Ефимов Алексей Иванович: другие произведения.

Приложение: Сарьер и история Йэннимура

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Справочные материалы по Сарьеру и истории Йэннимура.


   Сарьер, 2195 год
  
   (242-й год Прибытия Твердыни)
  
   История Сарьера (начало):
  
   Сарьер - пятая планета звезды RXA-8871 по Новому Йэннимурскому каталогу с одном гигантском материком. Населяли её люди, возникающие в процессе эволюции на множестве различных планет. Почему - одна из тех загадок, разгадать которые симайа не удалось.
   О Первой Культуре Сарьера практически ничего не известно - она, как и вся жизнь на планете, погибла во время Йалис-Йэ. Через пять тысяч лет планета была вновь заселена людьми в ходе II Йэннимурской программы по увеличению расового разнообразия. Скорее всего, это сделали Аниу (Потерянные), из числа отступивших за пределы Йэннимурского Объема, так как йэннимурские симайа не бросили бы колонистов на произвол судьбы. Аниу смогли восстановить биосферу, но, сами постепенно исчезая, заложили лишь самые основы цивилизации.
   Предоставленное самому себе, человечество размножилось, открыло огонь, радио и телевидение. Передачи телестанций Сарьера, уловимые за много световых лет (точнее, их содержание), привлекли к планете Вэру, одного из последних файа, оставшихся в этой вселенной после Великого Исхода Файау. Это произошло в 1952 году по летосчислению Сарьера или в 13578 году от основания Файау (Великий Исход датируется 8011 г.).
   Вэру нашел состояние Сарьера далеко не блестящим, - за последние сорок лет планета пережила две мировые войны, и сейчас готовилась к третьей, имевшей все шансы стать последней. Территорию её поделили между собой три тоталитарных империи, и Вэру решил, что такой строй стоит сменить на более прогрессивный. Правительства планеты были иного мнения. Нападение на Парящую Твердыню стало внезапным, но безрезультатным, так как развитие ракетной баллистики здесь находилось ещё в начальной стадии, а ядерная энергия практически освоена всего 7 лет назад. Почти все ядерные ракеты враждующих империй были запущены в попытках уничтожить Твердыню. В войне с ней ни один город не был разрушен. Ни один человек не погиб. Все ядерные заряды взорвались в космосе.
   Обычные ядерные бомбы Анмай уничтожил уже на земле. Дальнейшее сопротивление стало бессмысленным. Правительства пали. Везде воцарилось отчаяние и хаос. Вэру пришлось взять на себя ответственность за этот мир. Порядок он восстановил эффективно и быстро, после чего и принял титул Сверхправителя (т.е. стоящего НАД управлением).
   Строительство Сарьера оказалось долгим делом: единый государственный строй был установлен только через 30 лет, формирование же единой культуры в различных регионах заняло от 80 до 200 лет. Считается, что классический (практически неизменный) вид она приобрела лишь к началу 3-го столетия Прибытия Твердыни.
   Основой Сарьера послужили три вещи: пропаганда (прямое телевещание из Твердыни, очень тщательно продуманное), принуждение (в основном, применение Йалис как в локальных, так и в региональных масштабах на уровне, вызывавшем не опасные, но весьма неприятные ощущения) - и поощрение с помощью нейроустройств, вызывающих искусственный экстаз. Они же, правда, в значительно меньших масштабах, применялись и для наказаний. Их появлению предшествовало повсеместное внедрение в организмы жителей Сарьера наносетей - как прямое (с помощью прививок), так и косвенное (посредством специально созданных Твердыней техновирусов). Поэтому даже в центральных районах страны нейросистемы применялись лишь, начиная с 50-х г.г. Прибытия Твердыни. Их развертывание прекратилось в 180 г. ПТ. Хотя они могли обеспечить почти полную (притом, добровольную!) покорность людских масс, такое общество полностью теряло способность к развитию. Непосредственной причиной моратория стало мощное молодежное движение под лозунгом "сознательность лучше приманок". Его результатом также стали массовые протесты сторонников нейросистем, и в ряде областей центральной части страны они полулегально применялись вплоть до прибытия симайа.
   Культуру Сарьера в её классический период (198-242 г.г. ПТ) можно назвать бестревожной. Какие-либо несчастья в центральных регионах страны случались исключительно редко. Её молодежь в основном занималась изучением мифологической истории Тысячелетнего Сарьера, тщательно сфабрикованной компьютерами Парящей Твердыни. Многие молодые люди старались во всем подражать Чистым и жили большими автономными группами. Юноши и девушки состояли в них как правило один-два года: потом они женились или выходили замуж. Самой серьёзной их проблемой были поиски своего места в мире: они приводили многих жаждущих действия в ряды Друзей Сарьера или к мятежникам.
  
   Парящая Твердыня.
  
   Настоящее имя корабля - "Уллаар", тип - "Товия-II", класс - легкий космический разведчик. Диаметр - 480 метров, высота - 280 метров, масса - 20 миллионов тонн. Запас массы - 0,38 полной (для не-перехода в Йэннимурскую эру нужно было аннигилировать 0,15 полной массы корабля). Предельное ускорение - 12 G. Дальность безопасного прыжка - 8 млрд. световых лет. Вооружение - 8 тяжелых лазерных орудий (по 2 ТВт), 8 челноков и 36 истребителей в ангаре, генераторы энергоплазменных структур (1 х 0,1-150 ГВт., 16 х 0,08-5 ГВт.), Эвергет (мощность аннигилятора - 5/10^12 ТВт (5700 т/с.), глубина изменения физики 24 ЕРР). Для управления достаточно экипажа из 5 файа. Может нести до 1280 десантников или пассажиров. Основной способ защиты - быстрые не-пространственные прыжки. Благодаря гравистатическим двигателям может неограниченно долго парить в атмосфере.
  
   Персоналии.
  
   Сверхправитель Вэру, он же Анмай Вэру - одна из многих копий с матрицы знаменитого Единого Правителя Вэру, основателя Третьей Культуры файа. Во время Исхода Файау сбежал, похитив один из назначенных к списанию разведчиков с отключенной системой ИИ. Остальные файа в нем - его товарищи по бегству. Именно он управляет Твердыней и её оружием.
   Сверхправитель, как следует из названия, следит за работой тех, кого он назначил на высшие государственные посты, а также почти за всем, что происходит в Сарьере. Он же составляет для страны долговременные программы развития. Предстает перед народом только раз в году - на параде красоты в День Сарьера. В этот день перед ним проходят красивейшие девушки и юноши страны.
   Хьютай Вэру, подруга Сверхправителя - лишь одна из копий с матрицы настоящей Хьютай, любимой Единого Правителя Вэру (впрочем, вряд ли кто-то смог найти разницу между копией и оригиналом жителя поздней Файау). Жители Сарьера видят Хьютай только в День Страны, рядом со Сверхправителем. Обычно одета в белую футболку, серые шорты и сандалии. По мере сил помогает Вэру советами, часто очень дельными. Также руководит Ярамерой - женским движением, которое поддерживает Сверхправителя и борется за права женщин вообще.
   Защитник (Найте Хааргаай). Выходец с одной из отдаленных колоний Файау, профессиональный военный. Следит за системами безопасности Твердыни, а также управляет её истребителями. Носит толстую черную куртку, отделанную серебряными пластинами и такие же штаны. Покидает Твердыню очень редко, и лишь когда сам Анмай или его подруга остаются в ней.
   Посланник (Айэт Найрами). Также одна из копий с матрицы знаменитого Айэта Тайана, правителя одной из не-планет и друга Вэру. Ловкий, гибкий юноша, не столь массивный, как большинство файа. Служит Сверхправителю кем-то вроде полномочного представителя или посла. Чаще всего именно он выражает его волю и сменяет "неудачных" правителей. Он же наблюдает за Чистыми. Для своих разъездов пользуется челноком Твердыни и нигде не задерживается подолгу. Очень внимательный и проницательный дипломат. Так как его миссии часто опасны (несколько раз он был убит) всегда носит лазер, и иногда пользуется им в особо запущенных случаях злоупотребления властью.
   Наблюдатель (Аютия Хеннат). Сильная, ловкая девушка с красивым, задумчивым и чувственным лицом, подруга Айэта. Почти всё время живет вне Твердыни, наблюдая за особо интересными для файа общественными процессами. Также занимается разведкой. Иногда, изменив вид и даже тело, проникает туда, где Сверхправителя не любят. Много раз была убита или взята в плен - с тем же результатом: файа из поздней культуры Файау может остановить себе сердце одним усилием мысли. Тогда пленителям останется лишь труп, а сознание очнется в новом теле, на борту Твердыни - их соединяет неразрывная квантовая связь. Несмотря на это, из оружия носит только лассу (которой пользуется очень ловко). Часто именно она командует рейдами Мстителей, как с поддержкой Твердыни, так и без неё.
  
   Вооруженные силы Сарьера.
  
   Общая численность - 768 тыс. (численность населения Сарьера - 822 млн.). Традиционно делятся на 5 видов: полиция, Добровольческая армия (Друзья Сарьера), Стрелки (аналог десантно-штурмовых частей), Хищники (спецназ) и Мстители (каратели).
  
   Полиция - самая многочисленная (400 тыс.) часть сил правопорядка. Носят сапоги и синие мундиры. Вооружены газовыми пистолетами и дубинками. Занимаются "управой благочиния", в основном в южных (самых неблагонадежных) областях. Развернуты небольшими постоянными гарнизонами-участками (от 3 до 80 человек).
   Друзья Сарьера - части, созданные для активной борьбы с мятежниками, т.е. собственно армия Сарьера. Набираются из добровольцев. В Друзья принимаются лишь юноши от 18 до 25 лет. Носят серые мундиры и серые стальные шлемы. Вооружены автоматическими карабинами (аналог АК-47), ручными гранатами и штык-ножами. Организованы в отделения (12 чел.), взводы (36 чел.), батальоны (360 чел.), бригады (3600 чел.) и дивизии (10800 чел). Занимаются обороной городов и атаками на лагеря мятежников, обычно в составе автономных отрядов по 72-180 человек. Кроме личного оружия имеют артиллерию, многоствольные ракетные установки (аналог "Града"), БТР (аналог БТР-60ПБ), танки (аналог Т-55) и транспортные вертолеты (аналог Ми-8). Типичный состав батальона - 360 Друзей и 10 БТР с 14,5-мм пулеметами. Усиленный батальон - 480 Друзей, 12 БТР и 4 танка. Общая численность Друзей - 292 тыс.
   Стрелки - элитные части Друзей. Всего их примерно 36 тысяч. Носят маскировочную форму, а также пластинчатые панцири из кевлара и стали. Вооружены короткими тесаками и мощными бесшумными винтовками (аналог ВСС) с дальностью стрельбы до 400 метров. Развернуты в основном взводами (36 чел.) для разведки и там, где Друзья не справляются. Наиболее эффективно действуют в составе многочисленных небольших групп. Обучаются для ведения боевых действий ночью и набираются лишь из физически крепких юношей.
   Хищники - военизированные отряды Анимала, экзотической организации Чистых. Она считает, что люди во всем должны уподобиться файа, а личные качества важнее любой техники. Обычная их одежда - облегающие, с масками, пятнистые меховые комбинезоны из биостали, - полностью имитируют внешность различных хищных кошек. При весе в 11 кг. она выдерживает удар 7,62-мм. автоматной пули (не бронебойной), не говоря о любом холодном оружии.
   Хищники делятся на кланы (Тигры, Дикие Коты, Львы, Пумы и т.д.). Вооружены стальными выдвижными когтями на руках и ногах (до 2 дюймов в длину), кинжалами, бесшумными пистолетами и винтовками. Тоже обучаются ночным боевым действиям и набираются лишь из сильных и ловких юношей, в совершенстве владеющих приемами рукопашного боя. Немногочисленные (всего их около 15 тыс.) и не имеющие структуры регулярной армии, Хищники ведут разведку для основных сил Друзей или атакуют сами, - как правило, ночью, многочисленными небольшими (3-5 человек) группами. Специально обучены войне в тылу врага, засадам и боям на минимальной дистанции, открытых боев избегают.
   Мстители - непостоянные по численности (всего их около 25 тыс.), формирования, набранные из тех, кто всегда готов убивать во имя светлой цели или без неё. Традиционно носят черную форму с серебряной отделкой и высокие фуражки, вооружены автоматическими карабинами и огнеметами. Иногда идут следом за истребителями Парящей Твердыни. Без их поддержки действуют только крупными (от 1000 чел.) отрядами. Вызываются для карательных операций туда, где другие части оказались бессильными. Очень эффективны против обычных мятежников, но иногда несут страшные потери в боях с более подготовленным противником.
  
   Оружие Твердыни - основным её оружием является Эвергет - генератор Йалис, но он, как и тяжелые лазерные орудия, редко применяется. Для поддержки наземных сил на корабле есть три вида оружия: Призраки, легкие и тяжелые истребители.
  
   Призраки - исключительно сложные и недолговечные комбинации силовых полей размером 2-30 метров. Действуют лишь в прямой видимости Парящей Твердыни, так как она управляет ими, и дистанционно снабжает энергией. Создаются её энергоструктурными генераторами, иногда в очень больших (до нескольких тысяч) количествах для защиты файа вне Твердыни и для военных операций. Призраки устойчивы к лазерам, плазменным ударам и взрывам мощностью до 200 МДж. Выглядят как синеватые, полупрозрачные тени, в буквальном смысле рвущие врагов на части.
   Истребители Твердыни полностью автоматические, с дистанционным управлением. Вооружены лазерными орудиями (мощность 0,5 и 30 МДж соответственно легкая и тяжелая модель, установлены попарно на переднем и заднем торце). Крыльев нет, реактивные двигатели на шарнирных опорах (по 8 и 6 штук) стоят по периметру плоского эллиптического корпуса. Длина 3 и 12 метров, ширина - 1,2 и 4 метра, масса - 1,5 и 90 тонн.
   Обе модели оснащены магнитно-монопольными реакторами, имеют практически неограниченный боезапас и дальность полета. Их силовые экраны рассчитаны на взрывное воздействие в 2 и 180 МДж, но прозрачны для лучевого оружия. Производятся Парящей Твердыней по мере потерь или износа. Штатный комплект составляет 12 тяжелых и 24 легких истребителя.
  
   Силы мятежников.
  
   Чрезвычайно разношерстные формирования, частью организованные, но в большинстве возникшие стихийно и лишенные единого командования - "борцы за свободу", религиозные фанатики, националисты и самые обычные разбойники. Встречаются лишь в южных и восточных областях Сарьера. Численность известна только приблизительно и составляет несколько сот тысяч. Большая часть повстанцев живет в различного рода тайных поселениях и не ведет активных боевых действий. Вооружение их также исключительно пёстрое и разношерстное - ножи, топоры, охотничьи ружья, трофейные автоматы и бутылки с горючим. Редко (но очень эффективно) применяют самодельные базуки, минометы и огнеметы. Против вертолетов иногда используют кустарные ПЗРК. Неоднократно делались попытки (иногда даже успешные) ставить помехи в каналах связи и боевого управления истребителей Твердыни. Они не получили широкого распространения, т.к. аппаратура РЭБ достаточно сложна.
  
   Сарьер: Тарнское восстание.
  
   Вероятно, самым крупным, - по крайней мере, самым известным выступлением против власти Сверхправителя стало восстание в Тарнской области на северо-востоке Сарьера в 238 г. ПТ. Однако, оно являлось лишь самым ярким эпизодом Восстания Габриэля, так как им руководил лейтенант полиции по имени Габриэль - хотя лейтенантом он был всего несколько месяцев.
   Габриэль Джадат Наровни родился в 208 г. ПТ, в Ламайской области на западе Сарьера, в одной из тех семей, где память о прошлом хранили очень ревностно. О его детстве и юности почти ничего не известно - вероятно, и сам Габриэль, и его родители старались держаться подальше от властей, и уже тогда имели связи с Сопротивлением. Тем не менее, он с отличием окончил государственную школу, а полицейским стал лишь в силу прагматических причин (это давало ему больше возможностей для борьбы с режимом), после краткосрочных курсов, а не офицерского училища, как полагалось, - вероятно, потому, что в области вообще не хватало квалифицированных специалистов. Вся амбициозная молодежь старалась уехать в центральные регионы страны или даже в столицу, и способный юноша мог сделать в провинции быструю карьеру.
   Главной мишенью тайной борьбы Габриэля стала мифологическая история Сарьера, придуманная Сверхправителем. Она уходила вглубь на тысячи лет, и, хотя мало совпадала с настоящей, была более логичной, - и уж, во всяком случае, намного более интересной. Насмешки над ней не имели значения - не он первый, не он последний, - но разглашение настоящей истории приравнивалось в Сарьере почти к государственной измене, а именно этим Габриэль и занялся.
   Удивительно, но ни полицейская администрация, ни местные власти ничего не знали об этом... пока кто-то из коллег Габриэля не послал им донос о "подпольной диверсионно-вредительской группе".
   Очевидно, кто-то из друзей в верхах тайно предупредил его о неизбежном аресте - и в ту же ночь Габриэль, вместе с группой из пяти подчиненных, ушел в леса к повстанцам. Случай был достаточно скандальный, однако не встретил полагавшегося осуждения.
   Неизвестно, кто принял решение о тайной ликвидации отступника. Во всяком случае, не Сверхправитель и даже не подчиненное ему руководство страны: оно в тот момент вообще не знало об инциденте. Скорее всего, приказ отдали на областном уровне.
   Вскоре группа из трех Хищников напала на повстанческий лагерь, убив двух друзей Габриэля, тоже бывших полицейских. Очевидно, что истинной целью был он сам. Хищники благополучно скрылись - и, вероятно, доложили об успешном выполнении задания, так как никаких дальнейших действий в отношении повстанцев предпринято не было.
   Габриэль начал свою войну с Сарьером, но вел её расчетливо и осторожно. Прежде всего, он захватил руководство в отряде повстанцев, что при его способностях, было, вероятно, нетрудно. Основные усилия он сосредоточил на боевой подготовке, а также добыче и изготовлении оружия. Вскоре из аморфной группы бродяг отряд превратился в сплоченную боевую единицу. Не желая до срока тревожить противника, повстанцы отказались от нападений, и местные власти даже не подозревали о быстром росте их сил.
   Габриэль выбрал самый простой для себя и эффектный способ отомстить. Он решил захватить Хонахт - городок, в котором прежде жил, но там был довольно большой гарнизон - 45 Друзей Сарьера и 80 полицейских. Повстанцев же было почти вдвое меньше.
   Задача казалась едва ли выполнимой, - но для Габриэля это не имело значения. Прежде всего, он (вероятно, с помощью оставшихся в городе друзей), смог наладить разведку. Своего часа ему пришлось ждать долго, но он всё же настал. Однажды повстанцы узнали, что полицейский комиссар Хонахта будет возвращаться вечером с аэродрома, а встречать его будет командир Друзей.
   Повстанцы устроили засаду на дороге, и, увидев его машину, немедленно обстреляли её. Оба командира и водитель погибли на месте, машину подбили, но её удалось спрятать. Таким образом, не осталось никаких следов.
   Той же ночью отряд повстанцев напал на деморализованный исчезновением начальства гарнизон Хонахта. Среди Друзей и полицейских началась паника, они обратились в бегство в одном белье. Городок пал. Из тюрьмы было выпущено 45 заключенных (большей частью, правда, уголовников), само её здание сожжено, как и здания гарнизона, уничтожено 60 солдат и чиновников Сарьера. Потери повстанцев - один убитый.
   Будучи тогда ещё идеалистом, Габриэль, вероятно, рассчитывал, что падение власти в одном месте вызовет всеобщее восстание. Повстанцы захватили радиостанцию, и узел телефонной связи, - однако, поскольку крупных восстаний в Лайе не было уже больше ста лет, их сообщения в большинстве случаев были восприняты как дурацкая шутка.
   Реакция властей области была поначалу замедленной и недостаточной. Лишь через сутки Хонахт атаковал батальон Друзей Сарьера. Фактически, из-за проблем с горючим и запчастями, прибыло пять взводов солдат и два отделения Стрелков - всего около двухсот человек, 15 грузовых автомашин и штабной БТР.
   Отряд Габриэля за счет добровольцев вырос до 140 человек, и он решил оборонять Хонахт, вероятно, всё ещё рассчитывая на всеобщий мятеж. Несмотря на возможность отступить, повстанцы сражались до последнего, но озлобленные гибелью товарищей Друзья атаковали с неожиданной яростью. Пленных не было. 20 оставшихся в живых повстанцев прорвали кольцо окружения, и ушли в леса. Друзья потеряли более 60 человек убитыми и столько же ранеными.
   Хотя все окрестные села были уже заняты солдатами, отступавшие повстанцы с боем взяли одно из них, Арту, где, без потерь уничтожив гарнизон из 12 Друзей, остановились на отдых. Старостой Арты был ветеран Мстителей Ар-Ахто. Он сражался с фанатиками-националистами в Кор-Мэ, но жестокость товарищей превратила его верность Сарьеру в ненависть. Юношей он прошел курс в военном училище и знал много тактических приемов, так что помощь его оказалась бесценной. Он также предоставил в распоряжение Габриэля отряд сельской самообороны Арты из 20 хорошо обученных парней, оснащенных, правда, лишь холодным оружием.
   Уйти из селения они не успели, - у Друзей была рация, и они смогли сообщить об атаке. Но командир батальона Друзей, парень молодой и горячий, действовал именно так, как предполагал Ар-Ахто - он немедленно, даже не сообщив начальству, отправился к месту нападения. Так как ситуация в Хонахте требовала контроля, он не решился послать в Арту весь отряд.
   Когда колонна Друзей в составе 32 человек на одном БТР и двух грузовиках вступила в лесную лощину перед Артой, две группы повстанцев общей численностью до 30 человек (половина ополченцев Ар-Ахто просто побоялась участвовать в бою) атаковали её с помощью бутылок с бензином и связок ручных гранат. Тех, кто успел выскочить из машин, расстреливали из автоматов и добивали топорами. Повстанцы сожгли штабной БТР, где погиб командир батальона, водитель и пять Друзей, и один из грузовиков, где погибло 13 Друзей. Бой занял считанные минуты. Сопротивления, фактически, не было: это подтверждается тем, что повстанцы потерь не имели.
   Справедливости ради следует отметить, что немалая часть вины за разгром лежит на командире отделения, сидевшего в третьей машине, которая отстала и не попала в засаду, - перетрусив, он просто развернулся и уехал. Нельзя сказать, что он поступил неправильно, - 12 Друзей не могли справиться с 30 мятежниками и, несомненно, погибли бы. Но и те потеряли бы убитыми и ранеными несколько человек. Тогда продолжение боя вряд ли имело бы место. Паническое же бегство Друзей, бросивших погибавших товарищей, воодушевило повстанцев. Габриэль убедился, что враг не только уязвим, но ещё и приятен на вкус: легкая добыча.
   Потеряв командира, Друзья начали действовать почти рефлекторно, - из Хонахта в Арту был немедленно послан второй отряд. Зная, что новый бой неизбежен, Ар-Ахто приказал вырыть окопы для всех повстанцев, а Габриэль выдал им по 10 магазинов патронов, - столь богатыми оказались трофеи.
   Уже на закате отряд повстанцев вернулся к лощине для новой засады. Габриэль и Ар-Ахто пришли туда со свои­ми отрядами, Габриэль впереди, Ахто за ним. Вскоре их разведчики заметили два БТР, военный гру­зовик и командирскую машину с рацией. Наученные горьким опытом, Друзья спешились не доезжая до места засады. У всех 70 солдат Сарьера были автоматы и шты­ки, но не было гранат. Тем не менее, Ахто сказал своим ополченцам, чтобы они остерегались и были готовы отступить.
   Вскоре Друзья Сарьера поднялись на восточный склон лощины и начали заходить слева, чтобы окружить возможную засаду. Тогда Ахто скомандовал отходить на запад. Он заметил, что вторая группа Друзей незаметно заходит справа, чтобы не дать повстанцам уйти. Ахто знал, что его юные ополченцы могут выстрелить и обнаружить себя, и потому громко крикнул: "Смерть убийцам!". Со стороны Друзей раздалась стрельба, но они стреляли мимо повстанцев, так как целились на голос Ар-Ахто. Тот строго предостерег своих, но горячие юноши пренебрегли предупреждением и сами начали стрелять.
   Предупреждение дорого обошлось старосте: в него попала пуля, и деревенский фельдшер Эрт начал его перевязывать. Закончив перевязку, он встал, и снайпер Сарьера выстрелил ему прямо в сердце. Хотя Ахто был ранен, он продолжал командовать. Погиб ещё один друг Габриэля, 17-летний Тар и четверо молодых ополченцев из Арты.
   Раскрыв местоположение противника, Ахто при­казал начать контратаку. Яростные бойцы Габриэля опрокинули Друзей Сарьера, убив пятерых. Ещё более 20 солдат позорно бежали, бросив несколько раненых. Габриэль приказал своим бойцам добить их. Но Ахто сказал, что хотя он сам ранен, а Тар убит, они не дол­жны терять благородство. Повстанцы начали отход. Юноша Кор Эме взял очень ценную ранцевую радиостанцию, а ополченцы Танно и Анти взяли 5 новых боевых автоматов.
   Один из БТР Друзей подошел с востока и стал обходить вокруг засады. Ополченцы Ахто из группы прикрытия использовали реактивные базуки, но не попали, потому что оружие их было самодельным. Впрочем, экипаж машины испугался, и БТР вернулся назад.
   Заместитель командира батальона, Лонно Ойо, обнаружив отход повстанцев, начал преследо­вание. Так как он очень торопился настичь их, то взял с собой мало солдат. Ар-Ахто разгадал его план и приказал всем стрелять в челове­ка, одетого в командирскую форму. Как только Друзья Сарьера вышли из-за укрытия и развернулись в цепь, повстанцы начали стрелять из засады.
   Ойо готовился открыть огонь из пулемета, но сам был убит опередившим его Габриэлем. Все бывшие с ним 7 Друзей Сарьера тоже были убиты.
   Когда отряд повстанцев отошел из леса на окраину Арты, уцелевшие Друзья Сарьера не заметили этого, и продолжали стрелять по зарослям. Несколько местных ополченцев несли Ар-Ахто на носилках, другие перечисляли погибших. Все были мрачны и молчаливы, - они понимали, что Арту придется оставить.
   Повстанцы прилагали все усилия, чтобы сохранить жизнь Ар-Ахто, - из соседнего села даже был привезен врач, - но староста все-таки умер. Вероятно, он принял яд, не желая стать смертельной обузой для товарищей. Многие молодые ополченцы после этого начали проклинать Габриэля, и ему со своим отрядом пришлось уйти.
   После этого боя в Лайе прошли большие тор­жества. Так как Друзьям удалось захва­тить тела 5 убитых повстанцев, было объявлено, что "банда террористов и вредителей ликвидирована", а Порядок одержал выдающуюся победу над Хаосом. Решив, что повстанцы так же слабы, как говорит их пропаганда, руководители Лайя решили снова атаковать их и окончательно закрыть вопрос.
   Для уничтожения уцелевших был выслан взвод Стрелков численностью в 36 человек. Часовые в лагере повстанцев обнаружили их ещё на дальних подступах, и Габриэль устроил засаду, зажав Стрелков в овраге, в котором они двигались, и забросав их гранатами. В коротком бою Стрелки потеряли 8 человек убитыми и 12 ранеными, повстанцы - 3 человек убитыми и 15 - ранеными. Не привыкшие к ожесточенному отпору Стрелки обратились в паническое бегство, и Габриэль с Кор Эме преследовал многократно превосходящего врага ещё на протяжении трех километров. Конфуз был полный.
   Авторитет Габриэля после этого боя был огромен. Буквально за несколько дней он смог довести численность отряда до примерно сотни человек. В серии дерзких нападений он разгромил администрацию Сарьера в нескольких крупных селах, взяв под контроль фактически целый район.
   Неверно оценив масштаб происходящего, власти послали из Лайя ещё два взвода Друзей численностью 66 человек. В колонне было два БТР, одна грузовая и одна легковая машина. Но жаждавшие новых побед повстанцы уже подтянули к месту засады примерно 70 человек, и бойня у Арты повторилась, только в больших масштабах. Вся техника была сожжена, взято в плен 14 солдат и убит 31, в том числе все командиры. Потерь у повстанцев снова не было.
   Лишь после этого в Лаай был переброшен батальон Мстителей численностью более 500 человек. Присланные из Тай-Линны Хищники выследили отряд повстанцев, и Мстителям удалось окружить его. Габриэль вынужден был принять неравный бой.
   Следует, однако, отметить, что Мстители вовсе не относились к элитным частям Сарьера. Напротив, это, скорее, был "отстой" его армии - штурмовики, натасканные на полное истребление противника любым способом. Без поддержки истребителей Твердыни они были, фактически, пушечным мясом. Их набирали из тех, чьей излюбленной пищей была смерть и кровь, и командование даже мечтало о том, чтобы они побыстрей погибали. Тактика Мстителей также не отличалась искусностью - одновременная атака сразу с нескольких направлений, в сущности, простой "навал", и ничего больше.
   В течение двух часов безуспешных атак Мстители потеряли 40 человек только убитыми. Но после того, как погибло 13 повстанцев, остальные начали отходить. Унося с собой всех своих раненых, они зашли в одно из селений, где получили подводы для них. Дальнейшее отступление затрудняла болотистая местность, где лошади вязли и не могли идти. Тогда в повозки с ранеными впряглись сами повстанцы, и тянули их по топкой грязи. Габриэль, как мог, поддерживал ослабевших и уставших товарищей. В конце концов, Мстители, также утомленные тяжелым переходом и понесшие большие потери, прекратили преследование. После этого боя Габриэль стал в глазах многих повстанцев кем-то вроде живого бога.
   Сам он, однако, изменил тактику, решив копить силы и избегать новых столкновений с противником. Отступив в глухомань Лайя, он построил большой укрепленный лагерь, вновь сосредоточив все силы на наборе и тренировке новых бойцов и развитии своего производства. Ему удалось наладить выпуск примитивного огнестрельного оружия, гранат и взрывчатки. Власти Лайя как-то узнали об этом и начали готовить операцию по уничтожению лагеря. Габриэль решил упредить их - когда поезд с батальоном присланных для их разгрома Стрелков проходил по мосту, повстанцы взорвали его. Потери Стрелков только убитыми превысили 200 человек, а все уцелевшие надолго вышли из строя.
   Это было уже слишком, и разъяренная внезапным укусом государственная громадина огрызнулась уже всерьез, проявив активность и решительность, которых Габриэль от неё, очевидно, не ждал - батальон Мстителей численностью 480 человек, высадившись с 12 больших вертолетов, неожиданно напал на лагерь повстанцев. Потери Мстителей, нарвавшихся на все образцы разработанного в нем оружия, составили свыше 100 человек убитыми, примерно столько же ранеными и 4 сожженных на земле вертолета. Однако внезапность и ярость нападения обеспечили успех, - они разгромили лагерь и захватили большую часть изготовленного оружия. 116 повстанцев пало в бою, 203 во главе с Габриэлем удалось прорваться и уйти. Мстители дотла сожгли лагерь, но им, можно сказать, повезло - у озлобленных потерями повстанцев просто не осталось патронов для ответного удара.
   Габриэль, однако, не был сломлен. Быстро отступая к северу, он смог удачно избежать погони, но уже понимал, что шансы создать надежную базу на доступной властям Сарьера территории ничтожны.
   Среди повстанцев давно ходили слухи о Хэле - крупнейшем из независимых поселений, расположенном где-то на Севере. Габриэль не знал, где искать его, - но других шансов у него не осталось.
   Так был предпринят Великий Поход - более двухсот человек упорно, наугад, обходя все селения, шли во всё более холодные и пустынные земли. Поход занял более года. В общей сложности, повстанцы прошли больше трех тысяч миль, - но, в конце концов, благодаря отчасти удаче, отчасти помощи местных жителей, нашли Хэль. Дошли до него только 186 повстанцев. Все остальные погибли в пути, который сам по себе был равен подвигу.
   В Хэле Габриэль провел больше пяти лет. Его обитатели не были мятежниками - ещё более ста лет назад они бежали в эту глушь, чтобы сохранить независимость. Жизнь их была свободной, но суровой. Принадлежа к северной ветви народа элхэ - который, среди прочего, населял и столицу Сарьера, Тай-Линну - они были сообразительны и прекрасно развиты физически.
   Обитатели Хэле более века готовились защищать свою свободу, и достигли высокого уровня в боевых искусствах и различных мистических техниках, таких, как яллумэ - дальнее ощущение врага и даже навязывание ему своей воли. Очевидно, что это умение стало оборотной стороной внедрения Вэру наносетей в организмы обитателей Сарьера. Все мальчики в Хэле в 12 лет забирались из семей и подвергались самому суровому обучению, а 15-23 летние юноши-лээ составляли основу его армии, вооруженной отменного качества винтовками. Все её бойцы являлись превосходными стрелками.
   Обосновавшись в Хэле, Габриэль в совершенстве овладел яллумэ и многими другими вещами, и не забыл о своей войне с Сарьером. Он начал высылать разведчиков в обитаемые земли. Вероятно, этим всё и ограничилось бы, - но однажды они узнали, что в ближайший город Сарьера, Саэрэй, прибывает Посланник Айэт. Габриэль решил взять его в плен или убить, - вероятно, в истории о бессмертии файа он не верил.
   Ночью отряд юношей-лээ вышел к мосту, по которому должен был проехать Посланник. Мороз был ниже тридцати градусов. Юноши копали окопы в снегу и не давали спать друг другу. Вероятно, кто-то из проезжавших по дороге водителей заметил их и доложил властям.
   В 3 часа ночи со стороны Саэрэя к южной око­нечности моста подъехал джип. Два человека выш­ли из машины и начали рассматривать хребет в мощные би­нокли. Одним из них был командир областной разведки, подполковник Друзей Ирэй.
   Заподозрив неладное, офицеры Сарьера уехали, а вскоре прибыло 6 БТР. Более 30 Друзей Сарьера с автоматами спешились и мед­ленно направились к засаде, увязая в глубоком снегу. Они оста­новились всего в тридцати метрах от неё, но Габриэль запретил открывать огонь первыми, чтобы не упустить основную добычу. Хотя со стороны властей это было лишь перестраховкой, он решил, что власти давно знают о Хэле и имеют там своих агентов, - а солдаты должны уничтожить повстанцев, когда они утром нападут на колонну. Но лээ уже были готовы, они просто тщательно спрятались. И имели все шансы на успех, - их было больше, а против бронемашин они запаслись гранатометами.
   Около 6 часов утра сидевшие в засаде Друзья задвига­лись и начали кричать, обнаружив, что трое из них замерзли насмерть, а ещё несколько жестоко пострадали от холода. Никто не заметил повстанцев, хотя те уже более трех часов лежали, по сути, у них на виду.
   Ровно в 8 часов утра патруль Стрелков начал обход хребта. Сержант Алва возглавил отряд из 12 человек. Они двигались с юга на север. Когда они достигли середины хребта, то остановились, поскольку Алва заметил повстанцев в лесу. Габриэль тоже заметил солдат на гребне хребта, и поняв, что первая группа обнаружена, приказал ей возвращаться.
   Заметив отход повстанцев, Стрелки открыли огонь, чтобы не дать им уйти. Лээ показали себя превосходными снайперами, тут же уничтожив 7 врагов, и перешли в контратаку. Остатки Стрелков бежали под прикрытие засады Друзей, но её командир принял их за повстанцев и приказал стре­лять по бегущим, убив всех. Очевидно, ему не сообщили о проходе патруля - обычная для Сарьера накладка. Послать своих солдат в бой он не смог - Друзья использовали химические грелки из НЗ, но всё ещё не могли как следует двигаться.
   Вскоре на дороге показалась колонна Посланника - 3 БТР, в которых сидели 20 Стрелков и 4 автомашины с Посланником и его свитой. Никто не успел сообщить им об отряде повстанцев на хребте (обычные для Сарьера проблемы со связью) и все лээ открыли кинжальный огонь из ав­томатов и гранатометов всего с тридцати метров. Один БТР, командирский автомобиль и один автомобиль со свитой были мгновенно уничтожены, другой БТР подбит.
   Хотя повстанцам удалось уничтожить два БТР и более 10 офицеров и чиновников, под огнем уцелевших Стрелков и Друзей им пришлось отойти. Первая атака Габриэля на файа закончилась полным провалом: Посланник с большей частью свиты смог уйти. Габриэль же имел неприятное объяснение с товарищами, которые потратили много патронов, и более 7 часов пролежали в снегу.
   Прибыв в Саэрэй, Айэт спросил: "вы не смогли придумать ничего лучше к моему приезду?" - и областные власти готовы были рыть землю, чтобы разыскать мятежников. На самом деле они ничего не знали о Хэле, а появление солдат на хребте было лишь избыточной предосторожностью, пришедшейся неожиданно кстати.
   Власти прекрасно понимали, что повстанцы не могли прийти в этот отдаленный край извне, - а незаконные поселения существовали здесь и раньше. Поэтому они всеми силами пытались разыскать их, и вначале отправили вертолеты для тщательной съемки незаселенной терри­тории. Но зенитчики Хэле ждали этого. После того, как один вертолет был сбит над селением, военный комендант области, полковник Эйнье приказал прекратить воздушную разведку. Вместо этого он решил использовать Хищников.
   Через 13 дней, ночью, их отряд, наконец, проник­ на территорию Хэле. Пограничники-лээ ожидали этого. Заметив Хищников, они сразу открыли огонь, убив одного из них и ранив коман­дира отряда. Тот заполз в укрытие и начал стрелять из автомата, но метким броском гранаты юноша Йоолэй уничтожил его. Потеряв командира, уцелевшие Хищники повернули назад... но преследовать их лээ не стали.
   Узнав о стычке, Габриэль понял, что шанс перехватить Хищников упущен, их секрет раскрыт, местоположение Хэле обнаружено и скоро последует мощная атака. Но на деле Хэль был столь удален, что противник не мог использовать здесь технику или артиллерию, - а с любым количеством пехоты лээ могли справиться. В конце концов, к этой битве Хэль готовился столетиями. Поэтому Старейшина Хэле, Лайано, решил, что самое лучшее - ук­репить позиции и не атаковать врага первыми.
   Габриэль однако, охладил его пыл, напомнив, что сейчас зима, и по льду замерзшей реки к селению могут подойти даже тяжелые танки. Он знал, что основной танк Сарьера А-40 очень хорош, и толщина его брони достигает восьми дюймов. Гранатометы не могли его подбить, - но зато прекрасно могли мины.
   Следует отметить, что Хэль был мощной естественной крепостью: со всех сторон селение окружали скалы, создавая естественный оборонительный барьер, и только к реке вело широкое ущелье. Напротив него был высокий, поросший лесом остров. На этой прекрасной передовой позиции лээ решили дать бой, и начали укладывать мины вокруг ос­трова. Этой работой руководил коман­дир лээ, Сайэ. Всего юноши уложили более 20 мин - все, какие удалось изготовить в селении.
   Полковник Эйнье не заставил ждать долго. Ещё до начала наступления он бросил на Хэль роту Мстителей, чтобы провести разведку боем. Габриэль действовал по уже отработанной схеме: с помощью разведки он смог узнать о выходе колонны из города, после чего лээ атаковали её из засады, с трех сторон. В коротком бою они уничтожили 90 Мстителей из 104, включая командира, один танк А-40, штабной БТР и все 11 грузовиков.
   Поняв, что Мстители непригодны для борьбы с повстанцами, полковник бросил в бой солдат тяжелой танковой дивизии. Для второй атаки он выбрал элитную роту Стрелков и роту танков из 9 А-40. По дороге к Хэле моторы двух машин вышли из строя от холода, и их пришлось бросить.
   Достигнув цели, Эйнье разделил отряд. 3 танка, 3 БТР и рота Стрелков должны были ударить в лоб по позициям повстанцев. Второй отряд из 4 танков должен был обойти остров с севера, чтобы отрезать связь с Хэле и не дать повстанцам уйти.
   Рано утром Стрелки начали атаку под прикрыти­ем огня танковых орудий. Габриэль приказал беречь пат­роны и стрелять только с близкого расстояния. Лээ спокойно отражали атаку, сосредоточив огонь гранато­метов на танках и бронемашинах. Сайэ подбил один БТР, а Стрелки понесли большие потери от меткого огня лээ. Они залегли и не двигались ни вперед, ни назад. А-40 тоже остановились на льду реки, продолжая вести огонь с места. 4 других танка начали об­ходить повстанцев, двигаясь вокруг западной оконечности острова. Одновременно с восточной его части началась мощная пехотная атака. Применив множество ручных гранат, более 40 Стрелков ворвались на позиции лээ, и те впервые понесли потери.
   К счастью, повстанцы на северном берегу реки откры­ли огонь сразу, как только Стрелки ворвались на остров. Габриэль лежал за пулеметом и лично уничтожил половину прорвавшихся врагов. Отряд Сайэ тоже храбро контратаковал и захватил один БТР, перевозивший солдат. В это же время головной танк подорвался на мине. Его командир выбрался из подбитой машины и побежал по берегу реки. Юноша Йоолэй выстрелил в него из винтовки и убил его. Потом он прыгнул на танк и бросил внутрь гранату. Танк взорвался, и сидевший внутри подполковник Ирэй погиб.
   Когда второй танк, подошедший с востока, также подорвался на мине, Стрелки начали отхо­дить, потеряв более 60 человек, из них более 50 убитыми. Повстанцы уничтожили два танка и два БТР, а ещё один захватили. Тем не менее, они не стали преследовать отступавших.
   Полковник был в ярости. Он не ожидал, что тридцать 15-17 летних мальчишек смогут отразить атаку двух рот элитных сил Сарьера. Его солдаты были ис­пуганы, и понадобилось много усилий, чтобы они вновь пришли в чувство. У Эйнье ушло по­чти три дня, чтобы подтянуть новые силы и подго­товить наступление. Таким тяжелым оказалось его поражение.
   Прежде всего, он отправил к реке 8 тягачей и более 200 саперов, чтобы расчистить дорогу для танков и подготовить позиции для артиллерии. Меткие пули лээ могли их рассеять и обратить в бегство, но повстанцы не придали значения работам, ведущимся вдали от них. Именно эта ошибка сыграла роковую роль: Эйнье раз­местил вокруг Хэле десять батарей тяжелой ар­тиллерии.
   Через восемь дней после разгрома Мстителей он впервые использовал её, а также три роты танков и БТР с крупнокалиберными пулеме­тами для жестокого обстрела позиций повстанцев. Спустя 15 минут 10 танков, 14 БТР и 200 Друзей Сарьера на­чали сильную атаку. Лээ на острове подпустили их поближе, а затем открыли внезапный огонь, нанеся большие потери. Полковник Эйнье пришел в ярость из-за того, что его планы провалились. Он приказал орудиям и минометам вновь открыть огонь по позициям повстанцев, из-за чего Габриэль потерял 5 своих юных сол­дат. Увы, он не мог стрелять в ответ по укрытым за холмами батареям.
   Теперь на каждого повстанца приходилось по 10 Друзей, и остров ока­зался в опасности. Тогда старейшина селения, Лайано, возглавил подкрепления и пошел на помощь. У него было 4 взвода опытных взрослых мужчин и батарея из 6 трофейных безоткатных орудий. Это мобильное подразде­ление нанесло внезапный удар по врагу, уничтожив один танк и четыре БТР, а также подбив ещё два. Увидев, что "неуязвимый" А-40 горит, Друзья Сарьера в панике бежали, оставив на поле боя более 60 убитых. Они возобновили обстрел острова с помощью дивизиона ракетных установок и четырех диви­зионов тяжелой артиллерии. Обстрел продолжался два часа. На маленький остров площадью менее одного квад­ратного километра Эйнье обрушил не менее 5 тысяч ракет и снарядов. Увы, он не знал, что повстанцы заранее отошли, и что он напрасно тра­тит боеприпасы, стреляя по пустому месту.
   После обстрела началась новая атака. Эйнье бросил в бой моторизован­ный батальон Друзей Сарьера с 30 БТР и танковый батальон с 20 А-40, при поддержке с воздуха 4 воору­женными вертолетами. Повстанцы не успели занять остров, но были готовы обстреливать противника.
   Эйнье предвкушал, как уничтожит их, но, когда Друзья Сарьера, ведя бешеный огонь, ворвались на остров, они никого там не обнаружили и остановились в растерянности, так как не знали, что де­лать дальше. В этот момент Лайано приказал своей батарее открыть огонь, уничтожив свыше 100 сол­дат Сарьера, 5 танков А-40 и 7 БТР.
   Эйнье ничего не знал о трофейной артиллерии, и пришел в бешенство, увидев, что повстанцы громят его войска, пользуясь их же техникой. Он направил в лобовую атаку более тридцати уцелевших тан­ков и БТР, но, вновь накрытые артиллерийским огнем, Друзья Сарьера, потеряв ещё 80 человек убитыми, два танка и семь БТР, в панике бежали. Ещё два танка и четыре БТР провалились под разбитый снарядами лед, все их экипажи погибли. Взвод крупнока­либерных пулеметов повстанцев сбил вертолет, кото­рый также упал в реку, а ещё три вертолета повредил.
   Когда войска Сарьера начали отступление, 4 взвода разведчиков-лээ устроили им засаду. Они уничтожили дюжину тягачей и грузовиков, более 100 деморализованных Друзей Сарьера, захватили несколько тяжелых орудий, много военного снаря­жения и боеприпасов.
   Через три дня на границе Хэле два отряда разведчиков вновь воевали друг с другом и лээ убили ещё несколько Хищников. Власти Сарьера отправили к Хэле танковую дивизию, но срочно перебросить 70 её танков, 150 БТР, 380 тяжелых орудий и почти 10 тысяч солдат было невозможно из-за нехватки горючего и отвратительных дорог, почти полностью отсутствующих в этой дикой местности. К тому же, повстанцы прекрасно понимали, что противник вернется. Габриэль сформировал три роты из юношей селения. Каждая из них насчитывала 100-150 сильных и решительных парней, а командовали ими бывшие офицеры с бо­евым опытом. Он обеспечил их трофейным оружием и провел тщательную подготовку. Две роты лээ, численностью по 150 человек каждая, Габриэль развернул на берегу. Теперь они имели на вооружении три батареи противотан­ковых пушек - 18 орудий, и батарею минометов. Кроме того, в резерве оставалась третья рота и более 500 взрослых ополченцев.
   Командование Друзей не обращало вни­мания на потери. Оно решило бросить в бой один танковый и один мотострелковый полк общей численностью более 3 тысяч человек, причем полковник Эйнье решил лич­но командовать более чем 70 танками при атаке через реку. Кроме того, войска Сарьера применили тяжелую артиллерию, 10-дюймовые минометы и ра­кетные установки для массированного обстрела территории повстанцев с расстояния до 20 километров. При об­стреле собственно Хэле артиллерией Сарьера погибло 32 мирных жителя.
   Лайано прика­зал всем лээ немедленно перейти в контратаку, чтобы отомстить за них. Застав противника врасплох, они ворвались в лагерь войск Сарьера, превратив его в море огня. Лээ захватили дюжину ракетных установок, от 60 до 90 орудий, сотни грузовиков и других транспортных средств. Сосредоточенный для наступления пехотный полк численностью более 2000 человек был пол­ностью рассеян. Данные о потерях Друзей до сих пор засекречены, но, судя по рассказам уцелевших, они составили 700-800 человек только убитыми.
   После этого отряды лээ продолжили разгром тыловых баз и штабов противника. Эйнье приказал послать в атаку все силы танко­вой дивизии, но один из отрядов во главе с Габриэлем напал на его командный пункт и разгромил его, убив Эйнье, подполковника разведки Малаха и ещё несколько важных армейских чинов. После этого сражение прекратилось. Потеряв командиров, танковая дивизия Сарьера полностью утратила боеспособность и не смогла насту­пать.
   Так повстанцы одержали величайшую победу за всё время истории Сопротивления. Хотя в Хэле погибло 68 бойцов, и свыше 100 было ранено, потери Друзей превысили 1000 человек убитыми. Следует, однако, отметить, что они строго придержива­лись тактических принципов, изложенных в книгах двухсотлетней давности, - без какой бы то ни было модификации, хотя опыт множества боев с повстанцами показал, что пехотинцы Сарьера откровенно слабы и находятся в полной зависимости от танков и бронемашин. Если противник может вести точный огонь грана­тометов и орудий, атака, как правило, срывается.
   Потерпев сокрушительное поражение, власти Сарьера попросили о помощи Сверхправителя, но тот не проявил интереса к уничтожению отдаленного селения, а сделать это сами войска Сарьера не смогли бы. В конце концов, они, весьма мудро, оставили Хэле в покое, тем более, что Габриэлю и большей части его повстанцев пришлось уйти из селения - старейшина Лайано и большинство лээ, нельзя сказать, что уж совсем без оснований, сочли его виновником всех бед.
   Габриэль жаждал сокрушить Сарьер, однако доступное ему оружие совершенно не годилось для той войны, которую он готовил. И он задумал новую грандиозную операцию: нападение на город Тарн. Там находилась психиатрическая больница, игравшая роль тюрьмы для врагов режима... и крупнейший в регионе военный аэродром.
   Надо сказать, что Сарьер не был столь мирной страной, как думали его обитатели. Ещё до Прибытия Твердыни власти Тай-Линны подгото­вили более 100 стратегических бомбардировщиков с водо­родными бомбами, чтобы нанести удар по соседям. В ответ те развернули свои ядерные силы, ожидая от неё самого худшего. Но, хотя Сверхправитель объединил весь мир и уничтожил ядерное оружие, в Сарьере остались военно-воздушные силы, и в Тарне размещалось 24 тяжелых бомбардировщика с колоссальным запасом химических бомб.
   Чтобы достичь цели, повстанцам пришлось пройти около пятисот миль на юг, что заняло более месяца. Уже после предварительной разведки Габриэль понял, что не сможет захватить охраняемый полком солдат аэродром, окруженный дотами, проволочными заграждениями и минными полями. Но это уже не могло остановить его, и вскоре, после полуночи, отряд, включавший и лээ, общей численностью до 300 человек атаковал гарнизон самого Тарна. Бой против 150 Друзей Сарьера продолжался три часа, однако, военная база была захвачена и сожжена, уничтожено 147 солдат. Затем повстанцы взяли штурмом больницу-тюрьму, убили 24 охранника и санитара, освободили 550 заключенных и сожгли больничные здания. Широко применяя маневр малыми группами, они потеряли в этих двух стычках всего 22 человека убитыми.
   Однако освобождение такого количества узников, среди которых было много действительно опасных сумасшедших и до безумия озлобленных людей, оказалось ошибкой: Тарн захлестнула волна убийств и поджогов. Было убито 120 полицейских и чиновников Сарьера, 16 бывших пациентов психбольницы и 14 повстанцев, пытавшихся пресечь кровавую вакханалию, сожжены почти все общественные здания, склады и промышленные предприятия. Тем не менее, Габриэль решил оборонять город. Вряд ли он после ночной бойни рассчитывал на поддержку народа: более вероятно, что он искал возможности умереть с честью. Почти все освобожденные им узники разбежались, и к началу штурма отряд повстанцев насчитывал 306 человек.
   Утром им удалось сбить разведывательный вертолет, но засада на колонну Друзей Сарьера оказалась неудачной. Хотя в ходе боя они уничтожили БТР и 4 грузовика, батальон Друзей общей численностью 360 человек смог вырваться из окружения и рассеять нападающих. В тот же день начались ожесточенные бои в предместьях. Под натиском превосходящих сил противника повстанцы отступили в город и заняли там заранее подготовленные укрепления. Кроме того, в Тарне осталось много местного населения, поддержавшего их, всего более 4-х тысяч человек.
   В этот день повстанцы потеряли 60 человек убитыми и столько же ранеными. Друзья Сарьера потеряли 80 человек убитыми и 120 ранеными, однако, победа, несомненно, осталась за ними - хотя бы потому, что они заставили отступать врага, намного превосходившего их в уровне подготовки. После всех ночных зверств они искренне верили в свою правоту. Повстанцы же, напротив, чувствовали себя не в своей тарелке. Может быть, поэтому они не попытались прорваться ночью.
   На другой день, в семь часов утра, началось генеральное наступление уже элитных сил Сарьера, включавших 480 человек - 360 Стрелков и 120 Хищников при поддержке 3 тяжелых танков и 10 БТР - на укрепленные позиции повстанцев. С помощью тридцати самодельных гранатометов те нанесли противнику ощутимый урон, уничтожив все 3 танка и более 50 солдат.
   Войска Сарьера в спешке отступили, не выдержав обстрела, однако их начальство жаждало победы. После короткого перерыва войска начали вторую атаку на всех участках повстанческой обороны. Повстанцы подпустили их на 150 метров и встретили огнем из автоматов, пулеметов и четырех трофейных пушек. Тем не менее, Хищники прорвали оборону на юге, но повстанцы просто отошли на вторую линию. Под руководством Габриэля они оборонялись ожесточенно и тактически грамотно. Их общие потери убитыми составили всего 37 человек.
   С военной точки зрения, применение войск, предназначенных для действий в тылу врага, в массированной пехотной атаке, было, разумеется, чистым безумием, и элита армии просто отказалась наступать. Командование решило бросить в атаку батальон Мстителей, - но до прибытия танков тот не смог продвинуться даже на шаг. Только поздно вечером, при поддержке 12 тяжелых танков и 4 вертолетов, Мстителям удалось потеснить врага, но упорный бой на всех участках обороны длился до наступления ночи. Повстанцы отбили большую часть атак, убив не менее 100 Мстителей и уничтожив 5 танков.
   Ночью отряд юношей-лээ, прикрывая отход мирных жителей, прорвался через заставы на севере. Беженцы перешли реку Тар по железнодорожному мосту и ушли в Хэле, взорвав его за собой. Опомнившись, отряды Мстителей бросились в погоню за отходившими повстанцами, но лээ, прикрывая отступление, дали им бой в лесах и следующей ночью скрытно и организованно отступили в Хэль. Габриэль со своим отрядом остался в городе, и потому их никто больше не преследовал. Но симпатии населения области всё более и более склонялись на сторону отважно защищавшихся повстанцев. В соседних городах начались волнения, и власти поняли, что осаду нужно как можно быстрее кончать.
   Уход мирных жителей развязал осаждающим руки. Утром отряд повстанцев численностью 167 человек был атакован полком Мстителей численностью в 1200 человек, при поддержке 10 танков и 10 тяжелых боевых машин. Командовала им лично Аютия Хеннат, Наблюдатель Сверхправителя.
   Бой продолжался целый день. Повстанцы потеряли 18 человек убитыми и 38 - ранеными, Мстители - 470 только убитыми, 3 танка, 2 новых боевых машины, 6 БТР. Эта битва стала настоящей легендой Сопротивления, и не только благодаря героизму повстанцев. Вокруг Тарна собралось уже более 3-х тысяч Мстителей. Их набирали из числа социально опасных головорезов, и Аютия не считалась с потерями, бросая их в атаки, организованные по принципу "живой волны". В конце концов, они тоже отказались наступать, и, по приказу Аютии, сопровождавшие её Хищники расстреляли более 50 Мстителей за измену и трусость. Неизбежным итогом данной акции стал мятеж, по сравнению с которым мятеж Габриэля был просто игрушечным. Аютия попыталась вырваться из кольца во главе взвода Хищников и под прикрытием 3-х тяжелых танков. Один из них был тут же уничтожен, сама Аютия убита, а её солдаты взяты в плен и расстреляны. Для файа смерть была лишь временной неприятностью, - через два часа Аютия получила новое тело и вскоре вернулась назад.
   Восставшие Мстители захватили аэродром Тарна, причем, его гарнизон не оказал сопротивления, а многие из солдат перешли на их сторону. Теперь подавить мятеж силой уже не представлялось возможным... без помощи Сверхправителя, конечно. Мятежники не питали никаких иллюзий на этот счет. Той же ночью они решили загрузить захваченные бомбардировщики химическими бомбами и направить их на все крупнейшие города Сарьера. Они хорошо понимали, что шансов победить и даже просто выжить у них нет, и хотели лишь напоследок хлопнуть дверью погромче.
   Но Сверхправитель вовремя узнал об этом, и 8 тяжелых истребителей Твердыни атаковали аэродром. Огнем своих импульсных лазеров они сожгли 12 бомбардировщиков и 5 истребителей, взорвали склады с горючим и боеприпасами, в том числе и химическими, вызвав большие разрушения. Облако ядовитых газов окутало всю округу. Число жертв так никогда и не было подсчитано. Один местный охотник видел, как саперы рыли три огромных могилы, в каждой из которых было похоронено по несколько сотен Мстителей. Несколь­ко сотен уцелевших были переловлены Хищниками и расстреляны позднее. Из более чем 3000 мятежников не уцелел никто.
   Повстанцам это, однако, не помогло. На рассвете их позиции атаковали 20 тяжелых танков, 30 БТР и 2000 Друзей Сарьера, ещё сохранивших боевой дух. На сей раз, командовал ими Найте Хааргаай, а после газовой волны с аэродрома в живых осталось не более 60 повстанцев. Тем не менее, они оказали ожесточенное сопротивление, уничтожив 4 танка. Друзья потеряли 70 человек убитыми и 90 ранеными, а также два БТР. В руинах Тарна было найдено 600 трупов, большей частью, мирных жителей, но главная цель операции достигнута не была - 12 повстанцев во главе с Габриэлем ушли из города по подземному коллектору.
   Одновременно с штурмом Тарна развивалось то, что получило название "муравьиной войны". Около сотни групп избежавших химической атаки Мстителей, по 3-5 человек каждая, понимая, что терять им уже совершенно нечего, начали беспощадный террор - фактически, они жгли всё, что горит, и резали всё, что шевелится, одновременно всячески избегая столкновений с войсками. Если же оно случалось, тактика Мстителей была простой - несколько снайперских выстрелов из засады, быстрое отступление, снова засада...
   Тарнская область была парализована ужасом. Друзья Сарьера, Стрелки - все оказались бессильны. Бороться с "муравьиной чумой" смогли лишь Хищники - их в область перебросили более 8 тысяч из всех 15, имевшихся в Сарьере. Сам Габриэль пришел в ужас от этой беспощадной компании по истреблению мирного населения, хотя аналитики Сарьера не слезали с телевизоров, объясняя, что это просто людоедская месть вождя повстанцев не поддержавшей его пассивной массе. Сверхправитель был доволен. Возможно, он не добивался специально именно этого результата (хотя уход четверти мятежников из-под газового облака трудно объяснить слепой удачей) - но действия "повстанцев из психушки" не нуждались в комментариях.
   Фактически, они нанесли Сопротивлению смертельный удар - усиленный всеми возможностями государственной пропаганды. Тарнский Ужас продолжался чуть более недели - психологически, в самый раз. Достаточно, чтобы напугать людей, но не настолько, чтобы они усомнились в могуществе власти. В течение этой недели "муравьиные банды" выследили, выловили, все уничтожили. Число жертв оказалось не очень большим - где-то около тысячи, - но жители Сарьера знали их едва ли не поименно. Ещё сотни три составляли погибшие Хищники. Так что главный ущерб пал на поджоги - различных строений, часто весьма крупных, было уничтожено несколько сот.
   Сам Габриэль избрал себе более заманчивую цель. Он смог выследить Аютию, когда та ехала из города в город. С ней был председатель Тарнской области, его заместитель, два высших армейских командира - и всего 10 человек охраны.
   Габриэль устроил засаду на дороге. Уже в сумерках повстанцы увидели четыре машины. Три из них оказались легковые, и Габриэль приказал открыть по ним сосредоточенный огонь. Микроавтобус с вождями был подбит, и загорелся, три машины с охраной быстро развернулись и уехали. 5 охранников были тяжело ранены, остальных просто охватила паника.
   Из горящего микроавтобуса повстанцы вытащили шесть тел. Председатель области и водитель погибли на месте, все остальные были ранены. Двоих взяли в плен, двое пострадали так сильно, что их осталось только пристрелить. Так в руки Габриэля попал Наблюдатель Сверхправителя и командир Хищников. Оба умерли во время допроса, хотя и по разным причинам: Аютия просто остановила себе сердце и вскоре очнулась в Твердыне, в новом теле. На поиск Габриэля были брошены Хищники, но он всё же смог уйти.
   Его всеми силами старались выследить, но на фоне "муравьиной войны" это было совершенно невозможно. Лишь через неделю, когда она уже закончилась, Хищники обнаружили его отряд, выросший до 15 человек. Вероятно, под прикрытием суматохи Габриэль решил перебраться в соседнюю область и там залечь на дно, но без поддержки населения это оказалось невозможно.
   Наученные горьким опытом Хищники уже не пытались атаковать сами. Они незаметно "вели" отряд, пока он не был окружен ротой Мстителей, - всего более сотни солдат и четыре БТР. В ходе короткого, но ожесточенного боя Мстители потеряли 19 человек убитыми, один БТР получил повреждения, и вышел из строя. 2 повстанца были убиты, 8 ранены, трое вырвались из засады, всех остальных уцелевших взяли в плен. Большие потери Мстителей объяснялись, прежде всего, приказом взять Габриэля живым любой ценой. В итоге, прежде, чем его скрутили, он успел убить пять или шесть из них.
   Хотя его преступлений вполне хватало на немедленный расстрел, арестованных отправили в столицу, вероятно, ввиду важности случая и желательности показательного процесса. Конвой по причине сугубой секретности арестантов был маленький, и по дороге им удалось сбежать. Габриэль смог захватить оружие одного из охранников, в результате чего тот был убит, а ещё трое - ранены. Трудно сказать, что сделало это возможным - слепая удача, чья-то скрытая помощь или банальная небрежность конвойной стражи. Власти Сарьера по вполне очевидным причинам скрыли скандальный инцидент, так что организовать сколько-нибудь обширные поиски беглецов не представлялось возможным.
   На свободе Габриэль повел себя очень осторожно - что, впрочем, объяснимо, так как сбежать ему удалось уже вблизи от столицы. Вероятно, он понял, что действовал в интересах Сверхправителя, и его единственной целью стала личная месть. Осуществить её он мог только в Тай-Линне - и остатки его отряда ушли туда.
   Поистине удивительно, что, попав в совершенно незнакомую страну с другим населением, где Сверхправителя почитали едва ли не как живого бога, Габриэль смог создать новый отряд повстанцев, численность которого в самом конце достигла 80-90 человек. Как и все прежние его отряды, он состоял из молодежи, недовольной властью Сверхправителя.
   Уничтожить Парящую Твердыню Габриэль, естественно, не мог, но единственный файа, который мог управлять ею, был вполне даже уязвим. Убийство его не имело бы смысла, так что идея Габриэля была проста: захватить файа в плен и, подчинив волю Вэру яллумэ, заставить его самого уничтожить Твердыню.
   Добраться до Сверхправителя он мог лишь в День Сарьера, когда Вэру принимал парад своих сторонников. Подготовка продолжалась почти год. По-видимому, Вэру ничего не знал о готовившемся покушении.
   Атака началась в кульминационный миг парада. Повстанцы разделились на две группы, - треть их атаковала посадочную площадку, более крупная группа, в которую входил сам Габриэль - трибуну Сверхправителя.
   Второй мишенью повстанцев стал челнок, на котором прибыли файа. Очевидно, при провале "плана А" они собирались захватить его и ворваться на борт Твердыни, где остался лишь Защитник. Так как управлять челноком могли только файа, "план Б" также полностью зависел от того, сможет ли Габриэль подавить волю Сверхправителя.
   Привыкшие к поклонению толпы файа не приняли особых мер предосторожности. Трибуну охраняло всего 8 Хищников, челнок - 15 Стрелков и один легкий истребитель Твердыни. Благодаря длительной подготовке, вся эта охрана была уничтожена почти мгновенно, но затем возникли трудности, - сами файа успели опомниться, и оказали яростное сопротивление. У них не оказалось личного оружия - своим ручным лазером Аэйт просто не успел воспользоваться, и их в конце концов скрутили, - но тут на нападающих с криками "измена!" бросились едва ли не все участники парада - вооруженные копьями юноши. Их Габриэль просто не принял в расчет, - мало кто из тиранов пользовался народной любовью - и расписанная по секундам операция превратилась в кровавое побоище: копья против автоматического оружия. Повстанцы буквально чудом прорвались с площади, потеряв половину отряда. Жизни они продавали дорого, и под огнем их автоматов полегло 624 участников парада. Всего в этой бойне погибло 740 человек.
   Невероятно, но поединок двух воль закончился в пользу Габриэля: он смог сломить волю Сверхправителя, но тут объединенный отряд сил Сарьера атаковал убежище повстанцев, и им пришлось убить пленных файа. В ином случае его сумасшедший план, возможно, имел бы шансы на успех.
   Насколько известно, самого Анмая прикончил младший брат Йоолэя, 15-летний Халлэ. Габриэль контратаковал нападающих и вырвался из окружения, сам потеряв 30 человек, а затем сумел скрыться, воспользовавшись охватившей город паникой, - в основном потому, что Парящая Твердыня почти на два часа лишилась управления. Среди солдат Сарьера, участников этого последнего боя, насчитали до 150 убитых и 350 раненых.
   В дальнейшем Габриэль не проявлял никакой видимой активности, вероятно решив, что исчерпал все возможности к сопротивлению. Его искали, однако, безуспешно. История его восстания стала самой популярной частью мифологической истории Сарьера, повторяясь вновь и вновь во всё более причудливых вариантах. Таким образом, круг замкнулся.
  
   История Сарьера (финал):
  
   Почти два с половиной века Сарьер оставался сокрытым: Сверхправитель понимал, что Йэннимур не одобрит его проекта. Сразу после отбытия сарьют его обнаружили Йахены и Найнер. Разногласия не дали им что-либо сделать с планетой до прибытия йэннимурского флота. После этого им пришлось отступить.
   Симайа начали с того, что лишили Вэру власти и включили Сарьер в Союз Многообразий. О судьбе Сверхправителя ничего не известно: скорее всего, он присоединился к Исходу Файау. Его товарищи (если они вообще остались на планете), очевидно, вступили в ряды симайа на общих основаниях.
   Но и Золотой Народ был не из тех, какие люди могли с легкостью принять. Симайа старались проявить себя с самой лучшей стороны, но сама их природа оборотней, способных принимать любой облик, а главное, - их одержимость собственной культурой, мало кому пришлись по вкусу. Лишь затем люди начали постепенно понимать, что под беззаботной манерой симайа скрыта сила значительно большая, чем у Сверхправителя. А их любопытство позволило им заглянуть в такие бездны мироздания, которые даже файа внушали безудержный страх.
   Симайа настойчиво прививали людям свою культуру, не делая им, впрочем, ничего плохого и довольствуясь лишь их воспитанием (привитие хороших манер у них - естественная потребность, а в доступных объектах к тому времени ощущалась острая нехватка). Результатом стало мощное движение сопротивления, быстро угасшее, когда симайа включили Сарьер в Йэннимурскую Сеть I порядка - в область измененной Реальности, где любое умершее существо может быть восстановлено.
   Включение в Сеть II порядка, в которой любые разумные существа становились почти неуничтожимыми, требовало существенной перестройки физики, и из-за пограничного положения планеты его отложили на неопределенный срок. В качестве компенсации люди получили полный доступ к йэннимурской бытовой технике.
   Прибытие золотых айа стало считатся в Сарьере началом Новой эры. Впоследствии небольшая часть людей (0,014) прошла надлежащее обучение и Трансформу, перейдя в симайа, а остальные, признанные неспособными, остались в своеобразном "райском резервате", сохранявшемся до Реванша Энтилан.
   Симайа сохранили созданный Вэру строй Сарьера, однако он был уже не реальным обществом, а, скорее, коллективной игрой, которая продолжалась ещё, по меньшей мере, 50 тысяч лет. Потом, когда симайа оставили Сарьер, наступило вырождение, связанное с появлением ряда странных и зловещих сект. Борьба с ним возродила нейростимуляцию, популярную в ранней эпохе Сарьера. Вскоре появилось множество практикующих её сект, обряды которых становились всё более изуверскими. В ходе постоянных войн между ними промышленность Сарьера деградировала за несколько десятков лет. Технология нейростимуляции была также утрачена, но секты и войны остались. Чистые сохранились даже в этот период и вели отчаянную борьбу с вырождением. После падения единого государства они удерживали столицу и её окрестности ещё примерно тридцать лет.
   Через тысячу лет после ухода симайа население Сарьера опустилось до первобытного уровня. Какое-то подобие культуры сохранилось лишь в бывшем городе Чистых, наглухо отрезанном разросшимися защитными полосами. Однако именно их разрастание, в конечном счете, уничтожило и его.
   О последней эпохе Сарьера нет достоверных сведений. Биосфера планеты вырождалась, и её леса наполнились чудовищами. Безжалостная первобытная жизнь значительно замедлила деградацию. Известно, что племена Чистых существовали, по крайней мере, ещё восемь тысяч лет. Далее смыкается уже непроницаемый мрак первобытного изуверства, всю глубину и жестокость которого невозможно представить. Никто не знает, что там происходило, но там, безусловно, было много отчаянных и героических попыток как-то исправить положение, - во всяком случае, деградация природы обогнала деградацию человека. Человеческий род на Сарьере не истребил сам себя: это сделали звери-мутанты, всё более странные и агрессивные. К 118-му тысячелетию после повторного заселения Сарьер опустел. По иронии судьбы, всего через 85 лет к планете пришли корабли сарьют, но им оставалось лишь вести археологические работы.
  
   Йэннимур: история Вселенной
  
   Первой из сверхрас стали Тэйариин, Древнейшие - они владели невыразимо громадной частью этой вселенной с поры первого зарождения в ней разума. Но в других её частях возникли другие Древнейшие, и между ними началась борьба, противоборство реальностей и изменяемых физических законов, - Кунха. Тэйариин вели её семь миллиардов лет. Никто не знает, сколько рас сгинуло без следа, задушенных барьерами, установленными Тэйариин на пути их развития, чтобы они не смогли сразиться и уничтожить друг друга.
   Но даже Тэйариин не могли вечно держать в руках всё свое безмерно огромное пространство. Файа возникли и достигли зрелости в очень отдаленном уголке Вселенной, когда барьеры Тэйариин на время ослабели под натиском другой, столь же могучей сверхрасы.
   Когда они были восстановлены, файа уже научились использовать Йалис. Но их Первая культура пала, уничтоженная собственным неразумием. Часть файа, правда, уцелела, и вдали от руин Первой основала Вторую культуру. Со временем Эрайа, их родина, превратилась в легенду, в миф, само местонахождение её забылось. А беглецы не только выжили, но и окрепли. Их численность росла, но на самом своем взлете Вторая культура погибла в жестокой и безнадежной войне с Межрасовым Альянсом - подлинной империей зла, во власть которой попали немногие уцелевшие файа. Лишь на одной из её отдаленных колоний, Уарке, началось Возрождение. Оно положило начало Третьей, величайшей культуре, быстро превзошедшей обе первых. В конце концов, Файау стала почти вселенской империей, способной изменять мироздание, но Тэйариин запрещали им это, и файа пришлось долго оставаться в тени.
   Наконец, они поняли, что главная преграда здесь - их собственная наивность. Зачем пытаться завладеть ничтожной частью этого мироздания, когда вокруг лежат триллионы других, открытых и свободных? Файау решила уйти, как уходили до неё многие сверхрасы, - но уйти, оставив о себе память, возродив расу золотых айа - предков файа, и их наследников в этой Вселенной. Она возродилась на Эрайа 26 июля 3984 года от основания Файау. После многолетних генно-инженерных изысканий файа создали сто первых пар. Опыт удался, но золотые айа вышли лучше, чем были задуманы. Они с самого начала видели свой путь, и файа поняли, что создали нечто большее, чем просто память.
   Айа быстро научились строить свои межзвездные корабли, свои блуждающие миры. Когда Йэннимур сам стал могущественной сверхрасой, Файау покинула родную вселенную. Пути двух народов надолго разошлись. Золотые айа росли очень быстро, и тоже не смогли ужиться с Тэйариин. От тех, впрочем, здесь остались лишь машины Кунха, занятые, в основном, противоборством с такими же машинами других Древнейших рас. Айа быстро научились строить свои машины для изменения Реальности, и, наконец (при помощи Нэйристы-"Укавэйры"), подчинили себе машины Кунха. Очевидно, это произошло и с согласия Тэйариин, причины которого остались неясны. Теперь золотые айа могли пересоздать мир, - однако, не сразу. На месте физической реальности Тэйариин возник вакуум, и его попытались заполнить другие Древнейшие, Мроо, безжалостно преследуя и истребляя айа, где бы те им не встречались.
   Мроо пришли Извне - из другой Вселенной, захваченной и измененной ими. Другое зло - коварные ару, раса агрессивных космических кочевников, - стало результатом предательства Нэйса, одного из соратников Айэта. Не представляя для Йэннимура никакой реальной угрозы (силы их были несравнимы), они стали крайне болезненным раздражителем. Ару жили в той же физической реальности, что и сами айа, и потому против них были бесполезны те способы ведения войны, которые Йэннимур блестяще применял против Мроо. При колоссальной протяженности йэннимурского Объема (18 х 27 х 60 млрд. световых лет) поиски ару становились делом безнадежным.
   Невольно айа сблизились со своими единственными союзниками и создателями - с файа, но их численность всё равно падала, потому что сила Мроо была велика, а гнев страшен. Война двух сверхрас, в которой не могла победить ни одна из сторон, шла примерно две тысячи лет - с третьего по пятое тысячелетия после Исхода Файау. В этих разрозненных сражениях ни одна из сторон не добивалась всерьез окончательной победы. Настоящая война началась с момента Перехвата Кунха и длилась всего пять лет или 1837 дней. Файа не только помогли своим младшим братьям знаниями и оружием - они послали также свои корабли, собрав огромный флот.
   Удар, нанесенный Мроо, был мгновенным и сокрушительным. Один за другим сгорали их матоиды, одну за другой они теряли галактики, которыми владели с незапамятных пор. Но растерянность Мроо была недолгой, и два флота, величайших во Вселенной, сошлись в открытом бою.
   То был поистине Армагеддон трех рас, - айа и файа бились неистово, без колебаний жертвуя жизнью, чтобы поразить врага. В тот день они могли и победить, но в критический момент боя, когда чаша весов уже заколебалась, Мроо атаковали реакторы-Ворота машин Кунха, единственного действительно эффективного оружия в этой войне. Перебой в подаче энергии оказался недолгим, но бой стал побоищем. Айа лишились половины флота, файа успели отступить, но тоже понесли страшные потери. Потери Мроо, также огромные, были относительно меньше. Теперь они безжалостно преследовали и истребляли айа, уничтожая их миры один за другим и подавляя жалкие попытки сопротивления. Над Йэннимуром нависла угроза полного уничтожения, но Файау - Союз Файа - ещё держалась.
   Нам очень трудно представить такую войну: войну физических законов, войну реальностей, в которой никто не дрался грудь на грудь. Да, в ней сражались армады космических кораблей, - но на колоссальном расстоянии, даже не видя друг друга. В этой войне побеждал не более сильный, а более проницательный - тот, кто смог глубже проникнуть в суть физических законов и обратить их против врага. В сущности, это была битва стихийных космических сил, направляемых разумом, больше похожая на битву леса и степи, чем на битву двух армий.
   Айа были проницательнее Мроо, но всё равно постепенно проигрывали войну - попросту потому, что их Реальность оказалась не столь жестока, а значит и не столь устойчива, чем Реальность Мроо. Поняв, что сами победить не смогут, они смогли открыть Ворота, ведущие за пределы Вселенной, в бездну, расположенную вне обычных измерений. В ней Золотой Народ нашел Мэйат. Они некогда создали Файау и теперь ушли дальше.
   В космосе Мэйат не осталось ни одного живого существа. Они превратили свою Вселенную в мир, даже отдаленно не похожий на нормальный. Там скрылись многие, но жизнь там была пыткой, и айа не хотели уступать свое мироздание врагу.
   Мэйат ушли уже слишком далеко по своему пути, чтобы им были близки устремления айа. Их устремления, - но не они сами. Они вернулись, чтобы помочь им, и привели Нэйристы - оружие, способное изменять Вселенные, немыслимое по своей мощи. В решающем сражении у Ана-Йэ именно они уничтожили несчетные орды Древнейших. Но Мроо тоже знали путь за грань мироздания. Они призвали чудовище из-за его пределов - не машину, но существо, Хранителя Врат. Он мог изменять Реальность, превращая её в кошмар.
   Столкновение двух таких сил могло разрушить мироздание, и многие из других рас вмешались. Ценой своей жизни Ярослав - лучший из людей - разрушил Ворота, ведущие во Вселенную Мроо - изнутри, потому что извне это нельзя было сделать.
   Его жертва оказалась напрасна. За тридцать дней Мроо построили вторые Ворота, и неизбежное случилось - в чудовищной волне квантового вырождения все айа в Йэннимуре превратились в ничто. Масштаб этой катастрофы так и не был оценен до конца. Было бы преувеличением сказать, что она охватила всю Вселенную. Из-за её невообразимых размеров точно установить радиус Йалис-Йэ не представлялось возможным. Во всяком случае, смертоносная волна прошла десятки миллиардов световых лет. Во всем этом объеме не осталось никакой жизни. Лишь Нэйристы Мэйат и машины Кунха смогли уцелеть: пространство вокруг них столь сильно скручено гравитационным полем, что почти не сообщается со внешним. В Р`Лайх тоже ещё теплилась искра разума, но и ей предстояло вскоре угаснуть - или победить.
   Нельзя сказать, что золотые айа не предвидели возможной катастрофы: почти вся их Первая форма, дети (более триллиона), переехала во Вселенную Мэйат. Жизнь там была очень тяжелой, но юные айа вынесли её гораздо лучше, чем кто-либо мог ожидать. Впоследствии именно они занимались возрождением Йэннимура. Но это были уже не прежние, веселые и любопытные золотые айа. Полученный урок они запомнили навсегда: из двадцати триллионов золотых айа, живших до Катастрофы Йалис-Йэ, четырнадцать погибли, а пять перешли в машины Кунха, чтобы дать собратьям шанс на будущее.
   Выжившие вновь призвали Нэйристы Мэйат, чтобы те помогли им восстановить их вселенную, - ибо никто больше уже не мог это сделать. Соединив усилия, айа и Мэйат смогли очистить её от губительных следов катастрофы. Великим праздником стал день, когда на первой из мертвых планет возродилась жизнь, более прекрасная, чем всё, существовавшее прежде.
   Когда восстановление завершилось, файа и Мэйат вернулись в свои Вселенные, а золотые айа вновь поселились в мирах, сотворенных древними сверхрасами и ими самими: многие их не-планеты, в том числе и Ана-Йэ, физически уцелели и впоследствии были отстроены. Так же поступили и люди, и множество других рас, не существовавших прежде, но сотворенных айа, чтобы уже не исчезнуть, ибо в пересозданном мире не должно было найтись места для смерти.
   Но война с Мроо так и не ушла в прошлое. Хотя никто Извне не покушался более на территорию Йэннимура (все ару полностью погибли в катастрофе), она продолжалась, уже за пределами этой Вселенной.
   Нам очень трудно понять эту войну: в ней понятия "оружие", "физика", "информация" и "представление" слились воедино. Но главной проблемой золотых айа стало изменение Реальности и возрождение жизни на бесчисленных планетах. Для этого им не хватало ни умов, ни глаз, ни рук, а их численность росла очень медленно, ведь после Йалис-Йэ во вселенной никого, кроме них, не осталось. В первые восемь тысяч лет она не превышала 1,5/12^10 симайа, и лишь после Роспуска Найнера достигла 3,2/10^18. В конце Йэннимурской Эры, длившейся 96 млн. лет, они построили восемь триллионов кораблей-миров и дали разумную жизнь всем планетам, подходившим для неё. Число их в Объеме достигло 10^20 - величайшее из достижений, ведь до Йалис-Йэ их было 9,9/10^10.
   Но история Вселенной ещё только начиналась. Мы почти не в силах понять её, потому что её реальность не была той, к которой мы привыкли. Золотые айа сдержали свое слово, пересоздав мироздание - точнее, ничтожную, но почти бесконечную его часть, доставшуюся им во владение.
   Они решили так изменить Реальность, чтобы смерть разумных в ней стала невозможной. Но лишь один вид изменений позволял это: Миди-Мроо, или "живая тьма". Как радикальная модификация реальности Мроо, он был достаточно легко осуществим. Он не требовал больших затрат энергии, но имел целый ряд недостатков, таких, как исчезновение зрения (ввиду отсутствия в нем электромагнитных волн), и доступность его для самих Мроо и других сверхрас, освоивших его гораздо раньше. Так что, изгнав смерть, симайа изгнали и свет. Их мироздание стало темным - теплая, мягкая чернота, бесконечное сплетение туннелей из черного меха и живой томной мглы. Оно не выпускало никого. Те, кто попадал в его объятия, уже не хотели их покидать.
   Это не являлось новым: многие сверхрасы пришли к тому же миллиарды лет назад. Они начинали от разного, но пришли к одному, ибо все устремления разумных существ и все мироздания всё же едины в своей основе.
   Теперь Йэннимуру открылись все эти миры, всё их миллиардолетнее многоразличие и мудрость. Те, кто когда-то были айа и людьми, рождались почти так же, как и раньше, но потом вечно плавали в той тьме, где можно видеть всё сразу. Мы не в силах это понять.
   Постепенно золотые айа поняли, что изгнали не смерть, а лишь одну из бессчетного множества её разновидностей. Кроме смерти тела существует смерть души, смерть духа или же смерть причины. Битва с ними заняла множество лет и была лишь частично успешной.
   Наконец, айа поняли, что не смогут изменить мир навечно - в Кунха, путы которой они старались, но так и не смогли разбить, такое невозможно. Как ни могущественен не стал Йэннимур, даже он не смог контролировать всё свое пространство. Вне его власти возникли и возмужали иные силы, для которых золотые айа сами стали Древнейшими, Первыми...
   Они не стали повторять историю, возможно, потому, что иные Вселенные, пересозданные миллиарды лет назад, были куда привлекательнее. Бессчетные обитатели Йэннимура переселялось в них, сливаясь с безднами древних сверхрас и растворяясь в них, как можно раствориться в смерти.
   Оставшись в одиночестве, золотые айа наконец поняли, что пришел и их срок искать иных путей. Они создали новый вариант Реальности - Йэлти-Йэ. Он вмещал восемь подуровней пространства с разными свойствами: уровни для общения, для творчества, для детей, Первой формы золотых айа и так далее. Однако он требовал изменения физики на уровне 48 ЕРР и был в принципе неосуществим в этой Вселенной. Столь различные физики непременно нужно разделять Листом, доменной стенкой, а создать её искусственно нельзя - во всей Вселенной на это не хватило бы энергии. Построить Йэлти-Йэ можно было лишь во вселенной с подходящими начальными условиями. В конечном счете такую вселенную нашли, и между ней и пространством Йэннимура был построен Туннель Дополнительности.
   Далеко не все золотые айа хотели покидать свою родину, но неустойчивость созданной ими Реальности, колоссальная эмиграция в области других сверхрас и постоянная угроза со стороны других участников Кунха привели к тому, что идея Ухода (аналогично Файау) становилась всё более популярной.
   Когда направления работ стали ясны (для этого пришлось соединить и уравновесить устремления множества отдельных йэнн) бесчисленные Нэйристы - машины-звезды, по сравнению с которыми даже Сверх-Эвергет казался крошкой, - пересоздали избранное мироздание. Дальнейшие успехи в создании Йэлти-Йэ привели к Эвакуации Йэннимура в 15 471 019 998 году (от сотворения мира: возраст Вселенной золотые айа знали практически с точностью до дня).
   Покинутая ими Реальность постепенно истончилась и исчезла - вместе со всеми, кто лениво пытался остановить распад этой безопасной, вседозволяющей среды. В Местную Зону пришли новые хозяева, и вся история повторялась ещё много раз, становясь постепенно всё менее понятной. Наконец, Кунха оборвалась, и мироздание превратилось в лишенную жизни пустыню.
   Никто не узнал, что стало с Ушедшими: никто из них не вернулся назад. Мы знаем лишь, что Второй Йэннимур был построен, но ничего о том, каким он стал, только конец его истории. Возможно, из-за происков Мроо, возможно, из-за ошибок самих золотых айа, возможно, из-за того, что само будущее стало слишком странным, равновесие между тремя бранами их вселенной нарушилось, и колебания потенциалов начали катастрофически нарастать.
   Тогда тысячи тысяч Нэйрист, вместивших всех, кто ещё не разучился хотеть, покинули это мироздание, миновали все остальные, измененные разумом, и углубились в Эккайа - Внешние Пределы. Это произошло в 470 386 135 году Йэннимура. Хотели ли они вновь построить свой собственный мир? Или, последовав за многими из Древних к Бесконечности, "сорвались" с браны и ушли в объемлющее пространство, возможно, в попытке достичь другого Мультиверса, возможно - в попытке выйти за пределы бытия, однако конечная цель их полета осталась совершенно неизвестной.
   Безусловно одно: Йэннимур не мог исчезнуть просто так. Возможно, Золотой Народ превзошел все иные сверхрасы, но их новая культура расцвела в такой далекой бездне, что никто из оставшихся уже не мог узнать об этом. Может быть, золотые айа знали, кого найдут там, за краем Бесконечности.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"