***
Самозабвенно змей бумажный
Из рук моих бечёвку рвёт.
Красивый, разноцветный, важный
Над крышей парусом плывёт.
Так гордо презирает путы,
Трепещет храбро на ветру,
Не ведая, что я в минуту
Возьму - и оборву игру.
            ***
Пацан в ободранном пальтишке
Спиною подпирает столб.
Распух и покраснел носишко,
И свежей шишкой блещет лоб.
Бабуся с сеточкою: "Ми-илай!
Не плачь! Не стоит горевать!"
А у меня - достало б силы
Чужие слёзы утирать?
             ***
"Стой, прохожий, покалечат!
 Пацанва, уйди с дороги!" -
Нам сигналит человечек
Цвета крови и тревоги.
Он пылает ярче свечек
Красной содранною кожей -
Светофорный человечек,
На меня чуть-чуть похожий.
Может быть, он слишком нервный,
Грубоватый он, быть может.
Но любовь такой, наверно,
Иногда бывает тоже.
           ***
Я живу в высокой башне
Из прозрачного стекла,
Столь высокой, что вчерашний
День с сегодняшним свела.
Столь высокой, что в узоре
На стеклянных потолках,
Удивлённо рдея, зори
Повстречались в уголках.
А на днях  во время чая -
То ли правда, то ли сон -
Месяц, кисточкой качая,
Зацепился за балкон.
Зацепился - и остался,
Блеск немножко пригасил,
В самовар залюбовался
И рогалик попросил...
Я усну, смежив ресницы
В невозможной вышине.
Ни один влюблённый рыцарь
Не поднимется ко мне,
Потому что страсть бесцельна
Там, где правит  вышина.
Надо мною беспредельно
Звёзды, ночь и тишина...
            ***
Положил с уверенностью руку
На моё открытое колено.
Мир полуденный не издавал ни звука,
Нежась в брызгах солнечных блаженно.
Небо по лучам сочилось в речку.
Гордость встрепенулась - и смутилась:
Зазвенела золотым колечком
И куда-то в камни укатилась.
Потерялась - я и не жалею.
Тело томится невнятной сладкой мукой.
Я теперь - негордая - не смею
Снять с коленей ласковую руку.