практически не скрываем. Ну что ж, я бы на его месте тоже не поверил. Но зато теперь я его, как придет время, смогу поймать на слове. А в эти времена слово совсем не такой пустой звук как в мои.
   - Договорились, Сунгари так Сунгари. А пока, пойдемте посмотрим что у вас в трюмах творится.
   - Разгром и грязь! Вот что там творится. Водонепроницаемые переборки разбиты, двери вырваны с мясом, под котлами мина ваша, будь она не ладна! Кочегары боятся работать. Еще куча вашего взрывоопасного барахла в кладовых и вторая мина, вся опутанная проводами, как гирлянды на иллюминации по случаю коронации государя, да-с, имел честь присутствовать. В грузовых трюмах еще хлеще, сначала хоть в мешках цемент сваливали, хоть какой-то порядок был, так прибежал ваш малахольный старший офицер, прости господи, приказал распороть мешки, да еще и затопить трюмы на половину. Сейчас туда вообще мусор и камни со всего порта корейцы стаскивают, а как закончат начнут наш уголь носить к вам на Варяг. Хотя зачем вам наш мусорный уголек не знаю. Мы то на Кардиффах не ходим-с. А вообще обидно, всю жизнь был чистый аккуратный пароход, а перед смертью в помойку превратился. Мы то с вами наоборот завтра в чистое переоденемся, а Сунгари вот так вот. Жалко его одним словом. Ну да пройдемте, добро пожаловать к нам на 6-й круг ада, господин каперанг!
   Капитан не соврал ни одним словом. Внутренние помещения парохода представляли из себя квинтесенцию беспорядка и разрушения. К этому надо добавить толстенькую 450 килограммовую тушку гальваноударной мины, образца 1898 года между котлами. Десяток ее близняшек на палубе попарно подвешиваемых к днищам шлюпок и катеров, щедро переданным на Сунгари с обоих военных кораблей. Присовокупите десяток пироксилиновых патронов на кингстонах и стенках котлов, и тогда можно понять, почему кочегары несущие вахту и поддерживающие пары столь опасливо вжимали головы в плечи. Ничего, им пройти то надо всего пару миль, а потом пошуровать в котлах напоследок, для обеспечения более красивого облака взрыва и на Варяг. Правда там потом еще страшнее будет, ну что поделать, в ля гер ком а ля гер.
   Из носового трюма донеслась сочная морская ругань, с упоминанием святых и что совсем уж не в кассу офицеров. Так, это уже интересно! Что у нас тут за действующие лица? Ага, 2 известных бузотера с Варяга. Ну конечно, кого еще могли ночью послать затапливать трюмы с цементом? Только "любимчиков" старпома. Но впрочем, заслуженно их Вениамин Григорьевич чморит. Как какая заваруха, так эта парочка всегда в центре. Взять ту же историю с купанием пары английских матросов в Шанхае! Не совсем добровольным естественно купании. Кто ж по доброй воле в марте в воду с пирса сиганет то? Пари у них видишь ли было. Небось по вопросу "кто кому в рыло первым с размаху попадет чтобы с копыт". Ну да ладно, то дело прошлое. А чем же у нас сейчас матрос 1-й Статьи Кирилл Авраменко не доволен? Ага, в жидкий бетон, как это по французки, плюхнулся. Ну а при чем же тут начальство то? Так, если вынести за скобки 2 минуты мата, силен бродяге кстати, не повторяется, к себе вернусь надо пару выражений перенять, "А нафига вообще мы это тут делаем". Ну что же, придется снизойти до разъяснений. Мне завтра нужна вся команда в числе единомышленников, а этот сорви голова вместе со своим корешем Зреловым, всю команду оповестят почище корабельной трансляции. И в нужной тональности.
   - Вечер добрый, чудо богатыри!
   - Рады стараться ваше высокоблагородие!!
   - Ну что, в трюме не как у вас на формарсе, скучно и грязно?
   - Так точно ваше высокоблагородие!
   - Ладно, братцы вольно. Присаживайтесь, курите, вот папиросы.
   - Так в трюме же не на баке, ваше...
   - Да ладно, в ЭТОМ трюме можно. Я разрешаю. Тут завтра такой фейерверк будет, что пара окурков не повредит. Угощайтесь.
   - Благодарствуем.
   - Я тут краем уха слышал как ты Араменко поливал весь мир и меня в частности, не оправдывайся, если бы я в жидкий цемент по колено нырнул, то от меня ты бы еще и не такое услышал. Да не дергайся ты, нас с вами братцы завтра надо надрать задницу шести крейсерам узкоглазых. И мне уж точно не до того чтобы обижаться на то как ты меня назвал. Собака лает, ветер носит, как говорят на востоке. Но вот о том что я заставляю вас заниматься идиотизмом ты не прав.
   - Вашбродь! Так мало того что на нас вся местная команда волком смотрит, те что остались, большинство уже к нам на Варяг съехали, так еще и не отстирать ведь цемент то! На кого я похож, не матрос а пугало огородное да и только. Завтра на поверке господин старший офицер опять на бак на час поставють, а отмыться то некогда!
   - Не боись, замолвлю за тебя словечко, а завтра мы все в чистое по любому переоденемся. А пароход мы завтра выведем на фарватер и если узкоглазые не сдадутся, то взорвем ко все чертям! Так что порядок тут можно не соблюдать. Мины на верхней палубе видели? Как закончите в трюме и докурите, помогите гавальнерам их подвесить под днища шлюпок, и спустить эти конструкции на воду. Нечего супостату подглядывать что мы тут делаем, будет ему сюрприз. Да еще, всей команде сегодня по двойной чарке перед сном. А завтра сколько влезет но простите ребята, после боя.
   - Рады стараться ваше высокоблагородие!
   - Ну раз рады, старайтесь. Завтра утречком еще новую песню выучим, чтоб помирать нам было веселее, слышали небось как в кают компании пели? А пока работайте. Ночь коротка а дел много. Да, еще о делах, как тут закончите соберите всех ваших мелких артиллеристов, ну что смотрите глазами крупнее тарелок? Все расчеты орудий калибром 47 миллиметров и бегом на бак. Вам мичман Лобода прочтет лекцию о том как заряжать, наводить и стрелять из шестидюймовки Кане. Вы следующие после Севастопольцев. Вы то хоть артиллеристы, а из них дай Бог хоть подносчиков за ночь нормальных сделать. Знаю что вы ее изучали, но это было давно, а завтра я ожидаю большую убыть в расчетах. Вот вы и будете их подменять, до атаки миноносцев у 47 миллиметровок вам делать нечего, понятно?
   - Так точно Ваше высокоблагородие!
   Так теперь можно и на Кореец.
  

Глава 7. Муравейник 2.

Рейд Чемульпо, Корея. 26 Января 1904 года, заполночь.

  
  
   Григорий Павлович Беляев был в корне не согласен с уверенностью Руднева в неизбежности завтрашнего боя. Может еще и пронесет, выпустят япошки Варяга и Корейца, но на всякий случай к неприятностям подготовиться не мешает, это он признавал. Другой вопрос, что отослать полкоманды на Варяг и подготовить носовую крюйт-камеру к взрыву не совсем то что он полагал единственно верным для подготовки к бою. Но приказ есть приказ.
   Так, а вот и господин Руднев на катере пожаловал, Что он тут забыл то, обычно к себе на Варяг вызывал если что то надо. И что на него вообще сегодня нашло? Никогда такого шила в заднице за ним не замечалось. Известен как один из самых мягких и сговорчивых командиров на флоте. А тут на тебе, вдруг все делает по своему. Ни на йоту от своего плана не отступает! Как подменили.
   - Добро пожаловать на борт, Всеволод Федорович. Вы с инспекцией?
   - Ну что вы право, Григорий Павлович, какие сейчас инспекции. Скорее еще раз отработать взаимодействие, может вы мне что посоветуете, может я вам. В общем как говорят наши злейшие друзья англичане, провести "мозговой штурм".
   - Ни разу не слышал такого выражения, но суть понятна. И что мы с вами штурмовать будем? И главное где? Позвольте пройти в мою каюту?
   - Да, там любопытных ушей поменьше. А штурмовать мы с вами будем японскую эскадру конечно, сначала сегодня в уме, потом завтра в реале. Давайте заодно посмотрим, что у вас творится в носовом погребе, если вы не возражаете.
   - Да за ради Бога. Там все готово к взрыву, только детонаторы пока не заложены, от греха, стеньги к утру срубим, снаряды для 8" выложены, расчеты получили свои чарки и теперь отсыпаются, минеры никак не могут закончить проверять свою ненаглядную мину в надцатый раз. Я и сам по старой миноносной привычке не удержался, разок к ней в потроха залез. Идею с противоосколочными стенками у вас уж простите украл без спросу, сейчас на носу матросики мудрят с койками, прикрывают зады 8". Чехлы на 8" распороты, и сшиты на живую нитку, причем для прицелов и у среза стволов оставили дырки. Орудия заряжены, наводчиков завтра посажу под чехлы, и первый залп для японцев точно будет неожиданным. Я хоть и не верю что завтра придется с японцами воевать, они нам тут цирк не в первый раз устраивают, но к этому готов. И сам готов, и Кореец тоже подготовил насколько это вообще для нашего старичка возможно. Так что выкладывайте начистоту, зачем пожаловали.
   За капитанами соответственно первого и второго рангов закрылась дверь каюты.
   - Ну начистоту так начистоту. Я понимаю, что вы на меня сильно обижены, так как я фактически бросаю Кореец на растерзание, и прикрываясь им спасаю Варяг, то есть я - последний негодяй, и иду против главной традиции Русского флота - сам погибай но товарища выручай.
   - Ну что вы, я ни единым словом...
   - Ваше молчание было достаточно красноречиво и что за ним скрывалось тоже весьма очевидно. Как и за молчанием ваших и моих офицеров. Но понимаете, мы сейчас фактически единственные что может выиграть эту войну.
   - Гм. Простите за прямоту Всеволод Федорович, но кроме нас тут никого нет и я тоже хочу спросить вас кое о чем. Откровенность за откровенность. У вас никто в роду манией величия не страдал?
   - Нет, Григорий Павлович, я первый. Скажите, кто может сорвать развертывание японской армии через Чемульпо кроме нас с вами?
   - В Артуре, если помните, целая эскадра, включая семь броненосцев, во Владивостоке четыре крейсера, каждый из которых по сумме боевых возможностей превосходит Варяга и Корейца вместе взятых. Ну кроме Богатыря, тот практически ваш близнец, хотя на мой взгляд уж простите, слегка улучшенный.
   - Да, все так и есть. Но давайте поставим себя на место Того. Уверен что Порт Артурская эскадра этой ночью атакована кучей миноносцев, после подрыва пары броненосцев она уже не может бросить вызов Того до окончания их ремонта, т.е. на войсковые перевозки никак не повлияет. Владивостокский отряд крейсеров заперт льдами, еще минимум месяц. И значит еще минимум месяц тоже никак на перевозки воздействовать не сможет. Да и потом, из Владика сюда надо идти через Цусимский пролив, пройти то сюда они может пройдут, а на вот обратном пути их и поймают. Короче - не рискнут они.
   - Но и в Артуре есть и крейсера, Аскольд, Новик, Боярин, Диана с Палладой в конце концов.
   - А еще там есть Старк, который их никогда в самостоятельное крейсерство не выпустит пока под Артуром болтается парочка Асамоподобных. Отвлеченный вопрос. Вот как вы думаете, что надо чтобы вывести из строя обе ваши 8" к примеру? Каково минимальное необходимое воздействие?
   - Ну я думаю достаточно одного крупного снаряда, завтра проверим.
   - А я вот думаю что хватит горсти песка в смазку.
   - Это само собой, но вы это к чему?
   - Это я к тому, что сейчас песочком в японском военном механизме можем и должны стать только мы. И для этого я готов принести в жертву свое доброе имя, подорвав Асаму весьма подлым (да слышал я что вы себе под нос на совещании бубнили, слышал, не надо большие глаза делать) образом и бросив Кореец, это война и главное ее выиграть. А появление Варяга на своих войсковых коммуникациях Того никак предвидеть не мог. Затем он сюда целую эскадру и пригнал, чтобы ни при каких обстоятельствах ему Варяг поперек горла не встал. Да и просто утопление Асамы это уже минус один корабль линии, а их у Того всего то 14. Вернее пока даже 12, гарибальдийцы еще в пути.
   - То есть вы не в Артур идете?
   - Нет. У меня гораздо более интересные планы. Простите, но даже вам я не могу их раскрыть, так как есть шанс что вы попадете в плен к японцам, и тогда они просто "поменяют смазку", и получится что Кореец погиб зря..
   -Ну тогда удачи вам, раз вы все уже твердо решили. Давайте еще раз пройдемся по действиям Корейца?
   - Ну давайте. При приближении к Асаме выгоните всех кого можно на палубу, пусть глазеют на нее. Тут против пословицы, чем больше народу, тем больше кислороду.
   - Простите, не понял, а зачем собственно?
   - Ну чтобы господин Уриу не сомневался в ваших не воинственных намерениях. Корабль с кучей ротозеев на палубе никто за противника готовящего гадость принимать не будет. Так понятно?
   - Вполне.
   - Далее. По черной ракете с катера расклепывайте якорную цепь, я тоже самое планирую сделать, эта тяжесть нам больше ни к чему, залп из носовых пушек по мостику и пуск мины. Только умоляю, сначала поднять боевые флаги и спустить сигнал о переговорах. Одновременно с ретирадной шестидюймовки положите снаряд с перелетом по Сунгари, чтобы стационеры его заметили. Одновременно со взрывом мины, подрыв нашего сюрприза, Берлинга я уже проинструктировал. Он потом когда вы решите топиться по вашей ракете белого дыма подойдет вам к борту и попытается снять раненых. Если его самого к тому моменту не утопят. Потом по обстоятельствам, если Асама не тонет - таран и подрыв, если тонет, то поиграйте в прятки с Чиодой. Высовывайтесь из за Асамы, давайте залп, и полный назад. Так у вас есть шанс ее тоже хорошо поцарапать. В прямой бой с ней лезть я бы поостерегся, все же у нее скорострелки, и числом поболе. А у вас брони считай что нету. Если, случится невероятное, и вы и Чиоду выведите из строя, то тогда огонь по следующему крейсеру. Но думаю к тому моменту сам Кореец уже будет не боеспособен. Как только вы потеряете способность стрелять из обоих 8", или возникнет угроза потери хода, или больших затоплений, сразу тараньте Асаму, или если не сможете взрывайтесь на фарватере. Но естественно, взрыв после посадки команды в шлюпки. Катер, повторюсь, тоже должен попытаться подобрать уцелевших. По прибытию на берег придерживайтесь нашей версии событий. Мы предъявили японцам ультиматум, они утопили Сунгари, мы открыли огонь в ответ на это, мины на фарватере случайность, результат подрыва Сунгари вызванный попаданием японского снаряда. Зазубрите как отче наш, и офицерам то же самое затвердите. Вопросы, предложения?
   - Что в это время делает Варяг?
   - Избавляюсь от якорей, кроме одного, даю полный ход, проходя мимо Асамы пускаю по ней пару мин, чем дольше ее будут чинить, тем лучше, потом стреляю по Нийтаке и прочим и пытаюсь прорваться в море полным ходом. Там в темноте меняю курс, может устрою сюрприз для японцев, если они за мной погонятся, и утром начну ловить транспорты. Обычная крейсерская работа.
   - По этому фарватеру полным ходом? А рули вам заклинит что тогда?
   - Ну волков бояться, в лес не ходить. Как надо будет притормозить в узостях, дам полный назад. Заодно пристрелку японцам собью. Бронированную трехдюймовую трубу с рулевыми приводами Варяга перебить фугасами это почти невозможно знаете ли. Кстати, для того я у вас штурмана и забираю, он этот фарватер получше моего знает. И потом призы тоже он поведет во Владивосток, если такие будут. Для этого и ваша команда нужна на Варяге.
   - И все это при том что вы до сих пор не знаете об объявлении войны?
   - Завтра узнаем. По тактике на завтра все ясно?
   - Вполне. Что не ясно, так это что на вас нашло, Всеволод Федорович? Вы сам не свой. Не скажу что мне новый Руднев не нравится, но откуда он взялся? Никогда бы не поверил, что вы можете пойти на такое.
   - Обстоятельства-с вынуждают. И потом, в каждом из нас и наших матросов живут 2 разных человека, мирного времени и военного. И обычно, как это ни странно, те кто хорош в мирное время, никуда не годятся в военное и наоборот.
   - В том то и дело, что в мирное время вы, уж простите, были выше всяческих похвал, Всеволод Федорович.
   - Ну значит перед вами мой злой двойник. На том и порешим. Ну удачи вам завтра.
   Командиры допили Адвокатов* и плечом к плечу вышли из каюты на верхнюю палубу. Так как главный разговор уже состоялся, лезть в трюмы, крюйт-камеры, машинное и прочие потроха Корейца не было смысла. За долгие годы службы Беляев изучил Корейца досконально и вряд ли вероятность что либо подметить свежим взглядом перевешивала неизбежно потерянное время. Ночь уже перевалила далеко за середину, а список абсолютно необходимых дел упорно не уменьшался а наоборот, продолжал расти как снежный ком. Да, с форумной точки зрения все было гораздо проще! Кстати об необходимых делах...
   - Да, чуть не забыл, Григорий Павлович. Как вы думаете, сколько 6" снарядов вы успеете расстрелять завтра из свой ретирадной пушки?
   - Если сильно, безумно повезет то 30-40, на самом деле верю в 20 а что?
   - Видите ли, любезный мой Иван Александрович, у меня в боекомплекте де-факто одни бронебойные снаряды. Причем нового вредительского образца. А мне для прорыва надо максимально выбить артиллерию противника, тут ваши старые, но стабильно взрывающиеся, фугасы были бы гораздо более полезны. Может оставим вам на борту 50 штук, а за остальным я пришлю катер? Хоть по десятку снарядов на орудие которые взрываются при попадании в цель, а не делают аккуратные 6" дырочки в бортах на входе и выходе.
   - А черт с вами, грабьте. Но если завтра войны все же не будет, вам понадобится много удачи чтобы объяснить свои действия перед Старком! И что за новый вреди... как вы простите сказали, какой образец?
   - Хотел бы я чтобы разборка со Старком была сейчас моей самой большой проблемой. А по снарядам... Видите ли, мне тут конфиденциально один старый приятель сообщил из артиллерийского ведомства, имени назвать не могу, хоть убейте, просил остаться инкогнито, что трубки для бронебойных снарядов новых серий практически все с дефектом. Какие то проблемы с излишней чистотой материалов, что- ли. Снаряд взрывается только при попадании в очень толстую броню и то не всегда.
   - Да вы что! Это что же на всех броненосцах и крейсерах эскадры получается не взрывающиеся снаряды? А начальство в курсе?
   - Да хрен его знает! Если и в курсе, то до конца войны вряд ли почешется. Российская традиция, гром не грянет, свинья не съест! В исполнении русского чиновника - страшная вещь. Ну, удачи нам с вами завтра! И хранит нас Бог!
  
   * Адвокат, по флотской терминологии крепкий чай с лимоном и коньяком.
  

Глава 8. Карты на стол!

Рейд Чемульпо, Корея. 27 Января 1904 года.

  
   Расклепав якорные цепи, и тем самым сразу облегчившись на десяток тонн (идея давеча вызвала тихую панику у ревизора крейсера, которому за якоря предстояло отчитываться, и никакие уверения командира что они будут списаны по статье утраченные в бою не могли вернуть ему хорошего настроения) Варяг рванулся вперед одновременно с первым выстрелом Корейца. Пары подняты с утра во всех котлах, в системе охлаждения подшипников главных валов и в ведрах рядом с ними заранее охлажденное масло, полуторная смена кочегаров все это должно было позволить держать 22 узла до заката, потом правда был шанс что придется выводить машины по одной для ремонта. Но до этого еще надо было дожить.
   Похоже что фортуне тоже было любопытно, что может получится из сумасшедшей идеи экс-форумчанина, и она на этот раз решила немного подыграть русским*. После 2-х практически одновременных взрывов с одного борта крен Асамы медленно но верно нарастал. Действия ее артиллерии главного и среднего кончилось так и не начавшись, с Асамы Кореец получил пока только одна 6" в надстройку и пару мелкокалиберных снарядов, с Варяга было не разобрать куда именно. Впрочем, естественно не все прошло так как хотелось бы, теория вероятности вносила свои коррективы. Один из снарядов первого залпа Корейца не пожелал лететь в мостик как было задумано нацеливавшими его артиллеристами. Ему было угодно закончить свой жизненный путь красивым взрывом в носовой оконечности Асамы. Вот тут то и аукнулось японцев интересное конструктивное решение инженеров эльсквикской верфи по размещению динамо машин над броневой палубой. И если на ведение огня из казематных шестидюймовок наличие или отсутствие электроэнергии существенно повлиять не могло, хотя заряжать тяжеленные 6" снаряды в полной темноте малорослым японцам было теперь гораздо веселее, то вот ворочать вручную восьмидюймовые башни при медленно но верно нарастающем крене удовольствие весьма сомнительное.
   Второй залп Корейца был направленн в шестидюймовые казематы левого борта Асамы. Память лже Руднева услужливо подсказала, что может натворить даже один русский 8" снаряд в нужном месте. Пусть даже выпущенный из короткоствольной пушки (длина установленных на Корейце и Рюрике пушек была 35 калибров, вполне прилично для конца 19 века, но на начало 20-го уже немного несерьезно из за возросших дистанций боя), пусть зарядом слабенького черного пороха, но попавший в цель в аналогичной ситуации при Ульсане снаряд Рюрика нанес самые тяжелые повреждения за одно попадание японскому кораблю, однокласснику Асамы кстати. А уж что могут натворить два таких подарочка одновременно взорвавшись в казематах одного борта лучше всего представить посмотрев наиболее завлекательные и кровавые моменты "Килл Билла 2". Цепь вторичных детонаций зарядов и достаточно не устойчивых к близким взрывам шимозных снарядов полностью разнесла оба яруса каземата, и практически полностью вывела их из строя. Нет, будь у японцев хоть полчаса на разборы завалов, пара комплектов запасных прицелов и еще небольшая кучка более мелких запчастей к орудиям, Кореец был бы сметен с поверхности моря мощью одного среднего калибра, который у Асамы составил бы честь любому современному броненосцу. Увы, или к счастью, как говорил (или как еще скажет) старик Эйнштейн все относительно.
   Впрочем, японцы не те люди что готовы признать что то совершить невозможно, особенно если еще есть хоть какой то шанс! Вот и сейчас с мостика Варяга в подзорную трубу можно было разглядеть, что носовая башня ГК Асамы медленно начала поворот в сторону Корейца. Помня о том, что одного залпа пары Асамовских монстриков главного калибра хватит Корейцу за глаза, с него открыли по башне суматошный огонь из всего что могло стрелять, включая оба пулемета. К сожалению восьмидюймовки самого Корейца находились в процессе перезарядки. Вот рявкнула ретирадная шестидюймовка, увы снаряд разорвался на бортовой броне Асамы не причинив никакого вреда ничему кроме краски (пара неудачников находившихся в отсеке за броней и получивших серьезную контузию не в счет в корабельной дуэли, хотя лично они бы с этим не согласились). Больше шансов предотвратить залп у Корейца не осталось, надежному бронированию башни мелкие снаряды даже попадая в цель навредить не могли, а попасть в прорези комендорского колпака на крыше башни, слишком уж невероятная удача. Варяг все еще находился слишком далеко, рассчитывать даже на попадания просто в Асаму было бы самонадеянным оптимизмом, не говоря уже об отдельно взятой носовой башне. Да если и открыть огонь сейчас, с 45 кабельтовых это значит рисковать остаться без орудий в момент прохода мимо Нийтаки. А это приговор уже не только Корейцу с его менее чем 100 душ на борту, но и Варягу, где их скопилось более семи сотен. Проклятые подъемные дуги! И никак не объяснить милым юным мичманам командирам носового плутонга, батареи трехдюймовок и орудий правого борта, чьи удивленные глаза видны даже с мостика, ПОЧЕМУ гад Руднев так затягивает с открытием огня. Вот, и лейтенант Зарубаев, стоящия рядом, сжал бинокль так, что костяшки пальцев побелели. Было видно, что обожание командира, ловко избавившего их от самого опасного противника, Асамы, борется в нем с недоумением! Давно пора открывать огонь, неприятель в зоне действия артиллерии, чего же ждет этот олух в погонах каперанга? Дистанции выстрела картечью этому пережитку парусной эпохи не хватает? Но молодец, дисциплинированно больше об открытие огня не спрашивает, всего то двух отлупов ему пока хватило, особенно хорошо подействовал второй, с упоминанием подробностей интимной жизни с шестидюймовкой системы Кане в извращенной форме. А черт с ним, наверное уже можно.
   - Лейтенант, скомандуйте открыть огонь носовым плутонгом и всем что дотягивается с правого борта по Асаме в момент выхода из за Идольми. Снаряды наши. Те что доставили с Корейца беречь до момента прохода мимо Нийтаки.
   - Есть! На дальномере!
   - 42 кабельтовых! Скорость сближения порядка 14 узлов!
   - Носовой плутонг залп!!
   Приказа на открытие огня Варягом совпал с моментом когда командиру башни Асамы показалось, что он наконец поймал в прицел ускользающий на циркуляции Кореец. Увы, не показалось, поймал зараза. Один из снарядов прошел впритирку над палубой, второй же... Хорошая точность для первого залпа, впрочем в упор то, дело не хитрое, есть одно попадание в борт. С другой стороны без электричества не так и просто, или все же резервное динамо запустили Асамоиды узкоглазые чтоб их в Бога душу коромыслом, нет хоть они и враги но молодцы, воевать умеют... Носовая часть, вроде прямо под левой восьмидюймовкой, черт... Ну что, минус 50% от мощности артиллерии и прощай всякие шансы на добивание ожившей башни Асамы и повреждение Чиоды? Блин, кажется потому что очень хочется или на самом деле получилось? Отсюда не разобрать, ну сколько восьмидюймовок ответит на Корейце? Обе??? СРАБОТАЛО!!!!! Дуракам везет!!!! Особенно если они сами заботятся о своем везении !
  
   * - Мнение о том, что история РЯВ в реальности написана злостным японским альтернативщиком встречалоcь автору чаще чем единожды. Ну как иначе объяснить что все что могло пойти плохо для русских и хорошо для японцев шло только так и не иначе? Взять хотя бы попадание русского снаряда в погреб боезапаса главного калибра Фудзи, которое вызвало возгорание, после которого обязан последовать взрыв. Но тем же попаданием ломает трубу с водой, которой этот пожар заливает!
  
  

Глава 9. Муравейник 3. Последний козырь.

Рейд Чемульпо, Корея. 27 Января 1904 года, рассвет.

  
   - Всеволод Федорович, при всем уважении вы сошли с ума!!! Это уже ни в какие ворота не лезет! Нигде, ни в одном уставе ни одного флота я не слышал об упоминании подобной чуши! Я оказываюсь заниматься этим идиотизмом! Вам надо показаться доктору, для освидетельствования на предмет полного и не поврежденного рассудка! Может мне еще и подштанники команды вдоль борта натянуть, чтобы восьмидюймовые снаряды назад к японцам отлетали, а что там же есть резинки, почему нет? Причем сейчас вы мне растолкуете, что нестиранные работают эффективнее! Ну кто вам сказал что у японцев настолько повышенная чувствительность взрывателей, кто??!!!!!
   Как знакомо! Прямо любимый Цусимский форум на 120 лет раньше, только вот в морду там с экрана получить нельзя было, а тут очень даже можно, господин старший офицер пошел на принцип.
   - Вениамин Григорьевич, умоляю расслабьтесь, выпейте стакан коньяку, вам можно вам орудия не наводить и давайте на полтона пониже, хорошо? Чем вам не нравится идея завалить перед боем леера и главное натянуть вдоль борта НАД ватерлинией противоминные сети с койками в ячейках? Как нам это может навредить?
   - Да весь мир будет смеяться, что же это за крейсер который идет в бой вывесив за борт противоминные сети с койками? Как нам это поможет кроме того что нас обсмеют? И потом, вы предлагает на выстрелах вывесить сети над ватерлинией, то есть их придется обрезать и по прямому назначению, как противоминные их потом использовать уже нельзя будет так как они будут слишком коротки, правильно? Опять перевод корабельного имущества? А леера завалить? Это ладно, хотя полкоманды за бортом может оказаться на первом же повороте, но тут хоть смысл есть, да и заваливаются они. А вот зачем весь этот цирк с койками и сетками, простите великодушно, не улавливаю.
   - Запарили вы меня с каптенармусcом этим имуществом! Наша задача уберечь крейсер! Корпус, машину и пушки! Этого достаточно, и это уже очень сложно!! Практически не выполнимо, черт подери!!! Все остальное, якоря, сети, уголь, настил палубный для боя и похода не критичное при необходимости в жертву этой задаче принесем, и не поморщимся, зарубите себе на носу! Мне надо чтобы сети прикрывали весь надводный борт, но не возвышались над ним. Поймите у японских снарядов отмечена повышенная чувствительность, они взрываются попав в любое препятствие, причем мгновенно. Если на пути такого снаряда за пяток футов до его попадания в борт окажется койка или трос противоминной сети, то он взорвется там. Нам грозит душ из осколков, это не приятно но переживем, все лучше чем и дыра в борту и поврежденные взрывом механизмы за ним! А леера вообще будут ловить те снаряды, что иначе пролетят мимо без взрыва повреждения.
   - Но как я вам подниму сети до уровня верха бортов? Я же не волшебник! Выстрелы устроены так чтобы обеспечить постановку противоминного заграждения понимаете? Противоминного!!! А мины они не по воздуху летают, они под водой плавают!
   - Прикрутите на выстрелы кронштейны, обрежьте сети если они слишком длинные, нам не надо чтобы они были заглублены более двух футов, глубже вода сама вызовет детонацию. Вы в конце концов офицер Русского Императорского Флота! Думайте, задача вам поставлена, целесообразность объяснена, хотя я и этого делать был не обязан, потрудитесь наконец обеспечить выполнение. А дуться на меня будете после боя. Обещаю, если идея не сработает, на том свете перед Вами извинюсь. А если сработает, то вам разрешаю на этом не извиняться. И потрудитесь вашу изобретательность впредь направить на выполнение моих приказаний а не на их оспаривание, а то мне еще на Корейце объяснять то же самое, а время у нас в обрез.
   - Что и Кореец тоже будете декорировать коечками в противоминных сетях?
   - Нет, у них проще будет, у них паруса есть если помните. Несколько слоев парусины будет достаточно, хотя и не так эффективно - первым же взрывом разметает... А у нас может выдержит даже пару тройку попаданий.
   - Да ни черта не сработает! Пролетит снаряд сквозь вашу тряхомудию как через бумагу, и не заметит. Только и "пользы" с этой затеи, что пластырь под пробоину потом труднее подводить будет из за вашей затеи, Всеволод Федорович!
   - Если бы мы говорили о русских снарядах, то да, пролетит и не заметит. Им что койки, что борта, что броня не слишком толстая - один черт не взорвутся. Наши "мудрые" головы погорячились с тугим взрывателем. Ну да какие головы такоие и трубки, это вполне себе логично. Но вот японцы погорячились в противоположенном направлении! Их новые снаряды взрываются при любом контакте, с любым препятствием поймите!
   - Ну кто, кто вам это сказал???!!!!! Из за кого мне опять аврал команде объявлять? Старк? Великий князь? Наш Морской атташе в Японии? Какая сво.....
   - Простите, но у меня свои источники. И я дал слово их не раскрывать. Я обязан проверить эту идею, если сработает - нам лишний шанс на выживание, если нет ничего не теряем.
   - Ну так уж и ничего! А намотаем вашу гадость на винты? Представляете себе картинку, крейсер идет на прорыв с винтом обмотанным его же противоминными сетями, которыми он собирался ловить шестидюймовые снаряды противника, как бабочек сачком!!!! Вам самому не смешно?
   - Риск дело благородное. Порежьте сети на мелкие секции, и привесьте к ним грузы, будут обеспечивать лучшее натяжении и топить сорванные с выстрелов секции до того как те затянет к винтам. Койки всплывут, сеть утонет. Да и сами винты можно оградить, подумайте.
   - Можно. Был бы в этом толк, все можно... Ладно, покумекаем, но за испорченные сети..
   - Слушайте, сколько можно в самом деле? Еще раз о безвременно утраченном имуществе напомнит мне кто-нибудь, самолично за борт выкину наглеца!!! Предварительно пристрелив.
   - Так, Всеволод Федорович, сами же говорили что "сохранность вверенного нам казной имущества превыше всего"! И не раз, не раз.
   - А в "мирное время" я не добавлял случайно?
   "Черт бы подрал моего предшественника с его меркантильно чиновничьими интересами! С такой бы энергией команду гонял на предмет стрельбы и порядка в машинном отделении, сейчас у меня был бы самый боеспособный крейсер Российского флота, а не самый "комплектный по списку". Ненавижу!!!!!" В который раз пронеслось в голове лже Руднева по адресу самого себя прежнего!
   - Да вроде нет...
   - Значит ПОДРАЗУМЕВАЛ, черт меня подери!!!!!! А сейчас у нас война!!!! И потрудитесь попросить катер к трапу подать, мне еще на Корейце такой же разговор предстоит. Да, само собой не задействуйте в аврале кочегаров Варяга и орудийную прислугу. Попробуйте справиться силами команды Сунгари, Севастопольцами, Корейцами что у нас на борту и палубными матросами. Им в бою особо делать нечего будет, пусть сейчас поработают.
   Так, теперь надо придумать как объяснить Беляеву почему я ему вчера не растолковал про экранирование бортов парусами. Честно сказать что вчера об этом совершенно забыл? Потеря авторитете командира, как говаривал полкан на военке, самое страшное что может быть. Вроде правда, если судить по собственным впечатлениям, особенно последним, в шкуре Руднева. Сказать что только что придумал? Это тоже не фонтан, командир должен заранее знать что случится с вверенными эму силами. Сослаться на то что было не до этого, не хотел нервировать японцев торчащих на рейде чтобы не спровоцировать стрельбу (отмазаться короче, честно говоря), а сейчас впереди еще пол дня как раз успеваем? Гм... А вот это может и прокатить....
  

Глава 10. Карты на стол 2!

Рейд Чемульпо, Корея. 27 Января 1904 года.

  
   Итак, Корейца пронесло (отперфорированный осколками борт, заливаемый через осколочные пробоины форпик, два члена расчета левой носовой восьмидюймовки убитые осколками на месте, еще трое ранены, плюс куча оспин на щите орудия, пара из них сквозных это так, мелочи жизни). Вернее пронесло Асаму, причем по полной - очередной снаряд из двухорудийного (интересно было бы СЕЙЧАС посмотреть на выражение лица старпома!) залпа восьмидюймовок Корейца все же попал в носовую башню! Пробить броню правда ему не удалось, но и просто встряски должно хватить для хотя бы временного вывода башни из строя. Малейшей перекос на катках, самый мелкий осколок под мамеринец и попробуй проверни эту махину вручную! То же самое относится и к вертикальному наведению орудий, затворам, а про тонкую механику прицелов и дальномеров после такого сотрясения вообще лучше помолчать. Минут так -надцать свободных от 8" душа у Корейца есть. Если кормовая башня не оживет конечно... На напряженно ожидавшем залпа кормовой башни Корейце не могли знать, что мина поставленная с катера и взорвавшаяся практически прямо под башней намертво заклинила элеватор. Сейчас на Асаме в полной темноте, кормовая динамо-машина тоже не пережила сотрясение от взрыва, в заливаемых погребах расчеты пытались вручную подать на несколько палуб вверх тяжеленные пороховые заряды.
   Беляев на Корейце, не дождавшись залпа с Асамы, и понадеявшись, что с нее пока хватит и ретирадной шестидюймовки решил обратить благосклонное внимание главного калибра Корейца на Чиоду. Подождав минуту требуемую для перезарядки восьмидюймовок канонерка дала полный ход и, не прекращая обстрела Асамы всей мелочью правого борта, решительно направилась в обход ее корпуса в сторону Чиоды. При этом ретирадная шестидюймовка пару раз в минуту посылала горячий сорококилограмовый привет то в непонятно почему молчащую кормовую башню, то в уже развороченный каземат. А иногда просто туда, где расчету показалось подозрительное шевеление. В момент когда нос Корейца высунулся из за кормовой оконечности Асамы, Беляев отдал приказ рулевому - лево на борт до упора и машине полный назад. На короткую секунду канонерка замерла.
   На Чиоде за прошедшие с момента торпедирования Асамы 5 минут успели разобраться в ситуации и подготовиться к стрельбе, но вместо того чтобы расклепать якорную цепь, стали штатно ее выбирать. Действительно, чего дергаться то? Корабль прикрыт от неприятеля и неприятностей одним из самых лучших броненосных крейсеров мира, мощи и защиты которого должно вполне хватить на то, чтобы раздавить и Варяга и Корейца**. Поэтому Кореец застал крейсер противника хоть и готовый к бою и с разведенными парами, но не на ходу. Еще минута ушла у удивленных дальномерщиков и артиллеристов Чиоды на определение расстояния до высунувшегося из за Асамы и непонятно почему еще ей не потопленного Корейца и наводку на него орудий. Так что первый залп (4-й залп Корейца в бое при Чемульпо) по Чиоде удалось сделать в полигонных условиях. Было зафиксировано одно попадание, аккуратная дырочка в борту на метра выше ватерлинии при любом движении Чиоды грозила затоплениями угольной ямы, не смертельно, но полного хода лучше не давать. Орудие расположенное над местом попадания выведено из строя. Второй снаряд лег недолетом. Если цель находилась на дистанции 10 - 15 кабельтовых русские комендоры довоенной выучки мазали редко, и показывали процент попаданий выше чем их японские коллеги. Проблема только в том, что японцы до войны учились стрелять и на большие дистанции, поэтому когда время предъявило новые требования и дистанции реальных морских боев выросли до 30-45 кабельтовых лучшие результаты всю войну стабильно показывались именно японцами. Но бой при Чемульпо в новой редакции для Корейца проходил на ЕГО дистанциях и под его диктовку. Старые недостаточно дальнобойные и скорострельные для современного боя пушки? Зато калибр почти в 2 а вес снаряда в 4 раз больше чем у Чиоды! Кстати о Чиоде, ответный залп, одно попадание, снесена носовая мачта Корейца, осколками на мостике убиты рулевой и марсовый, тяжело ранен сигнальщик и старший помощник, легко ранены практически все находящиеся на мостике, включая командира. Руль не поврежден, машинный телеграф тоже. С учетом предыдущих попаданиний Асамы Кореец потерял убитыми и ранеными уже более двух десятков человек. Пусть половина легкораненых была способна выполнять свои обязанности, еще пару залпов и надо будет думать о том как топить канлодку, красиво с тараном Асамы или тихонько но стратегически более противно для неприятеля - поперек фарватера, рядом с Сунгари. Впрочем, пока стреляют восьмидюймовки - вперед!
   Это означает сначала полный сначала назад, перезарядиться, с оглядкой на медленно оседающую но все еще опасную Асаму, а потом уже вперед. Еще один заход, снова дуэльная ситуация! На этот раз высунувшись обнаруживаем, что Чиода уже на ходу, его артиллеристы на стреме и они успевают выстрелить первым, 2 попадания. Ответный пятый залп Корейца - ноль, взрывами японских снарядов сбило прицел, обидно. Так, опять полный назад, перезарядиться, выслушать доклад о повреждениях, хреновой кстати доклад, пробоина в носу, затопления и снесенная со всем расчетом левая носовая 107 мм. В следующий заход надо не пытаться упредить залп Чиоды, это похоже бесполезно и не реально. Придется его пережить, перетерпеть его, а потом нормально прицелившись попытаться все же достать эту заразу! Снаряд первого залпа пробил слабенький пояс Чиоды, на такой дистанции даже верхний 150 миллиметровый пояс Асамы не гарантировал*** 100 % защиты от старых но весьма мощных русских 8" снарядов, так что главное попасть, любой ценой. Еще одно два попадания 8" в корпус Чиоды, и при удаче ей будет уже не до преследования прорывающегося Варяга. А ведь Чиода с Корейцем почти ровесники, да еще и из примерно одной весовой категории. Встретились два престарелых бульдога, к тому же представляющие 2 различных направления и кораблестроении, и на старости лет вцепились друг другу в глотки.
   Интересная черт возьми парочка пыталась сейчас утопить друг друга на рейде Чемульпо! Они были заочно созданы друг для друга! Чиода был в полтора раза крупнее, но имел более слабый вес залпа, зато при более сильной защите. По первоначальному проекту он и по вооружению чем то напоминал Корейца - тоже 2 крупнокалиберные пушки**** и немного мелочи. Но достроили его как один из первых в мире кораблей вооруженный только скорострельными пушками, всего 10 орудий калибра 120 мм, из них в бортовом залпе 6. Их дополняли 14 47 мм противоминных мелкашек. Подобная схема прекрасно проявила себя в боях против китайского флота. Бронирование однако от первоначального проекта осталось, и сейчас оно являлось главным преимуществом Чиоды. Кореец тоже достраивался в момент когда единичные редкостреляющие (произносить с эстонским акцентом) крупнокалиберные пушки стали вытесняться своими более мелкими скорострельными товарками. Но тут склонность русских конструкторов к консерватизму как ни странно сработала в нужную сторону. Кореец получил не кучу новомодных мелких скорострелок, а 2 новых 8" орудия вместо одного старого 9". Оба способны вести огонь по носу, их дополняла ретирадная (т.е. находящаяся на корме и стреляющая при отходе "ретираде") шестидюймовка, 4 старенькие 107 миллиметровые пушки по бортам и противоминная мелочь, в виде 2-х 47 миллиметровок и 4-х 37 мм пушечек. Бортовой залп так себе, даже по сравнению с Чиодой, но зато под носовой лучше не попадать. Чем сейчас Чиода активно и пытается заниматься. К тому же Россия в отличие от Японии того времени могла позволить себе строить узкоспециализированные корабли, поэтому не стала пытаться сделать из хорошей канонерской лодки плохой крейсер... К недостаткам Корейца относилось практически полное отсутствие бронирования, 10 мм бронепалуба это для корабля не серьезно, и наличие парусного вооружения. И теперь эта парочка пыталась очно решить, чья же концепция жизнеспособнее, причем в буквальном смысле этого слова. На большой дистанции или просто при перестрелке в открытом море, наверное стоило бы ставить на Чиоду, но вот при столкновении в упор и наличие искусственных шхер в виде Асамы, преимущество переходило к Корейцу...
   Снявшись наконец с якоря, командир Чиоды Муроками решил, что при выведенной из строя Асаме находиться ближе всего к надвигающемуся Варягу и играющему с ним в кошки мышки Корейцем не слишком разумно. Действительно, его крейсер самый мелкий из всех, с самой слабой артиллерией, к тому же две пушки левого борта уже выведены из строя первым залпом Корейца. Надо попытаться оттянуть противника под огонь остальной эскадры. Чиода медленно ускоряясь потянулась в сторону выхода из гавани. Однако этот маневр выводил Чиоду из "тени" Асамы, в которой она пряталась до сего момента от Варяга.
   Как ни странно Варяг пока игнорировал обстрелом все корабли противника кроме обреченной Асамы (теперь это уже было видно невооруженным глазом, крен продолжал нарастать, носовая башня и левый шестидюймовый каземат небоеспособны и не отвечают на огонь). На Чиоде не могли знать, что прекрасно помня о результатах боя в своей реальности (Варягом с больших дистанций было выпущено более 500 снарядов калибра 3 и 6 дюймов при отсутствии достоверно зафиксированных попаданий) лже Руднев сейчас прилагал неимоверные усилия для того, чтобы снизить темп стрельбы. Это позволило бы не повредить излишне нежные орудия собственной стрельбой раньше времени, не утомлять команды подносчиков и главное не допустить перегрева стволов орудий, который приведет к снижению точности орудий в момент когда она будет максимально необходима, при прорыве мимо Нийтаки с Нанивой! Ага, щассс. Гладко было на бумаге! Артиллеристы Варяга избыточно воодушевленные взрывом Асамы и дорвавшись до возможности наконец пострелять вволю по (в отличие от реала) практически не отвечающей мишени достигли технической скорострельности орудий, которая всегда считалась не достижимой в боевых условиях! Все крики Руднева с мостика и попытки старшего офицера снизить темп стрельбы игнорировались не только расчетами, но и мичманами командирами плутонгов! С палубы начинала доноситься пока еще нестройная песня Варяга (запомнили черти, зря что ли утром пол часа потратили на разучивание, хотя мелодию все же пожалуй перевирают, как и слова в паре куплетов) постепенно подхватываемая остальной командой. Блин, а может с песней до боя не стоило заморачиваться? Воодушевление вещь хорошая, но одновременно петь и кидать 40 с лишком килограммовые чушки 6" снарядов, ведь не хватит дыхания же! Впрочем, пока вроде хватает, мужики здоровые, посмотрим что будет дальше и после первых попаданий в нас.
   Так, похоже накликал, подумалось Рудневу (лже не лже, уже все равно, за прошедшие сутки он уже сам перестал разбирать где его мысли, а где те что шли от личности его альтер эго). Наконец Нийтака с Нанивой решили активно включиться в игру, и окрыли огонь по Варягу, предотвращение прорыва которого являлось главной задачей эскадры Уриу. Корейца японцы решили оставить на десерт, с его скорость сбежать ему не светило по любому.
  
  
  
   * Ведь же были умные головы среди проектировщиков русских кораблей, за пару десятков лет до описываемых событий! В такую малютку всунуть 2 восьмидюймовки с возможностью стрельбы по носу! А следующее поколение? Додумались, уменьшать на Богинях (печально известные крейсера российской постройки, Диана, Паллада и Аврора) при проектировании калибр носовых и кормовых орудий с 8 до 6 дюймов, а потом в процессе постройки вообще разоружать крейсера сняв с него парочку шестидюймовок, при этом бортовой брони нет. Идиоты, сделали из изначально приличного боевого корабля брандвахту водоизмещением 6000 тонн, на большее крейсера данного проекта были не способны. И все ради чего? Для уменьшения перегрузки!!! А зачем вообще нужен идеально разгруженный но недовооруженный корабль? Для походов и парадов мирного времени? А как доходит до того для чего боевые корабли и создавались, до войны то "вдруг" выясняется, что Богини не могут ни догнать более слабые и мелкие крейсера противника, ни убежать от его более крупных броненосных крейсеров. Пришлось им всю войну провести под охраной своих броненосцев.
   ** В реальности при попытке порыва Варяг получил 11 попаданий, 3 восьмидюймовыми снарядами, 8 шестидюймовыми. Все с Асамы. Чиода вел огонь по Корейцу, попаданий достигнуто не было. Кроме Асамы ни один другой японский корабль никуда ни попал, впрочем Варяг с ними не очень то и сближался. По версии японской стороны НИ ОДНОГО попадания русского снаряда ни с Варяга ни с Корейца в японские корабли зафиксировано не было.
   *** Толстые, 114 мм, плиты из устаревшей, не цементированной стали, это примерно эквивалентно 50 мм нормальной брони Круппа
   **** На современника Чиоды, японских Мацусимах, стояли по одному аж 320 мм орудию, крупнее чем на современных броненосцах, но стреляли они, судя по поговорке японских кадетов "раз выстрелили, день прошел" немного редковато. Правда на самом Чиоде планировали 260 мм пушки Круппа, но скорострельность от этого принципиально не улучшалась.
  

Глава 11. Момент истины.

Рейд Чемульпо, Корея. 27 Января 1904 года.

  
  
   Игры кончились. Кореец шел в последнюю атаку, да и сам Варяг наконец то попал под обстрел оппонентов. Следующие пол часа должны показать выйдет ли хоть что-нибудь из затеи бывшего форумчанина, или судьба Варяга и правда исторически предопределена на 110%.
   Асама, даже с выведенной из строя артиллерией главного и среднего калибра, оставалась весьма беспокойным соседом. То одно то другое орудие противоминного калибра (75 мм и 47 мм, далее ПМК) оживало и считало своим долгом выпустить так много снарядов в Корейца, как только могло успеть до его подавления. С ними азартно перестреливались расчеты ПМК самого Корейца, и двух его бортовых 107 миллиметровок. В этой дуэли на стороне Корейца было одно немаловажное преимущество - по тактическим воззрениям того времени, для ПМК единственным подходящим снарядом считался бронебойный, без разрывного заряда. Так что многочисленные попадания с Асамы пока оставляли красивые но достаточно безобидные дыры в бортах Корейца (затопления через дырки диаметром 75 миллиметров пока контролировались). Зато в ответ с канлодки прилетали нормальные 107 миллиметровые снаряды, которые даже при близком попадании стабильно глушили прислугу орудий и корежили их сами осколками, отбивая у японцев желание пострелять. Увы, вечно это продолжаться не могло, рано или поздно 3-х дюймовый снаряд просто по теории вероятности обязан был залететь в машинное отделение. Для того ведь и создавались эти длинноствольные скорострельные орудия. При попадании в миноносец их снаряд должен был пройти сквозь метр угля и потом быть способным пробить его котел. По степени защиты машин Кореец принципиально от миноносцев увы, ничем не отличался. Наконец какому то отчаянному японцу на Асаме, упорно не желающем признавать факт ее утопления, подфартило. Выпущенный им трехдюймовый снаряд прошил борт Корейца и навылет прошел сквозь один из котлов. Носовая кочегарка наполнилась перегретым паром, скорость должна была в ближайшем будущем упасть минимум вдвое. По орудию, так не кстати проявившему снайперские качества, отстрелялись из двух револьверных пушек Гочкиса, но даже если узкоглазого снайпера и достали, он мог идти к Богине Аматерасу с чувством выполненного долга. У Беляева остался последний шанс попытаться напоследок достать Чиоду, и глядя на клубы пара поднимающиеся из люка машинного отделения, он прекрасно это понимал. Сокращенная смена кочегаров не сможет долго поддерживать достаточно паров для хорошего хода, а с учетом того что половину из них неизбежно обварило... Превознемогая боль в правом плече, из которого потом извлекут пять осколков, он решительно повернул штурвал влево, намереваясь в этот раз пройти впритирку к Асаме, сейчас каждый кабельтов на счету, и толкнул рукоятки машинного телеграфа на "Полный вперед".
   - Комендоры! Это наш последний шанс показать японцам на что способен наш старик Кореец. Мы теряем пары, угольная яма левого борта и форпик медленно фильтруют воду, потери в команде уже больше 30 человек. Но пока мы еще можем стрелять и попадать, мы должны сражаться! Не промахнитесь, ребята. Не надо стараться выстрелить раньше Чиоды, нам надо выстрелить точнее них!
   Против ожидания командира левая погонная восьмидюймовка разрядилась в корму отходящего японца сразу после того, как он оказался в ее секторе действия.
   - Зараза, - подумалось Беляеву, - ну как можно было еще доходчивей объяснить что надо попасть обязательно, а? Видать сдали нервы у наводчика.
   Однако, старший комендор Платон Диких не первый год наводящий левое носовое орудие и уже поучаствовавший в боевых действиях в 1901 году под Таку, прекрасно знал что делает. В момент поворота Чиода идеально легла в прицел, ну грех было упускать такую возможность! Это был один их тех редких случаев, когда сознательное нарушение прямого приказа командира шло на пользу делу, что и подтвердил через 2 секунды взрыв на корме Чиоды. Увы, за секунду до попадания Чиода успел ответить залпом кормовой и трех бортовых четырехдюймовок правого борта. Три попадания, пробоина в носу над самой ватерлинией, снесена дымовая труба, и самое главное - прямым попаданием выведена из строя так удачно выстрелившая напоследок левая восьмидюймовка. Из ее расчета выжила половина*. Из них не раненным ни остался никто. Лево на борт, пауза, последний выстрел из правой погонной пушки и теперь надо рвать когти. Садящийся носом, теряющий пар Кореец больше не боец. Не важно что первым восьмидюймовым снарядом попавшим в ничем не прикрытую корму Чиоды повреждены рули, и крейсер врага неудержимо покатился в сторону берега, не важно что вторым снарядом никуда не попали совсем, все это уже не важно. Корейцу осталось только красиво умереть. Снова дав полный ход Беляев заложил плавную дуга, конец которой упирался в левый изувеченный борт Асамы.
   - Все на корму! Мехи, дайте на последок самый полный, не жалей пара и вылаьте оттуда, сейчас тряхнет так, что котлы могут слететь с фундамента! В крюйт-камерах и вообще, все кто есть внизу, свистать всех на верх! Заделку пробоин прекратить! Приготовиться к тарану, держитесь черти за что можете! После удара, спускайте шлюпки что уцелели и гребите к берегу, японцам не до нас. Надеюсь. Бутлеров! Алексей Михайлович, как только команда сядет в шлюпки, зажигайте огнепроводной шнур, не забыли где конец я надеюсь, и прыгайте в катер. Он должен подойти к борту. Ну, всем удачи!
   До своих паспортных 13 узлов изувеченному, теряющему пар и садящемуся носом Корейцу было уже не разогнаться, да и дистанция маловата. Дай Бог набрали узлов восемь. Но почти полторы тысячи тонн и с восьмиузловой скоростью врезающиеся в борт, пусть даже бронированный, это страшно, и ничему их не остановить. Особенно если эти полторы тысячи тонн имеют отрыжку прошлой эпохи - таранный форштевень. И уж тем более не мог его остановить последний залп Чиоды, "что для тигра лишняя полоска", некстати вспомнилась Беляеву слышанная в детстве индийская поговорка, при очередном попадании фугаса.
   Удар! С хрустом и скрежетом проламываемой и раздираемой брони нос Корейца вошел в борт Асамы почти на полтора метра. Как ни странно, удар даже немного спрямил Асаму, уменьшив ее крен. Но это не надолго, уже подожжен запал и через пять минут Кореец сослужит последнюю службу Русскому флоту за свои 16 лет. Разнеся сам себя, он проделает огромную дыру и в борту Асамы, приведя ее в практически неремонтопригодное состояние. Хотя кто знает, японцы люди упорные, если уж они смогли отремонтировать Микасу после взрыва погребов главного калибра... У команды Корейца осталось примерно пять минут на эвакуацию с корабля. Некоторых особо азартных комендоров, продолжающих стрелять в упор по амбразурам Асамовских казематов из револьверных 37 миллиметровок, офицерам приходилось силой отрывать от орудий и гнать в шлюпки. Катер, доставивший мину к борту Асамы в начале боя, подошел к корме Корейца и стал принимать раненых. После тарана с Асамы прекратился даже спорадический огонь из противоминного калибра, и с правого неповрежденного борта стали наконец спускать шлюпки. Похоже что до кого то из уцелевших офицеров наконец дошло, что корабль тонет, и его уже не спасти, пора бы позаботиться хотя бы о спасении обученной команды. Поднять Асаму на этом мелководье после боя есть все шансы максимум за полгода, а вот подготовка новой команды займет побольше.
   Через четыре минуты (как известно "пятиминутные пороховые замедлители обеспечивают задержку взрыва ровно на три минуты") погреба Корейца взлетели на воздух, полностью уничтожив канонерскую лодку, и обеспечив Асаме дополнительные полгода ремонта в сухом доке. Если ее конечно удастся до него дотащить. Взрывной волной была уничтожена одна из шлюпок с остатками команды Корейца, трое выживших с нее успел подобрать паровой катер, под командой Берлинга. Перекличка, проведенная позже на берегу, показала, что из 125 членов экипажа вышедших на канлодке в последний бой выжило 72. Из них ранения, переломы и ожоги различной тяжести получили более тридцати. Позднее удалось найти для погребения 25 тел, остальные остались на взорванной канлодке, или утонули при эвакуации.
   Асама легла на борт через 10 минут после взрыва Корейца, от опрокидывания ее спасала только незначительная глубина в месте ее последней стоянки.
   Теперь дело было за Варягом. Ему все еще противостояли 4 неповрежденных крейсера Нийтака, Нанива, Такачихо, Акаси и пытающаяся оползти с поля боя с заклиненным рулем и затопленным румпельным отделением Чиода. А на десерт где то там пряталось с полдюжины миноносцев.
  
   * Среди переживших бой был и получивший впоследствии Георгия за свой удачный выстрел Павел Диких.
  
  

Глава 12. Момент истины 2.

Рейд Чемульпо, Корея. 27 Января 1904 года.

  
   На мостике Варяга после взрывов первых пристрелочных снарядов с Нийтаки и Нанивы, двуликий Руднев к изумлению команды и офицеров отдал приказ "Дробь"! Огонь был прекращен не сразу, но через минуту вбитая в комендоров дисциплина взяла свое*.
   - Чудо Богатыри, комендоры! Подносчики, братцы, никогда в жизни я не видел такой быстрой стрельбы! Всем после боя столько чарок, сколько влезет! Но лучше чтоб больше пяти не влезало.
   Ответом стало громкое довольное "Рады стараться Ваше Высокопревосходительство", дружно рявкнутое хором из доброй сотни глоток!
   - Теперь наводчики! Сукины дети, банник вам в ваши шестидюймовые задницы! Вы расстреляли почти сотню снарядов, по неподвижной огромной Асаме, и что? Я заметил одно, максимум два попадания. Если вы так и дальше будете рыб пугать, то нас япошки потопят, ей Богу потопят. Господа артиллерийские офицеры, вспомните наконец чему вас учили! Определите расстояние пристрелкой, а потом уже открывайте массовый огонь на поражение, и при отсутствии накрытий немедленно его прекращайте и пристреливайтесь заново! Погреба у нас не бездонные. Цель - Нанива, стрелять по Чиоде разрешаю только тем орудиям, для которых Нанива и Нийтака будут вне секторов обстрела. Асаму можно оставить в покое. Снаряды использовать те что привезли с Корейца. Ну с Богом ребята, огонь, и запевай!
   Наверх Вы...
   Неожиданный выстрел из 47 мм пушки установленной на формарсе прервал командира, однако песня уже продолжала жить своей жизнью. Какого хрена, что за детский сад! Сказал же "не посылать людей к мелкашкам пока не будет атаки миноносцев", чья это самодеятельность, лейтенанта Зарубаева? Нет, стоит удивленно задрав голову к небесам, вернее к формарсу... А, там же сладкая парочка, Араменко со Зреловым, соловьи наши курские, что старпом таки решил от своих любимчиков избавиться столь экзотическим образом? Нет, вон он на баке, грозит небу, вернее формарсу кулаком, и лицо у него недоброе такое... Я бы испугался на их месте... Так они что САМИ туда полезли, без приказа???!!! Ну зайцы, ну погодите!
   - Лейтенант Зарубаев, пошлите кого-нибудь на формарс спустить этих клоунов и ко мне их сюда, на мостик!
   Так, развлекаться с шибко самостоятельными матросиками будет потом, что у нас происходит? Кореец таранит Асаму... Чиода ковыляет в сторону берега, причем судя по тому как он виляет, пытается управлять машинами, ну точно, присел кормой, да Беляев сегодня в ударе, не ожидал что у него получится хотя бы половина того, что он натворил. Что значит профессионально подготовленная команда и внезапное нападение. Ну, дай ему Бог удачи и остаться в живых!
   Итак четверо на одного! Ну по сравнению с раскладом получасовой давности, 2 против 6 мы хорошо продвинулись! А учитывая, что самый опасный противник - Асама, вне игры, ТЕПЕРЬ у Варяга есть реальный шанс прорваться. Впрочем, утонуть тоже шансы есть весьма реальные. Но сейчас умный и верный план Уриу, начинает работать против японцев. Изначально, Асама должна была первой своей толстобронированной грудью встретить неповрежденный Варяг, пытающейся прорваться мимо нее на полной скорости, и нанести ему максимальные повреждения пока он будет ее обгонять. Сама она никак не могла пострадать от огня Варяга благодаря своей толстой броне**. За ним стояла Чиода, отчасти из за своего броневого пояса, отчасти из за того, что ее просто больше некуда было приткнуть. Если же Варяг сможет прорваться мимо Асамы и все еще сохранит скорость большую чем у тяжелого броненосного крейсера, то за него должны были приняться Нанива с Нийтакой. Артиллерия Варяга должна быть к тому моменту частично выбита огнем Асамы, и риск для этих небронированных крейсеров был БЫ минимальный. Третья резервная станция на пути Варяга, если бы он прорвался и мимо второй пары, Такачихо и Акаси. Слабые, медленные но для инвалида должно хватить. Ну и на десерт, если Варяг чудом пройдет и их тоже - миноносцы. Проблема только, что когда из этого плана исчезает Асама, то эффект напоминает дом, у которого вдруг одномоментно пропал фундамент. Теперь равномерно размазанная расстановка японских крейсеров начинала работать против них, так как Варяг был индивидуально сильнее любого их них! Теперь единственный реальный шанс нанести Варягу повреждения своей артиллерией достаточно серьезные чтобы притормозить его имела пара Нанива Нийтака.
   Несмотря на похожие имена, Нанива и Нийтака были из абсолютно разных поколений. Нанива, ровесница Корейца, флагманом Уриу являлась в основном за былые заслуги в войне против Китая. Корабль перевооружен новой артиллерией и с очень опытной командой. Тем не менее ее систершип Такачихо Уриу предпочел держать в третьей линии, предназначенной для добивания уже поврежденного Варяга. Нийтака же ее полная противоположность, новейший крейсер только месяц назад вошедший в строй. Единственный из еще остававшихся на плаву кораблей который мог составить хоть какую то конкуренцию Варягу в плане скорости, 20 узлов против 23. Однако для Нийтаки это был не просто первый боевой поход, это был вообще один из ее первых выходов в море. В нашей реальности ее артиллеристы стреляли в стиле своих коллег с Варяга, очень часто но абсолютно не точно.
   Вообще в принципе абсолютная правильная концепция построения японского флота и практика его использования, на голову превосходившая в свой разумности постоянные русские метания, сейчас играла против японцев. Прежде всего, японцы при создании крейсерских сил не пошли по пути своих русских коллег. Те пытались создать большие, сильные и быстрые универсальные бронепалубные крейсера с большой дальностью, одинаково подходящие и для разведки, и для дальнего крейсерства и для боя со своими коллегами (одним из вариантов реализации этого задания и стал Варяг). Увы, большинство компромиссов не может хорошо делать ни одну из возложенных на них задач по настоящему хорошо. Японские бронепалубные крейсера были типичными, ничем не выдающимися середнячками в своем классе. Причем середнячками, из низшей половины шкалы. Ни по вооружению, ни по мореходности ни по скорости они и близко не стояли с Варягом, Аскольдом и Богатырем, представителями новой русской крейсерской серией. Зато на сэкономленные на них деньги в Англии были заказаны шесть лучших броненосных крейсеров эпохи, один из которых сейчас медленно заваливался на борт на рейде Чемульпо. И последней каплей, перетянувшей весы на сторону Японии была покупка перед самой войной в Италии пары броненосных гарибальдийцев, Ниссина и Кассуги. Дальше - больше, типичной была практика собирать лучшие кадры со всего флота на кораблях двух первых броненосных отрядов, броненосцах Того и броненосных крейсерах Камимуры. А в случае необходимости качественно усиливать отряды легких крейсеров - просто временно придавать им одного - двух броненосных коллег. Но сейчас тот самый приданный броненосный крейсер с элитной командой, лучшими канонирами на который собственно и была возложена миссия по уничтожению Варяга и Корейца вышел из строя. Теперь русская идея единичного сильного и быстрого бронепалубника получила шанс доказать что и она не была целиком высосана из пальца.
   Артиллеристы Нанивы и Нийтаки никак не могли пристреляться, впрочем и о их коллегах с Варяга можно было сказать то же самое, но теперь в их стрельбе начала проявляться хоть какая то система. Пока Зарубаев пытался нащупать правильные установки прицела залпами двух трех орудий, дожидаясь падения снарядов предыдущего залпа и внося поправки. На стороне японцев была лучшая подготовка артиллеристов на Наниве и большее количество орудий в залпе. В минусе - два корабля хорошо стреляют по одной цели вместе, если они умеют это делать. А вот с подобной практикой у артиллеристов Нийтаки было плохо, и они своим беспорядочным огнем стабильно сбивали прицел Наниве. Крейсера третьей японской линии, Акаси и Такачихо, выбрав якоря тоже направились к выходу из бухты, на минимальных оборотах, давая возможность пристроиться второй паре и образовать единый строй. Для их орудий Варяг пока был далековато, что впрочем не мешало им тоже азартно по нему стрелять. Перестреливаться с Варягом по очереди, после того как устаревший Кореец каким то образом ОДИН вывел из строя Асаму и Чиоду как то не хотелось. Все оставшиеся в строю японские крейсера постепенно выстраивались в кильватерную колонну, мимо которой предстояло проходить Варягу, с преимуществом в ходе максимум в 5 узлов. Это значит целый час под огнем всей четверки на дистанции не более 20 кабельтовых. Хреново. Оправившись от неожиданности японцы, действуя по первоначальному плану, шли параллельным с Варягом курсом и были полны решимости устроить ему теплую встречу и не менее теплые проводы. За крейсерами маячили низкие смертоносные тени четырех миноносцев.
   Наконец то усилия артиллеристов Варяга начали давать результат. Один из снарядов трехорудийного залпа лег таким близким недолетом у борта Нанивы, что это можно было считать накрытием, остальные перелетами. Впрочем, хоть с борта Варяга это и не было видно, свое дело недолетавший снаряд все же сделал - пройдя под водой, он на последних каплях кинетической энергии, приданной ему пороховым зарядом орудия N 3, врезался в борт Нанивы. На полноценное пробитие его уже не хватило, трубка (детонатор) по "доброй" традиции русского флота не сработала на слабый удар, но старым плитам бортовой стали Нийтаки этого было достаточно. Два листа немного разошлись, пяток заклепок вылетел и в угольную яму правого борта стала ленивой струйкой сочиться вода. Мгновенно над Варягом пронесся ор главарта, которого не смотря на стрельбу и пение было слышно на баке. Лейтенант на всякий случай дублировал голосом передаваемые по системе центрального наведения на орудия данные об установках для стрельбы (еще одно Ноу-хау которого не было на японских кораблях, при умелом использовании система центральной наводки, даже такая примитивная как та что был установлена на Варяге бесценная вещь).
   - Целик пятнадцать, возвышение восемь, все щестидюймовые орудия правого борта и носового плутонга - беглый огонь!
   Как будто подслушав его, на слове "огонь" первый снаряд настиг и Варяга. Облако разрыва закрыло мачту прямо над формарсов. Стальной дождь фирменных японских осколков - мелких и раскаленных добела - пронесся над всей носовой частью Варяга вонзаясь в палубный настил подобно стальному граду. Правда основная часть облака ушла вверх в сторону кормы, или была отражена формарсом, благодаря чему никого не убило, но пяток раненных Варяг уже имел.
   "Ну что -же, посмотрим как поведет себя команда под огнем", - пронеслось в голове непроизвольно присевшего, но сразу заставившего себя встать во весь рост Руднева. Примолкнувшая было в момент взрыва песня, неожиданно громыхнула с новой силой и яростью, причем большинство певших произвольно перескочило на куплет с "желтолицыми чертями". Самое странное, что вместе с нижними чинами после попадания начали подтягивать и мичмана, командиры плутонгов. Пожалуй впервые за последние несколько десятилетий на корабле Российского Императорского флота было полное единство и синхронность мыслей и чаяний команды и офицеров.
   "Даже как то не честно, меня прибьют обратно в свое тело выкинет, должно по крайней мере, а их? Вообще странно, такая деталировка событий, сам уже верю что это все всерьез, но как... Блин, а ведь тех двоих курян на формарсе наверное в клочья разорвало!" Легки на помине, как черти по вызову явились Араменко со Зреловым. Вид слегка ошалевший, потрепанные взрывной волной и слегка оглохшие но бодренькие. От осколков их видимо спасло то, что скобтрап которым они и посланный за ними марсовый спускались был на противоположенной от взрыва стороне мачты. Ну и что с ними делать, расцеловать за то что живы, или прибить на месте за своеволие? В который раз побуждения Руднева 1 и Руднева 2 разбежались в разные стороны.
   - Явились черти полосатые! Для вас что, прямой приказ командира в бою это не повод подчиняться?
   - Ваше первосходительсво, обидно сидеть под палубой и не пострелять по япошкам то!
   - Ну и много настреляли, по кому кстати?
   - 15 снарядов, по Асаме!
   - А куда попали? Что молчим? Хоть акулу какую зацепили, нет? Ну какой придурок будет из 47 миллиметровок лупить с 30 кабельтовых? Барахло вы ребята, а не артиллеристы! Ну а попали бы, что Асаме ваши снарядики, слону дробина? Ладно, видите на носу пару канониров с кровью на робах, осколками зацепило? Бегом туда, подмените их и отправьте на перевязку. Вот это настоящая работа, а не развлечение, а погибни вы на формарсе польза бы от этого была, а? Да, если кто из ваших еще на орудиях, по дороге заберите их и отправьте вниз. Пострелять еще успеете, сегодня только первый день войны, а не последний. Бегом!
   Приняв попадание в стеньгу мачты за накрытие, и простимулированая попаданием с Варяга, Нанива тоже перешла на беглый огонь. Это было очень хорошо, потому что прицел ей был взят неправильно, и следующие четыре минуты ее снаряды стабильно ложились с перелетами. В отличие от снарядов с Варяга, которые пусть и с очень большим рассеяньем, но все же ложились то справа, то слева то с недолетом то с перелетом, но главное ВОКРУГ Нанивы. Правда попаданий пока не было, но нервы японцам уже трепали. Теперь дело за теорией вероятности, и везучестью. Ну и неплохо бы уменьшать прицел вовремя, дистанция то сокращается! Кстати о дистанции.
   - Минеры! Как будем проходить на траверсе Асамы, разрядите в нее оба минных аппарата правого борта!
   Возникший как из ниоткуда на мостике старпом как всегда имел свое мнение:
   - Всеволод Федорович, может побережем мины для целых японцев? Асама и так через минуту другую бортом на дно ляжет, нам она больше не помеха, зачем тратить мины то?
   - Нам да, не помеха. Но Чемульпо останется японцам, и они вполне могут Асаму поднять. Мелко тут. Да, в борту у нее 3 дырки, причем одна очень большая, но наложат временные заплаты, доведут до ближайшего сухого дока, там она годик постоит о опять нам гадить будет. Опять же, надо скрыть следы того сюрприза что мы им на катере привезли. А так хрен после наших мин они докажут когда получена и откуда взялась та или иная дырка. Короче - не спорьте, лучше идите в кают-компанию и проследите чтобы стреляли поточнее. Лейтенант Берлинг то, минер наш остался на катере.
  
   * - Во время Гульского инцидента, расстрел 2-й эскадрой Тихого океана рыбаков, на прекращение беспорядочной стрельбы потребовалось не менее пяти минут.
   ** - На практике, в нашей реальности, учитывая непонятно низкую скорость Варяга при попытке прорыва, хватило и первой стадии плана, мимо Асамы Варяг пройти не смог.
  
  

Глава 13. На пробой!

Рейд Чемульпо, Корея. 27 Января 1904 года.

  
  
   К исходу четвертой минуты на Наниве наконец разобрались во всплесках от своих и чужих попаданий, поняли что прицел взят не верно, и вновь перешли к залповой пристрелке. Стрельба Варяга наконец то стала давать видимы результат, Нанива получила первое отмеченное с Варяга попадание. Один из взятых с Корейца снарядов оснащенный нормальной трубкой взорвался в носовой части Нанивы. Никаких особых повреждений, разнесена подшкиперская и клюз с расклепанной якорной цепью, весь эффект скорее моральный (ну кроме трех раненых, что некстати оказались на баке в этот момент), но все равно неприятно когда в твой корабль попадают. Нийтака по прежнему вела огонь с запредельной скорострельностью, и минимальными, по причине отсутствия корректировки, результатами, чем все больше напоминала Рудневу Варяг в оставленной им реальности. Акаси с Такачихо еще не достигли дистанции действенной стрельбы, но торопясь поучаствовать в празднике жизни тоже открыли огонь.
   Проходя на траверсе Асамы Варяг выплюнул 2 торпеды из аппаратов правого борта. Как обычно минеры при пуске из аппарата установленного в корабельной церкви пробормотали "С Богом!", а те что стреляли из кают компании проводили мину напутствием "За здоровьечко!". Какая из торпед, божественная или алкогольная, на пределе дистанции все же дошла до Асамы, а какая затонула на полдороге определить не удастся уже никому. Но вот эффект от попадания получился несколько неожиданный. Всю реальную Русско-японскую войну восьмерка японских броненосных крейсеров проплавала с пороховой бочкой в башнях главного калибра. Это вынужденное решение, принятое британскими и итальянскими конструкторами для повышения скорострельности, было бы не слишком опасно, пользуйся японцы и дальше родными английскими и итальянскими боеприпасами. Черный порох внутри британских снарядов штука к вторичным детонациям достаточно безопасная. Шимоза же, на которую стал переходить японский флот в конце 19 века, при большей фугасности особой стойкостью не отличалась. Ее стабильности еще кое как хватало на то, чтобы не разнести на атомы башню вместе с расчетом при попадании русских снарядов в толстую вертикальную броню башни. Но вот взрыв торпеды на тонкой крыше башни, для ее трепетной натуры было уже слишком. На Варяге так и не поняли, что именно так грохнуло на Асаме, потому что для торпеды взрыв смотрелся уж слишком уж эффектно, а для детонации погребов все же скромно*.
   По мере сближения шансы на нанесение друг другу повреждений у Варяга и его, пока еще, двух оппонентов все увеличивались. Но как ни странно первую кровь Варягу пустили не Нийтака с Нанивой, а практически списанная Рудневым со счетов Чиода. Поняв, что противник его игнорирует и видя полную беспомощность своей артиллерии при стрельбе на циркуляции переменного радиуса и направления, которую выписывал его крейсер из-за заклиненного руля, командир Чиоды Муроками отдал беспрецедентный в боевой обстановке приказ - Стоп машина! Асама требовала мести. После того как Варяг перестал постоянно выскальзывать из их прицелов артиллеристы Чиоды добились наконец попадания. Не удивительно - они находились в лучшей из всех японцев позиции, Варяг как раз проходил по траверзу Чиоды в 20 кабельтовых от нее, их корабль не обстреливался, спорадический огонь 75 миллиметровок Варяга без особой корректировки не в счет, и после остановки представлял собой весьма приличную, устойчивую платформу для стрельбы. 120 миллиметровый снаряд прошел сквозь сетку с койками (все же эта импровизированная мера защиты давала не более 50 % шансов на успех) и взорвался при попадании в борт. Надводная пробоина, пару тонн угля в яме перемолол в угольную пыль, снова истошный визг осколков, клубы угольной пыли хлынули в носовую кочегарку из горловины ямы и ее пришлось бистро задраить двум кочегарам, мгновенно сменившим расу и превратившимся в негров. Не смертельно, но на нервы действует. Когда будет время надо озаботиться заделкой пробоины, она хоть и надводная, а заливать ее на ходу и при волнении может.
   Только теперь Руднев понял, что полностью игнорировать вражеский корабль, даже в таком плачевном состоянии как Чиода, нельзя категорически. Но и отвлекать только что пристрелявшуюся по Наниве артиллерию на эту развалину тоже не хотелось! Впрочем теперь, если чуть довернуть вправо, Чиода попадал в сектора обстрела двух кормовых шестидюймовок. Если их наведением займутся с кормового дальномерного поста, то ему придется больше бегать, чем думать о стрельбе по Варягу!
   Через минуту огонь кормового плутонга Варяга дал понять Муроками, что для корабля стоять на поле боя, это не только проявление не уважения к противнику, но и чрезмерное упрощение наводки для его, противника, артиллеристов. С третьего залпа накрытие, с пятого попадание. К тому моменту команда полный вперед уже достигла машинного отделения Чиоды, и он снова заковылял к берегу, неуклюже рыская на курсе то вправо то влево, по мере того какой машине прибавляли оборотов. Шестидюймовый снаряд Варяга разорвался снеся трубу на Чиоде. Муроками подумал что в этот раз он еще легко отделался, но больше так дразнить Богов не стоит. Очевидно подготовка артиллеристов Варяга получше чем у его, постоянно прозябающих на стационерской службе и не имевших нормальных учений со стрельбой уже больше года. Смерти ни он ни его экипаж естественно не боится, но умирать надо с толком. А подставляться под огонь Варяга, все же не стоит. Постреляем на циркуляции, не так эффективно, но еще пару удачных попаданий шестидюймовых снарядов Чиода может просто не пережить. И так уже затоплено три отсека, переборки держатся на честном слове, кораблю то уже больше пятнадцати лет, надо думать как доковылять до рейда Чемульпо и заняться ремонтом. Да и команду Асамы неплохо бы принять на борт. С этими тяжелыми мыслями Муроками начал разворот машинами в сторону Чемульпо. Пройти по этому фарватеру без руля, уже достаточно сложно, пусть стрельбой занимается старший артиллерист, заодно и орудий на правом борту уцелело больше. Останавливаться больше не будем, Чиода и так выбив в одиночку Корейца свою часть работы уже сделал.
   На мостике Рудневу по мере усиления огня японской четверки все меньше хотелось мимо нее проходить. А что если попробовать воспользоваться преимуществом в маневре одиночного корабля перед группой, и заставить коллег японцев потанцевать?
   - Лево руля! Штурман, следите за ориентирами, когда будем подходить к опасным глубинам, право на борт и постарайтесь обрезать хвост японской колоне! О кроссинг Т слышали? Вот и сделайте его, только наоборот.
   Заметив, что Варяг разрывая дистанцию отклоняется вправо, японцы решили, что на Варяге предпочитают рискнуть навигационно вместо риска артиллерийского боя. Теоретически в прилив Варяг мог пройти самым краем канала, по мелководью и потом уйти мелким восточным фарватером к Мазампо. Парируя маневр Руднева командир вынужденно находящегося во главе колонны японцев Акаси тоже решил отклониться влево, чтобы не допустить увеличения дистанции и продолжать держать противника под огнем. Упускать Варяг теперь, было нельзя. Однако он не имел достаточного опыта управления соединением кораблей, особенно настолько разнотипных как собранный с бору по сосенке четвертый боевой отряд. Уриу пропавший на Асаме, когда поспешно отбывал на нее для "переговоров" не оставил других указаний по ведению боя кроме "отходить строем кильватера постоянно держа противника под огнем". Именно это и пытались делать командиры японских кораблей, но каждый немного по своему. В отсутствии указаний от головного Такачихо пошел ему в кильватер повернув последовательно а Нанива выполнила поворот вдруг, чтобы принять строй пеленга. Неопытный командир Нийтаки попав в положение буриданова осла, слишком долго колебался с принятием решения и тоже был вынужден пойти в кильватер Такачихо, чтобы сохранить хоть какое-то подобие строя. В результате поворота нарушился строй кильватера, так удачно составленный японцами после снятия со стоянки. Через две минуты Нанива, в результате несогласованного маневра, оказалась между японской боевой линией и отвернувшим Варягом. Она не только блокировала линию огня Такачихо и Акаси, но и створившись с ними представляла собой замечательную групповую цель. Руднев, вспомнив подобную ситуацию при Цусиме, пихнул локтем главарта и не отрывая бинокля от глаз (сбылись детские мечты!) приказал дословно цитируя адмирала Небогатова: "Бить в кучу!".
   - Простите, Всеволод Федорович, куда бить?
   - Ну что же вы за артиллерист то такой! Ведь у вас есть минута максимум две пока японцы створились! Любой перелет по Наниве сейчас, это попаданий по Акаси или Такачихо! Они же все трое в эллипсе рассеивания! Максимальная скорострельность из всего что можно по Наниве! Пока мы не сменим курс беглый огонь!!!
   В следующие несколько минут японский огонь был скомкан поворотом и неудачным маневром Нанивы. Строго говоря, нормально стрелять только она. И подтвердив высокую квалификацию наводчиков, она и добилась попадания в первую трубу Варяга. В тот же отрезок времени Варяг добился двух попаданий в Наниву и одного, случайного на перелете в Акаси. Разрушение трубы, вернее ее внешнего кожуха, трубы Варяга были в отличие от оппонентов двухслойными, уменьшило тягу котлов носовой кочегарки. Падение тяги на Варяге пока не сказалось на ходе, все же полуторное резервирование (на Варяге стояло 30 котлов хотя для полного хода хватило бы пара от 20, если топить с форсировкой) оказалось очень нужной штукой. В Наниву попал 1 бронебойный снаряд, у орудия N 2 кончились снаряды взятые с Корейца и оно перешло на стрельбу родным "Варяжским" боезапасом, и один "Корейский" фугас. Если фугас разорвавшись под мостиком "всего-навсего" окатил осколками носовое и первое бортовые орудия, чем приостановил их стрельбу на две минуты, пока не заменили расчеты, то дубовый снаряд Варяга натворил дел. Главной защитой Нанивы был 76 миллиметровый скос броневой палубы, прикрывающий котлы, машины и другие "нежные" потроха крейсера. Увы, несмотря на солидную толщину брони ее устаревшая структура (слой обычной не закаленной стали на слое железа) не смогла сдержать сорока килограммовую болванку русского снаряда. А за ней, раздолье для разрушения, самая желанная цель для противника, котельное отделение. Увы, та самая дубовость снаряда, что обеспечила ему проникновения сквозь броню теперь обернулась против русских. Взорвись он внутри котла или хотя бы внутри кочегарки, на комовой группе котлов Нанивы и соответственно на ее способности поддерживать нормальный ход, можно было бы поставить жирный крест. Ремонт занял бы неделю если не больше. Однако золотого попадания не вышло, снаряд просто прошил котел навылет, и ударившись о противоположенный скос бронепалубы бессильно отрикошетил вниз. Но и простой сквозной дырки в одном из 6 жаротрубных котлов Нанивы хватило для того, чтобы организовать набор очень крупных неприятностей. Котел Нанивы в рабочем состоянии представлял собой набор труб с огнем от топки проходивших через бак с перегретой водой, испарение которой он и обязан был обеспечить. Давление в котле в момент его пробития составляло порядка 10 атмосфер, и дикий свист вырывающегося на свободу пара надежно заглушил вопли ошпаренной смены кочегаров**. Оставаться в переполненной перегретым паром кочегарке было невозможно, один из котлов был непоправимо и надолго выведен из строя, остальные два временно не возможно было топить, что привело к постепенному падению в них давления. В сухом итоге пара десятков человек из машинной команды выведены из строя (относительно невредимыми из находившихся в кочегарке остались двое, один кочегар набиравший уголь успел рыбкой нырнуть в угольную яму, второго ударной волной вынесло в соседнюю кочегарку), скорость упала с итак не высоких 17 до 14 узлов. Акаси повезло - фугасный снаряд разорвался в командирском салоне. Энергия снаряда была бездарно растрачена на уничтожение портрета императора Японии и превращение кучи дорогой мебели в груду дешевых дров. Впрочем дрова тоже пропали даром - пожара не получилось, зажигательное действие русских снарядов с пироксилином, в отличие от японских шимозных было минимальным. К моменту второго попадания командир Нанивы разобрался в ситуации, и снизив ход до малого стал пристраиваться в кильватер Нийтаки, которая к тому моменту пользуясь преимуществом в ходе стала догонять Такачихо.
   На мостике Варяга работающие вместе штурмана с Варяга и Корейца довели до сведения Руднева, что Варяг подходит к опасно мелкому району, и пора поворачивать.
   - Прекрасно, попробуйте обрезать хвост японской колонне!
   - Но это нас уведет с курса прорыва!
   - Поперек этого курса сейчас 4 японских крейсера. Сквозь них нам не пройти. А вот догоняя их с кормовых углов и склоняясь на запад, мы им на нервы подействуем, особенно концевой Наниве. Они наверняка решат что мы хотим уйти проливом Летучей рыбы, если уж они до этого поверили, что я сейчас сунусь на такой скорости напрямую к Мазампо... Похоже они не очень хорошо знакомы с гидрографией района, этим надо воспользоваться! Пытаясь перекрыть нам путь, они опять собьют пристрелку, плюс теперь их тормозит Нанива, а бросать ее нам на съедение они не будут. Похоже что их общая отрядная скорость упала до 14 узлов, а наш максимум пока еще 22, если не больше, разгонимся посмотрим. Пока сколько на лаге, 17? И потом, через час начнет темнеть. Вот только не знаю это нам на руку или японцам.
   На мостике Акаси вынужденно исполняющий обязанности командира отряда молодой капитан 2-го ранга Миядзи разглядел, что Варяг опять начал поворот, в это раз правый. Ну и куда его несет теперь? Убедился что в проходе к Мазампо мы его все равно расстреляем и решил у нас под кормой пройти проливом Летучей Рыбы? Ничего, парируем отворотом вправо! Что у нас с отрядом? Черт, Нанива отстала, придется сбросить скорость пока не догонит. А судя по пару что она правит в атмосферу, случится это не скоро. Нелегкое это дело водить отряд кораблей, помоги мне Аматерасу! Странно, а почему русские приближаются так медленно? Восточные демоны, они уже на пересекающимся курсе, точно в Летучую рыбу идут!
   - Сигнальщики, поднять сигнал "Отряд, к повороту последовательно вправо"!
   В результате принятых мер второй поворот японского отряда прошел без нарушения строя, наоборот опытный командир Нанивы срезав угол существенно сократил отставание от Нийтаки. К сожалению для японцев некому было подсказать недостаточно опытному командиру Акаси, что столь частая смена курса не может не помешать нормальному действию артиллерии отряда. Он никогда до сих пор не командовал более чем одним крейсером, а молодости свойственно в горячке забывать даже то что знал... В результате артиллерия японцев пока не наносила русскому крейсеру дальнейших повреждений.
   На Варяге перед вторым поворотом снизили темп стрельбы до пристрелочно беспокоящего, два залпа в минуту из трех пушек каждый, поправка после падения снарядов предыдущего залпа, и так далее. Но в момент когда кильватерная колонна японцев начала створиться главарт уже без напоминания Руднева приказал открыть огонь из всех стволов. Но дистанция в 25 кабельтовых, поворот японцев и собственная циркуляция не лучшие условия для стрельбы. Пока для Варяга все шло прекрасно - крейсер медленно но верно продвигается к выходу из бухты, гоня перед собой японцев. На Чиоде разглядев маневр Варяга, и поняв, что ничем сейчас не занятые 4 пушки правого борта и две кормовые вполне могут озаботиться добиванием его отползающего крейсера, Муроками приказал дать полный ход, черт с ними с мелями сейчас русские снаряды опаснее.
  
   * - Погреба от детонации спас уже затопленный снарядный элеватор. Но зато когда через неделю после боя первые японские водолазы спустились на Асаму, они просто не обнаружили носовой башни ГК. Вообще. Ремонт крейсера с развороченным левым бортом, и главное без башни, которую могли изготовить и установить только в Англии, признали не целесообразным проводить до окончания войны. Он был постепенно поднят летом 1904 года и отбуксирован в гавань Чемульпо, где и простоял следующие 2 года, изображая из себя батарею береговой обороны. Торопиться вкладывать деньги в корабль который невозможно было полноценно ввести в строй не стали.
   ** - Как писал через 50 лет о похожей ситуации немецкий танкист "к счастью, при попадании в наши танки гул горящего топлива почти всегда заглушает крики экипажа танка".
  

Глава 14. На пробой 2!

Рейд Чемульпо, Корея. 27 Января 1904 года.

  
   Главный артиллерист Варяга учился по ходу боя. Никогда прежде ему не приходилось корректировать огонь корабля по двум разным целям с помощью системы центральной наводки. Никогда прежде его не отвыкали от решения математическо артиллеристских головоломок близкие разрывы и попадания чужих снарядов. Никогда прежде ему не приходилось просто непрерывно стрелять в течении столь долгого времени с такой частотой. Но в этой реальности у него были 2 бесценные вещи которых был он лишен в нашей - лишний час относительно спокойного боя на обучение, а не избиение Варяга, и мичман Нирод на дальномере дающий верную дистанцию. Как всегда не кстати в голове пронеслось воспоминание, как проходила вчерашняя сверка дальномеров с Корейцем. Сначала Нирод со своим незабываемым "графским" тщеславием доказывал, что врут именно дальномерщики Корейца. Но после беседы проведенной с ним командиром и штурманами, с использованием лоции порта в качестве определителя контрольных расстояний его точка зрения изменилось. Красный как рак мичман 2 часа гонял своих подчиненных по всем дальномерным постам, и перенастраивал и переградуировал все дальномерные станции Варяга. Проведенная потом вторая сверка, показала практически полное совпадение показаний дальномеров обоих кораблей. Непонятной осталась только фраза произнесенная командиром, "мичман, вы только что спасли себе жизнь". Вообще кэп ведет себя очень странно, но черт побери верно! Вчера главарт еще готов был поклясться, что Руднев не разбирается в артиллерии, ну уж точно никак не лучше его самого. А вот поди же, углядел же старик момент со створением японцев раньше него. И еще про эллипс рассеивания ввернул, каково а? До него самого только через пару минут дошло, что это такое. Ладно, к черту лирику - циркуляция закончена, начинаем пристрелку. Интересно, что еще старик эдакого выкинет? Японцев все же четверо против одного.
   Главарт бы удивился, насколько его мысли совпадали с мыслями самого Руднева. Что делать дальше? Тупо кирпич на газ и переть мимо четверки крейсеров? Даже если не утопят, за тот час что мимо них ползти будем изобьют до состояния в котором о продолжении крейсерства думать уже не придется. Попытаться сблизиться и нанести паре японцев ущерб не совместимый с продолжением боя? Фантастика в соседнем разделе. Скорее наоборот получится, орудий то у них больше. Вилять до темноты вытесняя их из пролива? Не дотянуть, до заката еще больше часа, и потом там где то в проливах крутится стая миноносцев. Это днем они не опасны, а ночью хватит одного зевка сигнальщика, одной удачно пущенной мины и привет Нептуну. Но что то же надо делать? Ждать ошибки японцев и тянуть время, медленно продвигаясь к выходу надеясь проскочить в темноте? Или понадеяться на крепость скосов бронепалубы Варяга, запас водоизмещения (чем больше корыто тем дольше тонет) и рвать к выходу? За мыслями и просчитыванием вариантов Руднев чуть не пропустил момент когда пора было решать, идти проливом "Летучей рыбы" или пытаться пройти более глубоким, безопасным и как следствие скоростным Восточным каналом. Черт бы подрал этого Вадика, хоть бы предупредил за сутки до моделирования, успел бы освежить в памяти наработки, а так все экспромтом, все с чистого листа... Так куда же сворачивать, блин Илья Муромец на распутье, мать его... Что японцы делают? Гм, забавно, ловя Варяг они теперь идут курсом на группу островов отделяющих пролив Летучей рыбы, от основного фарватера, Восточного Канала. Теперь им или влево, и к выходу из бухты, так и нам туда же, или на контркурсах нам в лоб, это они пожалуй не рискнут. Строй пеленга им принять на узком фарватере сложно, так и будут кильватерной колонной ходить, иначе вообще могут столкнуться. Черт, а что если их отпустить, и попытаться пристроиться концевым мателотом? Кабельтовых так в 25-ти? Тогда по мне будет лупить только кормовые пушки Нанивы, а все мои перелеты опять будут опасны для всего японского строя. Что они тогда сделают? Опять отвернут естественно, но там пролив узкий, колонне кораблей можно долго идти только вдоль фарватера, не поперек. Так и будут вилять вправо влево, а я за ними в противофазе. Прокладка будет выглядеть, как 2 маятника. А на змейке большого количества попаданий быть не должно... Еще часик так проваландаемся, а потом в темноте хрен они меня поймают. Опасаться надо будет только миноносцев. Ну да авось пронесет.
   - Рулевой, лево руля, идем по главному фарватеру! Машина, ход снизить до среднего!
   - А зачем снижать? Мы же на прорыв идем! - Вмешался молодой штурман Корейца.
   - А чтоб японцы чуть вперед ушли. Нам сейчас главное не нанести максимальные повреждения им, а самим получить минимальные. Наша задача лежит вне бухты Чемульпо.
   К штурману подключился недовольный главарт:
   - Но Всеволод Федорович, ведь если мы сблизимся с ними сейчас, то Наниву утопим точно! Она же ход потеряла, ей не уйти!!!
   - Я понимаю и ценю ваше желание прикончить врага, но размен Варяга на Наниву, даже если он удастся, выгоден не России, а Японии. Эта старая лоханка не стоит потери Варяга. А сблизившись с японцами мы рискуем именно этим. А если мы выйдем из Чемульпо, и поймаем хоть один японский транспорт с войсками, то нанесем ущерб в 10 раз больший чем просто утопив Наниву, понятно? И потом , утопить крейсер в 3000 тонн, это не так быстро как вам кажется. И вообще, господа, вернитесь к своим прямым обязанностям. А то у одного уже третий пристрелочный залп с правого борта по Чиоде лег недолетом, кто за вас поправки должен вносить Николай Чудотворец? Да и с левого по Наниве не лучше. Вообще, оставьте вы Чиоду в покое, не отвлекайтесь. А у второго мне вообще страшно подумать что с прокладкой творится, пока мы тут беседуем. Вот сейчас на 16 узлах в берег въедем, мало не покажется, честное слово! Кстати, пользуясь паузой - прикажите пробанить орудия. Причем обязательно проволочными банниками с салом.
   - Как можно! Банить это же прервать стрельбу!!! Сбить пристрелку! Почему сейчас???
   - Ничего прерывать не надо. Баньте по два, три орудия за раз и стреляйте из остальных. Но если их сейчас не пробанить, то через полчаса такого темпа они перегреются, от большого количества сорванных поясков стволы забьет медью и вообще может разорвать орудие. Так что не спорьте, отдавайте приказ пробанить начиная с носовых, они уже сегодня стреляли больше остальных, и впереди еще много пальбы.
   Дискуссия была прервана очередным попаданием в Варяг, на этот раз снаряд все же сдетонировал на противоминной сетке. Но если к близким разрывам снарядов и душу холодной воды с осколками еще можно привыкнуть, то к разрыву снаряда практически на борту корабля, привыкнуть невозможно. Как и к полосующим плоть осколкам, список потерь продолжал медленно, но верно расти. Носовая левая 3-х дюймовка требовала капитального ремонта, трех человек тащили в госпиталь, одному из них на ходу пытались наложить жгут, а наводчику теперь могла помочь только молитва. Пробка в койках было загорелись, но постоянно окунаемые в бурун у носа Варяга быстро погасла.
   На мостике Акаси штурман доложил Миядзе о подходе к опасно мелким глубинам. Его мучили те же вопросы что и Руднева. Что черт побери делать7 Все пошло не по плану! Пора опять отворачивать влево, опять сбивать пристрелку, опять подставлять корму колонны под продольный огонь русских, которые не преминут этим воспользоваться. Но что еще остается делать? А до темноты все меньше, Варяг пока практически не поврежден. А как его потом ловить в темноте в этом лабиринте островов и мелей? Тут и одному кораблю надо в темноте ходить с оглядкой, а строем из 4-х, да под командой малоопытного командира, то есть его, вообще смертельно опасно и без обстрела со стороны противника. А если разбить строй, то можно наткнуться на этого чертового Варяга в одиночку, и тогда прощай родная Япония. Да и просто не согласованное маневрирование 4-х крейсеров на таком узком фарватере в темноте без огней - это почти гарантированное столкновение и взаимные обстрелы. Это Варягу хорошо, лупи по любой тени в темноте, своих у него тут нет! А зажечь огни, это значит подсветить себя для Варяга как мишень для ночных стрельб. Что же делать?
   - Сигнальщикам, поднять сигнал "отряду к повороту влево последовательно". Как только все отрепетируют - начинаем поворот.
   Что конкретно произошло после перекладки руля, доподлинно не известно. Существуют как минимум три версии событий заслуживающих права на существование. Достоверно известно, что когда руль на Акаси уже был положен для плавного поворота влево, один из снарядов Варяга настиг временно исполняющего обязанности японского флагмана. Снаряд попал в мостик, под боевой рубкой. Расхождения начинаются дальше, по первой версии взрывом временно заклинило рули крейсера, или просто перебило штуртрос (а может просто срезало и сам штурвал), и вместо поворота на 90 градусов, Акаси а за ним и вся японская колонна, выполнил разворот на 180. По другой версии у молодого японского командира просто сдали нервы, и он решил пойти на сближение с Варягом чтобы покончить с ним до темноты. Судя по тому, что русские обладая преимуществом в скорости не идут на сближение - они хотят пройти мимо японских крейсеров в темноте, значит надо идти на сближение самим! Ну и третья версия, самая маловероятная - у Акаси заклинило рули не от попадания, а от резкой перекладки, в момент когда Миядзи попытался уступить лидерство отряда более опытному командиру Такачихо. Так или иначе, но на Варяге раздался крик сигнальщика, -
   - Вашебродь, япошки поворачивают влево!!!
   - Естественно, куда им еще деваться то? Так посмотрим, полюбопы.. Машина! Полный, самый полный вперед, до железки! Артиллерия - огонь по Акаси! Максимальная скорострельность! На штурвале, штурмана - становитесь рядом с рулевым, и правьте как можно ближе к правой кромке фарватера! Черт, черт!
   - Да в чем дело то?
   - Японцы идут нам в лоб! Вы что не видите? Рулевой, родной, приготовься уворачиваться от мин и возможно попытки тарана!
   Расстояние между Акаси и Варягом в момент окончания разворота было 30 кабельтовых. Взаимная скорость сближения - 30 узлов, при этом скорость Варяга росла. Итак, 5 - 6 минут до момента расхождения левыми бортами, потом еще минут 15 на выход из зоны огня японцев, если Варяг переживет эти 20 минут, то у него есть все шансы дожить до следующей группы если. Если он сохранит ход и управляемость, если он сможет своей повыбитой артиллерией отбиться от миноносцев, если он сможет в темноте оторваться от преследования то тогда у него будет шанс нанести японцам ущерб ставящий под вопрос график развертывания сухопутных войск в Чемульпо для атаки на Порт Артур. Но пока надо еще эти 20 минут прожить. Что тоже не просто. На стреляющем борту японцев 16 шестидюймовок и 3 пушки калибром 120 мм. Это не считая мелочи, которой тоже хватает. Варяг может ответить из семи шестидюймовок. Даже если матросы Варяга смогут поддержать запредельную скорострельность начала боя в течении этих 20 минут, то все одно, уступаем по весу залпа минимум в 2 раза. При 2 % вероятности попаданий Варяг может получить как минимум 20 снарядов. Смертельно это или нет? Как фишка ляжет. Остается только надеяться на низкие пробивные свойства японских фугасов, скосы варяжской бронепалубы им не по зубам, значит машины в безопасности. Ну и импровизированная противоосколочная защита орудий может снизить потери расчетов до приемлемого уровня. Хотя может и не снизить. В свою очередь, ожидаемые 10 попаданий Варяга вряд ли смогут нанести серьезные повреждения хоть одному из трех сохранивших ход японцев. Хотя эффективность русского бронебойного снаряда - это лотерея. Все что окажется на его пути - снесет, и никакая броня из имеющейся на японских крейсерах его не остановит. Шанс есть только у бронирования боевых рубок. Но зато все что будет в паре сантиметров от его разрушительного пути скорее всего останется целым. Единственный "бонус" Варяга то, что, непонятно почему, но при стрельбе на контркурсах русские артиллеристы, непонятно почему, всегда показывали лучшую точность чем японцы*. Ну понеслись!
   "Учитывая полуторную смену кочегаров и начальный 17 узловой ход в момент расхождения Варяг должен идти уже 23-х узловым ходом, если не будет дальнейших повреждений. У япошек - Нийтака 20 узлов. Но ей еще развернуться. Если ей снизить скорость, и проскочить не налопавшись торпед и без тарана, то считай прорвались. Акаси один за нами не погонится, а погонится - ему же хуже. Можно думать как в Москве тратить 100 штук евриков. И как лучше бить морду Вадику, за такие подставы, сразу ногами или начать с кулаков!" Мысли Руднева опять начали становиться мыслями скорее Карпашева, но как говориться "хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих планах"!
   К моменту когда последний крейсер в японской колонне, Нанива, закончил поворот Варяг успел набрать 19 узлов и получить еще один снаряд. На удивление, и надежные японские взрыватели иногда давали сбой. 120 мм. В этом случае можно было сказать точно, снаряд прошел сквозь борт над ватерлинией, сделал полуметровую вмятину в левом скосе и отрикошетив зарылся в угле. Дружеский привет от Акаси получен. Следующие четыре минуты были наполнены все учащающимися попаданиями как с одной, так и с другой стороны. Варяг потерял левое среднее шестидюймовое орудие, первая дымовая труба получила еще одно попадание и была готова сверзиться за борт при слишком большом крене или просто не попутном ветре, одна из трехдюймовок была снесена за борт, а еще пара пострадавшая от близких взрывов могла быть впоследствии отремонтирована. Еще несколько снарядов взорвавшись на коечных экранах, на бортах и в надстройках серьезных повреждений не нанесли (пяток убитых, полтора десятка раненых, сухая статистика войны, которая кроется за словами "незначительные осколочные повреждения") , серьезных пожаров тоже пока не возникало. Ответ Варяга - один снаряд навылет в борта Акаси по носу, без серьезных повреждений, выведенное из строя прямым попаданием среднее бортовое орудие, случайное попадание в Такачихо, одна труба пробита навылет, к сожалению без взрыва, а то ее просто унесло бы за борт. Один невесть как попавший с дистанции более 10 кабельтов трехдюймовый снарядик бессильно завяз в скосе Нийтаки. Интересное началось при сближении на дистанцию меньше 15 кабельтовых, когда попадания пошли одно за другим.
   Японские канониры были профессионалами своего дела. Хотя разница в боевой подготовке между отрядами первой и второй линий в Японском флоте и позволяла элите отпускать обидные шуточки в адрес своих коллег**. Но все же законов природы они отменить не могли - за пол часа средний японский подносчик снарядов выматывался гораздо больше чем его русский коллега. Просто в те старые добрые времена русский был раза в полтора крупнее японца .а в подносчики снарядов к тому же отбирали народ покрупнее. Ну и пара добавочных килограмм японского снаряда, на четвертом десятке начинала чувствительно давить на руки и плечи. В общем, через полчаса перестрелки с максимальной скорострельность японцы порядком вымотались. Руднев же напротив выпустил на подачу дополнительных, не штатных, членов команды - моряков с Севастополя, Корейца и Сунгари, до поры сидевших под защитой бронепалубы. Это должно было позволить Варягу поддержать запредельную скорострельность начала боя еще с пол часа. Больше - не нужно. Так или иначе все будет кончено. При этом пока еще оставался резерв людей на случай потерь в расчетах. Вообще эти дополнительные три с гаком сотни человек очень пригодились. Кочегары и механики с Корейца и Сунгари сейчас трудились в машинном отделении, Севастопольцы удвоили численность подносчиков снарядов, а палубные матросы с Корейца и Сунгари позволили сформировать 2 пожарных дивизиона вместо одного. Возможно именно благодаря этому на Варяге пока удавалось быстро тушить все возникающие пожары, хотя здесь скорее все же более важную роль играло заблаговременное избавление от дерева на борту до боя.
   Когда Варяг и Акаси сблизились примерна на 15 кабельтовых, произошло 2 взаимно не связанных, но почти одновременных события. Во-первых, Миядзи принял окончательное решение - Варягу из Чемульпо сегодня не выйти. Он наделал достаточно ошибок за сегодня и может смыть свою вину перед императором только подобно великим самураям прошлого. А то что вместо верного вакидзаси, передававшегося в семье из поколения в поколение, для сеппуку придется использовать Акаси, что- же, зато и Варягу после таранного удара из залива не уйти. Его крейсер слабейший из японцев, а этот сумасшедший Варяг со своим непредсказуемым командиром слишком опасен, так что размен оправдан. Командир русской канлодки показал ему путь, следуя которым более слабый корабль может и должен останавливать противника. Осталось только доказать, что дух сыновей Ямато не слабее чем у северных варваров. После тарана оставшаяся тройка крейсеров наверняка сможет добить потерявший преимущество в ходе Варяг. А экипаж Акаси, у них есть шлюпки, а кому не повезет, по словам одной умной книги - "самурай должен ежедневно представлять свою смерть от пули, стрелы, огня или воды"***! Миядзи приказал механику увеличить ход до максимума, на который только способны машины Акаси, и сигнальщику отсемафорить на Такачихо и прочим мателотам: - "Иду на таран, прошу добить Варяг! Тенно Хейку Банзай!".
   На Варяге глазастый сигнальщик Вандокуров прокричал в рубку:
   - ВашВысокбродь! Головной япошка какой то сигнал поднял, заваливает влево и отрывается от остальных, не иначе таранить собирается, черт узкоглазый!
   "Ну вот только цитат из песни мне только сейчас не хватало", - подумал Руднев наклоняясь к прорезям боевой рубки. "Ведь всю малину гад упорный испортит!"
   - Минеры!!! Носовой аппарат готов к залпу? Как сойдемся с Акаси на 10 кабельтов, пускайте мину. Не пытайтесь попасть, лучше пусть пройдет у него по носу, тогда он вынужден будет вправо отклониться! Сгоните его с пересекающихся курсов. Понятно? Если надо чтобы мы вильнули на курсе - сообщите на мостик. Как сблизимся с отставшей тройкой, то же самое из траверсных аппаратов левого борта - не надо пытаться попасть, постарайтесь отжать япошек к берегу, не давайте им выйти на курс столкновения!!!! Вандокуров, ты у нас сигнальный квартирмейстер? Значит должен знать где хранятся шары, что на мачте поднимают когда стопорят ход. Так? Как мимо японцев пройдем, даст Бог, чтоб был на корме и кидай их за борт, только чтоб япошки видели!
   - Рад стараться вашевысоко... но зачем??
   - Авось в горячке примут за плавучие мины, может хоть немного вильнут и чуть поотста...
   В эту секунду очередной японский шестидюймовый снаряд взорвался на левом крыле мостика, щедро окатив боевую рубку Варяга осколкам. И это было второе событие определившее дальнейший ход событий. Несколько осколков через слишком широкие прорези боевой рубки попали внутрь мозгового центра корабля. Один из них отрикошетив от крыши рубки распорол ногу Руднева. Пропоров китель мелкий и уже изрядно остановившейся осколок распорол кожу и мышцы на внешней стороне бедра от паха почти до колена. Первой мыслью очнувшегося через пару секунд от болевого шока Руднева было - "Это не честно! Почему, за что, я же прорвался!!!" Потом его накрыла вторая волна боли, через которую смутно, как через вату, доносились крики, - "Командир ранен!!! Доктора на мостик! Доктора!!! Храбростин, Банщиков, кто-нибудь быстро в рубку!" Постепенно боль отступала, и Руднев почувствовал, как кто-то перетягивает ногу ремнем. Черт, это же главарт с горнистом, смешная у парня фамилия, Нагл, все его не иначе как "наглецом" называют. Господи, какая чушь лезет в голову. От шока что ли? А вот лейтенанту бы сейчас надо заниматься своим прямым делом, а не играть в медсестру! Как это иногда бывает ярость и вызванный ей прилив адреналина начали вытеснять затопившую сознание боль.
   - Лейтенант, немедленно займитесь стрельбой! Наглец справится сам!!! Сейчас же!
   Черт, вместо нормального голоса изо рта вырывается какой то свистящий шепот. Но вроде умница Зарубаев расслышал, вытянулся во фрунт, пижон, отдал честь и снова склонился над своим аппаратом центральной наводки. С бака доносилось уже не "командир ранен", а "командир убит". Это что, таким милым читерским образом Вадиков папа решил зажать полтинник грина? Типа как при очередном моделировании прорыва Варяга, тогда в накуренной комнате после броска костей показавшего попадания в мостик., представители японской команды дружно стали скандировать "Командир убит, Варяг возвращается в порт". Но блин, как же больно то! Даже когда на практике на заводе имени Хрунечива с полсекунды трясло 380 вольт, ощущение пожалуй было менее хреновое. Как это можно отмоделировать? Никогда не слышал о таких глубоких, мать вашу, симуляторах реальности... Это что, все это всерьез что ли? Ладно, лирика лирикой... Если не заткнуть глотки этим горлопанам на баке, то скоро весь крейсер "узнает" что командир мертв и прорыв не удался. Не допустить!
   - Нагле..
   Черт, как же его на самом деле зовут то, горниста нашего? А! Николай Августович Нагле! Немец небось...
   - Николай! Помоги мне встать.
   - Вам нельзя, ваше..
   - Знаю что нельзя, но когда нельзя, но очень надо - то можно! И вообще, ты же вроде не доктор? Поднимай! Только ногу не трогай!
   С трудом, медленно с помощью сигнальщика под правым плечом и горниста под левым Руднев медленно вышел, вернее выпрыгал, на правое, целое пока еще, крыло мостика.
   - Николай, уж коли ты тут, протруби "Сбор" или "Внимание" хоть что, чтобы все заткнулись и меня послушали.
   После сигнала, набрав полные легкие воздуха, черт дырка же в ноге, почему вдыхать то больно, Руднев изо всех сил попытался говорить громко и уверенно:
   - Ну, кто тут орал что я убит? Не дождетесь, черти! Слухи о моей героической гибели сильно преувеличены. Не отлили еще япошки снаряд чтобы тот Руднева убил! Чем кричать чушь всякую, лучше запевай! Наверх вы товарищи...
   На баке, прокричав "ура" командиру, в охотку подхватили уже полюбившуюся мелодию, и замедлившаяся было при известии о его смерти стрельба возобновилась с удвоенным темпом. Руднев, с тем же почетным эскортом, прохромал/пропрыгал в рубку и попытался отрешившись от боли вникнуть в обстановку. Предварительно пришлось отбить попытку добравшегося наконец до мостика врача, коллежского советника Михаила Храбростина, уложить или хотя бы усадить раненого.
   - Мне надо видеть что происходит, а из кресла простите обзор никакой. Перевязка минуту другую подождет, кровь мне остановили вроде достаточно грамотно.
   За полторы минуты что Руднев пробыл вне боя, ничего принципиально не изменилось. На пяток попавших в него снарядов Варяг ответил одним попаданием в Акаси и одним в Такачихо (старику не повезло с местом в строю, он упорно ловил перелеты снарядов изначально направленных в Акаси). От коечных экранов по левому борту остались одни воспоминания и две три неповрежденные секции. В остальных местах с выстрелов свисали лишь цепи, с подвешенными к ним колосниками. Сетки и койки вымело взрывами начисто. Поредевшие пожарные дивизионы дотушивал остатки противоосколочных экранов в том месте, где когда то стояла средняя трехдюймовка левого борта.
   Акаси, изрядно оторвавшись от остального отряда, шел на пересечку. Расчет носового минного аппарата только что выпустили по нему мину. Теперь его командир стоял перед выбором, продолжать идти курсом на таран, который правда на полпути с довольно высокой вероятностью приводил его на Варяжскую торпеду, или отвернуть вправо, и гарантированно избежать попадания, но расстаться с мечтами о героическом таране. Не известно что выбрал бы сам Миядзи, скорее всего рискнул бы, и что бы у него вышло. На принятие Акаси благоразумно осторожного решения благотворно повлиял очередной снаряд с Варяга. Русский фугасный снаряд разорвался, в отличие от большинства своих бронебойных коллег, на баке. Хотя он и не обладал осколочным действием сравнимым с таковым у японских снарядов, но зато более крупные русские осколки обладали большей убойной силой. И одного из них вполне хватило чтобы отправить Миядзи с открытого мостика, откуда он храбро, но неосмотрительно наблюдал за боем, в операционную, с проникающим ранением в живот. Остальными было временно выведено из строя носовое орудие. Пока вступивший в командование крейсером старпом добирался до рубки, рулевой, действую по указаниям единственного находящегося на мостике офицера - минера, по инструкции отвернул от торпеды, вправо. Выпущенные в последней отчаянной попытке дотянуться до днища Варяга из аппаратов правого борта мины до цели не дошли. Помешала собственная циркуляция и скорость Варяга, уже достигшая 20 узлов.
   На мостике Варяга Руднев поддерживаемый горнистом пригнулся у прорези рубки. "Надо же, ну и как я умудрился забыть прикрыть щели рубки то? Ведь с самой первой прочитанной по теме книги, обычно Цусима Новикова, всем известно - русские рубки в эту войну были известными осколкоуловителями. И вот поди же ты! Обо всем подумал, а о себе любимом не удосужился, идиот". Уловив момент отворота Акаси Руднев окрепшим голосом приказал перенести огонь на Нийтаку.
   - Всеволод Федорович, может все же на Такачихо или продолжить по Акаси? Один сейчас головным, а Акаси так удобно подставился, и пристрелялись мы по нему... Почему Нийтака то? Она что, медом намазана? Какая вообще разница?
   В азарте боя Зарубаев опять готов был заспорить с командиром. Ну что за нравы у нас на флоте в начале века, елки палки!
   - Лейтенант, вы правы со своей артиллерийской точки зрения. Но именно Нийтака единственный из японцев кто может составить Варягу конкуренцию в скорости. Акаси мы уже практически проскочили, пока он будет ворочаться вправо, потом влево - уже считай за кормой. По нему смогут развлекаться кормовые орудия. Нанива уже бегать не может, его мы достали. Такачихо вообще с рождения больше 18 узлов не давал, а сейчас и 17 не выжмет. Так что огонь по Нийтаке. Без вариантов. Минерам, благодарность за отличный выстрел. Из траверсных аппаратов попробуйте сработать так же, только обязательно залпом, от двух торпед японцам уворачиваться будет еще веселее.
  
  
  
  
   * - Невероятно, но факт. У русских артиллеристов именно этот элемент боевой подготовки был лучше отработан, потому что ему, как наиболее сложному, уделялось особое внимание на довоенных маневрах. А может наведение орудий системы Кане (французского образца установленных на русских кораблях) было более приспособлено для быстрого внесения поправок по дальности чем у Армстронга (английские пушки, основное вооружение японцев).
   ** - Уже во времена Второй Мировой Войны пилоты Первой дивизии Авианосцев узнав об успехах пилотов Второй, отзывались об этом в духе "уж если сыновья наложниц надрали американцам задницы, то сыновья законных жен должны просто смести их с поверхности моря".
   *** - Буси - до. Путь воина. Вместе с Хаге Курой две основные книги выражающие суть самурайского подхода к жизни и смерти. Именно из них пожалуй выросла и победа Японии в РЯВ, и готовность к самопожертвованию камикадзе во Второй мировой войне и, как ни странно, современная Япония, с ее корпорациями, лучшими в мире машинами и электроникой.
  
  

Глава 15. Уход не по кошачьи.

Бухта Чемульпо, Корея. Сумерки 27 Января 1904 года.

  
   Как известно кошки уходят как англичане - они не прощаются, они просто исчезают. Тихо и незаметно. Уход Варяга и Корейца из Чемульпо был полной противоположностью старым добрым кошачьим традициям. Они основательно попрощались со всеми, до кого смогли дотянуться.
   Асама лежала на дне. Чиода был в середине процесса спуска шлюпок для подбирания уцелевших с Асамы, но ее командир уже начинал подумывать о том, что его покалеченному крейсеру надо пройти затопленный на фарватере Сунгари засветло. А со сбором оставшихся на плаву членов экипажа Асамы шлюпки справятся и сами. Акаси только что закончил циркуляцию вправо, уводившую его от торпеды Варяга, и сразу же начал поворот влево, чтобы начинать погоню за этим чертовым не уязвимым крейсером. На его мостике добравшийся наконец до рубки старпом отчитывал минера, по приказу которого крейсер отвернул от противника. Минер вполне резонно отвечал., что хоть он и остался за старшего, единственное, что он знал об управлении кораблем в бою наверняка - самый безопасный курс при минной атаке от мины. Нанива уныло тащилась в хвосте японской колонны, медленно отставая от своих неповрежденных коллег. Кочегары только сейчас смогли спуститься во все еще заполненное паром котельное отделение номер один и начали наконец поднимать пары в неповрежденных котлах. Такачихо и Нийтака шли встречным с Варягом курсом, и их командиры прекрасно понимали, что остановить его теперь могут только они. Правда остается еще надежда на миноносцы... Но уж больно призрачная.
   "Варяг продолжал упорно идти к выходу. Избитый, с кое как потушенными пожарами, с выбитой на четверть артиллерией и с сотней убитых и раненых на борту крейсер казалось превратился в берсерка. Его, как и его скандинавского предшественника, сейчас не могло остановить ничего, кроме удара в сердце. Но в отличие от полоумного викинга, не очень уважавшего кольчуги и щиты использовавшего только как закуску, сердце Варяга было надежно прикрыто броней. Так, похоже от кровопотери и морфия, настоял таки гад доктор, немного поехала крыша. Какой еще берсерк? Кто тут неуязвимый? Если бы. Еще продираться мимо 3-х крейсеров, еще переть в темноте мимо миноносцев, и в любой момент может или снаряд к рулям залететь, или мина в борт. А результат один - большая кормежка мелкой рыбы... Не отрубиться бы. А то обидно будет", - затянувшийся на десяток секунд мысленный диалог Руднева с самим собой был прерван парой одновременно попавших в Варяг снарядов. Один разорвался с эффектом скорее комическим, чем опасным. Снаряд угораздило влететь в подвешенный на цепи колосник, оставшийся от сорванного одним из ранних взрывов экрана. В результате колосник силой взрыва впечатало в борт, а оторванная цепь хлестнула по палубе Варяга как исполинский цеп, прорубив палубный настил. Дождь осколков хлестнул по палубе, но все что могло быть уничтожено осколками в этом секторе левого борта, давно уже было искорежено, разбито, прошито на вылет или лежало в лазарете. А иногда и в корабельной бане, куда по традиции складывали покойников во время боя. Не будь на пути снаряда чугуняки, пришлось бы заделывать еще одну пробоину у ватерлинии, коих у Варяга и так имелось уже с пяток. Второй снаряд оказался более удачливым. Он взорвался на баке Варяга, сдетонировав о раструб вентилятора. Конус осколков и взрывная волна пришлась на левое баковое шестидюймовое орудие, и прикрывающий его до уровня ствола бруствер из мешков с песком.
   "Шимозный самум!", - пронеслось в оглушенном морфием и болью мозгу Руднева. Действительно, на несколько секунд бак Варяга скрылся в вихре песка смешанного с дымом от сгоревшей шимозы. Когда рукотворный песчаный шторм осел, стало видно, что из расчете орудия в строю осталось трое подносчиков. Остальные лежали на палубе припорошенные песком, который быстро пропитывался кровью. Один из уцелевших членов расчет метнулся к орудию, и стал его быстро осматривать. Через несколько секунд до мостика донесся его крик:
   - Стрелять можно, но циферблаты центральной наводки поразбивало и прицел снесло на хрен!
   Так это же Авраменко! Ну точно, в начале боя их же послали подменить пару раненных именно у этой пушки. Он и пара его товарищей по расчету оказались прикрыты от осколков и разлетающихся мешков с песком телом орудия. Звереву повезло меньше, сейчас он пытался отползти к люку, левой рукой протирая засыпанные песком глаза, а правой зажимая рану на правом боку. С мостика трудно было разобрать насколько серьезное ранение он получил, но если двигается, причем довольно быстро, то скорее всего выживет.
   - Авраменко, Кирилл! Становись за наводчика, сможешь?
   - Да что тут хитрого то, ваше высокоблагородие? Коль могу с 47 мм, то и эта сподобится. Но целиться то как? И кто подавать будет?
   Словно в ответ на второй вопрос, из люков палубы, как черти из коробочки, вылетели десяток матросов из резерва подносчиков. Расставленные по местам мичманом Эйлером, они организовали довольно таки сносную для новичков цепь подачи. Через 30 секунд после взрыва орудие опять упрямо открыло огонь. Еще через три минуты наскоро перевязанный прямо на палубе Зверев с помощью батюшки, приковылял обратно к орудию. Он опустился на настил у правого бакового орудия и стал считывать данные с уцелевших циферблатов. Но громкости его голоса после ранения не хватало на то, чтобы перекричать грохот разрывов и выстрелов. Тогда, к удивлению Руднева и всех находящихся на баке и мостике, над сражением разнесся хорошо поставленный, протоиерейский бас корабельного священника "Варяга", Михаила Ивановича Руднева. Но вместо молитв и славиц господу батюшка стал, надежно перекрывая грохот боя, выдавать данные для стрельбы на поврежденное орудие. После этого стрельба из него перестала носить чисто демонстрационный характер, и опять стала опасна для японцев.
   Рудневу вспомнилась вчерашняя вечерняя проповедь, которую батюшка прочитал команде накануне вечером. "Не впадая в фальшь, достаточно считать мерзостью войну наступательную, ничем не вызванную, кроме тщеславия и корысти. Но война оборонительная, как право необходимой обороны, не противна была нравственному сознанию ни таких мудрецов, как Сократ, ни таких святых как преподобный Сергий. И закон, и Церковь признают это право бескорыстным.... И потому эта война может считаться святой и благословенной. Итак, православные, черная туча, давно облегавшая горизонт, разразилась грозой. Японцы, в надежде на своих европейских друзей, первые подняли на Россию вооруженную руку. Мы не хотим войны, наш Царь миролюбивый употребил все усилия для ее отвращения. Язычники захотели воевать - да будет воля Божия"*. "Черт, придется поменять свое мнение если не Русской Православной Церкви в общем, то хотя бы об ее отдельных представителях", - мелькнуло в голове капитана!
   Вот наконец ушли в сторону Такачихо и Нийтаки две мины из аппаратов правого борта, значит дистанция сократилась уже до 12 кабельтовых. Японцы любезно ответили тем же. Минеры на Такачихо подозревали, что с такой дистанции добиться попаданий практически невозможно. Но что делать, если командир приказал отстреляться немедленно, потому что крейсер должен начать маневр уклонения от вражеских мин, а это неизбежно приведет к увеличению и так предельной для минного выстрела дистанции? Не слишком опытные минеры Нийтаки в точности повторили действия своих коллег. Теперь в сторону Варяга эффектно чертили свой путь четыре мины, впрочем не слишком на самом деле опасных. Но береженого Бог бережет.
   - Принять вправо насколько можно!
   - Всеволод Федорович, и так идем на пределе опасных глубин. Не стоит.
   Штурмана, штурмана эх какая ж вы шпана! Черт, ну какой же этот доктор со своим морфием сволочь! Как теперь на прорыве сосредоточиться то, когда все вокруг мерцает, и из реальности выпадают то секунды, то минуты?
   - Ну хоть на полкабельтова правее, мины они все же по опаснее чем мель будут. И не забывайте, у вас в лоции глубины промерены в отлив, а сейчас у нас в запасе еще полметра.
   - Знаю, учел. Все равно опасно. Хотя что так опасно, что так. Будь по вашему. Может дать не надолго полный назад, тогда мины точно мимо пройдут?
   - Скорость сейчас тоже важна. Идея хорошая, но несвоевременная. Нам надо еще оторваться. Кстати, Вандокуров, помнишь что я тебе про шарики говорил? Давай тащи свое хозяйство на корму. Пока доберешься, будет пора скидывать. И прихвати с собой кого-нибудь, а то один не успеешь.
   - Всеволод Федорович. Да присядьте же наконец! На вас лица же нет!
   - Да, уже... Сейчас. В кресло... Благодарю. Крикните в машину, пусть еще добавят...
   Еще пара минут, и за кормой остались и Такачихо с Нийтакой. Нийтака сначала дисциплинированно повторила за Такачихо маневр уклонения, потом ее командир, увидев что мина все равно идет ему в борт, положил руль еще круче вправо и теперь от стройного японского кильватера остались одни воспоминания. Каждый крейсер разворачивался и ложился сейчас на курс преследования, самостоятельно. Но главное, все они, кроме отставшей от своих Нанивы, были теперь, черт побери, за кормой! Командир Нанивы убедившись, что его худшие опасения - остаться на поврежденном крейсере один на один с Варягом - становятся реальностью, предпочел отвернуть к правой кромке фарватера заранее. В этот момент на Варяге на правый борт могли стрелять четыре шестидюймовые орудия из шести, причем прицельный огонь вели только два из них. На остальных были повреждены прицелы, и их огонь был скорее демонстрационный.
   На оставшейся за кормой Варяга Нийтаке во время разворота на курс преследования разорвало носовое шестидюймовое орудие. Из расчета, на своей шкуре испытавшего эффективность родного, японского шимозного боеприпаса вкупе с зарядом кордита, уцелели двое. Это приписали удачному попаданию русского снаряда, ударившего якобы прямо в ствол**. На самом деле, виновата была слишком длительная стрельба с максимальной скорострельностью без чистки орудия. Медь от десятков сорванных поясков снарядов медленно, но верно накапливалась на нарезах в стволе орудия. Ствол постепенно перегревался, что вело к его расширению, а иногда и изгибу. И наконец настал момент, когда очередной снаряд просто перекосило в стволе в момент выстрела. Добавьте к этому гиперчувствительность и скверный характер шимозы, и в результате от орудия и прислуги практически ничего не осталось. Та же судьба, после часа беспрерывной стрельбы, ожидала бы и половину орудий Варяга. Но приказ Руднева о прочистке орудий проволочными банниками, столь негативно оцененный главным артиллеристом, избавил орудия и расчеты от незавидной судьбы погибнуть от собственных снарядов. В отличие от моряков начала века Карпышеву приходилось не раз читать о данной проблеме, которая и проявилась то впервые во время РЯВ, из-за возросшей скорострельности орудий. На самом деле единственный шестидюймовый снаряд Варяга попавший в Нийтаку во время сближения не нанес никаких значимых повреждений. Два аккуратных отверстия, на входе и выходе в кладовую сухой провизии, и полсотни килограмм риса превращенного в рисовую пудру между ними.
   Варяг уходил. Носовые орудия уже не могли вести огонь по Наниве. Нийтака только ложилась на курс преследования, а Акаси еще предстояло обходить раскорячившийся в развороте поперек фарватера Такачихо. Строй японцев сейчас лучше всего описывался словом куча. Причем желательно с эпитетом беспорядочная. Централизованное руководство отрядом, итак не слишком удачное в исполнении молодого Миядзи, было утрачено окончательно. На Варяге наконец то раскочегарили машину до уровня хоть отдалено напоминающий тот что был продемонстрирован в Филадельфии в момент сдаточных испытаний. Несмотря на пессимизм механика, двое суток подготовки, полуторная смена кочегаров, душ ледяного масла на подшипники и главное угроза жизни и отсутствие другого выхода разогнали Варяг до вчера еще немыслимых 22 узлов. Кормовые орудия еще продолжали всаживать снаряды куда то в сторону постепенно отстающих японцев, а расчетам уцелевших носовых и бортовых уже предстояла совсем другая работа. Отражение минной атаки. Корабельная русская рулетка начала 20-го века. Не успей всадить пару тройку мелких или один крупный снаряд в низкую, летящую по волнам тень миноносца, до того как он подойдет на расстояние менее километра и получи в борт подарок, с парой сотен кило взрывчатки.
   А где то там впереди авизо*** Чихайя уже разводил пары в пока еще холодных котлах полного хода в отчаянной попытке предупредить транспорта с войсками о немыслимой еще вчера угрозе - Варяг прорвался из Чемульпо! Никто на японских кораблях вчера не принимал такую возможность всерьез. Чихайя был отправлен к выходу из бухты для проформы, и зная об этом, на нем даже не поддерживали пары в котлах, за исключением необходимых для поддержания экономичного хода. Теоретически Чихайя почти не уступала Варягу в скорости, 21 узел против 23, но Варяг то уже шел на 22, а вот авизо еще предстояло разгоняться с 13. Так или иначе, на Чихайя четко понимали свой долг. Они обязаны предотвратить атаку Варяга на беззащитные транспорты, или умереть пытаясь это сделать. Поэтому сейчас выжимая все что можно из машин авизо шел в сторону ожидавших исхода боя транспортов. Сигнальщики непрерывно отстукивали семафором в сторону транспортов один и тот же сигнал "Немедленно сняться с якоря. Рассеяться и уходить в море". Если Варяг погонится за купцами, Чихае придется встать между ними и крейсером, превосходящим ее по все характеристикам на целую голову. Вряд ли она сможет продержаться более получаса, но что еще остается делать?
   На Варяге сигнальщики наконец то дотащили до кормы шары, о которых говорил Руднев. Втроем они с дружным гиканьем по одному на "раз, два взяли" сбросили их в кильватерный след крейсера. Скорее всего их действия если и были бы замечены японцами, то практически наверняка были бы проигнорированы. Но в тот день в этой реальности у фортуны были другие планы. Со стороны рейда Чемульпо один за другим донеслись два приглушенных расстоянием взрыва. Оглянувшиеся на звук первого взрыва, матросы на японских крейсерах успели во всей красе рассмотреть султан подводного взрыва вставший у борта Чиоды, которая медленно пыталась обойти место где был взорван Сунгари.
   На палубе Варяга слегка оглушенный морфием Руднев флегматично произнес:
   - Две из девяти. Семь пока осталось. Поздравляю господа, минная банка на фарватере себя оправдала. Теперь пользоваться фарватером практически невозможно. А уж тралить мины рядом с двумя затонувшими пароходами, я бы не хотел.
   Уже поврежденная Чиода после двух минных подрывов затонула в течении трех минут. Ей фатально не повезло - энергией взрыва первой мины ее, кривобоко ковыляющую в гавань, отбросило прямо на вторую. В отличие от нашей истории, в этот раз отбуксировать крейсер в док не успели****.
   На Нийтаке сопоставив подрыв Чиоды, и нечто шарообразное сбрасываемое с кормы Варяга, предпочли дать полный назад, и принять к левой дальней кромке фарватера. При этом семафором на остальные японские крейсера было отправлено сообщение "Осторожно, вижу плавающие мины". Время потерянное на обход района нахождения "плавающих мин", на осторожное следование по кромке фарватера, на разглядывание волн по курсу кораблей впередсмотрящими в сгущающихся сумерках, на снижение и набор хода позволило Варягу оторваться от противника не получив дополнительных повреждений. Атака миноносцев была выполнена безукоризненно по инструкции, но под огнем мало пострадавшей артиллерии правого борта из шести миноносцев на дистанцию действенного пуска мин рискнули выйти двое. Из выпущенных ими пяти мин крейсеру пришлось уворачиваться только от одной. Ответным огнем на самом наглом миноносце шестидюймовым снарядом был сбит мостик, вместе с капитаном, рулевым управлением и всем что на нем находилось. На долю второго миноносца пришлось три попадания трехдюймовых снарядов, охладившие его пыл. Ничья. Атака миноносцев однако позволила японцам выиграть драгоценное время и начать выводить из под удара транспорты. Но груженные купцы никак не могли соревноваться в скорости с крейсером. Для начала не повезло Сикако-Мару. При исполнении команды рассыпаться, ее капитан по чистой случайности выбрал курс пересекающийся с курсом Варяга.
   Когда на Чихайя заметили КУДА именно несет охраняемый ей транспорт, ее командир понял, что до завтрашнего восхода ему дожить скорее всего не удастся. Ну что - же как говорит Ханге Куре - долг тяжел как гора, а смерть легче пера! Придется вспомнить, что по Британской классификации Чихайя относилась к "торпедно - артиллерийским канлодкам". Приказав на транспорт отворачивать влево и прижиматься к восточному берегу, Чихайя пошла на пересеку курса Варяга. Ей почти удалось то, что с успехом провалили миноносцы 14 флотилии - мина прошла в нескольких метрах от кормы Варяга, и если бы не круто положенный вправо руль и мощный бурун за кормой, то попадания избежать бы не удалось. Прояви командиры миноносцев чуть меньше готовности умереть и чуть больше терпения, и Варяг был бы обречен. Им было необходимо отойти к Чихайе, и атаковать вместе с ней с левого борта, артиллерия которого больше пострадала от обстрела 4-х крейсеров. Тогда Варяг почти гарантированно получал мину в борт. Сейчас же, после атаки и расхождения с Варягом на контркурсах всего на 7 кабельтовых в одиночку, авизо представлял из себя развалину. Чихайя расстреляла мины из всех аппаратов и в ответ получил пять шестидюймовых снарядов только в корпус. Теперь когда-то красивая и стремительная торпедная канонерка отползала на восьми узлах с небольшим креном на левый борт. Ее команда продолжала обстреливать Варяг из уцелевшего кормового 120 мм орудия и пары бортовых трехдюймовок, но всем и на Чихайе и на Варяге было ясно, что это агония. У авизо не было ни скорости чтобы уйти, ни артиллерии чтобы отбиться, ни сколь либо значимой брони чтобы терпеть обстрел с Варяга. Чихайя была обречена, и это понимали и на ней и на Варяге. Тем страннее был приказ Руднева, в очередной раз вызвавший на мостике Варяга жаркие споры, более подобающие Одесскому привозу, а не крейсеру в бою.
   - На руле, держи правее курс на транспорты! Ход до самого полного. Сигнальные, отсемафорьте на Чихайю на английском, авось поймут, - "восхищен вашим мужеством, вы до конца исполнили свой долг, идите чинитесь, добивать не буду". Как у нас перезарядкой минных аппаратов дела обстоят?
   - Но почему!!!??? Поворот вправо, двадцать минут и она на дне! Что за толстоствство, Всеволод Федорович?
   Зарубаев даже не кричал, звук вырвавшийся из его горла был чем то средним между ревом и воем. И черт побери, его можно было понять! За последние пару часов, ему не давали добить уже третий корабль противника. Сначала Чиода, потом Нийтака, а теперь еще и Чихайя! Ну сколько можно издеваться? Его молчаливо поддерживали, буравя командира хмурыми взглядами, штурмана, доктор и даже рулевые, что уж ни в какие ворота не лезет, поминутно отрывали глаза от штурвала и зыркали на командира. Команда Варяга, поверив в свои силы жаждала победы. Не по очкам, как прорыв мимо четырех крейсеров противника, а полной. Заканчивающейся пузырями поднимающимися из глубины над могилой вражеского корабля.
   - Во-первых, не поворот а разворот, левым бортом ее не добить, там у нас все зубы повыбиты, а от торпед она легко увернется, маленькая и шустрая, зараза. Во-вторых, не двадцать минут, а полчаса минимум. Это не миноносец и ей для утопления надо наделать очень много шестидюймовых дырок ниже ватерлинии. За это время нас догонят и Нийтака и Акаси. А драться с ними мы уже не в состоянии. Хорошо быть добрым, господин лейтенант, когда это тебе ничего не стоит. А уж когда у тебя вообще нет другого выхода, то и подавно.
   - Есть, господин капитан первого ранга. По кому тогда стрелять прикажете?
   Процедил сквозь зубы Зарубаев. Да, наверное командир опять прав, но как же обидно!
   - Если Чихайя не прекратит огонь, а она не прекратит, не тот народ японцы, то продолжайте по ней, из всего что достает. Утопить вряд ли успеете, но чем дольше ее будут ремонтировать, тем лучше. А потом по транспортам, они где то там в темной части горизонта разбегаются как тараканы. Вот с ними и насладитесь утоплением больших кораблей. Так что у нас с перезарядкой минных аппаратов, скажет мне кто - нибудь или нет? Минами транспортники все же сподручнее топить чем нашими супер бронебойными снарядами.
   Через пяток минут на мостик прибежал запыхавшийся и закопченный старпом.
   - С правого борта оба аппарата готовы к стрельбе. С левого... Там аппаратов больше нет. Вернее тот что в кают компании еще можно было бы починить, ему только осколками досталось. Были бы за запчасти и время. А тот что в церкви стоял разнесло прямым попаданием, вместе с расчетом. Влепили в момент расхождения, на три минуты бы раньше и левого борта у нас бы не было. Хорошо что мину успели выпустить. Носовой должны перезарядить через полчаса.
   - Вениамин Григорьевич, рад что вы жив, и вроде даже здоровы. В отличие от меня болезного. Можете кратенько рассказать что у нас с повреждениями, пока есть свободная минутка?
   - За минутку боюсь не уложиться. Итак. Потери в людях. Мичман Шиллинг, убит наш Александр. Прямо у орудия. Младший механик Сергей Зорин, убит. Не повезло, находился у двери той самой угольной ямы где снаряд взорвался. Даже непонятно чем его, то ли осколком, то ли куском угля... Нижних чинов убито не менее сорока. Ранены, вы, и мичман Лобода тяжело, мичман Эйлер легко, слава Богу в сорочке родился, осколок отрикошетил от нательного креста! Кому расскажи, не поверят, вот уж любимчик богов... Трюмный механик, что то на ходу пытался чинить, немного приложило беднягу о раскаленный котел, когда от взрыва на корме крейсер рыскнул, но с поста он уходить отказался, значит легко. Еще один артиллерист, они то все это время на верхней палубе, граф Нирод, тоже не сильно, в руку навылет. Ему правда еще лицо песком из мешков что вокруг дальномера лежали отполировало, но все одно - счастливчик. От тех мешков одни лохмотья остались, не будь из и прочей вашей блиндировочной импровизации, от него и расчетов орудий никто бы в строю не остался. Из нижних чинов в лазарете раненных под полтинник, в строю как бы не в полтора раза больше. Кто из них из нашей команды, кто с Корейца, Севастополя или Сунгари разберемся завтра. Артиллерия, не подлежат ремонту 3 шестидюймовки, пять трехдюймовок, 47 мм на формарсе и одна из пушек Барановского. Есть шанс отремонтировать две шестидюймовки и одну трехдюймовку, но это не сегодня, и даже не завтра. Надо пару дней. Расход снарядов - больше половины шестидюймовых, и с треть на трехдюймовки. Минные аппараты. Левый борт, один вдребезги, второй можно попытаться восстановить, но тут фифти фифти. Носовой вроде должен работать, хотя и задело его осколками. Выстрелим, узнаем. Мин выпустили 5 штук.
   - А если он все же неисправен, то выстрелим и потонем. Вы оптимист, батенька как я погляжу! Что еще нам супостат угробил?
   - Кто - нибудь, дайте воды для начала, в горле пересохло... Спасибо. Носовая труба, вообще не понимаю почему еще держится! По всем законам должна быть за бортом, и еще пол мостика могла бы снести попутно. Но стоит, зараза такая, упорная. Теперь ее или чинить или валить надо завтра. А то малейшей качки ей не вынести. Да, соответственно тяга в носовой кочегарке практически нулевая. Хорошо хоть что в проекте заложена почти двукратное резервирование по парообразованию... Остальные трубы в осколочных дырках, но это поутру быстренько жестью залатаем. То же с вентиляторами - решето. Ход пока держим 21 узел, еще пару часов Лейков обещал продержаться. Потом, придется снизить до 18 - 19. Затоплены три угольные ямы. Пожары потушили все, но каюткомпании и вашего салона больше нет. Одни головешки. То же самое можно сказать про кладовую провизии. Прямое попадание с последующим пожаром. Не знаю что там каптенармусы нам завтра на завтрак наскребут, но если после еды на зубах будет скрипеть сажа, а то и осколки, не удивляйтесь. В общем до Артура дотянем, а там на ремонт как минимум на месяц. Причем желательно в доке... Все же в корпусе дырок нам наделали.
   - А теперь плохие новости господа, в Артур...
   - Есть!
   Донесшийся с левого крыла мостика азартный возглас Зарубаева перебил ответ Руднева.
   - Что есть, Александр Владимирович?
   - Простите великодушно, просто так как Чихайя огня не прекратила, я, как вы и приказали, ей под хвост еще пару снарядиков вкатил, простите что перебил*****.
   - Все бы вам Александр Владимирович маленьких обижать. Ну не смотрите на меня так. Шучу, шучу. И вообще, лежачих и сидячих раненых не бьют. Итак, в Артур мы не идем, между нами и им весь японский флот. Во Владивосток пройти можно, но он сейчас еще замерз, будем там болтаться, могут и подловить. И теперь самое интересное, сейчас в Японию из Италии перегоняют 2 новейших броненосных крейсера, тип Гарибальди. Ну я думаю вы в курсе. Причем экипажей на них сотни три на двоих, и японцы только в машинной команда. Остальное - итальянцы с английскими офицерами. Не надо у меня спрашивать откуда я это знаю, Вениамин Григорьевич, не надо. Как говаривал мой батюшка, не задавай мне сынку неудобных вопросов, не получишь уклончивых ответов.
   - Ну не надо так не надо. После затеи с койками поверю на слово. Может вы и график их движения знаете, Всеволод Федорович? После истории с японскими взрывателями не удивлюсь.
   - Нет, я не всеведущ, к сожалению. Но вот то, что прибытие в Йокосуку запланировано 14 февраля, а намедни они прошли Малалакским проливом, мне птичка донесла. А сейчас наша задача минимум - утопить того неудачника транспортника, что от нас пытается оторваться чуть мористее. Обойдите его слева, в паре кабельтовых, всадите обе торпеды, а то одной может не хватить. Он зараза тонн так 5 000 на глаз потянет, и потом в открытое море. Там идем в обход Японии и ждем Гарибальдийцев.
   - А уголь? А ремонт? А как топить 2 броненосных крейсера по 10 000 тонн? А есть что будем целый месяц? А раненых куда девать?
   Град вопросов посыпался со всех сторон, штурмана, старпом, главарт и даже доктор хором пытались перекричать друг друга. Но в отличие от предыдущего совещания в кают компании, теперь в вопросы задавались не с интонацией "простите, но это невозможно", а скорее "и каким же образом мы это сделаем". Теперь за Рудневым команда и главное офицеры, готовы были идти хоть в преддверие ада.
   - Господа, вызнаете как можно съесть слона?
   - Простите, но причем здесь это, Всеволод Федорович?
   - Да так, африканская поговорка. Слона можно съесть только кусочек, за кусочком. И неприятности мы тоже будем переживать по мере их возникновения. Вот к примеру уголь, пока у нас своего достаточно, полные бункера. А как кончится, да мало ли в море угольщиков? Вот тот что будет побыстроходнее и конфискуем, а если он еще и в Японию будет идти, то казне и платить не придется. Контрабанда - с, господа, причем военная! Тоже с едой. Забираем по законам военного времени. Ремонт, тут простите придется мудрить в море. Максимум - безлюдная бухта, но никакого порта нам в ближайшие пару месяцев не светит. Раненых, тут придется где то разжиться катером, и на нем их отправить в Шанхай или какой там нейтральный порт под боком окажется. По дорого кстати, будем досматривать транспорта на предмет военной контрабанды. Теперь про топить крейсера. Господин Зарубаев. Во-первых отдайте приказ опять пробанить орудия, во-вторых объясните, почему вы планируете нанести Российской казне ущерб в несколько миллионов рублей золотом?
   - Кто я?????!!!! Никогда! И в мыслях не было... С чего вы...
   - А зачем тогда топить то, что можно захватить? Подумайте над этим вопросом, господа. И еще, если после пожара в кают-компании уцелели книги о каперах, пиратах и пиратстве, настоятельно рекомендую почитать. Как художественные так и документальные. Для придания мыслям нужного направления, так сказать. Ну, сколько там еще до этого транспортника осталось? Интересно, что же он везет? А то ведь утопим и не узнаем...
   Транспорт "Сикако Мару" был загружен грузами второй очереди. Никто из экипажа Варяга никогда не узнал что именно пустили на дно две торпеды выпущенные в упор из аппаратов правого борта. Если верить российским источникам, то ко дну пошли артиллерийские парки первой японской армии. Если верить японским, то генеральным грузом были продовольствие и обувь. На самом деле после двух красивых взрывов и получасовой агонии, с безуспешной попыткой дотянуть и выброситься на берег, утонуло все инженерно саперное обеспечение первой волны высадки. С одной стороны, жить без палаток и котелков в Корее зимой хоть сложно, но можно. С другой, копать траншеи, строить и ремонтировать дороги, позиции для орудий, землянки и прочую инфраструктуру войны без лопат и заступов... Тоже можно. Но не так быстро как хотелось бы. Насколько задержал развертывание войск и начало наступление минный залп Варяга, а насколько два корабельных трупа и десяток мин поперек фарватера, сказать невозможно. Но начать попытки перейти Ялу японцы смогли начать на две недели позже, чем в оставленной РуднеКарпышевым реальности. Впрочем, таких подробностей по СУХОПУТНЫМ боевым действиям в его голове не сохранилось. Товарищ был мореманом. Война на суше всегда была для него лишь неприятным фоном, в военно - морском противостоянии.
   Еще одним неудачником попавшимся на пути Варяга оказался "Миоко Мару". Впрочем насчет неудачником, это как все в жизни относительно. Получив торпеду из носового аппарата в борт, он благополучно дополз сначала до берега, а потом через 10 дней, после расчистки прохода, и до порта. Но транспорт перевозил кавалерию, вместе с лошадьми. Если потери в людях выли не велики - взрывом мины и попавшими в транспорт снарядами убило "всего" 20 человек, то вот потери в лошадях составили порядка 30 %.
   За остальными транспортами гоняться при наличие на хвосте нескольких крейсеров, пока отставших на 6 миль, но все еще способных догнать Варяг, Руднев не рискнул. Так, выпустили для проформы и создания паники по силуэтам в темноте по пятку снарядов, но топить транспорта бронебойными снарядами это долгое и не благодарное занятие. Опять же - Карпышев внутри Руднева считал что свою задачу он выполнил - Варяг прорвался, сейчас его должны выдернуть обратно в его время и фан кончится. На всякий случай ЧТО надо делать он офицерам рассказал, в общих чертах. Ну и боль в ноге вместе с морфием тоже способствуют желанию отойти подальше от поля боя. Итак, Варяг двадцатиузловым ходом уходил в море. Еще через пару часов полностью стемнело, и за кормой перестали различаться силуэты японских транспортов и крейсеров. То ли последние отстали, то ли решили не рисковать встретить в темноте этот неожиданно кусачий русский крейсер. Если уж днем вчетвером не смогли его остановить, то сейчас в темноте... Впрочем скорее всего пятерка не поврежденных миноносцев сейчас искала Варяг в темноте, но море большое, радаров пока не изобрели, так что крейсер в относительной безопасности.
   Руднев, с помощью двух матросов бережно поддерживающих командира под руки доковылял до командирского салона. "Н-да. И где вчерашнее великолепие? Что не разнесло в щепки взрывом, то сгорело или провонялось дымом. Слава богу хоть кровать в спальне одним куском стоит... Вот сейчас на нее как спикирую, и проснусь, надеюсь, уже в Москве, суну в морду Вадику и бегом квартиру покупать..." - мысли Карпышева причудливо смешивались с мыслями Руднева, - "команде надо выдать тройную винную порцию, написать донесение о бое". А это мысль, где тут у нас вестовой?
   - Голубчик, передай старпому, что я приказал команде выдать тройную винную порцию, и плесни мне чего покрепче.
   "А теперь спать. Странно, почему я еще тут? Варяг прорвался, что еще этим козлам из НИИ надо..", - сон подкрался настолько незаметно и быстро, что стакан выпал из руки командира крейсера на постель.
   На корабле утомленный боем экипаж, за исключением не везунчиков вахтенных, укладывался спать. Кому то это удавалось, кто то не мог совладать с нервами после первого в жизни боя. Старпом, вот же собачья должность, третью ночь почти без сна, продолжал носиться по кораблю определяя первоочередные работы, которые надо провести сразу после рассвета. Из офицеров первыми отключились полуоглохшие артиллеристы. Как ни странно, через час беспокойного сна, сопровождавшегося вскриками и стонами, мичман Василий Балк поднялся. Он сел на койке и минут 30 сидел глядя в пространство. Потом встал, оделся, зачем то положил в карман револьвер и вышел на верхнюю палубу. Постоял у борта, минут 10 посмотрев на проносящуюся за бортом со скоростью 15 узлов темную воду, а потом медленно, прогулочным шагом пошел в сторону салона капитана.
   Карпышев проснулся от осторожного, но громкого стука в дверь спальни. Судя по боле в ноге, каше в голове и всепроникающему запаху гари, он все еще был на Варяге. Паршиво.
   - Кто там? Кого еще принесло в три часа ночи? На японцев напоролись? Кто? Миноносцы, транспорт или что серьезнее?
   - Мичман Балк. Вадик просил передать привет Петровичу.
  
  
   * - Подлинный текст проповеди, прочитанной отцом Михаилом на Варяге.
   ** - Подобным образом объясняли японцы и несколько отрывов стволов 8" орудий на крейсерах итальянской постройки в Цусимском сражении, так же произошедших по причинам не связанным с воздействием противника.
   *** - Авизо, именно так классифицировали Чихайю и его систершипов в русском флоте. Скорее всего потому, что просто не знали как его обозвать! Впрочем, подобная проблема возникла во флотах многих государств. Англичане дали этим кораблям идиотское, но точное определение - торпедная канонерская (т.е. АРТИЛЛЕРИЙСКАЯ лодка) лодка, т.е. гибрид ежа с ужом. Японцы внесли их в крейсера, но приглядевшись сделали поправку - крейсера 3-го класса. Это уже не просто осетрина второй свежести, это что то не до конца протухшее. А вот почему в Русском флоте их не обозвали минными крейсерами, это для автора загадка. Потому что именно к этим кораблям они были ближе всего и по характеристикам и по назначению.
   **** - Чиода в июле 1904 года подорвалась при блокаде Порт Артура на одной мине. Была отбуксирована в уже захваченный японцами Дальний и отремонтирована.
   ***** - Авизо Чихайя получил при попытке торпедной атаки и на отходе до девяти попаданий шестидюймовыми снарядами и как бонус - пяток трехдюймовых. Из за невозможности пройти в гавань Чемульпо (спасенные с Чиоды предупредили о минном заграждении) и ввиду безуспешности попыток остановить затопление отсеков, Чихайя приткнулась к берегу у острова Идольми. Снятие с грунта и последующий ремонт затянулись на два месяца.
  

Конец первой части.

Часть вторая. Веселый Роджер.

  

Глава 1. Похмелье.

Рейд Чемульпо, Корея. Сумерки 27 Января 1904 года.

  
   - Ну заходи дорогой, гостем будешь...
   В открытую дверь снаружи плавно проскользнул силуэт мичмана, а изнутри влетел недавно опустевший стакан, пущенный прямо из кровати недрогнувшей рукой капитана первого ранга. К удивлению Карпышева, вошедший одним плавным и экономным движением несмотря на темноту поймал стакан, понюхал его и усмехнувшись аккуратно поставил его на стол со словами:
   - Спасибо за приглашение, что же не зайти то, коль приглашают. А еще есть, или сам все выпил, вашбродь?
   Заготовленная матерная тирада в которой причудливо сплелись термины и обороты как тусовочно-компьютерного двадцать первого так и военно-морского девятнадцатого так и осталась висеть на языке Руднева. После пятисекундной паузы он наконец выдал:
   - Если и нет, то щас будет. Ты кто?
   - Ну для начала скажем только что я НЕ Вадик.
   - Что ты не Вадик я и сам понял. Этот жиртрес и в теле мичмана если и поймал бы стакан, то своим поросячьим рылом. Реакция не та, рефлексы, а это в голове... Так, если не Вадик то кто? И почему ты сюда, а не я туда? Варяг прорвался, так какого хрена вам еще надо? И кто вы вообще такие, кроме того что суки конечно?
   - Слушай, давай сначала дернем грамм по сто, а? Голова раскалывается, будто неделю пил... И мысли тоже того, путаются свои и чужие... Хотя уже вроде и не чужие. Полчаса на палубе стоял, пока смог сообразить как сюда дойти и кто я такой...
   - Знакомые ощущения, блин. У меня так же было. Кстати выпивка помогает. Щас организуем, но только если ты мне все подробно, и доходчиво растолкуешь. КТО ты, что ты и какого хрена ты ТУТ делаешь, ну и Я заодно, ОК?
   - Ладно, задолбал как дятел березу. Растолкую, но предупреждаю сразу - ты не обрадуешься. Наливай только быстрее, а то сначала я сдохну от головной боли, а ты потом вслед от любопытства.
   Двое сели за стол, и початая бутылка французского коньяка была снова извлечена из специального держателя в прикроватной тумбочке. Там же нашелся и второй стакан. После первого стакана, вновь прибывший огорошил Карпышева вопросом.
   - Ты представляешь родной ЧТО ты натворил?
   - Ты что, еврей?
   Карпышеву удалось поставить в тупик неизвестного освоившегося сейчас под черепом Балка, до этого уверенно контролировавшего ситуацию.
   - Почему это? И кого ты имеешь в виду, Балка или меня?
   - Я тебя спросил, зачем ты и я тут, а ты мне вопросом на вопрос отвечаешь... Что натворил, что натворил, что просили, блин. Прорваться из Чемульпо и действовать максимально непохоже на оригинального Руднева. Кстати, с вас сто штук евриков, как вернете меня в зад, помнишь?
   - Идиот. Именно в зад тебя сейчас и стоило бы засунуть, пацан несмышленый. Некуда тебя возвращать! И меня кстати тоже...
   - Ну кто ту пацан это в зеркало хорошо видно, Руднев лет так на 20 твоего Балка старше. А что значит некуда?
   - Ты тут проигрался, вволю. Детские мечты воплотил, уважаю. Асаму притопил, Балк кстати в поросячьем восторге, тоже дело. Но ты понимаешь, что в результате твоих игрулек, нашего мира больше нет? Совсем! Ни хера не осталось, блин! Серая муть за окном и все!!! Которая к тому же все что в нее попадает, перемалывает почище мясорубки и прямого попадания из Шмеля!
   - Тебе так с одного стакана захорошело? Повтори, отпустит. Какая муть? Какая мясорубка? Я домой хочу! У меня свидание завтра в пять, на Патриках, девочка первый сорт! Как это нет мира? А куда он деться то мог, шмели что ли сожрали? Не колеби мне мозги, ты... блин, как хоть называть то тебя?
   - Имя совпадает, что так Василий, что так. Хоть тут повезло. Капитан спецназа ГРУ запаса Василий Игнатьевич Колядин. В миру и братве Кол. Лучше просто Василий или Балк, все одно теперь наверное привыкать придется. Ладно, заткнись, проглоти язык и слушай, а не перебивай. И так нервы на пределе. Короче. Три года назад, или сто двадцать лет тому вперед, два клоуна пришли к моему шефу, теперь слава богу уже бывшему, и предложили всего за 10 лимонов соорудить установку, которая сможет закупать акции в прошлом, а продавать сейчас. Ну, ему 10 лимонов, это не деньги, он на футболистов в год раз в 10 больше чисто по приколу тратит. Но за три года они ему не смогли предъявить никаких конкретных результатов. Это нервирует, знаешь ли, мысли всякие возникают. Чистая наука хорошо, но когда наш А считает что его держат за лоха... Неделю назад он им поставил условие, или через месяц доказательства работы установки, или... Ну в общем интеля как всегда пересрали и решили на тебе поэкспериментировать. Но со страху, или сдуру, вместо того чтобы отправить кого - нибудь во вчера, решили что чем глубже, тем безопаснее. Мол "эффект со временем должен сгладиться", ну и еще "подстраховались" кретины, выбрали "бесперспективное направление". Ты, гнида, по их версии ничего тут натворить не мог, что бы изменило ход истории, понял?! Хотя ты то тут при чем... В общем они были не правы. За то и выпьем. Давай еще по одной... Хорош коньячок то. У нас пожалуй похужее будет. А ты молчи, господин каперанг, молчи и слушай. Итак. Твой Вадик, сынок одного из этих, гениев, Профессора. Он тебя пол года не за твои красивые глаза пас. Он искал спеца по истории этой войны. И нашел, на свою кстати голову, тоже. Ну почему они тебя выбрали??? Ведь было же три кандидата, три! Кто именно тебя дурака, да еще и с инициативой, а ладно, поздно Рита пить боржом, почки отвалились. Я же и выбрал, че теперь то. Проект то я курировал. Вадик тебя специально напоил, и еще кой чего подмешал в стакашку, чтобы ты побыстрее отрубился. Пить то ты поздоровее его будешь. А потов отвезли тебя на дачу к шефу, на старую, на Рублевку. Я там последние пару лет перед так сказать "пенсией" начальником охраны был.
   - А почему так сказать?
   - Слушай, молчи, а? Не доводи до греха. Любопытный блин. Слушай, а что, все остальное что я тебе тут рассказываю, тебя не удивляет?
   - После вчерашнего, меня уже ничего не удивляет. Как осколком ногу расчикрыжило, я и сам понял окончательно, что ЭТО всерьез и по настоящему. Да и до того, просто боялся сам себе признаться.
   - Умный ты у нас, блин. Когда не надо... "Так сказать" потому, что у нашего олигарха А, по кличке Анатом, в отставку только футболисты выходят. Остальных закапывают по статье "я слишком много знал". Так что как только я постарел...
   Невольная улыбка появившаяся на лице Руднева от такого заявления со стороны двадцатитрехлетнего мичмана вызвала весьма бурную реакцию.
   - Еще раз улыбнешься, шею сверну! Мне ТАМ было за шестьдесят! Я еще в первую Чеченскую в БэТэре горел! И тут на старости лет пара каких то ученных, недомоченных, меня в такую жопу засунула! Ладно извини, нервы. В общем, еще года два меня шеф бы потерпел, за опыт мой жизненный, и связи, а потом все. Вернемся к нашим кроликам. Как тебя привезли, загрузили в саркофаг, и перекинули твои мысли и содержимое мозгов сюда. Как, спросишь у гениев, если они сюда доберутся, хотя это бабушка на двое сказала. Шансы у них 50 на 50. Но вот закавыка то, после перемещения, начался бардак которого они, видишь ли, не ожидали. От дачи, если тот замок так скромно можно назвать, осталось только то, что в зону стабилизационного поля попадало. Это лаборатория, кухня, где я с Коляном сидел, присматривал за этими оттуда и, слава яйцам, подвал под лабораторией, с генераторами, солярой и ИБП. Сам монтировал, чтоб у шефа свет не моргал. Как знал, соломку подстелил, блин. А вокруг... Ну ты Цоя не помнишь, молодой ты, а ведь точнее чем у него было, не скажешь, - "а вокруг красота, не видать не черта". Серая муть. Только и видно что старую церковь что на холме с 19 века стояла, и то не четко. Иногда и ее размывало. Колян сунулся выйти, а я его не остановил. Ну кому то же надо было попробовать, что это за серость, понимаешь?! Только ноги в ботинках от него и остались, остальное в фарш. Профессор как оклемался, отблевался вернее, начал создавать теорию о "нестабильном времени, разрушающим чужеродные элементы". На элементах я ему в зубы и съездил, объяснил гаду, что Коля это не элемент был. Хотя если честно, туда ему и дорога, бычье оно и есть бычье, подмосковное. Все бы ничего, сидим мы там и сидим в этом коконе, жратва пока есть. Но соляра то только на две недели работы генераторов. А как кончится - поле в отключку, а мы все в фарш, по стопам Коляна. Неохота, страшно как. Сутки Профессор с Ассистентом копались в своей установке, думали наладить. Потом еще два дня спорили о теориях, что то высчитывали, кого то искали. Потом приходят эти добрые люди ко мне и говорят, - "а не желаете ли вы, Василий Игнатьевич, переместиться в 1904 год и исправить все то, что натворил гад Карпышев". А че говорю его просто назад не выдернуть, авось все само и поправится? Ну тут они мне начали лапшу на уши вешать, что мол если тебя просто обратно выдернуть, то мол эффект не тот, и понесли пургу научную, а глазки у них как у той белочки из анека, кругленькие такие... Ну не понимают они, что если в их науке я ничего не понимаю, то вот в людях разбираться жизнь научила, а уж когда они мне врут вообще, нутром чую. Просто то ли они вообще не могли тебя отсюда выдернуть, то ли боялись чего... Хотел я их послать, с их великодушным предложением, уже рот открыл, а потом подумал, а какого хрена? Из этого огрызка дачи другого выхода нет, мне в свои годы терять особо нечего, чего не рискнуть то? И не прогадал... Взял два дня на подготовку, прочитал все что в компе было по этой войне и истории России начала века, и заслали они меня сюда. Кстати - им соляры в баках хватит еще на один перенос, на два если очень сильно повезет. Так что может быть еще пара гостей... Интересно, как будут решать кого за кормой оставить, соломку тянуть или как? Ну, теперь понял зачем ты и я тут и почему?
   - Не совсем. Не, про себя о я понял. А вот как именно ты должен был исправлять все что я тут натворил то?
   - Пристрелить тебя конечно, как еще?
   С этими словами Василий одним быстрым и плавным движением выложил на стол револьвер. Откуда и когда он его вытащил, для Руднева осталось загадкой. Сглотнув ком в горле, и не отрывая глаз от лежащего на столе револьвера он задал следующий вопрос:
   - Ра..гм. Радикально. Ну да, как в том анекдоте - что делать с курицей если она перестает нести яйца? Зарезать. А что, правда помогает?
   - Не знаю, но профессор решил что попробовать стоит.
   - На его месте я бы тоже попробовал, но по моему бесполезно.
   - Да не тырься ты, сам понимаю что бесполезно. Даже если я тебя СЕЙЧАС за борт скину, Асама от этого не всплывет. А вот у меня в новой жизни проблемы возникнут, потому как полечу вслед за тобой. А и не полечу, ты как командир Варяга ближе к идеалу чем остальные офицеры на борту. Да и сами интеля это в общем понимают, просто за соломинку хватаются со страху. Ассистент уже новую теорию выдвинул, ей свою же старую похерив. Теперь он поет про ветвящееся время и про то, что путешественник во времени вообще в свой мир никогда из прошлого не верится, потому что нет одного варианта развития событий. Есть мол дерево, которое ветвится. И своим экспериментом они создали новую ветку, а кусок дачи просто завис между ветвями, так как его непонятно куда кидать, та ветка к которой она относится, уже отменена а новая еще не сформировалась... Еще что то про дрожание веток, вибрацию и упругость времени пел. Ладно, это все бред и лирика, он тебе это сам расскажет, если сможет к нам на борт попасть. Одно ясно точно, нам в этом мире надо осваиваться всерьез, теперь мы живем тут, так что с переездом.
   - Нормально... А вы меня спросили, оно мне надо было? Что я буду делать в начале двадцатого века, я же программист, мать вашу! А до первых компов еще срать пердячим паром лет восемьдесят!!!
   - Да? А я думал ты командир крейсера. Причем хороший командир, получше оригинала будешь, судя по тому где сейчас Варяг находится. Прорвался ты, как профи говорю, хоть и чудом, но на 5 баллов. Команда за тебя глотки кому угодно перегрызет, историю войны и вообще мира мы знаем наперед лет на сто. Пусть и поверхностно. Устроится можно.
   - Тебе хорошо говорить, ты на сорок лет помолодел. А за что мне двадцать лет добавили? Ты в курсе, что Руднев через 10 лет помереть должен? И каково мне будет жить в его шкуре зная сколько ему, то есть МНЕ осталось?
   - Ну ты то не Руднев, мозги у тебя чуть получше должны работать, проживешь поди подольше. Он от пневмонии помер? Вот и не простужайся. Придумаем что - нибудь. Может тебя проф с ассистентом еще раз переместят, если лет за 20 установку свою чертову опять построят. И вообще, 20 - 30 лет как герой, спаситель отечества это разве не приятнее чем 40 лет в роли главного системного администратора второго игрового зала, что расположен на первом ярусе подвала? Блин, коньяк кончился...
   - Все то ты про меня знаешь... Ладно, от ночи осталось часа три не больше... Давай, мичман, бегом спать. И на людях выражайся поаккуратнее, через пару дней привыкнешь, а пока молчи побольше. И не забывай - командир тут Я. Если хочешь что умное и нелицеприятное сказать, не при народе. А что ты из спецов, это хорошо, тут у нас на носу через недельку другую абордаж, вот там и блеснешь. Раз уж мы влипли по серьезному, то войну надо выигрывать... Лейтенанта я тебе присвою, по результатам абордажа если отличишься, ну и прочие фантики тоже. Рос по службе обеспечим. А сейчас спать, завтра новый день, а нам еще крейсер в семь тысяч тонн надо отремонтировать на ходу. Может ты и не рад будешь что сюда попал.
   - Эх милай, чтобы помолодеть на сорок лет, я бы и не такое согласился. У меня последние тридцать лет морда была как печенное яблоко, про БэТэр я тебе уже говорил, а сейчас... нет, тебе не понять. Ладно, приказывай, господин капитан, выполню, раз уж сразу тебя суку белогвардейскую сразу не пристрелил буду подчиняться. А пока - спокойной ночи.
  

Глава 2. Утро вечера...

Восточно - Китайское море. Утро 28 Января 1904 года.

  
   За ночь идя ходом 13 - 15 узлов Варяг дошел почти до траверса Циндао. С рассветом на горизонте стали все чаще попадаться дымы пароходов, от которых до подъема командира вахтенный штурман предпочитал от греха уклоняться. Будить командира запретил доктор, пользуясь тем что вчера Руднев не оставил точных указаний о времени своей побудки. Принявший после подъема командование крейсером старпом, к удивлению офицеров, привыкших к мелким шпилькам в адрес командира с его стороны, не только поддержал решение врача, но и изменил график ремонтных работ, чтобы минимизировать шум под окнами "нашего командира". Прежде всего надо было что то решать с трубой. После короткого совещания, ее решили укрепить шестами на растяжках и обернуть дыры жестью с асбестом. Мелкие надводные пробоины в бортах еще ночью были заделаны цементом, у крупных сейчас раздавался веселый перестук плотницких топоров. Хуже было с подводными пробоинами, приведшими к затоплениям. Спор по поводу того стоит ли останавливать машины и заводить пластырь, что бы осушить отсеки и заделать пробоины деревом сейчас, или это подождет до завтра был прерван проснувшимся наконец командиром. Послушав минут пять прения сторон, командир приказал лечь в дрейф, имея однако под парами половину котлов, и заняться нормальным ремонтом. Так же был приказано как можно быстрее привести в порядок минный катер номер два, близнец оставшегося в Чемульпо и превращенный при прорыве осколками в большое подобие дуршлага. После направления матросов на работы, и внеочередной выдачи двойной чарки, офицеры по приказанию Руднева направились в кают компанию для проведения военного совета.
   - Ну - с, господа чем порадуете соню капитана? Для начала штурмана, прикинули где нам можно надеяться поймать Ниссин с Касугой? И в каком состоянии у нас крейсер, господин старпом?
   - Крейсер в состоянии между идеальным и просящимся на капремонт с докованием. Трубу укрепили, но сильного шторма она может и не выдержать. Сейчас подведем пластыря, осушим ямы, заделаем деревом пробоины, по прикидкам через час можем дать ход. Но опять же - попадем в шторм балов семь, все эти временные закупорки полетят к черту. То же в бою, причем нам не надо даже чтобы по нам попадал японцы. Хватит и сотрясений от своих выстрелов. Пяток залпов всем бортом, и затопления всего что мы сейчас откачиваем я вам обещаю. Для нормального ремонта или док, или хотя бы кессон и неделя времени. Ну и мастера получше наших не помешали бы. Одна хорошая новость - набор не поврежден нигде. Так что деформаций корпуса и палубы быть не должно. Резюме - ходить можем куда угодно, без сильных штормов правда, драться категорически не рекомендуется. Штурмана - ваше слово.
   - Что мы знаем? На 14 февраля запланирован приход в Йокосуку. А намедни противник прошел мимо Сингапура. Им еще два раза надо бункероваться, дальность у Гарибальди не более 1600 миль. В море,Ю если у них и правда 300 человек на 2 крейсера, не смогут они. Это и при полной то команде аврал на два три дня. Так что им предстоит минимум 2 захода в порт. Наиболее вероятны как первая точка Лусон или Тайвань. Мимо них идти по любому, я бы на их месте бункеровался там. Мы туда должны успеть одновременно с Гарибальди, идти нам примерно одинаково. Но мы можем караулить только у одного порта, так что даже не знаю, как и быть. Потом они могут бункероваться на островах Рюку, угольных станций там у японцев хватает. И это если они вообще не пойдут в обход вокруг Филиппин. Задача не решаемая, простите Всеволод Федорович, но ничего мы не надумали.
   - Гм. Да, задачка. Ну а если мы захватим пару пароходов с радио, и подгоним их к выходу из Лусона и Тайваня соответственно, и пусть при появлении рядом с ними Гарибальди они орут по радио? А Варяг будет ждать в проливе Лусон, ровно посередине.
   - Идея замечательная, господин старпом, тем более что пароходы нам захватывать и так предстоит. Духом пиратства это вы правильно прониклись. Но ширина пролива там миль 300, радио на купцах, даже если мы найдем пару с радио, а это пассажирские, неприкосновенные для нас, это дай бог 50. Не услышим один черт. Помнится на некоем пароходе нам на первую эскадру из под шпица обещали несколько комплектов отправить, новейших приемников и передатчиков, эх знать бы где он сейчас болтается... Все одно японцам достанется, а нам бы пригодился. НВ общем варианта вижу два, надо или как то выяснить где они будут бункероваться, или набраться наглости и ловить прямо у Йокосуки.
   - Ну и как выяснять будем? Попросить отца Михаила устроить молебен с просьбой ниспослать просветление?
   - Да пожалуй что никак, сам знаю. Можно было и не ерничать, пожалели бы раненого командира хоть раз в жизни. Придется нам господа чапать вокруг Японии к Йокосуке.
   - Всеволод Федорович, это же главная база японского флота, побойтесь Бога! Их же обязательно встречать будут, уж коли Варяг в море. А нам в нашем состоянии боя ни с кем крупнее миноносцев не выдержать!
   - Ну что же, значит Варягу придется утонуть. Причем срочно. Как продвигается ремонт минного катера? Когда он сможет пройти сотню миль своим ходом?
   Со всех сторон на командира смотрели удивленные глаза офицеров пауза подзатянулась. Секунд через сорок старпом осторожно произнес:
   - Всеволод Федорович, а вы себя хорошо сегодня чувствуете? А то как утром встали, так к доктору не заглянув, сразу же побежали по крейсеру... Это с вашей то ногой. Может вас сейчас наши эскулапы осмотрят, благо они оба тут? А собрание, оно, право дело, подождет пока...
   - Да вполне изрядно я себя чувствую, а нога она конечно дергает, но это нормально при ранение, и доктора меня еще утром почтили своим вниманием. А с чего это вдруг вы голубчик моим здоровьем озаботились?
   - Ну не знаю, собираетесь топить крейсер и НА КАТЕРЕ идти на абордаж вокруг Японии... По моему это уже слишком, не правда ли господа? Зачем вообще было прорываться, топились бы прямо в Чемульпо!
   Ответом ему стал гомерический хохот командира. Минуты через две, после безуспешных попыток хоть что то сказать, вытирающий слезы Руднев наконец смог выговорить:
   - А, санитаров уже позвали, со смирительной рубашкой? Ну, Вениамин Григорьевич, спасибо, повеселили. Кто еще поверил что я собираюсь на самом деле топить крейсер?
   Неожиданно отозвался мичман Балк:
   - Не знаю как остальные господа офицеры, но я слышал что слышал, а именно "Варягу придется утонуть". Что же еще это может означать?
   - Да, пожалуй я сам виноват, прошу прощения господа. На самом дел Варяг конечно никому я топить не позволю, но вот нашим злейшим друзьям из штаба Того надо бы поверить что он утонул. Поэтому, нам с вами придется гибель Варяга инсценировать. Заодно неплохо бы позаботиться о раненых. Господа эскулапы, к завтрашнему вечеру подготовьте к транспортировке всех тяжелых раненых которых нужно и можно свезти на берег. Вениамин Григорьевич, как только закончим заделку пробоин, сейчас же начинайте латать катер. Срок у вас тот же что и у докторов - до завтрашнего вечера. Как начнет смеркаться загрузим в катер всех раненых что поместятся. Причем всем кого можно лучше сделать уколы морфия, чтобы не растрясти ну и пусть они лучше спят в момент погрузки. Господа Банщиков и Храбростин - кому то из вас придется сопровождать раненых и заодно покомандовать катером, пока он не дойдет до Шанхая, как раз за двое суток до траверса добежим, или до первого же встречного парохода. Кому - решайте сами. Не знаю, кому будет проще - тому кто останется на крейсере и тому кто на катере пойдет. Возьмите из машины пару кочегаров и меха, попросите не болтливых, курс вам штурмана нарисуют. Больше людей вам дать не могу и опять же, места на катере лишнего не будет. Главная для вас задача - не только довезти раненых до госпиталя, но и рассказать как можно большему числу корреспондентов, что Варяг УТОНУЛ. От полученных при прорыве повреждений. Слава японским артиллеристам и их страшным снарядам. Мы вам в подтверждение отдадим журнал, флаг и половину корабельной кассы, она вам тоже пригодится больше чем нам, корсарам. Так, смотрю в глазах народных непонимание и негодование, давайте по старой морской традиции начнем с младших по званию - мичман Нирод, граф, что вы имеете против?
   - Как можно инсценировать гибель крейсера? Ведь в России на него наедятся в штабе, мы спутаем все карты под Шпицем! А наши родные? Им думаете приятно будет узнать что мы погибли? Вы о семьях команды подумали? У меня невеста в Питере осталась... Потом, никогда не слышал о том, чтобы в истории войн какой - либо корабль прикидывался мертвым. Низко это, как.. Как..
   - Ну договаривайте, договаривайте "как подвод мины под киль вражеского корабля на катере под флагом переговоров". Не стесняйтесь господа, для того и собрались чтобы обменяться мнениями. Кто еще из мичманов желает высказаться, Эйлер осколком благословленный? Пожалуйста, всегда рады услышать мнение лица столь трепетно оберегаемого всевышним.
   - Господа, не дело это флаг наш на катер передавать. И главное - я не вижу никакой тактической выгоды от этой затеи - от Шанхая до Йокосуки, а мы я так понят туда нацелились, нас не один десяток пароходов увидит. Все одно слух пойдет что Варяг жив. Зачем?
   - Так кто еще из мичманов что хочет сказать или перейдем к лейтенантам? Мичман Балк? Уверенны?
   - Господа, если разрешите. У меня помниться дядя, не все в семье морские офицеры были, воевал в Чечне, против Шамиля. И однажды его разведывательный отряд в горах зажали так, что всем уйти было ну никак не возможно, а донести в каком именно ауле скрывались главные силы горцев, и куда они направляются было необходимо, причем срочно...
   В голове Руднева пронесся рой мыслей, с общим лейтмотивом "Идиот! Какая война в Чечне?!?! Прокололся, теперь его придется списывать на берег как психа! Ну что бы тебе не помолчать, крыса сухопутная со своей Чечней?!! Еще сейчас старпома назови брателлой, как меня вчера и все, пропал...". Он судорожно начал оглядываться по сторонам, но к его удивлению офицеры внимательно слушали Балка, не проявляя никаких признаков удивления или непонимания... "Идиот! Ведь Россия и в 19 веке воевала в Чечне! И Шамиль, не наш одноногий, а настоящий был именно в конце 19 века! Все это уже было...", - отлегло от Карпышевской половины сердца Руднева, - "Но к чему он это?".
   - Так вот, ему тогда пришлось оставить на небольшом перевале две трети отряда, вместе с хорунжим и почти всеми патронами. Из них живыми не вернулся никто. Но зато всю банду, потом на выходе из ущелья ждали две батареи и одним залпом картечью выбили более половины, а остальных посшибало с лошадей в давке... Никто не ушел, пленных тогда уже ни мы, ни они не брали... Я к чему эту сухопутную историю вспомнил то. Он мне это рассказал всего один раз, первый и последний, когда я уходил в море в первый раз офицером. И повторил тогда, "иногда мужество офицера в том чтобы принести необходимую жертву, и поступиться всем, даже приказом, ради общей победы". Он до сих пор простить себе не может что не он тогда на перевале остался. Но хорунжий ему тогда сказал, - "Вашеблагородие, мне просто не поверит никто, и ляжете вы тут зря, а разбойники эти в долину, за Терек уйдут и вырежут один Бог знает сколько наших деревень. Так что давай ты лучше в штаб, а я уж тут. Каждый должен делать свое дело". И смотрели на него многие косо - как же, пятерых оставил, а сам с одним раненым ушел... Но поступи он строго по законам чести, что бы было? Нет гарантий что хорунжия бы ночью к генералу вообще пустили, не обязательно ЕМУ, хорунжию, а не поручику поверили бы настолько, чтобы среди ночи поднимать полк с артиллерией и по ущельям, ломая ноги лошадям и людям тащиться два десятка верст. А потом еще хорунжия бы козлом отпущения и сделали, за его, дядьки, гибель зряшную, и что банда ушла. Если нам наша псевдогибель и правда поможет захватить для России два новейших броненосных крейсера, то я готов принеси в жертву слезы моей матери, невестой пока не обзавелся... Хотя и не хотелось бы, но НАДО. А по существу возражений Нирода и Эйлера, штаб все одно нами никак руководить не может, пока во Владивосток не придем. А купцы по дороге, нас же никто не заставляет идти под Русским флагом? На купцах не настолько разбираются в силуэтах, что бы отличить Варяг от японца. Ну и не будем без нужды сближаться лишний раз... А узнают - придется им с нами идти, вокруг Японии.
   "Не ожидал, от этого Василия такой поддержки, господа офицеры то, призадумались, точка зрения уж больно неординарная, по крайней мере для этого века. Странно, вчера как послушаешь этого Балка - бандюк бандюком. А сейчас - офицер и джентльмен, у меня у самого похуже получается. Это он вчера со мной дурковал, или за сутки так духом эпохи проникся? Не человек, загадка, надо бы разобраться" - успокоился Руднев.
   - Ну, господа офицеры, перейдем к лейтенантам? Да господин Зарубаев, чем вы порадуете?
   - У меня одно сомнение. Ну прикинемся мы мертвыми, ну поднимем что Юнион Джек* что Веселый Роджер**, все одно - первый же пароход который сообщит в порту, что ему попался четырехтрубный крейсер в средиземноморской раскраске, наше инкогнито пустит псу под хвост с вероятностью 50%. Ну не так много в этих водах четырехтрубников, а с нашей о окраской вообще раз два и обчелся. И все, что характерно. Русские. Имеет ли такая затея смысл?
   - Вот это уже то, что я называю возражением по существу дела. А если этот капитан сообщит, что видел пятитрубный крейсер с парой орудийных башен в окраске британского флота?
   - Ему никто не поверит, единственный пятитрубник в этих водах Аскольд, башен у него отродясь не было, да и окраска наша... И где вы возьмете этот фантом?
   - Вот именно что не поверят. А через неделю будут поступать уже сообщения о трехтрубном крейсере с башнями. А откуда взяться фантому, спрашиваете? Из Варяга сделаем. Сначала поставим на недельку фальшивую трубу, а потом уберем ее и наоборот поврежденную трубу обернем парусиной заодно со второй, издалека сойдем за трехтрубник. То же с башнями - деревянный каркас и парусина. И опять перекрасимся, под японца или немца. Маскировка однако.
   Следующий чс прошел в отработке деталей, спорах но вопрос о этичности фальшивого утопления крейсера никто из офицеров больше не поднимал, по крайней мере вслух.
   На выходе из кают компании Руднев подошел к Балку, и в пол голоса произнес:
   - Спасибо за помощь, классно ты про хорунжия придумал. Но ты предупреждай в следующий раз, а то как ты про Чечню начал, меня чуть Кондратий не хватил!
   - Насчет помощи - всегда пожалуйста, одно дело делаем, я России присягал в свое время, и рад буду этой присяге быть верен по настоящему. А вот про выдумал... Не такая у меня хорошая фантазия, Всеволод Федорович. Замени хорунжия на сержанта, лошадей на БТРы, девятнадцатый век на двадцатый, и все тебе будет ясно... Да и еще - извини за мой вчерашний тон. Сам не мог понять, что на меня нашло, как дешевый гопник выпендривался. А потом дошло - тестостерон в голову ударил! Помолодеть на сорок лет, это еще тот опыт...
   - Да ладно проехали, но вы что правда в Чечне картечь духов валили?
   - Картечь или АГС* с пулеметами в упор, какая разница? Главная что идею принесения необходимой жертвы для общего дела, твои офицеры поняли.
   Еще через час младший из пары докторов был отправлен своим старшим коллегой спать, причем именно отправлен, под угрозой пожаловаться командиру. Младший коледжский советник Барышников по человечески не спал уже двое суток, так пару часов урывками. И его более мудрый коллега, решил что состояние доктора начинает представлять опасность для пациентов и невзирая на возражения, типа "а как насчет вас самого неспавши" отослал молодого спать. Пообещав правда разбудить его через четыре часа и залечь самому. Добравшемуся до своей каюты доктору уже не хватило сил на то, чтобы нормально раздеться, и уснул он в брюках и рубашке. Однако через два часа беспокойного сна молодой доктор почему то проснулся, и не одевая сюртука и ботинок рванулся на верхнюю палубу. Побегав по ней, под изумленными взглядами палубных матросов ремонтировавших катер, взад вперед пару минут, Барышников рванул в сторону каюты капитана.
   Мысли Руднева, сидевшего перед пустым листком бумаги в попытках выдавить из себя хоть какие то дополнительные воспоминания о графике перегона Ниссина с Кассугой, были жестоко прерваны громким и каким то суматошным стуком в дверь.
   - Кто там. Что за пожар? Японцы?
   - Петрович, Петрович милый это я...
   - Вадик?!? Ну все, пи***ц тебе осел!
  
   * Автоматический Гранатомет Станковый.
  

Глава 3. Утро вечера...

Восточно - Китайское море. 2 часа пополудни 28 Января 1904 года.

   - Вот так вот меня сюда отец с Ассистентом и отправили, солярки у них хватит еще на одно перемещение, на два никак. Так что на твой вопрос насчет пришельцев еще одного можем ждать, но кого в кого и когда именно не знаю.
   Во время рассказа доктор Барышников, АКА Вадик, промакивал салфеткой рассеченный лоб - тест со стаканом он, как и было предсказано Петровичем, бездарно провалил. Кроме того он прижимал холодную серебряную ложку к свежему синяку под правым глазом, следы горячей встречи двух давних друзей.
   Сказать что Петрович был очень рад наконец то видеть хоть кого то из тех, кто нес прямую ответственность за все что с ним случилось - значит не сказать ничего. Первые полчаса сбитый с ног точным ударом правой командирской руки Вадик выслушивал все что о нем думает бывший софорумник. Любая попытка встать пресекалась не сильным, но болезненным ударом командирского костыля по лбу. Было очевидно что Руднева звук удара дерева о кость забавляет. Следующие полчаса Вадик пытался убедить его и вызванного вестовым Балка, что за борт его прямо сейчас бросать не надо, и только потом ему наконец позволили изложить свою точку зрения на события.
   - Ладно, Вадик. Как ты сюда прополз мы с Василием поняли, теперь объясни нам А ЗАЧЕМ ты нам тут нужен, живой и здоровый. С Василием понятно - офицер, спецназ, сплошные плюсы для нашего положения и грядущего абордажа. Я - вынужденно командир Варяга и лучший спец в грядущих событиях на несколько лет вперед на борту, а по путям развития техники так на десятилетия вперед наметки помню. А ты нам на кой, лишний балласт? Ты кто студент меда пятого курса, так? Какие у тебя полезные знания которые можно применить в данной эпохе? Ноль ты без палочки, без своей диагностической аппаратуры образца середины 21 века! А если ты рассчитываешь на мои дружеские чувства, то после того как я от Василия узнал что это ТЫ меня подвел под монастырь, лучше и не мечтай.
   - Знаешь Петрович, на твои дружеские чувства я и не рассчитывал. Поэтому подстраховался. Во первых, вам поддержка с самого верха не помешает, я думаю?
   - Дорогой Вадик, твоего папы Профессора, с его знакомствами, тут нет. Тут даже моего босса А, который и был его главным знакомством "наверх" и то нету. Так что вернись в реальность и не обещай нам того чего у тебя нету.
   - Зато тут есть Император всероссийский Николай Второй. У которого сын больной гемофилией, это несвертываемость крови и пара родственников страдают от пневмонии не долеченной. Ну и еще он легко поддается внушению, судя по истории с Распутиным.
   - У тебя нет никакой аппаратуры, нет антибиотиков, ни хрена у тебя нет, чтобы Николашке предъявить! Как там в той старинной рекламе было? "Слова твои пустые обещания"! Я уже молчу, что гемофилию и у нас в 202* лечить пока не научились, это же генетическое заболевание!
   - Лечить - нет, не научились. А вот облегчать состояние больного, если у него болезнь в легкой форме, а цесаревич при тяжелой до 1918 просто не дожил бы, можно простыми переливаниями. Свертываемость временно улучшается, если по простому. В нашей истории первые переливания были в 1914, так что ускоряем всего на 10 лет. Ну а группы крови, технология их распознавания и то, что переливать лучше плазму крови, отделенную на центрифуге, это уже мое личное ноу хау. Я неделю сидел за компом и зазубривал КАК это можно сделать вначале века.
   - А кто ты ТУТ такой, чтобы тебя к императору вообще допустили? Второй медик с пусть героического но рядового крейсера? Это все равно что у нас к президенту на личный прием пробиться полковому доктору из Чечни...
   - Василий, а тут ты не прав. Положим один раз к Николаю мы нашему доктору доступ обеспечить сможем...
   - Как?
   - Николай зело любит всякую мистику. Так что если ему из Циндао дать телеграмму, с датами гибели Енисея и Боярина, то на прием можно рассчитывать - пока Вадик доберется до Одессы, они как раз и потонут.
   - Петрович, а ты помнишь когда они должны потонуть?
   - Вадик, забудь о Петровиче, на людях ляпнешь - придется списать тебя на берег как психа. Я Руднев, Всеволод Федорович. А насчет помнить когда они потонут - обижаешь, тут уже я в теме, как ты с переливаниями а Василий со спецоперациями.
   - А они точно потопнут по графику? Наша эскапада на их судьбу не повлияет разве?
   - Они оба подорвутся на своих минных заграждениях которые будут ставиться по довоенным планам. Что бы мы на Варяге не вытворяли, этого нам не изменить. А вот воспользоваться этим мы очень даже можем!
   - А я хотел ему его дневники за 1904 год, за январь процитировать, то - то мужик удивился бы, с его то преклонением перед мистицизмом.
   - Ну и процитируй раз уж выучил, Машу каслом не испортишь, как говаривал поручик Ржевский.
   - Ну хорошо, уговорили. Когда мы отходим на катере, Петрович?
   - А кто таким "мы" прошу прощения?
   С нескрываемым сарказмом спросил Балк.
   - Да, Вадюш, мне вот тоже интересно, чего это ты себя на "мы" вдруг стал называть то? Тебе то царем точно стать не светит, тебе его только уговорить надо, а не подменять.
   Весело поддержал его Руднев, уютно развалившийся в кресле, насколько вообще можно развалиться в кресле с пробитой в трех местах осколками обивкой и с перебитой ножкой, под которую подложили пару книг. Плотники все еще заняты латанием более важных чем капитанское кресло вещей.
   - Ребята, вы чего меня одного на этом катере отправите что ли?
   Даже привстал от возбуждения Вадик, всегда бывший домашним мальчиком, и которому до сих пор ничего сложнее спаивания Карпышева в жизни делать не приходилось.
   - Нет конечно, пара мехов и куча раненых, а ты на что рассчитывал?
   - Мужики но я же....
   - Хватит истерик! Еще расплачься мне тут! Ты во-первых мужик, во-вторых - морской офицер, а в третьих, ты что, правда думаешь это ТЕБЕ будет тяжело? Тебе надо - дойти до порта, дать интервью во все газеты о гибели Варяга, отправить телеграмму Николашке, расслабься ее текст твой предшественник, доктор у тебя в башке, составит. Добавить в нее даты гибели Боярина и Енисея, на пароход и в Одессу, а оттуда курьерским в Питер. Там - додавить Николая на сохранение в тайне истории с Варягом, и на отсылку команд для Гарибальдийцев на Дальний Восток. А нам с Василием всего то навсего выиграть войну! Вдвоем, блин!
   - Стоп. Всеволод, у тебя тут не стыковка. Если из России на Дальний Восток отбудут команды на 2 Гарибальди, а у берегов Японии пропадут Ниссин с Касугой - то об инкогнито можешь забыть. Нас тогда будут искать, и скорее всего перехватят.
   - Блин. Тут ты брат Василий прав. Надо как то замаскировать бы, о! Идея. В России всерьез думали о покупке у Аргентины двух Гарибальдийцев, но не срослось - бабки да откаты не поделили. Адмирал Рожественский, заявил что они не вписываются в концепцию русского флота. Видать с ним не поделились. А что, если официально для всех и в Морском штабе, и для самих экипажей, они из Владика на пароходе отбудут принимать аргентинские крейсера скажем на Гавайи? А из Владика ты их к нам доставишь. Как Василий, прокатит?
   - Да, но только если никто кроме Николая и Вадика в Питере об истинном назначении экипажей знать не будет. Скажем будет у Вадика пакет, с личным рескриптом императора о том, что Вадик имеет право изменить место назначения для экипажей. Так сходу лучше ничего не придумаю... И еще, ведь Япония запросит у Аргентины, правда ли та продала крейсера России?
   - Угу, а потом еще Англия ноту заявит, что мол нельзя воюющей стране продавать оружие. Но самое смешное, что Аргентина будет искренне отрицать, что продает их России. Пусть японская разведка и дипломаты помучаются, тяжело знаешь ли искать черного кота в темной комнате, особенно когда его там нет.
   - Ребята, да я не путешествия боюсь, как мне одному уломать Николая то? Он же самодержец Всея Великая, Малая и Белая Руси! Князь Финский, Эмир Бухарский и прочее, прочее, прочее. А я кто? Тут одного лечения сына и дяди не хватит. Я же не волшебник и не гипнотизер в конце концов! Ладно бы с тобой Петрович, или с вами Василий...
   Резким взмахом руки Балк прервал доктора.
   - Ты, ЗДЕСЬ, меня старше, и вообще мы в одной лодке, так что давай на ты.
   - Василий, не обзывай мой крейсер лодкой! Разжалую в матросы! Вадик, пряник ты сам для Николая придумал, причем классный. Я бы такой не смог, честное слово. Так что тебе и флаг в руки. А сейчас мы тебе еще и кнутик для него подготовим, индивидуального так сказать изготовления. Персональный ад Императора Всероссийского Николая Второго, прекрасного семьянина, кстати. Значит запоминай. Тебе придется открыть карты. Никакой мистицизм не поможет заморочить ему голову настолько, насколько нам необходимо. Придется тебе рассказать кто ты, и откуда, вернее "из когда". Процитируй его дневник, расскажи ему вкратце чем кончилась у НАС РЯВ, про ПМВ, про революцию. Про то что такое гемофилия и как она у нас лечится. Если поверит, переходи к судьбе его семьи, и потверже. Про подвал в Ипатьевском доме, про кислоту на трупы, чтобы не опознали, про то как княжон штыками добивали, и прочие грязну подробности в стиле Дорожного патруля. Напугай его, тогда он твой. Как думаешь Василий, сработает?
   - Должно, но давай внесем некие коррективы...
   Долго еще в тот вечер, плавно перешедший в ночь, в командирской каюте сидели трое. Не один раз вестовой бегал сначала за чаем, а потом и кое за чем покрепче. Современники, как обозвал их группу Балк, обсуждали, спорили, ругались, мирились, снова и снова выдвигали свои и критиковали чужие варианты действий и развития событий. Крейсер же исправно наматывал на лаг милю за милей двигаясь на 12 узлах на юг. Время от времени Варяг вздрагивал израненным корпусом на особо крутой волне, как будто ему, в полудреме экономичного хода, снова и снова снились попадания вражеских снарядов, боль разрываемого шимозой металла, и ужас маневров уклонения от торпед прямо по мелям.
  
  
   * Британский флаг.
   ** Соответственно флаг пиратский, череп с костями.
  

Глава 4. Прелюдия.

Тихий океан, 30 миль от побережья Японии. 12 Января 1904 года.

  
   - Ну и долго мы тут будем болтаться, Всеволод Федорович? За последние пять часов, уже три раза приходилось давать ход и убегать от джонок. От джонок! Крейсер первого ранга, Русского Императорского флота, убегает от японских джонок с рыбаками!
   Командир, сидя в шезлонге на левом крыле мостика, и подставляя лицо ласковому, почти весеннему солнцу, ответил не открывая зажмуренных по случаю принятия солнечных ванн глаз:
   - Не понимаю я, ну что вам опять не нравится, Вениамин Григорьевич? Вы уже десять дней ворчите не переставая. Сначала было "у нас уголь кончается", чем закончилось? Попался нам этот угольщик, "Мари - Анна", ну и название для вечно грязной посудины в 7000 тонн прости господи. Угораздило же их болезных кардиф в Японию везти так не вовремя. Теперь небось владелец парохода разорится, груз то ему никто не оплатит, да и пароход тоже мы ему не вернем, военная контрабанда-с, сиречь конфискация.
   - Да, тут нам повезло, но ведь его же могло и не быть? А уголь и правда кончался.
   - Вы правда уверенны, что мы не нашли бы другой угольщик? Ну в самом худшем случае пришлось бы не брать японский уголь даром, а заплатить за британский. Потом, после войны, если захочет... Но не найти угольщик в этих водах... Это простите не реально. Потом вы были уверенны, что пятая, фальшивая, труба это глупость, так как Аскольд единственный пятитрубник в этих водах в Порт Артуре. Проехали, никто вроде не заинтересовался, а вот рассказам капитанов купцов, о том что мимо них прошел пятитрубный крейсер никто не поверит. Именно потому, что его в этих водах быть не может. Потом вы были против того, чтобы маскироваться под тип Кресси, мол британцы обидятся, если встретят. Кстати не встретились, пронесло. Потом вам не понравилось, что я реквизировал эту американскую посудину, с грузом станков из Сан Франциско в Нагасаки. Но какого черта, это же был японский груз, а нам нужен еще один пароход для организации более плотного дозора.
   - Ну да, теперь у нас целых два парохода и крейсер между ними, просматриваем аж 40 - 50 миль, море можно сказать перегородили, мышь не проскочит! Смех да и только!
   - Знаете, Вениамин Григорьевич, вы мне все больше напоминаете одного моего знакомого британского капитана, у того была присказка "и вообще, мне ВСЕ не нравится*". А уж ваша реакция на гирю на флаге, чтобы он не вился по ветру и издалека было не разобрать, что мы - русский крейсер, вообще сравнима только с реакцией кота на жестянку на хвосте.
   - Язвите, Всеволод Федорович, язвите сколько вашей душе угодно. Ну а не появятся к ночи на горизонте наши гости, что тогда делать будем? И насчет Кресси, не пора еще ломать эти бутафорские башни из парусины на носу и корме**? А то сегодня может еще стрелять придется, а у нас треть артиллерии под парусиной.
   - Ломать - не строить. Наших визави до Индийского океана сопровождал Кинг Альфред, если помните именно типа Кресси. Так что если мы их пока оставим, то нас вообще могут принять за старого знакомого. Проще будет сближаться. Ну а если до заката рандеву не состоится, то придется нам отходить еще на 50 миль к Йокосуке, и завтра ждать там. В крайнем случае, мы их встретим послезавтра прямо у порта, но тогда придется ограничится простым утоплением, по рецепту Зарубаева по паре мин им в борта и бежать во Владивосток.
   - Все то у вас просто, Всеволод Федорович. Неужели вы не нервничаете? Ведь мы сейчас у японцев на заднем дворе! На горизонте то и дело дым, или парус мелькнет. А если нас опознает или уже опознал кто-нибудь? Ведь не сбежать же нам, крейсер то поврежден! А уж ваша уверенность что 14-го Гарибальдийцы будут входить в Йокосуку, вообще необъяснима, как...
   - Угу, как была необъяснима моя уверенность в том, что у японцев очень чувствительные взрыватели. Помню, помню.
   Если бы старпом мог читать мысли Руднева, то он почувствовал бы себя полностью отомщенным. Радостных и оптимистических в голове не было. Ни одной. Только усталость, неуверенность и пустота. Руднев чувствовал себя так, будто все эти две тысячи миль тащил крейсер на своем горбу. Причем он прочувствовал каждую из его 7000 тонн, каждый килограмм корабельной стали казалось отпечатался на коже, следами от заклепок и ракушек на днище. Никогда бы Карпышев, сидя в Москве 21 века за компьютером, и обсасывая в любимом форуме ошибки Руднева, не подумал, что простой переход в две тысячи километров на корабле, это такой адский труд! А ведь и штормов практически е было, и неприятеля больше не встречалось, и даже вездесущие британские крейсера как в воду канули, просто переход из пункта А в пункт Б, а вот поди же ты...
   - Вениамин Григорьевич, вам, как второму человеку на борту, и без пяти минут капитану своего крейсера, по секрету скажу - и у первого после Бога на душе часто скребутся кошки. Но командир никогда не должен этого показывать подчиненным. А чтобы расслабиться - рекомендую посмотреть на бак, там Балк опять абордажников тренирует. Цирк да и только!
   - Да уж, абордажная партия для захвата броненосного крейсера в 10 000 тонн в двадцатом веке, это не цирк, это абсурд! Но абсурд необходимый. Не понимаю только, зачем он казаков туда включил? Они же заблудятся в коридорах или ногу на трапе сломают!
   - Зато стрелять умеют и шашкой махать, кто знает, может пригодится...
   На баке мичман Балк, назначенный командиром абордажной партии, в который раз гонял своих подопечных. Его задача осложнялась тем, что перед Варягом стояла классическая задача с двумя зайцами, причем ловить надо было обязательно обоих. Если британские капитаны решат до конца выполнить свой долг, то ловить 2 разбегающихся в разные стороны крейсера будет весьма сложно. Хотя какие у них к чертовой матери могут быть долги перед Японией, не интернациональный же? Тем не менее, Балк решил подстраховаться, и если захват второго крейсера должен провести Варяг, то первый он решил взять под контроль сам, с группой из 11 казаков, и парой десятков парусных матросов с Корейца. Так же за знание японского языка был включен и поправившейся мичман Нирод, хотя по началу он долго отнекивался. Последние 10 дней Балк постоянно проводил тренировки в стрельбе из револьверов, а для казаков и в фехтовании. Раз в день, подогнав к борту угольщик или американца тренировались в перепрыгивании с одного близко идущего корабля, на другой. Для этого использовали аналог тарзанки, подвешенной к реям фок и грот мачт Варяга. За одни раз на каждой перелетали 4 громко матерящихся человека. На вопрос Руднева, "и как тебе, Вася, пришла в голову такая хрень?", последовал честный ответ, "видел в старом фильме про пиратов, всегда хотел попробовать, а возможно ли это на практике, завтра узнаем".
   Со стрельбой не было проблем у казаков. Народ собрался бывалый, и после каждой серии матросов с Корейца на всякий лад повторял пущенная Балком шутку, о куче дерьма и брызгах***. Зато в цирковых номерах уверенно лидировали бывшие специалисты по парусам с Корейца - несколько лет практики лазания по реям при любой погоде. А вот казаков уже несколько раз под веселые и соленые шутки матросов вылавливали из воды шлюпки, на такой случай буксируемые за кормой Варяга.
   После первого раза, казацкий хорунжий попросил его благородие "не издеваться над казаками". В ответ, Балк предложил ему пари. Если трое казаков, вооруженные шашками, смогут его Балка "порубать в капусту", то тогда все казаки освобождаются от тренировок. Если безоружный Балк, в течении пяти минут не будет ни разу задет, то тогда они больше не жалуются, и выполняют все его приказы без обсуждений и пререканий. После минутной паузы, хорунжий поинтересовался самочувствием его благородия мичмана. После разъяснений, что вместо шашек будут использоваться ножны, и что рубать будут не насмерть, а понарошку, шоу таки состоялось. Со стороны казаков выступали наиболее заинтересованные лица - двое свежеискупавшихся в февральской водичке и согретых парой стаканов спирта, и сам хорунжий. Хотя Руднев и видел не один десяток голливудских и китайских боевиков, воочию убедится на что способен рукопашник высокого класса он имел шанс впервые. Первые две минуты Балк танцевал, уклонялся, исчезал из под ударов все больше распаляя противников. Он то нырял под удар, то перемещался к замахивающемуся противнику, и или прилипал к нему, становясь неуязвимым для его о двух остальных, или несильным, даже ленивым толчком, опрокидывал его на палубу. Пару раз он, неуловимым для глаз движением, оказывался за спиной у кого то из казаков, причем коллеги последнего не всегда успевали затормозить сами или остановить шашку. На третьей минуте поединка, Бакл все же пропустил удар. Распаленный непонятными промахами и смехом окружающих, получив очередную плюху от брата казака, хорунжий разозлился, и показал что не зря казаки не одну сотню лет были непререкаемым авторитетом в сабельных сшибках для всех народов у любых границ Российской империи. Балк хоть и успел подставить под ножны руку, все же был сбит с ног, и откатился по палубе на несколько шагов. Но вот когда он встал, выяснилось, что звереть могут не только казаки. Через 30 секунд на палубе сидели трое обезоруженных и обескураженных казаков. Никто из них, или из наблюдавших за боем не смог точно сказать, что и как сделал Балк. Вроде бы ближайшего к нему казака он сбил с ног как то хитро крутанувшись еще когда катился от удара. Потом у него откуда то возникли в руке ножны, которыми от отбил удар и тут же огрел по голове хорунжия, а третий казак так вообще как бы сам натолкнулся на ногу Балка. Но почему то головой... При этом фраза Балка, "господа простите, погорячился, пари вы выиграли", прозвучала в полной тишине как утонченное издевательство. Впрочем хорунжий понял ее правильно, и сказал что "хоть я вас и задел, будь мы с шашками, вы бы нас троих на в капусту... Больше вы от моих и писку не услышите". Писку и правда не было, хотя мата хватало, ну да куда же без него в России то, тем более на войне? Теперь по вечерам Балк с хорунжием рубились на баке, посмотреть на этот по выражению Руднева "китайско казацкий сериал" собирались обычно все свободные от вахты, включая и его самого. На приватный вопрос Балку, а зачем это ЕМУ то надо, Василий ответил, что серьезно фехтованием на чем либо длиннее ножа, никогда не занимался, и ему есть чему поучиться у хорунжия.
   К моменту остановки британского угольщика Балк еще не считал абордажную команду достаточно натренированной для того, чтобы брать его на ходу. Его как положено остановили сигналом и холостым выстрелом. Потом на шлюпках подвалила абордажная партия и после проверки судовых документов капитану объявили, что так как военная контрабанда, груз угля направляющийся в Йокосуку, превышает 50% от общего веса груза, судно реквизируется. Удалось потренироваться только в беготне по коридорам и трюмам незнакомого судна. Первый "учебно - боевой" захват корабля на ходу довелось произвести 10 февраля.
   В принципе, американский пароход "Аламо" Рудневу был не особо то и нужен, но тут совпало несколько факторов. Во - первых, когда рассвело он неожиданно оказался всего в трех милях от пары Варяг - "Мари Анна", в исполнении русских матросов - Марья Ивановна, и мог опознать крейсер, несмотря на липовые орудийные башни. Пистоны сигнальной вахте потом вставляли по очереди штурман, старпом и сам капитан. Во - вторых, у дозора из трех кораблей в полтора раза больше шансов перехватить противника, чем у двух. Ну и наконец, Балк попросил потренировать ребят в "обстановке максимально приближенной к боевой". Подойдя к борту ничего не подозревающего американца, под предлогом обмена новостями и почтой, на десять метров, Варяг практически уровнял с ним скорость. С Аламо перелетела на Варяг пачка с газетами, а с Варяга на Аламо первая четверка абордажников, во главе с Балком. Как водится, первый блин прошел комом, так как от увиденного у рулевого Аламо дрогнула рука, и пароход покатился от Варяга. Первой и второй четверок хватило для взятия под контроль рубки, и Аламо был положен в дрейф. Хотя это и обошлось в одного выбывшего из строй казака, неудачно приземлившегося на световой люк и сломавшего себе ногу, операцию сочли успешной. На вопрос проснувшегося капитана Аламо - "Что здесь происходит, и кто вы вообще такие", Балк представился как мичман с русского крейсера Варяг. На что капитан сказал, что в "Летучего голландца" он еще может и верит, а вот Варяг уже десять дней как на дне, подтвердив что во-первых, катер с доктором до Шанхая дошел, и во-вторых сообщению о гибели Варяга поверили.
   Так или иначе - первый блин хоть и комом, но испекли. По результатам тренировки добавили еще пару канатов, и теперь за раз с Варяга десантировалось до 12 человек. Сейчас Аламо, переименованный варяжскими острословами в Охламона, крейсировал в 10 милях от Варяга, ближе к японскому берегу, под командой бывшего штурмана Корейца лейтенанта Бирилева. Ему и командовавшему крейсирующей мористее Марьей Ивановной мичману Петру Губонину, было приказано при появлении 2-х крейсеров дать серию из трех ракет черного дыма, и не путаться под ногами у Варяга, когда тот пойдет на перехват.
   Еще одной жертвой Варяга стал японский каботажный пароход, Сикоко-Мару, на 1500 тонн, оказавшийся в плохом месте в плохое время. Он был зафрахтован флотом и шел с грузом рыбы и риса в Йокосуку, теперь до Владивостока о питании команды можно было не беспокоится, хотя меню и будет несколько однообразно. После перегрузки провизии на Варяг он был утоплен подрывными патронами. В этот раз операцию по десантированию решили не проводить, так как море было не слишком спокойно, и остановили его традиционным выстрелом под нос, с последующим подходом досмотровых партий на лодках.
   - Всеволод Федорович, Всеволод Федорович!!!! Вам плохо? Позвать врача??
   - Да нет, не хуже чем обычно, а в чем дело?
   - Да я уже пару минут вас зову а вы не отвечаете, нельзя же так пугать людей, право слово!
   - Простите, задремал наверное, разморило на солнце, или просто задумался не на шутку, сам не пойму. А по какому поводу вы на этот раз мой хрупкий сон прервали, разлюбезный Вениамин Григорьевич? Чем то еще недовольны?
   - Это уже не важно, на горизонте у берега дым. Много. И с Марьи Ивановны, тьфу черт, привязалось, с Мари Анны, дали серию ракет. Кажется началось, вы опять угадали.
   Осторожно, на экономичных 12 узлах, на плавно сходящихся курсах Варяг начал красться в сторону добычи. В сторону Охламона с Варяга ушла ракета былого дыма, по которой он должен был идти в сторону берега, и ждать дальнейшего развития событий.
  
  
   * Почему бы нашему современнику не назвать капитана из мультика "Остров сокровищ" своим знакомым?
   ** Силуэт Варяга издалека напоминал британские крейсера типа Кресси, те же 4 трубы, но для боле полного сходства ему не хватало орудийных башен и парусиновых чехлов на трубы, скрывавших их телескопическую конструкцию.
   *** "Если бы ты стрелял в кучу дерьма, даже брызги бы не полетели!" Из кинофильма "Харлей Девидсон и Ковбой Мальборо".
  
  

Глава 5. В борт ударили бортом, перебили всех потом!*

Тихий океан, 30 миль от побережья Японии. 12 Января 1904 года.

  
   На борту Ниссина, шедшего в кильватере Кассуги с отставанием в 10 кабельтовых, потомок старинного самурайского рода Масао Секари проводил очередное занятие корабельного клуба Кен-До. По левому борту крейсера на горизонте величественно вздымались берега страны Ямато, миссия по перегону крейсеров на родину была почти завершена. Хотя до Йокосуки и оставалось еще двое суток хода, до берегов родной Японии было рукой подать. Его благодушно расслабленное настроение разделяли и остальные десять любителей помахать бамбуковыми мечами, нашедшиеся в немногочисленной перегонной команда. Еще на пути в Италию они сошлись на почве общего интереса, и при приемке крейсеров попросили записать их всех на один корабль. С тех пор свободный каждый день, которых было увы не много, до наступления на вахту на носу крейсера, под стволами башни главного калибра, разворачивалось представление древнего японского искусства. Взлетали и падали с криками "Киа!" бамбуковые мечи, снова и снова отрабатывались приемы защиты и нападения, и каждый раз семейная катана рода Сикари, передающаяся из поколения в поколение занимала свое почетное место на стене импровизированного До Дзе. Но сегодня внимание занимающихся, да и самого Масао, было отвлечено долгожданной встречей с Родиной. Никто из находившихся на борту европейцев, каковых и было большинство, не мог понять почему встреча с Японией вызвала у заказчиков такой трепет. На обращенном к берегу борту, с того момента как на горизонте появилась земля, постоянно можно было найти кого то из японцев. Вот и сейчас, вместо полной концентрации на мече и дыхании сам Масао время от времени бросал взгляд на берега Японии, которые он вынужден был оставить почти на год.
   На приближающийся с правого борта крейсер поначалу особо не обратили внимания, ну мало ли кораблей идет по своим делам у берегов Японии? Судя по силуэту не японец, больше всего напоминает до боли знакомый тип Кресси. Один из которых шел вместе с ними первую половину пути, защищая их от возможной наглости русского отряда во главе с Вирениусом**. Поэтому по мере приближения основной мыслью было, это старый знакомый Кинг Альфред или кто то из однотипных ему кораблей? Когда с приближающегося корабля прокричали на английском, - "Привет старым знакомым, не поделитесь ли свежими газетами по старой дружбе, а то мы уже 3 недели в море", то тот из итальянских сигнальщиков, что ставил на Кинга, протянул второму руку за выигранными двумя фунтами. Британский вахтенный офицер Чарльз Боссет, командовавший крейсером пока командир отдыхал в каюте, приказал снизить ход до 5 узлов, и идти прямо. Проигравший сигнальщик на ходу засовывая в парусиновый мешок свежие газеты, если так можно говорить о прессе недельной давности, понесся на бак. Кинг Альфред медленно нагонял Ниссин, и по мере сближения, что-то все больше казалось Боссету неправильным в силуэте приближающегося с подветренного правого борта крейсера. Но окончательно мысль о слишком низком борте и изменившихся с последней встрече очертаниях мостика сформировалась в измученном постоянными недосыпам (крейсера перегонялись с очень маленькими экипажами, спать было просто некогда) мозгу слишком поздно. На борту приближающегося крейсера сверкнул топор перерубающий веревку, за кормой плюхнулась в воду 16 килограммовая гиря, и на ветру заполоскался Андреевский флаг. Одновременно на веревках на борт Ниссиина перелетели с дюжину человек. Пока итальянский рулевой хлопал глазами, пытаясь понять зачем и что перебрасывают с подошедшего крейсера к ним на борт, в ответ на полученную почту, успели перебросить и вторую дюжину. С третьей так не повезло, Боссет толкнул вперед ручки машинного телеграфа на "Полный вперед" и крутанул руль влево.
   На мачту Варяга взвился заранее подготовленный сигнал по международному своду "Лечь в дрейф, иначе открываю огонь", и он, увеличивая ход, направился к шедшему первым Кассуге. На баке Ниссина члену корабельного клуба кен-до с удивлением смотрели на неизвестных, столь экстравагантно появившихся на борту и устремившихся в сторону носового мостика.
   - Это русские!
   Наконец разглядел флаг на корме крейсера Секари.
   - За императора, в атаку!
   Сам он однако вынужден был сначала метнуться к мечу, висевшему на броне новой башни и поэтому видел, что из восьми метнувшихся к шестерке пришельцев шестеро упали на пол пути под плотным револьверным огнем. Из трех добежавших, двое смогли нанести удар. Один из русских, испытав на своем не прикрытым защитным доспехом теле силу бамбукового меча, получил перелом ключицы. Второму повезло еще меньше, от удара он упал за борт, и теперь для спасения должен был продержаться в ледяной воде до тех пор, пока победившая сторона не сможет послать за ним шлюпку. Третий их добежавших почему то промахнулся, и хуже того, получив от противника классический Маваси Гири (у закадычного приятеля Масао выходца с Окинавы Тодзио, в этот момент просто отвисла челюсть) в голову, сейчас лежал на палубе без движения. В душе Масао желание поскорее ринуться в бой, боролось с чувством долга, которое нашептывало ему, что сначала надо предупредить об опасности машинную команду, состоящую из японцев. Победил здравый смысл, одному против нескольких револьверов это удается только великим мастерам, из старых легенд. Масао, дернув за рукав последнего из дееспособных членов клуба, нырнул в люк и по крутым трапам а запутанным коридорам понесся в машинное отделение. Там он надеялся подготовить теплую встречу северным дьяволам, а если не останется другого выхода, то оттуда можно и утопить крейсер. Тоже выход достойный самурая.
  
  
  
   * Старинная пиратская песня .
   ** Отряд Вирениуса в составе броненосца Ослябя, крейсеров Аврора и Дмитрий Донской и миноносцев шел на Дальний Восток параллельно с Ниссином и Кассугой. Перед надвигающейся войной обе стороны пытались максимально усилить свои флоты. Корабли даже одно время вместе стояли в одном порту.
  
  
   Продолжение следует.
Оценка: 8.29*21  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Гатаулин "Вирусапиенс" Е.Звездная "Хелл.Обучение наемницы" Е.Малиновская "Демон-хранитель. Сделка" А.Флим "Я - лорд звездной империи" А.Кувайкова "Друзей не выбирают. Эпизод 1" А.Вербицкий "Испытания на прочность" И.Сафина "Принц для роскошной женщины" А.Илларионова "Оборотни Его Величества" М.Князев "Полный набор-5. Бог Дракон" А.Баренберг "Вторым делом самолеты. Выйти из тени Сталина!" В.Гвор "Прорыв выживших. Враждебные земли" Ю.Скуркис "Роковое наследие" А.Радов "Изгой: Начало пути" В.Горъ "Граф-3. Клинок его Величества" В.Хватов "Ядерная осень" А.Валерьев "Объект Родина" В.Коротин "Броненосцы победы" Я.Денисенко "Закон сильного" О.Виноградова "Непристойное предложение" М.Михеев "Путь домой" Е.Никольская "Мой огненный и снежный зверь" О.Шовкуненко "Оружейник-2. Бой без правил" В.Поляков "Чернокнижник" О.Говда "Рыцарь" Ю.Иванович "Лиходеи Апокалипсиса" Н.Кузьмина "Летящая против ветра" В.Поселягин "Я - истребитель"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"