drblack: другие произведения.

Громкий Свет. Часть 2

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 8.74*12  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Маленькие продолжения собранные вместе (для удобства) немного подредактированные и плюс еще немножко в довесок )))


   День действительно не задался...
   Желчный Шкловский, иронично ухмыльнувшись, вручил Андрею набор инструментов. Оба они уже стояли в легких скафандрах, поскольку отсек утилизации был разгерметизирован, и теперь там царили холод и вакуум. Ремонтный набор Андрей просто прикрепил к груди на магниты. Предстояло разобрать завал обломков, залатать дыры в обшивке, и починить пресс для отходов, под который поступали все неоднократно прошедшие переработку продукты жизнедеятельности. Конечно, Андрей сильно сомневался, что на такую грубую работу капитан не выделил бы парочку роботов. Видимо это была просто воспитательная мера.
   Если бы тут пришлось работать не усовершенствованным людям, то на выполнение задачи они потратили бы не меньше недели. Абрахам же приказал справиться максимум за один день, назначив старшим команды Шкловского...
   Услышав об этом, Андрей только вздохнул и приготовился к худшему. И его опасения оправдались - если техник не говорил гадости, то просто всем своим видом показывал неприязнь.
   В отсек пришлось добираться снаружи, поскольку открывать его изнутри было бы безумием и лишней тратой драгоценного воздуха. Никаких антигравов или еще чего-нибудь в этом духе - обыкновенная прогулка пешком в намагниченных ботинках, обходя провалы вскрытых атакой орудийных батарей. Рваная дыра в боку корабля напоминала своим видом одновременно и свежий кратер и старую, плохо залеченную рану. Оттуда торчали вверх куски арматуры и вспоротые листы металла, судя по всему, в отсек попала ракета, а может даже и не одна. Гнезда пулеметов ближней защиты от мощного жара превратились в сплавленные пуговки железа. Плачевное и печальное зрелище. Вообще, глядя на состояние корабля, подступало отчаяние, пополам с бессильной злостью, сдобренное еще изрядной долей язвительности Шкловского. Ну что же, не время бессмысленно злиться, нужно работать.
   А работа поспела немедленно, нужно было как-то попасть внутрь отсека, но мешали вывернутые взрывом наружу куски металлопластика. В принципе, можно было на малом ходу проскочить между страшными зубьями, но стоило ли? Не смотря на четкость движений присущую киборгам, вполне можно было схватить разрыв скафандра или еще что похуже, и пусть от этого гибель бы не наступила, но пострадало бы такое ценное в данный момент оборудование.
   Поэтому, оценив обстановку, Андрей решил проход расчистить. Подойдя к ближайшему куску вывороченного металла, он примерился, и, что было сил, дернул на себя. Конструкция вздрогнула и беззвучно осела, тут же в голове раздался вредный голос не менее вредного Шкловского:
   - Не дергай! Ты что, хочешь, чтобы пресс сработал??? Мы его потом никогда не разожмем! Раздергался тут, силищи немеряно, так возомнил себя боевой машиной! Сначала думать научись!
   - Эй! Расслабься, а? Если такой умный, тогда говори что делать, - резонно заметил Андрей, выпуская железку из рук. Шкловский не преминул едко ответить.
   - А ты меня еще поучи, недоделок! В сторонку отойди!
  
   Ну отойти, так отойти...Андрей сделал пару шагов назад, тем не менее напряженно наблюдая за действиями так называемого напарника. Что-то ему не нравилось в общей ситуации. Непонятно что, боевой компьютер молчал, заложенные от рождения и разбуженные войной способности тоже не давали о себе знать. Вот только какое-то непонятное скребущее чувство...
   Тем временем техник осторожно обошел место стороной, присматриваясь, и нагнулся над разломом. Чувство опасности усилилось. Повиснув с помощью магнитных ботинок над разломом практически горизонтально, Шкловский изрек очередную непреложную истину:
   - Ну вот. Вовремя варвара остановил. Вот еще бы потянул немного и пресс захлопнулся бы, а у него панель управления разбита по самое не могу. Таким неучам, как ты, только волю дай...
   Андрей пропустил замечание мимо ушей, не указывая технику на тот факт, что бортовой компьютер сообщил о пострадавшем отсеке явно не меньше информации, чем известно Шкловскому, так что, откидывая опыт, землянин теперь стал не меньшим знатоком в области очистных сооружений. Но вот чувство такое странное...
   Опасное!
   -... Вот теперь все ясно, если вот здесь вот потянуть, то вот эта вот фигня упадет и проход откроет, - удовлетворенно пробормотал техник и схватился за указанную им же самим железяку. Совершенно не понимая зачем, мало того, совершенно противореча указаниям боевого компьютера, Андрей наклонился, отцепляясь от поверхности, мощно прыгнул вперед, сбивая с поверхности Шкловского и включая одновременно стартовый двигатели, стандартно имеющиеся в любом скафандре. Техник попытался было возмутиться, но его голос как-то увяз во вспышке взрыва раздавшегося за спиной. Вылетели осколки, проносясь смертельными шмелями мимо, дыра расширилась почти вдвое, открывая захлопнувшийся-таки пресс. Огонь в безвоздушном пространстве просто полыхнул и тут же исчез. Андрей развернулся по широкой дуге и снова направился к кораблю, тихонько приговаривая:
   - Ну что, умный ты наш? Нарвался, да? Боеголовочка. Маленькая такая, неразорвавшаяся. Может сломалось у нее что, может просто такая же тормозная как ты, и потому сразу не сдетонировала...
   Дзыньк, дзыньк - примагнитились башмаки к поверхности. Совершенно ошеломленный Шкловский рассматривал расширившуюся дыру, тихонько пытаясь вырваться из сильных объятий спасителя:
   - Ну ни хрена себе! - удивился спасенный, однако быстро взял себя в руки и бросился в словесную атаку. - А вот если бы ты не дергал во все стороны как умалишенный, то ничего и не рвануло бы, понял? Из-за тебя все!..
   Андрей в ответ только пожал плечами, понимая, что спорить все равно бесполезно, попутно анализируя свои ощущения. Что это было? Может просто интуиция?...
   К моменту, когда землянин доставил своего "начальника" обратно на поверхность корабля, тот уже успел собраться, и додумать, в чем же именно был виноват его спаситель. Вот только высказаться он не успел, лишь позу соответствующую принял. Руки в боки, ноги на ширине плеч, слава Богу, что под шлемом не было видно выражения лица. Он собрался было что-то зашипеть в эфир, но его голос потонул в командном голосище раздраженного майора Тарвера.
   - Шкловский! Что тут произошло? - откуда-то сверху на обшивку упали четыре громоздкие фигуры в боевых скафандрах. Маскировочного черного цвета, они практически не были видны на фоне вечного неба, лишь только заслоняя звезды. Четверо, а скафандров пять, последний записан за Андреем. Однако быстро среагировали...
   Техник даже не нашелся что ответить, сбитый с панталыку. Вместо него сказал Андрей:
   - Неразорвавшаяся боеголовка, майор. Не заметили. Ранений нет, повреждения в отсеке минимальные, учитывая общее состояние.
   Шкловский удрученно молчал.
   - Уж лучше бы сюда пару роботов выделили, - процедил майор. - Безымянный, техник-то понятно, а вот вы куда смотрели? Хотя все равно, главное никто не пострадал. Пошли обратно, ребята.
   Майор и бойцы удалились так же быстро и незаметно, как и появились, а Шкловский так и не пришел не в себя, иначе как объяснить, что за все последующее время работы он не проронил ни одного едкого слова?
  
   ********************
  
   - Справились?
   - Так точно, капитан. Отсек в рабочем состоянии, правда так до сих пор и разгерметизирован. Мы не смогли залатать обшивку.
   - И то неплохо, обшивкой займемся позже, по всему кораблю разом, - промычал Абрахам. - На всякий случай надо проверить все опасные места в поисках таких подарков, какой вам достался. Вы свободны, Безымянный.
   И все?? Андрей ожидал гораздо большего, по крайней мере, несколько минут лекций о технике безопасности, или что-то в этом роде, а капитан говорит "свободны"! Что мохнатое в лесу сдохло, не иначе! Ну что же, раз появилась свободная минутка, почему бы не посвятить оную чему-нибудь полезному? Например...
  
   Например, порыться в той тяжеленной сумке, которой его снабдили в Конторе. Там, наверняка нет ничего сверхестесственного, уж по сравнению с марсианскими технологиями - так это точно, но проверить все же не помешает, а то руки как-то не доходили.
   Доложив майору Тарверу и доктору Тою заодно, о своем местонахождении, Андрей забрался в каюту и в нерешительности остановился... Дааа, давненько он тут не бывал! Даже успел немного подзабыть, как она выглядит. Под койкой, прямо как в старинных поездах, располагалось багажное отделение, не сильно большое, буквально на пару сумок, да и не приходится обычно в длительный полет брать много личных вещей. Обычно, во время перехода на сверх скорости это все пряталось в стены вместе с прочими "лишними" предметами. Сверху, на сумках, лежал так ни разу и не использованный за ненадобностью, миникомпьютер, карманного формата. Играть в таких условиях как-то не тянуло, а читать в последнее время приходилось в основном техническую литературу и учебники. Да и не нужен он теперь, по большому счету - всю необходимую информацию организм впитывал и запоминал без помощи посторонних средств.
   Для порядка Андрей все-таки повертел устройство в руках, и со вздохом отложил в сторону, следующей была небольшая спортивная сумка с одеждой, сменой белья и прочими, как казалось ранее, необходимыми вещами. Тоже ни разу не заглянул даже. Да и маловато все теперь будет, уж в плечах-то на пару размеров землянин стал шире однозначно! Ну и повыше чуток...
  
   Кроме одежды, там были еще кое-какие вещицы. Андрей открыл боковой кармашек и вытащил под искусственный свет ламп фотографии. Самые обыкновенные, без всяких стереоэффектов и самостоятельного освещения, такого модного на Земле в последнее время. Ничего подобного, обыкновенные, матовые, немного поблекшие от времени цветные фотографии, очень старые. Их еще отец делал...
   Вот они стоят на фоне Кремля, вдвоем с мамой. Наверное, отец попросил какого-то прохожего сфотографировать. У матери отчетливо проявляется живот - она на шестом месяце беременности. "Мною", в который раз подумал Андрей.
   Их жизнь только начиналась тогда, они были счастливы...
   Или вот еще одна фотография, Андрей улыбнулся - здесь отец запечатлел, как на одном курорте хитрая обезьянка пытается отнять у матери сумку, причем обезьянка щекочет мать, чтобы она выпустила желанную вещь из рук. Мама смеется, так сильно, что даже солнечные очки упали, а маленькая воровка сосредоточенно, тем временем, тянет на себя сумку, из которой торчит банан.
   Дальше Андрей смотреть не стал, уложил фотографии обратно в тяжелый, плотный конверт и положил в шкафчик над столом. Не время сейчас к этому, не время... Нельзя сейчас поддаваться тяжелым думам. А ведь до сих пор неизвестно, куда сгинули родители, и почему единственный человек, который был рядом, оказалась ветхая, очень любимая бабушка. Авось время придет, и Андрей разберется...
   Так! Ну а вот, собственно то, ради чего свободное время и выкраивалось! Черная, с жесткими боками сумка, и если бы не форма, то получился бы чемодан. Множество кармашков, молний и магнитных замочков. О как! И не только магнитных, оказывается! Андрей приложил руку к пластине, закрывающей замки, после чего она тихо щелкнула и сообщила приятным женским голосом:
   - Разблокировано, распознан владелец, система защиты снята. - Мда, видать серьезные штучки мне тут положили...
  
   ... Через несколько минут изучения содержимого, Андрей тихо матерился сквозь зубы. Идиот! Кретин! Дурак! Восхитился технологиями Марса, и слишком был занят изучением возможностей своего нового тела! Не мог раньше посмотреть? Как многое стало бы проще!
   Взять хотя бы вот эту коробочку - простейшая на вид, всего-то пара кнопок: включить, да выключить, а сколько всего сообщает! Определитель, новый, такого во время войны не было. Показывает наличие любых форм жизни в радиусе пятисот километров! Причем настройки, вложенные в устройство, выделяют враждебные, и инопланетные существа! Рядом в упаковке лежит руководство пользователя о ста страницах.
   А вот и еще сюрприз. Наверное, марсиане перестали бы гордиться наличием временного сканера. Похоже на книгу в твердом переплете, а если открыть, то обнаруживается два достаточно контрастных экрана. Слева можно выбрать время и место, правда оное не должно быть дальше, чем несколько сотен метров от сканера, зато время было ограничено не часами, годами и неделями, а наличием в области применения прибора мыслящих и чувствующих существ. Справа можно наблюдать события, происходившие в выбранной точке пространства-времени. Естественно, чем дальше от точки позиционирования - тем хуже изображение. Очень оригинальная штукенция! Андрею даже подумалось, что совсем не стоит ее сейчас рекламировать...
   Захлопнув книжку, Андрей ввел пароль на вход, и положил ее на дно сумки. Все-таки формат у нее удобный, можно подмышкой таскать, и никто не догадается. Что у нас далее?
   А вот это, видимо, следует показать мистеру Норрису и капитану Абрахаму! Переносное навигационное устройство. Характеристики точно сможет выяснить только мистер Норрис, поскольку в таком деле, как навигация Андрей был полным профаном. Даааа, судя по всему, родное руководство выгребло все подвалы, приведя в состояние аффекта научно-экспериментальный департамент. А дядька-начальник там, несмотря на свой невнушительный вид, вполне мог порвать на кусочки, поскольку был попутно самым сильным из известных телекинетиков. Что-то я начинаю уважать Семена Валерьевича еще сильнее! Особенно за навигационный прибор, тут уж поневоле задумаешься, а не видел ли начальник будущее, хотя и говорил, что это не в его силах?
   Еще тут же нашлось с десяток примитивных свето-шумовых гранат, действующих по тому же принципу, что и медальончик. Очень маленьких, потому их вполне можно было таскать в кармане. Андрей выгреб их из коробки, похожей на лоток для яиц, и положил в шкафчик, после чего недоуменно замер - на дне, матово поблескивая черными боками, лежал самый обыкновенный, но так неуместно выглядящий, пистолет. Огнестрельный, пулевой, калибра 9 мм...
   Землянин с опаской, будто змею, взял древнюю игрушку, от которой тянуло слабым запахом оружейного масла. Система неизвестна, никаких надписей нет, так же как и номера. Щелчок флажком, и в подставленную ладонь упал магазин на двадцать два патрона. "Странно, зачем мне это?" подумал Андрей, убедившись, что даже патроны были самые обыкновенные, если не брать во внимание конусообразные пули, которые вполне могли пробить легкий бронежилет. Семен Валерьевич ничего и никогда не делает просто так. Ну ладно, тоже в шкафчик.
  
   Остальное место в сумке занимали разнообразные учебники и таблицы, разъясняющие особо одаренным среди слаборазвитых, каким образом необходимо жать на кнопки. Помня об одном из законов Мерфи, в котором говорилось "Если вы перепробовали все, а у вас ничего не получилось - прочитайте, наконец, инструкцию", Андрей прилежно пролистнул все эти тома, усвоив информацию в них изложенную и решив, что надо делать дальше.
  
   Сначала к майору Тарверу...
  
   **************
  
   - Майор! - позвал Тарвера Андрей, отвлекая того от сварки. Следуя своему принципу, марсианин не доверял работу с вооружением роботам и делал все сам, например, сейчас проваривал плечевой щит на скафандре, поврежденный взрывом.
   - Ааааа, возмутитель спокойствия! Справились с работой? - обернулся майор, и отложил в сторону переходник. Сварка велась посредством того же самого встроенного в руку плазматора, только для этого требовалась специальная перчатка. - С чем пожаловал?
   - Да вот... Тут времечко представилось и я покопался в наследстве, что мне начальство оставило. Есть интересная вещь, очень нам помочь может. Вот, взгляните, - Андрей протянул определитель.
   - Так, так, что тут у нас? - Тарвер нажал на кнопку, и перед ним тут же высветилась небольшая картинка. - Примитив, конечно, страшный. Отображение на экране, мда, поставки напрямую на нерв нет. Но, вот действует шикарно. У него разрешающая способность какая?
   Андрей, успевший уже нахмуриться по поводу высказывания о примитиве, деликатно кашлянул и сообщил, глядя в потолок:
   - Пятьсот.
   - Метров? В принципе неплохо, но у нас есть модели работающие на дистанции до пяти тысяч...
   - Километров, - добавил Андрей и с улыбкой посмотрел, как меняется лицо у Тарвера. - А еще имеет восемь уровней фильтрации, и определяет разумные формы жизни...
   - Да ну! Правда, что ли? Тогда беру свои слова назад! Только ты пока Боженскому не рассказывай, договорились? А то отберет для исследований, а когда дело касается новых технологий, его не остановить даже боевому киборгу. Отнимет, и никакие приемы рукопашного боя не помогут. А вообще спасибо.
   - Об чем речь, майор! Я вот только жалею, что раньше не догадался посмотреть, что мне с собой Контора отправила.
   Тарвер задумчиво повертел в руках прибор, положил его в нагрудный карман и посмотрел на землянина.
   - Знаешь, что я тебе скажу, Андрей? Странные вы все-таки люди. Ты и твоя Контора. Я, конечно, не эксперт по таким делам как судьба или ясновидение, но мне кажется, что все происходит по заранее известному расписанию. Как и когда должно. Даже смерть и потрясения. Даже войны.
   Можешь назвать это суевериями старой военной машины, но даже любовь всегда приходит тогда, когда должна придти, не раньше и не позже, - рассмотрев удивление в глазах собеседника, Тарвер усмехнулся. - Не считай меня фаталистом, но я думаю, что всему свое время и место. Если подумать, то всего одна мелочь может изменить ход вещей и не привести к тому результату, который имеется сейчас. Кто знает для чего и почему мы есть? Почему именно тебе довелось попасть под взрыв гранаты, вышвырнувший тебя из окна? И почему именно в твоих глазах наш Абрахам и старейшие увидели шанс? Просто делай, что должен, и что можешь, а там уж и другие не подкачают.
   - Нет, майор, странный все-таки вы. Вроде бы кажется, что знаешь о вас практически все: старый вояка, которого убивали уже несколько раз, а глядь, и солдат оказывается философом!
   Тарвер рассмеялся:
   - Все мы такие, те, кому приходится жить среди камней на Красной Планете! Вы просто плохо нас знаете. Даже тот же Шкловский преподнесет еще сюрпризы.
   "Как бы не оказалось это предсказанием", поморщился Андрей. Тарвер сделал вид, что не заметил мимолетной гримасы и добавил:
   - Кстати, если у тебя имеются еще какие-нибудь новости, то на обеде ты можешь нам их сообщить. А мне кажется, что у тебя есть еще карты в рукаве. Ладно, я, пожалуй, поработаю...
  
   **************
  
   Пища совсем уж не отличалась разнообразием! По большому счету эти тюбики НЗ вполне можно было раздать на руки, и каждый мог бы, не отходя от рабочего места, их употребить. Но на этом корабле существовал обычай хоть раз в день всему экипажу собираться на общую трапезу, за исключением людей занятых на вахте. Несмотря на то, что автономная кухня превратилась в руины.
   Так и засели все перед длинным столом рассматривая тюбики. Тишину нарушил доктор Той:
   - Ээээ, если мне будет позволено сказать... Меню не блещет чем-то особенным. Скажите, тогда на кухне вы серьезно говорили, что умеете готовить?
   - Ну, как сказать. На уровне холостяка, не желающего питаться, как вынуждены сейчас мы, а что? - ответил Андрей, пытаясь расшифровать надпись на своем обеде. По всему выходило, что ему повезло, и он сейчас отведает борщ в марсианско-космическом исполнении.
   - Я, конечно, понимаю, что на наш экипаж готовить тяжело. Но, у нас просто нет людей с кулинарным опытом. Хоть каким-нибудь. А, несмотря на разрушенный кухонный автомат, припасов у нас еще полно.
   - Почему нет? Даже я бы сказал с удовольствием. У вас где запасы-то? А то безвременно погибший андроид меня дальше дежурного холодильника не пускал.
   - После обеда вам все покажут, - заметно удовлетворенно сообщил доктор Той. - Я рад, что вы согласились.
   - Обрадую вас еще больше, - неожиданно для марсиан, но не для Андрея, сказала Инга. - Мы все будем готовить: Андрей, Соня, Валерий и я. Уж вчетвером-то мы точно всех накормим.
   Капитан Абрахам вопросительно посмотрел на Андрея. Скорее для уточнения, Андрей сказал.
   - Женщины у нас готовят чаще, чем мужчины. И значительно лучше, чем холостяки, уверяю вас.
   - Ну что же. Пусть будет такая кухонная команда. Чем быстрее будете справляться, тем быстрее сможете приступать к работе в других областях. У нас очень не хватает рабочих рук. А теперь, давайте приступим к нашему, хм... обеду. Будет потом с чем сравнить.
  
   Нельзя сказать, что прием пищи занял много времени. Еда была довольно вкусная, однако явно не соответствовала этикеткам на тюбиках. Да что объяснять? И так понятно, что обычная жареная на сковороде обыкновенная картошечка с луком, гораздо вкуснее и душистее чем любой синтетический деликатес!
   Свой "гвоздь программы" Андрей приберег напоследок, когда майор Тарвер уже стал поглядывать на него с сомнением, действительно ли у него были в рукаве какие-то козыри? Деликатно кашлянув, парень привлек к себе внимание.
   - Если уж у нас сегодня день приятного, не считая обеда, у меня есть подарок для мистера Норриса, - невысокий марсианин холодно посмотрел на Андрея. Его можно было понять, сейчас он был единственным, практически бесполезным членом команды. Все что он знал и мог использовать, превратилось в пыль. Без специальной аппаратуры делать ему было нечего. Разве что помогать остальным в качестве чернорабочего. Мало приятного для специалиста, не так ли? Андрей извлек из кармана компактный прибор:
   - Я понимаю, конечно, что это навряд ли сможет заменить стационарные средства навигации, но все же. Вдруг поможет? Вот тут в руководстве написано, что устройство предназначено для межпланетарных перелетов внутри одной звездной системы. Память довольно обширная, но не для этой точки пространства...
   - Данные у нас имеются на резервных носителях! - глаза мистера Норриса загорелись. - Погрешности, неизбежные для таких устройств, мы сможем сгладить.
   - Надеюсь, вам это пригодится...
  
   ***************
  
   Капитан Абрахам появился на кухне, словно чертик из коробки, и изумленно уставился на творившееся там действо. Видимо, такое ему видеть еще не приводилось. Тихонько переговариваясь, четыре человека прямо на его глазах превращали груды размороженных по особой технологии овощей в ароматные рагу и салаты. Рядом на больших кухонных плитах коптилась рыба и пошкварчивало мясо, распространяя повсюду дурманящие ароматы.
   - Ой! А я палец порезала! - вздохнула Соня и по старой привычке сунула палец под воду.
   - Сейчас заживет, через минуту. Посмотри пока за пирогами, чтобы не перепеклись, - задумчиво ответил Валера, не отвлекаясь от увлекательного процесса чистки картошки.
   Капитан деликатно прокашлялся, обращая на себя внимание. Кулинары подскочили и приняли подобие стойки смирно. Выглядело это довольно комично: вспотевшие, с ножами и половниками в руках.
   - Садитесь, садитесь! - замахал руками Абрахам. - Я только хотел узнать, что у нас сегодня на обед и сколько еще ждать, а то команда голодная.
   Четко, по-военному, Андрей изложил:
   - Сегодня у нас на первое: суп гороховый, суп грибной с лапшей, суп "Королевы Марго", - у капитана стало медленно вытягиваться лицо. - На второе: курица, запеченная с чесноком, свиные отбивные с луком, форель под белым соусом. Два вида компота, я, конечно, понимаю, что компот и рыба не совместимы, но вина на всех у нас нет. Да, чуть не забыл, еще у нас салаты есть. Всякие. И пироги еще!
   - Скажите, Андрей, а вы точно воевали? Может быть, вы мне все наврали, а на самом деле вы были шеф-поваром какого-нибудь неплохого ресторана на Земле?
   Кулинарная команда в полном составе улыбалась...
  
   ***********
  
   Наибольшее удовольствие Андрей получил, наблюдая за Шкловским. Он сидел почти напротив, и потому выражение его лица можно было видеть во всех деталях. Сначала, когда андроид поставил перед ним тарелку супа, Шкловский скривился, и оглянулся в поисках привычных ему с детства пищевых тюбиков. Потом он жестом подозвал к себе андроида и что-то спросил. В ответ машина пожала плечами и отрицательно мотнула головой - ну нет в нынешнем меню тюбиков!
   Василь чуть склонил голову и принюхался к простецкому гороховому супу. Сначала изумился его нос, потом, когда он попробовал представленное ему блюду - округлились глаза. Ненадолго...
   Ему очень понравилось, но ведь готовили-то земляне! Поэтому техник просто сделал вид, что ничего особенного не случилось. Очередной недолгий эмоциональный прорыв случился при виде рыбы под белым соусом. Бедному марсианину явно не доводилось пробовать рыбу в таких количествах и с таким ярким вкусом - корабли крайне редко снабжались даже замороженными продуктами естественного происхождения, для данной экспедиции было сделано исключение.
   Проблема была только с хлебом - в обычный, аварийный рацион он не включался, а раньше ароматные батоны готовил автомат. Земляне же печь хлеб не умели, потому они решили даже не рисковать и не переводить зазря продукты. В какой-то мере пироги заменяли отсутствующий продукт.
   Мистер Норрис, посветлевший лицом оттого, что ему снова нашлось дело, ел с удовольствием, но торопливо, ему еще многое нужно было успеть. Капитан задумчиво подносил ложку ко рту, и так же задумчиво пережевывал. Майор Тарвер явно проводил внутренний лабораторный анализ пищи, и иногда сосредоточенно хмурился. Такой встроенный комплекс-анализатор у него появился после усовершенствования.
   Еще очень интересно было смотреть на Боженского. С восторгом, даже в чем-то неприличным для марсианина он пробовал всё, до чего смог дотянуться, причмокивал, охал, вздыхал, и гонял андроида-официанта за добавкой.
   Видеть все это было очень приятно.
   И приятно было слушать похвалы.
   Но...
  
   Среди скупых улыбок и вкусных запахов, стало тревожно. И с каждой секундой все тревожнее. Андрей заерзал на месте, осматриваясь в поисках неведомой угрозы. Воздух словно стал гуще, звуки в нем вязли, терялись, но Андрей слушал и слушал. Ощущения были похожи на те, что возникли во время работы на обшивке корабля со Шкловским перед взрывом.
   Никакого объяснения своему состоянию землянин не видел, уж больно все смахивало на обычную мнительность, но все-таки решился сказать капитану. Коммуникатор в груди уже дал сигнал готовности установки засекреченной связи с Абрахамом, когда на мгновение свет погас полностью, а потом принялся помаргивать в режиме "Тревога".
   По внутренней системе оповещения прозвучал спокойный голос вахтенного офицера:
   - Общая тревога, общая тревога, всем занять места согласно расписания. Общая тревога...
   Команда молча, организованно и без суеты поднялась со своих мест и покинула столовую. Девушки были приписаны в качестве ассистенток к доктору Тою, Андрей и Валера же направились вместе с выжившими бойцами в оружейную и устроились в жестких "креслах ожидания" для подзарядки и получения приказа.
  
   По команде "общая тревога", не боевая, приведение в полную боеготовность всех подразделений не требовалось - всего лишь перевод в состояние повышенного реагирования, пока выясняется причина тревоги.
   Теряться в догадках не имело смысла, в обширном космосе может случиться что угодно, начиная от незапланированного метеоритного дождя, который теперь может привести незащищенный корабль к гибели, и заканчивая встречей с астероидом или кометой, особенно если учесть неизвестный участок пространства.
   Минуты тянулись медленно, тревожное чувство все усиливалось, заставляя нервно сжимать подлокотники кресла, и думать-думать-думать...
   Как жаль, что я почти пуст! Ничего не могу сделать! Совсем ничего! Может только через недельку-другую, а сейчас почти бесполезен. Андрей даже немножко позавидовал мистеру Норрису, снова нашедшему себе занятие.
   Сидящий рядом майор Тарвер поглощал энергию, прикрыв глаза. Настоящий военный, ни секунды не сомневается в своей нужности, и не тратит время на самокопание. По крайней мере, так кажется, а настоящий командир всегда должен давать пример своим людям. Кто знает, о чем сейчас размышляет майор?
   - Ни о чем особенном, Безымянный, - тихо сказал Тарвер и покосился на землянина.
   - Я что? Вслух говорил? - изумился Андрей.
   - Нет, просто я не всегда был командиром и помню, как сам пытался понять мысли офицеров перед боем. Особенно, если мы не знали, что нас может ожидать. Так вот - мне страшно.
   - Мне тоже, - признался Андрей. - Но вам-то почему?
   - Мне всегда страшно. Слишком многое видел. И не хочу видеть еще раз. Вот если бы не боялся - тогда было бы хуже. Гораздо. Я бы тогда сдал командование.
   - Надеюсь, что такого не случится, - пробормотал Андрей.
   - Я тоже.
  
   ***
  
   В наспех восстановленной рубке до сих пор стоял неистребимый запах гари. Раньше у Андрея на него была аллергия. Управлять судном можно было только номинально - большинство двигателей, как разгонных, так и маневровых, не функционировали. Бортовые компьютерные системы работали только на двадцать процентов от резервных мощностей. По сути, люди находились в большой, кое-как дрейфующей в пространстве груде металлолома, которая постепенно, полегоньку-помаленьку, со смешной скоростью в 0,2 от световой, приползла в окрестности неизвестной звездной системы. По крайней мере, имени у нее не было, а в базах данных на резервных носителях бывшей навигационной системы не нашлось даже ее числового номера.
   Системка была так себе: четыре планеты и всего на одной из них теоретически могла быть жизнь. Теоретически потому, что глубокие исследования не проводились, на планету опускался стандартный разведывательный зонд, и было это аж сто лет назад. И этот зонд опустился на плоскогорье, где из "живого" присутствовали только голые камни, покрытые аналогом земного мха. Моря в наличии были, но настолько малые по сравнению с сушей, что дальнейшие исследования было решено прекратить. Для колонизации система была признана не перспективной, и потому даже не попала в базы данных навигационных систем. Учитывая ее удаленность от исследованных планет и путей караванов из колоний - система была попросту позабыта.
  
   Звезда системы оказалась в несколько раз меньше Солнца и давала, соответственно, очень мало тепла. До ближайших оживленных торговых путей было очень далеко, но, тем не менее, именно здесь экспедиция напоролась на следы ожесточенной битвы.
   Судя по всему, недавней.
   Все, кто так или иначе должен был участвовать в принятии решения, находились в рубке, со смешанными чувствами рассматривая трехмерную картину кладбища мертвых кораблей. Тревога не ушла, но значительно ослабла, когда Андрея вместе с Тарвером вызвали к капитану.
  
   - Земные корабли. И суда полиморфов. Соотношение примерно один к трем, значит, среди землян были экстрасенсы, - скупо сообщил Боженский. - Наши системы говорят, что битва происходила неделю, или две назад. Выживших нет.
   Небольшие, замерзшие осколки обшивки и гигантские крейсера со вскрытыми боками, останки абордажных ботов и хищные корабли огневой поддержки, несколько тральщиков и линейный корабль командующего, бесформенные клубни кораблей полиморфов, истребители и бомбардировщики - все это безжизненно висело в пространстве на огромной территории.
   Сотни и тысячи погибших людей.
   - Нам все-таки поразительно везет, - задумчиво сказал капитан Абрахам, - Теперь у нас просто невероятное количество запчастей, и материала для исследований.
   В ответ на это Андрей зажмурился, представив себе всех погибших. Было больно. И страшно. Майор Тарвер стоял рядом, и лицо его было похоже на каменное изваяние, но Андрей знал, что его боль может быть даже больше.
   - Тарвер, соберите людей. Разбейте на две команды. Первая займется облетом земных судов, вторая посетит корабли полиморфов. Руководство перепоручаю вам. С земных кораблей, по возможности, забрать судовые журналы, записи навигационных устройств и систем слежения...
   - Есть, капитан.
  
   ***
  
   Они вылетели из корабля как разведчики, а вернулись как похоронная команда...
  
   Постепенно перебираясь с одного мертвого корабля на другой, и составляя описи полезных для собственного использования материалов - выживать-то надо! - они наблюдали пустынные коридоры, покрытые копотью боя, и еще заполненные промерзшими телами командные пункты, и переполненные ранеными лазареты, которые были безжалостно взорваны.
   В большинстве случаев они находили следы кратких, но ожесточенных боев: неподвижно висящие в пустоте трупы людей и полиморфов, разрушенные механизмы и покореженные переборки. Все такое громоздкое по сравнению с изящными линями марсианского судна, даже если учесть его плачевное состояние. И оттого еще более ужасное, приводящее в смятение.
   Разведчики старались не смотреть в ту сторону, где происходили главные битвы, бои малых судов: истребителей, минеров, абордажников - компьютеры показывали, что там находится просто месиво железа и мертвой протоплазмы.
  
   Андрея больше всего поразила одна картина - сидящая в глубоком противоперегрузочном кресле женщина с мирно закрытыми глазами. На вид ей было около пятидесяти, и показалось поначалу, будто она просто уснула, но у нее была снесена верхняя часть черепа. Глаза ее были закрыты, и можно было подумать, что она так и умерла сидя, не шевелясь.
   Команда встала вокруг нее, со страхом рассматривая большое помещение, которое, по всей видимости, было раньше кают-компанией. Кругом в темноте, невесомо паря от стене к стене, были щедро разбросаны останки полиморфов. Где-то конечность, где-то жестоко порванное пополам туловище, а вон там, неизвестно какой прихотью гравитационных полей сгрудились аж шесть голов.
   Женщина была экстрасенсом, причем очень сильным, гораздо сильнее Андрея и Валеры вместе взятых, и всех этих... всех уничтожила она одна, не поднимая век. Но все равно погибла...
  
   Совершенно не ожидая такого от себя, Андрей сумбурно, сбиваясь, принялся шептать молитву, совсем не отдавая отчета, что его слышат остальные. И уж тем более его удивило, когда марсиане стали повторять его слова.
   Фролов подлетел к женщине и аккуратно отцепил страховочные ремни. Тело, не меняя позы, взлетело вверх. На него Фролов закрепил переносной маломощный двигатель и выставил маршрут. Теперь она отправится к кораблю марсиан, чтобы быть с честью похороненной, как и подобает погибшему в бою. Жаль, что такую честь нельзя оказать всем участникам боя...
   Но это обязательно случится потом! Космос и холод сохранит людей, и за ними еще придут, чтобы отдать должное.
  
   Надо было двигаться дальше. После этой страшной встречи, следующей остановкой стал линкор. Его потрепало не меньше, чем остальных, но капитанская рубка практически не пострадала - ее держали до последнего!
   Там даже получилось забрать записи бортовых журналов. И то, что осталось от командующего флотом людей. Смотреть, как куски тела погружаются в контейнер, Андрей просто не мог, и потому отвернулся, и висел так в пространстве, пока его не похлопали по плечу - надо было возвращаться, для первой вылазки они сделали все, что могли.
   - Ты как? - спросил Валера. За шлемом вместо его лица была темнота, но Андрей уловил что-то.
   - В порядке. Повоюем еще.
   - Повоюем, - согласился Валера, и, кажется, улыбнулся, во всяком случаем так показалось.
  
   Повернувшись, Андрей снова "услышал" вспышку тревоги. Она стала даже сильнее, чем раньше. Но была кратковременной, будто вот-вот должна угаснуть. И что-то напомнило. Такое уже было. Андрей позволил себе расслабиться и на несколько секунд погрузиться в воспоминания.
  
   ***
  
   Случилось всё во второй выход Славкиного отделения "в поле". Нервничали все, правда Славка старался держаться молодцом. Это сейчас кажется, что он выглядел комично и напыщенно в своем несколько великоватом шлеме, но тогда, для них всех, он был почти как старший брат:
   - Значит так, сначала нас на катере доставят вот сюда, практически к причалу, точнее тому, что от него осталось, потом нашей задачей станет осмотр оставшихся наплаву танкеров. Ясно? Передубко, блин! Ты чего глазами хлопаешь, как Виндовз на новое устройство? Андрюх, присмотри за ним, ладно? Там всего два танкера, причал практически разрушен, кроме того, мы будем там не одни, так что если вдруг... Но никаких "вдруг", ясно?!
   Славка внимательно оглядел своих солдат.
   - Не то все вместе на камбузе сгнием... Хм. Только осмотр! Если обнаружим где-то бяку, сразу доклад. Да! Связь общая, сразу на командира роты, потому Лихачев, не дай бог что-нибудь ляпнешь в своем духе, я тебе голову сниму!
   Звучало все довольно убедительно, и потому заводила и вечный матершинник Лихачев только молча и сосредоточенно кивнул.
   Вообще-то, название "танкер" было малоприменимо к тем чудовищам, что застыли у причала. Это были похожие на огурцы, как цветом, так и формой, подводные лодки. Тараканами они использовались для снабжения подводных городов, и потому были набиты непонятным грузом сверху до низу.
   Сами субмарины были автоматическими, из-за этого проблем с проверкой не ожидалось, но чем черт не шутит? Отправили новичков. Вроде бы и опасно, но и не смертельно как бы.
  
   ***
  
   Трюмы были пустынны, извилисты и тускло освещены - как любили жуки. Никакого привычного человеческому глазу порядка не наблюдалось - тут и там кучи непонятно чего, или наслоения кривых стеллажей, или высоченные леса до самого потолка, где можно было видеть всего одну... штуковину.
   Шли рассредоточено, но старались не терять друг друга из виду. Рядом с Андреем ковылял Саша Передубко, рассеяно глазея по сторонам. Шикать на него и призывать к бдительности оказалось бесполезно - Саша был не от мира сего. И отчего Слава всегда назначает его смотреть за этим полудурком? Андрей скуксился.
   Потом встревожился и осмотрелся.
   Странно...
   Экраны шлема выдавали вполне мирную картину, присутствия чужих не наблюдалось. Все мирно, тихо и безопасно. Ничего подозрительного. Продолжили движение, но Андрей нахмурился - фигня какая-то!
   Добрались до своеобразного перекрёстка, командир отделения ненадолго задумался, потом махнул рукой, отправляя половину бойцов в правый "коридор". С каждым пройденным метром Андрей нервничал все сильнее. А если учесть что теперь головным колонны стал он сам, то ситуация осложнилась. Хотелось дать общую команду остановиться, но Славка не поймет, еще бы, слушать человека, с которым знаком едва месяц!
   И Андрей шел вперед, следя по возможности за Передубко. И за собой, точнее за своими ощущениями. Когда же Саша вдруг остановился и что-то невнятно хмыкнул, Андрей всполошился не на шутку. Передубко, тем временем, внимательно всмотрелся куда-то в сторону и сказал:
   - Ящики какие странные! Почти как у бабушки в погребе, Андрей, погляди-ка? - и шагнул в ту сторону.
   Андрей поглядел и истошно взвыл, переключая флажок предохранителя на автомате:
   - Стоооооооой!!!
  
   ***
  
   Передубко застыл на месте, выпучив глаза, открыв рот, и явно не понимая, что происходит, но Андрею было не до того - отшвырнув его в сторону и невнятно бормоча, он открыл шквальный огонь по странным "ящикам". Ожидаемых деревянных щепок не оказалось, вместо них хлынула вода и на грязный, измызганный пол упали огромные рыбьи туши. Не мертвые, не мороженные, не сонные. Злые и опасные. Живые, но почему-то не зафиксированные определителем.
   Уложенные штабелем, как дрова, но все равно живые, выпавшие из своего хранилища, округлые и на вид скользкие рыбины, разевая жуткие, зубастые пасти, подпрыгивали на полу и старались дотянуться до людей.
   Одна из них, извиваясь как уродливая змея, стремительно проползла по обширной луже, и бросилась на Андрея. Он выстрелил в голову, добавляя в воду какой-то красновато-бурой жидкости, вытекающей из ее пробитого черепа. Размерами рыбины были метра три, не меньше. Прошло долгих несколько секунд, пока остальные бойцы не вышли из ступора, и не помогли своим огнем и в прямом и в переносном смысле - Передубко, как всегда перепутал и выставил флажок на огнемет, и, как ни странно, угадал. Огня гадины боялись больше чем пуль.
   Через два израсходованных рожка, и через один баллон для огнемета все было кончено. Стало тихо, если не считать громких матюков спешивших на помощь Славки сотоварищи.
  
   - Уф, - крякнул устало Андрей, и присел на корточки, - Слышь, Саша? Ты в следующий раз не ходи никуда без команды, понял?
   Передубко, блестя зрачками округленных от ужаса глаз, молча кивнул, и посмотрел на обугленные головешки, оставшиеся от непонятных рыбин, а еще на кучку стреляных гильз возле Андрея. Обход прекратили немедленно на обоих танкерах. Вызывали помощь специалистов, но те оказалась далеко, а дожидаться их прибытия было не целесообразно, учитывая страшное соседство - что там может оказаться еще? Тогда командир полка решил не рисковать, и взорвал странные суда к чертовой бабушке.
"Чтоб... Ну его, короче в... Взорвать к едрене фене!". Так скупо, но образно выразился полковник и махнул рукой. Надо сказать, что выполнен приказ был с удовольствием.
   Вот после этого Славка и стал слушать, что говорит Андрей. Сомневался, конечно, иногда. Иногда оказывался прав. Но чаще говорил, по простецки так: "Андрюха, дома, в Питере, с меня пиво. До хрена просто пива. Упьешься!" и командовал отход.
  
   Сейчас же все было проще, Тарвер не стал сомневаться или задавать вопросы, когда Андрей остановился и посмотрел в сторону от больших кораблей. Туда где проходили самые жестокие битвы истребителей. Тревога опять стала стучать по нервам:
   - Там!
   - Что там?
   - Опасно! Живое! Что такое - не знаю, - волнуясь, выдавил Андрей.
   Тарвер посмотрел в указанную сторону, достал из внешнего кармана скафандра земной определитель и скомандовал:
   - Рассредоточиться. К бою. Доложить капитану.
   Киборги разлетелись в стороны на приблизительно равные расстояния, около километра друг от друга, так, чтобы в случае атаки их нельзя было накрыть всех разом одним выстрелом, и чтобы передача данных при этом оставалась на приемлемом уровне скорости. Рядом друг с другом оставались только майор и землянин.
   Сканер-определитель задумался надолго, все-таки дальность была на пределе его возможностей - предполагаемое место опасности отстояло не меньше чем, в шестистах километрах от линкора. Потом он стал давать картинку, размытую и неопределенную, но достаточную для того, чтобы сделать выводы: через час после появления в окрестностях места битвы марсианского корабля, стала проявляться жизненная активность. Разумная, или нет - не установлено. Установлено, что природа двух очагов активности идентична. Установлено, что процесс пробуждения похож на активацию организмов после анабиоза.
   Системами марсианского корабля данный факт не был отслежен ввиду малой чувствительности и общей поврежденности систем слежения.
   В эфире, заставив всех вздрогнуть, скрежетнул голос Боженского:
   - Майор! Что это за прибор у вас в руках? - ну разумеется же! Все происходящее транслировалось в капитанскую рубку, и ученый не преминул поинтересоваться, как такая вещь могла ускользнуть от его внимания. Безымянный мысленно поблагодарил Тарвера за своевременной предупреждение не показывать Боженскому прибор, а то остались бы без него, как пить дать.
   Сухо высказался капитан:
   - Продолжать наблюдение. Никаких действий не предпринимать. Боженский, замолчите, не время. Лучше шагайте на свое место и фиксируйте происходящее. Майор, в случае чего - немедленный отход!
   - Есть, капитан.
  
   ***
  
   Пока шел разговор, сканер пытался пеленговать жизненные функции неизвестных существ. Оба они находились на достаточном расстоянии друг от друга, но, тем не менее, развивались примерно похоже. Признаков разумности обнаружено не было. Зато вот жизненных сил - предостаточно.
   На экране расходились в стороны волны тепловых излучений, сильных, мощных. Вот только проблесков разума среди этого "праздника жизни" не было. Будто разгорается огонь. Яркий, беззвучный, если смотреть издалека на костер - треска дров не слышно, нет звуков.
  
   Гудела голова, будто с похмелья.
   Андрей вслушивался в огонь, в его скрытые от человеческого уха обертоны.
   Прямо-таки никакой музыкальности в этом, прямо скажем, не было, только... Только один огонь все равно звучит приятнее, а другой будто чужой.
   Заблестел неяркий, скромный свет - в него всмотрелись все. Это замерцала жизнь, что находилась ближе. Вторую, и Андрей это доподлинно знал, тоже пока неяркую, было не разглядеть из-за расстояния, и из-за того, что скомканные силами боя осколки кораблей образовали собой плотную массу, через которую никакой лучик не мог прорваться.
   Векторы силы на экране стали пересекаться, и гул в голове усилился, становясь похожим на угрожающий рык наступающего урагана. В чем-то даже завораживающий, умиротворяющий. Глупо как, а раньше он казался тревожным. Андрей моргнул...
  
   - Безымянный! - обратился к землянину Тарвер, - Что происходит, вы можете мне объяснить?
   Ответа не последовало. Майор обернулся.
   ...
   - Капитан? Экстренная ситуация. Землянин без сознания. Жду дальнейших распоряжений.
   Абрахам задумался, потом приказал:
   - Всем бойцам отойти к кораблю. Вывести абордажные боты, приготовиться. Майору Тарверу и Безымянному - продолжать наблюдение, до тех пор, пока не подойдут боты для прикрытия.
   - Может нужно... - попытался вставить слово доктор Той.
   - Алан! - капитан повысил голос. - Не время сейчас!
   - Да, капитан, - вздохнул доктор, а потом добавил. - Разрешите выйти в составе отряда?
   - Не разрешаю! - Абрахам сказал так, что металл бы вздрогнул, - Всю ответственность беру на себя.
   Тишина.
   - Просто работаем, - сказал капитан, хотя в этом не было необходимости.
  
   Тарвер присоединил к себе бессознательное тело Андрея страховочными фалами и приготовился к самому худшему. Он покинул разрушенный линкор и выставил курс для аварийных двигателей своего скафандра, на случай, если не сможет управлять сам. Дурацкий земной определитель, совершенно не умевший передавать данные на зрительный нерв, глупо светил экраном, а где-то невероятно далеко, почти в шестьсот километров отсюда, разгоралась новая звезда. Еще дальше горела такая же.
   Тарверу было страшно.
   Жизненная сила двух новых, невероятных звезд нашла друг друга скоро. Векторы схлестнулись, превращаясь в вихри, но это было видно только на экране. Глаза же видели яркий сполох, напоминающий язык, который лизнул что-то далекое, а потом вернулся обратно, собираясь с силами. Умершие останки боевых машин в месте столкновения пришли в движение. Завертелись вокруг двух очагов, подобно мелкому мусору, крутящемуся возле воронки сливной раковины, прежде чем кануть в трубу.
   Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее.
   Зрелище, даже с такого расстояния завораживало. Определитель же транслировал куда более прозаичную картину, но зато более информативную. Как борцы, два вихря жизни сцепились, стараясь силой покорить противника. Теперь Тарвер стал отличать оттенки - один зеленоватый, холодный, второй же, похожий цветом на спелую вишню, теплый. Откуда вдруг стало казаться какой теплый, а какой холодный - для киборга осталось загадкой, но ощущение закрепилось.
   Майор оглянулся на землянина - тот все так же безвольно висел в пространстве. И почему-то впервые за долгие годы не возникла презрительная мысль "Хм, слабый земной". Тарвер улыбнулся и снова повернулся к экрану. Вот же неудобно как!
  
   Прибыли два бота, отправленные капитаном Абрахамом. Наблюдатели влезли в один из них как раз в тот момент, когда события стали развиваться с пугающей быстротой: водоворот обломков, прекрасно видимый теперь уже с помощью сенсоров ботов, раскрутился до очень больших скоростей; огни светили как маленькие звезды, вызывая почему-то нервную дрожь с примесью благоговения.
   Киборги с удивлением прислушивались к своим ощущениям, иногда посматривая на Андрея. Но лицо его было безмятежно, как у спящего человека, который смотрит приятный сон.
   Языки пламени беззвучно тянулись друг к другу, схлестывались, перекручивались, и исчезали, чтобы появиться опять. На экране определителя жизнь пульсировала, раздувалась, потом снова опадала, будто дышали два огромных существа. На очередном "вдохе", свет стал ослепительным настолько, что майор даже включил внутренние глазные фильтры. Шары света протянули друг к другу сполохи своего живительного огня и стали сближаться, вызывая бешеную пляску вращающегося вокруг них мусора. Тарвер приготовился к чему-нибудь эдакому... незабываемому. Ужасному и одновременно красивому. Он знал, что именно так и должно быть! Сердце затомилось в предвкушении зрелища...
   Вспышка!
   И ничего.
  
   На месте огней и осколков была только черная пустота, и ничего величественно-волнующего. Все исчезло, испарилось, пропало. Только пустота.
   И все? Вздох разочарования вырвался у всех наблюдавших. Вместе со вздохом будто упала с глаз гипнотическая пелена. Какого черта мы здесь? Почему решили, что "просмотр в первом ряду" безопасное зрелище? Тарвер резко обернулся - Андрей смотрел на него, понимающе:
   - Давайте вернемся на корабль. Мне есть, что вам всем рассказать.
  
   Команда встретила их молчанием, и в глазах ясно читалось недоумение. В основном тем, что киборги никак не могли объяснить своих ощущений. Беспокойство ощущалось даже в движениях, и только Андрей был безмятежен, чем вызывал еще больший интерес. Странный контраст, теперь землянин и марсиане поменялись местами. Один холоден и безэмоционален, другие взвинчены.
   Собрались там же, где и находились до тревоги - в обеденном зале. Вот только возобновлять прерванную трапезу никому не хотелось. Первым не выдержал доктор Той:
   - Безымянный, объяснитесь же в конце концов!
   - Я думал, что вы и сами уже догадались. Может быть, у господина Боженского есть версии?
   Ученый виновато пожал плечами:
   - Никаких соображений! Я следил за происходящим из лаборатории, но ничего понять так и не смог. Огромные жизненные силы! Огромные! Откуда они взялись и куда исчезли, я не знаю. Зачем они тут находились, тоже не имею ни малейшего представления.
   - Знаете, мне кажется, что лучше всего будет просмотреть записи бортового журнала линкора, которые мы взяли перед началом всего этого ... ммм... действия.
   Андрей вел себя, как знающий великую тайну человек, но при этом выглядел задумчивым, потому спорить никто не стал.
  
   Фролов посмотрел на капитана, получил утвердительный кивок и с легким шипением вскрыл принесенный с собой контейнер с носителем, потом подозвал к себе андроида и передал носитель ему. Дистанционное считывание данных корабельным компьютером с помощью андроида заняло не более секунды, а затем на одной из стен столовой появилось изображение - сидящий в капитанском кресле сухопарый мужчина в тщательно отутюженном кителе.
   Это был командующий. По правилам он был обязан лично каждый день оставлять записи в журнале. Мужчина выпрямился, блеснув глубоко посажеными глазами, и неожиданным баритоном стал говорить:
   - Дата: восемнадцатое октября двадцать второго года, линкор "Иван Грозный". Говорит адмирал Корней Кивинов. Позавчера утром мы находились на дальнем патрулировании Солнечной системы в полупарсеке от Плутона, когда получили приказ от высшего командования выдвинуться к системе А233-8854-GH17. Вскрыть пакет с радиограммой было поручено на месте. В окрестностях системы сил противника обнаружено не было, за исключением одной планеты. Сканирование проводилось как штатными средствами, так и находящимися в составе Особого отдела экстрасенсами, - картинка дрогнула, и адмирал глянул на мониторы, - В данный же момент к нам приближаются несколько сотен разнообразных кораблей противника, исход встречи уже ясен. Однако отступать мы не будем, это мое решение, поскольку с Землей связи по неизвестным причинам нет, а телепортироваться немедленно мы не сможем так же по неизвестным причинам. В обычном пространстве нас все равно догонят. В переговоры с противником не вступали. Мы заметили их слишком поздно, потому не смогли уйти. Даже пришлось в спешке покинуть планету.
   Итак, хммм, вскрыв пакет, я получил новый приказ - уничтожить находящихся на планете жуков, простите, полиморфов, и захватить построенный ими научно-исследовательский комплекс, а так же сохранить образцы новых видов полиморфов, если таковые будут иметь место. Каким образом стало известно об этом месте, и что мы именно должны были искать - не уточнялось. Через три часа, проведя все необходимые мероприятия, на планету был высажен десант...
   Корней Кивинов глубоко вздохнул, потом продолжил:
   - Несмотря на чудовищные потери, задача была выполнена, и на планету опустились представители Особого отдела, для детального изучения обстановки, - адмирал сверился с кое-какими записями, раскрыв черную, с золоченой надписью папку. - Согласно их рапорта, на планете проводились эксперименты по созданию новых видов полиморфов, а так же нового оружия, основанного на принципах экстрасенсорики... Как доказательство этой теории нами были обнаружены трупы двенадцати человек - пропавших ранее экстрасенсов. Судя по всему, над ними проводились опыты. Некоторые тела были вскрыты, чаще всего отсутствовал мозг.
   Кроме того, к нам в руки попали любопытные образцы, если так можно выразиться, машин полиморфов, громоздких и неуклюжих, однако очень действенных - с их помощью повторялись элементарные психофизические воздействия, типа телекинеза.
  
   Адмирала ненадолго отвлекли. Он дал несколько распоряжений, а потом вернулся к журналу:
   - До боестолкновения осталось не более получаса, но вернемся к более важному на данный момент. Я надеюсь, что если эта запись когда-нибудь попадет в руки людей, собранные нами данные не окажутся лишними, или несвоевременными. Очень на это надеюсь, потому что среди найденного нами оказалось нечто потрясающее! Множество ... даже не знаю, как назвать... организмов. Да, скорее организмов. Их нормальное состояние - сон. Форма тел самая разнообразная, но преимущественно они похожи на шар. Самое удивительное, что у них полностью отсутствуют органы зрения, слуха, обоняния, и вообще каких-либо чувств. Есть нечто похожее на мозг, но очень небольшой и подозревать, будто он наделен разумом - было бы неправильно.
   Пищу они получали либо путем инъекций, либо находясь в питательном растворе через кожу. Мы долго не могли понять их предназначение, ведь в их искусственном происхождении, в том, что они были выращены "из пробирки", не было сомнений. Не могли до тех пор, пока не обнаружили, что новым экстрасенсорным вооружением управляет искусственный интеллект...
   Эти организмы, вместе с искусственным интеллектом составили сложный, неоднозначный вариант симбиоза, тонкости которого нам оказались не ясны. Результатом симбиоза оказалось резкое увеличение мощности оружия. Именно поэтому мы понесли такие тяжелые потери при высадке десанта, по крайней мере иных причин мы не видим, если не считать нескольких необъяснимых исчезновений боевых единиц, и даже целого экипажа шаттла. Вместе с шаттлом.
   Образцы, несколько десятков, прямо в инкубаторах, были немедленно погружены в шаттлы и отправлены через портал на Землю, но ответа до сих пор нет. Это странно и настораживает точно так же, как и отсутствие связи. У нас осталось несколько этих организмов, которыми в данный момент занимаются сотрудники Особого отдела. Они пытаются разбудить их. Уж не знаю, что получится, но разрешение я дал.
   На данный момент всё. Вероятно это последняя запись журнала...
   Время: четырнадцать часов сорок три минуты. Говорил адмирал Корней Кивинов.
  
   Изображение замерло, но тишина в столовой стояла еще долго. Все переваривали услышанное и думали, что теперь останки этого человека находятся в запаянном гробу и ждут погребения.
   - Теперь я скажу вам то, что увидел в трансе. Да-да, майор, у меня был совсем не обморок, хотя и выглядело это очень похоже, - сказал Андрей и устало потер лоб. - А увидел я, как эти два существа оживают, соединяются каким-то непонятным мне образом с искусственным интеллектом и ведут между собой бой. То что мы все видели - оказалось схваткой на недоступном большинству из вас уровне. Инга и прочие земляне из-за расстояния тоже не могли все это видеть, но вот чувствовали примерно тоже, что и остальные. Я понял, что одно существо оставалось, как мина замедленного действия, и было направлено на нас, на людей. Которые неизбежно должны были прийти, чтобы узнать, куда пропал целый флот. Мину точно оставили полиморфы, как страховку. Второе существо это, вероятно, посмертный подарок Особого отдела. Они каким-то образом смогли разбудить существо, перенастроить его и снова усыпить. И все это за полчаса перед тем, как началась мясорубка.
   - Но все-таки, - сказал Боженский, - Что же это было? Зачем эти организмы нужны? Смысл?
   - Вы еще не поняли? Ведь вам же тоже достались отголоски. Вам всем, - усмехнулся Андрей, - Это же очевидно. Организмы созданы исключительно для того, чтобы чувствовать. Создавать эмоции. Ни один искусственный интеллект на это не способен - привилегия природы.
  
   ***
  
   Пришло время для печальной церемонии.
   Команда собралась возле шлюза, там, где стоял гроб адмирала и на антигравитационной платформе лежало тело женщины-экстрасенса. Из записей они узнали, что ее звали Мария Александровна Покровская. В знак уважения ее беспримерной храбростью, теперь это имя было навечно занесено в списки экипажа марсианского судна. Так же как и имя земного адмирала.
   Никаких речей не было, они были лишними, да и сказать было просто нечего. Глупые пафосные фразы только бы все испортили. Молчание стало лучшим прощальным подарком умершим. Двое киборгов из взвода майора Тарвера, под общую тишину, вынесли тела из шлюза в открытый космос и доставили их под стартовые планетарные дюзы. Те, что еще могли функционировать.
   Дождавшись возвращения солдат обратно, капитан дал безмолвную команду компьютеру на полусекундное включение двигателей, с последующей компенсацией импульса. Яркий всплеск огня навсегда поглотил трупы, и похоронил их, развеяв в пространстве на молекулы. Таков был обычая похорон вдали от дома. Что у марсиан, что у землян.
   Кто мог, про себя молился.
  
   ***
  
   Первым делом попытались починить связь, благо все необходимое для этого присутствовало в щедром достатке. Но ничего не вышло! То есть аппаратура работала, сигнал исходил, но вот принять ничего так и не удалось. Что случилось? Почему? Было неясно. Единственное объяснение, которое могло прийти в голову, казалось слишком страшным - Солнечной системы не существует, поэтому никто даже не заикался о подобном варианте.
   Вместо паники просто подготовили сообщение, с учетом новых данных и принялись передавать его в бесконечном цикле. Даже повесили несколько автоматических маяков, хотя и прекрасно сознавали, что теперь команда раскрывает свое местоположение.
   Но это было не важно, главное было передать информацию.
   Поиск в останках клубнеобразных кораблей полиморфов не привел к неожиданным результатам. Как и предполагала Андрей, большинство крупных крейсеров были уничтожены внутренним взрывом, а значит, что постарались экстрасенсы из Особого отдела. Жаль ребят. Остальные крейсера пострадали в ходе боев, но ничего заслуживающего внимания на них обнаружить не удалось, присутствовал только стандартный набор: инкубаторы для выращивания полиморфов, склады с вооружением, запасы их пищи, надо сказать довольно скудные.
   Удивительный аскетизм! Даже в личных каютах, если такие имели место, хотя чаще всего полиморфы жили в подобиях казарм, не было ничего, на что стоило бы обратить внимания. То есть совсем ничего! Ни книг, ни личных вещей, ничего, что отличало бы одного полиморфа от другого по характерам и привычкам. Словно муравьи - всё подчинено только делу, никаких личных предпочтений.
  
   С починкой двигателей встала определенная проблема - земные были слишком маломощны для нормального функционирования по марсианским меркам, и это неудивительно, ведь земными кораблями двигатели применялись только для перелетов на относительно небольшие расстояния и маневров в бою, потому ни мощности, ни скорости от них не требовалось. Запасы топлива тоже оказались весьма скромными. На большие расстояния корабли просто-напросто телепортировались.
  
   Пока решением задачи "Как из пони сделать рысака" занимался Боженский, Андрей подошел к Валере и спросил:
   - Ну, как ты? Чувствуешь? - вопрос показался бы странным кому угодно, только не экстрасенсу.
   - Уже, понемножку, да. Бывало и лучше, но уже что-то, - улыбнулся Валера.
   - Я, как выясняется, тоже. Слушай, тебе не кажется все это странным? Тот факт, что нет связи, и то, что шаттлы с образцами посланные на Землю не дали о себе никакого знака, не выслали хотя бы капсулу с сообщением, ведь так положено по уставам.
   Валера поморщился:
   - Конечно, кажется. И я даже не хочу думать, что же там случилось на самом деле. Боюсь думать.
   - А вот у меня появилось одно соображение, которое следовало бы проверить. И ты можешь мне помочь. Вот, - сказал Андрей и показал скомканный лист бумаги.
   - Что "вот"? - не понял Валера, - Зачем это?
   - Телепортируй этот лист из моей руки в свою. Сможешь?
   Валера погрузился в самоанализ, потом тихо сказал:
   - Кажется да. Только зачем?
   - Пока еще сам не очень знаю. Попробуй.
   Телепортер неуверенно посмотрел на коллегу, затем на скомканный листик и нахмурился, сосредотачиваясь. Ладонь, на которой лежал предмет испытаний, стало покалывать, будто маленькими иголочками. Практически физически Андрей стал ощущать, как что-то обволакивает его руку, изучает, проникает в суть...
   Хлоп!
   Лист исчез, и на мгновенно освободившееся место двинулся воздух. Валера выжидающе смотрел на свою руку, но... На ней ничего так и не появилось. Его глаза округлились:
   - Я просто не мог ошибиться! Тут расстояния не более десятка сантиметров! Даже в моем нынешнем, плачевном состоянии я не мог ошибиться!
   - А ты и не ошибся, - задумчиво успокоил Андрей. - Тут все сложнее. Кажется, пора собирать совет...
  
   ***
  
   В каюткомпании первым заговорил Боженский. Весь его вид выражал, кроме ставшей привычной для всех усталости, еще и праведное негодование вперемешку с обидой:
   - Безымянный! Я был о вас лучшего мнения! Я думал, что у нас сложились нормальные, дружеские отношения, как у ученого с ученым... То есть, я хотел сказать... Ну вы меня поняли! А что сделали вы? Уникальный, интереснейший прибор прошел мимо моего внимания! Раз такие дела, то я просто требую мне его показать!
   - Тихо, тихо, Боженский, - заявил Тарвер, поднимаясь с кресла, - Нечего так кричать, вот ваш предмет вожделения, возьмите. А не показывать его вам Андрея попросил я, уж кому как не мне знать вашу страсть к новинкам? Вы же нам его не вернули бы, пока полностью не разобрали для изучения. Или я не прав?
   Боженский сердито блеснул глазами и забрал определитель, ничего, однако не ответив.
   - Так я и знал, что окажусь прав. А приборчик действительно интересный, и оказал немалую пользу. Запись, кстати, сохранена.
   - Может быть, у вас есть что-нибудь еще? - с надеждой и некоторым вызовом, поинтересовался ученый.
   Андрей вспомнил о спрятанном в сумке хроновизоре, но отрицательно мотнул головой. Если его придется применять и об этом узнает Боженский - то он его просто порвет! Но это будет потом, а пока еще рано. Почему землянин так решил, он и сам не мог сказать. Наверное, лежащий в каюте в шкафчике огнестрельный, древний пистолет заставил так думать...
   - Боженский, мы собрались совсем не для того, чтобы выслушивать ваши обиды, - отрезал капитан, - Безымянный, рассказывайте, что там у вас.
   - Мы тут без разрешения провели опыт один. Вы, конечно, накажете нас обоих, но все-таки...
   Абрахам нахмурился:
   - Не сомневайтесь, накажу, продолжайте.
   - Очень уж это странно, что нет связи. Но можно предположить, что Солнечная система в данный момент находится в состоянии осады, и потому все исходящие сигналы глушатся, но вот тот факт, что отправленные на Землю корабли не дали о себе ничего знать - вот это действительно настораживает. Ведь что может быть проще, сразу после прибытия на орбиту Земли послать в обратном направлении подтверждение? Однако этого не последовало. У меня возникла такая мысль... Что если полиморфы каким-то образом смогли заблокировать возможность перемещения путем телепортирования? Уж если они так старательно пытались разобраться в возможностях психокинеза, и даже смогли его повторить на примитивном уровне. В общем, я попросил Валеру Боярова переместить небольшой предмет на совсем маленькое расстояние. И ничего не получилось.
   - Ну и что тут такого странного? Вы же говорили сами, что у вас полное опустошение наступило.
   - Не такое уж и полное. Мы уже стали восстанавливаться. На какие-то грандиозные поступки мы пока не готовы, но вот телепортировать незначительную вещь Валера уже в состоянии, так же как и я теперь могу снова читать мысли, пусть и на небольшом расстоянии от человека, и для этого мне придется сильно сосредоточиться. Так вот, Бояров переместил объект. То есть в одном месте он исчез, а вот в другом не появился. Вот это уже действительно пугает! Если вы не против, надо эту гипотезу проверить, узнать, куда деваются телепортированные объекты.
   - Что это нам даст?
   - Это важнейшая информация! Ведь весь земной флот находится в зависимости от такого способа преодоления пространства! А если во время боя начнут пропадать целые флотилии? Солнечная система останется практически безоружной! Кстати, как мне кажется, отправленное нами перед последней встречей с врагом сообщение, все-таки добралось до адресата. Я думаю, что этот флот, - Андрей неопределенно махнул рукой в сторону, где проходили недавние бои, - был не единственным, отправленным к подобной малоизученной звездной системе. Скорее всего, сначала к нескольким подозрительным системам были отправлены автоматические зонды, которые убедились в наличии на планетах исследовательских комплексов, а следом за ними отправлены флоты для уничтожения. Сейчас ведется война! И люди приняли единственно верное решение - бороться не с результатами технической мысли полиморфов, а с самой возможностью создания новых технологий. А тут такое... надо проверить мою гипотезу.
   - Я поддерживаю! - вклинился неугомонный Боженский, трепетно обнимая определитель. Ему не терпелось дорваться до лаборатории, но правила элементарного этикета и уставов, да еще и воспитание не позволяли сорваться с места немедленно.
   - Доктор Той? Каково ваше мнение? - спросил Абрахам. Алан просто обреченно махнул рукой, - Делайте, что хотите, - разрешил капитан, а потом проследил, как за дверями стремительно исчезает Боженский, и покачал головой.
  
   ***
  
   - Эх, Безымянный, Безымянный, - укоризненно бормотал ученый, покачивая головой и настраивая аппаратуру, - Ну как так можно? Такой интересный прибор и отдать сразу Тарверу. А если бы он его разбил? А если бы, не дай бог, конечно, он погиб? Тарвер я имею ввиду. Что тогда? А нам это ваше "наследство" просто позарез нужно! Вы безответственный человек.
   Андрей виновато молчал, а Валера же беззастенчиво посмеивался.
   - Вот у меня сейчас проблемка, так проблемка! - продолжал жаловаться Боженский, - как из того хлама, что висит недалеко от нас, собрать действующие двигатели? А вы ребячитесь... Стыдно! Ну ладно, давайте приступим.
   Ученый положил на столик карандаш, и жестом предложил начинать. Валера потер виски и всмотрелся в такой простой и привычный карандаш, раньше, для того чтобы переместить его хоть в другую Галактику ему потребовалось бы просто захотеть... Сейчас же предстояло поднапрячься.
   Андрей закрыл глаза и рассеянно прислушался к своим внутренним ощущениям, полегоньку стараясь отрешиться от звуков всегда сопровождающий человека на корабле: ровного гула вентиляции, голосов людей работающих на нижней палубе с роботами, легкого шелеста вентиляторов вычислительных машин. Старался пустить в свою голову только нужные ему голоса, те, по которым так успел соскучиться за вынужденное время своей "обычности".
   Примерно тем же самым занимался и Бояров, его взгляд стал сначала отрешенным, потом веки опустились, руки уютно легли на столе - требовалось провести эксперимент чисто, исключив по возможности какие-либо возмущения.
   Картинка возникала в сознании как изображение снятое плохой камерой - размытое, нечеткое, несовершенное. Чем большее расслабление ощущал экстрасенс, тем лучше было видно, смотреть, не мешки ворочать! Первым делом стали видны руки Валеры, окруженные сиянием. Его пальцы вроде бы становились длиннее, потом принимались ощупывать карандаш, будто слепой исследует неизвестную ему вещь.
   Вот невидимая, но ощущаемая внутренне, рука берет карандаш - от этого он становится серебристым. Вот крепко сжимает его и он растворяется в иллюзорном мире, становясь облачком. Вот рука, будто отделенная, отрубленная от тела, появляется на другой стороне стола, с карандашом. Отпускает, аккуратно укладывая и придерживая, чтобы не скатился, не упал с края.
   Хлопок вывел из подобия транса и три пары глаз, двух землян и ученого, да еще невидимые щупальца следящих приборов, обращаются к ожидаемому месту "прибытия".
   Пусто.
   Валера озадаченно крякнул, Боженский удивленно хмыкнул и склонился над просторным экраном-клавиатурой, водя пальцем по только ему понятным графикам и разноцветным пятнам:
   - Вы знаете, господа, кажется, вы правы. Предмет бесследно исчез! Наблюдаемые в подобных случаях излучения электромагнитного поля и альфа-волн в месте старта - присутствуют, а вот поглощения энергий в месте предположительного финиша, отсутствуют полностью... Что бы это значило?
   - Это значит, - мрачно ответил Валера, - что если мы вздумаем сбежать, как в прошлый раз - у нас ничего не выйдет. Мы испаримся и зависнем где-то между реальностей и измерений, откуда нет выхода. Вот что это значит.
   - Мда. Не скажу, что я остался в восторге от последнего нашего путешествия, но я хотя бы остался в живых. Теперь же. Как я понимаю, о таком не стоит и мечтать?
   - Если только мы не разберемся в причинах. Если бы мы были в полной силе - то возможно смогли бы что-то предпринять... А сейчас... - у Валеры явно не было идей.
   Зато Безымянный идеи имел!
   - Погодите-ка! Полиморфы использовали наши достижения для своих целей, так почему же мы не можем сделать то же самое?
  
   ***
  
   - ... что вы имеете ввиду? - настороженно поинтересовался капитан Абрахам.
   - Ничего особенного. Просто кратковременная экспедиция на планету, где находилась исследовательская лаборатория. День туда, на оставшемся скоростном катере, выброска вниз на спускаемом аппарате, сутки там, да сутки обратно.
   - Нам немедленно необходимо покидать район! У нас практически нет времени и возможностей. Что вы там надеетесь найти?
   - Мы надеемся, что в тот момент, когда на капитанский мостик линкора поступило сообщение о возможном нападении противника, лаборатория не была уничтожена полностью. Возможно, мы сможем найти там так называемые организмы и модули с искусственным интеллектом, и даже перепрограммировать их. Если мы сможем это сделать - значит сможем понять каким образом полиморфы перекрыли нам возможности телепортации. А это, как вы понимаете, очень важно.
   Абрахам принялся нервно вышагивать по коридору взад и вперед, просители его "поймали" как раз тогда, когда он направлялся в трюмы проверить ход работ.
   - Вы требуете три дня! Этого слишком много. Не могу на это пойти.
   - Подождите. А если мы отправимся все вместе? Не скоростным катером, а всем судном? В случае чего вы сможете нас прикрыть, да и заодно с разведкой поможете.
   - У нас слишком мало топлива! - отрезал капитан.
   - Я могу рассчитать траекторию с минимальным расходом, - раздался позади тихий голос. Как выяснилось, мистер Норрис присутствовал с самого начала разговора, но не вмешивался. Как обычно он был подчеркнуто холоден, словно лорд на приёме. - Если мы будем отправляться через пару суток, то я могу построить маршрут движения с учетом гравитационных сил ближайших планет и их спутников. Получится медленнее, но экономичнее и безопаснее. Нас вряд ли кто заметит.
   Капитан даже руки опустил от такого напора, вздохнул, взвесил все за и против, зачем-то даже оглянулся по сторонам, а не стоит ли еще кто-нибудь тихонько позади?
   - Мистер Норрис, я вам это еще припомню, рассчитывайте курс. Остальные... Я не понял, почему еще стоим? Шагом марш готовиться!
  
   Мистер Норрис скупо улыбнулся.
  
   ***
  
   ***
  
   Экипаж был поделен на несколько команд. Одна, самая большая, занималась постройкой новой двигательной системы корабля, вторая, гораздо меньше, прокладывала новые линии управления. Один человек, для порядка выделенный в отдельное подразделение занимался программной адаптацией управления неизвестным, в сущности, оборудованием для компьютеров марсианского производства.
   С вычислительной мощностью этого человека, а так же при его огромном опыте, такая работа не должна была занять много времени. Не более двух полных суток.
   Впервые за всю свою жизнь Андрею довелось наблюдать настолько удивительное действие, как конструкторские работы в открытом космосе. Мало того - даже принимать в них участие. Вообще-то поначалу он представлял себе этот процесс просто как сваривание какой-то определенной конструкции из обломков щедро разбросанных в находящемся неподалеку пространстве. Потом на эту конструкцию, по идее, должны были навешиваться более или менее рабочие двигатели, а так же баки с горючим.
  
   Чудовище, которое должно получиться в результате, нарисованное воображением, было похоже на гигантский скелет допотопного ящера. Короче говоря, нечто несуразное, здоровенное, но, тем не менее, вызывающее трепет и уважение перед сделанной работой. Потому, когда Андрею приказали занять свое место за пределами корабля и выдали инструкции, он немножко обалдел. Перед глазами висел нарисованный компьютером "участок работы", нечто вытянутое и аэродинамически округлое, серебристое.
   - Сейчас нам всем предстоит потрудиться, сказал доктор Той, - не пугайтесь, здесь нет ничего сверхъестественного или невероятно сложного. То, что нам предстоит сделать - не более чем стандартные работы при аварии. Наращивание корпуса, установка нового оборудования. От вас требуется только в точности следовать инструкциям. По большому счету вы, точнее ваш компьютер, представляете собой вспомогательное устройство для бортовой вычислительной системы нашего корабля. Никаких особенных усилий от вас это не потребует, вы будете лишь должны следить за процессом возложенных на вас вычислений и их за результатами. Конечно, мы могли бы обойтись силами только бортовой системы, но с нашей помощью она справится с работой значительно быстрее.
   - В случае чего вы мне подскажете?
   - Само собой. Запомните, вам надо следить за инструкциями. Начинаем через минуту.
   Оставшееся время Андрей потратил на установление высокоскоростной, защищенной от помех связи с кораблем, а еще на то, что просто смотрел, как готовятся другие. Увидеть в пустом, мало освещенном пространстве своих коллег оказалось бы затруднительно, если бы не помощь боевого компьютера, слегка видоизменявшего картинку для более полного отображения обстановки. Никакого управления для этого не требовалось. Казалось, что просто напрягаешь зрение, чтобы рассмотреть находящегося почти в сотне километров Фролова, в таком же черном скафандре, как и у остальных, а картинка при этом увеличивается, будто посмотрел в бинокль, и силуэт подрисовывается бледно синим, почти голубым цветом.
  
   Команда установщиков расположилась вокруг места операции, по другому не назвать, полусферой, через равные расстояния друг от друга, лицом к кораблю. Рядом на "подскоке" вертелись немногочисленные уцелевшие андроиды и ремонтные роботы, они виделись Андрею как серые, неодушевленные искорки, на фоне серебристого тела корабля. Судно поменяло окраску для удобства, поскольку в обычном режиме, не парадном оно было глубокого черного цвета.
   - Начинается подача энергии на корпус. Пожалуйста, получите инструкции для расчетов, - мелодично пропел женский голос. Это корабль начал свою работу, полагаясь на помощь команды. Почти физически землянин ощутил потоки информации, передаваемые по личному каналу связи. Миллиарды бит, миллионы строк кода, чудовищный поток данных. Словно пьешь холодную воду прямо из ковша, когда начинает от холода ломить лоб, а на улице летняя жара.
   Только кругом стоял мертвенный холод вакуума, и ломило не лоб, а где-то неопределенно в груди, там, где находился боевой компьютер. В голову ворвались вихри мыслей - компьютер обработал переданные ему данные и превратил их в знания, понимаемые мозгом. В который уже раз Андрей поразился этому, будто зажгли лампочку в темной комнате. Примерно те же ощущения Андрей получал, тогда когда в самом начале своего обучения в Конторе ему приходилось усилием воли входить в экстрасенсорный транс.
  
   Теперь он точно знал, что должно было произойти, но все равно до конца не верил. До тех пор пока в задней части корабля не принялся оплывать серебристый корпус. Так же тает снег на сильном весеннем солнце. Строительные роботы и андроиды, находящиеся под дистанционным управлением киборгов, (вот, например, под контролем боевого компьютера Андрея находился один ремонтный механизм), подхватили двигатели, снятые с земных кораблей и медленно направились на назначенные точки пространства. Образовавшийся геометрически правильный шестигранник из десятков громадных и неуклюжих топливных емкостей, опоясал восемь двигательных систем и дюзы. Вся конструкция казалась пришедшей из каменного века, до того уж она выглядела дико и топорно по сравнению с изящными линиями марсианского корабля.
   Корпус оплывал медленно и тягуче, будто воск, но подчиняясь своим правилам, не хаотично, не бессмысленно. Наоборот завораживающе разумно. Обычно так начинает казаться, когда наблюдаешь за движениями медузы, размеренно и томно "вздыхающей" мантией из невесомых щупалец и движущейся вверх, к свету.
   Так же и корабль потянул серебристые ручейки ставшей жидкой обшивки к конструкции разработанной Боженским, и составленной из частей теперь уже мертвых земных крейсеров. Постоянно получаемые данные телеметрии от робота говорили, что все идет по плану, время от времени главный корабельный компьютер выдавал коррективы, Андрей их обрабатывал и передавал управляющие сигналы своему механическому помощнику.
  
   Помаленьку, полегоньку, в течение нескольких долгих и напряженных часов, корабль врастил в себя новые системы и управление процессом первой командой ремонтников было завершено, дальше начала работать вторая команда, занимавшаяся управляющими линиями. В их распоряжении были уже другие, более специализированные устройства, предназначенные специально для работ в условиях ограниченных пространств - такие небольшие, но жутко юркие змейки, которые, тем не менее, в случае необходимости могли принимать практическую любую форму. Многообразие их геометрических воплощений ограничивало только оснащение: чем больше на себе имела змейка разнообразных инструментов, чем больше она умела делать - тем менее она была приспособлена к изменению своих размеров и прочих параметров. Еще одним существенным недостатком у них было отсутствие каких-либо органов собственного "мышления", проще говоря - компьютера, и потому управлять ими буквально приходилось вручную.
   Для общего контроля и заодно обучения, весь процесс работ транслировался по общей связи.
  
  
   Вот роботы поползли по узким, еще движущимся туннелям, протягивая за собой практически невидимые нити высокоскоростных оптоволоконных каналов, в нужных, узловых местах, устанавливая развязки и коммутаторы. Основные сложности возникли при установке главного маршрутизатора и устройств сопряжения, когда в дело вступили почти все рабочие машины и вся команда киборгов-управленцев - построение системы управления все-таки, несмотря на расчеты, было больше экспериментальным, чем заранее спланированным. Потому потребовалось почти с десяток попыток, прежде чем дюзы засветились красным, пробным огнем старта. Восторгов по этому поводу не было - работа, есть работа.
   Проверка оказалась удачной, и следом за ней поступила команда сворачиваться.
  
   ***
  
   - Ну и как? Есть какие-нибудь идеи? - майор Тарвер смотрел прямо, как и привык всегда делать.
   - Идеи? Никаких, - в тон ему ответил Андрей. Позади него стояли трое остальных землян: Валера, Инга и Соня.
   - Тогда почему мы летим туда? Лично я просто не вижу смысла опускаться на планету, где остались лишь только руины. Земляне очень постарались не оставить ничего ценного.
   - А я и сам не имею ни малейшего понятия, майор. Можете спросить у любого из нас - иногда случается, когда просто знаешь, что так надо. Да я думаю, что и вы тоже знаете такие моменты.
   Тарвер плотно сомкнул губы, и Андрей понял, что последнее сказанное было лишним. Только вот непонятно почему.
   - Хорошо. В конце-концов это было не мое решение, а капитана, а если так, то мы будем выполнять приказ, - Тарвер повернулся всем корпусом, давая понять, что разговор закончен, и направился в сторону стрельбища. Андрей непонимающе пожал плечами.
   - Думаю, что надо все-таки пойти за ним, - сказала Инга, - Мне так кажется. Что-то он разозлился. Мы его чем-то задели нечаянно.
   - Да уж, только вот чем?
   - Если захочет, расскажет сам, - холодно заметил Валера. Он, как всегда, был в своем ключе, в своем духе. Сила и власть. Соня же просто стояла, молча и сосредоточенно глядя перед собой.
   - Если захочет, расскажет, - согласился Андрей и отправился вслед за майором.
  
   Когда Андрей вошел в помещение, его едва не оглушил взрыв. Краем глаза, спасибо модификации, он увидел, какой именно плазмоид отправил в мишень Тарвер. Размером с неплохое яблоко, а уж кому как не боевому киборгу знать, насколько тяжело удержать такой заряд под контролем.
   Образовавшаяся от взрыва воронка была размером с дыню, если не больше. Еще одно попадание такого же заряда в тоже место и вполне можно пробить переборку и натворить дел. Будто бы в подтверждение этого, входная дверь загерметизировалась во избежание аварии и утечки воздуха.
   Андрей встал рядом с командиром и приказал руке приготовиться. С легким щелчком вывались когти из подушечек пальцев, стала нагреваться ладонь. Маленький, с монетку, шарик огня появился в руке, послушный, покорный. Сладостное ощущение и Андрей некоторое время смаковал его, затем протянул руку, компьютер слегка подкорректировал направление и мощный электромагнитный импульс выбросил выстрел в цель. В ту самую воронку, немного углубляя ее. Чуть меньше четверти секунды и снова разогретый до десятков тысяч градусов и сдерживаемый полями огонек дрожит в правой ладони.
   Майор выстрелил в другую мишень, ее разнесло в клочья. Потом он замер на секунду, раздумывая:
   - Безымянный, ты какого хрена здесь? Тебе заняться нечем?
   - Раньше, господин майор, вы обращались ко мне только на "вы", если мне не изменяет память, - заметил Андрей. Раздался еще один взрыв.
   - А еще раньше я тебе говорил, что на судне нет "господинов", - парировал Тарвер и повернулся, - Что тебе нужно?
   - Я тренируюсь в стрельбе.
   - Полезное занятие... Руку выше держи. Вытягивай вперед перед открытием огня, для заряжания опять к себе. Будто берешь камень и бросаешь. Понял?
   - Да.
   - Ну-ка очередью по всем мишеням. Задержка в ноль три секунды. Огонь!
   Тело выполнило команду настолько быстро, что Андрей снова себе поразился. Время замедлилось, на полном автомате рука вытянулась и выпустила заряд, потом снова согнулась в локте, за десятую долю секунды разогревая очередную порцию воздуха. Еще десятая часть секунды и новый взрыв.
   Все мишени были поражены точно в яблочко, что вообще-то неудивительно, и опять воцарилось молчание. Майор подошел к стенду с боеприпасами и приложил магазин с разрывными патронами к предплечью, затем заговорил:
   - Кода я был молодой, меня только сделали сержантом, и я возглавил отделение из восьми бойцов. Нас отправили на одну из планет подлежащей колонизации. Стандартная процедура, проводимая не один раз - первоначальное тщательное обследование с орбиты, спуск автоматических зондов, взятие проб и образцов. Следом идем мы, подразделения бойцов вместе со строителями, транспортами с оборудованием и роботами. Наша задача определить возможные опасности для первых поселенцев, которые не были замечены во время предыдущих исследований, и защитить строительство, а так же помочь при эвакуации, если таковая потребуется. Это означает, что мы должны стоять до последнего, пока небоевые киборги не покинут планету.
   Знаешь, я ведь до этого десанта считал себя непобедимым. Не боялся ничего. Что поделаешь, молодой был, глупый.
  
   Тарвер словно впервые в жизни уставился на свою левую руку, которая принялась разваливаться надвое, обнажая ствол пулемета. Калибр его оказался посолиднее чем у Андрея, хотя принципиального значения это не имело. Этот пулемет мог стрелять и подкалиберными снарядами.
   - Нас было мало, ведь мы же мы же не просто люди, мы идеальные военные машины, и поэтому десантировать целую дивизию не имело смысла, да еще и накладно. Командование посчитало, что одного взвода вполне достаточно для любых неожиданностей. Тридцать человек. Целых тридцать укомплектованных по последнему слову техники киборгов. Ты думаешь этого много? - майор вопросительно посмотрел на собеседника.
   - Думаю, более чем достаточно.
   - Да. Более чем. В живых осталось только трое.
   У Андрея даже рот открылся от такой новости. Ему было трудно представить себе силу, способную вывести из строя взвод марсиан.
   - Первым погиб лейтенант Власко, наш командир. Очень опытный солдат, уже двадцать лет летавший по таким вот планетам. Мы так и не поняли, как это произошло. Просто не увидели. Он пропал и все. Представляешь, каково это оказалось для нас? Наши компьютеры обрабатывали ситуацию в связке, потому любое изменение обстановки было бы зафиксировано немедленно, но этого не произошло.
   Мы опустились в боевом порядке на небольшое каменистое плато, голое как моя лысая голова, даже холмов не было. Сразу же окопали тяжелое вооружение и установили мощные силовые барьеры на площади примерно в десять квадратных километров. В течение суток мы просто наблюдали, разослали зонды во все стороны. Потом провели первую вылазку, исследовали плато, даже слетали на катере к ближайшему водоему, чтобы убедиться в правильности выводов первой разведки - планета абсолютно безжизненна, на ней нет даже простейших микроорганизмов. После этого мы дали добро для посадки строителей.
   На третьи сутки, когда строительство шло полным ходом, исчез командир. Данные общей телеметрии молчали, связь отсутствовала, местонахождение установить не удалось, тревожных сигналов он не посылал. Мы точно знали, что "Зону Безопасности" он не покидал. Тогда-то мы и всполошились. Командование на себя принял старшина, связался с орбитой и доложил обстановку. Как и ожидалось - все работы были прекращены немедленно, люди эвакуированы, а мы... А мы остались для выяснения всех обстоятельств.
   Нельзя же такое оставлять без разбирательства! Провели тщательный компьютерный анализ всего времени, что мы успели побыть на планете. И ничего! Совершенно.
  
   Спустя буквально несколько часов произошло следующее исчезновение, если быть более точным то целых два. Только пропали не люди, а оборудование: переносной комплекс огневой поддержки и транспортер. Остались следы на камне, где они находились. Самое отвратительное было то, что пропажа случилась тогда, когда на охране стоял я. Прямо за моей спиной бесследно сгинула восьмитонная машина! Я был шокирован! Естественно, тут же получил нагоняй за невнимательность, хотя обвинять в этом было, по меньшей мере, глупо.
   Мы сделали кое-какие выводы из происшествий и попробовали себя обезопасить хотя бы внешним круглосуточным наблюдением и индивидуальными сканирующими защитными полями. Мы выставили напротив каждой единицы техники и вокруг каждого бойца по нескольку молекулярных камер, невидимых не то что невооруженным глазом, но даже с помощью довольно мощных приборов. Как и ожидалось, на следующую ночь пропал сержант и с десяток таких камер. Ни тревоги, ни каких либо сведений, могущих пролить свет на такую мистику. Полнейшая тишина! Я даже начал было верить в старые россказни, доставшиеся нам в наследство от Земли, про привидений...
   - Зря вы так, - покачал головой Андрей. - Привидения существуют на самом деле, вот только на Марсе вы обитаете не настолько долго, чтобы образовать достаточную сенсорную базу для их обитания.
   - Что? Сенсорную? Ну ты сказал. Уж чего-чего, а впечатлений, которые накопила наша раса за первые сто лет "самостоятельности" любому привидению хватило бы за глаза и за уши! Впрочем, речь не об этом совсем. Вопрос стоял очень серьезно, пропали уже двое высококлассных бойцов, и куча оборудования, но следов-то никаких! Надо было что-то делать. Среди нас был один индеец навахо, Джон Крамер. Вообще-то странное имя для индейца. Он сказал, что среди его предков были шаманы, и что как-то давно, еще до Третьей Мировой Войны, прадед Джона увидел во сне как погаснет его род. "В другом мире чужая сила последнего потомка заберет. Смотреть будут во все глаза, но не увидят". Как и все индейцы, Джон во время рассказа выглядел так, будто ему наплевать. Кто-то предложил ради шутки:
   - Ну раз мы все равно ничего не увидим, то почему бы не вздремнуть?
   Наверное, всем было неуютно, и все были готовы поверить во что угодно. Странно, но шутка была воспринята всерьез.
   Вот так впервые за всю историю колонизаций на боевой пост был назначен спящий наряд. Даже звучит смешно, правда? Для нас же не спать недельку-другую вполне нормальное явление, особенно в такое напряженное время, а тут такое. Видимо все-таки земное воспитание старшины сказалось - его родители вообще люди верующие были, несмотря на то, что киборги оба. Но факт остается фактом - в спящий наряд назначен был я, Джон, и еще один боец, его звали Вася Фролов. Да, ты правильно подумал, это был незабвенный папаша Алексея Фролова. Теперь Леша мне навроде племянника, если не сына.
  
   Помню, как нас старшина построил, и активировал спецкодом приказ для внутренних аптечек на введение снотворного. На три часа. Впервые в жизни мне стало страшно именно тогда. До дрожи в коленках, до судорог. И не только мне, всему наряду. Я ЧУВСТВОВАЛ, что нам нельзя спать, знал это, вот только сказать не мог. Сам не пойму почему, стеснялся что ли...
   В тот момент, когда я отключился, все и началось, хотя, может, мне так просто показалось - сон есть сон. Сознание стало кристально ясным, настолько, насколько это возможно, я впервые за всю свою жизнь ощутил себя всемогущим. Я не лежал на жестком топчане в полном вооружении, сжимая автомат, а стоял. Стоял на высоком утесе где-то далеко, вместе с теми Джоном и Васей Фроловым, и знал, что они чувствуют то же самое, что и я. Мы видели всю планету от края до края и до самых глубин. Тебе этого не понять, обыкновенные слова не передадут того ощущения, так же как если обычному землянину рассказать о нашем способе преодоления скоростей света. Ведь ты помнишь?
   Мы смотрели за горизонт так же просто, как ты сейчас можешь посмотреть съемку любой части Галактики, где побывали экспедиции людей. Удивительно. Никогда такого я не чувствовал и навряд ли буду.
   И как-то не особенно хочется, если честно.
  
   Я видел, как на чистом лике планеты появилась червоточина, мешающая, досадная, как чирей на лице. Ничего особенно страшного, но крайне неприятно при этом. Мы посмотрели в ту сторону и что же мы увидели? Правильно! Мы увидели нас, людей, закрытых таким смешным прозрачным куполом силового поля, старательно смотрящих вдаль и пытающихся совладать с собой и с ситуацией. Нам стало их жалко. Мы вспомнили, как удивились, когда люди спустились на плато, осторожно принюхивались ко всему. Как запускали в небо глупые следящие железки. Как испугались, когда мы забрали нескольких из них, чтобы посмотреть, что же за фрукт прибыл к нам в гости.
  
   Я помню, как изучал, препарировал странное существо, состоящее из искусственных, таких неприятных материалов. Помню, как оно кричало и стреляло в меня, в пустоту, не видя ничего. Я еще удивлялся, зачем это оно так сопротивляется? Ведь после препарирования ему самому станет понятно, что оно есть. Что я... мы... освободим его. Но оно так сопротивлялось, что эксперимент пошел насмарку. Это тогда мне показалось досадным. Потом я, мы, взял для проверки еще несколько интересных вещиц у этих существ, и еще несколько экземпляров самих пришельцев.
   Тщательно изучив образцы, я был разочарован! Какой же примитив! Ничего, что могло бы заслуживать внимания больше, чем на несколько секунд моего драгоценного времени направленного на такую важную вещь как изучение устройства мира. Мне стало противно.
   Я решил больше не возиться с этими букашками, с этим проявлением простейшей органической жизни слегка приправленной искусственными технологиями. И я их уничтожил...
   Так же как брал образцы - создал мгновенное, локальное и очень мощное по их меркам электромагнитное поле, блокирующее их забавные сигналы внутреннего сообщения, потом изъял особи из пространства-времени и переправил их к ближайшей звезде, где они благополучно и сгорели, не почувствовав боли. Я был великодушен.
  
   Когда мы проснулись, то первым делом проверили весь тот чудовищный бред, что нам приснился. Он оказался правдой. Кроме нас троих на планете не осталось ничего живого, даже более или менее двигающегося. Если быть до конца честным - то не осталось даже простейших механизмов, только лишь голые стены врытого в плато здания. К нам был экстренно выслан челнок и мы покинули планету. Улетая, я чувствовал этот странный взгляд, даже тогда, когда мы удрали за пределы системы. Взгляд, наполненный презрительным, брезгливым интересом, и непониманием, почему мы ушли, после того, как нам довелось присоединиться к наблюдателям во сне. Стать его, их, частью, побыть немного богом. Скорее всего нас отпустили, просто от скуки. Случилось это тридцать восемь лет назад. Я знаю, о чем ты хочешь спросить, что это была за планета такая страшная? Так вот - мы летим как раз к ней.
   - Тогда почему?
   - Капитан в курсе, ему тоже не нравится эта идея, но он доверяет тебе. Я тоже. Больше всего меня смущает не дело минувших дней, а само существование на этой планете базы полиморфов. Мне страшно, понимаешь? Знать противника, видеть его - гораздо проще. Мы летим туда, где потерпели уже однажды поражение, причем неизвестно от кого.
   - Странно. Почему вы не сказали мне об этом раньше, когда мы только оказались в этом районе?
   - Это секретная информация. Причем стала она секретной сразу же после происшествия. Наше руководство, так же как и земное, любит все непонятное прятать в закрома и никому не показывать. Не знаю, проводились ли исследования этого места после нашей туда прогулки, и даже знать не хочу. Тебе я рассказал сейчас только потому, что этого требует ситуация.
   - Спасибо, майор.
   - Спасибо скажешь, когда мы уберемся отсюда. Или если вообще не полетим туда.
  
   ***
  
   - Занять места согласно штатному расписанию. До старта осталось: десять минут, - сообщил корабль. Из-за последнего боя штатное расписание существенно изменилось. Ввиду резкого уменьшения численности команды. Теперь Валера и Андрей были приписаны к майору Тарверу как полноправные бойцы, Соня и Инга оказались в подручных у профессора Боженского, и теперь находились в его лаборатории, занимаясь последними настройками следящей и передающей аппаратуры.
   В расположение они оба, землянин и марсианин, шли молча, думая каждый о своем, рассматривая так и не удаленные полностью следы разрухи: почернелые потолки коридоров, наскоро протянутые прямо поверх старых, сожженных, линии связи, внешние терминалы для доступа к центральной компьютерной системе. С их помощью, устанавливая прямое защищенное соединение можно было удаленно исполнять свои прямые функциональные обязанности в экстренном случае.
   Очень бросилась в глаза глубокая борозда на стене, почти трещина. Это Валера вытаскивал здоровенный обломок обшивки, разбирая завал. Тогда, когда вся команда была практически недееспособна. На одной из переборок зияла широкая, размером с футбольный мяч, дыра, с черными, обугленными краями - это был явный след боя, след от выстрела из плазматора. Сейчас над сквозной дырой между отсеками самозабвенно трудился маленький, похожий на смешную многоногую черепашку, робот, приклеивающий заплатку.
   Здесь погиб один из людей.
   - Займите противоперегрузочные кресла, старт через пять минут. Системы сдерживания гравитации работать не будут, - мягко прожурчал корабль, казалось, прямо в ухо. Андрей уселся в глубокое кресло, вытянул ноги вперед и прикрыл глаза. Скоро начнется перекличка.
   Тарвер молчал, ничем не показывая свое напряжение, подчиненные не должны видеть волнение командира. Андрей покосился на Фролова, и заметил его изучающий, но при этом понимающий взгляд.
   - Как ты? - землянин установил двухстороннее соединение.
   - Нормально. Как всегда волнуюсь. Ты знаешь? - спросил Алексей.
   - Знаю. Извини.
   - Рано или поздно ты должен был узнать. Сам понимаешь, у меня там личные счеты.
   - Понимаю. Только не делай глупостей. Я подстрахую, если что.
   - Я киборг, не забыл? Я гораздо уравновешеннее любого человека, так что подстраховка не потребуется. Не переживай за меня, я справлюсь.
   - Надеюсь что так...
   - До старта осталось тридцать секунд, команде приготовиться.
   - Андрюх...
   - Да?
   - Спасибо.
  
   В отличие от первого путешествия, весь путь пришлось преодолеть не вставая с места. Переменная перегрузка от двух до двенадцати Жэ, совершенно не добавляла желания подниматься с кресла. Для экономии энергии пришлось пожертвовать комфортом, хотя для усовершенствованных людей особых сложностей не возникло. Единственное, что могло сильно напрягать, так это время. Для преодоления расстояния, на которое в лучшие времена потребовалось бы не более полусуток, сейчас потребовалось почти три дня.
   На стационарную орбиту выходили с некоторой осторожностью и опаской. Мало ли какие еще сюрпризы могли там находиться, если вспомнить живые мины на месте сражения.
   Место бывшей базы нашли сразу же - черный кратер глубиной с добрую сотню метров, наверняка делать там было просто нечего - что-либо ценное или представляющее интерес либо испарилось во время взрыва, либо было погребено под тоннами шлака. Докопаться, конечно, было можно, но на это ушло бы слишком много времени и ресурсов, а на такое капитан пойти не мог.
   Команда нервничала, не понимая, какого черта они все тут забыли, если нужно как можно скорее уносить ноги. Настроения непокорности, почти бунта, о которых Андрей уже успел позабыть за заботами последних дней, теперь снова давали о себе знать. Не раз землянин видел, с каким выражением лица на него поглядывает Шкловский. Если бы только на него, это еще ничего, но как он смотрел на Ингу! Просто так оставлять подобное без внимания Андрей не собирался.
   Желваки вздувались буграми, и организм сам, против воли начинал просчитывать вероятности исхода боя с техником - так хотелось вмазать ему по морде. По всем расчетам выходило, что технику придут кранты в любом случае, потому Андрей сдерживался. Еще и потому, что помнил слова Абрахама. Шкловский тоже помнил. Так они и обменивались ненавидящими взглядами.
   "Зачем только я тебя, засранца, из под взрыва вытащил", с досадой думал Андрей, впрочем, понимая, что вытащил бы в любом случае.
  
   - Вон там, Андрюш, видишь? - Инга указала пальчиком в точку на объемном изображении шарика планеты. На плато, довольно высоком. Недалеко от указанного места находится море и несколько озер. Мертвых, как утверждали данные внешнего осмотра. Андрей обнял девушку сильнее и положил подбородок на плечо. Вдохнул аромат волос.
   - Почему именно там? - спросил он. Девушка вздохнула.
   - Не знаю. Кажется, там что-то происходило, давно. Надо еще с Соней посоветоваться. А ты сам разве не чувствуешь?
   - Я не ясновидец, и даже не очень сильный телепат. И еще я не женщина, чтобы у меня была такая чуткая интуиция.
   - И хорошо, то не женщина, - улыбнулась Инга и чмокнула в щеку, - Этим фактом я страшно довольна! Еще раз надо с Соней посоветоваться все-таки...
  
   На четвертом витке было принято решение о высадке и определена точка посадки:
   - Итак, Безымянный, вы настаивали на прибытии сюда. Мы прибыли. Под нами останки базы. Ваши предложения? - спросил капитан.
   В кают-компании находились почти все свободные от вахты члены команды.
   - Я думаю, что сама база нам навряд ли может сильно помочь, но людей к ней, конечно, направить надо, на всякий случай. Я предлагаю другое место высадки, - перед всеми, в центре помещения появился шар планеты. "Глобус", как про себя его назвал Андрей. Несмотря на то, что изображение, разумеется, было цветным, выглядело оно настолько уныло серым, что складывалось впечатление, будто съемка велась старой 8-мм черно-белой камерой. - Высадку основной группы предлагаю провести вот здесь, на этом плато.
   - Там же ничего нет. - Заметил мистер Норрис и внимательно посмотрел на сначала на землянина, затем на майора Тарвера. Тарвер остался абсолютно непроницаем.
   - Нам кажется, что есть.
   - Что же это, если не секрет?
   - Не секрет. Мы не знаем.
   На такое откровенное заявление мистер Норрис смог только пожать плечами. Слов у него не оказалось.
   - Состав команды отправляющейся к базе буду утверждать я. Свою команду подберете сами, - решил Абрахам.
   - Хорошо. Выбирать долго не придется. Я бы хотел, чтобы компанию мне составили Тарвер, Фролов и... Шкловский.
   Лицо Шкловского негодующе вытянулось, капитан же просто скупо улыбнулся.
   - Хорошо. Пусть будет так...
   - Мы летим тоже. Все втроем, - твердо сказала Инга. Теперь уже лицо вытянулось у Андрея. Брать с собой девушку в практически стопроцентно гибельное место у него в планы не входило никак.
   - Вполне хватит тех, кого я назвал. Остальные не потребуются.
   - Мы летим. И точка. Мы должны.
   - Это совсем никуда не годится! - попробовал возмутиться Андрей.
   - Они летят, - спокойно сообщил капитан, - Это мое решение. Ведь вы же не пойдете против моего решения Безымянный, не так ли?
   Ну что тут ответить? Только молча согласиться.
  
   Собирались нервно, Андрей сердился, и потому молчал. Что необходимо было взять с собой, так до конца и не решили, поскольку не знали, что может ожидать внизу.
   Шкловский был до сих пор в легком шоке, и слонялся бы бесцельно по погрузочному боксу, если бы на себя его не взял майор Тарвер. Быстро, четко и уверенно он принялся руководить несчастным во всех смыслах этого слова техником. В результате техник погрузил на челнок полный набор инструментов на все случаи жизни, и лицо его немного просветлело, видимо оттого, что знакомые вещи его успокаивали. Девушки отправлялись в путешествие налегке, если не считать оружия, на котором практически настоял Андрей.
   Сам же он подготовился более чем основательно. Помимо обычного набора оборудования, который необходимо брать с собой при высадке на неизвестную планету, он захватил и кое-что еще:
   - Что это? - спросил Тарвер, показывая на планшетку временного сканера. Андрей подхватил ее, повертел немного в руке, не открывая, и уложил в сумку.
   - Узнаете потом, пока не стоит говорить об этом.
   - Хорошо...
   Про пистолет, заботливо почищенный и заново смазанный маслом, Андрей рассказывать не стал вообще никому...
  
   Опустились на поверхность они в облаке огня и раскаленной пыли, пустыня перед ними расстилалась насколько хватало глаз, до ближайшего озера было не меньше сотни километров - не расстояние для киборга, но все равно, находиться одному, как перст на голой равнине не доставляло радости. Странно, но за прошедшие почти сорок лет, следов прежней экспедиции не осталось вовсе, даже намеков. И не был в этом виноват климат планеты, который назвать мягким не поворачивался язык, скорее всего, постарались полиморфы.
   - Воздух там относительно пригоден для дыхания, скафандры не потребуются. Кислорода очень мало, но это не проблема, сила тяжести чуть больше марсианской, в принципе, можно выходить, - безрадостно сказал Тарвер, и было видно, что ему совершенно не хочется наружу. Тем не менее, подхватив поудобнее автомат, он выжидающе смотрел на Андрея, - Безымянный, как это ни странно звучит - но главный сегодня вы, ждем указаний.
   - Не торопитесь. Дайте подумать. Соня, ничего не чувствуешь? Инга, Валера?
   - Пока ничего. То есть совсем. Даже странно. Любое место имеет свою душу, легкий шум, словно далекий прибой. Или ветер в трубе, а здесь полная тишина, будто мы находимся в "нигде", - Соня озадаченно потерла лоб.
   - А я вообще ничего не чувствую, - жизнерадостно поделился Валера, - Как бы я же телепортер, это не по моей части. Так что вы работайте, а если что - я на подхвате буду, ну там: подай, принеси.
   - Ладно, если так, тогда давайте выбираться. Майор, а координаты определены верно? Столько лет ведь прошло.
   - Я эти данные хранил с того самого момента. Мы ошиблись максимум метров на пятьдесят - сто.
   - Что ж, хорошо. Шкловский! И не надо на меня волком так смотреть, приготовьте все то, что вам Боженский выдал, и разворачивайте минилабораторию. Стандартная программа с учетом данных сорокалетней давности. О результатах доложите. Сколько на это потребуется времени?
   - Полчаса, - сухо выдавил Василь. Судя по всему, быть в роли подчиненного презренного землянина доставляло ему невыносимые мучения. Андрей потихоньку злорадствовал, и при этом стыдился своего злорадства.
   - Тогда приступайте немедленно. Мы выходим, девушки остаются в шлюпке, сначала идем только мы. В случае чего - немедленно покидайте поверхность.
   - А что тут может случиться-то? - поинтересовалась Инга, - Ведь здесь же совершенно пусто.
   - А вот это нужно было узнать до того, как напрашиваться с нами, - сказал Фролов. Выражение его лица было странным, и одновременно спокойным, и настороженным. Наверное так выглядит кошка дожидающаяся, пока из норы не появится мышь. Когда случится это радостное событие - заранее неизвестно, но все равно нужно быть наготове.
   - Тут явно что-то нечисто, потому мы и попросились, - сказала Соня гордо. Оставалось только еще язык показать, и она точно стала бы похожа на обиженную школьницу
  
   Выгрузились, разошлись в стороны, полностью включились в боевой режим, пока всполошенный Шкловский носился между ящиками и роботами, чем-то щелкая и матерясь, чтобы заставить работать защитное поле. Хоть оно и не спасло никого во времена первой высадки, но с ним как-то спокойнее было.
   - Ну, что теперь? Я, вообще-то не понимаю, зачем мы здесь.
   - Есть у меня одна догадка, крайне неприятная, между прочим, но требующая проверки.
   - Интересно, и как мы ее проверять будем? Спокойно дожидаться, пока не начнутся исчезновения? - майор раздраженно пнул камень, тот шлепнулся в борт одного из ящиков, Шкловский нервно подпрыгнул и осмотрелся. Ему было хуже всех, за всю свою жизнь технику доводилось бывать на поверхности только одной планеты - Марса, в остальных случаях он никогда не покидал корабль, даже на Земле. Да и на самом Марсе техник не задерживался на поверхности надолго, а тут же спускался в подземелья, в привычные коридоры. Так что нахождение на открытом пространстве его страшно нервировало. Не агорафобия, но похожие симптомы есть.
   - Нет. Попробуем быстренько просмотреть вот с помощью этого, и шустро сделать ноги, пока не началось. Если же начнется... Что ж. Будем действовать по обстановке. - Андрей показал планшетку, - Временной сканер.
   - Вот как? Я думал, что такие есть только у нас. Может среди марсиан есть-таки шпионы? Наши технологии засекречены.
   - Наверняка есть, так же как и у нас ваши, но дело не в этом. Сейчас наш корабль на очередном витке ушел за горизонт, сеанс следующей связи через двадцать минут, нам надо успеть.
   - Что именно успеть? - спросил Валера.
   - Просмотреть, что тут было и сделать вид, будто занимаемся рутиной.
   - Ты думаешь, что... - Фролов нахмурился.
   - Да, именно так. Думаю.
   - Среди наших нет предателей! - твердо возразил Фролов, - Я за это ручаюсь.
   - Посмотрим, я вполне могу ошибаться, но рисковать, тем не менее, не имею никакого желания. Давайте приступим. - Землянин развернул планшетку-книжку, и принялся колдовать над настройками.
   Где-то позади кряхтел Шкловский, помогающий тащить маленькому роботу здоровенный лазерный бур...
  
   ***
  
   - Пожалуй, пора начинать, - пробормотал Андрей и положил планшетку на небольшой плоский камень. - Как давно происходили ваши события, майор?
   - Тридцать восемь лет, два месяца и одиннадцать дней. Раннее утро по среднему времени. По времени этой планеты так же было начало дня. Но сама высадка ничего интересного из себя не представляет.
   Прибор был готов к работе и светил обоими экранами. Проведя необходимые расчеты, сканер стал выдавать первое изображение. Нельзя сказать, что оно было идеально четким - скорее среди полос и серой дымки можно было что-то рассмотреть.
   - Мда, много мы тут увидим, - скептически хмыкнул Алексей Фролов.
   - Ничего страшного, когда начнутся основные события - станет видно лучше.
   - С чего бы это?
   - Не знаю на каких технологиях работают ваши временные сканеры, но наше изобретение, если верить инструкции, использует в качестве основы для обработки не только так называемую "память пространства", но еще и эмоциональную составляющую существ находящихся в данной точке пространства-времени. Психо-эмоциональное индивидуальное поле тоже оставляет свой отпечаток в пространстве-времени, и чем этот отпечаток сильнее, тем лучше можно прочесть и дешифровать те события, которые проходили в указанной точке. Я не слишком мудрено высказался? Просто цитирую инструкции и учебники... Хотя и сам не до конца понимаю, - смутился Андрей.
   - Угу, уж Боженский нам бы сейчас все популярно объяснил, коротенечко так, часика на три-четыре. Вот тут-то бы у нас мозги и запорошило. Так что не переживай. В принципе все понятно. В общих чертах, - успокоил Тарвер, с интересом наблюдая за землянином.
  
   Андрей установил ускоренную прокрутку и на экранчике понесся вскачь серый песок помех, изредка расцвечиваемый яркими картинками-сценами: строительство временной базы - коробки помещений вырастали буквально из камня, перемолотого строительными роботами; высылка наземных и воздушных разведчиков во все стороны, для сбора информации о ресурсах планеты; установка систем обороны от неведомого, но вполне вероятного противника, которая не помогла в результате.
   Наконец изображение начало стабилизироваться, это означало, что люди стали осваиваться на новом месте, привыкать к нему, и входили в обычный режим своей жизни. Андрей остановил ускорение. Майор Тарвер мрачно уставился на свое собственное изображение. Выглядел он практически так же, как и сейчас, если не считать фигуры. Сразу замечалось, что его модификация за прошедшее время претерпела очень существенные изменения. Тогда он казался гораздо массивнее, тяжелее и, как оценил Андрей, значительно менее эффективнее, чем сейчас.
  
   Лицо было довольное жизнью и самим собой. Рядом стояли и другие люди, было видно, что они общаются между собой. Без слов.
   - Жаль, что вы общались по коммуникатору, как и мы сейчас. Теперь ничего не услышим, - сказал Андрей.
   - Я буду комментировать, - буркнул Тарвер, - Это примерно за час до первого исчезновения. Мы уже провели все необходимые работы и теперь немного решили расслабиться. С разрешения командира, разумеется. Кстати, а вот и он сам.
   Позади бойцов стоял высокий и как-то болезненно худой мужчина. Точнее худым и скуластым было только его лицо, с хищный крючковатым носом и холодными, как две ледышки глазами. Они были голубыми, почти белыми, с черными точками зрачков, и от того казались еще более внушающими.
   - Теперь он отправится на проверку автоматических постов. Конечно все подтверждения о готовности он уже получил, но он всегда любил проверять лично. И это как-то раз даже нам жизнь спасло. Вот после проверки он и пропал.
   Андрей кивнул, и установил слежение за объектом - невидимая камера поплыла вслед за человеком со страшными глазами. Лейтенант обходил периметр спокойно и планомерно, в его движениях не чувствовалось тревоги или неуверенности. Он останавливался напротив вышек, врытых в каменистую почву, проверял боезапас и системы наведения, щелкал тумблерами вручную или управлял дистанционно - словом обыкновенная рутинная работа.
  
   Когда же офицер отошел достаточно далеко от основной группы, и случилось ЭТО. Власко вдруг просто пропал из кадра, оставив после себя размытое марево - отпечаток эмоционального присутствия. У всех округлились глаза, вот это номер! Андрей перемотал назад и включил замедление в тысячу раз. Вот лейтенант тянет руку к приборной крышке, касается ее, над его головой появляется черное овальное облачко. Мгновенно появляется! Даже при таком замедлении! Потом, облачко опускается на офицера, закрывает его целиком и пропадает вместе с ним.
   - Ничего не понятно... - Фролов почесал подбородок. - Удивительно просто, как это сделано.
   - Да, - согласился Тарвер, - Я помню, как мы делали. Не могу слов подобрать... Ну вот будто в кружку с горячим чаем упала соринка, и ее надо достать, а под рукой нет ничего подходящего - приходится руками. Очень быстро, чтобы не обжечься. Понимаете? Вот и тогда так же было, только мы были вроде бы в другой реальности, и извлекали, что нам оказалось интересно, из этой. Тянулись и доставали, будто соринку из чая. Рассматривали, изучали...
   - Ясно. - Андрей задумался. - Теперь нам надо посмотреть, что же случилось с вами, когда вы уснули. Не уверен, что мы сможем увидеть что-нибудь особенное или полезное, но попробовать надо.
  
   Андрей перематывал вперед, а майор все мрачнел и мрачнел, хотя дальше, казалось уже некуда. Когда на экранчике застыла сцена "усыпления", Тарвер рывком отвернулся, и глухо сказал:
   - Я не могу это видеть.
   - В чем дело? - Валера удивился.
   - Пока я там дрых, моих друзей распинали. Я распинал. Я этого всего не видел со стороны, и не хочу.
   - А придется, майор! - неожиданно жестко сказал Андрей. - Придется смотреть, и давать комментарии, к тому же времени у нас осталось совсем немного, а вы единственный участник тех событий.
   Тарвер посмотрел так, что если бы он был экстрасенсом-огнеборцем, то от Андрея бы сейчас осталась только кучка пепла, но все равно повернулся к экранам.
   Трое уснули довольно быстро, буквально несколько секунд, прямо так, на камнях, на которые положили что-то напоминающее топчаны, пластиковое, жесткое подобие матрасов. Остальные разошлись кто куда. Старшина сел возле своих спящих бойцов на самый обыкновенный, и оттого такой неуместный, складной, матерчатый стульчик. Кажется еще и брезентовый.
   - Это его талисман, - пояснил майор, - Достался от родителей. Своеобразный знак Земли, его прадед был заядлым рыбаком. Кстати, старшина еще возил с собой целый набор разнообразных удочек, в надежде на то, что ему однажды попадется планета, где можно будет половить рыбку. У него целый архив рыбацких историй прадеда... Был.
  
   Один боец ушел на центральный пост слежения, хотя особой необходимости в этом не было. Любая информация могла передаваться и передавалась напрямую в боевой компьютер наблюдателя, однако присутствие человека перед мониторами было обязательным, прописанным во всех уставах условием. Четверо заняли позиции в так называемом "боевом охранении" по периметру базы - каждый на своей стороне света, устроившись в специально обустроенных бункерах управления огневыми точками. Остальные занялись чисткой оружия или просто неподвижно сидели, глядя перед собой.
   Когда пропал дежурный с центрального поста слежения, об этом узнали только по сообщению автоматики об отсутствии управляющего сигнала от человека. Старшина немедленно перешел в боевой режим и оказался на месте - там было пусто. По тревоге в повышенную готовность были переведены все, но ситуацию это не прояснило. Тогда последовала команда собраться вместе...
  
   Стояли тесным кругом, практически плечом к плечу. В середине круга лежали трое: Тарвер, Фролов старший и Джон Крамер, индеец со странным именем. Старшина скупо скомандовал голосом, и его подчиненные перешли в "полный" режим, многократно ускорив свою реакцию и моторику, пожирая бешеное количество энергии встроенных аккумуляторов. Напряжение ощущалось даже в картинке настолько, что по изображению иногда проскакивали голубоватые молнии.
   Когда исчез старшина, началось нечто невообразимое - несколько человек присели, трое отступили назад и подняли стволы автоматов вверх, остальные, мерно водя руками в стороны, стали вести огонь, не особенно заботясь о том, куда стреляют. Грохот, слышимый даже через слабенькие динамики сканера резал уши и заставлял вздрагивать, тридцать восемь лет назад вооружение не отличалось особой бесшумностью.
   - Стандартная ситуация окружения при неизвестности угрозы, - голос Тарвера был холоден как лед. Наверное, так говорили дикторы на старом телевидении, привыкшие каждый день сообщать о сотнях смертей. Потом он тихо, едва слышно добавил. - А я в это время спал. Не мог проснуться, ведь моей аптечке была дана команда впрыскивать снотворное в течение трех часов. Даже если бы я и хотел, то просто не мог ничего сделать.
  
   Еще один замедленный кадр и еще одно пустое место в круге, теперь стали стрелять все, разнося в песок стены временных сооружений и подкашивая башенки автоматической защиты. Вы когда-нибудь видели киборга в ярости? Довольно странное зрелище - абсолютно неподвижное лицо, будто маска, вырезанная из дерева, и глаза... такие спокойные, расчетливые. Умирать не боялся никто, и умирать никто не хотел. Тем более так, неизвестно каким образом. Вот сначала один, потом второй уронил на камни свой автомат, в котором кончились патроны, и из плеч выдвинулись тяжелые пушки. Кто-то послал команду ближайшему роботу-погрузчику, и в круг были доставлены несколько ящиков с боезапасом. Видимо раньше плазматоры в руках не были предусмотрены, поскольку никто не стрелял огненными, лилово-красными шарами, но и без этого хаос стоял невообразимый.
  
   Валера нервно жевал губы смотря за происходящим и совсем не удивился когда вдруг разом стало тихо - пропали не только бойцы, но и роботы и даже некоторые изрядно изрешеченные стены. Остались только лежать трое спящих.
   - Без поллитры не разобраться, - резюмировал он.
   - Да уж, - подтвердил Фролов в жизни не пробовавший спиртного, но, тем не менее, понявший суть поговорки. Тарвер молчал, его лицо было похоже на лица тех, кто тогда сражался - такая же маска без эмоций, одни морщины и плотно сжатые губы. Он переживал смерти своих друзей, которых не смог не то, что защитить, даже потворствовал их гибели в какой-то мере. Наконец он заговорил:
   - Я помню, как они попали к нам в руки. Мне они показались тогда уродливыми и странными. Мы смотрели на них, интересуясь, и их тела раскрывались для большего нашего удобства. Нам стало скучно довольно быстро. Но мы привыкли к такому положению вещей, нам было скучно почти всегда. Они нам надоели, даже их строения и механизмы оказались интереснее, чем они сами - страшный примитив, каменный век. Мы выбросили их, а место посадки разровняли, придав прежнюю нетронутую красоту, которую создали сами.
   После всего случившегося я пробовал покончить с собой, но не смог. Наверное, я просто слаб, и я до сих пор живу, а они нет...
   - Ты не виновен, так просто случилось, - сухо ответил Валера, - Я вот тоже до сих пор жив, а меня на том свете дожидается жена и не родившаяся дочь.
   - А мой отец погиб, - тихо сказал Алексей Фролов, - Мне тогда казалось нелепо и нелогично. Он взорвал себя на крейсере полиморфов, уничтожив целый корабль. Теперь я думаю, что поступил бы так же, но вы, майор, все-таки делаете лучше, вы живете и убиваете врага. Это гораздо разумнее...
  
   Андрей вздохнул и потом позвал:
   - Инга, Соня. Подойдите, нужна ваша помощь.
   - Зачем? - прошипел Валера и сделал круглые глаза, - Им нельзя это видеть!
   - Они поймут гораздо быстрее, чем мы, они женщины, у них нет таких эмоций, которые мешают сейчас нам: ярости и желания убить. Зато есть другие, которые могут помочь: сострадание и жалость.
   Девушки вышли из челнока, немного нервничая и чересчур сильно сжимая в руках автоматы, которые казались слишком большими по сравнению с их тонкими фигурками. Шкловский, уже сделавший все необходимые дела, и теперь только следивший за ходом работ, мельком взглянул на них, но у Андрея от этого взгляда опять перехватило дыхание - снова захотелось свернуть ему челюсть. Оглянувшись, Андрей с изумлением заметил точно такое же выражение лица у Алексея Фролова - его желваками можно было дробить камни...
  
   - Ну что у вас, мальчики? Не можете справиться сами? А мы уже решили вздремнуть, - усмехнулась Соня.
   - Без вас никуда, куда же мы без вас-то? - в тон ей ответил Андрей, - Да и попробуй только от вас дергануть, тут же неприятностей куча будет.
   Теперь уже усмехнулась Инга и сверкнула глазами.
   - В общем так, тут есть одна запись, на которую вам надо взглянуть. Непредвзято. И по-женски проницательно, как только вы умеете. Вот, - Андрей поставил уже сохраненное изображение с самого начала, не пропуская даже незначительные с его точки зрения детали.
   - Ой, майор, а ведь это вы! - Соня улыбнулась, - Какой вы тогда огромный были, наверное, в два раза больше.
   - В одну целую четыре десятых по массе, и в одну и две по линейным размерам, - выдал Тарвер и Андрей с изумлением заметил, что старый вояка умеет не только воевать и бояться, но еще и смущаться как школьник.
   - Не отвлекайся Соня, - сказала Инга, - посмотри-ка сюда...
  
   Специально для всех девушка выставила паузу - на экране застыл лейтенант Власко, а над его головой повисло черное как ночь облачко, которое буквально через мгновение должно было пожрать его.
   Соня ойкнула.
   - Узнала? - Инга мрачно махнула рукой над головой, - Помнишь?
   - Помню, - подтвердила девушка.
   - Что? Что помнишь-то? - не выдержал пантомимы Андрей.
   - Валера, а ты? Разве не помнишь? - Инга вопросительно посмотрела на Валеру.
   - Что именно? Облачко? Нет, не припоминаю.
   - Да быть того не может!
   - Таких облачков я еще на Земле пачками видел, что тут такого удивительного?
   - Как что? Ну вспомни, когда нас захватили, когда доставили на ту самую базу, еще нас в саркофаги укладывали, над теми жуками, что нас контролировали были такие же облачка. Только размытые такие, слабые. Те жуки еще оборудованием управляли. А потом зеленый свет, яркий, размывающий все попытки вырваться, сковывающий волю, закупоривающий, будто джинна в бутылку. Не помнишь?
   - Нет, - твердо ответил Валера, и покачал головой. - Не помню. Когда меня брали, я уже без сознания был. У меня были переломаны ребра и разорвано легкое. Я перед этим кровью харкал. Руки сломаны были и позвоночник. Когда полиморфы пришли - я уже был почти мертв, только в реаникамеру класть. Ничего похоже на облачка не всплывает как-то. Очнулся я уже на корабле после того, как надо мной потрудился доктор Той.
   Все притихли, стараясь подавить страшные воспоминания. Не очень успешно.
  
   - Итак, вы их видели. Что чувствовали при этом? - спросил Андрей, пытаясь выглядеть спокойно.
   - Страшно было. Вот что, - нахмурилась Соня.
   - Неуютно и... Мерзко. Будто тебя пеленают паутиной. Крепкой и эластичной, и невозможно пошевелиться. И ясно было видно, как это долбанное облачко становится все чернее.
   - Оно было видно обычным взглядом? Ну ты понимаешь.
   - Нет... не уверена. Скорее всего, нет. Я тогда была на пределе возможностей, пыталась вырваться. Плюс еще эти твари использовали какой-то газ. Сонный, или что-то в этом роде. Глаза сами закрывались. Вообще-то я думала, что мне это привиделось, если бы не ваша запись. Майор, что это?
   - Просмотрите дальше и поймете.
   Дальнейший просмотр проходил в гробовом молчании. Потом Соня сказала:
   - То, что мы видели, было гораздо слабее. Оно не принимало участия а, как бы это сказать, наблюдало что ли. Мне так кажется. А здесь оно очень мощное.
   - Вот что. Живо всем на корабль, остаемся только мы втроем, с Лехой и Тарвером. Шкловского тоже заберите. Трапы не поднимайте, мы будем совсем рядом. Подготовьтесь к взлету и настройтесь, надо будет поработать по основной специальности. Кажется, сейчас начнется то же самое, что и годы назад. Да и еще, приготовьте на всякий случай программу аварийного взлета и сильное снотворное...
  
   - А нам что делать? - поинтересовался Валера.
   - Нам? Просто ждать. Рано или поздно, я надеюсь, что все же не придется здесь сидеть неделю, должна произойти попытка изучения нас.
   Тарвер, услышав о такой новости, нахмурился, было совершенно ясно, что такая долгая "прогулка" не входила в его планы.
   - Безымянный, лучше не искушать судьбу. Через несколько минут горизонт пересечет наш корабль и мы сможем убраться отсюда. Кроме того, вы и сами собирались быстренько посмотреть и сделать ноги, если не ошибаюсь.
   - Мы не узнали главного, что здесь все-таки случилось.
   - Ну и черт с ним! Гораздо важнее сейчас вернуться на Марс и принести всю необходимую информацию!
   - Во-первых, майор. Лететь с такими скоростями мы до Солнечной Системы будем не одно десятилетие. Во-вторых, полной информации мы все равно не имеем. Тех данных, что мы сможем доставить, все равно не хватит для победы над полиморфами. И, наконец, в-третьих... Если вам страшно - вы можете убираться отсюда. Захватите девушек и Шкловского. А я останусь здесь. Сдается мне, что именно на этом сером куске камня я могу найти ответ на все вопросы. И вы, кстати, тоже.
   Тарвер задумался. Нет, он не колебался, оставаться - значит оставаться. Тут уже во главе угла стояла честь, а не сохранение своей жизни. Вопрос вообще бы не стоял, если бы не гражданские в составе команды, тем более женщины (техник в расчет не брался, поскольку знал, на что идет, когда соглашался лететь в эту экспедицию).
   - Надеюсь, ты хорошо подумал. У нас просто может не хватить времени...
  
   И тут Андрей ощутил что-то похожее на грозу, когда воздух наэлектризовывается, когда тяжелые тучи висят буквально над самой крышей дома и тяжело дышат, чтобы разразиться крупными каплями летнего ливня. Стало тяжело дышать, и перед глазами поплыли круги. Фролов и Тарвер недоуменно переглянулись.
   - Андрюш... - позвала из корабля Инга, - Кажется...
   - Да, вы уже приняли снотворное?
   - Приняли, а вы?
   - Сейчас, - Андрей обернулся на остальных. Все трое кивнули. - Да, и мы тоже. До встречи...
   Навалилась темнота.
   Андрей думал, будто писал дневник:
   "Следом пришла серая мгла, будто разогревался экран старинного телевизора, прежде чем вспыхнуть изображением и звуком. Мгла некоторое время была пуста и безжизненна - никого, кроме меня, потом я ощутил присутствие. Рядом со мной проявились нечеткие тени, но я знал, что это были девочки и Валера с Алексеем. Что-то было не так, но что именно я понял не сразу. Не хватало Тарвера!"
  
   Всполошиться или испугаться Андрей просто не успел, потому что почувствовал, как сознание наполняется голосами, шелестящими, как у полиморфов, но не такими грубыми, чужими, неприятными как у них. Скорее голоса просто другого качества, будто школьник обучавшийся в музыкальной школе стал, наконец, великим скрипачом. Разница в классе, разница в уровне.
   И Андрей, впервые за всю свою жизнь понял, что значит ощущать себя не просто как "Я", а как "Мы". Не быть частичкой толпы, и при этом самому в себе, а стать частью действительно целого. Хотя его в это целое и не звали. Андрей стал понимать, что "Мы" недовольны, стал слышать их мысли, думать этими мылсями. "Чужаки опять вторглись в наши владения, а одного мы даже помнили, он уже один раз ушел от нас, решил, глупый, что его примитивное одинокое существование может быть лучше, чем быть частью ЦЕЛОГО."
   За прошедшее время чужаки стали чуть совершеннее, если можно назвать прогрессом шаг от улитки до черепахи. Андрей посмотрел на своих спутников и увидел, что они переживают то же самое, что и он. Но Тарвера нет. "Мы" посмотрели на майора (глупость какая. Странная добавка к именам), а тот, ощутив каким-то образом наш взгляд, вышел из под тени корабля, и отключил силовое поле. Встал посередине ровной каменистой площадки и спокойно осматривался по сторонам. Как он ощутил нас? Ведь он не такой как эти... странные люди. Он обычный серый слизняк с искусственным телом. Мы видели его не только через призму световых волн, но и многими другими способами, получая удовольствие от созерцания, от познания нового, изучения. Без этого нам было так скучно.
  
   Что бы сделать?
   Сначала мы просто пассивно наблюдали за непрошеными гостями, умиляясь тому, с каким вниманием они пялились в свой смешной прибор, потом решили забрать их, но они поступили гораздо лучше - влились в ЦЕЛОЕ. Все кроме этого. За пределами атмосферы скользил их корабль, там тоже были существа, мы могли забрать и их, но не хотели до тех пор, пока они не рискнут опуститься сюда, в наши владения. Вторая группа людей, которая шарахалась по останкам базы наших воплощений, убралась довольно быстро, да они и не представляли интереса, среди них не было неправильных, опасных людей, только простые особи. Сами мы не хотели разбираться с ними- вызвали наши воплощения, и они скоро явятся, чтобы мы могли насладиться очередным зрелищем красивого космического боя. О как это эстетически красиво! Мы хранили в памяти множество таких сражений, смакуя детали общей картины и частных трагедий. Не только людей, но тех, кто был до них. Кого мы покорили и уничтожили. В этом тоже есть свое удовольствие - убивать. Пусть и не своими руками. Приказывать, хотеть и смотреть - вот что мы больше всего любили.
   Почему майор не пошел к нам? Почему он ушел в прошлый раз, но посмел вернуться, чтобы раздражать нас своим нежеланием стать нами?
   Мы злились. Немного, как обычно сердятся на надоедливую мошку, по недоразумению залетевшую в комнату. А может в нем есть что-то такое, чего мы не рассмотрели сразу? Может, в нем что-то изменилось со времени нашей последней встречи? Теперь нам уже стало любопытно.
  
   Вдоволь насмотревшись, и дав понервничать человеку, мы решили изучить объект ближе. Изъять его из пространства и препарировать. Андрей довольно улыбнулся, предвкушая новые знания, нетерпение охватило его, их. В нашем мире время было тягучее, как резина. И мы стали создавать прорыв пространства над головой Тарвера, тот который кажется черным облачком.
   Андрей тряхнул головой, как в том мире, так и в своем привычном. "Что я делаю?" мысль металась во сне, потерянная и ничейная. Андрею хотелось проснуться, но уходить из такого уютного сообщества было просто невыносимо.
  
   - Девчонки! Вы как? - спросил он стоящие рядом силуэты. Спросил их и ЦЕЛОЕ одновременно.
   - Нам хорошо. А тебе? Почему ты взволнован? - спросили девушки. Серая мгла стала сгущаться, это внимание сообщества обратилось к своей части, которая была плоха или просто нуждалась в помощи.
   - Что с тобой? - поинтересовался Валера. Его силуэт был более размыт, чем остальные, словно он уже почти слился с окружающим мыслящим, живым миром, - Неужели тебе не нравится? Ведь это так здорово. Не находишь?
   - Да, - вынужден был согласиться Андрей, - Мне так не хочется уходить...
   - Тогда не уходи.
   - Я не могу остаться, я должен.
   - Что мешает тебе просто наслаждаться? Хотя бы до того момента, пока не кончится снотворное, и ты не проснешься сам. Этого осталось ждать не так долго.
   - Я должен помочь Тарверу.
   - Ему? Зачем? - собеседник был искренне удивлен. - Ты же понимаешь теперь, что он оказался просто глупцом, променявшим жизнь на существование. Разве может быть что-то лучше этого?
   Тень выразительно развела руками, показывая на шелестящий серый свет.
   - Не знаю. Может и так. Но я должен.
   - Тогда иди, - великодушно позволило Целое, - Но не думай, что ты сможешь безнаказанно вернуться, если у тебя получится уйти от нас.
  
   Оставалось только выбираться. Андрей сосредоточился и попытался уйти от того, что его окружало во сне, попробовал проснуться. Ничего не получалось. Музыка шепота была вокруг и везде. Она была всем. Техники отрешения, медитации, которым его учили еще на Земле, тоже помогали мало, оставалось только обратиться за помощью, других вариантов не было. Почему-то показалось, что Валера не сможет подхватить, вывести, оградить.
   - Инга? - совсем тихонько позвал Андрей.
   - Да? Тебе все еще плохо? Мы чувствуем это.
   - Тебе-то как?
   Она задумалась:
   - Я не знаю. Наверное, хорошо. Только плохо без тебя... Без отдельного тебя, самого по себе. Я так не смогу всегда...
   - Я тоже не смогу так. Не могу уже. Нам надо выбираться, и так уже знаем все, что нужно. Еще Тарвер в беде и времени осталось совсем немного, прежде чем это сообщество примет решение. Бой предстоит. - Андрей полностью отдавал себе отчет в том, что говорил. И в том, что все сказанное или подуманное станет известно Целому, частью которого он был до сих пор, и откуда вырваться у него пока не получилось.
   - Да, ты прав. Чем могу тебе помочь?
   - Вспомни, как нас учили действовать коллективно. Я понимаю, что у вас не было серьезной практики, что это своего рода высший пилотаж, но попробовать надо. Соня тоже нужна, если справится. И Алексей.
   - Это тяжело, может не получиться.
   - Не думай об этом. Просто захоти.
   - Очень хочу. Мы постараемся, правда, Соня?
  
   Соня ответила так, будто очень задумалась над извечной проблемой смысла жизни. Возможно, так оно и было. Ее голос был глубок и тяжел, заторможен, сама она тоже почти растворилась в окружающей среде.
   - Я помогу, попробую. Хотя это так хорошо, быть здесь.
   - Но ведь если ты не проснешься. Если останешься тут, то умрешь! - высказался Алексей, молчавший до этого. И Андрей понял, насколько тяжело ему было сопротивляться такому очевидному счастью... Только воспоминания об отце помогали ему держаться на плаву, более или менее обособленно от сообщества.
   - Да, я знаю. Но ведь я умру там. И останусь здесь. А это очень даже неплохо... По крайней мере ничем не хуже того, что может меня ожидать меня там, с той стороны.
   - Так нельзя! - Алексей даже засветился от возмущения, - Ты не должна оставаться здесь. Это все чужое, не для нас!
   - А что для нас? Постоянная забота о том, что будет в течение дня? Поиск еды и питья? Забота о теле, забота о себе, постоянная трата времени на ненужные вещи? Лучше просто остановить время, и познавать мир, не отвлекаясь ни на что другое...
   - Лучше умереть? - От злости Фролов стал виден гораздо лучше. Теперь уже не просто как тень на сером фоне, а значительно более четкая фигура. Даже стало видно лицо, сердитое и, даже можно сказать взбешенное, чего никак нельзя ожидать от потомственного киборга. Андрей поддержал его порыв, но немного по-другому.
   - Лучше скучать?
  
   Соня промолчала, ведь она тоже поняла, чем живет сообщество - только ожиданием нового, неизвестного. Что можно было бы изучить и осмыслить. Или хотя бы убить на потеху. Потому что скучно.
   - Соберись, Соня! - позвала-приказала Инга. - Помнишь, как мы с тобой только начинали работать в Конторе? Ты еще тогда очень сомневалась в том, что сможешь сдать все тесты и экзамены, боялась, что провалишься. Наш куратор тогда сказал, что чаще всего волноваться не вредно, и сомневаться тоже полезно, только нужно знать меру. Помнишь?
   - Помню. Это такой милый старичок был. Весь седой.
   - Ты тогда смогла с собой справиться, не поддалась настроениям и поняла, как нужно действовать. Давай сейчас попробуем так же?
   - Давай... - обреченно прошептала Соня.
   Странно, но сообщество, кажется, не собиралось пытаться мешать им, просто наблюдая за тем, как одни люди помогают другому проснуться, вынырнуть из их мира. Возможно, им было интересно, кто знает. Андрея сейчас это волновало мало, пускай смотрят, лишь бы не пробовали мешать.
   В голове метались обрывки мыслей, которые Андрей считал своими, а так же отголоски миллионов голосов и ощущений, среди которых так хотелось раствориться, потеряться. Приходилось усилием воли гнать от себя это желанием, пытаться успокоиться и нащупать тот момент, когда получится нащупать ниточку пробуждения и дернуть ее изо всех сил, заставить себя проснуться.
  
   Целое, тем временем, не ослабляя внимания, готовилось забрать Тарвера. И у них на это потребовалось бы совсем немного реального времени. Здесь же на подготовку требовались субъективные часы. И Андрей, одновременно с попытками выбраться, стал думать, что же делать? Как вытащить Тарвера? Наверняка времени у него будет не больше, а скорее всего даже меньше секунды. Одной секунды. А находился Тарвер достаточно далеко, больше чем в полусотне шагов от корабля и от того места, где спали сам Андрей, Валера и Фролов.
   План созрел быстро и был он, мягко говоря, безумен в своей простоте! Успеть все за секунду, только действовать четко и быстро, не расслабляясь. Забрать человека, который находится без сознания, они не могут - это не просто неодушевленная вещь, которую можно изъять так просто. Если человек спит, или в обмороке, то он не цельный, связи сознания и тела разорваны, и перенести его не получится.
   Значит надо вырубить Тарвера! За секунду! Учитывая его превосходящую огневую мощь, опыт, а так же тот факт, что он сейчас готов к бою как никогда. Девочки, и даже Фролов, который совсем не был экстрасенсом, теперь тянули Андрея из омута серой мглы, осторожно помогая ему подобрать ключ к собственному пробуждению. Это было тяжело и необычно, будто игра в теннис два на два, когда нужно следить за постоянно меняющейся ситуацией, и не пропустить свой удар, свой взмах ракеткой, да еще умудриться отправить мячик туда, куда нужно. Для этого требовалась серьезная тренировка, которой у всех присутствующих никогда не было.
  
   Раз или два, они все срывались и начинали сначала. Соня, отчаявшаяся было, теперь упрямо тянула всех наверх, незаметно взяв на себя роль координатора общих сил, и даже Андрей покорно следовал ее воле, чувствуя, что все идет правильно. Ее силы разрастались как снежный ком, раскрывались, свернутые и далеко спрятанные ее характером мягкой и застенчивой девушки. Раскрыться так у нее не получилось даже во время обучения в Конторе, и даже тогда, когда ее захватили полиморфы. Видимо что-то помогло ей сейчас...
   Выбираясь из омута сна, Андрей почувствовал свет, бьющий в веки, холодный ветерок, коснувшийся щеки. Он проснулся, и одновременно перешел в полный боевой режим. Первым делом, пока вставал, он подготовил и отправил три сообщения с высшим приоритетом: первое - всем аптечкам спящих на применение пробуждающих средств; второе - бортовому компьютеру шаттла для подготовки к старту; и, наконец, третье - на орбиту с предупреждением о грядущей атаке полиморфов.
  
   Секунда, пока Андрей производил эти действия и принимал вертикальное положение, успела сократиться на одну десятую. Рука скользнула в небольшой кармашек боевого скафандра, и нащупала пистолет, майор Тарвер неестественно медленно повернулся, оценивая новой фактор в ситуации. Времени на приведение в рабочее состояние встроенных плазматора и пулемета просто не было, штатный автомат так же был штукой довольно громоздкой, а действовать сейчас надо было быстро, и гораздо быстрее, чем когда-либо раньше. Когда появился пистолет и Андрей сухо щелкнул затвором, Тарвер так же перешел в боевой режим и бросился вперед, на противника. Да и как было сделать иные выводы, когда человек, которого ты давно знаешь, вдруг просыпается, хотя должен был находиться во сне еще добрый час, и при этом достает оружие, да еще направляет его на тебя?
   Пакетированное сообщение с объяснением ситуации было проигнорировано до разрешения ситуации - программная установка компьютера, ответственного за работу во время боя. Андрей выстрелил, пуля попала прямо в грудь, в панцирь скафандра и с визгом отскочила, Тарвер несся вперед быстро сокращая расстояние и сжирая выделенную секунду своей жизни, он прекрасно понимал, что открыть ответный огонь не успеет, оставалась только рукопашная схватка. И главным было не допустить этого, поэтому Андрей прыгнул вверх, с лихорадочной скоростью опустошая магазин.
  
   "Блямц, вжик, блямц, блямц, вшш" - стучались пули в майора, Андрей целился, как мог, даже в голову, но мишень попалась шустрая и жизнью битая, да еще и стрельба в полете не добавляла меткости.
   Тарвер так же сорвался в прыжок. Боевой компьютер Андрея просчитывал траектории и выдавал оптимальные точки прицеливания, а так же возможные варианты развития событий. По всему выходило, что шансов выполнить задуманное мало...
   Осталось около четверти секунды, спящие уже проснулись, шаттл был готов к старту, дюзы прогреты, только оставалось нажать на кнопку. Люди внутри не вмешивались, поскольку понимали, что происходит. Ситуация казалась тупиковой, просто так Тарвера не вырубить. Когда они сошлись в прыжке, Андрей вытянул вперед руку, практически в лицо майору и начал жать на спусковой крючок. Как он и ожидал, майор принял единственно верное решение, чуть наклонил голову вперед и в бок, уходя с траектории полета пули, и потянулся к руке, сжимающей пистолет, чтобы выбить оружие.
   В ответ, Андрей изменил свое решение на совершенно нелогичное, вместо выстрела, он просто... ударил офицера в висок! Такой вариант был признан боевым компьютером как нецелесообразный, поскольку патроны в магазине еще были, а для выполнения поставленной задачи применение огнестрельного оружия в упор считалось предпочтительнее обыкновенного удара. И именно поэтому землянин так и поступил, зная, что Тарвер видел ситуацию в том же свете, и считал вероятность выстрела практически сто процентной, а вместо этого получил тяжелейший удар, отправивший его в глубокий нокаут.
  
   Бесчувственное тело рухнуло на землю. Не теряя зря времени, а вдруг все-таки не успел, или не так что-то понял, Андрей подхватил майора на руки и вбежал по трапу в шаттл. Чуть не упал от резкого старта придававшего его с ношей на руках на 4 G к полу, протиснулся в кабину и положил своего командира в кресло.
   - Простите, майор, так было надо.
  
   Воздух снова стал наэлектризовываться, но теперь как-то угрожающе - сообщество разозлилось, ведь отобрали объект для изучения, теперь надо было как можно скорее уносить ноги с планеты! Слава богу, что кораблик уже находился на предельной высоте и готовился покинуть плотные слои атмосферы, пылая раскаленным воздухом вокруг обшивки.
   Однако так просто их никто отпускать не собирался - с орбиты пришло сообщение о том, что эскадра полиморфов находится на подступе к системе. Всего лишь в одном суточном переходе. Мельком проведя элементарные расчеты, Андрей понял, что фора у людей, с учетом имеющихся силовых установок, максимум на тридцать шесть часов, и то при условии, что смонтированная двигательная система выдержит экстремальные нагрузки.
   Видимо те же самые расчеты произвело и сообщество планеты. И решило, что так даже интереснее. Напряжение пропало, наблюдатели решили просто наблюдать, как всегда руководя издалека.
  
   Тарвер очнулся довольно быстро, потер ушибленную голову и хрипло сказал:
   - Ну, Безымянный, твою мать!
  
   drblack
  

Оценка: 8.74*12  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) А.Гаврилова "Не дразни дракона"(Любовное фэнтези) А.Тополян "Механист. Часть первая: Разлом"(Боевик) С.Бессараб "Не в добрый час: Книга Беглецов"(Антиутопия) А.Емельянов "Тайный паладин"(Уся (Wuxia)) А.Фидем "Нежелательные эмоции красного уровня"(Антиутопия) Д.Соул "Семь грехов лорда Кроули"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Куст "Поварёшка"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"