Волшебный город
Журнал "Самиздат":
[Регистрация]
[Найти]
[Рейтинги]
[Обсуждения]
[Новинки]
[Обзоры]
[Помощь]
Волшебный город.
Поезд приблизился к заветному месту.
Наконец-то.
Всю жизнь я мечтал попасть сюда. Волшебный город. Он не единственный в мире. На других континентах есть еще несколько городов.
Но этот особенный. В нём смешались все народы, все идеи и варианты развития, какие только можно вообразить.
Ещё в детстве узнал, что на планете существуют Особые места. Одни их называют "Волшебными городами", другие "Городами Сказками". Кто-то считает эти места мифом. Есть даже те, кто утверждает, будто жил там, но вернулся. Мы, конечно, этому не верили. Какой нормальный человек добровольно уедет из Города Сказки?
Страна, к которой я принадлежу, раньше была разделена на множество маленьких частей. Люди говорили на разных языках, верили в разный Первоисточник, по-разному совершали трансформацию в другое состояние. Но потом что-то случилось и всё изменилось. Около пяти миллиардов людей вымерло. Остальные ушли в леса и горы. Но остались и те, кто укрылся в Волшебных городах и продолжает вести ту жизнь, какая была до Сдвига. Говорят, у них там есть то, чего мы никогда не видели. Люди живут в многоярусных домах и могут подолгу не выходить на свет. Жизнь с наступлением ночи не замирает, а становится иной.
Теперь вся планета - Страна. Все говорят на одном языке, никто не воюет. Все земли - общие, потому что их хватает.
Места, где живут люди, мы именуем городки. Со времен как количество населения на Земле резко сократилось, никто не испытывает недостатка в пространстве. Часто можно выйти за городок и в течение долгого времени не встретить ни одного человека. Всегда есть возможность заниматься созерцанием.
Но острое желание своими глазами увидеть Волшебный город с возрастом не покинуло меня. И достигнув двухсотлетия, я, наконец, решился отправиться в землю моей мечты.
Я вышел на пирон. В лицо ударила волна странного запаха. Похоже, это был запах местной пищи. Достаточно специфический. Голодно заурчало в желудке, несмотря на то, что я только что поел в поезде.
Бесконечные толпы народа, как единый организм текли в разные стороны, закручивались и сталкивались, создавая непрерывное движение. Столько людей на одном куске земли мне никогда прежде не доводилось видеть. Хотя, может, это только тут, на вокзале. Нужно всего лишь выбраться наружу.
Но об этом оказалось проще подумать, чем сделать. Потоки людей с их мыслями и странно тяжёлой энергетикой обступили меня плотным кольцом. Голова потяжелела, а в груди неприятно засверлило. Продвигаться среди этой толпы стало нереальным. Я решил - нужно просто перелететь их.
Я собрался в одно ядро и медленно поднялся над головами. Обычно мне это удаётся легко. Но сейчас меня со всех сторон окружила неизвестная вязкая энергия. Она не принадлежала никому из этих людей, но казалась совершенно живой. Я не понял - что это.
Внезапно народ зашумел. Их лица вытянулись, а глаза округлились. Совсем уж не нормальные стали тыкать пальцами и выстреливать в меня потоками негатива. Я очень быстро сгруппировался и стал просеивать все, что они в меня кидали, что бы их мусор во мне не задерживался. Обижено завопил:
- Эй, вы чего? Зачем вы стреляете в меня?
Но они будто не слышали и продолжали галдеть и размахивать руками. Тут я понял, что они даже не видят, что стреляют. Они вообще, не в курсе, что умеют это делать.
Мне стало совсем не по себе. Я взбрыкнул ногами и рванулся в сторону какой-то арки. Оказалось - это самодвижущаяся лестница. На ней горбатыми пингвинами замерли люди. Увидев меня, эти странные создания пригнулись и тоже стали тыкать в мою сторону. Я стремительно пронесся над ними. Увидел какую-то дверь, и, едва не задев ботинком краснолицего толстого мужика, вырвался на улицу.
Я резко вдохнул. Перед глазами заплясали цветные мухи. Клубы выхлопов застряли в горле, как не прожеванный кусок хлеба. Голова налилась свинцом. Глаза выпучились, как у глубоководной рыбы. На глаза попалось маленькое деревце. Оно осторожно затаилось между каменной стеной и мусорными баками. Я метнулся к нему, мельтеша ногами в воздухе. С разгона налетел на ствол и зарылся лицом в редкую листву.
Прохожие тоже оказались дикими и хмурыми. Они, то и дело, останавливались, смотрели, как я вишу в листве, указывали на меня и переговаривались. Эка невидаль. Будто никогда не видели, как люди летают.
Во избежание очередных атак со стороны жителей Волшебного Города, я задержал дыхание, выбрался на открытый участок и, под крики изумленной толпы, стремительно помчался вверх.
Поднявшись так высоко, что бы с земли меня было сложно рассмотреть, глубоко вздохнул. Воздух и на такой высоте оказался отвратительным, хотя и не разъедал лёгкие.
Надо было что-то делать, где-то поселиться. В нескольких километрах на юг виднелись легендарные многоярусные дома. Я помчался туда.
Оказалось - люди обитают в них, как пчёлы в улье. Именно так, как рассказывали в школе. Такие смешные.
Я завис у одного окна. За стеклом возле древнего приспособления для обмена информацией сидела девушка с короткими красными волосами и стучала по клавиатуре.
Она так сосредоточенно смотрела в монитор, что не сразу заметила меня. Я беззаботно болтал ногами в воздухе. Она обернулась и замерла. Глаза расширились. Потом ступор кончился. Она вскочила и истошно завопила сиреной.
Я улыбнулся и дружелюбно помахал ей.
Девушка с округлёнными глазами прекратила орать, осторожно подошла к стеклу, открыла окно и резко отскочила назад:
- Ты...ты как это делаешь?
Голос у неё оказался приятный, хоть и подпорченный никотином.
- Делаю что?
Она смотрела на меня так, будто увидела говорящего кота.
- Да ты ведь... Летаешь!
Я не понял, что она хотела этим сказать:
- Летаю. Все летают. Что тут такого?
Она ещё более ошалело уставилась:
- Все?! Кто все?! Что, блин, происходит! Я вроде не хапала...
Я не совсем понял, что она сказала. Вроде язык один, но говорит как-то несвязанно.
- Слушай, - начал я, - Я не понимаю того, что ты говоришь. Что тебя смутило или удивило? Все летают. И я хотел спросить, не могла бы ты дать мне приют на несколько дней, пока я буду изучать Волшебный Город?
Девушка потрясла головой, зажмурилась, потом открыла глаза. Снова закрыла их, сильно потерла ладонями и выжидающе уставилась на меня. Я все еще висел в воздухе.
Она таращила глаза:
- Ладно. Очуметь...
Она отошла в сторону, я влетел в окно и опустился на мягкий ковёр.
Комната оказалась не такой просторной, какой выглядела с воздуха. Но, видимо людям нравилось, иначе бы они так не жили.
Девушка села на диван и всё тем же неуверенным голосом выдавила:
- Ты вообще кто?
Её испуганные вибрации толкали меня из стороны в сторону. Можно было ничего не спрашивать и даже не смотреть, что бы понять её состояние.
- Давай я тебе всё расскажу, а ты решишь, как поступить. Ты ведь местный житель?
Она кивнула. Я продолжил:
- Так вот. Я из земли городков. Наслушался легенд и рассказов о Волшебном Городе и решил посетить его, не смотря на все предупреждения и опасения.
Она скривилась:
- Волшебном Городе?
- Да. Такие места, как это называют Волшебными Городами и Городами Сказками. Но о них в действительности мало кто толком знает. Поэтому я решил сам отправиться сюда. Добирался на доисторическом транспорте.
Она уставилась:
- На карете что ли?
- Почти. На поезде.
Девушка буркнула:
- Ну не такой уж это и доисторический транспорт, - потом смерила меня оценивающим взглядом и добавила, - Хотя с твоими возможностями это может казаться действительно чем-то древним.
Волны страха становились всё слабее, а голос зазвучал более уверенно. Я опять не совсем понял её.
- Э. Да. Наверное. Так вот. Ты мне дашь мне приют?
Она некоторое время смотрела на меня. Видимо искала какой-нибудь подвох. Потом встала, обошла меня кругом, осмотрела с головы до пят. Я думал - сейчас начнет обнюхивать. Но она ограничилась многозначительным "хм..." и сложила руки на груди.
- Хорошо. Только давай так: если у меня что-нибудь пропадёт или начнёшь домогаться - тебе придёт крантец.
Я попытался переварить её слова.
- М. На каком диалекте ты говоришь? Я постоянно не могу уловить смысл твоих слов. Вроде по-нашему. Но совершенно не понятно. Если ты говоришь о своих сбережениях, то можешь не волноваться. Они меня не интересуют. Мне просто нужен приют.
Девушка окончательно осмелела.
- В общем, ясно мне. Оставайся. Только не надолго. Можешь спать здесь, - она указала на диван, - кухня и туалет в той стороне. И... я Настя, но все называют Сойка. К тебе как обращаться?
- Киоли. Можно просто Кио.
Она озадаченно наклонила голову.
- Какое странное имя. Как инопланетянин какой-то.
Я улыбнулся:
- Ну. Всё относительно.
Повисла минутная пауза. Я рассматривал потолок и стены. Ничего замысловатого. Однотонные цвета во всем. Только на стенах куча всякого барахла приклеено.
Сойка всплеснула руками:
- Ты наверное есть хочешь!
Она, как птичка, выпорхнула из комнаты.
Я не был голоден. Мне вообще не требуется есть чаще двух раз в день. Бывает и одного хватает с головой. Но что бы не огорчать хозяйку, сказал:
- Пожалуй, можно.
Из кухни донёсся голос:
- Тогда иди сюда.
Кухня оказалась ещё меньше, чем предыдущая комната. В ней разместились стол, холодильник, газовая плита и еще один доисторический прибор - телевизор.
Я сел на деревянную табуретку. Сойка быстро организовала большие бутерброды. По запаху я не понял, из чего они состоят. Как оказалось, в этом Волшебном Городе мне вообще сложно ориентироваться так, как привык.
В чашку полился кофе. Тошнотворный комок подкатил к горлу.
Сойка поставила бутерброды и кофе передо мной и добродушно улыбнулась:
- Вот. Пожалуйста. Угощайся.
На тарелке оказались два куска хлеба, сверху них толстый ломоть колбасы и сыра. Запах кофе резко бил в нос, от чего начала шуметь голова. Я не на шутку встревожился:
- Соечка, ты отравить меня хочешь?
Она не поняла.
- Что?
- Ты не обижайся, но кофе - яд. Колбаса - тоже. Давай так: колбасу в ведро, а сыр с хлебом я съем. А в стакан лучше водички. Хотя я не так уж голоден.
Сойка, похоже, всё-таки, обиделась. Презрительно фыркнула:
- Ты что, из этих, борцов за здоровье, трезвенников-язвенников? Ещё скажи, что не куришь, не пьешь, наркотиками не балуешься и спортом занимаешься.
Я кивнул. Сойка всплеснула руками:
- Ну, вообще пипец. Ко мне влетел в окно ботан-телепат.
Она селя рядом взяла один из бутербродов и смачно откусила. Продолжая жевать, Сойка отхлебнула из чашки опасную жидкость.
- Так откуда ты? Говоришь - все летают. Значит, у вас каждый может так - фррр... и полетел куда хочешь?
Я жевал не очень вкусный хлеб с сыром. Показалось, что он сделан из старой муки, или, может, в неё что-то подмешали.
- Вообще да. Каждый новорожденный обладает всем набором способностей. Но как только малыш достигает четырёх лет - они немного ослабевают и их необходимо укреплять. Первой, и одной из важнейших, остаётся защита. Ибо в момент опасности ребёнок должен уметь защищаться. Это умение остается с человеком на всю жизнь. Но это не самый лучший способ взаимодействия. Более важное умение - пропускать и не оставлять в себе ничего, что могло бы навредить. Важно уметь быть открытым и любящим.
Я говорил, рассматривая интерьер кухни. Краем глаза заметил, как Сойка перестала жевать, напихав за щеку побольше хлеба и, не моргая, уставилась на меня, как на пришельца.
- Я что-то не то говорю?
Сойка резко замотала головой, давясь сквозь набитый рот:
- Нет-нет. Просто я никогда ничего подобного не слышала и не видела. Это как проповедь святого отца по телевизору. Ты говоришь, что вы летаете, телепортируетесь, передвигаете предметы силой мысли и кидаетесь огненными шарами. Мы такие способности видим лишь в кино. Никто! Ни один, понимаешь? Ни один житель города не может сделать даже часть того, о чем ты говоришь.
Я застыл:
- Вы ничего этого не умеете? И ты не умеешь?
Сойка отрицательно покачала головой.
Мне вдруг стало жалко этих легендарных жителей Волшебного Города.
- Но как же вы живете? Как перемещаетесь во время дождя, что бы не промокнуть, как переносите тяжелый груз, как перемещаете гигантские камни, как оставляете маленьких детей одних, зная, что они не смогут о себе позаботиться?
Сойка только однообразно качала головой:
- Кио, всё, что ты говоришь - для нас чистой воды фантастика. У нас люди не летают, не перемещаются со скоростью света и не трясут горами.
Я понял, что Волшебный Город - странное место.
- Так вот почему, когда я вышел из поезда и полетел через метро, люди начали стрелять в меня.
- Стрелять?
- Да. Они указывали в мою сторону пальцами. Но, похоже, они даже не знали, что стреляют.
Сойка хохотнула:
- Знаешь, я тоже не знала. Больше не буду показывать пальцем...
С момента как я влетел в окно, кажется десятого этажа, поведение и выражение лица Сойки всё менялось. Теперь она смотрела на меня как на святого. Хотя я всего лишь обычный человек из городка, каких сотни в Стране. Это она должна гордиться тем. Что живет в Волшебном Городе, которых осталось всего около пяти.
- Расскажи, - попросила Сойка, - расскажи о вас, о вашей жизни. Мы ведь никогда не покидаем границ Кольца. Многие считают, что за его пределами жизни нет. Но я всегда верила, что там тоже кто-то живёт.
Я смутился. В её голосе отчётливо слышались благоговейные ноты.
- Расскажу. Только обещай, что покажешь мне Волшебный Город.
Она лихорадочно закивала и заискивающе вперилась в меня голубыми глазами:
- Да-да-да! Всё покажу. Только расскажи, пожалуйста.
Я начал:
- Мы живём в маленьких городках, которые разбросаны по Земле. Она именуется Страной. Наши дома предельно просты и содержат только необходимое. Некоторые вообще отказываются от жилища и уходят в скитания. Они постоянно пребывают в состоянии единения со Вселенной и редко обращают внимание на окружающих. Плотность людей у нас гораздо меньше. В возрасте около ста лет каждый овладевает левитацией...
Сойка подскочила как ужаленная и ввизгнула:
- Тебе сто лет?
Глаза её снова округлились, а руки упёрлись в стол, видимо, что бы сохранить равновесие.
- Нет.
Она снова опустилась на табуретку.
- В середине лета мне будет двести один. Понимаю, что молод, но...
Сойка заорала:
- Что?! Ты меня разводишь? Тебе на вид не больше двадцати пяти! - она прерывисто задышала и залпом выпила оставшийся кофе, - С левитацией я как-то уже смирилась, но то, что тебе двести лет - это полный гон!
Я не понял, что тут странного и только развёл руками.
- Соечка, ну скажи ты, наконец, почему ты так реагируешь на всё, что я говорю. И, кроме того, что такое "гон" и "разводишь"?
Сойка уставилась на меня немигающими глазами.
- Киоли, пойми, люди не живут по двести лет!
Я кивнул.
- Да. Разумеется не живут. Это ж дико мало.
Сойка взвизгнула:
- Мало?
Я хмыкнул:
- Разумеется мало. Моей бабке сейчас около полутора тысяч лет или где-то так. Никогда не мог запомнить возраст тех, кто старше меня, - я почесал голову, - Ну так вот. Телепортацией можно овладеть на пятисотом году жизни. А пока не дожил до этого момента - учишься всяким мелочам типа управление погодой и визуального увеличения предметов.
Сойка пялилась во все глаза. Сама она выглядела лет на сто восемьдесят.
- А тебе, - решил я полюбопытствовать, - который год?
Она сконфузилась:
- А ты знаешь, что девушкам такие вопросы не задают? Хотя... Ты, наверное, особый случай, - она еще помялась немного, переставила на другой стол тарелку с надкусанным бутербродом, - Мне девятнадцать.
- О боги! - вырвалось у меня.
Она выглядит на сто восемьдесят, а по факту ребёнок. Как такое возможно?
- Но как это? Как так? Так ведь не бывает.
Сойка в момент поникла и осунулась. Голос стал таким печальным, что мне захотелось плакать.
- Киоли, меня удивил твой возраст, потому, что у нас не все люди могут дожить до восьмидесяти. Они умирают в семьдесят, а то и раньше.
В голове моей будто застыл воздух. В семьдесят! В этом возрасте я даже еще и половины не знал из того, что знаю сейчас. И продолжаю учиться. О боги! Семьдесят! Это же совсем ребёнок! Но как же это возможно! Или...
- Соечка, скажи мне, как выходит, что ты выглядишь на сто восемьдесят, а прожила всего девятнадцать?
Сойка почему-то виновато выдавила:
- У нас люди быстро стареют.
Я ничего не мог понять
- Но почему?
- Я не знаю...
Сойка резко встала и ушла в комнату.
Я не видел, но чувствовал, что она почему-то плачет. "Что за Волшебный Город, в котором люди умирают, не успев родиться? Город, где люди не летают, а только топчут ногами многострадальную землю, не знают элементарных вещей. В чём его волшебство? Завтра. Я всё выясню завтра"
С этой мыслью ноги мои коснулись пола и свернулись в позу лотоса. После этого Сознание отключилось.
Утро ворвалось в сознание странным ленивым котом. Я и подумать не мог, что местная атмосфера так сильно влияет на людей. За окном висело серое небо. Дым из труб расстелился по крышам, и создалось впечатление, что многоярусные дома превратились в гигантские грибы с мутными шляпами. Со всех сторон плотным кольцом скопилось чужое давление. Я, наконец, понял, что это в соседних клеточках люди испускают негативные вибрации и толкают меня в бока.
Пройдя в комнату, обнаружил мирно спящую хозяйку квартирки. От её предложения ночевать на диване я уклонился. Сидя на полу в позе лотоса мне вполне неплохо покидать тело. Для этого не нужен мягкий диван.
Часы показали шесть пятнадцать утра. Самое время для пробуждения.
Но Сойки не было в теле. Я увидел лишь бледную ниточку, что тянулась от него куда-то далеко.
Это удивило. В такое время пора бы уже возвращаться.
Я сел на пол и стал ждать, пока она соизволит прибыть. Пока сидел мимо несколько раз пробежали совершено странные существа. Таких на Родине мне видеть не довелось. Они-то, конечно, нематериальны. Но что-то искусственное ощущалось в их энергиях.
По началу они просто бегали, не обращая на меня никакого внимания. Потом заметили, что я наблюдаю за ними. Оказалось - их это удивило. Как потом сообщили, для здешних жителей они невидимы.
Мы продуктивно поболтали. Оказалось, что они - продукт мыслей горожан, которые смогли принять форму благодаря силе Эгрегора. Этот Эгрегор питается за счёт людей, растет и развивается. Первое сравнение с пчёлами оказалось вполне похожим. Только тут они работали не на всеобщее благо, а на...даже не знаю на что. На Эгрегора. Он подсовывал жителям программы жизни и те послушно следовали ей, отдавая неиспользованный потенциал вот этому существу. Это его присутствие я постоянно ощущаю. Вот кто кажется мне ни живым, ни мёртвым, но вполне реальным. И, похоже, я ему не нравлюсь.
В постели показалось какое-то движение. Сойка потянулась и резко села. Волосы её стали похожи на красное гнездо, лицо помялось, а глаза застелила мутная плёнка беспорядочного сна. Видимо, она не умела даже соображать, куда перемещаться во время полётов.
- Доброе утро, - я улыбнулся.
Сойка испуганно оглянулась. В глазах застыло непонимание, глосс прозвучал грубо и хрипло:
- Ты что тут делаешь?
Я остался таким же улыбчивым:
- Жду, когда ты проснёшься. Спать до девяти часов вредно для тела.
Я легким прыжком поднялся на ноги.
- Ты обещала мне показать Волшебный город.
Сойка потёрла маленькими ладошками лицо, медленно спустила ноги на пол и замерла, оперевшись на руки.
- Честно говоря, - промямлила она, - я надеялась, что это всё мне привиделось: полёты, жизнь до ста лет и ты со своим здоровым образом жизни. Думала, что я всё-таки обкурилась.
Она встала и прошлёпала в ванную. Послышался шум воды. Продолжалось это около получаса. Потом Она показалась в дверном проёме с мокрой головой, но чистым лицом и освеженным дыханием.
- Ты ел?
Помня вчерашнее угощение, чувство голода отказалось просыпаться. Я отрицательно покачал головой.
- Ну и ладно. А я поем.
Она исчезла в стороне кухни, хлопнула дверцей холодильника. Было слышно, как она стучит посудой и бормочет какую-то местную песенку.
Всё это время я продолжал стоять, ожидая, что она окажется более мобильной. Но этого не происходило, И я вновь опустился на пол.
Вскоре Сойка появилась с подносом в руках, на котором слоями замерли огромные бутерброды с колбасой. Рядом томно дымился всё тот же убийственный кофе.
Она села на неубранную постель, опустила поднос на колени и ткнула пульт второго телевизора, который я не заметил в первый день.
На экране появились похабные картинки, человечки, похожие на клоунов и куча вредной продукции.
Сойка жадно откусывала бутерброд, шумно жевала, со свистом запивая из большой чашки. Глаза неотрывно уставились в телевизор. Она, казалось, загипнотизировалась этим жутким ящиком.
В наших школах даже самые маленькие знают, что телевизоры использовали для массового зомбирования людей. А теперь я это узрел в действительности. Оказалось - зрелище не для слабонервных. Очень странно наблюдать человека, который, почти не моргая, смотрит в одну точку, не понимая при этом, что все изображения, которые видит - всего лишь иллюзия, созданная для отрыва его от реального мира.
- Сойка? Ты в порядке?- я чуть наклонился вперёд.
Она дёрнулась и уставилась на меня невидяще. Потом будто вспомнила и хохотнула:
- А, да! Конечно! А что такое?
Я не стал ей ничего объяснять.
- Когда пойдём смотреть город?
Она скорчила недовольную физиономию и стала качаться из стороны в сторону, как это делают маленькие дети, когда не хотят чего-то делать.
- Ну... Давай попозже? Часа через два. Я пока соберусь, накрашусь, оденусь.
Я не понял, на что необходимо столько времени. И главное - для чего проводить все эти манипуляции, ведь если человек здоров и чист - ему не нужны никакие внешние вмешательства. А если болен - то это тоже не скроешь. Или в этом городе и такое возможно?
- Нет, ты мне обещала.
Сойка недовольно фыркнула, но поднялась с постели, подошла к шкафу и стала рыться вещах.. Потом резко повернулась и закричала:
- Может ты выйдешь? Я переодеваться буду!
От неожиданности я подскочил с места и мгновенно оказался на кухне.
Что за глупости? Неужели она подумала, что я могу подглядывать за ней или допустить какие-то срамные мысли в сторону незнакомого человека, который, как оказалось, ещё и несказанно молод? Какой абсурд...
Через некоторое время Сойка вышла в коридор. Наряд меня не порадовал, равно как и грим: тугие штаны, джинсы, вроде, называются, какая-то майка с открытым торсом, на ногах то ли кеды, то ли лапти. Я не совсем разобрал. Но самым интересным оказалось лицо: глаза сплошь покрылись черными тенями, абсолютно излишне и безвкусно, кожа, вроде побледнела, губы тоже исчезли. Скорее всего, я просто ничего не понимаю в моде и вкусах местных жителей. Видимо, это эталон красоты, ну или попытка к нему приблизиться.
--
Тут все так одеваются?
Она округлила глаза:
- Моя одежда принадлежит к одному из самых модных брендов города!
Видимо, это должно было меня сразить или удивить. Но я никак не среагировал.
Сойка презрительно фыркнула:
- Дикарь.
Мы вышли на улицу через подъезд, предварительно воспользовавшись лифтом. Очень не приятное место. Во-первых, слишком тесно. Во-вторых ужасно пахнет. Сойка предупредила:
- На людях не летай и свои выпендрёжные способности не показывай. Только когда я разрешу - только тогда. Ясно?
Она сдвинула брови и в упор посмотрела на меня.
Я только улыбнулся. Мне совсем не хотелось, чтоб Сойка чувствовала себя моим хозяином.
Ноги зашагали по гладкой плитке. Вокруг чувствовалось постоянное беспокойство и шум. Когда я впервые ощутил энергию этого города, то не сразу уловил те вибрации, которые всегда нужно обходить стороной. Вибрации смерти. Почему их тут так много, я пока не понял. От всех людей расползалось что-то неприятное и вязкое. Я поспешил укрыться в коконе.
Но это был город моей мечты - Волшебный город. И он не мог иметь только негатив. Многие архитектурные сооружения оказались настоящими произведениями искусства. Помпезная красота ослепляла. Удивительное многообразие высотных многоэтажек и старинных сооружений в стиле рококо, огромное количество конструкций культурного назначения, гигантские мосты через реки, молельные храмы, бесчисленное множество кафе, магазинов и прочих заведений... От всего этого голова пошла кругом и заслезились глаза.
Мы зашли в какое-то заведение для пополнения энергетических запасов: в кафе.
В помещении крутились разнообразные ароматы кухни, алкоголя, женских и мужских духов. Напротив входной двери расположилась барная стойка, за которой резво раздавал напитки тучный человек с редкими волосами и выпученными глазами.
Сойка прыгнула в его сторону и деланным голосом пробасила:
- Нам два "туборга", две картошки фри и два пончика.
Тучный человек недоверчиво посмотрел на неё, но ничего не возразил.
Мы сели за небольшой столик возле окна. Сойка принялась быстро тыкать пальцами в телефоне. Лицо сосредоточенно напряглось, а глаза почти перестали моргать.
За соседним столом, растопырив ноги, пара подростков. Небольшие складные мониторы освещали их лица голубоватым сиянием, и кожа от этого казалась мертвенно-синей.
Перед ними лежали телефоны, мониторы, жареная картошка, что-то черное и пузырящееся в стакане. Один сгрёб жменю картошки и отправили себе в рот. Щеки раздулись. Парень взял стакан и черная жидкость широкой струёй потекла туда же. Потом он недолго жевал, с трудом проглотил порцию, что с трудом поместилась во рту. Затем замер на некоторое время, будто готовился что-то сказать. После непродолжительной паузы рот его раскрылся и из него громогласно вырвался воздух. Его приятель шумно загоготал, размахивая руками, а парень постучал кулаком по груди и вытер нос.
Эта картина вызвала у меня смятенные чувства. Вроде вполне естественная реакция на большое количество пищи, но как-то всё слишком грязно и нелицеприятно вышло.
Миловидная девушка в белом переднике принесла наш заказ, пожелала приятного аппетита и удалилась легкой походкой.
Сойка наконец оторвалась от своего телефона:
- О! Моя любимая еда!
Она взяла бутылку из зеленоватого стекла, дернула кольцо, крышка с хлопающим звуком отскочила.
Настя потянула носом:
- М... блаженный запах, - запрокинула бутыль и стала шумно алкать.
Мне стало любопытно, что они все едят, почему так восторгаются, и что, в конце концов, за блаженный запах.
Я взял свою бутыль, откупорил и понюхал. Пахло хлебом и спиртом.
- Вы пьете спирт? - я изумился.
Сока оторвалась от горлышка и непонимающе на меня уставилась.
Я пояснил:
- Ну вот эта жидкость пахнет хлебом и спиртом.
Она махнула рукой:
- Ах, ты об этом. Ну да, мы пьём. Это алкоголь называется. Ну, или синька, бухло. Как тебе угодно.
Я опять не понял:
- Хорошо. А зачем вы его пьёте?
Сойка замешкалась, пытаясь подобрать слова:
- Ну, э..э..э. что бы расслабиться, оторваться. Ну, состояние прикольное, понимаешь?
- Нет, не понимаю.
Она стала делать различные жесты руками, пытаясь мне, неразумному, объяснить, в чём же, собственно дело.
- Ты выпиваешь, и все вокруг начинает приобретать новые краски. Точнее не то, что бы краски, а просто раскрепощаешься. То, что казалось невозможным - становится вполне реальным. Если ты, на пример, боишься подойти к девушке, то, выпив, делаешь это совершенно спокойно. Ну, понимаешь?
- Нет. Не понимаю. При всех этих эффектах, ты упускаешь самый главный - вред.
Настя скривилась:
- Ой-ой-ой. Ты прям как Минздрав: "чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью". Мы все и пьём, и курим. И ничего. Жива, как видишь.
- Сой, тебе не так много лет, как выяснилось, что бы во всей палитре ощутить воздействие того, что ты в себя забрасываешь. Выходит, вы первые двадцать лет живете в долг, а потом организм начинает этот долг потихоньку забирать. Я хорошо знаю историю и неплохо разбираюсь в исцелении. Поэтому могу сказать, как ты будешь выглядеть, и что с тобой станет, при употреблении той или иной дозы.