- Э-э-эх! - с этим бравым криком я гордо свалился с кровати.
Конь, рассеянно жевавший занавеску, на миг оторвался и удивленно посмотрел на хозяина.
- Э-э-эх, полюшко-поле-е! Поле раздо-о-ольное, воля во-о-ольная-я! - задумчиво пропел я с пола.
- Попытка первая, - сказал конь, - неудачная.
- Говорящий! - удивился я, но вовремя спохватился. - А, Храп, это ты... Черт!!!
Теперь удивился конь. За четыре года общения с этим... животным... я уже привык, что уши торчком и глаза размером с блюдце - это одно из двух, либо "Хозяин с ума сходит", либо "Близко, близко вражья рать - глянь вперед, из-за кустов поперла". На всякий случай я глянул не только вперед, но и назад, и по сторонам. Даже потолок осмотрел - рати не было.
- Да ладно тебе, Светояр, - говорит конь, видя, как я щеку, щетиной поросшую, почесываю в воспоминаньях. - Тверду, вон, тогда вообще не повезло - тоже ведь на сто аршинов прыгал...
- Тверд?! - схватился я за голову, товарища представляя.
- Ну на коне... - поправился Храп. - За Настасьей-царевной, помнишь? Бить его не била, конечно, наоборот - герой, в сор... в соревнованиях победил, добрый молодец... - Храп как мог извернулся, уставился на меня и замогильным голосом продолжил:
- А как пришел к Гордею... Так тот ему и говорит...
- Что говорит? - заинтересовался я, вперед подался.
- И говорит... Жени-и-ись!!!
- Тьфу на тебя, скотина! - отпрянул я, рукой на конягу вредную махнул.
А тот ржет:
- Тверд то же самое сказал! А пришлось ведь, попал в сети сокол наш...
- Ну ладно, я виноват, напился, как последний...
- Гад, - подсказал Храп.
- ...А ты-то что... волчья сыть... прыгать стал?!
Конь молчал.
- Опять какой-то шутник в ведро с водой браги подлил? - догадался я.
Конь покаянно мотнул головой.
- Хозяин... - робко так спрашивает вдруг Храп. - А ты другую песню знаешь?
- Да я и эту-то не полностью помню... Хотя... Ну, там еще что-то про поле и березку - я в деревеньке какой-то услыхал... Только ее девицы красные в хороводах поют.
- А может, лучше эту, девичью петь будешь? - предложил конь.
- А может я лучше тебя на мыловарню сдам?! - предложил я в ответ.
- Ну правда, - не сдается конь. - Который раз ее поешь, а все мороз по шкуре и птицы на подлете глохнут!
Тот помолчал, взглядом меня окинул. Тоже мне, девка он, что ли, чтоб рассматривать? Сам знаю, что выгляжу сейчас хоть куда - хоть в наши темницы, хоть в какие другие - везде без вопросов примут как родного!
В этот момент-то солнышко полностью пропало и вижу - то не конь уже неказистый, то волк лесной, да огромный такой! Восхищался молча, зверюгу разглядывал.
- Ну что, хозяин, - шипит тихонечко волк, - может, слово скажешь, или все будем... как это... впечатление производить?
- Светояр! - разглядела в темноте царевна. - Ужель ты теперь тоже к Кощею подался?
- Тьфу на... В смысле, нет, царевна.
- Надобно бы блюдце какое, - молвила, - и яблоко.
- Тарелку любую бери, - отвечает Микола, - а яблок нет, только картошка в подвале.
- А, леший с ними, с традициями! И картошка сойдет!
Выбрала Середа картошку какую поприглядней да покруглей, тарелку глиняную на колени положила, стала катать. Капризничает тарелка из-за того, что не яблоко у ведьмы в руках, а подчиняется.
- Как я ябл... картошечку качу, да наливну... качу, в общем. Как по тарелочке, да по краешкам ровненьки... Микола, ты грыз ее, что ли?