Аннотация: Написан на конкурс "День из жизни...", но не принят из-за того, что оказался больше, чем нужно. Специально для фанатов Сумеречной саги.
Предисловие
Я хотела убить ее. Эту мерзкую малявку, наглую Элис, которая так коварно нас обманула, сохранив от Аро втайне поиски мальчика-полукровки. Проклятая Элис, как только Господин увидел ее, еще тогда, в Вольтерре, он сразу забыл обо мне. Если бы он заполучил ее, я бы перестала иметь значение! Он бы приблизил ее к своему сердцу, она бы стала его любимицей. А я? Что бы стало со мной?.. Кем бы я стала? Кем-то из свиты? Кем-то совершенно неважным? Она хочет занять мое место в его душе. Нет, я не ревную, но никто не имеет право задвигать меня в тень. Господин - мой, никто не может претендовать на его особое отношение. Я - его бесценное сокровище, он всегда так говорил, и я не позволю внушать ему неправильные мысли.
Если бы я была человеком, то всхлипнула бы, как обычная слабая девчонка, у которой земля ушла из-под ног. Но я не такая. Мое сердце - холодный камень, мой покой никто не нарушит. Но видеть, как загораются глаза Господина при одной только мысли об Элис, невыносимо! Во мне всё кипит от ненависти, и руки сами собой сжимаются в кулаки.
На самом деле я даже рада, что так повернулось. Каллены еще ответят за унижение, зато Эдвард и Элис не вошли в нашу команду, и наглая пигалица не будет мне мозолить глаза и тереться возле Господина.
Если бы это произошло, я бы убила Элис. Я бы придумала как. Я била бы ее кнутом боли, пока она не запросила бы пощады, ползая и корчась у моих ног. Как и ее самодовольный брат Эдвард Каллен. Они не такие, как мы. Чужие. Неуправляемые, не имеющие представления о порядке и дисциплине, живущие, как вздумается, плюя на древние законы нашего вида, ввергая наш мир в хаос. Они отщепенцы, анархисты, шваль, бог знает, что о себе возомнившая. Они думают, что им все позволено, что они могут безнаказанно оскорблять Вольтури и плевать на власть аристократов. Но так не бывает. Всё незыблемо под солнцем. Слабый подчиняется сильному. Так было всегда и так будет. А гуманность, равенство и братство - это глупые выдумки людей, у которых что ни день, то новые законы, новые правители, выбранные слугами среди слуг в жалкой цивилизации, управляемой лавочниками.
Я шла к частному самолету Вольтури, мое лицо ничего не выражало, и только Алек догадывался, что я не так безмятежна, как кажется. Алек хмурился, все Вольтури шли молча, не глядя друг на друга. Мы переживали поражение и не хотели обсуждать его между собой. Не подавать виду, даже если очень плохо - это первое, чему я научилась еще в детстве. А второе - отдавать свою боль другому, чтобы ему было еще хуже, чем мне.
Внезапно я остановилась, пронзенная догадкой. Как же я глупа, равенство и любовь - это для отвода глаз! Они претендуют на НАШУ власть! Они хотят свергнуть Вольтури и занять наше место! Они играют в святых, а сами замыслили стать королями вампиров. Эдвард и Белла...
Пораженная, я повернулась к Господину. Он о чем-то разговаривал с Хайди и, заметив, какое у него выражение лица, я сочла за лучшее не подходить.
Карлайл слишком добрый, он возится с людьми, власть его не интересует и была бы ему в тягость. Эсми домохозяйка. Розали - самовлюбленная дура. Эммет - пушечное мясо, боец. Элис... О, Элис коварная дрянь. Джаспер - тарантул, убийца, палач клана Калленов. Никто из них не годится. А вот Эдвард и Белла... Хотя они прикидываются, что их интересует только их великая любовь, но на самом деле двуличная парочка метит на престол. Они жаждут стать Королем и Королевой нашего мира.
Ее бы я убила во вторую очередь. Белла, этот ходячий десерт без мозгов, ПОСМЕЛ оказать мне сопротивление. Ей удалось быстро осознать свою силу, она научилась вытаскивать свой щит из головы и прикрывать всё свое войско. И я видела, как она смеялась мне в лицо. Я воткну эту улыбку ей в горло.
Они думают, что любовь - это самое главное. Но любовь ничего не стоит. Она делает их слабыми, а, значит, уязвимыми. Любовь их и погубит.
Они думают, что счастье возможно. Дидима тоже так думала. Но она ошиблась и поплатилась за это жизнью.
1.
Вчера я заметила, что Лаура, новый секретарь, ведет себя странно. Прошлая красавица вывела Кая из себя, и он свернул ей шею. Ей не удалось стать такой как мы. Как и всем предыдущим кандидаткам. Лаура пока держится, благодаря своему умению угождать и быть совершенно незаметной. Но я приглядываю за ней. Вчера вместо того, чтобы заниматься документами, она ворковала с кем-то по телефону. Я не понимала ни слова, и мне это не нравилось. Когда она вышла в туалет, я взглянула на номер, девушка болтала за наш счет с Москвой. Думаю, нужно подыскать нового секретаря. Сегодня утром Лаура наплела, что ей надо срочно к заболевшей мамочке, и взяла выходной. Я тенью последовала за ней.
Конечно, всё ложь. Она что-то задумала. Не зря у нее так сверкали глаза, от возбуждения она не находила себе места, то и дело глядела на часы и поправляла волосы. Кажется, кто-то пытается водить нас за нос. Я нахмурилась: слугам из числа людей запрещены любые связи с внешним миром, кроме родственных. Они имеют право встречаться с родственниками раз в месяц и не более. Они дали своего рода подписку о неразглашении. Обычно на нас работают должники и ослушники. Те, кто провинились. Те, кто нам должны и не могут расплатиться. Или те, кто нам нужны, и это уже мы платим им. Но секретари - особая каста, они слишком близко к нам, и требования к ним особые. Они получают такие суммы, о которых обычные люди могут только мечтать. Всё, что от них требуется, это не покидать замок, не поддерживать личные контакты - фактически исчезнуть для мира. Тогда с ними всё будет хорошо. И с их родными.
Лаура только что нарушила правила.
Он прилетел на московском рейсе, ее любовник. Надо будет после проверить наши счета за международные переговоры, что-то мне подсказывает, что обнаружится приличная недостача. Лаура только что лишилась работы, жизни и родителей. Я встала за колонну и набрала Алека. Он был сегодня занят каким-то спецпоручением, поэтому его не было в городе. К вечеру он доставит семью девушки в Вольтерру. В сущности, доказательств не требуется, моего свидетельства достаточно, но Аро мудрый и справедливый правитель - он всегда сам опрашивает подозреваемых. Я прикинула: у семьи Лауры дома во Флоренции и Пизе, обширные виноградники, производство оливкового масла... Я улыбнулась.
А Лаура не переставала щебетать:
- Сержио, так здорово, что ты приехал! Тебе у нас понравится! Я покажу тебе Дворец Приоров, наш знаменитый собор на площади Сан-Джованни, и мы сходим в музей этрусков! Давай пошли, я на машине! Ты не представляешь, где я работаю! Ты просто не поверишь!..
Ей осталось сказать, что она работает с вампирами и устроить Сержио ночевать в апартаментах Аро. Глупая человеческая девушка.
Лаура побежала в туалет, здесь уже поджидала ее я.
Я сняла солнцезащитные очки и вздохнула. Я не спросила, как здоровье ее мамочки, только молча смотрела на нее. Она так перепугалась, что просто стояла и таращилась на меня. И тут же выгнулась назад и упала на спину, хватая ртом воздух. В отличие от той девчонки, Бри, она даже не могла кричать. Она била рукой по полу, билась затылком о кафель, из глаз ее текли слезы. Когда она завыла, я ее отпустила.
- Кто он? - спросила я.
Тяжело дыша, Лаура отползала к дверям, глаза ее выпучились от ужаса.
- Пожалуйста, - вдруг зашептала она, - пожалуйста, пожалуйста, не убивайте его. Он ничего не знает.
И снова забилась от боли - она не ответила на мой вопрос.
Я осторожно прикрыла дверь туалета и повернулась к ней.
Лаура сжалась в комок, прикрылась руками. От страха она ничего не соображала.
- Кто он?
- Мой брат... А-а-аааааа! Сергей! Он русский!
- Как вы познакомились?
- Я училась в Москве, мы вместе учились. Пожалуйста...
- Что он знает?
- Ничего, ничего, поверьте мне! Он думает, я просто работаю в офисе!
- Зачем он приехал?
- В отпуск! Отдохнуть!
- Ты меня обманула.
- Простите.
- Всё остальное скажешь Аро. Бери своего друга, поехали.
Я надела очки. Лаура нагнулась над умывальником и всхлипнула.
Мы шли по залу прилетов к ее другу, Лаура тряслась рядом. Он повернулся к нам и вежливо улыбнулся.
- Эт-то моя подруга, Дж... - начала Лаура и осеклась.
- Джоанна, - представилась я, - нам по пути.
2.
Мы заехали на нашу стоянку на площади Дей-Приори. С ее парнем не должно возникнуть проблем. Если он ничего не знает, его отпустят. Но она с ним разговаривала много раз, и, учитывая почти полное отсутствие мозгов и осторожности, могла проговориться.
Я привычно вела их за собой, когда подошел Деметрий и сообщил, что Аро будет только к вечеру. Я остановилась. Что ж, подождем.
Заплаканную секретаршу я заперла в подвале. Он этого не видел. Мужчину я повела в другое крыло, он был в полной уверенности, что в "офисе Лауры" есть гостевые комнаты. Действительно, мы находились во внешней "человеческой" части замка. Здесь расположен наш главный офис, официальная приемная, секретариат, бухгалтерия, переговорные и гостевые комнаты для деловых партнеров и высокопоставленных гостей. Работают здесь преимущественно люди. Судьба этого человека не решена. Чтобы не возникло проблем, я пока оставалась в темных очках.
На этаже мне выдали ключи, и я повела его в номер.
- Это отель? - спросил Сержио. - Я думал, Лаура здесь работает.
- Она работает в отеле.
Парень кивнул.
- Подождите здесь, ее срочно вызвали к руководству.
Сержио улыбнулся:
- Я пленник?
- Почему вы так решили?
Он не ответил, стоял, возвышаясь надо мной, и внимательно меня разглядывал.
Судьба парня не решена. Я сдержалась.
- Вы можете заказать еду в номер.
- Значит, я пленник, Джоанна.
- У нас есть свободные комнаты, и Лаура решила устроить вас здесь.
Он мне не поверил. И я удивилась, когда он неожиданно предложил:
- Пообедаете со мной?
3.
Я не стала отказываться и решила выяснить, кто он такой. Если все узнаю сама, ждать Аро не понадобится. И я либо выкину его отсюда, либо... Интересно, каковы на вкус русские? Особенно такие: высокие, широкоплечие, с острым взглядом и обветренным лицом.
Мы расположились у столика. Служанка расставила блюда и исчезла. Он с интересом оглядывался, оценивая обстановку. Я видела, что он смотрит не так, как обычные люди. Они смотрят и не видят, а он подмечает все детали. Впрочем, гостевые комнаты оформлены в стиле итальянского Возрождения, у нас есть на что посмотреть.
- Сержио, вы живете в Москве?
- Угу, - он кивнул, глотнул вина и с аппетитом принялся за еду.
- Вы хорошо говорите по-итальянски.
- Я учился в институте иностранных языков.
- Вот как. Вместе с Лаурой?
- Да. Выпьете со мной?
- Нет, спасибо.
- Напрасно, вино великолепно.
- Вы разбираетесь в винах?
- Немного. Слушайте, Джоанна, вы так и не снимете очки?
Я тяжело взглянула на него.
- Шторы задернуты, мы в помещении, или это для имиджа?
Я бы размазала его по полу, но судьба человека не решена.
Вместо ответа я спросила:
- Вы давно знаете Лауру?
- Джоанна, сколько вам лет? Вы серьезны не по возрасту, - и он ласково усмехнулся.
- Она ваша возлюбленная?
Он отложил вилку и уставился на меня. Потом вдруг взял меня за руку.
- Да ты совсем заледенела!
Я окаменела. Медленно высвободила руку и ударила, вложив в мысленный удар всю силу.
Он упал со стула, подняв грохот. Я была немного взволнована. Он сидел на полу и смотрел на меня во все глаза.
- Ого! Ну ты и штучка.
Я встала и отшвырнула очки. Зачем мне ждать Аро?..
Он замер, как громом пораженный, уставившись мне в глаза.
- Как?! Ты жива? Не может быть... - зашептал он. Вид у него был такой потрясенный, будто увидел привидение.
Он бросился ко мне, схватил за плечи, начал меня трясти и орать:
- Ты жива? Скажи, это правда ты? - он и плакал и смеялся, а я вообще перестала что-либо понимать.
- Жанна, Жанночка, ты жива, - шептал он и покрывал поцелуями мои глаза. - Простишь ли ты меня когда-нибудь?
Уже много лет меня никто не обнимал. Никто и никогда не прикасался ко мне. Алек мог приобнять, Аро положить руку на плечо, но и только. Уже сотни лет никто не осыпал меня поцелуями и не прижимал к себе. Его слезы были горячими и причиняли мне боль. Его поцелуи смущали. Я не знала, что делать. Когда он так близко - глаза в глаза, я не могу ударить, я беспомощна!
- Пусти! - я отпихнула его, и он снова полетел на пол. - Не смей ко мне прикасаться, смертный, - процедила я сквозь зубы и вытерла лицо.
4.
Сергей поднял руки и начал медленно отступать:
- Видишь, все в порядке. Не бойся.
И это он говорит мне.
- Жанна, что случилось? Как ты здесь очутилась? Что это за место?
Он забрасывал меня вопросами, а я смотрела ему в лицо, удивляясь тому, что он еще жив. И что я все еще его слушаю.
- Мне надо отлучиться, - сказала я и вылетела из комнаты.
Я бежала по коридорам замка, сбивая с ног горничных. Одну, не глядя, схватила за горло и втащила в свою комнату.
- Выйди! Пошла отсюда! - тут же закричала я, и она выскочила вон.
Я бросилась в сад и остановилась только у пруда. Я голодна, мне нужно...
- Жанна...
Я не поверила своим ушам. Он догнал меня.
- Что с тобой? - Он не подходил. Заходящее солнце играло на моей коже тысячами сверкающих бликов, и я не знала, что ответить.
Я вошла под тень деревьев и присела на скамью. Непонятный русский устроился рядом.
Мне не хотелось его убивать.
- Расскажи мне всё, я не помню, - попросила я.
- Совсем ничего?
- Ничего.
- Как ты могла забыть? Когда я попал в плен в одной далекой горной стране, местная девочка приносила мне хлеб и воду. Девочка с прекрасными глазами, не знающая ни слова по-русски. Я только знал, что ее зовут Жанна. Она помогла мне бежать. Потом в Октябрьском районе, во время зачистки, я бросил гранату, но в доме могли остаться духи. Я вошел, услышал шум, палил, как обычно. Велел им сдаваться. Он медленно вышел на встречу - камуфляж, лицо закрыто. Я велел поднять руки. Он не подчинился. Кто-то дернулся за его спиной. Кто-то там был. И я выстрелил. Он упал. Второй, тот, что был за его спиной, выпрыгнул в окно, и я не стал его догонять. Я очень устал. Я решил посмотреть в лицо убитого духа и стянул маску. Это была Жанна. Кляп во рту. А руки она не могла поднять, потому что они были связаны за спиной. Эти уроды прикрывались женщинами и детьми, переодевая их в военную форму.
Я думал, ты умерла. Я был уверен, что убил тебя.
И когда ты чем-то ударила меня и сняла очки, я увидел...
Его история тронула меня. Он не боится мистических существ. Он прошел через ад.
- Ты ее любил? - спросила я тихо.
- Да, как сестру. Как единственного человека, который отнесся ко мне по-человечески.
- А Лаура?
- Мы дружили в университете, ходили по музеям, она подтягивала меня по итальянскому. Потом пригласила приехать на лето. Я был не против. Мне всё равно. Она это знала.
- Односторонняя любовь.
Он промолчал.
- Сергей, я не Жанна.
- Я вижу. Вы разные. Просто поначалу поразило сходство.
Сергей взял мое лицо в ладони и вгляделся в глаза:
- Вы непохожи, но у нее были твои глаза. Они мне снятся уже десять лет. И каждую ночь я прошу у тебя прощения. И сейчас прошу простить меня. За то, что убил хорошего человека. Так похожего на тебя.
Я сглотнула комок и схватилась за горло. Мне было тяжело дышать.
- А если я не жертва, а убийца?.. - спросила я. - Жестокая и хладнокровная.
- Я тоже.
- А если я не человек?
- Можно ли назвать человеком меня?
- Нет, ты не понимаешь! Я говорю совсем о другом! Тебя не удивляет, что я сверкаю?
- Мне пофиг, даже если ты изрыгаешь пламя.
- А мои красные глаза?
- Мне нравится.
- Все русские такие идиоты?
- Почему ты дрожишь? Тебе холодно?
- Нет! Мне не холодно! - вспылила я. - Меня зовут Джейн Вольтури. Я наемный убийца местной мафии, - я пыталась ему это втолковать как ребенку, по слогам.
Сергей задумался, вытащил сигареты, закурил.
- Лаура что-нибудь тебе рассказывала? - спросила я осторожно.
- Нет, ничего.
- Тогда... пойдем, я выведу тебя отсюда.
- Жанна...
- Я не Жанна.
- Прости, Джейн.
- Иди быстрей, пока никто не увидел.
- Пойдем со мной, - позвал он.
Я остановилась и посмотрела на него. Всё как всегда. Наш древний парк, птицы поют, Марк вышел на балкон подышать свежим воздухом... и ненормальный русский просит меня пойти с ним!
- Куда?
- Поехали со мной, в Россию. Что тебе тут делать? Поехали домой.
- Это мой дом, Сергей!
- Тогда у тебя будет два дома! Поедем в Сибирь, охотиться на медведей. Ты когда-нибудь видела Северное сияние? Это очень красиво. Я тебе покажу.
Последние слова наверняка слышал Феликс. Он был уже близко. Я быстро взглянула на него и закрыла Сергея.
- Пойдем. Тихо.
Не знаю, видел ли он Феликса, но больше не спорил.
5.
Я сама отвезла его в аэропорт. Дождалась отправки рейса. И долго сидела в машине, глядя перед собой. Домой вернулась около полуночи. Проклятый русский не давал мне покоя. Я вижу его лицо, так близко. Будто он не уходил, а так и стоит передо мной. Я коснулась щеки, провела пальцами по губам. И вздрогнула от телефонной трели. Голос секретаря:
- Джейн, вам звонят. Вторая линия.
- Соедините. Алло?
- Встретимся завтра?
- Что-о?!
- Я подумал, не сходить ли нам в оперу?
Я медленно положила трубку. Он не улетел! Остался в Италии, узнал номер конторы. Какой сумасшедший день. Я будто спала двести лет и внезапно проснулась. В тот момент, когда этот человек целовал мое лицо. Я очнулась, впервые в жизни открыла глаза и очень близко увидела его глаза, голубые, выцветшие от яркого солнца. Глаза того, кто встретил меня в этом мире. Почувствовала его тепло. Услышала полный тревоги голос. Он звал меня по имени, но как-то не так. Как-то по-своему. И я впервые ощутила, что живая.
В комнату заглянули:
- Джейн? Вас зовет Аро.
Я прошла к Господину, он уже допросил Лауру и вынес вердикт: невиновна. Нарушение правил незначительное, только штраф. Ее вместе с родителями вывели из зала. Меня сковал холод, если он позовет меня и спросит, как прошел день... Если он возьмет меня за руку!..
- Господин, я могу идти?
- Да, моя дорогая. Ты, как всегда, безупречна. Берите пример с Джейн, моей чудесной маленькой умницы. Она никогда не расслабляется, всегда сохраняет бдительность. Сегодня она ошиблась, но в другой раз это спасет нас всех. Учитесь, дети мои.
Его слова, которые всегда казались мне такими важными, такими необходимыми, звучали как бессмысленный набор звуков. Они ничего не стоили. Как же я раньше этого не слышала? Разве господа любят своих слуг?
Я вернулась в свою комнату и велела меня соединить с последним абонентом.
- Ага, я знал, что ты позвонишь!
- Уезжай немедленно! Садись на любой рейс...
- Джейн.
- Забудь обо мне! Выбрось эту глупость из головы и спасай свою шкуру.
- Джейн. Я не уйду. Разве что вместе с тобой.
- Я не хочу ехать с тобой.
- Тогда уезжай одна. Только не оставайся там. Когда я тебя увидел, то подумал: что сделали с этой милой девушкой? Кто это сделал? Ты выглядела мертвой, Джейн. Это место тебя убивает.
- Ты ничего обо мне не знаешь!
- Я тебя знаю. Один раз я уже потерял тебя, в этот раз всё будет иначе.
Я положила трубку. Открыла окно и выпрыгнула в сад. Мне надо было подумать.
Он стоял там, где мы говорили, у пруда. Я хорошо видела его в темноте. А он услышал меня, только когда я подошла. Я могу убить его голыми руками, даже не пользуясь даром. Моя жизнь рушится из-за нескольких слов этого смертного. Надо с этим кончать.
- Привет, - сказал он и обнял меня.
- Привет, - ответила я, и все мысли вылетели из головы.
- Я Сергей Ивлев.
- А я Джейн.
- Сколько тебе лет?
- Шестнадцать. А тебе?
- Двадцать восемь.
- Ты веришь в вампиров?
- Я верю в любовь.
- Любовь причиняет боль. И я умею причинять боль. Я приношу всем только боль и страдания.
- Нет, ты умеешь доставлять наслаждение.
- Неправда. Я никогда...
- Когда ты шарахнула меня (что это была за штука?), я подумал: вот это девчонка! Мелкая, а может за себя постоять. Это меня здорово развеселило. Никогда я еще не валялся у ног женщины, ею же сбитый с одного удара. А когда я тебя целовал, то почувствовал острое счастье. Счастье, Джейн. Это больше, чем наслаждение.
- Ты преувеличиваешь. У тебя что, никого не было?
- Не было. Никого. Кто-то был, конечно, но... - он пожал плечами.
- Ты не замечаешь, что я холодная?
- Похоже, ваши зАмки плохо отапливаются. - Он улыбнулся. - Я взял два билета в Москву. У тебя есть загранпаспорт? Тебя надо отпрашивать у родителей?
- Нет, я уже взрослая.
- Тогда пошли?
- Прямо сейчас?
- Ну да.
- Пошли. - И я ухватилась за его руку. - Только знаешь, если ты еще раз назовешь меня Жанной, я тебя убью.
- Женя устроит? Это Джейн по-русски. Или это слишком непочтительно для сеньориты?
- Ты смеешься надо мной?
- Нет, но когда ты вот так глядишь, меня пробивает радостью. Как ты это делаешь?
- Это мой дар, - сказала я и улыбнулась.
У Дидимы не вышло уйти - Аро убил её, хотя она была его родной сестрой. А у нас получится. Пусть Аро сам сражается с Калленами.
Я пришлю ему открытку из Салехарда. Это русский город, откуда родом Сергей. Там царит полярная ночь и небо озаряет Северное сияние. Сергей сказал, что мечтает увидеть, как я сверкаю на фоне небесной радуги. Как танцует его итальянская богиня среди российских снегов. Звучит, как в сказке.
6.
Когда мы покидали Вольтерру, я увидела машину брата. Он поджидал нас. За градом событий последних суток я даже забыла ему позвонить. Алек хотел знать, что происходит. Он и представить себе не мог, что я собралась уйти, да еще с человеком. Наверное, для Аро это станет сюрпризом, но Алек принял мою сторону. Он убедит Аро ничего не предпринимать и отпустить меня. Но сам Алек моего оптимизма не разделял. А я не хотела прощаться с Господином, чтобы в моих мыслях он не увидел Сергея.
- Он очень быстро всё узнает, - заметил Алек. - И никогда тебя не простит. Он захочет тебя вернуть.
- Я знаю.
- Деметрий может найти тебя где угодно.
- Я ее спрячу, - Сергей встал рядом со мной.
Алек смерил его взглядом, для него человек был просто закуской, по невежеству открывающей рот.
- Что он знает? - спросил Алек.
- Всё.
- Ты нарушила правила, Джейн.
- Да, - я кивнула, - теперь я обречена. Сергей, ты бы не мог?... Нам надо поговорить.
- Нет, - Сергей изучал лицо Алека и никуда не торопился.
- Сядь в машину, - велел ему Алек.
Сергей и ухом не повел, а я вмешалась:
- Не надо с ним так разговаривать!
Давно мы не ссорились.
- Ты думаешь, что ты делаешь? - разозлился брат. - Чем он тебя взял? Это просто человек. Тебе и десяти таких мало, чтобы насытиться. Одумайся, Джейн. Пусть он тебя зацепил, это бывает. Но зачем уходить? Подержи его в замке, пока не надоест. Что? Ты же хотела, чтобы он слушал? Пусть знает, что бывает с такими... - Он презрительно скривился.
- Алек, прошу, перестань.
- Ты его любишь? Настолько, чтобы подписать себе приговор? Чтобы...
... Бросить меня. Вот, что он имел в виду, но не стал произносить вслух. Мы всегда понимали друг друга с полуслова. С полумысли.
- Алек, - сказала я. - Мы еще увидимся.
- Когда меня пошлют тебя убивать? Или когда он умрет от старости? А если он просто хочет стать вампиром, и выбрал тебя?
Слова Алека были оскорбительны, но Сергей стоял совершенно спокойно. Он не подавал признаков нетерпения, не злился, и в его запахе так и не появилась кислая струя страха, которая меня всегда так возбуждала. Ощущать чистый запах человека, не приправленный перчиком ужаса, было очень необычно. Будто он просто стоит со своей девушкой и терпит выходки ее ревнивого братца. Он чувствует опасность, люди всегда сжимаются и опускают глаза, когда мы рядом, но он не борется со страхом, не пытается его спрятать и выглядеть героем - он просто не боится. Совсем.
Сергей снова меня удивил.
- Никакой Деметрий до нее не доберется, - сказал он.
- Как? Ты запрешь ее в бункер? - Алек соизволил снизойти до вопроса.
- В своих замках и подвалах вы сильно отстали от жизни, - ответил Сергей. - Вы не встречали других могущественных существ и считается себя венцом творения. Но они есть. И кое-кто из них мне должен. Джейн будет в безопасности. На моей родине никто ее и пальцем не тронет.
Алек побледнел от такой наглости.
- Что за существа? - бросил он в раздражении.
И вдруг ойкнул, когда Сергей скрутил его, заломив руки за спину и заставив согнуться вдвое. Я потеряла дар речи. Это невозможно. Алек дергался и не мог вырваться! Он прожигал меня взглядом, но я бы не стала причинять вред Сергею. Я просто схватила его за плечи, и он отпустил брата. Алек тут же бросился на него, и они покатились по мостовой, мутузя друг друга как мальчишки. Сергей вдруг оказался рядом со мной, пока Алек еще только поднимался с открытым ртом и в крайней степени ярости.
![[]](/img/e/elena_k/odin_den_jeyn/dzhejndowstrechissergeem.jpg)