Ерёмин Олег Вячеславович: другие произведения.

Смутьяны (сводный файл)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 5.94*5  Ваша оценка:


ТАЙНА ПЕРВАЯ. МЕЧ ЗАЩИТНИКА

Глава 1. Котенок и ее кошка

7.08.181 г.в.п.

Деревня Карди-Лан, королевство Трагор

   Даро нравилось ловить рыбу.
   Уйдешь куда-нибудь подальше вверх по течению речки Брызгалки, усядешься на бережке, забросишь удочку на самую середину быстрого горного потока и ждешь, пока глупая рыбка не решит, что сегодня ее день, и толстый извивающийся червяк послан Богами для того, чтобы она, рыба, возликовала и восславила их своим пением.
   Впрочем, рыбы не поют. Они и разговаривать не умеют, вообще-то.
   Об этих и других интересных вещах и размышлял одиннадцатилетний мальчик, сидя на теплом камне и тягая, одну за другой, серебристых форелей.
   Сегодня клев был замечательный. Даже чересчур.
   Даро с грустью посмотрел на садок, в котором постепенно затихали выловленные им рыбки. Их уже слишком много. Нести будет тяжело.
   Мальчик с сожалением смотал снасти, отложил удочку и принялся разделывать еще трепыхающуюся добычу. Не самое приятное занятие, но не тащить же лишнюю тяжесть? Да и удобнее возле речки ножиком помахать, чтобы сразу же отмыться.
   Вскоре в кожаной сумке разместилась основательная куча ровненьких, аппетитно пахнущих продолговатых ломтиков. А рыбьи шкурки, кости и требуху добрый Даро оставил на поживу местным зверям. Пусть попируют и его, Даро, восхвалят!
   Мальчик взвалил суму на плечо и отправился домой.
   Он давным-давно уже исходил все близлежащие горные тропинки и прекрасно ориентировался. Вообще-то, мало кто из его родной деревни так же хорошо, как он, знал окрестные леса. Разве что охотники. Кстати, Кордор уже два раза заходил к ним, предлагая взять Даро в ученики. И очень удивлялся, что мальчик говорил: "Можно я еще подумаю?". Ну кто еще из деревенских пацанов в его возрасте сказал бы такое? Никто.
   Это еще раз подчеркивало непохожесть юного сына садовода от остальных детей, да и взрослых.
   Именно это, если уж начистоту, гнало мальчика в одиночные походы за грибами-ягодами, на рыбалку или просто так пошляться по окрестностям. Что вообще ни в какие ворота не влезало.
   "Ну и пусть! - немного насуплено подумал Даро. - Зато, моя жизнь интереснее, чем у них всех!"
   Тропинка вывела на скальный откос. Вниз от нее уходила крутая осыпь, в которой виднелись темные провалы двух неглубоких пещер. В них, кстати, Даро тоже лазил!
   Когда мальчик проходил мимо, внизу раздалось жалобное мяуканье.
   Паренек остановился, попробовал заглянуть, что там, происходит.
   Из-за груды валунов показалась рыжая кошачья голова и продолжила взывать к человеческому милосердию. Мальчик этим самым милосердием очень даже страдал, поэтому вздохнул и полез вниз, цепляясь за некрепко сидящие в земле камни и корявые корни редких кустов.
   Кошка была большая, но не дикая.
   Даро прекрасно знал, как выглядят лесные коты. А эта была точь-в-точь, как у Ханки - соседской девчонки. Вот только раза в полтора крупнее.
   Кошка продолжала жаловаться на свою судьбу, и было из-за чего. Каким образом это ловкое животное угодило под обвал было непонятно. Не иначе, заснула себе на пригретом солнцем уступе и не успела отреагировать. Задняя левая лапа попала между съехавшими камнями. По крови вокруг нее было видно, что зверушка отчаянно пыталась вырваться, но не сумела.
   И теперь печально смотрела на маленького человека, тихонько помявкивая.
   - Бедняжка, - пожалел ее Даро. - Ну-ка, давай, я попробую...
   Но каменюга был тяжеленный. Целый обломок скалы.
   - Подожди меня! - зачем-то попросил кошку мальчик и начал спускаться к кромке леса, растущего под склоном. Лавина прошлась и по деревьям, сломав пару из них. Так что найти подходящую ветку было не сложно.
   Мальчик с трудом отволок ее наверх к "кошачьей" пещере.
   - Я вернулся! - сообщил он устало прилегшей на камни кошке. - Будем тебя вытаскивать! Приготовься!
   Паренек нашел достаточно широкую щель, засунул туда обломанный конец ветки, пошевелил, примериваясь, и всем весом надавил вниз.
   Дерево затрещало, но выдержало. И валун приподнялся. Совсем ненамного, но умная кошка успела вытянуть из-под него лапку, пока ветка не соскочила и обломок не осел обратно.
   - Мяу! - благодарно сказала зверюшка.
   - Вот видишь! - самодовольно ответил ей Даро. - Давай-ка, я погляжу, что там у тебя.
   И мальчик совершенно бесстрашно наклонился над рыжим зверем.
   Кошка не зафырчала, не зашипела, выпуская когти, а тихонечко так пожаловалась:
   - Мя-маву-мяу-ау...
   Но, когда Даро прикоснулся к окровавленной лапке, дернулась.
   - Похоже, сломана, - вздохнул Даро. - Придется тебя домой тащить. Не будешь вырываться?
   Кошка сообщила негромким мявканьем, что у нее нет ни желания, ни сил сопротивляться человеческому детенышу. Зато она совсем не была бы против, если бы он поделился с ней тем, чем у него так вкусно пахнет из сумки.
   Разумеется, кошачьего языка Даро не знал. Как и Кошачьего. Но догадался. Достал из сумы несколько рыбьих фелешек и с удовольствием пронаблюдал, как они исчезают в пасти, усеянной весьма крупными белыми клыками.
   Когда кошка насытилась, мальчик поднял ее на руки - тяжелую и пушистую, и полез вверх по склону.
   Так и дошли они до деревни. Паренек, отдуваясь от двойной тяжести - сумки сзади и кошки спереди. А кошка уютно свернувшись у него на руках и, для порядка, вежливо уцепившись когтями за куртку.
  
  
   Кошка прошла по комнате, постукивая деревяшкой по начисто выскобленным половицам. Ходила она с трудом, сильно хромая, поэтому передвигалась мало. От миски с едой до одной из полюбившихся ей лёжек. Ну и на двор иногда выбиралась, поскольку была зверем чистоплотным, умным и явно домашним.
   Главное, что вообще ходила, сохранив заднюю левую лапку.
   Пять дней назад Даро приволок зверюгу к деревенскому лекарю.
   Тот воззрился на мальчика с его рыжей ношей поверх узеньких очков с треснутым правым стеклом. Вздохнул и сдвинул на край рабочего стола расположившиеся на нем склянки и мешочки со снадобьями. Приказал:
   - Клади сюда. Опять подранка подобрал? И что с ним?
   - С ней, - поправил его мальчик. - Ногу камнем придавило. Наверное, сломана. Только... можно её не отрезать?
   - Посмотрим, - пробурчал целитель. - Ты, давай, держи ее крепко.
   Даро буквально накрыл кошку собой, плотно, но осторожно обхватил пушистое теплое тельце, ухватился за передние и заднюю правую лапы. Почувствовал, как быстро-быстро бьется кошачье сердце.
   Кошка, было, дернулась, но встретилась большими зелеными глазами со взглядом мальчика и притихла. Лишь молотила по столешнице хвостом и тихонько порыкивала. А лекарь внимательно осмотрел поврежденную конечность и вынес вердикт:
   - Попробуем сохранить. А вот сейчас, Даро, держи ее изо всех сил.
   Мальчик плотнее прижался к своей подопечной и начал нашептывать ей о том, какая она красавица, умница и разумница.
   Умница и разумница дрожала, но старалась не вырываться и не дергать лапой. А лекарь тем временем приладил на ней лубок из маленьких досочек и тоненьких кожаных ремешков.
   "Интересно, - подумал Даро, - а для чего он их запас? Не специально же, чтобы зверей лечить? Может, для сломанных пальцев?"
   - Вот и все, - сообщил врачеватель. - Теперь только ждать, когда срастется.
   - А вы не можете ее еще и полечить? - тихо спросил Даро.
   - Интересно, как? - саркастически спросил мужчина. - Зелья - они для людей делаются. И, потом, ты что, будешь ей три раза за день в пасть их заливать, что ли?
   - Буду, - кивнул мальчик.
   - Защитник... - назвал лекарь Даро по его прозвищу. - Нет, не стану я переводить добро на кота.
   - Кошку, - поправил его мальчик.
   - Я, правда, мог бы... - пропустив замечание мимо ушей, задумчиво проговорил лекарь.
   - Пожалуйста! - искренни взмолился Даро.
   - Но это будет стоить гораздо дороже. Сам знаешь, Великое Искусство - это не коровам хвосты крутить.
   - Я заплачу! - поспешно заявил Даро. - Вот! Мне мама с запасом дала!
   И показал две пятикроновые монеты.
   - Добрая она у тебя, - проворчал врачеватель. - Слишком добрая. Я бы, если бы мой сын приволок домой полудохлого кота, выгнал бы из дома обоих.
   Мальчик только обиженно засопел.
   Ну да, мама, действительно, очень добрая. И, потом, она уже привыкла к выходкам младшего сына.
   Даро ведь не за просто так кличели Защитником. Он вечно вступался за слабых, подбирал и тащил в дом подраненную живность. Боролся за справедливость, не взирая на то, перед кем качал права.
   За это сверстники и прозвали его уважительно Защитником. Но, не только уважительно, но и с легким пренебрежением. Типа, что взять с убогого.
   Впрочем, не это отличало Даро от деревенских пацанов, да и взрослых. Что-то, что он не умел определить, отделяло его от всех окружающих людей.
   Как плетеный забор. Вроде бы, все через него видно, но, все равно - ограда. Ее можно проломить, но потом лозы вьюнков опять ее заплетут, затвердеют.
   Даро в свои одиннадцать лет уже смирился с этим. И научился получать удовольствие от одиноких походов по горам, рыбалки и, просто, прячась в мир грез и мечтаний.
   А лекарь сосредоточился так, что побледнел. Негромко, но четко проговорил колдовскую фразу. Протянул левую руку над лапкой совсем притихшей кошки. Ладонь окуталась зеленоватым свечением настоящего чародейства! Врачеватель единственный в деревне владел Великой Магической Силой. И то, одним заклинанием лечения. Самым низкоуровневым, кстати сказать. Но для жителей Карди-Лана это было запредельной крутостью.
   Кошка удивленно взмыркнула и опять посмотрела Даро в глаза. Мальчик ободряюще улыбнулся, погладил ее по пушистой рыжей голове.
   - Уф! - выдохнул целитель и с видимой усталостью плюхнулся на стул. - Давай монеты и забирай своего зверя.
   - Свою, - машинально поправил Даро и протянул денежки.
   - Да знаю я, что это кошка! - раздраженно отмахнулся врачеватель. - Не учи лекаря! И выметайся отсюда!
   Даро поспешно, но осторожно подхватил кошку и удалился.
   Теперь ему предстояло еще одно крайне неприятное дело. Выслушать ругань и ворчание отца, когда тот вернется из сада. Конечно, часть упреков достанется маме, но и ему перепадет по полной.
   Это кем надо быть, чтобы потратить на непонятно какого зверя с таким трудом заработанные деньги!
   "Ну и пусть! - подумал Даро. - Я тоже ранний урожай собирал! Пускай из моей доли вычтет, или, вообще, поголодаю немного! А потом, через месяц, когда придет срок собирать осенние сорта, я отработаю вдвойне!"
   Но до этого у Даро еще целая куча почти свободного времени. Домашняя работа не в счет. И можно позволить себе поиграть с кошкой или почитать книжку, уютно устроившись рядом с рыжим мурчащим зверем.
   Да, представьте себе, Даро умел читать! Он выучился этому прошлой зимой у жреца бога Манора в деревенском храме. Причем, неслыханное дело, освоил грамоту сам, а не купил навык! Это вызвало одобрение у отца, но еще сильнее отдалило мальчика от сверстников.
  
  
   Даро проснулся оттого, что кошка, мягко привалившаяся к его боку, встрепенулась, подняла голову и вопросительно муркнула.
   "Мышь учуяла, охотница, - сонно подумал мальчик. - Ну, иди за добычей..."
   Отчасти Даро даже обрадовался, что дальше будет спать один. Конечно, замечательно, когда к тебе прижимается и мурчит пушистое создание, но не в такую душную жаркую ночь. Зной внезапно навалился на окрестности. Поэтому Даро, как и большинство жителей деревни, спал на дворе, положив соломенный матрац под старой яблоней.
   Даро уже собрался продолжить спать, когда услышал тихий незнакомый звук. Какое-то свистящее мелодичное шипение. А в ответ - обрадованный мявк кошки.
   Мальчик встал и пошел на звуки.
   Лунный свет лился на заросшую густой невысокой травой улочку. И там...
   Там было какое-то существо! Серая тень сгрудилась у стены соседского сарая. Что-то размером с очень крупную собаку. Внезапно вверх поднялся тонкий хвост. Изогнулся вопросительным знаком, распрямился.
   Послышалось радостное: "мяуарру!", и ответное довольное мурчание и муканье его кошки.
   "Что за бесовщина!" - подумал Даро.
   Выпрямился и смело направился к непонятному созданию.
   - Фр-ршау! - предупреждающе зашипел зверь.
   Теперь Даро лучше его рассмотрел. Что-то вроде огромной кошки с острыми ушами, подергивающимся из стороны в сторону хвостом... Торчащим из прорехи коротких полотняных шортиков.
   Да, в точности таких, которые сейчас были и на Даро. В подобных бегали по жаре почти все деревенские мальчишки.
   - Ты - мальчик? - удивленно спросил Даро.
   А в ответ услышал возмущенный чуть хрипловатый, но очень мелодичный голос:
   - Пфыр! Еще чего! Я - девочка!
   Существо встало на задние лапы... То есть на вполне человеческие ноги. Только на бедрах и нижней части голеней была короткая густая шерстка. А еще на животе. Зато грудь была голая, ребристая и совершенно плоская, как у мальчишки. Это и понятно: девчонка была, судя по росту, младше Даро.
   Хотя, кто их, Кошек, разберет?!
   Лесной народ жил в предгорьях лигах в ста к западу от деревни. Были Кошки нелюдимыми, осторожными, говорили исключительно на своем мяукающем языке...
   Оказывается, не все!
   - Это ты мою Нурлу украл?! - обвинительным тоном спросила девчонка.
   - Я никого никогда не краду! - возмутился Даро.
   - Мяуру! - подтвердила кошка по имени Нурла. Подошла, прихрамывая, к Даро и потерлась о его ноги.
   - А что у нее с лапкой? - все с тем же подозрением осведомилась девочка.
   - Сломала, - сообщил Даро. - Ее камнем привалило. А я ее вытащил, принес в деревню, вылечил... То есть лекарь ее вылечил.
   - Герой... - с легким сарказмом высказалась девочка-кошка.
   - Защитник, - чуть улыбнулся Даро. - Меня так прозвали. А, вообще, меня Даро зовут.
   - Ньярма, - представилась девочка и чуть дурашливо поклонилась.
   В лунном свете Даро уже неплохо ее разглядел.
   Лицо у новой знакомой было круглое, щекастое, носик маленький и курносый, в небольшом тонкогубом рте поблескивали острые клыки. И треугольные ушки торчали из... шерстки на голове. Довольно длинной и расчесанной на прямой пробор, но именно шерстки. Она спускалась по задней стороне шеи и расходилась по плечам и лопаткам. А с них шла, постепенно сужающейся полосой к талии, где переходила в настоящий кошачий хвост. А еще на предплечьях девочки были как будто мягкие пушистые перчатки закрывающие верхнюю часть ладоней.
   Какого цвета растительность, Даро в темноте определить не мог, но почему-то ему показалось, что она рыжая, как у кошки Нурлы.
   - Ну и долго ты будешь на меня пялиться? - скрывая за грубостью смущение, спросила девочка. - Ты что, кошек не видел?
   - Котёнков, - улыбнулся ей Даро. - Таких как ты - нет.
  
  
  

Глава 2. Кошкин дом

19.08.181 г.в.п

кошачья деревня Пур-Пурум

   Они договорились встретиться ранним утром на выходе из деревни.
   - Пфы... - девочка-котенок была недовольна. - Лучше ночью идти.
   - У меня глаза не такие, как у тебя, - возразил Даро. - Я в темноте плохо вижу.
   Да, глаза у Ньярмы были особенные. Большущие, миндалевидные, с приподнятыми внешними уголками. С золотисто-желтыми белками и ярко-зелеными радужками, прорезанными черными вертикальными зрачками.
   Очень красивые, выразительные глаза, кстати.
   А шерстка действительно оказалась рыжей: с переходами цвета от почти желтого до красновато-оранжевого. Она была очень плотная, короткая, густая и невероятно мягкая.
   Девочка снисходительно позволила Даро погладить себя по плечу.
   Мальчик от этого почему-то слегка смутился.
   Вообще, девочка-котенок вызывала у паренька сложные эмоции. Ее непохожесть на человека будоражила всегда жившую в душе мальчика тягу к путешествиям и открытиям. Независимый и ехидный характер заставлял самому отвечать резковато. Но главным чувством по отношении к этой маленькой и щупленькой, хотя, и, как вскоре выяснилось, достаточно сильной и ловкой девочке-кошке, стало желание защитить ее.
   Совершенно обычное для Даро стремление, за которое его и прозвали Защитником.
  
  
   Даро привычно собрал свою кожаную сумку, как делал это перед каждым походом. На этот раз, правда, он положил побольше еды. Все-таки троим кормиться надо. Он взял бы и гораздо больше припасов, но Ньярма уверила его, что идти "совсем рядышком". Их деревушка, оказывается, расположилась значительно ближе, чем основная кошачья территория. А вот, где именно, девочка не сказала, играя в тайну.
   "Ну и пусть!" - усмехнулся про себя Даро.
   Уж он-то окрестные горы знал превосходно!
   Самым сложным было выбраться из дома незаметно, чтобы никто не спросил, куда это он тащит свою кошку. Потом, правда, придется что-то придумывать. Даро жуть как не любил обманывать даже в мелочах, особенно родителей.
   Но, если он скажет, что вернул кошку ее хозяину, это не будет ложью!
   Кошка Нурла привычно устроилась у него на груди, положив передние лапы и голову на плечо.
   "Наверное, она с грустью смотрит на дом, коий стал для нее пристанищем в лихую годину" - подумал Даро на манер своих любимых книг про рыцарские приключения.
   Книг этих было всего пять, больше в деревне не оказалось. Поэтому Даро знал их чуть ли не наизусть. Тем более, что память у него сохранялась лучше, чем у земляков.
   Девочку-котенка он заметил только, когда та высунула из кустов свою круглую мордашку. И это при столь яркой раскраске!
   Она, девочка, быстро перемуркнулась с кошкой и лишь затем поздоровалась:
   - Привет. Я уже заждалась, мя.
   Иногда она подпускала в разговор котиные нотки, но, вообще-то, говорила на языке королевства весьма хорошо.
   - Идем, - немного сумрачно скомандовал Даро, чтобы сразу дать понять, кто здесь главный.
   - Идем-идем, - усмехнулась Ньярма и грациозной походкой устремилась вперед по тропинке, высоко подняв рыжий хвост.
   - Если тебе удобнее на четвереньках, не стесняйся, - снисходительно позволил Даро.
   - Ты тоже, - не оборачиваясь, дернула плечом девочка. - Мы руками хватаемся, только когда карабкаемся на деревья и скалы. Как и вы, люди.
   - Ясно. А я думал...
   - Пфе! - и добавила: - Кстати, когда Нурлу устанешь тащить, мне отдай.
   - Нет уж! - не согласился Даро. - Ты сама ненамного ее больше. И потом, Нурла - кошка, а ты еще котёнок.
   - От человечёнка слышу! - отпарировала девочка и еще выше вздыбила хвост. Так, что даже шортики немного задрались.
  
  
   После привала на берегу горной речки и совместного поедания вяленого мяса и жареной рыбы, Даро все-таки пересадил кошку на плечо девочке. И поразился, насколько похожая у них окраска. Кошка буквально сливалась со своей хозяйкой, как будто у той выросла еще одна маленькая голова.
   А горы кругом стали незнакомыми.
   Ньярма свернула на совершенно незаметную тропинку, по которой Даро еще никогда не ходил, и повела мальчика по ей одной видимым ориентирам.
   "А может, по запаху? - подумал Даро. - Кошки ведь, наверное, лучше людей его чуют"
   Но спрашивать об этом почему-то постеснялся.
   Они еще два раза устраивали привалы. Валялись рядышком на траве, пока кошка Нурла бродила вокруг, разминая лапки.
   - Хитрая! - с гордостью заявила Ньярма, одобрительно глядя на животное. - Могла бы и сама рядом с нами идти! Но на плече висеть приятнее.
   - Она еще слабая, - возразил Даро. - И, вообще, не хочешь таскать, я сам нести буду!
   - Герой, - улыбнулась девочка. - Нет уж, пойдем, как раньше, меняясь.
   И она вгрызлась в твердое, как подошва, вяленое мясо.
   Но это на привалах дети болтали, а во время переходов Ньярма пресекала попытки разговаривать взмахом руки и дерганьем кончика хвоста.
   И правильно: в лесу надо вести себя тихо. Хищников, которые польстились бы на человечинку, в окрестных горах вроде бы не водится, но мало ли. А у Даро, как всегда, с собой только большой походный тесак. Им не особенно навоюешь. Девочка, так и совсем безо всяких вещей ходила.
  
  
   Уже вечерело, когда на тропинку перед ними неторопливо вышел... Волк. Вернее, Пёс. Скрестил руки на груди, глядя на детей сверху-вниз.
   Был этот представитель человеко-собак мощным, высоченным и мускулистым. А морда, то есть лицо, типично лисье: вытянутое, узконосое, покрытое, как и весь он, шерстью темно-песчаного цвета. Сзади мотался из стороны в сторону широкий мохнатый хвост.
   Огромная пасть раскрылась, обнажая клыки.
   Даро, дрожа от страха, сунул, сонно сомлевшую кошку, в руки девочке-котенку и вышел вперед, заслоняя их от жуткого полузверя.
   Потянул из ножен тесак.
   И Пёс отступил на шаг, замахал перед собой руками, каждая толщиной чуть ли не с мальчика.
   - Нет-нет! - послышался человеческий голос, правда, с сильным грубым порыкивающим акцентом. - Не надо ножика! Я мир-р-рный! Ньяр-р-ма, скажи ему!
   - Он мирный, мя. - послушно повторили девочка, с явным ехидством в голосе.
   - Да? - не особенно поверил Даро.
   Впрочем, нож он вытягивать перестал, но ладонь с рукоятки не убрал.
   - Нур-р-рла, ты нашлась! - обрадовано обратился гигант к кошке.
   Та подтверждающе мяукнула.
   - Ньяр-р-рма, представь меня, своему р-р-рыцарю, пожалуйста.
   Слово "р-р-рыцарь" было сказано вполне серьезно и с уважением, поэтому Даро решил воспринять его как комплимент.
   - Даро, это Каргарф - прошлогодний муж моей мамы, - принялась за ритуал представления девочка. - От него у нее щенёнок.
   - А почему не котенок? - не нашел чего умнее спросить Даро.
   - Я же говорю: "щенёнок", - с легким пренебрежением пояснила Ньярма. - Была бы девочка, сказала бы "кисанька".
   - Ясно, - ничего на самом деле не поняв, сказал отрок.
   - А это: Даро. Он Человечий щенок, - тем временем продолжила Ньярма. - Как все щенки - бестолковый, но смелый. И... добрый. О Нурле заботился и лечил ее.
   У Даро возникло желание отвесить малявке подзатыльник, чтобы показать, какой он "добрый". Но бить девчонок было ну совсем неправильным, по понятиям мальчика. Чем мелко-женская часть их поселка часто пользовалась, найдя в лице "Защитника" объект для безопасного приложения вредности и доставучести.
   - Молодец, Дар-р-ро! - похвалил его Каргарф и еще шире раскрыл пасть, вывалив на сторону длинный розовый язык.
   Даро внезапно понял, что он так улыбается.
   "А ведь хвостом он, наверное, машет не от злости, а от дружелюбия" -подумал мальчик.
   И вспомнил слова жреца Манора, который рассказывал детворе о разных народах, населяющих мир:
   "Собаки страшны на вид. Но они самые мирные из нечеловеческих рас. Очень добрые и дружелюбные, всегда стараются решать дело полюбовно. И религия у них... Слишком слащавая и не подобающая для следования ей! Даже друидизм таежных гномов - и то лучше! Не даром он пользуется уважением в Северных Княжествах. Так что, если встретите человекообразных собак, или, вернее, псообразных людей, не бойтесь их, но страшитесь польститься на их сладкие речи о милосердном Боге, который всех любит. Потому что это - ересь!"
   - Ну, пойдемте скор-р-рее в дер-р-ревню! - тем временем позвал детей Каргарф. - Твоя мама уже начала беспокоиться. И дай мне Нурлу, пожалуйста.
   - На, - лаконично ответила Ньярма, пряча за нарочитой независимостью смущение и беспокойство.
   Она передала висящую тряпочкой кошку в огромные ручищи Пса. Тот осторожно и нежно прижал ее к груди, стал что-то, тихонько порыкивая, ей нашептывать. В ответ послышалось громогласное довольное мурчание.
  
  
   - А почему у вас Псы? - вполголоса поинтересовался у Ньярмы Даро, и заметил, как у идущего шагах в двадцати впереди Каргарфа чуть дернулось левое ухо. - Я слышал, они живут на той стороне Великих гор.
   - Так мы же с ними дружим! - громко ответила девочка, и Каргарф завилял хвостом.
   - Так сильно? - удивился Даро.
   - Ну да! Любая кошка мечтает о временном муже из Псов! Они такие классные!
   - А Собаки?
   - Не знаю, - беспечно ответила Ньярма. - Я ни одной не видела. К нам только кобели приходят. У них, кстати, тоже женщины главные в стаях. И наши сере коты им не интересны. Да и перевалы заняты Свободными Ватагами. Нас, как и людей, они пропускают за большие деньги, да еще и норовят ограбить. В вот Псов уважают. Поэтому мы к ним в гости ходим очень редко. А они к нам - часто. Сам увидишь в поселке!
  
  
   И Даро увидел.
   Когда они подошли к укрытой под сенью леса деревеньке, состоящей из полусотни круглых домиков, им навстречу высыпала целая гурьба разновозрастных щеночко-котёнков, котёнко-щеночков и прочей помеси двух дружественных рас, в сопровождении разноцветной окраски кошек и парочки серых котов.
   - А ты?.. - немного стесняясь спросил Даро.
   - А я чисто-кров-на-я! - последнее слово Ньярма произнесла четко, почти по слогам. - В моей крови только нас-ле-ди-е Великой Рыжей Прокошки!
   - А я тоже... совсем человек, - попытался похвастаться Даро.
   - Пфы! - фыркнула девочка. - У вас людей все перемешаны, и дети на родителей не похожи. Зато у нас, если мама рыжая кошка, то и дочки всегда у нее тоже рыжие! Особенно первая.
   - А мальчики, значит, получаются смешанными?
   - Ну да, это же щенки... - как о чем-то самом собой разумеющимся сказала Ньярма. - Ой, вон мама стоит!
   Каргарф подошел невысокой изящной кошке в цветастом сарафане. Та протянула руку и погладила по голове Нурлу, строго поглядела на дочку, улыбнулась Даро.
   И все это как будто единым плавным движением, грациозным и величественным.
   Мальчик даже рот приоткрыл от восхищения.
   Каргарф что-то прошептал маме Ньярмы на повернувшееся к нему острое ушко. Кошка кивнула, и ее улыбка стала еще дружелюбнее:
   - Спасибо, что позаботился о моей Нурле, и что дочку проводил. Ты для нас добрый гость!
  
  
   А погостить в кошачьей деревне пришлось. Не идти же на ночь глядя по горам, да и ноги, после похода, основательно устали. Ну, и любопытно же!
   Жалко, только, что на человеческом языке умели разговаривать лишь трое: Ньярма, ее мама и Каргарф. Даро пытался прислушиваться к очень мелодичному, но немного резковатому кошачьему наречию, но не понимал ни слова.
   "Вот бы выучить его!" - подумал мальчик и спросил подружку:
   - А ты где научилась по-нашему разговаривать?
   - У учителя, конечно! - ответила та и пояснила: - У нас мало кто знает человеческий. Но я у мамы старшая дочка, так что мне пред-сто-ит у-нас-ле-до-вать звание Главной Рыжей. А остальным-то зачем лишним забивать голову? Мы с людьми стараемся не встречаться.
   - Не любите нас? - слегка обиделся Даро.
   - Не то, чтобы... - успокоила его девочка. - Но мы, кошки - сами по себе жить привыкли. Ну, за исключением Псов, но они ведь такие крутые!
  
  
   Кошки, и их друзья Псы, жили в круглых домиках. Диаметром в десяток шагов. Стены били плетеными! Да, из всяких там прутьев и веток. А поверх них росли, заплетая сооружения плотным зеленым ковром, вьюнки. Их высаживали как раз по окружности.
   Посредине дома был вкопан толстый шест. К его вершине крепилась конусообразная крыша, изготовленная из грубого полотна, пропитанного древесной смолой. Утрамбованный земляной пол покрывали самые разные шкуры, от маленьких бурундучковых с хвостиками, до здоровенных от каких-то незнакомых хищных кошек.
   - А ничего, что вы их так используете? - спросил Даро у Ньярмы, и пнул носком башмака страшенную полосатую голову с клыками в палец длиной.
   - А что тут такого? - удивилась девочка.
   - Вы же родственники. Это, как если бы мы человеческие... ладно, обезьяньи шкурки развешивали.
   - Пфе! В южных джунглях обезьян даже едят! - возразила девочка.
   - Да они там что угодно трескают, - не согласился мальчик. - Я бы обезьянятину есть не стал!
   Ньярма пожала пушистыми плечиками.
  
  
   Накормили путешественников мясом и фруктами. Причем, по тому, как Ньярма впилась острыми зубками в не очень спелое яблоко, Даро понял, что для них это деликатес. Он молча отдал ей свое.
   Девочка благодарно засопела, но для порядка спросила:
   - А ты?
   - Мы в деревне на такие даже не смотрим! - успокоил и в то же время подразнил ее мальчик.
   - Везет вам, - вздохнула Ньярма и протянула пареньку недогрызанный кусок вяленого мяса. Пояснила: - Чтобы не отощал.
   Даро хмыкнул, но от мяса не отказался. И не побрезговал тем, что на нем были явно видны следы острых клыков. Балык был просто чудесный! В меру твердый, пропитанный ароматными специями. В деревне Карди-Лан мясо, переваренное и безвкусное, подавали лишь по праздникам.
   Потом, устроившись в дальнем углу - хи-хи! - круглой комнаты на мягких шкурах, они долго шушукались. Чувствовать рядом теплого пушистого котенка было очень приятно. Словно с Нурлой опять спишь. Только кошка не умеет разговаривать и хихикать, а новая подружка - очень даже.
  
  
   А утром Ньярма намылилась проводить Даро до его родной деревни.
   Тот заупрямился:
   - Да ну! Я и сам прекрасно дойду! А потом, что, мне тебя обратно провожать?
   - Пфе, - привычно фыркнула девочка. - А меня, зачем? Я по горам всю жизнь шастаю! Охотиться начала, как только стала больше мышки.
   - Ой уж! - усомнился мальчик.
   - Ну, намного больше крупной такой мыши, - уступила Ньярма. - Все равно, я в лесу, как рыбка в речке. Особенно ночью! Так что, доведу тебя до знакомых тебе мест, и вернусь.
   - А что - знакомых?! - не уступал Даро, хотя, идти домой одному, а не с подружкой, ему очень не хотелось. - Я что, мог за одну ночь забыть пройденную дорогу?
   - Не мог, конечно, - вклинилась в разговор мама Ньярмы. - Но пусть дочка тебя проводит.
   - Ладно, - пряча за сумрачностью радость, согласился Даро.
  
  
   Все-таки кошка Нурла, хоть и не самый неудобный для переноски зверь, но достаточно тяжелая для, пусть даже тренированного и сильного, но все-таки одиннадцатилетнего мальчишки. И уж тем более для ловкой и шустрой, но мелкой девятилетней девочки-котенка.
   Поэтому обратный путь налегке показался простой прогулкой.
   Утро только намеревалось превратиться в день, а они уже подошли к уютной почти круглой полянке, на которой в прошлый полдень отдыхали от транспортировки домашнего животного.
   - Вот, - сказала Ньярма и непривычно засмущалась.
   - Слушаю тебя, о Рыжая из рода Рыжих Кошек! - копируя прочитанное в одном из рыцарских романов, продекламировал Даро.
   - Да ну тебя, - чуть насупилась подружка. - Я тут подумала... Эта поляна как раз посерединке между нашими деревнями... Мы могли бы...
   - А ты хочешь? - мальчик неожиданно тоже смутился.
   - Ага... - тихонько ответила девочка.
   - Я тоже, - кивнул Даро и быстро улыбнулся: - Мы с тобой, как тайные любовники из враждующих северных княжеств. Свидание назначаем.
   - Вот еще! - возмутилась Ньярма. - Пусть этими глупостями взрослые занимаются! А я хочу с тобой играть. И пойти вместе охотиться. Нет! Лучше я буду охотиться, а ты мне рыбу ловить! Я страсть как ры-ы-ыбку люблю!
   - А почему тогда сама не ловишь? - удивился Даро.
   - Скажешь тоже! Это же какая жуткая скука: сидеть с удочкой и ждать, пока клюнет. У нас рыбалкой наказывают провинившихся.
   - А лежать в засаде на охоте не скучно? - осведомился мальчик.
   - Не-а! Это азартно! А когда прыгаешь на зверя, так вообще!
   И она плотоядно улыбнулась. В маленьком ротике блеснули длинные тонкие клыки.
   - Жалко, все-таки, что вы людей сторонитесь, - вздохнул Даро. - Приходила бы ты ко мне в гости.
   - Чтобы на меня все глазели и за хвост дергали?! Нет уж! Лучше ты к нам.
   - Мне у вас тоже не очень, - признался Даро. - Нет, ты не подумай! Вы хорошие, и всё такое. Но, когда все кругом разговаривают на незнакомом языке и тебя не понимают... Вот бы кошачий выучить...
   - Это очень дорого, - серьезно сказала Ньярма. - У нас есть учитель. Он и вашему языку обучает. Ну, тебе это не надо! И кошачьему, приходящих к нам Псов. Но мастер Мрьюри даже за начальное знание берет целых два золотых!
   - Да, у меня таких денег никогда не будет, - вздохнул Даро. - Только, когда взрослым уже стану. А сейчас мне, наверное, лет двадцать придется копить!
   - Жалко, - кивнула девочка-котенок. - Но тут я тебе никак не помогу. И даже мама. Гильдейские правила никогда не нарушаются. И потом, мастеру же надо на что-то жить. Псы к нам приходят не часто, а таких как я, кто человечий учит, у нас в деревне на когтях одной лапы пересчитать можно. Кстати, их как раз и хватит. И лишних золотых у нас нету, ты уж прости.
   - Ну и ладно! - Даро поднял голову и прямо посмотрел в ярко-зеленые глаза. - Главное, что ты умеешь по-нашему разговаривать!
  
  
  

Глава 3. Меч в камне

23.10.181 г.в.п.

Между деревнями Карди-Лан и Пур-Пурум

   К сожалению, встречались они очень редко.
   И вовсе не потому, что родители Даро его не пускали.
   Они до сих пор так и не узнали, с кем водит дружбу их младший сын.
   Конечно, мать отругала его за то, что ушел в лес на два дня и поинтересовалась, куда делась кошка.
   Даро сказал:
   - У нее нашлись хозяева. В одной из соседних деревень. Вот я и отнес зверя.
   И это прокатило. Никто не стал интересоваться, что за деревня, почему владелиц животного не зашел в дом, а тайно подговорил мальчика, зачем тот сам потащился к чужакам.
   От этого Даро испытал противоречивые чувства.
   С одной стороны, облегчение, что не пришлось изворачиваться или даже врать. А с другой... Он уже привык, что окружающие слабо реагируют на то, что не касается их напрямую. И никогда не задумываются над лишней информацией. Именно это, а не характер мальчика, отдаляли его от земляков и родственников.
   Ньярме тоже было не свойственно абстрактное мышление. Но от нее мальчик этого и не ждал. Юному садоводу было просто хорошо и весело проводить время в обществе непоседливой и острой на язычок девочки-котенка.
   Они бродили по горным тропинкам, купались в небольшом, но хрустально прозрачном озере. Вернее, купался, фыркая от студеной воды, Даро, а Ньярма сидела на берегу и "караулила одежду". На предложения тоже окунуться она лишь задирала нос и говорила:
   - Вот еще! Потом пол дня шерсть сушить!
   Но Даро догадывался, что на самом деле бесстрашный котенок то ли боялся, то ли просто не любил воду.
   "Ну да! Кошки ведь не плавают! - сообразил мальчик и пожалел их: - Бедные, и не рыбачат, а вот рыбу просо обожают!"
   Поэтому он каждый раз после купаний устраивался на берегу с короткой удочкой, а потом с удовольствием наблюдал, как Ньярма поедает слегка обжаренные на костре кусочки рыбьего филе и громко при этом мурчит.
   А еще они много играли. Часто Даро представлял себя в роли рыцаря пограничья, а Ньярма претворялась хитрой демонической тварью. Или, наоборот, она изображала знатную кошачью даму, а он был ее верным телохранителем. Или просто дурачились, валялись на сочной траве и болтали обо всем сразу.
   Жалко только, что время для этого удавалось выкроить очень редко.
   Пришла пора сбора осеннего урожая, и Даро день за днем трудился в саду, наполняя корзины спелыми яблоками, грушами и апельсинами. Он очень уставал, зато становился сильнее и выносливее.
   А еще наградой за труд было видеть, как Ньярма радуется фруктам, что он ей приносил.
   - Это не правильно, что только ты меня кормишь! - заявила она однажды в сентябре.
   И на следующую встречу принесла целую суму свежевяленного мяса.
   Даро, конечно, ее поблагодарил и отволок презент домой.
   Он немного опасался, что вот теперь его начнут выспрашивать.
   Но, увы. Мама ужасно обрадовалась, выслушав сбивчивое пояснение сына, что это от хозяев кошки. А отец, услышав, что его отпрыск выменял столь ценный продукт на обычные яблоки, тут же предложил продолжить обмен.
   - Даро, давай я следующий раз вместе с тобой отправлю твоих братьев? Отнесете по мешку яблок.
   - Нет, папа! - запаниковал мальчик. - Им так много не надо! Я лучше сам буду помаленьку таскать.
   - Ну, ладно, - немного расстроился отец. - Но, все равно я рад, что ты наконец-то становишься садоводом.
   Даро промолчал. Когда он представлял, что всю жизнь будет обрезать сухие ветки и собирать фрукты, ему делалось тошно.
   "Вот бы пойти путешествовать! - думал тогда он. - Ходить по разным странам, защищать всех, кому нужна помощь. Убивать демонов из Черной Цитадели, а на деньги, что за них платят, учить чужие языки!"
   Это была давняя мечта. Сильная и яркая. Вот только вряд ли осуществимая. Не смотря на юный возраст, он прекрасно это понимал. Но как же чудесно было представлять себя, шагающим по дальним дорогам, разговаривающим с дворфами-друидами или болотными эльфами!
   В тот день, в конце октября, он поделился своим тайным желанием с Ньярмой.
   Девочка отвернулась, внимательно уставившись на плывущее по небу белое облачко, потом как будто решилась, прямо посмотрела на Даро своими зелеными кошачьими глазами.
   - У меня есть одна тайна, - сообщила она.
   - Расскажешь? - подался вперед Даро, обмирая от предвкушения и чувствуя благодарность за доверие.
   - Ага, - кивнула Ньярма. - Она такая... непонятная. Я сначала хотела сказать о ней маме или Каргарфу, но почему-то не стала.
   - Ну! - нетерпеливо подогнал ее мальчик.
   - Наша Нурла очень любит путешествовать, - нарочито медленно, хитро поглядывая на друга, начала рассказ девочка-котенок. - Прямо, как ты. И я вечно потом ее ищу.
   - Знаю, - подтвердил Даро.
   - Вот. Месяц назад она опять пропала на два дня. Ну и я пошла по следу
   - Это как тогда, когда мы охотились? - спросил мальчик и улыбнулся.
   Было с чего. Тогда они выслеживали мелкую косулю. Ньярма встала на четвереньки, припала к земле. Смешно шевеля носиком принялась нюхать воздух. Потом ее хвост поднялся трубой, и она понеслась, все так же на четырех ногах, в лесные заросли.
   - Ну, почти, - усмехнулась Ньярма. - У меня нюх тот еще! Лучше, чем у Каргарфа. В общем, нашла я свою кошку в небольшой пещере. Эта зараза там просто отсыпалась после охоты, сытая и довольная.
   - Правда, не хорошо, - согласился Даро с кошачьей невоспитанностью.
   - Ну так вот, Ньярму я конечно поругала и собралась уже отконвоировать в деревню.
   - И?!
   - Я увидела рукоять меча, - шепотом сообщила девочка, наклонившись к самому уху Даро и щекоча его своим дыханием.
   - Настоящего? - так же тихо спросил отрок.
   - Да! Самого настоящего!
   - Он там лежит?! Не ржавый?! Покажешь?! - Даро даже подскочил и заприплясывал от нетерпенья.
   - Нет, не лежит, - с легким злорадством возразила Ньярма. - Он торчит из камня. А ржавый или нет, откуда мне знать, я сквозь булыжники смотреть не умею.
  
  
   Меч действительно был в пещере - неглубоком гроте, на удивление сухом и чистом.
   Данго бы понял, если бы меч был воткнут в стену. В этом была бы пусть сказочная, но логика. Или, если бы он торчал вертикально в каком-нибудь постаменте, и "только волшебная сила могла бы его оттуда изъять", как было написано в одном из прочитанных им романов.
   Но меч лежал почти горизонтально, под небольшим уклоном, утопая почти всем клинком в неровном каменном наплыве. Никаких трещин на булыжнике не было. Узкая полоска чистого лезвия тускло поблескивала хорошо выделанной сталью. Ржавчины не было и в помине - лишь несколько темных пятнышек.
   - Мда-а-а... - протянул Даро и почесал себе подбородок, копируя жест, с каким отец глядел на яблоню, на которой почему-то выросли груши. Изредка бывало и такое.
   - Вот! Забирай! - ехидно предложила Ньярма.
   Данго наклонился и ухватился за простую, обернутую потрескавшейся кожей, рукоять. Подергал.
   Разумеется, без какого-либо результата. Клинок и не шелохнулся.
   - И как его вытащить? - задал мальчик риторический вопрос.
   - Наверное, только, если камень разломать, - предположила девочка.
   - У меня столько сил нет, - буркнул Даро.
   - Само собой! - немного обидно согласилась мелкая кошка. - Позови кого-нибудь из взрослых. Если не боишься, что отберут.
   - Нет, у нас с этим строго, - рассеяно ответил Даро. - Кто отыскал, того и находка. Только, если мне помогут его выковырять, придется за это заплатить.
   - Значит, заплатишь, - пожала пушистыми плечиками девочка.
   - А почему ты своим не сказала? - вскинул на нее взгляд Даро.
   - А зачем он нам? - удивилась та. - Мы ни с кем не воюем. А если бы вдруг пришлось, то точно не такими тяжелыми и неуклюжими железками. У нас есть луки, дротики, кинжалы... когти и зубы.
   Она подняла к груди руки и сжала кулачки. Между костяшек пальцев высунулись три острых изогнутых когтя, длинной с мизинец. Оскалила тонкие клыки.
   - Да, жуткое оружие, - с усмешкой кивнул Даро.
   - Уж получше этой железной палки, что в камне застряла, - фыркнула Ньярма, но потом сказала совсем другим голосом: - Бери его себе. Будет память... И потом, ты ведь Защитник, рыцарь... Тебе положено иметь свой меч.
   И Данго вдруг со всей силой детской фантазии захотелось взять в руки сверкающий клинок и встать, заслоняя собой Ньярму, маму, сестер, даже братьев и папу.
   Потому что он, действительно, Защитник.
  
  
  
  

Глава 4. Выбор

26.10.181 г.в.п.

деревня Карди-Лан

   Меч достал из камня подмастерье кузнеца Берен. Молодой парень долго почесывал свою светлую бородку, глядя на чудное явление. Потом покачал головой и взялся за здоровенный молот, который притащил с собой.
   Даро с беспокойством смотрел, как крошатся под мощеными ударами камни. Он боялся, что дюжий молотобоец повредит клинок.
   - Не боись! - тяжело дыша, успокоил его Берен. - Ничего твоей находке не будет. И потом... Ух!.. все равно он ни на что не будет годен, наверняка. Ты лучше... Ух!.. его нам отдашь. Мы прилично заплатим за металл.
   - Давай сначала достанем, - уклончиво ответил мальчик.
   Пока помощник кузнеца отдыхал, Даро быстро выгребал каменное крошево из уже основательного углубления. Клинок постепенно вырисовывался. Был он весь облеплен камнями, которые буквально приклеились к стали.
   Как ни странно, но Берен действительно умудрился не повредить меч. Все-таки он уже половину своей короткой жизни в кузнице проработал.
   На последнем этапе Даро придерживал меч за рукоять. Удары молота отдавались в ней, отсушивая руки, но мальчик терпел.
   И вот, наконец, оружие освобождено от каменного плена.
   Мальчик чуть не выронил его: меч оказался весьма увесистым, да еще и налипшие на нем камни добавляли массу.
   - Ну-ка, покажи, - Берен протянул свои огромные ручищи с покрасневшими ладонями.
   Даро с опаской передал ему оружие. Нет, он знал, что никто в деревне не станет нарушить правила и обычаи, но расставаться, пусть даже ненадолго, с только что обретенным сокровищем не хотелось.
   Берен внимательно оглядел меч, пощелкал ногтем по чистому от камней участку металла, одобрительно хмыкнул. Нехотя вернул находку Даро.
   - Знаешь, парень, а клинок очень хорош, - честно сообщил он. - Фандор постарается сбить цену, но я бы за него отдал не меньше двух золотых. Только ты ему не говори о том, что это я тебе сказал!
   - Не скажу, конечно! - заверил его Даро. - Я подумаю...
  
  
   - А чего тут думать? - удивился отец, разглядывая лежащий на набело оструганном столе обросший камнями клинок. - Продавай, конечно! Деньги, разумеется, полностью твои, но я бы посоветовал не транжирить их на всякую ерунду. Отложи на будущее. А еще лучше заплати за учебу у какого-нибудь хорошего мастера. Я же вижу, что тебе садоводом становиться неохота, да и наследники у меня есть. Твоим старшим братьям с садом управляться. А вот пошел бы ты учиться, скажем, на столяра. Или, вообще, в город поехал и поступил помощником писаря, раз уж грамоту знаешь.
   - Сначала я его очищу, - сумрачно ответил Даро.
   - Зачем возиться? - удивился отец. - Кузнец его и так возьмет.
   - Чтобы был товарный вид, - усмехнулся мальчик. - Так можно будет больше запросить.
   - Во! - обрадовался отец. - Я же говорю: в город на писаря учиться! Так, глядишь, и до судьи дорастешь! А мы с матушкой будем тобой гордиться!
   Даро ничего не ответил, хотя уши у него немного покраснели.
   Он представил себя: важного, пузатого и почему-то лысого. Как он вышагивает по городским улочкам, а прохожие подобострастно ему кланяются. И стало мальчику от этой картины так тошно, как будто съел просроченное мясо.
   "Ну уж нет! - зло продумал Даро. - Если тратить деньги, так на что-то действительно интересное. Например, на изучение кошачьего языка!"
   Вот эта картинка ему понравилась гораздо сильнее! Он пробирался по диким лесам, встречался с самыми разными странными созданиями. И прекрасно их понимал!
   Нет, конечно, Даро было известно, что больше трех языков магией не изучить. Но... Он ведь научился читать и писать сам! Никто не верил, что такое возможно, а он сумел! А если, зная парочку наречий, остальные осваивать уже самостоятельно? Или, вообще, не покупать знание языков, а... Тогда...
   Тогда эта притягательная картина, как он путешествует по неизведанным землям, дополнится еще одной деталью. За спиной у Даро-путешественника будет висеть в ножнах настоящий грозный меч!
   И решение выкристаллизовалось.
  
  
   - Какой он страшный, - Ньярма осторожно дотронулась пальцем до тускло поблескивающего лезвия.
   Оно было на удивление чистым и ровным. Как будто не обрастало камнями. Даро потратил больше недели на то, чтобы сколупнуть всю породу. Она совершенно не хотела отделяться от металла. Приходилось охаживать булыжники молотком и взятым на время у кузнеца зубилом. А потом еще и полировать клинок шкурой, намазанной толченым абразивом.
   И, что интересно, твердость стали была настолько больше, чем у налипших камней, что ей ничего от этого не было!
   Берен, когда зашел забрать инструмент и поглядеть на меч, только головой покачал:
   - Я даже не буду тебе говорить, сколько ты можешь за него просить, - серьезно сообщил подмастерье. - Очень и очень много.
   - Я... не стану его продавать... - тихо, но твердо сказал Даро.
   - А что будешь с ним делать?
   - А ты не догадываешься? - удивился Даро.
   - Нет, - честно и совершенно предсказуемо ответил Берен.
  
  
   - Значит, поедешь учиться в замок Тривиль? - печально спросила Ньярма.
   - Поеду, - кивнул Даро и зачем-то еще раз пояснил: - Туда берут учиться на рыцарей всех желающих. Но надо, чтобы человек сам купил себе оружие. Это подтверждает серьезность его намерений.
   Последнюю фразу он проговорил с явным самомнением: "Вот видишь, как я могу изъясняться?!"
   - Пф! - привычно фыркнула девочка, но Даро уловил в ее интонациях грусть.
   - Я... постараюсь иногда приезжать, чтобы с тобой повидаться, - скомкано попытался он ее утешить.
   - Знаю! Но это будет уже не то... - очень тихо сказала подружка.
   - Но ведь, главное, что мы друг о друге знаем, - так же тихо негромко Даро и обнял ставшую ему ближе, чем родные сестры девочку-котенка. Погладил пушистую шерстку на спине.
   - Ты обещаешь, что никогда обо мне не забудешь? - тепло шепнула Ньярма на самое его ухо.
   - Никогда, никогда, никогда!!!
  
  
  

ТАЙНА ВТОРАЯ. ЛЮДИ И ПЛАНЫ

  
  

Глава 1. Человек-вещь

16.04.182 г.в.п.

Город Синдабад, Подгорный Султанат

   - Вы не смотрите, что она тощая! Девица сильная и выносливая. И ест мало! А какая она уже красавица! И это в двенадцать! Представляете, какой она станет через пару-тройку лет? Да ваши соседи будут пятки себе кусать, что сами ее не купили! А еще - эта девка из простой бедной семьи. У нее двое младших братьев, так что к домашней работе приучена!
   - А братья, что, в довесок?!
   - Э, нет! Детишек и мамашу я уже продал. Так что никаких хлопот!
   - Ну-ка, пусть зубы покажет!
   - Она что, кобылица? Ладно. Вейна, покажи зубы господину!
   И, чтобы та не мешкала - плеткой с мягким ремешком по ногам. Вполсилы, так, чтобы ни в коем случае не повредить нежную кожу, но сделать больно.
   Девочка сдавленно вскрикнула и осклабила ровные белые зубы. Зыркнула на потенциального покупателя.
   - Не! Она вон как смотрит! - отрицательно замотал головой тот. - Еще прирежет меня ночью.
   И пошел дальше, прицениваясь к другим рабам.
  
  
   Вейна устало села на помост. Стоять под лучами уже припекающего южного солнца было утомительно.
   - Балую я тебя, - недовольно пробурчал работорговец. - Вот отходить бы плеткой по заднице, чтобы сидеть не могла! Но нельзя: товарный вид потеряешь. А ты пользуешься моей добротой! Ну-ка быстро встала и приняла призывную позу!
   Девочка проигнорировала слова хозяина. Только посмотрела на него ненавидящим взором.
   - Нет, надо что-то с твоими глазами делать! - покачал он головой и добавил: - Как же я не люблю продавать бывших свободных!
  
  
   Да, еще полгода назад Вейна была свободной и вполне довольной своей жизнью девочкой. Помогала маме по дому, следила за братьями, пока отец зарабатывал гроши на строительстве очередного дворца в Верхнем Городе.
   Но сорвавшаяся балка придавила его. Два месяца мама и Вейна пытались выходить мужа и отца. Потратили все деньги на лекарей, да еще и в долги влезли. Не помогло.
   А потом, чтобы расплатиться с кредиторами, пришлось продать свой небольшой домик. Мама думала приобрести на оставшиеся монеты хоть какую-нибудь халупу и попробовать наняться пускай на самую паршивую, но работу.
   Не успела...
   Их тут же поймали какие-то бандиты. Они наверняка были в сговоре с ростовщиком. Все отобрали, а самих по дешевке сбли работорговцу.
   Вот так для девочки закончилась пусть тяжелая, но все-таки свободная жизнь.
  
  
   Купили Вейну через два дня. За совсем не серьезную цену в сто двадцать манаров.
   Хозяин оказался отставным стражником - толстым, ленивым и крикливым. Выйдя на "заслуженный отдых", он обзавелся домиком под самой городской стеной и небольшой овощной лавкой, где продавал продукты, выращенные его бывшим сослуживцем и командиром на недалекой фазенде.
   Кстати, Вейне он сразу сказал:
   - Пока мелкая - будешь помогать по хозяйству и овощи перебирать.
   Девочка согласно кивнула.
   - Как подрастешь... посмотрим, какая станешь... И как будешь себя вести! Если начнешь артачиться - отправлю к господину капралу спину на грядках гнуть! Так что - смотри мне!
   Вейна промолчала, а про себя решила, что лучше помереть на плантации.
   Жизнь в рабстве оказалась не такой страшной, как она себе представляла. Просто муторной и тоскливой.
   Хозяйка была сварливой и привередливой. Хорошо хоть, ее дочери уже выросли и лишь изредка заходили в гости. Молодые, но какие-то одутловатые бабы взирали на Вейну, как на вещь, презрительно поджимая губы.
   Так и тянулись тусклые дни, наполненные работой, подзатыльниками и окриками. Пока однажды Вейна не пошла с хозяйкой за покупками на рынок.
  
  
  

Глава 2. Карманник

23.07.182 г.в.п.

город Синдабад, Подгорный Султанат

   Хозяйка всегда долго и с удовольствием торговалась. Даже, когда покупала самые дешевые продукты, и выигрыш составлял пару медных монет. Вот и сейчас она самозабвенно пыталась снизить и без того мизерную цену за обычную морковку.
   А Вейна стояла рядом, сжимая в обеих руках уже изрядно потяжелевшую огромную корзину.
   Настроение было отвратительное, плечи болели от усталости, а кисти начинали предательски слабеть. От этого очень сильно хотелось есть. Но обед, состоящий из остатков хозяйской еды, еще очень не скоро. Да и много ли ее господа ей оставят - большой вопрос.
   Вдруг юная рабыня краем глаза уловила постороннее движение.
   Тонкая смуглая рука протянулась из-за спины хозяйки и осторожно подхватила кожаный кошель, свисающий с ее пояса.
   Вторая рука с маленьким, но острым ножичком ловко срезала добычу. Вейна резко обернулась и увидела мальчишку на пару лет младше нее. Встретилась с темно-карими испуганными глазами.
   А в следующий момент заверещала хозяйка:
   - Воры! Украли! Люди добрые, ловите негодяя!
   Мальчик прыснул в сторону, протолкался между о чем-то спорящими мужиками и стремительно понесся к выходу из рынка. Ему на перехват с разных направлений устремились покупатели и пара охранников.
   Вейна раздумывала пару мгновений.
   Потом быстро поставила, почти уронила на мостовую сумку и побежала за воришкой.
   - Держите его! Он мою хозяйку обокрал! - во все горло пронзительно кричала девочка.
   И бежала со всех ног, про себя думая:
   "Только бы дурака не поймали! Только бы догнать его первой! Проследить!"
   У неровной саманной стены, огораживающей рыночную площадь, малец вильнул не к воротам, от которых уже спешил пузатый стражник, а в противоположную сторону. Плюхнулся на четвереньки и таким вот макаром прошмыгнул в низенькую узкую дыру.
   "Ведь специально сделал ее, зараза!" - с азартом подумала девочка.
   Растолкала сгрудившихся у проема и громко возмущающихся, что: "Опят проколупали! Куда охрана смотрит?!", мужиков. Упала на колени, больно ударившись о выщербленную грязную мостовую, и протиснулась следом за грабителем.
   Вейна оказалась в узком извилистом переулке. Впереди мелькала пятками фигурка. Девочка кинулась следом.
   Она никогда еще так быстро не бегала! Силы кончались, усталость гирями нависла на ногах, но Вейна неслась, как будто от этого завесила ее жизнь. Теперь уже молча. Не для того, чтобы сберечь дыхание, а просто потому, что не стоило дальше привлекать к себе внимание.
   Да, формально она исполняет рабский долг, защищая имущество своей хозяйки. Вот только возвращать распроклятый кошель не входило в намерения девочки.
   А мальчишка впереди заметался из стороны в сторону и прижался лопатками к стене тупика. Он притиснул к груди мешочек с монетами и ножик и глядел на преследовательницу огромными от страха глазами.
   "Неужели я такая страшная в гневе?" - подумала девочка.
   Остановилась в паре шагов от пацаненка. Тяжело дыша, уперлась ладонями в дрожащие от усталости бедра.
   - Тётенька, я ничего не делал! - заканючил мальчишка.
   Поспешно убрал за спину руки с уликами.
   "Вот балда! - подумала Вейна. - У него же ножик! Пригрозил бы мне, или даже..."
   Додумывать не хотелось. И она постаралась успокоить воришку:
   - Да плевать мне на кошелек!
   - Тогда, зачем вы за мной гнались? - озадаченно спросил мальчишка.
   Он упорно обращался к этой щуплой девчонке, всего на полголовы выше его, на "вы". Но внезапно выпрямился, приосанился. В его взгляде появилось презрение:
   - Так ты рабыня! Как вы... ты смеешь гоняться за свободным гражданином?
   Свободный гражданин задрал вверх нос.
   - Да? - желчно отозвалась девочка. - А почему у "свободного гражданина" шрам не шее, а?
   - Где?!
   Паренек опять испуганно округлил глаза. Сзади него что-то звякнуло и брякнуло, и обе грязные ладошки метнулись к горлу, ощупали его.
   Воришка насупился, опустил руки.
   - Нет там никакого шрама! - сообщил он.
   - Но ведь был?! - хищно улыбнулась Вейна. - Беглый?
   - С чего ты взяла?!
   - Догадалась, - коротко ответила девочка.
   - Не докажешь! - надулся парнишка.
   - А если сейчас закричу во все горло, что ты украл кошелек у моей хозяйки? - нехорошо сощурилась Вейна. - Долго ты после этого останешься на воле, "свободный гражданин"?
   - Не надо! - опять взмолился пацан. - Возьми свой проклятый кошелек, только не кричи!
   - Нужен он мне... - устало сказала Вейна. - И ты мне тыщу лет не сдался. - Воруй себе нездоровье, если нравится. Только отведи меня к тем, кто может вот эту гадость снять.
   И она коснулась пальцами ненавистного ошейника. Он был изготовлен из очень толстой кожи. Внутренняя сторона была очень хорошо выделанной и мягкой. Но все равно на шее от постоянного ношения не проходило раздражение. Время от времени она, шея, нестерпимо чесалась - вот как сейчас - и девочке приходилось прилагать всю силу воли, чтобы не расцарапать себе кожу.
   Соединялся ошейник хитрым запорным устройством с прорезью для ключа. Ключ этот, по законам города, был даже не у хозяина, а хранился в "Бюро учета рабов", что размещалось в палатах визиря. Так что добраться до ключа и выкрасть не было никакой возможности.
   - А с какой это стати я должен тебе помогать? - тем временем нахально спросил пацаненок.
   Вейна в очередной раз поразилась, как стремительно у него меняется настроение, но ответила с ленивым пренебрежением:
   - Я сказала с какой.
   - Я своих не выдаю! И к нам тебя не приведу! - гордо поднял голову "юный герой".
   - Если проводишь меня к ним, я скажу, что именно вы сделали неправильно сегодня, - пообещала Вейна.
   - Почему неправильно?! - возмутился мальчишка.
   - Потому, что я стою перед тобой, а ты не можешь убежать.
   Воришка быстро зыркнул поверх ее плеча, напружинился. Но Вейна не повелась, только сощурилась и сообщила:
   - У меня... были два мелких братца. Так что не смоешься!
   - А ты точно никому не расскажешь, где мы прячемся? - насуплено спросил мальчишка.
   - Разумеется! - устало заверила его Вейна и добавила: - Если вы мне ошейник снимете, то куда я денусь? Все равно придется с вами жить и помогать.
   Именно это было главным. Все остальное, что она говорила до сих пор, не имело особого значения. Потому что первейшей причиной, из-за которой девочка не решалась сбежать, было то, что ей просто негде было укрыться. Рано или поздно, но ее поймают, и, даже если ей как-то удастся избавиться от ошейника, опять продадут в рабство. А так появилась надежда, что ее примут в воровскую шайку, и тогда, может быть, у нее будет хотя бы несколько лет, или, пусть даже недель, свободы.
   - Ладно, пошли, - нехотя сообщил мальчишка, нагнулся и подобрал ножик и кошелек. - Только ты скажи мне, что мы не так придумали. Ты обещала!
   - Хитрый какой! - усмехнулась юная рабыня. - Вот придем к вам, снимете мне ошейник, тогда и расскажу, и даже посоветую, как сделать лучше!
  
  
  

Глава 3. Беспризорники

24.07.182 г.в.п.

город Синдабад, Подгорный Султанат

   Предводителем малолетних преступников был молодой высокий парень, лет двадцати с хвостиком. У него был жесткий подбородок, тоненькие черные усики и тяжелый взгляд очень темных глаз.
   Этими глазами он весьма недоброжелательно оглядел Вейну и съежившегося в ожидании взбучки маленького вора.
   - И зачем ты ее притащил? - спросил, скривив губы, атаман. - Хочешь, чтобы нас всех накрыли?
   - Я... она... Обещала, что расскажет, что мы не так делаем.
   - Да?! - саркастически усмехнулся парень. - И что эта малявка может нам посоветовать?
   Малявка выдержала его взгляд и негромко сказала:
   - Если вы придумали, как убегать, то хотя бы разведайте и хорошенько узнайте дорогу. А то получится как с этим: уткнетесь в тупик и вас сцапают.
   Парень поднял бровь и кивнул:
   - Правильно говоришь.
   Вейна мельком удивилась, что такая простая мысль для него оказалась внове. Но она за свою короткую жизнь уже успела привыкнуть к тому, что окружающие то ли не хотят, то ли не умеют задумываться о будущем и строить планы. Это казалось ей очень странным, потому как себя она особо умной не считала.
   - И все равно, - уже немного не так жестко, но продолжал проявлять недовольство парень. - Что с тобой делать?
   - Сначала сними его, - девочка дотронулась кончиком указательного пальца до ошейника.
   - Ну, это не проблема, - ухмыльнулся парень.
   Достал из кармана связку каких-то проволочек. Грубо притянул пискнувшую от неожиданности Вейну к себе и принялся ковыряться в замке.
   Через минуту девочка освободилась. Она на радостях так сильно помотала из стороны в сторону головой, что та у нее закружилась.
   - Придется тебя оставить у нас, - вздохнул атаман. - Иначе ты попадешься и наведешь на нас стражников. А уходить из такого крутого места не хочется.
   Вейна оглядела "крутое место".
   Это была внутренность небольшого обшарпанного домишки, расположившегося на самом краю Наружного города, почти на опушке чахленького леска.
   Вейна знала, что чем дальше от городских стен, тем меньше желающих селиться. Кочевники из-за протекающей в пятидесяти верстах к югу реки Раздельной устраивали набеги не часто. Но мелкие группки иногда наскакивали на внешние поселения, грабя и уводя в рабство жителей. А сюда, на самую окраину, никакой стражник не прибежит, чтобы защитить. Да и до южных ворот можно не успеть добраться - степняки на своих скаковых птицах догонят.
   Вот и занимали заброшенные лачуги всякие мутные компании. И стража не горела особым желанием их разгонять и перелавливать. На визиревых каменоломнях бывших беглых и без того хватает. Вот, если вдруг там какой-нибудь мор пройдет, тогда да, можно и облаву устроить. Но, даже в таком случае, беспризорных детей и подростков обычно пропускали. Проку с них никакого. Слабые еще и вечно норовят сбежать.
   - Значит так, - принял решение атаман. - Пока ты не научишься воровать, нос на улицу не показывай! Пусть о тебе забудут. Будешь по дому шустрить. Еду готовить. Умеешь?
   - Да, - кивнула Вейна.
   - И, кстати, меня зовут Мастаф. Мое слово здесь закон!
   - Я поняла, господин Мастаф, - еще раз кивнула Вейна и призадержала голову внизу, превратив движение в поклон.
  
  
  

Глава 4. Сибба

19.08.182 г.в.п.

город Синдабад, Подгорный Султанат

   В их компании, кроме Вейны и Мастафа, было еще четверо мальчишек и две девчонки. Одна Дасса - совсем мелкая, верткая и злая, как хорек. Другая, Регила - уже почти взрослая. Она, кстати, зарабатывала деньги совсем другим способом.
   Это очень не нравилось Вейне. А еще больше ей не нравилось, что Мастаф, похоже, хочет, чтобы и она в будущем пошла по этой дорожке.
   "Ну, уж нет! - зло думала Вейна. - Не дождется!"
   Впрочем, пока ни Мастаф, ни другие старшие ребята на Вейну особого внимания не обращали. Она серой мышкой занималась домашним хозяйством. Стирала и зашивала разодранные штаны и рубахи, готовила еду.
   И это всех устраивало.
   Всех, кроме самой Вейны.
   Сейчас ее жизнь не особенно отличалась от той, какая была в рабстве. В чем-то она стала даже хуже. Вейна очень редко выходила из дома, всегда под присмотром кого-нибудь из старших подростков, всегда только поблизости. И работала с утра до позднего вечера.
   Старших было двое: Хазрат и Джамуш. Вейна не сразу научилась их различать, настолько они походили друг на друга. И, что интересно, при этом никакие не родственники! А вот Джамуш и мелкая Дасса как раз были братом и сестрой.
   Но это было заметно лишь изредка, когда похожая на крыску девочка подсаживалась во время ужина к невысокому жилистому подростку и что-то рассказывала ему на ухо. В такие моменты она становилась почти симпатичной.
   Хазрат с Джамушем красавцами не были. Уличная жизнь как будто припорошила их несмываемым пыльным налетом. Состарила, не дав повзрослеть.
   Еще в их компании были давешний знакомец, которого, оказывается, звали Сибба и еще один мальчик, немного младше Вейны - Басмар.
   Он, не смотря на свое грозное имя, означающее "лев", был самым тихим среди ребят. Вейна поняла по брошенным вскользь словам и некоторым его привычкам, что это незаметное зашуганное создание раньше выполняло ее девчачью работу, за что было призираемо и заклевано.
   Девочка жалела мальчишку и несколько раз пыталась завести с ним приятельские беседы. Но он шарахался от нее, как от огня! Наверное, боялся, что другие опять начнут относиться к нему, как к половой тряпке.
   Вот так и получилось, что больше всего Вейна общалась с тем самым Сиббой, что привел ее в шайку.
   Перепады настроения этого юного вора были все такими же стремительными и радикальными. Поэтому Вейна с ним то ругалась, почти до драки, то чуть ли не сдруживалась. А еще она только с ним могла всерьез почувствовать свою силу. И нещадно этим пользовалась.
  
  
   - Ох, чудушко ты мое! Иди сюда, давай штаны заштопаю.
   - Я не твое! И не "чудушко"! Вот: бери!
   И совершенно голый пацаненок протягивает Вейне не очень чистые портки с большущей прорехой на попе.
   Вейна лениво бьет его этими же штанами по пыльным ногам. Мальчишка подпрыгивает в воздух, пропуская удар под собой, корчит рожицу и убегает, сверкая единственной незагорелой частью тела.
  
  
   - Ну и зачем ты туда полез? - голос Вейны усталый и раздраженный. - Я же тыщу раз говорила: сначала осмотрись, походи кругом, убедись, что стражников нет рядом, а сторож дрыхнет без задних ног. А если бы тебя сцапали?
   - Ведь не сцапали же! - возразил мальчик немного виноватым голосом.
   - Дурачок ты еще, - мягко вздохнула Вейна.
   - Сама... - и отвернулся, предательски блеснув глазами.
   Наверное, вспомнил, как такие же слова и с той же интонацией говорила мама.
  
  
   - Вейна, - тихим шепотом, чтобы не разбудить товарищей, - можно я с тобой рядом посплю?
   - Замерз, что ли? - спрашивает она, хотя ночь жаркая и душная.
   - Да, - врет мальчишка.
   - Ладно, устраивайся, - подвинулась на грубо увязанном из соломы матраце. - Только не шебаршись и не пинайся во сне.
   - Я что ли когда-то пинался, да? - для порядка обиделся тот.
   Но тихо устроился рядом с Вейной, уткнулся носом в плечо и почти сразу же уснул.
   А Вейна лежала на спине и не могла остановить поток мыслей.
   "Хорошо ему, о лишнем не думает. Да и все остальные люди тоже. Почему я такая? Может, уродка, или в роду были какие-нибудь чужаки из дальних земель?"
  
  

Глава 5. Беззубый львенок

15.10.182 г.в.п.

город Синдабад, Подгорный Султанат

   - Постирай! - смешно подражая манере говорить и выражению лица Мастафа, приказал Басмар и уронил к ногам Вейны рубаху.
   И тут же получил звонкую оплеуху.
   Отскочил назад и вжался спиной в хлипкую стенку, с ужасом глядя на взбешенную до белого каления девчонку.
   Та уперлась левой ладонью в стену над его плечом, а правой рукой схватила паренька за горло. И тот сразу же ощутил, какой он тощий и слабенький по сравнению с этой фурией. Попытался отвести ее руку, но не смог. Захрипел, пытаясь протиснуть воздух через сдавленную гортань.
   - Придушу гаденыша, - нехорошо сузив глаза, пообещала Вейна.
   Басмар задергался сильнее, норовя вырваться, заколотил кулаками в грудь этой жуткой девицы, зацарапался ногтями по предплечью.
   Но Вейна добавила к правой руке левую, со всей силы сдавила горло мальчишки, выпрямила локти, отодвигаясь от него на недоступное для кулаков расстояние.
   В глазах Басмара плескался ужас. Он не мог поверить в то, что его собираются убить. Это ведь невозможно! Убийства запрещены и на них могут пойти только стражники, самые настоящие убийцы или кочевники. И то делают это очень неохотно и редко. Как же эта девчонка смеет его?..
   А силы уже покидают его, руки и ноги слабеют, и, если бы не впечатывающие его в стену неожиданно крепкие, хотя и тонкие, руки девчонки, он бы уже сполз вниз.
   Недолев опустил руки и прекратил сопротивляться.
   И, внезапно, воздух прошел внутрь, наполняя тело живительной энергией.
   А руки Вейны, перестав душить мальчишку, подхватили его и помогли усесться на пол.
   Девчонка опустилась тут же рядом, плотно прижавшись к его плечу, почти спокойно спросила:
   - Понял?
   Мальчишка попытался кивнуть, но сморщился от боли в шее. С трудом переглотнул.
   - Я - не ты, - пояснила Вейна. - Тебя зачморили потому, что ты слабый и боязливый. А мне приходится заниматься хозяйством только потому, что я девочка, и кто-то должен за вами следить. Ясно?
   - Да, - прошептал Басмар, уткнулся лицом с колени, тихонько заплакал.
   И ощутил, как легкая рука обняла его за плечи.
   - Тебе просто надо сделаться сильнее, - неожиданно тепло сказала Вейна. - Не пытаться показывать крутость тем, кто слабее тебя, а набраться настоящей спокойной силы. Я знаю, ты можешь.
  
  
  

Глава 6. Сестра брата

03.02.183 г.в.п.

город Синдабад, Подгорный Султанат

   Зимы в Подгорном Султанате очень теплые. А все из-за его географического расположения.
   Континент Аолира - что на древнеэльфийском означает просто: "Лесная страна" - имеет немного больше тысячи верст с запада на восток. А от Ледяного моря до Белой пустыни - почти две с половиной тысячи. Почти посередине континента с севера на юг проходит высоченный горный хребет. Скалы там такие высокие и неприступные, что перейти их почти невозможно. Только по редким и очень опасным тропам изредка с огромным риском пробираются караваны торговцев на мохнатых горных козлах.
   Единственный нормальный путь между востоком и западом континента проходит через седловину немного севернее Черной Цитадели. Но поросшие лесом горы облюбовали ватаги бандитов разбойного народа.
   Чуть южнее той самой Цитадели Тьмы в сторону западного побережья отходит отрог, делящий континент опять-таки напополам. К северу от хребта расположились Сёгунат, страна Собак и бескрайние эльфийские болота.
   А вот к югу как раз и находится Подгорный Султанат. Впрочем, это вы можете понять из самого его названия.
   Южная граница земель рабовладельцев и плантаторов проходит по широкой реке Раздельной. Дальше тянется обширная Великая Степь, населенная дикими ордами кочевников. Если пойдете еще на юг, то вы увидите, как земля становится все суше, трава жухнет и редеет. И, сами не заметите, как окажетесь в Белой Пустыне. Прямо в цепких лапах людей-ящеров.
   Такая вот география.
   Ну, а где география, там и до климатологии недалеко.
   Это я не страшные заклинания произношу, а о науках рассказываю.
   С севера Султанат защищают от студеных ветров горы. А с юга поддувает пустынный суховей. Так что даже в разгар зимы температура редко падает ниже пятнадцати градусов выше нуля.
   Но изнеженные и теплолюбивые жители считают это неимоверным холодом. Они мерзнут и стараются пореже выходить из домов, в которых почти постоянно жгут очаги.
  
  
   Но холод холодом, а кушать хочется всегда. Так что юные воришки продолжали свой нелегкий труд.
   Днем в хибаре оставалась только Вейна, да отсыпалась после "ночной смены" Регила.
   Но сегодня женский коллектив собрался в полном составе, потому что Дасса умудрилась подвернуть ногу, и теперь хромала. А какой из мелкой хромоножки грабитель?
   Так что крошечка сидела в темном углу и точила и без того бритвенно острый маленький ножик.
   Вейна, только что закончившая стирку и развесившая на дворе белье, вошла в дом, вытерла тыльной стороной руки, вспотевший от усердной работы лоб и достала из широкого кармана небольшой сверточек. Распаковала его.
   - Бери! - Вейна протянула Дассе плитку белой нуги с орешками.
   Девочка настороженно и опасливо посмотрела на Вейну, не торопясь принимать подношение.
   - Почему? - писклявым голоском требовательно спросила малявка.
   - Просто так, - пожала плечами Вейна.
   - Съела бы сама! - проворчала воровка и стремительным движением схватила сладость.
   Хромая, отбежала в угол комнаты, согнулась над нугой, закрывая еду от всего света.
   "Ну точно, как крыса!" - подумала Вейна.
   Конфету было немного жалко. Тем более, что это был подарок. Ее притащил вчера Басмар и, краснея как помидор, вручил Вейне редкое лакомство.
   Сладкое было очень дорогим, продавалось всего в паре лавок в верхнем городе, и украсть его было очень трудно.
   Но Басмар сумел.
   Вейне очень хотелось самой сгрызть деликатес. Но дело дороже.
   И вот теперь Вейна наблюдала, как Дасса, щурясь от удовольствия, быстро, но аккуратно поглощает брикетик.
   Внезапно девочка остановилась, внимательно осмотрела оставшуюся половину, откусила еще один малюсенький кусочек и с явным сожалением отправила остальное в карман рубахи.
   - Брату? - осведомилась Вейна.
   - Да, - сумрачно подтвердила девочка и, прихрамывая, торопливо выскользнула из комнаты, не сказав ни слова благодарности.
  
  
   И совершенно ничего не изменилось. Дасса была такая же угрюмая и озлобленная. Ни с кем кроме брата не разговаривала. Вейны, не то чтобы сторонилась, но не проявляла в ее отношении ни грамма дружелюбия.
   А через три недели неожиданно подошла и молча сунула ей в руку ломоть копченого мяса. Со специями, одуряюще вкусно пахнущего.
   - Спасибо, - заулыбалась Вейна.
   - Теперь мы в расчете, - сумрачно заявила Дасса.
   И ушла.
   А Вейна...
   Вейна дождалась, когда в доме окажутся одновременно Дасса и Сибба. С сожалением достала тщательно замотанное в кусок пергамента мясо и отдала его мальчишке.
   Тот просиял, рассыпался в благодарностях и выскочил на улицу, чтобы насладиться деликатесом в гордом одиночестве.
   - Зачем?! - со звоном в голосе спросила Дасса.
   - Он такой худющий, - пожаловалась Вейна.
   - Это было тебе! - малявка вытянулась в струнку, сложила на груди руки.
   - Мы же в расчете? - серьезно осведомилась Вейна.
   - Да.
   - Вот и замечательно, - кивнула Вейна. - Значит, я могу распоряжаться, как мне вздумается.
   Девочка не ответила, круто развернулась и убежала.
   А Вейна удовлетворенно усмехнулась.
  
  
   В конце апреля Джамуш принес какой-то сверток.
   Когда все разошлись, он передал его Вейне.
   - Сможешь перешить? - так же односложно и хмуро, как и его сестра, спросил он.
   Вейна развязала тесемки и из грубой мешковины буквально вылилось вниз, перломутрово поблескивая, шелковое платье.
   У девочки даже дыхание перехватило.
   Она недоверчиво подняла этот прекрасный наряд на вытянутых руках, прикидывая, будет ли он ей в пору.
   Увы, но платье было катастрофически мало.
   "Стоп! Чего это я, дура, размечталась?" - как будто сама себе отвесила мысленную оплеуху.
   - Смогу, - сообщила девочка. - Только ты думаешь, что Дасса будет такое носить?
   - Будет, - кивнул Джамуш. - И никому не показывай. За неделю надо сделать. Третьего мая день рождения.
  
  
   А Дасса действительно надела платье.
   Не смотря на старания Вейны, оно все равно было велико этому щуплому заморышу. Но в глазах мелкой воришки было такое незамутненное счастье! Весь вечер она была тихая и присмиревшая. И даже украдкой с благодарностью посматривала на Вейну, понимая, что без ее участия здесь не обошлось. Джамуш, глядя на сестренку, тоже как-то размяк, расслабился и превратился в обычного подростка.
   Вообще, это был очень хороший вечер. Вейна приготовила особенно вкусный ужин, не пожалев на него припасенное вяленое мясо и даже сыпанула в еду щепотку специй из крошечного мешочка, что украл перед новым годом Басмар.
   А еще из сладкого арбузного сока Вейна выпарила тянучку.
   Дасса, первой зачерпнула цепкой слегка похожую на мед субстанцию, Прищурилась от удовольствия. Отодвинула тарелку на середину стола, великодушно угощая всех остальных.
  
  
   На следующий день Дасса опять нацепила мешковатую рубаху, подпоясанную обрывком веревки. И, казалось, опять вернулась в облик мелкого хищного крысеныша.
   Но Вейна знала, что девочка очень редко, но достает сверток с чудесным платьем, открывает его и нежно гладит блестящую ткань.
  
  
  

Глава 7. Регила

11.07.183 г.в.п.

город Синдабад, Подгорный Султанат

   Регила пришла непривычно рано. Или поздно? Днем.
   Обычно, девушка возвращалась домой после трудовой ночи на рассвете. Но, на этот раз, она задерживалась.
   Не то, чтобы это так уж сильно беспокоило Вейну. Вообще, ее отношения с "жрицей любви" были достаточно прохладными. Просто, не находилось общего, для приятного общения. Да и то, что большую часть дня Регила отсыпалась, в то время, когда Вейна трудилась, поддерживая домашнее хозяйство, тоже не добавляло симпатии.
   Но все равно, они ведь уже больше года как в одной компании, так что Вейна сразу же заметила, что Регина чем-то сильно расстроена или обеспокоена.
   - Рассказывай, что случилась, - прямо потребовала Вейна.
   Регина села с потерянным видом на лавку, опустила плечи и тихо сообщила:
   - Я забеременела.
   - Это как? - удивилась Вейна. - Разве это возможно, когда на тебе заклятье бездетности?
   - Ну, я... не успела его обновить. Денег не было, решила, что всего-то две ночи, ничего страшного, - сбивчиво объяснила девушка.
   - Ну и дура! - обругала ее Вейна.
   И Регина, которая была на шесть лет старше, покорно и согласно кивнула.
   - И что теперь? - спросила Вейна.
   - Не знаю, - вздохнула Регина. - То есть, чего тут думать? Придется рожать.
   - Да, - согласилась Вейна.
   А про себя подумала: "Вот странно, почему есть заклятия, чтобы не забеременеть, и нет тех, что избавили бы от плода?"
   - Интересно, что скажет на это Мастаф, - задала Вейна риторический вопрос.
   А Регила сгорбилась и спрятала красивое, покрытое ярким макияжем лицо в поднятых ладонях.
  
  
   Мастаф сказал. Вернее, прокричал:
   - Дура! Идиотка! И что с тобой делать? Вот выгоню из шайки! Иди, рожай, живи как хочешь! Сама на рабий рынок пойди, пусть тебя купят!
   - Нет! Пожалуйста, не прогоняй! - испугалась девушка. - Я же с вами... с тобой... Я все что угодно сделаю! Только оставьте меня!
   - И зачем ты нам нужна? Да еще и с ребенком? - зло спросил атаман. - С домом и Вейна справляется.
   Он вдруг осекся и внимательно посмотрел на девочку, вернее, уже почти что девушку. Сказал размеренным, не терпящим возражений голосом, как сваи вколотил:
   - Вот что. Пора тебе, Вейна, начать зарабатывать для нас деньги. На хозяйстве будет Регила, а ты займешь ее место.
   Вейна подобралась, готовясь к драке.
   "Ни за что!" - зло подумала она.
   - Я... еще могу... какое-то время... - тихо встряла Регила. - месяца три, наверное.
   - Хорошо, - кивнул Мастаф. - Но, в начале осени начнешь обучать Вейну.
   Нехорошо осклабился и добавил:
   - Мы все будем ее учить!
  
  
  

Глава 8. План действий

16.08.183 г.в.п.

город Синдабад, Подгорный Султанат

   У Вейны было три пути, чтобы избежать того, что произойдет в начале осени.
   Первый, самый простой - уйти из шайки. Да только - куда? В другую такую же разбойничью семейку? И что, там ее примут с радостью, и не заставят заниматься тем же, от чего она пытается убежать? Или, просто, продадут в рабство. Уходить из города, податься в горы и там построить шалаш да жить в дикой природе? Но она - городская жительница, и жить в лесу не умеет.
   Второй вариант - поднять восстание. Вейна знала, что большинство ребят и Дасса в придачу будут на нее стороне. Но хватит ли им решимости? А явно против будут Мастаф и Хазрат, с которым наладить контакт она так и не сумела. Парень был резкий и еще более жесткий, чем командир ватаги. Нет, можно было бы попробовать как раз на этом и сыграть, подбить его на свержение вожака. Вот только, заняв его место, Хазрат продолжит в том же духе, если не еще хуже.
   Третий вариант был наиболее сложным и требовал везения.
   Но, не только.
   "Везет тем, кто сможет поймать удачу и приложит достаточно сил", - подумала Вейна, наблюдая, как Хазрат чертит на песке схему.
   Кстати, это именно она, Вейна, надоумила ребят перед серьезными делами рисовать диспозицию и продумывать хотя бы простенький план.
   Даже это было в новинку, и не особенно хорошо у них получалось.
   И девочка в очередной раз удивилась, почему другим так трудно дается такое естественное для нее занятие. Но, именно это сейчас было ей на руку.
  
  
   - Дом пуст уже три дня, - повторил Хазрат добытую Басмаром информацию. - Мастер доспехов Горнер наверняка поехал к своему другу в Кардабар. Он часто так делает и обычно гостит неделю, а то и десять дней. Басмар и Сибба два дня там шлялись, высматривали. Да еще, по совету Вейны, возле соседних имений напоказ крутились зачем-то.
   Вейна, которая сидела на ступеньках и с безмятежным видом растирала в ступе семена просо, чтобы испечь лепешки, подала голос:
   - Для отвлечения внимания.
   - Вот еще глупость! - недовольно хмыкнул Мастаф. - Всю жизнь без этого обходились и ничего. Хазрат, дальше.
   - Стража проходит мимо пару раз за ночь, - продолжил подросток - У нас будет куча времени, чтобы пробраться в дом и хорошенько в нем пошуровать.
   - Так и сделаем, - веско подытожил Мастаф. - Сегодня после заката пойдем в город, а, как только стражники пройдут первый раз, начнем.
   - И что, за ними следить никого не отправите? - ядовито осведомилась Вейна. - И на стреме надо человека поставить. Глупо так поступать!
   - Это меня ты назвала глупым? - ноздри у Мастафа раздулись, а глаза сузились. - Ты, будущая подстилка, слишком много на себя берешь! Пора тебя научить, как с атаманом разговаривать.
   И нехорошо, плотоядно так, оглядел девушку от пильных босых ступней до растрепанной макушки. Вейна съежилась и подумала:
   "Если не сработает, завтра утром, пока будут отсыпаться, убегу. И будь, что будет!"
   - Ладно, делу время, потехи час! - Мастаф потянулся, продолжая смотреть на Вейну. - Как только начнет смеркаться, выходим. Мелочь с собой, как я уже говорил, не берем. Только под ногами будут мешаться. И втроем справимся.
  
  
   Когда собирались, Вена подошла к Джамушу и тихонько сказала:
   - Будь осторожен. Атаман слишком рискует. Но это - его дело. Если что заметишь - сразу же беги со всех ног! Не думай об этих двух идиотах. Сами виноваты будут, что меня не слушались!
   Парень молча кивнул.
  
  
   Все случилась именно так, как рассчитывала Вейна.
   Соседи купца очень обеспокоились, что за их особняками пристально наблюдают какие-то беспризорники и пожаловались в городскую стражу. Один из них даже заплатил капралу, чтобы его люди не уходили ночью далеко и присмотрели за домом.
   И, когда молодые грабители забрались в имение доспешного мастера, это не осталось незамеченным.
   Патрульные послали самого младшего и быстроногого за подмогой, и, когда та прибыла, дружной гурьбой ввалились в ограбляемый особняк.
   И только Джамуш успел заменить неладное и молча сбежал, не предупредив Мастафа и Хазрата.
  
  
  
   Джамуш вломился в их хижину слегка за полночь. Перебудил всех криком:
   - Атамана поймали!
   И был утихомирен спокойным, но резким голосом Вейны:
   - Быстро собираемся и уходим!
   - Почему, - сонно спросила Регила. Она этой ночью на удивление не работала.
   - Потому, что Мастаф не станет корчить героя! - зло ответила Вейна. - Сразу же расскажет, где мы живем. А охранники теперь нас не отпустят. Раз мы уже грабежами занялись.
   Беспризорники засуетились. Но, как оказалось, почти все пожитки уже были собраны и упакованы в мешки.
   - Ты знала? - с подозрением удивился Джамуш.
   - Предполагала, - подтвердила Вейна и пояснила: - Атаман в последнее время стал еще более рисковым и глупым. Не отвлекайся! Тащи вот этот тюк на двор.
   - А почему это ты командуешь? - остановился посреди комнаты парень.
   - А кто еще? - как о само собой разумеющимся осведомилась Вейна, но подобралась и положила ладонь на рукоятку припрятанного под туникой ножа.
   - Я старший, - немного неуверенно заявил юноша.
   К нему быстрой крыской шмыгнула Дасса, ухватила брата за руку и насуплено спросила Вейну:
   - Куда мы идем, атаманша?
  
  
  
  
  

ТАЙНА ТРЕТЬЯ. СИЛЬНЕЙШИЕ

  
  

Глава 1. Подарок

9.04.184 г.в.п.

рядом с Деревней Карди-Лан, королевство Трагор

   Мартовское солнце приятно грело плечи сквозь кожаную куртку. Гладь маленького озера отражала окрестные горы. Покрывающий их лес был пока что бурым и прозрачным, но, если приглядеться, то можно было увидеть набухшие почки и реденькие зеленые проблески проклевывающихся листьев. И, в то же время, на северных склонах все еще лежал местами снег - ноздреватый и серый.
   Поплавок нырнул под воду, и по почти зеркальной глади пошли концентрические волночки.
   - Гляди-гляди! - азартно зашептала на ухо Ньярма.
   - Вижу, - успокоил ее Даро и, выждав еще пару секунд, потянул удочку вверх.
   На конце лески что-то серебристо блеснуло.
   - Рыбка! - девочка-котенок буквально заприплясывала от нетерпения. - Давай уже костер разводить, мя! Ты ведь много наловил!
   - Разве это много? - усмехнулся парень, взглянув на корзинку, в которой все еще потрепехивались пять рыбешек в полторы ладони длиной.
   Разумеется, его ладони - немного несоразмерно крупной, как это бывает у подростков, с крепкими, но тонкими пальцами и двумя полосками мозолей. А вы попробуйте каждый день по несколько часов со всяким оружием поупражняться, посмотрю, какие у вас будут руки!
   Ньярма опять не дала Даро снять рыбку с крючка. Выхватила ее из-под самого носа юноши, ловко освободила, любовно прижала к груди. Рыба таких нежностей не оценила и попыталась выскользнуть в родную стихию. Но была безжалостно посажена в корзину.
   - Ну, так как насчет костра? - спросила Ньярма.
   - Ладно, приступай, - вздохнул Даро, и для проформы добавил: - Смотри, осторожно, мех на лапках не подпали.
   И, конечно же, удостоился привычного "Пфе!".
   Ну да, кошки огня не боятся. Наоборот, любят его. Хотя, вот странно, в своих круглых домах очаги не устраивают, только на улице.
   - И как вы не мерзнете зимой? - удивлялся Даро в один из своих визитов в деревню Пур-Пурум.
   - А почему зимой надо мерзнуть? - поразилась тогда Ньярма.
   В тот раз она, несмотря на то, что было около нуля градусов, ходила в одних своих стареньких полотняных шортиках.
   Вот и сейчас Даро было зябко смотреть на подружку. Все-таки кошки - не люди. Удивительно, что у них могут быть совместные дети. Он совсем недавно узнал это на уроке алоирографии. И почему-то сразу представил, как они с Ньярмой сидят на бережке речки, а вокруг бегают и прыгают не то котенки, не то ребятенки. Данго эта картина очень смутила. Он даже подумал: "Что за бред! Мы с Ньярмой друзья!"
   А подруга уже соорудила шалашик костра, чиркнула кресалом и с одного раза запалила пригоршню сухого мха в его серединке.
   - А теперь, рыбка, я иду к тебе! - предупредила девочка.
   Она наклонилась над корзинкой и вытащила первую жертву. Тускло сверкнули выдвинувшиеся между костяшками пальцев когти.
   "Хорошо ей, ножики всегда при себе", - с легкой завистью подумал Даро.
  
  
   - Вкусно, но мало! - вздохнула Ньярма и похлопала себя по голому верху живота.
   Ниже пупка начинался темно-рыжий мех, нырял в шортики.
   Данго подумал, что не заметил, как она выросла.
   "Наверное, потому, что и сам подрос за эти два с половиной года", - сообразил паренек.
   Впрочем, Ньярма все еще была на голову ниже Даро, худенькая, но крепкая и ладная. А вот в кое-чём другом девочка-котенок почти что догнала его сверстниц. Так что нелюбовь кошек носить верхнюю часть одежды начала Даро смущать.
   "Кошки и собаки взрослеют раньше людей, - вспомнил он все тот же урок про нечеловеческие расы. - В отличие от эльфов и дворфов, у которых детство длится значительно дольше. А вот у пустынного народа все совсем не так. Ящеры очень быстро достигают взрослых размеров, но совершеннолетними считаются только по достижении двадцати пяти лет".
   "Рано повзрослевшая" кошка уселась рядышком, положила свою покрытую мягкой шерсткой голову на плечо Даро, полуприкрытыми глазами уставилась на догорающий костерок и уютно замурлыкала.
  
  
   - Тебе точно надо завтра уезжать? - грустно спросила Ньярма.
   Они сидели, привалившись спиной к шершавому стволу толстенного дуба.
   - Надо, - сумрачно подтвердил паренек. - Меня отпустили только на четыре дня, отпраздновать дома день рождения. Тренировки нельзя надолго прекращать. Тем более, что турнир на носу.
   Ньярма, наклонив голову, внимательно оглядела нос друга. Сообщила ему нарочито серьезно:
   - Нет на нем никакого турнира.
   И, чтобы окончательно в этом удостовериться, щелкнула по кончику носа ногтем. Кстати, ногти у нее были самые обычные, закругленные и коротко обстриженные.
   - Эй! - возмутился Даро и толкнул ее плечом.
   - А турнир когда будет и где? - деловито осведомилась девочка-кошка.
   - В Нураноре через два месяца. Это столица западной провинции. А наша школа расположена в замке Тривиль, верстах в двадцати от него. Сначала мы будем лучших воинов определять, а потом приедут наши соперники из столичной и северной рыцарских школ. По одиннадцать старших учащихся. А наша мелочь будет только между своими соревноваться, но не на ристалище, а у нас в замке.
   - Ты, конечно, еще младшенький, мя? - ехидно спросила Ньярма.
   - Не "мя"! - возмутился Даро. - Мне вчера четырнадцать исполнилось! Так что имею право хоть в одной категории участвовать, хоть в другой!
   - Это как? - удивилась девочка.
   - С четырнадцати до пятнадцати лет парни сами выбирают, в какой группе драться. У малышни, - Даро произнес это слово со старательным пренебрежением только что повзрослевшего ребенка, - бои не такие жесткие. Мечи деревянные, а доспехи из кожи с толстой мягкой подкладкой.
   - А взро-о-ослые, - Ньярма сделала особое ударение на этом слове, - будут сражаться взаправдашним смертоносным оружием, мя?
   - Ну, не очень смертоносным, - покачал головой Даро. - Тупыми тренировочными мечами и топорами. Зато железными! А вот доспехи надо самые настоящие надевать.
   На последних словах Даро явно погрустнел.
   - У тебя нет доспехов? - угадала подружка.
   - Нет еще, - печально вздохнул парень. - У нас правило: оружие и амуницию каждый покупает себе сам. Меч у меня, благодаря тебе, есть, а вот с остальным... Только кираса и наручень... один...
   - Дорогущие?
   - Не то слово! Мне, чтобы нормально экипироваться, надо не меньше пяти золотых. А где их взять?
   - А родители? - спросила девочка.
   - А что, родители?! - с прорвавшейся горечью откликнулся Даро. - Я, как уехал, так для отца стал не интересен. А мама... она мне на день рождения денежки немного подарила. Серебра на полтора золотых. Вот сейчас думаю, купить себе простенький шлем или какие-нибудь старенькие поножи?
   - А ты купи всё! - предложила Ньярма.
   - Ты тук-тук? - хмуро спросил юноша и постучал костяшками пальцев по лбу подруги.
   - Ам! - острые клыки явственно щелкнули рядом с кулаком. - На, держи!
   Девочка развязала веревочный ремешок на шортах, запустила руку в потайной карманчик и достала крупный сиреневый кристалл. Протянула его на открытой ладони.
   - Зачем? - Даро даже отодвинулся.
   - С Днем Рождения! - громко и торжественно продекламировала Ньярма. - А еще от мамы и Каргарфа.
   - Они опять вместе? - спросил Даро, не торопясь забирать подарок.
   - Ага! Он такой привязчивый! Прошлого маминого кота покусал и прогнал, - весело сообщала девочка и, не дождавшись, когда друг примет подношение, ловко засунула кристалл в нагрудный карман его куртки.
   - Ньярма... спасибо, конечно, - смущенно поблагодарил Даро, - но это слишком много. Такой подарок.
   - Да ну тебя! - понарошку возмутилась кошка и приосанилась, насколько это было возможно сделать, сидя: - Ты забыл, кто я?! Будущая Верховная Рыжая нашей деревни.
   И добавила громким театральным шепотом:
   - Если не сбегу куда-нибудь. Жуть как не охота всю жизнь на одном месте провести.
   - Мне тоже, - кивнул Даро. - Я потому и пошел на рыцаря учиться.
   - Вот и чудесно! - улыбнулась Ньярма. Ты только победи в турнире.
   - Я постараюсь, - совершенно серьезно ответил парень. Покосился на кармашек: - Теперь точно хороший доспех куплю. Такой камушек, наверное, золотых двадцать стоит.
   - Каргарф говорит: тридцать пять. Не продешеви, когда будешь ювелиру продавать.
   - Что же я буду с такой уймой денег делать? - озадаченно спросил Даро. - Ой, знаю! Следующий раз, когда приеду домой, пойду к тебе в Пур-Пурум и выучу котиный! И собачий тоже! Ваш учитель ведь и ему учит, да?
   - Конечно, - подтвердила с улыбкой Ньярма. - Вот его и учи! А котиный я, наверное, тебе не разрешу осваивать! Вот подговорю учителя, чтобы цену запросил золотых в сто!
   - Это еще почему? - с легкой обидой спросил Даро.
   - А вдруг ты тогда за другими нашими кошками начнешь ухлестывать?
   - Ни за что! - клятвенно заверил ее парень.
   - Ловлю на слове! - заявила Ньярма. На секунду чуть высунула между костяшками пальцев когти и плотнее прижалась к нему плечом.
   А паренек призакрыл глаза и начал тихонько вслух размышлять:
   - Так, старую кирасу продам за пару золотых. Закажу себе новую у самого мастера Горнера. Так, чтобы точно по мне сделал, а то таких маленьких найти трудно.
   - Лучше чуть побольше купи, на вырост, - ехидно посоветовала Ньярма.
   - Не, тогда будет сражаться неудобно! - возразил Даро. Я потом ее толкану младшим. У нас все так делают. За время учебы доспехи раз по пять меняют.
   - Понятно, - кивнула юная кошечка и хитро взглянула на паренька: - Ты, главное, на турнире хорошо выступи. А то я и мама с Каргарфом обидимся.
   Даро вопросительно на нее посмотрел. Ньярма разъяснила:
   - Мы приедем на турнир.
   - Это как? - удивился паренек.
   - Просто. В наемной карете, - пояснила Ньярма. - Поглядим, как люди живут. Себя покажем. С вашими правителями поболтаем. Надо же "укреплять добрососедские отношения".
   - Здо-о-орово! - с явной радостью протянул Даро.
   - Ага! - кивнула Ньярма и уютно устроила свою голову на его плече. Замурлыкала.
  
  
  

Глава 2. Рыцарь оленя

25.06.184 г.в.п.

Город Нуранор - столица Западного Края королевства Трагор

   Олень распростерся в прыжке, вытянув задние ноги и подогнув передние. Ветвистые рога были почти прижаты к спине.
   Эту рыцарскую эмблему так же, как и наименование "Рыцарь оленя", Даро придумал уже давно, почти сразу, как поступил в школу. Мальчик украдкой рисовал крошечное изображение своего будущего геральдического зверя на внутренней стороне легкого елового щита и на рукоятке ясеневого меча, скрывая картинку под слоем кожаной обмотки.
   Впрочем, мальчик мог бы и не стараться. Никому другому поступать так, как делал он, не пришло бы в голову. Даро с удивлением пришел к мнению, что свои эмблемы ученики придумывали в день четырнадцатилетия. Даже не придумывали - потому как это подразумевает длительный процесс. Они приходили к юношам как озарение.
   Даро даже немного комплексовал от этого. Но он уже давным-давно привык, что немного не такой, как окружающие.
   Например, он почувствовал "Зов Меча" до того, как это обычно бывает у других мальчишек.
   Кстати, тех, кто пришел в школу, влекомые "Зовом", была где-то одна треть. Остальные почти поровну делились на сыновей аристократов и рыцарей. Это и понятно. Похожее распределение существует и в других специальностях. Правда, там, ребят, которые почему-то не хотят продолжать дело своих родителей и повинуются различным Зовам, где-то пятая часть. Или даже меньше.
   А Зовы, надо вам сказать, бывают самые разные. У некоторых звучные названия: "Зов звонкой монеты" - у тех, кто идет в ученики к торговцам и ростовщикам; "Зов пера и пергамента" - мальчишки, что покупают навык чтения и становятся будущими писарями, библиотекарями, стряпчими; "Зов горячей стали" - будущие кузнецы и оружейники; "Зов сверкающих каменьев" - ювелиры.
   А есть и насмешливые прозвища, например: "Зов булки", "Зов иголки с ниткой", "Зов кирпича".
   "А вот интересно, существует ли "Зов выгребной ямы" или "сбора мусора"? - подумал юноша. - Как-то ведь на такие работы новые люди приходят. Хорошо, что меня не угораздило!"
   И, конечно же, наособицу идет всеми нелюбимый "Зов кистеня и отмычки", заставляющих парней пополнять ряды бандитов и грабителей.
   А, в противоположность ему, почитаемый превыше остальных "Зов Магии". Те, кто его слышит, становятся Волшебниками, Учителями и Лекарями.
   Препятствовать отроку, который услышал Зов... Да никому никогда не приходит в голову хоть как-то этому противиться! Единственное ограничение - мальчишка должен доказать своими действиями, что действует согласно Зову. Например, добыть себе хотя бы плохонький и самый дешевый, но меч, чтобы пойти учиться в школу рыцарей.
   Кстати сказать, именно потому, что Даро сослался на Зов, отец так легко воспринял его уход.
   Паренька до сих пор грызла совесть, что он соврал родителю. Хотя, может быть то сильное желание вырасти настоящим Защитником и было пресловутым Зовом, только проявилось раньше, чем у других пацанов и не так резко?
  
  
   Жалко, что никто из родных не приехал поболеть за него на турнире. Даже обещавшая это Ньярма.
   Солнце играло яркими бликами на новеньких доспехах. Даро не стал экономить и собирать себе амуницию вразнобой. Да, так можно было бы сэкономить чуть ли не половину суммы. Но, нет! Юноша вздохнул, прощаясь с так внезапно привалившим богатством, и пошел заказывать амуницию у мастера Горнера - лучшего бронника города.
   И этот жилистый желчный старикашка ободрал юного рыцаря до нитки, до последней монетки.
   "Прости, Ньярма, - подумал тогда Даро, - не смогу я в этот раз выучить котиный язык. Но когда-нибудь..."
   Зато доспех получился просто загляденье!
   Сегодня утром, перед открытием турнира, Даро чуть ли не час одевался с помощью сервирки. Молоденькая русоволосая девчонка, из тех, что всячески обслуживают три сотни будущих рыцарей Тривильской школы, сначала облачила Даро в стеганые шоссы и акетон. Причем, девчонка по имени Дейра хихикала и краснела.
   Я, когда сказал: "всячески обслуживают", то имел в виду уборку, стирку, кормежку и прочие невинные занятия. И ни-ни!
   Так вот, после поддоснешников пришла пора одевать металлическое снаряжение: поножи, наручи, кирасу и прочие железяки. Все это усаживалось на место, подтягивалось ремешками, защелкивалось на хитрые застежки. Ну и в конце облачения Дейра напялила на Даро подшлемник, взгромоздила на него круглый шлем и натянула на кисти латные рукавицы.
   Даро почувствовал себя гигантским жуком. Таким же бронированным и неуклюжим, но вполне себе подвижным.
   Юноша и раньше надевал тренировочные доспехи, да еще и с утяжелением, для вырабатывания выносливости и силы. Так что драться в полном обмундировании было для него не впервой.
   Но не на настоящем турнире.
   В прошлом и позапрошлом годах он участвовал в соревнованиях на деревянных мечах с младшими учениками. Но это совсем не то!
   Даже атмосфера взрослого турнира разительно отличалась.
   Высокие крутые трибуны с лавками, на которых расселись горожане. Отдельный ряд лож под шатрами для знати и почетных гостей. Яркие флаги, развевающиеся на легком ветерке. Гомон зевак и звяканье доспехов. Все это складывалось в волнующую и прекрасную картину, будоражило кровь и окрыляло.
  
  
   Они выстроились в три шеренги. Сто пятьдесят один участник - все старшие ученики западной замка Тривиль. За два дня им предстояло выбрать тех десятерых, которые продолжат бои против подопечных двух других рыцарских школ королевства.
   Вон они: сидят на специально отведенной трибуне. Перешучиваются и смеются, но зорко высматривают среди сверкающего сталью строя тех, с кем им придется сойтись в финальных поединках.
   А они, учащиеся школы Тривиль также настороженно разглядывают своих будущих соперников.
   Даро не был исключением, тем более, что у него был довольно неплохой шанс пройти в финал. Ведь среди одногодок мало кто мог ему противостоять. Но теперь ему предстоит сражаться с более старшими опытными и просто сильными рыцарями.
   Там, на гостевых трибунах, сидели в основном старшекурсники. Только один парнишка одного с Даро возраста расслабленно откинулся на низенькую деревянную спинку и, скривив губы в высокомерной улыбке, взирал сверху-вниз на молодых воинов, большинство которых было значительно его старше.
   "Я его побеждю, то есть победю!" - внезапно решил Даро.
   Ему очень преочень захотелось увидеть, как стирается с лица эта мерзкая ухмылка. Но для этого надо одержать не меньше четырех побед над своими товарищами.
  
  
   В первый день турнира у Даро был лишь один бой. Это и понятно: семьдесят пять поединков, пусть даже на шести площадках, продолжались до позднего вечера. Даро был почти последним в очереди. Солнце уже превратилось в большой сплюснутый оранжевый шар, посылающий приглушенные лучи света почти параллельно земле. Прямо в глаза Даро.
   Юноша щурился сквозь щель в забрале, поверх кромки поднятого щита внимательно наблюдая за темным безликим силуэтом противника - массивного и высокого. Даро плохо знал этого парня. Был он предпоследнего курса обучения, значит на три года старше него.
   Свист рассекаемого воздуха и громкий удар мечом в подставленный Даро щит.
   "Бедный олень!" - не к месту пожалел нарисованного геральдического зверя Даро.
   И это его почему-то разозлило.
   Парень резко поднырнул, нанес не сильный скользящий удар наискосок вверх в направлении бедер соперника.
   Тот прогнозируемо опустил свой щит навстречу клинку. Меч Даро скользнул по обшитой железом поверхности, почти не потеряв скорости, и был воткнут сверху вниз над самой кромкой щита.
   Если бы оружие было заточено, у Даро был бы неплохой шанс пробить бармицу над доспехом.
   Но и так старшекурсник выронил оружие и упал на колени, прижав правую руку к низу шеи и судорожно дыша.
   - Прости, - машинально, без особого раскаяния, проговорил Даро.
   На ежедневных многочасовых тренировках учащиеся то и дело друг друга травмировали. Целых пять целителей замка Тривиль расходовали неимоверное количество снадобий и тратили свои магические силы, чтобы поддерживать здоровье будущих рыцарей. Вот и сейчас к противнику Даро уже спешила скрюченная бабка Палая, на ходу вытаскивая из наплечной сумки какую-то склянку.
   Даро взглянул на почти скрывшееся за пологими западными холмами солнце и направился в сторону временного лагеря. Наконец-то можно будет снять надоевший за день доспех.
  
  
  

Глава 3. Друзья и соперники

26.06.184 г.в.п.

город Нуранор - столица Западного Края королевства Трагор

   - Удачи тебе! - Митрил хлопнул Даро по гулко отозвавшемуся наплечнику.
   - И тебе, - улыбнулся приятелю юный рыцарь.
   - Да мне-то зачем? - покривил душой одногодка. - Со столичными и северянами не драться.
   - Ну, мне, чтобы до них добраться, надо сегодня троих наших завалить, - вздохнул Даро.
   - У тебя получится, - убежденно заявил Миндор и с усмешкой добавил: - Если бы ты не пошел на старший турнир, то я бы решился, а так мне хватило прошлого года, когда ты меня в финале разделал как орех.
   - А что, разве двое младших не могут в финал выйти? - удивился Даро.
   - И один-то редко, когда побеждает, - сообщил Миндор и без того прекрасно известную Даро истину. - Ну и... Если кто-то из наших одногодок и сумеет... то это ты. У меня не те способности.
   - Ты тоже хорошо дерешься, - чуть скованно похвалил Даро парня, который за последние два года ни разу его не победил и поднимался лишь до четвертого места среди младших учащихся. - Тебе действительно стоило бы попробовать.
   - Нет уж! - весело отказался приятель. - Лучше я буду большущей лягушкой в маленьком болоте! Тем более, что после того, как биться со старичками ушел ты, Пантор и Баланир у меня появился шанс выиграть младший турнир!
   - Желаю, чтобы у тебя получилось! - от всего сердца подбодрил его Даро.
  
  
   Следующий противник оказался на удивление слабым. Даро, не особенно напрягаясь, с ним разделался. И бодро прошагал в "свою" палатку.
   На самом деле он дели ее еще с пятью рыцарями, но к настоящему времени все они выбыли из состязания.
   Так что все внимание Дейры было направленно на юношу.
   Девушка подступила к нему, намереваясь помочь снять тяжелые доспехи, но Даро остановил ее, приподняв руку:
   - Спасибо, Дейра, не надо. Будешь полчаса меня раздевать, а потом опять это железо напяливать. Лучше дай попить.
   Девушка протянула парнишке кувшин. Тот попытался взять его, но только лязгнул металлом неуклюжей перчатки, чуть не проломив глиняный бок.
   - Э... - чуть сконфужено выговорил Даро. - Рукавицы все-таки придется снять. Помоги, пожалуйста.
   - Сначала напою, - улыбнулась девушка и поднесла кувшин к его губам.
   - Кыш! - раздалось от входи.
   Даро обернулся.
   Там, откинув полог, стояла Ньярма.
   Правой кистью с чуть проступившими между костяшками пальцев коготками девочка-кошка делала движения, как будто отгоняла муху.
   - Брысь-брысь! - не терпящим возражения голосом приказала она Дейре. - Я сама о нем позабочусь!
   - А ты кто такая?! - возмутилась юная сервка.
   - Подружка, - расплывшись в улыбке, сообщил Даро.
   - Ну и ладно! - Дейра сунула кувшин в руки Ньярмы, неторопливо, всем видом показывая, что просто ей так хочется, вышла из палатки.
   Но на пороге оглянулась и еще раз смерила взглядом девочку-кошку с ног до головы, хмыкнула и окончательно удалилась.
   Ньярма скорчила ей вслед рожицу и показала язык.
   Подошла к Даро, приказала:
   - Скажи: "а"!
   Даро послушно открыл рот и с удовольствием глотнул холодную воду.
   - Так, что дальше делать? - деловым тоном осведомилась Ньярма. - Рассказывай, как эти железки снимать.
   - Не надо, - улыбнулся Даро. - Следующий бой часа через два, мы дольше провозимся.
   - Ну, как знаешь! - нехотя согласилась подружка. - Но я бы на твоем месте и минуты лишней в этой скорлупе не провела! Мне даже так неудобно!
   Она повела плечами. На девочке-кошке была красивая блузка и холщовая юбка до колен. Если бы не шерстка на голове, предплечьях и голенях, она вполне могла бы сойти за человека.
   - Классно выглядишь! - сделал неуклюжий комплемент Даро.
   - Пфы! - привычно фыркнула Ньярма. - Как это вы все время в одежде ходите? Жуть как неудобно! Особенно...
   Она завела руки за спину и приспустила сзади юбку. Хвост, спрятанный под ней, вырвался на свободу, принялся мотаться из стороны в сторону.
   - Боишься, что будут за него дергать? - с улыбкой спросил Даро.
   - Еще как! - согласилась девочка. - Люди такие невоспитанные! Только и делают, что на меня глазеют!
   - Это потому, что красивая, - сообщал Даро.
   Ньярма с подозрением на него посмотрела:
   - Прикалываешься?
   - Нет, честно! - сказал Даро почти правду.
   И опять широко улыбнулся.
   Он вдруг понял, как сильно ждал приезда этой особы. Как обиделся и расстроился вчера, что она нарушила обещание.
   - Прости, что не пришли на открытие турнира, - уловила его мысли Ньярма. - Маму ваш губернатор задержал. Какие-то ужасно важные торговые вопросы не успели решить.
   - Да ладно! - жизнерадостно отмахнулся Даро. - Турнир только начинается!
   - Оптимист, - усмехнулась кошечка. - Хотя, этого ты уделал классно!
   - Да ну, он был мне не противник, - похвастался Даро и прищурился. - Следующие будут серьезнее!
   - Но ты все равно их победишь! - уверенно сообщила Ньярма. - Двигаешься в своих тяжеленых доспехах почти так же ловко, как кот. Не очень умелый такой кот. Котенок, я бы сказала.
   - Рыбу для тебя ловить не буду! - пообещал Даро.
   Они оба рассмеялись.
   -Ты говорил, что до следующего поединка часа два? - спросила Ньярма.
   - Так и есть, - кивнул Даро.
   - Пошли, погуляем! - потребовала Ньярма.
   - Да ну... - замялся Даро. Лучше тут посидим... на меня в доспехах и на тебя с хвостом все будут пялиться.
   - И пусть завидуют, что такого нет! - не то о доспехах, не то о своей пушистой котиной гордости сказала Ньярма. - Идем-идем! Я видела на площади перед ристалищем прилавки с вкусняшками!
  
  
   Они действительно привлекали всеобщее внимание.
   Но друзья демонстративно этого не замечали.
   Купили у торговца выпечкой по румяному рогалику в сахарной глазури, и устроились в теньке на поросшем мхом каменном блоке.
   Даро было жарко в доспехах. Полированный металл очень хорошо отражал солнечные лучи, но надетые под них шоссы и акетон были толстыми и плотными.
   Паренек сбросил тыльной стороной ладони со лба капельки пота и немного насуплено сказал:
   - Я мог бы и сам заплатить!
   - Конечно, - легко согласилась Ньярма. - Но я твоя гостья, значит должна тебя угощать!
   - Ну и обычаи у вас... - вздохнул Даро и вспомнил, что приносимые им в деревню фрукты мама Ньярмы брала всегда без вопросов и видимой благодарности.
   - Нет, человечья еда - это чудо! - восторженно заявила Ньярма, вгрызаясь в хрустящую сладкую корочку.
   Хвост девочки встал столбом, чуть ли не достав до затылка.
   Даро улыбнулся. Ему было удивительно хорошо и уютно рядом с подружкой.
   - Надо же! - раздалось удивленное и снисходительное замечание.
   К парочке направлялся подросток одного с Даро возраста. В простой, но явно очень дорогой одежде. Штаны тонкого сукна. Безрукавка из светлой кожи узорчато прошита темно-коричневыми нитками.
   На удлиненном и тонкокостном лице высокомерная улыбка.
   Тот самый парень из столичной школы рыцарей, которого Даро приметил в первый день состязаний.
   Юноша неторопливо подошел к ним и молниеносным движением поймал хвост Ньярмы.
   Даро, не задумываясь, схватил наглеца за предплечье.
   - Всё-всё! - весело воскликнул тот, выпуская пушистый хвост. - Боюсь-боюсь!
   Это относилось не к Даро, а к девочке, которая выпустила из сжатой в кулак руки тонкие длинные когти, поднесла их к самому лицу парня.
   - Какой дики и невоспитанный зверек! - так же насмешливо и без тени страха высказался молодой рыцарь.
   Ловко вывернул свое предплечье из кисти Даро. Смерил его взглядом темно-карих глаз и похвалил:
   - Ты неплохо сражаешься. Я наблюдал.
   - Хочешь сам проверить? - нехорошо прищурился Даро.
   - Разумеется, - спокойно ответил парень и сообщил: - Я тебя заколю, когда мы встретимся на ристалище.
   - Ты так уверен? - спросил Даро, пытаясь подражать высокомерному тону незнакомца.
   - Да, - ответил тот. - И в том, что ты пройдешь в финал. И в том, что победа будет за мной.
   - Ну-ну! - иронично заметила Ньярма и обняла Даро за металлические плечи.
   - Погуляешь тогда со мной, - сообщил ей юноша.
   - Не дождешься! - девочка ощерилась, показав острые клыки.
   - А жаль, - без особого сожаления сказал парень. - Интересно было бы.
   - Ага, - легко ответил Даро. - Только лекаря сразу позови, чтобы подлатал.
   - Так и сделаю, - кивнул юноша. - Ладно, не буду мешать вашим шурам и мурам. И, кстати, меня зовут Кандор. До встречи!
   И неторопливо удалился.
   - Нахал, - высказалась Ньярма с явным одобрением.
   Даро покосился на подружку. Спросил:
   - Что, правда с ним погуляла бы?
   - Конечно, нет! - фыркнула девочка-кошка. - Но ты все-таки его побей хорошенько! Мне будет приятно посмотреть.
   - Договорились! - широко улыбнулся Даро.
  
  
  

ТАЙНА ЧЕТВЕРТАЯ. СИЛА СЛОВ СИЛЫ

  
  

Глава 1. Грязь

23.08.185 г.в.п.

Великое Болото. Юго-восточный удел

   - Да, дети, возвышенное искусство, коему я буду вас обучать, трудно и опасно! - вдохновенно вещал высокий старый эльф с длинными серебряными волосами. - Но оно прекрасно в своем изяществе и мудро древностью! Каждое слово заклятий придумывалось годами, каждая магическая формула оттачивалась столетиями!
   Маленькие эльфы слушали своего Учителя открыв рты.
   Были они в на удивление чистеньких хитонах, с вымытыми по случаю начала обучения волосами, с до розоватого блеска оттертыми длинными острыми ушами. Все одногодки-малыши, которым только-только исполнилось четырнадцать лет. Наивные и присмиревшие в ожидании настоящего Великого Волшебства.
   И учитель не обманул их надежды!
   Он плавным грациозным жестом взял в руку полупрозрачную чашу из перломутрово-поблескивающего фарфора, изящно наклонился и зачерпнул болотную жижу. Изысканным щелчком отправил в полет зазевавшуюся водомерку. Поставил сосуд на маленький круглый столик, точно по его центру.
   И воздел над ним руки.
   Насыщенно бирюзовое лицо учителя сразу же приобрело матовую белизну, с кончиков ушей сорвались искорки фиолетовых разрядов. Эльф громко продекламировал магическую фразу, произнося каждый ее звук с особой тональностью и длительностью.
   И свершилось Чудо!
   Грязная вода очистилась, весь мусор сжался в небольшой бурый камень и упал на дно.
   Учитель, тяжело дыша, победно воззрился на детишек и принялся с пафосом их поучать:
   - Видите, каких неимоверных усилий стоит нам, Великим Магам очистка воды? А вы безрассудно ее пьете, или, хуже того, умываетесь и стираете одежду! Представляете, как много магической энергии потратили маги ваших островков, чтобы вы сегодня пришли чистенькими на первое в своей жизни учебное занятие? Так помните об этом всегда! И, если кто-то из вас станет настоящим волшебником, хоть слегка приблизившись к моему уровню, то пусть он накрепко запомнит, что Великое Искусство должно приносить пользу нашему древнейшему народу!
   Дети дружно закивали. Они еще не научились возвышенному самомнению. А Лиора сжала кулачки от нестерпимого желания тоже когда-нибудь так стоять уже перед своими учениками и вершить Волшебство!
   Она совершенно по-новому оглядела дюжину сверстников, маленький островок и бескрайние бурые топи, окружающие его.
   - А теперь, дети, я начну вас учить! - возгласил мастер Эалорим. - Каждый эльф должен уметь хотя бы капельку колдовать. К сожалению, это не так, но я надеюсь, что хотя бы двое или трое из вашей группы смогут освоить пусть крошечное, но волшебство. Именно в этом я вижу свою истинную судьбу!
  
  
   И начались мучения. Учитель заставлял бедных детенышей правильно произносить их первое заклинание - создание капельки воды. Ребятишки бесконечно повторяли два магических слова, добиваясь, чтобы те звучали именно так, как надо. Но не в произнесении чародейских формул была суть волшебства. Вернее, не только в этом. Надо было ярко представлять во всех подробностях эту самую каплю, заставить ее в своем воображении светиться нежным голубым свечением.
   А еще нужно было напрячь какие-то неведомые струнки в душе.
   И этому научить было невозможно.
   Раз за разом Лиора и другие дети пытались вызвать эту проклятую каплю. И ничего не получалось!
   Пока толстая Титулуя не смогла вызвать крошечную водяную пылинку.
   Сколько у девочки было радости и высокомерного презрения по отношению к другим неумехам!
   И очень долго больше никто не мог освоить Искусство.
   Каждый полдень Лиора возвращалась домой и выслушивала укоризненные нравоучения матери.
   - Ну в кого ты уродилось, бесполезное дитя! - сокрушалась статная эльфийка в вечно заляпанном тиной изумрудном хитоне. - Ты ведь из великого рода! Мы ведем свою родословную от самого принца Лароатонамала, который правил рощей Тангелан еще на старых землях! Постыдись своих ушей!
   Сама мама владела целыми четырьмя заклинаниями. Той самой каплей, которая выходила у нее размером с крупную бусинку. Очисткой воды - не очень хорошей, правда. Все равно жидкость оставалась мутной и коричневатой, неприятно попахивающей. Но пить было можно. И разжиганиями огня - эльфийка умела создавать маленькую искорку, которой еле хватало, чтобы запалить сухую траву растопки.
   Зато четвертое заклинание влияло на клюкву. И эта ягода, составляющая основу их рациона, родилась крупной и сладкой.
   На излишки они выменивали другие продукты на соседних островках.
   Так что кормилась маленькая семья неплохо. Особенно, если учесть болотную живность.
   Мама ловила лягушек, а вот на Лиоре были пиявки. В прямом смысле слова были. Эти создания толпами сплывались к ее тонким ногам. Девочка со чпоканьем их отрывала и складывала в сумку. Из пиявок получался вкусный суп.
   Правда, из-за этого занятия нежная лазоревая кожа девочки вся была покрыта темными пятнышками. Но кулинарное искусство требует жертв!
  
  
   Так шел день за днем, неделя за неделей. Пока в их группу не пришел еще один ученик.
   Отец Сауниела был странствующим волшебником, а мама - бардом. Они обосновались неподалеку. Ну и сразу же отдали сына учиться.
   Мальчик был высокий, синеволосый, с острым лицом и тонкими вечно кривящимися в презрительной усмешке губами.
   Он сразу же начал доставать Лиору.
   - Что, длинноухая бездарь, не можешь ка-а-апельку сделать? Вот смотри! Бульбулемум капеллем!
   И прямо в лицо девочки полетела приличного размера капля, удалилась в лоб и потекла по лицу.
   - Сауниел, превосходно! - похвалил его учитель. - Сразу видно чей ты сын! Я с твоим отцом и старшим братом лет семьдесят назад...
   Но Лиора не слушала, чем занимались эти трое эльфов в славном прошлом. Она плакала. Присела на первую от островка кочку и утирала слезы, размазывая по лицу грязь.
   Разумеется, никто не стал ее утешать. Это у эльфов не принято. К тому же девочку откровенно не любили. Из-за ушей. Те были на пядь длиннее, чем у остальных, указывая на чистоту крови и древность рода. Но это пол беды. Будь Лиора высокомерной и холодной, и ее бы приняли в коллектив. Но девочка была полной размазней: доброй, тихой, и даже вежливой. Никогда никого не задирала и не опускала даже на словах. Ну как можно к такой хорошо относиться?
   Вот и сейчас Лиора вместо того, чтобы окатить обидчика призрением и пройтись по его коротким и даже закругленным на кончиках ушам простолюдина, сидела и плакала.
   С тех пор повелось, что Сауниел постоянно измывался над девочкой. И, что обидно, к нему присоединились все остальные дети, даже те, с кем поначалу Лиора почти подружилась.
   Впрочем, Лиорой ее давно уже никто не звал. И прозвище "длинноухая" не пристало. Все-таки длинные и тонкие уши были признаком аристократичности, и втайне каждый эльф о подобных мечтал. Зато несносный круглоухий мальчишка придумал другую дразнилку, которую все приняли на ура.
   - Эй рябоногая, ты опять в старом заляпанном мешке заявилась?! - дразнил ее Сауниел. И притворно возмущался: - Разве можно проявлять такое неуважение к Учителю и своим товарищам?!
   И Лиора сжималась в комочек, пряча моментально намокшие глаза.
   Девочке было нестерпимо обидно.
   Ведь почти все дети приходили на занятия такими же грязными и обтрепанными. И пятен на ногах у других было не меньше!
   Вот так вот жизнь пятнадцатилетней малышки стала тоскливой и серой как окружающее бескрайнее болото, по которому можно много дней идти в любую сторону, и все будет точно таким же...
  
  
  

Глава 2. Побег

6.10.185 г.в.п.

Великое Болото. Юго-восточный удел

   - А он и правда есть, этот таинственный замок? - хлопая длинными ресницами выспрашивала у Сауниела красотка Виоленора.
   Девочка в последнее время так и увивалась вокруг сына бродячей сказительницы. А ведь всего месяц назад изо всех сил набивалась в подружки к "остроухой" и "рябоногой" Лиоре.
   Лиора, кстати, сидела притаившимся головастиком неподалеку и торопливо ела прихваченный из дома завтрак - жареную лягушку и пастилу из клюквы. Кормиться надо было быстро и осторожно, пока кто-нибудь не ливанул в ее корзинку болотной жижи.
   - Ну да, есть! - отвечал Сауниел, покровительственно приобняв млеющую от удовольствия Виоленору за плечи. - Я сам его видел и даже лазил по башням!
   - А он и правда так прекрасен, как пела твоя мама? - восхищенно выспрашивала глупая девчонка.
   - Ну, не совсем. Мать всегда приукрашивает, когда поет.
   Это "мать" почему-то резануло слух Лиоры. Родительница Сауниела нравилась девочке. Она была невысокой, худенькой, с довольно длинными ушками. Просто волшебно играла на лютне и пела замечательные баллады. Послушать ее народ сходился со всех окрестностей.
   - А Изумрудная башня такая же высокая? - не унималась Виоленора.
   - Почти, - лаконично ответил мальчишка. Ему уже явно наскучило любопытство подружки. Но как же лишний раз не похвастаться? - Я на самую верхотуру залазил. Болото на сотни верст видно!
   - Ух ты! А магическая лестница действительно сама тебя поднимала?
   - Лестница? - озадаченно переспросил Сауниел. - Нет, я по камням карабкался. С восточной стороны, конечно. Потому как остров с замком наклонен. Это лезть не мешает, но стра... неприятно, когда поднимаешься по отвесной стене.
   - Как бы я хотела с тобой там оказаться! Вдвоем! - завздыхала девочка.
   Сауниел оглядел ее: тощую, плоскую, с жиденькими косичками. Правда, с по-кукольному миловидным лицом.
   - Сначала подрасти! - фыркнул парень.
   - А вот и выросту красавицей, сам будешь упрашивать! - Виолинора надула губки о отодвинулась. Взглянула на застывшую с недоеденной лягушкой в руке Лиору. - А ты чего уставилась, рябоножка! Пошла вон!
  
  
   Но шпынянье на занятиях еще можно было как-то перетерпеть. Не будь еще худшей атмосферы дома.
   Эльфы довольно странно относятся к своим детям. Казалось бы, они должны с ними носиться, как с писаной торбой. Потому как рождаются эльфёнки крайне редко. Бывает, что один брат старше другого на пятьдесят или даже на все сто лет. И взрослеют эльфы гораздо медленнее, чем люди. Вот Лиора, которой уже пятнадцать с половиной лет, выглядела как десятилетняя девочка. Да и по развитию не сильно ее превосходила.
   Самой природой заложено бережное и заботливое отношение к своим чадам. Но только не у эльфов.
   Эти существа законченные индивидуалисты и больше всего на свете любят себя обожаемых. Так что детям или, скажем, супругам перепадают лишь крохи внимания. И то, если те оправдывают надежды и ими можно похвастаться перед другими.
   Лиора надежд не оправдывала от слова "совершенно" и ей не то чтобы гордиться, стыдиться мамаше приходилось. О чем женщина часто и с удовольствием девочке напоминала:
   - Ну почему у всех дети, как дети, а у меня ты?! - вопрошала мама. - Да я бы на твоем месте этих куцеухих плебеев морально утопила в бочаге! Где твоя гордость, твое аристократическое высокомерие?! Нет, нельзя мне было с твоим папашей любовь заводить! Польстилась на лишнюю пядь ушей и титул потомка Владетеля рощи Тангелан. А тому, что он слюнтяй, не могущий себя в обществе поставить, не придала значения. Вот и родилась ты! Эх, сплавить бы тебя папаше, но где его найдешь?! Как поругались мы с ним тогда, двенадцать лет назад, так и скрылся он где-то на востоке. В горы видишь ли пошел. Надоело ему в грязи жить...
   И Лиора все это выслушивала.
   Девочка как всегда съежилась в комочек, уткнула нос в колени и из янтарных глаз ее катились слезинки. Чистые, но соленые.
   Вы, наверное, подумали, что малышка злилась и обижалась на маму?
   Увы. Будь это так, материнское сердце немного бы смягчилось.
   Но девочка не умела злиться. Она чувствовала себя уродцем, но была не в состоянии проявлять злобу, ругаться, высмеивать и презирать окружающих.
   Тот случай, когда доброта совсем не к месту и ничего кроме трудностей в жизни не приносит.
   Единственное, что могла Лиора противопоставить этому тоскливому и безысходному миру - уйти. Но, куда? Она ведь еще маленькая. Да еще и неумеха, как ей постоянно напоминают все окружающие.
   Но при всем при этом у Лиоры ни разу не возникало мысли покончить с жизнью. Как будто какой-то предохранитель стоял в душе, не позволяя даже и мысли подобной возникнуть. Маленькая эльфийка хотела жить! Жить так, чтобы вокруг было светло, и сама она была светом.
   Но как этого добиться на болотах. Здесь, в краю трясин и чахленьких кустиков, она могла гореть лишь тусклым болотным огоньком. Но только и крошечному огоньку нужна свобода. Лиора больше не могла продолжать такую жизнь. Никак не могла!
   Поэтому она в тайне от родительницы собрала себе дорожную котомку, сложила туда припасенных заранее жареных тритончиков, надела теплую накидку, взяла в руку длинный посох-топепроверятель и ушла из дому.
   Идти было совершенно все равно куда, но девочка решила, что отправится на восток.
   К далеким горам, куда ушел ее отец. А, заодно, может быть посчастливится наткнуться на тот самый сказочный замок, о котором так чудесно пела мама Сауниела.
   Надо бы вам, дорогие читатели сего трактата, рассказать о местностях, на которых происходит наше действо.
   Бескрайние болота на самом деле имели свои края. На востоке они утыкались у горы Раздельного хребта. На западе ныряли в воды океана. К северу от мест, где обитала Лиора, болота постепенно переходили в тундру и опять-таки упирались в заснеженные горы.
   Ну а к югу...
   Чем дальше туда идешь, тем больше попадается кривых осин и чахлых березок, пока они не сбиваются в жиденькие рощицы. Земля постепенно становится суше, и вы даже не заметите, как окажитесь в лесном краю. Там, где раньше обитал Древний народ.
   Но потом эльфов оттеснили в болота новые расы.
   Дикие и совершенно бескультурные люди и злобные жестокие и страшные оборотни. Эльфы сказители часто пели баллады о потерянной Родине. И всегда те, кто прогнал их в изгнание, изображались сущими демонами, хуже тех, что прилетали изредка из Черной Цитадели.
   Лиора не любила эти баллады. Ей было очень страшно и грустно от мысли, что нет на свете доброты, что все жители континента только и думают, как бы убить и поиздеваться друг над другом. Как жить в таком мире?
   Наверное, есть только один выход, одна дорога - уйти далеко-далеко, где никого нет, поселиться там отшельницей и жить до старости.
   Девочка грустно решила, что так и поступит, взвалила на плечики суму, взяла покрепче посох и отправилась в путь.
  
  
  
  

Глава 3. Скрижали

10.10.185 г.в.п.

Великое Болото. Восток Срединного удела

   И кочки, как живые, ускользали из-под мокасин. И ноги проваливались в дурно пахнущую трясину. И толстые ленивые лягушки отпрыгивали от девочки и сипло квакали, выражая негодование.
   И моросил бесконечный мелкий не то дождик, не то просто сгустившийся туман. Холодный и промозглый.
   Наступила настоящая осень, сменившая осень вечную и непреходящую, которая стояла на северных болотах почти весь год. Под утро легкие заморозки покрывали грязь тоненькими блестящими корочками, но вскоре они стаивали. Еще пару-тройку недель, и придет короткая зима. Она ненадолго скует болота, сделает путь по ним с одной стороны легче, а с другой - опаснее.
   Но девочка не боялась ни прикрытых ледком полыней, ни мороза. Эльфы за четыре столетия изгнания превратились из теплолюбивых изнеженных созданий в совершенно не боящихся холода и сырости существ.
   Да, Лиоре было прохладно, и она куталась в накидку, сотканную из травяных волокон. По плотной бирюзовой коже голых рук и ног стекали, щекоча, мелкие капельки. Вода пропитала мокасины, сделав их раза в два тяжелее.
   В принципе, маленькая эльфийка привыкла ходить босиком, но в поход предусмотрительно обулась, чтобы не царапать ступни о лед.
   Лиора шла все утро, стремясь как можно дальше отойти от дома, пока ее не хватятся.
   Нет, она не ждала, что кто-то кинется искать беглянку, но лучше оставить между собой и домом как можно большее расстояние.
   Привал девочка устроила на небольшом островке. Необитаемом, что было естественно. Эльфов вообще мало, и селились они вдалеке друг от друга. Некоторые из ее одноклассников добирались до школьного острова по паре часов. Кстати, учителей в окрестностях было с дюжину. Так повелось, что Учитель набирал группу малышей и пытался вдолбить в них основы магии до совершеннолетия, то есть двадцати трех лет. Оттого в "классе" все были почти что сверстниками, а с другими детьми почти не пересекались. Разве что во время ярмарок, что устраивались на самом большом в округе острове три раза в год.
   Лиора не любила торжища. Она терялась среди огромных толп. Ведь порой на ярмарках можно было одновременно увидеть чуть ли не сотню эльфов! А еще ее отталкивало всеобщее высокомерное призрение, которое многократно отражалось в зеленых глазах ее соплеменников, сжатые губы, нехотя цедимые слова. Ничего веселого в этом не было. Толпа состояла из совершенно чуждых друг другу особей, вынужденных общаться, но не испытывающих от этого никакого удовольствия.
   Единственное, что радовало девочку, это редкие менестрели, вокруг которых образовывались кучки слушателей. Но и только.
   "Нет, лучше одиночество!" - в очередной раз подумала Лиора, чуть не подавившись. Проглотила половинку копченого тритона, резко встала и продолжила свой путь.
  
  
   Замок она увидела на четвертый день. Туман осел к самой поверхности, и проглянуло тусклое солнце. Оно через белесую дымку осветило болото, и его стало видно на многие версты. Это была такая редкость, что Лиора не поленилась подняться на вершину крупного острова, чтобы оглядеться.
   Во все стороны от нее простирались топи. Лишь в половине версты к югу виднелся явно обжитый островок. А далеко-далеко на северо-востоке над бескрайней равниной поднималась смутная тень.
   Девочка сразу же вспомнила песню мамы Сауниела и рассказ этого отвратительного мальчишки. Сердце громко и быстро застучало в груди.
   Лиора постаралась запомнить направление относительно невысоко стоящего солнца и зашагала к неведомому острову.
   Его долго не было видно, низкий туман скрывал окружающее. И когда над ним показались каменные уступы, маленькая эльфийка вздрогнула от неожиданности, оступилась и провалилась по пояс в густую жижу.
   На миг Лиора запаниковала, испугавшись, что угодила в трясину, но ноги нащупали упругое дно и она облегченно перевела дух. А пугаться было с чего. Чаще всего эльфы гибли именно вот так, засасываемые в гиблые топи. И, если взрослые за долгие столетия жизни научились их определять и обходить, то дети пропадали довольно часто.
   Лиора с натугой прошла пару саженей и ухватилась за чахлый кустик, выбралась на кочку. Посидела, отдышалась и встала, глядя на невиданное зрелище.
   В паре сотен саженей от нее над туманным маревом поднимались...
   Нет, не каменные уступы, как сначала показалось девочке - развалины древней башни.
   Лиора буквально заставила себя не смотреть на них постоянно, а сосредоточиться на дороге. Она низко опустила голову и через несколько минут буквально уткнулась в строго вертикальную стену.
   Она состояла... из болотной жижи. Непонятным образом, словно кто-то вырезал ломоть болота и поставил его с наклоном где-то в одну двадцатую круга. Так, что внутренности болота стали стеной.
   Девочка боязливо, но заворожено дотронулась до странного образования. Пальцы коснулись упругой влажной поверхности. Лиора надавила, и кисть с трудом вошла в холодную вязкую грязь.
   Девочка отдернула руку и настороженно на нее посмотрела. Обычная грязь, как всегда стекающая с отталкивающей влагу кожи.
   Стена была высотой сажени в три. Вправо она поднималась, а влево спускалась. Эльфийка неторопливо и осторожно пошла именно в том направлении. Через несколько шагов голова девочки поравнялась с краем, и она смогла заглянуть за него.
   Остров был большой: в сотню саженей поперечником. Покрывали его растрескавшиеся и местами вздыбившиеся под углом гранитные плиты. А в середине возвышались развалины. Каменные, покрытые толстым слоем мха и заросшие густой травой. Кое где, раздвинув камни, проросли кусты и даже парочка осин.
   Девочка прошла еще немного до того места, где таинственный остров опустился до уровня болота. Плиты уходили прямо в топь.
   Лиора постояла с полминуты, набираясь решимости и осторожно ступила на наклонную поверхность.
   Ничего не произошло. Девочку вздохнула, перешла на нее.
   И упала на колени.
   Неведомая сила как будто толкнула ее вперед.
   Маленькая эльфийка испуганно вскрикнула и замерла.
   Но ничего страшного не происходило.
   Тогда на поднялась. От увиденного у Лиоры закружилась голова и она всем весом оперлась на посох.
   Мир накренился.
   Теперь остров был ровным, а все болото наклонилось. Зрелище было зловещим и пугающим.
   Лиора переглотнула образовавшийся в горле комок, зажмурилась. Потихоньку открыла глаза. Все осталось прежним.
   - Ну ладно, пусть будет так, - попыталась она себя подбодрить.
   Но собственный голос показался ей тоненьким и неуверенным.
   - Пусть будет так! - громче и четче повторила она и выпрямилась.
   Стало гораздо лучше. Появилась спокойная решимость. А еще жгучее любопытство. Девочка повернулась спиной к неправильному болоту и зашагала к развалинам.
  
  
   "Я всегда знала, что менестрели приукрашивают. Но, вот так врать!.." - обиженно подумала эльфийка.
   "Величественны замок, башня из слоновой кости, магическая лестница".. на деле оказались грудой камней, из которой поднимались развалины не то древнего храма, не то сторожевой вышки.
   Лиора лазила по ним уже битый час, но не нашла ничего интересного. Только обломки гранитных блоков, густо обросшие назойливой болотной зеленью.
   - Может, хоть там что интересное найду? - вздохнула эльфийка, запрокинув голову глядя на возвышающуюся над ней похожую на обломанный гнилой зуб полуразрушенную башню.
   Лезть на нее было страшно. Эльфы давно уже перестали быть лесными жителями, шастающими по кронам высоченных деревьев. Девочке ни разу в жизни не приходилось подниматься на высоту больше нескольких саженей. И то это были пологие островки. Она просто не знала как это - карабкаться.
   Но любопытство было сильнее страха.
   Лиора вспомнила слова Сауниела и решила забраться на вершину по восточной стороне.
   Девочка уже привыкла к виду наклоненного болота, но все-таки ползать по камням с почти обратным наклоном относительно окружающего пейзажа было жутковато. А так, наоборот, казалось, что она взбирается по крутой, но вовсе не отвесной осыпи.
   На вершине башни была проломленная с одного края площадка. Под ней чернело заваленное упавшими камнями помещение.
   Но Лиора лишь мельком в него заглянула. Потому что вид, открывшийся сверху, был просто потрясающим! "Косое" болото простиралось во все стороны. Солнце как будто стало ярче, и освещало прикрытую пеленой низко стелющегося тумана бескрайнюю равнину. Казалось, что Лиора стоит над облаками.
   - Как красиво! - звонко воскликнула девочка.
   Раскинула руки в стороны и подалась вперед.
   - Я лечу!
   Она вообразила, что парит над этим бесконечным миром, свободно и бесстрашно.
   - Если горы вот такие, - в слух подумала эльфийка, - то я хочу туда! Хочу в них поселиться!
   Решимость продолжить путешествие укрепилась.
   Правда, даже с верхушки башни никаких гор не было видно и в помине. До них еще больше сотни верст по бурому болоту. По замерзающим по утрам топям. В одиночестве и вечном промозглом холоде.
   "Зато потом!.. Но сегодня я никуда не пойду!"
   День уже перевалил через середину и Лиора решила остаться на таинственном острове до утра.
  
  
   Перед тем, как спускаться вниз, Лиора решила все-таки посмотреть, что внутри башни.
   Благо, обвалившиеся камни образовали подобие гигантской лестницы, по которой девочка сползла в темноту рукотворной пещеры.
   Эльфийка постояла какое-то время, пока глаза привыкали к сумраку, и огляделась.
   Помещение было все завалено обломками гранита. И ничего интересного в нем не оказалось. Только у дальней стены, прислоненные к ней, стояли три ровных плиты с какими-то письменами.
   Лиора приблизилась к ним, провела рукой по шершавому камню, в котором были выдолблены знаки эльфийского алфавита.
   И пожалела, что не умеет читать.
   Эльфы народ прагматичный и не забивают себе голову ненужными знаниями. Кроме, разумеется, заучивания длиннейших родословных. Чтению обучаются только великие маги, вроде их учителя. Надо же как-то заучивать заклинания из древних магических фолиантов.
   До сих пор Лиора не задумывалась, хочет ли она тоже освоить грамоту. Но сейчас поняла, что да. Ей очень захотелось узнать, что же начертано на этих плитах.
   Девочка вглядывалась в них, как будто могла угадать, о чем рассказывает камень. Глупое занятие, если учесть, что чтению можно обучиться только с помощью специального ментального заклинания. Но маленькая эльфийка внезапно поймала себя на том, что старается запомнить очертания знаков. Конечно, это было невозможно, слишком их было много, так что девочка сконцентрировалась лишь на верхней части центральной стелы. Лиора вглядывалась в нее, потом зажмуривалась, пытаясь сохранить в памяти увиденное. И ей это удалось!
   "Теперь, если я найду кого-нибудь грамотного, то смогу нарисовать ему эти письмена! - обрадовалась Лиора. - И он их мне прочитает! Только, если я решила жить одна, то, как найду в диких горах Учителя? Вот, если бы я вернулась..."
   Девочка саму себя одернула. Предательская мысль о том, чтобы возвратиться домой уже не раз посещала ее. Все-таки Лиора была еще маленькая, ей было страшно так долго оставаться одной. Да и мама, с каждой верстой разделяющей их, казалась все более доброй и заботливой.
   Но пока что у девочки хватало силы воли держать себя в руках и идти дальше.
  
  
  

Глава 4. Крик

11.10.185 г.в.п.

Великое Болото. Восток Срединного удела

   Проснулась Лиора от холода и боли во всем теле. С тихим стоном села, потерла отлежанный бок. Спать на жестких камнях оказалось жутко неприятно по сравнению с мягкой травой на каком-нибудь обычном островке. К тому же гранит вытягивает тепло гораздо сильнее, чем земля.
   "И что, в горах так будет всегда? - с легкой паникой подумала девочка. - А еще учитель говорил, что в там холоднее, чем на болоте..."
   Лиора постаралась остановить предательские мысли об уютной хижине, где они жили с мамой, наваристом горячем супчике из свежепойманных пиявок. Даже о мамином ворчании, которое теперь казалось таким домашним.
   - Я решила, значит, должна идти дальше! - строго сказала сама себе маленькая эльфийка.
   Она встала, потянулась. И подошла к ближайшему краю островка.
   Болото в призрачном свете раннего утра было таинственным и красивым.
   Завитки и шапки тумана прикрывали темную воду и бурые кочки, создавая ощущение чего-то живого, дышащего. Правда, Лиора все еще не могла привыкнуть к тому, что весь мир наклонился. Казалось, что вот сейчас болото начнет сползать на восток как огромный студень.
   Чтобы избавиться от этого ощущения, девочка опустила взгляд. Край острова был ровный и четкий, как будто обрезанный ножом. А за ним, на глубине сажени в четыре, темнела серая жижа обширного бочага.
   Маленькая эльфийка с любопытством встала на четвереньки и заглянула за кромку, пытаясь осмотреть вертикальную стенку острова.
   Вдруг неведомая сила толкнула ее вправо. Рука подломилась, и Лиора, вскрикнув, полетела вниз.
   Удар оглушил девочку, грязь вязкой мерзко пахнущей кашей полезла в рот, залепила глаза. Лиора отчаянно забарахталась, пытаясь встать. Но ноги не нащупали дна. Девочка стерла с век грязь и огляделась. С ужасом она поняла, что угодила почти в центр круглой топи.
   На расстоянии вытянутой руки уходила вверх отвесная стена... такой же вязкой жижи. Ни корешка, ни веточки, чтобы схватиться и остановить медленное, но неотвратимое засасывание.
   Лиора инстинктивно замерла.
   За столетия жизни на болотах бывшие лесные обитатели накрепко усвоили правила поведения. И одно из них гласило:
   "Попал в топь - как можно меньше двигайся. Чем активнее будешь трепыхаться, тем быстрее уйдешь на дно. Успокойся и постарайся найти что-нибудь, за что можно уцепиться и выползти".
   Вот только сколько бы Лиора не вертела перепачканной головой, она не видела никакой спасительной зацепки.
   А топь все тянула ее в пучину.
   Вот скрылась под бурой тиной грудь, ушли в вязкую жижу плечи.
   Только вытянутая шея и голова торчали над гибельной ловушкой.
   Ужас сменился тоскливой безысходностью.
   Девочка тихо заплакала. Слезинки потекли, смывая грязь с лица.
   Чистые, прозрачные и бесполезные перед лицом безжалостной природы.
   Природы, которую можно пытаться покорить лишь магией.
   И что-то сдвинулось в сознании маленькой эльфийки. Она с трудом набрала в сжимаемую грязью грудь воздуха и заорала:
   - Грязус выпадалус!
   Всем своим существом представив чистую прозрачную воду. Такую, какую она никогда не видала за свою короткую жизнь.
  
  
   Лиора резко ушла вниз. Забилась, заизвивалась во внезапно ставшей податливой жидкости.
   И вынырнула из нее.
   Из целого маленького озерца чистой прозрачной воды.
   Девочка, как все эльфы, умела плавать. Пусть этот навык ей раньше и не был нужен, но то ли наследственная память, то ли что-то другое сработало, и Лиора вполне сносно держалась на поверхности и даже смогла улучшить момент и смыть с лица остатки грязи.
   А потом в несколько неуклюжих гребков подплыла к ближайшей кочке, уцепилась за жесткую пожухшую траву и выползла на относительно сухое место. Оглянулась на рукотворное озерко.
   По краям вода уже начала мутнеть, смешиваясь с окружающей грязью.
   "Я. Только что. Совершила. Волшебство, - вот так раздельно и четко промаршировали по мозгу четкие и громкие мысли. - Я волшебница?"
   Лиора не поверила самой себе.
   Может, это лишь один раз у нее получилось, случайно и от ужаса?
   Девочка глубоко вздохнула и вполголоса произнесла:
   - Капулюс появлянтус.
   И перед ее лицом образовалась капля. Если можно назвать каплей целую пинту чистой воды. Которая не замедлила упасть вниз, на колени Лиоры и утечь в озерцо.
   "Ух ты! - поразилась девочка. - Может, попробовать с вызовом огня? Что там мама говорит, когда колдует? Ой! Не стоит! А то вдруг я тут пожар устрою!"
   Девочка сама себя испугалась. Теперь ведь придется как-то жить с новой силой.
   - Надо научиться ей владеть, - с облегчением сообщила себе эльфийка, и продолжила с притворным сожалением: - Надо вернуться домой. В горах я ведь учителя не найду!
  
  
  

Глава 5. Искусство чтения

16.10.185 г.в.п.

Великое Болото. Восток Срединного удела

  
   Разумеется, Лиоре за побег из дома влетело по первое число.
   Нет, эльфы никогда не бьют своих детей. Но лучше бы лупили! Выдержать такое пренебрежительное призрение было куда как труднее. У девочки возникло желание тут же опять сбежать, и на этот раз никогда не возвращаться.
   Но она уловила за надменной маской своей матери легкую тень беспокойства и облегчения.
   Нет, скорей всего оно было не от возвращения непутевой дочери, а оттого, что теперь не придется из-за нее краснеть при встречах с соседями. То есть синеть. Вы ведь наверняка знаете, что кожа эльфов, испытывающих сильные эмоции, из бирюзовой становится голубой или даже бледно-синей.
   А когда Лиора продемонстрировала матери освоенное волшебство, разом очистив воду в целом котелке, то родительница даже слегка заулыбалась. И подозрительно легко согласилась заплатить учителю за навык чтения.
   - Куда же МОЕЙ будущей великой волшебнице без знания старинных заклинаний?! - проговорилась статная эльфийка.
   Лиора вздохнула. Она давно уже перестала надеяться на материнскую любовь. Та бывает только в сказках.
   Или у сказительниц. Наверное, мама Сауниела своего непутевого сына все-таки любит. Пусть не больше, чем саму себя и обожание слушателей. Но хоть немного.
   Но ни спросить, ни подсмотреть это Лиора уже не могла.
   Пока она гуляла по болотам, женщина-менестрель отправилась покорять своими балладами сердца соседнего удела. Разумеется, вместе с мужем и сыном.
   Лиора даже капельку расстроилась, что не смогла похвастаться открытыми в себе магическими способностями перед этим задавакой. Он, видите ли за пару месяцев освоил больше заклинаний, чем другие за год выучивают. Да еще как освоил! Наколдованные водяные шарики не раз прилетали в Рябоножку, а подол ее платья пару раз загорался.
   "Окатить бы его огромной водяной каплей!" - мечтала Лиора, пока возвращалась домой из своего похода.
   И каждый раз одергивала себя. Потому что от таких мыслей оставалось неприятное ощущение, как будто съела подгнившего тритона.
   Девочка оставалась все такой же уродиной, не умеющей ненавидеть и долго обижаться. Она даже своих прежних подружек моментально простила. И теперь те, как и все остальные учащиеся, так и липли к будущей Великой, греясь в лучах ее неминуемой славы.
   Жизнь как будто превратилась в праздник.
   Вот только Лиоре было неприятно, что доброжелательность окружающих лишь напускная. От этого восхищение становилась каким-то притворным и грязноватым. Так что маленькая эльфийка еще больше замкнулась. И именно это вызвало всеобщее понимание и уважение. Другие видели лишь оболочку, и принимали застенчивость за нормальное высокомерие.
  
  
   Но все это было не так уж и важно. Потому что Лиора со жгучим нетерпением ждала, когда ее научат читать.
   И этот день настал.
   Учителю пришлось долго готовиться к произнесению заклинания. Все-таки его магические силы были более чем скромными. Он два дня копил энергию, и наконец-то всю ее влил в девочку со словами длинного и запутанного заклятия.
   Лиора ощутила резкое головокружение и на несколько минут потеряла сознание.
   Очнувшись, она увидела прямо над собой усмехающееся лицо Учителя.
   - Видишь, какое сильное колдунство я к тебе применил?! - самодовольно спросил тот.
   - Я... уже научилась? - растерянно и с сомнением спросила девочка.
   - Вот сейчас и проверим! - учитель потер свои сморщенные ладони. - Давай, вставай, нечего разлеживаться!
   Лиора поспешно поднялась, чувствуя, что ее немного пошатывает, а ноги плохо держат.
   - Вот, прочитай! - Учитель, не обращая внимание на ее состояние, сунул под нос юной эльфийки толстый разлохмаченный том в потрескавшемся кожаном переплете.
   Девочка с трудом сфокусировала разбегающиеся глаза на завитках эльфийских знаков, и, неожиданно для самой себя, произнесла:
   - "Диерео баайка".
   Непонимающе уставилась на старого эльфа.
   - Правильно! - похвалил он малышку и пояснил: - На древне-эльфийском это означает: "Древо познания". Так, давай усложним урок!
   Он наугад раскрыл книгу и указал скрюченным подагрой пальцем на пергаментный лист.
   Там была нарисована какая-то птица, летящая распростерши крылья, и шел текст крупными округлыми буквами.
   Лиора прочитала:
   - "Клятий пуук до сквоозень"
   - Это означает: "Заклятие порыва ветра", - тут же перевел Учитель.
   - "Воопните "Кьярна", якоож чьяки тоолдичут" - это как?
   - "Крикните "Кьярна", подобно тому, как вопят чайки". Слово "Кьярна" - и есть заклинание. Читай дальше.
   - "Замерещите яку летаалку и пьару разоов покрутиите поуверху баашки лервою хвааталкою по солонью".
   - Ну тут просто: "Представьте себе эту птицу и дважды взмахните левой рукой по кругу, как солнце движется, над головой".
   - Это вот так? - невинно спросила девочка.
   Встала, вытянувшись в струночку, взмахнула над головой рукой и крикнула: "Кьярна" - пронзительно и с каким-то металлическим скрежетом.
   При этом Лиора представила себе большую белую птицу, почему-то с крошечной золотой короной на голове.
   Резкий, чуть ли не ураганный порыв ветра опрокинул и маленькую эльфийку, и учителя, и стол с лежащей на ней древней книгой.
  
  
  

Глава 6. Пророчество

17.10.185 г.в.п.

Великое Болото. Восток Срединного удела

  
   Конечно же, как только Лиора немножко подуспокоилась после обретения такого замечательного навыка, как чтение и открытия, что теперь она может и сама учиться магии по древним фолиантам, она вспомнила о таинственных стелах в башне наклоненного острова.
   Юная эльфийка постаралась как можно точнее накорябать сохраненные в памяти письмена на песке. И с удивлением поняла, что прекрасно все их помнит.
   Девочка пожалела, что не попыталась занести в свою на удивление хорошую память всё, что было начертано на старинных камнях. А так получился совсем небольшой фрагмент.
   Лиора сосредоточилась и по слогам, с запинками прочитала:
   "Выулуплятися в миире теми годинами человиеки и другие образины. Испужают усех. Тридецаати боошек, по диве на кажую шооблу. Всегаажди однофиглие и противние межу собою и мочиитися станут..."
   Девочка вздохнула, понимая, что одного лишь знания старинных букв недостаточно. Надо еще и древнеэльфийский язык выучить.
   Но тут Учитель заупрямился. Он заломил такую несусветную цену, что даже у мамы Лиоры не нашлось слов, чтобы выразить все негодование. Она лишь стояла, открывая и закрывая рот. А старик откровенно лыбился, наслаждаясь произведенным эффектом:
   - Нечего ей становиться слишком умной! - указал он корявым пальцем на Лиору, и с пафосом пояснил: - Когда все слишком легко дается, цена тому низка!
   - Идем отсюда! - мама крепко ухватила дочку за руку и потянула в сторону дома. Прошипела, когда они отошли на приличное расстояние: - Старый пень! Боится, что ты, когда выучишься, сама без него обойдешься!
   - Правда? - наивно спросила девочка, едва поспевающая за матерью.
   - Ну в кого ты такая? - с прорвавшейся горечью спросила та. - Разумеется, правда! Я бы и сама так поступила. Но ты не вздумай ему об этом сказать! Притворись и внимательно слушай. Запоминай все, чему он будет тебя учить. Потом вырастешь, и за все с ним расквитаешься!
   И эльфийка злобно ухмыльнулась.
   "А если я не хочу расквитываться?" - грустно подумала Лиора.
   Так или иначе, но таинственные письмена она Учителю не показала, и перевести их не попросила. К тому же это было лишь самое начало выбитого на камне пророчества. Девочка жгуче захотела прочитать его целиком. Взять бы с собой пергамент, добраться до острова, срисовать все, что начертано на трех стелах. А потом найти бы того, кто без вопросов и ухмылок переведет со старинного языка.
   Но для этого надо опять отправляться на восток. А осень постепенно переходила в зиму. Морозик теперь каждое утро сковывал поверхность непрочной, но острой на сколах ледяной коркой.
   И Лиора решила отложить поход на следующую весну, или, даже, лето.
  
  
   И она действительно совершила это путешествие. Почти месяц проскиталась по просторам парящего в недолгом зное болота.
   Но так и не нашла таинственный остров.
   Девочка настолько от этого расстроилась, что, вернувшись, стоически вытерпела мамины нравоучения и обещания посадить непутевую дочь на привязь.
   Как будто бы веревка могла остановить маленькую волшебницу! Она уже прекрасно управлялась с огнем, научившись при вызове его не устраивать пожара, а концентрировать в небольшой области. Так что пережечь путы - плевое дело.
   Наверное, мама это понимала. А еще она стала явно побаиваться свою дочь. И это обижало Лиору и еще сильнее отдаляло от родительницы. Другая эльфийская девочка наверняка бы озлобилась от такого, но для юной волшебницы это оставалось недосягаемым умением.
  

Оценка: 5.94*5  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  В.Кривонос "Магнитное цунами" (Научная фантастика) | | Р.Прокофьев "Игра Кота-6" (ЛитРПГ) | | А.Квин "У тебя есть я" (Научная фантастика) | | Р.Цуканов "Серый кукловод" (Боевая фантастика) | | М.Атаманов "Искажающие реальность" (Боевая фантастика) | | Б.Толорайя "Чума" (ЛитРПГ) | | В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда" (Боевик) | | А.Мичи "Академия Трёх Сил" (Любовное фэнтези) | | В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа" (Боевик) | | А.Каменистый "Существование" (Боевая фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"