Дворянская Лилия: другие произведения.

Надежда

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Надежда на счастье.

 []

Надежда

-1-

   Хорошо знакомый город вгонял в легкую депрессию. Даже в летнюю солнечную погоду он казался Наде серым и унылым. В нем ей никогда не было комфортно - летом душно и пыльно, весной и осенью грязно, а зимой очень холодно. Она уехала из него пятнадцать лет назад, сразу после школы, поступила в столичный ВУЗ, благополучно закончила его, устроилась на хорошую работу. Еще учась в университете, уговорила переехать к ней маму, вместе с которой они приобрели квартиру в ближайшем Подмосковье, где и живут в настоящее время. С тех пор в этот город она никогда не приезжала. До сегодняшнего дня.
   Ее настойчиво просила съездить мама. Той, видели ли, приснились покойные родители, которые с укоризной жаловались, что все про них забыли, никто им и цветочка не принесет. Мама почти неделю страдала и уговаривала Надю слетать и проведать бабушку с дедушкой на кладбище. Сама она только недавно сняла гипс со сломанной, неудачным падением со стремянки, ноги, и поехать не могла, вот поэтому пришлось Наде брать несколько дней отпуска и в кои-то веки побывать в городе, в котором она когда-то жила и училась в школе.
   Зарегистрировавшись в гостинице и оставив свои вещи в номере, она, от нечего делать, решила немного пройтись по вечерней набережной, которая была традиционным местом прогулок горожан. Там гуляли мамы с колясками, пожилые пары с собачками, катались на велосипедах и роликах взрослые и дети, обнимались и целовались подростки. Надя неспешно шла и думала, что здесь ничего не изменилось за столько лет, а пройдет еще столько же и все будет точно так же - те же мамы, пенсионеры, дети, подростки и собачки.
   Прогуливаясь вдоль реки, Надежда поравнялась с шумной яркой женщиной, которая облокотившись на чугунный парапет набережной, грызла семечки и громко отчитывала своего маленького сына и мужа, первого за то, что он весь перепачкался шоколадом, а второго, за то, что недоглядел за первым. Надя бросила на эту троицу быстрый любопытный взгляд и пошла дальше.
   Внезапно мама малыша замолчала, пристально посмотрела на проходившую мимо Надю, расплылась в улыбке и воскликнула:
  -- Надька? Надька Чайковская! Это ты?!
   Надя обернулась и с недоумением стала рассматривать полную сильно накрашенную женщину с черными, как вороново крыло, длинными распущенными волосами, облаченную в облегающее розовое платье, делающее ее похожей на сардельку, и не понимала кто это.
   - Если она меня знает, значит, я тоже должна ее знать, - думала она, - ну вот откуда я могу ее знать, этого я не знаю.
   Женщина подскочила, стиснула Надежду в объятиях и обдала жаркой волной таких резких духов, что защипало глаза и захотелось откашляться.
   - А ты совсем не изменилась. Все такая же, только чуточку поправилась. Я тебя сразу узнала, - заявила пышная брюнетка и переспросила, - А я? Я сильно изменилась?
   Надя натянуто улыбалась и лихорадочно пыталась понять, кто бы это мог быть, и чтобы не обидеть ее, подтвердила, что та нисколько не изменилась, а еще осторожно предположила, что поменялся только цвет волос, так точно помнила, что ни у кого из ее прошлых знакомых, не было такой иссиня-черной шевелюры.
   - Ну, надо же, узнала, узнала! - ликовала незнакомка.
   - Верка, долго ты там? - крикнул ее спутник.
   - Сейчас, - отмахнулась она и командирским тоном дала мужу указание, - Иди, купи ребенку мороженого.
   Мужчина взял чумазого мальчика за руку и направился, к стоящей неподалеку, палатке с мороженым.
   - Верка?! Верка Моргалкина?! Не может этого быть?! - поразилась Надя.
   В памяти возник образ разбитной хохотушки Верки Моргалкиной, стройной длинноногой красотки с выразительными голубыми глазами и длинными русыми волосами, первой заводилы их 11 "А". И этот образ совершенно не вязался с той женщиной, которая сейчас стояла перед Надей.
   - Моргалкина, я рада тебя видеть! - искренне сказала ей Надя.
   - Я не Моргалкина, - замотала головой Вера.
   - Неужели, ошиблась? - испуганно подумала Надежда и смутилась.
   Вера наклонилась к Наде, отчего та затаила дыхание, чтобы не вдыхать ее удушливые духи, и, снизив голос, сообщила, указывая пальцем с длинным розовым ногтем, похожим на леденец, на стоящего в отдалении мужа:
  -- Я теперь Потапова.
   Второй раз за день Надя была потрясена до глубины души.
   Во-первых, от того, что Веркиным мужем стал ни кто иной, как Андрюха Потапов, скромный стеснительный "ботаник", а во-вторых, что этот лысый дядька с усами и пивным животиком, на которого сейчас указывает Верка, и есть Андрюха Потапов.
   За какие-то полчаса Надя уже знала о Вериной жизни все, даже то, какими детскими болезнями переболели трое ее детей и то, что у нее на огороде слизни пожрали всю капустную рассаду.
   Наобщавшись с разговорчивой Верой, получив море ненужной информации и надышавшись вдоволь ядреными Веркиными духами, Надя решила, что пора потихоньку сворачивать беседу, попрощаться и направиться обратно в гостиницу. У нее начинала побаливать голова.
   - Ой, чуть не забыла самое важное! - хлопнула себя по лбу Вера, отчего один из ее розовых ногтей отвалился и упал на асфальт.
   Она внимательно посмотрела на свой палец, к которому некогда был приклеен отвалившийся пластиковый ноготь и раздосадовано протянула:
   - С этими детьми и огородом даже приличные ногти себе не сделать.
   Подняла упавшую розовую пластинку, сунула в крохотную сумочку, висевшую на плече, и продолжила:
   - У нас же завтра встреча одноклассников! Хотя зачем я тебе это говорю, ты, наверное, знаешь уже...
   - Нет, не знаю, - помотала головой Надя.
   - Как не знаешь? - удивилась Вера и растерянно похлопала густо накрашенными ресницами, - а зачем тогда приехала?
   - Ну... я здесь по своим семейным делам, - неопределенно ответила Надя, не вдаваясь в подробности.
   - Тогда я тебе официально сообщаю, - торжественно произнесла Вера, - завтра в восемнадцать ноль-ноль мы собираемся в ресторане "Прибрежный", так что подходи, будут все наши!
   Увидев, что Надя ничего ей не ответила, Вера взяла ее за плечи и распорядилась тем же тоном, что отправляла мужа за мороженым:
  -- Ты должна прийти!
   Чтобы поскорее отделаться от нее, Надя пообещала, что придет и быстрым шагом направилась в гостиницу, чтобы не встретить кого-нибудь еще.
  

-2-

   Надежда вернулась в свой гостиничный номер с четким убеждением, что ни на какую встречу одноклассников она завтра не пойдет. Съездит утром на кладбище, навестит бабушку с дедушкой, наведет там порядок и проведет свой последний вечер в этом городе в тишине и спокойствии за чтением увлекательной книги.
   Она подошла к окну и, придерживая рукой угол тяжелой пыльной гардины, с тоской рассматривала проезжающие мимо грязные машины, заросшие лопухами газоны и неспешно бредущих по улице прохожих.
   Этот город так и не стал ей родным. Да, она прожила в нем какую-то часть своей жизни, но всегда была убеждена, что придет время и она из него уедет.
   Родилась Надя в подмосковном Королёве, где счастливо жила до одиннадцати лет. Когда училась в пятом классе, ее родители развелись и мама, забрав Надю с собой, вернулась к себе на родину, в этот самый город.
   Какое счастье, что послезавтра я уезжаю домой, - думала она. - Если бы я здесь жила, то с тоски бы удавилась. А может и не удавилась, вышла бы замуж, родила троих детей, как Вера Моргалкина, выращивала на огороде капусту и морковку. Тихое провинциальное беспросветное счастье. Какой ужас!
   Она задернула гардину, взяла яблоко, книжку и прилегла на пружинистую кровать. Уткнувшись в детективный роман и прочитав первый абзац несколько раз, но, так и не поняв смысл, Надя обнаружила, что неожиданная встреча с Верой занимает все ее мысли.
   Она отложила книгу, грызя яблоко, уставилась перед собой в обклеенную желтоватыми обоями стену и начала размышлять про себя:
   - А может все-таки сходить завтра на эту встречу?! Но... я не видела никого из одноклассников уже много лет и совсем по ним не скучала.
   Надя проучилась с ними с пятого по одиннадцатый класс, но трепетных воспоминаний о чудесных школьных годах не сохранила и близкой подруги не завела. Одноклассники всегда были ей немного чужими, а спустя столько лет, еще и совсем незнакомыми. Как Вера, которую она узнала с таким трудом. Хотя, неприятных воспоминаний тоже не было - обычная школьная жизнь, со своими обидами и радостями.
   Когда она только пришла в их класс, ее приняли очень настороженно и даже первое время сторонились. Но благодаря тому, что она была со всеми дружелюбна, хорошо училась, всегда подсказывала и охотно давала списывать, вскоре стала "своей". А за то, что была симпатичной, умненькой хорошей девочкой, никогда не пыталась сбить с пьедестала первую красавицу и активистку класса Веру Моргалкину, ни с кем не ссорилась, никого не обижала, то заработала определенный авторитет и к ее мнению даже прислушивались.
   В ее классе был только один человек, которого она хотела бы увидеть вновь. Но вероятнее всего, завтра его не будет, так как он тоже всегда хотел уехать. Тот человек был слишком яркий для этого серого города.
   День заканчивался, а на завтра было запланировано много дел, поэтому поднявшись с кровати, перекусив купленным по дороге йогуртом за просмотром старого комедийного фильма по телевизору, Надежда постаралась больше ни о чем не думать, и легла спать.
   А на следующий день, осуществив все, что задумывала, Надя, без особой радости и с большими сомнениями, все-таки, пошла на встречу со своими одноклассниками, решив, что сможет уйти в любой момент.
   И вот она бредет по оживленной набережной в сторону ресторана "Прибрежный", смотрит, как по поросшему травой городскому пляжу вальяжно разгуливают толстые белые чайки, шлепая своими розовыми лапами по серому песку, и мысленно разговаривает сама с собой:
   - Вдруг, они будут интересоваться подробностями моей личной жизни и смотреть, как на ущербную, когда узнают, что я не замужем и детей у меня нет? Не буду же я рассказывать, что уже несколько лет встречаюсь с одним средней руки чиновником, который столько же лет разводиться со своей сварливой женой и никак не разведется.
   Может соврать? - рассуждала Надя. - Рассказать, что есть любящий заботливый муж-спортсмен и дочь. Нет, лучше дочь и сын. Еще собака. Нет, не буду, заврусь и только запутаюсь. Лучше ничего не стану рассказывать.
   В задумчивости она дошла до ресторана, с любопытством посмотрела на стоявших у крыльца мужчин и, никого из них не узнав, поднялась по ступенькам и шагнула в холл.
   Веру она сначала почувствовала по резкому запаху ее духов и только потом увидела. Та налетела на нее откуда-то сбоку, страстно прижала к своей сильно декольтированной пышной груди и закричала:
   - Чайковская, ты все-таки пришла! Дай я тебя поцелую!
   Надя с трудом выбралась из ее объятий и по блестящим Веркиным глазам и яркому румянцу, пробивавшемуся сквозь толстый слой тонального крема, догадалась, что та уже встречу отмечать начала.
   - Пойдем, Надюша, там уже почти все собрались! - сказала ей Потапова, бывшая Моргалкина, и потащила в зал.
   - Ну-ка, догадайтесь, кого я вам привела? - спросила она у сидящих за длинным столом людей, подведя к ним Надю.
   Надя приветливо поздоровалась с присутствующими и поочередно начала их рассматривать: кого-то узнавала сразу, кого-то с трудом, пару человек не вспомнила вовсе, решив, что потом спросит у Веры.
   - Чайковская, ну ты - красотка! - восхитился мужской голос рядом. - Совсем не изменилась, как будто вчера из-за парты вышла.
   Надя обернулась и увидела рядом с собой все еще симпатичного Рому Трубина, в которого когда-то были влюблены многие девчонки из собственного и параллельного класса. Он обошел ее вокруг, восхищенно разглядывая со всех сторон, чуть обнял за плечи, наклонился и шепотом добавил:
  -- Не то, что наши тётушки!
   Она хихикнула и поблагодарила его за комплимент.
   - Пойдем, сядешь рядом со мной, - сказал он, беря ее за руку.
   - Ну, уж нет, - схватила ее за другую руку Вера, - Чайковская будет сидеть со мной, правда, Надя?
   Надя развела руками, сказав этим Роме "уж извини, я тут не причем" и, отодвинув стул, села между Верой и Наташей Ракитиной, которой в школе постоянно давала списывать геометрию.
   - Я еще вернусь! - с интонацией Арнольда Шварцнейгера из фильма "Терминатор" сказал Трубин и пошел на противоположный конец стола, где его уже ждали бывшие школьные приятели - Миша Котов и Паша Герасименко.
   Начав общаться со своими бывшими одноклассниками, Надежда вдруг поняла, что зря не хотела идти, никто не лез к ней с расспросами, а больше рассказывали о себе, вспоминали забавные истории школьной жизни и болтали на отвлеченные темы.
   Вера заботливо подкладывала салат и закуски, сидящему рядом мужу Андрею Потапову, который в разговоре участия не принимал, а только сидел, молча уткнувшись в тарелку, и беспрерывно жевал. А его активная супруга с завидным постоянством чокалась бокалом с сидящей напротив нее Тамарой Поповой. Как выяснилось, Тамара была владелицей одного из местных салонов красоты и весь вечер она настоятельно приглашала в него Надю, вручая ей свои визитки. Надя визитки брала и складывала в сумку, решив, что позже оставит их где-нибудь.
   Присутствовал почти весь класс, за исключением пяти человек: Петя Волков, служил на Крайнем Севере, Света Ильина жила в Австралии, Костя Тропин был "в местах не столь отдаленных", Жанна Мамалых лежала в роддоме на сохранении и еще Надя искала глазами и не могла найти ее школьного приятеля, с которым сидела за одной партой, Женю Бахтина.
   - Смотри, смотри, сейчас начнется, - внезапно толкнула ее локтем Вера. - Еле уговорили его!
   Свет в зале потух, остался лишь яркий полукруг на небольшой сцене прямо напротив их стола. Заиграла веселая музыка и в этот яркий полукруг вышел франтоватый плотный мужчина невысокого роста и в каком-то немыслимом пиджаке попугайской расцветки - на огненно-красном фоне располагались зеленые и синие завитушки.
   - Это наверно, шоу-программа, - решила Надя и приготовилась смотреть.
   Мужчина вел программу очень профессионально: шутил, пел песни, устраивал конкурсы, Надя насмеялась до слез, как и все остальные.
   Когда он ушел на перерыв, сменив свое выступление живой музыкой, а в зале вновь зажгли свет, уже порядком захмелевшая Вера, облокотившись на Надю, спросила ее заплетающимся голосом:
  -- Ну что, узнала?
  -- Кого? - удивилась она.
  -- Как кого? Его! - сказала Вера и указала рукой на сцену, где в это время некая девушка исполняла джазовую композицию, - Женьку Бахтина.
  -- О Господи! - радостно изумилась Надя, - это Женька?!
  -- Ну да, он самый, - подтвердила Вера, снова наполняя свой бокал.
   Она сделала глоток, закусила виноградиной и продолжила:
  -- О-о-о, он в нашем городе самый известный... этот, как его, - пощелкала Вера пальцами.
  -- Тамада! - подсказала ей Тамара.
  -- Да какой тамада, - отмахнулась Потапова и икнула, - Вспомнила! Шоумен! Еле уговорили прийти к нам, но от денег он отказался, попросил только оплатить работу его команде. Не вопрос! Ромик оплатил. Ромик нас спонсирует! Торговой фирмой владеет. Большой человек стал, наш Ромик! И Женька хороший парень, но, - скривила она губы, - ... гомик. Забавно, Ромик-гомик! Ой, нет, Ромик не такой, это Женька такой. Почему я не стала с Ромкой тогда встречаться? Сейчас бы как сыр в масле каталась, а не кредиты выплачивала.
   Прервав нетрезвые рассуждения Веры, Надя удивленно переспросила у нее:
   - А с чего ты решила, что Женя... такой?
   - Ты чё, Чайковская? - выпучила на нее удивленные глаза Верка Потапова, - ты только посмотри на него, как он одевается, сразу все понятно. Жены у него нет, да и с девушкой никто никогда не видел.
   - Не видел! - подтвердила Наташа Ракитина.
   - Вы же дружили в школе! - вспомнила Вера. - Ну, скажи, он хоть раз пытался тебя поцеловать?
   Надя задумалась: да, действительно, не пытался. Она сама однажды поцеловала его в щеку, так он чуть чувств не лишился.
   Приняв Надино молчание, как подтверждение своих слов, Потапова выставила указательный палец, на это раз без накладных ногтей, и многозначительно произнесла "Во-о-от!".
   Женя выступал еще раз, но Надя больше не прислушивалась к его шуткам, она просто смотрела на него и недоуменно думала:
   - Неужели это правда?!
   После завершения развлекательной программы, когда Бахтин стоял в углу, о чем-то разговаривая с музыкантами, Надежда решила подойти и поздороваться с ним. Она встала за его спиной, дождалась, когда закончится беседа и произнесла:
  -- Женя, здравствуй!
   Он обернулся, расплылся в улыбке и радостно ответил:
   - Надя, дорогая моя, Наденька, как же я счастлив тебя видеть! Я не знал, что ты будешь здесь!
   - Я и сама не знала, Жень, - пожала она плечом, - Приехала по делам, вчера случайно встретила Веру и она сообщила мне об этой встрече.
   Спохватилась и предложила:
   - Ой, а чего мы здесь стоим, пойдем к нам!
   Женя обвел глазами сидевших за столом людей и серьезным голосом ответил:
  -- Нет, не хочу. Я уже собрался уходить.
  -- Ну, тогда и я с тобой, - сказала Надя, - вернусь в свою гостиницу.
   Уточнив, где она остановилась, Женя вызвался ее проводить. Они договорились встретиться на улице, и Надя пошла за сумочкой, оставленной на стуле, где она сидела.
   Вера уже дремала, подперев рукой голову, ее муж играл в какую-то игру на телефоне. Попрощавшись с одноклассниками и, взяв очередную визитку Тамары, Надя вышла из душного зала на свежую от вечерней прохлады улицу.

-3-

  
   - Ты это куда?! - преградил ей дорогу внезапно появившийся Рома Трубин, - Мы же еще не станцевали с тобой!
   Правой рукой он сжал ее ладонь, левую руку положил ей на поясницу и закружил в импровизированном танце. Надя вырывалась, но Рома крепко ее держал.
   - Надюша, пойдем к тебе в гостиницу, - жарко шептал он, обдавая запахом алкоголя.
   - Ромка, уймись, - возмущалась она, пытаясь отцепить его руки от себя, - Забыл, как я в школе тебе по мордасам надавала?! Я и сейчас могу!
   - Трубин, руки от нее убери! - прозвучал рядом грозный оклик.
   Роман остановился, медленно повернулся, увидев Женю, выпустил Надю и в притворном испуге прикрыл свои глаза рукой.
   - О Боже, мои глаза! - пафосно воскликнул он. - Я ничего не вижу! Ты лишил меня зрения, ослепительный ты наш! Ты победил, так забирай себе эту принцессу-недотрогу.
   Хрипло засмеявшись, он добавил:
   - Если знаешь, что с ней надо делать.
   После этих слов, Трубин приложился влажными губами к Надиной щеке, развернулся и нетвердой походкой вернулся в ресторан.
   - Дураком был, дураком и остался! - заключила Надя, вытирая тыльной стороной ладони Ромкины слюни со щеки.
   - Ну, пойдем, прогуляемся, я провожу тебя, - уже спокойно сказал Женя, жестом, приглашая Надю проследовать за ним.
   Они неспешно шагали рядом, как в старые добрые времена, когда еще учились в школе, и разговаривали.
   - Чем ты занимаешься? - спросил он.
   Надя, ответила, что закончила финансовый университет и работает экономистом-аналитиком в крупном инвестиционном холдинге.
   - Тебе нравится копаться в цифрах? - удивился Бахтин.
   - Мне нравится отгадывать загадки этих цифр, строить прогнозы и следить за тем как они свершаются, - с милой улыбкой ответила она.
   - Значит, ты любишь разгадывать загадки, - задумчиво протянул Женя и замолчал, на некоторое время, что-то обдумывая.
   - Я думала, что тебя уже нет в городе, - сказала Надя, нарушив паузу в их разговоре.
   - Нет, я пока еще здесь, но вскоре все может поменяться, - уклончиво ответил он.
   - А чем ты занимался до того, как стал местной знаменитостью? - поинтересовалась она.
   - Не поверишь, - усмехнулся Женя, - Учился на психолога. В институте начал участвовать в самодеятельности, дальше как-то само пошло - сначала свадьбы вел, потом вечеринки. Сейчас организовываю корпоративы и городские праздники.
   - А почему согласился во встрече участвовать? Я заметила, что... тебе не очень хотелось это делать, - осторожно спросила Надя.
   - У меня один заказ на этот день сорвался, - объяснил он, - А мои ребята рассчитывали. Я просто дал им возможность подзаработать.
   - Я слышала разговор... - начала она и тут же осеклась, - если решишь, что это не мое дело, то не отвечай, - и, увидев, что он приготовился ее слушать, продолжила, - что ты отказался от оплаты за мероприятие.
   Женя криво усмехнулся, посмотрел наверх в серое вечернее небо, помолчал, затем повернув голову и глядя ей прямо в глаза, резко сказал:
   - Ромка, торгаш. Он считает, что стоит ему пошелестеть купюрами, и все будут прыгать перед ним, как дрессированные мартышки. Он оплатил тот ресторан и работу моих ребят, но зато лично Я - Трубину ничего не должен!
   Дальше какое-то время они шли молча. Надя удивлялась про себя, оказывается, Бахтин принципиальный и гордый, а еще, что, скорее всего, он не может простить Ромке его школьные насмешки.
   Внезапно Жене на плечо, откуда-то сверху опустилась маленькая зеленая гусеничка. Надя увидела ее и протянула руку, чтобы убрать, но заметив, как от ее жеста, Женя странно дернулся, лишь сказала, показывая пальцем:
  -- У тебя там гусеница.
   Женя скосил глаза и расплылся в довольной улыбке:
   - Гертруда, краса моя ненаглядная, а я уже начал переживать, куда ты делась?!
   Надя сначала смутилась, но поняв, что он обращается к гусенице, прыснула со смеха.
   - Гертруда - это Надя, Надя - это Гертруда, - познакомил он их, двигая плечом, где находилось насекомое.
   - Рада, вас видеть, Гертруда. Вы отлично выглядите. Зеленый вам к лицу, - дурачилась Надя, разговаривая с гусеницей.
   Женя внезапно снова стал таким, каким его помнила Надя - милым и смешным.
   Остаток пути они прошли весело хохоча, подшучивая и разговаривая с гусеницей.
   На языке у Надежды вертелся не совсем тактичный вопрос, но она стеснялась его задать.
   Дойдя до гостиницы, Женя сообщил, что они с Гертрудой не смеют больше занимать Надино время и раскланиваются.
   - Ой, а где же Гертруда? - удивилась Надя, увидев, что гусеницы у него на плече больше нет.
   Он печально оглядел свое опустевшее плечо и трагичным голосом сообщил:
  -- Мы ее потеряли!
   Внезапно он погрустнел и серьезно спросил:
   - А с тобой мы тоже снова потеряемся?
   На что Надя, копаясь в сумочке и доставая блокнот и ручку, усмехнувшись, ответила:
   - В отличие от безвременно покинувшей нас Гертруды, меня ты всегда сможешь найти.
   Она записала в блокноте все свои контакты, оторвала листок и передала ему.
   Женя взял страницу блокнота и лицо его заметно просветлело.
   И вот Надя уже совсем было решилась задать мучавший ее вопрос, как Женя посмотрел на часы и сообщил:
   - Ну, я пойду. Поздно уже. А то меня дома Стасик совсем заждался.
   - Стасик заждался, - мысленно повторила она и коротко ответила ему, - В таком случае, пока!
   - До встречи, Наденька. Теперь точно не потеряемся, - помахал он ей блокнотным листком и зашагал прочь.
   Она проводила его взглядом и зашла в холл гостиницы.

-4-

  
   Женя Бахтин. Милый забавный Женька, они когда-то дружили, - вспоминала Надя уже лежа в кровати и глядя в темный сумеречный потолок, - Она доверяла ему все свои секреты, плакала в плечо, советовалась в любовных вопросах. Он всегда ее внимательно выслушивал, успокаивал, давал дельные советы и всегда смешил.
   Женька тоже был приезжим. Его дед - военный моряк, служил на Дальнем Востоке, а после выхода на пенсию вернулся с семьей на родину. Так Женя появился в их классе.
   Когда он впервые пришел, Надя болела, а вернувшись в свой 9 "А" она с удивлением обнаружила новенького - пухлого настороженного парня в больших очках. Он сидел на первой парте, на которую никто не хотел садиться, потому, что была прямо перед учительским столом и, стойко переносил насмешки одноклассников. Особенно доставалось ему от любимчика девчонок и учительниц Романа Трубина, тот обращался к нему не иначе, как "эй ты, жиртрест", а отсутствие какой либо реакции со стороны Бахтина злило его еще больше и он отпускал в отношении того едкие, обидные замечания, под одобрительные насмешки остального класса.
   Поведение Трубина Надю возмущало, и она даже выговаривала тому, чтобы он оставил новенького в покое, хотя, как и прочие, ему симпатизировала. Самого же Женьку считала не способного постоять за себя рохлей и немного жалела. Но однажды она стала нечаянной участницей ужасного разговора, который произошел между Бахтиным и Трубиным и это событие, полностью поменяло ее отношение к ним обоим.
   Произошло все во время занятий по физкультуре, в то время, когда класс бегал по стадиону на лыжах, она неудачно упала и подвернула ногу, поэтому была отправлена в медпункт, после которого решила вернуться в класс и там подождать следующего урока.
   Подходя к классу, она услышала доносящиеся из него голоса, принадлежавшие, как она поняла, прогуливающим урок, Роме и Жене. Терзаясь от мук совести за подслушивание, но с побеждающим их любопытством она осталась за неплотно закрытой дверью и стала слушать разговор, тем более, что речь шла о ней.
   - Ты жалкий фигляр, Трубин, - говорил Бахтин, - Ты пустышка, тебе никогда не заинтересовать такую девушку, как Надя Чайковская. Тебе даже хорошие оценки ставят, за то, что твои родители заваливают учителей подарками.
   - У меня по крайнее мере есть родители, - цинично ответил Трубин, - А твоя мать родила тебя, посмотрела на такого жирного урода и отказалась, подкинув своим родственникам.
   - Не смей, так говорить! Не смей, тебя это не касается, - с яростью в голосе прохрипел Женя.
   - А что ты сделаешь мне?! Ударишь?! - смеялся Ромка. - Ну, попробуй, только сначала догони.
   Надя услышала топот ног, шум сдвигаемых стульев и парт, смех Трубина и голос тяжело дышавшего Жени:
   - Отдай очки, подлец. Я плохо вижу.
   - А зачем тебе очки? - насмехался над ним Роман. - Ты своего отражения в зеркале еще не пугаешься? Да не одна нормальная девчонка и близко к тебе не пойдет, тебя никто не любит, ты никому не нужен, даже собственной мамочке был не нужен.
   Женя вылетел из класса пулей, не разбирая дороги и никого не замечая вокруг, побежал по лестнице вниз.
   Впервые Надя осознала, какой Трубин на самом деле самовлюбленный и жестокий, а еще ей очень было жалко несчастного Бахтина.
   Она решительно зашла в класс, подошла к обрадованному ее появлению Роману и выхватила очки Жени у него из рук со словами: "ты, Трубин, и есть настоящий урод!". Затем гордо вышла в коридор, оставив недоуменного Романа в одиночестве и спустилась в раздевалку, где надела шапку, куртку и пошла разыскивать Женю, чтобы вернуть ему очки.
   Женька обнаружился на заднем дворе школы, он сидел на перевернутом деревянном ящике у заколоченного "черного" входа, где иногда курили старшеклассники с завхозом, и смотрел в стенку, отвернувшись от всего мира.
   - Жень, - осторожно позвала его Надя.
   - Уходи! - рявкнул, не оборачиваясь, Бахтин.
   - Жень, я очки твои принесла.
   - Оставь их и уходи, - резко произнес он и почти прокричал, - Оставь меня в покое, оставьте все меня в покое!
   - Послушай, Бахтин, - спокойно ответила на его истерику Надя, - Трубин дурак и моральный урод и если ты сейчас не вернешься в класс, он решит, что ты слабак и можно издеваться над тобой и дальше.
   Женька обернулся к ней и она, тактично не заметив его покрасневших глаз, нацепила на него очки.
   - Пойдем! - требовательно сказала она, кивнув головой в сторону школьного здания, - у нас "история" сейчас начнется.
   - Иди, Надя, одна, - уже спокойно и чуть растерянно произнес он, шмыгая носом, - Я немного посижу и приду.
   - Ну как знаешь. Я тогда предупрежу училку, что ты задержишься, - бросила она напоследок и заспешила к началу урока.
   Когда Женя вернулся в класс в середине урока, то с удивлением обнаружил, что за его партой с невозмутимым видом сидит Надя.
   - Что ты здесь делаешь? - усаживаясь на свое место, удивленным шепотом спросил он.
   - Я плохо вижу со своей парты, решила пересесть поближе, - усмехнулась она и продолжила что-то писать в своей тетрадке.
   Женя обернулся назад и, поймав раздосадованный взгляд Трубина, презрительно посмотрел в ответ.
   И вот после этого случая, они c Женей начали общаться, проводить время вне школы, делать вместе уроки. Вскоре и остальные одноклассники изменили к нему отношение, а Женька перестал всех дичиться. Бахтин творчески раскрылся, без него не обходилось ни одно школьное мероприятие, а к одиннадцатому классу, он уже стал для всех "Душкой Женюшкой". У него оставались натянутые отношения только с Трубиным, с которым они время от времени обменивались колкими "любезностями".
   Даже будучи в хороших отношениях с одноклассниками, Надя и Женя все равно чувствовали себя немного "другими", по сравнению с окружающими и может поэтому держались вместе. Вместо лучшей подруги у Нади был задушевный друг Женя, с которым можно было говорить на любые темы и искать в его лице утешение в своих подростковых переживаниях.
   Она знала его печальную историю, что родная мама, родила его в весьма юном возрасте и, оставив на попечение собственных родителей, пропала в неизвестном направлении. Что мамой и папой он привык считать бабушку с дедушкой, которые сделав промашку в воспитании дочери, своего внука держали в строгости.
   Не раз его бабушка, предупреждала Надю, что если Женя будет позволять какие-то вольности в отношении нее, то ей следует незамедлительно сообщить об этом, для принятия своевременных мер. Но Женя вольности себе не позволял и теперь она начинает догадываться почему.
   Ну, надо же, - думала Надя, уже закрывая глаза и устраиваясь в кровати удобнее, - милый трогательный пухлый Женя превратился в весьма привлекательного успешного мужчину. И она, возможно, была бы не против каких-либо вольностей с его стороны, но, к сожалению, ничего подобного уже не будет.
   Надя уснула. Ей снился Женя Бахтин, вальсирующий с громадной зеленой гусеницей, наряженной в красный пиджак с сине-зелеными разводами. Сама Надя стояла в уголке, наблюдала за их танцем и тихо плакала, а Женька говорил ей:
   - Познакомься, Чайковская, это Гертруда - любовь всей моей жизни. Мы скоро поженимся. А тебе лучше быстрее уехать домой, ты мешаешь нашему счастью.
  

-5-

  
   Проснулась Надя в скверном настроении, по стеклу барабанил дождь, а серость и тоска вползали с улицы в комнату и заползали в душу, сворачивались там клубочком и оставались лежать противным холодным комком. Единственной светлой мыслью было то, что скоро она соберет свои вещи, уедет в аэропорт и забудет, что вообще сюда приезжала.
   Выпив в кафетерии при гостинице чашку растворимого кофе со сдобной булочкой, она вернулась в номер и начала складывать свои немногочисленные вещи. В сумочке обнаружились с десяток визитных карточек салона красоты "У Томы", которыми снабдила ее одноклассница Тамара Попова. Первой мыслью было выбросить их в мусорное ведро, но, подумав, Надя вложила визитки в папку с услугами гостиницы, решив, что возможно они кому-нибудь пригодятся. Окинув прощальным взглядом гостиничный номер, она спустилась вниз, села в поджидающее такси и направилась в аэропорт.
   По дороге старалась не смотреть в окно, чтобы не впадать в еще большее уныние, хотя дождь шел такой стеной, что все равно ничего невозможно было разглядеть. Таксист, молодой парень, пытался завязать с ней разговор, но увидев ее кислое лицо быстро оставил свои попытки оживить поездку и дальше они ехали молча, под доносившееся из автомагнитолы однообразное "тынц-тынц-ты-тынц".
   Внезапно Надя почувствовала, как в сумочке завибрировал телефон. Звука она не слышала из-за громкой музыки. Она достала свой телефон и увидела значок поступившего сообщения. Номер был незнаком. В сообщении было несколько слов: "Надя, удачно добраться домой. Женя". И вдруг от этого довольно формального пожелания стало так тепло и радостно, что от хандры не осталось и следа. Водитель показался ей симпатичным, дождь - успокаивающим, а город - тихим и спокойным. Только раздражающее "ты-тынц" действовало на нервы, и она попросила водителя поставить что-нибудь другое, более мелодичное.
   - Ой, вы бы сразу сказали, - спохватился он, переключая на радиостанцию, где звучала известная песня о том, что не стоит печалиться, ведь вся жизнь впереди, а следует надеяться и ждать, и пояснил, - Я сам уже так привык, что не слышу этих звуков, но они не дают мне задремать, когда я долго работаю.
   Через некоторое время, расплатившись и попрощавшись с таксистом, Надя вышла из машины и пошла в здание аэропорта, обрадованная тем, что дождь закончился. А когда она ехала в автобусе на посадку уже вовсю светило солнце. Надя думала, что все-таки поездка была успешной - она отдала свой внучатый долг, убедилась в порядке, успокоила маму, повидалась со знакомыми людьми и вновь обрела своего школьного друга Женьку, который всегда был и будет ей только другом, но самым хорошим и добрым другом.
   По прилету ее никто не встречал, мама дальше магазина у дома пока никуда не выходила, у нее еще побаливала нога, а Сан Саныч, как она называла своего любимого мужчину, был слишком занят на работе. Со слабой надеждой она обвела глазами встречающих, но, не увидев, ни одного знакомого лица, отправилась вслед за людской толпой на экспресс, отправляющийся в город, чтобы там пересесть на автобус и поехать домой.
   Ее Сан Саныч был человеком слова, если он сказал, что встретить ее не сможет, значит и надеяться, что он может внезапно поменять планы и устроить ей сюрприз, не приходилось. Они встречались уже несколько лет, как правило, на чужих квартирах, чужих дачах, в пригородных гостиницах, иногда ходили в рестораны. Он клялся в любви и обещал жениться, но... когда его сын окончит школу, а затем и институт, когда он сам получит вышестоящую должность, когда выздоровеет внезапно заболевшая жена и много еще разных "когда". Она не торопила его, ничего не требовала, а терпеливо ждала. Ждала, потому, что любила. Она привыкла проводить все выходные и праздники без него, привыкла, что они никогда не ездили вместе отдыхать, привыкла к их стремительным встречам. Да, привыкла. Но все равно плакала от жалости к себе, от невозможности повлиять на обстоятельства и надеялась, что, рано или поздно, в ее жизни все изменится к лучшему.
   По пути домой она отправила ему сообщение, что уже вернулась в город и очень по нему соскучилась. На что, спустя час получила ответ, что он тоже скучал, завтра встретит ее с работы и отвезет домой.
   Вдохновленная завтрашним свиданием Надя вышла на своей остановке и неспешно пошла домой, радуясь солнышку и теплой погоде. Подмосковный городок, где она жила, был чистым, зеленым, уютным и насквозь знакомым.
   Поздоровавшись с соседскими бабушками, гуляющими с внуками на детской площадке у дома, она зашла в свой подъезд и поднялась на этаж. Мама куда-то ушла, поэтому Надя открыла дверь своим ключом и прошла в квартиру, где вкусно пахло домом и супом.
   - Какое счастье, я наконец-то дома! - сказала вслух она, переодевая домашние тапочки и проходя вглубь квартиры.
   Входная дверь снова открылась и, чуть прихрамывая, зашла мама с полными сумками. Прямо с порога она закричала:
   - Наденька, ты уже вернулась? Мне баба Таня сказала, что видела тебя. А я пирожные купила, твои любимые. Сейчас отметим твое возвращение. Но только через мой суп!
   А Надежда и не спорила, она очень проголодалась, пока добиралась домой, поэтому с удовольствием съела тарелку борща с куском бородинского хлеба, густо намазанного сметаной.
   Пока она ела, мама вскипятила чайник, достала чашки, выложила на большую тарелку купленные пирожные и села за стол напротив дочери.
   Надя доскребла последние капли супа, встала и поставила тарелку в мойку. Сбегала за фотоаппаратом и показала маме фотографии, которые она сделала с места упокоения бабушки с дедушкой, чтобы та убедилась, что там полный порядок и беспокоится не о чем.
   Мама рассматривала снимки, а в это время Надя разливала чай и рассказывала о нечаянной встрече с Верой Моргалкиной и о том, что она теперь Потапова с тремя детьми, о том как встретилась с одноклассниками и с Женей Бахтиным.
   - Это тот славный юморной паренек, с которым ты дружила в школе? - переспросила мама, откладывая в сторону фотоаппарат и поднимая глаза на Надю.
   - Да, он самый, - подтвердила Надя, присаживаясь за стол и перекладывая себе на блюдце пирожное, - Он таким и остался, славным и милым.
   Пирожные были такими, какие любила Надя - песочные корзиночки с карамельно-сливочным кремом, посыпанные орешками и она не удержалась - подцепив пальцем часть крема, отправила его в рот и причмокнула от удовольствия.
   - Он женат? - спросила мама, подавая ей чайную ложку.
   Надя ложку приняла, но отложила в сторону, вместо этого взяла пирожное в руку, нацелившись откусить кусочек, и от неожиданного вопроса замерла, держа пирожное на весу, подумала секунду и, решив не вдаваться в подробности, сообщила, что не знает, так как не интересовалась.
   - Он мне всегда нравился, - продолжила вспоминать мама, отпивая свой чай, - Вежливый такой, воспитанный. Отец у него был жуткий солдафон и мать ему под стать, все строжили бедного парня. А что его строжить?! Он хороший был, послушный, не хулиган.
   - Они ему вообще-то дедушка с бабушкой были, - уточнила Надя.
   - Ах, ну да. Я помню эту грустную историю, - мама оперлась подбородком на согнутую в локте руку, отставив от себя чашку с чаем, - Я даже как-то сказала им, что ребенка, прежде всего, любить надо, а потом уж воспитывать, а они мне ответили на это, что такого, как он, надо держать в "ежовых рукавицах" и, что у него дурная наследственность. Бедный мальчик... - покачала она головой.
   Затем тяжело вздохнула, задумчиво посмотрела в свой чай и спросила:
   - Чем он занимается?
   - О-о-о, - протянула Надя, - он теперь местная знаменитость, организует и ведет разные праздничные мероприятия.
   - Да, да, у него всегда были эти творческие задатки. Молодец, что не замкнулся в себе. На чем вы с ним расстались?
   - В общем-то, ни на чем, - отозвалась Надя с набитым ртом. Она прожевала и добавила, - Я оставила ему свои контакты, сказала, что если он захочет, то всегда сможет меня найти.
   - Ну и хорошо, - сказала на это мама, - Кстати, мне кажется, у тебя телефон звенел.
   Надя прислушалась и так ничего не услышав, решила пойти проверить. На телефоне, оставленном на столе в ее комнате, действительно был пропущенный звонок. От Жени. Закрывшись в комнате и почувствовав легкое душевное волнение, она решила ему перезвонить. Он взял телефон почти сразу.
   - Привет, я не услышала звонка, - начала она.
   - Я только хотел узнать, как ты долетела? - спросил Женя.
   - Все хорошо, я уже дома. Только что рассказывала маме о нашей встрече. Она тебя очень тепло вспоминала.
   - Я тронут, передавай ей привет. Ты не возражаешь, если я буду иногда звонить тебе?
   - Нет что ты, я очень рада тебя слышать. Жаль, что мы не можем хоть иногда видеться, - искренне ответила ему Надя.
   - А ты хотела бы меня видеть? - с сомнением в голосе спросил он.
   - Да.
   - Я что-нибудь придумаю, - пообещал Женя и ойкнул, - Извини, но мне пора идти. Я позвоню тебе позже.
   И положил трубку.
   Кто это был? - поинтересовалась мама у вернувшейся на кухню Нади.
   - Женя Бахтин, - восторженно ответила ей дочь. - Он интересовался, как я долетела и передавал тебе привет.
   - Надо же, - всплеснула руками мама, - А может он до сих пор питает к тебе какие-то чувства?
   - Перестань, - одернула ее Надя, - мы только дружили, а теперь только общаемся. Между нами ничего не может быть.
   А сама подумала:
   - Даже если я очень этого захочу.
   - Хорошо, общайся, - ответила мама, поднимаясь и убирая со стола грязную посуду. - Только мой тебе совет, - серьезно посмотрела она на дочь, - Не посвящай его больше в подробности своих любовных историй. Пожалей его чувства. Я видела, как он страдал в школе.
   - Мама, прекрати! Ничего он не страдал.
   И увидев укоризненный взгляд мамы, подняла руку вверх и отчеканила:
   - Торжественно клянусь ничего не рассказывать Бахтину о своих любовных историях и Сан Саныче!
   После поездки жизнь потекла своим чередом: работа, встречи с Сан Санычем, спокойные выходные перед телевизором.
   Но теперь в ее жизни появились маленькие радости, поднимающие настроение. Регулярно она получала какую-нибудь весточку от Жени - сообщение с пожеланием удачного дня или доброй ночи, смс, что идет дождь или ярко светят звезды. Иногда они долго переписывались о всякой ерунде или общались по телефону.
   Это было так естественно и стало так привычно, что когда от него долго не было никаких известий, Надя начинала волноваться и звонила ему сама.
  

-6-

  
   Закончилось теплое лето, а вместе с ним спокойный, размеренный темп работы. С началом осени офис жужжал как улей.
   Шел разгар рабочего дня, постоянно звонил телефон, поступали срочные запросы и посреди этого взъерошенная Надя, пыталась сосредоточиться над аналитическим отчетом, который нужно было сдать к вечеру. Неожиданно телефон мигнул экраном, пришло сообщение от Жени: "Был в Мурманске. Красивые сопки. Лечу домой"
   Ну, надо же, - усмехнулась она, - Катается по разным городам, страну смотрит. Везет ему, а я сижу здесь, как хамелеон, у которого глаза в разные стороны смотрят.
   Женя ей рассказывал, что в последнее время его иногда приглашали вести различные мероприятия в других городах.
   Немного отъехав на стуле от стола, она взяла телефон и ответила ему: "Везет. А я нигде не была. Корплю над отчетом".
   На это пришел ответ: "Это надо исправить. Думаю. Работай дальше".
   Надя улыбнулась, прочитав сообщение, подтянулась обратно к столу и вернулась к своему отчету.
   Очередной авральный день закончился приятным вечером. За ней заехал ее дорогой Сан Саныч и они отправились в итальянский ресторан, где любили иногда бывать.
   - Надюша, ты в последнее время как-то изменилась, - сказал он, погладив ее по руке, пока они стояли на светофоре, ожидая разрешающего сигнала. - Просто светишься вся. Влюбилась что ли? - уточнил он, переключая рычаг коробки передач.
   - Да, - игриво подтвердила она и нежно на него посмотрела, - Влюбилась, в одного потрясающего мужчину!
   - Да?! - округлил глаза Сан Саныч и возмущенно спросил, - И кто же он?
   - Ты, мой дорогой! - сообщила ему Надя, тепло улыбаясь.
   Он удовлетворенно крякнул и расплылся в довольной улыбке.
   Сан Саныч был представительный мужчина сорока восьми лет и шесть из них он был ее любовником или она его любовницей. В общем, они встречались уже шесть лет.
   Припарковавшись у ресторана, он вышел, оббежал автомобиль вокруг, открыл дверцу и галантно помог выйти ей из машины. Зайдя внутрь, они расположись на своем обычном месте - в укромном уголке зала и заказали фирменное блюдо. Пока оно готовилось, они вели неторопливый разговор.
   - Дорогая моя, лапушка, - говорил Сан Саныч, заглядывая ей в глаза преданным щенячьим взглядом, - я так хочу, чтобы мы были вместе. Ты мне снишься, каждую ночь, честное слово. Но пока никак..., - развел он руками.
   - Что на это раз? - усмехнулась она, делая глоток мандаринового сока из узкого стакана.
   - Сын жениться собрался, а его избранница из очень достойного семейства. Если сейчас устроить шумиху с разводом и дележкой имущества, то это может плохо отразится на взаимоотношениях с ее семьей и поставит под угрозу счастье моего сына, - посетовал он.
   - Хорошо, я все понимаю, - со вздохом ответила Надя, потерев виски кончиками пальцев, и внезапно пропела пришедшую на ум строчку из когда-то слышанной песни: "Вся жизнь впереди, надейся и жди".
   - Ты, моя лапушка, за это я тебя и люблю, что ты все-все про меня понимаешь, - проворковал Сан Саныч, поглаживая под столом Надино колено.
   Они посидели, поужинали и уже за кофе он обмолвился, что скоро уезжает на неделю в Санкт-Петербург в командировку.
   - А возьми меня с собой, - предложила ему Надя, - у меня еще есть пара дней отпуска. Погуляем по Питеру, ты же не все время будешь работать.
   Сан Саныч внимательно на нее посмотрел, задумчиво покачал головой и пообещал подумать.
   И в этом была большая разница между Сан Санычем и Женькой. "Подумать" от ее любимого мужчины означало уклончивое "нет", а от лучшего друга - действительное решение вопроса.
   После ресторана Сан Саныч повез ее домой, по пути они свернули на безлюдную проселочную дорогу, идущую от шоссе через небольшой лесок к заброшенной деревне, и там, на заднем сидении его автомобиля долго любили друг друга.
   Сан Саныч был приятным мужчиной, хорошим любовником, за столько лет он стал совсем близким и Надя продолжала верить, что когда-нибудь они перестанут прятаться по лесам и чужим квартирам. Ей очень хотелось варить ему обед, гладить рубашки, засыпать в его объятиях, отмечать вместе Новый год и ездить в отпуск.
   В северную столицу Сан Саныч улетел без нее и даже не попрощался.
  

-7-

  
   Надя сидела на своем рабочем месте и уже пять минут неотрывно смотрела в экран телефона. Она отправила сообщение Сан Санычу еще вчера вечером, а он до сих пор ничего ей не ответил. Мало того, что не позвал с собой и "до свидания" не сказал, так еще и не звонит, не пишет и не отвечает. Она раздраженно закрыла телефон в ящике стола, будто наказывая его за то, что Сан Саныч игнорирует ее, и уткнулась в монитор компьютера, пытаясь заглушить тревожные мысли работой.
   Вскоре ей это удалось, потому, что о запертом в столе телефоне она вспомнила, уже вечером, выходя на улицу из офисного здания, где располагалась их инвестиционная компания.
   Вернувшись обратно в свой пустой, темный кабинет и вытащив из стола телефон, она с ликованием обнаружила несколько пропущенных звонком и одно сообщение. Присела в кресло, посмотрела абонента и радости у нее тут же поубавилось - и звонки и сообщение были всего лишь от Жени. От Сан Саныча по-прежнему никаких известий.
   Перезванивать Бахтину не хотелось, настроения болтать не было. Без всякого интереса она прочитала его послание, в нем он интересовался, что она делает в выходные.
   Выходные. До них еще жить и жить, долгих три дня. А что она обычно делает в выходные? Спит, стирает, убирает, готовит, ходит по магазинам, смотрит телевизор, скучает по Сан Санычу.
   Она подумала и ответила: "В выходные я отдыхаю". Пусть понимает, как хочет.
   Женя перезвонил и без предисловий спросил:
  -- Ты была в Казани?
  -- Казани? - удивилась Надя. - Нет, не была, я мало где была, в основном на курортах и то только в Анапе, Турции и Египте.
   А Женя продолжал говорить:
  -- В таком случае, я хочу познакомить тебя с этим красивым городом. В эту субботу я буду ждать тебя там. Билеты забронирую. А где именно буду ждать, ты должна догадаться сама, раз любишь загадки. Жди дальнейших указаний.
   И отключился.
   - Ничего себе, - возмутилась она. - С чего он взял, что я могу так просто сорваться и поехать неизвестно куда! А может у меня планы!?
   А затем начала мысленно спорить с собой:
   - Планы? Кого я обманываю?! Какие у меня могут быть планы?! А ведь это забавно, сорваться и слетать на прогулку в незнакомый город. Ох, Женька, умеешь ты интриговать. Ну что, здравствуй Казань!
   Мысли о потерявшемся в Санкт-Петербурге Сан Саныче сразу ушли куда-то на задний план и Надя, с большим нетерпением, начала ждать обещанную загадку, которую предстояло отгадать для встречи с Женей в незнакомой ей Казани.
   На следующий день в своем электронном ящике она обнаружила письмо с уведомлением, что на ближайшую субботу на ее имя забронированы билеты на рейс Москва-Казань, туда и обратно. А вскоре с адреса Жени поступил странный рисунок, на котором от руки был выведен ряд цифр: 1 13 1 2 18 29 19 XI и приписка "Буду ждать!".
   Надя распечатала полученное от Жени изображение и начала думать. Целый день она ломала голову, чтобы это могло значить. Залезала в интернет, вбивая цифры в строку поиска, изучала карты города Казани и все безуспешно.
   Вечером, по дороге домой, она села на свободное место в автобусе, достала уже порядком помятую картинку с цифрами и снова над ней задумалась.
   Из раздумий ее вывел детский голос:
  -- Тетенька, а что такое "алабрыс"?
   Надя подняла глаза и увидела стоявшего рядом вихрастого паренька лет десяти, он таращил на нее свои любознательные серые глазенки и удивленно спрашивал:
   - Что такое "алабрыс"?
   - Э-эм-м... - не зная, что на это ответить, протянула Надя, - Прости, но, я не знаю. А где ты услышал это слово? - уточнила она.
   Мальчик удивился еще больше и совершенно непосредственно на это ответил:
   - Я его нигде раньше не слышал, у вас прочитал, поэтому и спрашиваю.
   Тут пришел черед удивляться Наде:
  -- Где прочитал?
  -- Тут, на бумажке, - ткнул он пальцем в ее листок с цифрами, - Вот же, написано "алабрыс 11". Так что такое "алабрыс"?
   - Не знаю, это какая-то загадка, - смущенно ответила она ребенку.
  -- Алабрыс, это кот, - отозвался пожилой мужчина, сидевший в автобусе через проход от Нади и читавший газету.
  -- Кто? - одновременно спросили Надя с мальчиком, повернув головы в его сторону.
  -- Кот, - спокойно повторил мужчина, прервав чтение и посмотрев на них из-под очков, - Кот казанский: ум астраханский, разум сибирский. Не слышали? Алабрыс его имя. Знаменитый кот-мышелов, ему в Казани памятник стоит, - пояснил он и снова погрузился в чтение.
  -- Какое смешное имя, - хихикнул мальчик, я теперь своего Ваську Алабрысом буду звать.
   Обрадованная Надя, готовая расцеловать их обоих, не зная, как выразить благодарность, порылась у себя в сумочке, достала и протянула мальчику шоколадку со словами:
   - Это тебе, держи, ты меня очень выручил. Но как ты узнал, что здесь написано?
   Мальчик с тоской посмотрел на шоколад, засопел и ответил:
   - Мне не разрешают брать сладости у посторонних. А это был очень легкий шифр, просто номера букв. Мы таким еще прошлым летом с Колькой на даче переписывались.
   - Бери, - протягивала ему Надя шоколадку и подмигнула, - если тебе не разрешают, то своему Ваське отдашь.
   - Ну, если Ваське, то я возьму. Спасибо! - он схватил шоколадку и сунул в карман курточки, - О, моя остановка, - сказал он и, помахав рукой, вышел.
   - Как все просто оказалось, - думала Надя, проводив смышленого паренька взглядом через окно автобуса, - значит мы с Женькой встречаемся в субботу у памятника Коту Алабрысу. А XI, это, вероятно, время - одиннадцать часов.
   - Ни за что не признаюсь, что додумалась об этом не сама! - хихикнула она про себя.
  

-8-

  
   Долгожданный звонок от Сан Саныч застиг Надю в самолете, когда она устраивалась в кресле, застегивая ремень безопасности, готовясь с остальными пассажирами к взлету. Она достала звеневший телефон из сумки, с презрением посмотрела на экран, дождалась, когда звонок закончится, и отключила его. Портить начинавшееся приключение и умиротворенное настроение выяснением отношений совершенно не хотелось. Самолет благополучно взлетел, Надя погрузилась в чтение увлекательного детектива и уже через полтора часа Казань встретила ее ярким солнцем и не по-осеннему теплой погодой.
   Словоохотливый таксист, узнав, куда ей надо ехать, всю дорогу рассказывал ей байки про казанского кота, которые она с интересом слушала, не смотря на то, что многое сама узнала из интернета. Подъехав к месту, таксист, как выяснилось, по имени Марат, показал в каком направлении ей идти дальше, помахал на прощание рукой и уехал, а Надя, нацепила на нос темные очки и направилась на встречу с казанским котом и Женей.
   Кота она увидела первым. Огромный, почти трехметровый металлический котище лениво лежал пузом кверху в такой же металлической беседке на топчане посреди центральной пешеходной улицы. Надя подошла и, не удержавшись, погладила его по блестящему животику.
   - Я тоже так хочу, - раздался из-за ее спины знакомый веселый голос.
   - Только попроси, - отшутилась она и обернулась, - Здравствуй, Женя.
   - Привет! Я стесняюсь, - ответил ей, лукаво смущаясь, Женя.
   Одет он был не столь экзотично, как в прошлый раз, а намного проще: в обычные синие джинсы и фиолетовую футболку-поло, но на его шее красовался чудовищной расцветки ало-сине-зелено-оранжевый шарф. Рассудив, что творческой личности позволено быть немного эксцентричной, Надя решила, что шутить на тему его цветовых предпочтений в одежде вероятно не стоит.
   - Добралась без труда? - уточнил он.
   Она ответила, что ей очень понравилось отгадывать эту загадку и уверена, что хорошо проведет этот день, да еще в приятной компании.
   - У меня разработана целая программа для нашей прогулки, - пояснил Женя, - Мы посмотрим основные достопримечательности, пообедаем, еще погуляем, а потом ты поедешь в аэропорт. Мой самолет только завтра, поэтому я еще здесь задержусь.
   Надя молча слушала и, незаметно для него, рассматривала его сквозь темные стекла своих солнечных очков.
   - Раньше, я считала его просто милым и хорошим мальчиком, - думала она, - А теперь он стал вполне привлекательным мужчиной, правда со своими странностями. А у кого их нет? Теперь, когда он не носит очки, видно, что глаза у него красивые, и голос приятный, такой мягкий, спокойный. И мне с ним тоже хорошо и спокойно. Ничего не нужно ждать, ничего обещать, ничего из себя не строить, а просто наслаждаться маленькими житейскими радостями и приятным общением.
   Приняв ее молчание за недоумение, Женя проговорил:
   - Если у тебя есть возражения, мы можем много не гулять, нас же никто не заставляет?!
   Она сняла очки, убрала их в сумку и горячо заверила, что целиком и полностью доверяет его планам и готова следовать за ним, куда он поведет, без всяких вопросов и возражений.
   Тут он по-настоящему смутился, что-то нечленораздельно побормотал и велел ей следовать за ним. Его смущенный вид и легкий румянец на щеках позабавил Надю, она решила, что злоупотреблять, конечно, не стоит, но время от времени может позволить себе маленькие "шалости", лишавшие его обычной самоуверенности.
   В выходной день на улице было полно гуляющего народу. Также как и все прочие, Надя с Женей шли медленным прогулочным шагом, глазея по сторонам, по направлению к главной достопримечательности - Казанскому Кремлю. По пути Женя, как опытный экскурсовод, рассказывал о том или ином памятнике или здании. Надя увлеченно слушала и восхищенно осматривалась. Перед поездкой она тоже прочитала море информации о городе и посмотрела фотографии в интернете, но "в живую" все выглядело совсем не так, как на картинках, а более нарядно и величественно.
   Прогуливаясь, они смеялись, фотографировали друг друга на фоне красивых мест, покупали сувениры, пили чай, пробовали блюда национальной кухни в различных заведениях и чувствовали себя совершенно свободными, как дети, которые вырвались от опеки взрослых.
   Они не успели посмотреть и половины того, что запланировал Женя, но время неумолимо приближалось к вечеру, и Наде нужно было отправляться в аэропорт, чтобы не опоздать на самолет домой.
   - Жень, - начала она, когда они сидели на скамейке в парке Тысячелетия и ели мороженое, - Мне так здесь понравилось и я бесконечно благодарна тебе за то, что ты все это организовал. Для меня никто никогда не делал ничего подобного.
   - Ну что ты, не стоит, - отмахнулся он. - Я только так от всех и отдыхаю: беру пару свободных дней и еду туда, где меня никто не знает и я никого не знаю. Отключаю телефон и просто брожу один по незнакомым местам.
   - А зачем ты меня пригласил, если от всех отдыхаешь? - удивилась Надя.
   - Решил попробовать и понял, что с тобой мне гулять интереснее, чем одному, - весело ответил он, доедая эскимо.
   - Спасибо за оказанное доверие, - иронично произнесла она, поднялась со скамейки, забрала у него пустую обертку от мороженого, дошла до урны и выбросила вместе со своей.
   Вернувшись и встав напротив него, с сожалением сказала:
   - Жаль, что не выполнили твой план по достопримечательностям.
   Затем легко постучала указательным пальцем по своим наручным часам:
   - Время! Мне пора на самолет.
   - Да, - подтвердил он задумчиво, - Время обгоняет наши планы.
   Он посмотрел ей прямо в глаза и неуверенно, с какой-то грустью, продолжил:
   -Надь, ты не обижайся, но мы с тобой здесь попрощаемся. Я вызову такси, но в аэропорт с тобой не поеду. Я не умею и не люблю долго прощаться.
   - Я и не думаю обижаться, - пожав плечами, ответила она, снова достала свои солнечные очки из сумки и надела их, - ты и так достаточно для меня сделал сегодня. А впечатлений у меня теперь на долгое время вперед.
   Он вытащил телефон, набрал какой-то номер и заказал такси до аэропорта. Уточнив, где будет ждать машина, поднялся со скамейки и, не переставая разговаривать, пошел вперед. Надя проследовала за ним.
   Увидев желтый автомобиль с шашечками, Женя прекратил разговаривать, подошел к такси, открыл дверцу и уточнил у водителя довезет ли тот до аэропорта. Получив подтверждение, распахнул двери по шире, приглашая Надю присесть.
   Она подошла ближе. Некоторое время они стояли друг напротив друга, разделенные дверцей автомобиля, не зная, что делать. Обняться на прощание не решались, а жать друг другу руки было глупо.
   Вздохнув, Надя ласково улыбнулась, сказала:
   - Спасибо за чудесный день, Женя. До свидания!
   И села в автомобиль.
   Женя заглянул внутрь и пообещал:
   - Я пришлю тебе новую загадку, позже... обязательно!
   - Я буду ждать, очень! - искренне ответила она.
   Женя захлопнул дверцу, обошел машину, отдал водителю деньги за поездку и махнул рукой, чтобы они ехали.
   Машина тронулась, и в боковое зеркало Надя видела, как он стоит и смотрит им вслед.
   Доехала до аэропорта быстро, еще погуляла по нему в ожидании регистрации. На обратном пути пересматривала фотографии на экране фотоаппарата. Пока добралась до дома, наступил поздний вечер. Перебросившись с мамой парой фраз, сославшись на усталость и пообещав рассказать все завтра, без сил упала на кровать и моментально уснула.
  

-9-

  
   На следующий день Надя проснулась с тревожным чувством, что замечательное путешествие ей всего лишь приснилось. Не бывает, чтобы можно было так хорошо провести время: взять и слетать в другой город на прогулку. Нет, такого не могло быть, тем более с ней. Но фотографии и сувениры из Казани говорили, что все это было на самом деле. И этот маленький праздник организовал не ее любимый человек, а просто бывший одноклассник, друг детства, хороший человек Женя Бахтин. И в этот момент накатило какое-то жгучее сожаление, что Женя Бахтин всего лишь друг и, по-другому никак, и это было так... несправедливо.
   Почувствовав запах сваренного кофе, она встала с постели, взяла пакетик с сувенирами, и как была в пижаме, заспанная и лохматая прошла на кухню, где мама пила кофе с бутербродами и смотрела воскресные развлекательные передачи по телевизору.
   - Доброе утро, - поприветствовала она маму, дошла до холодильника и прикрепила на него магнитик с панорамой Казанского Кремля и надписью "Казань". Затем достала из пакета татарское национальное лакомство "чак-чак", поставила на стол и присела напротив мамы.
   - Ну, тебе понравилось? - спросила та, подвигая к себе сладость, открывая коробку и, отковырнув кусочек, протянула, - м-м-м, вкусно...
   Надя подперев голову обоими руками мечтательно ответила:
   - Безумно! Это так непривычно и даже уже не верится, что на самом деле произошло со мной.
   - Он что, и дорогу тебе оплатил? - поинтересовалась мама, спрашивая о Жене.
   - Да. Я предлагала ему возместить расходы, но он и слушать не захотел, сказал, что может позволить себе это, - растерянно пояснила Надя, накручивая прядь волос на палец, - Он очень... необычный человек.
   - Да, кстати, о необычностях... - оживилась мама, перестав ковырять "чак-чак", - тебя тут твой Сан Саныч разыскивал.
   - Как это? - удивленно вытаращила глаза Надя.
   - Да, представляешь, вечером звонок в дверь, открываю - там твой этот, "мужчина мечты". Нервный какой-то, говорит, что не может до тебя дозвониться и спрашивает, куда ты делась.
   - Стоит один раз провести выходные вне дома, - хохотнула Надя и удивленно спросила, - И что ты ему сказала?
   Мама усмехнулась:
   - Правду, конечно, что ты улетела в Казань. Кстати, этот магнитик, - указала она рукой на холодильник, - можешь подарить ему, а то мне показалось, что он не поверил.
   - У меня другой есть,- отмахнулась она и поторопила маму с рассказом, - Ну... а дальше...
   - Что дальше? Дальше он спросил зачем? - ответила та, - Я сказала, что к подруге на выходные. Так, что запомни эту версию и не выдавай меня.
   Надя от души расхохоталась:
   - Ничего себе, это так на него не похоже. Пойду, позвоню ему, успокою, что я вернулась и привезла ему в подарок магнитик и тюбетейку.
   Оставив маму на кухне допивать свой кофе, Надя вернулась в комнату, извлекла из сумки все еще отключенный телефон и запустила его. Спустя какое-то время на экране показались значки пятнадцати пропущенных звонков и шести сообщений. Все они были от Сан Саныча и содержали один вопрос "ты где?" с разными просьбами "ответь, перезвони, сообщи и тому подобными". Не прошло и пяти минут, как он позвонил сам.
   - Ты где? - без всяких приветствий резко спросил он, когда Надя ответила на его звонок.
   - Дома, уже приехала, - спокойно пояснила она.
   - Зачем телефон отключила? - продолжал допрашивать Сан Саныч.
   - Выключила в самолете, а потом забыла включить, - объяснила Надя и с сарказмом добавила, - Да и зачем он мне, если ты сам не отвечал и не звонил?!
   - Я был очень занят, - начал оправдываться он уже совершенно другим тоном и заискивающе предложил, - я очень соскучился, давай встретимся.
   - Сегодня? - удивилась она.
   - Да, сегодня, почему нет?! Меня приятель на шашлыки позвал, съездим, а?
   - Ну, хорошо, - все еще не приходя в себя от удивления, пробормотала Надя, - Я соберусь, пока ты ко мне едешь.
   - Жди, уже выезжаю.
   И закончил разговор.
   - Вот это да, - вслух сказала Надя и усмехнулась, - какие непривычно насыщенные выходные получаются. Субботу провела с одним, воскресенье с другим, а я оказывается ветреная мадам.
   Она привела себя в порядок и собрала сумку для поездки за город с Сан Санычем. Тот не заставил себя долго ждать, явился, счастливый, как лиса, которая увидела колобка. Поздоровался с Надиной мамой, поинтересовался ее здоровьем и, обняв Надю за плечи, уволок ее в свою машину.
   В машине он принялся целовать ее так неистово, как будто он не из недельной командировки вернулся, а как минимум из армии.
   - Все, все, прекрати, - нехотя отбивалась от его нежностей Надя, смущенно улыбаясь, - Мы стоим посреди двора, тут дети и бабушки гуляют. Поехали быстрее на твои шашлыки.
   С трудом от нее оторвавшись, Сан Саныч завел машину и выехал со двора на улицу, затем, проехав весь город, выехал на трассу и направился в северо-западном направлении.
   - Как погода в Питере, - спросила Надя, переключая радиостанции на автомагнитоле, подыскивая что-нибудь приятное и непринужденное.
   - Изменчивая, - ответил Сан Саныч, пытаясь обогнать идущий впереди пикап с мешками в кузове, - утром солнце - вечером дождь иногда наоборот.
   - Чем ты там занимался всю неделю, - развернувшись к нему в пол оборота, игриво допытывалась Надя, - да так, что у тебя не было времени ответить на мои звонки и сообщения?
   - Ну..., - протянул он, внимательно смотря перед собой на дорогу и даже не взглянув на нее, - работал. Встречи, совещания, всякое такое. Да, и неформальное общение по вечерам, а как же без этого. Приходилось. Поэтому вся командировка пролетела как один день. Ну, а ты как съездила, рассказывай, - перевел он разговор.
   Надя, довольно расплылась в улыбке и сообщила, что город ей очень понравился, она прекрасно повела время и вдоволь нагулялась.
   - С кем ты там гуляла?
   - C Женей, - не задумываясь, ответила она и осеклась.
   - Это твоя подруга? - поинтересовался Сан Саныч.
   - Уф-ф, спасибо мама за подругу и спасибо Женя, что ты не Коля, - подумала про себя Надя, - а то бы сейчас все закончилось неприятностями.
   - Да, моя одноклассница, - подтвердила она и начала вдохновлено придумывать, - мы увиделись на встрече выпускников, помнишь, я тебе рассказывала, как неожиданно туда попала, она давно переехала в Татарстан и пригласила меня в гости. Я и съездила.
   - Это не вранье, - успокаивала себя Надя, - это просто полуправда. Женя действительно просто друг, но Сан Санычу совсем не обязательно про него знать. Это будет моя маленькая тайна.
   Время в дороге пролетело быстро и вскоре они свернули с трассы на узкую асфальтную дорогу, проходившую через лес, которая в свою очередь уперлась в дачный поселок. Проехав ряд деревянных домиков, они остановились у одного из них, скрытого за высоким металлическим забором.
   Сан Саныч помог Наде выйти из машины, открыл калитку и они зашли во двор. Во дворе росли яблони. И каждая была усыпана множеством зеленых с розовыми бочками яблок, при одном взгляде на которые так и представлялся хрусткий брызжущий соком кисло-сладкий вкус. Надя не удержалась, сорвала одно и с наслаждением вздохнула терпкий яблочный дух.
   - Можете взять с собой сколько захотите, мне все равно их девать некуда, - раздался голос и перед ними появился приятный мужчина, примерно одних лет с Сан Санычем, в руках он держал шампуры и тазик с маринованным мясом.
   - Саныч, ты чего так долго едешь, я уже давно баню затопил, - спросил он и, не дожидаясь ответа, крикнул в сторону открытых дверей дома, - Лика, гости приехали.
   Из дома незамедлительно выпорхнула молоденькая девушка лет двадцати пяти с копной огненно-рыжих волос, подошла и встала рядом с ним.
   Сан Саныч представил их друг другу. Хозяина дома звали Андрей, он был давний приятель Сан Саныча, с которым, как выяснилось, они иногда ездят на рыбалку. Лика же была его третьей по счету женой, из-за которой он развелся со своей второй женой. Это уже шепнул ей на ухо Сан Саныч, иронично добавив, что жен старше тридцати у Андрюхи еще не было, поэтому, скорее всего, три - это еще не предел.
   Почему-то, после этого, стало гадко и немного жалко юную Лику. Но призвав в себе эгоистку, Надя решила не занимать голову чужими проблемами и просто радоваться еще одному хорошему выходному дню.
  

-10-

  
   В то время, когда Надя наслаждалась шашлыком, баней и компанией Сан Саныча, Женя Бахтин летел в самолете домой. Он никак не мог расстаться с фотоаппаратом, бесконечно пересматривал фотографии их с Надей совместной прогулки по Казани. Он смотрел их вечером перед сном, смотрел, пока дожидался своего рейса и теперь снова сидит и смотрит.
   Наденька. Надя Чайковская. Он до сих пор не мог понять, как такая девушка снизошла до него и почему она "тогда" начала с ним общаться. Ведь она его никогда не стеснялась, не обижала, а воспринимала, как равного. Если бы не она, то ему пришлось бы перейти в другую школу. Своим примером, она показала их одноклассникам, что он такой же, как и остальные и они поверили ей. А он всегда старался доказать ей, что она не ошиблась, что он действительно очень хороший и поступал так, чтобы ей было хорошо с ним, надежно, весело и интересно. А еще он всегда боялся и боится до сих пор сделать что-то такое, что могло бы испугать ее и отвернуть от него навсегда. Этого он бы себе не простил.
   Когда она после школы уехала учиться в другой город, он жутко переживал, а потом решил, что обязательно найдет ее, но позже, когда сам чего-нибудь достигнет. Чтобы она не пожалела, что связалась с ним когда-то. Он должен стать уж если не известным, то, по крайнее мере, востребованным и финансово-независимым.
   Это все мои комплексы, - думал Женя, одновременно показав рукой стюардессе предлагающей напитки, что ему ничего не нужно и продолжая рассматривать фотографии, - Я это знаю, но мне от этого не легче. Я даже на психолога пошел учиться, чтобы лучше в себе разобраться. Ну, что разобрался, теперь я все про себя знаю и мне с этим жить дальше.
   Он выключил фотоаппарат, откинулся на сидение и закрыл глаза.
   - Кто я для всех? - мысленно спросил сам себя Женя и сам же ответил, - Маленький смешной чудак! Чего от меня ждут? Веселье и радость. Пожалуйста, любой каприз за ваши деньги. А в остальное время, я буду тем, кем я всегда был - замкнутым одиноким человеком. Меня никто не любит, вот и я не обязан никого любить. Вот Надю наверняка кто-то любит, да и как ее можно не любить. Она привлекательная, умная, настоящая, в ней нет ни высокомерия, ни наглости, ни вульгарности. Наверняка, у нее есть какой-то мужчина, но почему не муж? Потому, что дурак. Только дурак может не замечать, какое счастье рядом с ним. А кто есть у меня? Только Стасик. Он по своему, меня любит и я к нему очень привязан. Конечно, он тот еще стервец, но зато скрашивает мое одиночество.
   Самолет пошел на посадку и Женя решил, что перед тем, как поехать домой, он заедет к бабушке. Соседка жаловалась, что та стала совсем невыносима и у нее уже заканчивается терпение за ней ухаживать. У бабушки всегда был ужасный характер, она не терпела возражений, была уверена в своей правоте и была довольно жесткой к окружающим. Как только у него появилась возможность, Женя сразу же съехал от них с дедушкой и почувствовал себя намного счастливее. И даже сейчас, когда уже давно нет дедушки, а бабушка стала немощной, он не может заставить себя вернуться и ухаживать за ней сам, иначе она изведет его своими беспочвенными обвинениями в неподобающем поведении и неполноценности. Поэтому он платит ее вечно нуждающейся в деньгах соседке, чтобы та за ней ухаживала.
   Теперь надо проверить как у них дела и успокоить соседку, чтобы она не так сильно страдала от бабушкиной придури, - рассуждал Женя. - А если она устала, то скажу, что найму сиделку, это ее быстро приведет в чувство и лишь потом дам премию. И таким образом, еще на пару месяцев будет мир и покой.
   Взяв такси, он доехал из аэропорта до дома, где когда-то жил и решил сначала решить вопрос с соседкиным терпением. Вопрос решился на удивление быстро, как всегда просто и точно так, как он планировал. Общаться с бабушкой не хотелось, он лишь осторожно заглянул в квартиру, убедился, что там порядок, а сама бабушка чистая и довольная, сидит перед телевизором и увлеченно ругает все, что тот показывает. Так же тихо Женя вышел и поехал к себе домой. Выходные заканчивались, а завтра снова начинались рабочие будни. Он уже достиг того профессионального уровня, что не он искал работу, а работа сама находила его и ее было много. Потому, что он самостоятельно готовил все программы и выступления, подбирал артистов, писал тексты и сценарии, а также решал все организационные вопросы.
  

-11-

  
   Разморенная Надя дремала на пассажирском сидении автомобиля, придерживая рукой пакет с яблоками, которые ей на прощание вручили Андрей с Ликой. Если бы завтра не нужно было на работу, они с Сан Санычем с удовольствием остались бы на их даче до утра.
   После обжорства шашлыками, русской бани и неутомимого Сан Саныча, с которым они парились вместе, ноги и руки отказывались повиноваться, в голове было пусто. Хотелось только расползтись медузой на какой-нибудь горизонтальной поверхности и спать.
   - Надюша, ты спишь? - спросил ее на удивление бодрый Сан Саныч.
   - Угу, - отозвалась она, не открывая глаз.
   - Скажи, кто и зачем придумал понедельники? - донесся до нее его веселый голос.
   - Одинокие трудоголики, - отозвалась она, - для того, чтобы мстить счастливым бездельникам.
   - А давай заболеем и завтра на работу не пойдем, - продолжал веселиться он.
   - А давай, - ответила она, не меняя позы, повернула голову и открыла один глаз, - Внезапно и вместе. И будем долго, долго болеть, лечить друг друга и снова болеть.
   Глаз закрылся и голова вернулась на прежнее место.
   Сан Саныч хохотал, она чувствовала его руку у себя на бедре, но продолжать разговор было лениво, и Надя снова задремала.
   Понедельник наступил еще тогда, когда они только подъезжали к Надиному дому и, конечно же, утром придется вставать и идти на работу. Сан Саныч проводил ее до дверей квартиры, немного потискал на пороге и отбыл восвояси.
   Она прошла в квартиру, вручила поджидающей ее маме пакет с яблоками и, решив не умываться, раз она уже намылась в бане, через силу переоделась в пижаму и забралась в постель.
   Но сон почему-то уже не шел. Надя просто лежала и вспоминала свои насыщенные выходные, событие за событием и не могла решить, какой из дней понравился ей больше и какой, она хотела бы повторить еще раз. Они были такие разные и такие удивительные. Так же, как и мужчины их устроившие.
   Теперь в ее жизни есть два потрясающих мужчины и они оба ей очень нравятся и она им не безразлична, но это только одна сторона медали, а если задуматься...
   Надя заложила руки за голову и начала размышлять:
   - С Женей у нее ничего не было, нет и не будет. Ему от нее ничего не нужно, кроме их добрых приятельских отношений. А с Сан Санычем? Ему нужно от нее только "одно", и это было, есть и будет. Но вот будет ли и у них какое-то совместное будущее - это под большим вопросом.
   В последнее время она уже сильно в этом сомневалась. За шесть лет в их отношениях ничего не поменялось, не сдвинулась ни в какую сторону. Одни только обещания и ожидания. А ведь она никогда не спрашивала его, когда он на ней женится, он сам все обещает и обещает. Если бы он не обещал, то и она бы и не ждала.
   Она даже захихикала от посетившей ее мысли:
   - А что, очень даже удобно, двое мужчин: с одним душевное единение, а с другим плотские утехи.
   Развернулась на бок, закрыла глаза и уже с грустью подумала:
   - Но почему-то все равно, тоскливо. Как там, у Гоголя в "Женитьбе": "Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича...". Эх, Женька, прояви ты ко мне интерес, я бы не думала и не страдала. А так...
   Заснула Надя, лишь тогда, когда философски убедила себя, что раз не может повлиять на обстоятельства, то будет принимать их такими, как они есть. А дальше посмотрим.
   Следующие дни полетели как один похожие друг на друга: дом-работа, работа-дом, переписка с Женей, редкие встречи после работы с Сан Санычем, после - обычные скучные выходные. С момента казанской прогулки прошел месяц, но загадок больше не было.
  

-12-

  
   В один из темных дождливых октябрьских вечеров Наде пришлось задержаться на работе, доделывая важные документы. Прихлебывая крепкий кофе из кружки, с изображением маяка и рассекающего волны парусника, Надя проверяла цифры на экране монитора и что-то пересчитывала на калькуляторе. Рабочий день давно закончился, в кабинете было пусто и работалось, на удивление, плодотворно, потому, что никто не отвлекал разговорами и телефонными звонками.
   Она так увлеклась, что не увидела, как телефон мигнул экраном, сообщив о поступлении нового сообщения.
   Сохранив файл и отправив документы на печать, Надя протянула руку и взяла лежавшую на столе шоколадную конфету, развернула блестящий фантик, откусила половину, запила кофе и вытащила из принтера еще теплые страницы с таблицами и текстовой информацией. Любовно пересмотрела свои бумаги и сложила в прозрачную папку, чтобы завтра с раннего утра передать на подпись руководителю.
   Положила в рот оставшуюся половину конфеты и только после этого взяла телефон, намереваясь написать сообщение Сан Санычу и пожаловаться, что она до сих пор на работе и сейчас ей бедняжке придется добираться домой под проливным дождем. Вдруг он приедет ее пожалеть.
   Но включив телефон и увидев новое послание тут же, на радостях, забыла о своих планах. Ей пришла новая загадка. Женя снова назначил ей встречу в зашифрованном виде. На этот раз не было никаких уточнений: и город, и место, и дату со временем ей предстояло угадать. И это было так необычно и волнующе.
   Сообщение содержало несколько фраз и картинку. Фразы были следующими: "Когда? = Площадь круга", "Куда? = Центр круга", "Где? = Периметр круга". Само же изображение представляло собой окружность, в центре которой располагался перстень с темно-желтым неоднородного цвета камнем, а по периметру шла надпись "Счастье есть идеал не разума, а воображения". Из центра круга к линии окружности шла стрелка с цифрой 28,831285.
   Она еще раз внимательно перечитала сообщение и на словосочетании "площадь круга" из глубин подсознания выплыла заученная в школе формула: площадь круга равна число "Пи" умноженное на радиус в квадрате. Она подставила в формулу указанную на рисунке цифру, сосчитала на калькуляторе, и у нее получилось число 2610,103003518.
   - Ух, ты, - подумала она, - на вопрос "когда?" вырисовывается 26 октября.
   Она посмотрела на календарь, висевший на стене, и, убедившись, что это суббота следующей недели, радостно захлопала в ладоши.
   - Ну, а если отбросить лишние цифры после запятой, то это, скорее всего, время - 10 часов 30 минут. Так, одну задачку я решила, - ликовала она. - Вот теперь нужно выяснить, куда я еду?
   Надя задумалась:
   - Центр круга, хм... В центре у нас кольцо с желтым камнем. Золотое кольцо России? Нет, в него входят несколько городов. Сомневаюсь, что мы отправимся в путешествие. Должен быть только один город. Желтый камень... Янтарь! А какой город ассоциируется с янтарем? Ну, конечно же - Калининград!
   А если нет?! - засомневалась она, - вот, уеду куда-нибудь не туда и получится как в песне "Неудачное свидание": "Мы были оба. Я у аптеки! А я в кино искала вас!".
   Захихикав своим глупым мыслям, она зашла в интернет и набрала в строке поиска "Счастье есть идеал не разума, а воображения". Это был самый первый и простой вариант подсказки, пришедший ей на ум, и она решила проверить, что на это скажет всемирная сеть. Интернет подсказал ей, что изречение принадлежит немецкому философу Иммануилу Канту и сомнений уже не осталось.
   И так, - потирая руки, - проговорила она вслух, глядя на календарь, - 26 октября я лечу в Калининград, чтобы ровно в 10.30 встретиться там с Женей у усыпальницы Иммануила Канта. Все оказалось очень просто!
   Надя встала, обвела 26 октября в календаре в кружок оранжевым маркером и, выключив компьютер, радостная и счастливая поехала домой.
   Все оставшееся до поездки время она считала и торопила дни. Женя позвонил за несколько дней до поездки, поинтересовался, догадалась ли она, куда он ее пригласил на этот раз. Она ответила, что еще в тот же вечер, как получила от него загадку и давно приобрела билеты. На его просьбу уточнить правильный ответ, отшутилась, что если ее не окажется там, где он будет ее ждать, значит, она ждет его в другом месте. Он настоятельно просил сообщить ему данные банковской карты, чтобы он мог перевести ей деньги за поездку, но Надя решительно отказалась, сказав, что сама может оплатить себе билеты, а если он будет настаивать, то она никуда не поедет. И если ему так не терпится потратиться на нее, то он может сводить ее пообедать, во время их прогулки, а она будет есть, пока не лопнет. Женя поохал, посмеялся и смирился.
   Сан Санычу она, конечно же, ничего рассказывать не стала.
  

-13-

  
   26 октября Надя благополучно вылетела из Москвы и приземлилась в аэропорту города Калининграда. Было пасмурно, но дождя не было, он начался как раз тогда, когда она, отпустив такси, пошла по направлению к месту их с Женей встречи.
   Видимый даже издалека готический кафедральный собор был очень величественный, даже не верилось, что здание было полностью восстановлено из руин только в конце девяностых годов двадцатого века. Чтобы обнаружить место захоронения Канта ей пришлось обойти собор вокруг. Женю, она увидела сразу, он стоял ярким пятном в своей красной куртке между колоннами, прижимаясь к решетке ограждения и пытаясь хоть немного спрятаться от падающих с неба неприятных холодных капель.
   Надя подошла и занесла над его головой свой зонт.
   - Здравствуй,- обрадовался он, - Я испугался, что ты потерялась.
   - Извини, я немного опоздала, - оправдывалась она и заботливо поинтересовалась, - Ты не промок?
   - Нет, просто не подумал, что может быть дождь, - усмехнулся он и поежился, - но ты взяла зонт и нас спасла.
   - Что у нас по программе визита? - весело спросила его Надя.
   - О-о-о, - протянул он, - все, что ты захочешь: концерт органной музыки, пешие прогулки по старым немецким районам или центральному парку, музей янтаря, зоопарк. Выбирай!
   - Я выбираю музей янтаря и прогуляться, если закончится дождь, - предложила Надя и немного кокетливо добавила, - От органной музыки я могу впасть в меланхолию и стану рыдать. Что ты будешь тогда делать?!
   Женя пожал плечами и, не задумываясь, ответил:
   - Буду рыдать вместе с тобой.
   Надя засмеялась:
  -- Веселенькое путешествие у нас получится.
   Дождь мерно стучал по куполу Надиного синего зонта с белыми горошинами, порывы ветра бросали под ноги опавшие листья. Они с Женей, прежде чем отправиться в музей, еще немного побродили по окрестностям и полюбовались на собор. Он забрал у нее из рук зонт и держал его так, чтобы они оба умещались под ним. Места под зонтом было мало и, чтобы никто из них не мокнул под дождем, Надя решительно взяла Женю под руку. Она почувствовала, как он напрягся, но руку не высвободил, и тогда она решила прижаться к нему чуть сильнее. От кафедрального собора они направились на остановку, чтобы доехать до музея. Бродить под дождем было, конечно романтично, но холодно и неуютно.
   Пока они шли до автобуса, Женя, вытащив свободную руку из кармана, неожиданно потрогал кончики пальцев руки Нади, той, что она, свернув калачиком, просунула под его согнутую в локте руку с зонтом.
   - У тебя руки холодные,- заключил он и предложил, - может, зайдем куда-нибудь погреемся и выпьем кофе? Времени у нас полно.
   Это был очень нехарактерный для него жест, который нанес едва видимую трещину их дружеской отстраненности. Надя даже показалось, что в этом было что-то очень личное, почти полуинтимное. Рука у него была теплая, мягкая, а от нежного прикосновения по ее коже пошли мурашки.
   - Нет, - подумала Надя, выбрасывая из мыслей навязанные Верой Моргалкиной сомнения. - Нет, нет и еще раз нет. Он совсем не такой, каким считают его, эти глупые курицы из бывшего класса. Я знаю его, может не так, чтобы очень хорошо, но у меня никогда не возникало подобных подозрений. Да, он зачастую ведет себя странно, но тому должны быть какие-то другие объяснения.
   Вскоре они выпили кофе, побывали в музее янтаря, затем пообедали в уютном ресторане и погуляли по центральному парку, благо, что дождь закончился. Но больше за весь оставшийся день не соприкасались. Надя ждала инициативы от него, а он, как будто, чувствовал себя неловко и держался на некотором расстоянии от нее, хотя при этом они не переставали весело переговариваться и подшучивать друг над другом.
   В аэропорт они поехали вместе, потому, что вылеты были с разницей всего в полтора часа. Женя улетал первым.
  

-14-

  
   Они сидели рядом в неудобных жестких креслах зала ожидания, ждали начала регистрации на рейс и разговаривали.
   - Красивый город, я бы хотела побыть здесь подольше и съездить на море, - призналась Надя.
   - С погодой не повезло. Осень. Летом здесь лучше, - ответил Женя.
   - Ты уже был здесь, раньше? - удивилась она.
   - Да, приходилось, - подтвердил он. - Я даже подумывал, чтобы перебраться сюда насовсем.
   - Что тебе помешало?
   - В тот год не стало дедушки, бабушка была в плохом состоянии, и у меня как-то не сложилось, - с грустью сообщил он, отведя взгляд в сторону.
   - А как она сейчас? - поинтересовалась Надя.
   - Стабильно невыносима, - ухмыльнулся он, - а я для нее главный раздражитель.
   - Не понимаю, - приподняв в удивлении брови, переспросила она.
   Женя скрестил на груди руки, чуть наклонился набок в ее сторону и начал рассказывать:
   - Ты же знаешь, что моя мама, произведя меня на свет, оставила младенца Женю своим родителям и пропала без вести. За что была объявлена умершей и имя ее в доме старались не произносить, а если и произносили, то с нелицеприятными эпитетами. Это была официальная для меня версия. Но уже некоторое время, бабушка не может контролировать свои эмоции, мысли и воспоминания. Поэтому среди потока откровенной ерунды и оскорблений, которыми она меня щедро награждает, мне удалось выяснить, что на самом деле все было совсем не так.
   Надя внимательно слушала то, что он говорит, чуть покачивая головой, и ей казалось, что это и есть то важное, что поможет ей лучше понять его.
   Женя продолжал:
   - Насколько я понял, Ирина, так звали мою маму, действительно забеременела очень рано, еще учась в последнем классе школы от какого-то молодого парня, возможно женатого. Тот, узнав о случившемся, быстренько переехал в другой город и адреса своего не оставил. Мама не была распущенной девушкой, просто доверилась ненадежному человеку, ей хотелось внимания, любви и ласки, а бабушка с дедушкой были слишком скупы на проявление чувств, я бы даже сказал - жестоки, но жестоки эмоционально. Они не наказывали, не били, ни лишали еды и на горох не ставили. Просто никогда не хвалили, не обнимали, не гладили по голове, лишь читали нотации.
   - Знаешь, какое самое страшное наказание было для меня в детстве? - спросил, кинув на нее быстрый взгляд и тут же отведя глаза, Женя.
   Надя одновременно пожала плечами и помотала головой из стороны в сторону, продолжая с тревогой всматриваться в его лицо.
   - Они переставали со мной разговаривать и вообще замечать меня, как будто меня не существовало. Это могло продолжаться неделями, - проговорил он с грустной гримасой.
   Так вот, - вернулся он к рассказу о своей родительнице, - убедив мою юную маму в неспособности ухода за ребенком, они оформили на меня опекунство и, забрав с собой, переехали из Петропавловска-Камчатского во Владивосток, а свою дочь они бросили совсем одну, вычеркнув из жизни, как не оправдавшую доверия и опозорившую семью.
  -- Боже мой, - ужаснулась Надя, - как так можно!
  -- Я узнал все это не так давно, попробовал найти маму, но безуспешно, - сказал Женя и замолчал. Затем перевел взгляд вниз и стал неотрывно смотреть в серый плиточный пол.
   Тяжело вздохнул и добавил:
   - Возможно, ее уже и на свете нет. Мне бы хоть что-то о ней узнать.
   - Хочешь, я покажу тебе ее фотографию? - оживился он, доставая портмоне и вытаскивая из него маленькую потрепанную черно-белую фотокарточку,
   - Вот, нашел среди бабушкиных документов, - протянул он изображение Наде.
   С крошечной фотографии смотрела круглолицая, похожая на Женю, девушка с двумя темными тяжелыми косами и грустными глазами.
   - Ты похож на нее, - отметила Надя.
   Женя убрал фото и продолжил свое повествование:
   - Да, конечно бабушка с дедушкой меня вырастили, а не сдали в детдом, но я тоже был для них не оправдавшим доверия. Они считали, что я дефективный, у меня плохая генетика и без их чуткого руководства, я непременно окажусь на дне жизни.
   Надя смотрела на него и видела перед собой не взрослого самодостаточного мужчину, а маленького пухлого мальчика в очках, несчастного и одинокого. Не сдержав эмоций, она украдкой смахнула выступившие слезы и погладила его по плечу со словами:
   - Жень... я не знала, что тебе было так плохо.
   - Да нормально мне было! - вдруг резко сказал он, отстраняясь от ее прикосновений. - Я, не для того, тебе все рассказал, чтобы ты жалела меня.
   - Я не жалею, - обиделась Надя. - Я сопереживаю, а это разные вещи. Зачем мне тебя жалеть, посмотри на себя: ты многого достиг, ты уверенный, востребованный, харизматичный.
   - Ты, правда, так думаешь? - спросил он, в удивлении приподнимая левую бровь.
   - Ну, конечно! - уверенно подтвердила она.
   Они так увлеклись разговором, что не заметили, что регистрация на Женин рейс давно началась. Он спохватился, вскочил в страшном волнении, сказал ей, что она самая замечательная на свете, наклонился, неловко поцеловал в щеку и ринулся к стойке. Надя поймала его за рукав куртки и, смеясь, попросила успокоиться, сообщив, что проводит до паспортного контроля. Оставшееся время он бросал на нее веселые взгляды и обещал придумать что-нибудь еще интересное. Прощание было теплым, он даже позволил себя обнять.
   Проводив Женю, Надежда немного посидела в одиночестве, усмехаясь про себя над неожиданными реакциями ее друга на совершенно обычные проявления симпатии. И внезапно в ее голове совершенно четко оформилась мысль, что она хочет помочь ему в розыске мамы. Все, что она знает - это примерный возраст, имя и последнее место, где она жила. Этого было крайне мало, но можно было попробовать.
   Надя вернулась домой воодушевленной и сразу приступила к поискам. Она зарегистрировалась во всех популярных социальных сетях и начала методично рассылать сообщения Жениным однофамильцам, с вопросом о том, есть ли какая-то связь между ними и женщиной по имени Ирина, которую она разыскивает. Большинство людей оказались очень отзывчивыми и ответили ей на запрос, но, к сожалению, нужной информации не было. Надя не отчаивалась, а продолжала искать.
   Пролетел ноябрь, декабрь. В эти месяцы загруженность у Бахтина была настолько большая, что, как бы он не хотел, но не мог выкроить, ни дня для их новой встречи. Лишь просил ждать спокойного января. А что ей оставалось делать?! Она ждала.
   И дождалась. Уже во время новогодних каникул они гуляли по Санкт-Петербургу. А через месяц случился смешной казус. В то время, когда Женя ожидал встречи с ней в Великом Новгороде, Надя уехала в Нижний. Когда выяснили, почему не могут друг друга найти - долго смеялись и, прогуливаясь каждый в своем городе, обменивались фотографиями и впечатлениями.
  

-15-

  
   Надина личная жизнь оставалась без изменений. Сан Саныч жаловался, что сын все откладывает свадьбу и тем самым сдерживает его решительный шаг, уверял, что если его отпрыск не женится до июня, то он сам больше ждать не станет и тогда, будь, что будет.
   А Надя все больше ловила себя на мысли, что Сан Саныч, конечно хороший, и очень близкий, но он как-то незаметно отошел на второй план. А сейчас для нее важнее совсем другой человек, которому хочется помочь, одарить своим теплом и заботой.
   И этот человек однажды возник в конце рабочего дня на пороге ее кабинета с букетиком весенних тюльпанов. Надежда даже поводила рукой в воздухе перед собой, чтобы отогнать это видение. Но Женя, никуда не исчез, а прошел к ее столу и со словами "привет, это тебе!" вручил, удивленной, его внезапным появлением, Наде букет цветов.
   Две ее коллеги, с которыми она делила кабинет и была в приятельских отношениях, с плохо-скрываемым любопытством рассматривали незнакомого гостя. Да и было на что посмотреть, он выглядел, на удивление, эффектно: аккуратная стрижка, легкая стильная небритость, темно-зеленый шарф, поверх шоколадного цвета полупальто. И радостная до ушей улыбка.
   - Ой, здравствуйте, барышни, - поздоровался он с девушками, которые бросив работу, выглядывали из-за стоящих на столе мониторов компьютеров, и представился им, - Евгений.
   Девушки пришли в себя, тоже поочередно представились и перевели вопросительные взгляды на Надю. Они знали и видели ее Сан Саныча, а об Евгении ничего не слышали. Для Нади, Женя был слишком личной тайной, и она не делилась ей с окружающими.
   Видя возникшее замешательство, Женя пояснил им, кивая на Надежду:
  -- Я ее брат.
  -- Брат? - недоверчиво переспросила его сама Надя.
  -- Двоюродный, - объяснил он девушкам, ухмыляясь и присаживаясь на свободный стул.
   Девчонки расплылись в улыбках, наперебой стали предлагать ему чай, кофе, минеральную воду, печенье, конфеты, бросая на Женю кокетливые взгляды и хлопая ресницами.
   Их поведение Надю почему-то возмутило. Она выключила компьютер, вышла из-за стола, достала свое пальто из шкафа и, накинув его на ходу, попрощалась с приятельницами и вывела Женю в холл за руку.
   Немного задержавшись в дверях, он на прощание одарил девушек обаятельной улыбкой, сказал "был рад знакомству" и незамедлительно проследовал за Надеждой.
   У лифта она сунула ему в руки свою сумку и тюльпаны, поправляя в это время шарфик и застегивая пальто на все пуговицы. Затем забрала вещи обратно и только после этого спросила:
   - Ты что тут делаешь?
   - Я тоже рад тебя видеть, - произнес он, весело на нее глядя. - Решил посмотреть, где ты работаешь.
   - Ты хоть бы предупредил, - покачала она головой и с игривой укоризной произнесла, - Ты никогда не перестанешь меня удивлять... братишка.
   - Вы отужинаете со мной, дорогая сестренка? - спросил он, галантно пропуская ее вперед в подъехавший лифт.
   Они зашли в небольшой рыбный ресторанчик, расположенный неподалеку от ее работы и, расположившись на деревянных скамеечках за столом, покрытым льняной скатертью, заказали легкую закуску и вина, в ожидании основного блюда.
   - Ты сегодня такой... красивый, - восхитилась Надя.
   Женя смутился, покрылся румянцем и пояснил:
   - У меня была встреча с клиентом. Один то ли депутат, то ли государственный муж хочет устроить полуграндиозный праздник в честь дня рождения своей жены.
   - Почему полуграндиозный? - с усмешкой поинтересовалась она.
   Женя наполнил их бокалы белым вином и объяснил, что грандиозный праздник с известными ведущими и популярными представителями шоу-бизнеса тому не по карману, а полуграндиозный означает, что будет более чем скромный ведущий, то есть он и "уже подзабытые звезды".
   Они чокнулись бокалами, отпили вино и продолжили разговаривать.
   - Вообще-то он обратился в одно агентство праздников, в котором работает мой хороший знакомый, а тот уже привлек меня.
   - Ты давно в городе? - спросила Надя, подвинув к себе мисочку с салатом из креветок, которую принес официант, и взяв в руки вилку.
   - Уже третий день, - ответил Женя, проделав тоже самое.
   - И даже не сообщил, - укоризненно сказала Надя, перемешивая салат.
   - Как это не сообщил? - запротестовал он, - Лично пришел к тебе сегодня и сообщил, что вот он я! Так, что не дуйся.
   - Ой, ладно, я не дуюсь, просто шучу, - махнула она в воздухе вилкой. - Лучше расскажи, что будет в программе предстоящего праздника, очень интересно.
   Подошедший официант забрал опустевшую посуду и принес горячее блюдо: запеченного палтуса в сливочном соусе со шпинатом. Пах палтус просто восхитительно.
   - Можно, я сначала поем, а потом расскажу, - попросил Женя, отрезая кусочек рыбы, - Я очень проголодался.
   - Угу-м, - промычала в ответ Надя, тоже поглощенная едой.
   Через некоторое время, когда с палтусом было покончено, Женя разлил остатки вина и начал рассказывать:
   - Проходить все будет в одном известном ресторане с большим банкетным залом, потому что гостей будет порядка ста человек. Сам праздник будет в цирковом стиле, соответственно будут фокусники, жонглеры, акробаты и даже дрессированные... еноты, не говоря уже о музыкальных номерах и лазерном шоу.
   - О-о-у, - протянула она восхищенно, - хотела бы я побывать на таком празднике.
   Женя поставил пустой бокал на стол, подумал, хитро глядя на нее, чуть прищурив глаза, и неожиданно спросил:
  -- Хочешь стать моей ассистенткой?
  -- Ты что, - засмеялась она, - я и пары слов со сцены сказать не смогу. Покраснею, побледнею и упаду в обморок.
   - А тебе и не придется ничего говорить, - пояснил он, - будешь красиво прохаживаться по сцене, выносить мне конверты, ну или еще что-нибудь...я придумаю. Нарядим тебя в красивое платье с пышной юбочкой, на лице маска, на голове цилиндр. Будешь для всех молчаливой девушкой-загадкой. А это идея! - сказал он сам себе.
   - Ну-у-у, слово за тобой, - выжидающе посмотрел он на Надю.
   - Я все твои предложения готова принимать безоговорочно. Поэтому мое слово - "согласна"! - решительно ответила она.
   Он поднял бровь, подался вперед и, внимательно смотря на нее, с недоверием, переспросил:
   - Прямо так и все?
   Она тоже наклонилась в его сторону и уверенно подтвердила, отвечая на его вызов:
   - Все! Если они отвечают нормам морали и уголовному кодексу!
   Женя откинулся в кресле, засмеялся и пообещал:
   - Если тебе понравится со мной работать, то я возьму тебя к себе в команду.
   - А если тебе понравится со мной работать, то знай, что мои услуги весьма дороги, - пошутила она.
   Они покинули ресторан и расстались в весьма приподнятом настроении. Предстояло еще обсудить детали, и они договорились встретиться через день, когда Женя изменит ради нее сценарный план.
   По дороге домой Надя думала, что с появлением Жени ее скучная жизнь наполнилась веселыми событиями и яркими впечатлениями. А участие в организованном им празднике, станет отправной точкой, которая изменит всю ее жизнь. Она это чувствовала и ждала перемен с одновременно радостным и тревожным волнением.
  

-16-

  
   Банкетный зал и сам ресторан поразили, неизбалованную посещением подобных мест, Надю. У нее создалось впечатление, что она попала во дворец: зал с колоннами, расписные куполообразные потолки с лепниной и большие хрустальные люстры. И все это великолепие было превращено в арену цирка, точнее, в арену была превращена только площадка сцены, а все остальное украшено гирляндами флажков, фонариков и большим количеством воздушных шаров. Вокруг сцены полукругом располагались столики на четыре и шесть человек, покрытые разноцветными скатертями: красными, синими, зелеными и желтыми. На большом экране над сценой светилась и переливалась надпись: "Леночке 25".
   Все вокруг бегали, суетились, проверяли готовность к работе. Чтобы не путаться ни у кого под ногами, Надя сидела за одним, пока еще пустым столиком, и с интересом осматривалась.
   - Ну, надо же, - думала она, - повезло же этой Леночке с мужем. Наверно сильно ее любит, раз такой праздник организовал.
   - Волнуешься? - окликнул ее, пробегающий мимо Женя.
   - Нисколько, - отозвалась она, чувствуя, что у нее холодеют ноги и спина.
   Хотя волноваться было не о чем, не такая и большая роль у нее была во всем этом действии. Стой за кулисами и выходи, когда потребуется что-то принести, подать или унести, ну еще пару раз молча подыграть Жене между выступлениями артистов. И даже хорошо, что будет в маске и парике, так она будет чувствовать себя намного свободнее и уверение.
   Еще за полчаса до приезда первых гостей все было готово, десятки раз проверено и перепроверено, приглашенные артисты прибыли и готовились к выступлению.
   Надя, стояла за украшенными серебряными звездами кулисами в своем сценическом костюме а-ля Коломбина, и смотрела в щель, как появляются первые гости и метрдотель, сверяясь со списками, рассаживает их по залу, а официанты неслышно скользя под музыку, передвигаются между столиками, разнося напитки и закуски.
   Ее костюм представлял собой короткое платье с рисунком из желтых, красных и зеленых ромбов с глубоким вырезом и пышной юбкой, рыжий парик с длинными вьющимися волосами и приколотой на нем маленькой кокетливой шляпкой, повторяющей расцветку платья, а также черную кружевную маску, закрывающую пол-лица. Когда она впервые все это надела и увидела свое отражение в зеркале, то почувствовала, как ее охватывает дух безрассудства и дурашливости. Поэтому сейчас, в свой почти что дебют, когда праздник вот-вот начнется, она не испытывала ни малейшей нервозности и была готова к любым неожиданностям.
   Зал постепенно наполнился нарядными гостями, приглашенные фотографы вспыхивали вспышками фотоаппаратов, на специальном столике в углу росла гора подарков, а в приготовленных вазонах уже не хватало места под букеты цветов.
   Неожиданно, по залу прошла волна оживления, свет на минуту погас и вдруг зажегся отдельным лучом, выхватив из темноты высокую стройную женщину в струящимся и переливающимся платье со шлейфом. Под аплодисменты присутствующих, женщина прошла к сцене, где уже стоял Женя в красном камзоле с золотыми пуговицами и черном цилиндре, изображая из себя шпрехшталмейстера, поднялась на нее по ступенькам, опираясь на галантно поданную им руку и, тепло улыбаясь, поприветствовала гостей, объявляя, что мероприятие посвященное ее дню рождения начинается.
   Надя так увлеклась, рассматривая ту самую "Леночку", именинницу, что совсем забыла о своих обязанностях. Только увидев Женин недовольный короткий кивок головы, она опомнилась и вынесла юбилярше огромный букет, составленный из разноцветных воздушных шаров.
   Елена взяла букет из ее рук и тихо сказала:
  -- Спасибо, милая.
   А Надя, разглядев ее лучше, недоумевала: да, конечно "Леночка" очень красива и ухожена, но видно, что она уже далеко не девочка и даже не девушка, причем тут "Двадцать пять"? "Двадцать пять" чего? Она хихикнула про себя, наверно сегодня ровно двадцать пять лет, как та отмечает свои двадцать пять. Фу, какая ты злая, - пристыдила сама себя Надя, - хотела бы я так выглядеть, когда мне самой будет столько же, сколько ей.
   Хозяйка торжества произвела на нее приятное впечатление, в ее поведении не было холодного высокомерия и надменности, наоборот она одинаково приветливо разговаривала, как с гостями, так и с артистами, и официантами.
   Именинница сидела за центральным столиком в компании двух мужчин и одной женщины и с нескрываемым интересом следила за представлением, лучи рассеянного света иногда выхватывали из полумрака ее восторженное лицо. Лиц остальных гостей было не видно, да и Надя не пыталась их разглядывать, она выполняла поставленные перед ней сценарием задачи и старалась больше не навлекать на себя укоризненные взгляды Жени. Никогда ранее не знавшая изнанку развлекательных мероприятий, Надя была восхищена слаженной работой всех ребят, отвечающих за техническую часть, находчивостью Бахтина и тем, что ей самой очень нравилось то, что она делает. Нет, конечно, она не собиралась бросать свою работу, та ей тоже нравилась и приносила неплохую зарплату, но в качестве разнообразия она была готова участвовать снова, если появится такая возможность.
   Спустя несколько часов развлекательная программа завершилась лазерным шоу, артисты разъехались, уехал даже дрессировщик енотов, с питомцами которого, с большим удовольствием, фотографировались гости.
   Объявив, что концерт закончен, но праздник продолжается, Женя с Надей собирались покинуть сцену и пойти переодеваться, но Елена неожиданно вновь поднялась на импровизированную арену и, взяв в руки микрофон, выразила им признательность за интересную программу и в благодарность протянула Наде корзину с шампанским и фруктами, которую держала в руке. Надя вопросительно посмотрела на Женю, тот пожал плечами, и Надя корзину взяла.
   Затем именинница продолжила говорить, что бесконечно благодарна своему любимому мужу, за то, что он организовал для нее такой волшебный день рождения, на котором присутствуют все дорогие для нее люди.
   - Милый мой, - обратилась она к мужчине, сидящем с ней за одним столиком, и поманила его рукой, - поднимись ко мне, чтобы все могли тебя увидеть.
   Мужчина поднялся, вышел из-за столика и направился к сцене, где стояла его супруга. Когда прожектор осветил его лицо, Надя от неожиданности покрылась холодным липким потом, пошатнулась и чуть не выронила из рук подарок. Мужем "Леночки" был... никто иной, как ее Сан Саныч.
   Кровь отхлынула от ее лица, руки похолодели, в груди защемило, а в глазах защипало. Первой мыслью было сорвать с себя маску и посмотреть на его реакцию. Лишь огромным усилием воли, она осталась стоять, как стояла, и сквозь шум в ушах слушать речь именинницы.
   - Вот, это мой, дорогой Сашулик, - с нежностью говорила Елена, обращаясь к гостям, - благодаря его стараниям мы с вами наслаждаемся здесь этим праздником. Я очень его люблю. Не смотря, на свою большую занятость, он не перестает удивлять меня своими задумками. Я хочу похвастаться всем вам! Саш, можно я расскажу? - поинтересовалась она у супруга. Тот рассеянно улыбнулся и махнул рукой "рассказывай".
   - Так вот, вас наверно интересует, почему здесь, - показала она рукой на светящуюся надпись над сценой, - указана цифра "двадцать пять"? Просто свои двадцать пять лет я отмечала в тот год, когда мы познакомились с Сашей и с тех пор, каждый год он поздравляет меня исключительно с двадцатипятилетием, уверяя, что я нисколько не изменилась. Я ему, конечно, не верю, - хихикнула она, - но очень признательна. Я счастлива, имея рядом такого внимательного и заботливого мужчину.
   Надя стояла истуканом, слушала все это и чувствовала себя, гаже некуда, ее даже немного мутило, а Елена все говорила и говорила:
   - Этой осенью, у нас был что-то вроде второго медового месяца, когда в годовщину нашей свадьбы, Саша повез меня на неделю в Санкт-Петербург и мы посетили все знаковые для нас места, где гуляли в молодости.
   - Боже мой, какая я дура, какая же я все-таки дура, - ругала себя Надя, - зачем я слушала все его бредни про любовь и женитьбу. А еще на что-то надеялась?! Вот, что мне сейчас делать? - спрашивала она саму себя, - Когда так хочется посмотреть ему в глаза. Ну а смысл, - судорожно думала она, - только испорчу людям праздник. Елена, она вообще ни в чем не виновата. Женя... и его репутации это выйдет боком. Нет, надо держать себя в руках. Вот же, гад, - грустно ухмыльнулась она. - Да и я хороша, уши развесила. Ой, как же выть хочется! И главное что, обидно и отвратительно ощущать себя такой безмозглой дурой, которая шесть лет верила... в мыльный пузырь.
   - Давай отпустим ребят, - остановил Сан Саныч речь своей жены. Он пожал руку Жене, взял холодную ладошку Нади и приложил к губам. Больше всего в эту минуту ей хотелось разъяренной кошкой вцепиться ему в лицо и волосы, но она, проделав все это лишь мысленно, криво улыбнулась и на ватных ногах покинула сцену и банкетный зал. Сил смотреть на все это, больше не было.
  

-17-

  
   - Ну, что отметим твое удачное выступление? - предложил Женя, поднимая вверх корзинку с шампанским, когда они переоделись и вышли на холодную улицу.
   - Нет, не хочу, мне домой надо. Я еще успеваю на последнюю электричку, - раздраженно проговорила Надя, пытаясь поскорее уйти, чтобы оказаться в одиночестве и дать волю слезам.
   - Ну, хорошо, - удивленно произнес Женя, - тогда забери свой гонорар.
   Он достал конверт и протянул ей.
   Надя, отворачиваясь в сторону, чтобы он не видел ее слез, упрямо ползущих из глаз, и не задавал ненужных вопросов, отпихнула его руку со словами:
   - Мне ничего не нужно. Считай, что я все делала только из любви к искусству.
   - Надь, я не понимаю, что случилось? Тебя как подменили. Все же хорошо было! - недоумевал Женя.
   - А все и так хорошо! - с истерическими нотами в голосе произнесла она, - А будет еще лучше! Отстань от меня, Бахтин, не приставай, мне домой надо!
   - Надя, - он схватил ее за руку, - чем я тебя обидел?
   - Да, ничем ты меня не обидел, всё хорошо, пусти, - вырвалась она.
   - Расскажи мне, пожалуйста, я не понимаю... - умолял он.
   Надя осознавала, что Женя меньше всего виноват в случившемся, но обида душила ее, негодование и возмущение накатывали все возрастающими волнами и требовали выплеска. Не совладав со своими чувствами, она обрушила всю злость, на ни в чем не повинного Бахтина.
   - Ты хочешь знать?! - с вызовом заявила она, размазывая по лицу злые слезы, - хорошо, я расскажу тебе. Только что, я узнала, что последние шесть лет была глупой куклой для развлечения. А я искренне любила того человека и верила его обещаниям, что когда-нибудь у нас будет настоящая семья. А, оказывается, нет, со мной только играли в любовь.
   Надя усмехнулась:
   - Я всегда думала, что я умная, а выясняется, что на самом деле - наивная тупица.
   Женя напряжено молчал и внимательно слушал ее неиссякаемый фонтан сбивчивого красноречия, а она продолжала говорить, не задумываясь о последствиях и не вспоминая о том, что обещала маме больше не посвящать его в свои любовные переживания.
   - Ты, представляешь, я шесть лет любила мужчину, - продолжала рассказывать она, - а он раз - и оказывается Леночкиным мужем. И главное, я раньше ее не видела и ничего о ней не знала, она была для меня просто какая-то абстрактная женщина, и вот я с ней познакомилась, а она оказалась очень милой и я больше не хочу доставлять ей неприятности. Понимаешь, получается, что я хотела разрушить ее счастье. Ты, не представляешь, как мне хотелось сорвать свою маску и посмотреть этому гаденышу в глаза, но мне было жалко ее, тебя... и я не стала этого делать.
   Надя перевела дух, судорожно вздохнула и снова заговорила:
   - Я не понимаю, зачем я вообще согласилась участвовать в этом маскараде, жила бы себе счастливо дальше, ничего не зная. Зачем ты меня в это втянул?!
   Женя ничего не отвечал, он просто стоял и слушал.
   - Хорошо, - остановила она сама себя, - нет, ты конечно ни в чем не виноват, я сама на все решилась, вот, сама и разрушила свою сказку. Если бы можно отмотать время назад, я бы предпочла ничего не знать и продолжать жить в счастливом заблуждении.
   - А все ты, - вдруг зло засмеялась она, - это с твоей подачи, я оказалась на "чужом празднике жизни". Ты, Женя, сам того не ведая, оказался собакой на сене "ни себе, ни людям". Зачем я вообще с тобой связалась?!
   Надя была настолько опьянена своими переживаниями, что не осознавала, что именно говорит и не пыталась остановиться.
   - Бахтин, - цинично спросила она, - А тебе девушки вообще нравятся? Или ты, как меня уверяли, не по этой части?
   Злой вопрос с легкостью слетел с губ, она пыталась остановить его, прикрыв ладонью рот, но было уже поздно.
   Побледневший Женя, презрительно посмотрел на нее и процедил сквозь зубы:
   - Я тоже раньше думал, что ты умная, Надя. Больше не смею мешать твоей личной жизни. Прощай, будь счастлива!
   Он поставил корзину на асфальт, развернулся и стремительно зашагал прочь.
   Тут уж слезы хлынули из Надиных глаз сплошным потоком, она захлебывалась ими и не могла остановиться. Пришло осознание того, что потеря иллюзии счастья, ничего не стоит потери дорогого человека, каким и был для нее Женя Бахтин. И она только что, своими же руками, а точнее безудержным языком, разрушила их хоть и странные, но такие искренние и светлые отношения, а еще обидела его до глубины души.
   Кое-как справившись с истерикой, она достала из сумки круглую пудреницу, рассмотрела в ней свое опухшее лицо с размазанным макияжем, попыталась его подправить, но махнула рукой и, зачем-то подхватив корзинку с асфальта, поплелась в сторону метро, чтобы доехать до вокзала и пересесть там на последнюю пригородную электричку.
   Надя чувствовала себя совершенно разбитой и опустошенной. После недавней истерики слипались глаза, ей хотелось только поскорее добраться домой, рухнуть в кровать и забыться от этого кошмара.
   Трясясь в пустом вагоне электропоезда, она, прислонившись к окну, безучастно взирала на красивую плетеную корзинку, выложенную кремовой гофрированной бумагой, в которой находилась бутылка дорогого шампанского, гроздья черного и зеленого винограда, зеленые яблоки и желтые груши.
   Этот подарок, принятый из рук законной жены ее некогда любимого мужчины жег руки. Он как будто говорил голосом Елены "спасибо, милая, что не прибрала моего мужа к рукам. Вот тебе, в благодарность бутылочку вина и веточку винограда. Большего ты не стоишь".
   Состав остановился на платформе нужной ей станции. Она вышла в темноту и зябко поежилась. Электричка тронулась, набирая скорость, двигаясь по направлению к конечной станции и увозя с собой злополучную корзинку.
  

-18-

  
   Следующим воскресным днем Надя проснулась только к обеду. Мама знала, что она вернулась поздно и не беспокоила. Вылезать из постели не хотелось, она ощущала себя очень больной, поэтому потрогала рукой свой лоб - он был горячим. Сходила за термометром, измерила температуру. Так и есть, красная линия подползла к цифре 38,6. Она действительно заболела.
   Это все от нервов решила Надя. Потому, что не было ни малейших признаков простуды, ничего не беспокоило, болела только душа. Сославшись на недомогание, она заперлась у себя в комнате и провела весь день, уткнувшись носом в подушку: то забываясь тревожным сном, то заново переживая последние события ее жизни.
   С Сан Санычем, само собой, разумеется, встречаться она больше не станет. Даже выяснять отношения не будет. А зачем? Правду она и так знает, услышать очередные фантастичные откровения не хочет.
   - А вот интересно, он сам верил в то, что говорил? - подумала она, усмехаясь про себя.
   Мысли о Жене, старательно гнала прочь. Вспоминать свое поведение было стыдно.
   Ей очень хотелось жалеть себя, погрузится в свои переживания, она призывала в памяти их счастливые моменты с Сан Санычем, но он ускользал от нее. А на ум шел только один Бахтин. Перед глазами стояло его лицо, каким она видела его последний раз - бледное, презрительное и злое. И от этого очень мучила совесть.
   Помучившись еще какое-то время, она решила ему позвонить и извиниться. Телефон он не снял. Тогда он написала ему сообщение "Прости меня, Женя! Я не хотела тебя обижать!". Ответа не последовало.
   - Ну и ладно, не хочешь со мной разговаривать и не надо! Жила же я без тебя столько лет и еще проживу, - успокаивала себя Надя, - А тебя найдется, кому утешить. У тебя Стасик есть, кем бы он тебе не приходился.
   Приняв успокоительных капель на ночь, к утру, она довольно хорошо выспалась, проснулась без температуры и, решив, что с сегодняшнего понедельника у нее начинается новая жизнь, в которой уже не будет ни сказочника Сан Саныча, ни ранимого Женьки Бахтина, с его чудачествами, отправилась на работу.
   Рабочий ритм ни на минуту не давал ей расслабиться, а загруженность не позволяла проявляться грустным мыслям. Лишь в автобусе по пути домой, она с тоской вспоминала, как время от времени после работы ее встречал Сан Саныч и вез домой, а теперь ей придется вечно ездить в общественном транспорте.
   - Хоть какая-то мне была от него польза, - грустно улыбнулась она, рассматривая унылый пейзаж за окном.
   Быстро промчались несколько рабочих дней, Надя немного пришла в себя, но неожиданный звонок от Сан Саныча снова лишил ее душевного покоя.
   Собираясь однажды с работы домой, она сидела за столом и подкрашивала губы, смотрясь в зеркальце от пудреницы, как неожиданно зазвонил телефон и высветился номер Сан Саныча, с которым она недавно рассталась, уже немного успокоилась и заставляла себя забывать о нем. Но парадокс был в том, что он-то об этом даже не догадывался! И ему нужно было об этом как-то сказать, а делать этого совсем не хотелось! Поэтому, она решила пока просто потянуть время и трусливо его игнорировать.
   - Может номер сменить? - думала она, разглядывая его имя на экране, - А что толку? Тогда уж сразу работу, внешность и место жительства, чтобы наверняка. Нет, я не готова на такие жертвы. Рано или поздно, нам все равно придется объясниться, я не могу избегать его вечно. Надо подумать, что ему сказать, а пока просто затаюсь, сколько получится.
   Сан Саныч настойчиво звонил весь следующий день, писал сообщения, которые Надя уничтожала, даже не читая, а в пятницу вечером подкараулил ее около работы, когда она шла по направлению к метро.
   - Надюша, ты почему меня игнорируешь? - внезапно преградил он ей дорогу, - Я звоню-звоню, пишу-пишу, а в ответ тишина. Случилось что-то?
   Не смотря на то, что она прогнозировала такое развитие событий, встреча с Сан Санычем оказалась для нее неожиданной, хоть все последнее время она думала над тем, что ему скажет, чтобы прекратить их отношения.
   - Здравствуй, Сашулик, - произнесла она, услышанное ранее обращение его жены к нему, - Да, случилось!
   Сан Саныч вздрогнул, похлопал глазами, но ничего на это не ответил, а лишь обнял ее за плечи, увлекая куда-то за собой со словами:
   - Пойдем, расскажешь мне в машине, а то я весь замерз, пока ждал, когда ты с работы выйдешь.
   Надя выкрутилась из его рук и решительно заявила:
  -- Я не пойду с тобой в машину!
  -- Почему? - удивился он.
  -- Не хочу, - ответила она.
  -- Лапушка моя, какой бешеный клоп тебя укусил? - недоумевал Сан Саныч. - Ну не хочешь в машину, пойдем кофе попьем. Мне холодно, - канючил он, - ручки замерзли, ножек не чувствую, вот заболею и умру. Что будешь делать?
  -- Поплачу на твоей могилке, - съязвила Надя. - Ладно, пошли пить кофе, нам все равно надо поговорить.
   Она решила, что лучше скажет ему все в общественном месте, чем останется один на один в его машине, где он будет к ней приставать, а у нее может и не хватить моральных сил ему противиться. А раз она все решила, то надо идти до конца и рубить их связь одним махом, потому что бесконечно быть на вторых ролях это не для нее.
   Народу в кофейне, куда они зашли, было много, но им удалось найти свободное местечко для важного разговора.
   - Так, и о чем ты хотела со мной поговорить? - спросил Сан Саныч, возвращаясь от стойки, где оставил заказ на кофе и булочки.
   Он опустился за стол, серьезно на нее посмотрел и настороженно спросил:
   - А ты случаем не того... пополнения в семье не ждешь?
   Это был настолько нелепый вопрос, что Надя расхохоталась.
   - А если и так, дальше что? - сквозь смех спросила она.
   Не знаю, - пожал он плечами, - Дал бы малышу свою фамилию, помогал бы вам финансово.
   - Вот-вот, - с грустью сказала она, еще раз осознав бесперспективность их отношений, - Помогал бы нам... А мне не нужна только финансовая помощь, мне хочется участия в моей жизни. Чтобы рядом со мной был мужчина и только мой мужчина.
   - Надюша, ты же понимаешь, что сейчас никак, я же тебе все уже объяснял, - запротестовал Сан Саныч, забирая с подноса подошедшей официантки кофе и еще теплые творожные слойки.
   Он передал Наде чашку и блюдце с выпечкой, а вторую чашку с блюдцем взял себе.
   Надя отодвинула от себя кофе, скрестила руки, положив на стол локти, и с усмешкой смотрела, как он одним махом проглотил две слойки, запил кофе и с жадностью смотрит на ее порцию.
   - Ешь, я не буду, - разрешила она.
   - Спасибо, ты настоящий друг, - поблагодарил он и быстро умял последнюю сдобу.
   - Вот об этом я и хотела с тобой поговорить, - наконец решилась она, - я хочу, чтобы наши отношения стали просто дружескими.
   Сан Саныч, от неожиданности подавился и закашлял.
   Прокашлявшись, он переспросил:
   - То есть как, дружескими?
   - Очень просто, - ответила она, - мы будем здороваться с тобой при встрече, но постараемся, чтобы этих встреч больше не было.
   - Ты меня бросаешь? - испугался он, - Но почему?
   Она долго думала, что будет ему говорить, как поведет беседу, расскажет, что случайно познакомилась с его женой, постарается объяснить, что при этом почувствовала. Объяснит, что тоже заслуживает счастья, а не просто маленьких счастливых моментов урывками. Что она хочет о ком-то заботиться, любить, ругаться, мириться, жить настоящей жизнью, а они с ним застряли на определенном уровне их отношений и никакого дальнейшего развития не будет и они оба это знают и много всего еще. Но неожиданно для самой себя произнесла:
  -- Я люблю другого человека!
   Это сорвалось с языка так легко, что она сама удивилась и произнесла еще раз, чтобы подтвердить и убедиться в правдивости своих слов:
  -- Люблю другого мужчину.
   - А как же я? - недоверчиво вглядываясь в ее глаза, спросил Сан Саныч.
   - Ты? - переспросила она, - У тебя и так все отлично и ты прекрасно это знаешь. И я теперь это тоже знаю. Ты замечательный человек и я тебя любила, мне было хорошо с тобой, но прошу тебя, отпусти меня, я тоже хочу стать счастливой. Я понимаю, что тяжело, но надо принять решение и отпустить друг друга. Я уже все для себя решила!
   Сан Саныч резко встал, посмотрел на нее свысока, холодно сказал:
   - Ну, раз ты решила, уговаривать не буду! Будь счастлива! Если что, ты знаешь, где меня искать.
   И покинул кафе.
   Надя облегченно вздохнула, сходила, заказала себе еще кофе и пирожное.
   Затем вернулась за свой столик, достала телефон, открыла список контактов, выбрала нужный и... удалила номер Сан Саныча.
   Девушка в переднике с логотипом кофейни принесла поднос с ее заказом, Надя поблагодарила, забрала у нее кофе и сливочную корзиночку, надкусила пирожное и с блуждающей на губах рассеянной улыбкой, с нежностью мысленно произнесла "Я тебя люблю, Женя! Очень! И сделаю все, чтобы ты простил меня".
  

-19-

  
   Женя боялся оставаться один на один со своими мыслями, поэтому делал все возможное, чтобы загрузить себя работой так, чтобы ни на что больше не хватало сил. Но они все равно одолевали его, нагло лезли в голову и особенно беспардонно заявлялись вечером, перед сном.
   - Ну как же так, ведь все шло хорошо, - думал он, сидя за столом у себя на кухне с бокалом коньяка в руках. Пить он не умел и не любил, но в последние дни спиртное помогало лучше засыпать и спать без сновидений.
   В кухне стоял полумрак, она освещалась только работающим телевизором, прикрепленным к стене, где шли вечерние новости. Телевизор он не смотрел, но производимые им звуки и свет разбавляли темноту и тишину дома, создавая ощущение, что он не один.
   Общение с Надей тоже наполняло теплом и светом его душу, а жизнь смыслом. Она стала его маяком, еще со школы, тем самым огоньком, светящим в темноте, который дарит надежду и спасение и к которому он стремился, преодолевая все невзгоды и борясь не только с жизненными сложностями, но и со своим сомнениями, страхами и комплексами.
   Он всегда надеялся, что они встретятся вновь, а когда это произошло, то был неимоверно счастлив и попытался сделать все возможное, для того, чтобы стать ей интересным и хоть немного нужным.
   А выяснилось, что он был не просто ненужным, но и послужил помехой, внеся разлад в ее близкие отношения с тем мужчиной, для которого, по иронии судьбы, организовал этот, будь он неладен, праздник.
   Женя осушил бокал, поморщился, поставил на стол и оттолкнул его от себя.
   - Понятно, что она любит того мужика, - продолжал мучить сам себя Бахтин, - конечно, он самоуверенный, респектабельный, с деньгами. Да, конечно ей неприятно столкнуться с правдой вот так нос к носу, но они помирятся, а может он когда-нибудь и женится на ней, все бывает. Она хорошая и достойна счастья. Я бы тоже мог сделать ее счастливой, но она ясно дала понять, что сожалеет о том, что связалась со мной.
   Он поставил локти на стол и обхватил свою голову руками. Как она спросила: "а тебе вообще девушки нравятся или ты не по этой части?". Он грустно усмехнулся. Да, он знал, что за его спиной шепчутся, знал, что именно про него говорят "за глаза". Теперь этим никого не удивишь, это даже модно. Но услышать такое от нее?! Он так старался, чтобы она все поняла сама, а она не поняла. И это было горько.
   Руки выпустили голову, а кулаки опустились на стол, так, что бокал подпрыгнул на деревянной поверхности.
   - Нет, не нравятся мне девушки, - в отчаянии произнес он. - Не нравятся! Мне ты нравишься, Наденька, только ты!
   С девушками Женя предпочитал знакомиться в других городах, лучше, если временная подруга оказывалась замужней. Так было вернее, что она не станет обременять его отношениями. Хотя однажды, на заре его карьеры у него были длительные отношения, тогда он даже думал, что у них все серьезно и подумывал о том, чтобы сделать предложение.
   Та девушка была симпатичной, глупенькой или умело прикидывалась ей, хотя нет, на самом деле была не слишком образованной, но тогда она казалась ему наивной и трогательной. Она любила рестораны и шумные вечеринки. Ей льстило, что у нее известный многим в их городе молодой человек и таскала его с собой на все свои встречи, мероприятия, тусовки и прочее. Женя, устававший от шума и внимания, любил более спокойный отдых, иногда ему требовалось вообще побыть одному. На этой почве у них постоянно возникали конфликты. Однажды он понял, что стал для своей подруги кем-то вроде карманной собачки, которую заводят только для того, чтобы похвастаться окружающим, не принимая во внимание мнение самого питомца, хочет он этого или нет.
   Конец их отношениям положил, как не странно, Стасик. Когда он впервые появился в доме у Жени, то сильно возмутил своим присутствием его избранницу, та в ультимативной форме поставила требование: или она, или Стасик. Женя выбрал Стасика, о чем ни разу не пожалел.
   Скорее всего, те, первые слухи и распустила обиженная на него бывшая подруга. Достоверно об этом ему не известно, так как в скорости она вышла замуж, уехала из города и о ее дальнейшей судьбе он ничего не знает.
   Женя встал, подошел к шкафчику, снова достал из него бутылку, плеснул немного в свой бокал.
   - Ну что, будь счастлива Надя! - произнес он тост, залпом выпил, поставил стакан в мойку, выключил телевизор и отправился спать.
   Уже сидя в кровати, включая будильник на телефоне, он увидел несколько пропущенных звонков и новое сообщение от Нади, в котором она снова просила у него прощения.
   - Простил я тебя, простил, - сказал ее посланию Женя, - Не мучай меня. Я не собачка, которой можно сказать "уходи, не мешай", а потом ждать, что она с радостным визгом примчится обратно.
   От выпитого алкоголя немного кружилась голова, он откинулся на подушку и сразу уснул.
  

-20-

  
   На ее сообщения и звонки Женя никак не реагировал, и Надя мучительно думала, чтобы такое сделать, чтобы у нее появилась возможность хотя бы поговорить с ним и все ему объяснить.
   - Может съездить к нему? - размышляла она и тут же возражала себе, - Его может не оказаться дома или он вообще будет не один, только попаду в глупое положение.
   Не смотря на то, что никакой реакции на ее извинения от него не было. Надя продолжала писать ему. Она сообщила, что будет продолжать извиняться, пока он не простит ее. И ровно в девять вечера каждый день писала ему смс с одним единственным словом "Прости!".
   Прошло около двух месяцев с момента их ссоры, Надя продолжала слать ему сообщения и продолжала заниматься поисками информации об его маме среди пользователей социальных сетей. Она то, отчаивалась, в очередной раз не получив нужных известий, то наоборот, искала с удвоенным рвением.
   В этот вечер она общалась в сети с очередным собеседником, выясняя, действительно ли у него есть информация о нужном ей человеке, так как сомневалась в этом, как ей пришло новое письмо от некой девушки Лизы из Германии.
   Девушка писала, что маму ее мужа Максима звали Ирина Бахтина, но жила она не в Петропавловске-Камчатском, а в Хабаровске, откуда родом ее муж. Пообщавшись с Лизой какое-то время, Надя рассказала ей кто она и почему ищет эту женщину, выяснила некоторые подробности, хотя знала Лиза не так много. С Ириной она никогда не виделась, а с мужем познакомилась уже в Германии, где жила с родителями, которые переехали туда из Калининграда, когда она была совсем маленькой. Лиза пообещала, что поговорит с мужем и попросит его выйти на видеосвязь с Надей, чтобы прояснить все вопросы.
   Надя так увлеклась общением с Лизой, что пропустила время традиционного "прости" на целых полтора часа. Обнаружив это, схватила телефон, чтобы отправить очередное сообщение и увидела на нем неожиданное послание "Я тебя давно простил". Из груди, как будто выпал тяжелый камень и стало легче дышать, утирая одной рукой выступившие слезы радости, второй она набрала сообщение "Спасибо! Я скучаю по тебе!" и отправила, но он ничего не ответил.
   А это было и не важно. Главное, что она, наконец, получила от него обратную связь и теперь есть малюсенькая надежда на возобновление их общения, а когда-нибудь он согласится встретиться и поговорить с ней, а еще она верила, что именно Лиза та, которую она так долго искала и именно эта девушка поможет ей в поиске Жениной мамы. И только все выяснив для него, она сможет полностью реабилитироваться в его глазах и наладить их отношения.
   Весь следующий день она с нетерпением ждала Лизиного письма и дождалась, девушка сообщила, что поговорила с мужем, и тот согласился сегодня вечером побеседовать с Надей и ответить на ее вопросы.
   Она летела домой, как на крыльях, даже не допуская мысли, что Лиза и Максим могут знать какую-то другую Ирину, а не ту, которая ей была нужна.
   Добравшись домой и наскоро поужинав, Надя в большом волнении включила свой ноутбук и стала ждать появления в сети Лизы.
   В назначенное время та сообщила, что они с Максимом готовы с ней пообщаться.
   Надя запустила программу и увидела перед собой на экране любопытно-недоверчивое лицо молодого человека и симпатичную девушку, выглядывавшую из-за его плеча.
   - Здравствуйте, - поздоровалась с ними Надя, пытаясь, как следует разглядеть парня и ища в нем Женины черты.
   - Привет, - ответили они хором, затем заговорил только Максим, - Мне Лиза кратко обрисовала ситуацию, я, так понимаю, что ты хочешь что-то узнать о моей маме?
   - Да, - подтвердила она, - я пытаюсь помочь своему хорошему другу, он разыскивает маму, которую совсем не знал и все, что у него есть это имя - Ирина и ее школьная фотография, поэтому я понимаю, что шансов у нас совсем мало, а вероятность ошибки очень велика.
   Надя пристально всматривалась в лицо Максима, находила еле уловимое сходство между ним и Женей и не могла понять, было ли это на самом деле или ей просто очень этого хочется.
   - Если выяснится, что вы говорите об одном и том же человеке, это значит, что у тебя есть брат, - восторженно обратилась к мужу Лиза. У нее был чуть заметный акцент.
   - Лизунь, подожди радоваться раньше времени, нужно все выяснить, - образумил ее Максим.
   И они начали выяснять. Надя кратко сообщила лишь то, что знала со слов Жени, а Максим в ответ рассказал, что родился в Хабаровске, он оказался на четыре года младше Жени. Отца своего он не знает, впервые замуж мама вышла, когда ему было семь лет. Его воспитывал отчим Вячеслав Иванович, хороший, работящий мужчина, который заботился о нем, как о собственном сыне. Тот до сих пор живет в Хабаровске и он поддерживает с ним хорошие отношения. Работала мама в больнице медсестрой. Насколько он знал, у нее были очень сложные отношения с собственными родителями, поэтому с бабушкой и дедушкой он не общался и ничего о них не знает. Правда, бабушку один раз видел. Она приезжала к ним в гости, когда он был совсем маленький, бабушка с мамой очень сильно поругались и больше она не приходила. Существование возможного брата его не удивляет, так как он когда-то подслушал разговор между мамой и отчимом, в котором они обсуждали поиски какого-то мальчика, но позже на его расспросы мама сказала, что он все не правильно понял. Он больше не приставал, а мама не рассказывала. Еще студентом он попал на стажировку в Германию, потом нашел работу, переехал, познакомился с Лизой. Два года назад они поженились и уже на днях ждут наследника.
   При этих словах Лиза поднялась и продемонстрировала свой круглый животик.
   Надя улыбнулась, глядя на нее.
   Затем девушка села на место, а Максим продолжил говорить, что выяснить что-то еще не представляется возможным, по трагической случайности, его мамы не стало четыре года назад.
   - А фотографии ее у тебя есть? - поинтересовалась Надя.
   - Да, конечно, - подтвердил он, - Сейчас тебе отправлю.
   Надя получила от него изображение и отчаянно бьющимся сердцем открыла его.
   На фотографии было трое: юный Максим, средних лет коренастый мужчина с добрым и открытым лицом и темноволосая круглолицая полноватая женщина с короткой стрижкой. Не смотря на то, что между снимком который видела Надя раньше и тем, который рассматривает теперь была разница более тридцати лет, сомнений не было. На нем был изображен один и тот же человек - Ирина Бахтина, мама Жени.
   Она закрыла фотографию и ошеломленно посмотрела в экран, из которого на нее в немом ожидании смотрели Максим и Лиза.
   - Ну что? - нарушила тишину Лиза.
   Надя вздохнула, молча покивала и подтвердила:
   - Да, ваша мама, это наша Ирина.
   - Вот это да! - удивленно произнес и откинулся на стуле Максим, - Я думал, такое только в сериалах бывает.
   Лиза взвизгнула и крепко его обняла.
   - Нам бы надо теперь всем встретиться, - произнесла она и грустно добавила, - только я поехать пока никуда не могу.
   Подумала и предложила:
   - Может вы приедете к нам?
   - Конечно, позже мы обязательно встретимся, - подтвердил Максим и спросил Надю, - Ты мне дашь координаты моего... эм-м-м... брата?
   - Да, разумеется, - подтвердила она, - Только я должна его подготовить к этому. Он же пока ничего не знает.
   Максим покивал в ответ. А Наде пришла в голову одна мысль, и она спросила, где покоится его мама и можно ли съездить к ней на кладбище? Максим подтвердил, что в Хабаровске и дал телефон Вячеслава Ивановича, сказав, что поговорит с ним, предупредит и когда они с Женей приедут туда, то он сможет их сопроводить.
   Надя пообещала, что свяжется с ними через неделю-полторы, так как ей требовалось время на разговор с Женей и поездку в Хабаровск. На этом они и расстались.
   Она выключила ноутбук, вскочила, начала в страшном волнении кругами ходить по комнате. Затем села на кровать, потерла лицо руками.
   - Ну вот, хорошо, я это сделала, - рассуждала она. - Нашла информацию о его маме, кроме того, я нашла его брата. Но как теперь сообщить ему все это? Мне нужно обязательно встретиться с ним лично, но как заставить его сделать это, если он со мной не разговаривает?
   - Хабаровск, Хабаровск..., - зачаровано повторяла она. И вдруг ее осенило, - Ну конечно же: Хабаровск!
   Она снова включила компьютер, зашла в сеть, заказала билеты на рейс до Хабаровска и обратно, забронировала гостиницу и отправила Жене сообщение следующего содержания: "Крайне важно! Я нашла то, что ты искал. Куда и где = 5 000 рублей". И назвала дату и время вылета и прилета. Ответа не последовало, но она уже точно решила, что уж если он не приедет, тогда она сама отправится к нему и заставит выслушать ее.
  

-21-

  
   Надя прилетела в Хабаровск глубокой ночью по своим ощущениям и рано утром по местному времени, подремать в самолете получилось урывками, поэтому, когда она устроилась в гостинице, то решила немного отдохнуть, пока было время до встречи с Женей. Он прилетал намного позже, дневным рейсом. Точнее должен был прилететь, не получив от него ни подтверждения, ни возражения, Надя немного волновалась.
   Несколько часов спустя, облокотившись на чугунный парапет набережной Амура, прямо напротив памятника графу Муравьеву-Амурскому, она ждала его, все еще сомневаясь, что он все-таки откликнется на ее приглашение. Начало июня было жарким, но с реки дул прохладный ветер, спутывая волосы и отбрасывая их на лицо. Надя достала из сумочки бархатистую резинку и забрала волосы в хвост, продолжая тревожно озираться по сторонам.
   Но как оказалось, ее волнения были напрасными. Ровно в назначенное время она увидела Женю, одетого в клетчатую рубашку цвета молодого поросенка, торопливо шагающего по направлению к ней.
   Надя обрадовалась и быстрым шагом пошла на встречу. Но подойдя ближе, нерешительно остановилась. На нем были зеркальные очки-авиаторы и она не видела выражение его глаз, поэтому не знала, в каком настроении он находится и как ей начать разговор.
   Женя заговорил первым.
   - Привет! - сказал он, усмехаясь, - Ты могла бы назначить встречу мне где-нибудь поближе, а не заставлять лететь через всю страну? Да еще в таком интригующем тоне.
   - Нет, Женя не могла, - тихо ответила она, - Это важно. Для тебя.
   - Вот как? - удивился он и спросил, - И куда же мы пойдем?
   - Поедем, - уточнила она, - Только дождемся одного человека.
   Вячеслав Иванович не заставил себя долго ждать. Накануне Надя созвонилась с ним, сообщила, что они приезжают и договорилась о встрече. Ее звонок не удивил его, он уже все знал от Максима и даже ждал, когда она ему позвонит. Надя увидела его идущего в их сторону и помахала рукой, чтобы он тоже ее заметил. Приблизившись, они поздоровались и Надя представила их друг другу. Женя не понимал, кто этот мужчина, зачем Надя его позвала и почему он так внимательно его разглядывает.
   Внезапно Надя резким движением сняла с Жени очки и зажала в своей руке.
   - Боже мой, - ахнул Вячеслав Иванович, - Очень похож, особенно глаза.
   - Он знает? - спросил он, переведя взгляд на Надю.
   Та отрицательно помотала головой.
   - Вы мне объясните, что происходит? - негодующе воскликнул Женя, - И отдай мои очки! - обратился уже к Наде.
   Она вернула ему солнечные очки и неопределенно ответила:
  -- Скоро все узнаешь сам!
  -- Вы нас отвезете? - спросила Надежда у Вячеслава Ивановича.
   Тот подтвердил и сообщил, что его автомобиль стоит неподалеку, поэтому они могут отправиться незамедлительно.
   - Пойдем, - сказала она Жене и взяла его за руку. Руку он вытащил, но послушно последовал за ней и новым знакомым.
   Они подошли к старенькой японской иномарке и забрались внутрь, Надя только попросила где-нибудь остановиться, чтобы купить цветы. Вячеслав Иванович, понимающе кивнул и завел машину. По дороге остановились у цветочного павильона, где она приобрела букет красных роз и, вернувшись в машину, вручила их ничего непонимающему Бахтину. И они поехали дальше. На все его попытки выяснить, куда они едут, она отвечала только одно "уже скоро".
   Проехав город, вскоре они выехали за его пределы, двигаясь по пригородному шоссе и спустя какое-то время, когда из окон автомобиля стало видно кладбище, свернули с дороги и, подъехав к его центральному входу, остановились на стоянке.
   - Я не выйду из автомобиля, пока вы мне все не расскажите, - раздраженно заявил Женя. - Зачем вы меня сюда привезли?
   Вячеслав Иванович тут же сказал, что подождет их на улице и вышел, оставив Надю с Женей одних в душной машине.
   - Женя, - начала Надя, - ты только не волнуйся.
   Она глубоко вздохнула, погладила его по руке, и с тревогой смотря на него, осторожно сообщила:
  -- Мы приехали навестить... твою маму.
  -- Как? - испуганно и с недоверием спросил он, широко раскрывая свои глаза.
  -- Женечка, пожалуйста, успокойся и просто послушай меня, - медленно говорила Надя. - После нашего разговора в калининградском аэропорту, мне захотелось тебе помочь и я начала искать твою маму или какую-либо информацию о ней. Так, я нашла твоего младшего брата, его зовут Максим, он сейчас живет с семьей в Германии. Он мне сообщил, что вашей мамы не стало четыре года назад. Поэтому я попросила тебя приехать сюда, чтобы ты смог хотя бы посетить место ее упокоения.
   У Жени подрагивали руки и Надя взяла их в свои.
   - Женечка, прости, что не сказала сразу.
   Женя находился в страшном волнении и отрешенно бормотал: "Брат... Максим... мама... Хабаровск... Владивосток... почти рядом... а я и не знал..."
   Она открыла дверь автомобиля и потянула его за собой.
   - А он кто? - спросил ее Женя, придя в себя на улице и показывая кивком головы на Вячеслава Ивановича, стоявшего в некотором отдалении от них.
   - Он муж твоей мамы и отчим твоего брата, - пояснила Надя, - Максим очень хорошо о нем отзывался. Я думаю, что тебе нужно будет с ним поговорить.
   - Да, конечно, - отозвался он и, подходя к Вячеславу Ивановичу, который стоял у ворот, протянул тому руку и они обменялись крепким рукопожатием.
   - Надя мне все рассказала. Я рад знакомству с вами, - сказал Женя, а отчим Максима ободряюще похлопал его по спине.
   Они зашли в ворота и Вячеслав Иванович повел их по тропинке между памятников и крестов, пока они не подошли к ухоженному, выложенному плиткой участку, огороженному черной низкой решеткой и рассчитанному на два места.
   - Второе для меня, - пояснил он. - Придет время, хочу рядом с ней лежать.
   Открыв маленькую калитку, Вячеслав Иванович попустил их вперед, затем зашел сам и, погладив памятник по черному блестящему боку, произнес:
  -- Здравствуй, Ириша, я тебе сына привел!
   С фотографии на них смотрела Ирина Бахтина, но надпись гласила "Груздева Ирина Михайловна".
   - Здравствуй, мама, - тихо сказал Женя, - опускаясь на колени и положив к подножию букет роз. - Вот я и нашел тебя, жаль, что так поздно.
   Надя стояла в сторонке и промокала бумажным платком мокрые глаза, а Вячеслав Иванович молча теребил в руках свою кепку.
   Женя обернулся, умоляюще посмотрел на них и попросил:
   - Можно мне побыть здесь одному... немного. Пожалуйста!
   - Да, конечно, - спохватились Надя с Вячеславом Ивановичем.
   Попрощались с Ириной и, пообещав Жене ждать его в машине, они ушли.
  

-22-

  
   - Он очень потрясен, - заметил Вячеслав Иванович, когда они с Надей сидели у него в машине в ожидании Жени.
   - Еще бы, - откликнулась Надя.
   - Вячеслав Иванович, - замялась она, - а почему мама его не искала?
   Тот резко к ней обернулся и возразил:
   - Она искала! Мы вместе искали, а когда нашли, то Бахтины старшие снова уехали, и нам пришлось начинать все сначала.
   - Странные они люди, эти Бахтины! - с негодованием воскликнула Надя. - Поломали людям судьбы, отстаивая только им понятную правоту.
   - Это точно! - подтвердил он.
   - Можно мы к вам завтра в гости придем? - поинтересовалась она. - Женя наверняка захочет с вами поговорить, фотографии посмотреть. Он же ничего, совсем ничего о маме не знал.
   - Мы можем прямо сейчас поехать, - предложил Вячеслав Иванович.
   - Уже поздно, - возразила Надя, - И я думаю, что Жене нужно дать немного времени, чтобы прийти в себя и отдохнуть, он очень...э-м-м... чувствительный, а на сегодня и так было много потрясений, да и разница во времени сказывается.
   - Ты так о нем заботишься, наверно сильно его любишь, - усмехнулся он.
   - Очень люблю, - искренне подтвердила Надя, немного смущаясь и чувствуя, как краснеют щеки.
   - Ну, хорошо, завтра, так завтра, - согласился Вячеслав Иванович и продиктовал ей свой адрес. - Выспитесь и приходите в любое время. Я буду вас ждать.
   Вскоре показался растерянный Женя, он, как сомнамбула, подошел к машине, открыл дверцу и сел рядом с Надей. Затем облокотился на нее и положил ей на плечо свою голову.
   Она развернулась к нему вполоборота, чтобы было удобнее, уложила его голову себе на грудь и обняла. Так они и ехали до самой гостиницы.
   Поблагодарив и попрощавшись до следующего дня с Вячеславом Ивановичем, Надя, бережно поддерживая Женю под руку, довела его до номера.
   - Зайди, пожалуйста, - жалобно попросил он на пороге комнаты, пропуская ее внутрь.
   Надя прошла, аккуратно положила сумочку на журнальный столик и села на застеленную полосатым покрывалом кровать. Женя захлопнул дверь, прошел и сел рядом с ней, ссутулившись и зажав ладони между колен. Некоторое время они сидели молча.
   - Спасибо, Наденька, - нарушил он молчание, - Ты даже не представляешь, ЧТО ты для меня сделала!
   Он еще помолчал, растерянно посмотрел на нее и добавил:
   - Только я не понимаю, зачем ты это делала?
   Она пожала плечами:
  -- Потому, что мне хотелось помочь тебе.
  -- Я не спрашиваю "почему?", - перебил он, - Я спрашиваю "зачем"?
  -- Затем, Женечка, - спокойно и размеренно ответила она, смотря ему прямо в глаза, - Что, я тебя люблю!
   Она прочитала в его глазах массу эмоций: удивление, смущение, ликование.
   - Любишь? - недоверчиво, но с радостно сияющим взглядом, переспросил он, выпрямившись и развернувшись к ней всем корпусом, - А как, же, твой, этот...
   - Этот, уже стал тот, - усмехнулась она, - И давно в прошлом.
   Затем Надя притянула Женю к себе, крепко обняла и, нежно гладя руками по голове и спине, прошептала ему в ухо:
   - Не смей вырываться, я все равно тебя не отпущу!
   - Не смогу, не хочу и не буду, - прошептал он в ответ, заключая ее в объятия.
   - Женя, Женечка, милый мой, - жарко шептала она, - когда ты ушел и перестал отвечать на мои звонки, я очень испугалась! Мне казалось, что я никогда тебя больше не увижу и сегодня я тоже боялась, что ты не приедешь. Ты мне нужен, Женя! Очень нужен! Мне плохо без тебя!
   Надя прикрыла глаза и начала покрывать поцелуями его лицо, подбираясь все ближе и ближе к губам. У его губ она остановилась, едва касаясь их чуть распахнутыми своими, ощущая на своем лице его частое дыхание. Ей хотелось, чтобы он сам перешел ту грань, после которой уже невозможно повернуть назад. Женя попытался прильнуть к ней, но она чуть отклонилась назад, сохраняя крошечную дистанцию и не давая ему возможность поцеловать ее. Когда он снова попытался приблизиться, она опять немного отстранилась и тогда он, придерживая рукой ее затылок и не давая ей больше возможности дразнить его, страстно приник к ней, а Надя все больше отклоняясь назад, увлекла его за собой.
   Они тонули в любви и нежности, судорожно цепляясь друг за друга, тщетно пытаясь всплыть на поверхность сознания, но их снова уносила волна сладких ласк. Их чувства так долго удерживались в потаенных уголках души, что, вырвавшись на свободу, ошалели от нахлынувшего счастья и неистово буйствовали.
   Силы покинули их раньше, чем удалось совладать с бившими через край эмоциями. Они лежали рядышком, все еще, не смея выпустить друг друга из объятий, но уже ленивые и уставшие. Женя дремал. Надя слушала биение его сердца и, пытаясь подстроиться к ритму дыхания, тоже незаметно уснула.
   Проснулась от того, что ей стало холодно. Она натянула одеяло повыше и пошарила по кровати рукой, чтобы обнять Женю и прижаться к нему, но... рядом никого не было. Надя в панике вскочила и села на кровати, испуганно озираясь. Лишь обнаружив, что из-под двери ванной льется свет и раздается шум включенного душа, облегченно выдохнула и легла обратно. Вскоре он появился сам, в каплях воды, пахнущий гелем для душа и, как ни в чем не было, улегся рядом.
   - Ой, я тебя разбудил? - спросил он, увидев, что она лежит с открытыми глазами.
   - Я испугалась, когда увидела, что тебя нет рядом, - призналась она и поинтересовалась, - Интересно, сколько сейчас времени и какой сегодня день?
   - Не знаю, - помотал он головой, - я сам потерялся во времени и пространстве.
   Он хмыкнул:
   - Почему-то, на ум идут незабвенные слова диктора центрального радио: "Московское время пятнадцать ноль, ноль. В Петропавловске-Камчатском полночь". Если следовать этой логике, раз здесь, в Хабаровске наступила ночь, значит где-то там у нас, еще ранний вечер и все еще сегодня.
   - Может, сходим куда-нибудь перекусить? - предложил он, рывком оказываясь над ней и целуя ее в губы, - Очень есть хочется.
   - Полностью поддерживаю, - смеясь, ответила она, выскальзывая из-под него ужом, и схватив одежду, скрылась в ванной.
   Затем выглянула оттуда и сообщила:
  -- Я быстро в душ, затем подкрашусь, оденусь и пойдем, можешь пока собираться и найти в интернете какое-нибудь приличное заведение по близости.
   И захлопнула за собой дверь ванной. Вскоре оттуда донесся мерный шум воды.
  

-23-

  
   Уже через сорок минут они подходили к дверям небольшого ресторанчика, работающего в выходные до самого утра. Варианты посещения крупных заведений и ночных клубов были отметены сразу, потому, что им хотелось просто посидеть, поесть и поговорить. В уютном зале стоял полумрак, столики освещались только горящими гелевыми свечами в круглых стеклянных подсвечниках. Одинокий саксофонист исполнял незатейливую джазовую композицию. Не смотря, на позднее время, практически все места были заняты, полуночные парочки наслаждались романтической атмосферой и приятной музыкой. Меню оказалось на удивление разнообразным а, кухня неожиданно вкусной. Обслужили их быстро и вскоре они с удовольствием поглощали пасту по-итальянски, пили красное вино и перебрасывались нечего не значащими репликами. Им так понравился ресторанчик, что они решили зайти в него еще и утром, чтобы позавтракать.
   - Я сегодня, как будто прожил несколько жизней, - мечтательно произнес Женя, отложив вилку и отодвигая от себя пустую тарелку на край стола. Он взял бутылку вина и подлил в их бокалы рубиновый напиток.
   - Давай выпьем за нас, - предложил он, - чтобы больше не было никаких обид и недомолвок.
   - Давай, - тепло улыбаясь ему в ответ, согласилась Надя, поднимая свой бокал, - За нас!
   Они выпили, поставили бокалы на стол.
   Вдруг Женя внимательно посмотрел на Надю и поинтересовался:
   - Ты, выглядишь так, как будто что-то хочешь спросить и никак не решишься.
   - Да, ты прав, - мучительно выдала она, чуть смущаясь, - Я хотела задать тебе один вопрос ...
   - Ну, давай, решайся уже, - усмехнулся он, сцепив на столе руки.
   - Жень, я хотела узнать, - нерешительно начала она и, вздохнув, продолжила, - а Стасик, он тебе кто?
   Женя недоуменно помолчал и удивленно произнес:
   - Стасик?! Он мне никто! Он мне кот.
   - Как кот? - растерялась Надя.
   - Так, кот, - спокойно пояснил он, - Я его грязным котенком на помойке нашел. Отмыл, откормил, вылечил, от блох избавил. Теперь это огромный мохнатый наглый котище.
   Она засмеяла и поинтересовалась:
   - А с кем ты его оставляешь, когда уезжаешь?
   - С соседкой, которая за бабушкой ухаживает, - Женя улыбнулся и добавил, - Он всегда так радуется, когда я возвращаюсь.
   - Слушай, - озадаченно спросил он, - а ты как к котам относишься?
   Надя пожала плечами и сказала, что нормально, а Стасика готова полюбить всей душой, искренне и нежно.
  -- Может еще и по пирожному? - предложил он, когда Надя справилась со своей едой, - Гулять, так гулять!
   Выбрав в меню и озвучив заказ официанту, вскоре каждый из них получили нечто покрытое кремом ядовито-зеленого цвета.
   Надя настороженно смотрела на свой десерт, не решаясь попробовать. Женя же, наоборот, с удовольствием его уплетал.
   - Ты почему не ешь? - поинтересовался он, - Вкусно!
   - Подозрительное оно какое-то, цвет странный, - поделилась она.
   - Нормальный цвет, - пожал он плечами, - ну да, смахивает на баклажанную икру, но на вкус, поверь, то, что надо.
   - Женя... - подозрительно протянула Надя, - а, скажи, какого цвета твое пирожное?
   - Рыжевато-коричневое, - не задумываясь, ответил он.
   - А рубашка? - продолжала допытываться Надя.
   - Бежевая, - уже не так уверенно ответил он, опустив голову и рассматривая свой живот, обтянутый розовой тканью в желтую и сиреневую клетку.
   - Понятно, - выдохнула она, и, подперев рукой щеку, поинтересовалась, - Ты мне ничего не хочешь рассказать?
   Он отложил недоеденное пирожное, взял салфетку, вытер ей губы и, скручивая тонкую бумагу спиралью, начал нервно вертеть в руках.
   - Это генетическое заболевание, оно не лечится, - через силу выдал он, - я таким родился.
   Вот теперь Наде стало понятно, что странные цветовые предпочтения в его одежде вызваны не эксцентричностью и желанием выделиться, а физиологическими особенностями. Что такое дальтонизм, а именно, неспособность различать определенные цвета, как правило, зеленые и красные, она знала, но столкнулась в первый раз.
   - Я скрывал это и, как вижу, не напрасно, - расстроено произнес он, приняв ее молчание за отчуждение.
   Он отвернулся в сторону, продолжая крутить между пальцев салфетку, которая уже разрывалась на клочки.
   Надя поднялась со своего места, обогнула столик и села рядом с ним. Затем прислонила голову к его плечу и тихо сказала:
   - Разреши мне в будущем консультировать тебя в выборе одежды.
   Он обернулся, нежно посмотрел на нее, со словами "обожаю тебя", обнял и поцеловал в нос.
   - Пойдем спать, - попросила она, - У меня уже глаза слипаются. Не забудь, что нас завтра Вячеслав Иванович в гости ждет.
   Они расплатились по счету и отправились обратно в гостиницу, где снова любили друг друга, много разговаривали и уснули только под утро.
  

-24-

  
   Проснувшись уже в час дня и, удивившись столь позднему пробуждению, они успокоили себя тем, что в Москве всего лишь шесть часов утра и начали собираться в гости к Вячеславу Ивановичу. Перекусив по дороге в том же самом ресторанчике, в котором провели романтическую ночь, они вызвали в такси и направились по известному Наде адресу.
   Таксист привез их в спальный район, утопающий в зелени и высадил у типовой блочной многоэтажки. Разрисованный лифт со сломанными кнопками поднял на нужный этаж. Женя с Надей подошли к серой металлической двери и позвонили в звонок. В глубине квартиры раздался мелодичный перезвон и, спустя некоторое время, Вячеслав Иванович распахнул дверь, впуская их в квартиру.
   Женя поздоровался, осторожно перешагнул порог и замер в коридоре, настороженно осматриваясь.
   - Вот здесь мы и жили, - обвел рукой перед собой Вячеслав Иванович, - Теперь я один живу. Проходите в комнату, - предложил он, - А я чайник поставлю.
   Он направился на кухню, а Женя рассматривал квартиру, которая была по-холостяцки неуютной. Чувствовался застарелый запах табака, кое-где по углам мотались клубки пыли, зеркало казалось мутным из-за отпечатков пальцев на нем, а угловая полочка завалена рекламными проспектами и старыми квитанциями. Но было видно, что еще некоторое время назад квартира была ухожена и отремонтирована: коридор обклеен симпатичными бежевыми обоями в редкий золотистый абстрактный рисунок, в углу установлен шкаф-купе, пол выложен светлым ламинатом. На стенах в небольших деревянных рамочках висели "мукосольки", раскрашенные поделки из соленого теста.
   - Жень, ты чего застыл, - погладила его по спине и чуть подтолкнула вперед Надя, - Пойдем в комнату.
   Они сняли обувь и прошли в гостиную, которая тоже нуждалась в хозяйственной женской руке. Надя опустилась на диван, а Женя подошел к старенькой застекленной стенке и с любопытством начал осматривать стоявшие в ней книги, сувениры, фарфоровые безделушки и семейные фотографии.
   С чашками в руках зашел Вячеслав Иванович:
   - Вы пока осматривайтесь, а я сейчас на стол накрою.
   Поставил посуду на стеклянный журнальный столик и спросил:
  -- Может вы голодные? У меня суп есть!
   - Нет, спасибо, мы только недавно ели, - пояснила Надя и вызвалась помочь ему с чаем.
   Увидев, что Женя пристально рассматривает фотографии, он подошел одному из шкафчиков, открыл его и достал обувную коробку.
   - Вот, - протянул он ее Жене, - здесь много карточек, можешь пока посмотреть.
   Женя сел в кресло, поставил коробку себе на колени, открыл ее и принялся рассматривать фотографии, доставая их небольшими пачками и уже просмотренные снимки складывать аккуратными стопками в крышку коробки, оставленную на полу.
   В это время Надя вместе с Вячеславом Ивановичем поочередно заходили в гостиную, принося то ложки, то сахарницу с заварочным чайником, то нарезанный лимон, то печенье. Наконец все для чая было готово, и они втроем уселись вокруг столика.
   Вячеслав Иванович разлил чай и, подвинув чашки к каждому из своих гостей, спросил:
   - У вас, наверно, много вопросов ко мне? Давайте, я расскажу, все, что знаю, а вы потом спросите, если я что-то упущу. Рассказчик я неважный, поэтому вы меня останавливайте, если не по делу говорить буду.
   Женя согласился и, обхватив коробку с фотографиями, приготовился внимательно слушать. Надя, молча, сидела и смотрела на Вячеслава Ивановича, а тот положил сахар в свою чашку, размешал, отпил и повел свой рассказ:
   Мы познакомились с Иришей в больнице. Мне тогда аппендицит вырезали и она приходила уколы делать. Мне она очень понравилась: спокойная, скромная, только глаза какие-то грустные, даже когда улыбалась - губы улыбаются, а глаза все равно остаются грустными. Я выяснил, через других медсестер, что она не замужем и начал за ней ухаживать. Ириша поначалу очень настороженно ко мне отнеслась, сказала, что больше никому не доверяет, что все ее любовные истории заканчивались разочарованиями и сейчас она одна воспитывает семилетнего сына. Даже на первые встречи со мной она приходила с сыном, - усмехнулся Вячеслав Иванович, - Но у меня были самые серьезные намерения и после того как мы с Максимом подружились, она сдалась и мы вскорости поженились.
   Он снова отпил чай, предложил им последовать его примеру и продолжил:
   - Мы с ней хорошо жили, я инженером на судостроительном заводе работал, неплохо зарабатывал, с Максимкой отлично ладили, Иришу я любил.
   Вячеслав Иванович помолчал, посмотрел поочередно на Женю и Надю, которые так и не притронулись к чаю, и сообщил:
   - Подождите, сейчас перейду к сути. Однажды, она мне призналась, что у нее не один сын, а два. Старшего она родила еще будучи школьницей. С родителями у нее всегда были сложные отношения, она их очень боялась, поэтому, когда узнала, что беременна, то, сильно испугавшись, скрывала от матери, пока это было возможно. Когда родители узнали, то закрыли ее дома и перевели на домашнее обучение.
   - Может, вы знаете, кто был моим отцом? - хрипло спросил Женя.
   - Имени я не знаю, - ответил ему Вячеслав Иванович, - Ириша только упомянула, что это была какой-то молоденький матросик, который однажды ушел в рейс и больше она его не видела.
   Когда ты появился на свет, твоя мама все еще была несовершеннолетней, поэтому ее родители оформили на тебя опекунство. Это было еще в Петропавловске-Камчатском, где они тогда жили. У ее отца на службе даже какие-то проблемы из-за этой истории начались. Скандалы были такие, что ей тогда хотелось руки на себя наложить. Но школу она все-таки закончила и даже поступила в медицинское училище.
   Ежедневно ей говорили, что она опозорила семью и чуть не разрушила карьеру отцу, а однажды сообщив, что, так как, по ее вине, жизнь в городе стала невыносима, отец переводится в Хабаровск и они уезжают, забирая с собой полугодовалого Женю, а она сама может приехать, когда закончит учебу.
   Родители устроили ее в общежитие, пообещали сообщить свой адрес, как устроятся, быстро собрались и уехали.
   Свой адрес они так и не сообщили. Изредка она получала денежные переводы от матери, по почтовому штемпелю и обратному адресу на них, она не сомневалась, что родители и Женя действительно находятся в Хабаровске. Она писала им письма, но те возвращались по причине отсутствия адресата. Закончив училище, она отправилась в Хабаровск и окончательно убедилась, что по адресу, с которого ей приходили телеграфные переводы родители никогда не жили, но она решила остаться в городе, чтобы найти родителей и сына.
   - Боже, что ей пришлось пережить, - ужаснулась Надя.
   - Ну, а дальше, - нетерпеливо торопил с рассказом Женя.
   Вячеслав Иванович откашлялся и продолжил:
   - Здесь она устроилась на работу медсестрой в больнице, встретила отца Максима и вскоре ушла от него сама, потому, что он был груб с ней, родила сына, познакомилась со мной и вышла за меня замуж.
   - Ты не думай, что она тебя не искала, - погрозил он пальцем Жене. - Она всегда тебя искала, только это сейчас мобильные телефоны и интернет, а тогда ничего этого не было. Тогда можно было обратиться или в горсправку, или самостоятельно рассылать запросы по различным организациям, что она и делала. Она даже планомерно объезжала все детские сады, а потом и школы города.
   - Мне Максим рассказал, что бабушка однажды приезжала к ним, - перебила рассказчика Надя.
   - Да, было такое, - подтвердил Вячеслав Иванович, - Ириша нашла дальнюю родственницу и через нее выяснила, что несколько лет тому назад та поддерживала отношения с ее матерью и она изредка навещала ее.
   - Видимо, когда она к ней приезжала, то тайком от мужа отправляла дочери переводы. Но это уже наши с ней догадки, - пояснил он.
   - Так вот, через эту родственницу она выяснила, что родители никогда здесь не жили, а искать их следует во Владивостоке. Ей даже удалось получить их телефон. Она звонила, но родители не хотели с ней разговаривать и каждый раз уверяли, что такие здесь не живут. А через некоторое время внезапно к ней приехала мать.
   Ничего хорошего из их разговора не получилось. Мать обвиняла ее, что она подорвала здоровье отцу и тот ничего не хочет о ней слышать, что сын считает ее умершей и ей не следует с ним встречаться, так как это плохо отразится на неокрепшей детской психике, а мальчик и так, не совсем здоровый, так как она неизвестно от кого его нагуляла, да еще в таком юном возрасте. Что у нее теперь есть другой ребенок, пусть его и воспитывает, а о первом она должна забыть. У него только одна мать и это она сама.
   - Извини, что тебе приходится слышать такое, но как сказано "из песни слов не выкинешь", - участливо произнес, обращаясь к Жене, Вячеслав Иванович.
   - Все нормально, - ответил Женя. - Мне важно это знать!
   - Твоя мама после того разговора, убедила себя, что возможно ее собственная мать и права, что ребенка не стоит травмировать и решила отложить встречу с тобой, когда ты немного повзрослеешь. Через несколько лет мы с ней познакомились и, когда она мне все это рассказала, я убедил ее, что она все-таки мать и имеет право видеть собственного сына, поэтому мы начали искать вас во Владивостоке, а после того, как нашли, твои бабушка с дедушкой заявили, что ты не хочешь ее видеть и знать, а потом внезапно уехали и никто не знал куда именно. Так мы вас и не нашли, - грустно подвел итог Вячеслав Иванович.
   Некоторое время все сидели в абсолютном молчании, потрясенные рассказом.
   - Я думаю, что эту историю нужно запить чем-то покрепче чая, - предложил Вячеслав Иванович, встал, сходил на кухню и вернулся с тремя рюмками и пузатой бутылкой.
   Разлил темную жидкость и все трое молча выпили.
   - А ты сам, что-нибудь знал о матери? - спросил Вячеслав Иванович Женю.
   - Крайне мало, - ответил он, - эта тема всегда была под запретом в нашем доме. Мне говорили, что она бросила меня и пропала. Я всегда хотел ее найти, но сначала не знал как, а потом у меня ничего не вышло.
   - Бабушка совсем ничего тебе не рассказывала? - удивился он.
   - Она начала рассказывать, лишь тогда, когда разум стал покидать ее, - усмехнулся Женя.
   - Она что, еще жива? - еще больше удивился Вячеслав Иванович.
   - Да, - пожал плечами Женя и задумался. - Наверно она меня по-своему любила, раз с таким упорством скрывала от родной матери.
   - Извини Женя, если я тебя обижу, - возмутилась Надя, - но, то, что вытворяли твои родственники, это можно назвать как угодно, но только не любовью. Так не любят, это все слишком жестоко.
   - Ну ладно, - хлопнул ладонями себя по коленям Вячеслав Иванович, - Хватит грустить, мы надеялись и верили, что обязательно найдем друг друга и я рад, что так и случилось. Я думаю, что Ириша "там" тоже теперь счастлива.
   - А что с ней случилось? - осторожно поинтересовалась Надя.
   - У нее была тяжелая жизнь и это сильно подорвало ей здоровье, - печально пояснил Вячеслав Иванович, - У Ириши было слабое сердце. Она очень переживала, а однажды уснула и больше не проснулась.
   Он еще раз наполнил рюмки, выпил, закусил лимоном, крякнул и со словами "сейчас" скрылся в другой комнате.
   - Вот, возьми, - вернувшись в гостиную, протянул он Жене небольшую поделку из соленого теста в рамке, - Ириша незадолго до смерти сделала, она любила таким творчеством заниматься.
   Надя поднялась с дивана, подошла к Жене, присела на подлокотник его кресла и вместе с ним начала рассматривать "мукосольку". На той была изображена семья, сидевшая за обеденным столом, и рядом с каждым подписано его имя: папу звали Слава, маму - Ира, а двух мальчиков Максим и Женя.
   Не сдержав слез, Надя всхлипнула и уткнулась Жене в плечо, а он лишь поднял глаза на Вячеслава Ивановича и уточнил, может ли оставить это себе.
   - Разумеется, я же тебе и принес, - подтвердил тот и разрешил, - Если хочешь, можешь и фотографии себе выбрать.
   От разговора их отвлек телефонный звонок. Вячеслав Иванович прошел к стационарному аппарату, висевшему на кухне, и вскоре оттуда донеслось его радостное "Ура-а-а!" и громкий окрик "Женя, иди сюда быстрее".
   Женя побежал к нему на кухню, а Надя осталась в гостиной, рассеянно рассматривая фотографии.
   Вскоре они вернулись оба: счастливые и с сияющими глазами.
   - Представляешь, - радостно начал Женя с порога, - у меня племянник родился, весом 3550 грамм и ростом 52 сантиметра, зовут Виктор.
   Мужчины подошли к столу и на радостях снова выпили.
   - Так, дорогие мои, - остановила их Надя, - вы тут, смотрите, не переусердствуйте от переизбытка чувств. Думаю, что нам всем уже нужно поужинать.
   С согласия Вячеслава Ивановича она ушла на кухню хозяйничать, оставив его с Женей обсуждать радостное событие.
   Из гостей они вышли далеко за полночь. Женя уже назвал Вячеслава Ивановича "дядей Славой", тот его "сынок" и оба плохо стояли на ногах. Заверив друг друга, что скоро встретятся снова, они договорились, что возьмут Максима и поедут куда-то на рыбалку все вместе.
   Надя с усмешкой смотрела на их прощание и тянула Женю за руку вниз, на улицу, где ждало их такси.
   В машине его моментально разморило и он уснул, растолкать его удалось только с помощью таксиста, который высадил их у гостиницы.
  

-25-

  
   С трудом добравшись до гостиничного номера, Надя завела внутрь и уложила Женю на кровать. Раздела как смогла и решила, что сегодня переночует в собственном номере, раз уж Женька в полубессознательном состоянии.
   Находясь в своей комнате, она завела будильник на телефоне, чтобы не проспать вылет и легла спать. В четыре часа утра ее разбудил стук в дверь, Надя поднялась, открыла дверь и увидела за ней полусонного взъерошенного Женю в футболке и трусах. Он, как ни в чем не бывало, прошел в ее номер, растянулся на кровати и тут же захрапел.
   Она похихикала над ним, легла рядом, обняла и тоже продолжила спать.
   Разбудил ее звонок будильника. Надя потерла глаза, соскочила, сбегала в душ и, вернувшись, попыталась растолкать крепко спящего Женю.
   - Женя..., - тормошила она его, - Вставай, нам нужно собираться на самолет.
   - Куда мы летим? - сквозь сон пробормотал он.
   - Домой, - ответила она.
   - А где у нас дом? - невнятно переспросил он.
   Надя начала одеваться и сообщила, что их вылеты с разницей в пару часов. Тут уж он окончательно проснулся, поднял голову с подушки и с сомнением спросил:
  -- Мы, что, летим по отдельности?
   - Да, Женя, ты к себе домой, я к себе.
   - Почему? - не понял он, усаживаясь на кровати, - Я думал, что мы теперь вместе. Я не могу себе представить по-другому!
   - Ну, хочешь, - засмеялась Надя, - полетели со мной. Моя мама будет рада тебя видеть.
   - Хочу! - сказал он, немного подумал и добавил, - Но пока не могу. Мне нужно дела уладить.
   - Ну, хорошо, - согласилась Надя, - улаживай свои дела и прилетай.
   Она пошла к нему, обняла за шею, поцеловала и прошептала:
   - Как можно быстрее! Я тоже не представляю, как буду жить вдали от тебя.
   Он подхватил ее и опрокинул обратно на кровать, но Надя укоризненно сказала "самолет", Женя смешно выругался и поплелся в ванную комнату.
   Наскоро позавтракав в полюбившемся им ресторане, Надя с Женей отправились в аэропорт, где все время до вылета обсуждали, как им следует поступить дальше. О том, чтобы продолжать жить в разных городах и время от времени встречаться и речи быть не могло.
   В аэропорту Хабаровска они расстались, как будто возвращались не по своим городам, а провожали друг друга на работу, зная, что вечером снова увидятся. За два дня, проведенные в этом городе они стали друг другу совсем родными и близкими, все сомнения, стеснения, страхи были не просто разрушены, а перемолоты в муку и развеяны над Амуром. Для полноты счастья им не хватало только решить вопрос со скорейшим переездом Жени.
   Первым переехал его Стасик. Пока Женя мотался между городами, решая квартирный вопрос, его рыжий мохнатый котейка уже чувствовал себя полноправным хозяином в Надиной квартире. Он привязался к Надиной маме, бегал за ней по пятам и предпочитал ее общество всему прочему.
   Наконец, к Новому году Женя окончательно перебрался в столицу, вернее в подстоличье, на пределе выносливости продержался предновогодние праздничные мероприятия и уже в январе они с Надей вовсю обживали их новый дом. Стасик к ним переезжать не захотел и остался с ее мамой.
   Надежда чувствовала себя совершенно счастливой, у нее был только ее любящий мужчина, с которым она была всегда вместе, включая выходные и праздники. Они вместе слетали в Германию к Максиму, Лизе и маленькому Виктору. И ее жизнь потекла спокойно, размеренно и счастливо, как будто, так и должно быть.
   Однажды, когда Женя был в очередной командировке, ей пришло сообщение от него, содержащее загадку, чего, очень давно уже не было. Надя очень удивилась и обрадовалась - он снова назначил ей встречу, но на этот раз в центре города, как она догадалась.
   Ровно в обозначенную дату и время, она ждала его на одной из центральных улочек, у входа в кафе. Женя чуть опаздывал, но Надя терпеливо его дожидалась, зная, что на дорогах пробки и он мог просто задержаться по пути из аэропорта. У нее самой было несколько дней дополнительных выходных, за счет работы в майские праздники и спешить было не куда. Было тепло, солнечно и она была готова ждать его, сколько потребуется.
   Когда она увидела его торопливую походку, то, направилась к нему на встречу тепло улыбаясь.
   - Извини, я опоздал, пробки, - выдохнул он, переводя дыхание.
   Они обнялись и поцеловались.
   - Давно мне ждешь? - спросил он.
   - Всю жизнь, - игриво ответила она.
   Женя довольно улыбнулся, обнял ее за талию и куда-то повел.
   - А мы разве не в кафе идем? - удивилась Надя.
   - Пока нет, - ответил он. - Если только позже.
   Он решительно вел ее старыми узкими улочками, заинтригованная Надя молча следовала за ним, не задавая вопросов. Женя умел и любил делать сюрпризы, а она ему полностью доверяла.
   Наконец он сказал:
  -- Все, мы пришли!
  -- Куда? - удивилась она, оказавшись посреди улицы.
  -- Обернись, - попросил он.
   Надя обернулась и увидела перед собой старинный особняк с надписью "Дворец бракосочетания".
   - И зачем мы здесь? - задала она глупый вопрос, понимая, что на экскурсию в такие заведения не ходят.
   - Подожди! - затем произнесла она с нотками негодования в голосе, не давая ему ответить, - Значит, ты все решил за меня и даже не поинтересовался моим мнением?!
   - У тебя есть возражения? - удивился Женя.
   - Нет, дело не в этом, - продолжала возмущаться Надя, - ты же мне даже предложения не сделал!
   - А у меня память хорошая, - усмехнулся Женя. - Помнишь, ты когда-то мне сказала, что готова безоговорочно принимать все мои предложения, если те соответствуют нормам морали и уголовному кодексу?
   - Да, говорила, - смущенно подтвердила Надя.
   - Так вот, я решил, что и это мое предложение ты, по умолчанию, принимаешь, я не вижу в нем ничего предрассудительного или криминального, - продолжал улыбаться Женя и переспросил, - Ну что, принимаешь?
   Надя на несколько секунд закрыла лицо руками, взвизгнула и, повиснув у него на шее, ответила:
  -- Ну, конечно, принимаю!
  

-26-

  
   После того, как они вышли из ЗАГСа на улицу, оставив там заявление на регистрацию брака в середине сентября, Женя схватил Надю в охапку, приподнял, закружил и сказал:
   - Я организую нам самую лучшую свадьбу. Это... это будет что-то фантастическое!
   - Знаешь, - ответила счастливая Надежда, немного смущаясь, - тебе это покажется смешным и нелепым, но я хочу самую обычную: с белым платьем, куклой на капоте автомобиля и отпускаемыми в небо голубями.
   - Ты это серьезно? - удивился Женя, опуская ее на землю.
   - Да, - пожала она плечами, смущенно улыбаясь.
   Женя недоуменно смотрел на нее, наморщив лоб и что-то обдумывая, затем широко улыбнулся и произнес:
   - Хорошо, пусть в этой части будет кукла на капоте и птички в небе, но в остальном это будет феерическое действо.
  
   К ним на свадьбу приехали все друзья и родственники, включая Вячеслава Ивановича и Максима с Лизой. Маленький Виктор, которому уже было чуть больше годика, остался дома с бабушкой и дедушкой. Сама Надя уже тоже была "в ожидании чуда", но пока, для всех это держалось в секрете.
   После торжественной регистрации, на выходе из Дворца бракосочетания их компания смешалась с другой веселой компанией, ожидавшей своей очереди и Наде, на какой-то миг показалось, что в толпе чужих гостей она увидела растерянное лицо Сан Саныча. Но, решив, что возможно ей это только показалось, а если даже и не показалось, то какое это теперь имеет значение, не стала делать попыток вновь найти его взглядом. Он был из прошлой, придуманной жизни. А теперь у нее самая настоящая жизнь с искренними, взаправдашними отношениями и ему там не место, даже в ее мыслях.
   - А где птички? - шепотом спросила она у, теперь уже своего, мужа, - Их обычно у ЗАГСа выпускают.
   - Да, будут тебе птички, не переживай, - ответил Женя, пропуская ее вперед в черную, украшенную лентами "чайку" с нарядной куклой на капоте.
   Вереница машин тронулась, провезла их по городу и остановилась неподалеку от набережной Москва - реки.
   - Пойдем птичек запускать, - задорно сообщил Женя, выходя из машины и помогая Наде выбраться наружу.
   Вся их развеселая компания, тоже выбралась из своих машин и последовала за ними. Максим нес в руках большую клетку, накрытую скатертью. В клетке кто-то копошился. Подойдя к воде, поближе, Женя, жестом опытного фокусника сорвал скатерть с клетки.
   - Это же не голуби, - ахнула Надя, увидев перед собой двух упитанных белых чаек с розовыми лапами, смотрящими на нее какими-то подозрительными глазами.
   - Извини, - погладил ее по руке Женя. - Да, каюсь, моей творческой натуре захотелось повыделываться и удивить тебя.
   - Тебе это удалось, - покачала головой Надя, рассматривая недовольных птиц.
   Она оторвалась от их созерцания и подняла глаза на мужа:
   - И что это будет значить?! Голубь, я понимаю, символ мира и согласия. А чайка?! Она же только кричит и гадит.
   - Ну, дорогая моя, обнял ее за плечи Женя, - это уже зависит от нас, будем ли мы кричать и гадить или жить в мире и согласии. А чайка, для меня как внука моряка... ну и возможно сына, хотя истории это доподлинно неизвестно, символ надежды и дома. Ведь любому моряку известно, что там, где чайка - там берег, а где берег - там дом, а где дом - там и счастье. А мое счастье - это ты, Надежда.
   Надя с любовью посмотрела на него, поцеловала в щеку и сказала:
   - Я тебе верю. Только, давай вот этот "символ надежды", - показала она пальцем на больших сердитых чаек, - в руки брать не станем, откроем клетку и пусть себе летят.
   Она открыла клетку, похлопала по прутьям, направляя птиц к пустой стенке, те засуетились, недовольно перекрикиваясь, ринулись наружу и, подпрыгнув, вылетели на свободу. Что-то возмущенно прокричав напоследок, две белые птицы исчезли за горизонтом.
   Надя подошла к Жене, обняла его, поцеловала и, опустив голову на его плечо, прошептала:
   - Я люблю тебя, мой удивительный и восхитительный муж!
   - Я люблю тебя, моя долгожданная и обожаемая жена! - отозвался Женя.
   - А теперь, - громко объявил Женя гостям, - едем на праздник! Вас ждет незабываемое представление и волшебное угощение!
   Все снова расселись по машинам и направились загород, к веселью, радости и ярким впечатлениям.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Шторм "Жена Ночного Короля"(Любовное фэнтези) В.Пылаев "Видящий-5"(ЛитРПГ) Ю.Гусейнов "Дейдрим"(Антиутопия) А.Кочеровский "Баланс Темного"(ЛитРПГ) А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) А.Минаева "Академия Алой короны. Обучение"(Боевое фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Ю.Кварц "Пробуждение"(Уся (Wuxia)) А.Дашковская "Пропуск в Эдем. Пробуждение"(Постапокалипсис) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"