Ефимов Алексей, Викарти Анатра: другие произведения.

Дети Бесконечности-5

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Охэйо с семьей и друзьями отправляется в Йэннимур...


   Часть VIII
  
   Лэйми не помнил, сколько времени провел во сне. Он спал, и спал, и спал, плыл в море снов - пока подруга, потягиваясь, не разбудила его. Лэйми тоже потянулся и повернулся к ней - но Ксетрайа, вскочив, сдернула с него одеяло.
   - Хватит дрыхнуть, вставай, засоня!
   - А? - Лэйми неохотно поднялся на ноги, одновременно протирая глаза, зевая и потягиваясь. Он и в самом деле ушел в сон так глубоко и основательно, что вернуться в явь оказалось непросто.
   - Пошли купаться, соня! - Ксетрайа запустила в него подушкой. Лэйми покачнулся и чихнул, - а когда опомнился, подруга уже смылась из спальни. Ошалело осмотревшись, он бросился за ней. Входная дверь тоже оказалась распахнута, Лэйми с разгона вылетел в неё - и замер.
   Утро ещё только начинало брезжить. Вокруг висел густой, словно молоко, туман, лишь вверху, казалось, над самой головой, в начавшем уже синеть небе мерцали крупные, непривычно яркие звезды. Высокую траву вокруг густо покрывал иней.
   Через какой-то миг окружавшая его аура тепла рассеялась. Босые ноги обожгло. Обнаружив, что совершенно обнажен, Лэйми взвыл и бросился обратно, но коварная Ксетрайа крепко держала дверь с той стороны. Несколько бесконечных секунд он отчаянно боролся с ней, и, несмотря на холод, его бросило в пот. Потом подруга сжалилась над ним. Она тоже была нагишом и звонко вскрикнула, когда ледяной Лэйми притянул её к себе. Они рассмеялись и отпустили друг друга, - теперь Лэйми чувствовал себя очень бодрым.
   - Что дальше? - спросил он, улыбаясь.
   - Не знаю. Может, поваляемся на травке? - невинно предложила Ксетрайа.
   - Бр-р-р! - Лэйми покосился на клубившийся за дверью туман. Под босыми ногами, казалось, ещё хрустела замерзшая трава. - Почему так холодно?
   - Для разнообразия, я думаю, - она беззвучно выскользнула за дверь и встала на траве, как ни в чем ни бывало. Вокруг неё плыл туман, - казалось, что пар поднимался от теплого тела девушки. - Купаться-то идешь?
   Лэйми поёжился. По ногам уже сильно тянуло холодом, - и усугублять ощущения совершенно не хотелось.
   - Я не мазохист, в конце концов, - пробурчал он.
   - Да? - Ксетрайа села прямо на траву, скрестив босые ноги. - Кто же вчера признался мне, что ему нравится, когда дева прекрасная его кусает и царапает?
   - Да не признавался я! - Лэйми смутился, чувствуя, что краснеет. - Я даже просил тебя быть осторожнее.
   - Угу, угу, - Ксетрайа улыбнулась. - Вчера ты, помнится, на непотребный вид покусанных ух жаловался, но не на аЩуЩЩения.
   Лэйми глубокомысленно уставился на пальцы своих босых ног.
   - Ну, я тебя как бы тоже... ну...
   - Уже проснулись? - из тумана беззвучно вышел Охэйо, одетый лишь в небрежно повязанное парео. Кожа его влажно блестела, на волосах, словно иней, осел туман. При всем этом он выглядел очень довольным.
   - Уже, - Ксетрайа ловко поднялась на ноги. В один миг на ней появилась пёстрая, теплая туника. Лэйми вспомнил, что тоже стоит нагишом - и на миг закрыл глаза, ныряя в эту Реальность. Он боялся, что ничего не получится, но опыт, пусть и небольшой, помог ему, - по крайней мере, на нем появились вполне приличные шорты. Охэйо ухмыльнулся.
   - Надеюсь, я не прервал... чего-то, очень важного?
   - Н-нет, - Лэйми вновь ощутил, что краснеет. - Всё вчера было... ой, то есть, заходи, если хочешь. Холодно же...
   - Холодно, - Охэйо обхватил, наконец, голые плечи и поёжился. - Заяц, иди сюда! - крикнул он в туман.
   - Да иду я, иду, - отозвались из мглы. Через минуту из неё вынырнул тезка. Рядом с ним шла улыбавшаяся Ахана, крепко держа его за руку. Лицо у начинающего юноша было растерянное, - казалось, он не вполне понимал, на котором он свете. Оба - тоже одетые в парео и мокрые. Похоже, что всё это веселое семейство бродили по побережью уже долго.
   - Почему так холодно? - спросил Лэйми, вежливо пропуская гостей в дом. - Тут же вроде как тропики.
   - Кому-то приснилась зима, - Охэйо многозначительно посмотрел на тезку. Тот молча проскользнул в столовую и устроился на стуле, поджав босые ноги. - Вышло очень убедительно. Теперь вот ждем, когда Вайми проснется...
   - Ты хочешь сказать, что вокруг нас сон? - ошалело спросил Лэйми.
   Охэйо улыбнулся.
   - Нет. Просто кто-то, - он снова покосился на хмурого сына, - поменял во сне реальность.
   - А так вообще может быть? - спросил Лэйми, тоже усаживаясь за стол. Ксетрайа скрылась в кухне, собирая им завтрак.
   - Тут - да. Для нас всех тут отличие между сном и... не сном - это очень интересный вопрос... Вайми, если ты помнишь, начал творить именно во сне. Сй`уайу - творящая буря, так он это всё называет. Я потихоньку учу сына теургии, но пока что получается не очень, - он слишком быстро отвлекается. А Вайми его точно плохому научит, - в смысле, как дрыхнуть, делая вид, что работаешь.
   - Так в этом и смысл же, - возмущенно сказал тезка, приглаживая влажные волосы. - Творить не я-сознанием, а всем собой. Это гораздо... полнее. И проще, да.
   - Да, проще, разумеется, - хмуро сказал Охэйо. - Потому что думать там совсем не надо.
   - Ты это лучше Вайми скажи, - фыркнул тезка.
   Ксетрайа вернулась, неся огромный поднос с горячими пирожками и кувшином свежего молока. Пирожки оказались с грибами, офигенно вкусные, и несколько минут все сосредоточенно жевали. Тезка кормил Ахану с рук.
   - Ну и какая у нас программа на сегодня? - спросил Лэйми, налопавшись. Церемоний из поглощения еды тут никто не разводил, так что много времени завтрак не занял.
   Охэйо задумчиво заглянул в пустую тарелку.
   - Ну, например, можно отправиться в Йэннимур. В конце концов, это самая близкая к нам цивилизация.
   - Прямо сейчас? - с интересом спросил тезка.
   - А чего ждать-то? - ответил Охэйо. - Приглашены все, разумеется.
   Лэйми с облегчением вздохнул: так или иначе, но болтаться по мирам одному, - в смысле, без подруги, - ему уже изрядно надоело.
   Зевая и ёжась, они вышли во двор. Лэйми удивленно моргнул, заметив в тумане странное сооружение: вокруг трубы толщиной сантиметров десять и длиной метров в пять, сплетался трубчатый же каркас в форме шишки, на нем крепились толстые квадратные панели шириной где-то в полметра, но не сплошные, а мозаикой.
   - Это что? - ошалело спросил он.
   - Челнок "земля-орбита", - усмехнулся Охэйо. - Мой бледнолицый босоногий паразит, наконец-то, доделал свой корабль, так что полетим мы на нем, как приличные люди.
   - И как? В смысле, - где там сидеть-то?
   - А просто, - Охэйо ловко нырнул в дыру, и сел на радиальной трубе, как на жердочке.
   Вздохнув, Лэйми последовал за ним, устроившись на трубе напротив и держась ладонью за каркас этой странной штуковины. Всякой бесполезной фигни, вроде приборов и двигателя, тут, разумеется, не было. Вслед за ним на трубах расселись остальные. Тезка залез на самый верх.
   - Ну что, все собрались? - спросил он. - Полетели.
   Без дальнейших церемоний "челнок" рванулся в небо так резко, что у Лэйми потемнело в глазах. Перегрузка, однако, оказалась меньше, чем он ожидал по скорости. По крайней мере, проклятая труба врезалась в его зад не так сильно, как он опасался, - похоже, эта штука имела что-то вроде инерционного компенсатора. Вокруг страшно ревело, - Лэйми сначала подумал, что двигатель, но его было ни видно, ни слышно: ревел рассекаемый "челноком" воздух. Исключительно из научного интереса, он попробовал высунуть наружу руку, но не смог: она уперлась в силовое поле.
   "Челнок" поднимался отвесно, очень быстро, - собственно, когда тьма в глазах рассеялась, высота была уже не меньше километра. Небо темнело на глазах, дух захватывало. Рассвет тоже разгорался стремительно, - и вдруг в глаза ударило мгновенно взошедшее солнце.
   Лэйми зажмурился, потом прикрыл их рукой. Похоже, они уже мчались где-то в космосе - внизу, под ногами, лежала бархатистая тьма, впереди рос колоссальный серп освещенной части Нау-Лэй. В угольно-черном небе плыла одна из лун - громадный бесформенный кусок скалы, но не серый, как обычные луны, а пёстрый, словно агат из геологической коллекции. Россыпь освещенных солнцем граней и провалов теней была почти болезненно четкой. Казалось, он всё ещё спит, - и в небе сна над ним проплывает какое-то странное окаменевшее облако.
   Лэйми ошалело мотнул головой. Рев давно стих, перегрузка ослабла - собственно, сейчас он ощущал уже лишь малую часть своего веса. Они уже, как он вдруг понял, приближались к созданному тезкой звездолету, отнюдь не поражавшему воображение, - шестигранной ферме из труб, внутри пустой. Снаружи к ней в несколько рядов крепились какие-то плоские серые коробки, кстати, не очень большие, - где-то с двухэтажный дом. Одна из них оказалась ангаром, - передняя стенка раздвинулась воротами, пропуская "челнок" в пустой зал, залитый желтоватым светом. Никакими причальными устройствами тезка не озаботился, - "челнок" просто завис в воздухе, и на пол с него пришлось прыгать.
   Выпрямившись, Лэйми вновь помотал головой, - ему по-прежнему казалось, что сон продолжается. Однако, тут была привычная ему гравитация, сухой, прохладный воздух и шершавый металлический пол, - достаточно холодный, чтобы убедить его в реальности окружающего.
   - И куда дальше? - спросил он, осмотревшись.
   - В рубку, разумеется, - тезка широко улыбнулся.
  

* * *

  
   Отсеки-коробки соединялись просторными прямоугольными переходами, ярко освещенными. С отделкой тут, правда, было плохо - голый серый металл. Похоже, что тезка очень торопился создать хоть какой-то корабль, а эстетическая сторона его то ли совсем не волновала, то ли у него просто не дошли до неё руки. Рубка в этом плане тоже совсем не поражала - очень просторное, ярко освещенное помещение, почти совершенно пустое. Собственно, из обстановки тут нашелся только ряд выложенных изнутри мягким... саркофагов, что ли? - закрепленных в чаще металлических трубок. Никаких приборов - собственно, зачем они, если пилот - сам себе прибор, а заодно, и двигатель?..
   Вздохнув, Лэйми забрался в ближайший "саркофаг". В этой штуковине он чувствовал себя довольно-таки глупо, словно стоял в шкафу: нет, понятно, конечно, что при перегрузке она превратится в удобнейшее ложе, но пока что он в ней именно стоял, что оказалось смешно и неуютно. Перед ним во весь обзор его глаз сиял экран - не окно, потому что оттенки были всё же другие, а контрасты между светом и тьмой - удобно сглажены.
   Отсюда Нау-Лэй смотрелся весьма впечатляюще: изогнутая мозаика лесов, гор и морей, наполовину прикрытая спиралями и полосами облаков. Наверняка, там имелось очень много чего интересного, - и Лэйми даже стало обидно, что, шляясь по вселенным, тут он и не был нигде, за пределами родного пляжа. Ну ничего: вернувшись, он всё наверстает...
   - Ты поведешь? - спросил тезка у отца. - А то у меня пока не очень получается прыгать.
   - Поведу, поведу, не волнуйся, - Охэйо улыбнулся. - Итак, люди, мы все находимся на борту корабля с ну очень оригинальным названием "Ахана", - до Лэйми долетел какой-то неразборчивый звук со стороны, так сказать, прототипа. - Поскольку его капитан и конструктор не озаботился двигателем, эту почетную роль придется играть мне. Вам ничего делать не нужно. Ну, поехали...
   Лэйми показалось, что он падает, - в полную видений пустоту. Мир вновь раскрылся перед ним, - и схлопнулся быстрее, чем он успел хоть что-то осознать.
  

* * *

  
   Очнувшись, Лэйми ошалело моргнул. Вместо Нау-Лэй на экране простерся колоссальный водоворот огня, - спутанные пряди белого, багрового, голубого сияния. Они колоссальной спиралью сбегались к ослепительной сердцевине, - а над ней перевернутым конусом расходилось такое же клочковатое застывшее пламя. Сбоку косо завис второй водоворот, поменьше, - и за ним тянулись какие-то космы, словно он пробил большой навылет. От него тоже расходились конусы клочковатого сияния - правда, на фоне исполинского центрального столба они казались даже маленькими.
   - Что это? - ошалело спросил тезка.
   - Это, - Охэйо легко спрыгнул на пол и подошел к экрану, - квазар OJ287. Самый большой в Йэннимурском Объеме. Там, в центре - колоссальная черная дыра, массой в восемнадцать миллиардов стандартных солнечных. Вон та, поменьше, - её спутник, массой всего-то в сто миллионов стандартных. Его орбита наклонена на тридцать девять градусов, так что их аккреционные диски сталкиваются каждые двенадцать часов, и общая мощность излучения достигает десяти триллионов стандартных солнечных. Конечно, долго это не продлится, - через каких-то десять тысяч лет большая черная дыра поглотит маленькую.
   - И что тогда будет? - спросил Лэйми. Зрелище, мягко говоря, впечатляло, - с первого взгляда оно могло показаться даже нарисованным, но сейчас глаз уже тонул в бесчисленном множестве мелких деталей, завитков, волокон этого двойного океана огня.
   - Тогда? Разразится гравитационная буря, какой ещё этот мир не видывал. Где-то процентов пять общей массы перейдет в гравитационные волны, - а это, знаешь, много. Поэтому, здесь, рядом, никто, можно сказать, не живет. До Р`Лайх, столицы симайа, отсюда - три с половиной миллиарда световых лет. Но, думаю, и там трясти будет весьма существенно. Шутки с гравитацией плохи.
   - Иными словами, тут никого нет, и нам никто не помешает? - перевел речь отца тезка.
   Охэйо усмехнулся.
   - Можно и так. Гостей-то тут любят, - даже слишком. Захвалят, закормят, затис... ну, завосхищают, в общем. Лучше пока так осмотреться, без шума. Корабль-то нормально работает?
   - Нормально, - откликнулся тезка. - Радиация тут, правда, пошаливает, но щит держит, пока что.
   После столь оптимистического заявления Лэйми вздохнул. Умом-то он понимал, что, даже если корабль разнесет на атомы, - это ничем совершенно ему не грозит. Но всё равно, смотреть на огненный водоворот было страшновато. Особенно зная, ЧТО скрывалось в его глубине. Да и чувствовал он себя сейчас... довольно странно, - словно мир вокруг него стал... вязким. Не физически, конечно, а...
   - Да, тут другая физика, - усмехнулся Охэйо. - И многие возможности обвеса ограничены. Конечно, если не использовать Йалис.
   - А симайа она разве не мешает? - удивленно спросил тезка.
   Охэйо фыркнул.
   - Нет. Симайа она помогает. Тем более, что к ней они и приспособлены.
   - А физику менять они разве не умеют? - спросил тезка. - В смысле, сами?
   Охэйо улыбнулся.
   - А это уж кто так. Гиперайа, например, вполне могут.
   - А гиперайа - это кто? - спросил тезка.
   - Это шары из анизотропной сверхжидкости. То есть, даже не нейтроны, а... ну, там уже кварк-глюонная плазма, скорее. Размер - где-то около метра.
   - Так мало?
   - Угу. Зато масса - около сотни стандартных планетных. Плотность сам можешь посчитать. Там... много.
   Тезка кивнул.
   - Да... много. Очень. Это архилекты, да?
   - Разумеется. И очень высокой степени. И прыгалки у них вполне даже есть, и не только внутривселенские.
   - А энергия откуда? - с сомнением спросил тезка.
   - Аннигиляция. Батарейки. Портальные линки, наконец, - тут они вполне себе работают.
   - А первичный источник?
   - Тот же, что и у Анхелы - энергетический шунт. Тут от него машины Кунха работают, и ещё много что.
   - А Вайми - такой же гиперайа? - спросил Лэйми.
   Охэйо улыбнулся.
   - Нет. Он - кто-то, вроде Анхелы. Как, собственно, и я. Только структура сознания там... другая. Ну да это ты видел. И энергетического шунта нет, потому что энергия из вакуума.
   - А кто сильнее? - спросил Лэйми. - Анхела или он?
   Охэйо вздохнул.
   - Вопрос... в общем, лишен смысла. Собственно, что мы сравниваем? Кто кого убьет? Ответ и так ясен. До конца - никто, но покрошат в процессе столько посторонних, что мало не покажется. Да и поводов никаких нет. У кого лучше искусство? Так разные критерии. Совсем. Но если по всем возможным критериям оценивать совместно, - то лучшими произведениями искусства будут... марьют. Один из которых, кстати, - сам Вайми.
   Тезка рассмеялся.
   - Да, - если сказать Вайми, что он - произведение искусства, он минут пять будет хлопать ресницами, а потом обидится по-детски. Хотя, на самом деле, - так и есть.
   Охэйо кивнул.
   - Вот видишь. Что сравнивать-то? У кого больше энерговооруженность? Ну так тут скорее вопрос, - ЗАЧЕМ нам столько энергии. Энерговооруженность, - не всегда идет в плюс, можно просто не знать, что есть способы для той же цели тратить меньше. И спрашивать надо не "кто тут сильнее", а "кто что умеет лучше". Вот так-то, брат.
   - А кто умеет лучше? - сразу же спросил тезка.
   - В какой области? - спросил в ответ Охэйо.
   Тезка смутился.
   - Ну... Творить, например.
   Охэйо вздохнул.
   - Творить... вот ты мне скажи, заяц, - кто из нас лучше, - я или Маула?
   Тезка задумался, - и вдруг жарко покраснел.
   - Да ну... вы оба. Вместе.
   Охэйо ухмыльнулся.
   - Вот видишь. Ты бы не хотел, наверное, чтобы я тебя с сестрами взялся сравнивать?
   - Да понял я, понял, - буркнул тезка. - А если сравнить, например, Йэннимур, - с другими расами? - нашелся он.
   Охэйо вздохнул.
   - Если сравнивать с другими расами... Инсаана в текущем состоянии, - серьёзный вопрос, не превосходят ли. Что не значит, кстати, что получится заломать. Инарра, - видимо, превосходят, в своей вселенной - точно.
   Ахана кивнула.
   - Эти - да. Вспоминаем хотя бы тот корабль неуязвимый. Что будет, если он пролетит сквозь планету на скорости в 0,99 С?
   Охэйо улыбнулся.
   - Более интересен вопрос, что будет, если он попробует пролететь сквозь Фокусировщик. Видимо, всё же вопрос энергоресурсов... Инсаана, кстати, бледное подобие этой технологии использует, но - это исключительная фишка боевых кораблей, редко применяемая, потому, что слишком много вычислительных ресурсов уходит.
   - Инарра - это кто? - встрял Лэйми.
   - Сверхраса, - пояснил Охэйо. - На самом деле, уже довольно старая. У них есть довольно забавная технология Схем Вечности, - это когда образ какого-то объекта фиксируется в матрице, похожей на матрицу синтезатора, и без изменения программы нельзя изменить его. Никак.
   - А Фокусировщик?
   - Смыслом своей жизни Инарра считают фокусировку Потока. Но вот что это за Поток, - они никому не объясняют, а без них это не получается понять. Фокусировщик, - это такая штуковина... размером с планету, примерно, но гораздо, гораздо тяжелее, по своей сути, - что-то вроде компьютера. Квантового. Считается, что Фокусировщики как-то влияют на вероятность или "плотность" отдельных ветвей Реальности, поднимая одни и опуская другие, но на деле это не доказано. На деле там вообще ничего не доказано, - лезть к этим штуковинам очень вредно для здоровья.
   - А Файау? - перебил тезка.
   - Превосходят, - в своей родной вселенной, полностью перестроенной. Попытка повторить такие изменения здесь вызовет реакцию машин Кунха, потому что это будет попыткой массированной Йалис-атаки. Тэйариин, - мало данных.
   - Мало - это не значит, что нет, - сказал Лэйми.
   Охэйо кивнул.
   - Угу. С нашей точки зрения, каждый из Тэйариин - Бог. Именно так вот, с большой буквы. Способности... скажем так, малопонятны. Обитают, по-видимому, в бесконечномерном гильбертовом пространстве, - это уровень IV, в котором Мультиверсы плавают. Возможность творить эти Мультиверсы по своему желанию, - у них есть. Что ещё могут, - неизвестно. А гильбертово пространство, по идее, бесконечно, в пространстве и времени. Что там ещё может жить, - вопрос, конечно, интересный... Лахха - про них почти ничего не известно, возможно, что-то сравнимое. Здесь ещё Саласса есть, - они где-то миллион планет населили, и Ваа-Хид, - миллионы био-кораблей и тысячи базовых станций. У них мощность выстрела, - где-то под десять квадриллионов тонн массы-энергии. Это при том, что сам корабль маленький, метров двести пятьдесят, не больше. На первый взгляд, - они что-то вроде нас, но значительно слабее. Энтилан, - сравнимы с симайа, вероятно, в своей родной Зоне, - они даже сильнее. Возможно, - Мроо. Считаем их вместе с Древнейшими, а вот "наши" Мроо, - НЕ проходят четко.
   - А Древнейшие, - это кто? - спросил Лэйми.
   - Тоже Мроо, - но те, с которых всё начиналось. Мы их даже не видели толком. Они во всех этих разборках не участвуют, - как, впрочем, и все, кого я тут упомянул, собственно. Эта битва Света и Тьмы, - весьма специфическое развлечение, на самом-то деле.
   - А Ксиа? - спросил Лэйми. - Которые считают, что десятимерное пространство, - рай земной, и чем его больше, - тем лучше?
   - Ксиа... - Охэйо вздохнул. - Они, вообще-то, совсем не здесь живут. В других вселенных. Далеко очень. Мы о них мало что знаем, потому что разум у них... нечеловеческий совсем. И вообще мало кто знает, потому что они живут там, где никто больше жить не может. В смысле, в таких вселенных, где физика, с нашей точки зрения, бессмысленная совсем. Ну, не бессмысленная, но трудно понять, для чего это надо. Материи, например, в нашем понимании - там вообще нет.
   - А что тогда есть?
   Охэйо усмехнулся.
   - Там главные объекты - невообразимо малые квантовые ячейки пространства, определенным образом соединенные друг с другом. Законом их соединения и их состоянием управляет некое поле, которое в них существует. Величина этого поля является для этих ячеек неким "внутренним временем": переход от слабого поля к более сильному выглядит совершенно так, как если бы там было некое "прошлое", которое бы влияло на некое "будущее".
   - То есть, там ещё и времени в нашем понимании нет? - ошалело спросил Лэйми.
   Улыбка Охэйо стала ещё шире.
   - Угу. Так что с пониманием там... есть трудности.
   - Тогда почему вы решили, что эти Ксиа вообще существуют?
   Охэйо вздохнул.
   - Потому, что они вселенные трансформируют. В это самое десятимерное пространство. На естественный процесс это, знаешь, как-то не очень похоже.
   - Это то самое десятимерное пространство, в котором другие формы жизни дохнут? - вспомнил Лэйми.
   Охэйо нахмурился.
   - Да. На жизнь в трех- и сколько там ещё мерном пространстве Ксиа наплевать, они просто её не замечают.
   - И что с этим можно сделать?
   - Эвакуацию можно. Разумной жизни из угрожаемых зон.
   - И всё?
   - А ты что - войну хочешь начать? Так мы даже не знаем, в каких вселенных эти Ксиа живут, и вообще, сколько их. То есть, часть их вселенных знаем, но не все. У них система перехода... странная очень. Без переноса материи совсем. С нашей точки зрения - это вообще незавершенный портал, просто деформация метрики самоподдерживающаяся. Большой Решеткой, например, такое трудно отследить. В том числе и потому, что Вселенные, которые берут себе Ксиа - пустые, с нашей точки зрения вообще ни к чему не пригодные, потому что там не то, что жизни, - там никаких упорядоченных структур существовать не может. Проблемы те с жизнью - это в одной вселенной только.
   - А если они весь Мультиверс в итоге съедят?
   Охэйо вновь усмехнулся.
   - Это - нет. Это - точно нет. Он, знаешь, БОЛЬШОЙ. Хотя для нас, хоть для Ксиа, хоть для кого. И процесс перестройки пространства - он, знаешь, энергии требует. Много. Очень даже. И времени. А не так, что открылся портал - и сразу вся вселенная превратилась. Хотя Вайми говорит...
   - Что?
   Охэйо мотнул головой.
   - А, ничего. Симайа тоже очень странные бывают. Есть ещё, правда, Потерянные...
   - А Потерянные, - это кто? - спросил Лэйми.
   Охэйо вздохнул.
   - Потерянные - это одна из самых экзотических йэнн. Они решили вернуться к первобытной жизни предков. Правда, представления о ней у золотых айа сильно отличаются от наших. Колонизация планет в Йэннимуре запрещена, но какое-то количество нелегальных колоний существует. Их и создают Потерянные при поддержке небольшой части Пастухов.
   - А какой смысл во всем этом? - спросил Лэйми.
   Охэйо вздохнул.
   - Потерянные осуждают вмешательство в жизнь других рас, даже с самыми благими намерениями, и часто даже отказываются от бессмертия. Они считают, что золотые айа должны быть во всем равны с другими расами - в их жизни... и в их смерти тоже. Большинство симайа отвергает эту идею, и найденные колонии Потерянных тут же принудительно эвакуируют. Якобы потому, что в отрыве от культуры Йэннимура нельзя обеспечить нормальное воспитание, а это неизбежно ведет к деградации.
   - А, примерно, сколько их? - спросил тезка.
   Охэйо лишь пожал плечами.
   - Никто толком не знает, но на каждой планете живет не больше нескольких миллионов Потерянных. Часто они создают очень интересные и своеобразные культуры, но Пастухи обычно уничтожают их... конечно, не физически, а путем выселения всех участников. Сами симайа считают Потерянных просто юродивыми. Но те существуют уже очень давно, и даже имеют свой космический флот. Фактически, яркие личности встречаются среди них куда чаще, чем среди самих симайа, - в конце концов, они добровольно рискуют своими бессмертными жизнями. Им очень часто "доверяют" первый контакт с малоразвитыми расами: тогда Потерянные служат посредниками между ними и симайа.
   - А как Инсаана к ним относятся? - спросил тезка.
   - Так же, как к другим младшим расам, - навязывают своё руководство. Потерянные, правда, могут и Йэннимур на помощь позвать, но лишь при явном нападении. Им светиться нежелательно, ибо иначе, - массовый отлов и обучение в P`Лайх.
   - А P`Лайх, - это...
   - Центр Вселенной, - на сей раз Охэйо говорил без улыбки. - Крупнейшая из всех когда-либо построенных не-планет, родина Тэйариин, между прочим. Ну, не родина, конечно, в биологическом смысле, но центр их цивилизации был именно там. Пока они из этой Вселенной не смылись.
   - Потерянные, как я поняла, - сказала Ксетрайа, - хотят найти какой-то другой путь, не такой, как у симайа?
   - Другой путь, - нет, - ответил Охэйо. - Скорее, они хотят вернуться к началу, и там сесть. А это, знаешь...
   - Неужели никакого другого пути нет? - удивленно спросил Лэйми. - Генные модификации там...
   Охэйо вдруг усмехнулся.
   - А они у них у всех УЖЕ есть. Золотых айа как раз модифицировали на жизнь в космосе исходно - пептидно-нуклеиновая кислота вместо ДНК, другая система кроветворения - эритроцитов, например, вообще нет у них, армирование мягких тканей и внутренних органов естественным углеродным волокном - как защита от ударов/перегрузок, и чтобы в вакууме не разрывало их, плюс мышцы не атрофируются в невесомости. Минус - жить за их счет нельзя, и, если не жрать, то меньше чем за неделю товарищ склеит ласты. Ну и социальность всё же очень хорошая. Правда вот размер у них где-то 180 см/80 кг., ну и падаль они жрать всё же не могут, в отличии от ару. А вот 50 000 рентген вынести - вполне, хотя лечиться им всё же придется, и долго. Но там основные модификации были на устойчивость к не-переходу, ну и на Ви`раэ - способность образы из Океана Хиггса тырить, то есть на творчество. Правда и создавала их сверхцивилизация уже, так что улучшить тут что-то тем же путем... трудно. Генные модификации на определенном уровне плавно перейдут в бионанотех, а дальше уже вопрос, - если нам так надо биологическое тело, то насколько оно биологическое с нанотехом и кучей имплантов... Если дойдет до такого, - намного проще, да и дешевле сделать чисто искусственный носитель, - он прочнее, легче поддается апгрейду и ремонтам. Нанотех для поддержания здоровья - это одно... "Чистые" имплантанты - тут куча проблем с совместимостью материалов, с гидроизоляцией, с иммунной системой... Генные модификации, - вообще средство очень узкое, способности жить в вакууме они, скажем, всё равно не дадут. Можно сказать, это самая первая ступень Восхождения, - устранение ошибок и наследственных болезней в генофонде, улучшение здоровья, и, в основном, творческих способностей. Дальше придется идти уже заменой носителя, - глубокая киборгизация или даже бозонная плазма. То есть, известные все лица...
   - А Первая Форма знает, что Трансформа, - всё же не единственный вариант? - спросил Лэйми.
   - Не знает, а сказать, что возможно, - ну, забыли, бывает... Но если и узнает - не дадут. Потому что расширение возможностей сознания, - проще переход в симайа сделать, промежуточные стадии в Йэннимуре не нужны...
   - Мне кажется, стоит сказать, - заметил тезка.
   Охэйо пожал плечами.
   - Возможно. Если до них дойдет хоть упоминание про возможность апгрейда мозга, - например, что молодые расы пробовали, чтобы сравняться с Иэннимуром, - они могут и спросить, а почему им никто даже не сказал...
   - О чем не сказал? - спросила Ксетрайа.
   - Первая Форма, в принципе, может подключаться напрямую к внешним вычислительным ресурсам, через встроенную наносеть, - ответил Охэйо. - Но - не дадут. Потому что развитие естественное должно быть. Мол, Ви`раэ от него лучше растет, и вообще...
   - "Не дадут" читать "прав доступа к ресурсам не дадим"? - спросил тезка. - "Софта для этого нет, но если напишешь, - то юзай, но ты не напишешь"? "Софта нет, а если кто-то напишет, то доступ прикроем"?
   - Даже если дадут, - он не сможет пользоваться нормально без определенных модификаций сознания, - параллельные потоки, расширение ассоциативной памяти... - ответил Охэйо. - Нужны импланты. А такие вещи Трансформу затрудняют сильно... потому что это тоже переносить надо. А процесс переноса личности на бозонный носитель и так сложный... и, что более вероятно, - симайа не хочется себя утруждать разработкой ещё и процедуры для безопасного перехода после апгрейдов.
   - А если кто-то внаглую попробует проскочить? - спросил Лэйми.
   Охэйо покачал головой.
   - Ну, допустим, вот прием товарища в симайа... Нужен товарищ. Нужен симайа, который, собственно, и проводит Трансформу, - а это далеко не каждый из них может, это очень сложная профессия на самом деле... Нужно восемь тонн бозонной плазмы, - бозонный реактор в студию, пожалуйста. Нужны магнитные монополи, угу, - Эвергет сюда же, плиз. Нужно отсканировать тело, - да, сканирование разрушающее, - но вот матрицу личности в нового симайа вложить не так-то просто, свободных тел-то - нет, их делают только под заказ. Матрица личности проходит через симайа-принимающего и бортовую интеллектронную сеть, у которой мощность сознания в миллионы раз больше. Тут вероятность, что левый кадр пройдет, - равна, практически, нулю. А вот что будет, если какая-то левая личность найдет кольцо, или как там у нас стартовый комплекс нанотеха выглядит, и просто наденет, без всяких тестов... поэтому, нанотеха там нет. Такого. Обычная-то наносеть там у каждого есть, не только у Первой Формы, а вообще у всех, кто гражданство Йэннимура имеет, просто на всякий случай, - не все же в измененной физике сидят...
   - То есть, для записи матриц только? - спросил Лэйми. - И никак больше не используют? Для связи, например? Настоящая же телепатия получится...
   - Видишь ли, - сказал Охэйо, - телепатия вообще, - штука довольно опасная. Объединение разумов ведет к стиранию личностей, по крайней мере, к уменьшению их разнообразия - точно, а это, знаешь ли, чревато...
   - Чем?
   Охэйо вздохнул.
   - Грубо говоря, элементов становится больше, а их суммарный интеллект, - меньше, просто из-за превосходства этого "суммарного интеллекта" над индивидуальным тот не может это заметить. Падение инициативности, - это только первый звонок... Тут или ставить жесткие барьеры на "уровень доступа", - только "голосовая связь", скажем, без "картинки", - или рискуем получить жуткую сущность, в которой все разумные существа являются просто её органами. Примеры, кстати, были. Очень неприятные.
   - А можно без ограничений скорости? - спросил Лэйми.
   Охэйо усмехнулся.
   - Можно. Обычно трансразумные Сущности дробят свою разумную суть на сегменты, ограничив, - не технически! - полную телепатию мелкими частями общей структуры. Примерно, - A общается с B, потому что они и так с полуслова понимают друг друга, C с D и E, но между A+B и C+D+E, если есть возможность, используется что попроще. Если нет, - это "что попроще" эмулируется. Если совсем уж надо, - то общаться напрямую будут B и E, или D, и потом, - зависит от того, кто это всё же, и отношений, - будут проверены A и C соответственно, - это если действительно надо было. Если нет... ну, скажем, у B и E будет откат в исходное состояние с бэкапа. Или будут с нуля разработаны новые.
   - А у симайа, - то же самое? - спросил тезка.
   - У симайа проще. "Телепатия", реально квантовая или радиосвязь, - у них основной способ общения. Просто говорить они тоже могут, но это им сложнее уже. Они пропускную способность обрезали, и всё. Если ОЧЕНЬ надо передать большой объем информации, - прямой физический контакт, но это - опасно. Просто перепутаться нафиг может всё.
   - А как с этим у нас? - спросил Лэйми.
   - Технически, для нас, да и для вас, - можно так сделать. Только вот тела у нас, обычно, человеческие. Для тебя "переговорное" тело использовать... сложно, но возможно. Только, тут нужен широкополосной канал, и расстояние, - имеет значение. То есть, или оба рядом, или оба дома, или на таком вот корабле. Технически, если как минимум один, - демиург, он может и далеко быть, - канал связи нужный его обвес обеспечит, но на практике не бывает такого. И мы, и наши дети всё же стараемся оставаться людьми больше... даже если на самом деле давно ими не являемся, и работа, например, гормональной системы, - эмулируется. А у симайа, - лишь память о живой жизни, но очень яркая зато...
   - А как там с этим у других рас? - спросил тезка. - Телепатия без техники, - в принципе пустяк. Есть сразу два варианта: обычная био-радиосвязь, - электроорганы уже есть, тут один шажок у эволюции остался, - и квантовая.
   - Но тут только парная связь будет, - сказала Ахана.
   - Почему парная? - спросил Лэйми.
   - Квантовая связь, - исключительно точка-точка, - пояснил Охэйо. - Групповое вещание невозможно, что довольно сильно снижает её ценность.
   - То есть, требует отдельного чипа для связи с каждой из удаленных систем?
   - Не обязательно. Классическая квантовая связь требует кучи обычных приемопередатчиков "точка-точка", дублированных, - чтобы восстановить связь по параллельному КТ-каналу. И запас парных атомов там ограничен, его надо возобновлять руками, то есть, доставлять их в обе точки физически. Что как бы лишает затею смысла. Поэтому, тут для связи служат не парные атомы, а ма-а-аленькая квантовая сущность, - наносарьют, угу, - которая в разных местах одновременно присутствует. Выглядит как квантовый процессор, в котором "вдруг" появляется информация. Процессор более-менее традиционный, твердотельный, в смысле. И ресурс скорее процессора там, который вряд ли сильно меньше, чем у обычных. А связь сама по себе обычно всё же не дохнет тут за давностью лет. Если что, - надо канал на другой процессор переводить, они тут дублированные обычно...
   - Кстати, я давно хотел спросить... - сказал Лэйми. - Почему нельзя было послать вместо "Тайны" автомат, и управлять им, и всей его техникой в реальном времени? Возможно, - даже используя что-то вроде очень сильно модифицированных дистантников для симайа?
   - Можно, - ответил Охэйо. - Но это - нудно и хлопотно, да и самим же посмотреть интересно... Конечно, если бы понимали опасность, - послали бы автомат. Но...
   - Но технически симайа могли послать автомат и рулить дистанционно? Или не хватило бы полосы пропускания каналов, мощности передатчиков, чего там ещё?
   - Рулить дистанционно - могли. Но задача экспедиции, как ты, надеюсь, помнишь, - расшифровка архива, тут надо обрабатывать ОГРОМНЫЕ объемы информации, и для этого никакой полосы пропускания не хватит. Нужны вычислительные мощности на месте, а ширина каналов напрямую связана с ней. В итоге - решили, что проще послать стандартный астромат, а не строить специальный корабль, хотя потом, - появились и такие...
   - Вообще, - минимальные размер и масса у квантового передатчика есть? - спросил Лэйми.
   - Примерно - размер минн, то есть сантиметры.
   - Что мешает набить ими сферу в километр?
   - Игрушки довольно дорогие. Набить сферу в километр - а зачем? Снимать инфу с Хары? Ну так там уже автоматические корабли использовались, только размерчиком побольше. А что, - до сих пор икается?
   - Да, - Лэйми поёжился. Воспоминания о том, как его тело, само по себе, распадалось на части, мягко говоря, не радовали. Тогда Тэйариин были в нем, - конечно, лишь ничтожной своей частью. Он почти ничего не запомнил, - но одно усвоил твердо: может, Тэйариин и Свет, но не Добро. Это совсем, совсем разные вещи...
   - Не бойся, - сейчас в тебе их нет, - сказал Охэйо. - По крайней мере, - в виде чего-то отдельного. То, что проникло в тебя, давно стало частью твоей сути.
   - Спасибо, - Лэйми вновь поёжился. - Знаешь, это было не больно. Совсем. Приятно... и противно, - мучительно. И... ну, как это сказать? - я был не собой, но это всё равно был я. Вот что страшно-то...
   - То, как легко ты изменился? - спросил тезка.
   Лэйми хмуро взглянул на него.
   - Угу. Собственно, я этого даже не заметил. Был один я, - и вот другой я. Совсем другой. И - никакого удивления, никакого... шва. Понимаешь?
   Тезка недовольно помотал головой.
   - Не совсем. Я... ну, я всегда оставался... собой, насколько я помню. А что там было интересного?
   Лэйми вздохнул. Ему, разумеется, страшно хотелось одернуть тезку, или даже сказать ему что-то обидное, - но он очень хорошо его понимал, - сам был такой, в его возрасте.
   - Интересного... ну, быть разделенным на несколько частей, каждая из которых мыслит отдельно, и, в то же время, - часть целого, наверное, интересно... Хотя, на самом деле там ничего интересного не было. Мы сражались... пытались, на самом-то деле, - а потом нас накрыла Волна Сутей, - тех... образов, которыми Вайми всё это закончил. И всё. Больше ничего я не помню...
   - Ты... вы сражались с симайа? - спросил тезка.
   - Пытался, - угрюмо повторил Лэйми. Вспоминать, как его руки и ноги разлетаются в разные стороны, одновременно превращаясь в каких-то невообразимых змей, ему вовсе не хотелось. А уж о том, что было с ним потом...
   - А когда ты был мертвым? - с безжалостным интересом спросил тезка.
   Лэйми задумался. Это вот он помнил, пожалуй, плоховато, - воспоминания то отступали, то подступали волнами. Мрак, пустота, - и в этой пустоте голоса, вопящие, поющие, сводящие его с ума...
   - Можешь не стараться, - хмуро сказал Охэйо. - Всю эту дрянь я почистил.
   - То есть, я свихнулся? - спросил Лэйми.
   - Ну, в итоге да. Не настолько, правда, как старые обитатели Бездны, но довольно основательно. По крайней мере, возни с тобой было много... с выделением того, каким ты был раньше.
   - То есть, с чисткой памяти? - спросил Лэйми. Услышанное совсем ему не нравилось.
   - Угу. Воспоминания-то по датам не индексированы же. Так-то оно просто было бы: указал дату - и всё.
   - А так?
   - А так руками всё смотреть пришлось. А это, между прочим, долго. И сложно. Воспоминания-то не просто так лежат, - на них ассоциации завязаны, мысли, подсознание... Просто так их выдернуть нельзя, - всё тут же обвалится. А распутывать и перепутывать всю паутину каждый раз, - это, я скажу тебе, мрак...
   - То есть, ты всё видел?
   Охэйо улыбнулся.
   - Угу. Иначе нельзя было. Но не бойся, - я всё... ну, не забыл, но в архив отдельный сбросил. Так что сейчас, - не помню ни фига.
   - Спасибо, - искренне сказал Лэйми. - Нет, в самом деле...
   - Не за что, - Охэйо отвернулся, смущенный. - Ты же мой друг, всё-таки. Да ну, фигня на самом деле это... Вот найти тебя в Бездне, - было на самом деле... трудно. Я сам там чуть не свихнулся. Хорошо хоть, что мне все помогали, - и Вайми, и Анхела, и Анмай...
   - А других ты так можешь вытащить? - сразу же спросил тезка. - Ну, всех?
   - Всех, - не смогу, - ответил Охэйо. - Даже многих не смогу, - слишком уж оно сложно. Портал-то в Бездну я могу открыть, - но ведь полезут же оттуда, а тогда... ты вот про конец света слышал? Ну так вот это он самый и есть.
   - Почему? - спросил Лэйми.
   - Потому, что всем этим душам нужны тела. И портал может так их... настроить, что они сами смогут чужие тела искать и захватывать. Ну, как сарьют. И будет их... много. Секстиллионы секстиллионов, - где-то так. Даже Мроо на это пока не решились, - и не решатся, насколько я надеюсь.
   - А сарьют, - как сейчас они? - спросил Лэйми.
   Охэйо повернулся к нему.
   - Живут. Ну, куда они денутся? Они же бессмертные. Заселяют новые планеты, размножаются потихоньку... Для них это же сложно, ты же знаешь...
   - Угу, - Лэйми вздохнул. Насколько он помнил, сарьют можно было стать лишь при весьма специфическом образе жизни, - больше похожем на жития святых. Хотя, с тех приснопамятных пор многое могло и поменяться, разумеется... - Но им же наверняка сложно помнить всё это...
   - Проблем с объемом памяти у них нет никаких, - ответил Охэйо. - А вот с отловом нужных воспоминаний... Я как-то целый день вспоминал, что было тем апрельским утром, 9776 лет назад, почти уже добрался, - а тут Малла меня отвлек, я его чуть не прибил нафиг тогда... Сейчас-то эта проблема, если сильно встает, обычно решается тем, что в таких ситуациях я могу подать команду в "компьютерном" режиме, и заново всё просмотреть. И потом можно руками или программой ассоциативную цепочку ставить. Но надо сперва знать, ЧТО искать. У симайа, кстати, из восьми модулей сознания один заведует памятью. У сарьют хуже, - им до воспоминаний своим умом надо доходить, хотя память у них, - абсолютная...
   - У симайа тоже "компьютерный" режим есть? - спросил Лэйми.
   - У симайа машинный код в обычном режиме из мышления убран из соображений сохранения "человекообразности". Но если надо - могут и так... У других рас, кстати, обычно проблема переполнения решается внешней памятью. Но тут другая проблема появляется, - сознание обычного человека не может охватить такой объем. У ВСЕХ транссингулярных рас, - эта проблема решена, в той или иной степени. Другое дело, что часть их в итоге вообще наполовину в Сети живет, а она - в основном, сама разумная среда всё же. У симайа сетевая внешняя память тоже есть. Но это - зависимость от связи, постоянная уязвимость, - "внешние" воспоминания могут и подредактировать, и вообще подменить... Тут каждый сам решает, что лучше. Но для таких проблем нужно сперва пожить лет так 10000-12000...
   - А разве отключиться от Сети они не могут? - удивленно спросил Лэйми.
   - Формально можно от ВСЕХ сообщений отключиться. При большом желании. А реально - чтобы от высокоприоритетных сообщений отключиться, надо квалификацию иметь хорошую. Но поступать так, - довольно неразумно. Ибо всё может быть. Разве что по каким-то причинам нужно исчезнуть из Сети СОВСЕМ. Как вот Потерянным, например.
   - А разве среди Потерянных бывают симайа?
   Охэйо улыбнулся.
   - Бывают, почему нет? Это довольно популярное развлечение у них, на самом-то деле. Полезно для общего развития, так сказать.
   Лэйми ошалело помотал головой.
   - Посылать нафиг родную культуру?
   Охэйо улыбнулся.
   - Именно.
   - А кто там говорил, что надо хлопать в нужных местах, а то кушать не дадут? - с интересом спросила Ксетрайа. - Или тех, кто кушать сам находит, - не касается?
   Охэйо фыркнул.
   - Некоторые животные более равны, чем другие, естественно. Симайа хлопать в нужных местах не надо - это им хлопают. И право послать нафиг - у них тоже есть. Иногда это чертовски полезно - для самой же культуры, прежде всего. Непреложный закон для сверхслож­ных систем: устойчивость целого возрастает с возрастанием внутреннего разнообразия системы. Богатство внутренних конфликтов обеспечивает йэннимурской культуре, как коллектив­ному разуму, исключительную гибкость и динамичность.
   - Ага, второе начало термодинамики и тут тоже действует, как и цикл Карно, - вклинился тезка. - Для проведения работы разность потенциалов должна быть.
   Охэйо кивнул.
   - Йэннимурские товарищи это очень хорошо понимают, - потому у них и Союз Многообразий, а не государственная унитарная Империя.
   Тезка непонимающе помотал головой.
   - То есть, это просто игра такая? У Лахха давно тоже были игры... разные очень игры, для саморазвития. Говорят, кто-то из них туземцев, которые просто туннели копали... в пространстве, обучил... ну, они решили, что это называется "игра в цивилизацию"... вот и играют... а что там с теми, кто копать так не умеет, будет, - бог весть...
   Охэйо улыбнулся.
   - Ну - можно и так, если туземцы, в итоге, вступили в симайа и тоже... играют. Но за результат им отвечать приходится. Особенно если получилась фигня.
   - А В ЧЕМ разница между играми и... не только? - спросил Лэйми.
   Охэйо вздохнул.
   - Ну, вот у нас тайное-тайное общество, собрания в масках, 99 градусов посвящения, подписи кровью, явки, пароли, значки, булавки, тайные жесты, тайный дресс-код, каждую полночь мы собираемся на кладбище и вслух критикуем преступления проклятого режима, - а потом выпиваем, закусываем и идем спать. Это игра. А если мы бомбу бросаем в Императора, - это уже терроризм. И за него спрос - совсем другой. Могут и голову... того.
   - А если мы знаем, что Император - бессмертный? - упрямо спросил тезка. - А если мы забастовку объявляем, например? Или бомба у нас - навозная?
   Охэйо засмеялся.
   - Навозную - можно. Да даже и настоящую, раз у нас Император бессмертный. Главное - не задеть тех, кто не бессмертный. Забастовка - а просто скучно это, на попе ровно сидеть. В общем, насчет саморазвития симайа много что могут придумать, но это именно обучение, хотя вопрос о курсах повышения квалификации, скажем так, открытый. Заставлять никого не будут, но рейтинг по образованию/экзаменам/набору впечатлений нужных - у них есть, и если кто-то хочет получить, скажем, работу ответственную, то испытания определенные пройти нужно. Правда, некоторые симайа набирают рейтинг просто так, про запас, так сказать.
   - А если кто-то... заиграется?
   - У Анхелы - контрольный совет есть, на такие вот случаи. У симайа, - практически то же самое, только вместо контрольного совета, - мнение окружающих.
   - А если мнение - пофиг? И у товарища уже не игра - совсем серьёзно всё?
   - Тогда - психокоррекция, ничего не поделаешь.
   - Даже если товарищ просто вопросы задает... неудобные? - спросил Лэйми. - У сарьют, насколько я помню, спрашивать никто не запрещает.
   Охэйо улыбнулся.
   - В Йэннимуре тоже никто СПРАШИВАТЬ не запрещает. Но психокоррекцию, - тут ещё заслужить надо. За диссиденство на словесном уровне всё же не трогают. Руками, в смысле. Словами-то во все корки могут.
   - Спрашивать... можно по-разному, - хмуро сказала Ксетрайа. - Можно, например, - детей спрашивать, а не хотят ли они сделать X... каждые 10 секунд, пока не согласятся. Можно и НЕ детей... если личность запросы отфильтровать не может, то плохо. А ещё - можно за положительный ответ плюшку выдавать. Не всегда это... хорошо.
   - А на этот счет в Йэннимуре УК есть. И статья "Истязания" там имеется. С подразделом "Психологические пытки". Которые, кстати, по тяжести состава идут как бы не впереди пыток физических. Есть там, конечно, и более тяжкие преступления, - но уже не особенно много.
   - Какие, например? - спросил Лэйми.
   Охэйо вздохнул.
   - Например, умышленная невыдача жизненно важных микроэлементов, белка и так далее идет по одной статье с ойратской казнью, когда товарища только жирным мясом кормили и вином, финал примерно тот же. А истязаний симайа не любят. Очень.
   - О как... - сказал тезка.
   - У гитов, ты помнишь, была для душевнобольных безжировая диета - вроде бы и еда, но без жиров вообще. Месяца через 2-3 при нормальном по объему питании люди умирали. Как бы естественно. Потом даже в законах империи Хилайа было написано, что это убийство. И без соли люди умирают. А без йода - минимум тупеют сильно. В принципе, даже без молибдена можно ласты склеить. И такого много-много. А желающие как бы естественным путем от кого-то избавиться - были. Вот потому и.
   - Вот оно что... - протянул тезка.
   Охэйо кивнул.
   - Угу. Затейливые очень товарищи попадались. Даже среди йэннимурских младших рас. Войну-то нельзя... а вот питание хитровыгнутое - можно. Вот потому и. Так что, к детям приставать тут не надо, и вообще... гадостей не делать.
   - А если кто-то спрашивает просто? - сказал Лэйми.
   Охэйо усмехнулся.
   - А спрашивать как раз можно. И спрашивают. Обычно, куда ресурсы там деваются, и что это товарищи ваще тут делают. То есть, общие как бы дела.
   - А если не отвечают? - спросил тезка.
   Охэйо пожал плечами.
   - Не отвечать - можно. Только тогда такое же могут придумать, что лучше уж отвечать... правдиво.
   - А наказания по этому УК какие? - спросил Лэйми.
   - А никаких. Психокоррекция. Объем - в зависимости от диагноза. Ну и ущерб потом возместить, насколько возможно.
   - А если товарищ и на психокоррекцию не хочет?
   - В Йэннимуре согласие на психокоррекцию, - нечто не совсем понятное даже. Подразумевается, что если данный индивид не способен САМ контролировать своё поведение, то спрашивать согласия бесполезно, - всё равно не даст. Хотя делать психокоррекцию могут лишь специально обученные симайа, и не по своему усмотрению. Если не будет обоснованных причин, - у них самих начнутся проблемы. Тут уже решение суда нужно и малосерийные "тела". То есть Мечтатели. У которых дела куда как интереснее есть, чем мозги идиотам крутить. Таких вот обычно ещё на подлете к приему в симайа отсеивают.
   Лэйми вновь недовольно помотал головой.
   - Не хотел бы я тут жить... Если они так со своими, - то как же жители "младших" цивилизаций Йэннимура? Если такие есть.
   - Есть, но созданные уже самими симайа. По статусу - "дети, но не наши".
   - А мы можем с ними встретиться? - вновь вклинился тезка.
   - Можем, конечно. Тут хватает планет, на которых нет самих симайа. Конечно, совсем без присмотра они младшие расы не бросают, - по крайней мере, на орбите что-то обязательно болтается. Но "подконтрольных" миров в Йэннимуре - около двадцати тысяч, так что "болтается" везде по-разному. Где-то и корабли-миры типа "Астрофайры" есть, а где-то - лишь автоматические станции. Это уже зависит от того, насколько симайа ИНТЕРЕСЕН данный мир. Понятно, что на "забытых" мирах часто царит скука, и шансы на недовольных наткнуться там высокие. А вот у планет Потерянных, - или нет ничего, или корабли самые примитивные. Если будет выходить наш корабль, и в системе есть йэннимурский, - заметят обязательно. Если выходят лишь проекции, - скорее всего, нет. Потерянные, - могут и вообще просмотреть. Куда полетим?
   - А в не-планету попасть можно в какую-то? - тут же спросил тезка.
   Охэйо улыбнулся.
   - Нельзя. В смысле, не пустят. Пока цель визита не скажем и прочее такое всё.
   - А вломиться силой?
   Охэйо вздохнул.
   - Насчет ломать... Не-планета - это штука серьёзная, любое внезапное изменение физики в ней и вокруг давится автоматически, а мощность у стационарных установок БОЛЬШАЯ. Защитное поле от не-перехода/атаки через не-пространство внутри и вокруг действует постоянно, как и силовые/магнитные поля - тоже БОЛЬШОЙ мощности, и корпус из нейтрида, и не факт ещё, что только один слой, и сенсорные массивы могут быть с планету, и сеть автоматических станций контрольных вокруг, как минимум, развернута, и патрули наверняка... Проломится превосходящими силами, конечно, можно, - но их сперва ещё собрать надо, и это война опять же... А вот попасть внутрь незаметно, - вполне можно. Внутри йэннимурского корабля, скажем. Только вот ещё на него сперва попасть как-то надо...
   - А разве мы не можем? - удивился тезка.
   - Можем. Но - не незаметно. Тут тебе не Империя. Тут - сверхцивилизация класса N, между прочим.
   - А что это за класс? - спросил Лэйми.
   - Контроль физики значительного участка своей родной вселенной, наличие хоть какого-то контакта с соседними сверхцивилизациями. У Йэннимура это Файау, например.
   - А как они тут летают? - спросил Лэйми. - Между звезд, я имею в виду?
   - Есть, по крайней мере, четыре способа. БЕТ-двигатель, - локально создает новое пространство, и его волна "несет" корабль, но это сложно и опасно, и скорость не то, чтобы очень большая. Там в другом совсем польза...
   - В чем, например?
   - БЕТ-щит, хотя бы.
   - А что это?
   - БЕТ-щит - это побочный эффект работы БЕТ-двигателя: сверхсветовой поток "новорожденного" пространства может буквально "сдуть" любое количество энергии, летящей со скоростью света, и также защищает от Йалис.
   - А параллельно - деформирует метрику, - сказал тезка. - Запуск около звезды - планеты на новых орбитах.
   - Внутри системы БЕТ-двигатель никто, конечно, запускать не будет, - ответил Охэйо. - Если она не вражеская.
   - А если враг в ответ - то же самое?
   - Тогда корабли будут просто отталкиваться. Что станет с системой, - зависит уже от радиуса пространственного "пузыря".
   - Просто враг может в ответ то же самое не по кораблям, а по планетам. И привет.
   - Может. Но у симайа таких игрушек нет. У Инсаана есть, - Крэйсианы. Но они ими особо рисковать не стараются, потому что у симайа Йалис-порталы есть, на машины Кунха, - а возможности у них никак не меньше. Только вот новое пространство создавать они всё-таки не могут. И в не-пространстве прыгать - тоже. Портальный линк сразу обрывается. Поэтому там Х-привод стоит. И радиус действия у них... ограничен. То есть, за пределы йэннимурского Объема им лучше вообще не лезть особо.
   - БЕТ-двигатель, - это деформация метрики же, - сказал тезка. - То есть, сильнейшие гравитационные вихри. Корабль порвет.
   - Корабль из бозонной плазмы. Фактически, жидкий, и деформации ему не страшны. А экипаж - обитаемый отсек в магнитном подвесе. Ну, на моем корабле так.
   - А компенсация ускорений? - спросил Лэйми.
   - Если это НЕ БЕТ-двигатель - то никакой. Либо ограничитель ускорений, либо корабль-автомат.
   - Автоматы тоже не сверхпрочные...
   - Угу. Разве что "несущую каплю" ещё и компьютером сделать, и реактором заодно. Но тут уже Нэйриста получается... ну так они на нем, обычно, и летают. Ну и в Туннелях заодно. БЕТ-двигатель - это первая ступень туннельного привода же...
   - А Х-привод?
   - Х-привод, - это гипер, более-менее обычный. Сарьют, кстати, им пользовались, но он медленный, относительно, - между галактик не полетаешь на нем. Не-пространственный привод, - это к симайа. Можно мгновенно на миллиарды световых лет прыгать, но неприятно и тоже опасно, в общем. Ну, и Туннели Дополнительности, - там, где они проложены, конечно. Если нет, - только звать Нэйристу, чтобы построила, - ну, или прямо в ней уже лететь...
   - А как этот Х-привод действует?
   - Тут устройство мира... интересное. Три браны, - две положительных и между ними отрицательная. И объемлющее пространство. Которое между бранами, - Иннат. Которое снаружи, - Хеннат. Чтобы оставаться в Иннат, нужно ПОСТОЯННО прикладывать энергию. У цели плавно уменьшают мощность, и корабль "всплывает". В Хеннат наоборот - надо цепляться, чтобы не "унесло". Если унесло - то с концами. Перейти на отрицательную брану нельзя так же, как нельзя достичь скорости света, - нужна бесконечная энергия. Высадиться на второй положительной бране сквозь отрицательную можно, через специально разработанный портал, но там несколько другая уже физика... Не-пространственный привод не действует, например. То есть, войти в прыжок-то там можно, - а вот выйти уже нет. Х-привод... тоже по-другому действует. В Хеннат, например, совсем не выйти там.
   - А Туннели и БЕТ-двигатели? - спросил Лэйми.
   - Эти везде работают, - потому что там своя физика нужна исходно. И Йалис-генератор для запуска нужен... самого высшего уровня. Или - бозонный генератор, чтобы флуктуации в Хеннат ловить, но там со стабильностью сразу будет... плохо. Как оружие, оно ещё сгодится, а как двигатель... уже нет. Ару в своё время сильно на этом обожглись.
   - Так куда мы полетим-то? - нетерпеливо спросил тезка. Его весь этот ликбез, похоже, не привлекал ничуть.
   Охэйо почесал в затылке.
   - Гм... Давайте, пожалуй, к Ухинне. Планета в глухом месте, тихая, населена людьми, что характерно. Наладить контакт с ними будет проще, чем с разумными моллюсками какими-то...
   - А что, тут и такие есть? - удивленно спросил Лэйми.
   Охэйо с усмешкой посмотрел на него.
   - Тут всё есть, до разумных плазменных облаков вплоть. Только вот общаться с ними может быть затруднительно, - тебе, по крайней мере.
   Лэйми обиженно прикусил губу, но смолчал. В самом деле - глупо было думать, что за эти несколько дней он сравняется с теми, кто жил в Нау-Лэй изначально...
   - Так, люди, - сказал, между тем, Охэйо. - Занимаем свои места и ничего не делаем, прыгать буду я. Симайа у Ухинны сейчас нет, но осторожность всё равно нужна, - и вежество тоже, неудачный прыжок может много дел наделать...
   Вздохнув, Лэйми забрался в саркофаг. Стыдно, но перед прыжком он всё равно очень волновался, - словно решил прыгнуть в воду с очень большой высоты. Смешно...
   - Ну, все на местах? - спросил Охэйо из своего ложа. - Все? Ну, поехали...
  

* * *

  
   Вынырнув из тьмы, Лэйми ошалело помотал головой. В этот раз ему показалось, что, падая в бездну, он внезапно заснул на лету, - и видел сны... и сны... и сны... которые он сейчас никак не мог вспомнить. Обидно...
   - Ну вот, в этот раз прибыли удачно, - сообщил Охэйо. - Ухинна, - вот она. Любуйтесь.
   Лэйми перевел взгляд на экран. Картинка там была... впечатляющая. На фоне окутанного лохмотьями туманностей неба сияло изумрудное солнце, - а прямо перед ними висел огромный шар планеты, несомненно, обитаемой, но всё же, несколько странной. Тут была вода и суша, - но не в виде привычных ему материков и океанов, а, скорее, каких-то полосок земли, разделенных извилистыми проливами, похожими, больше, на реки, только, конечно, огромные, - шириной в несколько сотен миль, наверное. На ночной стороне отчетливо виднелись искры городов. Рядом с планетой висели две маленьких луны.
   - Ну вот, - повторил Охэйо. - Ухинна-фа-Наос, рядовая планета Йэннимурского Союза. Население - около миллиарда человек.
   - А откуда тут люди? - спросил Лэйми.
   - Это рутенцы, - те, кто в симайа не попал из-за слабых способностей, а на самой Рутении им было тесно. Вот и решили перебраться сюда.
   - Сами?
   - Ну, решили-то сами, а сюда их уже симайа переправили, тут после Йалис-Йэ никакой жизни не осталось же... Терраформирование тут, кстати, ещё не окончено, кислорода в атмосфере десять процентов. Народ живет под куполами, пока что. Ну, пошли, что-ли...
   - Куда?
   Охэйо улыбнулся.
   - В ангар.
   - А так нельзя? Ну, в смысле...
   Охэйо вздохнул.
   - Можно. Но мы тут посмотреть - или как?..
  

* * *

  
   - Йэ-э-э-э!
   Лэйми вздохнул и покрепче ухватился за поперечину. Охэйо доверил вести челнок сыну, - и тот отрывался, как мог. То есть, курс в общих чертах он удерживал, - но вот небо и земля кружились в таком сумасшедшем калейдоскопе, что Лэйми страшно хотелось зажмуриться. Служи тезка в каком-нибудь штурмовом десанте, ему точно цены бы там не было, - попасть в столь дико скачущий челнок смог бы лишь такой же сумасшедший. Но увы, никто по ним не стрелял, и все усилия тезки пропадали втуне, - разве что в голове Лэйми рождались всё новые и новые эпитеты в адрес юного дарования, которое, угнездившись на верхушке челнока, похоже, изо всех сил старалось свести пассажиров с ума.
   Наконец, дикая карусель прекратилась: поверхность Ухинны стала видна в деталях и подробностях, и смотреть на неё тезке стало гораздо интереснее, чем играть со своими способностями. Лес покрывал, похоже, всю поверхность суши, - по крайней мере, в том регионе, над которым они сейчас летели, и планета казалась необитаемой.
   - А где города? - наконец, спросил Лэйми.
   Сейчас они снижались очень быстро, и сердце у него замирало, - хотя он и понимал, что им, в любом случае, ничего не грозит.
   - Городов нет, - Охэйо показал на серебристые пятнышки, которые Лэйми сначала принял за озера. - Лишь поселки, тысячи на полторы человек. Фермы тут тоже под куполами, промышленность - под землей. Энергетика термоядерная, кстати.
   - У симайа вроде же монопольные реакторы, - сказал тезка.
   - Угу. Но их нельзя производить на месте. Без Эвергета, я имею в виду. А термоядерные реакторы - вполне можно.
   - И симайа это разрешают? - спросил Лэйми.
   Охэйо вздохнул.
   - У тебя странные какие-то представления... Разрешают, конечно. Не всё же им самим делать? Тут, между прочим, запланировано освоение всей системы, а потом и соседних, со строительством космических колоний. Транспорт, правда, уже сами симайа предоставят.
   - А туземцам звездолеты нельзя?
   Охэйо повернулся к нему.
   - А ты думаешь, это так просто? Их строить? Нет. Но да, общая политика такая - хотите летать между звезд, идите в симайа. Наберете йэнну приличную - получите звездолет. Это не только транспорт же.
   - Но и оружие?
   - Угу. Очень серьёзное. И давать Йалис кому попало, кстати, довольно неразумно.
   Лэйми ошалело почесал в затылке.
   - Но ты же говорил, что со свободой здесь плохо!
   Охэйо кивнул.
   - Угу. Говорил. И говорю. Но это ваймина родина же. Так что я это ему, в основном, говорю. Только вот он не особо слушает, зараза босоногая. А напрямую к симайа с советами лезть - потом идти нафиг замаешься.
   - Но в Империи-то ты лез же.
   Охэйо отмахнулся.
   - Да не лез я! Так, несколько замечаний сделал. Это-то все могут. О, похоже, что мы прибыли почти...
   Лэйми перевел взгляд. Тезка уже определился с местом посадки: они почти отвесно спускались к поселку на берегу огромного, - километров в двести длиной, наверное, - озера. Поселок, кстати, был немаленький - купол диаметром километра в полтора и высотой метров в пятьсот. Под ним тоже виднелась какая-то зелень, ровные кварталы одинаковых домов и небольшое озеро в центре. От поселка на все четыре стороны расходились прозрачные трубы дорог. Вдали блестели на солнце купола других поселков.
   - А они ничем по нам не долбанут? - спросил Лэйми. - Всё же, мы незваные гости.
   Охэйо усмехнулся.
   - Нет. Тут нет оружия. Ухинна - мирная планета.
   - А вдруг враги?
   - Лэйми, откуда? Младшие расы у симайа таким не балуют, ибо нефиг. Партнеры Йэннимура по Кунха на чужую территорию не лезут. От слова "совсем". Инсаана, после тех бамбулей, которые им Иннка Келлихаанс обеспечила, тоже - ну, более-менее. А если вдруг полезут - их Йалис-порталом останавливать придется, а никак не местными силами.
   - А кто-то вроде нас?
   - А "кого-то вроде нас" не бывает. Мы одни тут такие.
   - А всё же?
   - Лэйми, сам подумай - ты для местных товарищей опасен? Разве что пару килограммов икры слопаешь, на торжественном обеде, - так тебе же самому потом хуже будет... Оп!
   Они приземлились - вернее, челнок довольно чувствительно врезался в землю. Лэйми едва не свалился со своего насеста.
   - Ну вот, мы прибыли, кажется, - сообщил тезка, бодро спускаясь. Он же первым спрыгнул на землю и замер, осматриваясь и принюхиваясь.
   - А кислород? - спросил Лэйми.
   - А синтезатор? Он будет прямо на вдохе добавлять, сколько нужно. И газ углекислый убирать.
   - А Приличный Вид? - опомнился тезка.
   - А не нужен, - Охэйо тоже спрыгнул на землю и потянулся. - Тут с этим плохо. В смысле, все так ходят.
   - В бусах?
   - Ну, девы в бусах - а парни без, как правило...
   Вслед за ним Лэйми тоже спустился на землю и замер, осторожно вдыхая здешний воздух. Ничего, разумеется. Тяжесть здесь была чуть-чуть больше привычной ему, но вот всё остальное ему очень понравилось. Воздух был густой, теплый и влажный, земля под босыми ногами - прохладной и мягкой, зеленый свет солнца - густым, сочным и каким-то праздничным. Не хватало только птиц - да и лес вокруг выглядел каким-то... пустынным. Остро и резко пахло перегноем и молодой зеленью.
   - Для теплокровных тут пока мало кислорода, - пояснил Охэйо. - Зато для амфибий и рептилий его тут вполне хватает уже. Насекомые тоже есть уже, только мелкие.
   - Угу, - сказал Лэйми, отмахиваясь от какой-то мошкары, к счастью, не кусачей. - Куда пойдем?
   - Вон туда. Купол видно же...
  

* * *

  
   До поселка было всего метров пятьсот - но вот пройти их оказалось непросто. Зелень тут оказалась густой, вьющихся растений много, к тому же, по дороге они спустились в какую-то ложбину и оказались в полумраке, по пояс в воде. Кстати, довольно холодной. И населенной - в тени нависающих веток что-то достаточно бодро шныряло.
   - Тут змеи есть, - сообщил тезка. - Я одну точно видел. Большущая!
   - Угу, - подтвердил Охэйо, отводя руками ветки. - И страшные большие жабы. И рыбы. Вполне, кстати, съедобные. Местные их как раз на уху ловят.
   Подтверждение этому они получили буквально минут через десять, выбравшись из зарослей на чистую воду, - как оказалось, по дороге их занесло в залив озера. Из него плавно поднимался поросший пышной травой луг, - а над ним плавно изгибалась пятиметровая гранитная стена, - основание купола. На берегу со всеми удобствами расположился десяток ребенков, от четырех до двенадцати лет, с удочками и ведерками. Они с крайним интересом уставились на выбравшихся из зарослей мокрых, облепленных листьями пришельцев.
   - И как мы будем с ними говорить? - спросил Лэйми. По крайней мере, с Приличным Видом Охэйо не ошибся: на ребенках не было ничего, кроме трусов и дыхательных приборов. Достаточно солидных, кстати: весь запас кислорода здесь приходилось носить на себе.
   - С ними мы пока что говорить не будем, - они в масках, - пояснил Охэйо. - А вот внутри... да.
   Мир подернулся стремительной рябью - и на какое-то мгновение исчез. Очнувшись, Лэйми помотал головой. Мгновенная загрузка информации - дело, конечно, отличное, но приятным его никак не назовешь. И ощущение потом такое, словно по башке дали чем-то мягким, но тяжелым...
   - А как они друг с другом говорят? - вдруг спросила Ахана. В самом деле - было видно, как ребенки явно подают друг другу какие-то реплики.
   - Рации у них, - пояснил тезка. - В масках. Очень удобно. Ну что, пошли?
   - Дна нет, - задумчиво сообщила Ксетрайа, сделав несколько шагов.
   - А вплавь? - Охэйо окунулся в воду и поплыл.
   Остальные поплыли вслед за ним. Выбравшись на берег, Лэйми отряхнулся и замер, осматриваясь. Ребенки отошли метров на десять, но смотрели на них без страха, только с любопытством.
   - Куда дальше? - спросил он.
   - А вон, - Охэйо показал на врезанные в стену стальные ворота шлюза.
   Фыркая и отряхиваясь, они пошли к ним. Ребенки, разумеется, тут же увязались за ними: похоже, что такие вот гости посещали поселок нечасто.
   Едва они приблизились к воротам, белые эмалевые створки с шипением разъехались в стороны: внутри их уже ждали. Лэйми с некоторым волнением вошел в просторное, ярко освещенное помещение. Ребенки, конечно, вошли сюда с ними, и под их любопытными взглядами он чувствовал себя почему-то неловко.
   Внешние ворота закрылись, что-то резко зашипело, в шлюз ворвался неожиданно холодный ветер. У Лэйми резко заложило уши: похоже, что давление внутри было гораздо больше наружного.
   Через пару минут, когда неприятные ощущения в ушах исчезли, внутренние ворота раздвинулись. Они вошли внутрь купола, и Лэйми сразу задрал голову. Никаких опор не было: толстый прозрачный материал буквально лежал на сжатом воздухе. Ворота вели на широкую, мощеную серым, тускло блестевшим камнем аллею - и здесь их ждал десяток парней и девушек, лет двадцати пяти на вид, одетых лишь в парео или шорты: внутри было почти так же тепло, как и снаружи.
   - Приветствую вас, - сказал один из парней, как решил Лэйми, главный здесь. - Я - Максим Матвеев, поселковый голова поселка Матвеевка. А вы?
   - Я - Аннит Охэйо из сарьют, - Охэйо прижал скрещенные руки к груди и вежливо, слегка поклонился. - Это - мой сын, Лэйми Охэйо, - начинающий юнош тоже слегка поклонился, и в той же манере Охэйо представил остальных.
   В какой-то миг Лэйми показалось, что он вернулся в Империю, и он ошалело помотал головой. Само по себе невероятно, что один народ существует в столь разных вселенных, - но ведь и язык оказался похожим! И, в то же время, это были совсем другие люди - не только по манере одеваться. Различие было куда глубже, но вот в чем оно, - Лэйми пока не ухватил...
   - Мы видели, как вы садились, - сказал Максим, тоже глядя на них с крайним любопытством. - У вас очень интересный корабль. Откуда вы?
   - Из вселенной сарьют, разумеется.
   Тезка открыл было рот, чтобы возразить - но, наткнувшись на многообещающий взгляд отца, тут же умолк.
   - О, - Максим удивленно приоткрыл рот, но этим его реакция и ограничилась. - Думаю, вам удобнее будет пройти в администрацию? - задумчиво предположил он.
   - Угу, - Охэйо кивнул.
   - Хорошо. Марина, предупреди, что мы скоро будем, - красивая светловолосая девушка тут же поднесла к уху какой-то прибор, похожий на ракушку, и что-то тихо сказала. Тезка с интересом посмотрел на её грудь - и тут же получил локтем в бок от Аханы. - Пошли?
   По дороге Лэйми с интересом осматривался. Густой, с темной зеленью парк, похоже, опоясывал поселок по периметру. Миновав его, они вышли к другого сорта парку - с аттракционами, прочно оккупированными ребенками. С другой стороны аллеи тянулись жилые дома, - одинаковые, четырехэтажные, из того же серого камня, с выступающими деревянными верандами. Немногочисленные попадавшиеся по пути люди смотрели на них с крайним интересом. Все они выглядели молодыми - не старше тридцати лет - и одевались примерно одинаково.
   - У вас бессмертие? - спросил Лэйми.
   - Нанотех и матрицы, - ответил Максим. - Мы вне зоны измененной Йэннимуром физики. А как у вас?
   - Сарьют, - это свободные сознания, по определению бессмертные. А что - вы о них не знаете? Они же вполне официально с Йэннимуром торгуют, среди прочего.
   - Слышали, конечно, - кивнул Максим. - Но сами не встречались. У нас бывает не так много гостей, знаете ли...
   - А кто следит за вашим миром? Кто им управляет? - не унимался Лэйми.
   - Тут правят симайа, - ответил Максим. - Ну, не прямо вот тут, но они контролируют это пространство. Мы, правда, с ними почти не общаемся.
   - А Йэннимурская Сеть? - сразу же спросил тезка.
   - Она у нас есть, но ограниченно. Там слишком легко... утонуть.
   - В чем? - спросил тезка. Миновав парк, они вышли к спортивным площадкам и стадиону, где развлекалась молодежь постарше. С другой стороны снова потянулся парк - правда, повыше и посветлее.
   - В изучении, - ответил Максим. - Йэннимурская культура - это бездна же. Даже если просто с другими планетами знакомиться - ни на что другое времени не хватит. Так тут оно обычно и бывает же - йэнниты общаются друг с другом, культуру взаимно изучают, просвещаются... и времени ни на что не остается. А мы не хотим так, мы же рутенцы, всё-таки... А вы, сарьют, совсем бессмертные?
   - Сарьют - безмассовая жизнь, они обитают в Океане Хиггса, и им пофиг, что творится "на поверхности", - ответил Охэйо. - Опасна, разве что, черная дыра или Йалис, и то - далеко не всякий. Основная трудность у сарьют - в "сцеплении" с реальным миром. В некоторых физиках они жить не могут. В смысле, не помирают, но улетают нафиг в БНД. То есть, сознание само неуничтожимое - не потому, что суперпрочное такое, а потому, что не взаимодействует ни с чем, - а вот "цеплялки" к реалу, которыми они и за другие сознания цепляются, вполне могут отпасть. Их, правда, тоже под конкретную физику можно настраивать, но это уровень уже Создателя их лично - по крайней мере, ему это проще сделать.
   Возможности как-то влиять напрямую на Реальность у сарьют нет, возможность восприятия, - ограничена и своеобразна, скажем так. Но вот видеть, что думают другие, - вполне можно, как и ощущать "тени" материальных предметов. Влезть в работу компьютера, - если он квантовый, - пожалуйста, если на лампах - увы. С вселением в тела, - если только "смотреть", всё равно ощущение "взгляда в спину" будет, хотя бы бессознательное. Общаться так с кем-то, - надо близко "подходить", и тут возможны варианты, - от слов до образов, но полного "слияния разумов" не выйдет, - Неделимая Сущность просто "провалится" в тело. Выйти из него для сарьют трудновато, тут нужно большое психологическое усилие, и, если растерялся, скажем, - может не получиться. Ну, или ощущение нужно сильное, потеря сознания, например. Тут вообще осторожность надо соблюдать, во избежание "застревания". Состояние психики "носителя" никакой роли не играет, если есть органические повреждения, - будет труднее управлять телом, только и всего. Правда, отдельный интересный вопрос, - что будет, если тело покойное... Вот. А каковы способности симайа в этой области?
   - "Смотреть" в органические сознания они могут, но им надо специально внимание обращать, - что-то случайно заметить не получится, - ответил Максим. - Зато - есть возможность временно "включать" в себя эти сознания, и вносить исправления по вкусу. Обычно они так не делают - но приятного всё равно мало. С вами они так не могут?
   Охэйо улыбнулся.
   - С нами - нет, к счастью.
   Максим почесал в затылке.
   - Вообще - сарьют, они на что "садятся"? Вроде же на мозг, а не на разум?
   - Сарьют много разных видов бывает. Классические, - те да, садятся на мозг. А вот если сознание автономное уже более-менее, - то не получится на него "сесть". Но возможны и другие виды, да и эволюцию никто не отменял... На мозг симайа садиться - бесполезно. Нет его там вообще, - ну, органического. На квантовое сознание сарьют не садятся, сами такие, потому что.
   За обычным стадионом оказался водный, и разговор временно иссяк - смотреть на косяк начинающих дев, играющих против таких же начинающих парней, оказалось гораздо интереснее. Сам стадион примыкал к занимавшему центр поселка озеру диаметром метров в триста. Центр его скрывали лесистые, изогнутые дугой острова, - и там торчал сужавшийся кверху серебристый шпиль, увенчанный блестящей многогранной сферой.
   - Что это? - спросил тезка.
   Максим улыбнулся.
   - Проектор. Можно сделать купол непрозрачным, и имитировать любую погоду или время суток. Ну, или сообщать что-нибудь важное. Или - фильмы всем показывать.
   - А дождь, например?
   - А фонтаны? И климатические установки? У купольных поселков есть свои преимущества. Собственно, тут, рядом, в Андреевском озере, даже подводные поселения есть. Очень удобно. Когда начнется строительство космических колоний, нам почти не придется ничего менять.
   - А когда оно начнется? - сразу же спросил тезка.
   Максим вздохнул.
   - Ещё не скоро. Пока что строится лишь плавучая база для строительства космодрома. Потом придется развертывать космическую промышленность. Весь проект рассчитан, примерно, на тысячу лет.
   - А что потом? - сразу же спросил тезка.
   Максим пожал плечами.
   - Я не знаю. Будет что-нибудь...
   Услышав вдали смутный шум, Лэйми повернул голову. Слева, в стороне от озера, стояло внушительное здание, очевидно, самое большое в поселке. Характер шума не оставлял никаких сомнений в том, что это школа.
   - С другой стороны - детский сад, - с улыбкой сказал Максим. - Детей тут вообще много.
   - А бессмертие? - спросил тезка.
   - А что? Космос бесконечный же, место есть. Симайа не против - чем нас больше, тем всем лучше.
   Лэйми задрал голову. Вокруг озера шла кольцевая эстакада - развязка входящих в поселок дорог. Туда вели лифты, лестницы и пандусы для забавных одноместных машинок с прозрачными кабинами. Колес у них не было, они скользили низко над землей.
   - Антигравитация? - спросил он.
   Максим вздохнул.
   - Нет. Обычная магнитная подушка. Для антигравитации нужен идемит. Его не сделаешь без Эвергета или бозонного реактора, а у нас нет ни того, ни другого.
   - Симайа не дают? - спросил тезка.
   - Угу. Правила на этот счет у них строгие: или предъявите сверхчеловеческий ИИ для его контроля, или нафиг. Да и не то, чтобы оно нам было сейчас так уж нужно. Просто, тут нет ничего, что не сделали мы сами. Это принцип.
   - А как тогда соседние звезды осваивать?
   Максим пожал плечами.
   - Термоядерный буксир к космической колонии не так трудно поставить. Время, да... но тут оно особого значения не имеет. В любом случае, это станет актуально лет через сто, никак не раньше. Пока что мы даже в космос не вышли.
   - А как собираетесь? - спросил тезка. - Антигравов нет же. И нейтрида, космический лифт строить.
   - Термоядерные двигатели. Космодром, поэтому, подводный, что сложно. Приходится заранее технологию осваивать. О, мы пришли почти уже...
   Они вышли на центральную улицу поселка - или, точнее, на бульвар. Где-то в середине его стояли два длинных одноэтажных здания - а замыкало его двухэтажное здание администрации, довольно забавное по стилю - футуристического вида, но деревянное. По сравнению с монументальной школой оно казалось игрушечным.
   - Это вон выставки, - сказал Максим, показывая на длинные дома. - Слева - детского творчества, справа - взрослого. Вон там, за ними - магазины.
   - А у вас и деньги есть? - спросил тезка. - В Йэннимуре коммунизм же.
   - Есть. Люди работают, получают зарплату. Суть не в этом же.
   - А в чем?
   - А в том, какие между ними отношения. Ни к экономике, ни даже к общественному строю это отношения не имеет.
   - А к чему тогда?
   Максим усмехнулся.
   - К культуре. О, вот мы и пришли...
  

* * *

  
   На приеме Лэйми допустил роковую ошибку - а именно, объелся, осовел и перестал соображать так хорошо, как ему сейчас хотелось бы. Было слишком много всего - и всё хотелось попробовать. Другие слопали не меньше, но на них это отразилось не так сильно - то ли привыкли, то ли лучше освоились с управлением телами. Кое-что он, впрочем, замечал. Тезка вначале тоже осовел - но очень быстро опомнился и начал задавать вопросы.
   - А чем вы ещё тут занимаетесь - ну, кроме освоения космоса, конечно? - спросил он.
   Максим усмехнулся.
   - Нейроинтерфейсами, например. Наносеть же у каждого тут есть, а вот системы интеграции информации пока очень плохо разработаны.
   - А зачем вам это нужно?
   - Более качественное обучение, хотя бы. Без того, чтобы заниматься прямой загрузкой в мозг, как симайа иногда делают. У них есть весьма забавные обучающие машины...
   - Принудительная загрузка знаний всем в зоне действия девайса? - тезка нахмурился. - Гм...
   - Подразумевается, что есть возможность и по выбору, - пояснил Максим. - Сначала.
   - Как сказали бы симайа в таком случае: "у вас была возможность отписаться от рассылки новостей нашей культуры", - улыбнулся Охэйо.
   - Не надо от культуры бегать, - заявил тезка.
   - Йэннимур - в открытую действует, - пояснил Максим. - А вот мы - маскируемся...
   - То есть, это запрещено? - спросил тезка.
   - Игры с наносетью? Да. Потому что там можно получить много очень веселого, до абсолютного рабства вплоть. Сначала мы делаем нанотех для полного перепрограммирования одной отдельно взятой личности, конечно - из лучших побуждений. Во что - понятно. Потом кое-кто на базе этой технологии делает вариант, уже саморазмножающийся. В масштабах планеты, как минимум. На всё население, но по-разному. И имеем вместо общества - муравейник. Который только выжигать, потому что вернуть обратно - никак. Примеры - были. И считается, что никому, кроме самих симайа, лучше не пробовать это. А самому Йэннимуру маскироваться не от кого. Другим участникам Кунха, Тэйариин, и прочим, - их "внутренние дела" до лампочки. А у вас с этим как?
   - С нанотехом? - сказал Охэйо. - Обычно никак. Сарьют для поддержания организма он не нужен. И вещь это на самом деле опасная...
   - А в промышленности как? - спросил Максим.
   Охэйо лишь пожал плечами.
   - Обычно - никак. Слишком много возни и дополнительного риска. Нормальная техника - проще. В том числе - и по выключению, если вдруг что.
   - По нанотехнологии, как я понимаю, вопрос об источнике энергии - решающий, - сказал Лэйми. - Грубо говоря, если источник питания нано внешний, - любые проблемы решаются выключателем. Если автономный, но НЕ самовозпроизводимый, - магнитные монополи и прочее, - придется нанодуст сыпать. Если автономный и воспроизводимый, - тут надо смотреть. Если солнечные батареи какие-то - ещё допустимо. Если батарейка "вакуумная"... Да просто - возьмутся нано сбиваться в многоклеточные организмы - и...
   - Зависит от того, где "и", - сказал Охэйо. - Бывает - что проще так, чем армию куда-то посылать.
   - А если у... противника нанотех лучше? - спросил тезка. - Пластические поля разные там?
   - Что такое пластические поля? - тут же спросил Максим.
   - Пластическое поле - штука весьма интересная, - ответил Охэйо. - Там реальные поля, - электромагнитное и прочие, - на основе фантомных частиц. Фактически, - те же нанеты, но состоящие, практически, из чистой энергии. Фича в том, что всё это мгновенно адаптируется под конкретные задачи и объекты, и бесследно убирается, когда пропадает нужда. С материальными нанетами так не поступишь. А нанотехника, обычно, общий вес, и, например, атомный состав не меняет, - если применяется отдельно. И пластическое поле просто "разбирает" объект на структурные элементы, организм - на клетки, и складывает их в другой форме. Возможны и химические изменения, но это максимум. Для ядерной химии идет уже Йалис. Но для создания пластических полей нужны квантово-кристаллические проекционные матрицы, - а их не получить без идемита. Который, в свою очередь, не сделать без Эвергета или хотя бы бозонного реактора.
   - Хорошо, наверное, быть большой цивилизацией, - сказал Максим.
   Охэйо кивнул.
   - Угу. Особенно, когда сознание к телу не привязано. Можно в войну, например, играть... по-настоящему. С взаимным согласием, конечно. Очень поучительно, кстати.
   Максим вздохнул.
   - Вот тут - различие с Йэннимуром резкое. Согласие жертвы - никого тут не волнует, и убийство считается убийством в любом случае. Фактически, тут самое страшное преступление - это САМОубийство, независимо от мотивов, а симайа - "обрекающие на жизнь", как их тут иногда называют. А вы совсем без тел жить можете?
   Охэйо покачал головой.
   - Сарьют - это процесс в природном, не окультуренном вакууме, как бы сам себе инфорет. Совсем без внешней среды жить нельзя - сдохнуть можно от этого. В смысле, от скуки.
   - А просто так... сдохнуть нельзя?
   Охэйо вздохнул.
   - Самоубиться, в смысле? Нет. Неделимая Сущность, - она ведь нематериальная и может взрывов Сверхновых, например, "не замечать". От скуки... это в переносном смысле. То есть, мыслить перестать нельзя совсем. Вот от Реальности отпасть, - вполне можно. Потому что граница разных физик - не всегда заметна. Во многих физиках, даже для человека не смертельных, сарьют "выпадают" в БНД. И, хотя наш корабль и находится во Вселенной файа, но физика в нем своя, конечно. Пришлось оччень осторожно местную физику "трогать", - но для нас она оказалась безвредна. К счастью, к Йалис, - к определенным видам, - мы чувствительны, ещё задолго до опасного уровня...
   - А в ИИ вы внедряться можете? - спросил Максим. - Их ведь, наверное, так просто не займешь, не создавая себе проблем... Хотя... нигде не было сказано, что йэннимурские компьютеры не биологические в своей основе, а если это так, - сарьют могут и вселиться.
   Охэйо покачал головой.
   - В йэннимурские ИИ - нет. Они квантовые, а это на биологической основе реализовать трудновато, и проблемы с ней опять же... И "вселение" в компьютер с ИИ - тоже проблемы, большие - сарьют может элементарно внимания на всё не хватить, и просто неясно может быть, что там делать.
   - А если киборг какой-нибудь? - спросил Лэйми.
   - Тут всё проще. Доступ к имплантированной аппаратуре - для сарьют не проблема. Как к ней обращаться, - нужно заранее "подсмотреть", у сарьют есть доступ только к "текущему сознанию", а обращаться напрямую к чужой памяти невозможно. Но тут киборгов совсем нет же...
   - А нельзя ли сарьют... как-то улучшить? - спросил Максим. - Мощность там увеличить, например?
   Тезка недовольно помотал головой.
   - Неделимая Сущность ВООБЩЕ не поглощает и не выделяет энергии - фантомные взаимодействия потому что. Главная проблема тут - в "зацеплении" с реальным миром, потому что если нет подходящих сознаний, то это никак. Тут проще всего сенсорную систему какую-то прикрутить, с автономным питанием, которое большой мощности не потребует. Потом-то к ней можно будет и ИИ какой-то приделать, и эффекторы. Тогда - да, можно будет напрямую на мир влиять. Но симайа-то квинтиллионы - а сарьют меньше, всё-таки.
   - Вообще говоря, вспомогательный ИИ у сарьют есть, - сказал Охэйо. - Но он в основном для работы с памятью нужен, и для сохранения стабильности сознания. Его в принципе можно проапгрейдить, - только полная теория работы сарьют нужна для этого. А так влиять они могут и на квантовые компьютеры, только это сложно для них, если специально этот служебный ИИ не адаптировать.
   - Почему?
   - Грубо говоря - если "процессор" другой, то и сознание меняется. А для сарьют это... плохо.
   - А если тело-носитель уничтожить? - спросил Максим.
   Охэйо усмехнулся.
   - К счастью, у сарьют "мыслительная система" совершенно автономная, и ЧТО будет с телом-носителем - нас, обычно, волнует весьма мало. Это тело, конечно, можно прибить, - но можно и БЫСТРО покинуть.
   Максим задумчиво сплел руки.
   - А можно ли СТАТЬ сарьют? - вдруг спросил он.
   Охэйо хмуро взглянул на него.
   - Можно. Почему нет? Блока на это в йэннимурской физике нет. Но для этого нужна особая генетика - это раз, и особое сознание - это два. Поэтому, самый эффективный способ - создавать сарьют с нуля, не только генетику, но и сознание. То есть, уже взрослого, в общем, человека. Потяните?
   - А третьего пути нет? - спросил Максим.
   Охэйо вздохнул.
   - Их бесконечное множество, на самом деле. Но не все из них доступны везде - и всем. И, выбрав какой-то один путь, на самом деле очень трудно выбрать новый. Путь Файау для вас, очевидно, не подходит - просто потому, что вы не файа. И это место, скажем, уже занято. Симайа. Их, в самом деле, вряд ли можно обойти - многие, очень многие вещи просто нельзя сделать, не поднявшись сперва до трансразумного уровня. На самом деле, без него ими даже часто нельзя управлять безопасно. Все эти запреты - они не просто так придуманы... Так что, если хотите меняться - меняйте себя, прежде всего. Вот тут, - он протянул Михаилу серый квадратик размером сантиметров в пять (Лэйми готов был поклясться, что секунду назад у Охэйо его не было), - методика создания, обучения и воспитания сарьют. И создания и-линн, вдобавок, - хотя это намного более сложно. Но вы же знаете правила - нельзя просто дать кому-то могущество. Желающий встать вровень с симайа, должен встать вровень с симайа. Интеллектуально и творчески. Тогда он сможет получить Йалис и всё прочее. Иначе он получит по рукам. И вполне справедливо, кстати. Поэтому, - тут лишь чертеж. Воплотить его в материале сможете только вы сами. Оставаться ли в составе Йэннимура, стать сарьют или какой-то новой силой - решать уже вам.
   - Спасибо, - сказал Максим, принимая квадратик. - Мы очень внимательно изучим это... А пока... хотите поселок осмотреть?..
  

* * *

  
   Отыскав - уже поздно вечером - отведенный им гостиничный номер, Лэйми с интересом осмотрелся. Комната оказалась квадратной, просторной, очень уютной, - с завешанными зелено-серебристой, узорчатой тканью стенами и массой разбросанных по полу подушек. Мебели, правда, не нашлось - то ли по причине обычая, то ли просто потому, что гостиницей никто тут не пользовался.
   Вздохнув, он разложил несколько подушек в линию, и с блаженным вздохом растянулся прямо на них. Ноги у него гудели, голова отчетливо шла кругом - казалось, что за этот вот день он набегался на всю оставшуюся жизнь. Они не смогли осмотреть всю Ухинну, - таких вот поселков в ней было несколько сот тысяч, - но и в ближайших окрестностях нашлось немало интересного, вроде дворца мудрости и парка для детей ясельного возраста, - не говоря уж о зоопарке и всевозможных музеях, вплоть до музея книги и музея этнографии. Нашлись здесь и научные институты, - даже институт культуры, в котором Лэйми смог, наконец, познакомиться со знаменитой йэннимурской мангой - в самом деле, фантастически красиво нарисованными историями, в основном, из жизни начинающих дев и юношев, обычно, на фоне дикой природы или каких-то уже совсем фантастических пейзажей. Но за пределами этого института ничего из йэннимурской культуры не встречалось. Отчасти потому, что сами золотые айа, несмотря на всё внешнее их сходство, вовсе не были людьми, и очень многое в их культуре (вроде бесконечных приколов над неправильным или уморительно смешным с их точки зрения творчеством) оставалось рутенцам просто непонятным. В основном же - потому, что в культурном плане Йэннимур был настоящей черной дырой, неотвратимо затягивающей в свою утробу всех, кто подходил слишком близко. Желавшим сохранить хоть как-то свою самобытность приходилось держаться подальше - что, в свою очередь, служило у золотых айа неисчерпаемой темой для шуток.
   Может, сами симайа и имели какой-то ореол мрачного величия - но у Первой Формы ничего такого не было, и сами рутенцы говорили, что скопления золотых айа легко опознаются издали - по ржанию. Впрочем, само название планете - Ухинна - дали тоже они, и, с их точки зрения, оно было прямо-таки невероятно смешным. Хотя, в чем тут соль - Лэйми так и не смог понять. Ему уже начало казаться, что искусству беготни и ржания юные люди учились у юных айа, долго и упорно...
   Он подумал, что будет крайне интересно побывать на родине этих чудесных созданий, - но и тут он нашел очень много интересного. Например, те же подводные поселения в соседнем озере - спиральные конструкции, увешанные всевозможных расцветок домами. Всё это перемежалось высоченными, похожими на деревья водорослями, пузырчатыми обзорными башнями и грибовидными обзорными же куполами.
   Так как на глубине в двести метров было довольно темно, рутенцы расставили в озере массу светильников - громадных разноцветных шаров, парящих на разной длины тросах, и зрелище в целом получилось сюрреалистическое - казалось, что он попал в какой-то странный сон или в туманность, где в разных оттенков прозрачной мгле плавают разноцветные солнца. Повсюду мерцали искры окон, огни крошечных подлодок и просто пловцов с электрическими моторами на спине - они носились в толще воды, словно какие-то странные рыбы. Правда, познакомиться со всем этим напрямую у него всё же не вышло: давление во всех этих подводных домах равнялось внешнему, и их обитатели не могли подняться наверх без довольно длинной декомпрессии. Желание жить здесь казалось Лэйми странноватым, но он вполне мог его понять.
   Ночевать, правда, они решили в наземной гостинице. Ахана и тезка выпросили отдельный номер - но пока что в него не пошли, скромно сидя рядом друг с другом. Ксетрайа растянулась на подушках, насмешливо глядя на них. Охэйо сидел тут же, ловко скрестив босые ноги, и уже откровенно зевал, как-то странно посматривая на Лэйми - словно на давно пропавшего и вдруг найденного кота. Сравнение не слишком Лэйми нравилось, но в общем, он был совсем не против. Живым быть гораздо интереснее, чем мертвым.
   - Слушай, - сам уже зевая, сказал он. - Здесь, в йэннимурском Объеме, вообще независимые цивилизации есть? Не древние, которые ещё до симайа тут жили, а новые, развившиеся из младших рас?
   - Есть, почему нет? Их тут сейчас девятьсот пять, общим числом в семь триллионов особей. У восемнадцати есть даже собственные Йалис-корабли. У расы наммат, например, их восемьдесят восемь, - вообще-то, это подаренные им старые "Астрофайры", но всё равно...
   - И при этом, они не симайа?
   - Нет. Обычные живые разумные и интеллектронные системы - как Файау. Бозонно-плазменные тоже есть - у тех же наммат, но своего, так сказать, производства.
   - То есть, рутенцы тоже могут туда?..
   Охэйо зевнул ещё раз - и всё же растянулся на подушках. Розово-белые искры - отражения уличных фонарей - мерцали, отражаясь, в его сонно прикрытых глазах.
   - Лэйми, вообще-то, они УЖЕ там. 3409 йэнны с собственными кораблями - это не баран чихнул, правда? А всего рутенских йэнн тут 6494. Общей численностью где-то в двадцать четыре миллиарда. Это не считая рутенской Первой Формы - только на самой Эрайа-II её пятьсот миллионов. А если ещё и все её колонии, типа Ухинны, посчитать - то выйдет больше девяти миллиардов. Всего таких колоний, кстати, у неё больше восьми сотен.
   - Ага - а самих симайа сколько?
   Охэйо тихо засмеялся.
   - Больше трех квинтиллионов. Но это единственно благодаря Вайми - и Йэллине, разумеется. До Роспуска Найнера их и двух триллионов не набралось бы.
   - То есть, почти все тут - его потомки?
   - Угу. И своего... э-э-э... прародителя они очень уважают, разумеется.
   - А, вот почему он в Нау-Лэй живет... - понимающе сказал тезка.
   - Угу. Такого никакая скромность же не выдержит.
   - А сарьют? Сколько их?
   - Около ста миллиардов. Они - штучный товар, знаешь ли. Так быстро не разводятся.
   Лэйми зевнул. Хотелось спать - но знать хотелось ещё больше.
   - А эти параллельные Йэннимуру цивилизации, - спросил он. - Они имеют... ну, свои младшие расы?
   - Имеют, разумеется. Симайа много, это так, - но дел у них ещё больше, руки до всего не доходят. Поэтому любая помощь принимается ими с благодарностью.
   - А чем прогрессорство отличается от мягких случаев старой файской Игры? - вдруг спросила Ксетрайа. - И что симайа сделают, если одна из таких спешно продвинутых рас начнет Йалис юзать, где не надо?
   Охэйо вздохнул.
   - Попытаются на наглядных примерах объяснить, ЧЕМ это может кончиться, - квантовое вырождение там... Устроят экскурсию туда, где раньше такие же умные жили... Это - обязательно, хотя - не факт, что горы черепов будут НАСТОЯЩИМИ. Если не поможет, - попросят прекратить по-хорошему, и превосходство в силах постараются создать 20:1, чтобы долго с выбором не мучились. Если не выйдет по-хорошему, - прямое уничтожение крамольных девайсов. Тут уже церемониться не будут, - в ход пойдут меры, оправданные с ВОЕННОЙ точки зрения. Если будут жертвы... "несчастный случай при деактивации опасного оборудования. Приносим свои соболезнования".
   - А что делать с "Нам плевать на 20:1, после запуска системы, которая специально сделана, чтобы устроить квантовое вырождение, мы все будем в раю, а грешники, - в аду"? - спросила Ксетрайа. - Иными словами - фанатики? Тут по-хорошему просить не получится. Надо либо изъять технологию по-тихому, либо наносить превентивный удар, либо выбросить планету в другую Вселенную, пустую.
   Охэйо вновь зевнул и сонно посмотрел на неё.
   - Выбросить в другую Вселенную - тут не получится, физика не велит. Изъять технологию... трудновато, это всё равно, что ядерную энергию закрыть. Хотя вывести установки из строя будут пробовать, - наноботы, интеллектронные диверсии... Шансы на успех... неизвестны, ибо зависят от конкретной обстановки. И, кстати, одного реального "мы в раю!" хватит, чтобы превентивный удар начал рассматриваться, как самый лучший метод. Пока что тут не было такого. В смысле, случаев таких... с вырождением. Выпиливать-то незаконную технику симайа не раз приходилось.
   - А союзников звать? - спросил Лэйми.
   - В Йэннимуре союзников звать не будут, но компании шумные среди младших рас организовать могут, - чисто для ощущения причастности.
   - Агрессора остановить, - это нормально, - сказала Ксетрайа. - А тут впечатление, возможно, ошибочное, - что симайа полезут раньше.
   Охэйо слабо улыбнулся.
   - Впечатление НЕ ошибочное, - именно что полезут раньше, причем с мотивацией "как бы чего не вышло". Кто прав - вопрос открытый. Аборигены могут реально угробить себя, и не только, а симайа могут действовать из низменных побуждений пресечения возможной конкуренции. Тут бывают уже самые разные варианты.
   - В том числе, составление учебных программ "для папуасов"? - спросил Лэйми. - Чтобы не узнали слишком много?
   - Нет такого понятия. Есть марьют - Способные, и есть кьолла - тоже Способные, но НЕ из золотых айа. Стать симайа могут и те, и другие. Но реально - да, между марьют и кьолла действительно ЕСТЬ разница. Например - вся система образования создана всё же для марьют, для кьолла её нужно адаптировать, и учителей нужно из той же расы, что сложнее. Мышление-то разное у всех.
   - Не очень-то мне нравится Йэннимур, - буркнул тезка. - Несут всякую фигню в массы.
   - Думаю, что Империя с её методичками по выявлению расово слабых негров и сторки с их рабовладельческим строем понравятся тебе ещё меньше, - усмехнулся Охэйо. - Сторки-то никакой фигни в массы не несут, напротив, уносят всё, что не приколочено.
   - А в Йэннимуре разве нет? - спросил Лэйми. - Разве тут не нужно заработать на вступительный взнос или что у них там?
   - Как раз наоборот. Чтобы стать симайа, надо зубрить высшую математику и программировать ИИ, а вот акциями спекулировать как раз крайне нежелательно: могут усмотреть буржуазное разложение.
   - Иными словами, несвобода, равенство и братство, - сказал тезка.
   Охэйо усмехнулся.
   - Тут уж ничего не поделаешь: или счастье и безопасность, или свобода. И потом, у симайа как раз есть свобода отлавливать туземцев и впаривать им искусство собственного сочинения.
   Лэйми недовольно мотнул головой.
   - Нет, мысль-то ясна, но ведь Йэннимур - это не самостоятельно развившаяся цивилизация, а тоже марьют, которые и должны были вести себя таким образом. В их достижениях нет их заслуги. Они нежатся в богатстве и культурности, которых не заработали.
   Охэйо лишь пожал плечами.
   - Ты же видел их историю. Нежиться в богатстве и культурности там как-то получалось не особо. И точно не всегда.
   - А всё равно... - тезка упрямо мотнул головой. - Если оставить "на хозяйстве", по сути, детей, за которыми никто не присматривает, никакой старший сверхразум...
   - Почему, присматривает, - сказал Охэйо. - Архилекты же есть, те же машины Кунха, например, Управляющие Сути не-планет... А старший сверхразум - это Тэйариин, к которым даже подходить боязно - слишком уж велики.
   - А зачем тогда нужны симайа, если есть архилекты? - спросил Лэйми. - Не проще ли... убрать их?
   Охэйо улыбнулся.
   - Даже архилектам нужны исполнители их приказов, да и просто домашние любимцы. Ну, или если по научному говорить, все экологические ниши должны быть заполнены.
   - Не навечно, - сказал Лэйми. - Мне не по душе мир, где верхние всегда наверху, а нижние всегда внизу, и нет никакого развития, никакого прогресса, потому что мир должен меняться, старшие расы должны уходить, чтобы у новых появилась хоть какая-то перспектива...
   - Ну так они и уходят... постепенно. Просто циклы Кунха занимают иногда миллиарды лет.
   - Почему нельзя сделать их поменьше? - упрямо спросил Лэйми. - Мне такая система не нравится.
   Охэйо лишь пожал плечами.
   - Ну, какая уж есть. И что значит "жизненный цикл поменьше"? Чтобы быстрее вымирали, что ли? Симайа вымирать не согласны. Тем более, что примеры "быстрого сгорания" - им известны, и повторять их не хочется.
   - И всё же, зачем они архилектам?
   - Человек тоже не выживет без массы разных простейших организмов, начиная от кишечной палочки. Особенно, если они его хвалят. Творцы ж среди архилектов тоже есть - а какой творец без толпы фанатов и поклонников? А в одиночестве может и крыша поехать - и даже не заметишь.
   - Не могут же ВСЕ творить, - сказал Лэйми. - Кто-то должен заниматься и прикладной экономикой. Хотя бы для того, чтобы она стала автоматической и не отвлекала больше.
   - Так в Йэннимуре она уже и так автоматическая. С самого начала.
   - Тем не менее, все вещи кто-то должен делать. Или, хотя бы, указывать автоматике, что и как делать, для чего, в каком количестве, составлять какие-то проекты... А если автоматика и проекты тоже составляет - то зачем ей симайа или кто-то ещё?
   - Разумеется. Должен. И делает. Симайа в основном и делают. Но не сами, то есть, не всегда сами. Контролируют производственные комплексы на кораблях, на не-планетах, следят за тем, чтобы не было утечек важных технологий в малоразвитых мирах...
   - Чтобы никто не смог встать с ними наравне?
   - Почему? Уход в сверхразум в Йэннимуре открыт всем. Всем, кто сможет уйти, разумеется.
   - Всем, кто получит право на необходимую подготовку или что-то вроде, - сказал Лэйми. - И уход в сверхразум может выглядеть очень по-разному. Развиться в сверхразум - это одно, стать частью чужого - совершенно другое. Да и разница между "объединиться добровольно" и "объединить" может быть очень небольшой.
   - На самом деле большой. Только со стороны это трудно заметить. Точнее, понять, потому что внутренний мир сверхразума для обычного разума не представим, как ни старайся.
   - Это повторение старой аксиомы о непознаваемости бытия бога, - фыркнул Лэйми. - Человек - всё же не зверь, он много чего себе может представить... Даже быт сущностей, обитающих в одиннадцатимерном пространстве, хотя это и отчасти затруднительно.
   - Какой смысл представлять себе непознаваемое, если его и так вокруг хватает? - спросил тезка. - Вот, например, тут, в этой вселенной, Инарра заняты фокусировкой Потока, для чего строят колоссальные конструкции в Глубоком Космосе. Но что это за Поток, и зачем его надо фокусировать - никто, кроме них, не понимает. И что? В конце концов, нельзя же стать сверхразумом, не представляя, что это такое.
   - По идее, сверхразум должен отличаться от разума не только размером, но и включать в себя новые, недоступные для обычного разума способности, - сказал Лэйми.
   - Ну так он и включает, - улыбнулся Охэйо. - Например, способность произвольно менять своё прошлое или жить одновременно во множестве вариантов в параллельных измерениях. Или творить вселенные просто усилием воли. На не столь высоких уровнях это антологический разум, например.
   - Что? - спросил Лэйми.
   - В некоторых вселенных, - сказал Охэйо, - возможно оружие, которое уничтожает не только тело, но и, так сказать, душу, свободный разум - или, хотя бы, его часть. На этот случай и создана антологическая личность - для существа, живущего во множестве тел сразу, потеря одного не так опасна.
   - Слишком сложно, - сказал тезка. - Проще - автоматические резервные копии и некая система, которая восстанавливает последнюю резервную копию, с утратой части памяти, если оригинал по каким-то критериям - неадекватен. Возможно даже - уничтожая оригинал, ЕСЛИ он неадекватен. Правда, одна мелочь - чтобы такое сотворить, надо считать такое бессмертие... допустимым для себя.
   - Всё это очень интересно, - сказал Лэйми, - но я спрашивал о том, зачем вообще нужны архилектам симайа, и, раз они им нужны, - почему они не делают их напрямую?
   - Затем, что напрямую клепать марьют нехорошо: без творческой непредсказуемости и свободы воли пользы от них будет очень мало, скорее, даже прямой вред, потому что вместо помощи создателю они будут постоянно требовать его внимания, - ответил Охэйо. - Именно поэтому, кстати, золотые айа делают детей самым традиционным образом, а не программируют готовых симайа, хотя это намного проще и быстрее, в самом деле.
   - Если проще и быстрее, - сказал тезка, - то почему они так не делают?
   - А свобода воли? - удивился Охэйо. - Дети имеют право свободно выбрать то, что им нравится. А родители имеют полное право заводить детей - тем более, что многим интересен сам процесс... Нет, можно, конечно, сказать, что родители удовлетворяют за счет детей инстинкт наседки и жажду нести культуру и прогресс, но там всё же несколько другие чувства... А если мы полностью программировали ИИ, если мы знаем, как он дальше будет развиваться - то можно ли считать его разумным? Разумность - это именно непредсказуемость, возможность выбрать любое решение. А если ИИ под себя программировать - то недолго погибнуть от лести. Критика нужна даже архилектам.
   - А критиковать друг друга они разве не могут? - удивился Лэйми.
   - Почему, могут. И критикуют. Но система должна иметь определенный "люфт", иначе можно получить милую сущность, в которой все разумные существа являются не более, чем её органами. Примеры были, кстати... Развиться же в сверхразум не всем дано. Да и не все хотят, вообще-то.
   - Симайа было дано, - буркнул тезка. - По воле Файау. Хотя там, может, миллион более достойных рас был, просто файа предпочли любимчиков.
   - Завидовать дурно, - Охэйо улыбнулся. - Симайа добились своего положения тяжким трудом, ели не досыта, спали без просы... э-э-э, старались, в общем.
   - И создали в итоге фигень без капли света, - мстительно закончил тезка. - Ты сам же это видел.
   - Фигень без капли света - это к Мроо, - сказал Лэйми.
   - Нет, - ответил тезка. - Вайми говорит, что в будущем симайа решили так изменить Реальность, чтобы смерть разумных существ в ней стала физически невозможной. Они нашли всего два устойчивых состояния, соответствующих этому условию: Миди-Мроо, или "живая тьма", и Йэлти-Йэ или "радужное многообразие". Первый вариант - радикальная модификация физической реальности Мроо - был достаточно легко осуществим, но имел целый ряд недостатков, таких, как исчезновение электромагнитных волн. Так что, изгнав смерть, симайа изгнали и свет. Их мироздание стало темным - теплая, мягкая чернота, бесконечное сплетение туннелей из черного меха и живой томной мглы, не выпускающей никого из тех, кто попал в её объятия - они сами не хотели их покидать.
   - Вайми много что говорит, - буркнул Лэйми. - Но идея о непознаваемом сверхразуме кажется мне странной. Какой-то ученый, помнится, предсказал свойства кучи ещё неизвестных химических элементов, просто сведя известные в таблицу. В конце концов, можно представить и мысли существа, для которого временные и пространственные рамки - одно и тоже, а понятия "рождение" и "смерть" не существуют. Но это, разумеется, довольно сложно.
   - Ну, понять всю бесконечную в пространстве и времени Реальность, конечно, невозможно, - ответил Охэйо. - Даже для суперсверхразума, который всё равно конечен. И это хорошо, потому что открывает бесконечный простор для развития. Для восхождения же в сверхразум примерный аналог - это придание пчеле человеческой разумности.
   - Это очевидно лишено смысла - людей и так хватает, - упрямо сказал Лэйми. - И расширять свои ряды они могут куда более интересным способом, чем воспитание пчел. Так что какая разница симайа, кого воспитывать? Раз они не хотят заменить воспитание вложением искусственной матрицы личности и развиваться дальше.
   Охэйо вздохнул.
   - Во-первых, у симайа таки есть родительские чувства. И собственные дети для них намного, намного важней, чем младшие расы. Во-вторых, дети имеют священное право косить от уроков, маяться дурью, страдать фигней и так далее, - по образу и подобию своего Творца и Создателя. Это свободное познание мира никакой матрицей личности не заменишь. И симайа, естественно, не выбирали, в какой именно Вселенной им жить. Файа создали их, чтобы сохранять за собой территорию Файау как можно дольше. В конце концов симайа, разумеется, обрели независимость, но не скоро.
   - Но покидать насиженное место не стали, - сказал тезка.
   Охэйо лишь пожал плечами.
   - Симайа нравится стабильность. "Место для каждого человека и каждый человек - на своем месте", как говорится. В конце концов, не всем же дано стать Творцами и Создателями - кто-то должен идти и в их помощники.
   - А зачем они нужны? Разве Творцы не могут сами?..
   - Творцы заняты своими делами. Которых никто, кроме них, знаешь, не сделает. Просто не сможет. Им куда удобнее, когда можно просто отдать приказ, а не возиться лично с триллионом вспомогательных аватар. И не все приказы нужно исполнять. А контроль действует в обе стороны. Разум тут существует уже семь миллиардов лет, примеров, как не надо было поступать - вполне хватает. Эта система дает должное разнообразие при минимальных затратах - потому ей и пользуются. В конце концов, надо ж и заботиться о ком-то. Чувствовать себя полезным - оно и кошке приятно.
   - И Творцам тоже? - спросил Лэйми. - Или вам скучно заниматься такими мелкими вещами?
   Охэйо улыбнулся.
   - Мы живем совершенно отдельно. И нас, в самом деле, больше волнует совершенство Творения, а не сортировка, кого из покойных к ангелам, а кого - в смолу. Для такой фигни файа как раз и создали симайа.
   - А если они не справляются? - спросил тезка.
   - Сам Творец, наверное, не станет вмешиваться - пока не встанет вопрос о стабильности Творения, - с усмешкой пояснил Охэйо. - Ему же интересно, в основном, чтобы Творение развивалось бурно и многообразно, а что при этом чувствуют его обитатели - вопрос уже вторичный.
   - А надежда на помощь Создателя развращает, - упрямо сказал тезка. - И, если тот вдруг не появится вовремя, кому-то может прийти конец.
   - Симайа на Создателя и не надеются. Тем более, что Тэйариин, например, дела их вселенной уже практически не интересны. Вот Файау и отчасти Мэйат - да. Но машины Кунха - те самые архилекты - им уже не подчиняются, так что...
   - Но на помощь Тэйариин симайа всё равно рассчитывают же. Они в их системе.
   Охэйо вздохнул.
   - Нет. Сами Тэйариин в жизнь младших рас не вмешиваются совершенно. Это работа рас-помощников, до сведения которых доводятся только общие принципы. И это не только симайа, Инсаана и Мэйат. Таких рас много. Те же Лахха, например, и Энтилан.
   - А как там у симайа со свободой творения? - спросил Лэйми. - Вайэрси, помнится, Вайми вообще нелегально вырастил.
   - В антикварной машине, - немедленно встрял тезка. - А в бортовую интеллектронику такой мир пускать вообще нельзя - она же разумная, моментально нажалуется кому надо - и привет.
   - Иными словами, творить разумных в Йэннимуре нельзя, - закончил Лэйми.
   Охэйо вздохнул.
   - Творить разумных можно, состоя в законном браке. Тут дело в том, что созданием отдельных разумных симайа действительно не занимаются. Они создают новые расы - а это работа для большого коллектива, разумеется. Тут уж масштаб личного вклада зависит от таланта. Придумать-то может и кто-то один - но воплощать всё равно придется целой йэнне. Творцу-то никто не мешает увлечь общественность. Конечно, идея должна быть в самом деле интересной, фигню народ тут же расклюет. И нельзя сказать, что симайа только лужи за младшими расами подтирают.
   - Угу, и везде насаждают добродетель, - сказал тезка. - Принудительно.
   - Даешь некро-педо-садо-мазо? - фыркнул Охэйо. - Нет уж, лучше проблемы, проистекающие от избытка добродетели. Потому как в театре по принудительному абонементу сидеть - это одно, а на колу - совсем другое.
   - А что ещё они там делают, кроме выдачи принудительных абонементов? - спросил Лэйми.
   Охэйо улыбнулся.
   - Искусство, например, они очень любят, и вселенные вполне себе исследуют. Плюс, они тут не одни же - надо и за территорией присматривать, а то ходют тут всякие...
   - А какая им польза от тех абонементов? - не унимался Лэйми.
   - Там этическая в основном составляющая: если можно помочь, то помочь надо. Ну и разнообразие ещё - чем больше идей пересекается, тем больше рождается новых.
   - А почему тогда симайа самим не разделиться на отдельные культуры? - спросил тезка. - Какой смысл сидеть в общей куче и жить по общим правилам?
   Охэйо улыбнулся.
   - Ну так симайа УЖЕ разделились на отдельные культуры-йэнны, живущие в отдельных кораблях-мирах. Вместе им гораздо интереснее. И помощь всегда можно получить. И территория Кунха, за которую они отвечают, ограничена, разбегаться чревато - снаружи уже и физика другая, и отвечают за неё другие совершенно расы, и Йалис-порталы там не действуют, а без них усмирить незваных гостей может быть трудно.
   - Тем не менее, своей главной задачей симайа считают воспитание младших рас, - сказал тезка. - А что те иногда против этого - а плевать.
   - А если они, заразы, думать упорно не хотят, коммунизма не хотят, а хотят казино с блэкджеком и шлюхами? - усмехнулся Охэйо. - Право на автономность и личную свободу отдельно взятой личности в Йэннимуре никем не отрицается. Если эта личность, конечно, не находит счастья в вырывании ног ближнему. Но когда все личности под присмотром, в одной цивилизации, - жить как-то спокойнее.
   - Но главная-то задача какая? - спросил Лэйми.
   - Главная задача - это внедрение бессмертия, конечно, потому что бессмертные души здесь есть - а вот рая или ада для них не предусмотрено. Творец немного налажал. То есть, все покойные товарищи обречены болтаться в пустоте всю оставшуюся вечность, и позволять им это было бы всё же довольно негуманно.
   - А почему, раз вы все Творцы и Создатели, вы не можете исправить эту ошибку?
   - А вот это, к сожалению, невозможно. Нельзя переделать целый Мультиверс, увы. А Мроо, тем временем, проделывают дырки в Бездну Немертвых Душ и пополняют за её счет свои ряды. То есть, бросить это дело симайа не позволяет как здравый смысл, так и совесть.
   - А почему тогда нельзя сделать эти души смертными? - спросил тезка.
   - Окончательная смерть, то есть, уничтожение личности, для симайа неприемлема ни под каким видом. И сохранение существующих душ с их точки зрения верней.
   - А то, что от бессмертия естественный отбор загнется? - спросил Лэйми.
   - А со смертью бороться приходиться, как из гуманных соображений, так и из стратегических. Тут уж не до естественного отбора. Тем более, что этот отбор усиленно продвигают культуры, в идейном плане крайне сомнительные - борьба низших и высших рас и прочее такое всё.
   - А здесь разве таких нет?
   - Высших рас нет. Низшие... бывают иногда.
   - А симайа тогда кто?
   Охэйо вздохнул.
   - Ну, ладно, будем считать, что Тэйариин, с их способностью незаметно превратить смоделированную ими вселенную в реальную и есть высший сверхразум, а все прочие рылом не вышли. Тем более, что тех Тэйариин никто толком не видел и никто толком не общался, а кто общался - ни фига не мог понять.
   - А кто-то, такой же развитый, как вы?
   - Пока что таковых не отмечено.
   - Давай вернемся к нашим баранам, - сказал Лэйми. - То есть, к детям. Почему всё же симайа не прибегают к прямой загрузке матриц личности?
   - Слишком большой соблазн отредактировать потомство так, чтобы оно всегда слушалось старших. Чем это в итоге грозит - думаю, понятно.
   - А разве загрузка информации в школе лучше?
   - Не лучше. Но в этом случае дети вполне могут выбрать интересное им. Собственно, они его и выбирают. Как и сами симайа, при общении с архилектами.
   - А если архилекты... того? Спятили? - спросил Лэйми. - Канала связи симайа хватит, чтобы это понять?
   - Вряд ли. Канал этот не слишком большой. Доступа к внутреннему миру архилектов у них нет - просто по соображениям безопасности, контакт с ним - уехавшая с концами крыша. Хотя сами симайа - существа трансразумные, у них скорость мышления раз в тысячу больше человеческой. Больше и шансов заметить, что приказы пошли... странные. Здравого смысла никто не отменял же.
   - То есть, для этого они и нужны? Для контроля? И размножаются по старинке как раз потому, что очень много их архилектам не нужно? - спросил тезка.
   - Да. Тот же тезис об автономности исполнительных механизмов. Ибо даже архилекту может прийти в голову всякая чушь, и лучше уж, чтобы её не побежали исполнять сразу же и с энтузиазмом. Что же касается детей - то способ ОЧЕНЬ быстро увеличить свою численность у симайа таки есть. Его как раз Вайми и придумал - но, в силу глубочайшей врожденной лени, обошелся без программирования, привития шаблонов развития и разной прочей унылой фигни. А с Демиургами уже были случаи, где они развивались почти до уровня Анхелы... а потом буквально вымирали от скуки, именно потому, что общество как таковое развалилось. Но интеллект у этих неудачных демиургов был вполне человеческий, что их и погубило, почти всех. Мещане по духу, чего с них взять... Все так вымрут - и кто будет присматривать за Творением? Симайа же в Йэннимуре - своеобразный аналог воспитателей, а от них очень глупо требовать бросить работу и дальше уйти развиваться.
   - От воспитателей - в самом деле глупо, - сказал Лэйми. - А симайа? Какой от них толк?
   - А кто будет Йэннимуром управлять? Архилекты следят, в основном, за стабильностью физики, симайа - за младшими расами. А разумные представляют собой самостоятельную ценность. Хотя бы - как источник будущих симайа.
   - Которых архилекты заставляют размножаться по старинке, - заметил тезка.
   - Способ сверхбыстрого размножения - есть, я уже сказал же. Правда, он, во-первых, требует очень специфической среды, а во-вторых, с этической точки зрения, мягко говоря, сомнителен. Потому что за чужой счет.
   - Всё равно, сидеть в одной вселенной скучно. Тем более, багованной.
   - Ну - недаром же они из неё в конце концов сбежали. То есть, сбегут, в будущем. Потому что косяк на самом деле - в изначальной структуре Творения, и его невозможно обойти. Сколько ни собирай коляску - получится всё равно пулемет.
   - Даже если развиться до безграничного разума? - спросил Лэйми.
   - Безграничного разума не существует. Хотя бы потому, что связь между его частями всё же должна быть, хоть какая-то.
   - Так для чего же симайа нужен Йэннимур? - не унимался тезка.
   - Больше населения - больше территорий под контролем, больше болтовни, больше новых смыслов, больше разнообразия, наконец.
   - Но свои дети всё же дороже чужих.
   - Среди самих симайа раса происхождения особого значения не имеет. Хотя национальные йэнны - в том числе, рутенские, - там вполне кошерны и есть. Но ребенки - это святое. До этой ценной мысли симайа дошли сами, без всякого программирования.
   - То есть, ребенки нужны для сохранения гуманности? - спросил Лэйми.
   - В том числе. Потому как пример Инсаана - которые как раз никакой биологической фазы не проходят и рождаются сразу, можно сказать, взрослыми - перед глазами. А Инсаана... бездушны.
   - Гибридные формы устойчивее? Особенно самодостаточные, как симайа? - спросил тезка.
   - Да. Правда, симайа как раз НЕ самодостаточны - по крайней мере, корабли им нужны, а здесь они очень большие. Даже многочисленным йэннам сложно их строить, а для меньшего коллектива это задача уже неподъемная. Мелочь проще делать - но на ней и опаснее летать.
   - И проще вмешиваться в жизнь младших рас. А вдруг им коммунизм не подходит или ещё что? - спросил Лэйми.
   - У них статистика есть. За семь миллиардов лет развития разумной жизни. По ней очень хорошо видно, что надо делать, а что делать не следует, и что там вообще будет с этой культурой, если не вмешиваться.
   - Всё очень хорошо будет.
   - Гм, - Охэйо посмотрел на сына. - Помнятся, Наммилайна как-то говорила Вайми, что чтобы избежать всеобщего пожара, надо вовремя гасить слишком яркие проявления индивидуальностей. Интересность-то не в них, а в том, как они взаимодействуют друг с другом и с миром. А Наполеоны всякие... а нафиг.
   - Что-то знакомое... - фыркнул тезка. - Да, Творцы - они такие. Главное - сотворить что-нибудь хитровыгнутое, а как в нем потом жить - пусть туземцы сами разбираются, Творцу это скучно уже, и недосуг, - он ещё раз зевнул и поднялся. - Ладно, люди. Давайте, наконец, спать.
  

* * *

  
   Утром Лэйми разбудил настойчивый стук в дверь. Он зевнул, потянулся, помотал головой и поднялся на ноги. Парео в качестве одежды имело массу преимуществ. Например, не нужно утром одеваться: встал, и готов.
   Зевая и жмурясь, он пошел к двери. Спрашивать, кто там, он не стал: этот вот стук он слышал много, много раз.
   - Привет. В чем дело? - спросил он Охэйо, тоже явно только что разбуженного и зевающего.
   - Да ничего такого. Сюда симайа прибыли.
   - А что, они лишь сейчас нас заметили? - спросил Лэйми.
   Охэйо улыбнулся.
   - Наблюдательные станции возле Ухинны сразу заметили переход в пределах системы, но понять, что нужно НЕМЕДЛЕННО звать симайа - не смогли. Тупо доложили "в центр" - и всё. Связь-то у симайа квантовая мгновенная, это у Файау межзвездная связь была с помощью Йалис, то есть, с установками Эвергет только. А тут оператор то ли внимания не обратил, то ли не счел важным... Вот если бы гиперсканеры засекли физику другой Вселенной, - а они у симайа даже на автоматических платформах установлены, - в Йэннимурскую Сеть пошел бы сигнал "чрезвычайная тревога". Но это надо ещё засечь защитный кокон, - а он НЕ распространяется. Вот всякие странные излучения от активного портала, или что из кокона стартуют корабли в направлении планеты... Но портальные линки проекций так заметить невозможно, а корабль... Это корабли на фотонной тяге засекут сразу, а на гравитационной, - смогли засечь только возле планеты. Нет, первичную вспышку симайа засекли, и искать источник решили обязательно. По крайней мере, разведчик послали сюда для проверки...
   - А разве послать разведчик так долго? - удивленно спросил Лэйми.
   Охэйо фыркнул.
   - Долго. Это только в теории перелет в любую систему занимает полчаса, - зарядка накопителей и прыжок. Тут нужен свободный корабль, а его обычно нет. И сам долет до планеты после прыжка - занимает уже месяцы. Конечно, если бы симайа заметили появление массивной конструкции в коконе иновселенской физики, - послали бы эскадру, и она была бы здесь в пределах часа. А тут просто некий неопознанный объект, - и отправили один разведчик с целью контакта, он прибыл через сутки. Если бы просто поведение рутенцев началось странное, - послали бы тот же разведчик с комиссией, но тут уже месяцы ушли бы на подготовку. Потерянные могут вызвать свои корабли, там срок, - от недели до суток, но у них корабли примитивные по йэннимурским меркам, и их мало. И тут не система Потерянных же...
   - И что теперь?
   - Теперь валить надо, пока нам весь мозг не выели: а что вы здесь делаете? А как вы сюда попали? А нет ли в ваших песнях непонятных каких-нибудь идей превратных?
   - А нафиг их послать?
   - А они в своем праве. Тут же ИХ территория, вообще-то. И есть мнение, что гостям лучше представляться официально.
   - А если всё равно нафиг?
   - А в ух? Вайми это вполне может обеспечить. Он же тоже золотой айа, между прочим.
   Лэйми вздохнул.
   - А, тогда ладно...
  

* * *

  
   - А всё же, я не хочу отсюда улетать, - пробурчал тезка, взбираясь на верхушку челнока. - Мало ли что...
   - Не волнуйся, заяц, тут всё же не феодализм, где крепостных дерут за разговор с соседним барином, - усмехнулся Охэйо, усаживаясь на поперечине.
   - А всё же? - спросил Лэйми. - Что симайа теперь будут делать?
   - Что, что... вопросы всем задавать, они же страсть, какие любопытные. Но без пристрастия, это не в их стиле, всё же...
   - А зачем пристрастие, если они могут память напрямую читать, - пробурчал Лэйми. Ксетрайа ловко проскользнула между поперечинами и села рядом с ним.
   - Могут, - согласился Охэйо. - Но для этого основания серьёзные надо иметь. Правила на этот счет - они для всех тут писаны.
   - А возможность, что гости туземцам секретную информацию передали, - это не основание?
   Охэйо вздохнул.
   - Лэйми, информация-то, в общем, НЕ секретная. Её, в принципе, просто у сарьют выпросить можно. На самом-то деле, такие вот вещи очень трудно сделать, и симайа это знают. И цену их представляют вполне. Если кто-то смог сделать это без их помощи, - то бить по шапке его точно не будут. Ну, что? Все расселись? - он посмотрел вверх, на грязные пятки сына. - Двигай давай...
  

* * *

  
   Старт, пожалуй, получился резковат, - в глазах у Лэйми потемнело, а поперечина, на которой он сидел, больно врезалась в зад. Он дорого бы дал за то, чтобы узнать, как вообще тезка додумался до такого вот чуда космической техники, - но, скорее всего, тому было просто лень делать что-то сложное.
   За бортом страшно ревел разодранный воздух. Обстановка не слишком располагала к разговорам, поэтому все молчали до тех пор, пока небо за бортом не потемнело, а тяжесть не уменьшилась до приятно-легкой, почти лунной.
   - Что ты там говорил о торговле? - спросил Лэйми, глядя на плывущую внизу Ухинну. - Чем симайа могут торговать с сарьют? ЧТО вообще тем нужно во Вселенной Файа? Ресурсы - отпадают. Уникальная физика? А как её использовать? И для чего?
   Охэйо улыбнулся.
   - Чем ТРУДНЕЕ в какой-то Вселенной доступ к Йалис, - тем более мощные установки можно строить, по аналогии с критической массой. И, с их помощью очень удобно СВОЮ физику менять: посадить Йалис-генераторы на большие порталы, оттуда - энергию, туда - "готовую продукцию".
   - Но зачем?
   - Оно много для чего нужно, на самом-то деле. И - так проще, чем самим, например, всё строить.
   - А именно с симайа - обязательно? Можно других... поставщиков поискать, например. Монополии нет же.
   - В принципе - можно. Вселенная большая... Но тут уже нужно на других участников Кунха выходить, а с ними, в силу их нечеловекоподобия, договориться... трудновато.
   - А обычные порталы к сарьют есть?
   - Есть, разумеется. Только устроены они намного более сложно.
   - Почему?
   - Разница относительных скоростей, потому что. И всё это нужно компенсировать. В принципе-то для типовой "Астрофайры" это не критично - ну окажется, что она внезапно летит со скоростью в 1000 км/с... это для неё не проблема... если по курсу ничего нет. А если есть? Для кораблей попроще - нужно гасить скорость. То есть, ставить в нужном месте генератор гравитационного поля, и тормозить им. И сам момент торможения... напряжения на корпусе. Понятно, что для наземных порталов нужно, чтобы этого эффекта вообще не было. То есть, то, что тело наберет "лишнюю" скорость, так и его торможение, - это сам портал, а не техника вокруг делает. А затраты энергии на это - за счет энергоустановок портала, даже если порталы внутри одной Вселенной. Так что, если есть официальный контакт, - то общение идет уже не через исследовательский портал, строится специальный. Потому что для контакта со Вселенной файа, например, желательно, чтобы через портал могли проходить корабли размером с "Астрофайру", и у их интеллектроники не сносило крышу сразу после перехода из-за другой физики.
   - На "Астрофайрах" стоит Йалис-генератор, так что крышу от другой физики, кроме особо уже экзотической, сносить, по идее, не должно, - сказал тезка сверху. - Как эта защита будет влиять на стабильность портала - другой вопрос. Видимо, "защищенная зона" на той стороне всё же потребуется, чтобы экран уже в ней развертывать. Эвергет настраивают на стабилизацию текущей физики, а когда корабль выходит из этой зоны, он просто тащит с собой её пузырь. То есть "погружения" в чужую физику не происходит. Только вот... А столкновения всякие?
   - По порталам, - поток сверхтекучего гелия может течь по трубе сразу В ДВУХ РАЗНЫХ НАПРАВЛЕНИЯХ, - ответил Охэйо. - Если у нас Йалис, можно летящие навстречу друг другу тела сделать "прозрачными" - разные пространственные фазы там... Тогда - хватит и одного.
   - Это если у нас корабли с Йалис, - сказал Лэйми. - Что не всегда. Хотя это значительно упрощает конструкцию портала с Вселенной файа, но только вопрос, - Эвергет умеет делать НЕрасширяющуся физику, пузырь тот самый, или нет?
   - Может. Хотя - тут осторожность соблюдать требуется. Иногда, если ТАМ сюрпризов не ожидается особых, проще вообще отключать Эвергет. Грохнуть проходящий портал корабль сарьют и так смогут. Например, отключив его точно в нужный момент.
   Лэйми ошалело почесал в затылке.
   - Э-э-э... мы за мирное сосуществование, вроде бы? А тут - открывать портал, а потом самим же гостей того... нехорошо это как-то... Хотя вариант левых каких-то гостей тоже исключать нельзя. Тогда - да, можно. Хотя лучше не хвастать особенно...
   - Техническое ограничение. Просто если, например, "Астрофайра" попрет со всякими высокочастотными полями, - портал на такое не рассчитан, последствия любые могут быть, если этими полями случайно заехать по некоторым выступающим узлам... В общем, если сказали, что портал сто метров на сто, - значит, вы должны уложиться, а что дыра там - километрового радиуса круг, это только видимость. Поставлено сто на сто, - кто не уложится, тот сам и виноват.
   - Ну, не думаю, что от силовых полей портал грохнется, и вполне можно там с ними, - мало ли излучения какие... - сказал Лэйми. - А вот Йалис в портале юзать крайне нежелательно, наверное. Кстати, эта полезная фича для безопасности: Йалис-корабль в стометровый портал не пролезет ну никак, а ЗА порталом Эвергет отсюда сделать ничего не сможет. С "опорой на собственные силы", да ещё в чужой физике, гости бузить не начнут. Хочешь, не хочешь, а говорить придется вежливо... это конечно, если нельзя СВОЙ портал открыть, нужного уже размера.
   Охэйо улыбнулся.
   - Свой - как раз нельзя. Чтобы выйти из Вселенной файа, так сказать, изнутри - нужна Нэйриста, по-другому - не получится. Но, если она есть, - можно уже в любую Вселенную попасть, в принципе. Только вот у симайа Нэйрист нет, и в обозримом будущем - не будет.
   - Это почему?
   - Чтобы Нэйристой управлять, - нужно уже что-то уровня высоких архилектов. Если брать Вселенную файа и вокруг, - то есть только у Файау. У Йэннимура будет лет так через 500 000 000. Хотя существует "межвселенская" туннельная сеть, построенная теми же Нэйристами, и ей можно пользоваться. Но там нет выхода во Вселенную сарьют, и сеть - чужая. То есть, исследовательский корабль пропустят, а вот военный флот - нет. И Сверх-Эвергет протащить не дадут тоже.
   - Куча Йалис-генераторов, - это НЕ флот, - упрямо сказал Лэйми. - А эффект тот же, кстати.
   Охэйо вздохнул.
   - Йалис-генератор, сам по себе, НЕ мобилен. Ему топливные баки нужны, система управления, двигатели маневровые... То есть всё равно получается корабль. Хотя флот автоматических брандеров, - идея вполне осуществимая, это уже не конвенциональным оружием считается, как бы. Обычно-то в чужой физике оружие теряет в эффективности, но бывает и обратное, бывает... Понятно, что тут вероятность конфликта самая гипотетическая. И тут скорее не "Астрофайры" уже будут нужны, а что покруче, - те же Нэйристы, - если они получатся, конечно. И... это будет уже полный бред. Смысла просто нет - ТАК воевать...
   - А всё же? - не унимался Лэйми. - Вдруг симайа решат квантовое вырождение сарьют устроить, например?
   Охэйо недовольно помотал головой.
   - Лэйми, квантовое вырождение - само по себе НЕ случается, для этого нужно долго Йалис юзать в плохо совместимых направлениях. Нарочно устроить - можно, но тут придется долго "зону минировать", и гиперсканер хороший всё равно покажет: тут физика нестабильна, до критического уровня столько-то. Да, когда оно происходит, то происходит мгновенно везде, где физика "испорчена", а "ударная волна" может и дальше пойти. Защиты нет, практически, разве что в портал предварительно уйти, - в другом пространстве не заденет. Но! Чтобы провернуть такое во Вселенной сарьют, нужна долгая предварительная подготовка, и никто знать не должен, ЧТО означают безобидные изменения физики в далеких от сарьют областях. А для этого симайа нужно машины Кунха юзать, открыть БОЛЬШИЕ порталы во Вселенную сарьют, и ещё установить на них не-пространственные фокусировочные линзы, чтобы лептокварки не рассеивались: плотность их потока - слабеет пропорционально квадрату расстояния. То есть, построить предварительно сеть портальных станций, а потом либо маяков для порталов во Вселенной сарьют натыкать, чтобы никто этого не заметил, либо долго и кропотливо нащупывать точки выхода со своей стороны. То есть десятилетия подготовки нужны минимум, и вместе с Йалис-атакой надо вводить большой флот, чтобы противник не удрал. А за порталы тут пока Анхела отвечает. И она ОЧЕНЬ не любит таких вот игр в геноцид. Вообще, трудно представить, ЧТО может побудить симайа к таким усилиям. Уничтожения одного корабля для этого явно мало. Как минимум, - создание военного блока из враждебных Йэннимуру цивилизаций, и массовое оснащение их Йалис-генераторами. К чему это сарьют?
   - А если они местным младшим расам помогают - а симайа резко против? - спросил тезка. - Бозонные верфи, например, тут же много у кого есть - а твоё же создание гиперлайнера показало, что бозонная верфь без труда усваивает Йалис-технологии, и может строить до 8 и даже до 12 Йалис-кораблей в год. Разве симайа это понравится?
   - А смысл? Просто нагадить соседям, которые, кстати, ничего плохого сарьют не сделали?
   - Ну, зачем нагадить? Младшим расам помочь.
   - Помочь-то можно. Мы же помогаем? Только аккуратно. Если кто-то не хочет под Йэннимуром жить - ему просто покажут, что надо для этого делать.
   - А просто выдернуть планету нельзя?
   - Забросить её к сарьют... не проблема. Правда, резкая смена физики... и двигать её там, например, положить на нормальную орбиту, уже трудно. Это как раз тут двигать планеты легко, - генераторы гравиполей во Вселенной файа работают прекрасно, мощность их тоже не особо ограничена, и корабли симайа вполне это могут, только это лет требует. Трудности лишь со сверхсветом. Не-пространственный привод на планету не поставишь, - там верхний предел сто миль, если выше - теряется синхронизация. Через червоточину вести, - нужна Нэйриста. То есть, надо "выдергивать" её в объемлющее пространство, двигать там, а потом ставить на место. Энергии на это бездна уйдет. Да и вообще, планета - предмет хрупкий... И зачем тебе это?
   - Ну, - тезка смутился. - Интересно знать же, кто эффективнее... в военной области. Сарьют? Или всё же Йэннимур?
   Охэйо глубоко вздохнул.
   - Видимо, он более эффективен, - централизованная командная структура, и просто численность больше существенно... А вот удрать, если вдруг что, будет трудно, - не-планеты и машины Кунха с собой не потащишь. То есть, либо бегство и строительство Нового Йэннимура с уровня, близкого к нулю, либо война до победы. Йэннимур вообще планировался, как оседлая цивилизация, - переходить в другие Вселенные он, по идее, не должен. О, кстати, мы прилетели уже...
  

* * *

  
   - И куда дальше? - спросил Лэйми, забравшись в свой "саркофаг". Правду говоря, улетать отсюда не хотелось, - но разбираться с любопытными хозяевами хотелось ещё меньше.
   Охэйо тихо засмеялся в своем ложе.
   - Возвращаться домой ты, как я понимаю, не хочешь?
   Лэйми смутился.
   - Ну...
   - Тогда куда же?
   Лэйми вдруг широко улыбнулся от пришедшей ему в голову мысли.
   - Давай к тебе. То есть, в твою вселенную. Я давно хотел посмотреть, что же там у тебя получилось...
  

* * *

  
   Очнувшись, Лэйми ошалело помотал головой. Первое, что он увидел, - полупрозрачная, словно из темного стекла, звезда, пронизанная сложнейшей сетью темно-голубых прожилок, сходившихся в девяносто шесть светящихся тускло-серебристых сфер. Она висела на фоне черного, с редкими звездами, неба, над какой-то безжизненной - у неё даже атмосферы не было - планетой.
   Вдали едва виднелись крохотные сферы других планет, явно столь же мертвых - и всё это тускло освещала веретенообразная полоса мертвенного, сине-фиолетового огня, от которой вверх и вниз шли того же цвета туманные факелы, постепенно тающие в пустоте.
   - Что это? - спросил он.
   - Сайэр, - ответил Охэйо. - Точка Опоры. Одна из тех штуковин, что управляют здесь физикой. В общем, это что-то вроде машин Кунха, только гораздо меньше, всё же. Мне проще прыгать прямо к ним.
   - Надеюсь, здесь никто не будет гоняться за нами, как за гостями подозрительными и незваными? - спросил Лэйми.
   Охэйо засмеялся.
   - Нет. Если за нами кто и будет тут бегать, то единственно из любопытства. Не больше.
   Лэйми выбрался из "саркофага", спрыгнул на пол. С наслаждением потянулся, вновь помотал головой. Во время прыжка он, казалось, рассыпался на триллионы отражений себя - и совсем не был уверен, что они все собрались воедино...
   - А что вообще это за место? - спросил он. - Как оно устроено?
   - В общих чертах - так же, как и наша родная вселенная: три браны, параллельных друг другу в объемлющем пространстве. Средняя из них - этот вот обычный мир, верхняя, разумеется, Свет, а нижняя - Тьма, Море Возможностей. Из него, с помощью Воли и Представления, можно извлечь, в сущности, всё, что угодно. Ну, ещё её можно представить, как некое особое пространство, перпендикулярное обычному, в котором возможности Воли и Представления возрастают. Или даже как бесконечный ряд вселенных, в которых возможности Воли и Представления возрастают, - но возрастают и случайные, скажем так, их колебания.
   Лэйми вновь недовольно помотал головой.
   - А понятнее нельзя? Откуда всё это?
   Охэйо вздохнул.
   - Почему, можно. В конце... да, в самом конце своей... своей обычной истории я нырнул в объемлющее пространство и полетел к Краю - к Границе Возможностей. В теории, это должно было занять бесконечное время, но, так как скорость моя постоянно росла, росло и замедление времени, тоже, в теории, бесконечное. В общем, для меня этот полет занял около двадцати семи лет, на самом деле, довольно-таки скучных... Потом... ну, корабль там, конечно, разнесло даже не на атомы, а на кванты. Никакое существо не смогло бы там выжить. Но я же сарьют, как ты помнишь. Независимое свободное сознание. Безмассовое. Безэнергетическое. Само по себе это, наверное, ничего бы не дало, но у меня была уже... своя математика. Потенциально - даже не целая отдельная вселенная, а целый Мультиверс. Потом... ну, на твоем уровне это будет сложновато объяснить. Как бы то ни было, вселенная, определенно, получилась, причем, даже не одна, а почти бесконечное количество параллельных, с плавно изменяющимися свойствами. Эта вот, опорная, безупречно логична и физична. Другие становятся... более магичными, постепенно превращаются в инфорет, потом в иллюзию - и в хаос, наконец.
   - А с другой стороны? - спросил Лэйми.
   - А с другой стороны - пространство постепенно превращается в абсолютно твердый кристалл, в котором нет никакого движения - и времени, наконец.
   - И это - Свет? - с сомнением спросил Лэйми.
   Охэйо пожал плечами.
   - Ну, надо же было как-то это всё назвать... Свет и Тьма - не в смысле "хорошо" и "плохо", разумеется. Скорее, в смысле "порядок" и "хаос". В каком-то смысле это я сам - только бесконечно увеличенный. Сами по себе эти вселенные от меня совершенно независимы, конечно. Есть ли я в них, нет ли - от этого им ни тепло, ни холодно. Это парадокс Анмая, знаешь ли: творение совершенно несоразмерно творцу. В том плане, что оно почти бесконечно больше, и сохраняет лишь какие-то отдельные его черты.
   - Ну, хорошо, - Лэйми вздохнул. Он стеснялся задать следующий вопрос - хотя и понимал, что должен был задать его ещё в самом начале. Но теперь этого уже никак не получалось избежать. - А что представляешь собой ты? - наконец спросил он.
   Охэйо хмуро взглянул на него. Что-то в его лице неуловимо изменилось - в один миг оно стало холодным и чужим. Каким-то... бесстрастным.
   - Ну что ж, наверное, я должен был сразу сказать это... Думаю, ты уже понял, что история про эту вот проекцию, которая и есть верховный разум - это сказки. На самом деле - она думает, что она разум, со всеми фокусами, вроде ускорения... а реально есть более высокий уровень, который сознательно всё это контролирует. И он уже... не очень человеческий. Вот у Анхелы структура разума другая - у нее именно психоматрицы проекций всем управляют. У меня структура разума... обратная. Такая схема... как раз С-Ц её... не любит. Даже несмотря на то, что это позволило бы развиваться быстрее.
   - Как раз потому, что там дикий ИИ получается? - спросил Лэйми. Сейчас он чувствовал себя... довольно неуютно. Он с самого начала понимал, что Охэйо изменился - но даже и представить не мог, насколько...
   - Как раз потому, что Командором это считается очень быстрым путем утраты человечности. И Мроо, в начале их пути, - как раз перешли эту границу. Изменились ли мнения с момента создания Станции - Анхеле не ясно.
   - Так ты уже не человек? - Лэйми поёжился.
   Охэйо моргнул... и вернулся, что ли?
   - Почему? Человек. Точно такой же, как и ты. Но - уже очень малой частью. Очень малой. Так что имперские товарищи были, в общем, совершенно правы. Просто они, как та знаменитая машина, приняли показатели, уходящие за верхний край заданного диапазона, уходящими за нижний.
   - То есть, приняли сверхчеловека за недочеловека? - насмешливо спросил Лэйми.
   Охэйо недовольно фыркнул.
   - Ну, примерно так... Хотя, по мне, что "сверхчеловек", что "недочеловек" звучит одинаково глупо. Разве на свете есть только хорошие яблоки и гнилые яблоки, разве не существует ещё огромный класс плодов?..
   - И кто же ты тогда? - спросил Лэйми. - Груша? Тыква? Огурец? Банан, быть может?
   Охэйо вновь фыркнул.
   - Если говорить в такой системе координат - то целый тропический лес, наверное. С горами, реками, туманами, массой зверья, птиц, рыб и всевозможными плодами... Так будет точно - ну, относительно.
   - А это не слишком... хвастливо?
   Охэйо насмешливо взглянул на него.
   - По мне - так в самый раз, друг. И, знаешь, такое сознание - это далеко не одни плюшки. Когда ты видишь ВСЕ последствия каждого своего решения, даже самые смутные и отдаленные... не хочется вообще ничего делать. Только сидеть и медитировать на неизменность бытия. А это вообще-то смерть, знаешь ли.
   - Это получается, что сознание подлинно великое ничего не будет делать, а только сомневаться? Думать, с чего же начать? - спросил Лэйми.
   - Угу, - Охэйо улыбнулся. - Колеблюсь - значит, существую! Или даже "колебания - это звучит гордо!"
   Лэйми вновь помотал головой.
   - Всё же... с кем я сейчас говорю? С настоящим Охэйо? С куклой? С аватаром? С имитацией?
   Охэйо вздохнул.
   - С аватаром, если тебе так удобнее... Их много, на самом-то деле. И достаточно разных. Потому что много дел, и много мест, требующих... личного присутствия. И много параллельных потоков мышления. На самом деле достаточно различных. Даже очень различных. И много языков мышления. Это очень удобно... на определенном уровне.
   Лэйми опустил глаза.
   - Я уже не вполне могу понять это... Ладно - разные потоки мышления. Но - разные языки? Зачем?
   - Ну, хотя бы потому, что мне приходится общаться с очень разными существами, для начала. И думать на разных языках. Математику и музыку описывают разные языки, не так ли? Могут быть разные языки для тоски и радости, для мечты и грусти. Конечно, точный перевод между ними невозможен, но в этом и суть: из неясностей рождаются новый смыслы. И точность описания чего-то требует именно разных языков. А сравнение этих описаний всегда дает много больше, чем только исходный образ. Вот так, примерно, оно всё и работает.
   - Тогда у симайа тоже минимум два языка должно быть, - вклинился тезка. - Один военный/рабочий, просто для передачи точной информации - и художественный, для гона, травли и вранья. И они будут трепаться на обоих сразу, - вот для чего им суб-личности и параллельные сознания нужны.
   - Ну, идею суб-личностей не я всё же придумал, - ответил Охэйо. - И они нужны именно для разности потенциалов, так сказать, и для разнообразия. Вайми недаром по этому вот пути дальше всех продвинулся. У него с "детским сознанием" всё совершенно в порядке. А его умение к каждой мелочи по своей мифологии приделывать приобретает в этом свете особое значение: если хотим быть Творцами - не стесняемся быть детьми, и не стесняемся нашего мифологического сознания.
   - Это да, - сказала Ксетрайа. - Похоже, что чем более "детская" личность внутри себя - тем более она творческая. Далее мы логично приходим к совмещению принципиально разных типов логики и мышления в одном существе. И к бесконечному диалогу между ними.
   Лэйми вновь яростно помотал головой. Ему показалось, что все трое заговорили вдруг на каком-то, совершенно незнакомом языке.
   - Так. Стоп, люди. О чем это вообще вы?
   Охэйо улыбнулся.
   - О творчестве, Лэйми, о творчестве. О том, что у каждой буквально мысли у нас есть отражения - почти похожие, отчасти похожие и совсем не похожие. Мысли-сказки, мысли-мифы, мысли-духи. Да, в каком-то смысле это детское мышление - которое не описывает реальность, а дополняет её. И у нас один мотив - не одна мысль, а целое облако их, и, просто смещая "точку фокуса" можно вылавливать из него новые смыслы.
   - Отец говорит, - вдруг сказала Ахана, - что тут сильно проще нырнуть в океан Хиггса, где бушует шторм сознаний, возможностей, самоорганизаций - и тащить оттуда всё, что само по себе не может прийти в голову. И у него есть ментальный локатор, не только способный находить цивилизации на расстоянии миллиардов световых лет, но и способный составить общее о них представление. Как ни странно, принцип действия там примерно тот же: погружение в океан Хиггса. Только смотрим не вглубь, а, так сказать, в стороны.
   - Я, кстати, там был, - сказал Лэйми. - С Анмаем. Но ни новых смыслов, ни новых рас не увидел.
   - У тебя, прости, пока не тот масштаб сознания для этого, - ответил Охэйо. - Нечем сложить мозаику, проще говоря. А так-то образы из океана Хиггса тащить - оно сильно продуктивней, конечно... Но и намного опаснее: океан Хиггса - это воплощенный Хаос, и смотреть в него долго нельзя: само сознание понемногу разрушается. При многоконтурной схеме с множеством параллельных потоков оно не так критично, разумеется, - но тут уже проблема, что в обе стороны идет воздействие... И уже бывает непонятно - то ли ты берешь оттуда образы, то ли океан Хиггса из тебя... А мысли там могут быть вполне материальны. Все, даже совсем нехорошие. И улетит - не поймаешь. Разве что сильно потом уже вновь где-то наткнешься и удивишься. Принцип неопределенности никто не отменял ведь. А и-линн в подходящих условиях - очень даже быстро размножаются, взять хоть Найнер тот же для примера...
   - Кстати, а как Анмай это делал-то? - спросил Лэйми. - Менял мою структуру под квантовый масштаб?
   - Он ничего не менял, - ответил Охэйо. - Структура-то у вас, в общем, одинаковая, разница тут лишь в размере, - а настраивал твои... ну, ощущала на восприятие структур наимельчайших. В принципе-то ты и сам можешь это делать, угу - если научишься. Но вообще-то твой дар - усиление чужих способностей. Чего в данном случае, однако, оказалось недостаточно. Должно быть, коллектив был мал. Надо будет пригласить Хьютай и самого Вайми до кучи, и попробовать ещё раз заглянуть за уровень изменения математик... если там, конечно, вообще что-то есть.
   - Значит, этот "уровень изменения математик" есть Абсолютный Хаос, в коем вывести никаких закономерностей уже совершенно невозможно? - спросил Лэйми.
   Охэйо улыбнулся.
   - Примерно. В этом Мультиверсе математика везде одна, а всевозможные отклонения, - это частные варианты теории. И конкретная физика зависит от конкретной геометрии метрики - какие измерения и сколько там свернуты, и на каких масштабах. И туда вполне можно попасть - с помощью законов, общих для всех этих вселенных. По крайней мере, тут есть объемлющее пространство, из которого другие вселенные вполне себе наблюдаемы и могут быть выбраны. Но мне куда как более интересны ДРУГИЕ математики, на которых физически строятся максимально сложные структуры.
   - Угу - а как тогда туда попасть?
   - Элементарно, Лэйми: меняем собственную математическую структуру на нужную - и мы уже там. Единственная маленькая, но противная проблема - для таких вот фокусов надо быть Создателем Звезд, Спящим, или кем-то вроде, то есть, способным изменять свою суть совершенно, оставаясь при этом собой. Короче говоря, иметь какие угодно версии собственного прошлого, вовсе их не иметь, иметь, и, вместе с тем, не иметь - то есть, быть всемогущим.
   - А разве вы уже не всемогущие?
   - Нуу, если на Вайми посмотреть, он может, например, произвольно менять своё прошлое, хотя обычно он так не делает. Зато я могу включать в свою личность все параллельные варианты себя. Правда, открыть тебе мой внутренний мир становится, отчасти, трудновато...
   - То есть, Вайми, в каком-то смысле, сам создал себя? - недоуменно спросил Лэйми.
   - Ну, он говорит, что заделался Творцом, сотворив ту самую Вселенную, в которой сам родился. Сиречь, не рождался он сам никогда, а что его рождением именуют, - то лишь иллюзия, временной ограниченностью порожденная, - Охэйо улыбнулся. - Временные координаты для него так же доступны, как и пространственные, а значит, говорить о рождении или смерти просто нет смысла - для Вайми эти даты означают лишь границы собственного бытия, и не более.
   Лэйми сел, прямо на пол, скрестив босые ноги и закрыв глаза.
   - Что-то у меня голова вдруг закружилась... - туманно сообщил он. - Как вы вообще это делаете?
   - Эффекторы обвеса могут, в принципе, всё: сдвиг или реструктуризацию масс до планетарных масштабов, превращения элементов и полное превращение материи в энергию, энергию в материю, - и всё это без наличия видимых технологических устройств, - пояснил Охэйо. - Они работают на суб-кварковом уровне, на уровне суперструн и квантовой пены. Эффекторы как таковые состоят из стоячих волн в суперструнной подструктуре пространства-времени, и носитель контролирует их через сигналы стабилизированных йокто-червоточин в квантовом вакууме. Контролируя и манипулируя структурой и "вибрацией" суперструн носитель может манипулировать материей и энергией в макромасштабе и без использования посреднических устройств. Метрика в этом плане податлива и хорошо поддается изменению. Ну, это типа как краски в воду плюхнуть.
   - Тогда уж пластилин лепить, - сказала Ахана. - А то воду от краски фильтровать тяжеловато, зато вот загадить легко.
   - Ну так оно и есть же, - улыбнулся Охэйо. - Загадить очень легко, недаром же кое-где квантовое вырождение периодически случается, и разные прочие свинства. Ничего не поделаешь, - где розы, там и шипы. По крайней мере, во вселенной файа так. В других-то что угодно может быть. Хоть пластилин, хоть алмаз, хоть идеальный газ вообще.
   - Нет, я не о том, - сказал Лэйми, по-прежнему не открывая глаз. Голова у него сейчас кружилась, он чувствовал себя как-то странно: словно он узнает сейчас главную тайну бытия. А впрочем - почему это "словно"?.. - Вот ты, Аннит Охэйо анта Хилайа. Что ты представляешь собой, так сказать, физически? Не только это вот тело - а в целом?
   Охэйо вздохнул и тоже сел на пол напротив - Лэйми ощутил слабое тепло его тела.
   - Знаешь, это не так-то просто объяснить. Что тебя вообще интересует? Размер? Мощность? Как всё это выглядит, так сказать, снаружи?
   - Всё сразу, - улыбнулся Лэйми.
   - Ну вот, смотри... - и Лэйми, не открывая глаз, увидел бархатно-черную сферу, повисшую в пустоте, облепленную другими, всё меньшими, сидящими друг на друге в какой-то неравномерной, непонятной гармонии. Мертвенно-синее сияние обрамляло их, мягко растворяясь в пустоте, пронизывая себя спутанными, ажурными нитями, - они тянулись в бесконечность, образуя немыслимо сложный узор. В них запуталось множество светящихся тускло-серебристых сфер, похожих на луны, - больших и столь крошечных, что они едва были заметны. - Это моя вселенная-носитель, так сказать, изнутри. Снаружи её нельзя показать, конечно... Это вот - главная мыслящая суперструктура. Она не из материи, понятно... Можно сказать, что это - разные виды вакуума. Кристаллизованного, жидкого, сгущенного - хотя всё это чисто условно, конечно... И таких вот вычислительных вселенных... много. Собственно, столько же, сколько тут вот - обычных вселенных, самых разных... Я уже говорил тебе, что они очень различаются? Ну вот, все они связаны порталами. Друг с другом и с этими обычными вселенными с разными видами вакуума - от абсолютно твердого, до абсолютно хаотичного. И в каждой из вселенных-носителей они присутствуют все. В различных, динамических, конечно, сочетаниях. Можно сказать, что из этих видов вакуума строится компьютер - но такой, где полупроводник имеет не два состояния, а почти бесконечное их множество... что очень сильно всё упрощает, на самом-то деле. По крайней мере, в смысле компактности. Энергия тут берется из фазовых переходов, за счет того, что вакуум разупорядочивается, так что общий её объем ограничен - но он очень, очень большой... Сверх того, тут ещё есть Сайэр, есть их общий центр управления - ты его уже видел, кстати, тот черный шар... Ну вот, всё это вместе - и есть я.
  

* * *

  
   - И всё же, я не понимаю, - сказал Лэйми. Он приоткрыл один глаз и посмотрел на Охэйо. Тот сидел напротив, ловко скрестив босые ноги, и насмешливо смотрел на него. - Ты тут, конкретно - это аватар, да? А насколько он тогда автономен?
   - Обычно автономен. Пока не потребуется что-то, выходящее за пределы его знаний и способностей. Так-то он ничем не отличается от живого, обычного меня. Кроме портальных линков, естественно. Синхронизация идет постоянно, разумеется, но лишь в одну сторону. Наверх, то есть.
   - Ладно, - Лэйми вздохнул. - А что ещё тут есть, кроме Сайэр?
   Охэйо ловко поднялся.
   - Много чего. Залезай на место - я покажу...
  

* * *

  
   Вынырнув из темноты, Лэйми увидел пространство, необычайно глубокое, затененное призрачными, синеватыми туманностями, в которых тонули неисчислимые рои звезд, но заселенное. Мириады тускло-серебристых спиральных конструкций пронизывали его, протянувшись из бесконечности в бесконечность бритвенно-тонкими слоями. Мелкие группировались вокруг крупных, следуя изгибам их спиралей, они становились всё больше, сами превращаясь в центры маленьких скоплений, - и этот неправильный, поразительно сложный узор тянулся, насколько хватал глаз. Всё было безупречно четким, резким, и лишь бесчисленность мелких деталей давала ему представление о невообразимых размерах этого космического города.
   - Что это? - удивленно спросил он.
   - Мавэй, - с усмешкой ответил Охэйо. - Один из здешних... суперполисов. Хотя слово "не-планета" больше тут подходит. Здесь живут люди - марьют, будущие сарьют. Не все они станут сарьют, разумеется.
   - А те, кто НЕ станут?
   Охэйо пожал плечами.
   - Будут жить, как обычные марьют, естественно.
   - А сарьют живут в другом месте?
   - Они в гиперлайнерах, в основном, живут. Как симайа. Потому что работа у них, в общем, схожая.
   - Наводить везде порядок и культуру?
   - Угу. Всего гиперлайнеров около десяти тысяч. Тут. Пока что.
   - А сколько тут миров всего?
   Охэйо почесал в затылке.
   - Сколько заселенных марьют? Или сколько всего существует, в том числе ненаселенных? Последнее - не известно. Тут ещё в том дело, что население тэ`лэм... этих вот... конструкций - оно изначально родом марьют, и - оно более-менее централизовано. К примеру, если в Мавэй проживает порядка триллиона человек, то на обширнейшем пространстве окружающей его галактики численность населения не превышает двадцати миллиардов. Причём большинство их обитает на других, меньших тэ`лэм. Которые расположены возле портальных станций, соединяющих этот сектор с другими. Так что всю эту галактику, за вычетом окрестностей тэ`лэм, можно смело считать абсолютно дикой и пустынной. Тут заселение по-настоящему ещё и не начато даже...
   - А аборигенов тут нет разве?
   - Ну, я вот, например, есть, - Охэйо улыбнулся. - Да на самом-то деле тут много кто есть... только вот гуманоиды среди них не встречаются. Тут кристаллическая жизнь, в основном. Разумные газовые облака, разумные нейтронные звезды... разумные планеты тоже попадаются. Хочешь посмотреть?..
  

* * *

  
   Лэйми очень хотел - но всего через несколько прыжков выдохся. Он видел другие, такие же бритвенно-плоские города, но уже цельные, - перистые палевые пластины, рассыпавшиеся разрезными спиралями, состоявшими из ещё меньших, и ещё, - пока его глаз не тонул в тончайшей паутине самоподобного кружева. Иные города казались ему сплетенными из безупречно изогнутой синеватой проволоки, - загнутые влево перепончатые, фестончатые изгибы. Они состояли из ещё меньших, шествующих друг за другом, словно вырастающие у берега волны. Цепочки ажурных тяжей закручивали их в спирали, и, истончаясь до невидимости, сбегались лучами мохнатых плоских солнц. Это было немыслимо красиво, - и немыслимо чуждо. Точно так же были чужды Лэйми и обитатели этого: глянцево-черные трехметровые многоножки, болтливые призмы с множеством антенн, какие-то многосоставные полупрозрачные шары - неясно даже, живые или искусственные. От всего этого многообразия у него просто голова пошла кругом.
   - Зачем всё это? - наконец, спросил он. - Тебе людей, что ли, не хватает?
   - Не хватает, - спокойно ответил Охэйо. - Совершенно. И, кстати, я их не создавал. По большей части, оно само тут завелось. Ну, так оно и интереснее...
   - Наверное, - Лэйми недовольно помотал головой. - У меня глаза просто разбегаются... Слишком тут много всего... и я даже не знаю, симпатичное оно, или нет.
   - Это ты ещё у Вайми не был, - улыбнулся Охэйо. - Там всё намного более пёстро. И живое. Или даже больше, чем живое.
   - Это как? - Лэйми приоткрыл один глаз и с интересом посмотрел на него.
   - Это примерно как мы, - с усмешкой ответил Охэйо. - Да и тут, у меня, есть такое. Хочешь посмотреть?..
  

* * *

  
   Лэйми замер у окна, ошалело глядя в небо. Там медленно, едва заметно для глаз плыло...
   Больше всего это было похоже на веретено из чистого зеленовато-белого света. У острия оно распадалось на многослойную, волокнистую мантию из миллионов, наверное, спутанных тончайших нитей, к хвосту эта мантия стягивалась в такое же остриё. Вверху, внизу, везде плыли такие же "веретена", и пол под ногами вибрировал, - но не он один. Здесь дрожала самая ткань мироздания.
   - Что... это? - наконец, спросил Лэйми. Он даже боялся представить себе размер и мощь этих... существ.
   - Тэйа, протозиды, Странники - у них много имен. Это не существа в нашем смысле - скорее, что-то вроде... пространственной бури. Попадать в которую крайне не рекомендуется. Тэйа может спокойно пройти сквозь звезду. Ему-то ничего, а вот от звезды ничего не останется.
   - Да уж. Я чувствую... Это гравитационные волны?
   - Они. Длина одного Тэйа - около ста миллионов километров, а масса - около двадцати стандартных солнечных. Она постоянно смещается, причем, неравномерно и со скоростью света. Вот и результат.
   - Они... разумны?
   Охэйо фыркнул.
   - В квадриллион раз разумнее среднего человека, опять же, в среднем. Люди, как таковые, им не интересны, материальная вселенная - тоже. То, что мы видим - это просто пена на поверхности, в каком-то смысле. Тэйа - это, скорее, перекресток измерений, чем физическое тело.
   - Как вселенная-носитель?
   - Скорее, компьютер во вселенной-носителе. Только несколько проще. Несколько. Естественно, это НЕ офицеры С-Ц - Тэйа ближе к Нэйристам.
   - Их... много?
   - Здесь - примерно миллион. В этой вселенной. Всего - около триллиона. Точно мне трудно сказать. Тэйа, в силу своей природы, присутствуют во многих вселенных одновременно, и менять... степень своего присутствия им совсем не трудно. И количество своих... отражений - тоже. В каком-то смысле все они - одно-единственное существо.
   - А чем они... питаются?
   - В нашем смысле - ничем. Разностью потенциалов в разных вселенных, разностью скорости времени в них. Только, для этого им нужно постоянно двигаться.
   - А чем занимаются?
   - Путешествуют. Мыслят. Разговаривают. Как мы.
   - А ты с ними общаться можешь?
   - Могу. Только не в этом вот теле, конечно. Тэйа присматривают тут за физикой, и за структурой пространства. И за его... проницаемостью, скажем так.
   - За сохранностью границ?
   - Угу. Отчасти, этим занимаюсь я, но их вклад в это куда больше.
   Лэйми ошалело помотал головой.
   - Я смутно представляю, сколько мне придется расти до такого...
   Охэйо улыбнулся.
   - Пока что. Потом это станет яснее... постепенно.
   Лэйми широко зевнул.
   - Пожалуй, хватит на сегодня. Давай домой.
  

* * *

  
   Лэйми проснулся, как обычно, в своей комнате. Потом потянулся, заставив задрожать каждый мускул, зевнул, и начал осматриваться. Ксетрайа ещё дрыхла - пока его потягушки не разбудили её. Она тоже зевнула, потягиваясь - довольно-таки вызывающе - и насмешливо взглянула на него. Лэйми смутился. Вчера он слишком устал, чтобы делать тут что-то неприличное - но сейчас...
   - И чем мы сегодня займемся? - спросил он, уже, впрочем, зная ответ.
   Ксетрайа улыбнулась.
   - Догадайся.
  

* * *

  
   Они так увлеклись, что в самый интересный миг грохнулись с постели. С минуту они смотрели друг на друга, сидя на полу, часто дыша, Лэйми - немного испуганно. Вообще-то, он был гораздо сильнее, - но подруга удивила его. Заметив это, она улыбнулась: ей нравился его испуг.
   - Тебе понравилось?
   Лэйми с трудом перевел дух. Сейчас, когда всё кончилось, ему было очень уютно и тепло - даже несмотря на...
   - Ох... да. Только, нельзя ли осторожнее в другой раз? А то все кости ноют, знаешь...
   Ксетрайа засмеялась, поднявшись, и потянула его за собой.
   - Хватит лежать на полу. Пошли купаться!..
  

* * *

  
   - Не поймал, не поймал! - вынырнув, Ксетрайа рассмеялась.
   Лэйми вздохнул. Он был ловким и сильным юношей - только вот догнать подругу всё равно не мог. Ксетрайа плавала, как рыба, - и где только научилась? - а ему вода всё время попадала в нос, отчего он начинал с неистовой силой чихать, и ни о какой погоне уже не могло быть и речи. Что ж: мир несправедлив. Особенно к парням.
   Его накрыло волной. Лэйми вынырнул, и, отфыркиваясь, помотал головой. Потом вдруг тихо засмеялся. Ещё никогда, кажется, купание не доставляло ему такого удовольствия. Теперь он умел переключать своё восприятие на те или иные ощущения - и в этот раз не прогадал. Всё необычное сейчас осталось за бортом, он стал таким же, каким был в свои реальные восемнадцать лет. Но ДРУГИЕ его чувства всё же никуда не делись, и, пусть едва заметно, но маячили на самой границе восприятия: хватило бы одной мысли, чтобы дотянуться до них.
   - Люди, вода теплая?
   Обернувшись, он увидел стоящую на берегу Хьютай. Она была рослой, широкобедрой, удивитель­но стройной, вся словно отлитая из гибкой коричневой стали. Лэйми отметил её крепкие руки и плечи, высокую грудь, гладкие пла­стины мышц, туго стянутые на впа­лом животе. Соски у неё были темно-коричневые, с дерзко торчавшими округлыми кончиками, - они очень подходили к тугим изгибам её бедер и вызывающе круглой заднице. Короче говоря, на ней ничего не было, и Лэйми показалось, что его ударили под дых. Дыхание, во всяком случае, перехватило.
   - Теплая, - невиннейшим тоном ответила Ксетрайа, словно и не замечая ничего неподобающего. - Давай, поиграем?
   - Во что? - тон Хьютай был столь же невинным.
   Ксетрайа задумалась.
   - Знаешь, есть такая игра. Называется "две девы ловят парня". Кто ловит, тот целует. Идет?..
   - Да ну вас!.. - Лэйми вырвался из воды и стрелой взмыл в небо.
   Вслед ему полетел серебристый смех.
  

* * *

  
   Лишь на километровой, наверное, высоте он решился остановиться и посмотреть вниз. За ним никто не гнался, и Лэйми гневно помотал головой. Нет, что за девы!.. Если им хочется купаться вдвоем, то могли бы просто сказать ему об этом!..
   Он вздохнул и осмотрелся. Потом, вытянувшись стрелой, помчался к горам - там он ещё не бывал, такое упущение...
   Сначала горы, как обычно, казалось, не приближались, потом, как-то вдруг, заняли полнеба. И тут Лэйми почувствовал, что его... приглашают. Тезка, разумеется. Не думая, он изменил курс.
  

* * *

  
   Через несколько минут Лэйми замер, удивленно осматриваясь. Белые горы. Синее небо. Довольно темное - он забрался уже очень высоко. Между гор - небольшая, очень красивая долина. Её покрывала трава - темно-зеленая, густая и пышная. Немного ниже - лес, явно хвойный. Воздух, несмотря на солнце, довольно прохладный. Никаких признаков цивилизации не видно, - кроме, разумеется, тезки. Он упражнялся со странными штуками - стальные диски сантиметров по тридцать в диаметре, с заточенными краями. Упражнялся он, конечно, не один, а с Аханой, державшей копьё с большущим наконечником - в полметра длины и шириной в две ладони, по бокам - выступы, похожие на морские волны. Всё это тоже ОЧЕНЬ острое. Они изо всех сил старались победить друг друга - хотя, конечно, не всерьёз. Про их одежду Лэйми ничего не мог сказать - за полным отсутствием оной.
   Заметив его, парочка замерла и смутилась, тут же приняв Приличный Вид - на них появились парео. Лэйми как-то вдруг вспомнил, что на нем тоже ничего нет, и, тоже приняв Приличный Вид, мягко опустился на траву.
   - Привет, - тезка широко улыбнулся. Его глаза блестели - похоже, он был очень доволен жизнью.
   - Привет, - Лэйми прищурился. Здесь, в горах, солнце казалось очень ярким. Отчетливо пахло озоном. - Не помешал?
   - Нет, - тезка снова улыбнулся. - Ахана, зараза, совсем меня загоняла. И я подумал... хочешь попробовать? - он протянул Лэйми диски.
   Лэйми осторожно взял их. В Хониаре были похожие штуки, но маленькие и чисто для метания. По легендам, они сносили башку с восьмидесяти шагов. А эти заразы - большие и тяжелые, по ощущению килограмма на два каждый. С ОЧЕНЬ остро заточенными краями, даже с волнистыми. На боках вырезаны какие-то непонятные руны. В середине дырки с ручкой, чтобы держать. Не похоже, что такое нужно против людей - меч или копьё дальше достанут. Скорее, против каких-то животных, многочисленных и нехороших... Гм...
   - И для чего всё это? - спросил он.
   Тезка снова улыбнулся.
   - Ими можно рубить и сечь, можно бить плашмя, а можно прикрываться, как щитом. А ещё, они замечательно летают. Попробуй! - он забрал у подруги копьё и приготовился парировать.
   Лэйми попробовал. И эти штуки весьма ему понравились. Как ни смешно, именно потому, что были большие и тяжелые, и сила удара оказалась ого-го. И ручка плоская. Можно краем к руке прижимать или плашмя поворачивать. И даже кидать, хотя летели диски не слишком далеко - тяжелые же...
   - Уф, хватит, пока что, - наконец сказал тезка, воткнув копьё древком в землю. - Я же пока всё же не взрослый.
   - Устал? - спросил Лэйми, положив диски на траву.
   Тезка смахнул с лица волосы и сел, ловко скрестив босые ноги.
   - Угу.
   - А обвес разве тут не помогает?
   Тезка удивленно взглянул на него.
   - Почему? Помогает. Но так не интересно. А...
   - Вот вы где. А я-то думаю...
   Обернувшись, Лэйми увидел Охэйо и Вайми - оба смешно жмурились от солнца.
   - Куда отправимся сегодня? - спросил Лэйми.
   Охэйо широко зевнул.
   - Сегодня - никуда, наверное. Лень.
   - А что тогда?
   - Обед. Пошли?..
  

* * *

  
   После обеда они, все четверо, уютно уселись на лужайке, на берегу впадавшего в море ручья. Ахана, зевая, завалилась спать под деревом, но тезка остался - погреть уши, как и положено начинающему юношу. Для конспирации он принялся мастерить вершу, но не слишком бодро.
   - Отец мне рассказывал о Зеркале Мира, - начал он. - Я всё думаю... Вы там действительно были бессмертны?
   Лэйми пожал плечами.
   - Убить или ранить кого-то под Зеркалом Мира было нельзя, потому его так и назвали. А вот развалить до основания психику - можно, и очень даже. Собственно, появление таких вот "развалин" и вызвало войну с ТЕМИ...
   - Но как это возможно? - удивленно спросил тезка. - Если тело повредить нельзя, и даже боли не чувствуешь?
   Лэйми усмехнулся.
   - Когда тебе ведут ногтями по животу или подошвам - легко и ме-едленно так - непереносимо, судороги начинаются сразу. Если привязанного и долго - думаю, уже вполне можно тронуться. А ведь это - самое безобидное ещё... Так что развалить - у ТЕХ получалось, пусть и не сразу...
   Тезка нахмурился.
   - На мой взгляд, разваленная без шансов на восстановление психика - хуже, чем убийство.
   Лэйми посмотрел ему в глаза.
   - Да. А эвтаназия под Зеркалом не помогала. Таких мы могли лишь замуровать, а это - страшно. Вот поэтому к ТЕМ и относились так безжалостно. Хоронили живьём.
   Тезка зло фыркнул.
   - За такое - вполне адекватный ответ. Я бы... гении у вас там были же? - вообще записал бы ощущения, и как себя чувствовали жертвы, - и потом дал "послушать".
   Лэйми кивнул.
   - Тех, кто ухитрялся... откопаться, и вновь взялся за старое, мы запирали в подвалах Арсенальной Горы, как "дважды осужденных". Надолго, лет так на двести... Только ощущения жертвы воссоздавали, так сказать, механически. Возиться с записью нам выходило и тошно, и недосуг. Других дел хватало... А как с этим в Йэннимуре?
   Вайми улыбнулся.
   - Если ты про ногтями по животу и всем другим местам - то такого много-много. Но, конечно, только для взаимной радости. Девы щекочут парней, парни - дев, и все счастливы. А садизма такого... не бывает.
   - Совсем ничего не бывает? - с сомнением спросил тезка. - Все поют и танцуют, и хвалят друг друга?
   Вайми усмехнулся.
   - Почему? Нет. Драки среди начинающих парней очень даже бывают. Просто развлечения для. Или там - зверская эксплуатация их начинающими девами. Вплоть до езды на их хребтине не в переносном, а в самом прямом смысле.
   Охэйо улыбнулся.
   - Весело живут товарищи... В Нау-Лэй тоже, бывает, девы ездят на юношах прекрасных - когда заяц мой сестер младших катает. А что они его ухи вместо руля используют - ну, бывает... Тем более, что сам юнош начинающий безмерно рад и счастлив.
   - Да ну тебя, ещё родитель называется. Тортик бы лучше шоколадный подарил, - тезка сердито взглянул на него и густо покраснел. - Вот Ахана мне такие подарки делает!..
   - Дуриан, например? - не унимался Охэйо. - Или там рагу из сверчков? Или массаж живыми улитками?
   - Да ну вас, - повторил тезка. - Брата бы лучше подарили...
   - "Мама, папа, а почему у меня нет братика?" - противно-детским, но отчетливо тезкиным голосом сказал вдруг Вайми, - и тут же ответил сварливым голосом Охэйо: - "А откуда тебе братик, засранец, если ты нас всё время дурианом отвлекаешь?"
   На сей раз, оба Охэйо - старший и младший - свирепо вызверились на него - но, не вытерпев, тут же заржали.
   - А всё же, - сказал тезка, успокоившись. - Неужели среди Первой Формы никогда не бывает преступлений?
   Вайми вздохнул.
   - Почему, бывают. Кражи, например.
   - И?.. - с крайним интересом спросил тезка. - В Империи вот с семи лет - полная уголовная ответственность. И за кражу - немедленно секир-башка.
   Вайми фыркнул.
   - Ты мне-то не гони... В таком возрасте там за кражу ремнем попопе дают. Вот если взрослый дяденька-рецидивист, то таки да - голову с плеч. Поэтому, не бывает.
   - В Фамайа ворам вообще вынимали моск и ставили чипы для дистанционного управления, - не унимался тезка. - А вот если в Йэннимуре личность начинающая утащит из... этого... из магазина, да? Ну, шоколадку утащит. И?..
   Вайми улыбнулся.
   - У золотых айа спереть шоколадку из магазина нельзя, потому что нету магазинов. И шоколадок тоже. Первобытный коммунизм же. То есть, спереть что-то из разряда личного имущества очень даже можно - и иногда таки прут, но хозяин, если узнает, - а обычно узнает, вариантов не так много же, не город, - набьет предприимчивому товарищу морду и многие другие части тела. Потом родители надерут начинающей личности зад. Потом прилетит бабушка-симайа, и прочтет увлекательную лекцию про облико морале. Так что в возрасте 12-24 лет, то есть, в воспитательном, это каких-то фатальных последствий не влечет. А вот во взрослом - 24 года и больше - это замечательный способ убить себе репутацию в ноль. В симайа данный персонаж никогда уже не попадет, - а коротать дни в доме престарелых, когда счастливые одноклассники обрели жизнь вечную, уже совсем невесело. Таких идиотов фееричных... ну, не бывает. Вообще, там считается, что если начинающая личность что-то сперла, то для профилактики дальнейших правонарушений помогает крапива наружно - похлестать свеженькой по всем частям голого тела - и настойка корня папоротника, либо просто тертый корень вовнутрь, перорально тоись.
   - Брр! - тезка передернулся, и Лэйми с усмешкой подумал, что с настойкой корня папоротника он тоже знаком. В Хониаре такой изводили глистов - вкус был столь дивный, что язык буквально сворачивался в трубку. - Нет, это хорошо, конечно, - но гады же всё равно бывают, пусть не в Йэннимуре, - продолжил тезка. - И надо уметь с ними бороться. А для этого знать. И что йэннимурцам с этим делать? Там же гадов нет, разве что специально разводить, для демонстрации.
   Вайми смутился.
   - Нууу, не разводят, но детЯм гадов показывают наглядно - как треплются, чем опасны... как с ними случается особо зверское самоубийство...
   - А если особо зверское самоубийство случится по ошибке? - спросил тезка. - С тобой бывало такое?
   Вайми вздохнул.
   - Дар Сути - штука ЧРЕЗВЫЧАЙНО удобная, с ней просто ВСЁ ВИДНО. И вопрос "судебной ошибки" тут отпадает окончательно и сразу. И, опять же, меня жизнь научила: бьют, - отвечай! Если же философически так завернуть, то я просто о чистоте ноосферы заботился. Кстати - помнишь, Наммилайна тоже любила на эту тему развернуться. Только, когда до дела дошло - ей не то, что на жизни врагов, ей на свою пофиг стало. Вот потому-то Йэннимур и стоит, и будет стоять дальше...
   - А если йэнны перессорятся? Например, золотые айа с рутенцами?
   - Золотые айа, - не симайа, а золотые айа именно - уважают терпение и логику. А рутенцы, бывает, не очень. Трения по этому поводу - случаются, но фишка в том, что рутенцы по факту обычно бывают правы.
   - Вот поэтому я и не люблю многолюдства, - сказал тезка. - Как говорится, "Лучше меньше - да лучше!"
   - Вот потому-то у симайа такие трудности с увеличением их общего количества. А ведь набрать добровольцев вроде бы ничего не мешает, только все рвутся, да не все заслуживают...
   - А кто будет сторожить сторожей? - спросил Лэйми.
   - Вопрос, конечно, интересный... - ответил Охэйо. - Тем более, что у Вэру в Фамайа производители оружия таки сократили правительство - а вот нефиг было о разоружении болтать. У мьюри кораблестроительная фирма тоже флот себе построила... сверх плана. Лучше всего в сторожа роботов брать - но они ж тоже спятить могут, и будет небольшая проблема с берсекерами.
   - А ты? - спросил Лэйми.
   Охэйо отмахнулся.
   - Стать верховным императором или кем ещё там? Нет уж. Террористы всякие, визирь, гад, яд на туалетную бумагу сыплет, и прочее такое всё...
   - Нимб не жмет? - участливо спросил Вайми.
   Охэйо задумался.
   - Немного. А что? У меня рука, если надо, не дрогнет.
   - Убивать можно, главное, чтобы не мучились? - спросил Лэйми.
   Охэйо хмуро взглянул на него.
   - Верно. Сам ошибся - сам и исправляй. Только вот некоторые, - он хмуро покосился на Вайми, - уже придумали религию, в которой верующие могут пороть бога за косяки.
   - Пришлось, вообще-то, - заметил Вайми. - Чтобы не тупил. И не тратил время на фигню, вроде механических вычислительных машин.
   - А это вычислительная машина не для работы, а декоративная, - огрызнулся Охэйо. - Я люблю такие механические штуки. Ты вот рисовать любишь. И что?..
   - Ладно бы там был только один бог... - вздохнул тезка. - Но как быть с теми, кто будет это использовать, чтобы найти косяки? И власть получить.
   - Такие вещи... Надо, чтобы частично хоть совпадало восприятие того, ЧТО есть косяки, - заметил Лэйми.
   - В язычестве идолов палкой лупить за то, что козы плохо доятся - обычное дело, - улыбнулся Охэйо. - Вообще же, Представительное Собрание, которое жалуется мне на жилищные условия и прочее, у сарьют уже есть. Мне аватары в том числе и для этого нужны - чтобы с обитателями сотворенных миров общаться. Обратная связь полезна же.
   - Ты хоть не называешься? - спросил Лэйми.
   Охэйо почесал пятку.
   - Некоторым называюсь. Угу - и потом анекдоты о Творцах по миру ходят... Зависит от самих товарищей - насколько они адекватно отнесутся. Вообще... одна из причин, почему по сути все мы, и я в том числе, и в своих мирах тоже живем... именно чтобы знать, что в них там творится. Сверху всё не видно же, а отклонения... бывают.
   - А ещё можно в Храм Имени Себя послушником поступить и сравнивать, что рассказывают с тем, что должно быть на самом деле, - вставил тезка.
   Охэйо улыбнулся.
   - Послушником-то можно... но там есть риск веником по попе получить, за то, что товарищ вместо того, чтобы пол мести, подсматривал за танцами послушниц. Или ухи грел в неположенном месте. Но точно можно о себе много интересного узнать. Хотя, если товарищи храм ставят, тут уже что-то явно неправильно - по идее, просто центр связи должен быть.
   - А разве подсматривать обязательно? - удивился Лэйми.
   Вайми фыркнул.
   - Любой жрец сам раньше был послушником и хорошо знает, что он будет за девами подсматривать и ухи греть. И от работы отлынивать, по мере сил. А вот если начинающий юнош всё время будет говорить "Да, мессир! Есть, мессир! Можно мне ещё раз подмести пол, мессир?" - это точно может вызвать подозрения. Так что, во имя Истины придется терпеть, и даже идти на жертвы. В смысле, на веник, а может, даже и на ремень.
   - Веником мне и так иногда перепадает, от Маулы, - буркнул Охэйо. - Хотя, знаешь, идея интересная. Очень. Обычно-то я не показываюсь, потому, что тем, кого хвалят, приличнее молчать. Но вот посмотреть, что там от моего имени творят, - бывает очень интересно...
   - А творят? - спросил Лэйми.
   Охэйо хмуро взглянул на него.
   - Иногда да. Ну, не жертвы кровавые приносят, разумеется, но на болото кое-где посылают, статуи ваять за непочтение к. Приходится выяснять. В том числе - и так, да. Благо, что храмы с послушниками - тоже есть. В том числе.
   - И как это выглядит?
   - Ну, вот так, примерно...
   В один миг Охэйо изменился. На его месте стоял загорелый мальчишка всего лет тринадцати, в подпоясанной веревкой серой тунике и легких сандалиях. Из-под гривы спутанных русых волос смешно торчали оттопыренные ухи. В руках мальчишка держал большой веник, и, казалось, прислушивался к чему-то. Весь его вид выражал сильнейшее любопытство. Лэйми рассмеялся.
   - Если там в храмах такие послушники - вряд ли там таится Зло. Разве что в виде просьб к верующим вносить подношения в готовом к употреблению виде - копченых уток или там колбасы.
   - Самое страшное Зло, Лэйми, - сказал Охэйо, вернув себе прежний вид, - это Добро. Которое считает себя единственным во вселенной Добром. И на этом основании решает, что все вокруг ему должны.
   - Как Инсаана? - спросил Лэйми.
   - Платы за свои действия Инсаана не просят, и не получают, - ответил Вайми. - Но они не Добро, естественно, а Антизло. А Зло - это, конечно, Мроо.
   - И всех, кто за них, надо мочить? - спросил тезка. - А смысл? Помочь бежать к противнику? Тогда таким надо мозги править, жестко принудительно, или... наоборот - НЕ давать умереть, но чтобы ОЧЕНЬ просили.
   - Инсаана именно правят мозги, жестко принудительно, - ответил Охэйо. - Чтобы умереть просили - они просто смысла не видят в этом. Но иногда оно само у них выходит...
   - Сарьют тоже, знаешь... - буркнул Лэйми. - Особенно в части создания марьют. Ну не могу я свыкнуться с мыслью и принять мысль, что можно создавать разумные существа для забавы или из любви к искусству - и утилизировать их, когда надоедят или состарятся. Как-то это мне не то...
   - ТЕЛА марьют действительно утилизируют, по мере естественного износа, - ответил Охэйо. - Я, наверное, забыл сказать, что сарьют, по свойственной им лени, переписывают сознания марьют в новые тела, чтобы не возиться с созданием новых, и средний марьют живет обычно лет по 200...
   - А почему только 200? - спросил Лэйми. - Почему, чисто для красоты и в научных целях, не сделать тело, которого хватит больше, чем на 200 лет, и всё хорошо будет?
   - Память в мозгах кончается, потому что. Живут и дальше, но там уже аугментация всякая, и ВР для тех, кто в биологическое тело не помещается уже. А так да - наша цивилизация осуждалась уже, как пышно загнивающая. Вечно загнивать у нас, правда, не вышло - через каких-то восемь тысяч лет пришли симайа, и в свойственной им манере поставили всё с ног на голову, так что сарьют пришлось вынуть её из джакузи и заняться делом. Вообще, сарьют много чему могут обучить, и психику марьют существенно улучшить. Есть, например, один хитрый финт ушами на предмет "переключения" эмоций, - защита в определенной ситуации "выключает" страх, и мы чувствуем что-то другое, например. Или - фурриков развести можно.
   - А фуррик - это кто? - спросил Лэйми.
   - Фуррик, - сказал Охэйо, - это такая тварь, на вид как гибрид человека и кота, например. Только здоровенная, килограммов под сто, - с шерстью, с хвостом, но всё равно больше человеком выглядит. Ходит обычно на двух ногах, руки - почти как у нас, только с мехом и выдвижными когтями. На ногах, - такие же когти, только короче. Да и своим полутораметровым хвостом фуррик может огреть, как дубиной, и висеть на нем запросто, словно обезьян... Двигается он значительно быстрее человека, если нужно, кости у него очень прочные, - при падении, например, руки-ноги сломать сложно. Мех у него густой, минус двадцать - не проблема, а вот при плюс тридцати, - будет тепловой удар. Жары фуррики не любят и боятся, а вот в зарослях из-за меха их не видно почти. Зубы у них почти человеческие, только прочнее, а вот силища страшная. Прыгнуть метров на двадцать с разбега, - для фуррика не проблема. Раны у них заживают куда быстрее, чем у людей. Зато жрать им надо регулярно и часто.
   - Это всё будет только им мешать, - ответил Лэйми. - Размножаться, например.
   - Это как? - с интересом спросил тезка.
   - Ну как бы - для размножения надо любовью заниматься. А когти, хвост и прочее - будут активно мешать, да и с зубами надо быть поосторожнее, - он потер уши.
   - А хвостом держать, чтобы не сбежал, - фыркнул тезка. - Или - в нестандартных позах. А у вас как было?
   Лэйми усмехнулся.
   - Под Зеркалом выжили лишь дети до шести лет - все, кто старше, впали в стазис. И когда первые из нас... познали любовь, нам было от шести до двенадцати. Не знаю, как у вас, а по законам Империи Хилайа запрещалось только совращение, а не "сами догадались". Вышло... аморально, да. Но большинство - процентов девяносто пять - хониарцев успешно перебесилось и выросло вполне приличными людьми...
   - А если секса нет, по причине строгой сферичности товарищей? - с усмешкой спросил тезка. - Как у симайа?
   - У них всё есть, - ответил Вайми. - В том числе, и это самое. Золотым айа в этом плане проще - у них овуляция только с 24 лет, и до этого возраста можно хоть вверх ногами этим самым заниматься - всё равно не будет ничего. Ну и шансов подцепить какую-то заразу - вообще нет. То есть, с их точки зрения предохраняться если и надо, то в брачной жизни уже, чтобы не 15 детей в семье было. Так что ты на себя лучше посмотри.
   - Ну... - тезка задумчиво взглянул на спящую Ахану. - Я, конечно, сам Сущность, но...
   Вайми улыбнулся.
   - Понятно. Нестандартное воздействие на мозг обвес сразу блокирует. Правда, если получится обмануть эндокринную систему и подсунуть ей в точности то, что она уже синтезирует...
   Тезка густо покраснел и опустил взгляд. Сейчас он был очень, очень смущен.
   - По идее, у архилекта крыша от секса съезжать не должна вообще - ну сколько там тех ощущений, для сверхсознания-то? - пришел на помощь Лэйми. - Анхела, например, не предается разврату в окружении прекрасных парней, хотя и могла бы.
   - Архилекту-то ничего в самом деле - симайа, например, оно как нам по травке босиком походить - это в манию не переходит ни у кого, хотя и приятно, - буркнул тезка. - А вот с аватарами всякое случается. Бывает, что соседи посылают ребенков - бросать кое-кому в окна страшных жаб и рыб, потому что доносящиеся оттуда звуки мешают им думать о вечном. А у меня так... - он вновь смутился и замолк.
   - Ну, я в твои годы вообще закрывал глаза, когда размышлял об этом самом - чтобы никто не подсмотрел, - с усмешкой сказал Вайми. - Очень уж ярко всё было.
   Охэйо фыркнул.
   - Вайми, как обычно, судит о других по себе. А себя со стороны он не видит, и потому принимает посильные меры предосторожности, вызванные его исключительной скромностью. Подвиг стыдливости, так сказать.
   - Тоже мне, подвиг, - фыркнул тезка. - Я тебе таких по сотне в час наделаю. Материала хватит, знаешь... Я в твои годы вообще планету от Мроо спас.
   Вайми нахмурился.
   - А спасение своей личной шкуры от разной активно портящей её живности - это подвиг или нет? А забираться из бескорыстного любопытства в места, где можно запросто сложить голову? А на дерево залезть в грозу? И меня никто не заставлял - сам, разве что, ну и ещё обстоятельства...
   - Это не подвиг, - заявил тезка. - Это возраст. Вот спасение "Тайны" - подвиг, да.
   Охэйо вздохнул.
   - Нарочно он корабль не спасал - просто отбивался, как мог, чем мог... Если бы ему это предложили, честно сказав, что шансы уцелеть - никакие, он пошел бы, но с длинным комментарием непечатными буквами и мыслью "пусть им всем потом будет стыдно". Ну вот такой он...
   - И всегда таким был? - с интересом спросил тезка.
   Вайми усмехнулся.
   - Храбрость специально я не развивал. Разве что уже потом, задним числом. Решил просто, что племя нужно спасать, вот и начал думать, как. Вначале-то не знал, что делать, а потом понял: пойду-ка я в Найр... И всё.
   - А когда симайа стал - не страшно было?
   Вайми слабо улыбнулся.
   - Нет. Преимущества развитого воображения - за долгие годы упорного фантазирования я привык к самым невероятным странностям. Превращение в какое-нибудь другое существо я представлял себе достаточно часто, так что особой новостью для меня оно не стало. Да и фанатизмом на тему человекоподобия я не страдал - удобно, и ладно. Хотя это вот тело мне всё же привычнее. Собственно, это как раз исполнение мечты. Я хотел научиться менять форму, а что она исполнилась не так, как я хотел, - ну так оно, обычно, и бывает.
   - Послушай, - сказал Лэйми. - Я давно уже хотел спросить... Что ты представляешь собой физически? Не только это вот тело, а в целом? Как Сущность?
   Вайми удивленно взглянул на него. Яростно почесал пятку. Подумал.
   - Это не так просто объяснить, - наконец сказал он. - Простой человек живёт в трёхмерном мире, имеющем три координатных оси. Добавляем к нему подпространство, которое имеет, как минимум, ещё две оси. Есть ось времени, которую мы не замечаем, но всё равно движемся по ней. Это шесть основных осей.
   Есть ещё шесть базовых осей, которые влияют на коэффициенты математических формул мира. Соответственно миры, которые различаются по этим осям, тяготеют или противятся некоторым тенденциям развития. И, зная координаты мира по этим базовым осям, можно сказать, какая магия в нём работает - стихийная, искусная, образная, пси... А может быть мир техно или био. На жителей мира они не влияют, никак. А перемещаться между мирами с разными координатами на этих шести базовых осях трудно и смертельно опасно из-за изменения в них физических законов.
   Но есть ЕЩЁ двенадцать координатных осей. Они, в принципе, доступны. Для достаточно продвинутых. Какие-то расширяют возможности. Какие-то меняют восприятие. А иногда меняют время или мир. Есть, к примеру, дополнительные оси времени. И, в принципе, в них можно создавать конечное число альтернативных реальностей. Есть оси для параллельных миров. Все те же законы, просто вселенная автономная и немного другая. Но ты сейчас видишь только четыре измерения. Остальные здесь тоже есть, но свернуты.
   - Но Анхела и Охэйо говорили мне другое, - возразил Лэйми.
   Вайми слабо улыбнулся.
   - Для разных видов Сущностей число измерений разное. И даже число видимых измерений разное. Для меня, например, видимых осей 64. Большую их часть я вижу, но не могу туда войти.
   Лэйми недовольно помотал головой.
   - Проще говоря, вся физика Мультиверса на уровне выше первого - субъективна?
   Вайми кивнул.
   - Для Сущностей, способных подгонять эту физику под своё представление о ней - безусловно.
   Лэйми вновь помотал головой.
   - Будут проблемы со стыковкой. И для меня такое восприятие... странно.
   Вайми лишь пожал плечами.
   - Вот потому-то у нас всех - разные вселенные.
   - Но здесь вы все вместе как-то собрались же!
   - Частями, - пояснил Вайми. - Небольшими. Которые на эту вот Реальность почти не влияют. И, соответственно, почти не создают... помех.
   - Если все Реальности - это ваши о них Представления, то что тогда на самом деле? - спросил Лэйми. - Ничего? Или вообще нет общей Реальности, а есть обрывки?
   - Размеры всех наших Реальностей всё же ограничены, - пояснил Охэйо. - Но Реальностей и без нас... много. И далеко не всегда... естественных. Те же Тэйариин их семь миллиардов лет уже как изменяют - так что нигде нельзя сказать, какая реальность тут естественная, и была ли такая вообще. Плюс, есть Реальности - а есть представления о них. Который и для одной Реальности могут очень сильно различаться. Даже система автоматической трансляции у всех нас - работает по-разному. В том числе и та, что "переводит" мысли на понятный обычному человеку язык. Картина мира у меня сильно отличается от той, что есть у Анхелы или даже у Вайми. Он так видит. ЧТО он видит - оно не всё выдумка... но и не всё - реальность. С моей точки зрения, естественно.
   Лэйми улыбнулся.
   - Творческая личность...
   - Ну дык. Основа-то везде одна, просто число доступных координатных осей... отличается.
   - И к чему всё это? - спросил Лэйми.
   - Думаю, ты уже понимаешь, что Творец - это нечто, совершенно внешнее по отношению к Текущей Реальности, - ответил Вайми. - Можно сказать, что даже перпендикулярное. Но основа у всех Творцов и Создателей общая. Я имею в виду ихцемизис. Или - Тьму.
   - Что?
   - Это такая параллельная Реальности сущность. Можно сказать даже, что целый отдельный план бытия, в нормальных условиях никак с ним не пересекающийся и совершенно бесструктурный. Но, некоторые существа могут выходить в эти слои. Для них это сон, астрал, навь... Соответственно, так они получают ещё одну ось. С помощью са`ну`мэ - сути души, если хочешь, в нем можно создать отпечаток сознания творящего. Постепенно он становится всё больше и больше, - и, наконец, этот предприимчивый творец обретает в нем бытие вечное. А, так как ихцемизис у нас бесструктурный, сиречь, вообще никак не квантованный, то развиваться он там может совершенно до бесконечности. Как говорится, ваше могущество ограничено только вашим воображением. И да, этот структурированный, упорядоченный ихцемизис можно прикладывать к Текущей Реальности, и изменять её, опять же, насколько воображения хватит. Такова, в общих чертах, теория о происхождении Божественного.
   Лэйми недовольно помотал головой.
   - Я, всё же, не вполне понимаю, что это...
   - Ну, можно считать, что Тьма Всетворящая.
   - Что?
   - Тьма - это тот самый ихцемизис, который может принять любую форму, стать вообще всем, что угодно, исходный, бесструктурный субстрат, говорить о природе или происхождении которого бессмысленно, - сказал Вайми. - То самое место, где всё взаимодействует со всем, - в бесчисленных возможностях, и потому там нет ничего определимого, отдельного. И место, в которое Анмай попал, выбравшись из Мультиверса - не Бесконечность, а всего лишь Хеннат, "внешнее" объемлющее пространство, или Всетворящее, как угодно. А Всё, Бесконечность, Тьма, в которой нет времени, в том числе, - это то место, куда он только собирался попасть, дождавшись Хьютай... и в которые однажды попал я.
   - Всё равно, не понимаю, - упрямо сказал Лэйми. - Откуда берется энергия, хотя бы?
   Вайми улыбнулся.
   - Из черных дыр, естественно. Я, знаешь, неплохо в них разбираюсь.
   Лэйми хмыкнул.
   - Если бы черные мини-дыры можно было использовать в качестве источников энергии, то тебе пришлось бы позаботиться о том, чтобы "забросить" их подальше в пространство, прежде чем они взорвутся. Даже черная дыра с массой, равной массе небольшой горы - порядка миллиарда тонн, - несет смертельную опасность. Мощность её гамма-излучения достигает тысячи мегаватт, а это не сулит ничего хорошего находящимся поблизости существам.
   - Обычным существам, - поправил Вайми.
   - Всё равно не понимаю, - повторил Лэйми. - Такая дыра имела бы размер, сравнимый с размером протона, а плотность, до которой должно сжаться это вещество, чтобы превратиться в черную дыру, равнялась бы плотности вещества всех галактик наблюдаемой Вселенной, спрессованных в сферу радиусом всего в десять сантиметров. Такая мини-дыра имела бы температуру около ста миллиардов градусов. Мощность её излучения - она испускала бы электроны, позитроны, фотоны, нейтрино и другие частицы - должна достигать примерно шести гигаватт. По мере потери массы температура черной дыры будет ещё расти, причем, чем горячее дыра, тем быстрее она излучает, а чем быстрее излучает, тем быстрее теряет массу. Как только её масса становится достаточно малой, этот процесс резко ускоряется и завершается взрывным выбросом остатков массы-энергии дыры. Его мощность, конечно, зависит от конкретной физики. В "простейшей", если такое определение вообще можно применить к ней, все тяжелые ядерные частицы состоят из шести основных суб-частиц, называемых кварками. Здесь мощность взрыва составит десять миллионов мегатонн. Если же физика допускает неограниченное разнообразие элементарных частиц, то заключительный взрыв черной дыры будет в сотни тысяч раз мощнее - где-то триллион мегатонн!
   Вайми усмехнулся.
   - Вопрос тут в том, что может остаться ПОСЛЕ взрыва такой мини-дыры. На самом деле, конечно, это зависит от окружающей её физики. После того, как черная дыра сожмется в сферу планковского радиуса, она может исчезнуть совсем, оставив после взрыва лишь энергию, освободившуюся в виде излучения. Может остаться неизлучающая черная дыра с массой, близкой к планковской. И, наконец, самая ценная возможность: испускание энергии будет продолжаться бесконечно, открывая голую сингулярность или даже отрицательную массу. В большинстве физик реализуется первая возможность: черная дыра испаряется полностью, ничего не оставив после себя. Но даже в таком случае на конечной стадии взрыва можно наблюдать голую сингулярность в ядре взрывающейся дыры.
   - И что с ней делать? - спросил Лэйми.
   - В некоторых вселенных возможно превращение вещества в пространство и пространства - в вещество. Всё там завязано на "волны пространства", колебания его плотности, которые распространяются со сверхсветовой скоростью. Конечно, сначала там появились средства связи, потом локаторы, а двигатели и боевые аннигиляторы - уже сильно потом. Так вот, генератор волн пространства - это сложная система миниатюрных черных дыр, потому что нужной концентрации энергии - не получить иначе. В общем, важнейшей отраслью науки является гравистика и сидерология...
   - Важнейшей отраслью науки является хайу-ну, - буркнул Охэйо.
   - Что? - удивленно спросил Лэйми.
   - Видение. Или, точнее, всевидение, - пояснил Охэйо. - Ты, отчасти, познакомился с ним, в тот день, когда мы нашли Йэллину. Очень важно знать, что происходит вокруг.
   - И что происходит?
   Охэйо хмуро взглянул на него.
   - Ничего хорошего, Лэйми. В последнее время бывает, что целые цивилизации умирают... внезапно.
   - Что? - Лэйми словно обдало ледяным ветром.
   - Их было уже восемь, таких случаев. Обычно, - следов внешний агрессии нет: планеты - целые, нанотеха боевого нет, вирусов - нет, со звездой - всё нормально, следы трупов - есть, следы техногенных катастроф от автоматики, потерявшей управление - тоже. После попытки восстановить компьютеры, - никаких записей, которые могли бы технологическую сингулярность подтвердить, - нет. Видимо - были уничтожены, потому что почти мгновенно, - но КЕМ? Или смогли себя уничтожить сами так?
   Лэйми ошалело почесал в затылке.
   - Гм. Кто-то явно использовал Йалис. Тут что угодно может быть: сами доэкспериментировались, не зная толком, что это такое, попали в зону чьего-то эксперимента, на границу двух областей Кунха, - а они движутся же, - или всё же кто-то очень злой и хитроумный. Мультиверс большой, гадости в нём много... Или всё же, - технологическая сингулярность, но без всяких признаков? Мроо рядом случились? Так они, вроде, по-другому действуют и не прячутся обычно, если рядом нет кого-то, уровня симайа или Инсаана.
   Охэйо покачал головой.
   - Не техносингулярность. Она не так происходит совсем.
   - А там что было-то? Тоже Мроо шалили?
   - В двух случаях кто-то явно проверял боевой нанотех. Планеты были серой пылью засыпаны. Остальные, видимо, снесло чем-то типа многомерной бомбы.
   - Чего?
   - Штуковина, изменяющая метрику - и физику пространства, ненадолго. Наподобие уже знакомого тебе макрозаряда, но БОЛЬШАЯ. Кто так развлекается - неясно.
   - Для нас это опасно? - спросил Лэйми.
   Охэйо мотнул головой.
   - Нам - нет. Максимум, чем это грозит, - потерянной базой в месте взрыва. В то, что такая бомба снесет более, чем одну звездную систему за раз, - я что-то мало верю.
   - Бывают многомерные бомбы - а бывают сингулярные, - сказал Вайми. - Они гораздо хуже.
   - Почему?
   - Сингулярность - это место, где материя полностью уничтожается, а физические законы перестают действовать. Если сингулярность наблюдаема, весь ход событий во Вселенной становится полностью непредсказуемым. А её можно получить в предельном случае быстровращающейся, заряженной черной дыры. Так что, если кто-то пуляет файерболами или ходит по водам - зуб даю, где-то в этой Вселенной болтается голая сингулярность, и если её как-то закрыть, то сказка, в смысле, магия, кончится.
   - В таком контексте, - это, скорее, машина Кунха, работающая в хаотичном режиме, - сказал тезка. - А вот если сингулярность УПРАВЛЯЕМАЯ, - как в наших носителях, угу, - то вполне можно творить чудеса.
   Охэйо улыбнулся.
   - Я в Мааналэйсе устроил именно это. Но там специфическое сочетание было: брахмастра, - генератор бесконечной энергии, плюс Сверх-Эвергет Мроо, плюс нестабильная физика в их Вселенной. Как итог - квантовое вырождения в тяжелой форме: "полимеризация" пространства, физическое передвижение в нем невозможно. Вообще. И пока "полимеры" не распались, а это миллиарды лет заняло, - Мроо было не пройти. С помощью Йалис напакостить так, чтобы потом долго не разгрести, - нетрудно. Даже у Фамайа, помнишь, были проблемы с блуждающими лептокварками... Похоже, что скоро мне придется всё это вспомнить...
   - Я чувствую, что здесь придется ещё долго разбираться, - сказал Лэйми. - А пока знаете что? У всех нас есть жены, а у многих и дети. Давайте уделим внимание им?
   Охэйо улыбнулся.
   - А давайте. Давно пора, вообще-то.
   Тезка с воплем "Ура!" выбросил в ручей недоделанную вершу и радостно нырнул под бок к дрыхнущей Ахане. Лэйми видел лишь ноги изумительной формы, очень бодро лягающие кого-то. Остальные лишь проводили его взглядами.
   - Хорошо бы, - вздохнул Вайми, - нам всем сесть в кружок и промеж себя обсудить, чей путь достойнее, - но вокруг бегают детские ребенки, щекочут папам пятки, дергают за ухи и всячески просят обратить на них внимание - какая уж тут эсхатология? Ребенкам на эти пути пока что пофиг - главное, что их тут много, и всем очень весело.
  

* * *

  
   - Рыжик! Ры-ы-ыжик!
   Лэйми остановился, прислушиваясь. Кричал, конечно, ваймин сын, где-то на опушке, - но вот кого он тут звал?..
   - Ры... Ай-й-й!..
   Его голос заглушил шумный визг и писк, - судя по всему, на вайминого сына налетела стая дочек, всех, какие только были в Нау-Лэй, - за вычетом, естественно, Аханы, - и Лэйми невольно поёжился: оказаться в центре этой живой бури было, вероятно... страшновато.
   Через минуту всё стихло: вся компания умчалась куда-то на пляж. Лэйми хотел уже идти следом, - в конце концов, день склонялся к закату, а значит, и к ужину, - но тут кусты рядом с ним зашевелились. Лэйми решил, было, испугаться... но потом передумал. Здесь, в Нау-Лэй, конечно, ничего опасного быть не могло...
   Тем не менее, он немного удивился, когда из кустов выбрался Найте, сын Анмая, - весь встрепанный, усыпанный всевозможным лесным мусором, словно прямо вот тут он и жил.
   - Он ушел уже? - осторожно спросил мальчик.
   - Да. А что? - удивленно сказал Лэйми.
   - Мы в прятки играли, - Найте плюхнулся на ствол поваленного дерева, задумчиво почесал поцарапанные босые ноги и вдруг широко улыбнулся. - Я выиграл.
   - А кого он звал?
   - Меня, - Найте вздохнул.
   - Это ты, - Рыжик?
   - Ага, - Найте вновь вздохнул. - Из-за волос, видишь?.. - он мотнул головой. - А ещё Серый иногда, из-за глаз.
   В самом деле, из-под густющих медно-черных лохм на Лэйми смотрели длинные, далеко посаженные серо-серебристые глаза, очень яркие на широкой смуглой мордочке, пегой от пятен какого-то сока. Зрачки их были вертикальные, - а, когда Найте улыбнулся ему, Лэйми увидел смешные маленькие передние зубки... и довольно внушительные клычки. Впрочем, смотрелось это совсем не страшно, а, скорее, трогательно. Но Лэйми помнил и истинный вид этой начинающей личности: удивительное радужное кольцо, только вот какова его суть, - он тогда так и не понял...
   - Обидно, наверное?
   - Нет, почему? - Найте вновь мотнул своими лохмами. - Они же с рыжиной. Забавно даже. Я его вообще Синим зову, тоже за глаза. И все зовут, потому что имена одинаковые же.
   Лэйми улыбнулся.
   - У нас с сыном Охэйо тоже одинаковые.
   - А тебя Вайми Найденышем зовет. Потому что ты всегда находишься. И тогда, на борту "Тайны", и теперь.
   - Вот как? - Лэйми задумался. Прозвище, конечно, не было обидным... но он всё же предпочел бы что-то более... уважительное. - А тезка как меня зовет?
   - Дядей, - Найте хихикнул. - Аннит же всё время говорил, что ты ему как брат. Вот он и.
   - Дядей? - Лэйми улыбнулся. На словах тезка был не очень-то вежлив, - но быть... принятым в семью было всё же очень лестно. - А тебя?
   - Рыжик, я уже сказал же, - Найте вздохнул. - Но это совсем детское прозвище, а я уже большой же.
   - Да? - на взгляд Лэйми сын Анмая выглядел точно на свои семь лет. То есть, не очень-то внушительно, несмотря на старательно напущенный Взрослый Вид, и, несомненно, выдающуюся лохматость.
   - Я большой! - Найте вскочил, и, топнув ногой, взлетел в воздух, сразу метров на тридцать. Там он сложил руки - и...
   В глаза ударил ослепительный свет, - точнее, он был бы ослепительным, если бы не мгновенно поднявшийся фильтр. Столь же мгновенно свет сменила тьма. Над ошалевшим Лэйми висело что-то вроде чудовищного вороха развевавшихся черных покрывал, - с которых на него смотрели тысячи, наверное, алых пылающих глаз. Выглядело это... достаточно внушительно. Страшновато даже. Правду говоря, будь Лэйми не в Нау-Лэй, и в своем обычном теле, - он бы, пожалуй, перепугался до икоты. К счастью, Найте не стал дальше красоваться, - он тут же принял прежний вид и быстро соскользнул на землю.
   - Вот!.. Ты так не умеешь!..
   - Не умею, - Лэйми улыбнулся. В самом деле, превращаться во что-то, тем более, столь внушительное, он пока что не умел.
   - Вот видишь!.. - Найте победно улыбнулся. Тут же в животе у него громко заурчало. - Ужинать пора, - с энтузиазмом сообщил он. - Пошли?..
   - Куда?
   - Гм, - Найте задумался, очевидно, выбирая. - Ой, давай к Айэту пойдем!..
   - Без приглашения? - как-то вдруг Лэйми вспомнил, что сам одет лишь в парео и изрядно растрепан. Точно не лучший вид для гостя, даже для званого.
   - Ой, да ладно! - Найте махнул рукой. - У него редко кто бывает. Он всегда рад гостям. И всегда для них что-то вкусное находит, вот!
   - Ладно, пошли тогда, - Лэйми улыбнулся.
   Тут же он вспомнил, что пока вообще не был у Айэта в гостях, - а значит, визит предстоял, в некотором роде, официальный. Наводить Приличный Вид было уже поздно, - но пригласить подругу явно стоило.
   + / Дорогая, ты как? + / - обратился он к Ксетрайа.
   + / Жду тебя, дорогой, - тут же с усмешкой отозвалась она. - Уже ужинать пора, знаешь? + /
   + / Знаю, - он невольно усмехнулся в ответ. - Меня Найте... то есть, сын Анмая, в гости пригласил. К Айэту. Пойдешь? + /
   + / Ой, давно пора, - Ксетрайа явно обрадовалась. - Ты иди тогда, я тебя по дороге встречу. + /
   + / Хорошо. + / - Лэйми прервал связь и улыбнулся. В самом деле, ошалев от разнообразия своей новой жизни, он совсем забыл об Айэте и его подруге... но сейчас уж он эту несправедливость исправит.
   Найте шел быстро, и всего минут через пять они вышли из леса. Лэйми сразу увидел дом Айэта, - бамбуковый замок с дюжиной конических крыш. На фоне монументального охристо-рыжего утеса, - дома Вайми, - он, конечно, не очень впечатлял, но смотрелся симпатично.
   Солнце стояло уже совсем низко, и на пляже никого не было, - похоже, ужинать разошлись уже все. Так что подругу Лэйми заметил издали. Ксетрайа, - очевидно, в знак солидарности, - была лишь в таком же, как у него, парео из тяжелой синей ткани, расшитой хитроумными серебряными узорами. И, разумеется, в темно-зеленых, в тон глаз, тяжелых бусах, несколько ниток которых обвивали её шею, запястья, щиколотки и лежали на крутом изгибе бедер. Лэйми приостановился даже, невольно любуясь подругой, легко и быстро шагавшей босиком по песку. Наконец, она подошла совсем близко и взяла его за руку.
   - Пошли давай, - в её длинных глазах лучился смех.
   Найте обернулся к ним, и его мордочка отразила крайне скептическое отношение к глупостям этих странных взрослых. Потом он фыркнул, отвернулся, и, передернув плечами, бодро зашагал вперед. Лэйми невольно усмехнулся, вспомнив, что у начинающего юноша две сестры, всего на год и на два его младше, - а значит, его жизнь была весьма нелегкой... но тут Ксетрайа потянула его за руку, и он пошел вслед за ней.
   К счастью, подруга догадалась предупредить хозяев, так что Айэт с Юваной ждали их прямо на крыльце. Айэт был в серых шортах, а Ювана - в чем-то вроде обернутого вокруг тела куска легкой пёстрой ткани, живо напомнившего Лэйми одеяния его собственной беспутной хониарской юности. Невысокая, отлично сложенная, с задумчивым, очень светлым лицом. Из-под тяжелой лохматой гривы рассыпавшихся по плечам темно-русых волос внимательно смотрели лукавые синие глаза, большие и длинные. Она прижала ладони скрещенных рук к груди и слегка поклонилась гостям.
   - Добро пожаловать, - она улыбнулась. - Проходите.
   Лэйми вошел, с любопытством осматриваясь. Внутри оказалось... пёстро. И неожиданно просторно - круглые, высокие комнаты, соединенные в небольшие анфилады. Лишь теперь, внутри, стало понятно, что дом Айэта состоит из дюжины как попало приставленных друг к другу круглых башенок высотой в два, три и четыре этажа, вовсе не таких уж хлипких, какими они казались издали, - с двухслойными стенами, тщательно переплетенными чем-то вроде лиан. В другом месте, конечно, такое вот недолговечное жилище явно не стоило бы труда, который пришлось бы на него потратить, - но здесь, понятно, любой дом простоял бы ровно столько, сколько захотят хозяева. Айэт явно любил простор, и, как говорил сам Лэйми, лабиринчатость - взгляд всюду натыкался на двери и бамбуковые же лесенки, ведущие через люки в потолках куда-то вверх. Бамбуковый пол был аккуратно застелен чем-то типа циновок и засыпан взятым тут же, на пляже, песком, чтобы по нему было удобно ходить босиком. Стены завешаны пёстрыми, домоткаными на вид ковриками, в узкие окна - без рам и стекол, лишь с легкими ставнями на случай грозы или бури - проникали почти горизонтальные уже лучи заходящего солнца и мягкие порывы влажного вечернего ветра. С потолка свисали какие-то плетеные куклы, мячи, фенечки - всё вместе походило не то на музей, не то на очень большой игрушечный домик - скорее всего, последнее. В детстве сам Лэйми представлял себе что-то подобное. Правда, весь этот замок насчитывал, наверное, несколько десятков комнат, и он вдруг подумал, что одной паре тут точно будет пустовато, - а может, даже и страшновато... ему уж точно бы стало.
   - Неужели ты раньше жил в таком доме? - удивленно спросил он.
   - Нет. Ты что? - Айэт удивленно повернулся к нему. - У меня в детстве - ну, и в юности тоже, - квартира была. Ну, не у меня, конечно. У родителей. В таком большом доме - старом, четырехэтажном. Двухкомнатная, на первом этаже. С видом на завод пластмасс. Воздух там дивный был - форточку открыл, и никакого клея не надо...
   - А зачем клей? - сразу же спросил Найте.
   Айэт усмехнулся.
   - Это... нюхать.
   - А зачем?
   - Чтобы балдеть.
   - А зачем балдеть?
   Айэт фыркнул.
   - А я откуда знаю? Я про это слышал только...
   - А... А ты от воздуха это... балдел?
   Айэт молча закатил глаза. Он явно сам был не рад, что начал с любознательной личностью этот разговор.
   - Дом-то откуда? - пришел на помощь Лэйми.
   - Я в книжках про похожие читал, - Айэт благодарно взглянул на него. - Про дальние страны. И страшно хотел жить в таком вот. Ну, или в похожем. А тут вот и эта мечта тоже сбылась...
   В животах урчало уже у всех, и Айэт быстро закруглил экскурсию. Наверх, правда, они к сожалению Лэйми не пошли, устроились в большой круглой комнате, игравшей, очевидно, роль гостиной. Треть стены тут заменял просторный балкон, открывая замечательный вид на тихое закатное море. Центр комнаты занимал низкий круглый же стол, вокруг него были в изобилии разбросаны пёстрые расшитые подушки. Стол был, ясное дело, не пустой, - на больших керамических тарелках (выглядевших так, словно их лепили руками) лежали всевозможные здешние фрукты, какие-то пирожки, булочки. Лэйми невольно поискал взглядом мясо, которое все прочие обитатели Нау-Лэй очень уважали - но ничего такого тут не было. Зато самый центр стола занимало здоровенное блюдо с аккуратно нарезанной и поджаренной рыбой - судя по всему, лично выловленной хозяевами.
   - Вот, садитесь, - Аэйт первым плюхнулся на подушки. Остальные расположились вокруг. Найте, не откладывая дела в долгий ящик, цапнул с тарелки пухлую булочку и тут же всадил в неё зубы. - Приятного аппетита.
   - Ы! - Найте издал какой-то вежливый звук, продолжая сосредоточенно жевать - обед, забегавшись, он, верно, пропустил.
   Лэйми тоже взял булочку - как оказалось, с каким-то вареньем, незнакомым, но очень вкусным. Ксетрайа, усмехнувшись, налегла на рыбу.
   Какое-то время все сосредоточенно жевали, запивая еду чем-то вроде сока, - густого, синеватого, похоже, из каких-то местных ягод, но тоже очень вкусного.
   Наконец, солнце зашло, и в комнате повис мягкий полумрак. Налопавшийся Найте вдруг икнул, смущенно покраснел и замер, скрестив босые ноги. Судя по всему, он совершенно никуда не спешил, и был явно не прочь погреть ухи разговорами взрослых.
   - Тебя родители не потеряют, чудо? - насмешливо спросил Айэт.
   - Не-а, - Найте бессовестно зевнул и устроился поудобнее. - Они это... заняты.
   Лэйми захотел было спросить, чем это... но тут же догадался. Ксетрайа насмешливо взглянула на него, и он мельком подумал, что такие вот "занятия" вполне подойдут и им тоже... но уж они-то точно от них не убегут...
   - Хорошо, что вы здесь, - сказал вдруг Айэт, улыбаясь и глядя на них. - И в гостях, и вообще... здесь.
   - Остальные все такие буки? - с усмешкой спросила Ксетрайа.
   - Нет, почему? - Айэт смутился. - Просто они все... большие. Даже Анмай. Не такой большой, как Вайми с Охэйо, но тоже... А я сам не так давно тут, и ещё толком не освоился.
   - А тезка? - спросил Лэйми.
   - Чей? - с такой же усмешкой спросила Ювана. - Их тут, знаешь, много.
   - Мой, - Лэйми вздохнул.
   - А, этот... - Айэт махнул рукой. - У него с вайминой дочью любовь. Он об свои ноги ходит спотыкается теперь. И поныть любит, паразит. А ходить в гости нет. Ну, если не к деве любимой, конечно.
   - А Аннит?
   - Он заходит иногда. Иногда с подругой, иногда со всей семьей даже. Тогда весело бывает, знаешь. Но... - Айэт вздохнул.
   - Редко?
   - Угу. Всех-то ему собрать трудно - а одному ему, наверное, неловко как-то...
   - А остальные?
   - Лина часто заходит, - Ювана улыбнулась. - И Хьютай. Хотя, казалось бы...
   - Что?
   - Мы с ней на Звезде Бесконечности жили, когда Анмай... ушел. Туда. В Бесконечность, в смысле. Одни. Долго-долго. Я не помню даже, сколько... - Айэт помолчал, его лицо стало вдруг печальным. - Аннит говорит, что и не надо всё помнить...
   - Это он тебя вытащил? - догадался Лэйми.
   - Ага. Анмай до сих пор смущается, когда я вспоминаю. Он-то меня бросил - не со зла, конечно, а просто иначе нельзя было, но... стыдно очень ему.
   - А Хьютай?
   Айэт вновь вздохнул, тяжело.
   - А она, паразитка, вспоминает. "А помнишь, как мы..." - и потом такое, что ухи сразу в трубку.
   - А Анмай?
   - А он сам её оставил. Со мной. И она ему напоминает. Ага. И мстит. Каждую ночь.
   - Ржет он, - обрадовано сообщил Найте. - Мама его за руки привязывает, и все места щекочет, пока он голос не потеряет совсем. А потом... - Ювана взяла его за ухо и аккуратно заткнула роток булочкой. Найте ошалело взглянул на неё, а потом начал печально жевать.
   - Спасибо, дорогая, - Айэт улыбнулся. - Дети совсем дурацкие пошли, - печально обратился он к Лэйми. - Вот я в его годы, как сейчас помню... то в канализацию залезу, то на чердак, то по кабелю с прожекторной вышки на крышу гаража съеду... - Найте от смеха подавился булочкой, и Ювана тут же звонко огрела его по лопаткам. - В общем, я вежливый ребенок был, за взрослыми не подглядывал.
   - А я что, мне отец сам рассказывал, - обиженно сказал Найте.
   - На жизнь жаловался, - с усмешкой перевел Айэт. - Пока Хьютай не слышит. А кто, спрашивается, виноват?
   - Да уж точно не ты, дорогой, - Ювана хихикнула. - Помнишь, как ты меня ему дарил?
   - Это как? - ошалело спросил Лэйми.
   - Анмай в центр Линзы собирался лететь, и собирал экипаж для... я тебе это всё лучше потом расскажу, история длинная... То есть, ему некогда было, и я сам собирал... ну и решил, что раз дорога длинная, надо всех поровну. Парней и дев, в смысле.
   - Чтобы им скучно не было, - вставила Ювана.
   - Ага, - вздохнул Айэт. - Вот, я и решил что Анмаю нужна... ну, особенная дева. Еле её уговорил, - он покосился на Ювану. - А Анмай её того... отверг. Ему Хьютай была милее. Ну, и она меня самого того... надругалась.
   - А что делать было? - вздохнула Ювана. - Тем более, что парень редкий, такого хватать сразу надо, пока не увели.
   Айэт смущенно покосился на неё и покраснел.
   - Ну, в общем, потом пришлось жениться. Тем более, что я её тоже... деву редкую, - Ювана хихикнула. Найте с блестящими глазами вертел головой, направляя то на него, то на неё небольшие аккуратные ушки - за которые Лэйми вдруг захотелось так же аккуратно взяться и вежливо, но твердо проводить начинающую личность домой.
   - Тебе не пора? - намекнул он.
   - Не-а, - Найте помотал головой. - Родители как раз... я же чувствую.
   - Всё?
   - Нет, ты что? - Найте удивленно взглянул на него. - Просто где они, и что с ними. А они чувствуют, где я и как. Очень удобно.
   - И можно шляться, где угодно, не опасаясь, что ухи надерут, потому что в доме весь валидол кончился.
   - Ага. Хоть весь день. Только весь день всё равно не выходит, потому что есть хочется. Ну и грустно же без мамы. И сестер. И отца. И...
   - А сейчас не грустно?
   - Не-а, - Найте помотал головой. - Я же их тоже чувствую. А с вами интересно.
   - Ага - про брачную жизнь слушать, - заметила Ксетрайа.
   - А без неё меня бы не было, - Найте вдруг хихикнул. - Что в ней плохого-то?
   - Мал ещё, - сурово заметил Айэт. - Я в твои годы ни одной лужи не пропуска... э-э-э... гидрологию района изучал, вот. А до дев мне и дела не было - разве что грязью в них ки... э-э-э... в догонялки с ними поиграть, вот.
   - И часто догоняли? - поинтересовалась Ксетрайа.
   - Бывало, - Айэт почему-то потер уши. - Но я тогда правда совсем другой был. Босой, драный... в смысле, одежда драная вся, потому что везде надо залезть...
   Лэйми покосился на анмайного сына. Тот тоже был босой и драный - и даже не в смысле одежды, а вообще. По Найте было видно, что чудесный ребенок проводит дни напролет в зарослях - и там ему весьма нравится, несмотря на крапиву, колючки и прочее. И окрестные водоемы он также отнюдь не пропускает. Как, впрочем, и все здешние ребенки - за исключением, разве что, его, Лэйми, тезки и вайминой дочери - но эта пара ходит вся ободранная уже совершенно по другой причине...
   Лэйми помотал головой. Закат уже заметно потускнел, и его мысли невольно сворачивали в сторону насмешливо посматривающей на него Ксетрайа, и вообще... что было, наверное, невежливо - он, всё же, был в гостях.
   - А правда, как ты жил-то? - спросил он.
   Айэт слабо улыбнулся.
   - Года в три-четыре я себя уже плохо совсем помню. В основном то, что страшно боялся дождя и вообще облаков - ещё маленьким совсем попал под грозищу, и страшно перепугался, не понимал ещё просто, что это... А облака большие же - вдруг упадут?..
   А из дому один я вышел лет уже, кажется, в пять. У нас рядом с домом был такой... ну, не овраг - балка, широкая, мелкая... На склонах деревья росли, так наклонились, что друг с другом сплелись, и получился вроде свод. А выше заборы всякие... А по дну ручей большой тек, а вдоль него - мостик шел, дощатый... И вот я по этому мостику шагал, как в сказке - поверить не мог, что иду сам, один, ну и место совсем новое, невиданное ещё, сказочное... А в конце там целый замок был - двухэтажный, из серого кирпича - я тогда не знал ещё, что это детский сад просто, мой будущий... Вот.
   А лет в пять-семь мы с мамой ездили на автобусе к бабушке... там вдоль улицы такой канал был... с каменными стенами, метра в три шириной и глубиной, по нему как раз тот ручей к реке тек... А сразу за каналом тоже заборы стояли, и дома в полтора этажа - ну, с полуподвалами. И такие мостики к воротам - я тоже думал, что это замки такие... Очень смотреть любил на это. И в парке, где канал, гулять. Смотреть, как там вода в канале течет. Там вокруг такие дома были... пятиэтажки розоватые... и в одной магазинчик чудесный, где булочками торговали.
   А лет в десять-одиннадцать, - я тогда уже казался себе просто пугающе большим и взрослым, - я зашел за те дома, и увидел... ну, такое здание странное - охристое, семиэтажное, со скругленными углами и узкими окнами - в самом деле, как замок. А на крыше там антенны всякие торчали, одна совсем громадная даже. И деревья за ним - тоже громадные, очень старые уже. Я очень удивился тогда, как это в моем городе есть такое, - а я и не подозревал даже. А это не замок, конечно, был, а училище связи, я в него даже поступить собирался... А лет в пятнадцать-семнадцать... ну, я тогда был, как твой тезка - ныл всё время.
   - Это почему? - спросил Лэйми.
   Айэт улыбнулся.
   - А все друзья-ровесники мои уже любовь вовсю крутили. А я же файа, у нас это только с восемнадцати. Половая зрелость, в смысле. То есть, фиг мне был, а не любовь. Я же там единственный совсем файа был. Ну, и страдал, как мог. Стихи писал... кладбищенские, с черепами, мертвецами, танцами скелетов и всё прочее такое. Одевался весь в черное, даже плащ себе черный сшил, с летучей мышью - не лень самому вышивать было... Друзья с меня, конечно, ржали, - а я им стихи про скелетов... А они ещё больше надо мной ржать. В общем, редкий дурак тогда был...
   - Ну, наверное, не редкий, - усмехнулась Ювана. - Я в твои годы тоже фигней мучилась... пока не встретила тебя. А ведь чуть было нафиг не послала - ты такой весь явился... растрепанный, не мог ни бэ, ни мэ сказать...
   - А почему не послала? - спросила Ксетрайа.
   - Мне пальцы на ногах его понравились, - Ювана хихикнула. - Красивые. Тоже дура была, да...
   - Ну, не дура, - Айэт легко обнял подругу. - Совсем.
   - Ну да, - Ювана вновь хихикнула. - Помнишь, как у тебя рубаха внизу расстегнулась, и я пупок твой увидела? Не сам пупок даже, а что он уже у хребта где-то?
   - Это не от голода было, а от здоровья, - буркнул Айэт.
   - Я так и поняла, дорогой, - Ювана улыбнулась. - А тогда решила, что если тебя не накормить, ты прям вот щас у меня на пороге помрешь - а мне труп убирать, - она хихикнула. - А ты и правда голоднющий был. Вот и пригласила на булочки - а ты меня и уговорил...
   Лэйми улыбнулся, невольно вспомнив свое знакомство с Ксетрайа, глупое до идиотизма - оно началось с пинка в зад, когда он нагнулся завязать шнурок. Конечно, он загородил тропинку, и у Ксетрайа в тот день было на редкость скверное настроение, - но он предпочел бы что-то более романтическое. Потеряв равновесие, он влетел мордочкой в крапиву, порвал рубаху, изгваздал в грязной луже любимые штаны... короче, тоже пришел в ярость и начал орать, как ненормальный. Ксетрайа надавала ему оплеух, он схватил её... и, как-то вдруг, понял, что впервые в жизни держит в объятиях настоящую живую девушку. Они вдруг затихли, испуганно глядя друг на друга... потом, одновременно, покраснели... потом ему была предложена помощь в штопке рубахи и стирке штанов, от которой он никак не мог отказаться - не идти же домой в таком виде! - а потом...
   Он мотнул головой. Уже стемнело, но Ювана с усмешкой щелкнула пальцами - и на стенах, в стеклянных плафонах, загорелись толстые свечи. Комната окончательно приобрела романтический вид. Проем балкона налился темнотой, в ней вздыхало невидимое уже море. Найте тоже вздохнул, но домой не торопился - верно надеялся услышать ещё что-то интересное.
   - А как ты вообще тут живешь-то? - спросил Лэйми.
   - А? - Найте удивленно взглянул на него. - Хорошо живу, вообще-то. Отец часто с собой берет, когда по мирам ходит. И остальные старшие. Вайми зверей всяких учит создавать, вместе с Синим... то есть, с тезкой... ой, со своим сыном. А Лэйми... ой, твой тезка то есть, по шарам учит стрелять...
   - Каким шарам?
   - Ну, он шары такие делает - вроде мишеней, там куча слоев всякой брони и силовых полей, а в самой середине - взрывчатка. А между слоями брони - краска разноцветная, чтобы сразу ясно было, что пробил. И надо их взорвать, не изнутри, как мы обычно касаемся, а именно снаружи пробить. Ограниченной мощностью или ещё с ограничениями какими. А это трудно, тут думать надо, как и чем, и шары ж на месте не стоят, и не ждут, когда я в них попаду, а прыгают, как сумасшедшие. А мы с Синим... с тезкой соревнуемся, кто больше набил. У Анхелы полигон огромный есть, как раз под такие вот вещи - с астероидами и так далее. Вот, там. Ищем, ловим, бьем. Весело! Взрывы красивые. Очень. Лэй... ну, тезка твой нарочно так делает. Ему отец броню делать заказал, - вот он и старается, а нас пригласил на испытания.
   Лэйми хмыкнул.
   - А сами вы создавать не пробовали ничего?
   Найте вздохнул.
   - А это сложно. Кристаллы всякие я очень хорошо умею - а живое же криво нельзя. Плохо ему будет - а назад-то уже не убрать. А переделать - ещё хуже может быть. Синий... тезка уже умеет, а у меня не выходит пока. Я пока только модели рисую, а Вайми говорит, что правильно.
   - А отец?
   - А отец показывает, как мир устроен. Ну, внутри, где совсем маленькое всё. И что тут, наверху, будет, если там что-то поменять. Это тоже интересно, только сложно очень. И мама тоже про мир рассказывает, интересно очень, и про то, как они с отцом сюда дошли. И сестры ещё - и мои, и тезки. Знаешь, как сложно Старшим Братом быть? Их же двое. А с ваймиными четверо. И все такие стрекозы, что ой. Чуть недосмотришь - и Аннит уже жалуется, что дом вверх ногами, и у Лэй... ну, у тезки твоего - девять хвостов, и всё это надо немедленно назад.
   Лэйми усмехнулся.
   - А сейчас?
   Найте вздохнул.
   - А сейчас с ними ваймин сын сидит. То есть, не сидит уже, а ужинает.
   - А ты в кустах схоронился?
   Найте зевнул.
   - Мы в прятки играли, честно-честно! Нельзя же всё время о... ну, о всяких взрослых вещах думать, я же маленький всё же ещё. И о сестрах тут вообще все заботятся, даже Анхела. Ну, и обо мне тоже. И о тезке.
   Он зевнул ещё раз.
   - Спасибо за ужин. Я домой пойду, да?.. Мама ухи на ночь обещает почесать. И сказку.
   Айэт улыбнулся.
   - Да, конечно. Уже спать пора.
   - И нам, - прошептала Ксетрайа, прижавшись губами к уху Лэйми. Тот невольно вздрогнул. Когда она делала... вот так, её голос, казалось, проникал прямо в сердце и наполнял всё его тело до пальцев ног...
   - Мы тоже пойдем, - сказал он, поднимаясь. - До завтра.
   - До завтра, - Айэт улыбнулся, уже сонно.
   Вслед за зевающим Найте Лэйми побрел к выходу. А ведь у нас с Ксетрайа тоже будет такой же... или такая же, - подумал он, улыбаясь и ёжась одновременно. И понял, что это, наверное, и есть счастье.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"