* * *

Мой Бог внезапен, как внезапна ночь.
Жемчужиной в кустах – собачье око.
Всегда был дождь. Сегодня будет дождь,
и фонари моргают с поволокой.

В аллеях светлых серая стена
встаёт как вертикаль воды холодной,
и с тенью поперечная сосна
лежит в обнимку. Так проходят годы.

Земля безвидна. Нежны голоса.
Индейски улюлюкают лягушки.
Ракиты серебристые власа
гребёнкой лунной чешут, как старушки.

А кровь моя – на сабельках травы,
в звезде, клюющей жалом комариным,
в окрестной тьме, где разбивают лбы
все фениксы, где в дуплах зреют вина.

Кто ищет свет, находит только след.
Иду к тебе. Идёшь и ты куда-то.
Пронзает дождь, как молния – корвет,
вошедший в чащу, словно в гавань к брату.

Он призрак, он корабль, в нём нет людей.
Там в трюмах плесень, мыши и гадюки.
Сейчас исчезнет он, – бежим скорей:
я в рубке зацелую тебе руки.

25.IV.88