Что я знаю о Ф. Дюрренманте, кроме его войны в Тибете практически ничего. Теперь, что мы знаем о Хармсе, кроме его отношения к детям, и почему его называли всуе капуцином, ничего. Что я знаю о факте своего рождения - ничего. Как впрочем, о дате, и своих временных координатах. О погоде все они знают гораздо больше, хотя бы по сводкам новостей. Где я их встретил, об этом молчат анналы истории, также как и то, кто все эти люди. Откуда они все появляются и куда исчезают. А пока время стрельнуть сигарет. Выхожу во двор курю. Мелких торговцев вторсырьём поштучно я знаю. Только не ясно, почему меня узнают все городские уборщики. Что им всем надо. Этот вопрос уже задаёт себе ни одно поколение. Герцог Анжуйский тут не причём. Как и впрочем, не ясно, зачем приходят и почему не остаются. Здесь уже проще быт не устраивает. Меня, даже бессонными ночами быт вполне устраивает. О солнцестоянии можно узнать у соседа напротив, период распада воздержания легко узнаётся по степени угрюмости выражения лица зеленщика, того, что из соседней лавки. С потенцией становиться всё нормально, как только состоится покупка десятка яиц. Вот только яйца всё те же!