Епифанова Саша: другие произведения.

365 дней

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Третий и последний рассказ из цикла. Один год из жизни обычного детектива полиции. Жизни, наполненной убийствами, трупами, жестокой реальностью и серой повседневностью. Проведите 365 дней в обществе старшего детектива Джона Смита, живущего в небольшом городке Н.


   365 дней
  
   Человек, словно сломанная кукла, развалился в убогом кресле, откинув безвольную голову назад и устремив пустой взгляд куда-то в потолок. Волосы темной потной кучей слиплись по бокам и как будто собирались вот-вот выпасть. Руки педантично лежали на ручках кресла, а раздвинутые ноги промахнулись мимо подножки. Но ничего из этого не привлекало внимания единственного зрителя. Он смотрел только на пошло распахнутый рот, из которого медленно капала кровь, меняя оттенок совершенно белых зубов на грязно-кроваво красный. Потом она стекала тонкой струйкой на подбородок и дальше на шею, заполняя собой глубокие борозды. Пожалуй, это была единственная картина, которой он мог наслаждаться бесконечно.
  
  
   ***
   День тридцатый
   Стоял душный полдень. Выйдя из-за угла, я, как и всегда в это время, увидел здание нашего участка, которое буквально дымилось из-за жары. Казалось даже, что, если приглядеться, можно будет заметить, как оно чуть мерцает под лучами беспощадного солнца, а ведь это было еще только начало весны. Скорее бы наступила осень и принесла с собой прохладу.
   Полицейский на входе козырнул мне, но без слов. Я предпочитал ни с кем вербально не здороваться. Такая уж сложилась привычка. У моего стола уже столпились новички. Кадеты. Дети. Не знаю даже как называть. Никто из них не садился. Оно и понятно. Капитан сделал строгий выговор, сказав, что я запугал молодежь своим приветствием и приказал впредь вести себя сдержаннее. И это, несмотря на то, что я никогда не планировал стать нянькой для кучки неопытных подростков.
   Пройдя мимо них и даже не посмотрев, я опустился на свой скрипучий, почти развалившийся, стул и оглядел гору бумаг на столе. Конечно, давно пора было бы разобрать все это, но нет абсолютно никакого желания.
   - Доброе утро, сэр? - девушка оказалась смелее двух парней и попыталась со мной поздороваться.
   Мисс Джудит Саммер, неполные двадцать три года, рыжая, невысокая, отличница.
   - Садитесь, - бросил, ни к кому конкретно не обращаясь, и сделал вид, что увлечен папками на столе.
   Исподлобья продолжил следить за ними, наблюдая кто и куда сядет. Имелось всего три стула: один напротив меня, другой у второго стола и третий у моего. Самое удаленное и спокойное, с их точки зрения, место - это стул у стола напротив. Его и занял мистер Стив Барисон. Двадцать три года, каштановые волосы, высокий и широкоплечий, отличник. Мисс Джудит Саммер поспешила опуститься напротив меня, а вот мистеру Йену Джейкобсу, двадцать три года, блондин, тощий, среднего роста, остался только стул у моего стола. Он очень долго мерил его подозрительным взглядом, так долго, что заставил и меня включиться в эту мини-игру и послать ему невербальный приказ усесться наконец. Как же не люблю возиться с детьми!
   Я решил не обращать на них внимания, конечно, сами собой они никуда не исчезнут, но хотя бы не будут мешать мне думать. Пока, опять же из-за этих подростков, у меня не было никаких дел. Последним мы закрыли дело серийного насильника, и пора было сдать эту папку в архив. В принципе, как и множество других на моем столе. Особенно папку с делом Джереми Рэда и Ричарда Блэка. Выудив несколько бумаг из накренившейся стопки, я отправился в архив. Мои подопечные неуверенно, но все же последовали за мной. А я-то понадеялся, что они останутся в офисе. Жаль.
   Меня всегда удивляло, что в нашем управлении был только один чертов лифт, в который вечно набивалось много народу и приходилось ехать плотно притиснутым к другим. И сегодняшний день не был исключением. Кроме меня и троих новичков в тесную кабинку втолкнулись еще трое человек. Двое из них ехали в подвал - в морг, а один вверх, но не в архив, а отдел вещдоков. Когда мы, наконец, вывалились на втором этаже, я ощутил себя неприятно помятым и оценил свою идею отправиться в архив, как наиглупейшую.
   - Привет, Джон, - седоволосый работник архива добродушно улыбнулся мне.
   Я кивнул и протянул папки. В ту же секунду вспомнив, что он озвучит и номера дел и, из-за своей излишней болтливости, их подробности. Резко развернувшись, я посмотрел на застывших в нескольких шагах от меня ребят и спокойно произнес:
   - Отправляйтесь на улицу и ждите меня в машине, - никто из них даже не посмел ослушаться моего приказа, хотя снаружи и стояла удушливая жара, а после управления с его кондиционерами, она ощущалась еще ярче.
   - Что это за молодняк с тобой? - заинтересованно протянул мистер Фрейкхард, когда подростки скрылись из вида.
   - Новички, - я расписался в предложенных бумагах и стал терпеливо ждать, пока он заберет дела и можно будет уйти.
   - Так-так, что ты мне в этот раз принес, - протянул он в задумчивости.
   - Дело номер 245, Джереми Рэд, номер 322, Ричард Блэк, номер 278, Айвил Старин и номер 345, Рассел Стрим, - быстро отчеканил я, устав ждать.
   - Спасибо, Джон, - мистер Фрейкхард снова улыбнулся. - Иди, я знаю, как ты не любишь простаивать без дела.
   Я снова кивнул и отправился к лифту. Велико было желание забыть о ждущих меня на улице новичках и просто заняться своими делами. Но нежелание получить очередной выговор от капитана было сильнее. Поэтому я, не задерживаясь в офисе, направился к выходу, приготовившись к очередному скучному и невозможно долгому дню.
  
  
   ***
   Воспоминание, двадцать шесть лет
   Патрулирование улиц всегда казалось мне довольно скучным занятием, но, к сожалению, необходимым. В нашем городе росла подростковая преступность из-за вседозволенности и того, что обществу было просто плевать на всех этих глупых, запутавшихся и оттого озлобленных, детей. Я старался разнимать их мягко и применял крутые меры лишь в редких случаях. Воспитывая свой характер с годами, я выработал особую линию поведения, которая распространялась только на непонятливых людей, а в будущем - на всех.
   Я медленно вел машину по 36ой. Сегодня был на удивление спокойный вечер. Вывернув руль, поехал по 29ой - одной из самых криминальных улиц города, внимательно всматриваясь в плохо-освещённые переулки и прислушиваясь к крикам за темными или едва светящимися окнами. Между двумя полуразвалившимися домами, недалеко от поворота на 35ую, в полумраке что-то зашевелилось. Я остановил машину и, опустив стекло, посветил фонариком в проулок. Рыжая макушка была опознана мной моментально. Заглушить мотор, вынуть ключи из зажигания, пристигнуть дубинку, поднять оконное стекло, бесшумно закрыть дверцу.
   - Мистер Рэд, - я медленно приблизился к распластанному телу.
   - Хай, Смит, - он сплюнул кровь, - рад тебя видеть. Упс, не совсем видеть. Кстати от тебя с годами стало сильнее разить всей этой грязью, вроде полиции, полоумных маньяков, больных насильников и прочих. До дома меня не подкинешь? Я, правда, немного грязноват.
   После этих слов он зашелся в сильном кашле. Я знал, кто избил подростка и почему. Его слепота действительно была феноменальной, так же, как и способность при этом видеть. Не исключаю варианта, что оставшиеся чувства действительно обеспечили ему какое-то подобие зрения. Но верится в это с трудом, хотя такие случаи и были известны в медицине. Наклонился и легко поднял его на ноги, несмотря на внешнюю тщедушность, я с детства обладал не дюжей силой. Видимо, тоже какие-то шутки природы.
   - Постарайтесь не слишком испачкать сидение, мистер Рэд, - легко втолкнул его в машину и захлопнул дверцу.
   У него не было серьезных повреждений, несколько синяков, ушиб головы, отчего у него развилась легкая дезориентация, выбиты два пальца на правой руке и остальные незначительные повреждения, которые легко можно получить в неравной драке. Поэтому я завел машину и продолжил свое патрулирование, чуть изменив мысленно маршрут, чтобы все-таки завезти мистер Рэда в больницу. Мое участие на этом должно закончиться, и так слишком сильно позволил себе озаботиться судьбой этого подростка и мистера Фолкера. Это не мое дело.
  
  
   ***
   Улица поприветствовала меня удушливой жарой, с трудом можно было даже вдохнуть. У патрульной машины кружочком столпились новички и медленно жарились на солнце. Идиоты. Хотя я сам им это приказал.
   - Внутрь, - распахнув переднюю дверцу, удобно расположился на сиденье.
   - Есть, сэр, - дружно откликнулись.
   Место водителя занял мистер Барисон, за решеткой разместились мистер Джейкобс и мисс Стрэйт. Я никогда не ездил за решеткой, старался никогда не садиться за руль и на дух не переносил отвечать на рацию.
   - Куда ехать, сэр? - мистер Барисон медленно запустил двигатель.
   Потянулся и включил кондиционер. Он утробно заурчал и начал наполнять салон прохладным воздухом.
   - Вниз к 34ой, потом на 36ую и 29ую, а дальше по ситуации, - перевел взгляд за окно и позволил мыслям течь спокойно.
   В молчании патрулирование продержалось около двух часов, мы уже успели объехать почти весь район и собирались выйти на новый круг. Во мне крепло желание бросить этих недоучек в плавящейся машине, а самому заняться настоящими делами. Бессмысленное простаивание начинало раздражать. Ни одного дела. Лишь трое подростков, сводящих меня с ума своей обыденностью. Рация попеременно разражалась, то бранью, то сухим скрежетом, то плоскими шуточками. Палящее солнце лишало разума и полицейских, особенно тех, которые были вынуждены проводить самые жаркие часы в металлическом плену.
   - 42ой, ответьте, - проскрежетала рация сквозь шум помех, - 42ой! - после секундного молчания на несколько тонов выше. - Смит, твою мать, я знаю, что ты прекрасно слышишь эту долбанную рацию, так что потрудись ответить! Ну или пусть твоя малышня поработает руками, - дежурный, видимо, сегодня тоже был не в духе.
   Мистер Барисон на секунду перевел взгляд на меня, я кивнул.
   - 42ой слушает, - пророкотал он в трубку так, что ответ, наверное, расслышали и в соседних домах.
   Я поморщился.
   - У вас вызов, 42ой, - уже спокойнее отозвался дежурный. - Разворачивайтесь и дуйте на 29ую, дом 12, там какие-то семейные разборки с криками и звоном стекла. Соседи жалуются. И да, Смит, - я расслышал в его голосе ухмылку, - держи их на поводке.
   - Принято, - после моего кивка пророкотал мистер Барисон.
   Нужно серьезно с ним обсудить степень уместности такого крика в рацию, иначе к концу их практики я рискую оглохнуть.
   Вывернув руль, мистер Барисон направил машину к нужной точке. Мы были на месте спустя десять минут. Выходить из мягкого плена кондиционера совершенно не хотелось, точно также, как и разбираться в семейных склоках алкоголиков и наркоманов. Распахнув дверцу, я окинул взглядом старый дом, из которого раздавались крики. Здесь проживала семья Робсонов, двое детей, одиннадцать и тринадцать лет, мальчики, отец - рабочий на стройке, пьяница, мать - домохозяйка, пьяница. На них было оформлено уже около десятка вызовов: беспокоили соседей своими криками, отец избивает семью. Несиловые методы на него не действуют, однако мать заявление не подает.
   Окинув взглядом высыпавшихся из машины подопечных, я прикинул, что в данной ситуации мне больше пригодится помощь крепкого мистера Барисона.
   - Мисс Саммер, мистер Джейкобс, вы остаетесь здесь, - заметив разочарование на их лицах и, вспомнив ситуацию перед участком, счел нужным добавить, - можете разместиться в машине. Мистер Барисон, за мной.
   Поднявшись по скрипучим ступеням, я постучал в дверь:
   - Полиция, откройте.
   Дверь резко распахнулась, и на меня повеяло тем смрадом, из-за которого я так не любил в свои годы патрулировать этот район. Здесь смешались и алкоголь, и запах грязи, немытого тела, пота, и даже мочи. Невольно отступил на шаг назад и оценил степень необходимости нашего вмешательства. На меня смотрел полупьяный и небритый глава семейства, он потянулся ударить нас, и я сделал шаг в сторону, позволяя ему промахнуться и кубарем скатиться по лестнице. Мистер Барисон неосознанно повторил мое движение и едва не отправился в полет вслед за ним. Придержал дверь и ступил внутрь затхлого дома, не обращая внимания на стоны, раздающиеся у подножья крыльца.
   - Полиция, старший детектив Джон Смит, - представился вышедшей навстречу женщине, показывать значок не было нужды.
   Как только она шагнула на свет, я заметил синяки на лице, кровоподтеки на оголенных запястьях и размазанные слезы на щеках. Ничего серьезного.
   - Миссис Робсон, соседи жалуются на шум, - женщина вся напряглась от этой фразы.
   - Простите, - тихо прошептала она, - это больше не повторится.
   - Настоятельно советую вам обратиться в полицию, - я еще раз окинул ее внимательным взглядом. - Это повторяется уже не в первый раз и, если вы не дадите делу ход, то не закончится никогда. Ваш муж планомерно применяет физическую силу не только по отношению к вам, но и к вашим детям.
   Из-за угла за нашим разговором наблюдали две любопытные чумазые мордашки. Младший - Теодор и старший - Джим. Я оглядел их на предмет повреждений и с выдохом отметил, дети целы. Заметив, что мальчики вышли из комнаты, где должны были сидеть на момент буйств пьяного отца, мать шикнула на них и те испуганно скрылись.
   - Это не ваше дело, офицер. У нас все в порядке! - порой глупость некоторых людей меня поражала.
   Сзади раздался скрип половиц, и я краем глаза отметил движение. Конечно, пьяный человек не мог соревноваться в быстроте реакции с трезвым, а тем более полицейским. Я уклонился, давая мистеру Робсону пролететь мимо меня, и подставил ему подножку, сопроводив ее несильным толчком в спину, чтобы полет окончился в углу комнаты. На этот раз он потерял сознание, встретившись лбом со стеной.
   - Арестуйте и доставьте в машину, - бросил мистеру Барисону.
   - Есть, сэр, - и он проворно пробрался через бардак, царивший в комнате, чтобы надеть наручники на мужчину, распластавшегося у стены.
   - За что? - закричала на меня миссис Робсон.
   - За нападение на офицера, находящегося при исполнении, - я еще раз внимательно осмотрел комнату, прислушался к звукам, доносящимся из-за двери детской, и вышел.
   Несколько дней, пока мистера Робсона не выпустят, эта семья сможет жить спокойно. А дальше, по вине малодушной матери двоих детей, все начнется по-новой.
   Снаружи показалось, что затхлый запах этого дома вышел вместе со мной. Больше десяти лет прошло с того момента, как я закончил патрулировать эти улицы, а здесь ничего не изменилось. Вся та же грязь, витающий в воздухе запах уныния и беспросветности. Я очнулся от своих мыслей, когда почувствовал, как кто-то подергал меня за штанину. Опустив взгляд, увидел Теодора.
   - Мистер полицейский, - сказал он тоненьким голоском, - а вы могли бы задержать папу подольше? Просто он такой страшный и бьет нас.
   На его глаза навернулись слезы, а у меня созрело не очень законное решение этой проблемы. Я аккуратно отцепил грязную ладошку от своих брюк и произнес:
   - Сделаем все возможное, мистер Робсон, - детское лицо озарилось счастливой улыбкой.
   Пока мы были в доме, оставшиеся новички передислоцировались: мистер Джейкобс занял место за рулем, а мисс Саммер вольготно расположилась на заднем сиденье. Очень опрометчиво. Ведь теперь вместе с ней должны разместиться широкоплечий мистер Барсон и неопрятный, сильно пахнущий алкоголем мистер Робсон-старший. Посмотрев, чтобы задержанного поместили на его законное место за решеткой, я занял свое и кивнул мистеру Джейкобсу, давая понять, что можно трогаться.
   - Куда ехать? - под моим взглядом он сжался и добавил. - Сэр.
   - В участок, - я отвернулся к окну, провожая взглядом неприветливую 29ую.
   С заднего сиденья доносились вздохи, сдавленные ругательства и удушливый смрад. Открыть окна не было возможности, так как на улице все еще стояла не спадающая жара. На 33ей образовался сильнейший затор, который грозил нам часами проведенными в довольно неприятной компании. Я протянул руку и включил сирену вместе с огнями.
   - Объезжайте, мистер Джейкобс, - скомандовал.
   Он легко выскочил на встречную, лавируя между автомобилями и огибая пробку. В конце улицы была причина всего этого беспредела - столкнулись три машины, по-видимому, без человеческих жертв. Наше вмешательство не требовалось. Проскочив так еще немного, мы встроились в поток и дальше уже спокойно проследовали к участку. Около пяти часов вечера наша машина остановилась у знакомых дверей.
   - Мистер Барсон, отведите задержанного в КПЗ номер 2, остальные свободны.
   - Есть, сэр, - хором ответили кадеты.
   Втроем мы отправились в участок, тогда как оставшиеся новички побрели вниз по улице. Внутри мистер Барсон повел в КПЗ мистера Робсона, а я тем временем поспешил доложиться капитану. Он требовал ежедневного отчета о проведенной работе. Предварительно постучав к нему в кабинет, вошел.
   - А, это ты, Джон. Ну как там ребятки? - капитан заинтересованно посмотрел в мою сторону.
   Отчет не занял и двух минут, он покивал, нахмурился, а потом смерил меня не очень довольным взглядом.
   - Джон, я, конечно, знаю, что возня с новичками не доставляет тебе никакого удовольствия, но это полезная работа, пойми это, - закончил он довольно строго.
   - Я понимаю, сэр. Однако, мне кажется, что вы могли бы поручить ее кому-нибудь другому, а меня включить в одно из текущих расследований.
   - Джон, - капитан тяжело выдохнул, - я ведь не просто так тебе их поручил. Именно ты должен заниматься ими, - с упором на местоимение произнес он. - Ты отличный полицейский и незаменимый специалист, но при этом до сих пор без напарника. Я рассчитываю, - прозвучало с неким нажимом, - что ты в будущем возьмешь кого-нибудь из этих новичков под свою опеку и он станет твоим напарником.
   Собственно, я так и думал. Капитан не мог просто так поручить мне заботу об этих детях. Правда сейчас я не видел никого из них, как хоть мало-мальски перспективного полицейского. Но, видимо, мне придется смириться с этим решением, так как переубедить шефа, когда он точно уверен, что поступает правильно, невозможно.
   - Хорошо, сэр. Я пересмотрю свое поведение. Разрешите идти?
   - Иди, Джон, - он выдохнул и смерил меня очень задумчивым взглядом.
   Развернувшись, я покинул кабинет начальника и уже хотел уйти, как у своего стола заметил одинокую фигуру мистера Барисона. Пришлось направиться к нему.
   - Вы доставили задержанного в камеру, мистер Барисон?
   - Да, сэр.
   - Тогда можете идти.
   - Есть, сэр, - и он поспешил к выходу.
   Постояв в задумчивости еще несколько минут, я пошел к КПЗ номер 2. Там встретил обычный, для такого места, запах, который показался мне излишне ядовитым, и унылые разговоры за решеткой.
   - Мистер Филтс, - обратился к молоденькому полицейскому, который сегодня дежурил здесь. - Приведите мистера Сэда и мистера Арклоу.
   - Есть, сэр, - и он поспешил открыть решетку, предварительно разогнав скопившихся у нее задержанных.
   Вскоре предо мной предстали два довольно неприятных, но широкоплечих мужчины, от которых за версту разило недельной грязью и отсутствием интеллекта. Но они были способны выполнять выгодные для них приказы без лишних вопросов, это мне сейчас и было надо.
   - Господа, - произнес я так, чтобы меня услышали только они. - Сегодня к вам подсадили нового задержанного - мистера Робсона, грузный мужчина, пьяный, с залысинами, темные волосы, грязно-серая футболка.
   Оба закивали на мои слова, показывая, что поняли о ком идет речь.
   - Было бы хорошо, - произнес аккуратно, - если бы на завтра у него пропало желание избивать свою жену и двух маленьких детей.
   Я внимательно посмотрел на мужчин, те переглянулись, и мистер Арклоу ответил:
   - Мы все поняли, начальник. Сам не люблю, когда детишек обижают.
   Я кивнул им и жестом показал мистеру Филтсу, что можно возвращать задержанных обратно в камеру. Выходя из участка, чувствовал, что этот день прошел не так уж бесполезно, как могло показаться сначала. Однако он все равно оставался неимоверно скучным и долгим. Стоит надеяться, что завтра будет проведено с большей пользой. С такими мыслями, я направился домой, где можно было отрешиться от всех дневных проблем и забот.
  
  
   ***
   Воспоминание, двадцать четыре года
   На поляне я оказался из-за того, что напарник отказался идти сюда и проверять, что происходит. Пожилая леди, миссис Симст, заметила, что несколько мальчишек находились в опасной близости от крутого берега реки. Давно надо было поставить ограждение, только никто не хотел этим заниматься, а также выделять деньги на строительство. Спустившись по склону, я действительно заметил группу подростков, которые стащили мусор с разных частей поляны и приспособили его для своих посиделок. Земля под ногами мелко закрошилась и они заметили мое приближение.
   - Легавый, - презрительно протянул мистер Алекс Джейкобс.
   Я окинул взглядом собравшуюся компанию, всего пять человек, помощь напарника не требовалась.
   - Что у тебя, Смит? - зашипела рация на правом плече.
   - Все в порядке, - ответил и отключил ее.
   - Хей, - протянул темнокожий Ли Самсерт, - чего надо?
   - Полиция, - совершенно спокойно представился я, поравнявшись с ними так, чтобы все подростки были в поле моего зрения, - офицер Джон Смит. Прошу вас покинуть данную зону, так как эта территория является частной собственностью.
   В ответ раздался лишь безудержный хохот. Я знал их всех и на что они были способны. По отдельности это довольно безобидные подростки, а вот вместе уже представляли некую проблему. Медленно переводя взгляд с одного на другого, я старался мотивировать их без слов и применения силы. Сработало только на двоих: они заметно напряглись и отвели взгляд.
   - Ли, может пойдем, - протянул мистер Хил Джонсон. - Ну его, с его долбанным значком.
   - Заткнись, Хилли, - спокойно приказал ему чернокожий подросток и снова перевел свой взгляд на меня. - Мы не собираемся никуда уходить.
   - После второго предупреждения мне придется вас арестовать, господа, так что лучше его не дожидаться, - я сцепил руки за спиной, аккуратно отщелкивая дубинку от пояса.
   - Ли, - протянул мистер Илай Свонт.
   - Ты разве не слышал, что он сказал всем молчать?! - зло прошипел мистер Джейкобс и столкнул подростка с бочки, на которой тот сидел.
   Мистер Свонт упал на землю и счел за лучшее не вставать. Довольно предусмотрительно с его стороны.
   - Арестовывай, - протянул мистер Самсерт.
   Я сделал шаг по направлению к нему и в тот же момент мистер Джейкобс бросился на меня. Отодвинуться в сторону, пропустить его вперед, толчок в спину, обеспечивающий плавный полет по направлению к земле и легкую дезориентацию от удара головой, временно выведен из строя. Присесть, увернувшись от джеба мистера Нилза, вынырнуть слева от него, хук в левую часть ребер, обернется синяком, схватить за куртку на спине, бросить вперед, временно выведен из строя. Отступить назад и тут же выставить перед собой дубинку, в которую упрется лезвие ножа мистера Самсерта, резко повернуть ее против часовой стрелки и ребром левой ладони нанести удар в правое запястье, нож выпал, апперкот правой рукой в солнечное сплетение, не слишком сильный, временно выведен из строя.
   Спустя несколько минут подростки, постанывая, распластались по земле. Трое в ближайшее время точно не встанут, двое решили за лучшее не вмешиваться в драку. Правильное решение. Подобрав дубинку, я щелчком включил рацию:
   - Мистер Лайз, у меня здесь пятеро нарушителей. Двое нарушили только границы частной собственности, трое напали на офицера при исполнении, один использовал нож. Их стоит доставить в участок.
   После секундного молчания:
   - Уже иду, - потрясенно.
   Спустя несколько минут со склона спустился мистер Лайз и удивленно оглядел троих стонущих подростков и двоих истуканами застывших позади бочек, на которых они только что сидели.
   Наклонившись, мы надели пластмассовые стяжки на тех, что лежали на земле, а потом, вздернув за шкирку, привели их в вертикальное положение. Переглянувшись с мистером Лайзом, я обратился к двум оставшимся:
   - Мистер Свонт и мистер Джонсон, вы можете быть свободны, однако завтра вы обязаны явиться в участок со своими родителями, либо опекунами.
   - Есть, сэр -- дружно выпалив это, они поспешили ретироваться.
   Подталкивая перед собой трех подростков, мы направились к машине.
   - Тебе стоило вызвать подкрепление или хотя бы меня, - с укоризной заметил мистер Лайз. - Ты подобрал нож?
   - Я посчитал, что справлюсь без постороннего вмешательства, - и продемонстрировал ему искомый предмет, уже убранный в пластиковый пакет.
   - Запомни, Смит, - сказал он, усаживая троицу на заднее сидение, - быть чьим-то напарником -- это значит всегда работать в команде.
   - Постараюсь запомнить, мистер Лайз.
  
  
   ***
   День сто двадцать четвертый
   Они определенно хотят свести меня с ума. Эти дети. Что мне с ними делать? Прошло уже целых три месяца, а кажется, что и весь год. Удушливая жара снаружи сводит с ума, ходящие за мной, куда бы ни пошел, дети тоже, и невозможность от них отделаться. Я перевел взгляд на свой стол, количество перекочевавших на него из архива папок увеличилось. Все потому, что ни мне, ни новичкам нечем было заняться. Когда жара на улице перевалила за +30, я счел за лучшее проводить обучение в офисе. Здесь хотя бы был кондиционер помощнее.
   Исподлобья взглянул на своих подопечных, сгрудившихся за столом напротив, они разбирали дело 278, серийный насильник Айвил Старин. Особой заинтересованности в их взглядах, устремленных на фотографии, заметно не было. Мисс Саммер и мистер Барисон попеременно морщились, видя искаженные предсмертной мукой лица женщин и их изуродованные тела. При таком положении дел, я даже не представлял, как брать их на реальное место преступления, если нервы их находятся все еще на уровне только-только поступивших кадетов.
   - Смит, - обратился ко мне мистер Илай Сонг, - тебя капитан зовет.
   Я кивнул и, пригвоздив взглядом троицу к их местам, отправился в кабинет начальника.
   - Вызывали, сэр? - спросил, приоткрыв дверь.
   - Да, Джон, заходи, - капитан закрыл одну из папок и переложил ее на дальний край стола. - Сонг и Дикс застряли на новом деле.
   Я молчал, ожидая продолжения.
   - Какой-то маньяк вырывает людям языки и оставляет захлебываться собственной кровью, а потом подбрасывает на улицы тела. Посмотри материалы, может тебе придет какая идея, подключи своих подопечных.
   - Есть, сэр, - уже развернулся выйти, как капитан остановил меня.
   - Постарайся, Джон. Город не доволен тем, как мы ведем это дело. Число жертв сегодня увеличилось до пяти.
   Я кивнул и вышел. Прямо у дверей меня ждал мистер Сонг.
   - Отправляешься с нами, Смит? - в его голосе сквозило больше облегчения, чем недовольства.
   Кивок.
   - Тогда встречаемся на улице. Сначала поедем на место преступления, потом к родственникам жертвы.
   Не дождавшись от меня какой-либо словесной реакции, он развернулся и стремительно направился к выходу из участка. Я расслышал:
   - Чертов молчаливый сукин сын.
   У стола меня уже ожидало море нетерпения и заинтересованности. Не стоит брать их всех на этот выезд, особенно считая то, что мы должны были сначала отправиться на место преступления.
   - Мистер Джейкобс, отправляйтесь на улицу и ждите меня там вместе с мистером Сонгом, - после того, как блондин удалился, я перевел свой взгляд на оставшихся. - На сегодня вы двое свободны.
   - Но, сэр, - попыталась возразить мисс Саммер.
   Я смерил ее строгим взглядом, вложив в него все свое неудовольствие от вынужденного, по их вине, бездействия длившегося три с небольшим месяца. Девушка сжалась и сочла за лучшее слиться со столом.
   На улице в машине уже успели разместиться мистер Джейкобс, мистер Сонг и мистер Дикс. Свободным оставалось место вместе с новичком на заднем сидении. За решеткой. Я никогда не езжу за решеткой. Медленно остановившись у дверцы пассажирского сиденья:
   - Мистер Джейкобс, - тот вздрогнул от моих слов, - мы поедем на другой машине.
   - Черт, Смит, не ломай комедию. Поехали уже, - в нетерпении произнес мистер Дикс.
   Для этого ему пришлось открыть окно со своей стороны, так что причина его в миг повысившейся раздражительности была ясна - жара. Я, развернувшись, пошел в сторону одной из патрульных машин, совершенно не сомневаясь, что мистер Джейкобс уже идет за мной. Когда мы заняли свои места, он выжидательно посмотрел на меня.
   - Угол 43ей и 52ой, - этот адрес был в блокноте мистера Сонга, который он забыл на своем столе.
   Кивнув, мистер Джейкобс мягко тронулся с места. Спустя двадцать минут мы уже были у нужного пересечения улиц, что примечательно, остальные опаздывали. Бесшумно хлопнув дверью, поднырнул под лентой полицейского заграждения и направился ко входу в переулок. Там хмурый полицейский в форме смерил нас неприязненным взглядом.
   - Это место преступления, мистер, попрошу.... - стоило мне взглянуть на него, как он тут же замолчал.
   - Старший детектив Джон Смит, - показал жетон, после чего настроение офицера упало еще ниже.
   - Проходите, - отвернувшись, произнес он.
   - Я с ним, - поспешил вставить мистер Джейкобс, проскакивая следом в тесное пространство между домами.
   - Да мне-то что, - донесся до нас недовольный возглас.
   Переулок беспорядочно заполнили полицейские и планомерно затаптывали улики. В дальнем углу мелькнула знакомая куртка судмедэксперта. Соответственно место преступления там. Бегло окинув взглядом окружающее пространство, я отметил несколько интересных деталей.
   - А, Смит, - протянул мистер Дэниел Якобс, патологоанатом. - А мы уже хотели уносить тело. Смотреть будешь?
   Я кивнул и шагнул ближе, оценивая представшую перед глазами картину. Следы борьбы полностью отсутствовали, значит, тело доставили уже после смерти. Крови было слишком мало, значит, убили жертву тоже не здесь. Добавить сюда не горящий на входе в проулок фонарь, заколоченные оконные проемы спереди у обоих домов и отсутствие окон и балконов, выходящих на пространство между, мы получали идеально место для сокрытия мертвеца. Сюда можно было беспрепятственно доехать, выбросить труп и уехать так же оставшись незамеченным, что собственно убийца и проделал. На тротуаре, не далеко от полицейского заграждения, были видны свежие следы шин, а на подъездной дорожке, так удачно давно не чищенной, в грязи отпечатались следы от ботинок, явно не принадлежащих к полицейской униформе. Я в очередной раз глубоко вздохнул, удивляясь, почему мои коллеги питали такую страсть к уничтожению улик.
   Присел на корточки рядом с телом. Жертва - молодая девушка, около двадцати шести лет, одета в свободное, когда-то светло-синее, платье, не слишком дорогое, но и не из сэкондхэнда. Волосы светлые, глаза голубые, лицо миловидное, но не роковой красавицы. Чернильное пятно на подоле платья; едва заметные следы от мела на ладонях; небольшой порез от бумаги на второй фаланге правого безымянного пальца; мозоли на подушечках указательного и большого пальца той же руки; говорили о том, что девушка была учительницей, скорее всего, в младшей школе, а также о том, что в заключении пробыла не больше дня и убили ее почти сразу. Рот был широко раскрыт, кровь запеклась в уголках губ, залила шею, кончики волос и верхнюю часть платья. Значит, жертва сидела, когда ей вырвали язык, и была еще жива, так как все говорило об обильной кровопотери. Лицо застыло в предсмертной маске ужаса и боли, о чем свидетельствовали неестественно распахнутые глаза. Ногти на руках были не накрашены, но ухожены, что еще больше подтверждало мою гипотезу об учительнице. Также под ними виднелись следы эпителия, но не постороннего человека, а, скорее всего, ее собственного. Достав из кармана ручку, я чуть отодвинул пряди волос слева и увидел глубокие царапины на шее, а так же следы от веревки. Значит, ее привязали за шею к какому-то стулу и, пытаясь освободиться, она поцарапала себя сама. На запястьях тоже были повреждения от связывания. Возможно, вырвав жертве язык, убийца специально освободил ей руки. Пока непонятно зачем.
   То, в каких позах замерли все конечности трупа, говорило о том, что ее просто выкинули сюда. Следов волочения нет, значит, убийца нес тело, перекинув его через плечо. Вряд ли бы он хотел запачкаться в крови жертвы или же оставить свои отпечатки на ней, значит, девушку завернули в мешок пред этим. Скорее всего, мусорный, но не обычный, а для строительных отходов, так как он больше.
   Тело пролежало в переулке чуть меньше суток, об этом свидетельствовала степень разложения. Но я мог ошибаться, так как последние дни стояла нестерпимая жара, что могло ускорить процессы гниения. Запах также соответствовал первым стадиям.
   Поднявшись, еще раз оглядел место преступления и вдруг заметил чуть поодаль мистера Джейкобса, у которого цвет лица стал таким же, как и цвет волос. Усмехнувшись про себя, я кивнул мистеру Якобсу и поравнялся с бледным подростком:
   - Все хорошо, мистер Джейкобс? - вид этого мальчишки с каждой минутой начинал волновать меня все больше и больше.
   Во-первых, если новичку не станет лучше, то мы вынуждены будем задержаться здесь дольше, а я уже узнал все, что было нужно. Во-вторых, тогда машину придется вести мне, а это абсолютно неприемлемо. Чуть откинув голову назад, я вгляделся в лицо напротив. Признаков близкого обморока нет, возможно, его слегка мутит, но не более. Меня начинали одолевать сомнения, относительно правильности выбора водителя на это дело.
   Не в силах что-либо сказать, так как, видимо, опасался, что открытие рта повлечет за собой неизбежную рвоту, мистер Джейкобс кивнул. Дети. Подавив вздох, жестом отправил его к машине. Понаблюдав секунду за тем, с какой скоростью подросток пролезал под заградительной лентой и забирался в машину, я еще раз окинул взглядом переулок и последовал в том же направлении. На полпути меня перехватил мистер Сонг, который подъехал около десяти минут назад.
   - Смит, - выплюнул он, видимо недовольный тем, что я и без него добрался до места преступления.
   Когда молчание начало затягиваться, не выдержал мистер Дикс:
   - Ты уже осмотрел место происшествия?
   - Да, - все же стоило ответить, а то цвет лица мистера Сонга начал стремительно приближаться к отметке "нездоровый", а это чревато, особенно на такой жаре.
   - Что думаешь?
   - Внесу свои записи в дело чуть позже. Насколько я успел заметить, оно находится у вас на столе, мистер Сонг? - посмотрел на него.
   Он нашел в себе силы кивнуть и, резко развернувшись, отправился в сторону входа в переулок. Мистер Дикс поспешил за ним. Все-таки некоторые офицеры были излишне импульсивны, на мой взгляд.
   Окунувшись в прохладу кондиционера в машине, я почувствовал, как ядовитый трупный запах медленно тает. Оглядев мистера Джейкобса, пришел к выводу, что он чувствует себя лучше, и мы можем ехать. Без слов он завел мотор.
   - В участок, - после этой команды колеса медленно зашуршали по асфальту.
   Переведя взгляд за окно, я позволили мыслям течь спокойно, расставляя по местам все, что мне известно об этом деле.
  
  
   ***
   Воспоминание, тридцать четыре года
   Погиб еще один человек бывший другом мистера Ли Самсерта, а точнее его лучший друг. После этого убийства, капитан должен прислушаться к моим словам. Я абсолютно уверен, что убийца - мистер Джереми Рэд, а значит, он выжил тогда. Но это все потом. Сейчас передо мной сидит младший брат убитого - девятнадцатилетний мистер Йен Джейкобс. Он весь сотрясается от макушки до ступней ног и иногда нервно хлопает себя по внутреннему карману, как будто ищет что-то, а уже спустя секунду безвольно опускает руку. Чуть прищурившись, я вспомнил, что в этом кармане мистер Джейкобс-младший всегда носил расческу, которой каждый раз пытался привести свои волосы в порядок.
   - Мистер Джейкобс, - позвал я, но не увидел никакого отклика и тогда произнес чуть громче, - мистер Джейкобс.
   Он повернул голову в мою сторону и посмотрел на меня. Я видел множество людей, которым приходилось сообщать о смерти их близких, а так же тех, кто находил тела своих родственников в разной степени обезображенности. Но глаза этого, по сути, еще ребенка, заставили на несколько секунд утратить дар речи, а такого со мной не случалось со школы.
   - Мистер Джейкобс, - снова повторил, стараясь не думать об этом взгляде, - расскажите, как вы обнаружили тело брата.
   Послышался сдавленный хрип, перешедший в тихий стон, а потом во всхлип. Выдвинув верхний ящик стола, я достал оттуда коробку с бумажными салфетками, заготовленными как раз для подобных случаев, и протянул ее подростку. Работая в отделе убийств, мне не раз и не два приходилось сообщать о смерти, поэтому подобная мера имела полное право на существование. Особенно, когда нужно было извлечь из обезумевшего, чаще всего люди были именно в таком состоянии, от горя человека необходимую для расследования информацию. Блондин мотнул головой, отчего его волосы растрепались сильнее, он снова хлопнул себя по внутреннему карману, а потом перевел взгляд на меня.
   - Я...- тихо выдавил он, голос дрожал и в нем были слышны слезы, - я вернулся раньше остальных. Так мне показалось. Родители были за городом, я ездил подавать документы в полицейскую академию, а Алекс должен был быть дома один, - послышался очередной всхлип. - Он никуда не собирался, только вечером на встречу с друзьями.
   Тут рассказ прервался, и мистер Джейкобс отвернулся, чтобы скрыть слезы. Я терпеливо ждал.
   - Я вошел в прихожую, - продолжил он через несколько секунд, - разделся, включил свет и пошел в сторону гостиной. Там на ковре заметил какую-то лужу....
   Подросток снова замолчал. Проявлять терпение к тем, кого настигло горе - одно из основных правил полицейских, но не стоит им злоупотреблять, особенно когда на кону жизнь других людей. Поэтому мне пришлось его чуть поторопить взглядом.
   - Заметил лужу, - повторил мистер Джейкобс, - а дальше увидел тело брата. Я сразу понял, что он мертв, но все равно побежал к нему. Поскользнувшись, - на этом месте блондин прервался и тяжело сглотнул, - на его крови, упал на ковер. Алекс смотрел прямо на меня пустым и мертвым взглядом.
   После этих слов из глаз мистера Джейкобса градом полились слезы, которые он уже не мог скрыть. У парня началась истерика. Оглянувшись, я махнул предусмотрительно вызванному из подвала патологоанатому. К сожалению, ему порой приходилось оказывать помощь живым. Врач возник рядом и, накапав успокоительного в высокий стакан, протянул подростку. Тот сжал его обеими руками и поднес ко рту, в невозможном гаме полицейского участка все равно было слышно, как стучат его зубы о стекло. Сделав несколько судорожных глотков, мистер Джейкобс отер рукавом глаза и продолжил:
   - Я положил голову брата к себе на колени, - голос звучал сипло, - и выпрямил его руки и ноги, чтобы казалось, что Алекс просто спит. Все, дальше приехала полиция.
   - Спасибо, мистер Джейкобс, - я старался не упускать ни одного его движения из вида, так как это всегда помогало мне дополнить словесный рассказ. - В доме были следы борьбы?
   - Нет.
   - Посторонние предметы?
   - Нет.
   - Что-то пропало?
   - Нет, - с каждым ответом голос звучал все глуше.
   - У вашего брата были враги? - заметив, как скривилось лицо подростка, я мысленно сделал себе пометку.
   - Нет, Алекс был прекрасным человеком. Немного импульсивным, порой излишне прямым, но не таким, чтобы нажить себе врагов.
   В моей памяти живо всплыли сцены моих не редких встреч с мистером Алексом Джейкобсом, и все они говорил о том, что как раз-таки у такого человека могли быть враги и довольно много. Еще одна пометка.
   - Что на счет мистера Джереми Рэда и его родственников?
   Парень вскочил со стула и теперь его взгляд пылал гневом:
   - Алекс не при чем! Он не убивал того парня! Так что никаких претензий у семейства Рэд к нам быть не могло!
   Излишне импульсивен, как и всегда.
   - Сядьте, пожалуйста, мистер Джейкобс. Наш разговор не окончен.
   - Я сказал все, что знал, - в его голосе отчетливо слышалась злость, на лицо была реакция переключения, с горя на ненависть, с убийцы на меня. - И больше мне добавить нечего.
   Я смотрел на его удаляющуюся спину и понимал, придется вызвать его еще раз для более детального рассказа, так же как и его родителей. Однако даже того, что мистер Джейкобс сказал мне сейчас, было достаточно, чтобы увериться в одном - мистер Рэд жив и здоров. После минутного построения убедительных аргументов и доводов, я направился в сторону кабинета капитана. Теперь он не сможет просто так от меня отмахнуться. Ведь если я прав, то под угрозой находятся еще три человека и мистер Джереми Рэд не остановится, пока все из той пятерки не будут мертвы. Двое уже у него на счету.
  
  
   ***
   Пока мы медленно ехали в сторону участка, вдруг ожила рация, и до того, как дежурный разразился бранью, ее снял мистер Джейкобс.
   - 42ой слушает, - ответил он гораздо тише, чем мистер Барисон.
   - Мелкий? - с вопросительной интонацией протянули на том конце. - В общем, передай этому ленивому засранцу, что Сонг будет ждать вас у родственников жертвы, - послышалось шуршание бумаги, - угол 10ой и 15ой, дом 24.
   - Принято, сэр.
   Мистер Джейкобс вопросительно взглянул на меня и после короткого кивка вернул все свое внимание на дорогу. Не думаю, что родственники смогут предоставить нам хоть какую-нибудь полезную информацию, хотя всякое возможно.
   Внезапно мои мысли перескочили с текущего расследования на дело Ричарда Блэка. Я оценивающе осмотрел подростка и спросил прямо:
   - Когда вы перестали посещать психолога? - надо отдать ему должное - машина лишь чуть-чуть вильнула.
   - Кто дал вам доступ к моему личному делу? - и смерив меня быстрым взглядом добавил. - Сэр.
   Усмехнувшись про себя, я продолжил наблюдать за сменами эмоций на его лице. Все-таки мистер Джейкобс оставался излишне импульсивным, а это не очень хорошее качество для будущего полицейского.
   - Вы проходили сеансы гипноза? - уточнил.
   Ответом послужило лишь недовольное пыхтение, из которого можно было сделать вывод, что я прав. Удивительно, что кандидата с таким личным делом вообще рассмотрели для поступления в академию. Его должны были завернуть еще на моменте тестирования у психолога, так как я абсолютно уверен, что он бы его не прошел. В голове щелкнуло.
   - Так вы посещали психолога для поступления в академию и, наверняка, вас держали под наблюдением весь период обучения, не так ли? - мне не нужны были его ответы, скорее я просто рассуждал вслух. - После выпуска вы могли отказать от этих визитов, ведь под гипнозом рассказали врачу все, что требовалось, и это позволило выдать вам диплом об окончании. Только один вопрос: обычный или регрессивный?
   Резко взвизгнули тормоза.
   - Приехали, сэр - весь он казался доведенным до предела.
   Скорее всего регрессивный, хотя это и не обычная практика, но на последнем слове подросток напрягся ощутимее, чем раньше. Значит я угадал. Мистера Джейкобса можно смело исключать из возможного списка кандидатов в напарники: он нестабилен, импульсивен, все еще зол на меня из-за дел мистера Джереми Рэда и мистера Ричарда Блэка, не способен относиться к работе непредвзято, легко выходит из себя и пока не показал умения делать логические выводы, да и вообще осматривать место преступления без рвотных позывов не может. Значит осталось всего двое.
   У дома нас ждали мистер Сонг и мистер Дикс. Оба были уже не в духе, что существенно усложнит разговор с родственниками, хотя он и казался мне бессмысленным.
   В квартире на втором этаже дверь нам открыла миловидная женщина лет сорока.
   - А вы...? - этот вопрос был худшим из всех, что она могла задать.
   Он говорил о том, что семье еще не сообщили о смерти их дочери. С другой стороны полиция и не могла быть полностью уверена в том, что в переулке обнаружено тело именно мисс Мэри-Энн Лайт, так как у погибшей не было при себе документов, а опознание еще не проводилось, но все же эта была единственная кандидатура, если судить по данным, взятым из заявлений о пропаже. Значит обязанность принести дурные вести ложилась на нас, хотя здесь, безусловно, лучшим вариантом было бы вызвать миссис Лайт в участок и на месте удостовериться, что труп принадлежит именно ее дочери. Но дело вел не я, поэтому мне оставалось лишь сетовать на непоследовательность коллег. Мистер Сонг и мистер Дикс замешкались на несколько секунд:
   - Мы из полиции, миссис Лайт. Могли бы вы нас впустить? - женщина удивленно отстранилась, освобождая нам проход.
   Впятером мы заполнили небольшую комнатку полностью, я разместился в неприметном углу и притянул новичка ближе, чтобы не загораживал обзор помещения и не мешал наблюдать за диалогом. Тот лишь недоуменно смерил меня взглядом и отшатнулся, но в виду скромных размеров гостиной, не смог далеко отойти.
   - Миссис Лайт, - начал мистер Сонг, - пожалуйста, присядьте, - женщина послушно опустилась на небольшой диванчик. - Мы вынуждены сообщить вам, что сегодня утром ваша дочь - мисс Мэри-Энн Лайт была найдена мертвой.
   - О Боже... - женщина резко встала и тут же начала заваливаться набок, собираясь упасть в обморок.
   - Мистер Джейкобс, воды, быстро! - толкнул его в сторону кухни.
   Хорошо хоть мистер Дикс успел среагировать и подхватить убитую горем мать под локоть, чтобы она ненароком не ударилась об стол. Спустя несколько секунд подоспел мистер Джейкобс со стаканом воды. Трусящейся рукой миссис Лайт приняла его и в замешательстве замерла на диване, как будто не зная, что делать дальше.
   Не очень удачный ход. Сначала стоило расспросить ее о дочери, куда ходила, с кем встречалась и прочее, а уже потом огорошивать новостью. Ведь это могла оказаться любая другая девушка, заявление о пропаже которой еще не поступило. Хотя нет, это точно мисс Лайт. На небольшой тумбочке, у которой я замер, стояла фотография той самой девушки, чей труп был найден сегодня в переулке. Значит мы пришли по адресу, и поведение мистера Сонга было еще более неуместным, чем раньше. Теперь от замершей в прострации миссис Лайт нам ничего не добиться.
   Окинув взглядом помещение, оставил всю компанию в гостиной и прошел в небольшую боковую комнату, которая явно принадлежала погибшей. Интерьер был поистине спартанским, но это только облегчало задачу. Остановившись у стола, я начал планомерно выдвигать ящики, пока не наткнулся на закрытый. То, что надо. Взяв небольшую скрепку и разогнув ее, спустя пару секунд открыл замок. Внутри оказались несколько фотографий с учениками, как я и подозревал младшей школы, вот только зачем хранить их в запертом ящике?, три письма и толстая тетрадь, которая меня и интересовала. Быстро пробежался по содержимому и со вздохом вернул обратно, там не были ничего стоящего: обычные сетования на жизнь девушки из бедной семьи, в которой все вынуждены работать без продыху. Из этого можно сделать предположение, что жертвы все-таки случайны и явной связи между собой не имеют. Отвернувшись от стола, оглядел комнату цепким взглядом, но ничего не наводило меня на мысль о взаимосвязи между пострадавшими. Я что-то упускаю, но не могу понять что. Еще раз прокрутил в голове все известные факты, осмотрел комнату чуть более тщательно и все равно ничего не нашел. Голоса в гостиной не смолкали, оставалось надеяться, что хоть эту рутинную часть работы мистер Сонг смог сделать корректно.
   Когда я вернулся в соседнюю комнату, положение ничуть не изменилось: миссис Лайт все также сидела на диване, а мистер Сонг и мистер Дикс пытались добиться от нее хоть мало-мальски связанной речи. Выходило у них не очень.
   - Позвольте осмотреть комнату вашей дочери, - мистер Дикс тронул женщину за локоть. Та перевела на него взгляд, до этого устремленный куда-то в пространство, и кивнула.
   Мистер Дикс прошествовал мимо меня. Я в это время взглянул на новичка и направился к выходу. Минимум полезной информации уже был почерпнут, а записи о допросе матери можно будет взять у мистер Сонга. Пора возвращаться в участок.
   - Сэр, подождите, - мистер Джейкобс нагнал меня только у машины. - Почему мы ушли даже не проведя допрос или просто не дослушав его до конца?
   Взвесив все за и против, пришлось ответить:
   - Всю нужную информацию я уже получил. А по вине мистера Сонга и мистера Дикса допрос может затянуться, так что тратить время на ожидание его конца не логично. Позже можно будет просмотреть записи детективов.
   Секунду помолчав, новичок кивнул и сел в машину. Можно было ехать.
   День медленно клонился к вечеру, потянуло прохладой, и даже объезд из-за ремонта дороги не казался таким уж долгим.
   - Сэр, - некоторое время спустя мистер Джейкобс все же подал голос, - что вы смогли узнать там, в переулке?
   Хороший вопрос. Из всего множества бесполезных он задал наиболее уместный. Капитан настаивал на обучение, так что придется ответить, но нельзя раскрывать ему все карты сразу. Главная цель все же в том, чтобы научить их думать самостоятельно. И это давало надежду на то, что дорога до участка будет чуть более интересной, чем предполагалось.
  
  
   ***
   Воспоминание, двадцать три года
   Можно было с полной уверенностью себя поздравить: столько законов разом я не нарушал еще никогда. Но иного выхода из ситуации не было. Влипнув по самые уши в это дело, для меня было невозможно оставить все, как есть. Поэтому сейчас перед моим взглядом запертая дверь. Сама мысль посадить детей в подвал казалась мне кощунственной и безумной, но я это сделал. Как? До сих пор не ясно. Только теперь два десятилетних мальчика были одни в кромешной тьме. Мистер Тимоти Фолтер и мистер Джереми Рэд.
   Издевательства над слепым мальчиком прешли все допустимые границы, но никто ничего не мог сделать или же просто не хотел. Друзей у ребенка нет, так что даже защитить его было некому. Братья работали, чтобы помочь матери свести концы с концами, а значит времени на младшего у них не оставалось. И вот он, печальный итог: каждую неделю мистера Джереми Рэда можно было встретить в приемном покое больницы с ушибами, синяками, ссадинами, а позже с гематомами, переломами и ножевыми ранениями. Количество и серьезность травм росли в геометрической прогрессии, нужно было что-то делать, принять какие-то кардинальные меры. Я позволил себе слишком увязнуть в этом деле и проявить излишнюю, для полицейского, эмоциональную заинтересованность в судьбе мальчика.
   Именно поэтому я потратил два месяца выискивая среди сверстников мистера Рэда подходящую кандидатуру на роль его будущего друга. Шанс мог быть только один и не было права на ошибку. Мой выбор пал на мистера Тимоти Фолтера. Он казался мне наиболее уравновешенным, спокойным, хотя местами и жестоким, ребенком. Возможно, он сможет понять и принять мистера Рэда. На подготовку места и антуража будущей дружбы ушел еще месяц. В итоге это все привело меня в подвал заброшенного дома, где-то на самом отшибе города. Я тщательно заклеил все окна и щели, чтобы избежать попадания света. Это должно было показать мистеру Фолтеру мир глазами мистера Рэда, как бы абсурдно это не звучало.
   В мои планы не входило держать детей в подвале больше двух-трех часов и поэтому на исходе первого часа меня начали одолевать сомнения, которые не исчезали с самого начала этой затеи. Когда второй час подходил к концу, я уже собирался выпустить детей и признать свое полное поражение. Но тут из-за двери, помимо доносившегося оттуда на протяжении всего времени плача, вдруг послышалось пение. Звонкий мальчишеский голос наполнял собой тишину дома и казалось всех его окрестностей. Спустя несколько минут плач стих, а вот песня продолжилась.
   Стоило признать, что эта затея принесла свои плоды. Через пятнадцать минут я бесшумно отпер подвал, а после громко хлопнул входной дверью. Патрульная машина была припаркована во дворе с таким расчетом, чтобы ее было не видно с крыльца, но при этом из нее оно прекрасно просматривалось. Стоило мне занять водительское место, как входная дверь распахнулась, выпуская наружу двух чумазых мальчишек. Велосипед мистера Фолтера я оставил недалеко от крыльца, все-таки это было залогом того, что дети доберутся до города в целости и сохранности. Мне оставалось лишь незаметно проследить за ними, на всякий случай. Теперь мое участие в этом деле больше не требовалось.
  
  
   ***
   Мы остановили у участка, когда рабочий день был уже давно закончен, но у полицейских нет понятия "конец рабочего дня". Поэтому я планировал поразмыслить над делом и сопоставить все имеющиеся у коллег факты.
   - Вы свободны, мистер Джейкобс, - хлопнув дверцей направился в участок, планируя позаимствовать записи мистера Сонга.
   - Сэр, могу я чем-то помочь? - окрик нагнал меня уже у двери.
   Я отрицательно мотнул головой и, кивнув дежурному, стал выискивать в общем зале мистера Сонга или же мистера Дикса. Обоих не было поблизости. Значит возражений по поводу того, что я позаимствую дело не будет. Спокойно взял папку и прошел дальше к своему месту. Удобно расположившись, углубился в чтение.
   Итак, есть пять жертв, стоило расположить их в хронологическом порядке с конца:
   Пятая - мисс Мэри-Энн Лайт, учительница младшей школы, двадцать четыре года, не замужем, друзей нет, молодого человека тоже. Вела ничем не примечательную жизнь. Со слов матери была спокойной, даже тихой, врагов у нее тоже нет. Пропала четыре дня назад, сегодня утром, то есть на пятый день, была найдена мертвой в переулке. При себе ни документов, ни сумочки не имела. Хотя мать указала, что из дома она выходила как обычно с небольшим ридикюлем. С места работы о мисс Лайт отзывались как об ответственной сотруднице, хорошо ладящей с детьми. Конфликтов с коллегами так же нет.
   Какую же порой скучную жизнь ведут люди. Быстро промелькнула мысль и пропала.
   Четвертая - мистер Ларри Скобовски, плотник, специализирующийся на ремонте крыш, тридцать пять лет, не женат, родители умерли, двое друзей: мистер Митчел Ласки и мистер Рональд Стиг. Они показали, что мистер Скобовски вел тихую жизнь, в бары выбирался редко и только вместе с ними, девушки у него не было. Зарабатывал хорошо, долгов не имел, клиенты никогда не жаловались. Найден в переулке спустя 6 дней после своего исчезновения. Ни документов, ни денег у трупа обнаружено не было.
   Третья - мистер Дэвид Рант, механик, сорок лет, женат, двое детей, друзей нет, родители умерли. Выплачивал кредит за дом, не просрочил ни одного взноса. Двое коллег показали, что он всегда с легкостью одалживал небольшие суммы. С клиентами вел себя вежливо и честно, никого не обманывал. Найден в переулке спустя пять дней после исчезновения. Документов и денег обнаружено не было.
   Вздохнув я потер виски руками, поэтому что все эти люди были ничем не примечательны. Совершенно обычные! Что ж, осталось еще двое:
   Вторая -- миссис Линда О'Хара, тридцать семь лет, домохозяйка, разведена, двое детей, живет на пособие и алименты, родители умерли, друзей нет. Соседки показали, что миссис О'Хара была заботливой матерью и примерной женщиной, устраивала у себя по средам заседание клуба садоводов и принимала активное участие в облагораживании района. Была обнаружена в переулке спустя пять дней после исчезновения. Так как она пропала во время вечерней прогулки, то документов и денег при себе не имела.
   Первая - мисс Оливия Холд, двадцать восемь лет, фармацевт, не замужем, детей нет, имеет постоянного партнера - мистера Хэнка Лоуди, адвоката. Ни с коллегами, ни со своим молодым человеком в последнее время не ссорилась, с клиентами была вежлива, никаких нарушений за ней по месту работы замечено не было. Ни долгов, ни кредитов. Обнаружена спустя шесть дней после исчезновения. Сумочки при ней не было.
   Я откинулся на стуле и тот опасно заскрипел. Плевать. Ничего не сходилось. Эти люди не были никак связаны между собой. Жили в разных местах, работали тоже далеко друг от друга, имели разное социальное положение и были разного пола. Но что-то все же должно их связывать, но вот что? Ответ не желал находиться. Я перевел взгляд за окно, там было довольно темно, видимо уже перевалило за одиннадцать.
   Еще два часа ушли на исследование этого дела вдоль и поперек, но мне ничего не удалось обнаружить. Было всего несколько совпадений: количество дней с момента пропажи и до момента появления трупа в переулке; место обнаружения тел; отсутствие ценных вещей; вырванный язык, следы связывания. Но это говорило лишь о том, что действовал один и тот же убийца, что было и так известно. Мысли медленно крутились вокруг личности и мотивов маньяка, но отгадка пока ускользала.
   Вдруг я услышал шаги за спиной и обернулся:
   - Мистер Смит, сэр, вы еще здесь, - озвучил очевидное мистер Филтс, который сегодня видимо снова дежурил в КПЗ. - Там один задержанный просит вас.
   Я удивленно посмотрел на него, показывая, чтобы он озвучил имя:
   - Это Гай Ричардс, сэр. Говорит, что знает вас, - мистер Филтс окончательно стушевался под моим взглядом и замолчал.
   Со вздохом поднявшись, последовал за ним. Последнее чего мне сегодня хотелось, так это подобная встреча, но делать было нечего.
   - Приведите его, пожалуйста, сюда, мистер Филтс, - сказал, останавливаясь у третей допросной.
   Разместившись на стуле, спиной к выходу, я принялся ждать. Спустя несколько минут дверь распахнулась и напротив меня развалился молодой человек.
   - Дальше я сам, мистер Филтс, - дежурный поспешил удалиться.
   - Привет, Смитти, как жизнь? - мой собеседник закинул ноги на стол и звякнул наручниками. - Что поделываешь?
   Смерив взглядом его грязную куртку, ссадины на лице и сбитые костяшки, я откинулся на спинку и принялся терпеливо ждать разъяснений подобного поведения и вообще наличия этого человека здесь.
   - Ой, да ладно тебе, - хмыкнул мой визави, - не первый раз в подобной ситуации встречаемся.
   Когда я никак не отреагировал, собеседник резко скинул ноги на пол, издав при этом мерзкий стук, и наклонившись с ухмылкой протянул мне руки в наручниках.
   - Может снимешь их, братишка? - улыбка не сползала с его лица.
   - Почему я должен был бы это сделать, Гай? - тоже наклонился к нему и внимательно всмотрелся в такие же черные, как у меня, глаза.
   - Потому что мы братья и все дела, - он откинулся на стуле, поставив его на две ножки. - Скучал?
   - За что тебя задержали на этот раз? - с сожалением подумал, что надо было спросить об этом у дежурного.
   - Драка в баре, но тот идиот сам на меня полез. Ты же знаешь, я ни в чем не виноват.
   Подобна ситуация повторялась с завидным постоянством. Не сосчитать сколько раз я уже вытаскивал его из КПЗ, пользуясь своим положением. Вообще наличие такого члена семьи и значка старшего детектива вязалось как-то плохо, но, увы, от этого никуда не деться. Так как мы были не родными, Гай - мой сводный брат по матери, то не очень похожи. Только глазами. А так абсолютно разные и внешность, и поведение, и даже фамилия.
   - Смиииит, - жалобно протянул он, - сними эти железяки, трут, знаешь ли.
   - У меня нет ключей, - внимательно осмотрев его, отметил, что серьезных повреждений нет. Значит опять выйдет сухим из воды.
   - Недавно видел твою бывшую, - вдруг брат резко сменил тему, - с каким-то новым хахалем. Средненький такой мужик, но видимо лучше тебя, раз она с ним так обнималась посреди улицы. Знаешь, по-моему, им стоило снять номер, а то это было даже как-то неприлично. Все-таки средь бела дня, прямо у всех на глазах.
   Он сделал неприличный жест рукой и засмеялся.
   - Чего она тебя бросила то, кстати? - Гай все с такой же неизменной улыбкой наклонился к столу.
   Не выдержав, я легко размахнулся и ударил его по лицу. Стул не устоял и опрокинулся.
   - Идиот, ты разбил мне губу, - протянул он, вставая и отряхиваясь, при этом позвякивая наручниками. - Теперь еще и ее залечивать.
   Гай поднял стул и снова с удовольствием расположился напротив.
   - Знаешь, обычные люди пользуются мимикой и тогда понимаешь, что зашел слишком далеко, а вот ты, братец, совершенно лишен этой черты, соответственно с тобой всегда либо слишком далеко, либо недостаточно.
   Хмыкнув продолжил:
   - Но это даже забавно. Ты всегда ходишь с одинаковым выражением лица, - он сдвинул брови и сжал губы в линию, видимо пародируя, а потом не выдержал и рассмеялся.
   - Ладно, мне, конечно, приятно с тобой поболтать, но хочется домой, спать, а то знаешь ли завтра на работу и все дела.
   Он выжидающе посмотрел на меня.
   - Переночуешь сегодня здесь, - я легко поднялся и направился к выходу.
   - Эй, Джон, постой, - он резко вскочил и кинулся за мной, - да ты обиделся что ли? Не оставляй меня в этом обезьяннике со всем сбродом. Там отвратительно пахнет и полки узкие.
   Он схватил меня за рукав и потянул, видимо призывая остаться и продолжить беседу. Но я уже был слишком вымотан сегодня, чтобы еще и развлекать брата.
   - Это в последний раз, Гай, - произнес со вздохом и взглядом пригвоздил его к месту. - Если снова попадешься, то будешь на одном уровне со всеми, а это значит проведешь в КПЗ столько времени, сколько потребуется. Без жалоб и прочего.
   - Это жестоко, Джонни, - он опять улыбнулся, - но я согласен! - хлопнул меня по руке. - Подвезешь до дома?
   - Я сегодня пешком, так что сам доберешься. Жди здесь, сейчас позову дежурного и тебя отпустят. Не забудь расписаться, где надо.
   - Есть, сэр, - дурачась он отдал честь левой рукой, а потом спохватившись правой.
   - Приятно было повидаться, - услышал, уже взявшись за ручку, - заходи как-нибудь на семейный ужин, Джонни, мама будет рада.
   Дверь скрыла от меня и Гая, и его последние слова. Хотя он был прав, стоило навестить мать уже давно, но дел всегда было слишком много для этого. Отдав указания дежурному, я вернулся к своему рабочему месту и, забрав папку с делом, положил ее обратно на стол мистера Сонга. День был невыносимо долгим, а под конец еще и встреча с братом. Выйдя на улицу, я позволили себе вдохнуть полной грудью, постоять пару минут на одном месте, а после двинулся в сторону дома. Возможно, завтрашний день принесет с собой что-то новое.
  
  
   ***
   Воспоминание, двадцать один год
   Даже не пришлось блокировать его хук, просто уклонился и сразу отпрыгнул в сторону. Сомневаюсь, что этот мальчишка вообще раньше серьезно дрался. Кровь из рассеченной брови мешала и застила глаза, пришлось быстро смахнуть ее правой рукой и тут же поднырнув под его джеб, провести кросс в челюсть. Удалось! Соперник замотал головой и отступил на пару шагов. Не расслабляться и держать руки в защите.
   Пора заканчивать этот бой, потому что перед глазами начинало медленно плыть, все-таки не стоило пропускать те первые несколько ударов. Но если бы не они, вряд ли бы я нашел себе спарринг партнера в следующий раз. Неспешно кружа вокруг соперника, оценивал возможности привести и эту драку к благоприятному для меня финалу. Итак, начнем, сейчас он подойдет ближе и попытается правой рукой ударить в челюсть, дальше отпрыгнет назад и с левой руки выполнит кросс, шаг вправо и апперкот, который точно отправит в нокаут.
   Решение. Блокировать его удар, нырнуть под руку и кроссом ударить в то же место, что и раньше. Перенести вес на левую ногу и другой провести средний прямой удар голенью в корпус. Отклониться вправо и левой рукой в полную силу выполнить апперкот. Нокаут.
   Пара минут и бой закончился наилучшим для меня образом. Правда, он все же смог заблокировать мой первый кросс, но вот кросс с левой руки такой же силы уже остановить не успел. Ему стоит одинаково развивать обе руки.
   Я облокотился на канаты и медленно выдохнул, необычные ощущения от двух пропущенных хуков в голову.
   - Смит, это было круто, - обернувшись увидел мистера Дирка, живет напротив в общежитие.
   Кивнул и осмотрев зал, наконец, нашел нужную фигуру. Поднырнув, спустился с ринга и попытался идти прямо, но меня все же немного вело.
   - Сара, - улыбнувшись, почувствовал, как неприятно засаднило разбитую губу.
   - Джон, - в ее вздохе было больше раздражения, чем восхищения. Не та реакция.
   - Не вижу смысла в подобном развлечении. Вас недостаточно обучают приемам самообороны в академии? - выжидающе посмотрела на меня.
   Абсолютно не понятно, что же было такого в Саре Тейлер, но одно ее присутствие путало мысли у меня в голове похуже любого удачно проведенного кросса. Мы познакомились всего пару месяцев назад и пока оставались скорее приятелями, нежели чем-то большим. Сама мысль о том, что кто-то мог оказывать такое влияние на мой разум доставляла дискомфорт. Но притяжение к ней было сильнее и поэтому я неизменно оказывался рядом, так или иначе. Поведение Сары все еще не поддавалось анализу, потому что девушки, в большей степени, были абсолютно нелогичными существами и она не исключение. Хотя может дело во времени. В любом случае, ее общество доставляло удовольствие, а внешность отзывалась в теле вполне закономерными реакциями.
   Мотнув головой, произнес:
   - Это обычный спарринг, - кивнул на уже поднявшегося соперника.
   - Разве при обычном спарринге, - она выделила это слово, - вы не должны использовать перчатки?
   Вопрос вызвал очередную улыбку. Совершенно не нормальная реакция с моей стороны, поэтому стоит прервать встречу на сегодня. Разум и так был затуманен двумя хуками, а ее присутствие доводило это состояние до абсолюта.
   Будто что-то увидев в моем взгляде, Сара вдруг выдохнула и взяла меня под руку, потянув в сторону выхода:
   - Пойдем, я провожу тебя до общежития, - такое предложение было неожиданным, но не неприятным, поэтому не вызвало никакого протеста.
   Все-таки сегодняшний бой можно считать удавшимся.
  
  
   ***
   День сто девяностый
   -...И чтобы ни секунды свободной! Работать как проклятые! Не разгибаясь! Ни выходных, ни отгулов, ни отпусков, пока не закроете дело! - после этой фразы капитан все же перестал на нас кричать и тяжело задышал.
   Мысленно собравшиеся в кабинете зажмурились, ожидая очередной вспышки. Шеф общался с нами на повышенных децибелах так, что стекла дрожали даже в архиве, последние полчаса и, видимо, прекращать не собирался. Это было закономерной реакцией, так как маньяк довел количество жертв до десяти, а никакой видимой улики или стоящей зацепки не было. Как и раньше.
   В кабинете нас было трое: я, мистер Сонг и мистер Дикс. Никто не знал, что делать дальше. Это дело застряло на одной точке и вот уже два месяца принимало характер обычного висяка, если бы не растущее число жертв. Город был недоволен тем, как мы выполняем свою работу и, соответственно, давил на капитана, а он, в свою очередь, устраивал нам взбучку -- это самое подходящее слово. Когда и после подобного выступления дела не шли на лад, тогда приходило время ругани, что собственно сейчас и происходило. Мы не смели поднять взгляд на капитана. Та ситуация, когда ощущаешь всю глубину своей вины, ведь люди продолжали умирать из-за того, что мы были не компетентны и выполняли свою работу из рук вон плохо, оставляя тем самым убийцу на свободе. Пару минут спустя шеф все же решил на сегодня закончить и отпустил нас на рабочие места.
   В отделе явственно ощущалась гнетущая атмосфера: все пятеро офицеров загружены по самые уши. Именно поэтому появление новичков было так не кстати: мистер Арно и мистер Тоусе занимались львиной долей сторонних убийств, не относящихся к делу "Языка", так окрестили маньяка, вырывающего языки. Мистер Сонг, мистер Дикс и я вели его, но успеха не имели, помощи от коллег ждать не приходилось, по вполне очевидным причинам: тем было просто не разорваться. Все это сгущало краски и доводило детективов до ручки, нервного истощения и приступов неконтролируемой агрессии. Но ничего не поделаешь, участок недоукомплектован.
   Опустившись на привычно заскрипевший стул, я смерил взглядом притихших новичков. Они склонились над копией дела "Языка" за столом напротив и старались производить как можно меньше шума. В мои привычки не входило вымещать злость на других людях, но сейчас я не мог ручаться за свою сдержанность. Поэтому отведя взгляд углубился в свои записи, материалы дела, фотографии и все, что могло хоть как-то помочь.
   Каждый день последних двух месяцев проходил по подобной схеме и это не было в новинку, однако стоящие идеи все не приходили, убийства не прекращались, капитан злился, устраивал нам выволочку и отправлял работать. Снова и снова. Забыв о былых обидах мы с коллегами работали без устали, сил на склоки между собой не оставалось. Но даже действуя словно единый, отлаженный механизм, выхода из положения не находили. Откинувшись на стуле, в который раз начал перечитывать показания свидетелей, обнаруживших тела. Спустя полчаса со злостью отшвырнул от себя папку, та прокатилась по столу, снесла несколько своих собратьев и в подобном ворохе рухнула на пол. Дела, бумаги, записи, фотографии - все перемешались кучей у стола. Посмотрев на это безобразие, решил, что оно может и подождать более благоприятной минуты. Вытянул чудом оставшиеся на столе записи допросов родственников и прежде, чем читать, скосил взгляд на часы - 19:08.
   - Свободны, - бросил новичкам и углубился в материалы.
   Проведя в таком положение еще около часа, собрался и отправился в архив, попутно зайдя в хранилище вещдоков, чтобы осмотреть одежду погибших, вдруг мы что-то пропустили. Но все это опять не принесло никакого результата.
   Спустя два часа я вернулся в отдел и удивленно замер. Папки были аккуратно сложены на столе и разделены по смыслу: справа старые дела, слева - все материалы, относящиеся к "Языку". Оглядевшись, заметил увязнувших в бумагах коллег, которым явно было не до того, чтобы наводить порядок на моем рабочем месте. Разбросанные бумаги также были подняты с пола и со всей осторожностью разложены в левой части стола. Довершала картину моего удивления чашка кофе, которая притулились справа. Подойдя ближе, коснулся ее керамического бока. Все еще теплый. Снова уделив внимание детективам, понял, что они, скорее всего, даже не поднимали головы от своих дел. Сев на стул, я привычно откинулся и пришел к выводу, что виновником таких перемен мог быть только один из новичков и, скорее всего, это мисс Саммер. Возможно, ее женское стремление к чистоте и своего рода заботе не смогло выдержать хаоса и беспорядка, безраздельно царившего на моем столе. Подобное поведение было необычным, так как отношения с окружающимися складывались довольно непросто и, даже с коллегами, можно было наладить контакт только в отчаянной, стрессовой ситуации.
   На всякий случай, я сделал первый небольшой глоток из чашки и пришел к выводу, что если там что-то и было, то распознать хитрый продукт не удавалось. Спустя несколько секунд все посторонние мысли испарились из головы и разумом всецело завладел маньяк.
   Взгляд на часы - 1:35. Устало коснулся слезящихся глаз, строчки скакали перед глазами, но я сумел нащупать одну интересную мысль, записав:
   1) Терапевт,
   2) Продавец,
   3) Парикмахер,
   4) Стоматолог,
   5) Сантехник,
   6) Банковский служащий,
   7) Полицейский.
   Последний пункт дописал с сожалением и ощущением чего-то неправильного. Но, увы, все соответствовало моей идее. Между жертвами не было совершенно ничего общего: мужчины и женщины, замужем и разведенные, с детьми и без, голубоглазые и кареглазые, молодые и старые, русые и брюнеты, высокие и низкие. Все, абсолютно все, в них было разным. Но должно же быть что-то общее, так? И этим общим стали семь профессий, к которым вне зависимости от своего статуса или внешности обращается любой человек хоть раз в жизни. Именно здесь стоит искать таинственного убийцу, осталось лишь сузить круг. Работы предстояло не мало, но мной овладело предчувствие, что это шаг в правильную сторону.
   Переведя взгляд на чашку, отметил, что та уже давно опустела. Кофе был действительно не плохой, он позволил сохранить ясность сознания настолько, что давно дребезжащая на задворках сознания мысль, наконец, оформилась в идею, версию. Встав из-за стола, решил закончить рабочий день на сегодня. Выходя из участка я почувствовал как мной овладевает охотничий азарт, впереди показалась ниточка, за которую надо было лишь умело потянуть.
  
  
   ***
   Воспоминание, двадцать восемь лет
   Наверху столпились прохожие и случайные зеваки, затаптывая и так еле видные следы убийц. Внизу напротив было малолюдно, заранее зная мой приказ, патрульные отогнали всех любопытствующих далеко за полицейскую ленту заграждения, однако забыли о дороге. В который раз.
   Я спустился со склона и ощутил некое дежавю, здесь когда-то состоялась стычка с теми самыми подростками, которых сейчас разыскивало пол города. За их поимкой дело не станет, но что-то подсказывало мне: исходом этого преступления будет не тюремное заключение.
   Осмотрев ярко выраженный след от тела на земле, подошел к самой кромке воды, где одиноко, словно указующий перст, чуть вдалеке от берега возвышался железные шест. На сколько я знал, под водой были обломки еще трех подобных, но не таких длинных. Бывший причал. Посмотрев вверх и прикинув силу с которой трое, потому что кто-то из них должен был держать мистера Фолтера, шестнадцатилетних подростков могли избить одного беззащитного, предположил, что тело с легкость докатилось бы до воды, а там ударившись о железные балки, ушло бы вниз по течению. Но это были лишь предположения, основанные на беглом осмотре места прошествия и обрывочных показаниях мистера Фолтера. От него не удалось добиться многого, он только сказал, что мистер Рэд был без сознания, когда катился по склону и что подростки жестоко его избили.
   Присев на корточки, я осмотрел предполагаемое место, где тело упало в воду и обнаружил следы крови, махнув рукой криминалистам, указал на улики. К сожалению, пришлось обследовать весь склон, потому что давно пришел к выводу, что лучше во всем убедиться самому. Тем более я чувствовал некоторую связь с этим делом и с его участниками, а так же ответственность за жизни мистера Фолтера и мистера Рэда, которого не смог уберечь. Отчего-то его смерть уже легла непомерным грузом на мои плечи, обосновав собой начало "черного списка", который есть у каждого полицейского. Поэтому я опустился на колени и медленно продвигался вверх, ища все, что могло пригодиться при расследовании. Но в песке ничего не оказалось, только кровь в еще нескольких местах и обрывки куртки, зацепившиеся за торчащие из земли обрубки стальной проволоки.
   Поднявшись на вершину, я как мог отряхнулся и снова обвел взглядом берег реки, ее саму, а после и дорогу наверху. Передо мной предстала картина преступления. Пятеро подростков застают врасплох мистера Фолтера и мистер Рэда, начинается драка. Точнее бьют только рыжего подростка, тогда как его друга скорее просто удерживают, ведь к нему нет никаких претензий. После того, как мистер Рэд теряет сознание, его сталкивают со склона, позволяя безвольному телу нестись навстречу воде, куда оно и ухает под конец. Думаю так все и было. Нерешенным оставался только один вопрос: удалось ли выжить избитому до бессознательного состояния мальчику в бурной реке?
  
  
   ***
   День двести семнадцатый
   Проведя почти месяц за поиском возможной связи между жертвами, в определенном мной кругу, я пришел к тому, что смог лишь сократить список:
   1) Терапевт,
   2) Продавец,
   3) Парикмахер,
   4) Стоматолог,
   5) Сантехник,
   6) Банковский служащий,
   7) Полицейский.
   Допросы двигались со скрипом, родственники с трудом вспоминали, где были их близкие в последние несколько недель перед похищением. Кроме этого число потерпевших два дня назад увеличилось еще на одного человека, а поэтому медлить было нельзя. Мои коллеги не восприняли идею всерьез, так как спешили поскорее закрыть дело из-за давления капитана и города, а проработка подобной мысли требовала намного больше времени и усердия, чем было в их распоряжении. Следовательно допросами, сбором показаний и прочим занимались только я и новички. Меня не отпускало чувство, что здесь что-то есть, поэтому каждый день проходил за опросом все новых и новых родственников, а после подозреваемых. Отдел трудился не покладая рук и даже у капитана иссяк запал. В общем и целом последний месяц прошел в относительной тишине.
   К обеду я почувствовал резь в глазах от множества мелких строчек и откинувшись на стуле, выглянул в окно. Тут раздался крик:
   - Поймали! - один из молодых патрульных, мистер Грэнт, вбежал в офис и привлек всеобщее внимание.
   Трое детективов и трое новичков в недоумении уставились на него. Спустя секунду меня посетила мысль, что он говорит о "Языке". И действительно сразу после него сквозь двери прошли мистер Сонг и мистер Дикс, ведя под руки упирающегося мужчину средних лет. При одном взгляде на него, я сразу понял, что они ошиблись. Убийцей никак не мог быть он!
   Пройдя мимо, детективы повели задержанного в допросную. Я задумчиво перевел взгляд на новичков: они выглядели убежденными.
   Поднявшись, вышел в коридор за допросными и, ориентируясь по шуму, вошел внутрь четвертой. За стеклом с моей стороны уже присутствовал капитан, с другой же были мистер Дикс и мистер Сонг. Я внимательно наблюдал за допросом.
   - Назовите свое имя, - буднично произнес мистер Сонг.
   - Аарон Джонс, - выдавил мужчина.
   - Ваша профессия?
   - Я - механик, - мистер Джонс затравленно переводил взгляд с одного на другого полицейского, пугаясь молчаливого мистера Дикса больше, чем разговорчивого мистера Сонга.
   - Вы знаете почему оказались здесь?
   - Потому что вы притащили меня сюда, ничего толком не объяснив! - мужчина попытался встать, но мистер Дикс спокойно толкнул его в плечо, возвращая обратно на стул.
   - Вы обвиняетесь в убийстве одиннадцати человек с особой жестокостью, - как будто сообщая погоду произнес мистер Сонг.
   - Вы ошибаетесь! - механик все же вскочил со своего стула и беспорядочно замахал руками. - Это не я!
   - Данная вещь принадлежит вам? - на стол положили промасленную куртку, помещенную в пакет для улик, всю в потеках крови.
   - Да, но я... - мистер Джонс замешкался рассматривая свою вещь, не понимаю, как она могла оказаться у полицейских. - Я потерял ее две недели назад и не особо расстроился, таких курток полно в нашей автомастерской.
   Он в растерянности посмотрел на детективов, явно не зная, чем их убедить в своей невиновности. На несколько секунд в комнате воцарилось молчание.
   - Что думаешь, Джон? - капитан перевел на меня взгляд.
   - Это не он, - ответил твердо.
   - Почему? - удивленно.
   - У четырех из одиннадцати жертв не было машин, пятеро не сдавали их в ремонт последние полгода-год, оставшиеся двое недавно отдали свои транспортные средства в программу по переработке отходов.
   - Откуда тебе это известно?
   - Я говорил вам около месяца назад о версии, которую прорабатываю. Подобная информация как раз из нее. Мне пока не удалось найти единственно верный ответ, но он близко.
   - Джон, у нас нет времени, - шеф со вздохом повернулся и указал за стекло, где вот-вот должен был продолжиться допрос. - Если ты не сможешь доказать, что они ошибаются, то придется признать, что Сонг и Дикс оказались правы.
   - Сэр..., - начал.
   - Я все сказал, - капитан развернулся и вышел из допросной.
   Детективы как раз продолжили.
   - Это ваше? - после долго молчания на столе оказалась небольшая, помещенная в пластиковый пакет, потертая сумка, в таких обычно носят документы, кошелек и прочие мелочи.
   - Да, - мужчина повертел улику в руках. - Откуда она у вас?
   - Мы обнаружили ее между сиденьями в вашей машине. Внутри сумки, - детектив извлек вещь из пакета и раскрыл, - водительские удостоверения трех жертв; часы, кулон и браслет еще трех других; а так же кошельки всех одиннадцати потерпевших.
   - Это не правда! - механик опять вышел из себя и стукнул кулаком по столу.
   - Кроме этого, - продолжил мистер Сонг игнорируя поведение задержанного, - в багажнике мы обнаружили вашу рубашку, тоже в пятнах крови, и, после проведенной экспертизы, выяснили, что она принадлежит всем одиннадцати жертвам.
   - Хва... - попытался вставить обвиняемый.
   - Мы опросили, - с нажимом продолжил детектив, - ваших коллег и они показали, что два дня назад вы взяли день за свой счет сославшись больным...
   - Я повредил запястье! - механик потряс левой рукой в воздухе, как будто демонстрировал травму.
   - А неделю назад, в день когда пропал Якоб Стоун у вас был выходной. Где вы были? - жестко закончил мистер Сонг.
   - Я...я....- от волнения механик начал заикаться, - был дома, почти весь день провел у себя, копался с машиной. Никуда не выходил.
   Мистер Джонс замолчал, видимо понимая, что сам себе копает яму.
   - Кто может это подтвердить?
   - Никто, - ответил еле слышно.
   - Значит и алиби на день последнего похищения у вас нет. Ручаюсь, что и на остальные даты у вас его не будет, - мистер Сонг бросил на стол папку, из которой только что зачитывал. - Посмотрите на лица этих людей, - фотографии медленно разместили перед обвиняемым, - теперь вы готовы сознаться? Если пойдете на сотрудничество со....
   - Это ложь! Ложь! Я никого не убивал! - мужчина закричал и вскочил, опрокинув стул. - Все! Я отказываюсь разговаривать с вами без своего адвоката!
   - Вы понимаете, что вас обвиняют в одиннадцати убийствах с особой жестокость? Вам грозит пожизненное заключение или смертная казнь, в зависимости от того, будете вы сотрудничать со следствием или нет.
   В глазах мужчины промелькнул явственный страх и даже ужас, но он упрямо отвернулся от детективов и уставился в стену. На этом допрос можно считать оконченным. Мистер Сонг и мистер Дикс, конечно, попытаются еще выудить из подозреваемого информацию, но это будет безрезультатно.
   Как детективы узнали обо всех этих вещах? Кто рассказал им об уликах и мистере Джонсе? И главное, подставить механика мог только настоящий убийца, а значит, для этого ему бы потребовалась возможность прямого доступа к личным вещам. Обвинение против мистера Джонса было ложным, по крайней мере, на первый взгляд.
   Все детали дела, основные улики складывались в одну слишком очевидную и простую картину. Такое положение вещей было показательно идеальным, как будто кто-то специально его спланировал. Нашел механика, у которого нет алиби на момент последнего похищения, испачкал его вещи в крови жертв, подкинул улики: документы, ценности. Вряд ли мистер Джонс был настолько недальновиден, что стал бы хранить сумку с подобным компроматом в своей машине, так же как и окровавленную рубашку. Довольно глупое поведение для маньяка, который водил за нос всю полицию на протяжении более чем четырех месяцев. Все его прежние действия говорили о том, что этот человек очень умен и хитер, чтобы не оставлять следов на месте притупления или жертвах, и чтобы не попасться даже после одиннадцатого убийства! Кроме этого, следы от ботинок, которые я видел на пяти местах обнаружение жертв, не соответствовали размеру ноги механика, а сам он выглядел недостаточно сильным, чтобы нести на своих плечах жертву номер 8 - Элизабет Сартур, весившую 89 килограмм. Следов волочения рядом с ее телом обнаружено не было. К тому же профессия механика, наверняка, способствовала развитию одного из сопутствующих ей заболеваний - остеохондрозу позвоночника. Это было видно по тому, как он сидел и как вскакивал со стула - у мистера Джонса больная спина, что почти полностью исключало возможность перемещения таких крупногабаритных предметов, как тела жертв. Да и сам по себе образ человека, который был так запуган довольно мягким методом ведения допроса мистером Сонгом, никак не вязался с хладнокровным убийцей, вырывающим своим жертвам языки и наблюдающим за их страданиями. Особенно если учесть, что страх мистера Джонса был не напускным, а вполне себе настоящим. Но пока у меня не было однозначных доказательств его невиновности, я не мог ничего противопоставить мистеру Диксу и мистеру Сонгу, кроме косвенных улик и своих рассуждений.
   Слишком много разрозненных фактов нужно было собрать в единое целое, а времени как раз катастрофически не хватало. Я быстрым шагом вернулся за свой стол и, по пути позаимствовав со стола мистера Согна бумажку с адресом мастерской, вышел из участка. C минуту простояв в задумчивости у машины, развернулся и столкнулся нос к носу с мистером Джейкобсом.
   - Я подумал, что возможно, вам потребуется водитель, сэр - произнес он смотря куда-то поверх моего плеча.
   Сухо кивнул и распахнув дверцу сел в машину. Новичок расположился на сидение водителя.
   - 14ая улица, дом 55, автомастерская "Даймакс", - колеса тихо зашуршали по асфальту.
  
  
   ***
   Воспоминание, двадцать четыре года
   Женитьба сейчас представлялась мне не лучшим вариантом. Цели, поставленные мной, еще не достигнуты, и семья была бы так же обременительна для меня, как и я для нее. Возможно, Сара придерживалась иного мнения по этому поводу. Для нас обоих будет лучше повременить с серьезными отношениями, поэтому ее стажировка за границей - хороший шанс. Сара уезжает на два года и это как раз то время, которое необходимо для меня, чтобы все решить. Поэтому сегодня, провожая ее в аэропорт, я не испытывал неуверенности или угрызений совести, считая это возможностью.
   Галстук жутко сдавливал шею, потянувшись ослабил его и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Перед отлетом Сара устроила скромный прощальный вечер для всех, проходивший в небольшом ресторанчике, стиль одежды должен был соответствовать обстановке, поэтому сейчас я испытывал некий дискомфорт от строгого костюма и галстука, как его дополнения.
   После шумного и наполненного событиями вечера, идея прогуляться до дома пешком показалась мне идеальным окончанием дня. Поэтому отвезя Сару в аэропорт и простившись с ней, я остановил такси у 23ей улицы и, расплатившись, вышел.
   Вдруг из-за угла дома, находившегося в нескольких метрах от меня, раздался шум, визг, звуки возни и борьбы, а следом за ними детский крик. Не думая ни секунды, я бросился туда. Перед моими глазами развернулась следующая картина: трое подростков безжалостно избивали скрючившегося посреди грязного асфальта ребенка. Два шага вперед и ближний мальчишка уже не вырвется из моего захвата, чуть приподнимаю его над землей и мягко отшвыриваю к стене.
   - Ты, урод! - шипит он, приложившись головой.
   Спустя еще несколько минут его участь постигает и двух оставшихся. Стоит отдать им должное, они не собираются мериться со мной силой, а в страхе разбегаются, кидая напоследок какие-то гадости. Медленно подхожу к мальчику, кажется, что он без сознания, но стоит мне опуститься на корточки, как наши глаза встречаются: его взгляд полон страха, но одновременно и какой-то завидной упертости.
   - Не двигайся, - мягко произношу я, оценивая повреждения.
   Они сломали ребенку правую руку, а так же, возможно, два ребра, остальное синяки и ссадины, но вмешательство врача требуется незамедлительно. Наклоняюсь, чтобы поднять его, но вдруг слышу протестующий стон и здоровой рукой мальчик указывает куда-то себе за спину. Привстав вижу привязанного к водосточной трубе израненного щенка. Так вот что послужило причиной драки. Следующий мой взгляд, обращенный на пострадавшего, полон удивления. Я аккуратно развязываю веревку и подхватив обоих на руки, устраиваю их так, чтобы щенок не навредил и без того серьезно раненному ребенку.
   Такси ловится безумно долго, но кажется спасенные и без того довольны: они уснули у меня на руках. Когда, наконец, машина довозит нас до больницы, уже почти десять вечера. Мальчика сразу же перенимает с рук на руки медсестра и увозит в палату. Ранами мохнатого пострадавшего предстоит заняться мне, но перед этим нужно сделать один звонок. Как только мы вышли на свет уличного фонаря, я сразу узнал избитого ребенка, это был младший брат мистера Алекса Джейкобса - Йен.
  
  
   ***
   До автомастерской мы добирались непозволительно долго, рация за время пути попеременно разражалась то бранью, то сухим треском. Ни одного вызова не поступило.
   В дороге я обдумывал то, какие вопросы стоит задать в мастерской и как выйти на нужного человека, убийцу. Он должен был здесь появиться, вот только в качестве кого пока понятно не было. Скорее всего его машина поступила несколько недель или даже месяц назад, и требовала длительного ремонта, чтобы он мог посещать ее и, не вызывая тем самым подозрений, подбросить улики мистеру Джонсу. Вряд ли все вещи подкинули за один раз - слишком рискованно, возможно, заходов было два или три.
   Наконец, мы остановились у серого здания мастерской, я поспешил покинуть машину, оставляя мистеру Джейкобсу ее глушить и запирать.
   - Старший детектив Джон Смит, - представился парню, менявшему колеса у синей иномарки, - мне нужно поговорить с управляющим.
   - Так полицейские вроде все уже с ним обсудили, - одного взгляда было достаточно, чтобы механик бросил свою работу и пустые разговоры и спешно отправился за нужным человеком.
   - Вот, - стушевавшись произнес он, приведя с собой полного мужчину сорока лет, - это Сэм Мэнски, управляющий.
   Пожав друг другу руки, мы прошли в кабинет, мистер Джейкобс проследовал за нами.
   - Чем могу помочь вам, джентльмены? - он недоуменно перевел взгляд с меня на новичка. - Я все уже рассказал полиции. Конечно, печально, что Аарон оказался вдруг каким-то сумасшедшим, никто и подумать не мог! Но что поделаешь, раз...
   - Мне нужно просмотреть журнал учета сданных вам машин за последний месяц, - перебил его нестройную речь.
   - Да, конечно, - управляющий выглядел озадаченным, но, тем не менее, развернулся к шкафу и извлек оттуда нужный предмет. - Вот.
   - Благодарим за сотрудничество, - произнес, беря в руки довольно пухлый журнал. - Мы вернем его вам после окончания следственных мероприятий.
   - Но, подождите, - запротестовал мужчина.
   - Вы отказываетесь от сотрудничества со следствием? - развернулся и смерил его внимательным взглядом, на что он потрясенно замотал головой и сам открыл нам дверь.
   Работы предстояло много, видимо мастерская пользовалась популярностью. Сев в машину, раскрыл журнал на одной из первых страниц и пролистал до начала месяца. Пока ни одна фамилия не казалась знакомой. Для начала в участке стоило исключить тех, кто уже забрал свои машины, кто сдавал автомобили только на несколько дней, максимум неделю, кто обратился в мастерскую для реализации программы утилизации, кто жаловался на несерьезные повреждения.
   - Сэр, - осторожно начал мистер Джейкобс, выруливая на дорогу к участку, - зачем вам этот журнал?
   Помолчав, обдумал, как лучше обосновать свой ответ и в итоге спросил сам:
   - Вы убеждены в виновности мистер Джонса? - внимательно вгляделся в его лицо и вздохнул, не нуждаясь в ответе, да, убежден.
   - Да, - проговорил он удивленно. - Ведь все улики против него. Вопрос времени, когда проверят алиби на остальные дни и найду орудие убийства вместе с языками.
   На последних словах новичок заметно сморщился.
   - Не стоит делать поспешных выводов, присущих неопытным полицейским, мистер Джейкобс, если хотите достигнуть успеха в выбранной профессии.
   Моя фраза стала последней в разговоре и это позволило полностью углубиться в содержание журнала.
   В участке царило оживление, видимо вызванное поимкой мистера Джонса. Оно несколько раздражало, но, тем не менее, не отвлекало от дела. Я сосредоточился на журнале, игнорируя внешние факторы.
   Выискивание подходящих подозреваемых, а затем обзванивание родственников жертв, поиск нужных соответствий - все это очень выматывало, но близкая расправа над невиновным, на мой взгляд, человеком заставляла работать на пределе возможностей. Кончилось тем, что спустя неделю таких поисков, я просто уснул прямо на стуле. Проснулся неожиданно, будто от толчка и, оглядевшись, сначала не понял, где нахожусь. Потребовалась пара секунд, чтобы осознать, что я до сих пор на рабочем месте. Подушкой послужила раскрытая папка с делом "Языка". 2:45 - показали висящие в офисе часы.
   За эту неделю мне удалось исключить почти всех обращавшихся в мастерскую из списка подозреваемых. Одни не подходили по времени, другие по роду деятельности, третьи были слишком стары и так далее. В итоге остался список всего из пяти имен:
   1) Фил Стоун, продавец круглосуточного магазина "Кувшинка" в центре города. Этот факт делал возможным обращение всех жертв именно в него.
   2) Гарольд Хэпоп, стоматолог в клинике "Здоровый зуб" на севере города. Заведение было довольно серьезным, а значит и известным.
   3) Дин Баровски, стоматолог в крупной сети клиник "Улыбка", но конкретно его расположена на юге города.
   4) Марк Стрэйт, парикмахер в небольшом салоне "Мода", однако обладающим большой популярностью, в центре города.
   5) Эрик Уотсен, парикмахер в крупной косметической сети спа-салонов "Чарующий отдых", его заведение расположено на юге города.
   Это уже можно считать почти финальным этапом, потому что предчувствие скорой развязки висело в воздухе. Однако времени оставалось очень мало и завтра придется поручить новичкам работу на телефоне, а самому поехать к подозреваемым, надеясь, что чутье и наблюдательность подскажут правильного человека.
   Переписав все имена по порядку на листочек, и указав на нем же телефоны родственников жертв, я направился к выходу. Завтра с утра предстояло сделать решающий рывок.
  
  
   ***
   Воспоминание, двадцать восемь лет
   Шум участка всегда казался дикой какофонией звуков, но это позволяло получить некую секретность при разговоре со свидетелями или же подозреваемыми. Сейчас стул у моего рабочего места занимал мистер Тимоти Фолтер - шестнадцатилетний подросток, которому пришлось пережить смерть лучшего друга. Хотя на этот счет у меня оставались определенные сомнения. Нужно было провести допрос, хотя ребенок все еще находился в состоянии легкого шока и вряд ли смог бы предоставить достаточно точную и достоверную информацию.
   - Мистер Фолтер, - обратил на себя его внимание, - расскажите мне, что произошло на берегу реки между мистером Рэдом и мистером Самсертом?
   - Да ничего! - вдруг вскрикнул он с горячностью и даже вскочил со стула, а потом весь как-то сдулся и упал обратно. - Ничего необычного.
   Подросток говорил шепотом, и за шумом его едва можно было услышать, взгляд перескакивал с предмета на предмет, а рассказ то и дело прерывался.
   - Ничего необычного, - повторил, - просто они, как всегда набросились на него, - мистер Фолтер вскинул взгляд на меня всего на секунду и тут же снова отвел, но я успел различить немое обвинение, отразившееся в нем. - Их было пятеро, пятеро громил с отсутствием мозгов...как и пару недель назад.
   - Вы можете назвать, кто это был конкретно? - внимательно посмотрел на него, ни на секунду не отводят взгляда.
   - Да, - подросток уставился на задержанного, которого как раз проводили мимо. - Джейкобс, - запнулся, - Джонсон, Свонт, Нилз и этот ублюдок Самсерт!
   На последней фамилии он почти закричал и снова вскочил со стула, обвел участок диким взглядом и как подкошенный рухнул обратно. Руки, которые мистер Фолтер пытался то зажать между колен, то просто сложить поверх, мелко дрожали. Когда он снова заговорил, дыхание его участилось, а речь стала еще более прерывистой:
   - Свонт и Джонсон схватили меня и, заломив руки, вдвоем навалились и удерживали на месте...я пытался! - он закричал и посмотрел на меня так, как будто я ему не верил. - Я пытался вырваться! Но они не отпускали меня, а трое других....все били, били Джерри. Я не видел его из-за груды мелькавших рук и ног...
   Он замолчал и уставился куда-то в пространство перед собой, стоило немного подождать и дать ему самому продолжить рассказ.
   - А потом, потом они встали.... - мистер Фолкер побледнел, я тут же взял телефонную трубку и набрал номер патологоанатома, так как диагностировал у подростка вторую степень шока - субкомпенсированную. - Я увидели Джерри, его лицо, он весь...были в крови, на земле тоже была кровь. Повсюду. Даже на тех, кто его бил. После они столкнули его с дороги и...
   Подросток замолчал, и было видно, что дальше самостоятельно он продолжить не сможет.
   - Что случилось потом, мистер Фолтер? - с нажимом спросил.
   - А потом, - посмотрел на меня, но его взгляд был пустым, - потом он покатился вниз по склону и упал в реку. С таким, знаете, - подросток поднял ходящие ходуном руки и слегка встряхнул ими, показывая момент столкновения тела с водой, - всплеском. И все. Дальше я ничего не помню, до момента приезда полиции.
   - Мистер Рэд был жив, в момент своего падения в воду? - внимательно его рассматривал, стараясь не упустить ни единой детали.
   - Я не знаю, - запнулся, - не знаю...мне кажется - он вскинул взгляд на меня, а потом опустил, - мне кажется, он не дышал...
   В этот момент как раз подошел врач с успокоительным, которым тут же и воспользовался, без слов закатав рукав рубашки мистера Фолтера и сделав укол.
   - Пойдем, - он поднял подростка со стула и аккуратно потянул за собой. - Смит, - взгляд горел бешенством, - его в больницу нужно было везти, а не допрашивать!
   Я кивнул им вслед и задумался. По всему выходило, что мистер Рэд был мертв, когда упал в воду. Значит, трое подростков насмерть забили его.
   Чем больше я об этом думал, чем больше прокручивал в голове ситуацию, тем сильнее во мне разгоралось чувство вины, необъемлемое и всепоглощающее. Мысли унесли меня далеко от кабинета, шума, участка, возвращая на несколько лет назад, где перед глазами предстали двое маленьких детей: взгляд одного был укоризненным, а второго, почему-то, совсем, совсем пустым и черным. После этого чувство вины захлестнуло меня полностью, не оставив и следа от других мыслей.
  
  
   ***
   День двести восемнадцатый
   Я пребывал в необычайном оживлении всю дорогу до участка, меня гнало вперед желание, наконец, разрешить это дело. Все решится сегодня, эта уверенность окрепла со вчерашнего дня.
   Приятным удивлением было то, что новички уже ожидали меня у рабочего стола.
   - Доброе утро, сэр, - чуть ли не хором.
   Поморщившись, кивнул и на несколько секунд задумался, кого следует взять с собой. Помощь мне потребуется, пусть и небольшая.
   - Мисс Саммер и мистер Барисон, вы остаетесь в участке и обзваниваете этих людей, - протянул им заготовленный листок. - Как только вы найдете совпадение: сразу звоните мне. Надеюсь, объяснять, что вы должны искать не нужно?
   - А что... - начал было мистер Барисон.
   - Все понятно, сэр, - быстро перебила его мисс Саммер.
   Я кивнул.
   - Мистер Джейкобс, вы со мной, - и направился к выходу из участка.
   Новичок нагнал меня уже у самой двери:
   - Взять патрульную машину, сэр?
   - Нет, не сегодня, - и я направился за угол участка, показывая ему не отставать.
   На парковке, под самыми окнами здания нас ждала моя личная машина. Привычно прикоснулся пальцами к полированному боку, обходя ее кругом, и открывая водительскую дверцу. Подняв взгляд на мистера Джейкобса, увидел, что тот недоуменно застыл в нескольких шагах.
   - Сэр... - удивленно вымолвил он, - это ваша машина?
   - Что в этом такого удивительного? - нетерпеливо раскрыл дверцу, ожидая, что новичок займет пассажирское сидение.
   - Но это же Ford Mustang! - воскликнул он в полном недоумении.
   - Да, мистер Джейкобс, это он, а теперь займите свое место. Мы теряем время.
   Наконец машина тронулась и мягко зашуршала колесами по парковке, легко повернув руль, развернулся и выехал на дорогу. Ближайшем местом к участку была стоматология "Здоровый зуб", а значит первым номером в списке стал - Гарольд Хэпоп. Через десять минут мы уже открывали нужную дверь.
   - Старший детектив Джон Смит, - представился девушки за стойкой регистрации, - мне нужно поговорить с мистером Гарольдом Хэпопом.
   - Простите, сэр, но у него сейчас прием.
   - Это срочно, - я начинал медленно терять терпение, - поэтому если вы сейчас его не позовете, то вас обвинят в препятствии следствию.
   Произнес холодным и спокойным тоном, но девушке хватило этого, чтобы тут же исчезнуть и отправиться на поиски нужного врача. Даже ожидание в пять минут тянулось невыносимо долго и мучительно, меня гнало нетерпение, а необходимость простаивать на месте без дела доводила до неестественного возбуждения. Кинув взгляд на новичка, понял, что мое поведение слишком из ряда вон, потому что он старался держаться от меня на небольшом расстоянии. Видимо опасался, что я могу сорвать на нем свою злость. Наконец, девушка вернулась, ведя за собой высокого и худого мужчину лет тридцати. Не тот! Тут же щелкнуло в мозгу, но для очистки совести нужно было допросить его и после уже отправляться дальше.
   - Доброе утро, господа, - врач по очереди пожал нам руки. - Я - Гарри Хэпоп, чем могу быть полезен?
   - Где здесь можно поговорить?
   - Пройдемте в конференц-зал, - мистер Хэпоп махнул рукой в сторону дальней левой двери и сам пошел вперед.
   Врач и новичок сели, а я остался стоять, так мне легче было наблюдать за подозреваемым.
   - Мистер Хэпоп, у вас есть машина? - следил за его лицом внимательным взглядом, чтобы не упустить ни малейшего изменения.
   - Да, небольшой серебристый седан, а что? - он перевел на меня удивленный взгляд.
   - Вы недавно сдавали его в мастерскую?
   - Нет, я слежу за машиной и поэтому у нее уже два года ничего не ломалось, - гордо произнес стоматолог.
   - Вы когда-нибудь были в автомастерской "Даймакс"?
   - Дайте подумать, - врач на секунду отвел взгляд в сторону, а потом снова посмотрел на нас, - да, около месяца, может чуть меньше, назад я сдал туда машину друга. Он уезжал в отпуск, а у машины вдруг полетела коробка передач. Билеты были уже куплены, и поэтому пришлось мне сдать ее вместо него.
   - Машина все еще там?
   - Да, насколько я знаю, да. Вроде не до конца решили его проблемы.
   - Хорошо, - все, как и записано в журнале. - Вы знакомы с мистером Якобом Стоуном или с миссис Линдой О'Хара?
   - Нет, я их не знаю, - задумавшись всего на секунду ответил врач.
   - Почему вы так уверены?
   - Знаете, у меня феноменальная память на фамилии. На лица нет, но вот на имена да, помню. При чем один раз услышав запоминаю сразу и навсегда. Так и с вашими именами, джентльмены.
   Он мягко улыбнулся нам.
   - Вы женаты, мистер Хэпоп?
   - Нет.
   - Постоянная партнерша?
   - Я..., - он на секунду запнулся, - тоже нет.
   - Хорошо, - я кивнул, но скорее себе, чем ему. - Спасибо, мистер Хэпоп. На этом все. Не провожайте нас, мы сами найдем выход.
   Развернувшись, вышел из конференц-зала и, не останавливаясь, направился на парковку. Это не тот человек, значит нужно ехать дальше. Теперь в центр города в круглосуточный магазина "Кувшинка" к мистеру Филу Стоуну.
   Время приближалось к полудню, когда мы остановились у супермаркета, оформленного в синих и зеленых тонах, видимо, символизировавших кувшинку. Всю дорогу до места я молчал, а новичок не решался заговорить. Скорее всего, он до сих пор не понимал, почему мы объезжаем именно этих людей.
   Приветственно звякнул входной колокольчик и мы оказались внутри среди белых полок и ярких ламп. Касс было две: за одной из них сидела женщина в возрасте, а вот за другой молодой человек лет двадцати-двадцати пяти.
   - Мистер Фил Стоун? - спросил подходя ближе и останавливаясь напротив.
   - Да, - он выглядел удивленным, - чем могу помочь?
   - Старший детектив Джон Смит, - представился, - где здесь можно поговорить?
   - Сей-час, - он на миг запнулся и отошел к своей коллеге. - Миссис Фидбэк, я отойду в комнату отдыха с этими парнями, не надолго.
   Женщина кивнула и смерила нас подозрительным взглядом, не расслышав, что мы из полиции.
   - Зачем я вам понадобился? - немного тушуясь, спросил подросток, когда мы оказались внутри небольшой комнатушки.
   - Мистер Стоун, у вас есть машина? - начал по второму кругу.
   - Не-е-ет, сэр, - он запнулся, - я еще студент.
   И совсем замолк.
   - Вы были в автомастерской "Даймакс"?
   - Да-а-а, сэр, - он как-то съежился, - пару недель на-а-азад я привез туда машину матери. Та-а-ам что-то попало в двигатель, они до сих пор ее ремонтируют.
   - Хорошо, - не соврал, то же самое записали и в журнал автомастерской. - Вы знаете мисс Оливию Холд или мистера Хэнка Лоуди? - от того, что я внимательно рассматривал его лицо, парень весь издергался.
   - Не-е могу вспомнить, сэр, но если бы вы....если бы вы могли...вдруг у вас есть, фотография, - произнес он запинаясь.
   Я кивнул и достал из внутреннего кармана фотографии и выбрал из них нужные.
   - Да, сэр, - он повертел фото в руках, - она заходила в магазин как раз вместе с этим парнем, - показал фотографию мистер Хэнка Лоуди, - купили пару бутылок вина, расплатились наличкой и ушли.
   - Это все?
   - Да-а-а, сэр, - опять запнулся, - все.
   - А эта девушка вам знакома? - показал фотографию жертвы номер 9.
   - Нет, сэр, - спустя пару секунд, - я ее никогда не видел. Может она заходила не в мою смену.
   Снова не тот. Хоть подросток и выглядел здоровым, но был, наверняка, слишком тщедушным, чтобы на себе переносить тела. Характер тоже не подходил, мистер Стоун все время заикался и внезапно замолкал во время всего разговора, хотя мы беседовали даже не в участке.
   - Спасибо за помощь, мистер Стоун, - я направился к двери.
   - Не-е за что, сэр, - парень резво выбежал следом и занял свое место за кассой.
   Следующий пункт - парикмахер Марк Стрэйт в салоне "Мода". Это было в двадцати минутах езды отсюда. Какая будет ирония, если нужным человеком окажется последний из тех, кого мы посетим!
   В салоне к нам сразу же подлетела девушка-менеджер:
   - Добро пожаловать, господа, вы записаны? Могу порекомендовать вам нашего лучшего парикмахера...
   - Мы - полицейские, - перебил ее, чтобы сбавить пыл и сразу перевести разговор в нужное русло, - старший детектив Джон Смит. Могу я поговорить с мистером Марком Стрэйтом?
   - Да, конечно, - девушка как-то стразу погрустнела и даже потеряла к нам особый интерес. - Он вышел в заднее помещение. Вам туда, - она указала на дверь справа от входа, - Марк должен быть там. Если его нет, то выйдете через другую дверь в коридор, в конце которого будет вход в раздевалку и пожарный выход. Он либо курит, либо переодевается.
   Кивнув, я повернулся к новичку:
   - Мистер Джейкобс, ждите его здесь, нам обязательно нужно переговорить со всеми, так что задержите мистера Стрэйта ненадолго.
   - Хорошо, сэр, - и он замер недалеко от входа.
   В первой комнате было достаточно темно, но там никого не оказалось. Я вышел в коридор, в конце которого виднелись две двери: одна - деревянная и вторая металлическая, ведущая на улицу. Стоило мне пройти несколько метров по направлению к ним, как у меня зазвонил телефон.
   - Смит.
   - Сэр, это Джун.
   - Слушаю вас, мисс Саммер.
   - Мы нашли, сэр! - она закричала так, что услышали, наверное, даже в салоне. - Девять из одиннадцати жертв назвали одно и то же имя! Мы еще не успели позвонить последним, - продолжала тараторить она, - они...
   - Какое? - в нетерпении перебил я.
   - Марк Стрэйт!
   Но в ответе уже не было необходимости. В этот момент из раздевалки вышел мужчина, высокий, с короткими черными волосами. Он замер напротив меня шагах в пяти-десяти, держа в левой руке парикмахерские ножницы. Мы встретились взглядами, в полном молчании, нарушаемом лишь криками из мобильного, прошло несколько минут, а потом на наших лицах отразилось одинаковое понимание. Не было особого смысла даже задавать вопросы: это был он, "Язык"!
   - Сэр, сэр, вы меня слышите, это.... - я отключил телефон и медленно убрал во внутренний карман, незаметно снимая с предохранителя Beretta M9, висевшую в портупее в кобуре.
   Многих убийц, особенно тех, которые отнимают души осознанно без сочувствия и сожаления, можно узнать по одному взгляду, по выражению лица. Они смотрят на вас и видят не столько человека, сколько возможность, желание убивать. Наслаждение чужой болью и страданием накладывает определенный отпечаток. Черты лица, мимика, взгляд - все как будто искажается, отравленное ощущением собственной власти. Так смотрел на меня и мистер Стрэйт. Он был спокоен, даже холоден, а вся его фигура выражала напускное сейчас безразличие.
   Неизвестно, как бы повернулась ситуация, если бы не одна случайность. В тот самый момент, как я потянулся за пистолетом, произошло несколько событий. Прямо передо мной, закрывая на несколько мгновений мистера Стрэйта, распахнулась дверь, ведущая в салон, которая до этого момента была совершенно незаметна. За секунду как она, повинуясь действию пружины, закрылась, из нее вышел мистер Джейкобс и наши с ним взгляды встретились. Возможно, был и другой выход, но еще до того, как новичок успел обернуться на парикмахера, я обхватил его за талию и дернул на себя и мы, не устояв, опрокинулись на пол. В тот же момент левое плечо пронзила острая, глухая боль, брызнула и потекла кровь. Резко подняв правую руку, я выстрелил в левую ногу мистеру Стрэйту, метя в четырехглавую мышцу бедра, чтобы лишить его опоры. Парикмахер даже не вскрикнул, когда пуля попала в цель и прошла на вылет, вместо этого он потянулся правой рукой за спину. Следующие два выстрела раздались одновременно и оба попали в цель. Первый произвел мистер Стрэйт, попав точно в ножницы, застрявшие в моем плече. Пуля расколола их и одновременно вогнала глубже. И долей секунды позже выстрелил я, используя для опоры плечо мистера Джейкобса, - в правую руку Языку в дельтовидную мышцу. На этот раз он вскрикнул, выронил пистолет и упал на колени, тут же схватившись за рану.
   Для меня прошедшее время растянулось в долгие часы, на самом же деле вся развязка завершилась всего за пару минут. Как только я отметил, что мистер Стрэйт повержен и не представляет более угрозы, то сразу потерял сознание от болевого шока. Глаза мои закатились и мир померк.
  
  
   ***
   Воспоминание, тридцать семь лет
   - Держите его крепче! - прозвучал громогласный крик на всю больницу. - Сейчас вырвется!
   Весь этот хаос произвели мы, приведя в белое стерильное помещение воришку, раненного дробью в ногу, что примечательно в коленную чашечку, от бдительного соседа. Кровь забрызгала все вокруг, в том числи нас, машину и пол больницы. Паренек орал в голос, а когда охрип, то смог только со злостью молотить по воздуху кулаками. Вскоре его, наконец, забрал врач.
   - Никогда больше не поеду с тобой на вызов, Смит, - оттирая окровавленные руки, произнес мистер Дикс. - Заведи себе постоянного напарника и его таскай заляпываться в крови. Черт, это же почти новый костюм!
   Сокрушённо качая головой, он направился к выходу, а я, брякнув по пути ключами от машины в кармане, пошел в сторону туалета - стоило отмыть хотя бы часть крови с себя. Посмотрев в зеркало над умывальником, отметил, что красные капли есть и на лице. Отмыл и их. Теперь хотя бы частично я был чист.
   В коридоре на меня налетела медсестра.
   - Вы ведь из полиции?
   - Да, - я устал, и заниматься чем-то свыше нужного не хотелось.
   - Вы привезли того вора, ну с раздробленной коленной чашечкой?
   - Да, мисс, - чего вы хотите?
   Уже начал терять терпение.
   - У нас тут привезли паренька из вашей академии, подрался, да так, что сломал руку и заработал сотрясение.
   - И что? - домой и снять с себя все эти неприятно липнувшие к телу вещи.
   - Могли бы с ним поговорить, он не в первый раз уже попадает к нам, - мой взгляд был полон скептицизма. - Вы же тоже полицейский!
   Укоризненный взгляд в мою сторону.
   - Его зовут, - она начала рыться в своем планшете, - Йен, да, Йен Джейкобс.
   Я замер. Прошло не так много времени после дела мистера Блэка и на тот момент, мистер Джейкобс не производил впечатления человека, который может обучаться или захотеть поступить в полицейскую академию.
   Поэтому кивнув, пошел следом за медсестрой. Мы остановились у одной из множества одинаковых дверей, ведущих в палату. Через прозрачное окно, расположенное где-то на уровне лица, можно было разглядеть, что происходит внутри.
   - Можете идти, - я еще не знал, стоит мне заходить или нет, поэтому не хотел, чтобы медсестра загнала меня внутрь силой.
   После того как она ушла, чуть отошел от двери, чтобы видеть происходящее в комнате и при этом оставаться незамеченным. На кровати лежал мистер Джейкобс, голову его покрывали бинты, так же как и левую руку. Все лицо было в ссадинах, под правым глазом наливался большой синяк и, насколько я мог разглядеть, костяшки сбиты. На вид драка состоялась серьезная и явно не с одним противником. Скорее всего, он повздорил с сокурсниками. В чем причина конфликта? Поразмыслив над этим пару минут, пришел к выводу, что дело должно быть в брате. Ведь в нашем городе всю компанию мистера Самсерта считали убийцами и, как теперь известно, безосновательно. Но общественное мнение изменить чрезвычайно трудно, поэтому подростку должно быть несладко, особенно в среде юных, еще дышащих чистыми идеалами, полицейских.
   Что я мог ему сказать сейчас? Особенно я. Учитывая его отношения ко мне после всего, а конкретно - после убийства брата. Я явно не тот человек, который должен был восстанавливать в нем веру в правосудие и справедливость, да вообще в ком-то воскрешать попранные идеалы. Сходиться с людьми и утешать - не мое, вот ловить преступников и проникать в мысли безумных маньяков - это да, это подходит. Поэтому спустя несколько минут, приняв решение, развернулся и пошел в сторону выхода из больницы. Этот ребенок должен справиться сам, я больше не вправе так вмешиваться в жизни других людей.
  
  
   ***
   (неизвестно) день
   Стучало и скрипело и ярко вспыхивало под сомкнутыми веками и в голове. Я очнулся внезапно, как будто кто-то повернул рубильник. Сознание прояснилось и стало понятно, что это больница, рядом мерно пищат приборы и за дверью раздается обычный для таких мест шум. Заодно с ясностью мыслей накатила тупая и какая-то горячая боль в левом плече, оно вместе с рукой было покрыто бинтами и отзывалось ежесекундным одурманивающим своей силой дискомфортом даже в спокойном положении. Видимо рукой я смогу пользоваться не скоро, так что хорошо, что еще в академии научился стрелять с обеих рук.
   Тут раздался стук и сразу после вошел врач:
   - А, мистер Смит, вижу, вы пришли в себя, - констатировал он очевидное.
   Я кивнул.
   - Что такое? - он озабоченно переводил взгляд с меня на свой планшет. - Вы не можете говорить? У вас же повреждение плеча, а не гортани.
   - Могу, - пришлось все-таки изменить своей привычке.
   - А, тогда хорошо, - доктор ободряюще мне улыбнулся. - Сейчас я расскажу, что с вами и что мы проделали, пока вы были не совсем в себе.
   Он пододвинул стул ближе к кровати и сел.
   - Мы вытащили из вас парикмахерские ножницы, - констатация очевидного, видимо, его хобби. - К слову сказать, они было довольно глубоко, а так же разломились, и повредили ротаторную манжету левого плеча. Нам пришлось в срочном порядке провести операцию, вы ведь и кровью истекали. В общем, все прошло успешно, все вынули, подлатали и зафиксировали. Как можете видеть, - он ткнул в бинты, - мы наложили отведенную шину, чтобы сухожилия могли срастись и принять свой первозданный вид. Придется проносить ее как минимум три недели, а после посмотрим, может снимем, а может и нет. Так же вам назначен курс антибиотиков, чтобы избежать заражения, и витаминов, чтобы ускорить восстановление и заживление. Можем еще прописать болеутоляющие, если рука будет очень сильно беспокоить. Плюс к этому вам предстоит пройти курс восстанавливающей терапии, которая поможет вернуть былую подвижность и силу вашей руке. Швы саморассасывающиеся, так что снимать их не нужно. Вот, в общем-то, и все.
   Врач с улыбкой смотрел на меня, а я оценивал свою дееспособность на ближайшее время.
   - Как долго я пробыл без сознания?
   - Так, дайте посчитать, - он на секунду задумался, - два с небольшим дня. Мы решили не будить вас после сложной операции, а дать восстановиться в покое.
   - Мне нужно позвонить, - попытался приподняться.
   - Нет-нет, - врач надавил на здоровое плечо, побуждая лечь обратно, - вам пока никуда нельзя вставать. Вы только-только пришли в себя. Я сейчас скажу медсестре, и она все сделает. Если вам что-то понадобиться или будет беспокоить - позовите доктора Пейна, то есть меня.
   - Когда вы меня выпишите?
   - Если все пойдет хорошо, то где-то через недельку.
   - А раньше никак нельзя? - это ломало все мои планы.
   - Молодой человек, - очень странное обращение, так как разница в возрасте максимум в пять лет, - вам провели сложнейшую операцию, вы только что пришли в себя! Мы не можем вот так взять и выписать больного, нужно пронаблюдать за общим состоянием и восстановительной динамикой. И только, подчеркиваю, только после этого надо задумываться о выписке.
   - Я - полицейский..., - начало было.
   - А я - врач, - резко оборвал меня, - и у нас для всех одинаковые правила.
   После этого он спокойно вышел из палаты. Спустя несколько секунд, как будто дежурила под дверью, вошла медсестра.
   - Мистер Смит, как вы себя чувствуете? - спросила, приветливо улыбаясь.
   - Хорошо, - поймал ее взгляд и медленно с легким нажимом продолжил, - принесите мне, пожалуйста, телефон.
   Девушка тут же испаряется и возвращается уже с заветной трубкой.
   - Только не долго, - она озабоченно смотрит на мое оживление, - вам нужен покой.
   Кивнув набрал номер участка.
   - 39ый участок, дежурный стажер Барисон слушает, - раздалось в трубке чрезмерно громко.
   - Мистер Барисон, перестаньте так кричать, вы разбудили все соседние палаты, - на том конце провода потрясенно замолчали.
   - Сэр, это вы?
   - Да, это я, - довольно комичный диалог. - Передайте трубку капитану.
   - Хорошо, сэр, - послышалась возня. - Как вы себя чувствуете?
   - Спасибо, хорошо, - наверняка он не догадался просто переключить линию и понес трубку сам.
   - Передаю капитану, - послышалось: "Это - Смит".
   Отметив про себя подобную фамильярность, я приготовился излагать свою идею.
   - Джон?
   - Да, это я, сэр. Мне бы хотелось....
   - Как ты себя чувствуешь? - тут же перебили меня. - Врачи сказали, что операция была серьезной.
   - Хорошо, сэр, спасибо, я бы...
   - Замечательно. Догадываюсь, что хочешь узнать о произошедшем после того, как ты отключился?
   - Да, сэр, - наконец нужная информация.
   - После того как ты потерял сознание Джейкобс вызвал скорую и подкрепление по рации и надел наручники на Стрэйта. А вот дальше, - после легкой заминки продолжил капитан, - все повернулось не слишком хорошо.
   - То есть, сэр?
   - Стрэйт заявил, что ты просто направил на него пистолет и даже не представился. Никакого предупреждающего выстрела, зачитывания его прав или хотя бы имени и звания. Это так, Джон?
   - Да, сэр, - я начинал постепенно догадываться, куда это все приведет.
   - Так вот, Джон, - сказано с нажимом, - ты был обязан представиться, зачитать его права, предъявить обвинения, в конце концов! И только после этого стрелять! У тебя даже ордера не было!
   Под конец капитан перешёл на крик.
   - Тебя спасло только то, - продолжил он, - что у него тоже был пистолет. Но мистер Стрэйт сказал, что использовал оружие исключительно для самообороны, а позже показал нам все разрешения на ношение и прочее. Его даже не обвинить в нападении на офицера при исполнении, так как он утверждает, что ты первым направил на него оружие и не представился ему!
   - Сэр, он повредил мне плечо ножницами, - в негодовании.
   - Сказал, что оборонялся. Испугался тебя, - совершенно спокойно.
   - Но когда он их бросил, пистолета у меня в руках не было!
   - Он говорит, что был. Тут его слово против твоего.
   - Но, сэр..., - даже запнулся.
   - Я тебе верю, Джон, - со вздохом произнес капитан. - Но закон есть закон. Сейчас Стрэйт выглядит несправедливо пострадавшим от безосновательного насилия со стороны полиции. Он пока в больнице, но его впишут через неделю. Придя в сознание, Стрэйт сказал, что не будет подавать иск против тебя и участка.
   - Это...
   - Послушай, Джон, ты повредил ему руку и ногу. Причем с твоей меткостью серьезно повредил, хоть восстановление и займет меньше времени, чем у тебя. Он вправе жаловаться, если ты не докажешь, что были хоть какие-то основания для подобного поведения. У тебя они есть?
   - Нет, сэр, ничего чтобы принял суд, кроме моего чутья.
   - Как ты вообще оказался там?
   - Я разрабатывал гипотезу по делу "Языка".
   - Какую?
   - Подставить механика мог только настоящий убийца, который сдавал машину на длительный срок в мастерскую. Ведь это давало ему повод приходить туда, когда захочется.
   - Почему не родственник этого чертового механика? Или друг?
   - Я проверил их всех, это дочка девяти лет и коллега на работе, который старше мистера Джонса на 10 лет.
   - Но почему именно Стрэйт? Там должны были быть десятки клиентов.
   - Но из них подходили всего пять. Ведь нужный человек должен был сдавать машину в мастерскую на длительный срок, а так же принадлежать к одной из профессий, с которой может взаимодействовать абсолютно любой. То есть убийца либо продавец, либо парикмахер, либо стоматолог, либо полицейский. И уж никак не может быть работником автомастерской, во-первых потому что не у всех жертв или их родственников были машины, а во-вторых конкретно этот механик слишком физически слаб, чтобы перемещать на себе тела, у него болезнь спины, а так же морально не обладает достаточным уровнем жестокости, чтобы спокойно смотреть как жертвы захлебываются в собственной крови, - выдохнул и продолжил. - Прежде чем попасть в салон, мы были еще у двух и они оказались чисты. Сэр, вы ведь понимаете, что Стрэйт тот, кто нам нужен?
   - Джон, - снова вздох, - я привык доверять тебе, но если у тебя нет доказательств, то нам нечего ему предъявить.
   - Я понимаю, сэр.
   - У тебя сейчас больничный на месяц, пока ты не сможешь вернуться в строй. Использую это время с пользой - найди способ прижать парикмахер. И да, - спохватившись, - ты не отстранен только потому, что он не подал на тебя иск, так что будь любезен действовать крайне разумно и острожно!
   - Да, сэр, я постараюсь.
   После капитан отключился. Медсестра давно ушла, поэтому я положил телефон на прикроватную тумбочку и задумался.
   "Язык" обвел меня вокруг пальца. Конечно, сейчас, ему как невинно пострадавшему поверят больше, чем мне, хоть и полицейскому. Я допустил ошибку и упустил убийцу. Нужно придумать выход. Пока у меня была только одна мысль, но для ее воплощения, мне нужен был помощник. Все-таки это ранение было очень некстати. Снова потянулся за телефоном:
   - 39ый участок, дежурный стажер Барисон..., - снова зазвучало в трубке.
   - Мистер Барисон, это снова я, передайте трубку обратно капитану.
   - Да, сэр - на том конце снова зашуршало.
   - Джон?
   - Сэр, у меня есть один вариант, но мне нужно ваше согласие. Пусть и неофициальное, - помолчав, добавил.
   - Говори.
   - Предлагаю установить за Стрэйтом наружное наблюдение.
   - У нас нет свободных людей, ты же знаешь.
   - Да, сэр, но новички. Без меня ими никто не руководит и они свободны. Пускай, например, мистер Джейкобс или мисс Саммер подежурят попеременно, а после этой недели можно оставить кого-нибудь одного, так как меня уже выпишут.
   - Он же в больнице, где они будут за ним следить?
   - Его выпишут раньше, чем меня, вы сами это сказали. Зная характер таких людей как он, я думаю, что мистер Стрэйт решит убить через несколько дней после выписки, если сможет нормально передвигаться. Или чуть позже, если его функционал будет ограничен. Сейчас его жажда убийства возобладает над здравым смыслом. Я почти достал его, почти поймал за руку. Ему будет нужно самоутвердиться, осознать, что он снова на коне. А для этого потребуется еще одна невинная жертва.
   - Возможно, ты прав, Джон, - немного подумав, ответил капитан. - По крайней мере в этом есть смысл. Бери стажеров и, я надеюсь, что это будет не напрасно.
   - Я постараюсь, сэр.
   Дальше трубку взяла мисс Саммер.
   - Сэр? - вопросительно.
   - Мисс Саммер, мистер Джейкобс рядом с вами?
   - Да, сэр.
   - Тогда у меня есть для вас задание.
   - Слушаем, сэр.
   - Мистер Джейкобс должен помнить в лицо мистер Стрэйта, которого мы встретили в салоне "Мода", так?
   - Да, сэр, помню, - раздалось на том конце.
   - Ваша задача установить за ним наружную слежку. Желательно как можно более незаметную. Вы должны быть точно там же, где и он, не упуская ни минуты его жизни. Понятно?
   - Да, сэр, - мисс Саммер, - что нам сказать в участке?
   - Капитан уведомлен о вашем задании, остальные знать не должны. Никто. Даже мистер Баррисон. Докладывать будете каждый день напрямую мне по телефону. И ни во что не вмешиваться без моего на то позволение.
   - Мы поняли, сэр, - видимо девушка окончательно завладела трубкой. - Когда приступать?
   - Как только мистер Стрэйт выйдет из больницы!
   - Есть, сэр, - отрапортовались хором.
   Отключившись, устало откинулся на подушку. Разговор выматывал, а если добавить к этому еще и непрекращающуюся боль, то понятно, почему я тут же провалился в сон.
  
  
   ***
   Воспоминание, тридцать шесть лет
   В четвертой допросной всегда плохо открывалась дверь, ее заело еще с тех пор, как один сумасшедший попытался вырваться из запертого помещения. На ремонт то ли денег не было, как всегда, то ли никому не было до этого дела. Поэтому чтобы попасть, наконец, внутрь мне пришлось навалиться на металлическую поверхность плечом. В помещение в наручниках, за цепь пристегнутых к столу, и в тюремной робе сидел мистер Ричард Блэк, насильник и убийца. Занял стул напротив него, лицом к двери.
   - Добрый вечер, мистер Блэк, - спокойно начал, - полагаю, мне нет смысла объяснять, почему вы оказались здесь и в таком положении?
   Он в ответ лишь засмеялся.
   - От вас мне нужно лишь подтверждение того, что вы изнасиловали, а после убили всех этих женщин, - аккуратно разложил перед ним фотографии шести жертв.
   Мистер Блэк внимательно рассмотрел их всех, а потом оттолкнул снимки от себя, насколько позволяла короткая цепь наручников.
   - Понятия не имею о чем вы, - ухмылка расползлась по его губам.
   - Вас опознал свидетель, так что не имеет смысла и дальше продолжать отрицать очевидное.
   - Тот белобрысый мальчишка? Да он же был пьян почти в стельку, вряд ли ему кто-то поверит. Поэтому он и жив то остался.
   - На вашей одежде, спустя несколько минут, наши эксперты обнаружат кровь и биологические жидкости, если и не всех, то большинства жертв. Вам ведь не пришло в голову, сменить плащ перед очередным убийством, так?
   - Ах, ты! - он попытался дернуться, но цепь не позволила.
   - Поэтому повторяю, ваш единственный выход - сотрудничество со следствием. Расскажите, где вы спрятали тела первых двух девушек?
   Он опять рассмеялся, и в этот момент с глухим скрипом открылась дверь, впуская в помещение миссис Лакс, местного судмедэксперта, в белом халате и с папкой в руках. Подойдя ко мне, она наклонился и тихо шепнул:
   - Мы смогли найти следы только последней жертвы, - протянула мне документы. - Ты должен додавить, иначе мы не сможем обвинить его как серийного маньяка.
   Сказав это, она поспешила удалиться. Мистер Блэк все это время внимательно смотрел в нашу сторону, но услышать диалог никак не мог.
   - Как я уже вам говорил, наши эксперты нашли биологические жидкости всех жертв на вашем плаще. Даю вам последний шанс пойти навстречу следствию, если нет, то вас сейчас же вернут в камеру, где вы будете ожидать суда, а после отправитесь в тюрьму. Никакого залога и снисхождения от присяжных вам не полагается.
   - Но как же, - он потрясенно зашептал, - я же его, я же помню, не может быть! Ты все врешь, мерзкий легавый!
   - Вы можете самостоятельно ознакомиться с результатами экспертизы, - протянул ему листок, в котором было указано о наличии следов последней жертвы. - Думаю одного вам достаточно?
   Мистер Блэк потрясенно крутил бумагу в руках, а потом в раздражении бросил ее на стол.
   - Хорошо, твоя взяла, я все расскажу. Только не забудь упомянуть об этом в суде, - он брезгливо скривился.
   - Рассказывайте, мистер Блэк.
  
  
   ***
   День двести двадцать первый
   Проснулся утром следующего дня и так потянулась долгая неделя выздоровления. Примечательна она была только одним событием. Через три дня после звонка в участок, ко мне пришел мистер Стрэйт. На удивление выглядел он лучше, чем ожидалось.
   - Привет, - произнес парикмахер с улыбкой, занимая стул у кровати.
   Трость, на которую он опирался, поместилась рядом.
   - Знаешь, это очень мило, что в первый раз ты промахнулся. Этот мальчишка тебя сбил, да?
   Я промолчал.
   - В общем, - не дождавшись ответа, продолжил, - спешу тебя обрадовать. Пуля прошла мимо жизненно важных мышц и прочего. Я, конечно, поприкидывался для врачей и полиции, но, - он ткнул в правую ногу, - как видишь все совсем не так плохо. С рукой, правда, вышло не слишком хорошо. Знаешь, в чем суть иметь друзей среди врачей? Они ведь могут сказать то, что нужно. Так что тссс, - приложил палец к губам, - официально я тяжело ранен жестоким офицером полиции Джоном Смитом.
   - Ответь мне хоть что-нибудь, - мое молчание выводило его из себя.
   - Девушка или парень? - вдруг спросил он, а я ощутимо напрягся. - Если ответишь на мой следующий вопрос, то никто из них.
   - Хорошо.
   - Так ты все-таки умеешь говорить, - хоть он и улыбнулся, но глаза оставались безжизненными и холодными. - Как ты догадался?
   - О чем?
   - Что это я.
   - По выражению вашего лица.
   - Нет-нет, - он вполне свободно замахал обеими руками. - О том, что это вообще кто-то другой, а не механик.
   - Он не подходил по многим причинам.
   - И? Дальше! - нетерпеливо выкрикнул.
   - Нужно было искать среди клиентов автомастерской того, кто имел свободный доступ к его вещам. Исключив всех, я оставил только пятерых и среди них вы.
   Мистер Стрэйт запрокинул голову и засмеялся.
   - Машина, - выговаривал он сквозь смех, - так меня выдала чертова машина.
   Отсмеявшись, Язык посмотрел на меня долгим и тяжелым взглядом, где не осталось ни следа от прежнего веселья.
   - Жаль, что я тебя не убил. Ты ведь не отстанешь?
   - Нет, - спокойно.
   - Что ж, - сказал он, поднимаясь, - будет интересно с тобой побороться. Посмотрим, кто победит, Джон Смит.
   С этими словами он вышел из палаты. Спустя пять дней его выписали и новички заняли свой наблюдательный пост. Я должен был к ним присоединиться уже через день, но волнение за их жизни не покидало меня. Что конкретно знал или нет мистер Стрэйт, можно было лишь предполагать, но все-таки оставалась надежда, что эти глупые дети не будут подвергать себя напрасной опасности.
   Спустя два дня меня выписали, быстро заскочив домой и, переменив одежду, тут же отправился на пост у дома Языка. Внутри довольно потрепанного Ford меня ждал мистер Джейкобс.
   - Сэр, рад видеть, что вы поправляетесь, - и лицо подростка озарилось искренней улыбкой.
   Такое поведение по отношению ко мне было настолько ему не свойственно, что я смог лишь кивнуть. Присмотревшись, заметил почти зажившую рану на левой щеке.
   - Откуда это, мистер Джейкобс?
   - Это? - новичок недоуменно на меня посмотрел, но потом взгляд его прояснился. - Ах, это. Ножницы, когда по ним попала пуля, они разломились, и осколком порезало мне щеку. По сути, просто царапина.
   - Хорошо, - перевел взгляд на дом. - Как обстоят дела?
   - Без особых изменений, сэр, - удрученно ответил мистер Джейкобс.
   Под этим знаком "без особых изменений" и прошли следующие две с половиной недели. Мистер Джейкобс и мисс Саммер дежурили попеременно, я почти всегда с ними. Лишь один случай выбился из рамок мирного течения наружной засады. Это было полторы недели спустя, в машине сидели я и мистер Джейкобс.
   - Сэр, можно вопрос?
   Кивок.
   - Когда вы последний раз спали дома?
   Эта реплика настолько удивила меня, что я даже оторвал взгляд от ресторана, в котором сейчас обедал со своими друзьями Язык.
   - Что, простите?
   - Когда вы последний раз спали дома, сэр? - раздельно повторил, но при этом старательно не смотрел в мою сторону.
   Я решил проигнорировать этот вопрос и пара минут снова протекли в тишине, но не тут то было.
   - Сэр, не игнорируйте меня, пожалуйста, - с мольбой в голосе. - Вы проводите здесь все время и со мной, и с Джун. Я ее спрашивал! А ведь вас только что выписали из больницы, после серьезной операции.
   - Не забывайтесь, мистер Джейкобс, - произнес тихо, не поворачивая к нему голову.
   - Вы можете объявить мне выговор или как-либо по-другому наказать, если считаете, что я нарушаю субординацию. Но вы должны, - произнесено с нажимом, - полноценно отдохнуть. Поэтому начиная с, - он перевел взгляд на часы, - часа дня я пробуду в засаде один, а вы вернетесь только к ночи.
   - Мистер Джейкобс..., - начал было.
   - Если вы не последуете этому совету, то я расскажу капитану, до какого состояния вы себя довели!
   Хотя мальчишка бравировал и голос его не дрожал, но было видно, как он напуган собственной смелостью и дерзостью. Это отражалось в бегающих глазах и в том, как нервно сжимались и разжимались кулаки. Стоит отдать ему должное - даже нашел, чем мне пригрозить. Возможно, в будущем из него и выйдет толк.
   - Это были вы, - удивленно произнес, только сейчас все понимая. - Но зачем?!
   - Что я? - казалось, этим вопросом сбил его с толку.
   - Это вы навели порядок на моем столе около месяца назад, в самом начале дела "Языка". Признавайтесь!
   Слов не потребовалось, потому что этот мальчишка отчаянно покраснел и старался смотреть куда угодно только не на меня. Значит все-таки действительно он, но зачем? Ответа на этот вопрос сейчас у него выведать не удастся.
   - Считайте, что временно одержали победу, мистер Джейкобс, - сказал спустя несколько минут.
   Выходя из машины, я услышал облегченный вздох. Что же заставило его так явно противоречить моему приказу, если при этом он едва ли не трясся от страха? Но приходилось признать, отдых был мне нужен. Из-за истощения рука ныла и доводила до исступления, поэтому я и не стал спорить слишком явно.
  
  
   ***
   Воспоминание, (неизвестно), часть 1
   Не знаю, когда это началось. Можно назвать точную дату зари новой жизни? Наверное, нет. А в том, что это новая жизнь я был абсолютно уверен. Как у меня возникла первая подобная идея спросит кто-нибудь? Да никак! Однажды я проснулся уже с ней, она была в голове, внутри меня, снедала мой разум, волю и чувства. Просто была, и я ей дышал.
   Моя первая девушка. Как сладко звучит. Хочется рассказать и нет возможности противиться этому желанию.
   Я заметил ее сразу, потому что она всегда была окружена друзьями и все время говорила и говорила, не замолкая. Мне тогда было около двадцати, плюс-минус пара лет, еще студент экономического факультета, но уже разочаровавшийся в профессии. Однажды, в очередной раз громко беседуя, она прошла мимо меня, обдав легким ароматом парфюма с примесью своего естественного, мускусного запаха. Возможно, именно с ним я вдохнул и эту мысль.
   Сначала мне было непонятно, почему возникла такая сильная потребность в том, чтобы видеть Алисию Зинг, так звали девушку, каждый день, незаметно касаться ее и не искать возможности заговорить. Разговоры не прельщали меня никогда, а болтливые люди особенно, но тут было нечто иное. Какое-то темное, пагубное, отравляющее влечение. Я поддался ему без остатка.
   А потом пришло озарение. Оно накрыло меня с головой, да так, что колени подогнулись. Когда волна схлынула, я уже знал, что делать.
   Это случилось на 49ой улице, в неосвещенном фонарями месте. Алисия всегда ходила там. Нагнав ее, я коснулся оголенного, тогда было лето, плеча. Девушка вздрогнула.
   - Кто...? - но тут она разглядела меня. - А, это ты, - выдох облегчения, - ну и напугал ты меня.
   Думаю, она даже не осознала, что произошло, а я уже прижал к ее рту и носу платок, смоченный в изрядной дозе хлороформа. Подергавшись пару секунд, девушка без сознания повалилась мне на руки, и я испытал доселе неведомое ощущение полной власти, контроля и оно меня опьянило.
   Привезя ее на склад на Сквер-Гайд, в заброшенной части города, я усадил безвольное тело на специально принесенный стул, привязав за руки, ноги и шею, и стал ждать пробуждения. Наградой моему ожиданию был душераздирающий вопль, стоило Алисии только открыть глаза и понять, что происходит.
   - Выпусти, выпусти меня!!! - продолжала она голосить.
   Каким же наслаждением было слушать этот полный ужаса крик. Я даже перестал вслушиваться в слова, просто покачивал головой в такт музыки отчаянья. Развернувшись, любовно оглядел приготовленные вещи. Незабываемо было чувствовать, как губы медленно расходятся в счастливой улыбке.
   Я был счастлив, счастлив, счастлив!
  
  
   ***
   День двести сорок восьмой
   И вот повязку сняли, рука снова может двигаться. Две с половиной недели засады позади, а результатов нет и если их не будет в ближайшее время, то придется искать возможность разрешить эту задачу какими-нибудь другими методами. В машине перед домом "Языка" снова были я и мистер Джейкобс, день уже клонился к вечеру и почти сутки проведенные без движения сказывались и на теле, и на сознание. Мысли текли вяло.
   - Почему вы тогда, в салоне "Мода", вдруг решили покинуть свой пост? - этот вопрос давно волновал меня.
   - Я услышал шум и решил проверить, что там, так как вас долго не было, - подавленно замолчал.
   - Впредь больше не смейте ослушиваться прямых приказов, вам ясно?
   - Да, сэр. Извините, сэр.
   Я кивнул, и снова воцарилось молчание. Часы текли медленно и ничего не происходило.
   - Сэр? - перевел взгляд на заговорившего вдруг подростка.
   - Как вы думаете, что будет с Джонсом, если нам не удастся ничего доказать?
   - Его осудят, мистер Джейкобс, и либо приговорят к пожизненному заключению, либо казнят.
   - Но он же невиновен..., - потрясенно.
   - Еще недавно вы не были так в этом уверены, - внимательно всмотрелся ему в глаза. - Вот, как и вам, нужно было время и причины, чтобы прийти к другому мнению, так это нужно и присяжным. Но, увы, если у нас не будет никаких доказательств, то они просто не смогут найти другой выход. И, скорее всего, учитывая особую жестокость и количество жертв, его приговорят к смертной казни.
   - Невиновного человека?! - в ужасе.
   - Да, мистер Джейкобс. Так уж устроен мир.
   - Тогда хорошо, что пока следствие застопорилось.
   - Это ненадолго. Сейчас ничего не предпринимается, конкретно не передается дело в суд, только в виду отсутствия языков, орудия преступления и места. Мотив даже не учитывается. Но если мистер Стрэйт в ближайшее время "предоставит" следствию что-то подобное, то дело для мистера Джонса, увы, пойдет быстрее. Или же у города истечет терпение и механика осудят без этих доказательств.
   - Тогда нам просто необходимо, чтобы этот чертов парикмахер сделал уже хоть что-нибудь! - перевел горящий взгляд на дверь дома.
   И тут она, словно по команде, отворилась. "Не выдержал!" - несколько потрясенно, но все же воодушевленно подумал я. Мистер Стрэйт завел свой черный Wolksvagen и, включив фары, тронулся с места. Так как мы были не на патрульной машине, то за рулям сидел я. Спустя несколько секунд мы уже бесшумно следовали за ним. Парикмахер катал нас по городу около двух часов, я даже позавидовал его упорству в желании убедиться, что нет слежки. Но и моя настойчивость была на том же уровне. Наконец, он тронулся, как мне показалось, в нужном направлении -- в заброшенную часть города. Здесь вести преследование стало сложнее, а ведь если он нас заметит, то наверняка перенесет убийство на другой день. Поэтому нам пришлось отстать и ехать на удачу. В этой части было всего несколько зданий, подходивших для его преступлений, и все они находились в аварийном состоянии достаточно давно.
   - Он едет в Сквер-Гайд, - прошептал мистер Джейкобс.
   - Почему вы в этом так уверены? - тоже почему-то шепотом ответил.
   - Подростками мы с братом, - он на секунду запнулся, но быстро продолжил, - тусовались там по выходным и эта лучшая дорога, чтобы незаметно туда пробраться.
   - Хорошо, - и доверившись новичку свернул на объездную дорогу к Сквер-Гайд, чтобы не столкнуться нос к носу с мистером Стрэйтом и незаметно припарковаться за зданием.
   Вывернув наконец на Сквер-Гайд, остановил машину за парой покосившихся зданий, из-за которых виднелся огромный склад.
   - Мистер Джейкобс...
   - Даже не начинайте, сэр, - легко перебил он, - я не куплюсь на все эти сидеть в машине и вызвать подмогу. Двое лучше, чем один!
   И начал сверлить меня упрямым взглядом. Видимо действительно не купится, придется брать его с собой.
   - Тогда вы должны будете подчиняться всем моим командам, какими бы они ни были, понимаете?
   - Да, сэр.
   - Хорошо, у вас есть оружие?
   - Нет, сэр, вы же знаете, новичкам оно не положено.
   - Тогда санкционирую вам его временную выдачу, - с этими словами я отстегнул Glock19 и передал подростку. - И помните, мистер Джейкобс, это не учения, все по настоящему. Патроны тоже настоящие.
   - Могли бы и не говорить, сэр, - тихо произнес он и снял пистолет с предохранителя.
   Достав Beretta M9 и тоже сняв с предохранителя, я кивнул, показывая, что можно выдвигаться. Обойдя две мелкие постройки, мы подошли к задней двери склада.
  
  
   ***
   Воспоминание, (неизвестно), часть 2
   Алисия перестала кричать, когда сорвала голос. Я с улыбкой подошел к ней и резко поднял опущенную голову, закрепляя ее налобным ремнем в одном положении. Какое было наслаждение получить еще крупицу власти!
   Вернувшись к столу, взял тонкие, но прочные, тросы и ими перемотал шею, чтобы они впивались в нежную кожу, резали ее и выпускали на свет робкие первые капли крови. Дальше я прикрепил две металлические прищепки к углам рта девушки, а после свел их за подголовником кресла таким образом, что бы рот был широко распахнут. Она все равно больше не могла кричать и дарить наслаждение моему слуху. С досадой посмотрел на начавшую сочиться из-под прищепок кровь. В будущем надо будет придумать какой-нибудь более мягкий способ. В будущем, да, это слово ласкало мой разум! Обязательно в будущем!
   Вернувшись к столу одел медицинские перчатки и, взяв щипцы для фиксации языков животных, удивительно сколько всего можно купить без каких-либо последствий, снова подошел к Алисии. Боже, каким наслаждением было наблюдать, как расширились от ужаса зрачки ее глаз, почти полностью скрывая цветную радужку. Никогда не видел ничего прекрасней!
   - Алисия, Алисия, - тихо зашептал я.
   Она в ужасе попыталась замотать головой, но ремень держал достаточно крепко, плюс к этому тросы только глубже впились в шею, доставляя, должно быть, неимоверную боль. Из ее глаз снова потекли слезы.
   - Ну же, - я ласково стер соленые капли со щек, - не стоит плакать, тебе будет совсем не больно!
   Здесь, конечно, была определенная доля лукавства. Будет больно и даже очень. По крайней мере, я на это надеялся.
   Зафиксировав ее язык снаружи рта, аккуратно подрезал его у самого корня, то есть под ним, с двух сторон, заранее припасенными парикмахерскими ножницами. Чудо острый предмет, надо сказать! Кровь незамедлительно оставил свой отпечаток на металле. Просто неописуемо, как приятно совершать подобное над живым человеком! Я впитывал всем телом, всеми органами чувств ее страх, боль, отчаяние. И наслаждался этим. О, как, я наслаждался! А стоило мне заметить, как кровь из порезов потекла быстрее и стала медленно заполнять рот и стекать в глотку, заставляя Алисию почти что захлебываться ею, как ощущения приблизились к экстазу. Даже появились сомнения, смогу ли довести все до конца. Но понаблюдав за открывшейся картиной и чуть-чуть успокоившись, вернулся к последнему, оставшемуся на столе и пока скрытому под тряпкой, инструменту.
   - Знаешь, - обратился к Алисии, - а ведь моему прадеду стоило огромного труда достать эту вещь.
   Покрутил перед ее лицом зубными стоматологическими щипцами семнадцатого века. Ну или где-то около того, все-таки на них не было даты изготовления. Зато металл был покрыт легкой ржавчиной от засохшей крови. И я собирался освежить эти отметины. Все должно было получиться!
   - Мне никогда особо не нравилось, как много ты болтаешь, - сказал, закрепляя стоматологические щипцы рядом с другими на ее языке. - Ты ведь совсем не замолкала, - медленно убрал и отбросил в сторону фиксатор для животных, - а говорить так много - это лишь раздражать окружающих, - аккуратно взялся за орудие семнадцатого века. - Поэтому ты ведь не против, если я заберу себе твой язык?
   После этих слов я улыбнулся и дернул изо всей силы. Раздался мягкий хлюпающий звук, с таким звуком давится ягода под ботинком. Девушка передо мной захрипела. Сначала язык не поддавался, но после третьего рывка, он с треском и со звуком оторвавшегося скотча остался зажат в щипцах, а рот Алисии стремительно начала заполнять кровь. Быстро достав ножницы из кармана, разрезал тросы на горле, резину, удерживающую металлические прищепки, и веревки на руках и отошел на пару шагов. Надо как-то будет ускорить этот процесс -- мелькнула последняя связанная мысль.
   Да, да, да! Никогда ничего прекраснее и быть не могло! Кровь хлестала из поврежденной гортани, заполняя собой рот, вытекая из него наружу и стекая внутрь, по пищеводу в желудок. Алисия дергалась, пыталась встать, но веревки на ногах мешали ей, она падала обратно на стул и царапала своими хорошенькими ноготками горло. В воздухе распространялся терпкий металлический запах, заставлявший меня ощущать небывалое доселе возбуждение. Глаза девушки бешено вращались, а изо рта раздавались влажные булькающие хрипы, которые так ласкали мой слух. Даже не могу предположить, сколько длилось подобное чарующее представление, но в один ужасный момент Алисия вдруг упала обратно на стул и замерла без движения. Руки безвольно свисли с подлокотников, а кровь хоть и продолжила стекать по подбородку, но как-то уныло.
   - Нет, - выронил щипцы и подбежал к ней, - подожди! Еще, - затряс ее за плечи, - я хочу еще!!!
   Мой крик гулом разнесся по заброшенному складу. В охватившей панике, продолжал трясти ее за плечи и требовать продолжения. Слишком поздно пришло осознание того, что это конец. Развернулся и подобрал щипцы с зажатым в них языком, ему место в специальной банке, а не на грязном полу.
   - Это не конец, Алисия, - сказал, вытерев пот со лба. - Пожалуй, это только первый шаг.
   Совсем забыл представиться:
   - Очень приятно, Марк Стрэйт, - и галантно поцеловал ее руку.
  
  
   ***
   Ломиться в главный вход было бы неразумно. Аккуратно заглянув в разбитое окошко и не увидев никого, просунул руку и открыл металлическую дверь, предательски скрипнувшую в абсолютной тишине петлями, ровно на столько, чтобы мы смогли войти. Остановился, прислушался -- снова ни звука. А вот то, что случилось дальше не ожидал даже я.
   Вошел первым и огляделся, мы оказались в небольшом помещение, позади главного, в полумраке оно плохо просматривалось. Но когда за мной протиснулся мистер Джейкобс -- я оглянулся. И стоит сказать честно, сам едва удержал крик, подростку же мне пришлось быстро зажать рот ладонью. Помотав головой, показал, что все объяснения после и медленно двинулся к ближайшей к нам двери -- она была приоткрыта. Это обстоятельство насторожило меня, но отступать было некуда, особенно после того, как из следующего помещения послышалось сдавленное мычание. Мы вошли внутрь в царивший там полумрак. Справа от входа громоздились ящики, закрывая часть помещения. Медленно двинувшись вперед, совершил одну из своих самых больших ошибок.
   - Стой, кто идет, - раздался насмешливый голос чуть впереди. - И да, на всякий случай, мой пистолет направлен прямо в голову беззащитной девушки, сидящей на стуле. Меня то ты пристрелить успеешь, но и я ее тоже. Так что оружие на пол. К твоему мальчишке это тоже относится.
   Вспыхнул свет, не такой яркий, чтобы ослепить, но достаточный чтобы осветить помещение. Перед нами чуть справа стоял мистер Стрэйт, его пистолет действительно был направлен прямо на девушку, привязанную к стулу посреди помещения. Возможность промаха исключалась. Из обстановки тут были еще только стол и стеллаж, на котором стеклянными боками поблескивали банки с языками. Их было намного больше одиннадцати. Другого выхода не было -- нам пришлось положить пистолеты на бетонный пол.
   - Вот и хорошо, а теперь пните их вооон туда, - и он указал на дальний левый угол.
   Пришлось и в этом подчиниться, слушая как оружие медленно скользит все дальше и дальше.
   - Рад, что ты заглянул, Смит, - парикмахер навел пистолет на меня. - Руки вверх.
   И я, и новичок одновременно выполнили приказ.
   - Знаешь что тебя выдало? - я помотал головой. - Твой напарника слишком громко мычал у входа, - он ухмыльнулся. - А это оказывается тот же самый мальчишка, что и в прошлый раз, - засмеялся "Язык" разглядев мистера Джейкобса. - Как тебя хоть зовут то? Я привык запоминать имена тех, кого убил.
   Когда подросток не ответил, тень пробежала по лицу мистера Стрэйта. В оглушительной тише раздался выстрел, угодивший мне прямо в бедро. Хоть траектория и была верной, но пуля прошла лишь по касательной -- меня спасло то, что секундой раньше, сделал небольшой шаг назад, надеясь оттеснить подростка с линии огня. Однако, я счел за лучшее упасть и схватиться за рану, возможно, моя показная недееспособность поможет нам в будущем.
   - Если ты продолжишь играть в молчанку, - спокойно произнес парикмахер, - то я просто пристрелю его и дело с концом. Признаться честно, давно мечтаю об этом. Слишком уж он дотошный.
   - Йен, меня зовут Йен, - в панике произнес подросток.
   - Так-то лучше. Если что, там, на стуле, - махнул рукой в центр помещения, - Лидия Смит. Забавное совпадение, да? Случайно ее выбрал, но теперь мне видится в этом какая-то особая ирония. Убить двух Смитов за один вечер.
   Он обвел нас внимательным взглядом, но по-прежнему не сделал ни шага, чтобы приблизиться. Видимо, мистер Стрэйт не особо представлял, что делать с двумя лишними людьми. Хоть он и ожидал нас сегодня, но при этом не умел убивать так, из пистолета, не притрагиваясь к жертве и пальцем. Ведь так не было никакого страдания и ощущения опьяняющей власти. И пока его мозг искал наилучшие варианты.
   - Раз мы все, наконец, познакомились, то среди вас молчунов, я, пожалуй, возьму небольшое слово. Кстати говоря, вам понравилась Алисия? Правда, она чудесна? Моя первая, - с какой-то ностальгией.
   И он рассмеялся. Речь шла о том, что мы увидели, едва войдя в здание. Там в полумраке, недалеко от двери, на стуле с высокой спинкой сидела девушка. Мертвая девушка. Ее рот был открыт и зиял пустым провалом, а глаза смотрели прямо перед собой. Одежда давно превратилась в лохмотья, что заставляло задуматься о том, как давно она здесь сидит. Труп распространял запах гниения, который глушился расставленными вокруг своеобразного трона благовониями. Все это создавало особый тошнотворный аромат, от которого внутренности переворачивались и стремились наружу. Именно это так испугало нас на входе. Видимо, мистер Стрэйт каким-то образом законсервировал тело, чтобы оно не разлагалось, однако, забыл про внутренности, которые и распространяли этот запах гниения.
   - Ну же, - он тряхнул пистолетом в нашу сторону, - я спрашиваю как вам Алисия?
   - Очень, очень симпатичная, - чуть сбившись, выпалил мистер Джейкобс.
   - А у тебя есть вкус, мальчишка, - парикмахер ухмыльнулся. - Так, двигайтесь вперед.
   Мистер Стрэйт чуть отступил в сторону и показал пистолетом, куда нам идти. Он принял решение, значит пора было действовать.
   - Можно, - запнулся, но продолжил, - я помогу ему подняться?
   И новичок кивнул в мою сторону. Несколько секунд парикмахер размышлял.
   - Не возражаю, но что б без глупостей. Пристрелю обоих.
   Мистер Джейкобс подошел ко мне и наклонился, закрыв от "Языка". В его глазах был чистый ужас, а мне как раз нужна его помощь, способность трезво мыслить и быстро действовать.
   - Йен, - произнес как можно тише, в этот момент как раз замычала жертва, привязанная к стулу, и заглушила наш разговор, - когда я скажу, вы броситесь к пистолетам. Хватайте любой и тут же, не задумываясь, стреляйте в мистера Стрэйта. Чтобы вы ни увидели, стреляйте, понятно?
   Новичок судорожно едва заметно кивнул, а после этого забросил мою руку себе на шею и, придерживая меня за талию, поднял.
   Пока мы разговаривали, мистер Стрэйт молниеносно двинулся к продолжавшей издавать сдавленные звуки жертве и, встав к нам чуть боком, потянулся к ней. В его руках блеснули ножницы, а дальше раздалось полное боли сдавленное мычание. Когда он отошел от девушки, то ее язык свисал изо рта, вниз его тянули довольно большие щипцы, по которым стекала сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее кровь.
   - Чего вы там застыли? Быстро вперед! - крикнул он, вновь на шаг приближаясь к нам.
   Решающий момент. Когда мы подошли достаточно близко к парикмахеру, я крикнул:
   - Давай, - а сам тем временем налетел на мистера Стрэйта, который на секунду потерял бдительность, наслаждаясь страданиями своей жертвы на стуле.
   Мы с ним глухо повалились на пол, я придавил его собой, иммобилизуя. Поставил одно колено на руку с пистолетом.
   - Стоило тебя пристрелить, - захрипел он, когда мой локоть опустился на его горло.
   Сзади слышалось мычание жертвы, хлюпающие звуки и гулкий стук шагов новичка. Следующие действия произошли одновременно.
   - Сэр, - прозвучало дрожащим голосом.
   - Стреляйте, - за секунду до того, как я скатился с "Языка" прозвучал выстрел и левый бок обожгло. Парикмахер успел нажать на спусковой крючок первым.
   Тут же следом прозвучал еще один выстрел и сразу за ним другой -- оба угодили в мистера Стрэйта, который замер на полу без движения.
   - Сэр, - новичок подбежал ко мне, - ка-а-к вы?
   - Джейкобс, - выдохнул сквозь зубы, - наручники на него, быстро!
   Зажав рукой бок, я сел и внимательно смотрел за тем, как мальчишка трясущимися руками застегивает наручники. Возможно, это было не слишком гуманно по отношению к человеку с двумя пулевыми ранениями, но зато безопасно. Потом мистер Джейкобс ногой отшвырнул его пистолет и тут же бросился ко мне.
   - Со мной все в порядке, - махнул ему рукой, - дайте рацию и освободите, наконец, девушку.
   Кивнув, подросток протянул мне нужное и поспешил к привязанной к стулу жертве, по пути несколько раз оглянувшись.
   - Диспетчер, - выдох, - диспетчер, это 42ой, ответьте.
   Сначала раздалось лишь шипение, и я уже подумал, что из-за тонн окружавшего нас металла рация не берет, как в ответ прохрипело:
   - Диспетчер слушает, говорите 42ой.
   - Пойман "Язык", адрес: склад на Сквер-Гайд, заброшенная часть города, пришлите подкрепление и скорую. Ранен офицер.
   - Принято, 42ой, уже высылаю, - и секунду спустя, - держись там, Смит.
   Еще один вдох-выдох и рация аккуратно положена рядом. Чертовски больно, но если не задумываться, то можно терпеть. Обвел взглядом помещение - мистер Стрэйт зашевелился на полу, а в центре помещения спасенная девушка, изо рта которой все ещё текла кровь, но гораздо медленнее, висла на новичке. Придерживая ее, он медленно подошел к нам и уселся рядом со мной на пол, на безопасном расстоянии от "Языка", но так, чтобы держать его в поле зрения.
   - Сэр?
   - Все хорошо, - под аккомпанемент плача девушки ответил. - Я вызвал подкрепление и скорую, они скоро будут.
   - Хреново стреляет твой мальчишка, Смит, - раздался приглушенный смех со стороны парикмахера и он повернулся лицом к нам, - оба раза попал в одну и ту же ногу. Хотя, могу поспорить, метил не туда. Небось, руки ходуном ходили да, малец?
   И он устремил насмешливый взгляд на мистера Джейкобса. Надо отдать подростку должное -- не повелся на провокацию и остался сидеть там же где и был.
   Через несколько минут все помещение было заполнено полицейскими, а снаружи мигали лампочками скорые. Бедро и бок быстро подлатали, прямо на месте, а после уложили на каталку и повезли на улицу. Прежде, чем меня закатили внутрь скорой, подошел капитан:
   - Молодец, Джон, - он хлопнул меня по плечу, - но пули мог бы и не ловить.
   - Там ничего серьезного, сэр, - секунду помолчав, добавил, - теперь доказательств достаточно?
   - Джон, - капитан засмеялся, - теперь их хватит, чтобы засадить его на несколько пожизненных или же приговорить к смертной казни. Там внутри, ты видел, все языки жертв, да их еще и больше, чем тех, о которых мы знаем. Плюс девушка эта, которую он собирался убить, да еще и труп на входе. Всего этого более, чем достаточно. Поэтому поезжай спокойно и выздоравливай поскорее, ты будешь главным обвинителем от полиции в суде.
   После этого капитан кивнул врачам и те подняли каталку вместе со мной в машину, дверцы захлопнулись и я смог, наконец, провалиться в блаженное забытее.
  
  
   ***
   Воспоминание, тридцать восемь лет, день первый
   Надеюсь, мне удалось скрыть удивление от того, что мистер Йен Джейкобс попал именно в наш участок. Странно, что он вообще окончил курс и решил стать полицейским. Последний раз, когда я его видел в больнице, лицо мальчишки не выражал большого энтузиазма.
   - Практика под моим началом не сулит вам поблажек или легких путей, поэтому если вы попросились в этот участок именно из таких соображений, то можете сразу уходить, - обвел притихшую молодежь строгим взглядом. - Вот три правила, которые вы должны запомнить: первое - подчинение, второе - субординация, третье - польза. Это все, что вы должны делать: подчиняться старшим по званию, соблюдать субординацию и приносить пользу в любом деле, которое вам ни доверят, ясно?
   - Да, сэр, - раздался нестройный хор.
   Глаза мистера Джейкобса на несколько секунд полыхнули жгучей ненавистью, а после он отвернулся. Видимо, мальчишка тоже не ожидал подобной встречи.
   - Представьтесь, - занял стул напротив них.
   - Джун Саммер, - девушка оказалась самой бойкой и, встав, отдала честь.
   - Йен Джейкобс, - светловолосый подросток последовал ее примеру.
   - Стив Барисон, - закончил представление третий.
   Обвел их строгим взглядом:
   - Что ж, жду вас завтра в офисе в восемь утра, да полицейские начинают свой день рано, и не опаздывать. Посмотрим, кто из вас на что годен.
   С этими словами вышел из комнаты. Кажется, мне предстоял нелегкий год. Общение с людьми, в общем, и с такими детьми, в частности, никаким образом не соответствовало моему характеру. Но перечить приказу капитана не представлялось возможным, поэтому с завтрашнего дня стоит основательно заняться подготовкой новичков, может они не выдержат и с криками убегут. Нужно приложить все усилия к этому.
  
  
   ***
   День триста шестьдесят пятый
   Спустя три месяца дело "Языка" получило свое логическое заключение - мистера Стрэйта осудили на смертную казнь из-за особой жестокости, совершенных им преступлений. Приговор должны были провести в исполнение сегодня. Так совпало, что именно сегодня подходила к концу и практика новичков, и я должен был присутствовать на речи капитана, хотя многое бы отдал, чтобы лично убедиться в том, что "Языка" больше нет среди живых.
   Весь личный состав теснился в небольшом конференц-зале, где обычно проходили летучки. Не предполагалась, что внутрь сможет поместиться такое количество народу, поэтому все стояли чуть ли не на головах друг у друга, а самые хитрые сумели занять сидячее место и я среди них. Третий ряд, посередине, хорошо была видна небольшая трибуна, сооруженная как раз для такого случая. Когда на нее поднялся капитан, разговоры смолкли.
   - Сегодня несколько новостей, так что, пожалуй, начнем, - он обвел всех взглядом. - Хочу поздравить убойный отдел с успешным завершением дела "Языка", город выражает нам особую благодарность.
   Все захлопали, а я подумал, что это еще одно доказательство лицемерия, несколько месяцев назад город готов был съесть нас живьем и смешать с грязью, так как дело не двигалось с мертвой точки, а теперь они нами довольны и выражают благодарность. Ничего не меняется.
   - Так же хочу отдельно выделить старшего детектива Джона Смита, за большой вклад в расследование дела, и мистера Йена Джейкобса, за неоценимую помощь, - капитан посмотрел прямо на меня, и пришлось кивнуть ему в ответ. - И последнее, прошу всех поприветствовать наших новых коллег - мисс Джудит Саммер, мистера Йена Джейкобса и мистера Стива Барисона, - новички чуть приподнялись со своих мест в первом ряду, в ответ на приветственные хлопки, все они выглядели донельзя смущенными.
   - Это новое поколение полицейских, - тем временем воодушевленно продолжал капитан, - и с завтрашнего дня они приступают к полноценной работе, каждый в своем отделе. Мисс Джудит Саммер, по ее личной просьбе, будет прикреплена к отделу по борьбе с наркотиками к детективу Стиву Дженкинсу. Мистер Йен Джейкобс останется в отделе убийств и займет место напарника старшего детектива Джона Смита, - чуть упустив речь капитана, на этих словах я недоуменно вздрогнул. - А мистер Стив Барисон будет напарником детектива Гарри Арно, так же в отделе убийств. Удачного вам плаванья, новички!
  
  
   Конец.
  
  

Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Емельянов "Последняя петля 6. Старая империя"(ЛитРПГ) М.Шугар "Училка и хулиган"(Любовное фэнтези) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) K.Sveshnikov "Oммо. Начало"(Киберпанк) А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) А.Гончаров "Образ на цепях"(Антиутопия) С.Панченко "Вода: Наперегонки со смертью."(Постапокалипсис) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) О.Чекменёва "Беспокойное сокровище правителя"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"