Ренко Джордж: другие произведения.

Империя лжи. Индустриализация

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Чисто советский тезис о том, что советский народ вынес немыслимые беды и катастрофы только ради того, чтобы спасти мир от фашизма, до сих пор сидит глубоко в подсознании бывшего советского населения. Этот тезис для многих - единственное оставшееся моральное оправдание всей их жизни и основа самоуважения.

  Капиталисты сами продадут нам веревку, на которой мы их повесим.
   (Приписывается В.И. Ленину)
  
  ...Было время - и были подвалы,
  Было дело - и цены снижали,
  И текли куда надо каналы,
  И в конце куда надо впадали.
   (Владимир Высоцкий)
  
  Если бы мы задушили большевизм при его рождении, человечество было бы бесконечно счастливо.
   (Уинстон Черчилль)
  
  
  СОДЕРЖАНИЕ:
  
  ЦЕЛИ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ
  СТАЛИНСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ПРОПАГАНДА ОБ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ
  КАК ПРОВОДИЛАСЬ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ?
  КАК БОЛЬШЕВИКИ ДОБЫВАЛИ СРЕДСТВА НА ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЮ:
  1.Экспорт продукции сельского хозяйства.
  2.Экспорт нефти, леса, металлов и других сырьевых ресурсов.
  3.Повышение налогов.
  4."Займы индустриализации"
  5.Иностранные займы.
  6.Госмонополия на водку.
  7.Игнорирование потребностей населения и развитие ВПК в ущерб легкой промышленности.
  8.Спецсредства.
  9.Торгсин.
  10.Распродажа музейных экспонатов и церковных ценностей.
  11.Золотовалютные резервы и добыча золота.
  12.Мошенничество в международных масштабах.
  13.Насильственное изъятие ценностей у населения.
  14.ГУЛАГ - бесплатная рабсила заключенных.
  КАК ПРОКЛЯТЫЕ КАПИТАЛИСТЫ ПРОДАВАЛИ СВОИМ ВРАГАМ "ВЕРЕВКУ"?
  МОГ ЛИ СССР ПРОВЕСТИ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЮ САМОСТОЯТЕЛЬНО, БЕЗ ПОМОЩИ ЗАПАДА?
  СОПОСТАВЛЕНИЕ ДОСТИЖЕНИЙ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ И ЗАПЛАЧЕННОЙ ЗА НЕЁ ЦЕНЫ
  
  ЦЕЛИ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ
  
  "Мы отстали от передовых стран на 50-100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут". (И.В. Сталин, речь на Первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности 4 февраля 1931 г.)
  
  В этой фразе, вернее, в одном только слове этой фразы, использован один из самых гнусных и лживых демагогических приемов, которым большевики-коммунисты-чекисты с успехом пользовались на протяжении всего столетия своей власти и продолжают пользоваться по сей день. Это слово "НАС". Кого именно - "НАС"? В том-то и дело. Великий людоед иезуитски отождествлял в этом слове всё население страны и большевистскую власть, что на самом деле не только не одно и то же, но даже антагонистические социальные группы, которые находятся в отношении друг к другу как раб и рабовладелец, или как жертва и палач.
  
  "ВАС", большевиков, следовало не "смять", а просто перевешать еще в то время, когда это было еще возможно сделать. Когда вы организовывали убийства представителей власти и массовые грабежи, так называемые "эксы". "Кровавый" царский режим либеральничал с вами, вплоть до того, что убийца петербургского градоначальника была оправдана в суде и отпущена на свободу. Надо было не отправлять вас в благоустроенную ссылку да еще выплачивать вам солидное содержание, а вешать на первом попавшемся фонарном столбе. Или перевешать хотя бы после мятежей 1905 года. Или в 1917, когда вы в военное время разваливали российскую армию и натравливали солдат на убийство своих офицеров. К сожалению, ничего этого сделано не было, и за такую мягкотелость царской власти и затем Временного правительства несчастный народ расплачивался своими жизнями в течение целого столетия и расплачивается до сих пор.
  
  Хотя это уже, конечно, совсем не тот народ. Этот народ в массе своей переродился из замученных рабов в холуёв и терпил, склонных оправдывать преступления коммунистов против их же отцов и дедов и ностальгирующих по временам "большого террора". Для них сталинская индустриализация - явление позитивное, без которого замечательный СССР не победил бы в войне. Этой победой теперь оправдываются все злодеяния сталинизма, совершенные как до индустриализации, так и во время неё и после неё.
  
  "Чисто советский тезис о том, что советский народ вынес немыслимые беды и катастрофы только ради того, чтобы спасти мир от фашизма, до сих пор сидит глубоко в подсознании бывшего советского населения. Этот тезис для многих - единственное оставшееся моральное оправдание всей их жизни и основа самоуважения. Сознание изо всех сил сопротивляется мысли, что все было не так. Что жизнь советских людей, переживших сталинскую эпоху, моральных оправданий вообще не имеет. Что её остается только стыдится, как стыдятся немцы четырнадцати лет нацистского правления". (1)
  
  Все без исключения авторы советского времени и многие публицисты сегодня исходят из явного или неявного представления о том, что одной из главных целей большевиков было повышение материального благосостояния и культурного уровня трудящихся. На самом деле это ни что иное, как пропаганда, ложь и лицемерие. Единственной их целью был захват и удержание власти в собственной стране и распространение этой власти вовне, на другие страны. Для достижения этой цели большевики всегда были готовы пожертвовать миллионы чужих жизней и превратить в рабов оставшихся в живых. Этой же цели должна была послужить и проводимая ими в кратчайшие сроки индустриализация - строительство и введение в строй исключительно предприятий тяжелой промышленности для массового производства всех видов вооружения. Производство товаров народного потребления всегда было на десятом месте. Вот несколько цифирок:
  
  "Для первой пятилетки были характерны нищенский уровень жизни основной массы населения, товарный дефицит, рабская организация труда в колхозах, зарождение ГУЛАГа и карточная распределительная система. На среднюю месячную зарплату в 1933 г. столичный рабочий мог купить 31 кг хлеба (в 1913 - 314 кг) или 7 кг мяса (в 1913 г. - 43 кг), 5 кг колбасы (в 1913 г. - 25 кг), 3 кг масла (в 1913 г. - 18 кг) и 3,5 кг сыра (в 1913 г. - 22 кг).
  
  Вторая пятилетка 1933-1937 гг. стала временем завершения и освоения ранее начатых объектов. Было обращено внимание и на легкую промышленность - пущены в ход швейные, текстильные, трикотажные, обувные фабрики, хлебозаводы, мясокомбинаты. Дефицит товаров народного потребления не был преодолен, но некоторые товары в магазинах появились. Введенные в 1929 г. карточки на продукты питания были к 1935 г. отменены, и Сталин объявил: "Жить стало лучше, жить стало веселее!" На радостях состоялся первый физкультурный парад на Красной площади.
  
  Жилищные же условия в городах продолжали ухудшаться. Между 1928 и 1940 г. городское население удвоилось - округленно с 30 млн до 60 млн, а строительство жилья за таким ростом никак не поспевало. Жилая площадь на человека сократилась в среднем по стране с 5,7 кв. м. в 1928 г. до 4,0 кв. м. в 1940 г., а в некоторых городах и до 2,5 кв. м. Часто вокруг строящихся заводов постоянного жилья вовсе не было, люди ютились в бараках, землянках и самодельных "нахаловках". Санитарные условия были неприемлимыми, вспыхивали эпидемии. <...>
  
  Приоритеты первых трёх пятилеток очевидны. На первом месте - военное производство, выросшее за 10 лет в 12-18 раз. Далее следует так называемая "Группа А" - производство средств производства, где быстрее всего - как, впрочем, и в других странах в то время - растет электроэнергетика. За ней следуют уголь и сталь, производство которых за 12 лет увеличилось в 4 с лишним раза. Менее приоритетны цемент и нефть". (2)
  
  "Австрийский историк Томас Титура пишет: "Требования Красной Армии к промышленности уже в 1929 году были чрезмерными: была запланирована армия из трех миллионов человек, двух тысяч самолетов (дополнительно полторы тысячи резервных), 9350 артиллерийских орудий (дополнительно 3400 более мелкого калибра), полутора тысяч танков (дополнительный резерв в начальной стадии войны - до трех тысяч штук)". (3)
  
  Индустриальную отсталость России партийные борзописцы неизменно старались списать на неэффективность управления промышленностью царской бюрократией. В действительности же ни кто иной, как сами большевики в процессе борьбы за власть устроили в стране разруху, уничтожили практически всю промышленность, истребили интеллигенцию, включая научно-техническую, и наиболее производительную часть крестьянства, устроили два страшных голодомора, и после всего этого взялись за индустриализацию - какие молодцы!
  
  "После гражданской войны экономика России, выражаясь современным "Обамовским" языком, "была разорвана в клочья". По настоящему разорвана и развалена. И НЭП лишь несколько стабилизовал проблему обеспечения населения страны продовольственными товарами и товарами народного потребления, но зато вызвал резкое усиление классовых противоречий на селе в связи с ростом численности кулаков и обострил классовую борьбу на селе до от открытых кулацких восстаний". (4)
  
  Прикиньте-ка, во сколько миллионов человеческих жизней обошелся России захват и удержание власти большевиками: военный коммунизм с Красным террором, гражданская война, продразверстка, непрекращающееся потопление в крови крестьянских восстаний, Первый голодомор 1921-22 годов, разгром Кронштадтского восстания, коллективизация и раскулачивание, Второй голодомор - по самым скромным подсчетам миллионов 20 набирается. Это только убитыми. Добавьте к этому перманентную нищету и голодание остального, выжившего населения и миллионы беспризорных детей. Так разве на этом истребление народа закончилось? Впереди еще глобальный ГУЛАГ, Большой террор, чудовищная война (да, да, и она на совести Сталина и его подручных), Третий голодомор. И это власть, объявившая себя народной!
  
  Есть в сегодняшней России публицисты, которые с пеной у рта "опровергают" приведённые выше цифры: нет, не 20 миллионов, а "всего лишь" 15, или даже 12 миллионов! Ничем иным, кроме нравственного вырождения, представления прохвостов, для которых 12-15 миллионов жизней ни в чём не повинных людей, включая сотни тысяч детишек, являются приемлимой ценой за иллюзорное "счастливое будущее", а на самом деле - исключительно за удержание власти новыми хозяевами огромной страны, объяснить невозможно.
  
  "В Российской Федерации, в отличие от Украины, память жертв голода 1933 года, превысившего по масштабам трагедию Холокоста, практически не увековечена и существует лишь на уровне частных историй. А Госдума в заявлении 2008 года оправдывает Голодомор успехами индустриализации СССР. Такое положение нравственно невыносимо, а политически - преступно". (5)
  
  "Объясняя причины "продовольственных затруднений", Иосиф Сталин в 1933 г. заявил: "Нельзя не подгонять страну, которая отстала на сто лет, и которой угрожает из-за ее отсталости смертельная опасность... Поэтому партия была вынуждена подхлестывать страну, чтобы не упустить время, использовать до дна передышку и успеть создать в СССР основы индустриализации, которые составляют базу его могущества". Тезис о "подхлестывании" до сих пор остается в российской историографии единственным объяснением голода 1932-1933 гг. Конечно! Гитлеровская Германия действительно напала на СССР, вождь за полтора десятилетия до нападения предвидел такую возможность и в декабре 1925 г. взял курс на индустриализацию страны...". (6)
  
  СТАЛИНСКАЯ И СОВРЕМЕННАЯ ПРОПАГАНДА ОБ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ
  
  Берем в руки Большую советскую энциклопедию, Второе издание. Этот том вышел уже в послесталинское время, в 1957 году, после доклада Хрущева на ХХ съезде партии с разоблачениями культа личности. Статья называется "Социалистическая индустриализация":
  
  "Задача обеспечения высоких темпов индустриализации была для Советского Союза особенно настоятельной потому, что он - первая в мире страна строящегося социализма, осуществлял это строительство, находясь во враждебном капиталистич. окружении. Без тяжелой пром-сти невозможно было обеспечить её обороноспособность. СССР должен был в кратчайший историч. срок пробежать расстояние, отделявшее его от развитых в индустриальном отношении капиталистич. стран; в противном случае он не смог бы не только развить, но и отстоять завоевания Великой Октябрьской социалистической революции". (7)
  
  МОЙ КОММЕНТАРИЙ: И в чем же заключались эти "завоевания Великой Октябрьской социалистической революции"? В двадцати миллионах убитых и заморенных голодом? В до сих пор неподсчитанных миллионах беспризорных детей? В беспросветной нищете и выживании на грани голодной смерти подавляющего большинства населения страны?
  Читаем дальше:
  
  "СССР приступил к С. и. как только в стране были подготовлены необходимые для этого предпосылки: было в основном восстановлено народное хозяйство, укрепились командные позиции социализма в хозяйстве, экономич. база диктатуры пролетариата, союз рабочего класса с трудящимся крестьянством". (Там же)
  
  МОЙ КОММЕНТАРИЙ: Народное хозяйство было частично восстановлено в период НЭПа, когда большевиками была временно вынужденно разрешена некоторая частная инициатива и предпринимательство.
  "Командные позиции социализма" действительно укрепились, прежде всего в процессе коллективизации и ликвидации "кулачества" как класса (о том как это происходило и какая цена была за это заплачена - см. статьи "Империя лжи. Коллективизация." и "Империя лжи. Второй голодомор.")
  "Экономическая база диктатуры пролетариата" - эвфемизм, прикрывающий диктатуру партии большевиков. Никакой "диктатуры пролетариата" никогда не существовало.
  "Союз рабочего класса с трудящимся крестьянством" - союз существовал в том смысле, что и рабочий класс и крестьянство были приведены с помощью жесточайшего насилия к беспрекословному повиновению власти большевиков. А также безжалостного ограбления деревни для поддержания выживания городского населения. (О противоречиях между городом и деревней - см. в той же статье "Империя лжи. Коллективизация.")
  Прошло белее полувека. Современный официальный взгляд на индустриализацию конца 1920-х - 1930-х годов в общих чертах излагается в статье из Википедии под названием "Индустриализация в СССР":
  
  "Индустриализация в СССР - процесс форсированного наращивания промышленного потенциала СССР для сокращения отставания экономики от развитых капиталистических государств, осуществлявшийся с мая 1929 года по июнь 1941 года.
  
  Официальной задачей индустриализации было превращение СССР из преимущественно аграрного государства в ведущее индустриальное. Начало социалистической индустриализации как составной части "триединой задачи по коренному переустройству общества" (индустриализация, коллективизация сельского хозяйства и культурная революция) было положено первым пятилетним планом развития народного хозяйства (1928 - 1932).
  
  В советское время индустриализация считалась великим подвигом. Стремительный рост производственных мощностей и объёмов производства тяжёлой промышленности (в 4 раза) имел огромное значение для обеспечения экономической независимости от капиталистических стран и укрепления обороноспособности страны. В это время СССР совершил переход от аграрной страны к индустриальной. С конца 1980-х в Советском Союзе и России ведутся дискуссии о цене индустриализации, которые также поставили под сомнение её результаты и долгосрочные последствия для советской экономики и общества. Впрочем, никто не отрицает того факта, что экономики всех постсоветских государств и по сей день функционируют за счёт той индустриальной базы, которая была создана в советский период".(8)
  
  МОЙ КОММЕНТАРИЙ: Как-то не очень внятно: с одной стороны - "поставили под сомнение её результаты и долгосрочные последствия для советской экономики и общества", а с другой - "никто не отрицает того факта, что экономики всех постсоветских государств и по сей день функционируют за счёт той индустриальной базы, которая была создана в советский период". Наблюдается некоторый когнитивный диссонанс, вы не находите? Идем дальше:
  
  "С внешнеполитической точки зрения, страна находилась во враждебных условиях. По мнению руководства ВКП(б), существовала высокая вероятность новой войны с капиталистическими государствами. Показательно, что ещё на X съезде РКП(б) в 1921 году автор доклада "О советской республике в окружении" Л.Б. Каменев констатировал начавшуюся в Европе подготовку ко второй мировой войне:
  
  "То, что мы ежедневно наблюдаем в Европе, ... свидетельствует, что война не закончена, армии передвигаются, боевые приказы отдаются, гарнизоны то в одну, то в другую местность отправляются, никакие границы не могут считаться твёрдо установленными. ... можно ожидать с часу на час, что старая законченная империалистская бойня породит, как своё естественное продолжение, какую-нибудь новую, ещё более чудовищную, ещё более гибельную империалистскую войну"".
  
  МОЙ КОММЕНТАРИЙ: Не прошло еще и двух с половиной лет после окончания Первой мировой войны, Европа зализывает раны и продолжает находиться в шоке от бессмысленной бойни с миллионами трупов и разрушенной экономикой стран-участниц этого кошмара, а "великий прозорливец" Лев Борисович Каменев свидетельствует о "передвижениях армий и гарнизонов, боевых приказах, неустановленных границах" и пугает новой империалистической войной. И главное, все капиталистические страны только и думают о том, как бы напасть на молодую советскую республику. Что это - паранойя? Пугалка для оправдания прошлого и необходимости будущего насилия неправедной власти над собственным народом? Или понимание того, что большевики сами, в силу природы своей власти, не могут жить в мире с остальным миром и непрерывно бредят о мировой революции?
  
  "Подготовка к войне требовала основательного перевооружения. Военно-учебные заведения Российской империи, разрушенные революцией и гражданской войной, были восстановлены: военные академии, училища, институты и военные курсы начали подготовку кадров для Красной Армии. Однако немедленно начать техническое перевооружение Красной Армии было невозможно в силу отсталости тяжёлой промышленности. В то же время существующие темпы индустриализации казались недостаточными, поскольку отставание от капиталистических стран, в которых в 1920-е был экономический подъём, увеличивалось. <...>
  Одной из основных целей индустриализации было наращивание военного потенциала СССР. Так, если по состоянию на 1 января 1932 в РККА насчитывались 1446 танков и 213 бронеавтомобилей, то на 1 января 1934-7574 танка и 326 бронеавтомобилей - больше, чем в армиях Великобритании, Франции и нацистской Германии вместе взятых".
  
  МОЙ КОММЕНТАРИЙ: Тут всё правильно: главная цель индустриализации - подготовка к войне.
  
  "Недостатка в дешевой рабочей силе не было, поскольку после коллективизации из сельской местности в города от нищеты, голода и произвола властей перебралось большое число вчерашних сельских жителей. Миллионы людей самоотверженно, почти вручную, строили сотни заводов, электростанций, прокладывали железные дороги, метро. Часто приходилось работать в три смены. В 1930 г. было развёрнуто строительство около 1500 объектов, из которых 50 поглощали почти половину всех капиталовложений".
  
  МОЙ КОММЕНТАРИЙ: В перечислении объектов строительства несправедливо забыто "самоотверженное" рытьё каналов с помощью "самой дешевой рабочей силы" - заключенных. А о том, кто планировал и руководил строительством промышленных объектов, будет сказано ниже.
  
  "Чтобы создать собственную инженерную базу, в срочном порядке создавалась отечественная система высшего технического образования. Индустриализация в СССР потребовала подготовки за период с 1930 по 1935 год около 435000 инженерно-технических специалистов, в то время как их число в 1929 году составляло 66000".
  
  МОЙ КОММЕНТАРИЙ: Всё это звучит несколько сомнительно. Не очень понятно, кто же создавал отечественную систему высшего технического образования? Старую научно-техническую интеллигенцию поубивали или выдавили в эмиграцию - кто же преподавал в технических вузах? И каково было качество подготовки инженерного персонала в процессе такого скоропалительного обучения армии идеологически проверенных студентов? Мы помним, что многочисленным представителям более-менее образованной молодежи из числа "лишенцев" путь в средние специальные и высшие учебные заведения был закрыт. ("Лишенцы", "бывшие люди" - это часть населения СССР, по причине "непролетарского" происхождения лишенные избирательного права, права доступа к высшему и среднему специальному образованию и целого ряда других естественных гражданских прав).
  
  "Некоторые из начинаний индустриализации критики считают плохо продуманными с самого начала. Так, Ж. Росси приводит высказывания, согласно которым Беломоро-Балтийский канал якобы был никому не нужен. Вместе с тем, уже в первую навигацию 1933 года по каналу было перевезено 1143 тыс. тонн грузов и 27 тыс. пассажиров, в 1940 году около миллиона тонн, а в 1985 году 7 млн 300 тыс. тонн грузов".
  
  МОЙ КОММЕНТАРИЙ: Блестящий расчет, показывающий, что за девять предвоенных лет по каналу было перевезено около 10 миллионов тонн грузов. Это значит, что перевозка каждых 100 или 200 тонн грузов была оплачена ценой одной человеческой жизни. Эта перевозка имела настолько жизненно важное значение для страны? Или эти грузы невозможно было перевезти по железной дороге? Какое прекрасное достижение! Как ни крути, а приходится признать абсолютную правоту нравственной позиции Жака Росси.
  
  "По валовому промышленному производству СССР вышел на второе место в мире - после США (тогда как Россия 1913 г. была пятой). Если в 1928 г. производство электроэнергии в СССР составляло 4 % от уровня США, то в 1940 г. - 26 %; чугуна, соответственно, 9 и 35 %; стали - 8 и 29 %; цемента - 6 и 25 %". (9)
  
  "... я хочу предостеречь всех от поспешных выводов. Несмотря на то, что практически все показатели, заявленные перед пятилеткой, выполнены не были - рывок страна сделала гигантский. СССР получил промышленность и отличную базу для дальнейшей работы и роста. И это самое главное. Поэтому результат первой пятилетки индустриализации в СССР должен быть оценен положительно. <...>
  
  Также приведу некоторые цифры развития СССР в период с 1922 по 1937 годы:
  - Ежегодно запускалось в эксплуатацию до 700 фабрик и заводов (нижний показатель - 600).
  - К 1937 году рост промышленности в 2,5 раза опережал показатели 1913 года.
  - Объемы промышленности выросли значительно, и по их показателю СССР вышел на 2 место в мире. Напомню, что в 1913 году Российская Империя занимала по этому показателю 5 место в мире.
  - СССР стал полностью независимым государством в плане военном и экономическом от других стран. Без этого нельзя было победить в войне.
  - Полное отсутствие безработицы. Примечательно, что в 1928 году она составляла 12%, но благодаря индустриализации - в СССР работали все". (10)
  
  МОЙ КОММЕНТАРИЙ: Видите, как всё замечательно! Тут вам и впечатляющий рост промышленности (от некоторой малой величины рост в процентах всегда выглядит эффектно), и второе место в мире по объёмам промышленности (в основном по углю, чугуну и стали, а в конечном итоге - по числу танков, бронеавтомобилей, пушек и снарядов), а также - полное отсутствие безработицы (подневольный рабский труд за пайку хлеба - главное достижение советской власти). Я другой такой страны не знаю...
  
  "Основное "преимущество социализма", таким образом, состояло не в том, что он достигал сказочных темпов роста, а в том, что он мог национальный доход перераспределять в политических целях: безжалостно подавляя потребление и безотказно финансируя военно-промышленный комплекс. <...>
  
  "Очевидно, что характерные для угля и стали темпы роста порядка 13% годовых не могли относиться к советской экономике в целом. Советские пропагандисты безоглядно преувеличивали национальный доход, утверждая, что с 1913 г. по 1940-й он вырос в 5 раз. Это достигалось преуменьшением уровня царского времени, уловками с индексами цен и учетом только материального производства". (2)
  
  Туфтой и приписками приходилось заниматься всем, не всех уровнях. Это было необходимым условием сохранения жизни, иначе можно было за невыполнение приказов партии угодить если не под расстрел, то уж в лагерь наверняка.
  
  КАК ПРОВОДИЛАСЬ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ?
  
  Кто-нибудь еще помнит слова международного "пролетарского" гимна - Интернационала?
  
  Весь мир насилья мы разрушим
  До основанья, а затем
  Мы наш, мы новый мир построим -
  Кто был ничем, тот станет всем.
  
  Да, разрушили до основанья, это правда. Судя по тому, что разрушили "мир насилья", неявным образом подразумевается, что строить собирались "мир без насилья"? Ничего подобного, это просто еще один демагогический приём - "ложь по умолчанию". Новое насилие по сравнению со старым оказалось возведенным в десятую степень.
  
  "Кто был ничем, тот стал всем" - и это реализовано. Невежественные отребья общества во главе с группой "профессиональных ррреволюционеров" захватили власть и стали хозяевами не только огромных географических пространств и природных богатств, но и многомиллионных масс людей, также ставших их собственностью. Подробнее об этом можно прочитать, например, в книге И.Л. Солоневича "Диктатура сволочи" (11)
  
  Вот только с построением нового мира возникли серьёзные проблемы. Разгромить промышленность и истребить инженерно-технический персонал оказалось легко. А как всё это восстанавливать без квалифицированных специалистов и экономической базы?
  
  "Госплан СССР несколько лет разрабатывал пятилетний план развития народного хозяйства страны. За его подготовку отвечали председатель Госплана Г.М. Кржижановский, председатель ВСНХ В.В. Куйбышев и председатель Совнаркома А.И. Рыжов. Из двух представленных ими вариантов Сталин выбрал более интенсивный. Его и приняла XVI партконференция в апреле 1929 г. и утвердил V съезд Советов СССР в мае. Хотя уже первый год показал, что ни одно плановое задание не может быть выполнено в срок, Сталин потребовал задания повысить. "Мы отстали от передовых стран на 50-100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут". <...>
  
  Очевидно, что нагнать полвека за 10 лет было невозможно, реально речь могла идти лишь о том, чтобы нагнать отставание, вызванное октябрьским переворотом и его последствиями. Но даже это требовало предельной мобилизации сил. <...>
  
  Сталин устроил плановую "вакханалию", которая дело крайне затруднила. Планы постоянно повышались и менялись, Сталин требовал невозможного, а за невыполнение расстреливал "вредителей". Люди шли на ненужный риск, лили в 30-градусный мороз бетон плотины, надеясь, что весенние паводки её не снесут, вели монтаж высоковольтного оборудования под током. С другой стороны, единственным выходом часто были липовые отчеты, приписки, очковтирательство. Это вело к хаосу в управлении, сбоям в поставках, к простою незавершенного строительства. Сталин полагал, что требуя невозможного, он получит максимум возможного, но на самом деле он получил меньше, чем было возможно, и во второй пятилетке намного снизил задания.
  
  А о первой пятилетке В.М. Молотов свидетельствовал, что объём промышленной продукции в 1932 г. поднялся на 8,5%, вместо 36% по плану. К 1933 г. тракторов было выпущено 55 тыс. вместо 170 тыс по плану; автомобилей 42 тыс. вместо 170 тыс. по плану; железных дорог проложено 5500 км вместо 16 000 по плану. Тем не менее, в декабре 1932 г. пятилетка была объявлена выполненной: "пять в четыре!" В действительности 1933 г. был кризисным, и второй пятилетний план смогли составить лишь год спустя, к XVII съезду ВКП(б). В руках сталинских пропагандистов "план" сделался фикцией. Говорить надо не о нём, а о том, что было реально сделано.
  
  Было построено 5500 км железных дорог. Это ровно столько, сколько в среднем за 4 г. строилось в России в 1907-1913 гг. Ключевыми отраслями пятилетки были угольная промышленность как источник энергии и черная металлургия как основа машиностроения и военной промышленности. Рост черной металлургии опирался на несколько гигантов, прежде всего на связанные между собой Магнитогорский и Кузнецкий комбинаты. Они строились практически на пустом месте, первый у источника руды на Урале, второй - угля в Сибири. Но по производству угля и стали первая пятилетка еле вышла за дореволюционный уровень. Заложенные шахты и строящиеся домны не могли еще дать продукцию. Только во второй пятилетке произошел существенный рост. А в 1940 г. стали в СССР выплавлялось 18,3 млн тонн, что уже приблизилось к 20,0 млн тонн в Германии. <...>
  
  Выпуск предметов потребления увеличился за 12 лет на неполную треть (сопоставимо с темпом роста населения). Так что на душу в 1940 г., как и в 1928, приходилось 14 кв. м. ткани. Это количество удвоилось только через полвека - в 70-е. Для сравнения в том же ряду показан и сбор зерновых, который тоже повысился за 12 лет (также сопоставимо с ростом населения). Производство продуктов животноводства <...> резко сократилось. При росте численности населеня в 1,27 раза их в 1940 г. приходилось на 35% меньше на душу, чем в 1928 г.
  
  ... по сравнению с ростом населения в 1,27 раз потребление увеличилось в 1,22 раза. То есть, в среднем население в 1940 г. получало несколько меньше, чем в 1928 г. Эта средняя цифра скрывает тот факт, что потребление на душу городского населения несколько возросло, а сельского - сильно упало. <...>
  
  ... потребление населения все довоенные (а тем более военные) советские годы оставалось существенно ниже уровня царского времени". (2)
  
  Можно и так сказать, а можно и проще - поголовная нищета.
  
  "В годы советской власти коммунисты утверждали, что в основе индустриализации был рациональный и выполнимый план. Между тем, предполагалось, что первый пятилетний план вступит в действие ещё в конце 1928 г., однако даже к моменту его объявления в апреле-мае 1929 г. работа по его составлению не была завершена. Изначальная форма плана включала в себя цели для 50 отраслей промышленности и сельского хозяйства, а также соотношение между ресурсами и возможностями. С течением времени главную роль стало играть достижение наперёд заданных показателей. Если изначально заложенные в плане темпы прироста промышленного производства составляли 18-20 %, то к концу года они были удвоены. Западные и российские исследователи утверждают, что несмотря на отчёт об успешном выполнении первой пятилетки, статистика была сфальсифицирована, и ни одна из целей не была достигнута даже близко. Более того, в сельском хозяйстве и в промышленных отраслях, зависящих от сельского хозяйства, был резкий спад. Часть партийной номенклатуры была этим крайне возмущена, например, С. Сырцов охарактеризовал репортажи о достижениях как "очковтирательство".
  
  Напротив, по мнению Б. Бруцкуса, она была плохо продуманной, что проявилось в серии объявленных "переломов" (апрель-май 1929 г., январь-февраль 1930 г., июнь 1931 г.). Возникла грандиозная и насквозь политизированная система, характерными чертами которой были хозяйственная "гигантомания", хронический товарный голод, организационные проблемы, расточительность и убыточность предприятий. Цель (то есть, план) стала определять средства для её реализации. Согласно выводам ряда историков (Р. Конквеста, Р. Пайпса и др.), пренебрежение материальным обеспечением и развитием инфраструктуры с течением времени стало наносить значительный экономический ущерб. <...>
  
  Несмотря на освоение выпуска новой продукции, индустриализация велась преимущественно экстенсивными методами: экономический рост обеспечивался увеличением нормы валового накопления в основной капитал, нормы сбережений (за счет падения нормы потребления), уровня занятости и эксплуатации природных ресурсов. Британский учёный Дон Фильцер считает, что это было обусловлено тем, что в результате коллективизации и резкого снижения уровня жизни сельского населения человеческий труд сильно обесценился. В. Роговин отмечает, что стремление выполнить план приводило к обстановке перенапряжения сил и перманентного поиска причин, чтобы оправдать невыполнение завышенных задач". (8)
  
  Очень важный момент заключается в том, какими методами принуждения пользовалась власть, чтобы заставить всю страну работать на износ за пайку:
  
  "Индустриализация не могла питаться одним только энтузиазмом и требовала ряда мер принудительного характера. Начиная с октября 1930 г. свободное передвижение рабочей силы было запрещено, были введены уголовные наказания за нарушения трудовой дисциплины и халатность. С 1931 г. рабочие стали нести ответственность за ущерб, нанесённый оборудованию. В 1932 г. стал возможным принудительный перевод рабочей силы между предприятиями, за кражу госимущества была введена смертная казнь. 27 декабря 1932 г. был восстановлен внутренний паспорт, который Ленин в своё время осуждал как "царистскую отсталость и деспотизм". Семидневная неделя была заменена на сплошную рабочую неделю, дни которой, не имея названий, нумеровались цифрами от 1 до 5. На каждый шестой день приходился выходной, устанавливаемый для рабочих смен, так что заводы могли работать без перерыва. Активно использовался труд заключённых (см. ГУЛАГ). Фактически в годы первой пятилетки коммунисты заложили основы принудительного труда для советского населения. <...>
  
  Недовольство рабочих время от времени выливалось в забастовки: на Сталинском заводе, заводе им. Ворошилова, Шостенском заводе на Украине, на заводе "Красное Сормово" под Нижним Новгородом, на заводе "Серп и Молот" Машинотреста в Москве, Челябинском тракторстрое и других предприятиях". (Там же)
  
  "Вопреки пропагандистскому стереотипу "СССР - осажденная крепость", советская индустриализация осуществлялась при огромной, но небескорыстной технологической и финансовой помощи ведущих стран Европы и США. <...> Во всех странах индустриальная революция стала временем ломки, лишений, социальных потрясений, хотя цена сталинской индустриализации оказалась несоизмеримо выше - массовый голод, ГУЛАГ, насилие. Миллионы жизней и судеб были принесены в жертву индустриальной мечте". (12)
  
  КАК БОЛЬШЕВИКИ ДОБЫВАЛИ СРЕДСТВА НА ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЮ?
  
  "Коммунистическая партия успешно разрешила проблему взыскания средств для развертывания тяжёлой индустрии, обеспечив мобилизацию внутренних источников накопления, строжайшее соблюдение режима экономии, рациональное направление капитальных вложений". (7)
  
  Товарищ Сталин, как опытный урка, был прекрасным "технологом власти", но слабо представлял себе технологии управления производством и экономикой в целом. Он был уверен, что все проблемы можно решить насилием. Ему казалось, что средств от ограбления деревни должно хватить на проведение индустриализации.
  
  Как ни странно, эту примитивную мифическую концепцию разделяют многие историки и публицисты и по сей день, полагая, что основную долю финансирования индустриализации удалось извлечь из сельского хозяйства благодаря вовремя проведенной коллективизации. Современные популисты принимают это суждение на веру в качестве аксиомы, не утруждаясь даже самым поверхностным анализом данного вопроса. В действительности ограбления деревни оказалось катастрофически недостаточно для создания военно-промышленного комплекса практически с нуля.
  
  "Перед деятелями первых пятилеток стояла беспрецедентная задача: откуда взять капитал на развитие промышленности, когда капиталисты расстреляны или изгнаны, капиталы их пропали в огне "военного коммунизма", а к иностранным, после отказа Ленина платить по царским долгам, доступа нет? Ответом было создание плановой, а точнее командно-административной системы, сложившейся в ходе первой пятилетки. Рыночные договорные отношения были отменены, цены стало устанавливать государство, и оно же решало, кому сколько чего по этим ценам производить и отпускать". (2)
  
  1.Экспорт продукции сельского хозяйства.
  
  "Какие же цели ставил перед собой генеральный секретарь ЦК ВКП(б), начиная насильственное обобществление деревни?
  Если верить тому, что говорил он сам, то главными целями были:
  - найти деньги на индустриализацию страны;
  - окончательно решить для России зерновую проблему. Как стало для меня ясно в ходе работы над этой темой, денег на индустриализацию обобществление деревни дать не смогло, а зерновая проблема была загнана в такой тупик, выбраться из которого удалось только через 65 лет после смерти Сталина. <...>
  
  В среде российских историков и публицистов, пишущих о коллективизации, невозможно найти и двух человек, мнения которых полностью совпадали бы по поводу этого события. Но одновременно с этим почти все они проявляют редкое единодушие, утверждая, что сталинская коллективизация была исторически оправдана, так как без нее якобы было бы невозможно осуществить индустриализацию Советского Союза. А без этой последней нам не удалось бы отстоять независимость России. <...>
  
  Факты говорят о том, что деньги на индустриализацию ему пришлось брать совсем из других источников.
  Однако абсолютное большинство историков и публицистов убеждены в том, что без сталинского обобществления деревни была бы невозможна и индустриализация. При этом никаких аргументов в пользу этого вывода, как правило, никто не приводит, предлагается просто поверить в этот тезис и идти дальше. <...>
  
  Строго говоря, сама эта идея - индустриализовать страну за счет ограбления деревни - не сталинская, хотя он, судя по всему, всегда считал ее верной. Идею эту выдвинул впервые даже и не Троцкий, а последовательный его сторонник, бывший (в 1920- 1921 гг.) секретарь ЦК РКП(б) и член Оргбюро ЦК, ведущий советский экономист в 1920-1930 годах Евгений Преображенский.
  Еще в 1922 году он разработал план индустриализации страны и предложил деньги на это дело взять в деревне, сформулировав тезис о "первичном накоплении капитала за счет крестьянства". <...>
  
  Генсек упорно считал, что деньги на индустриализацию лежат только в деревне. 24 августа 1930 года Сталин писал Молотову из Сочи: "Микоян сообщает, что заготовки растут, и каждый день вывозим хлеба 1-1,5 млн. пудов. Я думаю, что этого мало. Надо поднять (теперь же) норму ежедневного вывоза до 3-4 млн. пудов минимум. Иначе рискуем остаться без наших новых металлургических и машиностроительных (Автозавод, Челябзавод и пр.) заводов... Словом, нужно бешено форсировать вывоз хлеба". <...>
  
  ... в общей структуре выручки от экспорта из СССР зерно занимало практически ничтожные позиции. Деньги на индустриализацию Сталин брал совсем из других источников". (3)
  
  "Хлебный экспорт, за счет которого планировалось пополнить валютные ресурсы, оплатить импорт и поддержать денежную систему страны, давал сбои: государственные скупочные цены не устраивали крестьян, а промышленных товаров для стимулирования заготовок сельскохозяйственной продукции у государства не хватало". (13)
  
  Однако Википедия с таким мнением не согласна и считает, что экспорт продукции сельского хозяйства играл существенную роль в процессе индустриализации. Правда, по этому поводу возникает закономерный вопрос: если всё было именно так, зачем понадобились все остальные упомянутые ниже способы добывания средств?
  
  "Индустриализация в значительной степени проводилась за счёт сельского хозяйства (коллективизация). Прежде всего, сельское хозяйство стало источником первичного накопления, за счёт низких закупочных цен на зерно и последующего экспорта по более высоким ценам, а также за счёт т. н. "сверхналога в виде переплат на промтовары". В дальнейшем крестьянство также обеспечивало рост тяжёлой промышленности рабочей силой. Краткосрочным результатом этой политики стало временное падение сельскохозяйственного производства. Следствием этого стало ухудшение экономического положения крестьянства, Голод в СССР (1932-1933). Для компенсации потерь села потребовались дополнительные расходы. В 1932-1936 колхозы получили от государства около 500 тыс. тракторов не только для механизации обработки земли, но и для восполнения ущерба от сокращения поголовья лошадей на 51 % (77 млн.) в 1929-1933". (8)
  
  2.Экспорт нефти, леса, металлов и других сырьевых ресурсов.
  
  "Частичным источником капитала для индустрии служил и экспорт. Он в советское время по сравнению с царским резко сократился: с 8% национального дохода в 1907-1913 гг. до 2% в 1928 г. Но он был важен для закупок импортного оборудования. Вывозились лес, зерно, продукты животноводства, топливо, металлы". (2)
  
  "... руководство партии стало изыскивать средства для создания промышленности всеми доступными способами:
  - Внешняя торговля. Советская власть продавала в Европу нефть, лес, лен, золото, зерно. Наибольшим спросом пользовались зерно, лес и нефть. Всего они приносили ежегодно более 2 миллиардов рублей". (10 )
  
  3.Повышение налогов.
  
  "Львиную долю национального бюджета составляли налоговые суммы. В 1932-1934 годах выросли в четыре раза денежная эмиссия и денежные налоги". (3)
  
  "Источники средств для индустриализации <...> складывались из: <...> - значительно выросшего прогрессивного налога на нэпманов. Прямым следствием этого, по сути конфискационного налогообложения, дополненного прямым административным нажимом, стало полное свертывание в 1933 г. частного сектора в промышленности и торговле". (14)
  
  4."Займы индустриализации"
  
  "От лишней наличности население избавляли добровольно-принудительные займы". (2)
  
  "... обязательные подписки на "займы индустриализации". (14)
  
  "Огромные средства государство получало от подписки на заем для индустриализации. В 1927-1928 годах - 1 млрд. рублей, а в середине 1930-х годов средства от займов составили уже 17 млрд. рублей". (3)
  
  5.Иностранные займы.
  
  "В моем личном архиве хранится запись выступления профессора Дипломатической академии МИД СССР В.Г. Сироткина в Институте славяноведения и балканистики АН СССР 15 февраля 1989 года, где Владлен Георгиевич сообщил, что еще в 1926 году полпред СССР во Франции X. Раковский парафировал в Париже огромный кредит России на сумму в 300 млн. франков". (3)
  
  6.Госмонополия на водку.
  
  "... в поисках денег на развитие промышленности Сталин ввел водочную монополию и резко поднял цены на всю спиртоводочную продукцию. <...>
  В 1930 году Сталин писал Молотову о необходимости увеличить армию: "Нужно отбросить ложный стыд и прямо, открыто пойти на максимальное увеличение производства водки на предмет обеспечения действительной и серьезной обороны страны". (3)
  
  7.Игнорирование потребностей населения и развитие ВПК в ущерб легкой промышленности.
  
  "Создание "дефицитов". Население целенаправленно ограничивали во всем, чтобы максимально все вложить в промышленность. В результате уровень жизни людей в СССР в 1933 году упал в 2 раза в сравнении с показателями 1928 года!". (10)
  
  "Источники средств для индустриализации <...> складывались из: <...> - средств, полученных за счет ограничения потребления городского и сельского населения (через увеличение подоходного налога и розничных цен на товары, существовавшую с 1928 по 1934 г. карточную систему их распределения". (14)
  
  "Для сферы торговли и потребительского рынка форсированная индустриализация имела плачевные последствия. Население любой страны в период индустриализации затягивает пояса потуже, но советские люди заплатили за нее массовым голодом. Более того, вопреки мнению тех, кто считает, что индустриализация вызвала хотя и тяжелые, но кратковременные трудности, на которые нужно было пойти, чтобы подготовиться к предстоящей войне, следует сказать, что трудности и проблемы вовсе не были кратковременными. Форсированная индустриализация привела к господству плановую централизованную экономику, а это имело тяжелые долговременные последствия для населения и страны. <...>
  
  "Вредители по мясу, овощам, консервам и прочие" были расстреляны, но продовольственное положение, как того и следовало ожидать, не улучшилось. Главный виновник кризиса - форсированная индустриализация, повлекшая огосударствление экономики и развал рынка, набирала силу. В начале 1931 года Политбюро официально ввело всесоюзную карточную систему на основные продукты и товары, узаконив и упорядочив региональные карточные системы, уже существовавшие в стране!". (15)
  
  8.Спецсредства.
  
  "Что имеется в виду под "спецсредствами"? В 1917 году большевики провели массивную экспроприацию. Средства ушли в швейцарские банки (финансовый центр Европы), откуда они могли быть использованы для нужд революции в других странах. Средства эти выделялись на конкретные счета и на конкретных людей. Это были представители Ленинской гвардии.
  
  В период НЭПа деньги тоже получались, и они тоже уходили на счета в швейцарских банков. Было всего порядка 100 деятелей Ленинской гвардии, которые имели счета в зарубежных банках. Я повторяю это были не их личные деньги, но они лежали на личных счетах. Поскольку мировой революции нет, они так лежали мертвым грузом. А суммы были огромные - в среднем по 800 миллионов долларов (нужно только помнить, что доллар тогда по сравнению с современным нужно умножить на 20-25). То есть это были огромные суммы, и вот в 1930-е годы Сталин эти деньги получил и во многом благодаря им индустриализация в СССР прошла.
  
  Личная разведка Сталина прошлась по западным банкам и, подкупая служащих, она вывела тех людей, которые имели деньги на счетах. Потому что Сталин этого знать просто не мог. Он не был в этой игре к тому моменту. Это делалось по другим линиям, например по Коминтерну. Тогда начался, так называемый сталинский террор, когда начали арестовывать представителей Ленинской гвардии. Сначала им давали очень умеренные сроки. Но мало кто знает, что эти сроки (5-7 лет) это был обмен на их средства в швейцарских банках. Это и есть те самые спецсредства, которые решили много проблем". (10 )
  
  9.Торгсин.
  
  "Профессор русской истории университета Южной Каролины (Колумбия, США) Е.А. Осокина обнаружила в Российском государственном архиве экономики, что созданное в 1930 году Всесоюзное объединение по торговле с иностранцами на территории СССР (Торгсин) только в 1933 году собрало у населения ценностей, которых "хватило, чтобы оплатить треть расходов СССР на промышленный импорт. Это открытие, - пишет она, - потрясло меня. - В тот год по объемам валютной выручки Торгсин перегнал главных добытчиков валюты для страны - экспорт хлеба, леса и нефти". Кроме того, только в 1927/28 хозяйственном году советское руководство продало за границу драгоценных металлов на сумму более 100 млн. рублей, а все советские закупки промышленного оборудования за рубежом в 1931 году составили 600 млн. рублей". (3)
  
  "Торгсин появился 8 июля 1930 года по постановлению Наркомата торговли СССР. <...>
  В начальный период Торгсин обслуживал только иностранных туристов, иностранных моряков в портах и транзитных иностранных пассажиров. Ни иностранцы, работавшие по контракту и длительно проживавшие в СССР, ни иностранные дипломаты не имели легального доступа в его магазины. Их обслуживал Инснаб". (12)
  
  "... в первой половине 1930-х гг. - решающие годы советской индустриализации - Торгсин купил у населения ценностей, достаточных для покрытия пятой части расходов на импорт промышленного оборудования, технологий и сырья. В отдельные годы вклад Торгсина был и того выше: в 1933 г. ценностей, собранных через Торгсин, хватило, чтобы оплатить треть расходов СССР на промышленный импорт. В тот год по объёмам валютной выручки Торгсин перегнал главных добытчиков валюты для страны - экспорт хлеба, леса и нефти". (13)
  
  "Торгсин был философским камнем советской индустриализации. Ничего не вывозя за рубеж, он превращал обыденные, а порой и сомнительного качества товары - муку, крупу, селедку, хлеб - и мало кому нужные в мире советские рубли в валюту и золото. Есть веские основания считать, что государство провело сделку по обмену ценностей на продовольствие и товары нечестно. Алхимики советской индустриализации дважды обманули тех, кто покупал в Торгсине. Люди не только продали ценности государству значительно дешевле мировых цен, но и втридорога заплатили за продовольствие и ширпотреб. Путем нехитрых махинаций и с помощью голода Торгсин опустошил народную валютную кубышку, причем валютная рентабельность Торгсина в годы голода превзошла рентабельность основных статей советского экспорта - зерна, леса, нефти. <...>
  
  Государство могло назначить в Торгсине любую скупочную цену на ценности, не боясь, что граждане уличат его в непорядочности. Откуда простому человеку, взращенному на советской пропаганде, за границей не бывавшему и иностранных газет в глаза не видавшему, знать, сколько стоят на мировом рынке золото, платина, серебро или бриллианты. Неся ценности в Торгсин, советский покупатель мерил скупочную цену не котировками нью-йоркской и лондонской биржи, а мешками муки, килограммами сахара, крупы. Решал, выгодна ли цена Торгсина или лучше купить за рубли в коммерческом магазине, на крестьянском или черном рынке". (12)
  
  "Историю Торгсина определяла не только индустриализация, но и голод первых пятилеток. Чтобы выжить, люди были готовы отдать все, что имели. И за рубежом молва о Торгсине ширилась не только благодаря рекламе его представителей, но и вследствие потока писем, идущих из голодной страны. "Шлите доллары на Торгсин" - письма молили о помощи.
  
  Правительство использовало голод, чтобы изъять сбережения граждан. Услуги ОГПУ для этого уже не требовались. Люди сами понесли ценности в Торгсин, порой как бы подсказывая правительству, что еще можно обратить в импортные станки и турбины. В материалах Торгсина описан, например, такой факт: "На днях в московский магазин были принесены две картины фламандской и голландской школы, за которые собственник желал получить 50 рублей. За границей же они могли быть проданы за тысячу марок". Случай этот произошел в апреле 1933 года, когда у Торгсина еще не было права приобретать антиквариат у частных лиц. Однако уже летом того же года Торгсин это право получил.
  
  Голод гнал людей в Торгсин, доходы которого возрастали по мере ухудшения продовольственной ситуации в стране. Торгсиновский "взлет" пришелся на страшный 1933 год. Если в 1932 году Торгсин продал товаров на сумму 49,3 млн. рублей, то в 1933-м - в 2,5 раза больше - на 106,5 млн. <...> С января по май, когда голод достиг своего апогея, поступление валютных ценностей в Торгсин удвоилось.
  Что же покупали? - Более 80% товаров, проданных Торгсином в 1933 году, составляли продукты. Львиная доля (более 60%) приходилась на хлеб. Хотя доля наличной валюты и валютных переводов в платежах в Торгсине в абсолютном выражении и росла, однако относительно роста поступлений "бытовых" ценностей граждан (ювелирные изделия, монеты старой чеканки и пр.) она стремительно уменьшалась. Таким был звездный час Торгсина: голодные люди меняли свои сбережения на хлеб. В период голода резко возросла сдача серебра". (15)
  
  "В годы первых пятилеток по всей стране работали полторы тысячи торгсинов, большинство из которых сильно отличались от зеркальных столичных магазинов. Драгоценный урожай, собранный Торгсином, был огромен. За недолгие годы его работы советские люди снесли в Торгсин почти 100 тонн чистого золота! Торгсин перегнал главных добытчиков валюты - советский экспорт хлеба, леса и нефти. В погоне за золотом он фактически легализовал валютную проституцию и побил по валютным достижениям всемогущие органы госбезопасности, которые изымали ценности у населения силой. <...>
  
  История последних месяцев работы Торгсина поучительна. Она - еще одно свидетельство предприимчивости советского руководства. 14 ноября 1935 года правительство приняло постановление о закрытии Торгсина 1 февраля 1936 года. Постановление было опубликовано на следующий день, 15 ноября. В тот же день Торгсин прекратил принимать от населения драгоценные металлы и камни. Купить товары теперь можно было, только сдав наличную валюту или в счет валютных переводов из‐за границы.
  
  Слухи о закрытии Торгсина давно ходили по стране, но люди, видимо, до конца не верили, что это произойдет. На момент объявления о закрытии Торгсина более 80 тыс. человек в стране имели неиспользованные торгсиновские деньги на сумму 3,5 млн золотых рублей, больше половины их находилось в Москве и Ленинграде, остальные - в 35 региональных конторах Торгсина. Решение правительства многих застало врасплох.
  
  Известие о закрытии Торгсина мало изменило спрос на продукты, однако вызвало паническую скупку промышленных товаров в Торгсине. Руководство Торгсина, отмечая неслыханный ажиотаж, просило правительство поддержать их товарами. Из Харькова, например, сообщали, что после публикации постановления о ликвидации Торгсина план продаж был выполнен на 400%. Видимо, ранее люди откладывали покупку, ожидая поступления желанных товаров, но дольше ждать было нельзя. С закрытием Торгсина его деньги превращались в никому не нужные бумажки. А ведь за них люди отдали ценности. К 1 декабря 1935 года остаток торгсиновских денег у населения снизился до 2,5 млн рублей, то есть только за две недели, прошедшие с момента публикации постановления о ликвидации Торгсина, люди купили товаров на 1 млн рублей. <...>
  
  Всего за последние два с половиной месяца работы Торгсина люди сдали наличной иностранной валюты на 6,5 млн рублей, что на миллион золотых рублей больше, чем за десять с половиной месяцев с начала 1935 года (5,5 млн рублей)! Видимо, под занавес они принесли если не всю, то львиную долю припрятанной валютной кубышки. Надо было торопиться, с закрытием Торгсина легально использовать доллары, фунты, марки и прочие иностранные деньги, накопленные населением в период валютных послаблений и скупленные на черном рынке, было уже нельзя.
  
  Теперь не голод, а сытый потребительский ажиотаж создал благоприятный момент для получения валютного "припека". Правление Торгсина рекомендовало: "Целесообразно дальнейшее усиленное выкачивание находящейся на руках у населения иностранной валюты". В последние недели работы Торгсина, когда люди торопились потратить оставшиеся на руках деньги или сдать наличную валюту, чтобы купить дефицитные товары, правительство повысило торгсиновские цены на продовольствие в среднем на 20%, на промышленные товары - в среднем на 40%. Постановление было секретным, но разве можно скрыть от покупателя повышение цен! Показательно, что Наркомвнешторг планировал повысить цены на продовольствие в среднем на 15%, но правительство настояло на 20%. <...>
  
  Повысив цены в тот момент, когда люди не могли больше откладывать покупку, советское руководство вновь доказало, что предприимчивость не была чужда плановому "нерыночному" хозяйству, а получение прибыли не являлось экономическим преступлением, если бизнесменом выступали не отдельные личности, а государство. Последние недели работы Торгсина стали его торговым ренессансом. В результате повышения цен он вновь был самым дорогим магазином, и не только в СССР. <...>
  
  Советская экономика отличалась от капиталистического хозяйства не тем, что в ней отсутствовал рынок, а соотношением государственного регулирования и экономической свободы, более жестким ограничением легальной рыночной деятельности. Рынок в социалистическом хозяйстве существовал, и немалый. Легальное предпринимательство было представлено деятельностью кооперированных кустарей и так называемыми колхозными, а по сути крестьянскими рынками; примером государственного крупномасштабного предпринимательства можно считать Торгсин. Легальный рынок в СССР был лишь вершиной айсберга, его подводной частью стал гигантский нелегальный рынок товаров и услуг. Трудно было найти человека в СССР, который либо как покупатель, либо как продавец не участвовал в нелегальных рыночных операциях. Мое поколение прекрасно помнит черный рынок брежневского "застоя". Время Сталина, несмотря на репрессии, не было исключением. Черный рынок развивался энергией людей. Без него немыслимо было бы прожить в экономике хронического дефицита". (12)
  
  10.Распродажа музейных экспонатов и церковных ценностей.
  
  "Так как после национализации иностранных концессий по добыче золота против СССР был объявлен "золотой бойкот", для получения иностранной валюты, необходимой для финансирования индустриализации, применялись в том числе такие способы как продажа картин из коллекции Эрмитажа". (8)
  
  "Восстановление промышленности велось в основном за счет экспорта сырья. Импортировали паровозы и промышленное оборудование. Ради приобретения валюты распродавали сокровища Эрмитажа, Кремля, музейные коллекции. На недоуменные вопросы западных покупателей, для которых прямо со стен снимали и заворачивали шедевры Боттичелли или Тициана: "Вам не жалко?" - улыбчивый Анастас Микоян отвечал: "Ничего, после победы мировой революции всё это будет наше" (как известно, Ленин в 1923 году предлагал продать японцам советскую часть Сахалина. Не сговорились в цене.)". (16)
  
  "Поиск золота и валюты обернулся распродажей национального художественного достояния. С началом индустриализации спорадический вывоз антикварных и художественных ценностей за рубеж превратился в массовый экспорт, который затронул, без преувеличения, все крупные музеи и библиотеки страны. Наиболее сильно пострадало собрание Государственного Эрмитажа. <...>
  
  ... человек с большими деньгами нашелся. Сын банкира из Питтсбурга министр финансов США Эндрю Меллон (Andrew W. Mellon, 1855-1937) купил 21 шедевр Эрмитажа. Среди них жемчужины картинной галереи музея - полотна Рафаэля, Боттичелли, Перуджино, Веронезе, Тициана, Рембрандта и других признанных западноевропейских мастеров. Сделка обошлась Меллону почти в 7 млн долларов - громадная для начала 1930‐х годов сумма. <...>
  
  В общей сложности от продажи музейных ценностей в первой половине 1930‐х годов СССР выручил порядка 40 млн рублей (около 20 млн долларов США по официальному обменному курсу в СССР того времени). Эта сумма была ничтожно малой в сравнении с потребностями индустриализации. В финансировании промышленного рывка гораздо большую роль сыграли ценные сбережения советских граждан - валюта, золото и серебро, которые те сдавали в магазины Торгсина в обмен на продовольствие и другие товары в голодные годы первых пятилеток". (12)
  
  11.Золотовалютные резервы и добыча золота.
  
  "Советский Союз ко времени начала индустриализации не имел золотовалютных резервов. Некогда одна из самых больших в мире, казна Российской империи, хранившая золота на сумму около 1,7 млрд рублей, уже к началу 1920‐х годов опустела. На что было потрачено царское золото?
  
  Часть имперской казны пошла на оплату военных кредитов в годы Первой мировой войны еще до прихода коммунистов к власти в России. Часть золота, которое при угрозе немецкого наступления вывезли из столицы на Волгу, была потрачена, расхищена и потеряна в перипетиях Гражданской войны, побывав и в руках большевиков, и у антисоветских правительств - Комитета членов Учредительного собрания (также известного как Комуч или Самарская учредилка), Уфимской директории и верховного правителя адмирала Колчака. Но даже с учетом всех этих потерь в распоряжении советского руководства после войны оказалась значительная часть царской казны - золото на сумму около миллиарда довоенных рублей.
  
  Советское правительство потратило его на выплаты Германии по Брест-Литовскому мирному договору 1918 года, в результате которого Россия сепаратно вышла из мировой бойни, а также платы прибалтийским соседям по заключенным в 1920‐х годах договорам, контрибуцию Польше после неудачной войны 1920 года, финансовую помощь Турции в 1920-1921 годах. Значительные суммы были потрачены на поддержку мирового коммунистического движения в надежде на скорый приход мировой революции. Кроме того, находившаяся в разрухе голодавшая страна платила золотом за импорт продовольствия и товаров. В результате, как свидетельствует составленный по поручению Ленина "Отчет по золотому фонду", к началу 1920‐х годов свободная от платежных обязательств золотая наличность Советской России, даже с учетом поступлений от массовых конфискаций частной собственности, составляла немногим более 100 млн рублей. Вот и все, что осталось от миллиардной казны Российской империи. Золотовалютный запас страны нужно было создавать заново.
  
  Россия богата золотоносными землями, но скудная добыча природного золота в 1920‐е годы не могла обеспечить валютные потребности индустриализации. За время мировой и гражданской войн отрасль развалилась. Ее медленное возрождение, главным образом силами частных старателей и иностранных концессий, началось в период нэпа. Однако добыча хотя и выросла с 7,4 т в 1922 году до 28,1 т чистого золота в 1930 году, не достигла и половины годовой золотодобычи Российской империи, лучшим показателем которой стал 1914 год, когда добыли 66,4 т чистого золота. Советское руководство до поры не занималось созданием государственной золотодобывающей промышленности, пополняя золотые ресурсы за счет скупки у населения и конфискаций". (12)
  
  12.Мошенничество в международных масштабах.
  
  "... помогали большевикам вооружаться не только немцы, но и империалисты других стран. Которых большевики потом нещадно "кидали на бабки". Поскольку, в отличие от капиталистической, коммунистическая власть была абсолютно аморальна, большевики часто практиковали то, что лорд Керзон называл "большевистскими обезьяньими штучками". Приглашается, например, некий капиталист на выгодных условиях строить в СССР завод. А когда завод построен и капиталист, потирая ручки, предвкушает прибыль, большевики дают ему пинка под зад и завод отбирают". (3)
  
  Например, про историю с концессией компании "Лена Голдфилдс" можно прочитать в статье "Империя лжи. НЭП. Партия большевиков в борьбе за мир."
  
  13.Насильственное изъятие ценностей у населения.
  
  Экспроприированные в период "военного коммунизма" у "буржуев" ценности были Лениным и его гвардией бездарно профуканы на миражи социалистических революций в Европе, на репарации Германии по "похабному" Брестскому миру и выплаты долгов за "пломбированные вагоны", на содержание полков наёмников-китайцев, на содержание бурно растущей и ничего не производящей новой социалистической бюрократии, на роскошь партийной элиты и на прочие не терпящие отлагательств траты.
  
  К началу первой пятилетки выяснилось, что проводить индустриализацию не на что. Но Сталин и его подручные быстро смекнули, что за время прикрытого к тому моменту НЭПа некоторые предприимчивые господа успели обрасти жирком и неплохо было бы потрясти этих "новых русских" на предмет "добровольно-принудительных благотворительных пожертвований" в пользу индустриализации родной страны.
  
  А уж трясти разных толстосумов сотрудники ГПУ уже наловчились и подходили к этому делу творчески, с фантазией, благо опыта на этом поприще заплечных дел мастерам было не занимать. ГПУшные методы облегчения карманов новой буржуазии нашли отражение как в русской художественной литературе, так и в публицистике.
  
  Не найдется, наверное, в современном российском культурном обществе человека, который бы не читал, или хотя бы не слышал, о таком известном произведении, как "Мастер и Маргарита" Михаила Афанасьевича Булгакова. Это роман, пронизанный мистикой и религиозными фантазиями. Там автор описывает, как сам дьявол со своими помощниками в человеческом облике появляются в Москве 30-х годов, а в Иерусалиме двухтысячелетней давности разворачивается история Сына Человеческого. Но при этом одна глава этого фантасмагорического сочинения выбивается из общей интонации повествования своим неприкрытым реализмом, хотя и завуалированным под фиговым листочком "сновидения" пациента психиатрической клиники. Это глава 15 под названием "Сон Никанора Ивановича". Не могу удержаться от того, чтобы не привести её здесь почти полностью.
  
  Глава 15. Сон Никанора Ивановича.
  
  "Никанора Ивановича посетило сновидение, в основе которого, несомненно, были его сегодняшние переживания. Началось с того, что Никанору Ивановичу привиделось, будто бы какие-то люди с золотыми трубами в руках подводят его, и очень торжественно, к большим лакированным дверям. У этих дверей спутники сыграли будто бы туш Никанору Ивановичу, а затем гулкий бас с небес весело сказал:
  - Добро пожаловать, Никанор Иванович! Сдавайте валюту.
  Удивившись крайне, Никанор Иванович увидел над собой черный громкоговоритель.
  Затем он почему-то очутился в театральном зале, где под золоченым потолком сияли хрустальные люстры, а на стенах кенкеты. Все было как следует, как в небольшом по размерам, но богатом театре. Имелась сцена, задернутая бархатным занавесом, по темно-вишневому фону усеянным, как звездочками, изображениями золотых увеличенных десяток, суфлерская будка и даже публика.
  Удивило Никанора Ивановича то, что вся эта публика была одного пола - мужского, и вся почему-то с бородами. Кроме того, поражало, что в театральном зале не было стульев, и вся эта публика сидела на полу, великолепно натертом и скользком.
  Конфузясь в новом и большом обществе, Никанор Иванович, помявшись некоторое время, последовал общему примеру и уселся на паркет по-турецки, примостившись между каким-то рыжим здоровяком-бородачом и другим, бледным и сильно заросшим гражданином. Никто из сидящих не обратил внимания на новоприбывшего зрителя.
  Тут послышался мягкий звон колокольчика, свет в зале потух, занавесь разошлась, и обнаружилась освещенная сцена с креслом, столиком, на котором был золотой колокольчик, и с глухим черным бархатным задником.
  Из кулис тут вышел артист в смокинге, гладко выбритый и причесанный на пробор, молодой и с очень приятными чертами лица. Публика в зале оживилась, и все повернулись к сцене. Артист подошел к будке и потер руки.
  - Сидите? - спросил он мягким баритоном и улыбнулся залу.
  - Сидим, сидим, - хором ответили ему из зала тенора и басы.
  - Гм... - заговорил задумчиво артист, - и как вам не надоест, я не понимаю? Все люди как люди, ходят сейчас по улицам, наслаждаются весенним солнцем и теплом, а вы здесь на полу торчите в душном зале! Неужто уж программа такая интересная? Впрочем, что кому нравится, - философски закончил артист.
  Затем он переменил и тембр голоса, и интонации и весело и звучно объявил:
  - Итак, следующим номером нашей программы - Никанор Иванович Босой, председатель домового комитета и заведующий диетической столовкой. Попросим Никанора Ивановича!
  Дружный аплодисмент был ответом артисту. Удивленный Никанор Иванович вытаращил глаза, а конферансье, закрывшись рукою от света рампы, нашел его взором среди сидящих и ласково поманил его пальцем на сцену. И Никанор Иванович, не помня как, оказался на сцене.
  В глаза ему снизу и спереди ударил свет цветных ламп, отчего сразу провалился в темноту зал с публикой.
  - Ну-с, Никанор Иванович, покажите нам пример, - задушевно заговорил молодой артист, - и сдавайте валюту.
  Наступила тишина. Никанор Иванович перевел дух и тихо заговорил:
  - Богом клянусь, что...
  Но не успел он выговорить эти слова, как весь зал разразился криками негодования. Никанор Иванович растерялся и умолк.
  - Насколько я понял вас, - заговорил ведущий программу, - вы хотели поклясться богом, что у вас нет валюты? - и он участливо поглядел на Никанора Ивановича.
  - Так точно, нету, - ответил Никанор Иванович.
  - Так, - отозвался артист, - а простите за нескромность: откуда же взялись четыреста долларов, обнаруженные в уборной той квартиры, единственным обитателем коей являетесь вы с вашей супругой?
  - Волшебные! - явно иронически сказал кто-то в темном зале.
  - Так точно, волшебные, - робко ответил Никанор Иванович по неопределенному адресу, не то артисту, не то в темный зал, и пояснил: - Нечистая сила, клетчатый переводчик подбросил.
  И опять негодующе взревел зал. Когда же настала тишина, артист сказал:
  - Вот какие басни Лафонтена приходится мне выслушивать! Подбросили четыреста долларов! Вот вы: все вы здесь валютчики! Обращаюсь к вам как к специалистам - мыслимое ли это дело?
  - Мы не валютчики, - раздались отдельные обиженные голоса в зале, - но дело это немыслимое.
  - Целиком присоединяюсь, - твердо сказал артист, - и спрошу вас: что могут подбросить?
  - Ребенка! - крикнул кто-то из зала.
  - Абсолютно верно, - подтвердил ведущий программу, - ребенка, анонимное письмо, прокламацию, адскую машину, мало ли что еще, но четыреста долларов никто не станет подбрасывать, ибо такого идиота в природе не имеется, - и, обратившись к Никанору Ивановичу, артист добавил укоризненно и печально: - Огорчили вы меня, Никанор Иванович! А я-то на вас надеялся. Итак, номер наш не удался.
  В зале раздался свист по адресу Никанора Ивановича.
  - Валютчик он! - выкрикивали в зале, - из-за таких-то и мы невинно терпим!
  - Не ругайте его, - мягко сказал конферансье, - он раскается. - И, обратив к Никанору Ивановичу полные слез голубые глаза, добавил: - Ну, идите, Никанор Иванович, на место!
  После этого артист позвонил в колокольчик и громко объявил:
  - Антракт, негодяи!
  Потрясенный Никанор Иванович, неожиданно для себя ставший участником какой-то театральной программы, опять оказался на своем месте на полу. Тут ему приснилось, что зал погрузился в полную тьму и что на стенах выскочили красные горящие слова: "Сдавайте валюту!" Потом опять раскрылся занавес, и конферансье пригласил:
  - Попрошу на сцену Сергея Герардовича Дунчиля.
  Дунчиль оказался благообразным, но сильно запущенным мужчиной лет пятидесяти.
  - Сергей Герардович, - обратился к нему конферансье, - вот уже полтора месяца вы сидите здесь, упорно отказываясь сдать оставшуюся у вас валюту, в то время как страна нуждается в ней, а вам она совершенно ни к чему, а вы все-таки упорствуете. Вы - человек интеллигентный, прекрасно все это понимаете и все же не хотите пойти мне навстречу.
  - К сожалению, ничего сделать не могу, так как валюты у меня больше нет, - спокойно ответил Дунчиль.
  - Так нет ли, по крайней мере, бриллиантов? - спросил артист.
  - И бриллиантов нет.
  Артист повесил голову и задумался, а потом хлопнул в ладоши. Из кулисы вышла на сцену средних лет дама, одетая по моде, то есть в пальто без воротника и в крошечной шляпке. Дама имела встревоженный вид, а Дунчиль поглядел на нее, не шевельнув бровью.
  - Кто эта дама? - спросил ведущий программу у Дунчиля.
  - Это моя жена, - с достоинством ответил Дунчиль и посмотрел на длинную шею дамы с некоторым отвращением.
  - Мы потревожили вас, мадам Дунчиль, - отнесся к даме конферансье, - вот по какому поводу: мы хотели вас спросить, есть ли еще у вашего супруга валюта?
  - Он тогда все сдал, - волнуясь, ответила мадам Дунчиль.
  - Так, - сказал артист, - ну, что же, раз так, то так. Если все сдал, то нам надлежит немедленно расстаться с Сергеем Герардовичем, что же поделаешь! Если угодно, вы можете покинуть театр, Сергей Герардович, - и артист сделал царственный жест.
  Дунчиль спокойно и с достоинством повернулся и пошел к кулисе.
  - Одну минуточку! - остановил его конферансье, - позвольте мне на прощанье показать вам еще один номер из нашей программы, - и опять хлопнул в ладоши.
  Черный задний занавес раздвинулся, и на сцену вышла юная красавица в бальном платье, держащая в руках золотой подносик, на котором лежала толстая пачка, перевязанная конфетной лентой, и бриллиантовое колье, от которого во все стороны отскакивали синие, желтые и красные огни.
  Дунчиль отступил на шаг, и лицо его покрылось бледностью. Зал замер.
  - Восемнадцать тысяч долларов и колье в сорок тысяч золотом, - торжественно объявил артист, - хранил Сергей Герардович в городе Харькове в квартире своей любовницы Иды Геркулановны Ворс, которую мы имеем удовольствие видеть перед собою и которая любезно помогла обнаружить эти бесценные, но бесцельные в руках частного лица сокровища. Большое спасибо, Ида Геркулановна.
  Красавица, улыбнувшись, сверкнула зубами, и мохнатые ее ресницы дрогнули.
  - А под вашею полною достоинства личиною, - отнесся артист к Дунчилю, - скрывается жадный паук и поразительный охмуряло и врун. Вы извели всех за полтора месяца своим тупым упрямством. Ступайте же теперь домой, и пусть тот ад, который устроит вам ваша супруга, будет вам наказанием.
  Дунчиль качнулся и, кажется, хотел повалиться, но чьи-то участливые руки подхватили его. Тут рухнул передний занавес и скрыл всех бывших на сцене.
  Бешеные рукоплескания потрясли зал до того, что Никанору Ивановичу показалось, будто в люстрах запрыгали огни. А когда передний черный занавес ушел вверх, на сцене уже никого не было, кроме одинокого артиста. Он сорвал второй залп рукоплесканий, раскланялся и заговорил:
  - В лице этого Дунчиля перед вами выступил в нашей программе типичный осел. Ведь я же имел удовольствие говорить вчера, что тайное хранение валюты является бессмыслицей. Использовать ее никто не может ни при каких обстоятельствах, уверяю вас. Возьмем хотя бы этого Дунчиля. Он получает великолепное жалованье и ни в чем не нуждается. У него прекрасная квартира, жена и красавица любовница. Так нет же, вместо того, чтобы жить тихо и мирно, без всяких неприятностей, сдав валюту и камни, этот корыстный болван добился все-таки того, что разоблачен при всех и на закуску нажил крупнейшую семейную неприятность. Итак, кто сдает? Нет желающих? В таком случае следующим номером нашей программы - известный драматический талант, артист Куролесов Савва Потапович, специально приглашенный, исполнит отрывок из "Скупого рыцаря" поэта Пушкина.
  Обещанный Куролесов не замедлил появиться на сцене и оказался рослым и мясистым бритым мужчиной во фраке и белом галстуке.
  Без всяких предисловий он скроил мрачное лицо, сдвинул брови и заговорил ненатуральным голосом, косясь на золотой колокольчик:
  - Как молодой повеса ждет свиданья с какой-нибудь развратницей лукавой...
  И Куролесов рассказал о себе много нехорошего. Никанор Иванович слышал, как Куролесов признавался в том, что какая-то несчастная вдова, воя, стояла перед ним на коленях под дождем, но не тронула черствого сердца артиста. Никанор Иванович до своего сна совершенно не знал произведений поэта Пушкина, но самого его знал прекрасно и ежедневно по нескольку раз произносил фразы вроде: "А за квартиру Пушкин платить будет?" Или "Лампочку на лестнице, стало быть, Пушкин вывинтил?", "Нефть, стало быть, Пушкин покупать будет?"
  Теперь, познакомившись с одним из его произведений, Никанор Иванович загрустил, представил себе женщину на коленях, с сиротами, под дождем, и невольно подумал: "А тип все-таки этот Куролесов!"
  А тот, все повышая голос, продолжал каяться и окончательно запутал Никанора Ивановича, потому что вдруг стал обращаться к кому-то, кого на сцене не было, и за этого отсутствующего сам же себе и отвечал, причем называл себя то "государем", то "бароном", то "отцом", то "сыном", то на "вы", то на "ты".
  Никанор Иванович понял только одно, что помер артист злою смертью, прокричав: "Ключи! Ключи мои!" - повалившись после этого на пол, хрипя и осторожно срывая с себя галстух.
  Умерев, Куролесов поднялся, отряхнул пыль с фрачных брюк, поклонился, улыбнувшись фальшивой улыбкой, и удалился при жидких аплодисментах. А конферансье заговорил так:
  - Мы прослушали с вами в замечательном исполнении Саввы Потаповича "Скупого рыцаря". Этот рыцарь надеялся, что резвые нимфы сбегутся к нему и произойдет еще многое приятное в том же духе. Но, как видите, ничего этого не случилось, никакие нимфы не сбежались к нему, и музы ему дань не принесли, и чертогов он никаких не воздвиг, а, наоборот, кончил очень скверно, помер к чертовой матери от удара на своем сундуке с валютой и камнями. Предупреждаю вас, что и с вами случится что-нибудь в этом роде, если только не хуже, ежели вы не сдадите валюту!
  Поэзия ли Пушкина произвела такое впечатление или прозаическая речь конферансье, но только вдруг из зала раздался застенчивый голос:
  - Я сдаю валюту.
  - Милости прошу на сцену! - вежливо пригласил конферансье, всматриваясь в темный зал.
  И на сцене оказался маленького роста белокурый гражданин, судя по лицу, не брившийся около трех недель.
  - Виноват, как ваша фамилия? - осведомился конферансье.
  - Канавкин Николай, - застенчиво отозвался появившийся.
  - А! Очень приятно, гражданин Канавкин, итак?
  - Сдаю, - тихо сказал Канавкин.
  - Сколько?
  - Тысячу долларов и двадцать золотых десяток.
  - Браво! Все, что есть?
  Ведущий программу уставился прямо в глаза Канавкину, и Никанору Ивановичу даже показалось, что из этих глаз брызнули лучи, пронизывающие Канавкина насквозь, как бы рентгеновские лучи. В зале перестали дышать.
  - Верю! - наконец воскликнул артист и погасил свой взор, - верю! Эти глаза не лгут. Ведь сколько же раз я говорил вам, что основная ваша ошибка заключается в том, что вы недооцениваете значения человеческих глаз. Поймите, что язык может скрыть истину, а глаза - никогда! Вам задают внезапный вопрос, вы даже не вздрагиваете, в одну секунду овладеваете собой и знаете, что нужно сказать, чтобы укрыть истину, и весьма убедительно говорите, и ни одна складка на вашем лице не шевельнется, но, увы, встревоженная вопросом истина со дна души на мгновение прыгает в глаза, и все кончено. Она замечена, а вы пойманы!
  Произнеся, и с большим жаром, эту очень убедительную речь, артист ласково осведомился у Канавкина:
  - Где же спрятаны?
  - У тетки моей, Пороховниковой, на Пречистенке...
  - А! Это... постойте... это у Клавдии Ильиничны, что ли?
  - Да.
  - Ах да, да, да! Маленький особнячок? Напротив еще палисадничек? Как же, знаю, знаю! А куда ж вы их там засунули?
  - В погребе, в коробке из-под Эйнема...
  Артист всплеснул руками.
  - Видали вы что-нибудь подобное? - вскричал он огорченно. - Да ведь они ж там заплесневеют, отсыреют! Ну мыслимо ли таким людям доверить валюту? А? Чисто как дети, ей-богу!
  Канавкин и сам понял, что нагрубил и проштрафился, и повесил свою хохлатую голову.
  - Деньги, - продолжал артист, - должны храниться в госбанке, в специальных сухих и хорошо охраняемых помещениях, а отнюдь не в теткином погребе, где их могут, в частности, попортить крысы! Право, стыдно, Канавкин! Ведь вы же взрослый человек.
  Канавкин уже не знал, куда и деваться, и только колупал пальцем борт своего пиджачка.
  - Ну ладно, - смягчился артист, - кто старое помянет... - И вдруг добавил неожиданно: - Да, кстати: за одним разом чтобы, чтоб машину зря не гонять... у тетки этой самой ведь тоже есть? А?
  Канавкин, никак не ожидавший такого оборота дела, дрогнул, и в театре наступило молчание.
  - Э, Канавкин, - укоризненно-ласково сказал конферансье, - а я-то еще похвалил его! На-те, взял да и засбоил ни с того ни с сего! Нелепо это, Канавкин! Ведь я только что говорил про глаза. Ведь видно, что у тетки есть. Ну, чего вы нас зря терзаете?
  - Есть! - залихватски крикнул Канавкин.
  - Браво! - крикнул конферансье.
  - Браво! - страшно взревел зал.
  Когда утихло, конферансье поздравил Канавкина, пожал ему руку, предложил отвезти в город в машине домой, и в этой же машине приказал кому-то в кулисах заехать за теткой и просить ее пожаловать в женский театр на программу.
  - Да, я хотел спросить, - тетка не говорила, где свои прячет? - осведомился конферансье, любезно предлагая Канавкину папиросу и зажженную спичку. Тот, закуривая, усмехнулся как-то тоскливо.
  - Верю, верю, - вздохнув, отозвался артист, - эта сквалыга не то что племяннику - черту не скажет этого. Ну, что же, попробуем пробудить в ней человеческие чувства. Быть может, еще не все струны сгнили в ее ростовщичьей душонке. Всего доброго, Канавкин!
  И счастливый Канавкин уехал. Артист осведомился, нет ли еще желающих сдать валюту, но получил в ответ молчание.
  - Чудаки, ей-богу! - пожав плечами, проговорил артист, и занавес скрыл его.
  Лампы погасли, некоторое время была тьма, и издалека в ней слышался нервный тенор, который пел:
  "Там груды золота лежат и мне они принадлежат!"
  Потом откуда-то издалека дважды донесся аплодисмент.
  - В женском театре дамочка какая-то сдает, - неожиданно проговорил рыжий бородатый сосед Никанора Ивановича и, вздохнув, прибавил: - Эх, кабы не гуси мои! У меня, милый человек, бойцовые гуси в Лианозове. Подохнут они, боюсь, без меня. Птица боевая, нежная, она требует ухода... Эх, кабы не гуси! Пушкиным-то меня не удивишь, - и он опять завздыхал.
  Тут зал осветился ярко, и Никанору Ивановичу стало сниться, что из всех дверей в него посыпались повара в белых колпаках и с разливными ложками в руках. Поварята втащили в зал чан с супом и лоток с нарезанным черным хлебом. Зрители оживились. Веселые повара шныряли между театралами, разливали суп в миски и раздавали хлеб.
  - Обедайте, ребята, - кричали повара, - и сдавайте валюту! Чего вам зря здесь сидеть? Охота была эту баланду хлебать. Поехал домой, выпил как следует, закусил, хорошо!
  - Ну, чего ты, например, засел здесь, отец? - обратился непосредственно к Никанору Ивановичу толстый с малиновой шеей повар, протягивая ему миску, в которой в жидкости одиноко плавал капустный лист.
  - Нету! Нету! Нету у меня! - страшным голосом прокричал Никанор Иванович, - понимаешь, нету!" (17)
  
  Очень хочется познакомить читателя с отрывком на ту же тему не из художественного, а из документального произведения, написанного замечательным публицистом, беглецом из Беломорско-Балтийского лагеря Иваном Лукьяновичем Солоневичем:
  
  "Поздоровались. Мой будущий завхоз, с трудом сгибая ноги, присел на табуретку.
  - Простите, пожалуйста, вы никогда в Минске не жили?... Ну, так я же вас помню. И вашего отца. И вы там с братьями еще на Кокшарской площади в футбол играли. Ну, вы меня, вероятно, не помните. Моя фамилия Данцигер (фамилия вымышлена - прим. ред.).
  
  Словом, разговорились. Отец моего завхоза имел в Минске завод кожевенный с 15-ю рабочими. Национализировали. Сам Данцигер удрал куда-то на Урал, работал в каком-то кооперативе. Вынюхали "торговое происхождение" и выперли. Голодал. Пристроился к какому-то кустарю выделывать кожи. Через полгода и его кустаря посадили за "спекуляцию" - скупку кож дохлого скота. Удрал в Новороссийск и пристроился там грузчиком, крепкий был мужик. На профоюзной чистке (чистили и грузчиков) какой-то комсомольский компатриот выскочил: "Так я же его знаю, так это же Данцигер, у его же отца громадный завод был". Выперли и посадили за "сокрытие классового происхождения". Отсидел. Когда стал укореняться НЭП, вкупе с ещё какими-то лишенными всех прав человеческих устроили кооперативную артель "Самый свободный труд" (так и называлась!). На самых свободных условиях проработали год: посадили всех за дачу взятки.
  
  - Хотел бы я посмотреть, как это можно не дать взятки. У нас договор с военведом. Мы ему сдаём поясные ремни. А сырьё мы получаем от какой-то там Заготкожи. Если я не дам взятки Заготкоже, так я не буду иметь сырья, так меня посадят за срыв договора. Если я куплю сырьё на подпольном рынке, так меня посадят за спекуляцию. Если я дам взятку Заготкоже, так меня рано или поздно посадят за взятку; словом, вы бьётесь, как рыба головой об лёд. Ну, опять посадили. Так я уже, знаете, не отпирался: ну да, и завод был, и в Кургане сидел, и в Новороссийске сидел, и Заготкоже давал. "Так вы мне скажите, товарищ следователь, так что бы вы на моём месте сделали?" "На вашем месте я бы давно издох". "Ну и я издохну. Разве же так можно жить?"
  
  Принимая во внимание чистосердечное раскаяние, посадили на два года. Отсидел. Вынырнул в Питере; какой-то кузен оказался начальником кронштадтской милиции ("вот эти крали, так вы знаете, просто ужас!"). Кузен как-то устроил ему право проживания в Питере. Данцигер открыл галстучное производство: собирал всякие обрывки, мастерил галстуки и продавал их на базаре, работал в единоличном порядке и никаких дел с госучреждениями не имел. "Я уж обжигался, хватит. Ни к каким Заготкожам на порог не подойду". Выписал семью, была и семья, оставалась на Урале, дочь померла с голоду, сын исчез в беспризорники, приехали жена и тесть.
  
  Стали работать втроём. Проработали года полтора. Кое-что скопили. Пришло ГПУ и сказало - пожалуйте. Пожаловали. Уговаривали долго и красноречиво, даже со слезой. Посадили. Держали по три дня в парилке, по три дня в холодилке. Время от времени выводили всех в коридор, и какой-то чин произносил речи. Речи были изысканны и весьма разнообразны. Взывали и к гражданским доблестям, и к инстинкту самосохранения, и к родительской любви, и к супружеской ревности. Мужьям говорили: "Ну для кого вы своё золото держите? Для жены? Так вот она что делает". Демонстрировались документы об изменах жён, даже и фотографии, снятые, так сказать, "en fragrant delit" /на месте преступления - француз./.
  
  Втянув голову в плечи, как будто кто-то занёс над ним дубину и глядя на меня навек перепуганными глазами, Данцигер рассказывал, как в этих парилках и холодилках люди падали. Сам он крепкий мужик, бинтюг, как говорил Фомко, держался долго. Распухли ноги, раздулись вены, узлы лопнули в язвы, кости рук скрючило ревматизмом. Потом, вот повезло, потерял сознание.
  
  - Ну, знаете, - вздохнул Фомко, - черт с ними, с деньгами. Я бы отдал.
  - Вы бы отдали! Пусть они мне все зубы вырвали бы, не отдал бы. Вы думаете, что если я еврей, так я за деньги больше, чем за жизнь держусь? Так мне, вы знаете, на деньги наплевать. Что деньги? Заработал и проработал. А чтоб мои деньги на их детях язвами выросли! За что они меня 15 лет, как собаку травят? За что моя дочка померла? За что мой сын? Я же не знаю даже, где он и живой ли он. Так чтоб я им на это ещё свои деньги давал!
  - Так и не отдали?
  - Что значит не отдал? Ну, я не отдал, так они и жену и тестя взяли.
  - И много денег было?
  - А и стыдно говорить: две десятки, восемь долларов и обручальное кольцо; не моё, всё равно сняли, а жены.
  - Ну и ну, - сказал Фомко.
  - Значит, всего рублей на пятьдесят золотом, - сказал я.
  - Пятьдесят рублей? Вы говорите за пятьдесят рублей? А мои 15 лет жизни? А мои дети. Это вам пятьдесят рублей? А мои ноги - это вам тоже пятьдесят рублей? Вы посмотрите, - старик засучил штаны. Голени были обвязаны грязными тряпками, сквозь тряпки просачивался гной.
  
  - Вы видите? - жилистые руки старика поднялись вверх. - Если есть Бог, все равно еврейский Бог, христианский Бог, пусть разобьет о камни их детей; пусть дети их и дети их детей, пусть они будут в язвах, как мои ноги! Пусть!
  
  От минского кожевника веяло библейской жутью. Фомко пугливо отодвинулся от его проклинающих рук и побледнел. Я думал о том, как мало помогают эти проклятия, миллионы и сотни миллионов проклятий. Старик глухо рыдал, уткнувшись лицом в мой стол, а Фомко стоял бледный, растерянный, придавленный..." (18)
  
  14.ГУЛАГ - бесплатная рабсила заключенных.
  
  "Индустриализация набирала ход, вместе с ней рос и ГУЛАГ. Важность заключенных для выполнения пятилеток предопределила дальнейшую эволюцию принципов их снабжения. Постановления 1931-33 годов все более рассматривали спецпереселенцев не как наказуемых, а как важную рабочую силу на стройках социализма". (15)
  
  Крупнейшей стройкой первой пятилетки стал Беломорско-Балтийский канал.
  
  "В середине 1930 года около 140 000 заключенных уже работали в лагерях, управляемых ОГПУ. Одно только огромное строительство Беломорско-балтийского канала требовало 120 000 рабочих рук, иными словами значительно ускорялся перевод из тюрем в лагеря десятков тысяч заключенных, в то время как поток приговоренных по делам, расследованным ОГПУ, всё увеличивался: 56 000 в 1929 году, более 208 000 в 1930 году (1 178 000 приговоренных в обычных судах в том же 1929 году и 1 238 000 в 1931 году). В начале 1932 года более 300 000 заключенных отбывали повинность на стройках ОГПУ, где ежегодный процент смертности равнялся 10% от общего количества заключенных, как это было, например, на Беломорско-Балтийском канале. <...>
  
  Исправительный комплекс Соловков, насчитывавший 45 000 заключенных, породил систему "командировок", или "летучие лагеря", которые перемещались с одного лесоповала на другой в Карелии, на побережье Белого моря и в районе Вологды. Большой комплекс Свирьлага, вместивший 43 000 заключенных, должен был снабжать лесом Ленинград и Ленинградскую область, в то же время комплекс Темниково, где было 35 000 заключенных, должен был таким же образом обслуживать Москву и Московскую область.
  
  Со стратегического перекрестка в Котласе дорога на "северо-восточное направление" пролегала через просеки и шахты к Усть-Выму, Ухте, Печоре, Воркуте. Ухтапечлаг использовал труд 51 000 заключенных на строительных работах, в угольных шахтах и нефтеносных регионах Дальнего Севера. Другая ветвь вела на север Урала и на химические комбинаты Соликамска и Березников, а на юго-востоке путь шел к комплексу лагерей Западной Сибири, где 63 000 заключенных давали бесплатную рабочую силу большому комбинату Кузбассуголь.
  
  Южнее, в районе Караганды в Казахстане, сельскохозяйственные лагеря Степлага, в которых было 30 000 заключенных, по новой формуле осваивали залежные степи. Здесь, кажется, власти были не так строги, как на больших стройках середины 30-х годов. Дмитлаг (196 000 заключенных) по окончании работ на Беломорско-Балтийском канале в 1933 году обеспечивал создание второго сталинского грандиозного канала - "Москва-Волга".
  
  Другая большая стройка, задуманная с имперским размахом, - БАМ (Байкало-Амурская магистраль), должна была продублировать транссибирскую магистраль от озера Байкала до Амура. В начале 1935 года около 150 000 заключенных лагерного комплекса Бамлаг разделились на 30 "лагпунктов" и работали над первой очередью железной дороги. В 1939 году Бамлаг имел 260 000 заключенных, это был самый большой объединенный советский ИТЛ.
  
  Начиная с 1932 года комплекс северо-восточных лагерей (Севвостлаг) работал на Дальстройкомбинат, добывавший важное стратегическое сырьё - золото на экспорт, чтобы можно было производить закупки необходимого для индустриализации западного оборудования. Золотые жилы расположены в чрезвычайно неприветливой местности - на Колыме, куда попасть можно только по морю. Полностью изолированная Колыма стала символом ГУЛАГа. Её столица и входные врата для ссыльных - Магадан, построенный самими заключенными. Главная жизненная артерия Магадана, автодорога из лагеря в лягерь, тоже была построена заключенными, бесчеловечные условия жизни которых описаны в рассказах Варлама Шаламова. С 1932 по 1939 год добыча золота заключенными (в 1939 году их было 138 000) повысилась с 276 килограммов до 48 тонн, т.е. составила 35% всего советского производства этого года.
  
  В июне 1935 года правительство начало новый проект, реализовать который можно было только силами заключенных, - строительство никелевого комбината в Норильске за Полярным кругом". (19)
  
  КАК ПРОКЛЯТЫЕ КАПИТАЛИСТЫ ПРОДАВАЛИ СВОИМ ВРАГАМ "ВЕРЕВКУ"?
  
  С индустриализацией Сталину необыкновенно повезло - если бы в 1929 году не разразился мировой экономический кризис, то получил бы он дулю с маслом, а не индустриализацию. Своих инженеров и архитекторов большевики извели под корень, как буржуев, а приличным иностранным специалистам не было бы никакой нужды ехать в совдеповскую грязь и разруху.
  
  Но ирония судьбы заключалась в том, что экономика Германии, которая никак не могла оправиться от поражения в Первой мировой войне и находилась под гнётом Версальского договора, находилась в упадке, а в Соединенных Штатах как раз во-время началась депрессия, в результате которой уровень безработицы достиг невиданных прежде масштабов. Всё это привело к тому, что западные инженеры и простые рабочие готовы были согласиться на любые условия и поехали на заработки даже в такую тьмутаракань, как большевистский СССР.
  
  "... значительный объем квалифицированной работы выполняли приглашенные иностранные специалисты. Автор известной сказки "Три толстяка" писатель Ю. Олеша изумился, прочитав в газете, что Магнитстрой будет строить американская фирма, а вся полнота власти передана американскому главному инженеру. "Как же так, а? - пишет он в дневнике, - капиталистический человек возводит социалистическую постройку... Ах, товарищи потомки - на хитрости строился социализм: был экспорт, было поступление валюты. За валюту покупался капиталистический инженер, который строил социалистические машины... Буржуа строит завод для общества, где буржуа не будет" (Олеша, 1999. С. 45-46)". (20)
  
  "В сталинское и послесталинское время советская пропаганда усиленно укореняла миф "об осажденной крепости" - СССР, мол, провел индустриализацию без иностранной помощи, в условиях мировой изоляции и бойкота. Лишь в последние десятилетия тема вклада иностранцев в дело советской индустриализации получила должное внимание. Хотя иностранная помощь не была благотворительностью - за все приходилось платить валютой и золотом, - промышленный рывок в СССР проходил не в технологической изоляции и не в мировой блокаде.
  
  Решение о массовом привлечении иностранцев на работу в СССР Политбюро приняло в марте 1930 года. Тысячи немцев, американцев, французов, чехов, австрийцев, англичан, финнов, норвежцев работали на ударных стройках социализма - на Челябинском тракторном, Горьковском машиностроительном, Магнитке, Грозненских нефтеприисках, даже на лесоразработках в Карелии и других местах. Многие приняли советское гражданство. Великая депрессия, потрясшая Европу и Америку, гнала людей в СССР. Люди бежали от безработицы в страну, где не было безработных, не зная, что безработный на Западе живет лучше рабочего в СССР". (12)
  
  "Из-за границы были приглашены инженеры, многие известные компании, такие как Siemens-Schuckertwerke AG и General Electric, привлекались к работам и осуществляли поставки современного оборудования, значительная часть моделей техники, производившейся в те годы на советских заводах, представляла собой копии либо модификации зарубежных аналогов (например, трактор Fordson, собиравшийся на Сталинградском тракторном заводе).
  
  В феврале 1930 года между "Амторгом" и фирмой американского архитектора Альберта Кана Albert Kahn, Inc. был подписан договор, согласно которому фирма Кана становилась главным консультантом советского правительства по промышленному строительству и получала пакет заказов на строительство промышленных предприятий стоимостью 2 млрд долларов (около 250 млрд долларов в ценах нашего времени). Эта фирма обеспечила строительство более 500 промышленных объектов в СССР.
  
  В Москве был открыт филиал Albert Kahn, Inc. под названием "Госпроектстрой". Его руководителем был Мориц Кан, брат главы компании. В нём работали 25 ведущих американских инженеров и около 2,5 тыс. советских сотрудников. На тот момент это было самое большое архитектурное бюро мира. За три года существования "Госпроектстроя" через него прошло более 4 тыс. советских архитекторов, инженеров и техников, изучавших американский опыт. В Москве также работало Центральное бюро тяжелого машиностроения (ЦБТМ), филиал немецкой компании Demag.
  
  Фирма Альберта Кана играла роль координатора между советским заказчиком и сотнями западных компаний, поставлявших оборудование и консультировавших строительство отдельных объектов. Так, технологический проект Нижегородского автозавода выполнила компания Ford, строительный - американская компания Austin Motor Company. Строительство 1-го Государственного подшипникового завода в Москве (ГПЗ-1), который проектировала компания Кана, осуществлялось при техническом содействии итальянской фирмы RIV.
  
  Сталинградский тракторный завод, построенный по проекту Кана в 1930 году, был изначально сооружен в США, а затем был размонтирован, перевезен в СССР и собран под наблюдением американских инженеров. Он был оснащен оборудованием более чем 80 американских машиностроительных компаний и нескольких немецких фирм. <...>
  
  Магнитогорский металлургический комбинат был спроектирован американской фирмой Arthur G. McKee and Co., которая также осуществляла надзор над его строительством. Стандартная доменная печь для этого и всех остальных металлургических комбинатов периода индустриализации была разработана чикагской компанией Freyn Engineering Co.". (8)
  
  "Строительство Днепрогэса осуществлялось по проекту и под руководством американского инженера Хью Л. Купера. Этому грандиозному памятнику американо-советского сотрудничества суждено было простоять только десять лет. Плотина была взорвана в 1941 г. при отступлении Красной армии". (2)
  
  "Факты опровергают тезис о том, что в результате индустриализации страна добилась полной технико-экономической независимости от капиталистического мира, и "нет такой машины, производство которой встретило бы затруднения в СССР" (Мишустин, 1938).
  
  Так, в феврале 1940 г. был подписан бартерный договор с нацистской Германией на сумму 600 млн рейхсмарок, по которому советское правительство соглашалось поставлять зерно, нефть, хлопок, фосфаты, хромовую и железную руду в обмен на германскую промышленную продукцию, причем Сталин лично снял эмбарго на экспорт некоторых стратегических товаров. Г. Геринг при личной встрече жаловался В. Молотову на чрезмерные объемы, в которых Советский Союз запрашивал техническую помощь.
  
  Поскольку в предвоенный период страна не имела возможности строить крупные военные корабли, в 1936 г. в фашистской Италии в обмен на стратегическое сырье обучали советских судостроителей, хотя в это время представители СССР в Лиге Наций требовали суровых санкций для Италии в связи с оккупацией Эфиопии (Хильгер, Мейер, 2008).
  
  Другой пример - попытки производить отечественный высокооктановый бензин. В 1937 г. из Нью-Йорка было отправлено необходимое оборудование, но оно пролежало в Грозном до конца 1939 г., поскольку для его установки требовалось участие американских специалистов, от услуг которых Сталин отказался. В итоге во время войны производство высокооктанового горючего на 2/3 зависело от американских поставок по ленд-лизу, а авиаторы разбавляли отечественный бензин американским. Эксперты из Академии наук СССР, учитывая состояние отечественной индустриальной базы, предлагали не производить высокооктановый бензин, а покупать его в США (Шпотов, 2014).
  
  Советские авторы традиционно преуменьшали масштабы участия иностранных специалистов в индустриализации и говорили о "самом ограниченном допуске представителей иностранных фирм на территорию СССР" (Мишустин, 1938). На самом деле в период первой пятилетки число нанятых немецких инженеров и техников было столь велико, что, по мнению немецкого дипломата, помогло ослабить безработицу в Германии, а немецкому посольству даже пришлось организовать школу для детей "гастарбайтеров" (Хильгер, Мейер, 2008)". (20)
  
  "(Альберт Кан. Дж.Р.) В 1928 году был приглашён в СССР для участия в индустриализации. Приехал в Москву с 25-ю инженерами, и в течение двух лет подготовил более 4000 специалистов, между 1929 и 1932 годами спроектировал и организовал строительство 571 объекта. Это в первую очередь тракторные (то есть танковые) заводы в Сталинграде, Челябинске, Харькове; автомобильные заводы в Москве и Нижнем Новгороде; кузнечные цеха в Челябинске, Днепропетровске, Харькове, Коломне, Люберцах, Магнитогорске, Нижнем Тагиле, Сталинграде; станкостроительные заводы в Калуге, Новосибирске, Верхней Салде; прокатный стан в Москве; литейные заводы в Челябинске, Днепропетровске, Харькове, Коломне, Люберцах, Магнитогорске, Сормово, Сталинграде; механические цеха в Челябинске, Люберцах, Подольске, Сталинграде, Свердловске; сталелитейные цеха и прокатные станы в Каменском, Коломне, Кузнецке, Магнитогорске, Нижнем Тагиле, Верхнем Тагиле, Сормово; подшипниковый завод в Москве, Волховский алюминиевый завод; Уральскую асбестовую фабрику и многие другие. В США его фирма штатом в 400 человек готовила рабочие чертежи за неделю, а корпуса промышленных предприятий возводила за пять месяцев.
  
  Сталинградский тракторный завод проектировали в США , там его построили из материалов и оборудования США, потом разобрали, перевезли на 100 судах и за 6 месяцев собрали.
  
  В индустриализации СССР принимали участие и другие зарубежные фирмы. С 1930 по 1940 гг в СССР иностранными фирмами было спроектировано и организовано строительство 1500 заводов и фабрик с жильём для рабочих.
  
  Многие стройки в СССР стали "интернациональными". Так, объединение "Востокосталь" заключило договор с американской фирмой Arthur McKee на проектирование Магнитогорского металлургического комбината, а с германской компанией Demag - на проектирование его прокатного цеха, еще одна немецкая фирма обязалась осуществлять буровые работы для Магнитостроя. Объединение "Всехимпром" имело 20 договоров с компаниями США, Германии, Италии, Франции, Норвегии, Швеции, Швейцарии". (21)
  
  "Вклад иностранной помощи в индустриализацию экономисты обычно оценивают объемом импорта оборудования, но при этом не учитывается "импорт мозгов". Вместе с тем масштабы непосредственного участия иностранных специалистов в строительстве и запуске важнейших объектов были весьма значительными: в сентябре 1932 г. в стране находились 37,5 тыс. иностранных специалистов, рабочих и членов их семей (Касьяненко, 1972). Как показывают факты, без масштабной иностранной интеллектуальной помощи индустриализация вряд ли состоялась бы. <...>
  
  Инженер Л. Бишоп отмечал, что американец никогда бы не согласился "похоронить себя заживо" в советской системе и смириться с ролью песчинки в океане. Принятый в ВКП(б) американский инженер Э. Смит сдал партбилет и покинул СССР по причине принципиального несогласия с советской системой. Он нашел здесь все, против чего коммунисты и рабочие выступают в США, причем гораздо в худшем виде, и был возмущен тем, что бороться с этим злом в "республике рабочих" не позволено. Немецкий архитектор Р. Волтерс писал о массовом возвращении из Сибири разочарованных иностранных рабочих: "Иной такой немецкий пролетарий-коммунист с развернутым знаменем являлся в рай для трудящихся - и теперь он знал, где находится ад". В приказе Наркомтяжпрома от 23 мая 1933 г. отмечается резкое повышение текучести среди иностранных работников и отъезд их на родину, что, кроме хозяйственного ущерба, наносит "значительный политический вред". За 1932 г. из отрасли выбыло 978 "иноработников", а за первый квартал 1933 г. - свыше 700. <...>
  
  Многие немецкие рабочие, в том числе и коммунисты, сделали в середине 1930-х годов выбор, очевидным образом компрометирующий советский строй: как только в гитлеровской Германии появились рабочие места, они предпочли покинуть СССР, несмотря на возможный арест на родине за членство в компартии. Разочарование в советском социализме немецкие реэмигранты по возвращении принесли в германскую рабочую среду, что, по мнению С. Журавлева, могло способствовать психологическому повороту германского пролетариата к самой мысли о принятии национал-социализма. И действительно, реэмигранты, считавшиеся ранее политически неблагонадежными, после "перевоспитания" в СССР обычно проявляли лояльность к нацистскому режиму (Журавлев, 2000). В целом к середине 1930-х годов международная репутация СССР была существенно подорвана из-за негативных оценок вернувшихся с советских строек иностранцев, массового голода 1932-1933 гг., череды сфабрикованных уголовных процессов против оппозиции". (20)
  
  А вот как описывает свою жизнь и работу в СССР немецкий архитектор Рудольф Волтерс:
  
  "Воспоминания немецкого архитектора о строительстве социализма в Советском Союзе в 1932 году.
  
  Немецкий архитектор Рудольф Волтерс приехал в СССР в 1932 году проектировать вокзалы. Его германские коллеги придумали для Советов города из бараков, т.к. считали, что русские ещё не способны жить в городах европейского типа. Волтерс описывает, как проходила индустриализация СССР в 1932 году.
  
  Сталинская индустриализация в основном была осуществлена американскими и немецкими специалистами. К примеру, бюро американца Кана спроектировало почти все советские заводы (571 объект). Кредиты на индустриализацию также выделяли банки США и Германии.
  
  С конце 1920-х до середины 1930-х в СССР на "стройках социализма" трудились десятки тысяч иностранных специалистов. Одним из них был немецкий архитектор Рудольф Волтерс. Его работа в СССР была частью грандиозного немецкого проекта по проектированию новых советских городов. В нашей стране до сих пор мало кто знает, что подавляющая часть уральских и сибирских городов была спроектирована немецким бюро Эрнста Мая. Именно оно придумало и барачную систему советских поселений, которая существует в России до сих пор.
  
  Сотрудник Мая архитектор Вальтер Швагеншайдт так описывал в письме от 9 марта 1931 года работу бюро: "Мы проработали район между Новосибирском и Кузнецком, гигантский угольный бассейн Сибири. Довольно подробно мы спроектировали прямо на месте 6 городов, большая часть из которых будет построена уже в этом году".
  
  За короткое время группа Мая сделала проекты застройки Магнитогорска, Нижнего Тагила, Щегловска, Кузнецка (Сталинск), Ленинска, Автостроя (Нижний Новгород, с 1932 года - Горький), Прокопьевска, Сталинграда и многих других городов. Основным принципом работы Мая были функциональная планировка и строчная застройка. В подчинении бюро Мая были советские строители - в основном бежавшие из деревень от коллективизации крестьяне или депортированные крестьяне. Их квалификация, как писал Май, была близка к нулевой.
  
  Другой немецкий архитектор Конрад Пюшель, работавший в это время в Орске, так описывал строительство "социалистических городов" первой пятилетки: "Строительство велось согласно драконовским планам и представлениям правящего слоя: требовалось точное выполнение плана любой ценой. Применять в работе технические средства не имело смысла; даже если они и имелись в наличии, то были настолько примитивными, что никакой фараон не стал бы их использовать при строительстве египетских пирамид. Приходилось использовать и подгонять рабочую силу, предпосылкой к чему было наличие большого числа заключённых".
  
  В августе 1932 года выше упомянутый Вальтер Швагеншайдт писал коллеге в Германию: "В последние месяцы я за закрытыми дверями разработал предложение для нового типа социалистического города. Исходя из реальной жизни в развивающихся районах, я говорю: Советский Союз ещё долго сможет строить только примитивные бараки. Имеющиеся материалы и силы они вынуждены использовать для строительства промышленности.
  
  Люди, которые населяют социалистические города, находятся на очень низком культурном уровне, они не понимают, как жить в многоэтажных домах. Одноэтажная застройка из местных материалов - это правильный путь. А потом я предлагаю барачный город по мере поступления денег, материала и рабочей силы перестраивать, и я покажу, как его можно будет перестроить в город-рай".
  
  Швагеншайдт сделал проект "барака с растущим благоустройством". На первой стадии это одно помещение с нарами на 222 человека. На третьей, заключительной стадии развития социалистического города - "законченный культурный барак" с уборными, умывальниками и спальнями с кроватями на 100 человек. <...>
  
  Вальтер Швагеншайдт считал, что идеальный советский город, который мог себе позволить по скудным средствам СССР - это большой завод, вокруг которого раскинулось множество барачных городков; эти объекты связаны трамвайной или узкоколейной линией для подвоза рабочих.
  
  Немецкий архитектор Рудольф Волтерс в 1932 году подписал контракт с берлинским представительством советского Наркомата железнодорожного транспорта на работу в СССР в течение одного года. Двумя годами раньше Волтерс защитил диссертацию но проектированию вокзалов. Его оклад составил 600 рублей в месяц внутри СССР, ещё 150 марок в месяц откладывалось на его счёт в Германии.
  
  Через год полный впечатлений Волтерс вернулся домой и немедленно, по свежим следам, написал книжку "Специалист в Сибири". Она вышла двумя изданиями в Берлине, в 1933 и в 1936 году. Его книга до сих пор продолжает числиться по разряду нацистской литературы (после ВМВ она не переиздавалась в Германии; никогда она не издавалась и в СССР). И совершенно напрасно. Волтерс приехал в Россию практически свободным от всяких политических или социальных предрассудков. Он не был ни нацистом, ни социалистом, свои взгляды он обозначала как "консервативно-христианские". <...>
  
  Мы приводим отрывок из книги Волтерса "Специалист в Сибири", посвященный первым дням его пребывания в Новосибирске:
  
  "Сначала необходимо выполнить массу формальностей, выдаются анкета за анкетой, пишутся "бумажки" и суются мне в руки. Я получаю продуктовую книжку, по которой могу покупать в магазине, предназначенном для иностранцев.
  Этот магазин находится на Красном проспекте. Перед входом стоит часовой с винтовкой с примкнутым штыком. Здесь я могу купить всё и ничего: обувь и одежду, но, к сожалению, только немногих определённых размеров, граммофон, но без пластинок и иголок, продукты по предназначенным для меня нормам, молоко и яйца - если они там случайно окажутся. В одном углу лавки стоит шкаф с кубками и фарфором, как будто в тире. <...>
  
  Несмотря на скудость всего в этой лавке, мы всё-таки могли кое-как ею обходиться. Но по сравнению с русскими мы снабжались по-княжески. Наши русские коллеги не видели ничего обидного в том, что мы, иностранцы, снабжались лучше, чем они. Напротив, благодаря нашим продуктовым книжкам мы приобретали слишком много друзей, которые рассчитывали вместе с нами пользоваться нашими рационами.
  
  Белый хлеб, молоко, яйца, масло русские инженеры не получали вообще, а все прочие их продуктовые нормы были намного ниже норм для иностранцев. К тому же цены на продукты для наших русских коллег иногда в десять раз превышали то, что должны были платить мы, иностранцы. И даже если наши зарплаты были не намного выше, чем зарплаты русских, то продуктовые книжки делали нас привилегированным классом.
  
  Такими особыми привилегиями пользовались среди русских только высшие чиновники, высокие партийные функционеры, военные и, прежде всего, ГПУ - тайная государственная полиция. У ГПУ тоже имелись свои закрытые магазины, где могли покупать только они и только по специальным книжкам. <...>
  
  Как живут мелкие служащие и рабочие, я не хочу описывать. Мне никто не поверит, если я скажу, что холостые рабочие живут по 20-30 человек в одной комнате в казармах или бараках, многие семьи делят одну комнату и тому подобное. Я это видел сам, и я видел, что иначе не могло быть; но я всегда поражался тому, с какой невероятной наглостью русская пропаганда работает за границей, и как ей удаётся пару новых поселков в Москве и Ленинграде сравнить с берлинскими дачными колониями. В России пропаганда грохочет уже 15 лет так сильно и непрерывно, что товарищи действительно верят, будто по сравнению с немецкими рабочими они живут в раю.
  
  Через десять дней после прибытия в Новосибирск я смог наконец въехать в собственное жильё. В новом пятиэтажном здании управления на Красном проспекте я получил комнату, три метра шириной и пять метров длиной. Высота была 4,50 метра. Из-за насекомых я был рад получить необжитую ещё комнату, но только небо знает почему, буквально с первого же дня в ней были представлены не только клопы и тараканы (которые у нас известны под названием "русских", а здесь назывались "пруссаками"), но и блохи - в непредставимых количествах.
  
  Моя комната вместе с 15 другими выходила в длинный коридор без окон. Свет, водопровод и клозет были ещё не готовы. Стены комнаты были побелены известкой, дверь и окно, в которых были щели в палец толщиной, покрашены серой краской. В комнате стояла узкая железная кровать, покрытая матрацем в три сантиметра толщиной, стол, стул, старый шкаф и умывальный столик с раковиной.
  
  Прошло шесть месяцев, прежде чем всё пришло в более или менее жилой вид: клозет, которым пользовались сорок человек и который всегда был невероятно грязен (у меня имелись специальные галоши для посещения этого помещения), водопровод в коридоре, который каждую неделю один день не работал, электрический свет, который функционировал всегда за исключением нескольких вечерних часов от 8 до 12 и т. д. Когда я думал о Германии, то осознавал убожество моего жилья, но когда я оглядывался вокруг, а я делал это ежедневно, то казался себе в качестве одинокого человека с целой собственной комнатой просто князем.
  
  По прошествии четырнадцати дней, когда наиболее насущные проблемы моего обеспечения квартирой и продуктами были урегулированы, я попытался со всей серьезностью приступить к работе. Об этом никто до сих пор не позаботился, меня лишь попросили, исходя из моих собственных представлений, вникнуть в проект вокзала. Переводчика не было, немного помочь мог только венгерский коллега, с которым мы вскоре близко подружились. Итак, через четырнадцать дней я обратился к своему шефу с просьбой о программе работы. Он пообещал мне её "немедленно" обеспечить и предложил приходить вечерами и работать с 17 до 23 часов, поскольку днём в бюро нет свободного рабочего места.
  
  Я пришёл вечером, шефа не было. Я пришёл на следующий вечер, его опять не было. На третий вечер он появился, будто ничего не произошло, показал мне проект вокзала и попросил дать отзыв. Мой венгр переводил довольно плохо. Я постарался не увлекаться критикой, хотя все это мне сильно не понравилось. Но для того, чтобы говорить обо всём подробно, нужен был умелый переводчик, а его не было. По моей настоятельной просьбе шеф пообещал переводчика на следующий вечер.
  
  Переводчик не пришёл назавтра, не пришёл на следующий день, он никогда не пришёл. Через три дня, которые я вынужден был бездельничать, снова появился мой шеф. На моё замечание, что мне нечего делать, он сказал только "nitschewo". Это замечательное словечко, которое одновременно может означать "хорошо", "плохо" и "ничего", должно было в данный момент означать "ничего страшного". В ответ на мои настойчивые просьбы, шеф снова пообещал осмысленную работу на следующий вечер - "завтра".
  
  Через два дня, в которые мой шеф не показывался, мне стало слишком скучно и я пошёл к начальнику отдела. Тот позвал шефа, они посовещались и предложили мне поработать над вокзальной площадью. Таким образом, проблема была временно решена.
  
  Тем не менее, я всё равно ничего не мог делать, поскольку не было исходных рабочих материалов. Через несколько дней, после долгого нажима, я получил необходимые чертежи с указанием расположения нового вокзала, но у меня не было никаких транспортных показателей: числа поездов, количества людей и автомобилей, данных о транспортных потоках из города до вокзала и т. п.
  
  Я просил и просил эти необходимые данные, мне обещали, но их не было, их никто не знал. В конце концов, когда уже прошло больше месяца с моего приезда, я начал работать и сочинил фантастический проект, только чтобы хоть что-то было на бумаге. Видя меня за работой, шеф стал приветливее, он только морщил лоб и пытался убраться с моего пути, когда я хотел что-нибудь спросить. Один русский инженер, видя это, принял во мне участие и все время повторял:
  - Чертите спокойно всё, что вы хотите, проект никак не сможет оказаться слишком грандиозным, а построено все равно будет не то, что начерчено. Вы, немцы, всё время придумываете себе лишние заботы". (22)
  
  МОГ ЛИ СССР ПРОВЕСТИ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЮ САМОСТОЯТЕЛЬНО, БЕЗ ПОМОЩИ ЗАПАДА?
  
  "Первая пятилетка завершилась тем, что руководство СССР гордо рапортовало - план перевыполнен. На самом деле это даже отдаленно не напоминало реальность. Например, производительность труда выросла на 5%. С одной стороны не плохо и прогресс есть, но с другой стороны говорилось то о 110%!" ("Индустриализация в СССР", https://istoriarusi.ru/cccp/industrializacija-v-sssr.html)
  
  ""Профилактика капиталистического "перерождения".
  
  Проникновение капиталистического духа в сознание советских трудящихся, попавших под интеллектуальное и профессиональное влияние иностранных специалистов, создавало условия для нежелательного сравнения двух социально-экономических систем, угрожая основам социалистического строя. Поэтому советская власть систематически проводила профилактику капиталистического "перерождения" институтов, причем жесткими методами. Примером служат "Шахтинское дело" и дело "Промпартии", которые были сфабрикованы в разгар индустриализации. <...>
  
  Шахтинское дело и дело Промпартии стали первыми в череде процессов с надуманными обвинениями против действовавших в стране иностранных компаний: в деле о вредительстве на электростанциях фирму "Метрополитен виккерс" обвиняли в помощи организаторам аварий турбин, а фирму "Лена-Гольдфигельд" - в шпионской деятельности (Кислицын, 1993). Необоснованным арестам и вызовам на допросы в ярославское ОГПУ неоднократно подвергались советские служащие шведской концессии ASEA. Компания Гарримана потребовала включить в решение суда о ликвидации концессии обязательство советской стороны не подвергать репрессиям бывших служащих фирмы из граждан СССР "за связь с американцами". Ответчик согласился, но многие из них были арестованы и получили длительные сроки тюремного заключения (Шпотов, 2014). <...>
  
  Официальная оценка индустриализации в постсоветский период фактически не изменилась. В работе эпохи "застоя" Касьяненко объясняет отказ от концессий в СССР их низкой эффективностью и многочисленными фактами нарушений концессионерами советских законов и условий договора, но не упоминает проводимую свыше политику "выдавливания" концессий, создания условий для сокращения их прибылей, досрочного прекращения договоров.
  
  Автор не упоминает американскую компанию Кана и называет иностранную техническую помощь "консультацией", в то время как иностранцы часто выполняли более важные функции руководителей и управляющих. Признавая положительную роль участия зарубежных специалистов в решении некоторых производственно-технологических проблем советской индустрии, он заключает, что "за редким исключением, советские инженеры, конструкторы и архитекторы могли бы самостоятельно решать многие проблемы, в решении которых принимали участие иностранцы" (Касьяненко, 1972).
  
  В период "перестройки" тот же автор называет беспрецедентно масштабное сотрудничество с фирмой Кана "небольшим, но плодотворным шагом" в направлении обмена американских "достижений самой совершенной техники" на советские "огромные духовные ценности". По его мнению, в результате такого обмена под влиянием советских специалистов "утилитарные заводские постройки" фирмы Кана приобрели "весомое общественно-культурное звучание" (Касьяненко, 1987).
  
  Интеллектуальный вклад иностранных специалистов в построение промышленной базы СССР был весьма значителен, однако он преуменьшался и даже игнорирорался в советский период. Причину этого мы видим в том, что масштабное и эффективное участие иностранцев в возведении объектов индустриализации не только обеспечивало большой экономический результат, но и оказывало нежелательное для советских лидеров влияние на неокрепшие институты социалистического общества. Трудящиеся убеждались на своем опыте в преимуществе западных технологий и методов управления, и в итоге они могли прийти к самостоятельному выводу о большей эффективности социально-экономической системы капитализма по сравнению со сталинским социализмом.
  
  Для предотвращения возможной диффузии институтов и с целью углубить социалистическую "колею развития" государство применяло жесткие репрессивные меры. Они не только на десятилетия исключили возможность "капиталистического перерождения" институтов, но и задали всему вектору институционального развития советского общества изоляционистский характер, который проявляется и в наше время как убежденность во враждебном отношении Запада к нашей стране и в ее способности самостоятельно, без внешнеэкономического сотрудничества успешно решить свои экономические и социальные проблемы". (20)
  
  СОПОСТАВЛЕНИЕ ДОСТИЖЕНИЙ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ И ЗАПЛАЧЕННОЙ ЗА НЕЁ ЦЕНЫ
  
  Итак, в заключение давайте попробуем ответить на вопрос: оправданы ли те жертвы и лишения, которые выпали на долю советских людей, сталинской индустриализацией и победой СССР в Великой Отечественной войне? И что отстоял советский народ в этой войне: свою счастливую жизнь или власть коммунистов и своё рабство?
  
  Давайте основываться на фактах и рассуждать логично.
  
  1.В России после Октябрьского переворота всё население можно разделить на две группы, не умозрительные марксовы "классы", а реально отличающиеся друг от друга группы, назовём их условно: "властную" и "подавляемую".
  Во "властную" группу входят большевики (как большевистская элита, так и рядовые члены партии), чекисты (ГПУшники - НКВДшники - КГБшники и т.п.), армейские командиры, чиновники-бюрократы, писатели и поэты (большевистскую власть восхваляющие и её преступления оправдывающие) и все другие категории лиц, на эту власть работающие и получающие от неё привилегии.
  К группе "подавляемых" относятся "буржуи" (производящие и торговые предприниматели, техническая и гуманитарная интеллигенция), крестьянство, рабочие, рядовые служащие и т.д.
  
  Большевистская власть провозглашала себя "диктатурой трудящихся", то есть диктатурой рабочих и крестьян. На словах эта власть боролась за счастье простого народа. А теперь вспомним, как это "счастье" выглядело на протяжении первых двух десятков лет правления большевиков, не включая сюда годы Большого террора и Второй мировой войны.
  
  2.Прикинем (сосчитать-то невозможно) по минимальным и по максимальным оценкам число жертв среди населения за эти первые две декады (убитых, умерших под пытками, от голода, болезней и т.п.):
  
  Красный террор: 1 700 000 - 2 000 000
  Эпидемии 1918-1922 гг.: 6 000 000 - 7 000 000
  Гражданская война: 2 500 000 - 7 500 000
  Первый голодомор: 4 500 000 - 5 000 000
  Подавление крестьянских восстаний: 600 000
  Коллективизация 600 000 - 2 000 000
  Второй голодомор: 6 000 000 - 9 700 000 (23)
  
  Если просуммировать только минимальные оценки, то получается 21 млн 900 тыс. погибших. Но это только число смертей. Добавим к этой цифре число беспризорных детей: "По данным БСЭ, в 1921 году число беспризорников достигало 4 - 6 млн детей, и 2,5 - млн человек через два года". ("Детская беспризорность и безнадзорность в СССР", статья из Википедии. (24)). И, кстати, кто может оценить смертность среди беспризорников?
  
  3. Но и это еще не всё. Стоит задуматься и о том, как чувствовало себя всё выжившее население огромной страны? На протяжении всего этого периода "подавляемая" группа испытывала непрекращающееся насилие со стороны "властной" группы, постоянные унижения человеческого достоинства и неутихающий голод. Голод вообще был одним из основных инструментов в руках большевиков по усмирению и подавлению недовольных среди "облагодетельствованного" народа. Вкратце: голод, холод, разруха, тяжёлый труд за нищенскую зарплату, ограбление крестьянства, миллионы беспризорных детей, разрастающийся ГУЛАГ - вот неполный перечень достижений советской власти за первые двадцать лет её существования.
  
  И награждённый таким "счастьем" народ должен быть благодарен "эффективному менеджеру" за вовремя проведенную на костях этого народа индустриализацию, обеспечившую победу коммунистической власти в войне и продолжающееся рабское существования населения страны? Особенно учитывая то, что без Сталина и его подручных и самой-то войны не было бы?
  
  "Взаимосвязь между индустриализацией и победой СССР над нацистской Германией в Великой Отечественной войне является предметом дискуссий. В советское время была принята точка зрения, что индустриализация и довоенное перевооружение сыграли решающую роль в победе. Однако превосходство советской техники над немецкой на западной границе страны накануне войны не смогло остановить противника". (8)
  
   "Так как же прикажете оценивать в целом деятельность Сталина и его роль с исторической точки зрения?.. Только негативно. И эту оценку не сможет перевесить ни одержанная под его руководством Победа в Великой Отечественной войне, ни индустриализация, ни то, что он оставил после своей смерти в государственных хранилищах тонны золота. Где они сегодня, эти тонны золота? Могут сказать, что они в 90-годы и позже трансформировались в миллиардные состояния новоявленных российских нуворишей? Да нет, эти несметные богатства были бездарно растрачены его наследниками (Хрущевым, Брежневым, другими) на покупку продовольствия из-за границы, на авантюры типа поднятия целины, поддержку национально-освободительного движения в Черной Африке, афганскую войну и т.п.
  Так что по большому счету не за что нам Сталина благодарить и уж тем более - желать его возвращения. А те, кто выступает за это, они просто не знают всей правды о нашей истории". (3)
  
  "Светлана Алексиевич сказала: "Вот неужели всё это было бессмысленно?" Как признать объективную правду? Ведь если её признать, значит всё было бессмысленно? Это было зло ради зла? Производительность труда в лагерях была очень низкой. Ведь лагеря существовали не потому, что, одна из версий - а как же без них было осуществить все эти великие стройки? Но на свободе эта рабочая сила была бы гораздо более производительной. Поэтому это было зло ради зла, там не было экономической составляющей". (Леонид Гозман)
  
  
  Список источников:
  
  1. Д.С. Хмельницкий, "Статьи и письми. Виктор Суворов, советская история и советские люди", в сборнике "Главная книга о Второй мировой", М., Яуза-Пресс, 2011. С.199-200.
  2. "История России. ХХ век. Эпоха сталинизма (1923-1953)", Том II, под ред. А.Б. Зубова, М., Издательство "Э", 2017.
  3. В.Д. Кузнечевский, "Сталин: как это было?", М., Вече, 2014.
  4. В. Овчинников, "Сталинская индустриализация СССР", https://matveychev-oleg.livejournal.com/6086209.html .
  5. А.Б. Зубов, К.М. Александров, "Для массового мора 1933 года не было объективных причин. Была необходимость", https://novayagazeta.ru/articles/2013/08/14/55914-golodnye-sytym-ne-tovarischi .
  6. С. Кульчицкий, "Голодомор-1933 - мифы и реальность", http://argumentua.com/stati/stanislav-kulchitskii-golodomor-1933-mify-i-realnost .
  7. "Социалистическая индустриализация", БСЭ, Второе издание, Т. 40, 1957, С.168.
  8. "Индустриализация в СССР", статья из Википедии.
  9. "Источники индустриализации", http://ayp.ru/library/ocherki-po-istorii-rossii-xx-vek-uchebnoe-posobie/7432 .
  10. "Индустриализация в СССР", https://istoriarusi.ru/cccp/industrializacija-v-sssr.html .
  11. И.Л. Солоневич, "Диктатура сволочи", М., Русская Правда, 2013.
  12. Е.А. Осокина, "Алхимия советской индустриализации. Время Торгсина", М., Новое Литературное Обозрение, 2019.
  13. Е.А. Осокина, "Золото для индустриализации: Торгсин", М., Российская Политическая Энциклопедия, 2009.
  14. "Источники индустриализации", http://ayp.ru/library/ocherki-po-istorii-rossii-xx-vek-uchebnoe-posobie/7432 .
  15. Е.А. Осокина, "За фасадом сталинского изобилия", М., РОССПЭН, 2008.
  16. В.В. Бешанов, "Кадры решают всё", М., ЭКСМО, 2017.
  17. М.А. Булгаков, "Мастер и Маргарита", Минск, Мастацкая лiтаратура, 1991.
  18. И.Л. Солоневич, "Россия в концлагере", Минск, Современная школа, 2010.
  19. С. Куртуа, Н.Верт и др., "Черная книга коммунизма", М., Три века истории, 1999.
  20. Б.В. Корнейчук, "Роль иностранного участия в советской индустриализации: институциональный аспект", https://institutiones.com/industry/2645-rol-inostrannogo-uchastiya-v-sovetskoi-industrializacii.html .
  21. В. Курмышов, "Индустриализация и Альберт Кан", https://proza.ru/2018/12/29/1400 .
  22. "Индустриализация СССР - записки Рудольфа Волтерса", http://argumentua.com/stati/industrializatsiya-sssr-zapiski-rudolfa-voltersa .
  23. "Сколько человек в России/СССР уничтожили коммунисты при Ленине-Сталине?",
  https://takoe-nebo.livejournal.com/740283.html .
  24. "Детская беспризорность и безнадзорность в СССР", статья из Википедии.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) А.Тополян "Механист"(Боевик) А.Верт "Пекло 3"(Киберпанк) С.Климовцова "Я не хочу участвовать в сюжете. Том 1."(Уся (Wuxia)) А.Вар "Меж миров. Молодой антимаг"(ЛитРПГ) А.Робский "Убийца Богов"(Боевое фэнтези) А.Холодова-Белая "Полчеловека"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Л.Огненная "Академия Шепота 2"(Любовное фэнтези) Т.Мух "Падальщик"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"