Дойников Глеб Борисович: другие произведения.

Варяг свежий

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 8.73*79  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Мелкая прода. Интересно в первый раз легло)). Нужны герои и антигерои. Армейские персоналии от полкана и выше с 1905 года и дальше. Кто что думает\знает предлагайте рассмотрим)). Извиняюсь за отвратительное качество текста, пишу по ночам в обеденный переыв, а проверка тектста не работает.

Варяг 3. Рабочее. Названия пока нету. Дерзайте)).

Здесь потом появится эпиграф,

и/или благодарности помощникам)).

Глава 1. С бала на корабль.

  
   Все шло не так. Хотелось рвать и метать, и окружающие на мостике "Ретвизана" это отчетливо ощущали. Вот и сейчас сигнальщик от греха полез на формарс. Полез, без всякого приказа, зажимая в зубах ремень бинокля и ежесекундно рискуя сверзится за борт. Все же такие акробатические упражнения на скоб трапе при шторме в 6 баллов категорически не рекомендуются... Полез, хотя разглядеть хоть что-то в штормовой дымке было абсолютно не возможно по определению.
   "Интересно, - отстранено подумал вице адмирал Руднев - главная причина заполнившей мостик флагмана Тихоокеанского флота паники, - и что же такого этот пацан углядел в моих глазах, что его на марс погнало, лишь бы от меня подальше? Надо бы остановить, не хватало еще одной невинно загубленной души на моей совести... Или скорее души не спасенной, что в принципе одно и то же... Не смог... Эх, а как все хорошо начиналось! Счастье было так возможно... И так возможно, и в такой позе тоже... Господи, ну когда наконец я, идиот старый, научусь ДЕРЖАТЬ СВОЙ СРАНЫЙ ЯЗЫК ЗА ЗУБАМИ????".
   Прибывший во Владивосток новый командующий Тихоокеанского флота, блистательный и знаменитый Руднев-Владивостокский, без предупреждений и подготовки сорвал флот в море. На выход по тревоге ВСЕХ боевых кораблей находившихся в бухте потребовалось менее семи часов, при норме сутки. Единственным исключением стали только все еще стоящая в сухом доке "Паллада" и не боеготовый по причине переоборудования в учебный корабль "Рюрик". На робкое замечание кого - то из штабных о надвигающемся шторме, последовал взгляд. Вернее ВЗГЛЯД. После этого вопросов о необходимости столь срочного выхода в море не возникало ни у кого, а по флоту поползли слухи о "неизбежности новой войны с Японией". Крейсерская и броненосная эскадры отрабатывали взаимодействие в Тихом океане за Японией примерно с неделю, догружаясь углем по мере надобности прямо в море. Предложивший вернуться в в закрытую бухту и сделать паузу в пару дней бывший командующий отряда крейсеров, а теперь младший флагман Йэссен заработал еще один ВЗГЛЯД. Слухи в кают компаниях и кубриках сменились на гораздо более страшные "завтра начнется война с Англией". Маневры флота все же были прерваны штормом, пережидать который адмирал приказал по пути в Сан Франциско. Сам источник беспокойства безвылазно стоял на мостике "Ретвизана" по пятнадцать часов, спускаясь к себе в салон только для сна и на обед. При этом, кроме сухих и коротких как телеграммы приказов от адмирала уже две недели никто ничего не слышал. Ни разносов за не верные маневры, ни благодарности за точную стрельбу, ни даже ругани за пролитый на мундир горячий суп. Руднев, боготворимый по результатам войны всем флотом, вне отдачи приказов просто молчал... И от того КАК он молчал, всем становилось еще страшнее...
   Конечно, слухи о том, что Руднева из Питербурга во Владивосток СОСЛАЛИ до эскадры докатились еще за пару недель до его прибытия. Не успев привести крейсерскую эскадру на Балтику вместе с броненосцами Макарова, спустя всего два месяца Руднев был послан обратно. Это было явное наказание. Адмирала, выигравшего войну с Японией, но проигравшего по выражению Йэссена "битву за Маркизову Лужу" с радостью ждали в любом виде. Заливающим горе водкой и ромом, готового выместить обиду на новых, вернее старых коллегах адмиралах... Даже вообще не вмешивающегося в дела флота -- Небогатов вполне справлялся с управлением оставшихся после ухода на ядра флота Балтику отрядом броненосцев а Йэссен лихо рулил крейсерами, ждали и приняли бы каким угодно. Но таким его не думал увидеть никто. С одной стороны -- бурная деятельность по боевой подготовке флота, с другой... Мертвая тоска в глазах, как у человека который потерял всю семью и теперь не может понять, а зачем, для чего оно это теперь ему, зачем самому жить? Поначалу адмирала пытался расшевелить Небогатов, который, заглянув ему в глаза, потащил командира в ресторан и долго вспоминал с ним "театр у японского портного". Что конкретно за закрытыми дверями кабинета ему ответил Руднев, никто не знал. Но наутро флот был, решением обоих адмиралов, в срочном порядке отправлен в море без конкретного срока возвращения. Небогатов при этом остался во Владивостоке "на хозяйстве". Уже в море, на собрании флагманов командир "Осляби" Трусов, знавший Руднева по недавней войне, нелестно прошелся по "бумажным стратегам из под Шпица". Никакой реакции не последовало. Ну если не считать результатом отсылку "Осляби" на три дня в головной дозор, с приказом все время следовать неслыханным "противоторпедным зигзагом". Без всякого дополнительного объяснения, что собственно это такое и зачем он нужен. Как выразился услышав об этом боцман "Осляби" - "так меня еще никто не посылал, уважаю".
   Больше бередить адмиральскую душу не рискнул никто, и Петрович мог предаться самобичеванию в одиночку. Он снова и снова возвращался в тот день в Санкт Перербурге, когда ВСЕ, что создавалось за полтора года трудов пошло прахом. Это был один из тех дней, когда куча маленьких, абсолютно не связанных друг с другом житейских неприятностей наслаиваются одна на другую. А получившийся в результате ком, подобно селевому потоку сносит на своем пути все, над чем ты трудился последние пару месяцев или лет.
   В то хмурое осеннее Питерское утро, после вчерашнего спора с Макаровым болела похмельная голова. Собственно спор начался еще на траверсе Сингапура, где отряд Руднева догнал флот под его командованием. У реально лучшего адмирала русского флота первой декады двадцатого века была пара совершенно дурацких идеафикс, и Руднев решил убить пару месяцев совместного плавания на их корректировку. Для начала он прошелся по трепетно лелеемой адмиралом идее "безбронного боевого судна". Степан Осипович несколько раз ,с упорством тупого бумеранга, возвращался к этому проектую. Петрович решил, на все еще горячем примере недавно прошедших боев, показать ему, чем может закончиться реальное применение безбронного судна в линейном бою. Месяц плавания прошел в совместном ползание пары адмиралов по потрохам кораблей идущего домой флота. Причем, преимущественно кораблей получивших попадания, как в броне пояса, так и в не прикрытые броней борта. "Ремонтных мощностей" Владивостока и Артура хватило только на заделывание дырок в бортах листами стали, с последующим закрашиванием. Кое - какие абсолютно необходимые для перехода механизмы были в спешном порядке заменены или на скорую руку починены плавмастерской "Камчатка". Но все нанесенные японскими снарядами повреждения были все еще "видны не вооруженным глазом", ведь на самом деле русский флот шел домой на ремонт... Даже на флагманском "Цесаревиче" из шести развернутых "по походному" башен среднего калибра, выглядевших вполне целыми и грозными, боеспособны были две. Одна из них пострадавшая от внутреннего взрыва, вообще имела фанерную крышу, выкрашенную в шаровой цвет. Подобный ремонт в Артуре был невозможен в принципе, не стали даже пытаться начинать.
   Поначалу корабельные механики с оторопью и ожиданием разносов встречали в своем "темном царстве" аж двух адмиралов сразу... Первый чуть не упал с трапа механик "Цесаревича", Афонасьев когда после двух часов ползания оба адмирала ушли ПОБЛАГОДАРИВ его за помощь. При этом они оживленно о чем то спорили, тыкая друг друга в записи, которые каждый вел в своем блокноте. Прекрасно понимая, что машинное отделение броненосца было в далеко не идеальном состоянии, решил что пронесло. Но через два часа его, только что прилегшего после вахты, срочно разбудил вестовой Макарова, и попросил по возможности прибыть в адмиральский салон. Когда во второй раз подготовившийся к разносу за неряшливый вид трюмов (ржавчина после затоплений и копоть о пожаров кое - где еще пятнала потроха броненосца, в спешной подготовке к походу было не до косметики, а на переходе мехи несколько расслабились), он долго не мог поверить какой вопрос ему задают на два адмиральских голоса. И в конце концов решился переспросить.
   - Вы имеете в виду, что было бы если бы тот же самый двенадцатидюймовый снаряд попал под тем же углом, но наш броненосец не нес бы брони? Причем не только бронепояса, но и скоса бронепалубы тоже не было бы, кроме противоосколочного? - дождавшись синхронно утвердительного кивка двух адмиральских голов, седой и темноволосой, немного разозленный столь идиотским поводом к ночному подъему Афонасьев стал подробно отвечать.
   После разбора полудюжины подобных попаданий выслушав мнения офицеров с разных кораблей Макаров, на входе в Красное море, неохотно похоронил идею безбронного судна. Причем похоронил буквально -- лист ватмана с надписью "Безбронное судно" был привязан к колоснику, и под звуки играемого оркестром похоронного марша выброшен смеющимся адмиралом за борт. Макаров честно выполнил условия проигранного пари, но в вопросе веса и калибр снарядов упорно отстаивал свое мнение до Санкт Петербурга.
   Уже в столице Петрович пытался дожать засомневавшегося было Степана Осиповича на предмет увеличения веса снарядов за счет начальной скорости, но пока это не удавалось. Даже самый новаторский из адмиралов русского флота не мог пока поверить, что в грядущей войне перестрелки будут вестись не на дистанциях в 40 - 50 кабельтов. Для которых легкий и быстрый снаряд действительно предпочтительней, так как имеет преимущество в бронебойности, а на пока совершенно запредельных ста. Где более тяжелая и, на вылете из орудия, медленная болванка сохранит большую точность ,ведь скорость с расстоянием падает, а вес снаряда фактор постоянный. А в конце полета летящий по более крутой траектории тяжёлый снаряд попадет возможно уже не в толстый бронированный борт, а в палубу, которая раз в пять, а то и десять тоньше... Впрочем -- на подобные грабли наступил не только он, весь немецкий линейный флот первой мировой ходил в бой с уменьшенными калибрами.
   Так что в то злополучное утро Руднева мучило похмелье, и жена. Для начала мадам Руднева, которую изначальный Руднев горячо и искренне любил, с чем не совсем был согласен запертый в его теле Петрович, устроила обычный бытовой скандал. Причем естественно в день большого бала в честь "победы русского оружия над японцами", где ее дражайший и любимейший должен был присутствовать в качестве главной диковинки. Впрочем, если разобраться, это для капитана первого ранга Руднева, прожившего со своей избранницей в браке более десяти лет, скандал был обычным. А вот новичок в тяжком семейном бытие Петрович, ответив на автомате на вопрос "что ты думаешь о моем новом парфюме" - "интригующе, немного отдает сгоревшим кордитом", попал не по детски. После принудительного выслушивания часовой лекции на тему "ты меня не любишь, тебе лишь бы в море поскорее своих японцев топить", он вырвался из дома уже на взводе. И хорошо опаздывая -- рассчитывать время с поправкой на пролетки и двуколки тоже до сих пор оставалось для Петровича чем - то сравнимым с межзвездной навигацией.
   Дальше -- больше. Заехав за новым парадным мундиром, Петрович обнаружил что "заказ был сделан на завтра, и завершение его в течении двух часов, дело неслыханное и абсолютно не возможное". После угрозы вызвать роту матросов из ближайшего флотского экипажа "невозможное" превратилось в "потребует работы всей мастерской, дополнительной оплаты и обязательного присутствия адмирала для примерок все два часа". Так как заказ мундира делала естественно жена, Руднев и сам был не уверен когда злополучная тряпка должна была быть готова. Не имея формального повода устроить скандал, используемый в роли манекена адмирал все два часа пытался утопить злобу в стакане. С переменный успехом. В результате, на устроенный практически в его честь бал, виновник не только почти опоздал, но еще и прибыл слегка пьяным и сильно не в духе. Последней каплей стала торжественная встреча устроенная ему коллегами иновременянами, затащившими его в укромную комнату за бальной залой скоротать время до прибытия императора. Вернее даже не сама встреча, а фраза, которой решил поприветствовать старого приятеля доктор Вадик. Да, пожалуй все настоящие неприятности тогда начались со слов, -
   - Ну что, Петрович, все хорошо что хорошо кончается?
   - Что кончается, хотел бы я знать? - голосом сладким как патока, но явно пропитанным сарказмом высшего градуса крепости поинтересовался Петрович.
   - Ну все в смысле война, неприятности, штурмовщина, - реально не врубился Вадик.
   - Да неужели? А мне кажется, что все только начинается. Та война, что сейчас кончилась, она была мелкой возней двух детишек в песочнице, по сравнению с той что скоро будет.
   - Ну во - первых -- не факт что она вообще теперь будет, - вступил в разговор подоспевший Фридлендер\Лейков - история уже пошла по другому. Во -- вторых -- а оставшиеся 10 лет мы успеем к Первой Мировой подготовиться по человечески. Мы с Вадиком уже подали в Министерство обороны список предложений по модернизации. В -- третьих -- Николай Александрович категорически против войны...
   - И каким же образом вы и "Николай Александрович", - как уже упоминалось во второй книге, пьяный Петрович имел отвратительную склонность к правдорубству и болтовне, - попытаетесь остановить войну, которую через десяток лет захотят устроить все ведущие державы Европы? А про подготовку -- как вы разъясните руководству армии войну вроде как выигравшей, что эта армия ни на что на самом деле не годна? В нашей истории только после плюхи от Японии наши генералы зашевелились, и то нифига к 14 году не успели сделать. А тут раз уж поражения не было, не будет и армейских реформ.
   - А почему все державы вдруг воевать то захотят? - подал голос самый счастливый из находившихся в кабинете Василий Балк, для которого прибытие в Питер стало началом столь долго откладываемого медового месяца, - чего им неймется то?
   С его губ уже неделю не сходила блаженная улыбка счастливого идиота. Каждый раз при взгляде на него Петрович вспоминал собственную нежданно негаданно свалившуюся на его Рудневскую голову сорокалетнюю с хвостиком жену, и непроизвольно зверел. А уж сегодня...
   - Историю надо было учить! Не в школе, так хоть в училище бы озаботился, а не только строевой заниматься и койки табуреткой отбивать по линеечке! - Остапа Петровича Руднева/Бендера несло, но что хуже всего -- остальные участники компании над этим тихо потешались и останавливать его не собирались, - Германия просто опоздала к переделу колониального пирога, чем обижена. Она к 1914 году уже будет готова бросить вызов Британскому флоту и хапнуть у нее что только сможет в Африке или где придется. Сама Британия, прекрасно это понимая, хочет этих выскочек затоптать пока может, так как немецкие товары начинают успешно вытеснять британские с рынков. А быстрый рост немецкого флота конца которому не видно, заставляет серов вкладывать в свои собственные дредноуты уже слишком много средств. Франции нужен возврат Эльзаса с Лотарингией, и побыстрее. Австрии -- разобраться с Сербией и показать на Балканах "кто тут главный". Америке вроде вообще плевать кто там кого мочит в Европе, но на любой чужой войне они сделают бабки. И поэтому тоже молчаливо ее начало поддержат. Италии вообще по фигу воевать против кого, лишь бы выйти из войны с территориальным приобретением. Они в обе мировые войны прославились сменой сторон после начала боевых действий, деятели еще те. России вроде только ничего на хрен не надо и Турции. Хотя у нас много желающих показать уже самой Австрии, кто на самом деле главный на этих сранных Балканах (коварный язык уже начинал заплетаться, но когда это останавливало Петровича?). Да еще и Босфор нам с Дарданеллами подавай, хотя это хоть какой то смысл для Империи имеет. А тут мы такие умные, вчетвером сейчас весь мир отговорим от войны к которой они несутся как поезд без тормозов под уклон... Каким таким интересно образом? Рассказав что три империи перестанут быть таковыми после войны, а Британия перестанет владеть флотом номер один? И кто нам поверит интересно?
   - А если Николай категорически откажется втравливать Россию в эту бойню? - раздался непонятно чей голос из глубины комнаты, на что последовал мгновенный ответ разошедшегося до крайности Петровича.
   - Да кто его вообще спрашивать будет? Тоже мне, Царь -- царь, хозяин Царь -- пушки*... Если он полезет со своим нежеланием в бутылку, то у союзников будет два выхода. Мягкий вариант - это уболтать "его величество", благо этого гарантированно можно уговорить практически на что угодно. Если не сработает -- можно повлиять на жену, которая из него совьет веревочку любой формы, что всему двору и миру прекрасно известно. Если и это не сработает -- всегда остается возможность жесткого "апоплексического удара табакеркой по голове". Павел тоже не хотел проводить политику угодную Британии, и тоже в момент когда на континенте была другая империя, угрожающей Британским интересам... Это еще если, как в нашей истории, его просто собственная "королевская конница и рать" от власти не отстранит. Чтобы России не влезть в эту войну не подготовленной в 14 году, к власти должен был бы быть не Николай, - Петрович в упор не замечал знаков заткнуться, которые ему активно делали уже все находящиеся в комнате, он был впереди, на лихом белом на коне собственного красноречия, - Сталин бы смог наплевать и на обещания Франции, и на долги перед ней. Но никак не Николай, для которого его слово и репутация дороже России и, как оказалось, даже собственной семьи.
   - Я приказываю вам в скорейший срок покинуть столицу! - из тени придверной ниши на свет божий вышел сам Николай Второй, о появлении которого безуспешно пытались предупредить оратора его друзья, - я больше никогда в жизни не хочу вас видеть и слышать, адмирал Руднев! Никому, слышите НИКОМУ не позволено так говорить обо мне или моей семье! Мне безразлично откуда вы свалились на мою голову, что вы там себе знаете и откуда, я больше никогда не хочу слышать ни одного слова ни от одного из вас, господа! В столице дозволено появляться только доктору Банщикову, и только для проведения процедур с наследником престола! Проводить которые он обязан МОЛЧА!!! Все остальные должны покинуть Санкт Петербург в недельный срок, о чем будут отданы соответствующие приказы в Морской штаб!
   Император всероссийский был взбешен как бы не в первый раз за время своего царствования. Ему уже уже смертельно надоел доктор Вадик, который был по крайней мере обходителен и куртуазный в своей критике. И который раз за разом убеждал, с помощью его же, Николая сестры и жены, делать совсем не то, что казалось верным самому Николаю. Так теперь объявился еще и этот адмирал, которые мало того что говорит ту же чушь, так еще и ни во что не ставит его! Помазанника божьего! А оставшаяся пара... Может прав Витте, и эта пара тихонь даже опаснее чем те двое, что говорят что думают в открытую? Нет, удалить их от столицы и распорядиться о строгом жандармском надзоре, это минимально необходимо. Для блага императора, а значит -- государства.
   Особо сильная волна расколотая тараном "Ретвизана" разлетелась брызгами, часть из которых ветром донесло до мостика. Стоящий на левом крыле устремив ничего не видящий взгляд в горизонт Руднев попал под раздачу от Нептуна. Но увы. очередной холодный соленый душ не принес ни просветления мозгам, ни отдохновения душе. В голове был густой туман а на душе скребли помойные кошки. Обтерев лицо рукавом адмирал Руднев тяжелым шагом побрел с мостика к себе в салон. Если уж шторм не может его взбодрить, то остается только завалиться спать. Лучше бы не вставать до Сан Франциско, спешить все равно некуда. По сообщению Макарова Крамп, на встречу с которым он собственно и направляется, будет во Фриско не раньше чем через три дня.
   Пока отряды крейсеров и броненосцев русского Тихоокеанского флота бункеровались в порту, запасаясь углем на обратный путь, адмирал провел одну запаздавшую на пару лет встречу. Он собирался воочию увидеть "отца" своего крейсера -- ИО Крапма, владельца верфи, на которой был построен "Варяг". Сам "Варяг" сейчас ремонтировался и модернизировался на Балтике, а его бывший капитан готовился к торгу. Еще до Русско Японской войны Крамп предлагал построить во Владивостоке полноценный судоремонтный завод. Тогда это предложение был отвергнуто. И всю войны русский флот страдал от убогости ремонтных мастерских, с трудом справляющихся с работами по ремонту и обслуживанию кораблей. Сейчас, с одной стороны, надо было вернуться к отвергнутому предложению. С другой -- лучше бы об этом вспомнил сам Крамп, тогда цена вопроса сразу упадет процентов на десять.
   Неплохую задумку Руднева погубил Макаров, простодушный адмирал открытым текстом попросил промышленника прибыть в Сан Франциско для "обсуждения с Рудневым возможности постройки судоремонтного завода в бухте Золой Рог". Слегка взбодренный собственной недальновидностью (ну кто мешал разъяснить Макарову, что проситель всегда платит больше и использовать как предлог для встречи скажем обсуждение боевого применения продукции его верфи?) Руднев неожиданно повел на подготовившегося к обсуждению постройки завода фабриканту "фланговую атаку".
   - Скажите, а качество постройки этого завода оно будет на том же уровне, что и у "Варяга", которым меня угораздило командовать?
   - А что, у вас были какие то претензии к качеству постройки, - Крамп был готов говорить и торговаться по постройке завода, и столь резкая смена темы, да еще и критика его крейсера, которым вроде русские были довольны, слегка выбила его из колеи, - я считал что "Варяг" под вашим командованием героически себя проявил во всех операциях войны, в которых он только принимал участие...
   - Героически себя проявили его моряки, но никак не механизмы! Вы представляете какими потерями обернулось решение не устанавливать на орудиях щитов для прикрытия расчетов?
   - А я здесь при чем? - искренне удивился Крамп, - вооружение поставлялось русской стороной, да и отсутствие щитов тоже было одним из требований заказчика...
   - Вот только строящийся по тому же тех заданию "Богатырь" получил орудийные башни и казематы, и стал, кстати, родоначальником серии из четырех кораблей, - не сдавался Руднев, - будь ваши проектировщики по прозорливее, заказ мог бы быть вашим. А неудачные котлы, а постоянно выходящие из строя механизмы, а подшипники, которые в разгар войны пришлось менять на изготовленные в Питербурге... Это тоже все было сделано спешно и кое - как "по требованию заказчика"?
   - Я в первый раз слышу, что у русского флота есть претензии к качеству постройки "Варяга" или "Ретвизана", - если до начала переговоров Крамп был рад, что со стороны русских из ведет бывший командир его крейсера, с мостика которого он ушел уже контр адмиралом, то теперь...
   - А вы имели беседы с кем - то из русских офицеров, которые на них служили? И кто из русских моряков стал бы жаловаться во время войны на качество своей боевой техники? Не до того было, да и японцам нельзя было наши слабые стороны демонстрировать. У них кстати есть поговрка по этому поводу "не пристало воину жаловаться на недостаточную остроту своего меча". Вот мы и не жаловались... Но если вам интересно, то я могу пригласить механика "Ретвизана", узнаете о качестве работ ваших верфей много нового, - мгновенно отпарировал Руднев, сознательно сгущавший краски -- качество постройки крейсера было в общем на уровне требований времени, а "Ретвизана" так пожалуй даже несколько выше, - ладно давайте вернемся к заводу... Я слышал у вашей компании серьезные проблемы с заказами?
   Действительно испытывавший трудности с ведением дел Крамп был в ходе недельных переговоров дожат Рудневым, и завод во Владивостоке был построен за умеренную цену, и в рекордно малый срок. Причем, в секретном приложении к соглашению, за заказчиком оставалось право просить после завершения строительство судоремонтного о его расширении. До уровня завода судостроительного. Конечно, это стоило русской казне лишнего миллиона, но зато... Теперь Крампу при строительстве придется сразу закладывать базу на возможное расширение производства. И грядущий первый Русский судостроительный завод на Тихом океане будет строиться, Крампом или нет это время покажет, уже не на пустом месте. Как ни странно, после недельной грызни и обсуждений договорного крючкотворства, стоя на мостике отходящего "Ретвизана" от пирса, Петрович неожиданно заметил, что его немного отпустило... Но далеко не окончательно. Спустившись после выхода эскадры в море в свой салон, Руднев понял, что сил дойти до кровати у него еще хватит, а вот на то, чтобы раздеться уже нет. Мысленно дискутируя с самим собой на тему снимать штаны или просто рухнуть на постель как есть, адмирал вдруг услышал деликатный стук в дверь. Выматерившись и постав всех к черту, уже не мысленно, адмирал поплелся разбираться с новой проблемой. За дверью почему - то оказался священник с "Варяга".
   - Отец Михаил, что вы тут делаете? - задал вполне закономерный вопрос сонный командир эскадры.
   - Вы имеете в виду здесь на "Ретвизане" или здесь у дверей вашей каюты? - смущенно промямлил Михаил, бывший однофамильцем адмирала.
   - Как командира эскадры меня интересует почему вы не на борту "Варяга", а на "Ретвизане". А как обычного сонного человека - что вам святой отец от меня надо этакого срочного, что не может подождать до утра?
   Адмирал Руднев испытывал к гм, священнику Рудневу же противоречивые чувства. С одной стороны -- любое упоминание о православной церкви вызывало в его душе протест, вызванные воспоминаниями о роли Русской Православной Церкви (РПЦ) в оставленном им мире. Вернее -- об ее полном отсутствии. С точки зрения максималиста Петровича, единственное на что были способны большинство святых отцов образца 2012 года, это шоу. У них, по его мнению, хорошо получалось стоять литургии с представителями Единной России, и освящать лимузины бандитам и олигархам. Действие первое приносило РПЦ поддержку государственную, второе -- материальную. Могла ли церковь сделать что - то еще, более полезное не для себя любимой, а для народа -- его не интересовало в принципе. Петрович всегда рубил с плеча, и ценил только результаты, а не намерения. Результатов же он не наблюдал. С другой -- сам отец Михаил не только прекрасно себя проявил при прорыве из Чемульпо**, как при воодушевлении экипажа, так и своим участием в бою. Он еще и "раскусил" двух попаданцев, напрямую спросив Карпышева "кто он такой, скрывающийся в голове Руднева". И получив на свой исчерпывающий и честный ответ, не стал дымить кадилом или бить в бубен изгоняя демонов, а сразу принял ситуацию такой, какая она есть. Этот человек, заслужил уважение Петровича, что никак "не билось" с отношением Карпышева к РПЦ в его времени.
   - Я договорился со священником "Ретвизана" отцом Павлом Ратьковким и с командирами обоих кораблей, что мы с ним поменяемся местами на этот переход. А что до того зачем я здесь, и сейчас... Всеволод Федорович, а вы не хотите исповедаться? - огорошил адмирала вопросом отец Михаил.
   С одной стороны -- плакаться в жилетку и рассказывать что -- то в лейб мотиве "простите меня святой отец, ибо я грешен", Петрович был категорически не намерен, не то воспитание, с другой... Как то не верится что столь умный и опытный "врачеватель душ" как отец Михаил, пошел бы на все хлопоты с уговариванием командиров кораблей без веской причины.
   - А что вас подвигло на мысль о том, что мне нужна исповедь? Где это я столь явно нагрешил то, неужели у вас осведомители среди работниц мадам Жужу? - поинтересовался окончательно проснувшийся от удивления Руднев, - да вы проходите, не на пороге же нам с вами беседовать в самом деле о грехах моих тяжких...
   - Ваши эскапады во Владивостоке они после долгого похода в море объяснимы, хотя и не одобряются церковью. А вот ваше душевное состояние сейчас... Вас явно что -- то чрезмерно гнетет, и я даже догадываюсь что, а самый действенный способ снять груз с души, грехи это или что еще - неважно, это поговорить об этом. Капитана Балка с нами сейчас нет, а больше вам кроме меня рассказать ВСЕ, просто некому. Вот и я решил, возможно несколько самонадеянно, предоставить вам такую возможность...
   - То есть исповедь это в моем случае просто возможность выговориться и облегчить душу? - задумчиво проговорил Петрович, жестом предлагая отцу Михаилу рюмку коньку, который он наливал себе.
   - Почему же "в вашем случае", Всеволод Федорович? - удивился Михаил так же жестом от коньяка отказываясь, - это справедливо для любого исповедующегося.
   - Забавно, никогда не смотрел на исповедника как на бесплатного психоаналитика, только как на стукача, грешным делом, - как ему казалось себе под нос пробурчал Петрович.
   - А кто такие "псих аналитик" и "стукач"? - явно не сдержал любопытство батюшка.
   - Это я вам как-нибудь потом расскажу, хорошо? - ушел от ответа Руднев, - а по поводу исповеди... Может мы просто побеседуем? Я вам выговорюсь, вы - мне... Do ut des! - это по латыни означает "ты мне я тебе"...
   - Знаете, вот стоит мне в сами пообщаться минут пять, дорогой адмирал, и сразу убеждаюсь, что вы воистину не от мира сего, - с улыбкой перебил собеседника отец Михаил, - мне можете не пояснять, что это означает по латыни. А что до беседы -- давайте побеседуем - это всяко лучше, чем оставлять всё как есть... Так что же вас так гнетет, не изгнание же из Столицы, раб божий Всеволод?
   - Слушайте вы, представитель Хозяина, - ощетинился вдруг иголками Петрович, - если мы с вами по дружески беседуем, то просьба о покровительственном тоне забыть! Или это беседа не "раба", с поставленным надо мной "хозяином" надсмотрщиком, а двух равных, или нам с вами вообще говорить не о чем!
   - Простите, ни в коем случае не хотел никого обидеть, - слегка опешил от такого наезда отец Михаил, - просто привык так называть исповедуе... Гм. Хорошо, простите, мы же действительно "просто беседуем". Хотя вообще -- то исторически "раб божий", это, поверьте, в свое время было повышение, так исстари называли только царей, все остальные были уже рабы ЦАРЯ... хотя, конечно, Господь сказал прямо: "Вы друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую вам. Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам все, что слышал от Отца Моего" (Иоан. 15:14-15). Только вот, по правде говоря, с исполнением Его заповедей мы и на рабов-то хороших обычно не тянем...
   - Да нет, это вы меня простите, просто не очень люблю это обращение, как то сразу кнутом попахивает... И в школе нас с младенчества научили что "мы не рабы, рабы немы". С детства терпеть не могу когда кто - то ко мне относится покровительственно - снисходительно только потому, что одел ментовский мундир или, в вашем случае, рясу. Да и современная мне католическая церковь так себя замарала в скандалах со священниками педофилами, что... Погорячился короче, извините, - тяжело вздохнул Петрович, - а почему вы не верите, что это "отлучение от монаршего тела" меня так подкосило?
   - Знаете, вот уж в каких из смертных грехов вы, по моим наблюдениям, точно не замечены, так это в сребролюбии и в избыточной тяге к власти, - пожал плечами священник, - а зачем еще нормальному человеку может понадобится близость к государю? Не ваше это, Всеволод Федорович, место, вращаться вокруг властей придержащих в ожидании милостей.
   - Увы да, оказалось, что не мое, - тяжело вздохнул Руднев и его наконец прорвало.
   В следующие два часа он выложил отцу Михаилу все, что он планировал сделать для подготовки России к войне И планы критических срочно необходимых реформ, способных, по его мнению если не отменить революционный взрыв, то хотя бы спустить его на тормозах... И главное, - как он все это просрал из - за неудачного дня и длинного языка. Выговорившись Руднев неожиданно для отца Михаила сам "встал в позу" исповедника и огорошил вопросом уже батюшку.
   - А теперь, согласно договору, который как известно дороже денег, расскажите ка вы мне, что гнетет ВАС? Ведь не только для облегчения моей ноши вы затеяли эту чехарду с переходом с корабля на корабль...
   - Меня пугает ваше описание состояния страны... в ваше время, которое само говорит и о состоянии Церкви, - после короткой паузы прямо ответил на заданный в лоб вопрос отец Михаил, - и больше всего пугает то, что я в это верю. Увы. Уже сейчас многие ходят в храмы не от того, что верят, а потому, что иначе им штраф выпишут... Да и наши внутренние порядки таковы, что кажется, будто синод все больше превращается в обычное министерство - все озабочены только сохранением внешней благопристойности - достаточно вспомнить историю с Порт-Артурской иконой, которая добиралась до Порт-Артура едва ли не целый год!*** В нынешнем состоянии Церковь действительно, при резких потрясениях в обществе, мало чего сможет сделать кроме собственного сохранения. А самое страшное - я не вижу, как это можно изменить! Вам в голову ничего по этому вопросу не приходило?
   - Честно говоря, я не сильно задумывался о путях реанимации РПЦ, - задумчиво вертя в руках единственный за вечер стакан с коньяком проговорил Руднев.
   - Значит, настали последние времена? - со вселенской тоской в голосе и стремительно потухающей надеждой в глазах пробормотал отец Михаил, - сначала православие обречено встать на колени, а потом и лечь, чтобы уже не найти в себе силы подняться... Вам исключительно так видится будущее? И что такое РПЦ?
   - Русская Православная Церковь это, а насчет лечь и уже не подняться... - глядя в стакан с янтарной жидкостью проговорил Петрович и вдруг хмыкнул, - сказал бы мне кто что я, махровый атеист, буду думать как можно спасти не только Россию но и церковь... Но во -- первых вы батюшка не представляете насколько вы правы -- спасти влияние православия надо любой ценой. Ибо оставленный христианством вакуум заполняется не только безобидным буддизмом, но и агрессивным мусульманством. Природа не терпит пустоты и в головах людей тоже... А ислам это, на нашем историческом этапе, религия не созидания, а, де факто, -- разрушения. Что бы муллы всего мира не пели на тему "ислям -- значит мир", везде где он начинает расширяться почему -- то неизбежно начинается война, причем обычно внутренняя. Молодая религия, еще не вышла из периода агрессивной юности, не очень она нам в России подходит... Батюшка, а вы в курсе как в Индии лечат слонов?
   - Нет, я же не ветеринар а священник, да и а Индии не бывал, - удивился как смене темы так и неожиданному углу под которым Руднев рассматривал роль православия Михаил, - а при чем тут...
   - При том, что я давным давно прочитал в одной умной книге****, - Руднев торопился высказать внезапно пришедшую идею, пока ее не спугнули другие мысли, - что иногда слоны болеют чем то вроде потери воли к жизни. Ничего не напоминает? Этот гигант просто ложится на землю, и лежит до тех пор, пока физически не может уже встать. Так и помирает...
   - И как же его лечат, поднимают домкратом? - заинтересовался отец Михаил, предпочитая пропустить аналогию мимо ушей.
   - К нему подходит маленький человечек, и сочувственно похлопав по хоботу высыпает ему в глаза и его длинный нос пригоршню молотого красного перца.
   - Однако! И не жалко им индусам божью тварь... Ну а в чем же заключается лечение?
   - Слон от боли и злости вскакивает на ноги, если он еще на это способен, и начинает гоняться за наглецом, пытаясь его растоптать. Вся хандра у него проходит, и если он еще может встать в момент.. Гм. Перцо -- терапии, то он выживает.
   - А человек, который швыряет в него перцем, он то выживает? - озаботился вопросом выживания уже не слона, а другой невинной души -- доктора, отец Михаил.
   - Если быстро бегает, то обычно да, - успокоил священника "добрый" Петрович.
   - И что же вы хотите такого острого "швырнуть в хобот" Русской Православной Церкви, дорогой адмирал? - задумчиво проговорил Михаил, решившись наконец налить коньяку и себе.
   - Ну первое что мне приходит на ум такого, что точно выдернет РПЦ из летаргии, это устроить новый раскол.
   В лицо Руднева ударил фонтан коньяка, бивший изо рта подавшегося Шустовским отца Михаила. Прокашлявшись с помощью похлопавшего его по спине адмирала, Михаил еще не обретя способность нормально говорить (а если хорошо подавиться КОНЬЯКОМ, то это очень не просто поверьте) просипел в ответ:
   - Вы что, совсем с ума сошли, господин хороший? Когда у вас болит зуб, вы прямиком направляетесь к палачу, чтобы тот отрубил вашу дурную голову, или все же сначала попробуете зайти к дантисту?
   - Вот видите отец Михаил? Сработало, - довольно потер руки Петрович, - вы сразу...
   - Я сразу еле удержался чтобы не проломить вам голову чем придется, вот этим стаканом к примеру, а лучше бутылкой!
   - Православная церковь так боится богохульства заключенного в самом слове "раскол", что всегда готова перейти к уговорам грешников путем проламывания их дурных голов? - по его мнению остроумно пошутил Петрович, но его выпад не достиг цели, Михаил уже успокоился.
   - Православная церковь прекрасно помнит, в отличие от свалившихся на мою голову непонятно откуда недоумков, что такое настоящий раскол! Это не тысячи, это миллионы русских душ, выброшенных на ветер, покинувших родину и сожжены лжепророками в бессмысленной борьбе. Словоблудие в виде потерянных абзацев старых книг или лишнего пальца при крестном знамени, уже слишком дорого обошлось русскому народу! В России на преодоление прошлого раскола и его последствий ушло несколько сотен лет и с четверть населения страны. До сих пор зачастую староверы поддерживают социалистов просто для того, чтобы напакостить власти. И вы хотите повторения всего этого сейчас? На, по вашему же выражению, "критическом этапе развития русской истории"?
   - Ну я же не всерьез предлагаю устроить раскол, а только напугать РПЦ его возможностью, - попытался пойти на попятный адмирал, но жалкие попытки ретирады были мгновенно пресечены железной рукой отца Михаила.
   - А "понарошку" раскол устроить невозможно! Или вы всерьез убедите какую то часть паствы поверить в очередную ересь, и они УВЕРУЮТ, со всеми вытекающими отсюда последствиями вплоть до костров самосожжения... Или на это никто просто не обратит внимания. Но если они, не дай Бог, искренне поверят, то будут бороться с истинным православием на смерть, любыми средствами. Ваше лекарство гораздо страшнее болезни!
   - Да неужели? - теперь завелся уже Петрович и дальнейший разговор проходил на повышенных тонах с обоих сторон, - а вы представляете, как одна из самых могучих стран в мире разваливается на части без видимого внешнего воздействия? Под аплодисменты людей верящих что это к лучшему? Просто потому, что в идею, которая была цементом построившим и держащим эту страну, перестали верить! Сейчас для большинства русского населения, эта идея, пока еще живая - православия. В моей истории ее, после долгой кровавой бани, заменила вера в коммунизм...
   - Коммунизм это вообще не религия, и он никак не может заменить православие! - решил расставить все по своим местам батюшка, но безуспешно.
   - В том то и дело, что если, а вернее когда, его идеологи догадаются его противопоставить религии, и убедят или заставят людей по настоящему поверить в него... Потом тот же трюк в Америке провернут уже с демократией, кстати. Коммунизм станет самой мощной религией двадцатого века... Вы можете представить себе Китай, всего за 50 лет вырванный из тысячелетней спячки, и ставший самой мощной промышленной державой мира? Коммунизм смог это сделать.
   - Нет... - оторопело пробормотал отец Михаил, в Китае начала 20-го века бывавший неоднократно и прекрасно представляющий каким болотом тот был, - но зачем надо было противопоставлять православие коммунизму?
   - Во -- первых, идеологическая война не возможна без врага, и лучше бы такого, которого не слишком трудно победить. Тут, простите но было именно так, церковь вполне подошла коммунистам в начале века. Во -- вторых, человеку, к тому же малообразованному, проще верить во что то одно. Или в рай для себя после смерти, или в построение светлого будущего для своих детей. Мы, пытались при написании устава ТУРВа как раз таки объединить лучшее из коммунизма, частной инициативы, чести воина... И вроде даже из этого гибрида ужа и ежа что -- то такое стало получаться жизнеспособное. Пара фабрик уже работает под его эгидой, там пробуют, с разной степенью успеха, применить этот устав к реальной мирной жизни. И поверьте, это только начало. Но если добавить в этот уже гремучий коктейль еще и "подставь правую получив по левой" и "господь терпел и нам велел"... Нас просто сметут и очень скоро! Не знаю кто и когда, но в какой то момент товарищи просто запутаются в противоположенных посылках. Когда и кому надо будет подставлять щеку, а кого бить самим, зачастую не дожидаясь удара.
   - А кроме раскола "вы", - явно выделил голосом местоимение Михаил, - хоть что -- то еще можете измыслить для пробуждения воли к жизни в православной церкви?
   - Я думаю для начала хорошо бы провести отделение церкви от государства. Слишком уж РПЦ безоговорочно привыкла к его поддержке, с таким покровителем ей не о чем беспокоится. Отец Михаил, а как вы смотрите на массовое возрождение иноков, монахов - воинов?
   - Отделить церковь от государства... Это любопытно, хотя и спорно, тут есть и плюсы и минусы которые мне надо спокойно обдумать. Не вы первый, и в самой церкви эта идея циркулирует... По инокам же, прежде всего, мне хотелось бы узнать, а зачем это надо? Солдат у царя батюшки вроде и так хватает...
   - Мне иноки видятся не только и не столько в роли солдат, а скорее политработниками что ли. Если уж у нас исповедь это аналог визита к политработнику... Имея по монаху-воину в каждой роте, будет возможность держать руку на пульсе у каждого солдата. Один рукоположенный батюшка на полк физически не способен залезть в душу к каждому из пары тысяч человек. А в случае большой войны, каждый рядовой должен четко знать, зачем он сидит в грязной яме посреди поля под обстрелом. Ради чего... И поговорить после боя солдату, в первый раз убившему врага или у которого погиб друг, будет гораздо проще не с... А черт с ним, простите за прямоту, но после боя он скорее выложит душу не безгрешному батюшке, которые его благословил до начала драки и после отпел его друга. Ему будет гораздо ближе тот, кто в этом бою работал штыком рядом с ним.
   - Возможно это решит какие - то проблемы армии, даже всей державы, допускаю. Но как столь не свойственное ей занятие как обучение монахов -- воинов, поможет самой Церкви? И почему вы ее продолжаете называть РПЦ, ведь церковь по сути едина? - пытался понять смысл новой идеи Руднева отец Михаил.
   - Знаете батюшка, вы мне немного напоминаете одного моего приятеля, у того тоже первый вопрос всегда был "а что я с этого буду иметь"... - усмехнулся воспоминанию из будущего Руднев, - по РПЦ -- это стандартное название православной церкви в мое время, не я его придумал. Зачем церкви столько иноков... А как вы думаете, если лет через двадцать они будут основной массой низового звена послушников в Церкви... То откуда тогда будет происходить основная масса простых деревенских батюшек? Мне кажется, что к ним уже не будет того ироничного отношения со стороны паствы, что сейчас столь характерно. А лет через так тридцать сорок, они уже будут иметь значительный вес и в Синоде. И что то мне подсказывает, что они смогут проводить гораздо более активную и агрессивную политику чем нынешнее поколение иерархов Церкви.
   - Боюсь, что это может быть расценено как нарушение принципа "Богу - Богово, Кесарю - Кесарево". И священников не просто так стараются не рукополагать из людей совершивших убийство, пусть даже и на войне - это потом им самим очень дорогого стоит в плане душевного здоровья... - отец Михаил, казалось, ненадолго задумался - Да и где вы найдете столько желающих пойти в монахи? Священники в деревнях - почти поголовно женатые люди. Сейчас и в обычных семинариях иногда едва ли не больше половины учатся только для того, чтобы потом иметь возможность поступить в какой-нибудь университет или военное училище...
   - Отец Михаил, это уже решать вам. По количеству иноков... Может даже монашеский статус им придавать поначалу не надо в обязательном порядке? Скорее воспитывать детей сирот несколько лет до армии, с усиленной военной и религиозной подготовкой, а потом пусть сами выбирают свой путь в жизни. Вам виднее. Я знаю только что если оставить все на самотек, то роль православной церкви на Руси будет неуклонно сокращаться. Как это исправить -- вам виднее, вы тут более компетентны, чем я. И это, пол пятого утра, уже, давайте хоть немного вздремнем до подъема.
   - Дети в монастырях, глина в руках учителя из которой можно вылепить любую потребную форму... - задумчиво пробормотал отец Михаил, - да есть над чем подумать. Но насчет пяти утра вы безусловно правы -- завтра будет день, будет и пища. Спокойной ночи желать не буду, это было бы фарисейством с моей стороны, после устроенной мною вам затянувшейся вечери.
   Из каюты адмирала отец Михаил вышел твердым шагом человека идущего к намеченной цели. Он еще не знал как ее достичь в деталях, и даже не был уверен в чем конкретно эта цель заключается. Но глядя в его прямую как палка спину, Руднев почему то поверил, что в лице этого батюшки он будет иметь поддержку со той стороны, с которой он всегда ожидал только противодействия.
   "Если отец Михаил сможет найти достаточно единомышленников и всерьез встряхнуть сонное царство РПЦ, то ему надо оказывать всяческую поддержку. Как минимум - занятая внутренними разборками РПЦ не будет нам вставлять палки в колеса с нашими проектами. В идеале же, может вообще получим в ее лице мощного союзника, лет так через десять двадцать... Необходимо будет связаться с Товарищем Михаилом, и попросить его изыскать любые возможности для проталкивания Отца Михаила наверх в церковной иерархии. Пусть уже два Михаила сами разбираются, как сделать так чтобы нашего протеже с его идеей не сожрали старцы в Синоде еще на начальной стадии...". В процессе обдумывания на пути в постель новой задачи Петрович и сам не заметил когда наконец заснул. Сыгранная через час побудка застала его лежащим на кровати не только в штанах, но и в не расстегнутом мундире. Начинался новый день.
   По прибытии эскадры во Владивосток, отец Михаил испросил разрешения срочно отбыть во Владивосток, адмирала же закрутила обычная руководящая рутина. Для начала ему на голову свалилось подразделение, с которым в русском флоте пока никто не знал что делать. А именно -- отряд подводных лодок, вещи настолько новой, что один из адмиралов распорядился им "запретить им нырять, во избежании". Изначально пару подводных лодок отправили по Транссибу на Дальный Восток еще во время войны, как дополнительный козырь для защиты Владивостока. Но зная о недостатках конструкции первых лодок, и как следствии -- их малой эффективности, Руднев "попридержал" их у байкальской переправы. В те стародавние времена кольцевой "вкругбайкальской" железной дороги еще не было построено. Каждый вагон летом переправлялся на пароме, а зимой -- катился волами по временной, проложенной прямо по льду ветке. Но то вагон... Переправа же специального транспортера, на котором покоилась многотонная туша подводной лодки это операция посерьезнее. Сначала по приказу Руднева до ледостава поторопились пропихнуть максимум грузов, необходимых для подготовки эскадры к сражению при Шантунге. Перекатывать транспортеры по ледяной железной дороге никто не рискнул. Нагрузка на ось была раз в пять больше чем у обычного двухосного вагона начал века. Никто не мог сказать, выдержит ли лед такое издевательство, или подлодка будет "спущена на воду" а вернее под лед уже на Байкале. Пришлось ждать весны, и в результате, подлодки прибыли во Владивосток уже летом 1905 года, задержавшись по сравнению с нашей историей почти на пол года. Их экипажи уже давным - давно были доставлены во Владивосток и даже успели, в большинстве, повоевать на надводных кораблях. Русский флот не имел избытка обученных специалистов, и Руднев не мог позволить куче моряков "загорать" на Байкале вместе с подлодками. Но теперь Рудневу предстояла беседа с расстроенным истинным энтузиастом подводного флота, который опоздал на войну и был ограблен в плане экипажей. Причем сам адмирал об этом еще не знал, ведь это был первый день после возвращения из похода.
   Одевшись и совершенно равнодушно прожевав свой обычный завтрак, Руднев отправился в штаб, где, как оказалось, его уже поджидал незнакомый капитан второго ранга. Острые бородка и усы делали его похожим на Дон Кихота.
   - Здравия желаю, ваше превосходительство, Беклемишев Михаил Николаевич, - представился кавторанг, - прибыл в ваше распоряжение вместе с пятью подводными лодками. Давно уже прибыл.
   Руднев вспомнил, что давным-давно ещё просил Главный Морской Штаб направить во Владивосток субмарины и поручить их командование именно этому офицеру, энтузиасту подводного флота, которого в реальной истории называли русским капитаном Немо. Неудивительно, что теперь, когда его и самого сослали из столицы, руководить развитием подводного флота надлежит тоже ему. Этому способствовало и то .что все остальные адмиралы на Черном и Балтийском морях как черт от ладана шарахались от "кораблей", для который утонуть -- ежедневный рутинный прием.
   - Рад встрече, Михаил Николаевич, - пойдёмте, побеседуем,- распахнул двери в кабинет адмирал.
   - Как добрались? - продолжил разговор Руднев, когда собеседники устроились в креслах за столом, - Какие проблемы.
   - Спасибо, доехали без происшевствий, если не считать полугодовую стоянку у Бакальских вод, - грустно улыбнулся Беклемишев, - нас там даже вторая партия из трех подлодок догнала, хотя из Питера они гораздо похоже выехали. Но главную трудность могу обозначить сразу: экипажи. Кроме меня прибыл ещё только один офицер, я сопровождал первые лодки, он вторую группу. Всех кто ехал с нами изначально вашем приказом увезли еще в сентябре, теперь они в штатных расписаниях других кораблей. Многие уже повоевали и даже награждены, а иные и просто погибли в бою. Никакими коврижками заманить на подводные лодки новых людей мне пока не удалось. В Адмиралтействе мне сказали, чтобы эту проблему решали на месте с руководством. А это теперь вы, не так ли?
   - А что так? Почему же не хотят товарищи офицеры осваивать новое оружие? Неужели боятся? Никогда не поверю, не тот народ на флоте после войны остался, все боязливые уже списаны на берег.
   - Ну во-первых эта война уже создала образ героев командующих пушками, или ведущие под огнем эсминцы в торпедные атаки - стремятся в основном к этому. А боятся... Наверное это все таки тоже. Больно непривычно всё это для них: вместо вольного ветра и снарядов противника пугающая темнота глубины...
   - Ну ничего, решим мы эту проблему. Думаю что смогу найти слова, которые заставят офицерскую молодёжь поверить в силу и важность этих маленьких но грозных корабликов. А пока предлагаю поехать полюбоваться на "рыбий косяк"***** который вы доставили.
   Лодки стояшие в порту на железнодорожных платформах глаз категорически не радовали. Они были совсем не похожи на изящные силуэты "щук" и "эсок" времён Великой Отечественной. Вместе со своей огромной подводной частью они напоминали раздувшиеся жестянки и это явно не прибавляло романтического образа субмаринам по сравнению с красавцами броненосцами или крейсерами. Руднев решил, что вряд ли стоит рекламировать эти корабли перед их будущими командирами, пока они не будут спущены на воду. А это практически неделя, не меньше.
   - Михаил Николаевич, - обернулся адмирал к Беклемишеву, - Вам вероятно классы понадобятся для занятий? Да и не только классы. Составьте мне к обеду список всего необходимого. Успеете?
   - Ваше превосходительство, - удивлённо посмотрел на Руднева кавторанг, - Я же ещё из Петербурга дал телеграмму в которой всё указал. Я думал, что уже готово.
   "Ммать!" - выругался про себя командующий и срочно запланировал на сегодня противоестественную половую связь с местным ведомством связи. Причём роль представителям этого ведомства отводилась сугубо пассивная. Хотя, может полгода назад ему эту телеграмму даже приносили, но тогда были заботы поважнее... Так, надо перевести стрелки на что -- нибудь вечное... О!
   - Напрасно так думали, - почти без паузы продолжил Петрович разговор с собеседником, - Вы как будто не в России всю жизнь прожили, бардака нашего несокрушимого не знаете. Ладно, фитиль в нашего почтмейстера я конечно вставлю, но вы пришлите мне список как устроитесь, ладно?
   - Слушаюсь, ваше превосходительство!
   - Оставьте вы это титулование, - поморщился Руднев, - Имя-отчество моё знаете? Ну вот так предлагаю и общаться. Вы один или с семьёй приехали?
   - С супругой Всеволод Фёдорович. Она как раз сейчас по поводу обустройства хлопочет.
   - Ну так сегодня можете ей в этом помочь. Устраивайтесь, а завтра к десяти ноль-ноль жду вас у себя. Честь имею!
   После обеда командиры кораблей и экипажа получили приказ обязывающий их направить через два дня младших минных офицеров, штурманов и вахтенных офицеров не старше двадцати пяти лет, обязательно некурящих в специализированные классы при Морском собрании. Прибыло около четырёх десятков человек, среди которых Руднев с лёгким обалдением увидел и своего сына. Хотя он и сам сразу понял, что удивляться тут особенно нечему: всем критериям новоиспечённый мичман Руднев соответствовал.
   Когда улеглась организационная суета и взгляды молодых офицеров обратились к командующему, адмирал начал:
   - Здравствуйте мои боевые товарищи. Несмотря на свою молодость вы с честью заслужили право носить это звание. И я пригласил вас для того, чтобы предложить вам встать у колыбели нового класса боевых кораблей, нового вида оружия, которое очень скоро станет одним из самых грозных в войне на море. Я говорю о подводных лодках. Вы конечно слышали о них, но, вряд ли воспринимаете всерьёз. А зря, поверьте. Пройдёт десяток лет и эти маленькие кораблики подрастут и смогут запирать в портах целые эскадры, разрушать морские коммуникации великих держав и ставить на колени их экономику. И я не хочу, чтобы наша с вами Родина поняла это позже других и оказалась в роли догоняющего. Мы должны успеть к новой войне, а не готовиться к войне прошедшей. И для этого нужно в первую очередь учиться, ведь самое совершенное "железо" не может воевать без людей, которые умеют им пользоваться. Поэтому сейчас России нужны именно вы - молодые, образованные, "незашоренные". Нужны, чтобы самостоятельно научиться тому, что пока не знает никто. Сначала научиться самим, а потом и научить других. При этом никто, даже я не можем вам сказать, чему вы должны научиться. Не смотрите свысока на эти неказистые суда, ещё раз повторяю: за ними будущее войны на море. Учиться будет очень трудно: каждый, кто решиться связать свою службу с подплавом должен быть и штурманом, и минёром, и механиком, и командиром. И служить будет нелегко и опасно - уж очень несовершенны пока подлодки. И малейшая ошибка может превратить ваш подводный корабль в подводный же гроб для всего экипажа. Подумайте как следует, если хотите связать свою дальнейшую службу с подводными лодками. Как видите я честен с вами. Будет тяжело и опасно.
   Выждав небольшую паузу, и послушав гул молодых голосов шепотом обсуждающих необычную речь адмирала, Руднев продолжил.
   - Напугать я вас напугал, а теперь поговорим о "прянике". Жалование офицеры-подводники будут получать минимум впятеро большее, чем их коллеги на надводных кораблях. Продвижение в чинах - в полтора раза скорее. В ваши небольшие экипажи будут отбираться самые грамотные и дисциплинированные матросы и кондукторы. Подумайте над этим. Вы будете элитой морского офицерства и экипажи у вас будут элитные.
   Руднев снова прервался и посмотрел на аудиторию. Было видно, что многие для себя уже всё решили и сейчас откровенно скучали дожидаясь конца мероприятия. Ну что же, ожидаемо. Ну и жалеть не о чем, нужны были только добровольцы. Но были заметны и те, на которых его речь произвела впечатление... Чёрт! Руднев-младший с таким востргом смотрел на отца, так горели его глаза... Командующий флотом отчётливо понял, что только что "затолкал под воду" своего собственного отпрыска.
   На следующий день к Рудневу явился Беклемишев в состоянии лёгкого обалдения.
   - Двадцать три рапорта, Всеволод Фёдорович! - недоумённо протянул бумаги кавторанг.
   - И еще пять у меня, уже от командиров кораблей, эти с протестами. Не хотят товарищи командиры отпускать своих офицеров и лучших специалистов-матросов, - усмехнулся в ответ адмирал, - так вы что, недовольны, Михаил Николаевич?
   - Нет, ну что вы, но у меня же столько лодок не наберётся. Их всего то пять.
   - Ну во-первых, а боюсь скоро ещё подвезти должны будут. У нас на Тихом от глаз начальственных подальше решили кажется устроить центр обучения подводного плаванья... А во вторых, я думаю, что скоро часть претендентов отсеется. Это они пока на жалование, романтику и служебные перспективы клюнули, а как начнутся занятия... Как прочувствуют, что они знать и уметь должны, чтобы всплыть столько же раз, сколько погрузиться... А после того, как вы их на своём "Дельфине" "покатаете... Как он кстати? Я тоже нырнуть хочу.
   - Дней через пять планирую первый выход в море. Ну а ещё дня через три, если всё в порядке будет - милости прошу.
   "Ну и кто тебя ОПЯТЬ за язык тянул, Кусто хренов? - мысленно выругал сам себя "Петрович", - Понырять, блин, захотелось, а что это не атомная подлодка а жестянка начала века кто думать будет? Теперь фиг отвертишься - вон как у "Немо" нашего глаза загорелись. Ещё бы: "Сам Руднев - Владивостокский добровольно под воду лезет!" Каков пиар то! А ну как нырнем и не вынырнем?"
   Но "слово дадено". Счасливый Беклемишев пообещал немедленно после пробного выхода доложить о результатах и тогда уже конкретней договориться о выходе в море вместе с адмиралом. Руднев поймал себя на мысли, что впервые в истории субмарина выйдет под вице-адмиральским флагом.
   Однако даже первый выход пришлось задержать: прибыл ещё один эшелон из России и вместе с ним подлодка "Налим" и два десятка балтийских матросов уже имеющих хоть какой то опыт подводного плавания. Пара лишних дней ушла на их обустройство и подготовку лодки к спуску на воду.
   Но вот наконец "Дельфин" отвалил от своего пирса и отправиля в Японское море. Очень хотелось дождаться его возвращения, но дел у Руднева хватало и без того. Те не менее, к возвращению лодки из первого выхода в Тихий океан адмирал был на месте и первым поприветствовал счастливого кавторанга. Всё прошло без сучка-без задоринки, механизмы, по словам Беклемишева, работали как часы. Погружались пока только на час, но для начала и это было неплохо. Руднев почувствовал некоторую уверенность и не столь мрачно смотрел на перспективу послезавтрашнего "ныряния".
   А занятия в "земноводных классах", как их называли промеж себя офицеры, продолжались. Четверо, прочувствовав нагрузку, уже отказались от продолжения обучения и вернулись на свои корабли. Что же, ожидаемо... Оставались самые упорные и способные. К тому же узнав, что сам Руднев-Владивостокский выйдет в море на подлодке и погрузится в ней под воду заставило некоторых колеблющихся не торопиться с подачей рапорта о возвращении на родной крейсер-броненосец.
   В назначенный день,выйти в море не получилось - появившаяся небольшая зыбь делала плавание на "Дельфине" подобным русской рулетке - любая случайная волна грозила захлестнуть расположенный всего в полуметре над водой входной люк и устроить подлодке незапланированное погружение без всплытия. Пропустив "маловажные" подробности мимо ушей Руднев рассеяно кивнул в ответ. Сейчас был занят проблемами совсем другого океана, воздушного.
   Еще на пути из Петербурга во Владивосток следующий в изгнание адмирал на пару недель задержался в Москве. Там он успел встретиться с многим интересными людьми, но главной была встреча с человеком по праву считающимся отцом русской авиации. В Москве преподавал Жуковский. Против ожидания Руднев не обнаружил вокруг него ожидаемого кружка, из которого потом выйдут многие знаменитые русские и советские авиаконструкторы. В 1905 году "детсад русской школы авиаконструирования" только начал организовываться. Но зато Жуковский получил не только существенную сумму денег. От выпускника МАИ 2006 года ему перепала огромная дозу "несвоевременной" информации по интересующей профессора аэродинамике и принципам конструирования летательных аппаратов. И без того энтузиаст аэронавтики, профессор загорелся идей летательных аппаратов тяжелее воздуха еще больше. Более того, хотя в памяти Петровича и сохранились только фамилии столпов русского авиаконструирования типа Сикорского, Туполева, Поликарпова и Григоровича эта информация тоже ушла Жуковскому. И вот теперь, спустя пару месяцев тот сообщал о первых успехах -- построена первая модель аэродинамической трубы, а из Киева перебрался в Москву молодой паренек с польской фамилией Сикорский. Если его польский гонор сможет вытерпеть выслушивание лекции у Жуковского хотя бы год, то лет через семь прототипа "Ильи Муромца" будет построен без пары врожденных дефектов имевших место в нашем мире... За это время в голове будущего конструктора должно как отче наш отпечататься, что фокус подъемной силы крыла обязан совпадать с центром тяжести самолета. А что многомоторные самолеты возможны, Сикорский и сам поймет в свое время. Хотя в той истории его на эту мысль натолкнула авария вызванная заглохшим мотором его самолета, в этот раз ее может и не быть... На всякий случай Руднев набросал схему четырехмоторного самолета, но отдать ее Сикорскому Жуковский должен был не ранее 1910 года. Отправив заказным письмом первый чертеж Петрович, неожиданно для самого себя, заперся на три дня и выдал на гора наброски в которых знатоки истории авиации узнали бы Поликарповский У-2. С этим "кукурузником" у МАИшника были связаны личные детские воспоминания...
   У-2 Поликарпова (позже переименованный в По-2) был уникален по многим параметрам. При движке всего в 100 -- 120 лошадиных сил, он разгонялся до 130 километров. Как учебный самолет, для чего он собственно изначально и строился, выполнял все фигуры высшего пилотажа, но при этом прощал ученику любые ошибки. В варианте бомбардировщика мог донести до противника до 250 килограмм бомб, как пассажирский самолет перевозил до 4 пассажиров. Да еще и мог этом мог сесть и взлететь с любой поляны, благодаря чему стал в Великую Отечественную главным снабженцом партизан. Но главное -- его реально было сделать на технологиях начала 20-го века. Если к началу первой мировой войны удастся организовать его серийное производство, то он один закроет вопрос о разведчике, корректировщике, ближнем бомбере и самолете поля боя. Осталось "всего лишь" помочь Поликарпову, который пока учился в школе, сконструировать его же самолет лет на 15 раньше. Сам Петрович не только читал про По-2, но и имел возможность потрогать один из них руками, как на земле, так и в воздухе... Как то в начале 80-х его отправили на лето к дядьке в далекую Сбирскую деревню. Семья пережала в новую квартиру, полученную от завода, но после строителей в новостройке надо было сделать ремонт. Чересчур активный пацан слишком путался бы под ногами, и его на три месяца сплавили к родственникам.
   Когда местные пацаны вечером позвали московского гостя "поиграть на самолете", тот с городским пренебрежением к селянам ожидал увидеть максимум кучу ящиков на дереве. Но в большом сарае на границе поля, куда пацаны пробирались со всеми предосторожностями, у него отпала челюсть. С отстыковаными крыльями там стоял самый настоящий самолет. Охранявший сарай -- ангар сторож, который как оказалось заметил ползущих к сарая мальчишек и влетел в ворота с криком "вот я вас сорванцы", был удивлен еще больше. Все деревенские ребята как положено дали деру от главного деревенского пугала - одноногого деда, с застарелым ожогом на пол лица. Но вот вчера приехавший городской пацан так и остался стоять с широко раскрытым ртом, не обращая на страшный ремень в руке деда ни малейшего внимания. Больше того, когда он сфокусировал наконец взгляд на грозно орущем на него старике то задал совершенно оригинальный вопрос:
   - Дедушка, а этот По-2 летает?
   Бывший лейтенант ВВС Егоркин начинал учиться летать именно на По-2. После курса первоначального обучения его определили в штурмовую авиацию, и на фронт он попал как пилот бронированного Ила. Увы, его боевой карьере долго продлилась было не суждено. В девятом боевом вылете во время штурмовки его Ил получил снаряд немецкой зенитки в мотор. При вынужденной посадке на переднем крае, до которого лейтенант смог дотянуть, самолет угораздило шлепнуться между нашими и немецкими траншеями. Вупускать шасси при посадке на перекопанное воронками поле -- почти гарантированая катастрофа с переворачиванием самолета и пожаром. Молодой пилот притер Илюшу на живот, и тот пополз скрежещя раздираемым камнями бронекорпусом прямо по противопехотному минному полю... В отличие от стрелка Денис Сергеевичу повезло выжить -- бронекорпус Ила выдержал несколько взрывов мин под брюхом пока самолет постепенно замедляясь полз по нейтралке. Пехота выдернула из кабины залитого кровью пилота, и закрывая собой его дотащили до медсанбата. Но вот раздробленную осколком левую ступню в госпитале спасти не смогли... Казалось, что летать он не будет уже никогда -- даже в 44 году хватало летчиков с ногами, а уж после войны и подавно. Но в середине 60-х в родном колхозе, куда Егоркин вернулся с войны инвалидом, его старый дружок председатель вдруг спросил Дениса, сможет ли тот управлять "кукурузником"? В соседнем районе списывали пять старых самолетов сельхоз авиации, и была возможность наложить руки на пару из них для своего колхоза. Проблема была только в пилоте...
   Сейчас у старика рука не поднялась выпороть смотрящего влюбленными глазами на самолет пацана. Он узнал в нем себя самого лет так сорок тому назад. Даже самолет был таким же самым По-2, при первом взгляде на который в далеком 42 году замер и он сам.
  -- Если через неделю придешь помогать ставить на место крылья и промывать керосином мотор, то может и в этом году полетит. Как раз поле просохнет и пора будет от жуков картошку опрыскивать и у нас, и у соседей, - настолько ворчливо, насколько только мог ответил наглецу дед, - а откуда знаешь что это именно По-2, пацаны небось рассказали?
  -- Не это я книжку читал, там картинки были... Ну и самолет то двухкрылый, а кто это еще может быть, не Ан-2 же, тот гораздо здоровее! Да хвост у По-2 вообще ни с чем нельзя, перепутать, - зачастил юнный любитель авиации, - а можно я еще завтра приду когда светло будет, посмотрю получше и в кабине посижу?
  -- Не "двухкрылый", а биплан! Грамотей... - уже чуть более дружелюбно проворчал старик.
   Так у деда Дениса появился новый помощник по расконсервации "кукурузника", а у Вовочки Карпышева - первый учитель летного дела. К концу лета Вовочка стал "галимым отбросом" местного пацанского общества -- ведь ни на рыбалку, ни на своровать яблок, ни даже подглядывать как купаются девчонки его не возможно было дозваться. "Городской" все время пропадал то в сарае, то на аэродроме со старым пилотом, который своими рассказами и призывами помочь уже давно надоел остальным деревенским пацанам. Да и мужикам тоже. Зато Вовочка не только руками, синяками и ссадинами освоил конструкцию самолета По-2 и мотора М-11. В поощрение добровольного помошника дед Денис пару раз дал ему порулить в полете. Единственное чему не успел выучиться десятилетний пацан в то лето, так это взлетать и садиться. Увы, больше вернуться в ту деревню Петровичу не удалось. Дядька приехав спустя несколько лет в гости в Москву рассказал, что дед Егоркин через два года помер, а бесполезный без пилота самолет по частям растащили на всякие деревенские надобности.
   Теперь детский опыт весьма помог в воссоздании чертежей старого биплана. Задача Поликарпова упрощалась до крайности, а если его Жуковский не найдет, то тот же самолет вполне сможет "сконструировать" и любой другой конструктор. Хотя пока Руднев изо всех сил пытался поступить честно, и отдать заслуженные лавры самому Поликарпову. Ему же предстояло и довести до ума конструкцию самолета истребителя, которую Петрович скомпоновал по обрывкам своих воспоминаний обо всем виденном и прочитанном об истребителях Первой мировой. На остатках вдохновения Карпышев успел набросать эскиз бомбардировщика моноплана для Туполева, который подозрительно напоминал его же ТБ-1. Увы, тут уже был необходим в товарных количествах дюралюминий и двигатели минимум в 400 лошадиных сил. В то, что до конца первой мировой все это будет доступно в России сам Петрович особо не верил, хотя и активно действовал в направлении ускорения промышленной революции в стране.
   Не успел он закончить дела воздушные, как пришло письмо от Макарова. Новый морской министр хотел посоветоваться с соратником по вопросу строительства батарей береговой обороны и общего облика новой серии Черноморских линкоров. На Балтике активно велись работы по переделке двух броненосцев "Андрей Первозванный" и "Павел" в подобие дренноутов. Увы, линкоры из перестроенных броненосцев получались довольно куцые, со слабой броней и малым ходом. Но Макаров в общих чертах принял задумку перенсти все усилия по постройке новых кораблей линии с Балтики на Черное море. Он стал первым участником "заговора" адмиралов и генералов, которые потихоньку, в тайне не только и не столько от противника, а скорее он собственных министерств, штабов и императора, начали всерьез готовиться к захвату Босфора.
   Только через две недели ожидания погоды вице-адмирал Руднев-Владивостокский прибыл на борт миноносца номер 150, как во флотской документации ранее обозначался "Дельфин". "Палуба" на которую ступил Петрович, живо напомнила ему студенческую молодость - ее ширина была точь-в-точь как у барной стойки а "Хангри Даке" на которой он однажды отплясывал с подружкой. Только стойка, пожалуй, была даже пошире и не находилась всего в двух десятках сантиметров над водой, и вместо топлесс Светки рядом с ним на ней балансировал бородатый командир лодки. Ну если тогда, после литров выпитого пива, море было Петровичу по колено, то сейчас под килем, даже в гавани, было метров двадцать. Спускаясь через узкий люк в пропахший машинным маслом и бензином полумрак, он невольно думал о том, что запросто может стать первым и единственным в обоих вариантах истории адмиралом, погибшим на борту подводной лодки.
   - Вот наше хозяйство, - начал экскурсию, предупредительный Белекмишев, - основные цистерны находятся в носу и корме, за переборками, вот тут - еще одна, а там под настилом - аккумуляторы... - увлеченно рассказывающий подводник за следующие десять минут умудрился рассказать о крошечном суденышке практически все, сияя от восторга от такого чуда новейшей техники.
   "Ё-моё, - глядя на все это, думал Петрович, - на какой пепелац меня занесло? Японская торпеда для смерников и то, помнится, лучше оборудована была... то есть будет. Если, конечно, появится... да уж, так оставлять это дело нельзя!..."
   В 21 веке Карпышев бывал на экскурсиях в паре подводных лодках, в основном музейных, времен второй мировой, но ТАКОЙ тесноты и скученности оборудования он представить все же не мог. Непродуманность конструкции всего и вся бросалась и лезла в глаза на каждом шагу, впрочем ягодки еще были впереди.
   - Товарищ адмирал, разрешите выполнить погружение! - прервал мысли Руднева вопрос командира лодки.
   - Разрешаю!
   - Подготовиться к погружению! - несмотря на крайне скромные размеры корабля и наличие всего одного отсека, его экипаж составлял тридцать человек, так что последующий обмен командами и докладами растянулся на пару минут. Наконец пошла команда:
   - Дыхательные клапаны красной и черной цистерн открыть! - и субмарина стала медленно но верно погружаться...
   С широко распахнутым входным люком. Заданный заметившим этот вопиющий факт адмиралом вопрос, состоявший исключительно из мата и междометий:
   - ... в ж... кривые пи...!!! Какого ... люк открыт, на ...?! Какому ... жить надоело, и почему вместо того чтобы тихо и мирно броситься под поезд, этот гандон рванный нас всех с собой на дно тянет??!!
   В ответ адмиралу разъяснили, что воздух, вытесняемый водой из цистерн выходит прямо через обитаемый отсек, поэтому закрыть люк можно только в самый последний момент.
   Некстати именно в этот момент Петрович вспомнил, что еще на Балтике из-за паники, возникшей при задержке с закрытием этого люка "Дельфин" однажды уже затонул. В тот раз далеко не все находящиеся на лодке моряки успели из лодки выбраться.
   Пока лодка медленно, подобно эстооонской гоончей погружалась, у распахнутого люка нервничающий адмирал беседовал со спокойным как удав капитаном о перспективах подобных ей кораблей.
   - Всеволод Федорович, если бы я успел во Владивосток до войны, то вам бы не пришлось принуждать Японию к миру минными постановками! - радостно и, как положено настоящему влюбленному, абсолютно игнорирую факты вещал Беклемишев, - пара не уязвимых для японцев подводных лодок полностью бы блокировала судоходство в гавани Токио и...
   - И как бы вы парой лодок с автономностью и дальностью хода как у "Дельфина", что - то там собираетесь блокировать? Этот кораблик он что, способен от Владивостока хотя бы дойти до Токио? Я про обратно уже не спрашиваю... По неуязвимости вы тоже не совсем правы -- за то время, что мы с вами спейчас "срочно" погружаемся, любой эсминец нас раза три бы успел если не протаранить то уж точно приблизиться от горизонта и нашпиговать снарядами. А с "однослойным" корпусом и полным отсутствием внутренних переборок, для "Дельфина" любая пробоина это смерть. Да и без противника, малейшее волнение и погрузиться ЭТА лодка уже не может, а штормовать на поверхности тоже не приспособлена...
   - То есть вы не верите в возможности подводных лодок? - расстроенный Беклемишев чуть не пропустил момент захлопывания люка, со всеми вытекающими, а вернее с втекающими в лодку последствиями, - так зачем же вы тогда организовали "школу подплава", как вы обозвали наш отряд? Чтобы доказать глупость моей затеи на практике?
   - С точностью до наоборот, - захлопнувшийся наконец люк отсек вид на готовое хлынуть в лодку море, что несколько успокоило Руднева, - школа она и есть школа. В школе вы должны научиться и понять, как строить уже полноценные боевые лодки, которые уже воевать смогут, а не только нырять в безветренную погоду. Увы, у вашего "Дельфина" для боевых действий возможностей нет никаких. Первое что надо сделать по возвращению в порт, это переделать конструкцию клапанов. Неужели нельзя выпускать воздух из затапливаемых цистерн не внутрь лодки, а сразу наружу? Конечно такие клапана будет не так удобно закрывать изнутри лодки, но оно того будет стоить. Потом, следующие построенные уже для войны подлодки обязаны иметь два корпуса, легкий внешний и прочный внутренний. Цистерны балласта расположим между ними, общая форма как у восьмерки, пузатая ниже ватерлинии и узкая сверху. Нормальная рубка, чтобы в надводном положении не захлестывало волнами люк. Разделение на отсеки, причем такое, чтобы с любим затопленным отсеком лодка смогла всплыть. Мощные и дальноходные торпеды, чтобы одной хватало как транспорту так и крейсеру при случае. Торпедные аппараты ни в коем случае не решотчатые, из них летом не попасть а зимой вообще обледеневшая на поверхности торпеда не выйдет из него, а нормальные. Орудие на палубе, чтобы можно было топить мелкие транспортники не тратя дорогие торпеды. Вот тогда бригада, а не пара конечно же, лодок смогут действительно оказать влияние на судоходство противника у любого порта. До тех пор, пока враг не создаст средств обнаружения и поражения подлодок, об этом я вам лет через десять расскажу...
   Петрович вовремя прикусил язык, а занятый своими обязанностями Беклемешев не обратил внимания на странную оговорку адмирала. За разговорами о перспективе лодка постепенно погрузилась на перископную глубину. Полюбовавшись видом моря в перископ, с весьма средней оптикой адмирал поинтересовался:
   - А глубже погрузиться нельзя?
   - Можно до пятидесяти метров. На самом деле у нас сейчас небольшая отрицательная плавучесть, а глубину мы держим с помощью рулей.
   - Хорошо, на сегодня, думаю, хватит... Кстати отрицательная плавучесть это не очень правильно. А сдохнет электромотор и не продуй мы цистерны, там падать до дна и будем?
   Послышались команды на всплытие, матросы стали крутить маховики пневматических магистралей, и... ничего не произошло. Даже характерного шипения сжатого воздуха в трубах не последовало.
   - Проверить магистрали пневматики, на манометре давление в баллонах 15 атмосфер, почему нет продувки балласта? - Беклемишев оторвался от обхаживания адмирала и занялся своим прямым делом.
   - А когда воздух в баллоны закачивали? - минут через пять безуспешных попыток всплыть решил поинтересоваться Петрович.
   - Так недели две назад, сразу как к погружению готовиться начали - это ж дело не быстрое -- компрессор почитай целый день молотить должен, - отозвался кто то из матросов.
   - Тогда дело, похоже, ясное... - Петрович постучал пальцем по циферблату, затем добавил чуть сильнее уже кулаком, после второго удара стрелка барометра резво перепрыгнула в окрестности нуля...
  -- Сильно залипла зараза! - резюмировал адмирал; - Воздух у вас где-то травил понемногу, вот за полторы недели почти весь и вышел... Ну, капитан, что делать будем?
   - Сейчас проверим, был ли закрыт отсечной клапан между системами топедной стрельбы и продувки балласта, - старясь оставаться максимально спокойным ответил слегка побледневший командир лодки, - если был закрыт, то давления в стрельбовом баллоне должно хватить на продувку.
   К счастью после закачки воздуха системы были разобщены, и спустя полчаса "Дельфин" показался на поверхности. От второго погружения Руднев вежливо отказался, пообещав выйти в море на любой другой подлодке, как только та будет готова к погружениям. На пирсе прощаясь с Беклемешевым адмирал напомнил ему, что снова выйти в море "Дельфину" разрешается только после переделки системы вентиляции балластных цистерн и внесения в инструкцию пункта об обязательном закрытии разобщающего системы пневматики клапана. Для утешения потускневшего Беклемешива, Руднев опрометчиво согласился выйти в море на любой другой лодке, как только та будет готова к погружению.
   Еще две недели Руднев "играл по переписке" с Макаровым, Жуковским, Вадиком, Балком и нашедшимся наконец Луцким. Тот получил приглашение от Товарищества заняться разработкой единой линейки двигателей внутреннего сгорания с одним типоразмеров цилиндра. Данные моторы предполагалось устанавливать на тракторах, автомобилях и катерах. О том, что трактора впоследствии должны были стать базой для танков, автомобили превратитсья в броневики конструктору пока решили не сообщать. Как и о главном -- о том, что срисованный с того самого стоявшего на По-2 М-11 цилиндр должен был потом вернуться обратно в небе... И не только на нем.
   Спустя месяц к выходу в море была готова следующая лодка -- построенный (ГДЕ?) "Сом". Сама лодка смотрелась чуть посолиднее "Дельфина" как снаружи и внутри. Шоу с не закрытым люком не повторилось, и общее впечатление о лодке у адмирала было вполне положительным, вплоть до момента когда пройдя на глубине в 20 метров с пол часа, Беклемишев решил подвсплыть на перископную глубину. Почти одновременно с выходом из воды головки перископа, в задней части лодки раздался непонятный скрежет, и корму лодки резко бросило вниз. Не ожидавшие дифферента в пятнадцать градусов, матросы покатились по полу в направлении кормы. Повисший на рукоятках перископа и только поэтому не упавший Беклемишев крутанул перископ, и успел заметить грязный борт шхуны, уходящей от места столкновения.
   - Осмотреться в отсеках! Доложить о поевреждениях!! Продуть кормовую балластную цистерну! - резкие команды капитана вывели команду из оцепенения, и экипаж занялся спасеним корабля.
   Течи внутри лодки не было обнаружено, аккумуляторы, электромоторы и рули работали нормально, но вот с системой выравнивая лодки творилось что -- то неладное. После продувки кормовой цистерны дифферент поначалу несколько уменьшился, но вскоре снова стал нарастать. Попытка всплыть привела только к увеличению дифферента до 30 градусов, что было уже опасно. Хотя нос лодки из воды ненадолго высунулся. Очевидно кормовая цистерна была пробита при столкновении, и теперь даже для простого удерживания "Сома" на ровном киле приходилось время от времени ее продувать, но запас сжатого воздуха на лодке был не бесконечен.
   - Знаете, наверное я для подлодок опасный тип и больше мне судьбу под водой искушать не стоит, - как мог спокойно выговорил Руднев, - втрое погружение в жизни, и во второй раз проблемы со всплытием. Как на этот раз будем выкручиваться?
   Побледневший Белекмишев ответил с задержкой, но зато по-военному четко:
   - Всплыть при полных цистернах мы не сможем. Продув носовую полностью, будем плавать как поплfвок стоя. Да и не факт что на полное продутие балласта хватит давления, мы его постоянно расходуем на продувание кормовой цистерны... Предлагаю выйти на мелкое место и выровнять давление с забортным, открыв дыхательные клапаны в цистернах. При этом мы ляжем на грунт, и тут будет полно воды, но зато можно будет открыть люк! И я считаю, что вы должны покинуть корабль первым, - непреклонным голосом произнес Белекмишев.
   - Но ведь у нас есть дополнительный запас сжатого воздуха в баллонах для пуска торпед! - услышав молодой голос адмирал с ужасом понял, что на одной лодке сейчас находилось два Руднева, - если воздух оттуда стравить в балластные цистерны то может хоть частично продуть хватит?
   - По объему воздуха на всплытие бы хватило, но остается та же проблема, как ни продувай кормовую цистерну ее через пробоины опять затопит и очень быстро, - после пары минут размышлений развеял надежды на реализацию вполне реального плана Беклемишев, - над водой рубочный люк будет не дольше тридцати секунд, даже открыть его не успеем. Но рациональное зерно в идее есть, воздух высокого давления использовать надо. Даже если просто стравить его в лодку, то при открытие дыхательных клапанов воды внутрь почти не попадет. Хотя при открытие рубочного люка под водой тут все одно такой водопад будет... Еще предложение есть?
   -Ваше благородие, а может торпеды выпустить? Они ж, заразы не легкие чуть не надорвались когда грузили, авось и всплывем... - решил, наконец, высказаться один из мотористов.
   - Товарищ матрос, на лодке сейчас практические торпеды, они специально сделаны легче воды, чтобы можно было выловить и снова стрелять! Так что они нас сейчас наверх тянут, а не вниз - тоном доброго наставника произнес Петрович, все еще в тайне надеясь, что кто-нибудь подаст реальную идею как вернуться на поверхность - Еще предложения есть?
   - Выпустить практические торпеды, закрыть крышки аппаратов и снова заполнить их воздухом из тех самых баллонов для запуска? - в голосе молодого Руднева не было ни капли страха, только азарт.
   Как внезапно понял Петрович, в свои неполные восемнадцать его сын, досрочно получивший звание мичмана за участие в бою при Шантунге и теперь осваивающий специальность торпедиста подводника, просто не мог поверить, что в этом мире есть такая вещь как ЕГО смерть. То, что для всех на борту было вопросом выживания, для него было всего лишь очередной трудной задачкой на экзамене. Вот и фонтанировал юноша идеями, причем на удивление здравыми.
   - Можно попробовать, - с уважением посмотрел на молодого мичмана капитан, - но боюсь на полноценное всплытие запаса плавучести может не хватить. Хотя люк скорее всего из воды высунется, или почти высунется. Еще кто -- нибудь, хоть что -- нибудь предложить может?
   Спустя секунду отовсюду послышалось нестройное:
   - Никак нет!
   Руднев решил что пора внести и свои пять копеек и заняться спасением лодки всерьез.
  -- Раз все высказались, слушайте мою команду! Западнее нас берег - это сплошной песчаный пляж... До пика прилива сейчас всего ничего так что начинаем действовать сейчас же. Как коснемся кормой дна, нас несколько долджно спрямить. Начинаем молиться чтобы не обломать винты и рули, и выпускам торпеды. Потом заполняем аппараты воздухом, как предложил мичман, - молодой Руднев смущенно покраснел, "а хороший моряк получается, соображает", подумалось Петровичу с отцовской гордостью, - и пока их опять на затопит, а в герметичность их крышек я не очень верю, разгоняемся насколько сможем и на полном ходу и рулями на всплытие выбрасываемся на мель... С нашими шестью узлами максимального подводного хода на песочке это не страшно. У нас на Балтике такой номер не прошел бы, но здесь в отлив море опустится сантиметров на тридцать - сорок и люк окажется почти над водой, может, даже носков не замочите, товарищи подводники... А если на грунт не ровно ляжем и корпус все же пропорет - тогда под потолком образуется воздушный колокол достаточный, чтобы все смогли спокойно вынырнуть отсюда... Если возражений нет, - командуйте, капитан!
   Через час на остатках заряда аккумуляторов лодка, жутко скреща днищем по периодически попадающимся камням, ползла по песчанному дну к берегу. Окончательно засев на мели примерно в полумиле от берега "Сом" слегка прилег на правый борт, волны легко перехлестывали через рубочный люк, и пока отдраивать его было преджевременно. Теперь оставалось только ждать пока море само отступит от берега, и можно будет выбраться из жестяного гроба и послать во Владивосток за помощью.
   Когда, уже после пика прилива, пара прибежавших из Владивостока дежурных миноносцев начала буксировать от берега потерпевшую крушение лодку, закутанный в одеяло Руднев обратился к бледному Беклемешеву.
  -- Да не переживайте вы так в самом деле! Подумаешь пробили цистерну. С пластырем на корме до порта нас быстро дотянут, а там за неделю залатают как новый "Сомик" будет. Кто из рыбок у вас следующий в очереди на погружение? Может опять меня позовете, не испугаетесь что со мной подлодки не всплывают?
  -- Вы смеетесь или всерьез хотите ЕЩЕ РАЗ погрузиться? - не поверил своим ушам энтузиаст подводного флота, - после всего того, что было в первые два погружения??? Не ужели ВАМ не страшно, Всеволод Федорович?
  -- До коричневых штанов, - вполголоса ответил адмирал капитану, - и именно поэтому я ОБЯЗАН этот страх победить. Иначе я никогда не смогу нормально командовать подводными лодками в следующей войне. Если их экипажи для меня будут кем то, кто может делать то, что я сам не в состоянии, то. Я их буду считать чем то вроде сверхлюдей или страшно им завидовать, или злиться на них без причины, тут не до нормального командования будет... Короче мне это нужнее чем вам, поверьте. Да и мой старший похоже в ваши жестянки втюрился не на шутку.
   С последними словами Руднев показал пальцем на сына, стоящего на корме миноносца и внимательно следящего за идущей на буксире лодкой.
  -- Но вы пожалуйста перед следующим выходом прикрепите к лодке буек с телефоном. В случае нештатной ситуации -- отдадим конрец что его держать будет. Буек всплывет, а на поверхности нас на этот раз будет сопровождать миноносец, на всякий подводный случай. Пока ваши лодочки не начнут стабильно всплывать ровно столько раз, сколько погрузятся будем ка мы поосторожнее... Но угробить идею подводного флота я вам уважаемый Михаил Николаевич не позволю, и не надейтесь.
   На следующее утро простуженного во время эвакуации с лодки адмирала разбудил осторожный стук в дверь. "Все же в адмиральстве есть свои преимущества", -- подумал переворачиваясь на другой бок Петрович. Сейчас денщик откроет дверь, и пошлет не вовремя потревожившего больного адмирала в... Стук в дверь повторился уже настойчивее. Странно, ведь ясно же было этому остолопу Ваське сказано - "если России не объявят войну, меня ни для кого нет". И почему он вообще дверь не торопится открывать? Стук повторился в третий раз, и теперь звучал как то издевательски. Придется вспомнить доадмиральские годы, коглда студент МАИ Петрович открывал двери самостоятельно. И выдать георгиевскому кавалеру Василию пистон щза отвратительное несение службы. Опять небось уснул шельмец или к соседской горничной пристает.
   Тихо матерясь, отчего в гостиничном серванте в такт с особо яркими выражениями позвякивали бокалы, закутаный в плед Руднев подошел к двери. Открывая дверь он язвительно поинтересовался, для кого именно приказ адмирала "без войны не беспокоить хоть пару дней", приказом не является. Руднев еще успел зыркнуть в дверной проем своим самым отработанным командирско начальственным взглядом, подвариант "как стоишь перед целым адмиралом", и тут окончательно проснулся. За дверью в парадном облачении стоял самурай... Кимоно, повязка на волосах, два торчащих из -- за завязанного головоломно сложным узлом пояса меча -- длинный и короткий. Два меча... Его собственный кортик, не разу не точившийся с момента получения кстати, висел в шкафу вместе с парадным мундирм. Частью которого он и являлся, совершенно точно не принадлежа к категории "боевого оружия". Гораздо более эфффективный револьвер, спокойно лежал в ящике стола, да и сам Петрович трезво оценивал свои шансы в рукопашной. Он -- не Балк, на такой дистанции даже с револьвером в кармане против с детства тренирующегося с мечом самурая... Он бы просто не успел достать огнестрел из кармана, не то что прицелиться и выстрелить. Если его пришли убивать, а кто знает у какого количества представителей самурайского сословия к нему с прошедшей остался неоплаченный долг крови, шансов нет. Осталось хотя бы не потерять лица, хотя странно -- вроде японские самурайские круги во время визита в Японию отнеслись к нему с благосклонным интересом... Особенно обидно будет если это -- псих одиночка, за которым никто не стоит. Вихрь мыслей пронесшийся сквозь голову за долю секунды сформировался в приветствие на японском и предложение на английском, -
   - Гомен кудасай****. Не желаете ли чашку чая? Заранее извиняюсь за качество, но мой ординарец куда то пропал, а сам я заваривать не дока.
   Против ожидания "самурай -- убийца" не кинулся в атаку с криком КИА и занесенным мечем. Японец, которому при ближайшем рассмотрании можно было дать лет под пятьдесят, удовлетворенно хмыкнул, коротко поклонился, и на довольно сносном русском ответил,-
   - Почту за честь. Хотя зная ваши пристрастия и прослышав о свежей простуде, я скорее ожидал предложения коньяка. На Ивана же не сердитесь, простая операция по устранению охраны от интересующего объекта.
   - Ну не прямо с утра же, - пробурчал себе под нос еще более встревоженный Руднев, вроде как сразу с порога его никто убивать не собирается, но устранение денщика звучит зловещще, - будет обед, а там дойдет и до коньяка если доживем... А Василия вы "устранили" чтобы со мной чай попить, ну да...
   - Простите, не мог даже предположить, что в полдень вы еще будете почивать, - слух у японца был отменный, - я могу зайти попозже. А с Василием все в порядке, он сейчас сломя голову несется в штаб получить срочный пакет доставленный из Петербурга ,с пометкой вам лично в руки. Буден наверное очень зол и разочарован когда узнает что никакого пакета в природе не было.
   - Ну раз с моим дуболомом все в порядке, а вы уже тут... Тогда время вполне подходящщее -- мы можем после чая и сладостей сразу перейти к коньяку, для моего горла грамм сто сейчас будет ой как полезно, - "не хватало еще мне завтра второго такого же визита с утра" уже без бормотания под нос подумал Петрович, - и вы смоджете изложить мне что именно привело вас ко мне, уважаемый...
  -- Утида Рёхэй, к вашим услугам*******. Я пришел чтобы заключить с вами мир, - абсолютно серьезно ответил японец.
  -- Если мне не изменяет память, - максимально осторожно чтобы не раздражать все же оказавшегося сумашедшим японца ответил Петрович, которому почему то снова захотелось пересеть поближе к ящику с револьвером, - то мир между Россией и Японией заключен уже около полугода назад. И я в любом случае не уполномочен говорить от лица моего императора, про вас и божественного тенно я не уверен конечно...
  -- Простите но я наверное неудачно выразился, русский язык не самый простой для изучения, - невозмутимо отозвался гость, - я представляю не всю Японию, а только союз офицеров японской императорской армии. Общество "Черный дракон"*******. Мы с момента заключения мирного договора внимательно следили за вашими действиями на посту командующего русского Тихоокеанского флота. И пришли к выводу, что Россия на самом деле не планирует новой войны с нашей страной. Для Японии же война на суше с Россией больше не имеет никакого смысла, выход в Китай мы получили, преобладание в Корее тоже. Тот кусок Корейского побережья и Курильские острова, что отошли по договору России взамен этого не стоят новой конфронтации. Дальнейшее развитие Страны Восходящего Солнца нашему обществу видится на территории Китая и Кореи, и этого должно быть достаточно для Империи на долгие десятилетия. А вы, уважаемый адмирал, для меня не представитель России, а один из тех, кто очевидно возглавляет общество подобное нашему.
  -- "Черный дракон", "черный океан"... - что -- то такое вертелось в голове Петровича и давно прочитанной книги, но ничего конкретного он вспомнить не мог, - да действительно я один из председателей Товарищества Участников Войн России, правда туда входят не только офицеры армии, наших флотских тоже хватает. И солдаты и матросы тоже могут вступать, что активно и делают.
   - В Японии флот и армия в большей степени конкуренты, чем соратники. Ни одного представителя флота у нас в обществе нет, как и нижних чинов конечно же, - как о чем то само собой разумеющимся отозвался японец.
   Именно эта ничего особо не значащая фраза, сказанная для заполнения возникшей в беседе неловкой паузы, и сработала как ключ с давно забытым воспоминаниям. Соперничество между армейскими и флотскими офицерами существовало всегда во всех странах имевших и флот и армию. Но ни в одной стране мира эта полупотешная война не доходила до такой ожесточенности как в Японии 20 века. Вооруженные столкновения морской пехоты и армейских частей на улицах Токио в 20-х годах тому яркое подтверждение. Страна Восходящего Солнца не могла из своих скудных ресурсах удовлетворить постоянно растущие аппетиты и армии и флота. Вот и доходило до драки, в прямом смысле этого слова -- на улицах Токио схватывались в рукопашной морская пехота флота и армейские части... Ни один самолет, даже самый удачный, не был принят на вооружени и армии флота, все истребители и бомбардировцики разрабатывались и строились разными фирмами. Армия строила для себя не только собственные войсковые транспортники, но и АВИАНОСЦЫ. Чтобы не просить горячо "любимый" флот об эскорте и воздушной поддержке при высадке, все одно моряки откажут... В какие суммы обошлось Японии это соперничество во время второй мировой подсчитать невозможно, но цифра очевидно не маленькая. И истоки этого противостояния закладывлись сейчас, при выборе стратегии развития страны восходящего солнца по итога войны с Россией. Если России Япония враг, то она нам нужна скорее слабая, тогда уголек этого внутреннего пожара надо максимально раздувать. Если же Япония потенциальный союзник, то она нужна сильная, а значит...
  -- Скажите уважаемый Утида, а вы не задумавылись над налаживанием неформальных контактов с подобным обществом флотских офицеров? Ведь оно у них наверняка тоже есть, вроде "Черный океан" если не ошибаюсь?
  -- Даже если и есть, у меня нет ни возможности ни тем более желания выяснять даже как оно называется, - пожал плечами гость, - а уж налаживать контакты... Зачем?
  -- Это вы то, один из лучших разведчиков Японии. Не можете найти у себя в стране тайное флотское общество? Скорее не видите необходимости. А что до того зачем это вам, - после короткой паузы Петрович решил играть начистоту, - если в этой войне взаимодействие армии и флота кое как вам удалось наладить, то исключительно потому, что Россия была противником номер один них для обоих. А вот что будет дальше? Флоту интереснее если дальнейшее развитие Японии пойдет в сторону Южных морей, а для армии более привлекательна экспансия в Китае и Корее. Хватит ли Японии ресурсов на удовлетворение аппетитов двух хищников сразу, и как быстро дойдет до драки между ними? И вы уверенны что император и совет генро поставят интересы армии выше чем интересы флота?
  -- Зачем ВЫ это говорите МНЕ, господин Руднев?? - слегка опешил японец как от напора русского адмирала и от неожиданной точки зрения, - какой вам интерес в решении внутренних проблем Японии?
  -- Если нам придется опять воевать против вас, то я сейчас подкладываю своей стране большую свинью, - усмехнулся Руднев, - ведь любая распря и нескоординированность в стане противника была бы на руку России. Но я настолько уверен, что в следующей войне мы будем на одной стороне, что искренне заинтересован в максимальном усилении Японии. Хотите верьте, хотите нет. Так как насчет коньяка? А то по старинной русской традиции, настолько серьезные вопросы без стакана решать нельзя.
   На следующий день на квартиру Рудневу доставили с нарочным секретный пакет из Морведа. Макаров, по знакомству, прислал для ознакомления проекты конкурсных линкоров первой послевоенной серии. Последовала неделя бессоных ночей проведенных на телеграфе. В результате ругани с использованием несчетных точек и тире, Рудневу кажется удалось донести до Питера необходимость правки как схем бронирования, так и вооружения будущих рабочих лошадок первой мировой. На очереди было рассмотрение проекта береговой обороны Финского Залива и линкоров второй серии.
   А потом пришло короткое письмо и Петровичу резко стало не до авиации и флота. Срочно пришлось координально менять планы на весь следующий год -- Вадик использовал обговоренный при расставании экстренный код. Срочно требовалась общая встреча, но при российских просторах и средствах транспорта начала 20-го века срочная означала летом следующего года в Москве. Напрямую им собираться имперетор не запрещал, но на нежелательность таких встреч всем четверым намекнули достаточно прозрачно. Оставалось надеятся, что у докторишки был достаточно серьезный повод и что -- то, что децйствительно нельзя доверить письму и телеграфу. И срочно испрашивать в Главморштабе разрешение на отпуск в Москву по болезни.
  
  
   * Вдруг кто не в курсе -- в России есть 3 бесполезные вещи, Царь - пушка которая не стреляет, Царь - колокол который не звонит, и Царь - царь, который не правит. Во времена президентов ничего кроме названия существенно не изменилось.
   ** И снова - я не буду пересказывать "краткое содержание предыдущих серий" в новой книге. Все кому интересно, на какие произошедшие в прошлых книгах события ссылается автор, не поленитесь прочитать начало серии. Либрусек наше все)).
   *** В нашей истории так и не добралась. И эта история очень ярко характеризует духовное состояние тогдашней России. Сначала (за два месяца до начала войны) старому матросу, которому явилась Богородица и велела написать икону и доставить в Порт-Артур, как условие победы в войне, не поверили. Но это, допустим, ладно - далеко не все подобные случаи действительно подтверждаются. А вот с началом войны - 26 января - начали собирать деньги - но не более чем по пять копеек с человека "чтобы все смогли поучаствовать" - и это уже во время боевых действий! Само собой, что когда, наконец, собрали 10000 пятаков художник не взял ни копейки (как будто раньше спросить нельзя было). В итоге, концу марта всё было готово. После этого икона побыла в Петербурге, затем - в Севастополе(!) - и везде каждый большой начальник считал своим долгом не отправить ее немедленно на место назначения, а заказать себе у художника копию... В общем, добралась она до Дальнего востока через неделю после начала осады Порт-Артура. Еще несколько месяцев икона провела на квартире командующего во Владивостоке, несколько - там же, в городском соборе... и наконец, ее отправили с добровольцем в Порт-Артур аж 22-го ноября(!)... но крепость сдалась до того, как он смог в нее попасть... Даже не беря в расчет вопросы веры, думается, что начальство ТАК заботящееся о боевом духе личного состава, привести войну к другому результату и не могло.
   **** Ефремов, "Лезвие Бритвы". Хорошая старая добрая советская фантастика. Очень рекомендую кстати.
   ***** В качестве имён подводных лодок использовались как правило названия рыб и прочих водных обитателей. Что, на мой взгляд, предельно логично для подводного судна. Так например в данном случае во Владивосток прибыли "Дельфин", "Сом", "Форель", "Осётр" и "Косатка".
   ****** Японское приветствие.
   ******* Утида Рёхэй,глава Общества "Черный Дракон", кроме прочего, мастер боевых искусств (кэндо и дзюдзюцу - пресловутое джиу-джицу) и классический сенсей, по своей сути, да и по стилю. В нашей истории ошарашил (?) придя в гости заключать мир спустя пару лет после окончания боевых действий.
   ******** Общество армейских офицеров существовавшее в Японии начала 20-го века. По одной из версий название произошло от формы устья Амура, похожего на спящего дракона. Именно за обладание Японией этого стратегически важного пункта и вела войны с Китаем а потом и с Россией японская армия.
  
  

Глава 2. Тяжело в учении, а умрем в бою.

  
   Капитан второго ранга Балк наблюдал в бинокль за атакующим его батальон полком. Спешно закрепившийся на берегу батальон морской пехоты был через сутки послк высадки атакован. Противник успел подтянуть к месту высадки армейский полк с артиллерией, и по всем законам военного дела десант должен был быть вскоре сброшен обратно в море. Как бы ни были тренированны его люди -- трехкратный перевес и нормальная артиллерия обязана снесли легкую пехоту (а что еще может быть высаженно с лодок на необорудованный берег за сутки?) обратно в прибой в течении светового дня. Единственно что могло бы спасти десант -- огневая поддержка тяжелых корабельных орудий, но увы - туман и шторм исключали возможность ведения кораблями прицельного огня по берегу.
   С рассветом подоспели конные разъезды, быстро впрочем отогнанные плотным винтовочным огнем секретов засевших в кустах. Еще через пару часов началась артподготовка, в ходе которой две батареи трехдюймовок выпустили примерно с сотню снарядов на орудие по свежевыротым окопам. И вот теперь на окопы накатывались цепи солдат в белых гимнастерках. Когда до линии окопа оставалось примерно метров триста с обоих флангов по атакующим ударила пара замаскированных пулеметов, не обнаруженных разведкой. Не обращая ни малейшего внимания на перекрестный расстрелл в упор пехотные цепи перешли со скорого шага не бег и спустя минуту ворвались в окопы обороняющихся.
  -- Ну что Василий ?(отчество), третья атака и по прежнему ваш батальон не может остановить наступающий полк и по итогам боя сброшен с плацдарма в море, - ехидно прокомментировал итоги третьего дня учений командующий группой посредников полковник (КТО?) Генерального Штаба, - и ничего из обещенного "нового в тактике ведения оборонительного боя" вы нам так и не показали. Выходит зря мы выписали из столицы кинематографическую группу? И вообще я не понимаю зачем вы настояли на третьей атаке. Результат абсолютно такой же как и у первых двух -- десант сброшен в море. Батальон без артиллерии атаку полка с артиллерией выдержать не может, сие аксиома известная любому армейскому офицеру.
   С соседней вышки где стояли приглашенные на совместные учения армии и флота генералы послышались довольные ухмылки. С последствиями настоящего пулеметного огня по плотной пехотной цепи из присутствующих генералов был немного знаком только повоевавший под Порт Артуром Кондратенко. Но тот пока решил промолчать.
  -- Ну мы то флотские, - неожиданно весело отозвался Балк, - и армейские "аксиомы" без доказательства на веру принимать не обязянны. По итогам вчерашней "атаки" мой верный заместитель Ржевский поинтересовался - "а вот будь у нас в пулеметах боевые патроны, сколько бы из этой толпы атакующих баранов добежало бы до линии окопов не по решению посредников, а на самом деле". Мне самому вдруг стало до жути интересно, и я решил проверить. Вчера я послал в ближайшие деревни купить всех овец баранов что там есть на продажу. Во время последней атаки мы провели не только киносъемку, но и хронометраж действий атакующих. Сейчас подгонят баранту, нам удалось скупить почти тысячу голов и натянут систему тросов что нам вчера на миноносце привезли. И пару якорных лебедок установят, чтобы "наступающим" помочь держать линию. Через пару часов мы с вами сможем на деле посмотреть, что бывает при лобовой атаке окопавшегося противника, у которого не выявлена разведкой и не подавлена артиллерией система пулеметного огня. Что - то мне подсказывает, что некие незыблемые армейские аксиомы придется несколько подкорректировать. Так или иначе, а шашлык на ужин я гарантирую как вам, так и всему личному составу. Хватит и матросам моего батальона, и всем солдатикам из армейского полка тоже. Много я чувствую будет шашлыка...
   Баранья атака удалась на славу... Натянутый на высоте пары метров трос, к которому через полтора метра крепились удерживающие овец вуревки, заставлял стадо "наступать" выдерживая равнение в шеренгах. Скорость "атаки" регулировали пяток дюжих матросов, крутящих лебедки, через систему блоков тянущие трос в сторону обороняющихся. С учетом того, что по приказу Ржевского закупали исключительно белых баранов, сходство с атакующей парой часов раньше пехотой было заметно не вооруженным глазом. С генеральской вышки послышался недовольный ропот, даже Кондратенко посмотрел на Балка с явным укором. Впрочем, в момент открытия пулеметами огня цепь овец мгновенно перестала быть белой... В воздухе мгновенно появилась красная дымка, от выбиваемой из животных пулями крови. Убитые овцы падали на землю десятками, раненые, жалобно блея, дергались на привязи пытаясь убежать куда угодно, и на секунду наблюдающим показалось, что "наступление захлебнулось". Но животных намеренно привязывали к стальному тросу слабыми на разрыв веревками, и сейчас раненые и мертвые овцы их просто обрывали. Неумолимая сила двух лебедок способных вытащить полтутора тонный якорь с цепью из морской безды, пролжала тянуть трос к окопам. После мгновенной паузы все еще живые овцы с воистинно бараньей покорностью продолжили обреченную "атаку", переходя с шага на бег.
   До рубежа 50 метров из тысячного стала овец живыми дошли не более двух сотен. Еще сотни полторы животных обезумев от боли и страха оборвали привязь, и теперь хаотично носились по полю боя. Винтовочная стрельба из окопов велась исключительно по этим несчастным, морпехи просто добивали раненых из жалости. К этому моменту из четырех "максимов" два заклинило от стрельбы длинными очередями, а остальные два прекратили стрельбу, так как бараны были на одной линии с окопами. Но зато основная масса стада дошла до расстояния гранатного броска, чем и воспользовались обороняющиеся. В сторону несчастных, кое - как ковыляющих животных полетели десятки гранат. Осколком при взрыве одной из них перебило наконец тянущей баранов на бойню трос, и несколько десятков выживших разбежались в разные стороны.
   Наступившая после команды "прекратить огонь" тишина нарушулась только жалобным блеянием сотен раненых животных. Такого результат не ожидал никто, включая и самого Балка. Потрясенно молчали и "оборонявшися" в окопе, и пулеметчики, и операторы двух кинокамер, и наблюдающие офицеры. В воздухе витал кислый аромат сгоревшего пороха, смешанный с тяжелым запахом свежепролитой крови.
  -- Я бы хотел пригласить господ офицеров на прогулку по полю боя. Заодно продемонстрирую обещанные новшиства в организации обороны, которым мы научились в боях под Порт Артуром. Ну а пока мы будем осматривать это поле бойни, я бы хотел чтобы вы все представили на месте трупов бедных овечек тела солдат. ВАШИХ солдат. Сколько там насчитали потерь у атакующих по результатам первых дней учений? "До десяти процентов убитыми и порядка двадцати ранеными"? Пора менять нормы, господа армейцы. Появление на поле боя автоматического оружия позволяет одному человеку на удачной позиции остановить роту. И хорошо бы нашему армейскому генштабу понять эту простую истинну ДО начала следующей войны. И обучать офицеров никогда, кроме самых отчаянных ситуаций не атаковать противника в лоб без обязательного подавления пулеметов. Как именно их давить, в том числе и ожившие уже в ходе атаки? Именно от этом я ихотел бы с вами побеседовать. Может именно наш опыт, не связанных сухопутными догмами моряков, будет особенно интересен. Прошу на поле боя господа!
   Пока офицеры и генералы спкскались с установленных на холмах вышек личный состав полка и морского батальон совместно приступил к разделке туш. Солдатам и матросам уже сообщили, что сегодня в честь окончания учений "каждому можно съесть столько баранины сколько влезет". Но почему то особого веселья на залитом овечьей кровью не было слышно. Проходя мимо очередной группки из трех солдат и одного морпеха, который легко опознавался по непривычнйо пятнистой униформе, господа офицеры услышали довольно характерный сегодня разговор. Солдаты присев в канаве были заняты разговором и обдиранием шкуры с очередной "бедной овечки". Столь увлекательное занятие вкупе с приказом "без чинов" и послебоевым расслаблением настолько притупило их бдительность, что они умудрились не заметить адмирала, целых трех генералов и пяток полковников в придачу.
  -- Иван Сергеичь, дак это же чтож, нам на четверых почитай целая овца перепадает? - удивленно и явно не в первый раз переспрашивал молоденький солдатик, у которого на лбу казалось было большими буквами написанно "первогодок не грамотный" у старого слегка седого фельдфебеля (?) - а чего тогда все такие снулые, ведь мы ж сегодня на год вперед отъедимся! Я еще и отложу пару кусков на неделю наверно, все одно столько вчетвером не сожрать за раз то, да?
  -- Дурак ты Петруха, и не уверен я, что за пять лет ты шибко поумнеть успеешь, - недовольно сплюнул вопрошаемый, сноровисто чулком стягивающий шкуру с ноги убитой пулей в голову овцы, - ты шо, правда не понимаешь, что мы полком в атаку ТАК ЖЕ как эти овцы бежали? И стреляй по нам боевыми патронами, я бы сейчас с тебя мог шкуру спускать... Хотя это вряд ли -- сам бы рядом валялся.
  -- Да ладно, овцы то они того, отстреливаться то не могут! А я с винтореза бы в тот пулемет...
  -- А че, ты правда заметил откуда стрелял пулемет пока в цепи бежал? - поинтересовался молчавший до этого не молодой мужик с казачими усами в пятнистой форме
  -- Не ну это ж не по настоящему, учения ж, все таки понарошку, - несколько замялся первогодок, - но если бы на войне то я бы...
  -- Обгадился бы ты после первой очереди, - зло сплюнул фельдфебель, - я то заметил, но не сразу. Наверное после третьей очереди. А вот сколько бы нас после нее в живых осталось... Кто вас так любо прятаться то научил, а морячки? И че за форма у вас такая пегая?
  -- Японцы под Артуром научили, - охотно отозвался пятнистый, - вот тольок за ту науку у нас из полка треть своей кровью заплатила ,кого убило, а кого поранило. Да и моряк из меня пока так себе, я ж сам с пехоты только полгода как во флот перешел. На корабли нас пока только как садиться и высаживаться с них на берег научили. Остальное -- война на берегу, ведь не моряк я, а морской пехотинец. Форма же такая чтоб вы, мазуты сухопутные, меня подольше не заметили, пока я по вам пулять из пулемета буду.
  -- А что такое мазуты сухопутные? - влез с вопросом молодой.
  -- А хрен его знает, - честно отозвался вопрошаемый, - на нас так его благородие кап раз Балк ругается. Без понятия я че это оно значит, но звучит, а?
   Этакой непочтительности глава комиссии генштаба генерал от инфантерии (ПРОШУ ПОМОЩИ КЛУБА)). Кто есть кто в русском сухопутном штабе в 1905 -- 07 гг, кого могли послать посмотреть на новшества приедлагаемый полу опальным князем Михаилом и Кондратенко? Нужен один любитель порядка. Один приверженец штыковой и один вменяемый. Ну и полковники кто там был из знаковых в будущем на Югах и при штабе в это время? Балк мог выдернуть пару известных ему по будущей истории) вынести уже не мог. Мало того что нижние чины его не заметили и никто не вытянулся во фрунт, так эти сукины себе еще и высказываться по поводу хода учений позволяют!
   - Смирна!!!!! Доложите своему начальнику что я вам дал по три часа под винтовкой каждому!!! Не вашего ума дела обсуждаете!! Вам разрешается открывать рот только чтобы орать "ура" в атаке! А вы господин капитан, - повернулся генерал ???? к истинному виновнику его гнева Балку, - что за балаган вы тут устроили? Кто вам разрешил массово расстреливать животных боевыми патронами из пулемета? Вы представляете какаю реакцию это действие вызовет у представителей Его Императорского Александра второго Общества Защиты Животных? На какие средства вы вообще закупили этот скот? Кто одобрил столь безрассудное разбазаривание казенных денег??? Почему овцы белые, это что за намеки на русского солдата?? А во что одеты ваши матросы, они своей пятнистостью похожи то ли на кикимор, то ли на леших, но ни как ни на русских солдат!! И что вы всем этим идиотским представлением хотите нам доказать? Ни малейшего практического смысла ваши экзерциссы не имеют!! Полоковник (????????), потрудитесь объяснить господину капитану первого ранга, в чем отличае в поведении под огнем обученного солдата и безмозглой овцы!
  -- Осмелюсь доложить, ваше превосходительство, всем отличается, - бодро хотя и явно выдумывая угодные начальству доводы на ходу начал полковник, - во - первых русский солдат превосходит любую овцу боевым духом, и желанием умереть нза его императуорское величество!
   В ответ на такой довод уже открывший было рот Балк подавился на полуслове что позволило полковнику развить мысль далее.
  -- Во - вторых, солдат под огнем гораздо маневренее любой овцы, - продолжал ободроенные одобритеьным киванием генеральской головы офицер, - он может двигаться перебежками в сторону пулемета чтобы взять его на штык, залечь под огнем пока у пулемета не закончатся патроны или не заклинит ленту. Да если просто расстреливать ведущий обстрел цепи пулемет залповым винтовочным огнем, это уже не даст ему вести эффективный огонь! А не просто по тупо по бараниему бежать вперед не ускоряя шаг. Ну и в конце концов, солдат у царя батюшки слава Богу хватате. Мобилизационный потенциал России не имеет себе равных в мире и некие неизбежные на войне потери вполне компенсирутся демографически в кратчайние сроки. То есть если по простому, чтобы и господам морякам понятно было - быбы нам солдат еще нарожают ,у супостата на них ни пулеметом ни патронов не хватит, не беспокойтесь.
  -- Давайте я буду отвечать на все обвинения и доводы наших уважаемых армейских коллег по порядку, хорошо? - откашлялся наконец Балк, - по поводу цвета овец - да белые были закупленны умышленно. Но не для того, чтобы проовести параллель с цветом полевой русской формы ,а чтобы поставить пулеметчиков в сходные условия при прицеливании. Хотя я был удивлен, что спустя почти год после высочайшего указа о введении в войсках формы защитного цвета противостоящей моему батальону полк по прежнему одет в белое.
   Командир потлка пробурчал под нос что то на тему сроков смены формы и скудости армейского бюджета. Что тоже не добавило оптимизма представителям Генштаба.
  -- Весь скот который будет сегодня съеден закуплен на не казенные деньги. Униформа в которую одет мой батальон экспериментальна, - продолжил объяснения Балк, продолжая медленно но верно вести за собой офицеров к одной ему ведомой цели, - и действительно ее цель не нарядный вид солдата на параде. Она разрабатывалась как максимально удобная и минимально заметная на поле боя. Переодевать в нее всю армию действительно преждевременно и чрезмерно, но некие ударные части наверное имело бы смысл. Теперь самое интересное, по маневренности и выживаемости солдат на поле боя при плотном пулеметном огне...
   Как ни оттягивал Балк этот неприятный и опасный для себя разговор, рано или поздно он должен был состояться. Очень тяжело объяснить людям военным что - то, что было вынесено из опыта войны, которой еще не было. Пока дял всех офицеров всех армий мира пулемет это просто быстро стреляющая картечница... Для того, чтобы понять как его появление изменит ситуацию на поле боя военной мысли всего мира надо будет четыре года с упорством идиота бросать пехотные цепи в атаки на срытые артогнем траншеи. Снова и снова удивляясь, что пара упрямо уцелевших среди воронок лунной поверхности пулеметов ОПЯТЬ исправно выкашивает наступающих. И снова пара суток артобстрела, снова пара полков выбитых при очереднйо атаки и наконец успех - наступающие продвигаются на два километра до следующей линии окопов. Рецепты прорыва оборонительных линий были найдены только ближе к концу Первой Мировой войны. А пока Балку предстояло максимально доступно объяснить высокой комиссии что все из знания пехотного боя можно выкидывать на помойку. И постараться никого при этом не обидеть... Консервативность военной мысли не знает границ, и фраза о подготовке военных исключительно к прошедшей войне имеет очень глубокий смысл.
  -- Мы максимально повторили рисунок движения атакующих нас цепей пехоты __??_____ пехотного полка (кто там в Крыму мог принимать участие в показушных учениях от армии? ). Никаких попыток перебежек, залегания, штыковой атаки пулеметных позиций или даже простой имитации обстрела пулеметов ружейным огнем нам продемонстрированно не было. Ни в одной из полудюжины учебных атак. Поэтому мы, офицеры Первого батальон Морской пехоты Черноморского флота, решили, что нам продемонстрированна стандартная тактика современной пехотной атаки русской армии. И, как могли, проверили нашу систему оборонительного огня, - "пора максимально подсластить пилюлю" быстро пронеслось в голове Балка, - которую мы строим по опыту участия флотских десантных частей в Артурской компании. Под руководством присутствующего здесь генерала от инфантерии Кондратенко. К тому же, у нас есть большой резерв пулеметов, пока недоступный армии. Сейчас с кораблей первого ранга снимают по одному - два пулемета с каждого, как не эффективные против миноносцев. Вот мы можно сказать с жиру и бесимся, заодно отрабатывая их массивное применение в обороне и наступлении. Что ж до маневренности солдата под пулеметным огнем и обстрела пулеметов из винтовок... Мы как раз дошли до обной из огневых позиций. С нее по моему приказу пока не снимали маскировку, и как видите местоположение пулемета не так то просто заметить....
  -- Не так уж и сложно, - встрепенулся "активный" полковник, попадая в полготовленную Балком ловушку с головой, - вот зачем вы выкосили траву и кусты в секторах обстрела? По этим дорожкам ваши пулеметы замечаются в пять секунд!
  -- Мы на этом поле до открытия огня вообще то ничего не косили. - усмехнулся Балк, - просто когда с позиции выпускается по несколько сотен пуль из каждого пулеметного ствола, коих там два и больше... В общем травка и кусты выкошены пулями. Как при такой плотности огня должен "маневрировать" солдат, чтобы остаться в живых... У меня фантазии не хватает представить. При определенной плотности пуль на погонный метр фронта там не выживет никакой акробат, как бы он от огня не уворачивался. Причем, специально по нему никто и целиться то не будет. Суть пулеметного огня именно в его избыточной плотности. А тех, кому повезет сквозь этот ливень живыми добежать до окопов обороняющихся, встретят гранаты и огонь ружей - пулеметов Мадсена в упор. Эффективность гранат вы видели, а ведь это далеко не отработанная конструкция, а Мадсенами нам вообще пользовать не пришлось. Ну и мы при обустройстве данной позиции не использовали ни мины, ни колючую проволоку, ни прочие придумки современной военнной мысли. Кои в том же Артуре применялись весьма активно.
  -- А вы хоть немного задумывались во что обойдется государству создание армии насыщенной пулеметами на уровне вашего экспериментального батальона? - не унимался выполняющий приказ "разъяснить" офицер, - у вас из полусотни патронов выпущенных из пулемета в цель попадет дай Бог один! Ни у одной армии мира просто не хватит мощности патронных фабрик чтобы снарядить такаую армию! Вы собираетесь каждого вражеского солдата застрелить по несколько раз? Зачем? Один выстрел из винтовки - один труп. Пулемет же, простите, ни на что кроме излишнего расхода боезапаса не способен. После первой же очереди, в настоящем бою его из обстреливаемлой цепи расстреляют из винтовок!
  -- Вы хотите победить в войне застатвив врага расстрелять все патроны по наступающим русским цепям, после чего он капитулирует? Интересаня стратегия. Насчет обстрела замаскированных пулеметов - вот вам винтовка, - Балк, который постепенно начал заводиться всерьез, подобрал из стоящей рядом ружейной пирамиды чью то мосинку и вручил ее спорщику, - отойдите метров на сто, и выпустите по пулеметной позиции патронов десять - двадцать. Можете еще пару солдатиков с собой взять для массовости выборки, а мы потом посмотрим куда именно вы попадете и с каким результатом. Сейчас только заменю пулеметчиков на чучела, и оценим эффективность. Знаете древнее китайское выражение, "практика критерий истины"? *
   Вместо "полковника оратора" винтовку взял (имена, карьеры, характеры найти) до сих пор молчавший, мотивиров это тем, что "в молодости изрядно стрелял".
   По взмаху руки Балка из под откинувшегося шагах в тридцати куска дерна вылезли четверо человек в пятнистой форме. Пока полковник с тремя солдатами отходил на выбранную им огневую позицию "духи подземные" подошли к комиссии. К всеобщему обалдению, в одном из пулеметчиков генералом Кондратенко был опознана Великий Князь Михаил. В принципе о том, что тот числился начальником штаба злосчастного батальона членам комиссии было известно. Но до сих пор за неделю учений он нигде замечен не был, из чего был сделан вполне логичный вывод, что Михаила в расположении части нет. Радушно поздоровавшись с знакомым по Артуру Кондратенко Михаил сразу начал жаловаться Балк.
  -- Вентиляция в ДЗОТе никуда не годится. За те пять часов что мы там просидели чуть не задохнулись, особенно во время ведения огня на максимальной скорострельности. Если соеденять ленты, чтобы не прерывать стрельбу, то смесь пара от охлаждения ствола и порохового дыма достигает такой плотности, что дышать практически невозможно. Нужно как то переработать вытяжную систему, если с одним пулеметом работало, то с двумя уже никак. А что, - заметил целящихся в оставленную им огневую позицию солдат во главе с полковником, - я смотрюкомиссия решила испытать наши узкие амбразуры и новые пулеметные щитки настоящим обстрелом?
  -- Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, Михаил Александрович, - ответил другу старой поговркой Балк, - а так кто бы мне поверил?
   После расстрела по позиции пулемета, которому для пущей демаскировки нацепили на срез ствола лоскут красной тряпки, полусотней патронов, комиссия приступила к осмотру повреждений. В амбразуру ДЗОТА влетело с десяток пуль, пять из которых завязли в утолщенном бронещитке пулемета. Еще одна повредила охлаждающий кожух пулемета, из которого тонкой струйкой вытекала вода. Чучело изображающее пулеметчика получило "легкое ранение соломенной головы" отлетевшим от бронещитка при пробитие осколком.
   - Браво полковник, - искренне восхится Балк, - отменная стрельба. Нам при отстрелах для сравнимых резукльтатов приходилось выпускать патронов раза в два - три больше. Но пока этот поврежденный Максим заклинит от перегрева, он еще короб патронов сможет выпустить. Да и заделывается эта дырка довольно просто и быстро, можно замазкой, а то и просто деревянным чопиком забить.
  -- Ну хорошо, допустим вы нас убедили - правильно используеммый в обороне пулемет - чудо оружие, - попытался наконец повернуть дискуссию в конструктивное русло Кондратенко, - что дальше? Все одно прорывать такие позиции противника нам придется, и что прикажите делать если артиллерией не удалось подавить те самые пару пулеметов? Не атаковать вообще? Или вы и тут что нибудь эдакое придумали?
  -- Решений вообще то существует несколько. Одно техническое - атакующая пехота должна сопровождаться некими самодвижущимяся повозками, способными спокойно передвигаться по полю боя, не уязвимыми дял огня пулеметов и способными эти пулеметы подавить из мелкокалиберных орудий.
   Глаза Михаила при упоминание о любимой игрушке нездорово заблестели, но из розовых мечтаний на землю его вернуло ядовитое замечание генерала.
  -- А что нибудь из реальной жизни ,а не из творчества господина Жуля Верна, вы нам можете предложить? Подобных повозок пока нет. Бронеавтомобили при каждой пробе могут пройти по ровному полю внен дороги не более полуверсты.
  -- В мастерских флота в Севастополе мы сейчас работаем над новым движетелем для бронемобиля, полный привод на три оси или полугусеничное шасси...- увлеченно начал было Михаил, и тут же сдулся под тяжелым взглядом Балка, напоминающим о договоренности не разглашать подробности этого проекта до его успешного завершения, - но результатов раньше чем через пару лет не ожидаем. Но свет клином на бронемобилях не сошелся. Самым простым решением представляется массированный огонь гаубичной артиллерии, калибром от пяти дюймов и выше, способный полностью подавить систему обороны на коротком участке.
  -- Самый простой - да, - задумчиво потянул Кондратенко, - но вот реализуемый ли на практике? В каждой дивизии иметь по гаубичной батарее, да с запасом снарядов достаточным для подавления системы окопов... Это никакого военного бюджета не хватит. Ни российского, ни британского ни немецкого.
  -- А зачем вам в каждой дивизии гаубицы? - удивился Балк, - достаточно организовать и обучить пару тройку особых гаубичных полков прорыва. Больше чем в одном месте за раз начступать не нужно, да и вообще вредно. Ну а чтобы максимально эффективно эти полки использовать, и не растерять преимущество массированного огневого налета из - за плохой подготовки атакующей пехоты... Роман Исидорович, помните когда мы прорывали блокаду Дальнего? Какой неожиданностью тогда стало для японцев выдвижение на нейтральную полосу нашей пехоты ДО окончания артподготовки? Мы попробовали этот удавшийся тогда опыт творчески переработать, и сейчас хотели бы продемонстрировать комиссии что из этого получилось.
  -- А гаубицы у вас вместо роялей в кустах стоят? - ядовито поинтересовался кто то из полковников, - что т оя их до сих пор не заметил. А без реального гаубичного обстрела вы нам ничего нового показать не сможете.
  -- Давайте заключим небольшое пари, - данный персонаж активно н енравился Балку, и тот решил на его примере преподать небольшой урок всем остальным армейским офицерам, - сейчас на берегу нет ни тодной гаубицы. Но если через полтора часа я смогу вам продемонстрировать артналет силами одной батареи, вы мне разрешите показать, вам все ,что мне заблогорасудится по поводу вашей фразы "бабы еще солдат нарожают"ю. Если же артнатлет н есостоится, я клянусь подат ьрапорт об отставке с поста командира бригады морской пекхоты. В которую должен развернуться наш батальон к концу следующего года. Принимете?
  -- С удовольствием, - не менее зло отозвался полковник, - я неоднократно принимал участия в ученгиях по погрузке пехоты на пароходы, в рамках подготовки к БДО. И точно знаю, что за пару часов гаубицам тут взяться неоткуда! До ближайшего оборудованного порта где можно разгрузить орудий три часа голопом, даже свяхись вы с ним отсюда по телеграфу! А орудия еще надо установить на позиуциях... В общем я ничем не рискуя даю вам фору еще в полчаса, срок пари два часа!
   Криво усмехнувшись Балк взял у ординарца ракетницу, и в небо взлетела красная ракета. По этому сигналу небольшой пароход, болтавшийся под параме в полумиле от берега резщко увеличило ход, и к направилось прямиком к погкутому мелкой галькой берегу. Когда спустя четверть часа корабль проскрежетав по камням откинут аппарель, из него на берег выгрузились не только четыре упряжки со 120 мм Крупскими гаубицами, но и пара десятков мангалов.
  -- Вы заранее подготовились, это не честно! - подал голос очевидно проигравший поковник.
  -- Скажите, если вы лет через десять попадете с освоей дивизией в засаду в заранее подготовленный огневой мешок, вы тоже пошлете телеграмму вражескому командиру, что это не честно? - решил окончательно добить оппонента Балк, - в общем я уже попросил ординарца, после ужина мы вам попробум организовать просмотр персонального шоу ужасов.
  -- Персонального чего? - переспросил кто - то из членов комиссии.
  -- Увидите. Вернее полковник ...... увидит, а вам расскажет, зрелище будет не аппетитное, - отрезал Балк, - что до высадки на необорудованный берег... Мы взяли проект мелкосидящей паровой шаланды, на которой местные купцы возчят грузы по лиманам. Добавили более мощный двигатель, окидную носовую аппарель и балластную цистерну в корме для задирания носа. Вместе они, при глубинах у берега более полутора метров, а на Черном море это почти норма, позволяет высаживать десан не замочив ног. Это первый в мире десентный транспорт**, и с его использованием высадка десента в Турции становтся реальной. Нга каждой такой "шаланде" можно установить по парк 4" орудий, и они сам испособны будут прикрывать войска при высадке. Но самое интересное, при правильном подходе казне массовая серия таких кораблей вообще ничег остоить не будет. Если дать купцам, согласным стоить на Черном море и впадающих в него рекам именно такие корабли для своих первозок налоговые послебления лет на пять... При одном маленьком условии - на время войны эти корабли с экипажами конфискуются на нужды флота и менять проект в плане подкреплений для орудий и носовой аппарели запрещается. Они сами, с удовольствием заплятят за пару тройку десятков таких кораблей. Причем - строиться они будут на казенных верфях, что принесет государству немалые деньги. А каждый рейс такого кораблика к побережью Турции, это высаженный на берег батальон или орудийная батарея. Причем ,высаженные не в порту, который еще надо захватить, а на любом подходящем пляже. Где никакой береговой обороны нет в помине.
  
  
  
  
  -- * Ну не ссылаться же было капитану первого ранга Балку на истинного автора этих слов политического ссыльного Владимира Ильича Ульянова?
  -- ** Краткая история создания первого в мире специализированного десантного транспорта выглядит именно так. И именно в России. Лет на 10 позже, в ходе первой мировой войны они были поставлены в серийное производство.
  
  
Оценка: 8.73*79  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Гатаулин "Вирусапиенс" Е.Звездная "Хелл.Обучение наемницы" Е.Малиновская "Демон-хранитель. Сделка" А.Флим "Я - лорд звездной империи" А.Кувайкова "Друзей не выбирают. Эпизод 1" А.Вербицкий "Испытания на прочность" И.Сафина "Принц для роскошной женщины" А.Илларионова "Оборотни Его Величества" М.Князев "Полный набор-5. Бог Дракон" А.Баренберг "Вторым делом самолеты. Выйти из тени Сталина!" В.Гвор "Прорыв выживших. Враждебные земли" Ю.Скуркис "Роковое наследие" А.Радов "Изгой: Начало пути" В.Горъ "Граф-3. Клинок его Величества" В.Хватов "Ядерная осень" А.Валерьев "Объект Родина" В.Коротин "Броненосцы победы" Я.Денисенко "Закон сильного" О.Виноградова "Непристойное предложение" М.Михеев "Путь домой" Е.Никольская "Мой огненный и снежный зверь" О.Шовкуненко "Оружейник-2. Бой без правил" В.Поляков "Чернокнижник" О.Говда "Рыцарь" Ю.Иванович "Лиходеи Апокалипсиса" Н.Кузьмина "Летящая против ветра" В.Поселягин "Я - истребитель"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"