Перевалов Владимир Юрьевич: другие произведения.

По Эту Сторону Границы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
Peклaмa
 Ваша оценка:

  
   ПО ЭТУ СТОРОНУ ГРАНИЦЫ
   (ТАМОЖНЯ)
  
  Ближе к вечеру погода резко стала меняться. Уже к четырем часам после обеда откуда-то из-за верхушек Карпат ветер нагнал тучи. Сбиваясь в одну общую кучу они, от избытка влаги, становились все темнее и темнее. Зацепившись своими крыльями за верхушки гор, провисшей серединой, напоминали опрокинутый купол цирка. Казалось еще мгновение и этот в избытке наполненный влагой купол не выдержит многотонного веса, и ливень всей своей мощью согласно закону Архимеда устремится на грешную землю.
   Выйдя во двор, Байрамов оценивающим взглядом осмотрел небо, закивал головой и, причмокнув для чего-то вдобавок языком, направился к воротам гаража.
  - И надо же было этому Дозию просить о встрече именно сегодня, - подумал он, открывая гараж.
  В чреве капитально обустроенного и отапливаемого гаража стояли две легковушки. "Жигули" шестой модели и престижная, с затемненными стеклами, "Мазда".
  Байрамов назначил Теодозию встречу на шесть часов вечера. Встреча должна была состояться в районе парка имени Горького. До назначенного срока оставалось больше часа. Байрамов всегда на встречу приезжал не менее чем за час. Нужно и местность осмотреть, проследить, нет ли "хвоста" да и оценить по внешнему виду собеседника - многое значит. Береженного, как говорится, Бог бережет. Тем более что этот Дозя никогда не внушал ему доверия.
   Ходили слухи, что он вместе со своими родителями появился в областном центре сразу, как только на выборную должность. Первого секретаря обкома партии был "назначен" представитель соседней области. Некто то ли поляк, то ли польских кровей. За годы своего партийного правления он многих своих знакомых и близких перетянул к себе. Назначил на ведущие партийные и хозяйственные должности в областном центре и, естественно, обеспечил приличным жильем. Отец Теодозия, в свое время был не мелкой сошкой, а благодаря своей драгоценной половине состоявшей в каких-то дальних родственных отношениях с женой первого человека в области, занимал ответственную партийную должность. Но как говорится всякому началу даже и очень хорошему приходит конец. После освобождения. Первого от занимаемой должности эра отца Теодозия сама по себе закончилась. Вместе с ней закончились и привилегии, существовавшие тогда у коммунистов-начальников. Еженедельные продовольственные пайки с деликатесами для "нищих", "Березками" и "Торгсинами" для избранных. Теодозию пришлось изрядно вертеться, чтобы, хотя бы приблизительно к былым временам, удовлетворять растущие потребности своей семьи.
  Еще в Горбачевские времена в свои неполных двадцать пять лет, благодаря связям предка он, занимался сбытом приобретенных за бесценок в соседнем государстве легковых машин. Но развернулся он по настоящему только после развала Союза. Был жадным на казначейские билеты заморской страны. На этой почве и попал в лапы хозяина.
  Байрамов выгнал из гаража "шестерку". Это была еще одна из заповедей Байрамова: на встречах не "светиться" и лишний раз не мозолить глаза. Он всегда убеждался, что лишние приключения на задницу ни к чему хорошему не приведут.
  В конце улицы Шумной он, предварительно включив правый поворот, направил свою "шоху" в аппендицит частной заправочной станции. Машин на заправке не было, и через лобовое стекло открывалась панорама парка. Где-то там в глубине панорамы угадывались и открытый бассейн, и дорога упирающаяся в мост через речку Уж.
  Заглушив двигатель Байрамов, открыв люк, щелчком выбил из пачки "Мальборо" сигарету и закурил. Место было выбрано удачно. В этих вопросах он был дока. Небольшая площадка для парковки автотранспорта своей тыльной стороной прикрывалась невысокой насыпью, за которой начинался парк отдыха. Справа площадка упиралась в забор и здание теннисных кортов, а слева и спереди площадку как бы охраняли дорожное полотно и кособокий перекресток на четыре направления. От стоящей у заправки "шохи", до площадки, на которой была назначена встреча, по прямой было не больше пятидесяти метров. Теодозий мог появиться, откуда угодно, но вероятнее всего со стороны моста. Там, за мостом, недалеко от здания венгерской средней школы утопающие в зелени на приличном земельном участке стояли его хоромы.
  Теодозий вообще любил шик. Видимо у него еще от родителей и тех, старых времен осталось такое себе маленькое показушное хобби. Был он, а Байрамов это знал точно, на короткой ноге и с ментами, и с кланом местного воровского авторитета вытесненного кавказцами из областного центра во второй по величине город области.
  Через несколько минут внимательно осмотра места встречи в памяти Байрамова четко зафиксировались все недвижимые объекты местности в радиусе досягаемости невооруженным глазом.
  Сам Байрамов появился в области сразу после выхода Горбачева на международную арену. Когда в дикой спешке (кабы кто не передумал) выводились неизвестно куда Союзные войска из всех европейских групп войск сразу. При чем в одностороннем порядке. Когда в Европе собственность огромного государства продавалась за копейки и когда как грибы, росли свои доморощенные бизнесмены, Байрамов еще тогда сообразил, что приграничная область это то место, где можно быстро сколотить капитал.
  Сняв квартиру на окраине областного центра, он стал одним из миллионов челноков поставлявших в Союз товары далеко не лучшего качества, хотя в очень красивой упаковке. Сколотив небольшой капитал, он, вместе с еще одним таким же "челноком" только местного "пошива", занялся более прибыльным делом. Вывозили в соседнее государство сигареты (по несколько десятков блоков) и водку. Там это добро покупали на ура. Выручка перекрывала и транспортные расходы, и стоимость товара, и стоимость "ваучера", и даже обязательный сбор, производимый водителями автобусов.
  Так продолжалось довольно долго. Несколько лет. Но как гласит народная мудрость и неписаный закон бизнеса: по доходам и расходы. Денежное дело засасывало. Торговля на рынке, работавшем три дня в неделю на территории стадиона ширпотребом, доставленным из-за бугра, не перекрывала все возрастающие расходы Байрамова. И вот, в начале девяностых скооперировавшись с таким же, как и он "великим бизнесменом", они решили ударить по крупному. Благо было налажено регулярное автобусное сообщение между приграничной областью и ближайшими городами соседних государств. Взяв в долю водителя одного из таких рейсовых автобусов, они приобрели большую партию приличных табачных изделий и вывезли ее на ближайший заграничный рынок. Там этот товар сдали оптом знакомым, таким же, как и они "великим бизнесменам" только уже иностранного "пошива". Процесс перевоза большой партии сигарет через границу был до обидного простым. Водитель автобуса знал не только все укромные места своего самоходного сарая, но и был на короткой ноге с некоторыми таможенниками, в обязанность которых входил доскональный досмотр транспорта и груза. Знакомые таможенники в свою очередь были денежными узами связаны со своими коллегами на той стороне. Вот по таким ручейкам и вытекало богатство страны. У мелких бизнесменов - мелкие ручейки, а у крупных, прикрытых чиновниками из государственного аппарата, - крупные. И уже не ручейки, целые реки работали на отдельных шустреньких представителей Центра. Так называемых слуг народа.
  Все шло хорошо. Оптовый бизнес давал и оптовые, в приличных размерах, доходы. Но в один прекрасный день, а если точнее, то в одну прекрасную ночь на одном из пограничных переездов в остановившийся для таможенного досмотра автобус, в котором Байрамов и иже с ним перевозили свой, естественно, незадекларированный груз, вошли незнакомый таможенник и офицер СБУ. Оперативный работник СБУ в своей работе тоже был дока, а по сему в течение сорока минут вся обшивка укромных мест автобуса была снята, и взору официальных властей предстали аккуратно уложенные блоки сигарет. Естественно, вся эта процедура была тут же зафиксирована протоколом. Не помогли ни уговоры, ни обещания хорошей благодарности. Офицер СБУ был непреклонен. Видимо, в этой организации еще оставались верные своему долгу и Родине хоть и нищие люди.
  Товар, как говорится, был изъят, а за контрабанду полагалось отвечать по закону. Байрамову улыбалось провести несколько лет в заключении. Такая перспектива его не прельщала. И все свершилось бы, как и предписывал Закон, но тут произошло чудо.
  На протяжении последних нескольких лет, он постоянно возвращался к тому периоду своей деятельности и все больше и больше склонялся к мысли, что это было совсем не чудо. О том, как он залетел с сигаретами, знали все земляки - закавказцы обитавшие в городе. Все они друг друга знали, крепко держались друг за друга и помогали друг другу. Но помочь Байрамову в этом деле не могли. А все же помощь пришла. И пришла случайно, хотя тоже от земляка. Только спустя какое-то время, когда табачное дело было закрыто, он узнал, что Саид Кирханов, его спаситель, самый настоящий "вор в законе". И что короновался он всего за несколько недель до встречи с ним. Оказывается, Саид через свою братву вышел на самый "верх". Во сколько это ему обошлось, Байрамов мог только догадываться. С тех пор, он добросовестно работал на Саида. Долг, как говорится, платежом красен.
  Кирханов в областном центре здорово развернулся. Конечно, Байрамов всего не знал, но и то, что было ему известно, поражало своими масштабами. Сеть магазинов, баров, кафе, база отдыха в лесу неподалеку от областного центра превращенная в личный особняк и самое главное, на Саида работали мини-заводы по производству "Русской", "Московской", и "Столичной" водки, размещенные на территории соседнего государства. Для решения своих вопросов Саид частенько выезжал за бугор. Хотя в приграничную область он приезжал от случая к случаю, а за последнее время всего пару раз в году, документы на выезд за бугор он имел настоящие. Были бы деньги, купить любую ксиву не составляло большого труда. Всякий раз приезжая в область, Саид останавливался в апартаментах базы отдыха документально приватизированной на подставное лицо. В такие дни Байрамов выкладывался до ручки. Саид любил шикарно отдохнуть.
  Хотя Байрамов мысленно и увлекся воспоминаниями глаза его работали по заданной программе и как только в поле зрения появился "Мерседес" Теодозия, глаза сразу выдали информацию на гора. То есть - в черепную коробку. Внимательно наблюдая за действиями Дозия, Байрамов ни на секунду не упускал из виду всей панорамы местности. Ни одна машина после парковки "Мерса" в радиусе видимости не остановилась. Не обнаружил он и подозрительных личностей из так называемой "наружки", спецслужб компетентных органов. Да и по внешним признакам этот Дозя вел себя как всегда.-
  Подождав еще не много, Байрамов открыл дверку и вышел из салона собственной "шохи". Дождь как будто висел в воздухе в буквальном смысле этого слова.
  - Минут через десять-пятнадцать тучи не выдержат и лопнут, - подумал он, закрывая "Жигули" и направляясь через дорогу к "Мерседесу" Теодозия.- Дозя! Что случилось? Зачем такая спешка? - спросил он, усаживаясь на заднее сидение "Мерса".
  Даже к знакомым и очень знакомым, он никогда не садился рядом с водителем.
  - Спешка не спешка, но я сегодня только что приехал оттуда, - показывая пальцем в сторону границы, сказал Теодозий. - Там просили передать, что завтра заканчивается погрузка вагонов. На послезавтра на ночь нужно подготовить на границе "окно". - Это будет самая большая партия, - обидевшись на слово "Дозя" продолжил недовольно он, передавая Байрамову бумажку с номерами вагонов.
  Умышленное обрезание своего имени было для него как серпом по причиндалам.
  - Ну и ладненько. И "окно" организуем, и по цепочке передадим, чтобы на складах приготовились, - чуть поразмыслив, ответил Байрамов. - А как твои успехи?
  - Какие к черту успехи? Хоть бы свое взять. На хорошую тачку покупателей мало, а таких как я развелось много. Вот и вертишься как вошь на гребешке, - ответил Теодозий.
  - Что так!? Разве за бугром перестали тачки воровать? Ваш брат только на этом бабки и заколачивает.
  - А то ты не знаешь, что учудил главный мент области?
  - Москалев? Слышал, слышал. Здорово он вам крылышки подрезал, - ехидно ответил Байрамов.
  Уже несколько недель в городе, да и не только в городе, обрастая всякими домыслами, ходили слухи о бурной деятельности нового начальника внутренних дел области генерала Москалева. И ментов своих прищучил, и на границе порядок с ворованными тачками навел.
  Рассказывали, Что в первую неделю своего правления генерал по гражданке со своим знакомым на его "Жигулях" проехал всю область. Лично проверил работу своих постовиков ГАИ на трассе. Видимо крепко они его достали, потому что за одну поездку из органов было уволено приличное количество мздоимцев. Обнаглела ментура за последнее время. Чуть что - выкладывай наличность, да еще и не малую. Иначе нос воротят и разные причины ищут. А то замаскируются на местности и радаром ловят. Во ироды. Чуть немного с гаишниками утихло, Москалев за другое взялся. Установил на границе пост, оборудовал его компьютером и, по договоренности с заграничными ментами, проверяет все номерные агрегаты пересекающих границу легковушек. За один день около двадцати из них оказались ворованными и тут же попали на городскую штрафплощадку. Шума было на весь бывший Союз. Все кто гонял из-за бугра ворованные тачки через эту область - сели на мель. Говорили, что по ту сторону границы целая вереница таких машин стояла на трассе. А ведь и угрожали ему, и требовали убрать пост на границе, а он ни в какую. Наверное, сам Министр дал ему на это добро. А может даже и сам Президент.
  - Там еще просили сырье готовить. Оно у них на исходе, - возобновил разговор Теодозий.
  - И это дело поправимое, - доставая кошелек, ответил Байрамов.
  Такса была установлена хозяином. Тут Байрамов ничего не терял. Пятьдесят баксов за каждое сообщение. Сегодня их было два. О скорой отправке вагонов и о потребности в сыре. Байрамов вытащил сотенную и положил ее на переднее сидение.
  - Дозя! Ты подвези меня к центру. Я скажу, где остановиться.
  Теодозий на свое обрезанное имя измаракался как будто червяка проглотил. Включив зажигание, он плавно выехал на кособокий перекресток.
  Не доезжая до здания городской бани Байрамов, попросил его остановиться.
  
  ...Министр Внутренних Дел, только что вернувшийся от Премьера, сидел в кресле за журнальным столиком, размышляя над полученной информацией. Дело принимало серьезный оборот. Когда он вошел в кабинет Премьера, там, по всей видимости, уже несколько минут мирно беседовали Премьер и руководитель Службы Безопасности государства.
  Хотя Министр МВД, как и Глава СБУ и Министр Обороны считались силовыми министрами, в своей работе, как правило, руководствовались личными указаниями Президента и Законами, все трое входили в состав Кабинета Министров и, естественно, подчинялись и Премьеру.
  - Присаживайтесь, - поздоровавшись за руку после доклада Министра, ответил Премьер. - Я хотел с вами посоветоваться. Как вы знаете с поступлением денежных средств в бюджет государства вот уже скоро год (да по- моему, этим мы и раньше не очень блистали) творится что-то невообразимое. Мы не можем выйти на плановый уровень пополнения бюджета. А отсюда считайте задолженность по зарплате бюджетникам, пенсионерам, нахватает средств на содержание ваших министерств, не развивается производство и много, много, не.... Получаемые кредиты практически уходят на поддержание государства в жизнеспособном режиме. Ни о каком повышении прожиточного минимума не может быть и речи. А ведь через пару-тройку лет наступит критический момент. Придет срок возвращения кредитов. Что тогда?
  Премьер внимательно посмотрел на присутствующих.
  - На этом наша самостийность и закончится. Я понимаю, что кругом воруют. Благодаря нашим несовершенным законам за границу уходит не только сырье, но и валюта, которая прочно оседает в иностранных банках и работает на экономику тех государств и, я бы сказал - не очень бедных. Но этот узел, затягивающийся на протяжении всех лет самостийности, чему-чему, а этому мы научились быстро, все крепче и крепче. Одним махом его не разрубишь. В экономическом направлении мы ситуацию анализировали. Получается парадокс. Только на одной торговле ликероводочными изделиями мы теряем баснословные суммы. В прошлом году по предложению Кабинета Министров Верховная Рада приняла решение о государственной монополии на производство спирта и изготовляемые на его основе ликероводочные изделия. Вначале все шло нормально но, начиная с этого года дела, идут с каждым месяцем все хуже и хуже. Практически к июню месяцу мы вернулись на круги своя, то есть к прошлогоднему уровню. И что самое интересное, на государственных ликероводочных заводах из-за отсутствия реализации выпуск продукции все сокращается и сокращается, а в торговле этого товара все больше и больше. Любая мало-мальски отвечающая требованиям и имеющая соответствующую лицензию торговая точка, я уже не говорю о барах, кафе и ресторанах, забита ликероводочными изделиями. А ассортимент - глаза разбегаются. А сколько водки продается из-под полы? Бабки-пенсионерки на импровизированных, так называемых, базарчиках даже не стесняясь вовсю торгуют спиртным. Благо хоть не на разлив. А вот откуда берется эта водка и какого она качества, этот вопрос на сегодня очень актуален? Официально поступление ликероводочных изделий из-за границы у нас не увеличилось. Так, где у этой цепи главное звено? Ведь не секрет, что большой процент дохода государства составляет изготовление и реализация спиртного. Это направление требует очень мало затрат. Мы, конечно, примем соответствующие меры: ужесточим таможенный контроль, поставим задачу налоговикам, у них, кстати, теперь и своя налоговая милиция есть, заставим работать и органы лабораторного контроля. Примем и другие, кадровые, меры. Но и ваши органы, как милиции, так и СБУ, должны сыграть в этом деле не последнюю роль. Задача у нас одна. Найти эти источники, надежно их прикрыть и дать возможность государству получать то, что ему законно положено, - сказал в заключение Премьер. - Это решение не только Кабинета Министров, но и Президента.
  "Да! Довели страну своим законотворчеством до ручки. За столько лет ни одного закона, который работал бы на государство, на благо своего народа. Все кому-то заглядываем в рот. И богатыми хотим быть, и делать ничего не хотим. Получив независимость, надев белые перчатки - сразу в богатые. Нет, панове! Не выйдет! Что бы что-то иметь надо на совесть трудится. А мы лишь бы что-нибудь стянуть да продать", - подумал Министр, поднявшись из-за журнального столика и сев за рабочий стол. Чуть помедлив, он снял трубку одного из дюжины стоявших в ряд телефонных аппаратов и набрал номер. Почти сразу на том конце линии подняли трубку. Министр решил позвонить Главе СБУ. Как говорят в народе: ум хорошо, а два - лучше.
  ...В результате упорного умственного труда ответственных работников двух почти, что родственных структур к исходу дня на столе Премьера появился исполненный в единственном экземпляре план с грифом " Совершенно секретно"...
  
  ...Восьмой час Саид Кирханов находился в пути. "Мерседес" исполненный на заводе- изготовителе по спецзаказу вот уже больше двух лет верой и правдой служил своему хозяину. Сколько разных иномарок "восьмерок", "девяток" и других марок автомобилей работало на Саида, он и сам не знал. А зачем ему знать? Стоит только дать команду и у подъезда будет любая и на любой срок. И все это он заимел за последние пять-восемь лет. Конечно, не все то чем он сейчас управлял, появилось сразу. Пришлось прилично попотеть, а если честно, то и повоевать в самом прямом смысле этого слова.
  Салон "Мерседеса" был удлиненный и ездит в нем, было приятно. Особенно на дальние расстояния. Предположим как сейчас. Укомплектованность автомобиля была на высшем уровнем. Не в ближний свет ведь ехал Саид. Да и помощники - "качки" или "быки", как их в миру называли, сопровождавшие Кирханова в двух "БМВ" чего стоили. Любая команда незамедлительно выполнялась. А ехал он действительно не в ближний свет. На самый запад бывшего Союза.
  Первый раз он побывал в этой области в аккурат перед развалом Союза и то же летом. До чего же ему понравилось там. Сказочный край. Почти как родное Закавказье.
  - Нет! У нас все же лучше, - улыбнувшись сверкнувшей в уголке рта золотой фиксой подумал Саид. - А в прочем, как сказать? Здесь то же свои плюсы и минусы. Ведь тогда только из этой области бывшего Союза можно было сухопутным путем попасть не просто в Европу, а в любую из четырех Европейских стран. А приезжал он тогда на Синевирское озеро.
  - Да! Чудное место. Даже на Кавказе такие места не часто встретишь
  Саид открыл холодильник и достал бутылку Боржоми. " Давно это было", - сделав пару глотков прохладной воды, поставив бутылку опять в холодильник и удобно устроившись с закрытыми глазами, подумал Кирханов.
  Шепот шин "Мерседеса" ненасытно глотающих километры асфальта способствовал приятным воспоминаниям.
  Вначале восьмидесятых, он с отличием закончил столичный юридический институт и по распределению попал в прокуратуру небольшого, тысяч под шестьдесят населения, город в Узбекистане. За пять лет сумел получить должность заместителя прокурора в этом же городе. Но такую блистательную карьеру пришлось закончить досрочно. Как говорится, потом пошло-поехало. Ретивые столичные сыскари-коллеги раскрутили "Узбекское дело" и Саид, прямым путем из кресла заместителя прокурора города, загремел в Сибирь, в зону особого режима.
  Обычно осужденных, бывших работников милиции, прокуратуры и других силовых структур, направляли в Нижне - Тагильскую спецзону. Подальше от уголовного элемента. Государство, вроде, оберегало своих бывших защитничков. Но на следствии Саид категорически отказывался помогать органам, в результате чего идея полного искоренения в коммунистическом обществе всякого взяточничества терпела крах, начальство решило закрыть ему путь в спецзону. Одним росчерком пера Саид был задним числом уволен из органов. Судья и государственный обвинитель раскрутили его на всю катушку и упрятали в обычную зону особого режима. " Пусть, мол, парится с той шушерой, хозяев которой он так рьяно защищал. Отсидит свой срок на баланде да на параше - узнает по чем фунт лиха. Может кое-чему и научится", - считали бдительные государственные мужья. А оно не вышло. За три года из пяти положенных, Саид многому научился. Только эта наука была очень далекой от той, которую он проходил на юрфаке.
  Попав в камеру Саид, боявшийся тюрьмы как черт ладана, знавший не понаслышке о жутких тюремных буднях, а по сему на своей дальнейшей жизни досрочно поставивший жирную точку, был приятно удивлен отношением сокамерников к своей персоне. Узбекские партийные бонзы, свободу которых он так рьяно оберегал, его не забыли. Грев и малявы посылали постоянно.
  В тюрьме он чувствовал себя довольно вольготно. Не успел Саид после суда попасть в камеру, как местный авторитет "вор в законе" по кличке крест получил маляву. В ней предписывалось взять Саида под свое крыло. Крест в авторитетах ходил давно. За свои пятьдесят, он около тридцати провел у "Хозяина" и считался в этом регионе тюрем самым справедливым, придерживающимся старых принципов "вором в законе". Кумовья и прочие начальнички, где ему приходилось бывать, старались с Крестом отношения не портить. Себе спокойнее.
  В тюрьме авторитет Саида как уголовника вырос на столько, что в пору было самому короноваться. Получаемый с воли за свою благосклонность к уважаемым людям "грев" и " хруст", он щедро отдавал в общак зарабатывая к своей персоне дополнительное уважение.
  Непонятно за какие такие заслуги перед тюремным начальством, но Саид, не задолго до развала Союза, попал под амнистию.
  - Где мы находимся? - открыв глаза и встряхнувшись от приятных воспоминаний, спросил Кирханов.
  Сидевший рядом с водителем коротко стриженый с бычьей шеей и грудой мышц качек секунду другую, помедлив, изучая лежащую на коленях карту дорог, повернулся к Саиду. " Подъезжаем к Каховке, Саид", - ответил он.
  Выезжая в западную область, Саид взял с собой восемь лучших охранников. Все они имели права и по дороге подменяли друг друга. Только четверо из них по внешности смахивали на личности кавказской национальности. Остальные имели вполне сносную славянскую внешность. Сам Саид по внешности мало напоминал представителя Закавказья. Прапрадед Саида, по рассказам, еще во времена Царской России привел домой русскую девчонку и женился на ней. Мать у него была уже чеченкой, а отец - Ингуш, ну а сам он родился уже в Дагестане, куда его родители переехали после свадьбы из Чечено-Ингушетии.
  Гены в таких случаях великая вещь. Не знаешь когда они проявляться.
  Кирханов мог, конечно, выбрать для себя и другой вид транспорта. Не мучить себя и качков изнуряющим, более чем двухсуточным, проездом в автомобиле. Как ни как сервис в этом варианте был много в чем ограничен. Тем более для охраны. Кирханов мог вылететь в Москву бизнес классом, а оттуда - на запад. Это было бы много проще быстрее и комфортабельнее. Причин, по которым он выбрал автомобильный маршрут, было две. Первая - Кирханов очень любил путешествовать на автомобиле. Это была мечта его детства. Ему нравилось наблюдать за медленной переменой природы, чувствовать свое превосходство над ней, сравнивать проезжающую местность со своей родиной - родным Закавказьем. А удобства?... Он ведь не круглые сутки сидел в машине. Выезжали они с рассветом и заканчивали свой суточный переход часов в девять-десять вечера. В зависимости от выбранного места ночевки. Так, во всяком случае, было заложено в плане маршрута. Прошлую ночь они провели в шикарной гостинице Ростова - на - Дону. И вторая причина - она была наверно главнее первой. Саид боялся летать самолетами. Но об этом никто не знал. Он даже сам себе боялся признаться в этом. Классе в девятом с ним приключилась очень неприятная история. Однажды, приехав из села в областной центр, он поддался на уговоры двух своих сокласников, уехать в свой районный центр не на автобусе как приехали, а на самолете. Цена билетов была почти одинакова. Саид давая согласие, сразу почувствовал в душе что-то не очень приятное. Но еще сильнее был страх, что сокласники будут смеяться над его трусостью и еще хуже, весть о его слабости станет достояние всего села. На это он согласиться ну никак не мог. Не прошло и часа, как они втроем сидели на боковых сидениях в чреве "кукурузника".
  Почти сразу после взлета, а пассажиров в "кукурузнике" было чуть больше десяти, в желудке Саида откуда-то появился какой-то комок, который с каждым мгновением увеличивался и двигался, казалось, в двух направлениях. Вверх к горлу и вниз к тому месту, которым он прижимал сидение. Все свершилось на одной из воздушных ям. Как только самолет провалился вниз комок, продвигавшийся к горлу, резко устремился вверх и, прорвав баррикаду стиснутых зубов, со свистом вырвался наружу. Беда тут была еще и в том, что в чреве "кукурузника" сидения располагались вдоль фюзеляжа друг против друга. И как раз против Саида сидели молодые красиво одетые парень и девушка. Особенно красивой была девушка. Естественно, вырвавшийся комок прямым путем направился в сторону девушки. Бедняге показалось, что у него из живота вырвалось наружу даже хранившееся с рождения материнское молоко. Девушка закричала, размазывая по лицу и платью что-то похожее на плохо переваренную пищу, а сидевший рядом парень поднялся, подошел к Саиду и врезал ему громкую пощечину. Или от пощечины, или этот процесс продолжался уже сам по себе, только бедняга почувствовал, что стремившийся к низу второй комок с музыкальным треском тоже вырвался наружу. Причинить такие же, как и верхний комок неудобства соседям он не мог, хотя Саид отчетливо почувствовал разливающуюся и стекающую по ногам теплую и до ужаса неприятную жидкость.
  Через несколько минут все пассажиры стали подозрительно вертеть головами, раздувая при этом ноздри. Это был предел. Оставшееся время полета бедняга просидел в хвостовой части прямо на полу.
  Конечно то, что случилось с Саидом в "кукурузнике", в селе узнали. Открыто в глаза ему никто ничего не говорил, но за глаза, особенно сокласники, постоянно шушукались и моментально стихали, как только Саид появлялся рядом. Недели две он даже в школу не ходил. Хоть из села убегай. С тех пор он затаил кровную обиду на всех окружающих, а самолеты так вообще ненавидел.
  Лично он в эту поездку не очень стремился. Но не подчиниться решению шести авторитетов Закавказского кодлана, он не мог. Тем более что в приграничной области помимо общих интересов у Кирханова был и свой личный.
  Неделю тому в приграничный областной центр был отправлен уже третий по счету большегрузый каньон, груженный экзотическими фруктами. Помимо официального, транзитного по документам и опломбированного по всем правилам таможенного досмотра груза, в каньоне было очень грамотно припрятано двести пятьдесят килограмм гашиша. Дальнейший путь наркотиков за границу был четко отработан и проверен. Сбоев не должно быть.
  Такого добра в республике, которой Президент России на радостях развала Союза выделил столько самостийности, сколько она смогла "унести" - было навалом. Благо официальные власти России почти не интересовались тем, что делается в республике. Вот и гуляла наркота беспрепятственно, расползаясь по всему СНГ. А кто похитрей да побогаче умудрялся и за бугор ее сплавлять.
  И вот два дня тому из приграничного областного центра сообщили о своевременном прибытии груза и принятии его на хранение. Для организации его дальнейшей отправки и выезжал Саид.
  А вот личная заинтересованность Саида в поездке тянулась еще со времен первого посещения сказочной области. Саид короновался в прекрасных апартаментах одной из баз отдыха Синевирского озера. Получив в последние месяцы существования Союза титул ответственного за поддержание так называемого порядка в преступном мире этого района и необходимости принятия экстренных мер про увеличению поступлений во всесоюзный общак, он успел сгруппировать представителей Закавказья проживавших здесь в одно целое с общими целями и задачами. В дальнейшем им был организован выпуск и реализация ликероводочных изделий. Естественно все это оформлялось на подставных лиц. Благо с развалом Союза и резко ринувшимся народом Украины в самостийность - это не составляло большого труда. В те годы только ленивый и круглый дурак мог не зарегистрировать свое частное предприятие. Какое-нибудь "ООО" - общество с ограниченной ответственностью. А проще говоря - без всякой ответственности. Такие предприятия могли заниматься чем угодно. От производства до торговли. Конечная цель была до обидного простая. Выколачивание денег у простых граждан - лохов, бесчисленное количество раз обманутых.
  Вот тогда, для начала на фамилии земляков - закавказцев проживавших в этом районе и, главное, длительное время, мягко говоря, не очень друживших с Законом, было зарегистрировано несколько торговых точек и кафе - баров. Была еще и небольшая фирма оптовой торговли продовольственными и промышленными товарами. В последующем на деньги общака и поступающих от глобального рэкета Саид сумел наладить и производство водочных изделий за бугром. После развала Союза, руководство которого держало свой народ почти, что на голодном водочном пайке, изготовление и реализации этого вида товара приносила бешеную прибыль. Естественно, больший процент ее тут же направлялся в общак. Саид в этих вопросах был очень щепетильным.
  Тогда же, на большом сходе, были решены и другие вопросы территориального передела сфер влияния. Сход был организован на высшем уровне и серьезно охранялся. По закрытой территории базы отдыха попарно гуляли несколько "быков" вооруженных автоматами Калашникова. Благо уже тогда в оружии недостатка не было. Были бы деньги. Афган, Карабах и Прибалтика стали постоянными поставщиками оружия для криминальных структур. Неплохо помогали им и свои военные. Ни зарплаты, ни жилья, а жить и кормить свои семьи надо?
  И вот теперь, совмещая, как говорят: полезное с приятным, Саид хотел лично убедиться в состоянии своего дела. Свой глаз - алмаз.
  
  ... Прочитав бумагу с грифом "Совершенно секретно", полученную через представителя фельдъегерской связи в прошитом и опечатанном сургучной печатью пакете, генерал Москалев снял очки и почему-то стал усиленно массировать виски круговыми движениями безымянных пальцев обеих рук. Закончив процедуру массажа, он медленно повернулся вместе с креслом к приставному столику, на котором, выстроившись в ряд стояло несколько разноцветных телефонных аппаратов не считая факса и мини-АТС. Подняв трубку прямой связи с главой СБУ области, стал ждать ответа.
  В свое время, когда генерал относился еще к младшему офицерскому составу МВД и очередную звездочку на погоны с одним просветом принимал как за счастье, работники этой силовой структуры не очень уважали комитетчиков. Как и те, естественно, их. Слишком уж заносчивыми были ребята в кожанках. Везде свой нос совали. Во всем в великие учителя набивались, но при этом четко разграничивали общую задачу. Лакомый кусочек себе, а всю грязную работу - милиции. Особенно это касалось центрального аппарата. Некоторые из тамошних начальничков-интеллигентов даже на ужин в Париж ухитрялись слетать. Естественно за государственный счет, мотивируя свою поездку исключительно государственной важностью и чисто служебной необходимостью. Но жизнь круто повернула на сто восемьдесят градусов. С развалом Союза приказала долго жить и вся система рожденная Железным Феликсом.
  Таких бумаг о совместных действиях, тем более в таком приказном тоне, он давно уже не получал.
  - Принимается! - ответил генерал Москалев главе СБУ области.
  Оказывается тот тоже получил от своего начальств из Киева такую же или примерно такую депешу.
  - К шестнадцати часам отправлю к вашему полковнику своего Киштулинца. Пусть вместе покумекают, потревожат свои извилины, а мы потом вдвоем внимательно изучим их художества. В депеше это четко указано: ... "совместно определить главное направление...", - продолжил генерал.
  Разговаривая с главой СБУ, Москалев автоматически посмотрел на часы. Было пять минут одиннадцатого. Положив трубку на аппарат, он нажал одну из двух десятков кнопок мини-АТС.
  - Слушаю, товарищ генерал! - раздался в динамике голос Киштулинца.
  - Федор Васильевич, зайдите ко мне, - сказал генерал, чуть повернув голову в сторону спикерофона.
  Федор Васильевич Киштулинец, сорокалетний полковник милиции, работал начальником отдела по борьбе с организованной преступностью года три. Раньше это был отдел БХСС. Потом аббревиатуру сменили, хотя задачи остались теже. Правда, работать стало много сложнее.
  - Так мы этим и занимаемся, товарищ генерал! - выслушав генерала, ответил полковник....
  - Ты, Федор Васильевич не кипятись. Тут надо копнуть глубже. Тут поймать бабку-пенсионерку, которая из-под полы на базарчике продала бутылку водки, мало. Надо хозяина найти. Того, кто эту водку изготовил, - извини, что я так образно выражаюсь, прервал полковника генерал. - Не в бабке тут дело. По большому счету даже не в хозяине того или иного бара, кафе или ресторана, которых за последнее время развелось не исчислимое количество. - Такое впечатление, что местные власти их ежедневно и, причем досрочно рожают. - Нам важно выйти на крупного поставщика. Ты собери своих спецов со всех отделов области и посоветуйся. Определите направление и ваши предложения мне на стол. Только делать это надо очень тонко. А то у наших некоторых, с позволения сказать профессионалов, очень длинные языки, если не сказать похлеще. Не вспугнуть бы крупную дичь. В общем, думайте ребята-демократы, - закончил генерал свое напутствие.
  " Работать не то чтобы сложно, практически не возможно", - как будто продолжая спор с генералом думал Киштулинец, пропетляв минут пять по переходам второго и третьего этажей здания УМВД и возвратившись, наконец, в свой кабинет. " Раньше любые формы бизнеса определялись одним словом - "спекуляция". А за спекуляцию полагалось отвечать по закону. А теперь попробуй, определи ту грань, где заканчивается официальный бизнес и начинаются экономические преступления. Были бы Законы как Законы, а то одна чехарда. Вроде законы принимают одни, а исполнять их должны другие. Точь в точь как в прежнем тоталитарном режиме. Законы писались совсем не для партийной верхушки разных уровней. Сам черт ногу сломит, ковыряясь в этом дерьме. " Не мала баба роботы, купила порося"", - чертыхнулся в уме Федор Васильевич. " Мало мне самому ковыряться в этом г...., так теперь еще и всю свою работу с СБУ согласовывай", - вспомнил он распоряжение генерала к шестнадцати часам быть у полковника СБУ Донец.
  До назначенного часа была уйма времени. Киштулинец вызвал к себе своих помощников, и они все вместе, не выходя из кабинета даже на обед, как говорится "без отрыва от производства", грубо обманув при этом свои желудки приличными порциями черного натурального кофе, усиленно обменивались имеющейся у каждого информацией по данному вопросу. И надо отдать им должное, хотя определенно вопросом подпольного изготовления водки они не занимались (такая задача до сих пор не ставилась) у каждого из них кое-какая информация, поэтому делу была.
  Выслушав всех, Федор Васильевич понял, что это не тот масштаб. Это так себе... Уровень небольшого городишка. Даже не уровень областного масштаба не тянет. И уж никак не вписывается в рамки целого государства. В каком-нибудь подвальном помещении при сплошной антисанитарии изготовить, разбавив спирт водой, несколько десятков ящиков водки - это может выбить из колеи, на худой конец, бюджет небольшого городишка. Даже если этот процесс будет непрерывным. В масштабе государстве это должен быть хорошо оборудованный завод, выпускающий не меньше чем по вагону водки в сутки. И даже не один. В чем, в чем, а в этом Федор Васильевич отдавал себе полный отчет. Конечно, мелких производителей мы тоже прищучим. " С мру по нитке, а голому, хоть и худенькая, но одежка" Но все равно все это мелочи. Нужно искать крупное производство. Тут необходимо взять под жесткий контроль все ликероводочное производство государства. Проверить весь цикл производства. Они, производителя алкоголя, все ушлые до ужаса. Завод вроде на реконструкции или еще, по какой причине стоит, а производство себе идет. И это уже не только на хлеб с маслом тянет. Тут тебе и коттеджи, и иномарки, а если говорить по большому счету, то и депутатские неприкосновенные корочки.
  Оставшись один и прейдя к такому неутешительному заключению, полковник Киштулинец стал готовиться к предстоящей встрече в УСБУ.
  
  ... В таможне крупного железнодорожного узла, что в двенадцати километрах от областного центра, у Байрамова работал свой человек. С ним он был связан еще с тех времен, когда делал бабки, мотаясь челноком за бугор и обратно. Познакомились они случайно, в кафе на втором этаже торгового центра. Миша Дубей, так звали нового знакомого, работал тогда таможенным инспектором на транспортном пограничном переходе почти на окраине областного центра. Выезжая с товаром за бугор, Байрамов всегда заранее договаривался с Дубеем и пересекал границу только в его смену и, само собой разумеется, был освобожден от тщательного таможенного досмотра. Главное было вовремя кинуть на "лапу" Дубею круглую сумму. Такса зависела от количества и ценности перевозимого груза. За деньги сей государственный чиновник, через свою налаженную агентуру готов был пропустить без досмотра все. Вывози то, что твоей душе угодно. " Бабки все любят. А чего тут такого? Дубей, за свою смену иногда загребал больше чем его годовая зарплата. А чего стеснятся? Что ему родное государство давало? Мизерную зарплату? Да за бугром пособие по безработице в несколько раз больше. А тут паши двенадцать часов в сутки ни за хрен собачий. Не все конечно оставалось Дубею. В их фирме тоже своя делительная система",- часто рассуждал Байрамов. Правда, одно время когда Байрамов залетел с автобусом и большим количеством сигарет, он серьезно грешил на Дубея. Думал, что это тот его заложил. Но тщательная проверка по своим каналам таможенника дала отрицательный результат. Дубей в том случае, был не причем.
  - Послезавтра в ночь ты должен быть на смене, - предварительно созвонившись с таможенником, сказал ему Байрамов при встрече на берегу речки недалеко от дамбы охраняющей пограничный городишко от возможного наводнения. - Из-за бугра транзитом в Россию направляются вагоны с грузом. Смотри, не подведи. Оформишь, как положено, - тоном приказа продолжил Байрамов, передавая тому номера вагонов.
  - Послезавтра в ночь смена не моя. Моего друга. Придется поменяться сменами, - ответил Дубей.
  - Ты уж дорогой сделай милость, поменяйся! Мы тебе не за твою распрекрасную форму такие бабки отстегиваем. Отрабатывать надо!
  Удовлетворенный встречей с таможенником и покрутившись, какое-то время между вагонов стоящих на железнодорожных путях, Байрамов отыскал еще одного из своих людей. Бригадира составителей вагонов. Ему он тоже передал номера ожидаемых вагонов.
  На обратном пути уже в городе, он заехал на железнодорожную станцию к сменному маневровому диспетчеру и предупредил его о предстоящей работе.
  На следующее утро Байрамов связался с секретаршей завода ЖБИ. Завод был их козырной картой. Стоял на окраине областного центра, имел большую территорию, обнесенную высоким железобетонным забором, свою железнодорожную ветку и, самое главное, на заводе круглые сутки дежурил арендуемый в ДЕПО маневровый тепловоз. Поступаемые из-за бугра вагоны, после обязательного таможенного досмотра, а точнее - недосмотра, благодаря маневровому диспетчеру, своим ребятам из бригады составителей вагонов и маневрового тепловоза завода, вагоны быстро доставлялись от пограничной железнодорожной станции до областного центра. А там - дело техники. То, что полагалось реализовать у себя - разгружалось из вагонов в двадцатитонные контейнера "КАМАЗов" и вывозилось на приватизированную Саидом базу отдыха. Для этого случая на базе постоянно стояли приобретенные Патроном три "КАМАЗа", а за сутки до ожидаемого поступления груза нанимались грузчики из числа бомжей желающих заработать. Грузчиков привозили на базу и держали там, как говорится, на полном пансионе аж до полной разгрузки вагонов. Те вагоны, которые подлежали отправке в другие районы Украины, оформлялись подлинными документами с печатями и реквизитами не существующих фирм. Товар в документах, естественно, указывался другой. То минеральная вода, то напитки в упаковке европейского образца....
  Договор с директором завода ЖБИ на аренду территории, складских помещений, железнодорожной ветки и маневрового тепловоза заключал сам Саид. Все вопросы, при необходимости, Байрамов решал с секретаршей.
  - Да! Тот тебе не этот! - разворачивая "Мазду" на пятачке у входа на территорию завода ЖБИ подумал Байрамов. - Шутка ли столько вагонов? И каждый под завязку загружен ящиками со "Столичной", "Русской", и "Московской". - Это тебе не копейка. В случае чего, Саид по головке не погладит. Разделает как Бог черепаху. В лучшем случае живем, закатает в асфальт или бетон, - продолжал рассуждать он, спеша на базу.
  С минуту на минуту ожидалось прибытие Саида. Байрамов хорошо знал крутой нрав своего Патрона. Знал он и то, что Саид приезжая сюда по делам не забывал и про свой отдых. Любил кутить на широкую ногу. Чтобы все было похлеще, чем за бугром. Чтобы и сауна, и столы ломились от изысканных блюд, и молоденькие девочки рядом. Основная работа в этом направлении была уже проделана. И продукты самые свежие завезены, и повар - земляк наготове, и трое девчат - украиночек с утра маявшихся от безделья.
  - В этот раз Саид должен быт доволен, - слегка улыбаясь подумал Байрамов направляя "Мазду" на выезде из города через мост обводного канала реки Уж. Во-первых, вопросы с приемом вагонов из-за бугра - решены. Во-вторых, бесценный груз из родного Закавказья благополучно прибыл и надежно упрятан в специально вырытом для этого подвале под зданием базы. - Про этот подвал и надежно замаскированный в него вход из всех обитателей базы знали только два человека не считая, конечно, шефа. Он, Байрамов, и его ближайший и верный помощник Грек. И в третьих, из трех "сосок" прихорашивавшихся на базе в ожидании бурного времяпрепровождения, одна была новенькая. И как не убеждали его Марина и Ярина, постоянные клиентки и пройдохи, на которых пробу ставить негде о том, что новенькая Наталка почти совершеннолетняя и про свои шестнадцать давно забыла, глаза Байрамова и особенно его горячая закавказская кровь говорили совсем другое. Этой Наталке от силы было лет пятнадцать, хотя она и старалась выглядеть старше. А была эта Наталка действительно хороша. Точь в точь на вкус Саида. Стройная фигура, длинные рассыпанные по спине русые волосы и небольшая, еле заметная грудь. Роста, правда, не большого. Но как раз таких, карманных, любил Саид.
  Проехав очередной населенный пункт "Мазда", мигнув левым поворотником, свернула с трассы. Такая же асфальтированная дорога только немного уже вела в сторону леса. На пути снова оказался обводной канал. Проехав узкий мост, Байрамов прибавил газу. Оставалось проехать самую малость. В открытое окно дверки потянуло свежим воздухом. Начинался лес. Ехать в лесу да еще по асфальтированной дороге, да еще и летом - одно удовольствие. Шуршание шин по асфальту напоминало шелест листьев и, сливаясь в одно целое и шины, и асфальт, будто о чем-то шептались. Как будто с голодухи проглотив около километра дороги "Мазда", чуть притормозив, плавно свернула на боковую и то же асфальтированную, дорогу. В глубине леса виднелись капитальные постройки.
  Подъехав к массивным воротам, соединявшим двухметровый железобетонный забор, "Мазда" издала из под капота мелодичный переливающийся сигнал. Эхо леса моментально разнесло эту трель от дерева к дереву все дальше от источника. Через какое-то мгновение открылась боковая, то же металлическая, дверь. Придерживая ее левой рукой, скрывая всю правую половину тела за забором, в проеме стоял крепкий парень явно кавказской национальности.
  - Чего надо? - спросил он с заметным акцентом. - Зачем гудишь, лес пугаешь? Выйди суда, скажи кто нужен и все дела.
  Байрамов понял, что его шеф уже на базе. Отныне и до тех пор, пока Кирханов будет здесь, охрану базы будут осуществлять его личные "секьюрити". Этот охранник был из его команды. Саид четко придерживался своих принципов и никогда, дважды подряд одних и тех же своих охранников не привозил. У ворот стоял один из новеньких.
  
  Марину, Ярину и Наталку Грек привез на базу тогда, когда минутная и часовая стрелки больших шкафных часов в вестибюле базы, накрыв друг друга, остановились между цифрами восемь и девять.
  - Марина! Завтра днем приезжает хозяин. Байрамов сказал, чтобы ты взяла кого надо и в восемь утра ждала где всегда. Ты "сюрприз" не забудь, - еще с вечера по телефону предупредил Грек одну из постоянных клиенток базы.
  Марина все поняла с первых слов. Со своими "боевыми" подругами она работала на базе четко по графику. Три раза в неделю. Доставлял их туда всегда один и тот же человек по кличке Грек. Но платили на базе прилично.
  Жила Марина с матерью в этом же пригороде недалеко от места встречи. Отец бросил мать раньше, чем Марине исполнилось двенадцать, а уже в четырнадцать ее изнасиловал очередной любовник матери. Без мужа мать продержалась в нормальном состоянии чуть больше полгода, а потом пристрастилась к спиртному и пошла по рукам.
  Мать в суд не подавала. Просто выжала с этого любовника приличную по тем временам сумму, которую, в течение небольшого периода весело прокрутила с очередным любовником. Мало того, она во всем случившемся винила Марину. С тех пор Марина для себя сделала главные выводы, что верить нельзя никому, даже родной матери, и что добрых людей нет, даже среди близких.
  В недалеком прошлом жесткая моральная система развалившегося огромного государства, в одночасье, развернув свои паруса на сто восемьдесят градусов в сторону вседозволенности, стала поставщиком жриц любви для тех, кому с большой легкостью доставшиеся монеты слишком оттягивали карманы. Легкий заработок бросал молодежь от одной крайности к другой. Парней - к силовым, устрашающим методам обогащения, а слабый пол - на панель.
  Года через два, они с мамашей работали уже на пару. Но если для мамаши это не представляло, кроме пьянки ни какой другой цели, то для Марины - главными были деньги. Хоть и не большие - но свои. Как говорят: кровные. Главное было разбогатеть. Еще через год Марина, набравшись определенного опыта, сама стала сводней. Подобрав себе подружек, таких же, как и она пострадавших от несчастной любви, вышла на хозяев баров и кафе, и стали они сшибать валюту, занимаясь самой древней из профессий. Принималась любая валюта близлежащих сопредельных государств. Кроны, форинты и, естественно, баксы.
  На сегодня у Марины было около двадцати подруг занимающихся любовью за плату. В основном это были девчонки не старше двадцати лет. У каждой из них был свой путь к этому ремеслу, но цель - разбогатеть, у всех одна. Все они жили на окраине областного центра или, как и Марина, в его пригороде.
  В ожидании Грека Марина, угостив Ярину и Наталку дорогими сигаретами, закурила. Она немного нервничала. Видимо это было связано с Наталкой.
  - Еще одна жертва-мокрощелка, которой ужас как хочется все иметь и главное только за красивые глазки. Сегодня дорогая за твои красивые глазки да за роскошную гриву рваного доллара никто не даст. Сегодня надо до седьмого пота работать руками, если не можешь головой. А если не хочешь руками, боишься нажить мозоли и испортить маникюр - работай, дорогая, другими частями своего молодого тела. И работать, - поверь моему опыту, - надо толково, если хочешь что-то заработать. Сегодня ценится не так твой опыт, как твоя девственность, а завтра - ты уже должна толково трудиться, - часто поглядывая украдкой на новенькую, думала Марина.
  Все происходило как в детективном романе. Было без пяти восемь, когда Грек проезжая пригород в сторону областного центра заметил Марину. Как и было договорено с вечера Марина, вместе со своими двумя подругами, стояла на пятачке у поворота недалеко от церкви. Грека всегда удивляло, что местные жители Божьи храмы почему-то называли костелами.
  Грека девушки не заметили. Видавший виды "Опелек" проехав до горбатого моста-путепровода, развернулся и на малой скорости направился в обратную сторону. Не доезжая до ожидающих подруг, Грек припарковался сзади двух легковушек стоявших на обочине.
  - Ты к ним сразу не подъезжай. Хорошенько осмотрись. Подожди минут десять-двалдцать. С Мариной и Яриной должна быть какая-то новенькая шмакодявка. Эти две фурии за бабки и мать родную на кровать уложат. Эта новенькая то же видимо о королевстве мечтает. Вот дуры бабы. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Так что ты будь там повнимательней. Если они будут не одни или их кто-то будет "пасти" - развернись и уезжай. Упаси Аллах базу "засветить", - вспомнил Грек утренний инструктаж Байрамова, на всякий случай при последних словах трижды сплюнувшего через левое плечо.
  Самому Греку "светиться" то же было не желательно. Из столицы России за ним тянулся довольно длинный и вдобавок кровавый след. Дважды побывав у "Хозяина", в третий раз топать в зону у него не было ни малейшего желания.
  Родителей своих он не помнил. С детских лет его воспитанием занимались в детдомах, школах-интернатах, откуда он постоянно сбегал, и на конец, добегавшись, за кражу личной собственности - колония для несовершеннолетних. В ней он и получил свое основное "воспитание", трудовую и жизненную закалку.
  За мелкое воровство в юношеские годы его часто таскали в ментовку. Но все списывалось на возраст и умение "косить" под простачка. " Отпусти, инспектор. Гадом буду в последний раз. Матерью клянусь, - сидя в машине, Грек даже заулыбался от тех воспоминаний и наивности инспекторов
  И его отпускали. Но на восемнадцатом году жизни, "работая" вдвоем в столице на рынках Митино и Горбушки "барсетниками", они оба попались с поличняокм. Подъельник Грека заговаривал водителя крутой тачки, а Грек, открыв тихонько правую дверку тачки и схватив барсетку с бабками, уже собирался слинять, как здоровый мужик в камуфляже крепко схватил за руку, всем своим весом прижал его к дверке. Оказывается, это был бывший десантник, работавший охранником в офисе. Услышав шум, водитель тут же прижучил подъельника. Глупо, но факт. Потом менты-архаровцы, СИЗО, суд и первый столыпинский вагон, разбитый на ячейки, а в каждой по пятнадцать человек и как поется в песне: ..."где мчит курьерский Лениград-Воркута". В одном из таких лагерей Воркуты Грек и провел первые пять лет от звонка до звонка.
  На свободе он погулял не долго. Чуть больше года. Но за то с шиком. И снова суд и семь лет зоны. Но тут уж вся ихняя братия свои судимости заработала "честно". Воровали тачки. Обязанности были распределены четко. Двое, Грек и Хромой угоняли, а остальные или перебивали номера, перекрашивали, оформляли документы и продавали, или разбирали на запчасти и то же на рынок. За год с небольшим порезвились и погуляли прилично. А попались они на сигнализации. Вскрывать любые дверные замки Хромой наловчился мастерски. Разбирался он и в сигнализации. А вот на той почти, что новенькой сотой "Ауди", они засыпались. Кроме иностранной противоугонной системы и "кочерги" на руле из прочной легированной стали, коробка передач этой тачки, дополнительно была оборудована блокирующим устройством. На ней они и попались. " Если не везет, значит, не везет. Значит, и на родной сестре болячку прихватишь. Нет! Надо было еще денек понаблюдать и за хозяином и за самой тачкой. Нечего было в понедельник лезть на пролом. И знали ведь, что понедельник - день не везучий. Ладно! Хватит вспоминать. Что было, то было. Пора ехать, - возвращаясь к настоящему, подумал Грек, завел двигатель "Опелька" и медленно подъехал к Марине.
  На базе все шло своим чередом. Все готовились к предстоящей работе по приему грузов. Саид с Байрамовым ждали звонка от Дубея. По предварительным расчетам и прежним поставкам вагоны должны были пересечь границу ближе к вечеру.
  - Твой таможенник не подведет? - спросил Байрамова Кирханов.
  - Не первый раз, Саид. Этот вариант проверен. За бабки он целый состав через границу без досмотра пропустит. Крепко на крючке у нас сидит.
  - Закончим с вагонами и сразу приступаем к отправке гашиша. Хранить его на базе небезопасно. На днях должен прибыть человек из-за бугра. Привезет бабки и заберет товар. Наша задача обеспечить окно на границе с нашей стороны. На той стороне - заботы ихние. С территорией завода ЖБИ проблем нет?
  - Там все на мази. И склады готовы, и машинист тепловоза ждет.
  - Слушай, Байрамов! А как твой народ здесь? Не брыкается? Номера не выкидывают?
  - Да нет. Знают ведь, что менты только и ждут, когда они появятся у них на горизонте.
  - А Грек?
  - А что, Грек? Он как все. Не лучше и не хуже. Но у него опыт. Как ни как две ходки к "Хозяину" многое значат. Он здесь в почитаемых ходит.
  Кирханов хитро улыбнулся
   - Еще бы. Он ведь в Москве такое натворил, во всероссийском розыске числится. Может даже по СНГ, если не в Интерпол передан. Он тебе, что-нибудь про свои художества рассказывал?
  - Да так.... В трех словах. Воровал - поймали, опять воровал - опять поймали. Последний раз, по-моему, на тачках засыпался. У нас ведь не принято в душу лезть.
  - Последний - на тачках, это точно. А что потом было? Да! Был Грек классным вором-домушником. Он, ведь, всякие там замки включая и английские с далекого Альбиона, щелкал как орешки.
  - Откуда замки щелкал? - переспросил Байрамов.
  - Да это я так, про между прочим. Так вот, был Грек воришкой, а стал мясником. Мы, законники не очень их почитаем. А Грек после второй отсидки собрал человек десять таких же, как и он, готовых на все, и на Каширском пятачке в столице занялся разбоем. Грабил дальнобойщиков, торгующих лесом. На его счету не один дальнобойщик. Даже парочку своих за непослушание или еще за что еще отправил к Аллаху. Когда их обложили волкодавы из физзащиты, там такой бой шел, ну чисто фронт. Видно долго их "наружка" вела, пока всех в кучу собрала. Почти все его помощники так там и остались. Пару тяжелых ментам досталось. А греку опять повезло. Удалось скрыться. А вот как, никто не знает. Видимо там дело то же не очень чисто. Ты приглядывай за ним, - закончил свой монолог Саид, посмотрев на часы. - Как ты думаешь, менты случайно не засекли нашу трудовую деятельность? - с ухмылкой спросил он.
  - Не должны. Толком, ведь, никто ничего не знает. Работники завода считают, что мы занимаемся перевалкой, а таможенник - так вообще думает, что грузы прямиком в Россию идут. Здесь все свои, да и знают они не все. Одни грузчики из чужих. Так этим бомжам все до лампочки. Для них главное поесть и выпить. Тем более мы их постоянно меняем. Нет! Не думаю!
  - Смотри, а то потом времени думать у нас не будет. Что-то у меня на душе не спокойно. Местные авторитеты со своей братвой не наезжают?
  - Так у тебя с ними полюбовный договор. Они наши законы чтут.
  - Те, кто постарше - чтут, а молодежь иногда звереет. Свои правила навязывает. Во многих регионах без разборок не обходится.
  - Здесь пока тихо. После того, как несколько лет тому мы их на стадионе прижучили, так с тех пор тихо.
  - Да! Пришлось тогда и стволы в ход пускать....
  - Так они же первыми и начали. Беззубому перо в бок воткнули - нам и деваться было не куда. Двоих уложили, остальные разбежались.
  - Что-то звонка долго нет. Пора бы. Считай, сколько времени ждем? Ночь ведь на дворе. Позвони таможеннику.
  - А стоит ли?
  - Позвони, позвони. Ты же выяснять с ним все открытым текстом не будешь? В двух словах, есть - нет?
  - Моторола не отвечает, Может, выключил? - Тебе, фраер, для чего Моторолу дали. Чтобы на связи постоянно был, - после неоднократного набора номера телефона Дубея, возмущаясь ответил Байрамов. - Если бы вагоны были на месте - позвонил бы бригадир.
  - Ладно! Подождем еще.
  На часах было половина одиннадцатого ночи, когда заработал сотовый Байрамова.
  - Вагоны на месте, но таможенника еще не было, - услышал Байрамов в трубке.
  - Кто звонил? Таможенник?
  - Нет! Звонил бригадир. "Вагоны на месте, а таможенника нет".
  - Бери моих двоих охранников и мухой туда.
  
  ... - И так, что мы "имеем с гусь"? - спросил Киштулинца полковник Донец.
  Уже битый час два полковника разных силовых ведомств, закрывшись в просторном кабинете на втором этаже здания УСБУ в Западной области, обменивались имеющейся информацией в соответствии с распоряжением, полученным от своих начальников - руководителей службы безопасности и внутренних дел области.
  - "С гусь" мы можем иметь только пух перо и шкварку, поддерживая шутливый тон, ответил полковник Киштулинец. - А если серьезно, то все это мелочи. У меня есть одна, как говорят, мысля, но как к ней подступиться, ума не приложу.
  - А ты, Федор Васильевич, давай не стесняйся. Один ум хорошо, а два - это уже целый совет. У меня мыслишки то же вокруг одного направления вертятся. Может совпадение?
  - Если рассуждать по большому счету, то в нашей области таких мощностей по производству алкоголя в большом объеме нет. Я разговаривал со своими спецами со всех районов области и ни у кого, ни какой информации. Я имею в виду серьезной. А у меня ребята ушлые. У каждого свои информаторы. Так, мелочи. Я их конечно, настропалил. Проверят владельцев кафе, баров, ресторанов и прочих более-менее солидных питейных заведений. Попробуем отследить поставки водки в область. Но это только одно направление. И мне кажется не главное, - продолжил Киштулинец.
  Прервав свои мысли, он внимательно посмотрел на собеседника. Федор Васильевич был опером по призванию и ментом от рождения. Как говорится не в одном поколении. За свою богатую на приключения жизнь, он четко усвоил одно: умному начальнику стоит только указать направление своей мысли и по его глазам можно сразу определить правильность или не правильность требуемого направления, а дураку - и пережуешь, и в рот положишь - все равно сделает все наперекосяк. Раскрываться полностью и сразу, тем более не своему начальнику хоть и представителю УСБУ, верный выработанной с годами привычке, Киштулинец не спешил.
  - Мне то же так кажется, - выдержав пристальный взгляд собеседника, через какое-то мгновение ответил Донец. - Ты, Федор Васильевич, правильно мыслишь. Если бы у нас, в Украине, такое масштабное подпольное производство было налажено, то и ваша, и наша фирмы уже обладали бы определенной информацией. Я понимаю посреднические операции можно скрыть. И то не на короткое время. На месяц - два, не больше. Не думай, что с развалом союзной конторы наша фирма руки опустила. Ситуацией мы владеем и информацию руководству страны периодически представляем. Беда в том, что верха в нашей информации не всегда, скажем так, нуждаются. Всякой информации нужно свое время. Это как в торговли: товар должен дождаться своего покупателя. Так и у нас. Видишь, теперь, когда с алкоголем припекло, и мы пригодились. Они же там, умники, о завтрашнем дне не думают. Как жареный петух в одно место клюнул, так и аврал начинается. Нет бы сразу Закон толковый принять, Что можно и что нельзя. И тут же ответственность за нельзя. - Мне то же кажется, что такой завод или заводы должны находится за пределами нашего государства. Я тебя правильно понял? - прищурившись, то ли от сигаретного дыма, то ли все внимание сосредоточив на собеседнике, спросил представитель УСБУ.
  - Развивая твою мысль, Михаил Васильевич, думаю, что на территории Молдовы этих заводов то же нет. Может в России? Страна огромная. Там можно столько заводов и так упрятать, что годами ищи и не найдешь.
  - Согласен! Только у меня, ты извини, на языке вертится один маленький вопрос. Тем более, мы работаем в масштабах одной области....
  - Зачем из России подпольную водку гнать через всю Украину в нашу область?
  - Точно! Как догадался? Ведь в каждой области есть свой контроль. Свое УСБУ и УМВД. Правильно? Риск очень большой. Можно даже на случайности залететь. Опять же экономически не выгодно. Транспортные расходы большие. Хотя, себестоимость бутылки водки изготовленной на базе разведенного спирта без всякого лабораторного анализа воды и вдобавок, при сплошной антисанитарии, очень мизерная. Но кто идет на такой риск, тот хочет иметь много и главное быстро. Тут надо тянуть веревочку с другого конца....
  - Вот эта мысль и врезалась в мои старческие извилины. Гложет и гложет как червяк. А возможности мои в этом направлении ограничены.
  - Ты намекаешь на сопредельное государство? - на прямую спросил полковник Донец.
  - Михаил Васильевич! Давай не будем притворяться. Согласись, что твои, как ты изволишь выражаться "мыслишки", то же в этом направлении вертятся. Или я не прав?
  - А тебя не проведешь, - улыбнулся Донец.
  - Так уж и не проведешь, - засуетился Киштулинец. - Просто опыт и, опять же, совпадение мыслей...
  - Не прибедняйся. Ваш Москалев посредственных начальников отделов в своем ведомстве не держит. Сам работать умеет и помощников себе таких же подбирает. Мне недавно наши ребята из "наружки" рассказывали. Они одного поляка, золотишком баловался, недели две "пасли". Этот поляк с одним из наших, нынче высокопоставленных чиновников, а в прошлом бывшим уголовником, был связан. Так вот, сидят эти два великих бизн6смена в номере гостиницы и мирно беседуют. Выпивка и закуска в номере по высшему разряду. Наши ребята вовремя успели жучков в номер насовать и весь их разговор пишут. Поляк довольно сносно на русском изъяснялся. Спрашивает он нашего, местного: " И чего вы жалуетесь на своих полицейских?" Это они вашего брата так называют. " Сами, мол, виноваты, Сами хохлы, а в своей хохляндии главным полицейским области москаля поставили и вдобавок генерала ему дали!" Хоть и поляк, а знает, что мы русских москалями называем. И знаешь, что ему наш бывший уголовник ответил?...
  - Наверно какую - нибудь гадость сморозил.
  - Не угадал. Во-первых, говорит, это у нашего мента фамилия такая, а во-вторых, такому как Москалев и в охранниках генеральские звезды повесят. Толковый, говорит, мужик. Видишь, как ваши подопечные вашего начальника уважают. Не всякому такое заслужить удается. Но это так, для разрядки обстановки. Между прочим, взяли тогда этих двух "великих бизнесменов". Местная пресса об этом несколько дней не умолкала. Все подробно описала. Ты что не читал?
  - Читал и полностью в курсе.
  - Ну ладно! Давай вернемся к насущному вопросу. И моему, и твоему начальству наши умозаключения на блюдечке не поднесешь. Им план оперативной разработки подавай. Интересно получается. Раньше, в конторе, мы в основном занимались политическими, разведкой и контрразведкой. Ну, там, еще валютой, золотишком, камушками. Остальное все вашей фирме доставалось. А теперь почти одну и ту же работу вместе делаем.... Ладно. Давай дальше размышлять. За основу нашего плана возьмем наше "совпадение". Естественно, не вычеркиваем и другие версии. Если поставки спиртного поступают из-за границы, то где-то недалеко должна быть и перевалочная база...
  - "Перевалка" может быть где угодно. И у нас, и в соседних областях. Плечо подвоза небольшое. Привязываться к "перевалке" в нашей области не стоит. Считать это направление основной версией - я согласен. Мне представляется, что эту версию необходимо разделить на два варианта. Первый - до границы, граница и таможня. Тут все карты вашему ведомству. И второй - пути дальнейшего следования груза. Если "перевалка" на территории нашей области - мы ее найдем. Если груз следует дальше - будем отслеживать его до конца. Главное, - я так думаю, - выйти на хозяев.
  - Согласен! Будем считать, что принято единогласно. Сейчас оформим это на бумаге и представим нашим начальникам.
  " Интересно получается! К чему бы это я так разоткровенничался? Этого поляка с чиновником приплел, ребят из "наружки"? Этот Донец не так прост, как кажется. Тут явно какой-то подвох. Такой себе маленький хитрый намек на какие-то толстые обстоятельства. Эти ребята не очень спешат свои секреты раскрывать и тех, кто увлекается словоблудием, в этой фирме не держат. Или он хотел своим рассказом напомнить мне, кто из нас двоих полковников старше, или доказать, что их фирма то же "веников не вяжет". Нет! Все же он попытался поставить меня на место. Ты, мол, не сильно задавайся. Все, мол, под Богом и "наружкой" ходим. Ну конечно! Как это я сразу не догадался! Вот хитрец", - подумал Киштулинец, направляясь мимо небольшого парка, расположенного треугольником на три улицы, в свою фирму.
  
  Не успели массивные двери исторического здания бывшего Управления КГБ, а теперь - УСБУ, после выхода Киштулинца на улицу вернуться в исходное положение, как Михаил Васильевич вызвал к себе одного из своих помощников.
  - Мне срочно нужна информация на наших доблестных инспекторов-таможенников. На всех, кто работает или работал на железнодорожных и транспортных переходах с сопредельными государствами.
  У вошедшего брови резко подскочили вверх, а глаза стали больше похожими на луковицы блестящих старинных карманных часов с цепочкой. " Это сколько же их в области", - подумал он.
  - Что ты мне глазки строишь? Естественно не на всех, а только на тех, кто хоть однажды попадал в поле нашего зрения. Кто за нашей фирмой числится. Но информация полная. Где родился, крестился. Семя, близкие, круг друзей и знакомых, соотношение зарплаты и имеющаяся недвижимость.... В общем, ты меня понял....
  - Товарищ полковник! Да тут работы дня на два не меньше. Это же четыре сопредельных государств. А переходов сколько?
  - Два дня дать не могу, а вот два часа - вполне достаточно. В твоем распоряжении компьютерный банк данных и архив. Все! Не заставляй меня нервничать. Через два часа жду, - закончил, поднимаясь, Донец.
  - Вот этими двумя мы серьезно и будем заниматься, - убедившись, что в кабинете кроме него никого нет сказал вслух Донец.
  Из доброго десятка таможенников и представленных на них материалов, он отобрал только двоих. Фотографии каждого из них сопровождались отпечатанным на принтере, по крупицам собранным материалом. Внимательно ознакомившись со всеми материалами, предоставленными через два с маленьким хвостиком часа помощником, свое внимание Донец остановил только на этих двоих. Один из них работал на транспортном переходе на окраине областного центра, а другой - на крупном железнодорожном узле, служившем артерией соединяющей Украину с двумя соседними государствами.
  Сложив, по его мнению, заслуживающий материал в папку, присовокупив туда же отпечатанный план оперативной разработки принятый "единогласно", полковник Донец вышел из кабинета и направился в приемную генерала.
  Вообще-то в этом здании в форме со всеми регалиями люди встречались редко. Исключение составляли только охрана, ну и естественно, праздники. Тут уж сам Бог велел одеть и форму, и заслуженные награды. Как правило, все сотрудники УСБУ, включая и генерала, на работе находились в гражданской одежде. Им даже по нормам снабжения полагалась гражданка. И если ее не выдавали по каким-то причинам, то взамен полагалось денежное возмещение. Правда, в связи с тяжелым экономическим положением в самостийной Украине, это денежное возмещение выдавалось от случая к случаю.
  Михаилу Васильевичу необходимо было представить начальству выработанный совместно с Киштулинцем план и получить добро на наружное наблюдение за попавшими под подозрение таможенниками.
  
  Выйдя из кабинета генерала, полковник Донец прямо по телефону из приемной вызвал к себе в кабинет руководителя группы наружного наблюдения.
  Сидя в своем кабинете, он снова и снова вчитывался в скупые строки представленного материала на таможенников. Первым он взял в руки материал на таможенника Михаила Дубей.
  - Так это еще тот фрукт! - дотошно прочитав предоставленную информацию, удивленно подумал про себя Донец.
  С фотографии на него смотрели глубоко посаженные маленькие глазки. Лоб большой с ярко выраженными залысинами и сединой на висках. Мочки ушей со срезанным углом были, как будто припаяны к скулам. Такие глаза в комплекте с такими, характерными, мочками ушей указывали на скрытность в характере и развитую хитрость. Двое детей. Сын - двадцати двух лет, не женатый и дочь - двадцати лет. Замужем. Родом из горной глубинки, а живет на окраине областного центра не далеко от стадиона. Собственный дом...
  - Э! Да тут у него собственности на пятерых хватит. Шикарный дом в три уровня, два гаража, две иномарки, дача в районе Ореховиц. И все это за последние пять лет при скромной, даже своевременно не выплачиваемой зарплате? Да ты, дорогой, уже лишних пару лет ходишь на свободе. Тебя тряхануть - можно такую цепочку вытянуть, аж до самого Киева. С тебя, милый мой, такие суммы, фамилии и адреса могут посыпаться, что и сам не рад будешь.
  Мысли прервал стук в дверь. Одновременно со стуком дверь открылась, и в кабинет вошел лет сорока, не высокого роста и щуплого телосложения, мужчина.
  - Прошу разрешения, товарищ полковник.
  - Так ты уже вошел, чего спрашиваешь? - спросил в ответ полковник.
  О вошедшем полковник знал все и даже чуточку больше. Майор Галас попал в тогда еще КГБ чисто случайно. Хотя с детства, начитавшись книг и насмотревшись фильмов про разведчиков, мечтал о такой работе. Но свой первый орден, он заработал еще на срочной службе, будучи моряком-пограничником. Повезло ему еще во время призыва. Обладая хорошим здоровьем, срочную службу он провел в войсках морских пограничников. И судьба, будучи к нему не очень благосклонной ввиду некоторых не многим известных причин, бросила его на самый краюшек земли. Даже не земли, а земного шарика. Срочную службу он нес на одном из самых крупных островов самой северной точки Союза. После почти годичного обучения, благодаря своему трудолюбию и дисциплинированности, жуткому желанию познать все новое (авось пригодится), Галас получил звание старшины второй статьи. Служба была не пыльной, но ответственной. В составе экипажа небольшого пограничного катера они, если позволяла погода, еженедельно развозили по точкам пограничные наряды, продукты питания и прочее армейское имущество. На третьем году службы Галас сам стал командиром катера. Это уже было доверие на самостоятельность. А пограничные войска, как известно, подчинялись КГБ. Летом, в течение двух недель их дивизион пограничных катеров стоял, как говорят, на ушах. Начальства наехало тьма тьмущая. Куда ни плюнь - одни лампасы или на худой конец полковничьи погоны. Потом Галас узнал, что готовилось и било проведено испытание ядерного взрыва.
  В один из дней, аккурат в день назначенного испытания, командир дивизиона приказал Галасу на вверенном катере отвезти человек восемь представителей из столицы на отдаленный необитаемый остров. Все были в теплом обмундировании без всяких знаков различия.
  Снялись с якоря, и вышли в открытый океан. Маршрут Галас знал как свои собственные конечности. Погода была, мягко говоря, не летной. Но приказ есть приказ. Минут сорок все шло нормально. Но потом небо резко почернело, поднялся ветер, а вместе с ним и сумасшедшая волна. До острова оставалось не больше двух миль, но пристать к скалистому берегу было практически не возможно. Катер бросало как щепку. То поднимало на гребень волны, то бросало в пучину волн. Моряки народ привычный, а вот сухопутному начальству было не очень сладко. Бедняги с зелеными лицами, посиневшими от постоянной рвоты губами и красными как у вареных крабов глазами, валялись в кубрике без всяких признаков жизни.
  Галас чувствовал, что если через несколько минут ему не удастся причалить к берегу, то усиливающийся ветер и волны просто выбросят катер на камни и вряд ли кому-нибудь из находящихся на катере удастся вернуться на Большую землю. Выбирая мгновения, он снова и снова направлял катер к берегу и всякий раз, видя неминуемую гибель, давал команду: Стоп машина! Полный назад! И катер, завывая дизелем, из последних сил пятился назад. Но им повезло. Галас интуитивно почувствовал слабинку разгневанной стихии, правильно рассчитал место встречи набегающей и отраженной волны и буквально на гребне волны влетел в небольшую бухту. Катер стал на якорь. Измученные до невозможного гости, как в тумане ожидавшие за свои грехи Господней кары и давно попрощавшиеся со своими родными, с помощью членов экипажа выбрались на берег.
  Испытание ядерного взрыва в тот день не проводилось. Только через трое суток стихия кое-как успокоилась, и они сумели благополучно вернуться на базу. За тот рейс Галас получил звание глав старшина и орден "Красной Звезды". Начальство с достоинством оценило действия Галаса по благополучному своему возвращению из Господних владений к мирской жизни.
  Это был первый орден. Потом, работая уже в КГБ Галас несколько раз, как говорят военные, делал дырку кителе и за столом зубами доставал из двухсотграммового стакана, предварительно освободив его от водки, очередную награду. И никто бы не подумал, что этот щуплый на вид, близкий к среднему возрасту человек обладает не дюжинной силой. Окончив школу КГБ, владея свободно всеми языками приграничных государств, в Управлении КГБ Галас пришелся ко двору. Работал в разных отделах, но больше всего его способности проявились при ведение наружного наблюдения. Тут он работал как артист. Ко всему прочему, он отлично владел штатным оружием. Ведя скоростную стрельбу из имеющегося именного нагана, успевал навскидку всаживать три пули туда, куда не многие всаживали одну, от силы и очень редко - две.
  - Присаживайся! Сколько лет прошло, а ты все еще пользуешься терминологией моряков. Только они в своем лексиконе вечно просят разрешения войти и тут же входят, не дождавшись ответа. Для твоих орлов есть срочная работа.
  - А мы, товарищ полковник без работы не бываем. Объект мужского или женского пола?
  - А тебе как будто не все равно. Твоя задача не упустить объект. Даже в гальюне, выражаясь морским языком, вы должны знать, чем он занимается.
  - Все равно. Но я должен знать, кого для наблюдения ставить. Ведь в женский гальюн мужик не войдет. В нашем деле, как и во всяком другом, есть свои особенности.
  - Будете вести двух мужиков. Они хоть и не профессиональные шпионы или там матерые уголовники, но вести их надо аккуратно. Мне нужны их связи. В общем, не мне тебя учить. Нужна ежедневная информация. Если что серьезное - звони в любое время.
  - Все будет организовано в лучшем виде, - принимая от полковника фотографии с краткой характеристикой двух таможенников, сказал Галас. - Мы даже во сне будем рядом с ними. - Оформим по высшему разряду. - Даже не почувствуют
  
  ...Ничего не подозревающий Миша Дубей в это время парился на трассе за сотню километров от областного центра. Не доезжая до моста через горную речку под капотом его новенькой "Мазды", одной из двух имеющихся у него иномарок, что-то громко стукнуло и, двигатель заглох. "Мазда" накатом съехала на обочину. Подняв капот, с тупым взглядом(среди коллег Дубей считался неплохим наездником, но не более) осмотрев двигатель со всех сторон, попинав поочередно все четыре колеса ступней обутой в шикарный туфель производства "Саламандра", на всякий случай заглянув еще под "Мазду" со стороны выхлопной трубы, Дубей плюнул и принялся голосовать. " Если не везет, то не везет, мать вашу....",- матюкнулся со злости он.
  А злится ему, было от чего. Со вчерашнего утра все пошло на перекосяк. После встречи с Байрамовым, дождавшись прибытия на смену своего земляка - тезки, Миши Ороса, он тут же попросил последнего поменяться сменами. В соответствии с графиком дежурств Орос должен был дежурить в ночь прибытия вагонов.
  - Я сегодня отработаю еще одну смену, а послезавтра днем вместо меня будешь дежурить ты. На ночь я тебя сменю. Ты уж выручи старика, землячок, - уговаривал он Ороса.
  Мишу Ороса долго уговаривать не было никакой надобности. Среди коллег, он считался безотказным, старающимся помочь каждому кто в этом нуждался. Отказать своему земляку (оба были из одного села) он не мог и по той простой причине, что только благодаря Дубею пятнадцать лет тому попал работать в таможню.
  - Ну, если надо значит надо. Только ты ведь мог мне заранее позвонить. Я бы не перся из областного центра сюда. Раз уж я здесь пошли к начальству.
  - Только ты Миша начальству скажешь, что это твоя идея, а не моя. Я и так у него постоянно отпрашиваюсь. Возьмут и уволят ни за хрен собачий. Ладно?
  Отработав еще одну смену, Дубей уже в десятом часу утра, был дома. Загоняя "Мазду" в гараж у него было одно единственное желание принять ванну и хорошо выспаться. Чувствовалась усталость суточной работы. Да и годы уже не те", - подумал он, закрывая ворота гаража своего шикарного особняка.
  Но не тут-то было. Жена пристала как репей: Срочно вези меня в село!
  - В какое село? Ты что, рехнулась? Да я все двадцать четыре часа как ишак отпахал. У меня в глаза, будто кто песка насыпал. Да и до села не ближний свет. Почти двести километров.
  - Я тебе сейчас как рехнусь, мало не покажется. У меня может мама при смерти, а он "рехнулась". Поду утро из села звонили. Я уже все собрала. Быстрее завтракай и, поехали.
  - Слушай, дорогая, езжай с сыном. Можете даже "Мазду" взять, - смягчился Миша.
  - Твой двадцати двух летний балбес еще вчера вечером умотал на своем "американце" и до сих пор его нет. (Подаренный отцом "ФОРД" сын иначе как "чистый американец" не называл).
  Видя, что пощады от жены не будет, а за последние годы она вообще не помнила когда ездила на автобусах и не знала, ездят ли они вообще, Дубей смирился. Единственно, что он выиграл так это, с великодушного согласия жены, заменил завтрак ванной.
  Почти сутки, пробыв в селе и рассчитывая, что для его "Мазды" пройти расстояние в двести километров за три часа будет вполне достаточно, он в два часа следующего дня выехал в обратный путь. И вот на тебе, такое невезение. Несколько остановившихся легковушек тащить на галстуке его тачку не то, что до областного центра, даже до ближайшего райцентра не соглашались. Впереди на трассе был приличный перевал. Но оставлять машину на трассе одну, даже на небольшой период, он не соглашался.
  - Ее потом днем с огнем не сыщешь. Разберут на запчасти и вся история с географией, - успокаивал он сам себя.
  Понимая что опаздывает, а стрелки часов показывали шестой час вечера, единственное на что он решился, так это попросить водителя остановившейся тачки позвонить ему на работу из ближайшего телефона и предупредить начальство, что он опаздывает. Он все еще надеялся к моменту поступления вагонов Байрамова на станцию - приступить к работе. Но в ту ночь попасть на работу ему не удалось. Не смог он вернуться и обратно....
  
  ... Проверка вагонов подходила к концу. Ругая на чем свет стоит своего напарника пожелавшего поменяться сменами, но так и не прибывшего на работу, в связи с чем Мише Оросу пришлось трубить вторую смену подряд, зажав под мышкой левой руки папку с документами и подсвечивая себе фонариком, Орос сверял пломбы последнего вагона с оттиском на сопровождающих документах. Все сходилось. По документам, в крытых вагонах перевозилась в ассортименте сладкая газированная вода в полиэтиленовых бутылках, направляемая из-за границы в соседнюю Россию.
  - Что, в России своей воды мало? У них же целый Байкал имеется, - точно помня, что это озеро в России, подумал Орос. - Тоже мне хозяева хреновы. Тратят валюту на такую чепуху.
  В это время прозвучал гудок подъезжающего маневрового тепловоза. Впереди себя, он толкал несколько пустых полувагонов. На первом от стоящего состава, уцепившись сбоку за поручни, почти висел с фонариком составитель вагонов. "Пока не поздно надо перейти на другую сторону. Еще не известно, сколько он вагонов толкает. Стыкуют вагоны, и шагай потом в хвост, чтобы обойти", - высказался вслух Миша, перешагивая через рельсы. Маневровый подъехал ближе. Теперь толкаемые им вагоны были почти рядом. Спрыгнув на землю с медленно движущегося вагона, составитель, подойдя к стоящему составу, подложил башмак под колеса первого вагона и пронзительно засвистел в свисток, размахивая при этом рукой с фонариком. В ответ тепловоз огрызнулся коротким гудком, дизель взревел и толкаемые им вагоны, будто в припрыжку стыковались с составом. Весь состав, грохоча сцепками, подался назад. Орос, готовый уже двинуться дальше в сторону соседних вагонов, остановился как вкопанный.
  - Не может быть! Мне наверно послышалось! Полиэтиленовые бутылки не должны звенеть!
  Миша моментально вспомнил, что согласно сопроводительных документов в этих вагонах, а номера вагонов он запомнил, из-за границы в Россию следует большая партия напитков.
  - Что случилось, таможня? Добро на отправку груза даете? Закурить не найдется? - спросил у Ороса составитель вагонов.
  Орос достал "Мальборо".
  - Кучеряво живете! А можно я и для машиниста возьму? - доставая четыре зажатых пальцами фильтра, спросил на всякий случай он.
  - Можно, можно. А скажи мне, дорогой, это звенело в вагонах или мне послышалось?
  - Не боись, таможня! При таком не большом толчке большого боя стеклопосуды не бывает. Так, несколько бутылок из всего вагона. Могу на спор, если не веришь!
  - Значит в вагонах все же стеклопосуда?
  - А ты думал хрусталь? Нет, таможня! Хрусталь бабки стоит и, его в плотный картон упаковывают. В этих вагонах самые настоящие ящики со стеклянными бутылками. Только бутылки не пустые. Пустые бутылки звенят совсем по-другому.
  - Слушай, дорогой! А можно еще разик толкнуть вагоны?
  - Тебе что, таможня, понравилось? Почему нельзя, можно! Бой не большой. Фирма мощная вон, сколько вагонов отгрузила, выдержит.
  Составитель не торопливо прикурил, глубоко затянулся и, зажав в левой руке оставшиеся три сигареты "Мальборо", поднялся на тепловоз. Через минуту он снова спустился к вагонам, секунду-другую поколдовал на сцепке и пронзительно свистнул в свой рабочий инструмент. Дизель взревел и полувагоны, грохоча, откатились метров на десять, а может и больше.
  - Ну что, таможня, послушаем вместе?
  Таможенник и составитель вплотную подошли к стоящим вагонам.
  - Готов, таможня?
  - Давай!
  Составитель снова пустил в ход свой рабочий инструмент. Дизель, подтверждая принятый сигнал, издал свой гудок, и полувагоны медленно стали приближаться к стоящему составу. Сработала сцепка и, кроме грохота сцепных устройств, в вагонах явно прослушивался звон стеклопосуды.
  - Ну что, таможня, убедился?
  - Спасибо, дорогой, - пожимая составителю руку, сказал Орос.
  Освободившись от полувагонов и прихватив с собой составителя вагонов маневровый тепловоз, медленно удалился в сторону ДЕПО.
  Постояв в раздумье минуту, Миша Дубей достал Моторолу.
  
  ....Часы в кабинете полковника Донец пробили ровно половина одиннадцатого вечера.
  Михаил Васильевич снял очки, протер глаза и, мельком взглянув на циферблат настенных часов, сладко потянулся. Часа два, он скрупулезно изучал имеющуюся информацию по таможенным переходам, на некоторых таможенников и крепко стоящих на ногах хозяев крупных кафе, баров и ресторанов. Знал он и о подпольных игорных точках и притонах, где молодежь грешила травкой, и о дамах предоставлявших все без исключения удовольствия. Естественно, не бесплатно. А в одной из потаенных папочек хранилась особая информация на одного из местных, самого богатого, как гласила центральная пресса, человека Украины. Большое количество торговых точек, ликероводочный завод и много другой недвижимости числилось за ним. Причем недвижимости, которая давала баснословный доход. Но взять его, благодаря нашим исключительно "демократическим" законам, было не за что.
  - Нет! - махнул рукой полковник, одевая очки. - Еще часик поработаю.
  Но работать в кабинете больше в тот вечер ему не пришлось. В приятном тональном режиме заработал внутренний телефон.
  - Слушаю!... Когда это случилось?... Кто обнаружил?...Сам таможенник?... Дайте команду выставить охрану и вызовите на пограничный железнодорожный узел маневровый тепловоз. Мне дежурную машину и двоих вооруженных спецназовцев. Уже выезжаю, - засовывая в кобуру под мышку штатный "Макаров", сказал он в трубку.
  Звонил оперативный дежурный. Полковник снова глянул на часы. Было, тридцать пять минут одиннадцатого. "Привычка", - подумал он, закрывая в сейф все документы и выходя из кабинета.
  Во внутреннем дворике стояла оперативная "Волга" с форсированным движком. На заднем сидении расположились спецназовцы. Вот это да! Неужели сам таможенник тормознул груз? Вот тебе и верь, информации, - подумал полковник, открывая дверку "Волги". - На пограничный железнодорожный узел и чтобы мигом, - сказал Донец водителю.
  Они опередили Байрамова с охранниками Саида минут на пять - семь. Зная систему переездов через железнодорожные пути, полковник прямо на "Волге" подъехал к ДЕПО. Тут они выиграли еще минут пять за счет того, что таможенник и офицер погранотряда уже встречали их и кратчайшим путем провели к составу, в котором стояли нужные вагоны.
  - Молодец, товарищ Орос, - выслушав историю с маневровым тепловозом, сказал Донец. - Если ваше предположение подтвердится - благодаря вам будет перекрыт еще один канал нелегального поступления грузов из-за границы. Дождемся маневрового и оттащим эти вагоны в Город-2, на площадку таможенного досмотра. Завтра вместе с документами на груз вы должны быть там. Во сколько вы меняетесь?
  - В восемь утра.
  - Вот и хорошо. В девять встречаемся на площадке. Продолжайте работать в прежнем режиме. О вагонах никому ни слова. Вы ничего не знаете. Договорились?
  Таможенник откланялся и направился в сторону железнодорожной станции. Не успел он отойти на несколько шагов, как его снова остановил Донец.
  - Подождите минутку. Во избежание всяких неприятностей документы на этот груз я оставлю у себя, если вы, конечно, не возражаете?
  Миша Орос не возражал.
  
  Уже в пять минут двенадцатого, Байрамов и два охранника Саида перешагивая через рельсы и семеня по шпалам, направлялись, минуя ДЕПО в сторону отстоя вагонов. Там в тупике проводился внешний таможенный досмотр.
  Машину они оставили в темном переулке перед железнодорожными путями со стороны областного центра. Пока нашли бригадира составителей вагонов, пока тот освободился, а время шло. Байрамов начинал слегка нервничать.
  Грузовой состав, в сцепке которого стояли вагоны Кирханова, пересек границу еще в начале восьмого вечера. Состав проверили пограничники, и он направился на подъемники. Там в течение часа была произведена замена катков из европейского на бывший союзный стандарт. Состав был не большой. Это по нашей расширенной ветке гуляют составы до сорока и более вагонов. А у них, на их похожей, на узкоколейку железной дороге, больше пятнадцати- двадцати не бывает.
  Мощное освещение, установленное на высоких мачтах, хорошо освещало весь железнодорожный узел. Исключение составляла тень от стоящих на рельсах вагонов.
  Обойдя очередной состав, все четверо остановились как вкопанные.
  - Это еще что за привидения? - спросил Байрамов у бригадира.
  - Откуда я знаю. Когда поставили сюда состав - никого не было. Потом, правда, таможенник появился. Но это уже минут через тридцать, наверное, после того как мы на тепловозе отъехали, - шепотом ответил бригадир.
  Все четверо вернулись в тень вагонов.
  - Ты сходи, дорогой и выясни, что за люди? Ничего не спрашивай. Пройдись, проверь свое вагонное хозяйство. Потом кругами вернись вон к тому зданию. Только не тяни резину, понял?
  - Слышь, Байрам? Мне кажется, возле вагонов менты крутятся. Я их, архаровцев, по фуражкам узнаю, - сказал, вглядываясь в сторону вагонов один из охранников Саида доставая из-за пояса ствол.
  -Убери "волыну"! Не хватало еще со стволами засыпаться. Железнодорожники, между прочим, то же в фуражках ходят. То же мне знаток ходячий.
  - Давай позвоним Саиду. Не нравится мне все это, - снова прошептал охранник, но ствол убрал.
  Все трое прижимаясь к стоящим на путях вагонам, направились к одиноко стоящему между рельсами зданию.
  - Возле вагонов четверо мужиков по гражданке и трое погранцов. Офицер и двое солдат с автоматами, - сказал, вернувшись, бригадир.
  - Ты с ними разговаривал?
  - Да ты что, дорогой. Прошелся вдоль вагонов, постучал по буксам и сюда. Они на меня и внимания никакого не обратили.
  - А таможенник?
  - Я его там не видел.
  - Ты вот что сделай? Покрутись минут пять-десять между своими работягами. Может кто, что слыхал? Может, кого из знакомых таможенников увидишь? Разузнай, про между прочим, что за люди у вагонов. С тобой вот он пойдет. Узнаешь что, приходи сюда. Полсотни баксов твоих. - Пока ничего не выясним, звонить Саиду не буду, - сказал Байрамов оставшемуся охраннику, достававшему ствол, после того, как бригадир с другим охранником скрылись между вагонами.
  Байрамов достал сотовый и набрал номер "Моторолы" Миши Дубея. Телефон молчал.
  Через какое-то время, с другой стороны состава за которым стояли байрамов и охранник, прямо к сцепке между вагонами вышли бригадир и второй охранник.
  - Ну что там? - шепотом спросил Байрамов.
  - Дело плохо! Четверо гражданских - похоже, менты. Маневровому диспетчеру поступил приказ направить с городской станции маневровый тепловоз. Наверное, туда на станцию и оттащат вагоны.
  - А кто приказал?
  - В ДЕПО этого не знают.
  - Да! Дела! Ладно, дед! Бери полсотенную, и ты нас не знаешь, и никогда не видел, понял?
  - Дак, чего тут не понятного? Все так и есть, - сказал бригадир, засовывая купюру в карман и спеша скрыться в темноте.
  Все трое направились к машине.
  - Саид! Погранцы тормознули груз. Что делать? - спросил Байрамов своего шефа по сотовому, как только они в темноте подошли к оставленной в переулке машине.
  В трубке стало тихо. Только слышалось учащенное дыхание Саида.
  - Саид! Ты меня слышишь?
  - Как тормознули? Что за базар, Байрам? Где твой долбаный таможенник? Ты что, не можешь там все выяснить?
  - Саид! Тут вместе с погранцами куча ментов. Ждут маневровый и собираются наши вагоны куда-то тащить.
  - Куда?
  - А черт их маму знает. Что мне делать?
  - Дождитесь маневрового и проследите, куда денутся вагоны. Может они их, куда на базу отвезут? Если так, то до утра мы их оттуда заберем. Кипешь только не поднимайте. Все должно быть тихо, без шума. Понял?
  Байрамов с двумя охранниками Саида сопровождали маневровый с вагонами аж до пригорода областного центра. Благо, автотрасса проходила почти рядом с железнодорожной веткой.
   Не доезжая пригорода, маневровый свернул влево под горбатый мост. Недалеко за лесопосадкой находилась станция Город-2. Там же была и площадка для таможенного досмотра грузов.
  Байрамов, включив аварийное освещение, прижался к пешеходной дорожке. Маневровый скрылся за лесопосадкой. Все трое дождались его возвращения и, убедившись, что он без вагонов тут же уехали к Саиду.
  
  ...Юра дударь, машинист маневрового тепловоза железнодорожной станции областного центра, к половина одиннадцатого вечера более-менее "расхлебавшись" с грузовыми и пассажирскими вагонами, подогнал свой маневровый в тупик. Туда, рядом со станционным зданием, на верху которого размещалось хозяйство сменного маневрового диспетчера, он подъехал с самыми благими намерениями, втихаря покемарить.
   Ночь выдалась сумасшедшей. Виной всему была смена дежурных по станции.
   Грузовых вагонов было не много и, приняв в восемь часов вечера тепловоз от сменщика, вместе с вагонщиками быстро сформировал и отправил грузовой состав. После грузового, он приступил к формированию пассажирского поезда убывающего в Харьков. В отличие от формирования грузового состава, здесь были свои особенности. Во-первых, с пассажирскими вагонами, при сцепке, обходились как с сырыми яйцами. Во-вторых, пассажирские вагоны формировались в состав строго по номерам, и нумерация всегда начиналась с головы поезда. Это уже потом, в процессе передвижения хвост мог меняться на голову. И перепутай они номера вагонов, при посадке началась бы паника. Ведь все нормальные люди знают, что за восьмым вагоном всегда должен стоять девятый. И можно себе только представить бегущих вдоль всего состава пассажиров с чемоданами, сумками, "кравчучками" и "кучмовозами" имеющих билеты в девятый вагон, но не обнаруживших его сразу за восьмым...
  Все пятнадцать вагонов пассажирского поезда были сформированы в состав и в ожидании электровоза в установленное время поданы на первый путь под посадку.
  Вот тут-то и началось. При посадке обнаружилось, что около пятидесяти пассажиров с билетами, зажатыми в кулаках и в зубах, броуновским движением дефилировали вдоль состава в поисках шестнадцатого вагона. Небольшая кучка, считающаяся грамотными и вдобавок нормальными, в этом движении не участвовала. Она, эта кучка, еще верила в порядочность тех, кто возглавлял этот ненавязчивый сервис. Остальные, оказывается, в это уже не верили.
  Бригадир поезда с ужасом прибежал к дежурному по станции.
  - Уважаемая! На перроне толпа пассажиров ищет в моем составе шестнадцатый вагон! Но в моем составе его нет, а касса продала билеты на все места пассажирского вагона! Что мне делать?
  - Разберемся! У меня на счет шестнадцатого вагона никаких указаний нет.
  - Как разберемся? Через несколько минут отправление. Нужно срочно подавать шестнадцатый вагон.
  - Не надо указывать, что нам делать, - со злостью ответила дежурная, направляясь в кассы.
  Но в кассах ей ответили, что приказ о добавочном шестнадцатом вагоне имеется.
  Дежурная, чувствуя неприятный осадок на душе, вернувшись в кабинет, дрожащей рукой набрала номер телефона квартиры начальника.
  В ответ начальник не только подтвердил наличие такого приказа, но и посоветовал дежурной, если она дорожит своей работой, приходить на смену более собранной и принимать смену как положено, а не обмениваться со сменщицей последними бабскими новостями. Вдобавок ко всему на столе, под ворохом папок, действительно лежал злополучный приказ.
  В итоге, в течение двух часов на "ушах" стоял весь рабочий станционный люд. В том числе и машинист маневрового. Хотя в происшедшем, он был меньше всего виноватым, тем более что дежурной по станции он меньше всего подчинялся. Срочно с резерва был отобран более-менее сносный вагон и пара проводников. Вагон кое-как укомплектовали и прицепили к составу. Правда, в связи с тем, что рабочий день давно закончился, вагон остался без средств пожаротушения и, самое главное, без постельных принадлежностей. Естественно, следующим днем на первом крупном железнодорожном узле эта ошибка будет исправлена, но факт остается фактом. Пассажирский опоздал с отправкой на два с половиной часа и график движения поездов по этому маршруту был нарушен. Это грозило приличными неприятностями, не говоря уже про возмущения пассажиров последнего шестнадцатого вагона.
  Но отдохнуть машинисту так и не удалось. Около одиннадцати вечера заработала связь с диспетчером.
  - Маневровый! Юра Дударь, ответьте диспетчеру! - раздалось в динамике.
  - Я маневровый, слушаю вас!
  - Юра! Срочно отправляйтесь на соседнюю железнодорожную станцию. По прибытии свяжетесь с дежурным по ДЕПО, он усе объяснит. Даю зеленый на весь путь. Как понял?
  - Все понял! Жду зеленый. Черт бы вас всех побрал. Ни минуты покоя. И что я забыл на той станции? У них там своих маневровых до фига и больше. Вечно на чужом горбу в рай норовят въехать.
  Свое возмущение он высказал только после того, как отключил связь. До соседней станции доехал быстро. Встречных не было и на однопутке, на всем протяжении пятнадцати километрового маршрута, для него действительно был зеленый.
  По прибытии на место он, с помощью имеющейся связи, дежурного диспетчера, автоматических стрелок и светофоров, подъехал к стоявшему в тупике составу. Не доезжая метров пять до состава тепловоз остановился. У первого, если считать от маневрового, вагона, освещенными мощной фарой стояло человек пять-шесть, в том числе и несколько пограничников. "Наверное, прибыл военный груз. Теперь придется тащить его на какую-нибудь военную базу, а там ни стрелочников, ни стрелок нормальных. Кто в войсках за этим хозяйством сегодня смотрит? Проваландаюсь, черт знает сколько. Нашли молодого", - чихвостил всех подряд машинист. Себя в сорок восемь лет, он считал заслуженным "стариком".
  От группы ожидающих отделился плотный, среднего роста гражданский. Несмотря на свою плотную фигуру и не молодой возраст, гражданский одним прыжком поднялся на платформу тепловоза.
  - Служба безопасности Украины, - предъявляя Дударю зажатое в правой руке, правда, в развернутом виде, удостоверение личности сказал вошедший.
  - А по мне хоть служба безопасности Президента. Мое дело чтоб техника была в исправности да порядок в работе. А в чем собственно дело и где это я ухитрился перебежать дорогу вашему ведомству?
  - Да мы в принципе к вам за помощью, - улыбнувшись на такую непосредственность в характере машиниста, ответил Донец. - Тут несколько вагонов требуют дополнительного досмотра имеющегося в них груза. Необходимо их как-то доставить в Город-2, на площадку таможенного досмотра. Вы не возражаете?
  - А мне хоть на Луну лишь бы ветка туда была, да начальство добро дало.
  - С начальством мы сейчас этот вопрос уладим, - снова улыбнувшись, ответил Донец. - У вас я вижу хорошее настроение?
  - Как услыхал про путешествие к вам, так сразу настроение поднялось.
  - Что так? Не дали поспать?
  - Да что вы! Нам на смене спать категорически.... Упаси Господь... Ни-ни...
  Поняв причину взвинченности машиниста, Донец улыбнулся одними глазами и попросил связать его с дежурным диспетчером.
  - С вами поедут два моих помощника и пограничники. Они вам на платформе не помешают?
  - Плату не беру, значит, мешать не будут.
  Через несколько минут прицепив вагоны, проверив тормозную систему всего состава, получив добро сменного маневрового диспетчера, убедившись в наличии зеленого светофора, грохоча колесными парами всего состава на стрелках маневровый направился в сторону областного центра.
  На платформе, держась за поручни, стояли незваные гости. Но что самое важное, все они были вооружены. Причем, военные с обыкновенными Калашниковыми, а гражданские - с укороченными "АКСУ".
  Хотя и была у машиниста, при встрече с представителем УСБУ, такая себе напускная бравада, мороз по спине, когда он услыхал название этого учреждения, у него все же пошел. Очко, как говорят, не железное. При отсутствии в государстве нормальных законов, а точнее при наличии сплошного беззакония сверху донизу, когда верха тянут тоннами и миллиардами, а низы килограммами и гривнами, ожидать от такой фирмы можно чего угодно. Святых и идейных навряд ли теперь в Украине сыщешь. Он, как и весь самостийный люд, чувствовал за собой грешок. И зная из жизненного опыта, что тонны и миллиарды могут исчезнуть без всяких последствий, а килограммы и гривны - нет, Юра весь сжался в комок. В этом и заключалась его бравада.
  Машинист невольно вспомнил свою первую встречу с представителем еще тогдашнего КГБ. " Занятная была встреча", - улыбнувшись, подумал он, не забывая наблюдать и за дорогой, и за светофорами, и за приборами одновременно. А было это в году 19.... Он тогда учился на помощника машиниста в областном центре соседней области и в один из дней, а точнее ночей, вместе с братом, отслужившим срочную службу, возвращался домой на каникулы. Сели они в "махновские вагоны" ночного тихохода один раз в сутки соединяющего два областных центра. Почему "махновские", да потому, что своим состоянием и ненавязчивым сервисом эти вагоны, с сидячими местами, на лучшее название претендовать не могли.
  Юра, устроившись на сидении, пытался уснуть, а брат вышел в тамбур покурить. Через какое-то время брат позвал его за собой. В тамбуре стоял еще один человек, и как только Юра появился, человек и брат направились в следующий вагон. Ему ничего другого не оставалось, как последовать за ними. Прошли один вагон, второй, третий.... На одном из переходов в тамбуре на полу сидели два сержанта-пограничника с овчаркой в наморднике. Человек на секунду замешкался возле них и, как показалось Юрию, о чем-то с ними пошептался и двинулся дальше. Уже потом, через какое-то время, Юра связал эти и последующие действия человека в одно целое, дающее основание верить услышанному.
  Увлекшись воспоминаниями, он не забыл подать звуковой сигнал перед неохраняемым железнодорожным переездом.
  Так гуськом они добрались до буфета. У буфета толпилась приличная очередь.
  - Понимаешь, Володя, - оказывается, по пути человек и брат успели познакомиться, - мне пару минут тому вручили телеграмму. У меня родилась дочь, - с радостной улыбкой на лице сказал человек.
  В буфете, как и стоило ожидать, в это время в наличии было только теплое пиво в бутылках и винный суррогат из неподдающегося никакому названию сорта винограда. Закуски, естественно, никакой.
  Человек прорвался через заслон очереди, о чем-то пошептался с дородной буфетчицей и через минуту вернулся, держа в руках две бутылки вина и три бутылки пива. Вопрос о бутылке пива для Юры и только, был согласован заранее.
  Устроились прямо в тамбуре.
  - Слушай, тезка, - оказывается человека то же звали Володей, да и по возрасту они были, наверно, одногодки, - когда ты говоришь, получил телеграмму? - спросил брат.
  - Да вот минут десять-пятнадцать тому.
  - Что-то я ни станций, ни остановок за это время не наблюдал. Ну ладно! За твою дочку. Здоровья ей там и чтоб росла быстрей.
  Все трое чокнулись бутылками. У двух Володей в правой руке было по открытой бутылке вина, а в левой, для закуски, по бутылке пива больше похожего по вкусу на выводимую из организма жидкость. Почти ополовинив бутылку вина в один присест и, закусив все это так называемым пивом, два Володи продолжили разговор.
  - А ты явно не веришь в то, что у меня родилась дочь. Думаешь, я алкоголик и все это придумал, чтобы найти компаньона? Читай! - доставая из кармана листок бумаги, продолжил он.
  Чувствуя легкое опьянение (оказывается, теплое вино с таким же теплым пивом действуют на организм много быстрее) но, убедившись при тусклом свете тамбурной лампочки в том, что дочка действительно родилась в эту ночь, брат вернул бумажку.
  - Понимаешь, Володя, я офицер, лейтенант, - сказал человек.
  - Так я то же, только в запасе. "Младшой" у меня звание. Во время срочной службы закончил курсы офицеров запаса.
  - Ты меня не правильно понял. Я оперативник и служу в Комитете. В областном Управлении города Тулы. Ладно! Давай еще раз за здоровье моей дочери.
  И снова они выпили, оставив в бутылках для третьего захода. Закурили.
  - Скоро будет остановка, и я вас покину.
  - А чего ты аж из Тулы в эти края решил наведаться? На отдых?
  - Какой там отдых, - улыбнулся человек. - Тут вон, какая история, - перешел на шепот он. - Видел погранцы с собаками? Это со мной. В ночь на вчерашний день Тульское "потешное" военное училище подняли по тревоге. Прибыли они в район пусковых шахт. По прибытии оказалось, что отсутствует капитан, командир учебной роты. По тревоге в училище прибыл, получил оружие и карту с нанесенными секретными данными пусковых, а в район не прибыл. Кинулись искать, нигде нет. Он ведь с женой в разводе был. Сообщили в милицию, а те в нашу фирму. Кто-то из сослуживцев вспомнил, что у капитана в городе есть зазноба и вроде она с Украины. Наши в момент ее расшифровали. В смысле адреса. Поехали туда, а там все открыто. Капитан лежит с перерезанным горлом, а бабы и след простыл. Ни карты, ни оружия. В течение пару часов о ней знали все. Родом она из села, не доезжая до перевала. Тут же вручили мне ее фотографию, деньги на дорогу, билет на самолет и вперед. У нас там до сих пор все, наверное, на "ушах" стоят. Ох, и подкинул нам работы капитан.
  - Думаешь, найдут?
  - Наверное! А, в общем, все это так спонтанно получилось. Никто не ожидал. Границу перекрыли. Ищут по всему Союзу. Меня так для очистки совести сюда отправили. Вряд ли она будет дома отсиживаться. Эти секреты ох как за границей ждут.
  Допив оставшееся вино и пиво, все трое вернулись в вагон. Поезд замедлял ход. Впереди была нужная для человека станция.
  - Вы меня не провожайте. Спасибо за компанию. Об этом не распространяйтесь, - на всякий случай предупредил человек, возвращаясь к погранцам.
  Со своего вагона и я, и брат видели, как к почти остановившемуся поезду прямо вдоль рельс подъехал "УАЗик". Только вагон остановился, как в него запрыгнули погранцы с собакой. Последним почти на ходу сел человек. "УАЗик" рванул с места и мимо освещенного станционного здания исчез в темноте. " Интересно, поймали ли они тогда предполагаемую виновницу Тульской трагедии? А ведь и комитетчикам не позавидуешь! Но что самое интересное, - подумал сейчас Юра, - ведь они с братом так никогда после той встречи об этом разговор не вели. Как будто заговоренные тем человеком. Здорово получилось, - закивал головой Юра. - Не было бы этой встречи с вами, эсбэушниками, я бы о той встрече и не вспомнил.
  Маневровый подъезжал к пригороду областного центра. Чуть замедлив ход в ожидании светового сигнала разрешающего переход на боковую ветку, он направился в сторону посадки.
  Полковник Донец был уже на месте. Отъехав от пограничного железнодорожного узла, он первым делом попытался очистить свои мысли от мусора связанного с действиями машиниста. Нужно было пока не поздно окончательно решить, может ли этот машинист со своим гонором иметь какое-нибудь отношение к вагонам и грузу или нет? Полностью дать отрицательный ответ на данный вопрос он не мог. Слишком мало ясного было в этом деле. Да и дела как такового практически не было. Вспоминая каждое слово, сказанное расстроенным машинистом, фиксируя каждую черточку его фактуры, состояния глаз, бегают или нет, движение рук, ног, мышц лица, он все больше склонялся к мысли, что машинист к этому делу отношения не имеет, хотя и держится довольно вызывающе. "Такое впечатление, будто он каждую смену с представителями нашей фирмы в ранге не ниже полковника встречается. А ведь явно не святой. Что-нибудь да притащит с работы. А что он может стащить? Тепловоз продать? Так он ему для работы нужен. Канистру солярки? Так чтобы в полном объеме оценить его двенадцатичасовой труд ему надо этой солярки за месяц черт знает сколько продать. У него ведь зарплата, по сравнению с коллегами цивилизованной страны, курам на смех. А если я ошибаюсь и машинист их человек? Такой вариант упускать нельзя. Ведь каким-то макаром и с помощью какого-то маневрового они доставляли принимаемые из-за границы вагоны? Без маневрового им никак не обойтись. По шоссе вагоны не отправишь. Если это так, тогда все! Сливай воду! Машинист по связи наведет их на меня и, вероятней всего в том лесочке меня и встретят. И меня, и ребят моих в каком-нибудь тупике да под гудок тепловоза покрошат в капусту.... А вагоны? А что вагоны? Вагоны спокойно уведут куда надо и вся работа коту под хвост", - полковника аж передернуло от таких мыслей.
  На всякий случай он проверил свой "ПМ", дослал патрон в патронник, снял с предохранителя и положил в карман.
  - Нет! Не может быть, чтобы хозяева груза так оперативно сработали. Если это так, то нашим фирмам, СБУ и МВД, делать в этом государстве нечего. Значит, криминальные структуры и коррупция, полностью овладели государством. В таком случае государства как такового уже нет. Осталось одно название. И все же мне кажется, что хозяева ждут груз по месту назначения. Черт! Если, кажется, то надо креститься, - подумал он, на всякий случай перекрестившись. - Может лучше было бы оставить все как есть? А что? Посадить "наружку", проследить весь путь следования этого богатства и накрыть организаторов? Нет! - сам себе ответил Донец. - Во-первых, мы не готовы к такому ходу событий. Слишком быстро все произошло. Мы не успели отработать такой вариант. У нас даже нет домашней заготовки. - И, во-вторых, очень рискованно. Вагоны на просторах Украины с развитой железнодорожной сетью могут так быстро исчезнуть, что и пикнуть не успеешь. Войдут в один тоннель, а выйдут совсем из другого. - Нет! Мы это уже проходили. Нужно нарушить планы хозяев груза. Заставим их нервничать, а, нервничая, они начнут делать глупости. Хотя не исключено, что на карту будет поставлена чья-то жизнь. Надо срочно подключать хозяйство Москалева. У него толковые оперативники. - А все же надо было сначала доложить генералу, - подумал, выходя из машины и направляясь к прибывшему в полном составе маневровому Донец.
  
  ... - Как же так получилось? - в который раз спрашивал Байрамова Саид. - Тебя провели как фраера. Где твой долбаный таможенник? Почему возле вагонов оказались погранцы? И откуда там менты? Ты ведь ничего толком не выяснил? - с каждой минутой все больше и больше накручивая себя, возмущался Кирханов. - Ты даже не представляешь, какие бабки в этих вагонах? - Лично я терять их не собираюсь! - кричал Саид.
  - Саид! Мамой клянусь, не знаю, как это случилось? Я на вокзале поймал одного вахлака убывающего за бугор, и отправил его в таможню искать того козла - таможенника. Сам везде искал. Нету его нигде. Я же того козла зубами резать буду. Может, позвоним нашему маневровому диспетчеру, вызовем маневровый с завода и подъедем на площадку? Подцепим вагоны и ходу. В суматохе никто не заметит. Там ведь нет сплошной охраны! Да и с тепловозом не остановят, как ты думаешь, Саид?
  - Думать, Байрам, надо было раньше. Сейчас пока не поздно надо действовать. Значит так! Берешь тачку. Двоих с охраны и мухой на площадку. Если там все тихо вызываешь маневровый, встречаешь его, цепляете вагоны и на завод. По пути звонишь мне. Я отправляю туда "КАМАЗЫ" и грузчиков. До утра все вагоны разгрузим. Если там какой-то вшивый солдат-охранник, мочите его, а дальше как договорились. Главное меньше шума, понял?
  Но без шума не обошлось. Вагоны действительно охранял солдат-пограничник. Но не только он один. К трем погранцам Донец, на всякий случай, оставил двоих своих спецназовцев в брониках и с укороченными АКСУ. " Два "калашника" да два АКСУ - это уже сила. Плюс еще три Макарова и по три магазина патронов на каждый ствол. Тут оборону не меньше часа держать можно. А там и помощь поспеет", - считал Донец.
  Остановившись на углу у лесопосадки, Байрамов и два качка прямо через посадку вышли к вагонам.
  - Вот они миленькие, - прошептал Байрамов, показывая качкам одиноко стоящие вагоны. - Надо узнать, где охрана. Я буду здесь, а вы оба тихонько пройдите с другой стороны. - Увидите где охрана - сразу сюда. Решим, что и как делать. Придется, наверное, мочить парня.
  Через секунду две тени растворились в темноте. Байрамов, оставшись на месте, свои уши превратил в локаторы, а глаза - в приборы ночного видения. Кругом как на зло стояла мертвая тишина. Вдруг тишину нарушил окрик часового:
  - Стой, кто идет!
  - Самого часового, как не пытался рассмотреть Байрамов, возле вагонов видно не было.
  - Стой, стрелять буду!
  В тот же миг лязгнул затвор и тишину нарушила короткая автоматная очередь. "Ах, вот ты где? Хитер, сопляк!" - подумал Байрамов. Самого часового он не видел. Тот стоял между вторым и третьим вагоном. Были видны только вспышки выстрелов.
  За первой очередью сразу последовала вторая. Но если первая очередь ушла в звездное небо, то вторая - чуть ниже верхушек деревьев. Байрамов это четко уловил. Рикошетом пропели пули, и посыпалась срезанная листва. Но Байрамов мог бы поклясться на Коране, что вторая очередь была выпущена с другой точки. Первый автомат молчал. Во всяком случае, вспышек выстрелов оттуда он не видел.
  Но и это было еще не все. Откуда-то из-под колес первого вагона прозвучали два пистолетных выстрела. Стреляли в сторону опушки леса. " Точно кто-то из качков "засветился", - подумал Байрамов. " И сколько же вас тут, охранников? Два калаша плюс пистолет!... Нет!... Простой охраной солдат-погранцов здесь и не пахнет. Пока не поздно надо смываться. Хоть бы Саидовых качков не зацепили. Тогда вообще хана".
  Стараясь меньше шуметь, где раком, а где боком, прячась за деревья, все еще ожидая очереди на поражение, Байрамов вернулся к оставленной тачке. Оба качка были уже там.
  - Байрам! Быстрее рвем "когти" пока нам здесь "вышку" не вломили. Я даже высунуться не успел - хана мне, - начал один.
  - А второй - в меня. Их там не меньше взвода, - вмешался второй.
  " я бы вам поверил, если бы сам все не наблюдал. Никто по вас не стрелял, Тоже мне охрана называется. Выстрел услыхали, и быстрее пули к машине рванули", - подумал Байрамов и, не включая света, наугад, интуитивно чувствуя дорогу, отъехал от посадки. "Черт с вами. Это даже к лучшему. Саид больше им поверит, чем мне. Пусть больше врут. У страха как говорят, глаза велики. Эти вагоны Саиду точно не в цвет.
  Через сорок минут они были уже на базе. Возмущению Саиду не было предела.
  - Вы лопухнулись как фраера! Это же надо такой кипешь поднять? С двумя пацанами справиться не смогли. Вместо того чтоб тихонько, перышком, так они вагоны приступом решили взять. И как вас там пацаны не укокошили? Наградил меня Аллах помощниками.
  - Саид! Да мы даже из леса не успели выйти, как они с двух сторон стали поливать нас из калашей, - оправдывались качки.
  - Кто-то там, Саид, еще из пушки палить начал. Явно кто-то из офицеров. У солдат пистолетов нет, - добавил Байрамов.
  - Это, наверное, начкар-лейтенант, на всякий случай из своего пистолета пару раз стрельнул. Так, для страховки, а вы и полные штаны сразу наложили. На вагоны они случайно наткнулись, если, конечно, твой таможенник не скурвился. И поставить взвод для охраны у них ни времени не было, да и где они взвод возьмут? Конечно, после вашего кипеша стволов там добавится. Теперь туда не сунешься. Вы хоть проверили, "хвоста" за вами не было?
  - О чем ты говоришь, Саид! Мы возле развилки к нам вон его оставили, - показывая на одного из качков, сказал Байрамов. - Сами рванули до соседнего села. Подождали. Никого. Развернулись обратно. На развилке его забрали и только потом сюда. - Вот он не даст соврать. Обижаешь!
  - Ладно! Вагонами завтра займемся. Выйдем на Киев. Там везде свои люди есть. Вытащим вагоны. Никуда они не денутся. Расходы только лишние будут. Ты мне, Байрамов, таможенника сюда давай. Я знать хочу, откуда эта шумиха началась? Кто и где прокололся? Как хочешь, но утром он должен быть здесь. Во сколько ты говоришь у них смена?
  - В восемь утра.
  - Вот после смены ты его и доставишь сюда. Только культурно, без шума. Усыпите и сюда. Я тут с ним немного покалякаю. Очень уж это дело с вагонами подозрительно выглядит. Может, он решил из игры выйти и поэтому товар сдал? Если это так, то мы с него тут ремешков настрогаем. Ты все понял? Что-то я устал сегодня. Пойду, отдохну. Привезете того козла - разбудите.
  - Оно и не мудрено, Саид. Светает. А может, ты с этими фуриями позабавишься?
  - Так они уже, который сон видят? Пока их поднимешь, да полка раскочегаришь?.... А я люблю, чтобы весело, да чтоб и бабам в охотку было.
  - И то верно. Я недавно в предбанник заглядывал. Явно Марина в бассейн их водила, а потом на дурняка нашими запасами угощала. На столе коробка конфет, пустая бутылка твоего любимого французского "шампуня" " Мадам Клико" и полбутылки коньяка. Нализались, наверное, и дрыхнут. А с пьяной девкой совсем не интересно. Цимус не тот. Пьяная пашет как на принудиловке.
  - Ладно, философ! Если охрана хочет, пусть развлекается. Только к этой, новенькой, их не подпускай. И девок пока домой не отпускай. Предупреди Марину, Дай ей зелени как положено. Питание и выпивка чтоб на уровне были. С тем козлом на таможне осторожно. Тихонько, а то мигом спалишся. Я тебя знаю. Главное затащить его в тачку и слинять оттуда в темпе вальса. Мы этому вахлаку чайник здесь чистить будем и мозги ему полоскать. Вот, сучара. Неужели думает, что я такие бабки "псу под хвост" выкину?
  
  ... Орос медленно приходил в себя. Сознание с трудом возвращалось к нему. В голове гудело, а тело как будто кто-то в тиски сдавил. Глаза невозможно было открыть. Казалось, к векам прицепили, по крайней мере, килограммовые гири. Собрав все свои силы, он открыл вначале один потом и второй глаз. На сколько позволял угол движения глазных яблок, осмотрелся. Голову повернуть в одну или в другую сторону пока было не возможно. "Что это со мной и где это я?" - были первые его вопросы, которые он мысленно сам задал себе.
  А находился он в небольшой полуподвальной комнате. То, что комната полуподвальная Орос понял сразу, как только пришел немного в себя, смог осмотреться и увидел источник света - небольшое зарешеченное окно больше чем на половину скрытое фундаментом. " Наверно с той стороны окна ниша?" - второй вопрос, как и первый, остался то же без ответа. В комнате кроме него никого не было. Попробовал пошевелить рукой, но запястья обеих рук были скованы наручниками. Причем каждая рука в отдельности была прикована к трубе отопления.
  - Что за черт! И кто это решил со мной так шутить? - голова с трудом пыталась соображать. - Что это за комната, чей это дом и кому это я понадобился, да еще и в такой дикой форме? Очень хотелось бы знать, как я вообще сюда попал?
  Напрягая свою память, он вспомнил машину и при том еще и легковую. Да! Он куда-то должен был срочно ехать. Что-то связанное с его работой. Попытавшись устроиться поудобнее, он чуть не закричал от дикой боли. Правая его нога с неудобно подвернутой ступней была сложена почти пополам и вдобавок была прижата к полу своим собственным телом. Сдавливая готовый вырваться из груди крик, Орос потихоньку приподнял свое мягкое место и осторожно выпрямил ногу. Тысяча иголок сразу прошили ее от бедра до самых кончиков пальцев.
  Прошло еще минут двадцать, и он вспомнил все. И вагоны с незадекларированным грузом, и погранцов, и полковника из УСБУ, и сою докладную. "Кстати, где моя папка?" - он оглядел комнату. Кроме него самого в комнате никого не было.
  Смену он сдал даже раньше восьми. Практически после тех вагонов работы больше не было. Так, мелочевка. К утру, он подготовил все дела к сдаче смены и даже написал подробную докладную на задержанные вагоны. На всякий случай сразу в трех экземплярах. Один экземпляр явно потребуется представителю УСБУ.
  Обычно, после смены, он добирался домой по железной дороге. Но сегодня случай был особый. Он спешил на площадку растаможки. СБУ шутить не любит. Поэтому, выйдя без пятнадцати восемь на привокзальную площадь, он проошолся вдоль стоящих частных такси. " Хоть и дорогое это удовольствие такси, ничего не поделаешь. Придется раскошелиться", - мыслил он, все еще надеясь встретить знакомого водилу.
  Как назло, знакомых не было. Да и машин было всего ничего.
  - Куда ехать надо, таможня? - спросил подошедший справа мужчина, явно кавказской национальности. - Если в областной центр, то у меня как раз четвертого не хватает. На четверых все же дешевле, чем на троих.
  - И то, правда, - подумал скуповатый Орос, садясь на заднее сидение "Мазды".
  Пассажир на переднем сидении сидел с закрытыми глазами, прислонившись к дверке. Двое на заднем сидении то же дремали.
  - Больше ждать некого, - сказал водитель, закрывая дверку и вставляя ключ в замок зажигания. - Привозил знакомых к поезду. За бугор уехали. Может, через вас и проходили?
  - Нет! У меня другая работа.
  - А какая разница?... Вот попутно пассажиров прихватил. То же из-за границы. Намаялись бедняги. Только сели в машину - сразу на сон потянуло. Довели до ручки народ. Не будешь бегать - совсем помрешь.
  " Мазда" медленно развернувшись на привокзальной площади, направилась в сторону железнодорожного переезда. Трое сидевших пассажиров даже глаз не открыли.
  В этом месте время для Ороса как будто остановилось. Мозги категорически отказывались работать в заданном направлении. Какой-то провал памяти. " Вроде по пути была какая-то остановка или нет? Черт знает что", - подумал он и закрыл глаза.
  А дальше случилось то, что и должно было случится. "Мазда" вырвалась из узких улочек приграничного городишка. За рулем сидел именно Байрамов и в салоне, делая вид мирно дремавших пассажиров, сидели три Саидовских качка внушительного телосложения, с короткой стрижкой и одной извилиной на всех троих. Ни дать, ни взять - туши с грудой мышц. Проехали мост через речку. Впереди слева виднелся небольшой лес. Проехав до половины леса, Байрамов свернув на обочину. "Мазда" остановилась.
  - Да! Была ведь остановка! Точно! Водитель еще кажись, капот поднимал. А для чего? Двигатель ведь работал? - видимо этот вопрос и отложился в памяти Ороса и благодаря нему, он вспомнил остановку. - А дальше что было?
  Дальнейшее он и не мог помнить. Поднятый капот служил сигналом, что на трассе чисто. В ту же секунду сидевшие с боку схватили его за руки, а сидевший на переднем сидении, резко повернулся и накрыл его лицо какой-то тряпкой.
  - Вы чего, мужики? - успел еще спросить Орос и затих.
  Тело обмякло, сознание покинуло натруженную за сутки голову, и Орос молча откинулся на спинку сидения. Один из сидевших у самой дверки, выйдя из машины, пересел возле Ороса с другой стороны. Теперь он сидел прижатый с двух сторон и как будто с устатку закемарив, положил свою голову на плечо одного из качков.
  Байрамов закрыл капот, сел за руль и "Мазда" рванула с места, набирая скорость. "Главное сейчас не налететь на строптивого гаишника", - подумал он.
  Не рискуя проезжать через весь город, мозолить глаза ментам и преклоняться перед каждым светофором, не доезжая пригорода Байрамов, свернув вправо, на приличной скорости направился к объездной дороге.
  Еще не было еще и девяти, а "Мазда" уже въезжала на территорию базы. Охранники Саида быстро перетащили Ороса с машины в полуподвальную комнату. Байрамов отпустил их отдыхать, а сам направился на поиски Грека.
  На базе стояла утренняя тишина. Сквозь приоткрытую дверку сарая, устроившись в старом кресле-качалке последнем из почти десятка некогда добросовестно ублажавших отдыхавших здесь представителей бывшей коммунистической партийной элиты, бдительно наблюдая за территорией двора, сидел, покачиваясь один из Саидовских охранников. На коленях у него, стволом в сторону ворот, лежал АКМ с откидным прикладом и двумя перебинтованными валетом магазинами. На кухне колдовал повар-ингуш.
  В комнате Грека все указывало на бурно проведенную ночь. Небольшой столик у самой кровати был завален остатками пищи, пустыми и полупустыми бутылками, окурками, приклеенными к остаткам пищи и огрызками яблок и экзотических фруктов. На кровати, в позе креста тихо посапывая, лежал Грек, а рядом Ярина. Причем у Грека из всей одежки были только наручные часы "Ролекс", гордость Грека, привезенная из Москвы и явно снятая с какого-нибудь мертвого бизнесмена, и, волосатая до самого подбородка грудь, больше смахивающая на грудь первобытного человека. А у Ярины - и того меньше. Золотая цепочка с небольшим нательным крестиком и такого же цвета сережки. Ярина, раскинув ноги, будто выставляя на всеобщее зрение свою тайну, лежала на правой руке Грека. При этом своей правой рукой она удерживала сползающую на бок с крупным соском грудь, а левую, спрятав ладонь в густых черных кудрявых волосах, держала чуть ниже живота Грека.
  - Вот это натура! Хоть картину пиши. Хватит дрыхнуть, Грек! Поднимайся! - крикнул Байрамов, на всякий случай, дергая последнего за ногу.
  - Что случилось, Байрам? Дай поспать!
  - Надо было ночью спать, а не девку щупать.
  При этих словах Ярина убрала руку с Грека и попыталась натянуть на себя простынь.
  - Что ты дергаешься как в брачную ночь? Отпускай своего патриция и дуй за Мариной. Она мне тоже нужна. А ты давай, поднимайся! Я ведь не шучу! - обратился он к Греку.
  - Байрам, а я вместо Марины не подойду? Шесть секунд. Приму душ, побрызгаю укромные места дезодорантом и как три штыка....
  - С такими занюхаными гетерами я не связываюсь.
  - Ой! Я тебя умоляю, Байрам, только не надо пошлостей, - слезая с кровати и направляясь в угол, где в одной куче лежала и ее, и Грека одежда, прошипела Ярина.
  - Грек! Я жду тебя через пять минут у себя.
  - Ой! Ой! Ой! Какие мы страшные. Даже командирский голос прор.....
  Увидев пронизывающий взгляд Байрамова, Ярина на полуслове замолчала.
  - Вот так-то лучше, - сказал Байрамов и, повернувшись, вышел из комнаты.
  - Странные вы какие-то в этот раз. Вроде вас кто напугал. Саид, вон, даже не вышел к нам. В прошлые приезды в первый же вечер сексуально-коллективное купание в бассейне устраивал, и страсть его даже вдвоем еле удовлетворяли, а в этот раз все как-то не так. Мы ему новенькую приготовили. Вчера вечером в бассейне еле уговорили голой в воду залезть. Дура! Порядочную из себя корчит. Терпеть ненавижу. Думает, что ее здесь за одни поцелуи и кормить будут, и кучу зелени ей отвалят. Кабы не так. Саид ей кое-что на изнанку вывернет. Ох, и писку будет. Как только хозяйство Саида увидит - сразу заикой станет. Он ведь зверь.
  - Замолчи, сука. Не твоего ума дело. Будешь свой нос совать куда не надо и без ушей останешься. Пошла вон. Тебе Байрам что сказал?
  Дальнейшая процедура одевания у Ярины проходила в полном молчании.
  Одевшись, умывшись, Грек вошел в комнату Байрамова. Тот сидел за столом в одних плавках. На столе разложенными в тарелке в виде ромашки лежали бутерброды с ветчиной обильно политые кетчупом. Видимо это там, дома, Аллах запрещает есть свинину, пить водку и много еще чего... Сюда силы Аллаха не достают. Байрамов брал в рот приличный кусок бутерброда, тщательно его пережевывал и, глотая, запивал натуральным апельсиновым соком.
  - Грек! Там, в подвале, таможенник. Наверное, уже очухался. Пока проснется Саид, ты его хорошо прощупай. Кто ему про товар нашептал? Что менты с товаром удумали делать? Поспрошай, что менты вообще о нашем деле знают? В общем, подготовь его к беседе с Саидом. И смотри, чтоб живой остался. Саид сам решит, что с этим фраером делать. Понял?
  Спускаясь в подвал, Грек, на чем свет стоит, ругал всех подряд. Досталось и Саиду, и Байрамову - этим начальничкам в белых перчатках, досталось и Ярине с ее необузданной страстью, не давшей ему, Греку нормально отдохнуть. С накипевшей в душе злостью Грек вошел в комнату. Не долго раздумывая, наплевав на все международные нормы поведения с пленными, Грек подошел к Оросу и дважды, причем очень больно, пнул того ногой под ребра. Прикованный наручниками Миша не мог защищаться. Он даже не успел от неожиданности свое тело собрать в комок.
  - За что? Я же ничего не сделал! - вместе с болью из груди Ороса вырвался крик.
  - Ты, сучара, не заставляй меня нервничать. Колись, если добавки получить не хочешь.
  Миша понял, что его дело швах. Считая себя достаточно образованным, он старался постоянно быть в курсе жизни планеты. И газеты почитывал, и новости по телеку не пропускал. Поэтому, связав воедино машину с лицами кавказской национальности и вошедшего, с лицом даже близко не сравнимым со славянским, тем более так бесцеремонно наградившего его, Ороса, двумя пинками, Миша пришел к выводу, что его похитили и теперь будут требовать выкуп. "Господи! За что мне такие напасти? Я ведь не бизнесмен. Жена, дети да дом приличный, вот и все хозяйство. Где же я деньги возьму?" - эти мысли пронеслись в голове Ороса со скоростью звука.
  - Ты что, фраер, базара не понял? Колись пока я тебя перышком не начал щекотать, - рявкнул Грек, для убедительности перекладывая из руки в руку наборную ручку ножа с обоюдоострым выбрасываемым лезвием.
  - У меня нет денег! И наркотиками я не пользуюсь, - по-своему истолковал слово "колись", ответил Орос.
  - Мне твои деньги и на х..... не нужны. Ты, сучара колись, почему ментам товар наш сдал и куда его те козлы, девать собираются? И мозги мне не пудри, а то я тебе быстро шкифы выну, падла!
  - Какой товар? Какие менты?....
  Но было поздно. Разъяренный Грек не получая желаемого ответа, в течение нескольких минут добросовестно отрывался на Оросе, прижимающим свои колени к подбородку.
   Так продолжалось чуть больше получаса. К тому времени, когда в комнату-камеру вошел Саид, таможенник представлял собой жалкое существо. Вместо лица - кровавое месиво, на груди и спине - колотые ножевые раны и вдобавок прикованные к трубе руки были не естественно вывернуты.
  - Ну, ты и разошелся, Грек! Тебе только мясником работать. И как ты думаешь, я буду теперь с этим существом базарить?
  - Обижаешь, Саид! Я с этим фраером вначале по-хорошему. И так и сяк....Колись, мол, почему товар ментам сдал и что менты с товаром делать собираются? А он молчит как федерал. В отрицаловку решил играть. Все про какие-то бутылки, тепловоз, да про документы какие-то базарит. Мне аж противно стало. Пришлось его малость постращать. Сейчас водой с ведра окачу, сразу очухается.
  - Какие бутылки, какой тепловоз и что за документы? Ты карманы его обшарил?
  - Там кроме ксивы, платка и мелочи ничего больше нет!
  - А в машине смотрел? Может, там остались? Где Байрамов? Если менты знают про товар, про маневровый, да про нашу базу - тогда дело плохо. Быстро в машину и все бумаги, какие там есть тащи сюда.
  Через минуту Грек вернулся, держа в руке папку.
  - Может вот эта? Из наших никто с папками не ходит.
  Кирханов дважды внимательно перечитал подробную докладную Ороса. Заинтересовали его адресаты докладной. А их было два. Первый, руководству УСБУ в области, а второй - руководству таможни пограничного железнодорожного узла. Ничего не понимая но, благодаря своей прошлой следовательской практике, задним местом чувствуя, что этот таможенник если и виновен то только в добросовестном исполнении своих обязанностей, он повернулся к Греку и спросил:
  - Ты кого отмудохал, Грек? Вы кого сюда привезли? Это же совсем другой таможенник!
  Грек округлил глаза. "Откуда я знаю, Саид. Его же привезли Байрамов и твои спецы. Тот это или не тот - я почем знаю! Мне лично Байрам сказал подготовить этого козла к беседе с тобой....
  - И ты его так подготовил? Быстро Байрамова ко мне! - обкладывая всех матюками, сказал Саид, выходя из комнаты.
  
  ... - Понимаешь, Федор Васильевич, я все думаю над этой дурацкой стрельбой и кое-какие мысли не дают мне покоя, - продолжая начатый разговор спросил Донец.
  Два полковника Донец и Киштулинец, только что, подъехав на площадку растаможки и выйдя из черной "Волги" прохаживались вдоль вагонов. Вагоны охраняли ребята из спецподразделения "Беркут".
  - Хорошо еще, что я троим погранцам из дежурной смены, оставил двоих свои. Если бы не мои ребята и погранцам была бы уже крышка, и вагоны тю-тю.
  - А почему вы считаете, что ночная стрельба как-то связана с вагонами? Может это были простые бомжи или, на худой конец, кто-то из любителей потрошить вагоны? А что? Проследили, что вагоны из-за границ и решили поживиться. Такое ведь тоже возможно?
  - Может и так, но чует мое сердце, ночью к этим вагонам представители хозяев наведывались. И планы у них были очень даже не мирные. Я это спинным мозгом, - как говорит Хазанов, - чувствую. А если это так, то оказывается, они с самого начала за моими действиями следили!
  - Михаил Васильевич, а как это вы раньше наших возле этих вагонов оказались? - спросил Киштулинец представителя УСБУ.
  Вопрос остался без ответа.
  - Наши тоже хороши, - продолжил он. - Оперативный по городу получил звонок из таможни и пока докладывал своему начальству, а те - оперативному дежурному по области, а оперативный дежурный генералу, да пока подняли "Беркут"..... Короче, эти из быстрого реагирования подъехали на площадку тогда, когда там уже был полный штиль, а виновников стрельбы и след простыл. Генерал с рассвета уже всем чертей насовал. Тоже мне оперативность. Все страхуются. Самостоятельное решение принимают только тогда, когда в ведомости за денежное довольствие расписываются. Без приказа задницу не поднимут, - чертыхнулся Киштулинец. - А вы кого-нибудь ждете? - спросил он, заметив, что Донец за время беседы несколько раз украдкой смотрел на часы.
  О ночной стрельбе Донец узнал сразу после случившегося. Оперативный дежурный УСБУ области, позвонивший ему на квартиру, сообщил, что на площадку растаможки выехал спецотряд УМВД "Беркут". Поэтому Донец и не спешил ночью ехать на место. Он рассудил правильно: что случилось, то случилось. И если там "Беркут", то до утра дело терпит. Тем более что если взять по большому счету, то вся эта свистопляска с вагонами - дело УБЭП. Как говорится - милицейская епархия. Утром, созвонившись с Киштулинцем, подъехал к нему и уже вместе с ним, на своей служебной "Волге", приехал к восьми на площадку растаможки.
  - Да вот таможенный инспектор, затеявший всю эту кутерьму с вагонами, должен после смены подъехать сюда. Но уже скоро девять, а его все нет. Никакой дисциплины. Для них СБУ, что тебе какое-нибудь коммунальное хозяйство.
  - Ну, во-первых, сюда путь не близкий. Километров 10-15 будет. Может, на смене задержался? А может?.....
  Оба полковника остановились как вкопанные. Одна и та же мысль посетила обе умные головы одновременно. В результате чего, повернувшись друг к другу, они какое-то мгновение внимательно обменивались взглядами.
  - Ты думаешь, Федор Васильевич?.....
  Вообще-то они давно знали друг друга и считалось, что были на ты. Хотя Киштулинец, уважая такую солидную фирму как УСБУ, почти всегда величал полковника Донец на вы.
  - Я только продолжил ход ваших мыслей. Если стрельбу затеяли представители хозяев груза, то ваш таможенник давно у них...
  - Он такой же мой, как и твой. И перестань, Федор Васильевич, мне выкать. В общем, так! Ты со своими криминалистами поработай здесь, а я смотаюсь в таможню. Если приедет таможенник - пусть комиссионно вскрывают вагоны и проверяют груз. Может все это дело и выеденного яйца не стоит? Может там действительно груз, который задекларирован? В этом деле столько случайностей? То бутылки звенят, то стрельба.... Черт ногу сломит. Прошерстите лесочек. Может где следы, какие, может, машина наследила? В общем, не мне тебе диктовать. Быстро на таможню, - сказал он водителю, садясь в "Волгу".
  "Волга" тут же набрав скорость, направилась в сторону пограничного железнодорожного узла. Здесь сработало правило водителей оперативных машин: свою машину всегда оставляй так, что бы ни терять времени на развороты и поиски выезда. Для оперативной работы всегда должен быть простор. Конечно, по возможности.
  
  ... Саид! Я тебе мамой клянусь, никто не знал, куда делся этот Дубей. Через всех узнавал, деньги платил - не было его на смене. Я же этого сучонка - крысятника зубами резать буду. Падлой буду, Саид. Он же мне обещал все в масть сделать. Я ведь ему ежемесячно, как вы и договаривались, такие бабки отстегивал. Все как ты приказал. Вот дерьмо. Столько лет нормально и на тебе, решил нас под ментов подставить. Может он давно уже на этих хмырей работает? И у нас бабки гребет, и у ментов - пидор вонючий. Я, почему этого притащил? Хотел разобраться, что к чему и почему на смене этот фраер оказался, а не тот пидор?
  - И сразу отдал его Греку на растерзание? Ну и что ты у него после этого мясника узнал?
  - Да ничего. Все базарит, что это не его смена. Что друг пару дней тому попросил поменяться сменами, и вчера ночью смена должна была быть того другого. Но тот почему-то на смену не вышел, и ему пришлось еще восемь часов трубить. Черт его маму знает, куда тот хохол мог деться.
  - Подожди, Байрам, не стони. Может действительно, что-то случилось? Если бы твой Дубей работал на хмырей, то нас бы давно уже взяли. На худой конец обложили бы "наружкой" так, что и не пикнешь. Ты ничего подозрительного не заметил?
  - Саид! Ты о чем базаришь? Ни я, ни Грек, ничего не заметили. Да и твои громилы наблюдали. А Грек ведь битый жук. Его не сильно проведешь?
  - Ты еще не знаешь, как может работать "наружка"! После развала Союза, КГБ и Министерства обороны в наружку ФСБ, СБУ и МВД ушли лучшие люди из числа бывших сотрудников ГРУ. А поверь моему слову, в военной разведке работали лучшие спецы своего дела.
  Байрамов кое-что знал о научном прошлом Кирханова, поэтому верил его словам безоговорочно.
  - И что мы будем делать, Саид? Может, бросим все это и слиняем, пока нас не схавали? Бабки кое-какие есть, махнем на родину - там не достанут?
  - И куда ты слиняешь? Да дома наши авторитеты твою башку мигом открутят. Тут кроме моего интереса с вагонами, которые я тоже ментам не собираюсь дарить, еще и их интерес вложен. Забыл про подвал? Они там в эту наркоту такие бабки вложили - тебе и не снилось. Ни я, ни ты до конца жизни не рассчитаемся. Этот твой таможенник про нашу базу что-нибудь знает?
  - Про базу - ничего!
  - А про склады на заводе? Про маневровый?
  - Про склады - нет, а вот про маневровый тепловоз - догадывается.
  - А твой знакомый маневровый диспетчер? Что он знает?
  - Он знает про ЖБИ.
  Несколько минут Саид, думая о чем-то о своем, с отрешенным взглядом смотрел куда-то поверх головы Байрамова.
  - Будем надеяться, что не все еще потеряно. Пусть попробуют взять этот товар? Посмотрим, что из этого получится? Над местными начальниками есть еще начальство в Киеве. Ты мне Байрам хоть из под земли достань этого Дубея. Грек его в лицо знает?
  - А он толко меня и Грека знает.
  - Это к лучшему. Ты ведь со своей тачкой на таможне прилично наследил. Поручи Греку найти его. Пусть хоть сутками возле его дома дежурит. Должен же он домой появиться. Заодно узнает "пасут" ли менты таможенника? Если да, пусть сворачивается. Может этот Дубей где-то у родственников ошивается? Короче, надо все выяснить. Если менты сидят у нас на "хвосте", придется срочно мочить и маневрового диспетчера, и машиниста маневрового тепловоза. Они многое знают, а сыскари по их наводке быстро нашу базу вычислят. Всех бомжей-грузчиков напоить до уср........ и вывезти в лес. Оставить им там еще выпивки и закуски. Очухаются и снова до рыгаловки "начитаются". Оставьте им там столько этих пластмассовых стаканчиков.... Как ты говоришь, они их называют?....
  - "Народный йогурт".
  - Вот! Вот! Оставьте им там побольше этого "народного йогурта". Чем больше будут пить, тем меньше будут помнить. Нам бы хоть несколько дней продержаться.
  - А что потом?
  - За эти пару дней мы отправим эту дурь, что в подвале, заберем зелень, которая баксами называется, и слиняем отсюда к чертовой матери.
  - А когда за дурью приезжают?
  - Сегодня ночью я еду на встречу. Бревна готовы?
  - Давно готовы.
  - На лесоскладе не догадываются?
  - А там только один человек в курсе. Он сам и грузит лес в вагоны, и сам до границы их сопровождает. В вагоне с лесом никакая собака дурь не унюхает.
  - Бревна толковые? Товар весь поместится?
  - Лес - высший класс. Весь товар войдет.
  - Ладно. Отправляй Грека за этим Дубеем.
  - А что с этим фраером делать?
  - Я в это не вмешиваюсь. Вы его сюда затащили. Искалечили. Вы и решайте. Главное, чтобы он на нас ментов не навел. С остальными будем разбираться после, когда с Дубеем побазарим, понял?
  
  Оставшись в комнате один, Саид подошел к окну. Время близилось к обеду. Небольшая комната, находившаяся на втором этаже, имела всего одно окно и то оборудованное крепкой между рамной решеткой. Хотя кругом и стоял лес, а территория базы была под постоянной охраной, Саид, во время проведения евроремонта дал команду во всех помещениях на окнах установить жалюзи. Естественно, не от солнечных лучей. Пышные кроны могучих деревьев надежно закрывали комнаты от солнечных лучей. Жалюзи так, на всякий случай.
  Раздвинув правой рукой пластины жалюзей, Саид несколько минут всматривался в лес. Убрав руку, он подошел к стенке оклеенной фотообоями, изображающими такой же лес с полуразрушенным каменным зданием и огромным колесом, приводившимся в движение водой небольшого горного ручья. "Эх! Найти бы такое место с мельницей, оборудовать его по последнему слову дизайна, с баром, сауной, комнатами для отдыха, обеспечить прислугой, охраной, девочками и живи себе хоть сто лет", - подумал он, нажимая незаметную для постороннего глаза кнопку, скрывающуюся в ветках дремучего леса. Замаскированная под обои дверь медленно открылась. Это была большая комната с объемным круглым столом и такими же массивными, с высокими спинками, мягкими, оббитыми натуральной кожей стульями. Комната была без окон. У стенки стоял большой холодильник-бар, а в углу, на столике из металлодерева, красовался японский телевизор видео двойка. Там же, на полке столика, стопкой стояло десятка два видеокассет на все случаи жизни. Напротив видео двойки стоял шикарный диван, то же оббитый натуральной кожей с исключительно мягким основанием для сидения. Тут же, у дивана, стоял столик с изогнутыми никелированными стойками и толстым квадратным стеклом.
  Если первая комната была рабочим кабинетом, то эта комната служила для отдыха, азартных игр и принятия деловых решений.
  Была еще и третья комната. Та третья служила спальней. Все стены ее были оборудованы высокими, от пола до потолка, зеркалами. Саид называл ее "зеркальной спальней".
  Все три комнаты имели по два входа-выхода.
  Почти утонув в мягком диване, откинув голову со сжатыми в замок пальцами рук на спинку дивана и прикрыв глаза, Саид надолго задумался. С момента его приезда прошли почти сутки. Он ожидал всего, но такого ускоренного развития событий не ожидал.
  Из опыта работы в прокуратуре еще тех, советских времен, он четко усвоил, что как бы долго веревочка не вилась, какими бы продуманным не было организованное противостояние государственным правоохранительным структурам, конец всегда наступит. Долго надувать мощные государственные структура нельзя. Всякое правонарушение, если государство в лице своих руководителей этого пожелает, будет раскрыто. В былые времена с попустительства одного руководителя многие дела довольно долго творились безнаказанно в стране. Большие чиновники в Москве и золотишком, и камушками баловались. Да и хлопковое и много других дел приносили баснословные прибыли. А пришел новый руководитель - и Узбекское дело открыли, и, даже, Секретарю Президиума ВС СССР, товарищу Георгадзе, прижатому фактами на собственной даче пришлось добровольно уйти в мир иной, и Щелокову - главному менту тех времен, и многим другим партийным функционерам с Золотыми Звездами на груди пришлось распрощаться со своими привилегиями. Все зависит от желания руководителя государства, назревшего времени и иссякшего терпения народа. В конце концов, все эти составные расставят все точки над и.
  Год тому, начиная свой подпольный бизнес с контрабандой по доставке водки в Украину, Саид со своим опытом все предвидел. Даже при таком развале, наличии вседозволенности и отсутствия элементарных правил порядочности, моральных принципов и законной ответственности за содеянное, сколотить приличный капитал, если, конечно, повезет, можно было только за короткий срок. Открыл зарегистрированную по всем правилам какую-нибудь фирму, поработал несколько месяцев, от силы год, взял приличный куш и закрывай ее. Официально, как положено по Закону с месячным сроком принятия претензий. А через определенное время в другом месте и под другим названием открывай новую. И так можно долго морочить голову компетентным органам и налоговикам. Так можно запутать - сам черт ногу сломит. И все же во избежание неприятностей чрез определенное время лучше всего сначала бабки переправить за бугор, а потом и самому слинять на какие-нибудь острова.
  И все же Саид рассчитывал еще на три, или хотя бы на две партии вагонов. Ведь в дело вложены приличные бабки. Приобретение и оформление на подставное лицо небольшой недвижимости в соседнем, бывшем социалистическом государстве, приобретение и установка хоть и примитивного, но все же оборудования по выпуску водки, доставка туда дешевого спирта, да и перегонка вагонов с грузом оттуда то же кое-чего стоит. " Точно! Две три партии вагонов и можно было бы эту лавочку прикрыть".
  Может оно бы так и получилось, если бы авторитеты родного Закавказья не приняли решение отправлять за бугор через эту область дурь. Саид тогда еще был против наркоты. Но решение авторитетов сильнее. Их слово - закон. Поэтому, Саиду пришлось заняться и этим вопросом. А бабки в том деле действительно гуляли большие. Но наркота - это не водка. За наркоту за бугром крепко взялись. Интерпол быстро вычисляет откуда. Они там технически вооружены до зубов. Всякие лаборатории, анализы, банк компьютерных данных - раз и все становится ясно, откуда наркота плывет.
  Что же случилось? Может кто в цепочке скурвился? А может, СБУ получило информацию по наркоте и ужесточило контроль на границе? А может это поляк - Теодозий к ментам перекинулся? Может таможенник, а может, и местным авторитетам надоело терпеть чужаков в своем регионе? А чего? Вполне возможно. У них, ведь, то же информация налажена. Поручили какому-нибудь "отморозку" капнуть на нас в СБУ или, на худой конец в ментовку и вся недолга. Даже на большом сходняке отмажуться. " Отморозок", мол, он и есть "отморозок". А стукача они сами и порешат. Жалко, что ли "отморозка". "После таможенника надо будет поручить Байрамову найти этого полячка-шустрячка. Байрамов давно говорил, что не верит Теодозию. Что тот, мол, и с ментами, и с местными авторитетами якшается. Может, он и навел ментов на вагоны? Ничего, Грек его прижмет - быстро расколется", - продолжал раздумывать Саид. - Главное, чтоб таможенника сюда доставили. Сразу станет ясно, что менты знают, а что нет.
  Но это все не главное. Даже если груз, благодаря ментам, спекся - переживем. Главное на сегодня от дури избавиться. А там можно и с ментами за вагоны потягаться. В течение года дурь отправляли три раза и все три раза было все чисто. За бугром Саиду верили. Во-первых, он не подводил и, во-вторых, дурь была качественной. Цепочка была налажена четко. Один курьер привозил бабки, а другой - увозил наркоту. Увозил - это громко связано. Точнее - сопровождал. Главное было додуматься, как наркотики переправлять через границу. Погранцы и таможенники с собаками обнюхивали каждую машину, каждый состав, вагон или контейнер. Вместе со Злобничком, представителем из-за бугра, они больше недели ломали головы, как перехитрить представителей власти. Трое суток следили за работой пограничников и таможенников на всех трех переходах: двух транспортных и одном железнодорожном. Саид даже думал, что из этого роя ничего не получится. И точно, не получилось бы, если бы не знакомый Злобничека, который работал на одном из крупных лесоскладов областного центра. Он то и придумал простейший способ переправки дури.
  Почти ежедневно, благодаря руководству "Древбанка", из области отправляли за бугор по составу леса. Лес-красавец. Стройные ошкуренные бревна бука, дуба, сосны, за валюту неизвестно в чьи руки попадающую, по одному составу ежедневно отправлялись в сопредельные государства. Вот знакомый Злобничека и придумал распиливать бревна пополам, делать в древесине дырку и заполнять ее наркотой. Потом шлямбурами сбивать обе половинки в единое целое. Бревна с наркотиками укладывались в середину полувагонов и для пущего успокоения обрабатывались какой-то специальной жидкостью. Чтобы звери запах наркоты не учуяли. Помеченные бревна с наркотиками, чтобы не развалились при погрузке, связывались почти не заметным крепким тросом с двумя другими, цельными бревнами. С лесосклада специально отобранные для этого бревна привозились на базу. На базе бомжами распиливались и подготавливались к загрузке. Наркотики, после принятия их Злобничком, упаковывали в бревна два человека. Байрамов и знакомый Злобничека, его доверенное лицо. Последний отвечал и за их отправку. Тогда, в первый раз, крепко они переживали с Байрамовым. Еле дождались звонка из-за бугра, что все в порядке.
  Предчувствуя, что окно отправки наркотиков долго не продержится, Кирханов за два дня до своего отъезда отправил сюда своего самого верного друга, Аслана. Аслан был одним из его боевиков, ходил в доверенных всех авторитетов участвующих в операции с наркотиками. Задача у Аслана была одна. В целости и сохранности доставить домой вырученные за наркотики баксы. Все три предыдущих раза со своей задачей он справился отлично.
  Аслан должен был появиться в областном центре вчера, в худшем случае сегодня.
  Саид открыл глаза и посмотрел на часы. Было без пятнадцати три часа дня. Аслан должен звонить с трех до четырех часов дня. В запасе оставалось как минимум пятнадцать минут. " Если все будет нормально, сегодня же ночью встречусь со Злобничком. Пусть сам проверит товар, потом его упакуют в бревна, а к концу завтрашнего дня бревна отвезут на лесосклад, где заканчивается очередная погрузка леса в вагоны для отправки за бугор. Главное, чтобы Аслан вовремя получил от Злобничека баксы и слинял домой. После этого мне здесь то же делать нечего. Во всяком случае, какое-то время. Осталось несколько минут", - вспомнив про вагоны с водкой и взглянув на часы, подумал Саид.
  Телефон зазвонил ровно в три. После второго звонка телефон умолк. Так было договорено. Прошло несколько секунд, и телефон зазвонил снова. Саид снял трубку.
  - Да!
  - Это, я! Доехал нормально!
  - Тебя не встречали?
  - Нет! Все в порядке.
  - Жди звонка. Скажу, где встретитесь с нашим другом. Все остальное после встречи.
  - Все понял.
  Разговор длился не более десяти секунд.
  
  Хотя билет у Аслана и был до железнодорожной станции Областного центра, но во избежание всяких неожиданностей из вагона киевского поезда, Аслан вышел досрочно. За две остановки до второго по величине города области, в небольшом курортном городишке богатом на минеральные источники.
  От роду ему было всего двадцать девять. Восемь из них, двумя ходками он провел у Хозяина. И каждый год из восьми проведенных на зоне спокойно можно было бы засчитывать, как говорят, "шаг за три". В аккурат как у военных принимавших участие в боевых действиях Афгана или в горячих точках бывшего Союза. Зона - это очень даже не дом родной. Особенно тяжелыми были последние годы. Если и говорить, что на свободе народ до предела обозленный то, что говорить про зону. Слабый или превращается там в тряпку, или совсем исчезает. В последний раз его упрятали за решетку вообще ни за что. Во всяком случае, вины Аслана там вообще не было. Какой-то хмырь, как оказалось в последствии сынок одного из высокопоставленных партийных чиновников в одном из областных центров России, изнасиловал девчонку и, спасая свою шкуру, задушил ее. На ту беду Аслан, недавно освободившийся из зоны после первой ходки, проходил мимо того парка. Услышав крик девчонки, побежал на помощь. Увидев Аслана - ухарь сбежал, а девчонка без всяких признаков жизни осталась лежать оголенная до пояса. Аслан соображал слабо. Ему бы слинять с места происшествия, а он остался и стал помогать пострадавшей. Тут и "волкодавы - сыскари" из местного угрозыска пожаловали. Отмудохали Аслана по первое число, заковали руки в кандалы и в ментовку. За пару недель состряпали дело и в суд. Девчонка, оказывается, через пару дней в больнице отдала Богу душу. Все повесили на Аслана, как единственного подозреваемого и вдобавок имевшего за спиной судимость. Благо экспертиза на изнасилование показала его полную непричастность к этому делу. Но отпечатки пальцев Аслана на лице потерпевшей были обнаружены, а суд не стал разбираться в тонкостях и без всяких разборок впаял бедняге пятерик. Как говорится, на всякий случай. "Меня упаковали на пять лет, ироды - правозащитнички, а убийца-сучонок, живет и здравствует. И главное только потому, что он сынок какого-то там партийца", - всякий раз вспоминая тот случай, возмущался Аслан.
  В общем, опыта Аслану было не занимать. Вдобавок ко всему, он еще с детства имел обостренное чувство опасности. Не даром там, на родине, для выполнения этой задачи и выбрали его.
  Задача у него была до обидного простая. Съездить в этот город, столицу сказочной области, забрать бабки и вместе с ними, желательно конечно живым вернуться домой. Такое себе маленькое путешествие в несколько тысяч километров. Работа не пыльная. Тем более что на месте его ждали свои ребята - земляки, укомплектованные приличными тачками и стволами. У Аслана, правда, ствола не было. Не любил он в дорогу нагружать себя железом. То ли дело дома. А в дороге всякое может случиться.
  Покрутившись, какое-то время на привокзальной площади и прилегающей к ней автобусной станции и убедившись в отсутствии у кого бы то ни было всякого интереса к своей персоне, он решил продолжить путешествие до конечного пункта уже на перекладных. Больше возможности проследить за "хвостом", если таковой все же окажется и, естественно, избавиться от него. А опасаться ему было кого. В последние годы не плохо стали работать оперативники - особисты, да и менты - сыскари поднаторели. "Да! Особенно здесь, в этой области. Говорят, у них здесь начальник появился неподкупный. Навел порядок в ментовках. Ну и что? Все это временно. Он или сам уйдет, или его уйдут, а там все пойдет по старому. Видали мы таких, мать вашу...", - плюнув со злости на асфальт, мысленно выругался Аслан.
  Через какое-то время, выбрав стоявший в стороне от кучки разношерстных как по маркам, так и внешнему виду частных таксомоторов довольно ухоженный "Опель", он подошел к протиравшему лобовое стекло водителю.
  - Хозяин! В соседний город туда и обратно смотаемся?
  - Можно и смотаться, если интерес появится, - ответил водитель.
  - И во сколько оценивается твой интерес?
  - Что бы поехать - четвертной. Это в одну сторону, - не обращая внимания на клиента и продолжая свою не хитрую работу, ответил водитель.
  - А чтобы не ехать?.... Такое впечатление, дорогой, что у вас тут отбоя нет от клиентов? - то ли шутя, то ли серьезно спросил Аслан.
  - Район курортный. Клиентов всегда хватает. Тем более летом. Все хотят в санаториях свое здоровье поправить и натуральной минеральной водички из родника попить.
  - Четвертной - многовато, а на два червонца я согласен, - заглядывая в салон "Опеля" сказал Аслан.
  - Ты один или еще кто? - спросил водитель. - Багажа много?
  - Один я, а багаж?.... Все свое ношу при себе.
  - Раз так, тогда едем, - сказал водитель, прекратив протирать стекло и направляясь к водительскому месту.
  "Опелек" бежал резво. Минут через тридцать, проскочив Кольчино, въехали в город. За время путешествия, Аслан несколько раз, как будто нечаянно, заглядывал в зеркало заднего вида. Ничего заслуживающего его внимания он не обнаружил.
  Рассчитавшись с таксистом, Аслан прошелся по автостанции, останавливаясь для интереса у некоторых торговых точек. Ассортимент до тошноты одинаков. Что на востоке бывшего Союза, что, на западе. Даже материал, из которого были оборудованы эти торговые точки, был одинаковым. Старые киоски союзпечати, сбороно-разборные шатающиеся столы, в лучшем случае двадцатитонные контейнера с громким названием " Кафе", вот и вся хитрость, на что способны с головой ринувшиеся в рыночную экономику бывшие граждане когда-то великой страны.
  В областной центр он въехал ближе к вечеру и то же на частной тачке. Пообещав таксисту дополнительную плату, Аслан попросил подъехать к гостинице "Киев". В отличие от более престижной, высокоатегорийной гостиницы "Закарпатье", находящейся почти в центре новостроек, Аслан предпочел гостиницу "Киев". Здесь, в этой гостинице, почти в центре старого города, для него был забронирован один из номеров "люкс".
  Созвонившись с Саидом, он стал ждать развития дальнейших событий.
  
  Со Злобничком Саид встретился в небольшом частном ресторане на окраине областного центра.
  Хозяин ресторана считался земляком Саида и то же был из бывших зеков. Только Саид и хозяин ресторана знали, какими узами связана их дружба. И строительство, и приобретение оборудования осуществлялись на деньги Саида.
  Злобничек позвонил в половина десятого вечера. Саид назначил встречу на десять часов.
  - Саид! Я же не успею! - с легким акцентом иностранца взмолился Злобничек. - Давай на одиннадцать!
  - Если захочешь, успеешь! Возьми приличную тачку. За бабки, водило тебя мигом доставит. И учти, я долго ждать не буду. В десять ноль пять даже запаха моего в ресторане не будет, - сказал Саид и выключил сотовый. - Береженного Бог бережет. Может его менты с эсбэушниками давно "пасут" и на "хвосте" сидят, а он - на одиннадцать. - Не выйдет! Я тебе не фраер какой-нибудь. Как пить дать успеешь.
  Злобничек вошел в ресторан в две минуты одиннадцатого. Остановившись сразу у входа в зал, он внимательно осматривал посетителей. Саида в зале не было. Несколько столиков были свободными. В зале было уютно. Мягкое освещение, тихое шуршание лопастей вентиляторов создавали свежесть. На небольшом подиуме, о чем-то тихо разговаривая, отдыхали музыканты. Ресторан славился живой профессиональной музыкой, приличной кухней и прелестными представительницами слабого пола, демонстрировавшими свое полуобнаженное тело в ритме непонятного танца.
  Злобничек занял свободный у стенки напротив входа столик. Минуты через две к нему подошел официант.
  - Вас просили немного подождать, - сказал он, сервируя столик на двоих.
  Через специальное стекло зеркальное снаружи и прозрачное изнутри, Саид увидел Злобничека сразу, как только тот вошел в ресторан. Понаблюдав за ним несколько минут и убедившись, что после Злобничека в ресторан никто из подозрительных личностей не входит, а на лице вошедшего неожиданности не отражаются, Саид, через тыльный выход вышел на улиц. Там то же все было чисто. На площадке перед рестораном стояло несколько крутых тачек, а чуть в стороне, припарковавшись под разлапистой шелковицей, стояли "БМВ" с охранниками Саида и его личный "Мерседес".
  - Все чисто? - спросил он, подойдя к "БМВ".
  - Чисто! - ответил тот, который сидел на переднем сидении.
  - Того, кто только что вошел в ресторан, видели?
  - Который на частнике подъехал? Видели!
  - Двое идите в зал и занимайте столик рядом с ним. Я войду через минуту после вас. Он, что без охраны приехал? Рисковый мужик, - прошептал Саид и, подождав пока охранники войдут в зал, медленной походкой направился в ресторан.
  - С благополучным прибытием! Как дома, как семя? - спросил он у Злобничека, присаживаясь против него.
  - Все в порядке! А как здесь?
  - Пока Аллах миловал! Товар на месте, выпьем кофе и поедем на базу.
  - Саид! Что ты гонишь как на пожар! Давай перекусим, посидим, отдохнем как полагается при встрече, а потом и на базу поедем....
  - Там и перекусим. Проверишь товар, а дальше решим, что и как.
  Минут через десять в "БМВ" с двумя охранниками Саида, Злобничек уже ехал на базу. На приличном расстоянии, в своем "Мерседесе", ехал Саид. "Хвоста" действительно не было. "Этот фраер чувствует себя здесь как дома, у себя за границей. Разъезжает как турист. А вообще-то чего ему бояться? Бабки держит в укромном месте, а без бабок кому на хрен нужен? Про место, где бабки, он ни под какими пытками не "расколется"", - думал Саид сидя в своем "Мерседесе".
  К половине двенадцатого ночи все вопросы были согласованы. Злобничек, убедившись в наличии товара и его качестве, пообещал завтра к обеду прислать на базу своего знакомого, чтобы тот принял товар и отвез его для погрузки в вагоны. И только после звонка своего знакомого, Злобничек пообещал сообщить Саиду по телефону место передачи денег. Таков порядок был установлен с самого начала и менять его никто не собирался.
  
  ... Телефонный звонок чем-то похожий на переливающуюся трель неваляшки прервал сон Ивана Кашая.
  За последние годы работы в городском отделе по борьбе с организованной преступностью (до этого он проходил службу в армии и уволился по сокращению штатов в звании майора - начальника разведки полка) к таким ночным звонкам Иван уже привык. В первый год, он еще терялся, хватал телефонную трубку, роняя при этом сам аппарат с тумбочки, рывком поднимался с кровати и, хлопая глазами, пытался понять, что от него требовалось глубокой ночью. Звонков было много. Каждую ночь что-то случалось. С развалом Союза почти прямо пропорционально становлению независимости росла кривая преступности на Украине.
  И умудренные опытом, и только что принятые на работу в органы милиции от министра до маломальского начальника диву давались такому количеству преступлений, которые ежедневно, а точнее еженощно, совершались в городах и селах Украины. Создавалось впечатление, что в стране прорвало какую-то большую канализацию и вся нечисть хлынула наружу. Будто в стране нормальных людей раз-два и обчелся. И откуда вся эта погань бралась?
  - Слушаю, - ответил Иван, одной рукой прижимая к уху трубку телефона и потихоньку освобождая другую из-под шеи жены.
  Жена, все же, возмутившись такой бесцеремонностью мужа, повернулась на другой бок.
  - Я слушаю вас! Кто это? - прошептал Иван в трубку.
  Как правило, за эти годы он убедился на своем опыте, такие ночные звонки ни к чему хорошему не приводили.
  - Это квартира Кашая?
  - Да! Я слушаю вас. Что вы хотели?
  - Это помощник дежурного по горотделу, старшина Дикун. Товарищ майор! Оперативная группа уже выехала.
  - А что случилось?
  - Похоже очередное убийство.
  Иван положил трубку, поднялся с кровати и, шлепая босыми ногами по полу, вышел в коридор. Настенные часы браслет показывали пять минут пятого. В кухонное окно как будто боясь вспугнуть ночь украдкой пробирался рассвет.
  Накинув на рубашку ремни оперативной кобуры со штатным Макаровым, на ходу одевая в рукава ветровку и выключив свет в коридоре, Иван вышел на лестничную площадку. Откуда-то снизу пробивался свет одинокой на весь подъезд лампочки. У Ивана на площадке света давно не было. А соседи, как справа, так и слева видимо тоже редко бывали дома. А может, денег на лапочку не хватало? "Надо будет лампочку не забыть купить", - подумал Иван, спускаясь к выходу. Такую задачу перед собой он ставил каждый раз, когда домой, приходилось возвращаться или уходить как сегодня. И всякий раз тут же забывал об этом, как только выходил из подъезда.
  Светало. Во дворе под слабым июньским ветром тихо о чем-то шептались листья деревьев. Зажав двумя ладонями сигарету, Иван прикурил, сделав первую глубокую затяжку. За последние годы службы в армии привычку прятать в ладонях огонек сигареты в нем выработало стремление выжить. Там, в Афганистане и уже в горячих точках Союза, огонек ночной сигареты мог дорого стоит ее хозяину. Во время открытой затяжки сигареты снайпера противника моментально ухитрялись всаживать пулю под самое яблочко, в подбородок и в шею.
  Выйдя из-за угла дома, Иван очутился на тротуаре. Чуть правее, напротив, ярко сверкало огнями высотное здание гостиницы "Закарпатье" На шоссе со стороны универмага появились огни автомобиля. Развернувшись на пустынной улице "девятка", прижавшись к бордюру, остановилась. Иван сел радом с водителем.
  - Что случилось? Где оперативная группа? - убедившись, что в салоне никого нет, спросил Иван у водителя.
  - Уже на месте. Там, в бывшем Комсомольском парке, в речке рыбаки выловили трупп. Что к чему, я не в курсе. Сразу поехал за вами.
  Прибавив скорость "девятка" проскочила перекресток, выехала на кольцо и срезая угол перед мостом с явным нарушением ПДД пересекая два ряда сплошной полосы, по ступенькам, как будто в припрыжку спустилась на набережную речки Уж и рванула в сторону парка.
  Минут через пять они были на месте.
  В нескольких метрах от уреза воды на берегу, освещая фарами кустарник, берег и речку стояли оперативный "УАЗик" и скорая помощь. "Девятка" припарковалась рядом. Иван вышел из машины и, обойдя кусты, направился на освещенную поляну.
  Среди кустов на небольшой поляне было довольно многолюдно. Следователь уголовного розыска и эксперт-криминалист осматривали тело лежавшее рядом с поваленным деревом, из которого рыбаки обычно забрасывают удочки. Чуть в стороне стоял врач скорой помощи. Сразу было ясно, и в этом никто из присутствующих не сомневался, что лежащий рядом с деревом мужчина в его помощи давно уже не нуждался. У самых кустов следователь прокуратуры беседовал с двумя, среднего возраста мужиками. Это были явно те, о которых говорил водитель, и которые сообщили в милицию. Кашай подошел к ним.
  - В общем, картина предварительно такая, - отойдя от мужиков, начал следователь прокуратуры. - Мужчина лет сорока-сорока пяти, убит двумя выстрелами. В грудь и в голову. Выстрел в голову, как я понимаю, был, конечно, контрольным. До выстрелов его пытали. На теле много неглубоких ножовых ран. Смерть наступила около суток. После выстрелов на шею убитого была накинута веревка предположительно с большим камнем. С таким грузом тело бросили в речку. Видимо, надеялись, что тело в воде пробудет долго. Но этого не случилось. Узел веревки размок или завязан был плохо и, камень течением выбило. Тело тащило вдоль берега. Документов при нем никаких. Денег тоже. Карманы брюк пусты, а больше, кроме трусов, рубашки и обуви, на нем ничего нет.
  Становилось светло. Рассвет неоспоримо вступал в свои права. Эксперт дал команду выключить переносную фару. Проку теперь от нее было мало.
  - Нашли его вот эти два рыбака, - продолжил следователь прокуратуры. - Пришли сюда затемно. Приготовили снасти, покурили и забросили удочки. Сегодня ведь суббота, выходной....
  - Кто рыбаки и откуда? - спросил Кашай.
  - Местные. Фамилии и адреса имеются. К убитому вряд ли имеют отношение. Но проверять будем. Примерно через полчаса, а может меньше у одного из - них течением леску прибило к берегу, и крючок за что-то зацепился. Пришлось лезть в воду. Там он и увидел утопленника. Испугался, выскочил из воды и к соседу. Они рыбачили метров в десяти друг от друга. Вдвоем спустились в воду и убедились в наличии утопленника и снова на берег. Первый предложил потихоньку смыться, но второй опытнее. Все равно, мол, найдут. Только хуже будет....
  - Сообразительный! Он случайно за нашей фирмой не числится? - вставил Иван.
  - Проверим. Говорит, что нет. Так вот! Он и послал первого через парк по навесному мосту к стадиону. Там куча всяких ночных баров. Из одного из них он и позвонил по 02.
  - А ведь второй не побоялся остаться один на один с трупом? Сильный мужик. Может он того...., карманы и обчистил?....- спросил Иван.
  - Не думаю. А вообще-то черт его знает. Хотя в их рыбацких сидорах кроме снастей да жратвы ничего больше нет. Может, и припрятал где-то? Будет светлее, осмотрим территорию, сколько сможем. Только это вряд ли? - ответил следователь прокуратуры.
  Иван подошел к убитому. Лицо мужчины ему ни о чем не говорило. Эксперт-криминалист и следователь уголовного розыска свою работу закончили, и Иван дал команду увозить трупп в морг. Там патологоанатом проведет свое расследование.
  За разговорами, обменом мнений и работой не заметили, как не только стало светло, но и показалось первые лучи солнца. В июне как раз тот период, когда почти с рассветом появляется и солнышко.
  
  Уже к трем часам дня картина ночного выезда на берег реки немного прояснился. Убитым оказался таможенник таможни крупного пограничного железнодорожного узла сорока семилетний Михаил Орос. Таможенником тот работал больше пятнадцати лет. Женат. Жена и двое маленьких детей. Обе девочки. Двенадцати и восьми лет. Женился далеко за тридцать....
  Кашай внимательно вчитывался в скупые строки личного дела Ороса, доставленного из отдела кадров таможни.
  За все время работы и до развала Союза и после - ни замечаний, ни благодарностей, ни наград не заработал. "Золотая серединка или что-то тут не то?" - подумал Кашай. Часто был, как говорится, на подхвате. Работал то на участке таможенного досмотра пассажиропотока на железной дороге или на шоссейном переходе, то на участке железнодорожного грузопотока. Правда, несколько последних месяцев посменно нес службу только на участке железнодорожного грузопотока.
  Пока Кашай изучал личное дело Ороса, в кабинет доставили акт судебно-медицинской экспертизы. Как и предполагалось, смерть наступила за восемнадцать часов до обнаружения трупа. Застрявшая в позвоночнике одна из пуль была изъята. Стреляли из пистолета "Берета".
  Расследование убийства велось по нескольким направлениям. Первое - убийство, связанное со служебной деятельностью. Проверялись дальние и близкие родственники, и знакомые "челноки" вывозящие с Украины валюту и завозящие промышленные и продовольственные товары зачастую сомнительного качества. Второе - возможные связи убитого с организованной преступностью и лицами криминального авторитета.
  Было еще и третье направление - убийство на бытовой почве. Но после первых бесед с женой погибшего, родственниками, знакомыми и соседями - это направление отпало. Да и пуля из "Береты" - любимого оружия киллеров вытащенная из позвоночника убитого, не вписывалась в это направление.
  Мысли Кашая прервал настырный звонок аппарата прямой связи с дежурным по горотделу. Кашай поднял трубку.
  - Иван Васильевич! Вас срочно вызывает к себе генерал Москалев, - услышал он голос дежурного.
  - С чем это связано, вы не в курсе?
  - Точно не знаю, но видимо в связи с ночным трупом. Генерал вызвал к себе и начальника нашего горотдела, и начальника отдела уголовного розыска, и вас. Так, что готовьтесь.
  Кашай сложил все имеющиеся данные по трупу, включая и свои соображения и данные судмедэкспертизы, закрыл сейф, по привычке поправил рубашку, вышел из кабинета и коридорными лабиринтами направился к начальнику УМВД в области.
  Здания Управления и городского отдела были, как бы пристыкованы торцами стен друг к другу.
  
  ... Михаил Васильевич Донец сидел в своем кабинете мрачнее тучи.
  Оставив Киштулинца на площадке растаможки разбираться с вагонами и грузом, полковник мигом добрался до пограничного городишка. "И как это я мог так проколоться? Надо было сразу этого таможенника отстранять от работы или, на худой конец, оставить при нем "наружку" или охрану. А может, мы с Киштулинцем зря переживаем? Сидит себе этот таможенник в конторе, и думать забыл, что надо ехать на площадку растаможки. Все эти таможенники большие герои пока их за задницу не прищучишь. Надел погоны, нацепил краба на фуражку и считает, что взял быка за рога. Ну, ничего. Если он на месте и так не уважительно относится к нашей фирме, я уж постараюсь чтобы этот фраер в ближайшее время освободил это теплое место. Вылетит с этого "эльдорадо" как пробка из шампанского", - накручивал себя Донец по пути.
  - А Орос еще не было и восьми, сдал смену и выехал на площадку растаможки. Он мне все доложил, оставил докладную и поехал на встречу с вами, - ответил с удивленными глазами начальник таможни. - А что, там его нет?
  - Когда я выезжал оттуда, его там еще не было. А на чем он поехал?
  - Я даже не знаю. Может, кто из наших знает?
  Единственное что узнал Донец десятиминутным беглым опросом работников таможни, так это то, что Миша Орос после работы направился на привокзальную площадь искать такси и вроде садился в какую-то иномарку. По распоряжению генерала на ноги были подняты все свободные оперативники УСБУ. Информация тут же была передана генералу Москалеву и тот, в свою очередь, поднял городской и областной отделы по борьбе с организованной преступностью.
  Ближе к вечеру полковнику Донец стало ясно, что таможенника нет и вряд ли в ближайшие дни, он появится на горизонте. Если вообще когда-нибудь может появиться живым.
  И вот сегодня, получив с утра от генерала заслуженный пистон, полковник закрылся в кабинете и, проклиная всех и вся, минут пять, бормоча себе под нос всякие ругательства, измерял кабинет своей медвежьей походкой.
  "Конечно, вам с "погреба" виднее, что лучше, а что хуже. В нашей фирме как у военных: "Я начальник - ты дурак, ты начальник - я дурак". Будто всем начальникам от рождения Богом разум дан. А тут события с такой скоростью стали развиваться, что за каждой мелочью и не уследишь. Но я то же хорош! Обрадовался, что таможенник сам товар сдал, канал на границе обнаружил и чуть не прослезился от счастья.
  Чувствуя свою вину, полковник решил еще раз, никому не поручая, съездить в таможню. Вдруг что-то новое появится. Разговор со вчерашней сменой был скоропалительным, поверхностным. Может, кто из сегодняшней смены что-то новое вспомнит? " Да! Чуть не забыл! Определенно пора на пенсию, склеротик хренов. Я же бригадиру "наружки" поручил вести тех двух любителей острых ощущений. Ведь это же звенья одной цепи. Орос, Дубей и как там еще того, третьего звали - величали? "Золотые россыпи" таможенников", - поднимая трубку телефона, подумал Донец. "Где майор Галас? - спросил он у дежурного. - Как только появится, пусть немедленно свяжется со мной".
  В таможне полковник узнал одно важное обстоятельство. Оказывается, этот Орос не должен был быть в ту ночь на смене. За два дня до этого, он лично просил разрешения у своего начальника поменяться сменами с Дубеем. Но и Дубей, что самое интересное, на смену не вышел. Ороса некем было заменить и ему пришлось оставаться еще на одну смену. Тем более, что Дубей откуда-то звонил и сказал, что чуть опоздает.
  - Машина у него, что ли сломалась. Мы даже не думали, что Оросу придется до утра работать, - как будто извиняясь и говоря о себе во множественном числе, прошептал начальник таможни.
  - Думать всегда полезно, особенно если это делается вовремя, - размышляя о чем-то, о своем, автоматически парировал Донец. - Дубей, Дубей! Что-то эта фамилия за последние дни слишком часто стала встречаться на моем пути. - А когда этому Дубею на смену?
  - По идее завтра с восьми утра.
  - А если не по идее? Вот вам мои телефоны и как только он появится здесь или по телефону свяжется с вами, узнайте, откуда он звонит, и сразу перезвоните мне. В любое время суток! - сказал на прощание полковник. - И не оставляйте его одного ни на секунду.
  "Вот и спекся наш Мишенька", - подумал начальник таможни после ухода полковника.
  Если бы в это время начальник увидел себя в зеркале, он бы заметил, что цвет его лица не многим отличается от мела. Видимо Дубей не все себе забирал. Хоть и мелочью, но делился.
  Не успел полковник по возвращению из таможни войти в свой кабинет, как дежурный по управе передал ему настоятельную просьбу генерала незамедлительно прибыть к нему.
  - Вы уже знаете? - спросил генерал голосом не предвещающим ничего хорошего.
  - Никак нет! - ответил Донец, чувствуя что, случилось что-то не поправимое.
  - Сегодня ночью найден труп таможенника Ороса. Как вам это нравится? В речке, в районе парка какие-то рыбаки обнаружили. По этому делу работает опергруппа из представителей прокуратуры и городского отдела УМВД по борьбе с организованной преступностью. Рыбаков этих то же проверяют.
  Полковнику это совсем не нравилось, и он стоял молча в ожидании дальнейшего разноса.
  - Вы мне можете что-нибудь вразумительное по этому вопросу сказать? И вообще, у вас какие-то мысли кроме утвержденного плана оперативной разработки имеются?
  - Имеются, товарищ генерал! Я только что вернулся из таможни. Появились некоторые новые обстоятельства. По всем данным этот Орос в истории с контрабандной водкой совсем не замешан. Это даже не в его смену должно было случиться. Я имею ввиду перегон вагонов через границу. На смене должен был быть Дубей.
  - Вот это новость! Значит, бедняга за зря Богу душу отдал? Тем более вы должны были все предусмотреть. А кто этот Дубей? Подождите, подождите.... Это.....?
  - Так точно, товарищ генерал. Я представлял вам на него данные и просил разрешение на наружное наблюдение.
  - Да! Да! Припоминаю. Там еще один был. Ну и что "наружка" дала? И почему этот Дубей всплыл в деле этих вагонов? Это что одна цепочка?
  - Данные наружного наблюдения, я еще не смотрел. Но Дубей с той ночи на работе еще не появлялся. Перед отъездом в таможню я как раз просил дежурного разыскать майора Галаса.
  Генерал нажал кнопку мини-АТС.
  - Слушаю, - ответил оперативный дежурный.
   - Где майор Галас?
   - У полковника Донец. По его просьбе я Галаса к нему и направил.
  - Полковник Донец у меня.
  - Тогда я не знаю где он. Может в кабинете каком-то сидит?
  - И вы предлагаете мне его по кабинетам искать?! Это ваша работа. Что?...Я не знаю, как вы его будете искать! Объявите по селектору, пошлите своего помощника, наконец! Даю вам пять минут сроку! Ищите где хотите, но через пять минут Галас должен быть у меня! - с раздражением крикнул в трубку генерал. - Черт знает, что твориться, - чуть успокоившись, продолжил он.
  Майора Галаса нашли быстро. И не по селектору. Галас добросовестно ждал полковника Донец у дверей его кабинета. Там его и нашел помощник оперативного.
  - Вас срочно вызывает генерал. Он так ругался по телефону, что дежурный слушая, стоял как с креста снятый, - перепуганным голосом на одном выдохе сообщил помощник оперативного.
  - Что вы можете сказать по объекту наружного наблюдения? - не отвечая на приветствие вошедшего майора, спросил генерал.
  - Ежесуточная информация в письменной форме сдается в кабинет спецделопроизводства, товар....
  - Я вас доступным языком спросил? - повысил голос генерал. - Меня не интересует, кому и в какой форме вы сдаете информацию! Потрудитесь доложить членораздельно и кратко все о проделанной работе! Тут трупы всплывают, а он мне: информация в спецделопроизводстве. - В этом здании секретов от меня не должно быть!
  - Сразу после получения задания мои ребята "сели" на "хвост" одного из них. Пока ничего интересного не установлено. Так, встречи с коллегами, работа и дом...
  - Это Дубей? Вот видишь, Михаил Васильевич, а ты переживал. Никуда твой Дубей не денется.
  - Никак нет, товарищ генерал! Это не Дубей. Это тот второй. Дубей под наблюдение еще не взят.
  - Вы хотите сказать, что Дубея вы не нашли?
  - Так точно, товарищ генерал! В городе его пока нет.
  - Что значит, пока?
  - Он находится в одном из горных сел области у родственников своей жены. Там серьезно больна ее мать
  - И вы передали в районное отделение УСБУ, чтобы они его вели?
  - Я такого права не имею, товарищ генерал.
  - И кому вы об этом доложили?
  -Собирался доложить полковнику Донец. Да никуда он не денется, Товарищ генерал. Ему завтра с утра на смену. Сегодня к вечеру как огурчик появится дома.
  - Ну, спасибо, товарищ майор! Вы меня обнадежили. Нет! Ты понимаешь, Михаил Васильевич, он меня успокаивает! Немедленно свяжитесь с районом и передайте мой приказ срочно взять под наблюдение этого Дубея! Пусть докладывают о каждом его шаге. Если выедет сюда, пусть организуют сопровождение до самого дома. Я надеюсь, товарищ майор, что здесь вы его уже сможете взять в объятия своих подчиненных? Вас я не задерживаю, работайте. А вы, Михаил Васильевич, на минуту задержитесь. Тут вот какая петрушка получается. Депеша от Главы СБУ пришла. По оперативным данным центра и Интерпола якобы через нашу область из Закавказья за границу налажена крупная поставка наркотиков. Шеф требует от нас серьезно поработать в этом направлении. Как ты думаешь, через нашу область это возможно?
  - Это всегда реально там, где имеется граница. А у нас аж четыре сопредельных государства. Грешно было бы не воспользоваться такими благоприятными условиями. По информации, которой мы располагаем, наркота к нам попадает в основном из Одесского региона и то в небольших количествах. По сравнению с другими областями в лидерах по употреблению этой дури мы не числимся.
  - Это ты "Палермо" имеешь в виду? Да! Никак одесситы не могут накрыть этот район. В общем, депешу я тебе адресовал. Поручи своему заместителю. У него нюх на наркотики. Пусть прозондирует почву через своих информаторов. В случае чего - докладывай немедленно. По этому делу из Центра специальная бригада приедет. Сам впритык займись вагонами с водкой. Дело на контроле у самого Премьера. Свяжись с Киштулинцем, может у него что новенькое? У генерала Москалева толковые оперативники. Вас же целая оперативная группа по этому вопросу работает! Оперативней надо, Михаил Васильевич, оперативней...
  
  Только к исходу ночи Мише Дубею удалось свою "Мазду" притащить в село на "галстуке". Весь следующий день он потратил на поиски толкового специалиста. Пришлось снова "Мазду" тащить, теперь уже в райцентр. Как и обещал мастер-самоучка к утру "Мазда" была на ходу. Правда, стоило это удовольствие прилично. Цену своей работы мастер знал четко.
  Заехав в село и убедившись, что жена остается на несколько дней с больной матерь, пообещав на завтра прислать сюда ее любимое чадо, Дубей выехал в областной центр.
  Прямо от дома оперативная "пятерка" уверенно повела "Мазду".
  "За эти вагоны я, конечно, не получу ни хрена", - думал Дубей проезжая в "Мазде" мимо горной речки. Слева от дороги, прямо по берегу речки проходила граница с сопредельным государством. Вместо обочины - пограничные столбы, местами перекошенные, опутанные колючей проволокой, а вместо КСП (контрольно-следовая полоса) - водная гладь горной речки. "Конечно, Байрамов будет сильно возмущаться. Но я же не виноват. Про вагоны ему точно кто-то другой сообщил. Не только я один на него пашу. В таком деле одним человеком не обойтись. Интересно! Может и тезка на него работает? Навряд ли. Тот взятки боится как черт ладана. Он наверно один на всю Украину такой? А чего признаться? Каждый где-то дополнительный доход имеет. Даже бывший Президент: "маленькая хатынка на островах". Знаем мы эти маленькие хатынки. Чтоб у Президента да маленькая хатынка.... Насмешили.... А я чем хуже? У меня то же и дети, и жена по-человечески жить хотят. Взять хотя бы того второго, истинного украинца. Мало того, что в столице дача больше моего села, так еще под шумок почти миллиард хапнул, перевел бабки за бугор, а потом и сам туда слинял. Чихал он на самостийную неньку Украину. Болтов как дров вам. Нашли дурака. Кто-то будет бабки делать, а я буду хрен жевать? Не выйдет. А вагоны никуда не денутся. В крайнем случае, постоят сутки двое, если их Байрамов уже куда-то не оттащил. Ладно! Черт с ними с этими бабками. Хоть и жаль, а что поделаешь? Может еще, и выкручусь как-нибудь. Если не на всю сумму, то хоть на часть. А если серьезно - надо с этим делом завязывать, а то повяжут опера и будешь бакланить в зоне на хлебе да на воде и срок мотать.
  Свернув с последнего перекрестка на улицу в конце которой находился его шикарный особняк, Дубей заметил "Опель" Грека. "Опель" был припаркован под каштаном мордой навстречу. Мигнули фары и Дубей чуть проехав остановился. Из "Опеля" вышел Грек.
  - Ты где пропал? Байрам тебя два дня ищет.
  - Ездил в село, а там машина сломалась. А как у вас? Вагоны встретили?
  - Все ничштяк. А вагоны уже давно тю-тю
  - Значит все нормально? Я ведь своему другу все как положено передал и просил помочь, - на ходу стал сочинять Дубей.
  - Твой друг умница. Сделал все в лучшем виде. Садись в тачку, и поедем. Там тебя Байрам ждет, рассчитаться хочет. Он сегодня уезжает.
  - Сейчас, только свою поставлю в гараж.
  - Оставляй ее здесь. Кто ее тронет рядом с домом, да еще днем? Она же у тебя на охранке? Байрамов уедет, долго будешь свои бабки ждать.
  Дубей с трудом согласился. Верх взяла жадность. Нажатием кнопки на брелке, он поставил "Мазду" на сигнализацию и сел а "Опель". В "Опеле", развалившись на заднем сидении, спал какой-то пассажир.
  - Кореша встретил. Завезу тебя, а потом его, - сказал Грек, вставляя ключ в замок зажигания.
  Не успел "Опель" скрыться за поворотом, как из небольшого переулка вырулила изрядно потрепанная "копейка" и направилась за "Опелем". В "копейке" с форсированным двигателем сидело двое. Парень и девушка. Дом Дубея был взят под наблюдение сразу в тот день, когда Галас получил на это добро.
  Дубея "пасли" две пары бойцов из наружного наблюдения. В первый же день, зафиксировав подъехавший к дому Дубея "Форд" и вышедшего из него здорового балбеса направившегося к калитке, один из бойцов первый смены с заинтересованным видом подошел к "Форду" и стал его обхаживать со всех сторон.
  - Что нравится? - спросил застывший у калитки балбес.
  - Да нет. Мне больше фирменные нравятся.
  - Так это же фирма, "чистый американец".
  - А что, продаешь?
  - Можно и продать если сторгуемся.
  Оперативник знал, что у Дубея две машины. "Форд" и "Мазда".
  - Я бы с удовольствием взял "Форда", но моя благоверная хочет только дутую да еще что бы цвет нравился. Эти бабы если что втемяшат себе в голову - танком не сдвинешь, - настраиваясь на беседу с улыбкой ответил оперативник. - А моя, так прямо помешалась на жемчужно - сером цвете.
  - С этим вопросом к бате. У него "Мазда" точно такого цвета. Только он ее не продает, - с ехидной улыбкой ответил балбес.
  - Э, не скажи, дорогой. Как говорится: не продаст за малые деньги. Продаст за большие. А она на ходу? Может старая как моя теща?
  - Обижаешь. Тачка славная, совсем новая. Батя за ней как за девочкой ухаживает.
  - Так может мы с ним столкуемся?
  - Не повезло тебе мужик. Батя уже дня три как в село умотал. Когда вернется - не известно. Он у меня любит путешествовать.
  - Главное чтобы бабки шли. А твой батя толковую, наверное, работу нашел, если любит путешествовать?
  - Вообще-то он работает по сменам. Если хотите, загляните через пару дней.
  Так Галас узнал где находится Дубей. С этого момента дом таможенника был взят под наблюдение.
  Заметив, что "Опель" направляется в сторону центра старого города, девушка, включив небольшой аппарат спецсвязи, попросила подкрепление. Вести "Опель" одной машиной в городе было практически не возможно. Тут же она получила команду в условленном месте передать "объект" другой машине.
  Меняя марки и цвет машин, "Опель" вели до самого поворота с трассы в сторону леса.
  Доложив по спецсвязи о том, что "Опель" с Дубеем свернул с трассы в сторону леса, бойцы наружного наблюдения получили команду ждать дальнейших указаний и фиксировать скрытой камерой всех, кто будет двигаться в сторону леса или оттуда. "ВЫ мне головой отвечаете за каждого. Чтобы даже муха не проскочила мимо вас и камеры, и чтоб четкость каждого в анфас, и в профиль", - напутствовал Галас своих подчиненных.
  Как только Галас доложил полковнику, что на горизонте появился Дубей, которого перехватили неизвестные и "наружка" ведет "Опель", полковник и Галас тут же направились к генералу.
  - Я уже знаю, - сказал генерал, рассматривая разложенную на столе крупномасштабную карту местности.
  Генерал узнал об этом, как только оперативники районного отдела УСБУ взяли Дубея под наблюдение и вели его до самого дома. Когда таможенника перехватил Грек и "Опель" рванул в сторону центра, оперативники тут же доложили об этом генералу. Так что обрадовать генерала и хоть чуть-чуть реабилитироваться в его глазах, полковнику не удалось.
  - Эта дорога ведет к границе, - то ли утверждая, то ли спрашивая, приступил к обсуждению сложившейся ситуации генерал.
  - Если бы они хотели его убить - не везли бы в сторону границы. Это довольно опасно. В пригородах областного центра для этого полно других укромных мест, - вступил в разговор полковник.
  - Может, они обосновались на базе отдыха бывшего ЦК? Надо немедленно уточнить, кому она сейчас принадлежит! Хотя, вполне возможно, что документально оформлена на какого-нибудь "попку". Там, ведь, до самой границы больше ничего нет, - высказал свою мысль генерал.
  - Там асфальт заканчивается метров за сто от поворота на базу, - неизвестно к чему вставил свои умозаключения майор Галас.
  - А может, они решили его за границу переправить? - спросил полковник.
  -Это практически не возможно, тем более днем. Граница и перевалы уже перекрыты, - парировал генерал. - Майор! Надо срочно взять под наблюдение базу. - Твои ребята справятся?
  - Справятся, только днем туда добраться будет не легко. Займет много времени. Там ведь то же не дураки. Быстро засекут.
  - Надо погранцов привлечь. Они по этой дороге часто к границе ездят. Примелькались уже, - предложил Донец.
  Меньше чем через час базу Саида надежно "пасли" три бойца из бригады Галаса
  Проехав поворот на базу и, углубившись в сторону границы метров на пятьсот, "ГАЗ-66", с полным кузовом солдат-пограничников чуть притормозив, и три оперативника почти на ходу спрыгнули на обочину.
  Было решено установить три поста наблюдения. Первый, как можно ближе к базе. Второй, у поворота дороги ведущей в сторону базы и третий - у опушки леса.
  Передвигаясь по лесу кошачьими шагами, все три оперативника заняли свои посты. Первому, так вообще повезло. Почти рядом с бетонным забором, окружающим базу рос огромный разлапистый дуб. На него, без всякого шума почти как опытный верхолаз, взобрался оперативник. Основная территория базы с ее входом и хозпостройками была как на ладони. С помощью ремней, веревок и другого хитрого приспособления оперативник надежно устроился между ветками. Выручало еще и то, что на базе не держали собак. Байрамов не терпел четвероногих. Тем более что в лесу они бросались на всякую живность, заливаясь оглушительным лаем. Особенно он не переносил это по ночам.
  Уже через минут десять полковник знал, что "Опель" находится во дворе базы, а ее территорию охраняет вооруженная "калашом" подозрительная личность.
  Теперь ни с территории базы, ни на базу проехать не замеченным было не возможно.
  
  ... В течение суток полковник Киштулинец вышел на машиниста маневрового тепловоза, а через него - на сменного маневрового диспетчера.
  Это случилось в тот день, когда полковника привез и оставил на площадке растаможки коллега из УСБУ.
  Комиссионно вскрытые вагоны были под завязку заполнены ящиками с водкой трех сортов. Товар далеко не соответствовал сопроводительным документам.
  Сопоставив факт ночной стрельбы и объяснения стрелявших, присовокупив к этому обнаруженные в лесопосадке подозрительные следы трех человек и отпечатки протектора машины на обочине, полковник пришел к выводу, что дело действительно серьезное.
  - Значит перевалка действительно где-то в области, а может быть даже в областном центре? - рассуждал он, направляя свои мысли от простого к сложному. - Если это так, то надо искать "паровоз", который может эти вагоны дотащить до перевалки. По шоссе их ни лошадками-вагоновозами, ни даже мощными тягачами не потащишь. Вагоны они и есть вагоны. Им железку под колеса подавай. А если это так, то нужно плясать от маневрового тепловоза и фирмы, на территории которой имеется железнодорожная ветка. Это вполне может быть какая-нибудь бывшая воинская часть. Они теперь все заброшены, развалены и разграблены. Там можно не только из этих вагонов товар заныкать, там черт знает, что можно спрятать. - Теперь маневровый.... - Тут и того проще. Маневровый - это не легковушка и даже не "КАМАЗ". В собственной его не купишь по двум причинам: первая, пока еще в личную собственность не продается, я так думаю, и вторая - маневровому то же нужны рельсы. Как не крути, а факт. Нужно срочно выяснить список всех веток железной дороги ведущих от станции во все государственные и частные фирмы. Попутно вычислить те организации, при которых имеются свои или арендуемые тепловозы.
  Вернувшись в отдел, он в течение часа с небольшим составил список всех предприятий и фирм, попадавших под это требование. Отобрав из небольшого списка пару государственных и так называемых акционерных фирм подлежащих, по его мнению, первоочередной отработке, оперативник вышел на завод ЖБИ. И тут ему сразу повезло. На территории завода, мучаясь от безделья, стоял видавший виды маневровый тепловоз, а внутри его, склонив голову на руки сложенные на реверсе управления, кемарил машинист. Оказалось, что это был тот самый машинист, который дежурил в прошлую ночь. Он должен был смениться в восемь утра, но сменщик не прибыл. По причине отсутствия постоянной работы (тепловоз больше простаивал, чем работал), со сменами на тепловозе творилось то, что творилось. Конечно, не вышедший на смену машинист в таких случаях свою смену отрабатывал в последствии как положено. Просто так жертвовать своим временем, даже при отсутствии работы ни один из троих не хотел.
  Машинист не стал вешать полковнику лапшу на уши и сразу "раскололся". Он сразу сообразил, что с этой фирмой шутки шутить - себе дороже обойдется. С первых вопросов выдал всю нужную информацию на гора. Когда, сколько и по чьему указанию.... В тот же вечер, получив у прокурора ордер на арест, сменный диспетчер был взят под стражу, хотя на работе была пущена "утка", что он по телеграмме срочно уехал к родным в другую область. Машиниста маневрового под стражу не брали. Ограничились подпиской о не выезде и предупреждении о молчании.
  Но дальше дело стопорнулось. Ни машинист, ни диспетчер, ни сном, ни духом не ведали, куда вывозился товар. Диспетчер так вообще знал только одного Байрамова. Но это уже была зацепка и зацепка крупная. Машинист знал только про "КАМАЗы" и грузчиков, а все команды получал от секретарши и маневрового диспетчера. Путь выхода на Саида был кратким, но еще короче была информация о нем как о хозяине. " Искать "КАМАЗы" и бомжей-грузчиков - длинная история. И время угробишь, и можешь, в конце концов, опять прийти к тому с чего начал. Нет! Надо раскручивать Байрамова. Если он вышел на диспетчера - значит, он в городе давно и его должны знать. Человека надо хорошо узнать, прежде чем вести с ним разговор о таком деле. А если эта фамилия от фонаря? Но есть еще и описание сделанное диспетчером. Сделаем фоторобот, покажем, кому следует - глядишь, и кончик ниточки появится", - рассуждал Киштулинец со своими помощниками в своем кабинете.
  Каждый оперативник из группы полковника занимался отработкой определенной ему версии. Киштулинец, верный своим принципам, требовал от каждого свою версию отрабатывать до конца и в полном объеме. Что бы все возникающие вопросы по ней были закрыты и к ней, к этой версии, больше не возвращаться. У каждого из них были свои штатные и не штатные помощники. На этом и стопил свои требования полковник.
  
  Майор вышел от Киштулинца на ходу, в мыслях, набрасывая план первоочередный оперативных мероприятий по факту убийства таможенника.
  Первоначально в группу полковника Киштулинца из работников городского отдела милиции был включен только начальник УБОП. Его фамилия в числе еще шести оперативников областного Управления красовалась в приказе генерала Москалева. Но начальник управления, находясь в очередном отпуске, серьезно заболел и Киштулинец, по согласованию с начальником городского отдела УМВД включил в свою группу заместителя начальник управления по борьбе с организованной преступностью.
  По кандидатуре майора Кашая инициатива исходила от самого Киштулинца. Он с уважением относился к бывшим толковым военным, особенно из числа войсковых разведчиков. В отличие от заносчивых спецов-шустряков из бывшего ГРУ, Федор Васильевич к простым смертным пахарям любой войсковой операции, пропахавшим на пузе зеленки гор и перевалы Афгана, прошедшим горячие точки Кавказа, "обласканных" свистом пуль и пропахших порохом стреляных гильз, относился благосклонно. С какой-то почти отеческой любовью. Владимир Перевалов 2002г.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Респов "Небытие Бессмертные"(Боевая фантастика) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Освоение Кхаринзы"(ЛитРПГ) Я.Малышкина "Кикимора для хама"(Любовное фэнтези) Э.Мун "Ведьма. Взрослые игры"(Любовное фэнтези) М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) A.Влад "В тупике бесконечности "(Научная фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Е.Флат "Свадебный сезон"(Любовное фэнтези) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"