Представляется сразу такая пошлость, что человеку культурному и представить нельзя, как только во снах эротических с негритянкою - на чёрных губах молоко всегда белее.
- Любимая, - осторожно говорю я. - Ну, яичная колбаса - туда-сюда. Но молоко!
- А что такое? - удивлённо хлопает она ресницами.
Я ей непроизвольно подражаю, хотя и не создаю такого ветра, как она.
- Может быть, по цвету? - пытаюсь оправдать её слова, придумываю я. - Как молочный свет... Как звёздное молоко! - восклицаю я.
- Нет! - бьётся она головой о подушку, и грудь её, как скромница, выглядывает из-под одеяла. Сосок похож на любопытный глаз, вопрошающий: "А что здесь происходит? Неужели я попал на научную беседу, затрагивающую самую важную в мире тему "Яичное молоко"?".
- А как тогда? - спрашиваю я, и представляется куриное яйцо. Яичное молоко по цвету скорлупы, или яичное молоко по цвету белка, или, что совсем невероятно, яичное молоко по цвету желтка... Но простите, белок бывает двух цветов: варёный и неварёный...
- Яичное молоко, - твёрдо повторяет девушка, да так, что встают у меня и волосы на макушке и всё остальное. Я креплюсь, хотя и осторожно прижимаюсь к её гладкому бедру, чувствую прохладную кожу.
- Яичного молока не бывает, - сообщаю я ей упрямо.
- Может, и любви не бывает? - хмурится она.
Мне не утерпеть, желание истины дороже, чем какие-то чувства, я выскакиваю чертёнком из-под одеяла и пытаюсь набрать в поисковике "яичное молоко", но букв таких нет в русском алфавите. На клавиатуре есть только несколько букв, и в каком порядке их ни набирай, всё получается "любовь".
Я набираю и набираю это слово, а получается "яичное молоко". И я начинаю понимать, что это самое главное в мире. И если не веришь любимой, то и любви нет, и мира нет.
- Милый, - говорит мне она, - мне глаза разъедают слёзы.
Я отрываюсь от монитора и смотрю, как слёзы её разъели уже не только глаза, но и полголовы, да и комнаты почти нет. Есть только космос. Чёрный холодный космос без звёздного молока. Я бросаюсь к любимой, зацеловываю и шепчу:
- Яичное молоко... яичное молоко...
Всё возвращается на места свои, но в зрачках её я продолжаю видеть космос, и в полоске между обоями нечто такое кажется.
- Давай я лишу тебя яичного молока, - и она прикасается к низу моего живота.
Я просыпаюсь и распахиваю глаза, и в тот же миг она показывает мне космос своих зрачков ещё со звёздами. Мы переплетены...
- Яичное молоко... - тихо говорю я.
Она кривится, я, похоже, спугнул остатки её сна своими словами.
- Что за ерунда?! - восклицает она.
Мне в обиде хочется разлепиться, выругаться и воткнуться носом в стену. Поверить в нелепое молоко! Полночи, наверное, этому посвятил! Но я смотрю, а на дне её глаз нет угрожающей черноты.
- Да, ерунда, - соглашаюсь и сажаю бутон своих губ на светлую грядку её щеки.