Алёшка помнил своего деда. Тот почти всегда сидел за участком у дороги под большим орешником, смотрел по сторонам или чертил линии на земле.
Смешной сморщенный старичок с белыми-белыми волосами. Он вечно бормотал что-то под нос, а в конце лета ловил первые упавшие орехи и угощал ими Лёшку.
У Лёшки всегда были карманы полные орехов.
Дед любил размышлять о времени и цветах. Он работал часовщиком, а молодости не стал художником, теперь эти факты переплелись и часто всплывали в его речи.
Лёшка плюхался на лавку рядом с дедом.
- У меня сегодня чёрный день, - заявлял он.
- Нет, - качал головою дед.
- Кузов от машины отвалился, папа говорит - не починить.
Это у тебя с глазами что-то, - щурился дед. - Жизнь разноцветная.
- Ага. Скажи ещё, как радуга.
- Правильно, как радуга. Мост между прошлым и будущим... Детство красное - потому что энергии много, а старость холодная, синяя.
Его разговоры звучали цветовыми пятнами и поэтому легко запоминались.
- А время другое... В детстве спокойное, медлительное, синее, а в старости красное, - дед грустно улыбнулся, - года скачут, как оглашенные.
Лёшке было лет десять, и он возражал по-взрослому:
- Вот ты говоришь, что жизнь - радуга. Но зеленый - смешение синего и желтого, а фиолетовый - синего и красного. Фиолетовый-то после синего!
- Круг замкнулся, - говорил дед. - Красный - это всегда начало жизни. До радуги темнота и после...
- Чёрный! - ликовал Лешка, ему так хотелось оказаться правым, доказать, что бывают и чёрные дни.
- Темнота - это не отсутствие цвета. Мы просто не можем разглядеть. Ночью же орешник остается зеленым, а орехи бежевыми, мы просто этого не видим, - объяснял дед. - Ты знаешь, что если сложить все цвета радуги, получится белый.
- Как это? - удивлялся Лёшка.
- Чистый свет, - задумчиво бормотал дед. - Если ты разделишь круг на семь частей и раскрасишь радугой, то, раскрутив круг, получишь белый.
- Ну? - засомневался Лёшка.
- Только цвета должны быть чистыми-чистыми...
Лёшка молчал, ему не верилось, а затем спросил:
- Деда, а почему люди седеют?
- Потому что внутри темно. Темнота выталкивает свет. А куда ему деваться свету-то? Только в волосы... Когда станет совсем темно, настанет смерть.
- М-м-м... А что... что после смерти?
- Мы обретем новое зрение, и будет новый свет, новая радуга, - легко говорил дед, - на это ясно указывает красный в фиолетовом.
В год, когда дед умер, орешник засох.
Лёшка сидел на опустевшей лавочке. Пеньки лещины, канава, дом. Теперь проглядывался весь участок. Пальцы бесполезно шевелились в карманах. Под подкладкой куртки Лёшка ощутил орех. Он извлек его и держал перед глазами. Предмет, похожий на сердце, как его изображают девочки на полях тетрадок... Сердце бежевого цвета. Всё, что остается нам от прошлого.
Лёшка ткнул орех в землю, зачерпнул ладонями воды из канавы, полил.
Начиналась весна.