# Непримиримые

Александра Сергеевна Ермакова

Черновик!!! Главы до 26 включительно! Что делать, если ты - гадкий утёнок? Что делать, если при этом умна, упряма и целеустремлена? Правильно! Жить, несмотря ни на что! К тому же, гадкие утята имеют тенденцию превращаться в прекрасных лебедей! Что делать, если соседи становятся виновниками разлада в твоей семье? Что если мама навязывает дружбу с девчонкой, которая настоящая дурнушка? Правильно! Максимально усложнить жизнь соседке. Между нами соперничество и лишь несколько шагов отделяют от откровенной вражды... Или любви? Уступить - не значит проиграть! Роман только в процессе написания. С радостью приму помощь в редактировании. Комментарии помогают Музу творить дальше.

Умение общаться и не принимать в штыки каждую реплику, брошенную в лицо или в спину - величайшая способность, а умение прощать - дар, которым, к сожалению, обладают редкие.

Возможно, не самая умная, но мысль автора...

Часть первая

(10 лет назад)

## Глава 1


Ирина

Неприязнь возникает либо с первого взгляда, либо после обиды на человека. Взрослые могут себя контролировать, терпеть, найти компромисс, но дети... Они не будут любезничать с тем, кто им не нравится. Они жестоки и порой бессердечны. Поэтому самыми ранними и страшными институтами воспитания личности являются сад и школа. Да, именно они. Детские обиды оседают глубоко в сознании и оставляют отпечаток до конца жизни. Психологические травмы, нанесённые в этом возрасте, как правило, и становятся причинами трагедий и конфликтов личностей. Этого не избежать, ведь мы все разные, а живём в социуме.

Вот только если детсадовские ссоры, споры и обиды случаются потому, что не все дети умеют делиться, или ещё не научились бытовать в коллективе, то школьные - куда страшнее и безжалостнее, ведь дети закрепляют умения быть хитрыми, подлыми, коварными, циничными. А если ещё при этом они сбиваются в группы, то такая стая может уничтожить не одну детскую душу.

Вот так и я, приехав в пригород Петербурга с родителями, подверглась нападкам со стороны ребят, когда едва исполнилось десять лет. По крайней мере, это стало одним из самых ярких и жутких воспоминаний детства, которое легло в основу моего нового мира и устремлений.

Жизнь поменялась в одночасье, и привычное осталось в родном городе. Теперь всё было чуждое и новое.

В Олонце мама прошла первый курс химиотерапии, но потом ей рекомендовали клинику в Санкт-Петербурге. Моя семья могла бы снимать жильё, доходы отца позволяли даже купить недвижимость, но у бабушки и дедушки был домик в районе частных новостроек, где остановиться и решили, ведь сбережения могли пригодиться...

Мама, как только врачи дали добро, сразу же начала проходить второй курс лечения, и поэтому все прибывали в угнетённом состоянии, несмотря на попытки трудности переносить стойко. Отец вовсю поддерживал маму, а мне хоть и было десять, но уже чётко понимала хрупкость жизни и крепость верного плеча. Изо дня в день смотрела, как угасает некогда красивая и весёлая мать и как по вечерам, отец, будучи уверенным, что все спят, один на кухне тихо рыдал и взывал к богу и его милости.

Несправедливость... Её познала сполна, ведь потерять родного человека, который с рождения оберегал и дарил любовь, было нестерпимо больно.

За что?!

Часто себе задавала этот вопрос. Ответа так и не находила, и только страх потерять и отца не позволял отдалиться от семьи.

Любовь... Остро ощущала нежность папы по отношению к матери, а ещё нехватку внимания, которым раньше баловали родственники. Нет, меня продолжали любить, только сейчас всё внимание было обращено к маме, и на единственного ребёнка времени уже не хватало, поэтому была предоставлена сама себе.

Стойкость характера... Я верила до последнего, что семье это поможет, но, увы, уже через пару месяцев после переезда в загородный дом бабушки и дедушки и борьбы за жизнь, родители проиграли. Мама умерла тихо. Ночью. А когда я проснулась, папа с бледным, осунувшимся лицом сообщил, что мамы больше нет.

Отправил в школу, а сам занялся делами.

Школа...

В классе я до сих пор считалась новенькой, и поэтому подруг ещё не завела. Я и до Питера не особо славилась общительностью, а теперь так и вообще забилась в кокон. Лишь поглядывала со стороны, как другие на переменках дурачатся, и молча завидовала мальчишкам и девчонкам, которые веселились, не задумываясь над превратностями судьбы.

Правда, некоторых ребят уже знала в лицо. Они жили, как и я, в районе частных домов. Их видела часто, но они не стремились со мной заговорить. Даже скорее иногда одаривали снисходительными, а порой брезгливыми взглядами.

Я честно не понимала почему.

Один мальчик особенно мозолил глаза. Нет, не специально. Он жил по соседству, поэтому его встречала чаще других. Белобрысый, прямоносый, долговязый, с необычными пасмурно-серыми глазами в обрамлении светлых ресниц. Вначале он показался милым, забавным и очень интересным.

Окна моей спальни выходили на окна его комнаты, которая располагалась на втором этаже. Я не хотела, но иногда подсматривала, как он читал, бросал маленький мячик в стенку или слушал музыку, лёжа на постели.

К нему часто друзья приходили. Между домами была оборудована незаурядная спортивная площадка, где они и играли, катались на скейтах, роликах, танцевали под музыку. Мир мальчика казался глубже, шире и полней. Настоящим, живым, ярким.

Игнат, а его звали именно так, был таким талантливым, красивым, общительным, что прониклась к нему симпатией и втайне стала мечтать о знакомстве.

Я не особо вдавалась в личную жизнь мальчика, но как поняла по разговорам и по обрывкам фраз, отец Игната и его мать постоянно ругались и были на грани развода. Миловидная блондинка с безумно красивыми глазами того же серого цвета, что и у сына, только в обрамлении бархатных чёрных ресниц. Она всегда была улыбчива, обходительна, вежлива, учтива. Часто намекала, что если мне не с кем общаться, можно обратиться к Игнату. Он старше всего на пару лет. Разница небольшая. Может, найдутся общие интересы...

Она не напрашивалась в подруги к родителям, но когда случилось горе, первая из округи, кто сразу же предложил свою помощь. Папа и бабушка с дедушкой были в какой-то прострации и, поэтому не отказались.

Пока устраивали похороны, Амалия Юрьевна - так звали соседку - не раз повторяла: 'Малышка, ты такая сильная девочка, но тебе необязательно сидеть дома. Жизнь продолжается. Вон Игнат с ребятами гуляет. Пошла бы к ним...'.

Однажды, когда остро ощутила себя лишней и совершенно одинокой, и было нестерпимо плохо дома, я вышла на улицу. Некоторое время качалась на качелях, которые были установлены во дворе, а когда услышала мальчишечьи смешки и девичьи хихиканья, пошла на голоса. Выглянула из-за угла дома и сразу же увидела ребят. Парни и девчата слушали музыку и болтали, раз за разом разражаясь смехом. Возраста они были примерно одного, но, однозначно, старше меня. Из моей школы и почти все из параллели Игната.

Решительно глотнула воздуха и зашагала к ним. Земельные участки обоих домов были окружены высокими металлическими заборами, а внутренняя разделительная часть между невысоким, сетчатым, поэтому остановилась напротив ребят, но на своей придомовой территории, возле дерева.

Смотрела на мальчишек и девчонок, не зная с чего начать разговор, но так как впервые в жизни ощутила необходимость быть с кем-то, всё же раскрыла рот:

- Привет, - подала голос, но никто не ответил. Ребята продолжали заниматься своими делами и даже не обратили на меня внимание. - Привет, - повторила чуть громче, и сердечко пропустило удар, когда Игнат первым метнул удивлённый взгляд.

Тотчас пронзило от глубины глаз мальчика. Никогда в жизни не видела ничего более красивого и гипнотического. Слова застряли в горле, поэтому затравленно выдавила улыбку.

- Тебе чего? - кивнул он, совершенно не излучая радости от общения, и даже с некоторой брезгливостью.

Я растерялась и только сейчас поняла, что все ребята перестали болтать и обернулись. По коже тотчас пробежались щекотливые мурашки, а грудь сдавило от волнения.

- А можно мне с вами поиграть? - промямлила, уже понимая, что секундная храбрость испаряется. - Мне скучно.

- Мы что, клоуны? - нахмурился парень, и его друзья рвано хохотнули.

- Нет, - засмущалась. - Я бы тоже хотела научиться, как и вы... кататься и прыгать... - это уже добавила шепотом, потому что стало совсем неудобно и до гусиной кожи страшно.

На некоторое время повисло молчание, ребята в недоумении переглядывались. Девчата неприятно хихикнули, а Игнат скривился:

- Куда тебе прыгать? Ты книжный червь! Землю расколоть хочешь в лабораторных целях?

- Нет, - опешила и заломила руки. - Но я буду очень стараться делать, как и вы...

- Нет! - отрезал так хлёстко, что мне словно под дых дали, и даже онемела от неожиданности. - Вали отсюда, Королёк... - мальчик отвернулся, всем видом показывая, что разговор окончен.

Ребята неприкрыто захохотали, а одна из девочек озадачилась:

- Почему Королёк? Я бы хомячком назвала...

- Да у неё фамилия Королькова, - отмахнулся Игнат. - Ах-ах, но ты права, - разразился смехом, - Хомячкова было бы вернее. Прикинь, хомяк по стене ползёт, или сальто крутит?

- Ну или хотя бы было более в тему, - колко подметила другая девочка. - Гадкий утёнок...

Вот теперь уже ребята откровенно ржали. Тот жуткий гогот пронзил в самое сердце. Хрупкий мир треснул на миллионы кусков и обрушился с оглушающим звоном.

От обиды стиснула кулаки и зубы. Я никогда никого не оскорбляла, почему же со мной так несправедливы? Едкие слёзы набежали на глаза. Смахнула их тыльной стороной ладони и бросилась к себе в дом. Никто из родственников не заметил моей боли и рыданий. Ворвалась в комнату, захлопнула дверь и прижалась к ней спиной. Скатилась на пол и долго плакала в одиночестве.

Когда слёзы иссякли, а глаза едва открылись оттого, что опухли, встала. Подошла к зеркалу во всю дверцу шкафа, сейчас занавешенное простынею. Сдернула ткань и уставилась на себя.

На меня смотрела невысокая и зарёванная девочка.

Хомячок?.. Я?..

Ну да, другие девочки тоньше и изящнее, но раньше такое не бросалось в глаза. Странно, почему-то до сего дня, не задумывалась над своей полнотой, да и никто из родственников не говорил об этом. Меня любили такой, какая была, и всегда называли красавицей, умницей. Папа - принцессой... Самой лучшей на свете. 'Ты у меня талантище, моя принцесса. Главное, пока о мальчишках не думай. Пустое это, да и отвлекать будут. Только знания. Остальное будет. Потом. Со временем!'

Я верила ему и другим родным.

Что ж это получается, я жирная уродина, с которой никто не хочет дружить?

Гадкий утёнок?

Хомяк?..

Пристально разглядывала себя, и чем дольше прожигала в отражении дыры, тем ярче ощущала приливающую силу и жажду доказать, что я не хомячок!

Игнат

Неприязнь возникает резко, пробирается в душу глубоко, приживается быстро, отравляет ядом медленно, а избавиться от неё практически невозможно. Для того, чтобы вызвать неприязнь необязательно что-то сделать собственноручно, можно стать и невольной причиной.

Подобное ощутил, когда мне исполнилось двенадцать. Всё вроде было как обычно. Школа, друзья, девчонки, новые увлечения: скейт, велосипед, ролики, паркур... пусть и в дилетантском исполнении. Уже присмотрел несколько площадок, куда хотел ходить, чтобы отточить мастерство. И тут на тебе, к соседям приехали родственники. Муж, жена и их малолетняя пухлая доченька.

Мне бы до них и дела не было, но от их приезда пострадала моя семья. Мама... слишком прониклась проблемами соседей. Стала такой сочувствующей, что всё время только и говорила, как им трудно приходится. 'Бедная Светлана Григорьевна. Как ей больно. Несчастный Сергей Николаевич. Так страдает... А их доченька. Мужественно переносит тягости, не плачет и не капризничает. Настоящая маленькая леди. Вот бы за ней присмотрел! В школе бы помогал. Не давал в обиду. Да и в компанию бы взял. Её семья сейчас трудные времена переживает: у Светланы Григорьевны рак, Сергей Николаевич работает, за супругой ухаживает, бабушка и дедушка тоже. Вот они и заняты хлопотами, а девочка одна в чужом городе и школе'.

Мама совсем соображать здраво перестала! Куда толстуху мелкую с собой возьму? Компания крутая - мы спортом занимаемся. А она что делать будет?

Пытался воззвать к рассудку мамы, но она настаивала, и меня всё больше это злило. Вскоре уже стал ненавидеть девчонку заочно, пусть даже не были знакомы и она ко мне не приближалась. Жила в своём замкнутом мирочке книг и знаний и, по сути, в школе ни с кем не общалась. Эдакий книжный червь. Заучка от кончиков волос и до пят, не умеющая ничего кроме, как поглощать тоннами знания. Это конечно неплохо, я и сам любил учиться, но смотрел дальше и шире, и потому мои увлечения были гораздо богаче. Друзья шутили, что если бы не был увлечённым спортсменом, то с полной уверенностью заслужил бы звание - главный ботан школы. Ну да, даются мне точные науки, книги глотаю быстро, инфа оседает и большая часть легко усваивается.

Но голову не терял от знаний, наоборот, развивал себя во всём, что нравилось и интересовало. Вот только мир рухнул в тот момент, когда мама, после очередного скандала с отцом, объявила, что они разводятся. Это случилось аккурат, когда мать девчонки умерла. Моя слишком увлеклась состраданием и помощью в организации похорон и т.п.

А когда жуткая новость прогремела, меня словно почвы под ногами лишили. Родители и раньше ругались, вплоть до битья посуды, проломленных дверей, вмятин в стенах. О разводе говорили, но в этот раз понял, что мама настроена решительно.

Отец горячо любил маму, жутко ревновал, любое внимание на сторону воспринимал как измену и предательство, реагировал остро и бурно. Хотя сам не был святым - я догадывался о изменах и загулах... Ну да, неправедный батя, они ведь разными бывают. Мама знала за кого выходила. Они с молодости вместе, точнее, со школьной скамьи. Отец тогда был одним из самых крутых парней в школе. Чёрный пояс по кикбоксингу - это тебе не шутки. Он гонял всех и все о нём знали.

Да и после свадьбы батя, по сути, только тем и зарабатывал, что участвовал в подпольных боях. Правда побеждал не так часто - молодое поколение быстро подтягивалось, но в своих кругах был знаменитой личностью. Громкие вечеринки, море выпивки, куча доступных телок... Сложно устоять, а так как батя был в этом слаб... вот и случалось. Но он любил! Любил сильно и без памяти. Клялся, что больше никогда, молил простить, уверял, что жить не сможет. Мама всегда терпела, прощала...

Она привыкла так жить, найдя успокоение в работе, - в написании книг и весьма успешно, - но иногда не выдерживала. Она ведь тоже его любила. По крайне мере, я был в этом уверен.

А с приездом соседей всё изменилось. Его очередной загул восприняла в штыки. Устало выдохнула, что больше не желает продолжать смехотворную совместную жизнь и попросила уйти.

Я навсегда запомнил кровавую стену в зале, о которую батя кулаки разбил, пока пытался докричаться до матери и заставить его выслушать. Она не ответила на вспышку, ровно отчеканив:

- Если хоть немного нас любишь - уйди. Дай жить, и сам живи... - Поставила в прихожей его сумку, куда запихала скудный отцовский гардероб, на который он никогда не обращал внимания и добавила: - Остальное забери потом, когда остынешь и обдумаешь мою просьбу.

Развернулась и скрылась в кабинете, где с утра до вечера корпела над очередным романом.

Отец ещё некоторое время горячился, мол, знал в ком проблема и знал, что с этим делать, а потом пригрозил: 'Соседа вслед за женой оправлю на тот свет'.

Я сидел в своей комнате на втором этаже и испуганно слушал ругань бати и его угрозы. Вздрагивал от каждого удара кулаков и ног, и вместе с ними каждое слово впечатывалось в мою голову. Я верил ему и его боли. Уже тогда понял, что кровно ненавижу всю семейку соседей, которая принесла столько горя моей семье!

Отец ушёл, громко лопнув дверью. Мама на удивление быстро пришла в себя. Уже на следующее утро улыбалась и была мила. И только незначительная фраза, брошенная как бы между прочим: 'Иришке сейчас тяжело, взял бы над ней опеку. Знаю, ты хороший парень', - заставила утвердиться в мысли, что девчонке жизни не дам!

Я был в такой ярости, что чуть сам в стену кулаком не врезал. Семья рухнула, а мать о соседской девчонке волнуется?!

Ненависть возросла на новый уровень, единственное, что спасало толстого Королька от смерти - она благоразумно не подходила ко мне и моей компании. Играла одна, в школе бродила затравленным птенцом.

Я не был уверен, что выдержу, осмелься толстуха на подобную глупость.

Она осмелилась! Робко, тихо, с надеждой во взгляде и мольбой в голосе. Невинный ягнёнок, чтоб её...

Вспыхнувшая злоба угасла быстро - слишком мелка и ничтожна жертва. Её раздавить - раз плюнуть. Не буду её уничтожать... пока. Рано! Пусть сил наберётся, а потом побольнее ужалю!

Ей повезло, я был снисходителен. Друзья тоже.

Она убежала к себе, и с тех пор крайне редко попадалась на глаза.

Умная девчонка - пусть пока живёт!

Вроде я даже немного успокоился, но очередным ударом стала смерть отца. Глупая, безответственная и так громко кричащая о его горе и боли. Отец был пьян, как обычно после очередного боя. Машина. Скорость. Травма головы во время боя, и ведь он отказался от медицинской помощи.

Специально... Он мечтал о смерти!

Врачи констатировали кровоизлияние в мозг.

Чёрт! Я ведь до последнего надеялся, что родители помирятся.

Обида, злость, негодование бурлили, но я не похож на отца. Уже тогда решил, забиваться в кокон отчаянья не буду. Мордобоями не займусь. Я другой. Умею веселиться, люблю общаться, держусь за приятелей и умею дружить. Правда сердце порядком очерствело, потому его никому не отдам на растерзание. Спорт выберу нейтральный, точно не кикбоксинг, но такой, чтобы адреналин шкалил, а девчонки... пусть они из-за меня умирают, чем я из-за них!

К тому же есть голова на плечах. Не глуп, сдержан, да и цену себе знаю!

## Глава 2


7 лет назад

Ирина

Три года в школе, где тебя если не гнобят, то игнорируют, тянулись как резина. Я не умирала от одиночества, но иногда хотелось стать как все. Поэтому старательно шла к тому, чтобы слиться с серой массой. И надо сказать кое-чего добилась. Неброская, похудевшая... Мне удалось. Как-то резко подтянулась и теперь уже клички, которыми закидывали после прихода в школу оскудели. А ведь ребята жестоки в мире подросткового цинизма, поэтому безжалостно клевали каждого, кто априори был слабее и беззащитнее их.

Так что теперь лишь некоторые особи, желающие выглядеть более значимо за чужой счёт, допекали меня, правда, их арсенал погонял сводился к одной: 'Королёк'.

Игнат. Парень практически не замечал, а если и удостаивал вниманием, то либо одаривал брезгливо-презрительным взглядом, либо жалил словом.

- Хм, корольки вроде теплолюбивые птицы. Так что же ты, чудо деревенское, тут с нами зимуешь?! - Но так... как бы мимоходом, всем видом показывая, насколько равнодушен и плевать хотел, живу я на белом свете или нет. Хотя догадывалась, он и его друзья были виновниками всех обидных прозвищ, которыми меня щедро осыпали в школе. Да и сплетня, что, мол, мой отец дочурку бросил на попечение бабки с дедом, а сам свою жизнь устраивал, скорее всего тоже исходило от Игната. Вот только никто не хотел вникать, что и почему вышло. Папа не бросал. У него многомиллионные проекты, а отрывать меня от школы не хотел. На общем собрании семьи и было решено, что пока поживу с бабулей и дедулей, а папа по возможности будет на связи и приезжать. Только для меня прозвенит последний звонок, он заберёт.

Так и было - звонил, писал, навещал...

Вот только Игнат на это плевать хотел!

Я так и не могла понять, чем не угодила. Нет, я не мечтала о нём, и уж тем более о его любви, но жутко пасовала, когда сталкивалась.

За что? Что сделала такого, что он так со мной? Лучше бы вообще, не замечал, как многих других.

Хотя, может, дело бы в том, что посмела вторгнуться в его мир увлечений?

Химия и биология. Так уж получилось, что именно к этим предметам у меня особая тяга. Видимо, наследственное. Отец довольно успешный учёный в этой области. Его разработки пользуются спросом, и многие проекты получают гранты и патенты. Я тоже мечтаю пойти по его стопам. И для этого делаю немало. Учусь, учусь, учусь...

Мне не до гулянок и не до парней, уж тем более.

Так что - это единственная причина, почему Игнат меня возненавидел. Ведь с моим появлением, его значимость и награды на различных олимпиадах и конкурсах уменьшились. Уменьшились ровно настолько, насколько стала их завоёвывать я.

Вероятно, был зол, что посмела вклиниться в его мир и нагло занять свою нишу!

В остальном, была ему не соперник. Серая, незаметная, молчаливая одиночка.

А Игнат - популярный парень в школе. К своим пятнадцати заслужил славу умника-задиры даже среди старшеклассников. Уникум! В кои времена отличник был звездой школы? Вот! Обычно заучки - забитые ботаны, избегающие компаний, а Селивёрстов... был всегда в центре внимания, веселья не пропускал. Его знали педагоги и ученики. Спортсмен, один из главных интеллектуалов школы, кто не раз побеждал в олимпиадах и соревнованиях. При этом не уступал главным драчунам и повесам пальму первенства. Даже не знаю, когда успевал. Человек не мог быть настолько совершенен... Но глядя на достижения Игната сомневаться в обратно не приходилось. Он был хорош во всём, за что бы ни брался. Не удивительно, что девчонки пускали по нему слюни и не давали прохода. Красив, популярен, талантлив, а что ещё - разборчив и жутко непостоянен. Да и куда... в его-то возрасте?!

Игнат - притягателен, коварен и опасен как огонь, а девчата, точно бабочки, боящиеся опалиться, но которых всё же манит пламя, бросались на парня. И он не жалел: ни сердец, ни репутации.

Я могла только порадоваться, что не испытывала к Селивёрстову нежных чувств, а то бы возненавидела этот мир сильнее, ведь подобное издевательство было выше моих сил.

***

В тринадцать один случай стал решающим моментом, определившим, чего хочу для души.

Прижав к груди журнал класса и стараясь не привлекать внимания, я спускалась по лестнице, направляясь в спортзал, где должен был проходить следующий урок.

Школа гудела, шумела и, конечно же, по ступеням туда-сюда носились ученики, которых нет-нет да и пытались остановить проходившие мимо педагоги. Но застопорить стадо беснующейся ребятни сложно, поэтому я спокойно шла, не обращая внимания на толкающихся мальчишек и девчонок. По сторонам не смотрела, да и зачем?! Мне бы добраться быстрее до кабинета, переодеться к уроку и мужественно отстоять сорок пять минут.

- О, смотрите. - Слышу голос одноклассника, чуть выше по лестнице. Я как раз миновала второй этаж, и уже было, шагнула на ступень ниже. - Королёк летит!

Иду дальше, игнорируя выпады Гришки Рыжова.

- Слышь, убогость, журнал отдай, - угрожает парень.

Прибавила скорости, как вдруг меня дёрнуло так, будто встретила таран и отлетела назад - парень, пытаясь остановить, ухватился за лямку рюкзака. Это было так неожиданно и резко, что я не удержалась на ногах. Ткань треснула, а я, не устояв, ухнула как дитя задницей на пол. От боли скривилась. Подняла глаза и увидела, что Гришка лыбился во все тридцать два зуба.

Самое обидное, что этот гад мог бы меня подхватить, ну или смягчить позорное падение, но он не стал. Впрочем, как и его приятели: Серёга и Генка. Они дружно отступили и любовались, как я с размаху плюхнулась на пол.

- О, ты ещё на крыло не встала? - откровенно ржали одноклассники. - Тогда лучше в гнезде сидеть и не высовываться!

Было жутко больно, стыдно, а ещё обидно. У меня, у растерявшейся, пытающейся прийти в себя, выдрали из рук журнал и бегом помчались по второму этажу. Они давно хотели до него добраться, чтобы, так сказать, 'подправить' пару недоразумений по нескольким предметам.

Я проводила их глазами и тотчас наткнулась на холодный взгляд Игната и, насмешливые его друзей. Парни явно видели, что случилось, и теперь не скрывали своего отношения к моему позору.

Я, скрипя зубами и мечтая провалиться сквозь землю, попыталась встать, но зад болел сильно, да и ногу, видимо, подвернула, поэтому уже в следующий миг опять скривилась и осела на пол.

Девчонки, которые были в компании Игната, сразу же захихикали.

- О, зад у Королька стал таким тяжёлым, что она его и поднять не может. - Это едко вставила Верка Линяева из восьмого класса, новая девушка Игната. Она с недавних пор на меня зуб точила из-за того, что физрук в школьную команду по волейболу записал и меня. Мол, подтянулась, рост хороший, а координация придёт со временем. Вот только не очень у меня выходило по мячику попадать. Девчонки смелись, и никто не желал оказать помощь или поддержать. Верка была капитаном и очень хорошим игроком. Признаться, завидовала её грации, скорости, лёгкости и силе. У меня ничего не получалось, а она... Ясное дело, её раздражало, что такого нерадивого игрока придётся тянуть за собой. Она в раздевалке часто выговаривала другим, но явно для моих ушей, что лучше бы я удавилась собственноручно, чем на играх подвела её команду. Что таким ботанам место в лаборатории, и то в качестве подопытной крысы.

Её подружки-хвостики тотчас подхватили шутку и подло засмеялись:

- То-то на тренировке она и пяти сантиметров подпрыгнуть не может.

- С таким якорем трудно двигаться...

Я уже хотела сквозь землю провалиться. Краска жгла лицо.

- Игнат, - бросила Вера парню, который собирался уже отвернуться, - видел, Королёк новый манёвр отрабатывает - полёт задом!

- Ну, у неё он хотя бы есть, - сухо резюмировал Игнат, чем озадачил не только меня, но и своих друзей.

- Что? - возмутилась Верка. - Совсем одурел? У меня модельная фигура, ни грамма жира, идеальные формы! - Так как парень вскинул удивлённо брови, девчонка выплюнула зло: - Латиноамериканские булки а-ля Дженнифер Лопес не в моде... Жуть такая...

- Это на любителя, - пожал плечами Игнат и скрылся в дверном проёме крыла второго этажа.

Верка проводила его выпученными глазами, и только парня не стало видно, обернулась ко мне:

- Вставай, коза, - испепеляла взглядом, - и не дай бог, на тренировке летать корольком не будешь, я тебе крылья вмиг обломаю...

- Это что за угрозы?! - раздался голос Виталия Семёновича, директора школы. Он поднимался с первого этажа и стал невольным свидетелем.

Мужчина поднялся на наш проём и, окинув собравшуюся компанию взглядом, повторил:

- Что за угрозы? Это кто и кому собрался крылья обламывать?

- Да что вы, - сразу залепетала Верка с раскрасневшимся лицом, - это я так пытаюсь боевой дух нашего Королька поднять. А то у неё ни черта, тьфу ты, ничего не получается на тренировках. Мы уже и по-хорошему пробовали. А это новый метод, от обратного, - частила, хотя всем было понятно, что лгала, не моргнув глазом.

- Линяева, после уроков в кабинет директора, - отрезал Виталий Семёнович. Протянул мне руку, и только оказалась на ногах, добавил: - Королькова, пора бы тебе уже обрасти шипами, да научиться за себя стоять, а то ведь так трудно жить. Быть умной - замечательно, но в нашем мире этого маловато. Первым делом научись выживать!

- Ага, - уставилась в пол и нервно кивнула.

Уже в раздевалке выяснилось, что Гришку домой отпустили, у него синяк под глазом красовался. Парень отрицал, что подрался, сославшись на падение. Его приятели молчаливо стояли и тоже не выдали истинного происхождения фингала.

Девчата щебетали, что Гришка с кем-то из старшиков зацепился. Гонор у парня ого-ого, да вот силёнок ответить за свой язык маловато оказалось. При этом шушукались, да на меня посматривали. Особенно недовольной была Верка.

Я жалела парня, даже несмотря на его поступок. Хотя, в глубине души немного радовалась - это кара за издёвки надо мной.

После уроков пришлось остаться на тренировку по волейболу, где опять столкнулась с Верой. Она одарила столь уничижающим взглядом, что я поняла - мне не жить. Вероятно, дело было в вызове к директору.

Уже в зале подстерегал новый удар - намечалась не тренировка, а дружеская встреча с командой по волейболу парней нашей школы. Как говорил физрук Андрей Викторович: 'Никогда не помешает провести спарринг с тем, кто сильнее, чтобы видеть, к чему надо стремиться'.

Это была игра в одни ворота. Прямое избиение, ведь парни владели мячом великолепно, и даже наставления тренера, что ребятам нападать можно лишь со второй линии, а правшам с первой, но только левой рукой, не спасло нашего положения.

По обычаю я запиналась. Не могла попасть по мячу, а он, как назло, меня находил, даже если стояла за пределами поляны или пыталась увернуться. Игнат был во всей красе, и словно специально бил в меня, да посильнее. Видимо, Верка нажаловалась, вот он и мстил.

А я... я слабое звено.

Вот и пролетала партия за партией. Пацаны откровенно скучали, развлекались обыгрыванием различных комбинаций и точечными попаданиями в Королька, где бы я ни была. Вера злилась, и пыталась подтянуть команду, чтобы хоть пару раз дать соперникам отпор. Не тут-то было. Игроки сыпались друг за другом и не могли поднять ни одного мяча.

Я была хуже всех. После падения на лестнице и так лодыжка болела, я молча терпела, но когда очередной удар Игната пришёлся в ляжку, и то, чуть отвернулась, чтобы избежать прямого попадания, аж нога отнялась, как было больно. Упала навзничь, тихо взвыв от злости, беспомощности и унижения. Парень не ржал, как остальные, но его холодный взгляд был красноречивее слов - он специально вымерял.

Тренер, наконец, сжалился надо мной и посадил на скамейку запасных. Пока, стиснув зубы, растирала ушибленное место, продумывала, что скажу Василию Петровичу, лишь бы он больше не мучил и позволил отказаться от секции. Самым веским и достоверным доводом была правда: я не могу играть, не моё это... Даже подготовилась к нападкам своей команды, к уничтожению капитаном, но, на удивление, когда упрёки девчонок посыпались со всех сторон, за меня вступилась Ксения. Одноклассница. Красотка 'от' и 'до', номер два в команде.

- Что к ней пристали?! - подбоченилась Ксения. - Никто из вас лучше не смотрелся. - Даже ты, Верка. Что смогла сделать? Пас давали. Так ты даже блок обвести не могла толком. Так что умолкли все. Лучше бы помогли Корольковой подтянуться. Позанимались бы с ней.

- Вот и позанимайся, - кивнула Верка с издёвкой. - Не её это дело по площадке бегать да прыгать у сетки. Пусть лучше в лаборатории своей запрётся, да отравиться каким-нибудь химикатом.

- А вот и позанимаюсь, - отрезала Ксения. - Она вам ещё покажет, как надо играть, правда, Ир? - перевела на меня вопрошающий взгляд. Но я и слова не могла произнести от шока и удивления. К тому же это было так редко, когда называли мои именем, без приставок и насмешек. - Что молчишь? - допытывалась Ксения, похлопав ресницами.

- Ага, - я нервно кивнула и облизнула губы.

- Пошли в зал! - скомандовала девушка. Я как овца, которую ведут на убой, поплелась вон из раздевалки. - Викторович обалдеет, увидев тебя на дополнительной тренировке, - тихо хохотнула, когда мы уже шли по коридору в направлении зала. - А завтра, если будет хорошая погода, мяч возьму да к тебе домой загляну. Адрес главное напиши.

- Ага, - опять кинула я, всё ещё не веря услышанному.

Дополнительное время прошло гораздо эффективнее предыдущих нескольких месяцев обучения волейболу. Ксю терпеливо показывала правильные стойки при приёмах как сверху, так и снизу. Закатывала глаза, когда мои корявые пальцы не желали аккуратно обхватывать мяч, а втыкались в него. Отпускала пошленькие шуточки по поводу моего зада и ног, но без зла, за что я была на неё не в обиде. Заставляла делать странные передвижения по залу: то ёлочкой, то приставным, то спиной. Я послушно выполняла задания и вскоре Ксения объявила, великодушно махнув на выход:

- На сегодня хватит. Я убедилась, что ты не потеряна для спорта. Главное - стараться, а стальным поменьше на тебя орать. Слушай, а что с ногой-то? Я поздно заметила, что прихрамываешь...

- Да, - неопределённо мотнула головой. - Упала... Немного побаливает.

- И ты терпишь всё это время? - изумилась Ксения. - Чокнутая. А вдруг вывих? Или не дай бог, связки порваны или нога сломана?!

- Нет, слегка побаливает. Терпимо, - принялась оправдываться. - Лёд приложу, всё пройдёт.

- Будем надеяться, - резюмировала Ксю. - Ладно, потопали. Домой уже охота.

Выходили мы тоже вдвоём. Ксения подождала, и впервые за три года, я шла из школы не одна. О подруге не мечтала, и даже боялась сглазить, вдруг очередная шутка и Ксения сейчас рассмеётся: мол, что, поверила? Вот дура!.. Но девушка шагала рядом, болтала, словно мы с ней подруги и сейчас, как обычно идём вместе. Я плохо понимала суть разговора, потому что в основном это было о парнях, шмотках, косметике... Но чтобы не выглядеть невеждой, коротко кивала и иногда бросала в ответ односложную реплику.

На улице мы столкнулись с парнями из команды. Они, как оказалось, не очень спешили разойтись. Игнат с приятелями на скейтах уже гоняли по территории школы. У нас для этих развлечений была оборудована классная площадка и, поэтому я чуть не упала, засмотревшись, какие трюки выполняли пацаны.

- Э-э-э, - одёрнула Ксения. - Ты что? - как и я уставилась на ребят.

- Тоже так хочу, - тихо обронила я, намекая на катание на скейте.

- Ну, мать, этому обучить не могу. Я только в волейбол играю, но знаю ребят, которые могли бы тебе дать пару уроков. Если правда хочешь.

- Очень, - теперь уже кивнула рьяно.

- Хорошо, - повела плечом Ксения, и мы пошли дальше.

Уже на следующий день в школе девушка села рядом, хотя до сего момента я по обычаю была одна.

- Привет, ботан, - кинула и легко плюхнулась на соседний стул.

- Привет, - выдавила я затравленно, чуть подвинув свои вещи и глядя с недоверием, как Ксю принялась доставать из рюкзака книгу, тетрадь и ручку.

Не я одна была в шоке - надо сказать, класс оторопел, когда увидел подобное. Но звонок на урок и голос учителя: 'Доброе утро, класс!' - заставил всех отвести от нас взгляды.

А следом отворилась дверь, и на пороге застыл незнакомый парень. Очень высокий и мощный, точно шкаф. Какой-то мутант, но довольно интересный на вид.

- А-а-а, - протянула классный руководитель. - А вот и Леонид Спарковский. Новый ученик нашего класса, - не теряя ни секунды, объявила Галина Игоревна. - Прошу любить и жаловать.

- Можно ни то, ни другое, - ровно пожал плечами парень. - Лишь бы мир был во всём мире. - С равнодушием окинув взглядом класс, прошёл и сел за парту прямо передо мной и Ксенией.

Полетели смешки, свист, шёпот. Мы с Ксю лишь переглянулись: вот и чудак в нашем классе.

- Вы моим глазам милее, - как бы мимоходом объявил нам, и принялся готовиться к уроку. - Выживать должны самые красивые и лучшие! Вы красивы, я умён!

Обескураживающе...

Леонид? Спарковский?.. Хм, не надо говорить, что у парня тотчас появилась кликуха 'Спартак'.

***

Ксю не обманула и уже через неделю притащила меня на уличную площадку, где катались на скейтах. Познакомила с двумя парнями, которые были на год постарше, но очень общительными и весёлыми. Они сразу же взяли шефство надо мной и с усердием принялись обучать навыкам катания. Спасибо, не ржали над моей корявостью. Чуть подначивали, и только.

В остальном я была жутко благодарна, за что позволяла Ксю списывать домашку и помогала с контрольными и самостоятельными.

Дружба! Да, видимо, именно такие отношения и назывались дружбой!

Немногим позже Ксения как-то призналась с грустью в голосе:

- Дружба - стервоза ещё та! Изменчива, непостоянна, ветрена, лжива, когда шагает без взаимного уважения. А бывает искренней и доверительной, вот только достаётся тем, кто умеет держать нос по ветру. Тем, кто не боится нести груз ответственности за себя и других. Кто замечает щепку в своём глазу и умеет игнорировать брёвна в чужих. Мне всегда хотелось быть рядом с человеком, который стойко выносит удары судьбы и продолжает шагать в своём направлении, наплевав на других. Кто умеет прощать и избегает обижать. Так что не думай, что я просто так за тебя заступилась...

Я мало поняла запутанную речь, но она запомнилась своей глубиной.

С тех пор, с тихой надеждой гордо называла себя подругой Ксении.

Уже к концу учебного года тренер по волейболу довольный собой резюмировал, что не ошибся на мой счёт, и теперь я стала непросто одним из игроков, а важным членом команды, на которого он мог положиться. И за это я тоже не преминула поблагодарить свою подругу. Ксения была на седьмом небе от счастья:

- Я же говорила. Раз плюнуть! Ты ещё порхать будешь как птичка, Линяева удавиться от зависти.

М-да, сплетни ходили, что Верка и Ксения дружили, но поссорились и теперь были если не кровными врагами, то точно противниками. А после нашего с Ксю сближения, яд красотки стал изощрённей, но мы не обращали на неё внимания, и девушка быстро успокоилась. Ну или, по крайней мере, перестала открыто с нами враждовать.

Но злиться продолжала - Линяева не ожидала, что смогу справиться с руками и ногами. Хотя, возможно, больше на общее настроение повлияло то, что её бросил Игнат. После разрыва девушка несколько дней даже прогуливала школу, а когда явилась, все догадались, что она провела это время в слезах, хоть и пыталась казаться спокойной.

Меня не волновала её судьба, мальчишки, разборки, вечеринки. Отныне меня грела мысль, что я непросто серость - помимо учёбы и в других сферах смогу добиться пусть незначительного, но успеха.

Когда нас награждали в конце учебного года, с гордостью шла между рядов к заветным грамотам в руках классного руководителя, которая распиналась о моих заслугах, но когда я возвращалась обратно, из всего зала лишь один взгляд пригвоздил к месту. Игната! Парень пронзал недружелюбием. Было неуютно под колючим взглядом, и даже запнулась. Словно я - его главный соперник, и сейчас обходила по всем статьям. Прочитала угрозу и брошенный вызов, ведь Селивёрстов тоже получил много грамот и дипломов: по учёбе и спорту, за личные достижения и за активное участие в жизни школы. С ним могла сравниться по значимости и успеваемости только я... И я посмела это сделать!

Чёрт! Нужно обрастать шипами, как и советовал директор. Иначе не дотяну до выпускного класса.

- Подруга, - шикнула Ксю, только я села на место. - Лучше не смотри на него так.

- На кого и как? - уточнила робко.

- На Селивёрстова, - отчеканила тихо Ксения. - Он раздавит тебя, и я не смогу помочь.

- Да я и не смотрю...

- Вот и не смотри, - с нажимом повторила подруга. - Катька Ленская тебе глаза выколет. Они вроде встречаются!

- Вот пусть и встречаются, - мотнула я головой. - Мне сейчас думать надо о разработках, да и в спортклуб скоро.

Правда, когда все ребята торопились прочь из актового зала, директор уже у выхода нагнал и попросил зайти к нему в кабинет.

Я особо не волновалась, ведь знала, что нигде не косячила. Шла из-за интереса, и только. В кабинете было довольно уютно - минимум мебели и максимум папок и документов.

Лунообразный стол, несколько стульев, на одно из которых я и присела в ожидании разговора с директором.

Виталий Семёнович не торопился переходить к главному, а когда раздался стук, сердце пропустило удар. И не зря. С разрешения директора дверь отворилась, и на пороге застыл Игнат. Если меня и заметил, то даже глазом не моргнул:

- Вызывали? - поправил рюкзак на плече.

- Да, проходи, садись, Селивёрстов, - кивнул Виталий Семёнович, и теперь с улыбкой посмотрел на меня:

- Ирина, ты в этом году заняла на олимпиаде по химии второе место.

Сконфуженно покосилась на Игната, который уже вальяжно устроился на соседнем стуле, и с равнодушием подпёр рукой подбородок, безразлично разглядывая убранство кабинета.

- Да, - непонимающе подтвердила то, что и так было известно.

- Молодец, мы всем преподавательским составом очень тобой гордимся. Как, впрочем, и твои родственники.

- А я тут причём? - не выдержал пустологии Селивёрстов.

- А притом, - опять кивнул директор. - Ты победитель и как все предыдущие года, тебе положено приглашение на экскурсию. В этот раз научно-технологическая фармацевтическая фирма 'Полисан'.

- Круто, - тихо улыбнулась я.

- И? - встряхнул головой Игнат.

- В том-то и дело, что победитель ты, а я бы хотел отдать приглашение Ирине, - сцепил кисти в замок на столе Виктор Семёнович, строго глядя на парня.

За долю секунды я воспарила до небес. Восторг, радость и... неловкость. Быстро опустилась на землю, только услышала:

- Это с какого перепугу? - возмутился сухо Игнат. - Я победил, значит, мне и ехать!

- Игнат, право твоё, - продолжал директор. - Но, во-первых, ты ни разу так и не посетил ни одного предприятия с прошлых лет. А во-вторых, Ирина - девушка, а дамам положено уступать.

- Это что, новые правила - пропаганда феминизма?

- Селивёрстов, - осуждающе протянул Виктор Семёнович, - признайся, что тебе неинтересно. Почему бы не отдать приглашение тому, кто с радостью пойдёт?

Я нервно сглотнула, заёрзала на стуле. Опять покосилась на Игната. Он, словно киллер, с первого выстрела убивающий свою жертву, пригвоздил меня к стулу взглядом. Морозным, пасмурным, уничижающим.

Даже мурашки по позвоночнику строем пронеслись. Сердце загрохотало так сильно, что от гулких ударов плохо стала понимать происходящее.

- Это кто решил, что мне неинтересно? - перевёл взгляд на директора парень. - Я может быть, всегда мечтал именно на этот, как его... фирму... эту съездить!

- Ты даже название не помнишь, - уличил Виктор Семёнович. - Это ведь неправда, ты не хочешь и, скорее всего, не поехал бы...

- И что с того? - насупился парень. - Не помню, чтобы чужие награды мне давали... - Нервно махнул рукой в мою сторону: - Королёк, между прочим, в двух последних олимпиадах по химии и биологии меня обошла на пару баллов.

- Не Королёк, а Ирина Королькова, - терпеливо поправил Виктор Семёнович. - И... это были промежуточные, внутришкольные олимпиады, а у тебя городская, - мягко настаивал.

- Какая разница?! - возмутился Игнат. - Тогда не ездил, а теперь прям мечтал, а вы... вы мне... мечту разрушили, - выплюнул с кривым смешком. Всем в кабинете было понятно, что он выдумывал на ходу и совершенно бездарно отыгрывал роль обиженного. - Даже не знаю, - выдал, откидываясь на спинку стула. - Стоит ли после этого жить? - вот теперь, вообще, вызвал снисходительную улыбку директора.

- Перестань паясничать, - отрезал беззлобно Виктор Семёнович. - Я с тобой как со взрослым говорю. Не иду в обход, а, признаюсь, что собираюсь сделать. Ведь ты же понимаешь, что я мог бы и втихую, за твоей спиной решить этот вопрос.

- А чем лучше сейчас поступаете?! Вы мне в лоб говорите, что мою награду отдадите Корольку!

- Не Корольку, - поправил уже строго директор, нахмурив брови, - а Корольковой Ирине.

Признаться, порядком надоел разговор. Льстило, что Виктор Семёнович радел за меня, но унижаться и упрашивать наглого парня совершенно не хотелось. Видно же, что упёрся как баран.

- Виктор Семёнович, Игнат, - тихо вклинилась в перепалку. - Спасибо вам, - киваю директору. - Мне, правда, очень лестно, что вы так... пытаетесь, но, не стоит. Селивёрстов прав. Он победил. Его и награда. А как поступит - его личное дело. В следующий раз я буду стараться лучше. Надеюсь, смогу победить.

На миг показалось, что Селивёрстов зубами скрипнул. Я даже метнула на него непонимающий взгляд. Игнат же, наоборот, меня упорно игнорировал - смотрел на директора, если, вообще, не сквозь него.

- Ир, вот ты очень хорошая девочка, - вступился Виктор Семёнович. Опять померещилось, что проскрежетали зубы. Затравленно покосилась. Селивёрстов точно монумент, глядел вперёд, только желваки на скулах ходили вверх-вниз, резко натягивая кожу. - Так что прекрати глупить, это тебе не к лицу, - строго, но вместе с тем по-отцовски тепло отрезал директор. - А ты, Игнат. Ну никак не ожидал, что будешь артачиться. Не по-мужски.

На Селивёрстова не глядела - жуть как боялась, поэтому замерла, стиснув рюкзак, который давно покоился на коленках.

Директор несколько секунд молчал. Потом взял со стола небольшую карточку, размером открытки и протянул парню:

- Как видишь, пустует именная строчка. Сам подпишешь, а ты, Ирина, подожди. Я сейчас, - подхватил телефон с края стола и недолго изучая, приложил к уху.

В общем, в считаные минуты Виктор Семёнович решил вопрос с моим экскурсионным приглашением. На фирме пошли навстречу и пообещали в течение ближайших дней прислать ещё одно.

Надо ли говорить, что на экскурсию Игнат не явился...

***

На следующий год я победила в городской олимпиаде, а ещё моя идея имела колоссальный успех на выставке, посвящённой элементарной химии. Насмешки Игната стали более злыми и колючими, а его окружение считало себя обязанным подшучивать надо мной: то подножку поставить, то из раздевалки вещи утащить, да в коридор выбросить.

## Глава 3


5 лет назад

Ирина

Ещё пару лет ушло на то, чтобы научиться разным премудростям уличных видов спорта. Скейт, ролики, ВМХ, Фрирайд. Да, вошла во вкус, и мне стало мало и тесно в рамках школы. Правда, обучение давалось с трудом и скрипом, особенно вначале, когда ломала тело и гнула против его воли. Слабое, неподготовленное к подобному роду деятельности, да и спортивностью не отличалось, но я была упряма и упёрта в желаниях и стремлениях.

Повезло, что однажды налетела в прямом смысле слова на тощего парня а-ля гота. Извинялась как могла, даже пообещала угостить хот-догом, что в парке продавался. Он меня проигнорировал, но через час подошёл и уточнил, где обещанный хот-дог.

Парня звали Виктор, Франкенштейн погоняло. Пока жевали горячие сосиски, попыталась выудить немного информации. Кто он, чем занимается, где учится...

Виктор показался странным, молчаливым, но что удивительно, я к нему тотчас прониклась симпатией. Уж очень меня напоминал, по крайней мере такой была несколько лет назад до общения с Ксенией и остальными ребятами.

Виктор учился в моей школе, но классом старше. Я его раньше никогда не видела, а после знакомства стала замечать одинокую фигуру, которая редко мелькала в коридорах.

Оказалось, в отличие от меня парень был ершистым и вспыльчивым, не позволяющим себя обижать и задирать. Так что при всей нескладной фигуре и статусе волка-одиночки, парень не раз был замечен в драках. Спуску задирам не давал, за что его и избегали.

Каким бы он ни был странным, как по мне, в разношёрстной компании друзей он пришёлся как раз, хотя остальные ребята на него и поглядывали с недоумением, а меня частенько спрашивали, как ты с ним общаешься?

С Антошей и Анютой вместе работали в лаборатории школы. Со Спартаком вели беседы о жизни. С Ксенией играли в волейбол и болтали ни о чём, а с Франкенштейном ощущала себя свободной - мы катались на скейтах, велосипедах, роликах.

Я не торопилась выходить в люди со своими познаниями и умениями, лишь тренировалась с упорностью олимпийца. Отец в те редкие звонки, когда удосуживался узнать, как у меня дела, взывал к разуму, утверждая, что расходую своё время впустую, ведь мой мозг - нечто совершенно уникальное. Мне нужно углубляться в науки, а не тратиться в спорте. Лучше быть талантом в одном, чем посредственностью во многом. Я понимала. Чётко осознавала, что несмотря на свои достижения, всё равно оставалась уверенным среднячком, но не отступала. При этом не хотела разочаровывать папу: самоотверженно грызла гранит науки, и вскоре отец умыл руки. Дочь не влюблена, а для него это было самое важное, как успела понять за несколько лет разлуки. Раз дочь успевала всё, значит, пусть так и будет. Даже помог, не скупился на средства и позволил приобрести всё необходимое для занятий.

Учителя хвалили, но я ещё не была уверена в себе и, поэтому продолжала тайно оттачивать мастерство. Как бы то ни было, как не скрывала, слухи о моих увлечениях быстро поползли по школе. Ко мне даже несколько раз со смешками подходили разные личности, мол, это правда?

Не отрицала, но и не подтверждала, лишь плечами пожимала.

Так что повезло, я успела обзавестись несколькими верными друзьями.

Леонид Спартаковский, Спартак, как и я слыл странной личностью, глубокой, непознанной, но очень уважаемой всеми преподавателями. А ребята хоть и посмеивались над его мышлением и логикой, но признавали, что он умён и весьма силён. Леонид быстро вытянулся, и его природные данные поражали. Мальчишка походил на молодого парня лет двадцати, в его-то пятнадцать!

Спартак был многогранен, но как и я больше всего любил философию, биологию, литературу. Мы соперничали в познаниях и даже вначале знакомства пару раз ругались, но вскоре признали талант друг друга и стали даже работать вместе над некоторыми внеклассными проектами.

Ксения Бравина была очень красивой девочкой, но не разделяла моего влечения к науке, акцентируя внимание на моде и парнях. Многие поражались, почему она дружила с таким природным недоразумением, как я. Но секрет был прост - я давала списывать, а она была благодарна, в отличие от других не лгала и общалась без злой насмешки и высокомерия, на равных. К тому же Ксю первой стала моим другом.

Болтушка и модница, она привносила много нового в мою жизнь, наполненную однотипными занятиями по разным предметам и спорту. Ходила за компанию, и восхищённо требовала выйти из подполья.

Я подозревала, что именно Ксения была главным разносчиком сплетен, но точно знала, что девушка не желала зла. Просто по природе хвастлива и мечтала находиться в центре событий.

Антон Ярович - скромный ботан, который всегда был рядом, но никогда не лез в чужую жизнь с советами. С ним было весело и поучительно проводить разные опыты, единственное, очень смущался, когда видел Ксению и, поэтому часто замыкался и сидел сиднем.

Я подозревала, что Тоха тайно влюблён в Ксю, но признаться красавице не мог.

Ну и Анюта Сежикова. Очень странная, но от этого не менее умная девочка. Крохотная, словно фарфоровая статуэтка. В очках и вечным хвостиком на голове. Она была малоразговорчива. По сути, молчала всё время, но если вставляла редкие реплики, юмор пугал или ставил в тупик. Лучше всего её понимал Спартак. Два таких... инопланетных существа... Она не ходила на школьные мероприятия, игнорировала внеклассные занятия, кроме нашей химико-биологической группы. Как таковая сама ничего не открывала, но очень удачно могла добавить в уже имеющееся нечто ценное и действительно уместное. Так что она была прекрасным лабораторным сотрудником.

Игнат

Чем чаще видел, тем больше раздражался. Девчонка сильно изменилась. Правда только внешне, а вела себя по-прежнему забитым Корольком. Её клевали школьные вороны, а она добродетельно сносила.

Малолетняя дура! Никто не ценил теперь этих качеств. Мир другой. Жестокий, циничный, беспощадный. Поглощал всех, кто априори слабее, неприспособленней.

Ну, положим, не обычная дура, но злила страшно. Чёрт, не видеть бы её совсем!

Выскочка заезжая... До сих пор её не воспринимал как местную. Не наша она, да и вообще, не от мира сего!

Гадина, влезла уже во все сферы моих интересов, и ведь... добивалась успехов. Порой меня затмевала результатами. Чтоб её...

Но мы совершенно разные. Я как Моцарт, всё давалось легко, без лишнего зазубривания, а вот она истинная Сальери - корпела, учила, учила, учила...

Умна... Безусловно. Да и внешне стала очень даже ничего такая, но мля... она же соседка! Та самая девчонка, отец которой стал виновником разлада в моей семье и смерти бати.

Генетику не сломать. Она такая же дрянь, как и её папаша. Так же умело прикидывалась кроткой овечкой, а на деле - овца...

Меня не подкупали огромные наивно распахнутые синие глаза, в которых плескались обида и непонимание. Наблюдая за девчонкой из тени, иногда ловил себя на том, что меня всё больше грела мысль через неё отомстить за потерю своего бати.

Боялся ли обидеть её? Нет... Жизнь - такая... безжалостная су***!

Я имел право на месть. Только я мог обижать, дразнить, пускать слухи об Ирке. Больше никто! Никакие Гришки, Димки, Егоры, Вани, Веры... Королёк - моя персональная жертва. Остальные вообще не смели к ней прикасаться, обижать или причинять боль. Для них она слишком хороша, чрезвычайно невинна, безмерно порядочна, невероятно чиста.

Нет, не одержим. Для этого отлично владею собой. И уж тем более не влюблён. Давно запретил сердцу даже мыслить о глупостях.

Силой брать не буду, с девчонками такое недопустимо, но порядком её изведу, унижу...

За мать, за батю, за меня... За нашу разрушенную семью!

## Глава 4


5 лет назад

Ирина

- Мы должны сходить на вечеринку! - отрезала Ксения, насильно отобрав книгу, которую я читала. Она пришла в гости, и её не остановила моя занятость. Подруга сидела уже несколько часов и копалась в телефоне, изредка кидая фразы, на которые я отзывалась однотипно.

- Ксюш, - взмолилась. - Я и вечеринки - разные оперы!

- А я и вечеринки - одна! И будет провальным, если моя роль останется не отыгранной! - настаивала подруга безапелляционно.

- Так я же не против, иди! Ты красивая, блеснёшь! - Попыталась вернуть книгу, но Ксения ловко перехватила том другой рукой и подняла над головой:

- Э, нет! Я поймала три флаера на вечеринку, и ты пойдёшь со мной! - настаивала Ксюша.

- Да что мне там делать? - недоумевала я.

- Это непросто гулянка, - подмигнула Ксюша. - Лето, жаркий вечер, а может, и ночь, - промурчала подруга. - Мальчишки, уличные развлечения, бассейн.

- Ты что? - округлила глаза я. - Нам всего пятнадцать! Какой бассейн вечером? И уж тем более ночью?

- Не будь занудной ботаничкой! - рыкнула Ксения. - Мы молодые девчонки. Нам нужно внимание... - Покосилась на меня и поправилась, закатив глаза: - Ну или мне нужно внимание. А там будет столько народу...

- Нет, - мотнула головой я. - Мне не до вечеринок. Тем более, где 'столько народу', - передразнила Ксению.

- Ботан! - подруга упёрла в меня вызывающий взгляд, явно стараясь задеть за живое. - Там будут уличные развлечения и главная элита. Показательные выступления. Ты прикинь, как круто?! Да и тебе бы пора себя показать...

Я на миг замялась. Игнат был в этой самой пресловутой элите. Ксения догадывалась о том, что я к нему неравнодушна, вот только не знала насколько глубоко и какие именно это чувства.

Это была отнюдь не любовь!

Я люто ненавидела Игната за всё, что он мне делал. Да, оказалась злопамятна, и у меня имелся пунктик по поводу парня. Если могла в чём-то его превзойти, была просто обязана это сделать. Селивёрстов, между прочим, тоже не гнушался мне по носу хлопнуть, что доказала последняя олимпиада по биологии. Зато я смогла стать самым полезным игроком в команде по волейболу, о чём, конечно же, сразу раструбили на всю школу.

- Мне нужно подумать, - снова мотнула головой, и пока подруга смотрела с открытым ртом, выхватила книгу и опять погрузилась в чтение.

Полностью отдаться во власть познаний Ксения не дала - ещё с час жужжала над ухом о надобности пойти. Шептала, какая крутая будет вечеринка и сколько там соберётся народу. Науськивала утереть носы всем местным задавакам. Мечтательно мурчала о том, что сможет покорить сердце Артёма, одного из приятелей Игната. Эдакого мажорчика, точнее, сына довольно обеспеченных родителей, который, между прочим, и устраивал вечеринку. Зазурин это часто делал, ведь мама и папа ему позволяли почти всё, что желал.

Ксю давно грезила парнем, а, вернее, его наследством и перспективами. Слушала подобные бредни краем уха, ведь подруга не была меркантильной и корыстной, да и видела я настоящую Ксению, а не ту избалованную девицу, которую из себя строила.

При всей видимой испорченности, Ксения была доброй и отзывчивой, а подобные качества вряд ли могли уживаться с корыстью и меркантильностью. Ещё она упорно строила из себя пустоголовую красотку, но на деле хоть и не блистала знаниями в науках, была вполне увлечённой особой и показывала незаурядный творческий талант, когда в школе проходили разные мероприятия и конкурсы.

Распрощались мы поздно. Когда Ксения заторопилась домой, взяла с меня клятву, что я подумаю о вечеринке и в скором времени дам ответ.

Сомневалась до последнего, ведь была затворницей и совершенно не знала, о чём говорить на таких мероприятиях. Правда жутко хотелось посмотреть выступления скейтеров, катающихся на роликах, велосипедах. Элита...

К тому же одеться надо было как-то к месту. Можно, конечно, спросить совета у подруги...

Решающим моментом стало, что однажды я оказалась невольной свидетельницей разговора Игната и его приятеля Славки. Они не видели меня и во время обеда болтали в столовой. Не собиралась ни сидеть рядом, почти спиной к спине (нас разделял стена арки, разделяющая столовку на два зала), ни уж тем более подслушивать, но когда сердечко пропустило удар, только заслышав голос Игната, обратилась в слух против воли.

- Ну, - с грустью буркнул Селивёрстов, - может на вечеринке развлечёмся... Там много девчат будет нормальных. Покуролесим, покатаемся, встряхнёмся!

- Ага, - жарко поддакнул Славка. - Только надоело созерцать наших девок в джинсах и футболках. Буду надеяться, что хоть одна в платье придёт да накрашенная, - прозвучало мечтательно.

- Спорим, не придёт? - бросил с вызовом Игнат. В голосе была масса самодовольства и зазнайства.

- Спорим! - тотчас подхватил Славка. - На желание!

- Ок, - ухмыльнулся Игнат. - Но без извращений и нарушения закона!

- Конеш! - гыкнул Слава. Было слышно, как они закрепили спор и разбили руки.

- Там басек у Артёма, - напомнил тихо Игнат. - Ни одна не придёт в платье и накрашенная. Она сразу же жертвой окажется! Максимум юбка, а она не считается!

- Ну не все же в воду полезут, - задумчиво протянул Слава. - Да к тому же не поверю, что ни одна не захочет выделиться!

- Это вечеринка, где собираются скейтеры, роллеры... Это не конкурс красоты! - сухо добавил Игнат.

Чтобы не оказаться замеченной, ведь я всегда избегала Селивёрстова и его друзей, так и не доев, покинула столовку. Слова мальчишек засели в голове и поэтому, покрутившись перед зеркалом, распахнула шкаф, чтобы устроить ревизию.

Игнат и Славка правы, в гардеробе джинсы, футболки, широкие майки, рубашки, спортивные брюки. Из парадного лишь несколько вариантов школьной формы. Нет, это категорически не подходило для вечеринки. О да! Я решила во что бы то ни было помочь Славке выиграть спор!

Попросив помощи у Ксюши и заручившись наличными от родственников, которые никогда не отказывали в мелочах, (ведь внучка не творила глупостей, училась на 'отлично', да к тому же принимала участие во многих внеклассных мероприятиях), с подругой отправилась по магазинам.

- А так рада, - потирала руки Ксения. - Наконец тебя переоденем!

- Эй, ты не слишком переусердствуй, - одёрнула подругу. - Мне что-то на вечеринку, и только!

- Модные шортики и рваные колготки? - навскидку сообщила Ксения.

- Не уверена, - сглотнула я. - Начинаю сомневаться в твоей адекватности.

- Не глупи, - отрезала Ксю. - Кто из нас разбирается в моде?

- Ты, - осторожно согласилась я. - Но я буду себя ощущать не в своей тарелке, и это будет плохо...

- Ты во всём кроме спортивного себя будешь так ощущать, - убеждала Ксения. - Это твой постоянный прикид. Так что не умничай. Я тебя одену!

- Хорошо, - встряхнула головой я. - Только у меня пожелание. Давай платье поищем.

- Платье? - теперь уже изумилась подруга.

- А что, - тотчас засмущалась я, - думаешь, я толстая и мне не пойдёт? - Комплекс полноты не миновал, хотя теперь всё чаще бабушка и дедушка горестно вздыхали, что внученька совсем отощала. Одни кости остались. - Толстая? - опешила Ксения. - Да ещё чуть-чуть и у тебя анорексия будет, - горячо заверила, словно комплимент сделала.

Я даже запнулась, поспевая за шагом Ксении, которая была неудержима в походе за покупками. Метнула взгляд на зеркальную витрину ближайшего магазина и неуверенно возразила:

- А мне кажется, что вполне ничего такая... упитанная.

- Очень упитанная, - закатила глаза Ксения. - Пошли, упитанная. Я, конечно, в шоке - ты и платье! Но что-нибудь придумаю.

***

Подбор наряда для вечеринки оказался утомительным занятием. Сотню раз зареклась ходить по магазинам с Ксенией, которая придиралась ко всему, что выбирала я, а сама рекомендовала такое, что я бы ни в жизнь не надела.

Когда Ксю меня вымотала настолько, что даже самая изнурительная тренировка казалась легкой прогулкой, практически не глядя согласилась на то, что предложила подруга. В конце концов, она лучше знала, что сейчас было в моде. Ей нужно доверять...

Уже дома, под пристальным надзором Ксении облачилась и, посмотрев в зеркало, в очередной раз засомневалась:

- Ксень, что-то мне прям не по себе... - попыталась воззвать к разуму. Натянула чуть ниже подол свободного платья выше колен.

- Не глупи, - отмахнулась подруга. - Выглядишь отпадно!

- Да мне не надо отпадно. Нужно так, чтобы не совсем выделяться, но при этом...

- Выделиться! - довольно констатировала Ксения. - Сейчас тебе макияж забацаю и будешь - пальчики оближешь! - Подруга как раз заканчивала собственный мейкап. Покрутилась перед зеркалом с явным самолюбованием. Поправила локоны, которые и без того лежали идеально. Послала себе воздушный поцелуй и, уперев руки в бока, повернулась:

- Ну что? Готова к смене имиджа?

- Не совсем, - пробормотала я и даже чуть отступила. - А можно просто аккуратную причёску и блеск для губ?

- Вечеринка! - напомнила с нажимом Ксения, выпучив глаза. - Много народу! Это недопустимо!

- Ладно, - кивнула я обречённо.

Собственное отражение приятно удивило и напугало одновременно. Пятнадцать?! Сейчас я выглядела на все семнадцать, а то и восемнадцать и была совершенно... не незаметной.

Ксения права - словно кинозвезда-подросток.

- А кого ты пригласила третьим?

- Спартака, - скривилась Ксю. - Подумала, если меня посетит удача и я закручу с Артёмом, то тебе будет нужна компания...

- И Лёня согласился? - поразилась я.

- Он высказал целую речь о бессмысленности данных мероприятий. Статистику, чем заканчиваются подобные вечеринки. Перечислил сотню, если не больше запрещённых веществ, коими, вероятно, будут баловаться ребята, а потом сказал, что кто-то обязан нас защитить от вредного влияния современной молодёжи, - выпалила Ксения, явно заучивая услышанное от друга. - И не позволить разврату и наркотикам сбить с пути истинного.

- Это в его духе, - согласилась я с улыбкой, вновь посмотрев на себя в зеркало.

Бабушка и дедушка некоторое время с сомнением разглядывали меня и подругу, а потом уточнили:

- Вы уверены, что вечеринка будет тихой?

- Планируются танцы, - вместо меня вклинилась в разговор Ксения, которая умела уболтать и смерть. - Небольшая игровая программа, лёгкий перекус... Обещаем, никакого алкоголя, сигарет и наркотиков, - жестом отрезала, да так, что бедные родственники остались с открытыми ртами сидеть. - Я её верну к одиннадцати, - заверила горячо.

- Нет, - успела выпалить бабушка, уже крича вслед. - В десять, не позже. И скиньте адрес, где вечеринка, чтобы мы могли...

Ксения за руку тащила меня прочь от дома, а уже за воротами побудила перейти на лёгкий бег, при этом смеясь, ведь ситуация получилась комичной, но уже возле соседнего вновь зашагали.

- Не стоит нам нестись. Запаримся, и весь мейкап на нет сойдёт, да и внешний вид испортится, - резюмировала Ксения. Подхватила меня под руку и, болтая о какой-то ерунде, повела дальше. Я даже успела мысленно её поблагодарить за то, что не заставила каблуки надеть - модные в этом сезоне конверсы идеально дополняли наряд.

Спартак ждал, прислонившись спиной к высокому металлическому забору дома главы поселка, аккурат через пролёт от коттеджа Зазурова. Окинул обеих скучающим взглядом и даже ничего не сказал по поводу моего вида.

- Ну, - потребовала реакции Ксения. - Как тебе наша Золушка?

- Какая? - озадачился Спартак.

- Иришка, - терпеливо пояснила подруга.

- А почему без сажи на лице? - тупил по обычаю Спартак.

- Какая сажа?! - негодовала Ксения. - Посмотри, как она преобразилась перед балом!

- Вроде с ней всё, как обычно, - недопонял парень. - Ноги, руки, голова... Глаза на месте, нос тоже... губы... - Явно не придуривался, поэтому Ксю не выдержала:

- Блин, Спартак! Она в платье! И накрашена!

- Да? - нахмурился приятель, вглядываясь в моё лицо. - Ну, тогда нормально.

Ксения от бессилия руки опустила, а глаза закатила. Я лишь улыбнулась:

- Видишь, - похлопала подругу по плечу. - Я нормальная! Спасибо!

## Глава 5


5 лет назад

Ирина

На вечеринку прибыли, когда в частном доме Артёма уже гудело точно в осином улье. Хотя, это даже не дом, а скорее коттедж с полноценными двумя этажами и площадью более 300 кв. метров, не говоря уже о роскошной придомовой территории.

Подростки шныряли везде и всюду. Смех, гул, гам, музыка... Вечеринка была на американский манер, что впрочем, Артём и его семья могли себе позволить.

Я запнулась на пороге.

- Ксень, - одёрнула подругу, стараясь привлечь внимание, ведь она уже вся обратилась в зрение, выискивая свою мишень.

- А, - отозвалась отстранённо Ксю.

- А где флаеры и почему их никто не спросил?

- Уже неважно, - отмахнулась Ксения, прикусив губу.

- А куда Спартак делся? - не унималась я, только сейчас поняв, что друга нет.

- Пошел проверять наличие запрещенных веществ в напитках и закусках, - брякнула Ксения уже с коварной улыбкой, глядя мимо, но явно на того, кого искала.

- Ты меня не бросишь вот так, - шикнула я в панике, и вцепилась в руку подруги.

- Расслабься и получай удовольствие, - подмигнула Ксения и юркнула в гурьбу танцующих ребят.

Я беспомощно проводила подругу взглядом, а когда заметила толпу, к которой приближалась Ксения, совсем перестала дышать. Эта группа выделялась из общей массы. Самые крутые и популярные, среди которых был Игнат, Артём, Славик, Ромка и ещё пару ребят более старшего возраста. Их пацаний коллектив разбавляли пять девчонок. Лучшие подружки, неизменные спутницы и главные модницы школы.

Да и вообще, тусовка собралась разномастная и разновозрастная - и старшие, и мои одногодки...

Я глазами прогуливалась по огромнейшей зале богатого дома, по знакомым и незнакомым лицам, пока не наткнулась на Игната. Парень так зло испепелял меня взглядом, что не нашла ничего более дельного, как скрыться из виду.

Признаться, меня посещала умная мысль по-тихому уйти, но это как-то показалось низко и трусливо. Нельзя же всю жизнь скрываться и убегать. Поэтому я набралась храбрости и пошла на поиски друга. Спартака обнаружила в соседней комнате возле стола с напитками и закусками. Он со знанием дела дегустировал лимонады, коктейли, канапе, бутерброды и прочую еду.

- Ты почему меня бросил? - негодовала, коснувшись плеча Лёни.

- Вы были на охоте, - пояснил заплетающимся языком Спартак. - Я не хотел мешать!

- Какая охота? - проморгалась я. - Я сюда из-за Ксении пошла, а она меня... как и ты... бросила!

- У меня тут свой интерес, - вскинул палец Спартак, блуждая помутнённым взглядом по комнате.

- Я заметила, - возмутилась, - выпить всё спиртное и съесть всё съестное!

- А вот и неверно! - отрезал пьяно Спартак. - Я статистику проверяю. Хочу статью опровержения написать.

- Боже... - выдавила я и беспомощно обернулась. - Вы меня под монастырь подведёте!

- Если только мужской, - брякнул Спартак и глотнул газировки из разового стаканчика.

Какое-то время мне удавалось быть незаметной и избегать Игната. Я посидела на диване в уединении, пока его не облюбовала парочка, смущая поцелуями и тисканьем. И во дворе в теньке постояла возле дерева - посмотрела на уличные развлечения молодежи. Ксения не обманула, и правда ребята устраивали показательные выступления в разных видах уличного спорта, от скейта и роликов, до паркура и трюков на великах. Руки и ноги так и чесались, хотелось присоединиться, ведь подобные виды спорта уже въелись в кровь, и оставаться простым наблюдателем было крайне сложно. Но я удержалась.

На второй этаж огромного коттеджа не рискнула заглянуть - прекрасно понимала на что могла напороться, поэтому благоразумно держалась первого этажа и придомовой территории.

Заскучав, прошлась по саду, где наткнулась на совершенно разбитную пару, которая решила предаться любви прямо в беседке. Оттуда поспешно ретировалась, а когда вновь удалось найти Спартака, он в очень приподнятом настроении развлекал толпу ребят на улице у бассейна. Спорил, что спокойно поиграет в бутылочку, если она начнётся.

- Да и вообще, я уже записался на конкурсы, - кивнул парень с таким деловым видом, что ужаснулась, что ещё натворить успел друг. - О-о-о, - взмахнул руками Спартак, завидев меня. - Иди сюда, мой родной Королёк, - продрался сквозь толпу и крепко обнял, совершенно не рассчитав свою силу и мою хрупкость.

- Пусти, - пискнула, едва не потеряв сознания. - Дышать не могу.

Спартак разжал руки под дружный гогот ребят, наблюдавших данную сцену.

- Ну что, - раздался голос Артёма, который вышел из-за угла дома в обнимку со Светкой Яковлевой, которая училась на класс младше его. Я даже дышать перестала от удивления - куда же тогда делась Ксения?! Следом показался Славка со своей подругой, Лизой. Игнат с Катей. Они не встречались, но сейчас выглядели парой. - Вы готовы к игре на выживание? - Музыка, до сего момента звучавшая на улице, стала едва слышным фоном - диджей, один из ребят, очень быстро среагировал на ситуацию. Его пульт был устроен под навесом, напоминавшим небольшую сцену.

- Да! - завопил народ и начал стекаться к бассейну.

- Узнаем, кто слаб духом? - повысил голос Артём, остановившись возле пульта диджея.

- Да, - взревела толпа.

- Узнаем, кто ещё не готов к взрослой жизни? - умеючи подогревал интерес к игре Артём.

- Да! - громыхнул народ.

- Узнаем, кто в этом году 'Звезда'? - накал страстей был на пределе.

- Да! - взорвалась толпа от экстаза.

- А кто 'лузер'?

- Да! - вторил народ.

- И-и-и-игра начинается! - триумфально вскинул руки Артём, и улица наполнилась гвалтом криков, свиста и аплодисментов.

Мне стало не по себе: втянула голову в плечи. Было дикое желание уйти, но тут Артём продолжил:

- В этот раз заявок было настолько много, что мы решили устроить рулетку. Компьютерная программа сама определит кто, с кем и когда. Каждому игроку на телефон, непосредственно перед началом тура, придёт смс, которая известит о том, что он участник данной игры, а мне - общий список, чтобы я знал, кто должен быть, чтобы контролировать и обличать мошенников.

В этот самый момент мой телефон завибрировал. Даже мысли не допускала, что это программа. Была уверена, что родственники волнуются, но когда увидела: 'Вы в игре!' - метнула полный ужаса взгляд на Леонида.

Спартак! Этот гад стоял и пьяно ухмылялся во все свои... тысячу акульих зубов.

- Сюрприз! - развёл руками с таким видом, будто одарил по-королевски, и я обязана прыгать от счастья. А я хоть и не ругалась матом вслух, но сейчас про себя материлась как сапожник.

Чтобы не опуститься до уровня ниже некуда, лихорадочно обвела народ глазами, не увидел ли кто моего недоумения и ужаса, но, к счастью, все были заняты - либо свои мобильники рассматривали, либо соседей обличали.

То тут, то там пиликали телефоны, а когда Артём занялся изучением своего навороченного айфона, сердце совсем остановилось. Он с улыбкой просмотрел информацию, и с удовлетворённым видом кивнул:

- Круто! Очень занятный получился список. Для вас сюрприз, а я... - хохотнул парень, - уже знаю, кому удача улыбнулась.

Было шагнула к входу в дом, чтобы незаметно улизнуть с вечеринки, как следующие слова Артёма остановили:

- И буду отслеживать присутствие участников и, конечно, следитьза выполнением заданий. Если кто-то нарушит условия - будет прилюдный суд!

- Суд! Суд! Суд! - скандировала толпа ребят.

Вот уж не надо. По коже пронеслись щекотливые мурашки, и я застыла, не в силах сбежать.

- Уже завтра на 'доске почёта', - распинался с самодовольным видом хозяин вечеринки, - на всех моих страницах соцсетей вывешу результаты и подробные фото- и видео-отчёт: кто накосячил, кто халтурил, кто провинился, кто выделился, кто опозорился, кто победил, кто получил звания...

- Да! - радовалась толпа.

- Трусам тут делать нечего! - словно лозунг провозгласил Артём.

- Да! - разрывался от счастья народ.

- Какое у нас главное правило? - приложил ладонь к уху Артём, как делали эстрадные артисты, желая услышать зрителей.

- Веселье по полной! - отозвалась дружно толпа.

- Мы за что? - допытывался парень.

- За веселье по полной! - хором отчеканил народ.

- Мы против чего? - не унимался Артём.

- Скуки и серости! - продолжали отвечать ребята.

- Мы будем что?

- Отрываться по полной! - громыхнула толпа. Каждая фраза дружным битом вколачивалась в мою голову и заставляла вздрагивать.

- Итак, - вновь заголосил Артём, - условия! Обещаю, что не будет ничего порнографического и уголовно наказуемого. Всё в пределах разумного и выполнимого, с точки зрения законности и нравственности, - улыбнулся проказливо. - Никакого траха, убийств, самоубийств, насилия, воровства...

Толпа смеялась, шутила, а моя душа билась в безотчётном страхе и панике.

Спартак по-дружески водрузил руку на мои плечи, едва не придавив весом, и прошептал:

- Пора бы тебе расправить крылья, Королёк!

- Спартак, я тебе отомщу, если выберусь из переделки, - процедила сквозь зубы и попыталась скинуть с себя тяжесть. Вышло криво, ведь приятель совершенно не понимал моей обиды и негодования. Он принимал всё за шутку, да и, вообще, странно себя вёл.

Уже заметно темнело, но летний вечер был удивительно тёплым и безветренным, хотя меня жутко трясло. Уже понимала, на что обрёк Спартак, да и он сам, когда протрезвеет, будет извиняться, но...это будет потом, а что делать сейчас?

- Вечеринка продолжается, - вещал Артём. - Но мы будем ждать первых игроков, которых скоро определит компьютер. Их задание я объявлю, как только получу сообщение. - И... да здравствует игра!

- Иг-ра! - вопила радостно толпа. - Иг-ра! - скандировала дружно.

Я нервно сглотнула. Вечеринка плавно закрутилась и вроде никто не вспоминал о том, что было возле бассейна. Вот только я не находила себе места. Как избежать того, что должно случиться? Кому объяснить, что не желаю участвовать? Какое могут принять оправдание? Кто в силах помочь?

'Ксения!' - осенила мысль, и я хаотично принялась рассматривать толпу, выискивая подругу.

Металась от зала к залу, от комнаты к комнате, но нигде не находила подруги. А когда потеряно брела по едва освещенному коридору второго этажа, очнулась от переживаний, лишь услышав:

- Королёк, ты какого хр*** на вечеринке делаешь? - зло процедил сквозь зубы Игнат, так недобро глядя, что по коже тотчас пробежали мурашки. Сердце ёкнуло, а душа ушла в пятки.

- Я... - невнятно промямлила, шагнув в сторону, стараясь избежать близости с парнем, который преградил путь.

- Ты! - рыкнул сосед, сузил глаза и шагнул в ту же сторону, отрезая дорогу для побега. - Малолетке нечего делать на подобной вечеринке!

- Я тут не единственная малолетка, - прозвучало жалким оправданием. Вновь попыталась юркнуть мимо парня.

- Ботаничка-малолетка - единственная, - отрезал Игнат, снова преградив проём. Подступил ближе, пригвоздив к стене.

Инстинктивно сжалась, лихорадочно соображая, что делать.

- Насколько помнится, ты тоже ботан, ведь на 'отлично' тянешь все предметы и даже физмат, - ляпнула зачем-то.

- Мне семнадцать! - отчеканил парень, с хлопком водрузив ладони по обе стороны от моей головы, поймав в плен. - И я, в отличие от тебя, стереотипы хочу разрушить, что невозможно совмещать настолько разные увлечения и везде добиться успеха!

Рот открыла, чтобы согласиться с его позицией, но голос Славика заткнул:

- О, - хохотнул внезапно появившийся из-за угла парень. - Игнат поймал Королька! И заметь, приятель, - жестом 'я умываю руки', обошёл со стороны, - я ни на что не намекаю, но, по-моему, ты мне должен желание!..

- Что? - бросил через плечо Игнат.

- Желание, - пропел с издёвкой Славик. - Я пока подумаю, чего бы такого хотел, - шепнул загадочно, и рукой мазнул по носу, словно чесался.

Болтовню парней прервал громкий голос Артёма:

- Итак, игра начинается!

Я аж вздрогнула.

- Вали отсюда, Королёк, - шикнул недобро Игнат, вновь вперив холодный взгляд серых глаз.

Я и так дышала через раз, а сердце, вообще, забывало, что надо биться.

- Не могу, - прикусила губу.

Игнат сощурился, скользнув взглядом по моему рту:

- Ножки не ходят? - уточнил с издёвкой. - Так улетай, - криво усмехнулся.

- Я в игре, - промямлила, опустив глаза, на которые предательски набежали слёзы. И тотчас вздрогнула, когда кулаки парня ударились в стену.

- Дура! - рыкнул Игнат и стремительно пошагал прочь. Славка загоготал, но уже в следующую секунду поспешил за приятелем.

## Глава 6


5 лет назад

Ирина

Я несколько секунд постояла в коридоре, вслушиваясь в голоса толпы. Утёрла навернувшиеся слёзы, поздно вспомнив о туши и прочей косметике, которую добросовестно накладывала на лицо подруга. Торопливо нашла зеркальную поверхность. Как могла, подправила мейкап.

Тем временем Артём объяснял условия компьютерной рулетки.

- Это непростая рулетка, - привносил интригу. - Тут разыгрываются не только поцелуи, но и разные задания, в которых они значатся. Комплектацию пары программа выбирает каждый раз новую, чтобы было разнообразно и путано. Если кто-то из пары отказывается выполнить задание - он выбывает, и да здравствует доска почёта на моей странице! Если пара выполняет задание позже других - она выбывает, и да здравствует доска почёта! Но если вы умудритесь за время прохождения задания завоевать симпатию зрителей, - чуть понизил голос Артём и толпа счастливо загудела. - То они могут вас спасти от позора и доски почёта.

Я остаточно всхлипнула. В таких играх, как правило, побеждали парни, ведь им проще и раздеться, и станцевать, и самое немыслимое выполнить. Ну и, конечно, популярность играла не последнюю роль.

Обидно. Ни одно, ни другое в моём случае не грозило.

Сделала несколько шагов к входной двери, хотя скорее интуитивно, чем осознанно, ведь задумалась и действовала на автомате. Первый инстинкт был, конечно же, спасаться бегством. Я не представляла себя участником нешуточной игры, к тому же Игнат дал понять, что зол, и чёрт его знает, что можно от него ожидать!

- Ты куда? - послышался голос Ксении, непонятно откуда появившейся.

- Ксю! - не то взвыла не то шикнула я. - Змея ты, а не подруга, - выпалила, проскрежетав зубами. - Бросила, а Спартак меня в игру втянул.

- Да ты что? - выпучила глаза Ксения. - Во молодец! - тотчас добавила с восхищением, чем озадачила.

- Ты хоть понимаешь, что вы наделали?! - негодовала я, но тотчас заткнулась, вслушиваясь в слова Артёма.

- А вот и интрига, - возвестил парень. - На первом задании, имя своего партнёра каждый участник получит в смс, непосредственно перед выполнением, а само задание заключается в том, чтобы участники правильно определили свою пару и раньше других выпили с ней/с ним на брудершафт! Ах да, начало конкурса озвучат куранты, как в новогоднюю ночь. Поэтому за двенадцать ударов участники обязаны написать желание, - бумажки и ручки на столе, - пояснил Артём, - так как огонь запрещён, сами понимаете почему, участникам придётся скушать бумажки с желанием, а потом запить шампанским, налитым в фужеры, которые уже приготовлены для конкурса. Сложность в том, что игроки могут не знать друг друга по имени и в лицо. - Толпа довольно загулила. - Теперь все на улицу! К бассейну, где и будет проходить веселье! - скомандовал хозяин праздника, и гости взволнованно поспешили прочь из дома.

Опоздать на тур конкурса не хотелось, ведь не собиралась сдаваться в первых рядах, поэтому в компании подруги заторопилась в главный зал, где уже кишело от народа.

- Ого, как интересненько, - потирала руки Ксения. - Ты в игре! Вот так интрига!

- Это - не интрига, а подстава, - процедила я. - Я вам это ещё припомню, - пригрозила тихо.

Уже на улице от общего потока стали отделяться мальчишки и девчата, которые улыбаясь, шагали к столу с напитками, где стоял заготовленный поднос с фужерами.

Как бы то ни было, сбегать не стану! Хоть совершенно не желала участвовать в фарсе, но сдаваться не в моём характере. К тому же так хотелось утереть нос некоторым особям, да и, вообще, сделать что-то такое, чтобы Игнат опешил и его мнение обо мне изменилось. Малолетка - ботаничка... Королёк!

В этот самый момент на телефон пришла смс 'В игре!'.

- Я так понимаю, - прошептала больше для себя, чем для подруги. - Мне пора.

- Буду за тебя кулачки держать и болеть. Горло сорву, - клятвенно заверила Ксения.

Я даже не посмотрела в её сторону. Да и зачем? Сейчас слишком кипело внутри. Могла и лишнего наговорить.

От обиды аж губы задрожали, зато ощутила уверенность. Стиснула кулаки и пошла смелее, уже не стараясь держаться в тени. Со всех сторон стали раздаваться смешки и шёпот:

- Это что, Королёк? - неверующе.

- Ага...

- Ничего себе... - слегка шокировано.

- Она что в игре? - озадачено.

- Умора... - ехидно.

- Щас будет веселье...

- Да не говорите, - кто-то давился смехом. - Девочка невинности лишится и даже не поймёт, кто был наглецом!

- Ну, она сильна в биологии и химии, кто знает, может, она уже много чего знает не только теоретически, но и практически, - смешки переходили в откровенный гогот, но это придавало сил. Я шла всё смелее.

- Очень смешно, - послышался едкий голос Ксении. - Лучше йАдом подавитесь завистники. Иришка вас удивит, да так, что вы лишитесь психологической невинности!

- Ага, - гыгыкнул кто-то в ответ, - мировоззрение сломается, и мы станем вести себя как желторотые корольки-ботаники!

Я мотнула головой, не желая больше слышать бредней.

Тем временем у столиков с наполненными фужерами, уже переминались с ноги на ногу человек двадцать. Довольно разношерстная компания, примерно одного возраста. Они посмеивались, заметно волновались. Я застыла рядом с ними у стола, ведь мне тоже пришла смс, а значит первое же задание для меня.

- Итак, - поднял свой айфон вверх Артём. - Руки на курки, господа! - умеючи поджигал интерес. - Телефоны приготовили! - Игроки тотчас вооружились мобильниками. Я в том числе. - Ожидаем смс, но бокал не трогаем, пока не будет свистка, - предостерёг с интригующей улыбкой. - Мы ждём бесчестной игры, развратных действий и самых откровенных поцелуев, уважаемые игроки! Обратный отсчёт... - отчеканил, повышая голос, толпа затаилась. - Пять, - парень уставился в аппарат, одну пятерню вскинул над головой. - Четыре, - убрал один палец.

- Три, - подхватила толпа счёт заводилы. - Два! Один! - громыхал народ. - Поехали! - хором скомандовали. Бой курантов раздался из айфона Артёма на всю улицу.

Игроки суматошно похватали бумажки и ручки, при этом глядя в телефоны. Пару ударов прошло пока ребята писали желания на бумажках, несколько секунд - на глотание этих самых кусочков бумаги, подхват фужеров, и игроки принялись толкаться и протискиваться друг между другом, подбираясь к своей паре, при этом не особо заботясь, мешали ли другим.

Толпа ревела от восторга и азарта:

- Пей, пей, пей, пей, - отколачивала бит. - Целуй, целуй...

Я наравне с другими участниками написала желание. У меня оно звучало: 'Пусть этот ужас окажется сном'. Одновременно приняла смс, которая пришла ровно с последней цифрой и первым ударом курантов.

Роман?! Кто такой Роман?

Быстро забросила в рот записку, схватила фужер. Даже сердце удар пропустило.

Кто такой Роман?! Скользнула глазами по лицам игроков, интуитивно вычисляя нужного персонажа. Тем временем куранты уже отбили добрую половину времени, а когда игроки стали бесцеремонно расталкивать друг друга, явно спеша к своим партнёрам, и в несколько мгновений уже определились три пары, шагнула к одному из парней, который, как и я выглядел растерянным. Да к тому же имя Роман ему вполне подходило. Обвила рукой его руку, и мы вместе пригубили шампанское. Ощутив газированный лимонад, возблагодарила бога, что это оказался безалкогольный напиток.

Опустошили в несколько глотков, а когда окончили, оба закрыв глаза, оформили школьный лёгкий поцелуй. Куранты пробили последний удар и умолкли.

Если сначала часть толпы отсчитывала количество ударов, а другая скандировала:

- Целуй! Целуй!

То вскоре раздались свистки и смешки:

- Это что за поцелуй?

- Э-э-э, дисквалификация, - требовали линчевания игроков.

Было понятно, кому адресованы выкрики, но я с вызовом вскинула голову и ждала итогов рядом с парнем, которого определила как Романа.

- А что такое? - голос Ксении прорвался сквозь гвалт шума и криков. - Никто не говорил, что взасос надо целоваться! - Подруга явно бросилась в защиту, хотя больше походило на детское оправдание.

- Что за чёрт?! - началась перепалка между зрителями и Ксенией. - Не готова к игре, пусть валит домой!

- Стоп, стоп! - вклинился в гвалт голосов Артём. - Судьи я и вы, поэтому сейчас разберёмся, что к чему! - развёл руки, жестом всем молчать. - Итак. У нас есть победители, но есть претенденты на выбывание. Что удивительно две пары, которые неправильно определили себе партнёров, - душа тотчас ушла в пятки, но следующая реплика парня, немного придала сил:

- А одна пара - показала мастер-класс в поцелуях и удивила толпу детсадовским исполнением...

Гогот наполнил улицу на некоторое время. Артём вновь жестом заставил всех молчать:

- Так вот, как по мне, из шестерых, невинная парочка не так сильно нарушила правило, как четверо, выполнившие последними задание, да к тому же не со своей парой. Разве не так?

- Так, - недовольно гудела толпа.

- Вот, - примирительно добавил Артём. - Всех объявить проигравшими не можем, поэтому будем выбирать из четвёрки лузеров, а для Романа и Ирины, хочу пояснить: поцелуй должен быть долгим... и глубоким, таким, чтобы зрители воодушевились и захотели за вас голосовать! - Артём снисходительно на нас посмотрел.

Я аж поперхнулась. Ксения права, нигде не говорилось о таком! Да и как целоваться по-настоящему, если никогда этого не делала?! Но вслух не стала спорить, потому что понимала, как нелепо бы прозвучало оправдание.

Толпа вновь начала орать. От шума я погрузилась в прострацию, стараясь отстраниться от происходящего. Всё больше хотелось плюнуть на всю эту глупость и уйти домой. Спартака не было видно, а Ксения хоть и поддерживала в силу своих возможностей, но пока ощутимого веса не прибавляла. Вечеринка непросто надоела своей абсурдностью, она уже в печёнке сидела. Плевать на всех и на насмешки!

Уж было собралась с силами покинуть вечеринку, как услышала голос Артёма:

- Итак, Надя и Гена выбывают из игры, а Леру и Василия спасло лишь умение произвести впечатление своей страстью! - Толпа улюлюкала и ржала, пока определяли победителей конкурса.

Я, не особо вникая в голоса, покосилась на других игроков. Пробежалась глазами по толпе и на миг перестала дышать, ведь опять скрестилась со взглядом Игната. Недобрым, пронзительным.

Ну уж нет, ответила прямым взглядом парню. Теперь точно не уйду - буду до последнего сражаться, чтобы ему назло сделать!

Игнат понял мой настрой и коротким кивком принял вызов.

Сердце вновь принялось мчаться с ускорением, краска прилила к лицу.

Я отвела глаза, только когда Артём вновь провозгласил:

- Второй тур, господа!

## Глава 7


5 лет назад

Ирина

Игроки первого раунда присоединились к общей массе. Я остановилась в первых рядах толпы, где была Ксения, чтобы видеть лучше происходящее, ну и, конечно, если придётся участвовать, чтобы не пропустить очередного тура, хотя отчаянно надеялась, что больше рулетка не выберет. Вон сколько народу. И в отличие от меня ребята мечтали попасть в игру.

- Итак, задание! Спасти принцессу. Леди сидят на дереве, - махнул на одинокое дерево Артём и многие девчонки ахнули, а ребята, наоборот, загоготали. - Их верные прЫнцы будут всеми силами стараться к ним добраться, вот только им на пути будут попадаться разные препятствия, которые герои обязаны пройти.

Опять загудели телефоны и из толпы стали выходить новые участники. Я с облегчением выдохнула, ведь аппарат молчал.

- Я не умею ползать по деревьям, - заскулила одна из девушек, вперив умоляющий взгляд на Артёма.

- Пора научиться, - повёл плечом парень. - Да к тому же мы вам пару стремянок выделили. - Пока твой прЫнц до тебя доберётся, уж постарайся свой зад втащить на ближайшую ветку, пташка...

Девушка раскраснелась от такого заявления, но отказываться от игры явно боялась. Тур начался.

Со стороны наблюдать за конкурсами было весьма прикольно и забавно. Не ожидала, что втянусь в игру и даже буду болеть за ту самую девушку. Но для неё и партнёра всё закончилось удачно, несмотря на страхи первой и не самое удачное прохождение полосы препятствий для второго. Их поцелуй произвёл впечатление, я даже засмущалась, ведь никогда прежде не видела столько целующегося народа одновременно. Причём - без стеснения.

- Видишь, как надо, - подтолкнула Ксения меня плечом. - А ты... - добавила без издёвки, но с явным подтекстом.

- В следующий раз, вместо меня иди ты, - огрызнулась тихо.

- Я бы с удовольствием, - хихикнула Ксения, - да везение у меня не такое, как у тебя. Если, вообще, Спартак додумался записать.

- А как меня умудрился? - тотчас озадачилась я.

- Ты меня спрашиваешь? - опешила Ксения в неподдельном удивлении. - Найдём гада, выпытаем. Ну и расцелуем!

Я рот открыла от возмущения, а Ксения хихикнула:

- Да успокойся, всё же круто было!..

- Задание третье! - разговор прервал голос Артёма. - Лихие наездники и бравые скакуны! - сладко объявил парень, и толпа сразу подхватила его игривый настрой. - Сначала кони - парни, а наездницы - леди, а потом... - выдержал короткую паузу, - наоборот! - толпа так дружно загоготала, что мне жутко стало. Как же девчонки своих парней потащат?

Когда стали известны все участники, улыбнулась, а то пока ждала смс, сотню раз проклинала тот момент, когда согласилась пойти на вечеринку.

Приятно было наблюдать за другими, подбадривать, переживать... и знать, что не твоя это участь!

Ребята из кожи вон лезли, стараясь победить. В конце было очень жаль тех, от кого отвернулась удача. И конечно, волнительно за девчонок. Бедняжки , как только не пытались утащить своих наездников. Ухитрялись использовать разные средства, чтобы дотянуть кавалеров до финиша: кто скейтборд, кто велик, кто ролики на ноги пацанов нацепил... Очень находчиво.

- Четвёртое задание! - после подведения итогов третьего, провозгласил Артём. - Забег на миллион. Сначала девушки демонстрируют забег на высоких каблуках, а потом жарким поцелуем передают эстафету своим кавалерам.

- А каблуки? - уточнил кто-то из толпы.

- И каблуки тоже! - кивнул с лукавой улыбкой Артём. - Кто сказал, что только девчонки умеют бегать на шпильках?

Толпа разрядилась радостным смехом и свистом.

Я непроизвольно отступила подальше в толпу. Чего-чего, а бегать на каблуках совершенно не умела, даже ходить-то на них не могу. И сейчас радовалась, что Ксения вместо туфель сердцу привычные кеды нашла.

В толпе завибрировали телефоны, послышались горестные вздохи парней и нервные хихиканья девушек. Ребята отделялись от толпы и подходили к псевдосцене, где собиралась обычно игроки.

- Это не гигиенично, чужую обувь надевать! - возмутилась одна из участниц. - А что если я заражусь грибком стопы?

- Я тебе курс лечения оплачу, но трудно заразить, ведь обувь новая.

- Надеюсь, это Лабутены? - хохотнула другая девушка.

- На Лабутенах нах... и в охуи... штанах, - тотчас подхватила дружно толпа, словно всю жизнь пела хором. Это реально было сильно и даже по коже мурашки побежали от жара.

В общем, забег начался и был очень даже горячим и волнительным. Я всеми фибрами души болела за всех и никого конкретно, ведь ребята боролись до конца. Любимчиков не выбирала, а лишь следила за этапом в целом.

Толпа была в экстазе. Орала и свистела, подбадривая игроков. Я ощутила настолько сильный прилив адреналина, какой испытывала, лишь выполняя сложнейшие трюки на скейтборде или роликах.

- Мне кажется многовато поцелуев, - прошептала, когда все пары вновь стали целоваться, адресуя реплику подруге. - И я бы больше волновалась не о грибке стоп, а о заболеваниях, передаваемых через слюнообмен, - скривилась, созерцая парочек.

- Не дури, - отмахнулась Ксения. - Артём не пригласил бы на вечеринку заразных.

- Он что, у всех справки спрашивал? - едко подметила я.

- Нет, - озадачилась подруга. - Но он знает практически всех. Да и если бы кто-то чем-то болел, - умолкла многозначительно, - сплетни точняк разлетелись по школе! - подытожила заумно.

С этим сложно не согласиться. Сплетни... они быстрее ветра. Особенно когда выведенного яйца не стоят. Фейковые забросы быстро обживались в народе и обрастали жуткими подробностями. Очень трудно в таком шлаке отыскать правду.

- Сплетни сплетнями, а герпеса, гриппа, ангины или чего похуже не хотелось бы с вечеринки принести.

- Ой, да хватит паниковать, - отмахнулась Ксения. - Если честно, то Артём взломал базу данных по школе, и поэтому все медкарты и личные дела у него есть.

- Что? - ужаснулась я.

- А ты не знала, что он неплохо взламывает базы?

- Я не о том. Он не должен был...

- Чем бы дитё ни тешилось, лишь бы вечеринки продолжал закатывать, - отрезала Ксения.

На это я, вообще, не нашла что ответить.

Огласив победителей и проигравших очередного состязания, Артем объявил:

- Пятый этап, - парень был королём вечеринки, и сейчас всласть этим наслаждался. - Игра знакома всем, - вскинул палец вверх. - Золушка! Каждой паре выделяется пара туфель. Одна останется у Золушки, а вторая... у прЫнца. ПрЫнцу придётся обойти каждую Золушку, ощупать каждую ножку и примерить каждой туфельку. Он обязан правильно определить свою наречённую и поцелуем озвучить выбор!

- А в чём сложность? - уточнил кто-то из толпы.

- А сложность в том, что прЫнц не будет знать, кто именно его пара и, конечно же, видеть претенденток на руку и сердце... Точнее, - мотнул головой Артём, - на туфельку и поцелуй. Только изящные Золушкины ножки... Ух, - изобразил дрожь парень. - Прям завидую нашим прЫнцам. Сам бы каждую Золушку пощупал. - Толпа захохотала, а девчата возмущенно зашикали. - Или затянул время изучения ножек, пальчиков, - взглядом скользнул по толпе, ведущий на миг остановился на Ксении. Подруга вцепилась в мою руку, и я почувствовала ее волнение. - Итак, - повысил голос Артём, вновь осматривая толпу. - Игра начинается!

Толпа радостно взревела, в ожидании нового увлекательного тура.

Сквозь шум зрителей уже не было слышно гудения и вибрации телефонов, но из общей массы ребят стали отделяться парни. Я легонько толкнула подругу плечом:

- Глянь, Антошка в игре, - шепнула шокировано.

- Откуда он взялся? - недоумевала Ксения. - Я его не приглашала, - она наморщила. Я не понимала почему Ксю избегала общения и всячески игнорировала Тоху. Спокойный, тихий, умный... Да, не такой красавец, как Артём, но очень симпатичный ботаник, который не отказывал в помощи. Не навязывался к ней в друзья, а при встрече всегда краснел и смущался.

Вот и сейчас Ксения высокомерно задрала нос:

- Пусть ему повезёт и попадётся бойкая Золушка. Глядишь, научит целоваться, а то где такая дура ещё найдётся?! - выпалила ехидно и мне даже стало за неё стыдно:

- Ксю, ты не права. Зачем так? Хороший парень, просто стеснительный. Сама не понимаю, как он осмелился на вечеринку прийти.

- За ними увивается! - отрезала строго Ксения. - Вот пусть сам и выбирается.

Я сжала, надеясь на его победу. Только поток участников к сцене окончился, а помощники Артёма устроили занавес из нескольких больших кусков ткани, напоминающих шторы, игроков-парней запихали за него. Толпа вновь заволновалась, ведь теперь настала очередь выхода девушек. Совсем неожиданным стало оповещение Ксении. Она даже не сразу поняла, что ей пришла смс. Я опять толкнула плечом подругу:

- Э-э-э, твой телефон, - шикнула дрожащим голосом.

Ксения неуверенно выудила из заднего кармана шортиков мобильный. Несколько мгновений изучала, и уже по её расширяющимся глазам стало ясно, что подруга в игре.

Ксения растерянно спрятала мобильник обратно и пошла к сцене. Когда девушки кучно собрались возле Артёма, он скомандовал:

- Золушки поочередно изображают побег из замка и теряют свою туфельку.

Раздалось хихиканье, но уже через секунду самая решительная участница, плавно покачивая бёдрами, засеменила вдоль мнимой сцены. Резко обернулась с расширенными глазами и, напоминая плохую актрису, изображающую страх, приложила руку ко рту. Миг - и её балетка осталась на земле.

- Не верю! - кто-то взвыл из толпы и народ загоготал.

Только помощник Артёма подобрал туфлю, вторая Золушка поспешила совершить побег. Третья, четвёртая. Девчата старались, как могли отыграть роль, чем вызывали бурю аплодисментов, свиста, откровенно пошленьких выкриков и подбадриваний.

Вскоре в коробке, которая стояла возле Артёма, собралась куча обуви, а Золушки толпой ютились в сторонке. После чего дружно скрылись за тканью, из-за которой, в свою очередь, появились принцы.

Пока Артём рассказывал суть дела парням, его помощники развешивали обувь из коробки на одиноком дереве. На счёт три, принцам пришлось продираться через толпу зрителей, чтобы снять с дерева туфель и быстрее остальных приступить к поиску своей Золушки. Нужно сказать, что Антона затолкали, поэтому ему досталась балетка на краю верхней ветки, куда он добирался долго и неуклюже. Да уж, неудобно повесили, а остальные игроки оставили парню самое сложное. Тоха старательно и осторожно взбирался по стремянке, потом по суку. Толпа хохотала, давала дельные советы и только я волновалась за друга по-настоящему. Он ботаник от и до, могли бы и поддержать игрока. Издеваться и шутить над другими легко, особенно в толпе таких же. Я, как и Антон, была по другую сторону, поэтому понимала его как никто.

Как бы то ни было, Антон справился с заданием и поспешил к сцене, где ему было необходимо определить свою Золушку. Я затаилась, ведь уже знала, чья в его руках обувь. Ксении!

- Мы нашли Золушек, пора бы примерить обувь! - провозгласил Артём: - Вы готовы?

- Да, - рвано отозвались принцы, без особого энтузиазма.

- Что-то как-то неуверенно и вяло, - скривился Артём. - Вы готовы? - повторил с нажимом.

- Да, - громыхнула толпа, и парень сразу же заулыбался:

- Так-то лучше! А то скоро полночь... волшебство рассеется, очарование уйдёт, и настанут серые будни.

Я в ужасе глянула на свой телефон. Время уже было почти десять. Чёрт! Очень было волнительно за друзей, но надо бы бабушке с дедушкой позвонить.

Чуть отошла в сторону и набрала родственницу.

- Алё, - через несколько гудков отозвалась взволнованно бабушка.

- Ба, - сразу же начала я. - Знаю, ты сказала к десяти, но прошу, можно мне ещё часок? - Клянусь, ни алкоголя, ни чего другого... Тут просто игры и конкурсы. Я участвую... Не хотелось бы проиграть из-за неявки, - решила сказать правду. Давно поняла - чем честнее с родственниками, тем больше доверия и признательности.

- Иришенька, - заканючила бабушка. - Так поздно. Ты такая молоденькая...

- Ба, я у Зазуреных в коттедже, а это всего остановка от нас. Причём улица освещена... Прошу, - молила нежно.

- Ох, - закряхтела бабушка. - Твой отец с меня шкуру спустит.

- Да перестань, - попыталась умаслить родственницу. - Так можно?

- Хорошо, - выдохнула с горечью бабушка. - Но в одиннадцать, кровь из носа - дома!

- Спасибо, я вас люблю, - прошептала в трубку и сбросила вызов.

Тем временем игра уже была в разгаре, а подкравшаяся темнота придавала лоска и взрослости вечеринке.

Девушки сидели на краю сцены по всему полуконтуру. Правда, прекрасный женский коллектив Артём решил разбавить подставной парочкой: двумя парнями. Ромкой - с его-то накаченной фигурой и крупными ступнями, что уж говорить про волосатость ног, ну и Юрасиком Виктюковым. Парень был жутко жеманным, утончённым, невысоким. Со спины можно было перепутать с девушкой, ведь даже волосы у парня были светлые, вьющиеся, до плеч. В общем, только все ножки оказалась на обозрении, а сверху хозяев скрывала ткань, тур начался.

Так как каждый принц был обязан быстрее других выбрать себе пару, парней запустили всем скопом. Вот тут началось нечто дикое и бесцеремонное. Парни, словно неандертальцы, хватали Золушек за ноги. Гладили, щупали, отпускали пошлости, за что получали от красавиц, а порой и от красавцев, которые всеми силами старались не показываться, но при этом жаждали отомстить за наглость. В общем, ткань, словно большое привидение, шевелилось, то тут, то там появлялись угловатости.

Толпа гоготала от восторга и подбадривала то дерзких принцев, то оскорблённых Золушек.

В итоге вышли странные пары, и даже две троицы, ведь на одну ножку нашлось несколько претендентов. Они оставили возле каждой избранницы свою пару обуви, и отошли к ведущему, ожидая результатов.

Когда Артём объявил: 'Стоп игре!', - занавес пал и на всеобщее обозрение предстали девушки и подставы-Золушки. Принцы кто улыбался, кто оторопело смотрел на выбранную Золушку, но при этом обменивались шутками и смешками. Золушки были более сдержаны, они лишь с любопытством рассматривали обувь, которая лежала возле них. Хотя, больше всего насмешила пара: Юрасик и Генка, который как увидел, кого выбрал, аж отскочил на несколько метров сторону. Адресованный их паре гогот был долгим и колючим, но уж получилось. Игра есть игра!

В общем, когда настал черед Золушек поцелуем объявить своих истинных принцев, зрители пришли в неистовство, и полетели откровенные пошлости и даже советы Золушкам более дотошно изучить своих наречённых. Вот тут-то и кто-то из толпы не удержался и проорал:

- Поцелуй лягушку, она красавицей обратиться, - всем было понятно, что это Генке и Юрасику советовали. Жеманник засмущался, а Генка кулаком пригрозил юмористу, а потом пообещал скорую расправу.

Подводя итоги, оказалось, что конкурс был очень сложным, и победителей всего двое. Самое интересное, первыми оказалась реальная пара в жизни, и поэтому свою девушку парень определил с точностью. Вот тогда толпа зароптала, и другие участники завозмущались. На что Артём отрезал: компьютер выбрал, я тут ни при чём!

А второй парой оказалась пара Антона и... Ксении! Этого я никак не ожидала, впрочем, это мелочь по сравнению с тем, что явно испытывала сама Ксения, когда остановилась напротив Антона.

Она шумно дышала несколько секунд, зло сощурила глаза:

- А меня не посадят за совращение несовершеннолетнего?

Толпа заржала, а Артём присел на корточки, чтобы хоть как-то оказаться на уровне Ксении и сладко пропел:

- Красавица, не посадят. Ты сама маленькая. А поцелуи между мелкими - дело обычное.

Теперь колючий взгляд перескочил на ведущего. Парень самодовольно подмигнул, чем явно раззадорил подругу. Ксения выпрямила плечи, встряхнула копной длинных вьющихся волос и подступила ближе к Антону, который словно дышать перестал.

- Не думала, что придётся с тобой... Ну раз так, - опять мотнула головой. Беззастенчиво взяла Антона за футболку, рывком подтянула к себе, крутанула и насильно усадила на край сцены:

- Пусть первый раз тебе особенно запомнится! - отчеканила прямо рот в рот. Совершенно развратно оседлала и припала к губам. Опешивший Антон несколько секунд сидел как истукан, но уже в следующий миг его руки прижали девушку к себе. Поцелуй явно затягивался, толпа затаилась, ведь никто не ожидал такой страсти и продолжительности, а парочка тем временем совсем забылась. Ксения обвила Антона за шею, прижимаясь ближе, а руки парня нагло скользнули вниз, но едва оказались на заднице Ксении, девушка отстранилась и звонко зарядила наглецу пощёчину. Толпа разрядилась гоготом. Пока Антон пребывал в шоке и держался за ушибленное место, Ксения спустилась на землю, оправила одежду и, всем видом показала, что ждала оценки ведущего:

- Это было, - кивнул озадачено Артём. - Очень горячо и по-взрослому...

В общем, кто победил было понятно, а вот проигравших выбирали по двум показателям: насколько эффектно убегала дама и с какой дотошностью принц старался отыскать свою Золушку.

- Чтобы я ещё... когда-нибудь... - негодовала с паузами Ксения, только оказалась рядом со мной, - этого батана поцеловала?!

- А что до этого мысль допускала? - уточнила с сомнением, ведь увиденное говорило, что Ксения хоть и изображала искреннее возмущение, ей понравилось! Понравилось целоваться с Антоном!

- Ни-ко-гда! - возмутилась подруга с покрасневшим лицом.

Я благоразумно промолчала. Что ж, ее личное дело - отрицать очевидное, если так хотелось.

Ксю лишь мазнула взглядом по Антону, который, словно забитый пёс, остановился возле дерева. Сел на землю, прижавшись спиной к стволу, и потеряно смотрел на толпу, но явно сквозь неё.

Далее последовал шестой конкурс 'на выживание', где пара должна была пройти тропу смерти и, встретившись на середине, заключить свой союз крепким, жгучим поцелуем. Остальные пары водным оружием и капитошками мешали им выполнить задание.

Я давно так не молила бога о защите, и он услышал меня. Телефон промолчал, зато несколько знакомых оказались в игре. Тур был очень сложным, мокрым и богатым на проигравших. Поэтому выбирали всем миром, кто справился с заданием хуже остальных.

В ожидании игроков седьмого конкурса я даже забыла, как дышать и только колкие замечания Ксении не позволили лишиться чувств, ведь конкурс 'Кто быстрее' должен был пройти в надувном бассейне, где было по щиколотку воды. И даже отсутствие сменной одежды и купальных костюмов, оказалось не поводом для отказа от участия. Артём умело поддерживал накал страстей и едко подметил, что бегать нужно быстро и тогда намокнуть не успеете. В общем, пара методом эстафеты должна была сделать 'заплывы' туда-сюда и, конечно, вместо палочки - поцелуй!

На восьмом этапе парам приходилось преодолевать несколько препятствий, чтобы достичь друг друга. Парням - с завязанными ногами прыгать через резиночки по витиеватому лабиринту, а потом одеться в женский наряд, куда входила юбка и лифчик, ожидая свою пару, ведь парни разыгрывали из себя девушек. А вот девчонкам нужно было на досках скатиться с небольшой горки, при этом размахивая мягкой битой, вместо меча. Они изображали рыцарей на конях, которые побеждают драконов. Драконами оказались большие воздушные шары, которые нужно было лопнуть любым способом.

Говорить не стоило, что толпа поддерживала игроков звучными криками и свистом.

Девятый тур 'Знакомство вслепую'. Девушкам и парням завязали глаза, и они, блуждая по лабиринту из других участников, должны были встретиться и закрепить знакомство. Конечно же, поцелуем. Парням выдали скрипучие дуделки, девушкам - колокольчики. Общение было запрещено, поэтому лишь звуками можно выдавать местонахождение. Смешно и прикольно... А вот последний тур, которого так ожидала, ведь торопилась домой, оказался роковым.

- Игры подходят к финалу, - предупредил Артём, и толпа расстроено загудела. - Но это не значит, что последний тур станет скучным. Нет, - заявил многообещающе. - Мы зажжем по полной, и вам запомнится вечеринка!

- Да, - громыхнула заметно опьяневшая толпа.

- Итак, последний конкурс на сегодня. 'Непримиримые!'

Народ залился смехом и откровенными репликами, заставляющими краснеть.

## Глава 8


5 лет назад

Ирина

Уставилась на экран мобильника, где высветилось 'Игнат' и застыла как вкопанная. Нет, я допускала мысль, что это могло случиться, но не понимала, за что судьба так издевалась. Вероятность пары 'Ира-Игнат' была микроскопической и этот шанс каким-то образом выпал.

Подняла испуганно глаза на Селивёрстова и встретила хмурую пасмурность его взгляда, которая тотчас обратилась уничижающей насмешкой, вгоняющей в краску и смущение. Парень всем видом обещал скорую расправу, даже несмотря на то, что сейчас мы должны были играть в тандеме.

Шумно выдохнула и демонстративно отвернулась. Не позволю вот так просто себя гнобить! Я не хуже остальных, а значит, имею право быть в игре и делать, что другие!

Дальше подумать не успела, голос Артёма возвестил, пора начинать конкурс:

- Итак, игроки, вы должны занять свои места.

Толпа сразу же зашевелилась, а участники стали отделяться от общей массы. На дрожащих ногах я тоже пошагала к сцене.

- О, - хохотнул кто-то. - Опять Королёк!

- Да, уж горе-счастливица...

- Отстаньте от девочки, - протянул кто-то благосклонно. - Пусть тренируется, чтобы потом мастер-классы давать в поцелуях...

Я игнорировала реплики, ехидства - должна быть выше мелких склок и огрызаний.

Артём подробно рассказал, что кому нужно делать. Я всё поняла и радовалась, что тур не так сложен, как некоторые до этого. Единственное, что смутило - девушкам нужно было на скейтах одолеть довольно крутой искусственный бугор, он, кстати, сделан специально для катания на досках. Если без подготовки - весьма проблематично. Хотя, девушек никто не неволил ногами на скейтборде это делать, можно и сесть на него...

Бахвалиться умением кататься на скейте не собиралась, поэтому дала себе слово, что пройду задание аккуратно и без пафоса. На этой мысли разумное оборвалось, ведь мандраж и волнение взяли своё. Артём громко возвестил: 'На старт! Внимание! Марш!', и толпа ринулась выполнять вверенное задание, так или иначе, пытаясь затруднить прохождение маршрута соперникам - толкаясь, ставя подножки или дёргая за одежду. Я тоже поспешила и, конечно, тотчас оказалась в толпе, откуда меня попросту вытолкнули. Под заливистый гогот зрителей, поднялась на ноги, потирая ушибленную коленку, но только нашла глазами Игната, тотчас взяла себя в руки. Не покажу ему, что мне плохо! Больно... Быстро поспешила к нужной точке прохождения этапа, но в толпу больше не стремилась, дважды на одни и те же грабли не собиралась наступать.

Да признаться, уже мало, кого замечала. Жадно следила за Игнатом. Парень на такой скорости проходил свои преграды, что зрители лишь восхищённо отсчитывали количество. Даже если бы не двигалась, расстояние между нами сокращалось быстрее, чем между парами, спешащими друг к другу изо всех сил.

Не любоваться грацией и красотой Селивёрстова было невозможно. Великолепен и чертовски обворожителен. Эдакий обаяшка с дьявольским нравом и внешностью ангела. Чего греха таить - я засмотрелась.

Даже хуже, точно в транс впала. В общем, под гипнозом заторопилась навстречу, ведь невидимым арканом нещадно тащило к нему.

Мне всего-то нужно было нацепить надувной круг и сымитировать утку, плывущую по озеру, точнее, бегущую по резиновому бассейну, где воды всего ничего - по щиколотку. Мокро, холодно, скользко. Тут уже копошились несколько участниц. Пихались, толкались, визжали, под гогот толпы, улюлюканьем подбадривающих девчат. Но мне было уже всё равно. По дороге к искусственному пруду, не обращала внимания на смехотворные попытки меня остановить - уворачивалась, перескакивала через препятствия и даже отпихивала соперниц, когда нужно было завладеть надувным кругом. Одна что-то верещала, в волосы хотела вцепиться, но я ловко подножку поставила... Раз уж правила - без правил, почему не могла дать сдачу? В общем, быстро преодолела бассейн, от души покрякав...

Далее - танцуя прошла под низкой перекладиной, возле которой зависли несколько участниц. Ну да, низко установлена, а касаться перекладины нельзя. Не то чтобы гибкостью отличалась, но прогнуться получилось, к тому же в условиях не говорилось, что назад нужно голову склонять, а не вперёд. Пока соперницы возмущались, требуя меня наказать, я уже стола возле площадки с досками. Помимо меня тут была пара участниц. Пока красотки скулили, безуспешно стараясь овладеть техникой катания, подхватила первый попавшийся скейтборд. Увлеклась так, что даже не поняла - толпа умолкла, когда я привычным манером встала на доску и в несколько мгновений оформила сложнейший перекат по горе, а гася скорость, ещё и описала стандартный для скейтера пируэт. В завершении триумфального прохождения трассы, ловко прокатилась от асфальтированного участка до кафельного пола, который окружал центральный бассейн, где и поджидал меня Игнат. Он тоже застыл, хотя мог бы и сократить дистанцию раньше. Но нет, прищурившись, рассматривал приближающуюся меня.

Автоматически остановилась напротив и наступила на край доски. Она приучено подпрыгнула и легла в руку.

Почему-то именно сейчас разница в росте уязвляла. Игнат всегда выделялся статью, вот только со стороны не казался таким... огромным. Он был выше на голову, и поэтому пришлось вскинуть свою.

А это злило! Я не Королёк!..

Молчание затягивалось. Причём молчание не только Игната и моё, но и толпы. Редкие выкрики самих игроков, которые старательно проходили испытание не нарушали гнетущего напряжения, что сейчас витало на улице, возле нашей пары.

Близость... Впервые настолько ярко ощутила, как близость с этим парнем на меня действовала - она опьяняла. Сердце пропускало удары, а от волнения я едва дышала.

Нет, я старательно пыталась не думать об этом. Не хотела... Не могла...

Ненавидела Игната. Он мне категорически не нравился... А химия. Насмешка природы, а я на то и химик, чтобы научиться управлять процессами.

- Я прошла свою часть, - сглотнула взволнованно, зачем-то решив отчитаться перед Селивёрстовым, - но целовать тебя не буду!

К этому моменту уже несколько пар тоже одолели все уровни и сейчас мчались друг к другу, ведь сражались за победу до конца, и заминка соперников им была только на руку.

Игнат подступил ближе, и теперь я ощутила жар, идущий от парня. Меня тотчас окутала тёплая волна, безжалостно ударив в лицо. Щёки предательски запылали. Я затаилась. Селивёрстов склонился так близко, что дыханием опалил ухо:

- Можно подумать я горю желанием тебя целовать, Королёк, - был пропитан холодом голос, - но... не люблю и не умею проигрывать!

Этого не ожидала, ведь первая часть очень обнадёжила, хоть и обидела - редкая девушка воспримет подобную реплику спокойно, даже если люто ненавидит парня.

А потом Игнат рискнул поцеловать. Без рук, просто потянулся - я увернулась, на что толпа рвано загоготала и зашушукалась. Селиверстов сощурился, и уже в следующий миг опять попытался приникнуть к моим губам, только более настойчиво и грубо. Я снова ловко отклонилась. Третья и четвёртая попытки так же не увенчались успехом и вызвали ещё больше смеха в толпе, хотя наглец меня даже придерживал за плечи.

Вот тогда у него, видимо, закончилось терпение...

Рывком притянул, поймав в кольцо и зажав мои руки вдоль тела. Я открыла рот для возмущения, но это было ошибкой - его губы коснулись моих, правда, совсем коротко и скоромно. Извернулась и освободившейся ладонью мазано ударила наглеца по щеке.

Толпа возмущённо зароптала. Да я и сама не ожидала от себя подобного, а когда осознала, что натворила, было поздно. Уже в следующую секунду Игнат коротким толчком пихнул меня. Я откровенно растерялась - отступила... Позади оказалась пустота. Сердце ёкнуло тревожным ударом. Я испуганно взмахнула руками, сдавленно взвизгнула и... с плеском ухнула в бассейн.

Наглотавшись воды, отплевываясь, всплыла. Но только вынырнула, совсем рядом с громким шлепком и волнами брызг кто-то приземлился. Это оказался Игнат, и по его лицу чётко поняла, что он явно решил добить жертву. Народ взвизгнул от восторга, приняв данную выходку, как призыв к активным действиям. Со всех сторон в воду стали прыгать ребята и девчата. С криками и свистом, с разбегу, с пируэтами. поодиночке и даже парами. Началась полная вакханалия, и я была в её эпицентре!

Я была жутко напугана, когда Игнат двумя гребками оказался рядом. Бесцеремонно притянул и опалил губы своими. Жадными, наглыми. Это было... неожиданно. Жарко, властно, упоительно. Настолько умопомрачительно, что опешила.

А, может, умерла и сейчас в Раю? Нет, это не Рай, это сущий Ад на Земле... Точнее, в воде!

Грохот собственного сердца говорил о том, что я ещё жива. Парень не разжимал объятий и уж тем более не заканчивал поцелуя. Он его беззастенчиво углубил, и как показалось, при этом сделал более властным и напористым. Его руки прогуливались по моему телу и, чёрт возьми, мне это нравилось. И без того кое-как держалась на плаву, а теперь и подавно была готова умереть под властью Игната. Чтобы не утонуть, вцепилась в плечи парня, а ногами обвила его торс, боясь, что вот-вот лишусь чувств. Ощутила, как напряглось его тело, как огрубели руки... Правда, всего лишь на миг... Мучительный, томительный. Я вжималась, словно хотела стать частью Селивёрстова... А он исследовал так, будто давно жаждал это сделать и теперь, наконец, получил доступ. Меня лихорадило, внизу живота бурлило такое желание, что лишь поёрзала, не зная, что творю. Впервые в жизни ощутила, что такое настоящий поцелуй... возбуждение. Это было... волшебно и действительно, как описывали в любовных романах - чувственно. Мир завращался, дыхание сбилось, да и, вообще, кислорода катастрофически не хватало.

Спасение пришло неожиданно - только реальность ускользнула, появилась несносная, дико неуместная свобода. Игнат прекратил мучительную сладкую экзекуцию и отстранился. Я жадно глотнула воздуха, распахнула глаза и тотчас оказалась под властью замутненного взгляда серых глаз. Несколько затянувшихся мгновений дышала всей грудью, не сводя негодующего, полного возмущения взгляда с парня, а когда рассудок вернулся окончательно, влепила новую оплеуху. Получилось звонко, смачно и неожиданно для всех, кто оказался невольным свидетелем.

Пауза была странной, но позволила упорядочить мысли. Ну и что теперь делать? А когда поняла, что до сих пор сидела на Игнате, попыталась освободиться из столь приятного плена. Вот только Селивёстов не позволил - словно не замечая, как трепыхаюсь в его руках, принялся с таким пренебрежением ладонью водить по моему лицу, что опешила в очередной раз:

- Глупый Королёк решил, что может мне бросить вызов? - отчеканил Игнат с отвращением. - Целовать девку разодетую и разукрашенную словно голливудская шлюшка, не самое приятное в жизни. - Ещё раз плюхнул водой мне в лицо, и пока плевалась негодованием и жидкостью, толкнул прочь: - Вали домой, Королёк. Ещё мала для такой вечеринки и поцелуев. Невинности потом лишу!

Кто услышал эти наглые слова, откровенно зашлись смехом. Шутка полетела быстрее птицы. И к тому моменту, как я сумела выбраться из бассейна, уже вся толпа была в курсе. Попытка выпившей Ксении поддержать меня, не нашла отклика в душе. Я лишь отпихнула Ксю прочь, а Спартака, который проснулся, и сейчас был готов продолжать веселье, вообще, проигнорировала, пройдя мимо, словно его не существовало.

Ни на одну реплику не реагировала. Шагала мокрая, помятая и с жутко уязвлённым самолюбием. Пролиться слезам позволила только дома, и то, когда закрылась в своей комнате от бабушки и дедушки, которые волновались возле двери и молили рассказать, что произошло.

## Глава 9


5 лет назад

Ирина

Проплакала всю ночь, а наутро уже точно знала, что возвращаться в школу совершенно не хочу. Нужно поговорить с отцом о срочном переводе. Даже на уроки не собиралась. Обняла подушку и сидела на постели, игнорируя родственников, которые умоляли позавтракать.

Спасение пришло неожиданно. Отец сам позвонил и сообщил, что я уезжаю. Причём не просто загород или в пределах страны, папа меня забирал с собой в Лондон! Немедленно!

- А школа? - рассеянно уточнила.

- Я уже позвонил директору. Документы готовятся в срочном порядке.

- Что-то случилось? - была счастлива и в то же время напугана.

- Ничего страшного, - пояснил мягко отец. - Мне предложили интересную работу в Лондоне. Для тебя это прекрасная возможность и стажировка. Нет лучшей практики в изучении языка, как непосредственно в том месте, где говорят на этом языке. Так что собирайся. По дороге в аэропорт заскочим в школу, кое-что передашь директору, а он даст первый пакет самых нужных документов для перевода. Потом по почте отправит остальное.

Я аж подскочила на постели.

Наконец-то удача! Счастье! Европа!

И не нужно больше видеть Игната!

Ура!

Выбежала из комнаты в чём спала:

- Ба, дед! - прошлёпала босыми ступнями по полу, ураганом торопясь вниз в столовую, где уже были родственники. - Папка позвонил! - затараторила счастливо. - Мы уезжаем! В Лондон!

- Да, - отозвалась бабушка, и я только сейчас осознала, что на глазах родственницы сверкали слезинки. Перевела взгляд на дедушку. Он не плакал, но грустил.

- Ба, де, - вклинилась между родными и любя притянула к себе. - Я вас обожаю. Буду очень скучать, но это же Лондон! - попыталась достучаться до их разума.

- Конечно, - кивнула бабушка и поспешила прочь из зала, но уже в коридоре бабуля смахнула слезы, которые явно не желали останавливаться.

- Ну перестаньте, - взмолилась я. - Я ещё приеду вас навестить, - выдохнула от переизбытка чувств. - Вот только доучусь... и тогда...

Не хотела думать, как сложно прощание давалось бабушке и дедушке, да и о другом размышляла. О том, что наконец-таки у меня будет иная жизнь. Что больше не увижу Игната! Не услышу насмешек и погонял... И плевать, что вчера случилось. Плевать на блог Артёма и его страницы в инете. Теперь всё будет по-другому!

Собиралась быстро, запихивала вещи во все сумки и чемоданы, что отыскала в доме. Папа не сказал насколько едут в Лондон, но если и документы из школы забирать, значит - надолго!

Приняла душ, умылась, причесалась, оделась и спустила багаж вниз, где уже покоилась довольно приличная груда сумок.

- Ты решила весь дом вывезти? - грустно пошутила бабушка, натянуто улыбаясь.

- Только самое необходимое, - воодушевлённо прошептала я и прокрутилась в танце: - Европа!

Теперь у меня будет время набраться сил! Я повзрослею, окрепну, научусь наглости и стойкости. Уж что-что, а упорством и жаждой познания нового отличалась. Недаром папа сам взялся обучать предметам, в которых был специалистом высочайшего уровня. Микробиолог! И как оказалось, я пошла в него - нравилось ковыряться с пробирками, работать с формулами, искать, копать нужные элементы, реагенты, выводить нечто новое...

Я встряхнула головой. Продолжу путь отца, а ещё назло всем завистникам стану знаменитой и яркой девчонкой. Утру нос Игнату, да так, что он признает меня и захочет дружить!

Вот только будет ли он достоин дружбы со мной?..

***

Отец приехал довольно быстро. С полчаса разговаривал с бабушкой и дедушкой при закрытых дверях, а я послушно сидела в зале и его ждала. На телефонные звонки Ксении, Спартака и Антона не отвечала. Не хотелось говорить. Да и не о чем! После вчерашнего не желала их видеть. Мне нужно время. Прийти в себя, обдумать, окрепнуть психологически. Да к тому же ещё немного, и моя мечта сбудется! Я уеду... Главное, дождаться папу...

Отец вышел стремительно. Мило улыбнулся и поцеловал меня в лоб, как делал это по обыкновению:

- Ты стала ещё красивее, принцесса, - вымучено улыбнулся. - Копия мамы... - добавил с болью и гордостью одновременно. Он до сих пор не смирился с потерей любимой. Я это знала. Поэтому он уехал. Не мог находиться в доме, где умерла жена. Постоянно разъезжал по стране и ближнему зарубежью со своими разработками. Такой образ жизни был неприемлем для меня, затруднял получение образования, ведь частая смена жительства не самая устойчивая платформа для обучения. А так как у меня большое будущее, по крайней мере, и папа и я в этом были твёрдо убеждены, решили, что останусь с родителями мамы, и продолжу образование в самой сильной школе района. До поры до времени...

Признаться, первое время обижалась на него за слабость, но потом смирилась и поняла, папа старался для меня. Думал о будущем... Как бы то ни было, простила и сейчас радовалась - отец брал с собой. В Европу!

Сидя в такси, извелась, а когда подъехала к школе, покосилась на папу:

- А нельзя сразу все документы по почте переслать? - уточнила тихо.

- Можно, - кивнул отец. - Но это будет дольше, да и не дай бог по дороге потеряются. Ты же слышала, как работает нынче почта и курьерская служба?

- Ага, - согласилась вяло и бросила взгляд на школу. Так не хотелось туда идти. Грустно втянула воздух и вышла из машины. Чтобы не затягивать время, быстро побежала к входу, а уже в здании, прямиком бросилась на третий этаж, где и располагался кабинет директора.

Игнат

Математика закончилась, о чём громко возвестил истошным переливом школьный звонок. Одноклассники с радостным гулом покидали кабинет. Я затолкал учебник и тетрадь в рюкзак. Вжикнул молнией, и определив на плечо, тоже вышел из класса.

Со вчерашней вечеринки не отпускало странное ощущение, что влип. И влип по-крупному! Словно сделал нечто запретное, и теперь мне грозило пожизненное наказание.

Вот только во что? И какое? Тщательно перебирал вечеринку от начала до конца, задавал себе наводящие вопросы, но никак не мог понять, где промахнулся. Начало порадовало, середина даже позабавила, а под конец... как всегда было... не одиноко.

Что же такого случилось, отчего душу съедало, точно мышь сыр, странное предчувствие?

Я упорно отрицал, что это хоть как-то могло коснуться соседки. Рядовая ситуация! Уйма народу, веселье, алкоголь, игры, развлечения, девчонки...

Вечеринка сама по себе была улётной и ничто не предвещало того, что случилось. В который раз прокручивал игру и вновь и вновь ловил себя на мысли, что на душе гадко. Одёргивал - ничего ведь не случилось аморального! Убеждал, всё отлично! Жизнь продолжается!

Конкурсы, как конкурсы, веселье как веселье... Ну, подумаешь, малолетка досталась парой. Ну, подумаешь, припёрла на вечеринку для взрослых! Ну, в развлечении поучаствовала! Ну, чуть удивила, что умела стоять на доске получше многих моих друзей. Ну, поцеловались... Ну, искупались...

Я ведь дал понять, что ей тут не место. Тем более со мной! Даже руки не распускал. Был мил и обходителен. Мы ведь победили, несмотря на её выходку и позорное падение в самом начале этапа. Даже не приставал - как честный парень отправил домой! А ведь она напрашивалась. Чего стоил её ответ на поцелуй. А как она прильнула, уселась на меня, руками обвила...

Черт! Вопреки здравому смыслу тело вновь отреагировало на воспоминание. Жар прокатился от головы до ног, обратно и... задержался в области живота.

Даже пришлось башкой мотнуть, прогоняя дурман. Нет! Отвратительное ощущение. Оно мне не нравилось. Тем более в отношении Королька!

Именно это и омрачало ситуацию - соседская девчонка, которая уже давнее время мозолила глаза. Навязывалась с дружбой и самое отвратительное, из-за отца которой разрушилась моя семья!

Именно так!

Нет, маму не упрекал, батю не оправдывал, он был очень ревнив и часто поступал неправильно, но больше винил в случившемся отца Королька. Весь и себя такой интеллигентный, умный, ранимый... С нежными чувствами к умирающей жене, да медовыми к доченьке. Прям патока до скрежета зубов. Словно не понимал, что своими проблемами мешал другим. Тихими и скромными улыбками сбивал мать с пути истинного.

А она очень чуткая, добрая душа - всегда и всем стремилась помочь. И этому 'страдальцу' тоже: то за женой присматривала, потом с похоронами возилась и с Иркой...

Вот мой отец с громким скандалом и ушёл из семьи. Точнее, мать прогнала, ведь он в который раз нарушил обещание не играть, не пить, не гулять. Бешусь, потому что всегда покладистая и терпеливая мама, закрывающая глаза на проступки бати, всё же не выдержала. А он ничего из ряда вон выходящего не совершил - покуролесил как обычно... Так ведь из-за соседа сорвался. Не знал куда злость и ревность деть, вот и пошёл на бои.

Мамка рубанула, словно не было счастливых моментов. Будто не было любви... Из-за соседа... Совсем повернулась на сочувствиеИ к мужику и его дочери. Даже не посоветовалась, а я любил батю. Нам было весело. Он умел развлекаться и жил на широкую ногу. Каждый день... Игровые комнаты, спортзалы, площадки, клубы, торговые центры. Он учил радоваться жизни и брать максимум. Наставлял, чтобы не замыкался и не ограничивал себя в чём-то одном. Всегда повторял: 'Выбор есть и только от тебя зависит путь, на который свернёшь'. Шутливо называл меня 'мозгорулом'. Гордился, что в отличие от него, я учился на "отлично". Батя едва школу окончил, в спорт вложил все силы и умения. Поэтому верил, что я смогу большего добиться. И, конечно, надеялся на мои спортивные данные: 'Природу не обмануть!' - часто усмехался, делая захват шеи и взъерошивая волосы на макушке.

Вот она... настоящая жизнь. Яркая, точно вспышка молнии.

Не то что существование соседей - всё тихо-гладко. Ни веселья, ни кутежа. По крайней мере, для чужих глаз. На самом деле - в тихом омуте - черти водятся. Замечательная поговорка. Она подходила Иркиному отцу. С виду примерный семьянин, хороший отец. Если бы... не заигрывания с моей матерью и вечное отсутствие в жизни дочери. На это мне, конечно, плевать, просто не люблю лжи и показухи. Лучше быть порядочным человеком, ругающимся матом, чем тихой воспитанной тварью.

Это как раз про Сергея Николаевича.

Так что теперь семейство Корольковых - мой персональный деготь!

А дочь... да по-любому в отца пошла. Уж больно порядочна, не бывает таких. Глядит огромными глазищами. Не огрызается...Невинная, как овца... перед забоем.

Дрянная девчонка. Вот какого лешего припёрла на вечеринку? Она совершенно из другого мира. Не создана для веселья!

На таких женятся!

Я заскрежетал зубами. Нравилось или нет, я всеми силами старался выкинуть некоторые эпизоды из памяти, ведь они слишком ярко впечатались в голову.

- Э-э-э, - из тягучих мыслей вырвал окрик Славика Моржова, одного из приятелей, только из параллели. Так уж получилось, что я единственный из своих друганов, кто тянул класс с буквой 'а'. Вот и виделись только на переменах, да после уроков. - Игнат, - махал парень и мчался ко мне по гудящему коридору, наплевав, что не всегда вписывался во встречных. Третий этаж этого крыла, в отличие от второго, не пустовал, и всё потому, что в конце того находился кабинет директора. Не каждый ученик решится на глазах строгого директора нарушать школьный порядок.

- Здоров, - поприветствовал я друга выверенными движениями: руками, пальцами, кулаками, плечом. - Чего такой возбужденный? - хохотнул, только закончили ритуал.

- Бл***, запыхался пока бежал, - выдохнул Морж. - Это, как его... Королька видел?

- Нет, - улыбка сошла с моего лица. О ком, о ком, а об этой девчонке совершенно не желал слышать. И уже тем более её видеть!

- Она к директору с отцом пошла.

- Что? - ёкнуло сердце. Даже мелькнула гадкая мыслишка, что мелкая на меня решила написать заявление.

Вот только за что?..

- Ага, я видел... - поддакнул Славка. - Она на машине приехала. Без школьных вещей. Бежала к входу, а потом сразу к директору в кабинет. Папаша следом явился.

- И? - попытался не выдать волнения я. Морж, то есть Славка, с недавних пор стал тусоваться с Лавиным Вадимом, главным сплетником школы. Знал всегда, все, обо всех. Так что Морж, подхватив заразу "должен трепаться на каждом углу обо всём", непросто так прибежал. Значит, в курсе дела.

- Отец её в кабинете с директором остался. Вроде как пишет заявление о переводе, а Королёк в отдел кадров убежала. Документы забрать.

- Что? - повторил я глупый вопрос. - Она что?.. - сощурился, - из школы уходит?

- Насколько успел услышать - уезжает. В Европу! - это уже Славик обронил с завистью.

- Ого, - присвистнул Штыков Ромка. С наскоку ухватил меня за шею и потянул вниз, отрабатывая очередной приём. Братан - спортсмен и любитель на ком-нибудь потренироваться. Сегодня не было желания играться, поэтому ловко ушёл из хвата, и недовольно плечом толкнул парня:

- Отлично, пусть катит. Такие умы там нужнее...

Ребята захохотали, и мы двинулись дальше по коридору, к лестнице.

Всеми силами старался не думать об услышанном, но поздно понял, что вместо второго этажа спустился на первый и уже, замедлив шаг, проходил мимо отдела кадров.

На миг остановился, не вслушиваясь в поверхностную болтовню приятелей, и в тот самый момент, когда мелькнула разумная мысль, что лучше отсюда уйти, дверь кабинета распахнулась и на пороге замерла Королькова. Опешила, это было видно по расширенным глазам, резко побледневшему лицу, рваному дыханию, плотно сжатой полосе рта.

Ирка прижала к себе толстую папку, не сводя с меня затравленного взгляда.

- Дверь закрой! - раздался командирский голос работницы кадров. Это привело всех в чувство. Ирка поспешила прочь, затворив за собой дверь и опустив голову. Глазами проводил девушку, не в силах что-либо сказать. В голове сильно пульсировала кровь, сердце ухало точно ненормальное. Я был чрезвычайно рад и в то же время до бешенства огорчён.

- Братан, ты чего? - прописал мне дружескую затрещину Штык, чем вывел из прострации. - Сказал же, что тебе плевать...

- Да мне пох***, - отмахнулся я, как можно безразличней, тотчас поспешив с ответом на наглость, запрыгнул на спину Ромыча. - Хотел убедиться, что точно она...

- А-а-а, - протянул с сомнением Штык. Между нами завязалась короткая приятельская потасовка. Только успокоились, я бросил косой взгляд Ирке и проклял тот день, когда девчонка влезла в мою жизнь. Порывисто поправил лямку рюкзака и пошёл с друзьями дальше по коридору, словно мне туда и надо было. Почему-то боль растекалась в груди. Сердце билось в тоскливом ритме, а настроение упало ниже некуда.

Часть вторая

Наше время (2,5 месяца до СВМА )

## Глава 10


Ирина

Откинувшись на спинку заднего сидения такси, с волнением ожидаю возвращения в дом бабушки и дедушки. Пять лет пролетают почти незаметно, и в то же время насыщенно и ярко. Я успеваю с папой побывать и в Лондоне, и в Канаде, и в Китае. Каждое место пребывания отпечатывается в памяти и оставляет неизгладимый след в душе.

Разные менталитеты, языки, нравы и устои. Нет, я прежняя девчонка из России, вот только научилась смотреть на жизнь с разных сторон, а ещё поняла, что нельзя упускать момента. Нужно жить!

В Лондоне на первых порах пришлось трудно. Ещё бы, мой английский был груб и не оттёсан. Не скажу, что кто-то меня попрекал акцентом или смеялся, когда допускала речевые ошибки, но остро ощущала разницу в произношении и подаче. Поэтому жадно глотала, учила, и вскоре заметила, что стала более раскрепощённой и общительной. Нашла единомышленников по научной жизни. Повезло. Разработки так понравились комиссии, что меня приняла в колледж без экзаменов и даже почти не глядели на итоговый бал, который вместе с рекомендациями прислали из школы. Схватили с руками и ногами, лишь бы продолжала работать над задумкой у них. Гранды выделялись регулярно. Группа мальчишек и девчонок, с идентичными увлечениями подобралась быстро.

В общем, я не знала проблем и полностью погрузилась в исследования. Только изредка душа рвалась на родину и тогда я брала в руки доску или велик - и шла на поиски тех острых ощущений, которые могли бы хоть как-то приглушить тоску по дому.

Как, оказалось, найти любителей данных видов спора в большом европейском городе легче некуда. Поэтому и здесь преуспела. Вот только школа обучения оказалась другой. На улице, как правило, не появлялись профессионалы, у них были свои клубы, оборудованные площадки. Одну из таких и нашла. Купила членский билет и стала посещать, пока на меня не положил глаз один парнишка. Хенри Джоунс. Милый, худощавый, весёлый обаяшка с белоснежной улыбкой и неунывающим характером. Помогал советами, таскал на вечеринки, знакомил с интересными людьми. Он умел и любил дружить - с открытой душой и огромным сердцем. Подсадил на новый вид увлечения - ведение блога. Помогал, модерировал. В общем, дружба завязалась крепкая, а вот отношения не получились. После первого же поцелуя, поняла, что это не принц моих грёз. Хотя, какое-то время себя заставляла с парнем гулять. Мне нравилась его компания. Пусть нет волнующих душу эмоций, зато есть теплота и покой. С ним я всегда улыбалась. Знала чего ожидать, могла положиться, довериться. И он согласился... на платонические отношения. Мы продолжали... а я упорно отрицала, что в памяти слишком ярко осел поцелуй Игната, из-за которого теперь все мальчишки казались обычными и не более чем милыми.

Когда через два года отец объявил, что должен ехать в Канаду, расстроилась. Мне нравилась жизнь в Лондоне, да и перспективы были грандиозными. Несколько раз взвешивала все за и против, ведь папа оставлял выбор за мной - остаться здесь, или ехать с ним. Но в итоге решила, что не осяду в Лондоне. Жизнь - движение, а я хотела жить!

Начинать всё сначала?

Не боялась, поэтому с воодушевлением переехала в Канаду.

Как бы плохо ни относились к россиянам в связи с последними мировыми событиями, ко мне и отцу не выказывали неуважения и с радостью принимали везде. Ещё бы, папа приехал ознакомить других микробиологов со своей запатентованной разработкой. Да, это было непатриотично, делиться довольно интересной находкой, но отец больше стремился к яркому открытию, и понимал, что только с помощью других может перейти на новый уровень. Его не пугало, что могли украсть идею, новые задумки и часть экспериментов, больше всего на свете мечтал, сделать доступной простому народу то, над чем упорно работал эти годы.

Мои проекты были куда скромнее, но тем не менее для моего возраста - интересно и значимо. Как и для многих университетов и институтов. И если в Лондоне уже подала документы в самые значимые учебные заведения, то в Канаду отправила портфолио в Университет 'Трент'.

Меня приняла...

Ребята тут были разнотипные, и что немного напрягало, Универ разделялся на сословия. Я так и не поняла, к кому относилась, да и не особо над этим задумывалась. Выживать училась со школы, поэтому точно знала, как бы дело ни пошло - я выстою.

Вошла в аудиторию, всем объявили, что новенькая и это было всё... Никто не пытался со мной познакомиться ближе, втереться в доверие, или попытаться вывести на ссору.

Зато после того как преподаватель по микробиологии, увидел мою работу и этапы исследований, сразу же завертелась лабораторная жизнь. Андерс Джонс был крайне удивлён, что девушка смогла так далеко продвинуться в столь кропотливом проекте. Нашёл несколько ребят в помощь, и группа очень дружно и слаженно продолжила исследования.

Немногим позже стала понимать: часть сокурсников - надо мной откровенно потешалась - ботаничка и т. п. Красотки - давились ядом, а парни... ну после нескольких отказов самым важным личностям Универа, пустили слушок, мол, лесбиянка. Что ж, это тоже стойко пережила, даже пришлось повоевать за собственное тело с другими представительницами женского пола, кого возбудила мысль, что я их ориентации. В общем, мнения народа разделилось, а вскоре, вообще, затухло, за неимением каких-либо новых сплетен и грязных подробностей о моей личной жизни.

А ещё через время, гормоны стали просыпаться. Хотелось себя ощущать нужной, желанной...

Вот тогда Универ вновь загудел обо мне, правда, только в одном ключе: су***, которая вечно динамит. Парни... Их было много, но дальше липких и слюнявых поцелуев дело не заходило, ведь никто сердце толком не всколыхнул, чему усердно радовался папа. Он всё время повторял, что влюблённость делает дураками, а мне, ну никак нельзя терять голову. Так что должна погрузиться в работу, пока не смогу добиться успеха, а вот потом... можно и о личной жизни подумать.

В чём-то с ним была согласна, но гормоны... Чуткое девичье сердечко... Хотя, как мне кажется, упорно мечтала вырвать из памяти злосчастный поцелуй и стереть любое упоминание о взрыве эмоций, что теперь преследовали.

Так что, несмотря на уговоры родителя, делала попытки с кем-то встречаться, но через несколько месяцев ясно поняла, что канадская молодежь свёрнута на сексе. Им не нужны чувства, отношения. Банальный трах, петтинг от легкого до жёсткого, а остальное - побоку...

Я не была готова к таким скорым и бесчувственным встречам, поэтому после десятка ухажёров решила, что с личной жизнью повременю.

Сделала ставку на спорт. Он стал моей вечной отдушиной. Упорно закрепляла умения в уличных катаниях и продолжала вести блог, где выкладывала удачные видео со своими трюками и прокатами. Именно в Канаде стала изучать паркур, но, признаться, это было слишком, и поэтому умения в этой области так и остались не выше средненького. Погасить прыжок, подтянуться, перепрыгнуть, забраться на некоторые высоты...О большем не мечтала, да и не считала нужным. У каждого своя ниша, пристрастия. Поэтому упорно искала то, что может заполнить брешь в сердце.

И когда первый раз села за руль, поняла - это оно! Скорость - моя болезнь! Сдала на права легко, поэтому отец позволил купить подержанный автомобиль. Тогда ощутила себя на седьмом небе от счастья. Частенько выезжала на трассу, проверить скорость, отточить мастерство.

Однажды после очередной тренировки на доске встретила Андерса Джонса на улице. Он взялся проводить меня до дома, где и настала неловкая заминка. Непонятно, почему смутилась, а преподаватель поспешил ретироваться со словами:

- Завтра увидимся.

На следующий день после лекций вошла в лабораторию, где и получила шокирующее признание от мужчины. Клятвенно заверял, что спать не может, всё думает обо мне...

Я была настолько поражена, что не нашла ничего более верного, как уйти.

Несколько дней всячески избегала преподавателя, раздумывала над услышанным, а потом решилась на разговор, ведь мужчина мне искренне нравился. Невысокий, спокойный, умный, ответственный, ненапористый.

Объяснила, что пока не готова к очень близким отношениям, но если бы он набрался терпения, то, возможно... мы попробовали...

Андерс был счастлив. Этого не скрывал и умело держал себя в руках. Никто из студентов и лаборантов не догадывался, что мы стали встречаться. Поначалу всё было мило и нежно, совершенно не докучно. Андерс как и обещал - терпел, рук не распускал, да и особо с поцелуями не лез. Мы большей частью обсуждали разработку и исследования, и крайне редко затрагивали личные темы.

Так прошёл месяц. Второй... За это время позволила лишь некоторые ласки, которые допускал внутренний психологический барьер. Понятия не имею, откуда он взялся, но в какой-то момент, отталкивала Андерса и смущённо лепетала, что ещё не готова к более тесному контакту. Признаюсь, его прикосновения хоть и были довольно опытными и нежными, но не производили того эффекта, что когда-то близость с Игнатом и его наглые руки. Я откровенно злилась и проклинала тот злосчастный день.

А ещё парня...

В сердцах кричала, что ненавижу его ещё сильнее и даже настраивалась на решительный шаг с Андерсом, вот только отец опять огорошил новостью, что работа в Канаде подошла к завершению.

Он получил приглашение из Китая. Как и в Лондоне давал выбор. Я даже не раздумывала, просто согласилась ехать.

Андерс был в горе и повёл себя странно. Устроил прямо на улице сцену ревности. Махал руками, кричал, взывал к совести и рассудку. Меня спасло лишь то, что вовремя появились знакомые, с которыми каталась на скейтбордах.

Наскоро распрощалась с Андерсом, а наутро подала документы о переводе в учебное заведение, которое выбрала, штудируя информацию о том городе, куда собирался отец.

Шанхайский Университет являлся крупнейшим учебным заведением Шанхая и находился под управлением Народного правительства города Шанхай. Грандиозное заведение, включающее в себя одиннадцать научных институтов, изучающих социологию, языковедение и литературу, математику, физику, инженерную механику, материаловедение, металлургию, электрическую инженерию, высокие технологии. Ведущее обучение по 37 докторантским, 131 магистерской и 67 бакалаврским специальностям. В университете также есть 4 государственные программы и восемь программ муниципального уровня.

Я металась между прикладной химией и биомедицинской химией. Оба направления интересны и в итоге выбрала последнее.

Вот где была шокирована по-настоящему, так это в Шанхае. Новая культура и люди. Вежливые, весёлые, безгранично активные. Такое впечатление, что земля работала от энергии именно этих людей. Улыбчивые, пунктуальные, учтивые. Нация многогранная, трудолюбивая, открытая. Я честно влюбилась в Китай, но сердце продолжало кровоточить по родине.

Именно в Шанхае познакомилась с Лианг Джи Линем, эдаким адреналинщиком и весьма богатым парнем. Его родители были весьма состоятельными предпринимателями. Сеть пятизвездочных гостиниц по стране. В общем, Лианг с детства купался в роскоши. Его баловали и прощали любые выходки. Он пользовался...

Лианг не был плохим, но испорченным, упрямым - да. И мне нравился этот испорченный, разгульный парень. Он был популярным, интересным, опасным... И как и я болеющим разными экстремальными видами спорта. Дж Линь подсадил меня на авто- и мотто-гонки. У него была своя школа и несколько треков в распоряжении и под колпаком. Парень терпеливо обучал навыкам скоростной езды, а потом курировал экстремальное вождение. Показывал разные трюки и фишки.

Обучение давалось на удивление легко - я как губка проглатывала информацию и всё уверенней ощущала себя за рулём и даже участвовала в гонках и кроссах. В этой стране было запрещено подобное, поэтому часто приходилось скрывать лица на видео, которые снимали для выкладки в соцсеть. А их заливали немало. Подписчиков было бескрайнее море и ещё вагончик. Правда, попадались и злые на язык, но я в полемику редко вступала, поэтому ограничивалась лишь тем, что загружала новинки.

А ещё Лианг Джи дал ощутить свободу. Свободное падение... парапланы, парашют. Так он прививал любовь к высоте, и пытался научить притуплять страх падения. Хотя всегда говорил, любой прыжок как первый, до дрожи в коленках и исступлённого бита сердца.

Впервые в жизни испытывала столько эмоций. Адреналин реально зашкаливал и именно в такой момент Лианг Джи предложил встречаться.

Я смотрела в бездну неба и понимала, что не могу сделать решающего шага.

- Ты мне доверяешь? - Лианг Джи старался перекричать гул самолёта. Он стоял за спиной. Очень близко, так близко, что это придавало уверенности.

Не задумываясь, кивнула. Зажмурилась, и в следующий миг уже задохнулась от прилива ужаса и одновременно восторга. Лёгкий толчок в спину, отправил парить в небе свободной птицей. Тут не было ни подлости, ни коварства. Ни предательства, ни обмана. Ни угроз... полная, абсолютная свобода...

Ещё секунда, и за руки вцепился Лианг, который прыгнул следом и сейчас меня нагнал. Несколько секунд мы парили, смотря друг на друга. Джи Линь коснулся мимолётно моих губ и, отсчитав пальцами три, дёрнул за кольцо парашюта.

Меня подбросило, хотя на деле, всего лишь замедлилась скорость - так называемый динамический удар, ведь надо мной быстро раскрылся огромный зонт.

Уже на земле Лианг Джи обнял и с жаром уточнил:

- Ты будешь моей?

Лишь моргнула, всё ещё прибывая в экстазе от полёта и приземления. В голове грохотала кровь, сердце выскакивало из груди.

- Я могу тебе подарить жизнь, только верь мне.

И я глупо доверилась. Подсела на него и его увлечения. Подсела на какое-то время слепо следуя, куда бы не шёл. Я погрязла в нём в его жизни. Единственное, не спешила с отношениями, потому что боялась... И как оказалось, правильно делала, ведь уже через несколько недель Лианг Джи начал вести себя опасно и безрассудно. Он ввязывался в драки от ревности или просто, чтобы кому-то что-то доказать. Затевал экстремальные споры и выполнял трюки на грани смерти. При все сдержанности "тигра", что красовался на спине Джи Линя, парень был жесток и скор на расправу. Точно хищник, подминающий любого, кто смел претендовать на территорию, на пальму первенства, на его женщину... Он был беспощаден...

Я умоляла его остановиться, часами высиживала в больницах, если случалась авария или травма, даже получала выговор от его родителей, хотя честно не понимала, в чём была моя вина. А Лианг... он был плотно увязнут в адреналиновую иглу.

Это чётко осознала, когда случился очередной спор и Джи Линь рискнул пойти на опасный трюк. Прыгал с крыши движущегося автомобиля на крышу другого. До последнего отказывалась содействовать, но страх толкнул быть рядом. Лианг убедил, что только мне доверяет, и я просто обязана быть с ним.

Я управляла машиной, с которой Лианг Джи Линь прыгал...

Множественные переломы ног, рук, рёбер. Смещение позвонков, сильнейшая травма головы. Несколько дней в коме...

Несколько дней сущего Ада.

Я молилась, чтобы он выжил. Терпеливо выхаживала, даже несмотря на проклятия его родителей, а когда поставила на ноги, сообщила, что больше не могу с ним быть. Решила полностью посвятить себя науке, ведь из-за Лианга обучение затормозилось. Ещё бы - мне приходилось бросать учёбу и мчаться выручать френда из очередной неприятности. А ещё устала бояться. Бояться, что проснусь и узнаю, что он погиб.

Парень требовал одуматься. Клялся, что больше не допустит ничего подобного, но я была неумолима. Как бы ни было больно, решила, что эти отношения должны закончиться, и ушла.

Лианг Джи преследовал несколько месяцев, обрывал телефон, передавал сообщения через знакомых, поджидал у дома. Писал в соцсетях. Я не железная, уже была готова сдаться...Моё сердце билось по этому парню, какой бы глупостью ни была наша связь.

Как всегда вмешался папа. В общем, он хоть и был занят собственными делами, но никогда не выпускал из виду меня и мои увлечения. Очень переживал за всё, но с советами не лез, ведь могла копытом ударить, и поступить ещё более неразумно.

Отец гордился моей силой, целеустремлённостью. О чём не забывал напоминать. Вот так как бы случайно, но в то же время, к месту сообщил, что его работа в Китае окончена, и он собирается обратно в Россию...

Моя душа как птица Феникс, вначале сгорела за миг, а потом медленно, но верно стала оживать. Дом! Боже, как же я соскучилась по дому... По бабушке и дедушке!

Не сомневалась ни секунды - без раздумий нашла в Питере университет, отправила заявку на перевод и уже через несколько дней получила подтверждение, что меня ждут на курсе. Бюджетного места уже не было, - это и понятно, конец учебного года, - но если покажу те же успехи, что и обучаясь до сего момента, то с начала нового - комиссия постарается найти для меня вакансию.

Уверена, этому поспособствовал отец. У него были связи, но вряд ли папа просил звезду с неба или привилегий, думаю, просто уговорил ректора дать мне шанс.

Санкт-Петербургский государственный университет! Оставалось всего ничего - несколько месяцев до летней сессии и больших каникул. Лучшего варианта даже не искала. И папу, и меня это очень обрадовало и устроило, да и недостатка в деньгах не было. На семейном совете решили ухать! Уже через неделю собрались и отправились домой.

Я переживала за Лианг Джи, но твёрдо решила начать новую жизнь! Без него... Ему оставляла жизнь без меня, ведь только так мы могли бы не спалить друг друга.

## Глава 11


Ирина

Дыхание учащается, когда вижу знакомый пейзаж: Питерскую слякоть, весеннюю пасмурность, дома соседей, улицу, по которой долгое время ходила в школу, саму школу... Сердце колотится сильнее, когда минуем коттедж Артёма. Глазами жадно вожу, перескакивая с дома на дом, с дерева на дерево, с куста на куст, с забора на забор... Всё знакомо. За пять лет отсутствия мало, что изменилось. Вот только деревья... стали ниже... или остались такими же?

Машина сворачивает на улицу, где живёт бабушка и дедушка, а перед ним стоит дом Игната и его матери.

Теперь сердце уже не колотится, оно так мощно грохочет, что в груди даже становится больно. Кислорода совсем не хватает, и поэтому закрываю глаза. Заставляю себя успокоиться, глубоко вздохнуть...

Такси останавливается, и голос родственников возвращает на землю:

- Ирочка, - всплескивает руками бабуля. В тёплом пальто, резиновых сапогах. Торопливо идёт к авто, а за локоть её придерживает дедушка, тоже одетый по прохладно-весеннему.

Распахиваю дверцу и спешу навстречу к родственникам.

Уже в следующую секунду бабуля и дедуля заключают меня в крепкие объятия.

- Внученька, - рыдает ба. - Как же ты выросла! Стала такой... хорошенькой. Дай, на тебя посмотрю. - Бабуля чуть отступает и заставляет меня прокрутиться вокруг своей оси. - Нет, - не то сокрушается, не то восхищается. - Ты не хорошенькая, - в глазах мелькает горечь вперемешку с любовью. - Истинная красавица.

- Ба, ты мне словно приговор вынесла, - пытаюсь обратить в шутку реплику родственницы.

- Так ведь в красоте много горя бывает, - резонно подмечает бабуля. - Это сколько же теперь женихов наш дом будет осаждать?!

- Ба, - поджимаю губы. - Я с ними на раз справлюсь, и отворот поворот дам, клянусь, - поднимаю руку жестом клятвы. - Уж чего-чего, а это я научилась делать на 'отлично'!

- Да не слушай старую, - обнимает её за плечи дедуля. - Она от счастья не ведает, чего говорит. Женихи - значит женихи! Если что, у меня есть очень хорошая метла. Я тебе помогу...

Ну вот как не улыбнуться?!

- Спасиб, дед, - чмокаю старика в щёку. - Ну что, так и будем стоять, или всё же отпустим таксиста? - решаю поторопить родственников.

- Да, да, конечно, - спохватывается ба. - Дед, помоги с вещами, - машет на машину. - А то помниться, когда Иришка уезжала, у неё столько багажа было... - закатывает глаза.

- С тех пор многое изменилось, - пожимаю плечами. - Да и основные вещи потом прибудут. Папа грузовую машину заказал...

Бабуля хмурится. Дед спешит к багажнику. Я расплачиваюсь с таксистом, один рюкзак ловко закидываю за плечи, а большую сумку, где, по сути, все основные вещи, забирает дедуля.

- Это всё? - поражается ба и даже неверующе смотрит вслед отъезжающей машине, словно раздумывает, не увёз ли мужик чего с собой чужого?

- Ба, - водружаю руку на плечо родственницы. - Всё самое важное на первое время - тут!

- Хм, - озадачивается бабуля. - А может, ты мне чего недоговариваешь? - хмурит седые брови, на старческом лбу и без того изрешечённом морщинками, пролегают ещё три крупные. - Ты не собираешься у нас жить?

- Ба, - скулю театрально и побуждаю родственницу пойти к дому. - Я же теперь в Универе буду учиться. Ездить каждый день туда обратно - накладно, да и далековато. Мне и так на сон мало времени останется. Но на выходные к вам буду наведываться, клянусь, да и каникулы...

Бабуля заметно расстраивается. Остальной путь до дому шагаем молчала.

- Ба, не дуйся, - ласково подлизываюсь, уже в зале, обняв родственницу. - Я к вам первым делом приехала. Соскучилась, а ты дуешься...

- Просто я... просто мы... - встряхивает бабуля головой. - Всё понятно, дело молодое: личная жизнь, учёба... Не обращай внимания, - отмахивается просто. - Прав дед, накручиваю. Ты теперь взрослая. Что тебе с нами жить?!

Ну, нечестно вот так на жалость давить! Понятно ведь, что родственница очень расстроилась. Ничего, ба отходчивая, и вскоре, примет как должное.

- Так говоришь, что в Университет поступила? - бабуля вновь нарушает молчание, когда уже все садимся за стол. Он ломился от вкусного и такого забытого, приготовленного бабулей съестного. За границей нашей еды не было, поэтому первым делом накидываюсь на борщ.

- Нет, - отзываюсь, едва прожёвываю порцию. - Поступила ещё в Канаде. Потом перевелась в Китай, а теперь в Питер. Программа обучения хоть и разнится, но ректор и декан глянули мои итоговые баллы, и поэтому позволили без вступительных экзаменов перейти. Да к тому же мои разработки везде интересны. Они даже обещали мне работу подыскать, а возможно, и бюджетное место выбить.

- Ой, как было бы замечательно, - радуется бабуля. - Ты же такое умище, - кивает значимо, в старческих бледно-голубых глазах плещется любовь и восхищение. - Как отец и мать! Им за тебя руками и ногами держаться нужно, - знающе продолжает, - а то, вон, какая шустрая, то там, то там... везде успеваешь.

- Ну, ты меня прям захвалила, - тихо улыбаюсь с затаённой грустью. - Не перехвали, разочаровываться в людях очень больно!

- В тебе? - удивляется ба. - Нет! В тебе я никогда не разочаруюсь, - отрезает уверенно. - Что бы ты не сделала, как бы не поступала, ты - наше счастье и кровинка. Мы жизнь свою не пожалеем за тебя.

Разве может такое не растрогать?! Мда, вот и я до глубины души, и даже смаргиваю накатившие непрошеные слёзы.

- Ну, ну, - вклинивается в разговор дед. - Хватит слёзы пускать, - журит нарочито строго. - Чего не хватало пересоленный борщ кушать. Юль, - хмуро бросает бабуле, - заканчивай нашу принцессу доставать. А уедет опять, и потом долго будет ждать возвращения!

На том щекотливый разговор прекращаем.

После обеда поднимаюсь в свою комнату. Отворяю дверь и застываю на пороге. Надо же... ничего не изменилось с тех пор, как я уехала. Даже две единственные мягкие игрушки, которые всегда называла пылесборниками, сидят на постели.

- Я ничего не переставляла, - раздаётся тихий голос бабули за плечом. - Лишь пыль смахивала, да пылесосила, ну и постель... Не хотела ничего менять.

Опять обнимаю бабулю:

- Я вас так люблю! - с чувством шепчу в висок и чмокаю. - Я очень рада, что вернулась. С вами я была счастлива.

- Разве? - с надеждой и сомнением одновременно смотрит родственница на меня. - Мне показалось, ты сбегала от несчастливой жизни.

- Нет, - пристыженно мотаю головой. - Я сбегала от себя!

- Проблемы нужно решать, а не бежать от них, - мягко поправляет ба и нежно гладит меня по голове. - Надеюсь, теперь ты готова к этому, - добавляет и подталкивает в комнату: - Ступай, приберись! И вещи не разбрасывай! Всё должно быть аккуратно по полочкам в шкафу разложено и повешено. - Это уже говорит нарочито строго, словно я - малое дитя, которое вечно наводит беспорядок.

Как не улыбнуться такой заботе?

Шагаю в свою комнату.

Я дома!

## Глава 12


Ирина

Иду по длинным коридорам Универа, прижимая к груди документы.

Наконец, продолжу учёбу. За время путешествия разное было, но больше развлечений и экстрима, теперь хочется полностью погрузиться в обучение.

В кабинете проректора по учебной работе приходится ещё раз рассказать об образовании, о проекте и исследованиях. Важный мужчина в дорогом костюме с показным энтузиазмом кивает, а потом отправляет меня в студенческий отдел кадров, а оттуда посылают в деканат биохимического факультета.

Так как была перемена, по этажам снуёт много молодежи. В деканат я еле протискиваюсь.

В просторном помещении с офисной обстановкой, где работает шесть специалистов, первокурсники жалуются на преподавателя по химии, который назначил предварительный зачёт перед зачётом, уверяя, что никто из первокурсников не тянет программу, и, вообще, они все до единого претенденты на отчисление по его дисциплине!

Даже страшно становится, что за зверь-преподаватель, а когда мне выдают расписание и советуют забежать на ведущую кафедру, чтобы хоть как-то ознакомиться с преподавательским составом и уж тем более с зав. кафедрой, совершенно торопею. Столкнуться лицом к лицу с садистом-преподом, который как раз с этой кафедры, в первый же день - просто казнь египетская.

Но делать нечего, поднимаюсь на второй этаж. Проходя по коридору, всматриваюсь в таблички на дверях, а когда обнаруживаю нужную, глубоко вздыхаю.

Как показывала жизнь в других странах, робких никто не уважал и не слышал, поэтому смело стучу и решительно открываю дверь.

- Здравствуйте!

За небольшим ресепшеном приёмной сидит довольно красивая, яркая девушка лет двадцати-двадцати пяти. Она вяло поднимает голову и окидывает меня отсутствующим взглядом. По характерному звуку, понятно, что девушка печатает на компьютере.

- Здравствуйте, - вновь нарушаю молчание. - Я перевелась из другого Университета в ваш. Методист деканата меня отправила узнать про преподавателей второго курса биохимического факультета и если есть возможность поговорить с зав. кафедрой.

Девушка всё с тем же безразличием несколько секунд ковыряется у себя на столе. Равнодушно кладёт передо мной лист формата А4, где оказывается списочный состав кафедры, с полными Ф.И.О. преподов и дисциплин, которые они ведут. А ещё внизу жирным выделены телефоны деканата и кафедры.

- О, - пробегаюсь глазами по списку, - спасибо огромное! А с зав. кафедрой когда можно встретиться?

- Он занят, - сухо отзывается девушка, вновь уставляясь в экран монитора.

- А когда освободиться? - начинаю злиться на работницу, ведь она настолько игнорирует разговор, что это уже на грани невежества.

- Совещание у него важное, - одаривает меня недовольным взглядом девушка. - Занят, а когда освободиться, не знаю.

- Хорошо, - решаю попытать счастье с другой стороны. - Где мне найти его расписание, чтобы я сама попыталась его поймать?

- В коридоре, - отрезает девица, тоном, ну ты и тупая. - Общее расписание висит там, на стенде. Вирзин Андрей Юрьевич.

- Вирзин? - с глупой задумчивостью повторяю. Опять уставляюсь в лист, который девушка недавно дала и тотчас нахожу строчку 'Зав. кафедрой' - Вирзин Андрей Юрьевич. Это же хороший знакомый отца! Одно время они вместе работали над исследованиями.

В этот самый момент дверь в кабинет зав. кафедрой распахивается, и в приёмную выходит сначала представительный мужчина в смоляном костюме, да при галстуке, а следом за ним и сам Вирзин.

- Спасибо, что зашли, - широко улыбается Андрей Юрьевич, адресуя фразу гостю. - Надеюсь, в следующий раз, мы вас порадуем больше, - источает слащавое гостеприимство.

- Да, - холодно отзывается мужчина. - Я тоже. До свидания, - реплику бросает уже явно для ушей всех и, коротко кивнув, покидает кабинет.

Вирзин сразу же перестаёт улыбаться:

- Лера, быстро в главный корпус. Найди Антона и его ко мне!

- Но телефон...

- Не отвечает! - обманчиво вкрадчиво поясняет зав. кафедрой.

Девушка поспешно вскакивает, в глазах мелькает паника:

- Да, конечно, сейчас.

Андрей Юрьевич уже было скрывается у себя в кабинете, как его взгляд зацепляется за меня. Мужчина хмурится. Ещё секунда - прищуривается:

- Ира? - уточняет неуверенно. - Ирина Королькова?

Торопливо киваю и натягиваю дежурную улыбку:

- Здрастьте!

Я хорошо помню мужчину внешне. Мы как-то встречались у нас дома. А вот как он меня узнал? Невероятно, ведь столько лет прошло...

- Боже! - расплывается в улыбке Вирзин. - Девочка моя, - раскидывает руки и в два шага оказывается рядом. Без смущения заключает в объятия, словно мы родня. - Сколько лет, сколько зим?!..

- Почти пять, если мне не изменяет память, - отзываюсь, немного опешив от такого приёма.

Мужчина чуть отстраняется, но всё ещё продолжает рассматривать с интересом.

Смущаюсь сильнее, бормочу:

- Ну да, вернулась... Мы с папой...

- Я так рад, - вглядывается в моё лицо Вирзин. - Повзрослела, похорошела. Да и разработки я твои уже видел, - не без тени восхищения добавляет. - До последнего не верил, что к нам переведёшься. В общем, в восторге, в шоке, и с большими надеждами... - склоняет голову, а потом метает недовольный взгляд на шокированную Леру. - Чего стоишь? Марш за Антоном. Он тоже будет раз увидеть знакомую!

Стройная брюнетка мажет недовольным взглядом по мне и, цокая каблучками, быстро покидает кафедру.

- Антон? - в свою очередь, уточняю. - Антошка Ярович?

- Ага, - жарко подтверждает догадку Вирзин. - Проходи, - машет на свой кабинет. - Сейчас Антон придёт, нам всем есть о чём поговорить!

Робко шагаю в кабинет зав. кафедры, а как только мужчина ступает следом, распоряжается:

- Присаживайся. Дверь оставлю открытой. Техника нет, а воровать у нас любят. Так хоть буду слышать, кто входит. Чаю хочешь?

- Нет, спасибо, - рьяно мотаю головой. - Я заскочила познакомиться и свои документы показать.

Следующие полчаса приходится рассказывать, как мы с папой съездили и чего успели добиться. Потом Вирзин жалуется, что умы утекают за кордон, а тут остаются лишь неучи, которые знания получать не желают. Первокурсники даже самые азы не улавливают, а гонору у них...

- А-а-а, - понятливо улыбаюсь. - Так это вы деспот-препод, который над бедными студентами-первокурсниками измывается?

- Это откуда такие сведения? - сощуривается мужчина. Я тотчас давлюсь улыбкой:

- Да так... случайно, - не знаю, как выйти из положения, и наудачу дверь кафедры хлопает. В приёмной слышатся шаги и тихие голоса. Уже в следующую секунду раздаётся робкий стук в дверной косяк, а потом показывается взволнованное лицо парня в очках:

- Можно? - Антошка сначала находит глазами зав. кафедрой, а когда натыкается на меня, чуть не падает, пытаясь своё длинное, щуплое тело удержать в неудобном положении.

- Мы тебя уже ждём! - хозяйски машет Андрей Юрьевич. - Смотри, кого я не отпускаю?! Всё ради тебя. А ты... наглец, так и продвинулся дальше в исследованиях. Мне сегодня пришлось в одиночку от нашего спонсора отбиваться...

- Я? - задыхается Антошка, ступив в кабинет Вирзина. - Как же это?!. - продолжает мямлить, не находя слов. - Ты надолго? - теперь уже переводит взгляд на меня. - Вернулась? - продолжает бессвязную речь.

Открыто смеюсь, но беззлобно:

- Вернулась! Надеюсь, надолго...

- Ирка! - выдыхает радостно Антоха. - Мы же теперь!.. Ух!.. - машет сжатой в кулак рукой.

- Ага, - улыбается словно мартовский кот Вирзин. - Сдвинетесь с мёртвой точки! - уже добавляет нарочито строго.

- Ну, не такая уж и мёртвая, - краснеет Тоха.

- Уж чего-чего, а дебрей много прочесали... - ворчит Андрей Юрьевич.

Ещё полчаса пролетают незаметно, голова пухнет от массы информации, которую парень с зав. кафедрой выливают хаотичным потоком, а когда Андрей Юрьевич, начинает собираться, у него, оказывается, должна была начаться лекция, о чём сообщает недовольная Лера, заглянув в кабинет начальника, Вирзин нас торопит:

- Всё, на выход. На сегодня с меня ваших идей достаточно. А завтра, Ирина, надеюсь, ты уже будешь с нами. Лаборатория открыта. Всё, что имеем - в твоём распоряжении. Твои проекты и разработки с удовольствием посмотрим и посоревнуемся, кто быстрее до чего дошёл...

Послушно покидаем кабинет. Андрей Юрьевич с нами прощается и бодро шагает по коридору дальше, а мы останавливаемся возле лестницы:

- Ну, что, ты рада, что вернулась? - с надеждой роняет Антошка.

- Конечно, - без лукавства отзываюсь. - Очень. Скучала. По тебе, - поднимаюсь на цыпочки и взъерошиваю длинноволосую русую шевелюру приятеля. - По нашим разработкам. А Анюту давно видел?

- Что ты?! - опять улыбается смущённый парень. - Она с нами в лаборатории корпит. Только у неё теперь другие увлечения. Она больше фармацевтикой грезит. Хочет в аспирантуру. А ещё...

- А ты? - спешу уточнить.

- Тоже в аспирантуру. Хочу преподавать! - жарко добавляет Антошка и поправляет очки. - Нравится мне это дело.

- Круто! - радуюсь. Быстро на листе бумаги пишу свой телефон: - Вот мой номер. Если что, звони, - протягиваю другу. - Ладно, до завтра. Мне ещё уйму дел нужно сделать! - Чмокаю в щёку. - После лекций встретимся.

- Пока, - сникает Антоха, прижимая к груди листок.

Торопливо сбегаю по лестнице. Уже на улице застываю и шумно глотаю воздуха.

Боже! Как много воспоминаний. Они накатили слишком быстрым потоком. Хорошо, что разговор оборвала. Не хотела, чтобы Антошка стал рассказывать о других, о ком слышать больно.

Не то чтобы обида всё ещё была. Нет, время умеет притупить боль, но я боялась опять подпустить к себе близко, а потом разочароваться.

## Глава 13


Ирина

Уже на следующий день, преисполненная чувствами, еду в Универ на метро. Грузовая машина с вещами, а главное, с любимым транспортом ещё не пришла, поэтому приходится по старинке. Сначала на автобусе до ближайшей станции метро добираться, а оттуда до Универа...

Ладно, ничего. На ногах тоже можно жить! Другие же передвигаются.

Я готова потерпеть, а с будущего учебного года, папа обещал помочь с квартирой, если, конечно, сама не смогу заработать. У меня есть приличная сумма, коплю ещё со смерти матери. Не трачу, очень надеюсь хоть комнатку купить... Ну или на съём точно хватит!

Будет совсем удобно. Квартира близь Университета!

Шагаю по улице и ловлю себя на мысли, что улыбаюсь. Удивительно. Я так мечтала отсюда уехать, а теперь настолько счастлива вернуться, что даже слов не находится.

Уже в деканате методист курса знакомит со старостой группы. Бойкой девчонкой в очках и без макияжа. Она очень походит на заучку, причём в поколении.

Света Богданова, 19 лет. Девушка быстро вводит в курс дела. Совершает экскурс по учебному корпусу Универа чуть ли не за пару секунд. Причём успевает обозначить главные кабинеты. Деканат, кафедру и несколько лекционных, где чаще всего группа собирается.

На сегодня по плану назначены две пары и практики.

О главном административном корпусе говорит: 'Туда лучше пореже являться, там опасно как в катакомбах! Лабиринт от и до. Если не заблудишься, то точно 'Минотавр' загрызёт. Вот такое погоняло у проректора по учебной работе, который понукает студентов просто потому что любит, когда в коридорах пусто и тихо.

Про группу Света отзывается коротко: очень ленивые, развязные болваны, которых ничего не заботит, кроме собственных гормонов и ответных феромонов противоположного пола. Я чуть не захохотала: 'Ну хоть так!'. Ведь большинство в этом возрасте именно такие. Значит, нормальная группа - адекватная.

- А где лаборатории биохимии? - запоздало вспоминаю, что хочу уточнить.

- Эм, - задумывается Света. - Это во втором учебном корпусе, на четвёртом этаже.

- Далековато и высоковато, - хмуро подытоживаю.

- Так туда только единицы пока ходят. Спец отдел, так сказать. Весь этаж выделен под разные лаборатории и проекты.

- О, - протягиваю восхищённо. - Понятно.

За болтовнёй мы доходим до лекционного кабинета, где уже гудит вся группа курса. Преподаватель, невысокий, чуть полный мужчина за пятьдесят, без лишней суеты что-то изучает на месте, поэтому мы воспитанно проходим внутрь.

Я так и не поняла с чего, но кто-то из группы присвистывает:

- Ого!

- Аха...

Начинается шушаканье. Преподаватель лишь поднимает глаза на ребят и в лекционной тотчас опять повисает тишина.

Далеко не иду - люблю чётко видеть лектора, поэтому высоко не поднимаюсь, а сажусь на первом ряду посередине. Удивительно пустующее место.

Группа вновь начинает шушукать. Ловлю на себе заинтересованные взгляды, а Света с заумным лицом останавливается возле педагога. Кладёт на стол журнал группы и тихо что-то говорит мужчине. Он мимолётно косится на меня, опять сухо кивает. Забирает журнал, несколько секунд листает... Тем временем Света поднимается на пару рядов выше меня и садится в одиночестве. Лектор ещё с полминуты копошится:

- Рад, что сегодня многие добрались до Университета, а, точнее, до моей лекции.

Группа пшикает в ответ:

- Старались... - не сдерживает самодовольного рыжеватый парень, сидящий на несколько рядов выше меня.

- Себе накладнее, - знающе добавляет с другого края симпатичный брюнет.

- Молодцы, что уяснили, - сухо подытоживает мужчина. - Итак, прежде чем начать, хочу представить новенькую. Ирина Королькова, - препод неопределённо машет, и понимаю, что меня просят подняться. Совершенно не желаю быть в центре внимания, но коль уж этого не избежать:

- Всем привет! - чуть привстаю и веду ладонью, коротко кивая.

- Она перевелась из... - задумчиво бормочет мужчина, во все глаза, следя за мной.

- Поступила в Канадский 'Трент', потом перевелась в Шанхайский Университет, ну а теперь к вам... в Питерский.

- Ого, - хохочет рыжеволосый парнишка с заднего ряда. - Не знал, что корольки мигрирую... Что, везде погодные условия плохие? Или ты просто перелётная птичка?

- Она самая! - отзываю сухо. Совершенно не обижаюсь. Давно перестала реагировать на подобные реплики.

- Лишь бы не залётная, - гоготнул всё тот же рыжеватый шутник.

- Что вы прицепились? - вклинивается недовольная староста. - Человека жизнь покидала...

- Меня бы так, - печально протягивает миловидная девушка с середины предпоследнего ряда. - А то киснешь тут...

- Это замечательная реакция, - подхватывает воодушевлённо препод. - Кто знает, как проходит химическая реакция окисления?

- Э-э-э, - загудит раздосадовано группа.

Не сдерживаю улыбку:

- Реакция окисление происходит, когда нестабильный атом теряет электрон, что позволяет образовать новое соединение с другим элементом.

- Отлично, Ирина Королькова! - улыбается мужчина, теперь глядя удивлёнными глазами. Я бы даже сказала, с уважением. - Приятно увидеть толкового студента на курсе. Ну, или хотя бы того, кто в школе дотянул до девятого класса и слышал учителя... - встряхивает головой и отворачивается к доске.

День пролетает довольно быстро. Мне везёт, не приходится носиться по этажам и в панике икать кабинеты. Группа дружно мигрирует, а мне нужно всего лишь держаться стада. К тому же Света с чего-то решает, что просто обязана курировать новенькую, и не отступает ни на шаг.

Уже вот-вот должна начаться практика. Препод запаздывает. Я откровенно скучаю. В ожидании прислоняюсь к стене возле окна напротив кабинета, и без особого энтузиазма рассматриваю новости в соцсетях: видосы экстремалов, отписываюсь по некоторым сообщением.

- Королёк, это ты? - нарушает мою задумчивость отдалённо знакомый голос.

Я чуть айфон не роняю от неожиданности. Мечу полный ужаса взгляд на проходящего мимо парня и тотчас задыхаюсь от жуткого желания сбежать. Куда угодно, лишь бы на Земле не показываться.

Вадим Лавин?! Ему-то что тут нужно? С его познаниями... только в армию и то рядовым! Склизкий тип. Часто сплетни по школе в своё время распространял. И обо мне в том числе. В компашке Игната и Артёма часто светился.

От позорного бегства на край Света спасает преподаватель, который минута в минуту поспевает к паре. Торопливо открывает дверь и, поправив очки, командует:

- Быстро-быстро, практика уже должна начаться!

Трусливо юркаю в кабинет с такой поспешностью, что приходится извиняться перед несколькими ребятами, которым изрядно достаётся - я им оттопываю ноги, а у одного парня даже рюкзак сбиваю с плеча.

Занимаю самую крайнюю парту в углу кабинета. Подальше от двери на тот случай, если Вадим вздумает заглянуть. На мою радость, этого не происходит, и как только начинается практика, заметно расслабляюсь.

Время летит быстро, несмотря на то, что часть группы явно не тянет материал, и не догоняет, что требует преподаватель.

После занятий спешу во второй учебный корпус, где меня ожидает Антон.

Он уже прислал смс-ку, пока шла последняя пара, что ждёт в лаборатории.

Быстро поднимаюсь на четвёртый этаж. Стремительно шагаю по крылу, вчитываясь в таблички, и останавливаюсь перед самым большим отделом, где написано: 'Лаборатория Химико-биологического факультета'.

Стучу, заглядываю. О, сколько следует криков радости, слёз счастья. Это всё Анюта...

Она так эмоционально воспринимает моё возвращение, что не может и пары слов связать. Я даже удивляюсь. Нюта была по жизни молчаливой и скупой на проявление чувств, а тут...

Только слёзы усыхают, мы на пару часов погружаемся в работу. Я успеваю прочитать несколько проектов. Откладываю наиболее интересные статьи для изучения. Делаю для себя пометки в архивных данных, которые ребята уже подготовили к моему приходу. А когда вижу, что время близится в шести, ахаю:

- Ребят, я голодна как волчица. Все пары - росинки маковой во рту не было. Пошли перекусим?

Антон и Аня переглядываются:

- Можно, но у нас стипендия ещё не поступила, - виновато звучит.

- Да вы что? - становится неудобно. - Я приглашаю - я угощаю!

Голодных студентов дважды звать не надо. Уже через несколько минут парочка была готова.

- Ну и где собираются вечером студенты, чтобы потратить свои копейки? - уточняю, ведь реально не знаю в этом районе ничего.

- Обычные студенты - закупаются в супермаркете и готовят скопом в общаге, некоторые в столовке, а денежные... - рассуждает Антон. - Напротив Универа. Там есть пару кафешек

- Дорогие? - уточняю с ходу.

- Нам не по карману, - пожимает плечами Анюта. - Но обе пользуются спросом...

- Видите! - подталкиваю друзей, которые опять заминаются, словно не родные.

## Глава 14


Игнат

Выхожу с Лерой из любимой кафешки рядом с Университетом. Домой совсем не хочется, да и нужно с девушкой перетереть несколько вопросов по учёбе. Сплетаю наши пальцы, и веду подругу к машине, которую припарковал невдалеке.

- Спасибо, - уже у дверцы легко целует меня в губы Лерка. Прекрасно знаю, что некрасиво пользоваться симпатией подруги, но она нужна. Работает на сильной кафедре Универа, в котором учусь. С преподами - общается. Знает к кому, как подойти, с кем можно договорить, а с кем нет. Ну и, конечно, может кое-какие зачёты, экзамены проставить. Я пока тяну сам, а вот приятели нет. Приходится помогать.

- Малыш, - сев на водительское сидение, решаю не откладывая разговор в долгий ящик, закинуть удочку по нужному вопросу: - Ты с Луковкиным Михаилом Игнатьевичем знакома?

- Это который 'основы биоэтики' ведёт? - уточняет Лерка кисло, откидывая с плеча длинную прядь смоляных волос.

- Ага, - чуть киваю и завожу машину. - Гришке бы надо зачёт помочь поставить.

- Опять? - уставляется недовольно Лера и тотчас переводит взгляд мимо. - О, снова эта выскочка?! - морщит красивое лицо.

Оборачиваюсь и смотрю на трио, стоящее на крыльце соседнего кафе. Двоих узнаю сразу, а вот силуэт последней девушки кажется неуловимо знакомым, но, в памяти чёткого образа так и не появляется. Она стоит спиной, поэтому лица не вижу. Одета неброско, как и многие - в узкие джинсы, лёгкую курточку и даже шарфик намотан на шею, ведь на улице пасмурно, хоть и не дождливо. Длинные светлые волосы - собраны чуть бесформенной косой.

У неё очень даже красивая фигурка - худощавая, но задастая. Аккуратные плечи, стройные ноги.

Девушка чуть приподнимается на цыпочках, и чмокает тощего ботана в щёку. Антон тотчас краснеет, смущается.

- И чем она тебе не угодила? - опять гляжу на Лерку. - Ревнуешь к Антохе? - криво усмехаюсь.

- О-да, - закатывает глаза подруга. - Вчера эта особа к нам на кафедру заявилась, перевелась откуда-то. И не поверишь, - недовольно выговаривает Лера. - Вирзин как её увидел, сразу запел: 'О, Ирочка! Как хорош, что ты вернулась!' - ёрничает девушка, но я уже плохо слышу остальное. Сердце пропускает удар, а в голове зависает шум, точно волны, бьющиеся о крутой берег. Опять оборачиваюсь к троице - в этот самый момент она проходит мимо машины, о чём-то оживлённо болтая.

Королёк! Это Королёк?! Теперь вижу её лицо. Тёмные брови. Огромные синие глаза, в которых плещется то веселье, то удивление. Румянец на щеках, где при малейшей улыбке тотчас образуются ямочки. Аккуратный нос и полные губы...

Сердце лихо стучит в груди, на душе как-то хорошеет.

- ...И даже лабораторная крыса своё логово покинула, - прорезается голос Леры, наполненный ядом. - Ира приехала! - явно утрирует, изображая интонацию Антона.

- Королькова? - вопросительно смотрю на подругу и тотчас обратно. Троица тем временем прощается на остановке. Антон и Анна остаются ждать транспорта, а Королёк лёгкой пробежкой пересекает дорогу и входит в здание метро.

Лерка перестаёт частить:

- Вроде, - с явным недовольством интересуется: - Только не говори, что ты её тоже знаешь, и как и другие счастлив возвращению 'блудной дочери'!

Хмыкаю как можно небрежней:

- Если это Королькова, то знаком, но боюсь, к тому довольному числу точно не отношусь.

Лера заметно расслабляется:

- Это хорошо. А то меня как-то напрягло, что все вокруг по ней сходят с ума.

- И что таких много? - пытаясь вернуть нашему разговору лёгкости и шутливости, оборачиваюсь к подруге. С ленцой откидываюсь на спинку сидения, подцепляю пальцем прядь волос Лерки.

- Боюсь, их число увеличивается в геометрической прогрессии, - неопределённо ведёт головой девушка.

- Мне ты нравишься, - просто кидаю, зная, что сейчас Лерка, вообще растает, что и случает. Она сразу же лукаво улыбается, притягивает меня за грудки и жарко целует:

- Так-то! - её пухлые губы ещё настойчивее касаются моих. - Ты мой, и если узнаю о другой, тебе плохо будет!

Чуть отстраняюсь и с наигранным изумлением протягиваю:

- Не знал, что ревнивая, да и не помню, чтобы на себя права тебе вручал. Я птица свободная, перелётная...

- Павлин ты нарциссический, - парирует подруга. - Очень редкий вид, и очень вредный. Даже если удаётся подловить, удержать практически невозможно.

- Рад, что ты прекрасно понимаешь ситуацию и не форсируешь события. Сети не нужны, у меня к ним плохое отношение, да и ошибок не прощаю. Так что, малыш, лучше не обманывайся на мой счёт.

- Ага, - заметно сникает подруга, отведя взгляд. - Поехали, а то я соскучилась жутко. Ещё чуть-чуть, и прямо тут на тебя наброшусь.

Хмыкаю. Лерка страстная натура, это нравится, потому у нас отношения достаточно долго, чтобы призадуматься, а не девушка ли она моей мечты?..

***

- Это что, шутка? - негодует Лерка спустя час. Подруга оборачивается простынёй и выходит в коридор, где я торопливо обуваюсь. - Вот так уйдешь? Даже на ночь не останешься?

- Тренировка, - мягко отзываюсь, пряча кончики шнурков в кроссы. - Ты же знаешь об этом!

- Да плевать на тренировку, - шикает зло Лерка. - Когда у тебя совесть-то проснётся?! Пришёл, получил, что хотел и сматываешься? А где уважение, хоть толика тепла и ласки...

- Малыш, - хмурюсь, ведь жутко не люблю сцен и истерик. - Ты что?

- Я устала получать крохи твоего внимания. Стараюсь ни в чём не отказывать, ублажаю, а ты... - задыхается возмущением девушка.

- Лер, я ничего не запрещаю. Если хочешь веселиться - вперёд! На тренировку не зову, там тебе нечего делать. От скуки умрёшь...

- Я и так умираю, - надувает губы Лера. - А ты бы мог для разнообразия на мне потренироваться, - девушка беззастенчиво распахивает простынь, демонстрируя идеальное стройное тело с гладкими изгибами, плавными рельефами. Либидо тотчас радостно голосит, что девушка права, но я перебарываю низкий инстинкт совокупиться и улыбаюсь:

- Малыш, твои бугорки и впадинки я изучил, как свои пять, а мне нужна новая площадка...

- Что? - изумляется девушка. Подхватывает с пола тапочек и швыряет в меня. Я ловко уворачиваюсь и не сдерживаю смеха: - Да шучу, малыш.

- Козлина ты, Игнат, - выдыхает гневно Лера. - Мне теперь придётся тоскливый вечер и холодную ночь в одиночестве коротать.

- Почему одной? - поддельно удивляюсь. - Я же тебе мишку Фредди подарил.

Ну, на самом деле презентовал плющевого медведя, а Лерка его как увидела, тотчас нарекла 'Фредди'. Вот так и повелось...

- О, да! - лицо подруги становится коварным и хищным. - Этого уродца, который пол моей комнаты занимает, я точно в постель не потащу. Он пугает до икоты... И молись, Селивёрстов, чтобы он мою душу не похитил, а то ведь первой моей жертвой ты будешь!

Улыбаюсь шире:

- Лер, я только твой, и если это будет очередная ролевая игра, я не против, - шагаю к девушке, по-собственнически притягиваю. Чмокаю так, чтобы она на миг лишилась разума и, подхватив сумку, покидаю квартиру. - Ночью не жди... И, да, не забудь по поводу зачёта узнать, - бросаю через плечо, перед тем, как Лера зло хлопает дверью.

Ещё сбегая по ступеням подъезда, меня берёт сомнение, а стоило ли уходить от столь прекрасного создания? Лерка права, может, забить на тренировку и с ней остаться?

Бля... Кого обманываю?! Сколько бы я ни спал с Лерой, другими... Это уже не может изменить того, что перед глазами стоит Королькова. Заноза, вновь появившаяся в жизни.

Эта девица немыслимым образом засела в мозг и никак не желала оттуда вылезти.

И даже во время секса...

Вот какого хрена она вернулась?!

Всё же замечательно! Нет, надо было! И, главное, сразу же на глаза попалась, словно специально!.. Проклятие моё...

Пока голова раздумывает, ноги несут прочь - на первый этаж многоквартирной высотки, где живёт Лерка. Быстро сажусь в машину, гоню на закрытую площадку для скейтеров.

Надеюсь, хоть спорт поможет отвлечься?..

## Глава 15


Игнат

На тренировке изнуряю себя по полной, ведь так хочется заняться чем-то кроме размышлений. Вот только выходит из рук вон плохо. Доска не слушается, ноги деревянные - элементы не получаются, а на самых простых умудряюсь то запнуться, то потерять ритм. Начинаю злиться и уже готов позвонить Лерке - сообщить, что соскучился.

- Ну, братан, - раздаётся осуждающий голос Вадима Лавина, или просто Лавы, когда я плохо гашу приземление и заваливаюсь на пол. - Что-то ты совсем раскис. Лерка вымотала или кто другой? - причём последнее он выделяет особым тоном. Его ехидство явно имеет основу, уж кого-кого, а Лаву знаю.

- Не понимаю о чём ты, - устало поднимаюсь на ноги. Отряхиваю джинсы, наступаю на край доски, и когда она оказывается в руке, иду в сторону сидений напротив стены, где оставил свою сумку с вещами и водой. Откупориваю бутылку, пригубляю.

Вадим плюхается на ближайшее сидение, ставит свою доску рядом. Откидывается на спинку, руку водружает на соседнюю:

- Слышал новость? - голос такой довольный, что аж по море ему хочется врезать. Парень ехидный, пакостный и очень болтливый. Один из немногих, кого недолюбливаю. Он часто в нашей компании, весёлый балагур, неплохой скейтер, для остальных видов спорта - и карман пустоват, и способностей маловато.

- Какую? - без особого энтузиазма отзываюсь, закручивая крышку и убирая воду обратно в сумку.

- Королёк вернулась.

Ох, чёрт. А ему какое дело?! С ней и лично-то не был знаком. Вроде. Если только по школе, ну и на вечеринке злосчастной мог видеть, и то... просто потому что мы с Иркой тогда последний конкурс проходили.

- Слышал, - вяло киваю, - и даже видел...

- Ну и как? - нагло ухмыляется знакомый.

- Да никак, - сухо парирую.

- Быть не может, - уличает Вадим, отлепляясь от сидения и подаваясь вперёд. - Ни одной красотки не пропустил, а эту даже не оценил!

- Ты так хорошо о моей жизни осведомлён. Мне опасаться? - уставляюсь со смешливым подозрением на знакомого.

- Ха-ха-ха, да ладно, Вёрст, не опошляй момент. Мы часто тусим, вижу, что происходит.

- Оценил, - равнодушно признаю. - Она мне неинтересна!

- Хм, - озадачивается Лава. - Ты случаем не заболел?

- Слушай, - порядком устаю от болтовни ни о чём. - Мне не до Королька! Дел выше крыши. Учёба, соревнования, турнир, личные проблемы, да и вполне устраивает Лерка, а портить отношения с ней из-за глупой интрижки с непонятно кем, совершенно неохота.

- Неделю назад, прыгая на Риме, ты не особо запаривался отношениями с Лерой, а она значительно непонятней Королька.

Скриплю зубами. Бля, тот памятный день, точнее, ночь, долго будут приятели припоминать. Дорвался до свободы, и покуролесил от души.

- Меня напрягает, что в который раз ты озаботился моей личной жизнью! - перехожу в мрачное наступление. Не то чтобы откровенно и грубо нападаю, но избавиться от знакомого уже очень хочется.

- Не накручивай. Просто пытаюсь понять, с каких пор, подобные Корольку, стали непонятно кем, - задумчиво хмурится Лава, в его глазах блестит коварный блеск. - Она очень даже понятно кто, а после возвращения так, вообще, стала очень даже значимым человеком. Красива, образована, с огромными перспективами.

- Круто, - констатирую мрачно. - Ты впервые оценил не зад и не грудь девчонки, а мозги. Ты случаем не заболел? - в свою очередь пытаюсь достучаться хоть какой-то здравой мысли знакомого.

- Если есть, что оценивать - оцениваю, - просто отрезает Вадим. - Окей, тогда ты не будешь против, если с ней замучу? - скрытый вопрос, прозвучавший как предупреждение.

- Да дело твоё, - небрежно бросаю. - Флаг в руки! Даже гнездо свить можешь, только аккуратно, следи, чтобы все птенцы твоими оказались...

- О, ты уже о птенцах Королька задумался? Или всё же о процессе их заделать? - придирается к словам Лава. Моё терпение нерезиновое, вот-вот и лопнет:

- Слушай, мне плевать, Королька или Кукушку ты собираешь в постель затащить.

- Во-первых, Королёк не Кукушка, - умничает нагло Лава, уже раздражая своими репликами, - а во-вторых, до птенцов не доведу, а вот проверить, как теперь летает наша пташка, я бы был не против.

- Удачи, - встряхиваю головой, всё равно злит, что знакомый с таким вопрос подошёл. Дураку ясно, хотел расставить точки над "i" с Иркой Корольковой. Мы можем подшучивать над друг другом, разыгрывать, но никогда не спим с девчатами друзей. Это табу!

Но Лава мне не друг! Знакомый, причём совершенно не уважаемый. Как бы то ни было, теперь он получает карт-бланш и имеет полное право приударить за девчонкой, которая меня якобы не интересует.

Бля, вот на кой ему и себе вру? Я конечно, постараюсь держаться подальше от неё, но это будет чертовски сложно!

- С вашего позволения, - деланно учтиво кланяется Лава и с кривой ухмылкой укатывает на лестницу.

Настроение окончательно испорчено. Несколько секунд смотрю в никуда. Не успеваю вновь встать на доску, от процесса тренировки отвлекает звонок. Выуживаю телефон из кармана. Зур!

- Здоров, братан, - бросаю кисло в трубку.

- Здоров. Ты как? Где?

- Тренируюсь.

- Ага, молоток! - отстранённо бурчит братан. - Я тут вечер закатывать собираюсь на днях, потом в клуб. А через пару недель намечается 'Тематическая' вечеринка. Ты как?

- В теме, только Лерке позвоню, согласовать. Она вроде к родителям хотела.

- Ок, увидимся... Э-э-э, Вёрст, - одёргивает Тёмыч, когда уже собираюсь скинуть звонок.

- Чего?

- Новость слыхал?

Тяжко выдыхаю:

- Ты женишься? 'Притяжение' Бондарчука оценило аж сто человек? Королёк прилетела? - бурчу наобум.

- Ага, - коротко гогочет Зур. - Особенно с Бондарчуком в тему! - опять ржёт. - Конеш, про Королька. Поговаривают, шикарно выглядит.

- Обычно, - уже порядком злюсь на сорванную тренировку.

- А мама твоя как? - брошено как бы невзначай, но это только на первый взгляд.

- В смысле? - ещё больше настораживаюсь, ведь вопрос озадачивает не на шутку.

- Ну, Королёк приехала, значит, и отец. Помниться, твоя мама к нему с симпатией относилась. А когда срочно уехал, здорово переживала... Может, теперь у них чего срастётся. Жизнь-то продолжается! - звучит рассудительно и до бешенства здраво.

Хоть и братан, но гавнюк! Он знает, как болезненно отношусь к мужчинам мамы и не преминул подцепить. Тем паче к соседу! Этот урод прошлый свой заезд отменно нагадил в душу матери. Не то чтобы обидел словом, рукой, но сердце разбил точно. Принимал её помощь, не отказался от постели, несмотря на недавнюю смерть жены, а потом... бросил. Сдался, точно слабак. Ну да, я их застукал. Ну да, пригрозил, что в отместку его доченьку подпорчу. Мать тогда впервые в жизни оплеуху зарядила, а после не разговаривала больше недели. Затрещина была не так больна, как осознание, что у матери есть мужчина. Бля, был бы настоящий мужик, он за любимую жизнь отдал, а этот? Этот трус уехал за границу! И доченьку прихватил, подальше от греха.

Мамка долго потом ночами плакала.

Я и так злился на него, но после этого вообще возненавидел. Не знаю, как поведу себя при встрече, но руки чешутся морду набить.

На душе тотчас становится гадко, а желание подправить рожу не только папаше Корольковой, но и Артёму вспыхивает как никогда.

- Тебе бы поменьше лезть в чужие дела, - хмуро советую. - Иди, развлекайся, да вечеруху продумывай!

- Ок, братан, не дуйся, я не со зла. Знаю, что больная тема, прости, - примирительно частит Тёмыч.

- Мгм, - киваю неопределённо.

- Да, кстати, братан, если захочешь сегодня погонять, Ханыч гонки организует.

- Мгм, - опять киваю в никуда, уже пытаясь уравновесить чувства.

Говорю же - гавнюк! Самое интересное, что знаю друга как никого. Могу злиться, ругаться, но я его люблю, несмотря ни на что. Мы со школы дружим. Вечеринки, девчонки, веселье...И говорил реально не со зла, а так...

Моя мама и отец Корольковой.

Чёрт! Я трепетно отношусь к матери, и любые посягательства на её жизнь со стороны мужчин принимаю в штыки. После расторжения брака, она, по сути, ни с кем романов не заводила, чему я был рад, ведь так хотел, чтобы родители померились. Но когда батя погиб, надежды рухнули. Правда, собственничество у нас с отцом оказалось наследственным, и потому я не могу даже представить, что мама с кем-нибудь сойдётся. Знаю, неправильно, низко с моей стороны, но выше сил представить её с кем-то другим кроме бати.

За всё время лишь единожды мои нервы были на пределе - когда у соседей случился в семье ужас, и мать Королька умерла. Моя настолько погрузилась в их проблемы, что по ходу дела влюбилась во вдовца и прониклась симпатией к его дочурке.

Королёк... Мать её за ногу! Греховная невинность с глазами ангела и мозгами Ломоносова и Менделеева вкупе.

Чёрт! Вот какого хрена, она с папашей вернулась?

Пока не убрал телефон, быстрым набором вызываю маму.

- Да, - слышится её голос в трубке.

- Ма, привет, - бросаю как можно приветливее.

- Привет, - мама по обыкновению мила.

- Ты как? Где? - вжикаю молнией на сумке.

- Ого, сколько вопросов, - потешается родительница. - Что-то случилось, и ты озаботился моей судьбой?

- Ма, ну ты что? - набычиваюсь, подхватив доску. - Просто давно не звонил. Соскучился, - закидываю сумку на плечо.

- Вот именно, - без упрёка, но с явной насмешкой напоминает ма. - Давно. Время, когда хотел действительно узнать, как мои дела, осталось в глубоком прошлом. Время, когда приходилось мне отзваниваться - тоже. Теперь настало время, когда звонишь только по необходимости...

- Ну зачем ты так?! - возмущаюсь, шагая к выходу из ангара. - Я с добрыми намерениями, а ты...

- Что-то не верю в них, - деланно шумно вздыхает ма. - Больше смахивает, что Лера, Света, Марина наконец-таки дали отворот поворот, и ты не знаешь, куда себя деть!

- Это не так, - спешу оправдаться. - Квартиру никто не отнимал...

- Но там одиноко, - режет правдой мать.

- У меня всё отлично, - спешу заверить. - Просто хотел узнать, как ты и заехать, чаю попить.

Наступает молчание. Понимаю, что отговорка не прокатывает. Мама всегда на каком-то подсознательно уровне знает, когда вру или увиливаю. Вот и сейчас обман был глупым.

- Я тебя очень люблю, - мягко отзывается ма. - Чтобы не случилось, дом всегда открыт.

- Так мне можно приехать? - уточняю без нажима.

- Это и твой дом, - добавляет мама.

- Не помешаю? - ещё пытаюсь вывести на эмоции родительницу.

- Сын, ты меня пугаешь... - настораживается она.

- Ок, тогда приеду, только поздно. Не раньше одиннадцати получится. Чайник поставь! Вместе попьём.

Опять наступает молчание.

- Глупо предлагать попить чаю тому, кто не кушает после семи.

- Ну я-то кушаю, - улыбаюсь тотчас. Мамину привычку с детства помню, но до сих пор никак не могу вразумить, как можно на голодный желудок ложиться спать.

## Глава 16


Игнат

Подъезжая к дому, непроизвольно кошусь на окна второго этажа соседей, где комната Королька. Света нет, зато на первом в столовой горит, мелькают силуэты.

Спешу к себе, ведь мама выходит, чтобы меня встретить. Укутанная в шаль на бабский манер. Хотя мамка совершенно не бабуля. Выглядит отлично. Белокурая, сероглазая. Приятной наружности: стройная, подтянутая, но крупновата в груди. Это, конечно, не недостаток, но меня немного колет, когда она свои достоинства подчёркивает декольте. Редко бывает, признаю, но как сыну неудобно, если замечаю плотоядные взгляды других мужиков на родительнице.

- Привет, - тянется с объятиями, чтобы чмокнуть в щёку.

Отвечаю тем же.

- Никаких новостей нет? - уже сидя на кухне, забрасываю вопросик, неторопливо помешивая ложкой чай и поглядывая на маму, которая устраивается напротив, с жадностью за мной наблюдая.

- Да нет, - озадачивается ма. - А что тебя интересует?

- К отцу ездила? - нахожу, что спросить, ведь у бати была дата смерти, а мы раньше всегда с матушкой вместе его навещали. Мама тотчас серьезнеет, глаза блестят сталью:

- Была. Тебе не звонила, чтобы не отвлекать. Ничего, сама справилась. Территорию привела в порядок: травку оборвала, цветов посадила, старые листья смела.

- Ма, - протягиваю виновато. - Я был, но меня выдернули, поэтому не встретились.

- А-а-а, - улыбается глазами мама. - Ты хороший сын. Лишь бы и человеком таким оставался.

- Не таким как отец? - пригубляю чай, бросаю взгляд из-под бровей. Знаю, матушке не нравится данный разговор. Но ничего не могу поделать - мне жизненно важно знать, что мама любила его и простила.

- Надеюсь! - повторяет ма более строго. - Прошу, - выпрямляется, оставаясь хмурой. - Заканчивай думать, что у нас всё могло бы наладиться. Нас не было давно, а связывал лишь ты. Так что, если хочешь, чтобы продолжала с тобой разговаривать, смени тему!

- Прости, - торопливо винюсь, ругая себя в сердцах. Этот разговор примерно всегда так протекает, ну зачем бьюсь в стену? - Глупая детская надежда.

Мама неопределенно кивает.

- Ты похорошела, - решаю сменить тему разговора, но так, чтобы она плавно перешла к маме и её жизни. - Никого не повстречала?

- Чтобы кого-нибудь повстречать, нужно куда-то ходить, - резонно подмечает матушка. - А я безвылазно сижу дома.

- Вот и я говорю, молодец! - шутливо поддерживаю её стремление поменьше общаться с людьми. - Такая сила воли!

- Очень смешно, - встряхивает головой мама. - Да, я не стремлю к общению, меня вполне устраивает моя жизнь.

- Я иногда думаю, твой ли сын? - озадачиваюсь, не выходя из роли. - Я люблю жизнь, движение, экстрим, яркость, а ты...

- Я тоже, - пожимает плечами матушка. - Просто мне хватает моего воображения, компьютера и читателей, для которых пишу.

- Надо будет как-нибудь на досуге почитать, что ты там такое ваяешь! - допиваю чай, хитро посматривая на ма.

- Ой, - коротко хохочет она. - Это не для твоих мозгов. Они у тебя слишком химико-биологические, а формул, схем, рисунков, к сожалению, в моих текстах нет.

- Жаль, - криво усмехаюсь. - Мне было бы проще воспринять романтическую писанину. Хотя научные статьи и литературу глотаю быстро. Вот вчера осилил пособие одного микробилога. Как по мне очень полезно и доступно написано. Жаль что, нет знакомых, с которыми можно было бы обсудить.... Слушай, - обрываю речь и перехожу к главному, будто меня только сейчас осеняет. - А сосед наш... он как раз микробиолог вроде, не возвращался? Куда он там уехал?..

- За границу, - смущается тотчас мама. Опускает глаза. - Так ты поэтому приехал? - больше походит на риторический вопрос. - Узнал, что Сергей Николаевич вернулся?

Перестаю улыбаться. М-да, маму не обманешь. Но всё же не сдаюсь, пока не выясню, что интересует:

- Дочь его видели. Вот и уточняю.

- Не волнуйся, если и приехал, то ко мне не заходил. А Иришку я видела. Вчера мы с её бабушкой болтали. Кстати, Ира вроде к вам Университет перевелась на биохимическое отделение. Только на пару курсов младше.

- Да ты что? - изображаю удивление. - Ну если она вернулась, вероятно, и Сергей Николаевич тоже попытается в городе закрепиться. Специалист замечательный - работа найдётся.

Мама опять серьезнеет, заметно нервничает:

- Не знаю, - ведёт плечом. В серых глазах мелькает смущение и даже грусть. - Я ему в друзья не напрашиваюсь. Он всегда был очень занятым мужчиной, а я сама... к нему в гости не пойду.

- Отлично, - ляпаю тихо. Натыкаюсь на задумчивый взгляд матушки и тороплюсь ретироваться, пока не оброню ещё что-нибудь лишнее: - Мамуль, я тебя обожаю. Всё вкусно, но я так устал... Мне бы душ принять и поспать.

- Да, всё понимаю, - кивает отстранённо мама. - Твоя комната - твоя... Посуду оставь, сама помою.

Я узнал, что хотел, поэтому встаю. Чмокаю родительницу в щёку и, перепрыгивая через две ступеньки, поднимаюсь к себе на второй этаж.

Распахиваю дверь, на ходу стягивая футболку, но так и застываю на пороге с ней в руках, глядя в параллельное окно соседнего дома.

Картинка захватывает внимание полностью и бесповоротно.

Соседка у себя. Крутится перед зеркалом, во всю створку шкафа, вытирая мокрое тело полотенцем. Изящная, статная, длинноногая. Голая...

Ловко водит руками, промакивая тканью влагу с аккуратных плеч, спины, округлых бёдер, одной ноги, другой. Довольно крупная грудь покачивалась в такт движениям.

Чёрт! Ирка так и не научилась зашторивать окна. Воистину привычки искоренить невозможно.

Жар тотчас приливает к паху. Сердце грохочет мощнее, грудь жадно вздымается. Твою ж... Так возбуждаюсь от вида девчонки, что и рад бы отвернуться, но уже не могу. Она словно магнит притягивает взгляд.

Нагая... Беззастенчиво бродит по комнате. Прищуриваюсь, всматриваясь в тёмное пятно на спине, точнее, лопатке... У Королька есть тату?! Ого, и зоне бикини?!.

Что именно, не могу разглядеть, но однозначно что-то мелкое.

Ирка долго ковыряется в комоде, выискивая комплект нижнего белья.

А как она его надевает?!

Тихо взвываю, ведь в паху уже нестерпимо пульсирует. От такого возбуждения может помочь лишь секс, да где ж его взять?!

Б***, надо было у Лерки остаться, она бы быстро справилась с моими низменными желаниями и укротила либидо. Но подруга далеко, а вот душ - близко. Только свет в противоположном окне гаснет, сдвигаюсь с места. Правда так, точно угодил в жидкий цемент и пока стоял, тот прихватился.

Хлопнув дверью, ступаю в душ, где стою под ледяными струями, пока зубы не начинают отбивать чечётку.

Чёртов Королёк!

Что с ней не так?

Что со мной не так?!

Она всего лишь соседская девчонка. Ну и что что голая. Сколько их повидал? Десятки? Сотню? Но почему-то вид именно обнажённой соседки всегда доводит до неистового возбуждения.

Всегда!

Первый раз случилось, когда гормоны только начинали брыкаться. Лет в четырнадцать-пятнадцать. Тогда случайно увидел, как Королёк переодевалась ко сну. Её хрупкая невинность, тело, только начинающее оформляться из угловатого подросткового в девичье. Крошечная грудь, плавный изгиб бёдер, длинные ноги...

Вот тогда впервые ощутил настолько дикое желание, что извёл пачку салфеток точно, пытаясь хоть как-то утолить голод плоти. Старательно избегал Ирку, а при встрече ничего не мог с собой поделать и поэтому сопротивлялся разумными и доступным способом: словесно нападал, едко шутил или пытался причинить боль. Но дома, наедине собой и правдой, сдавался - точно послушный пёс ждал, когда Королёк вновь выйдет из душа и начнёт переодеваться.

Чёрт! Но ведь пора подросткового периода должна была закончиться. Подсматривать за голой девчонкой?! Какой бред! Но об этом можно было бы говорить кому угодно, но только не своему разуму и тем более либидо. Первый отключался напрочь, и поэтому наружу выпячивалось второе - плотское и низменное.

Полночи кручусь в постели, но так и не могу уснуть. Образ новоиспечённого Королька доводит до помутнения в голове. Как себя не убеждаю, что она всего лишь красивая заучка, которая всегда выбешивала своим умением с достоинством принимать удары судьбы и насмешки окружающих, уже готов по старинке рукоблудством заняться, но вовремя спохватываюсь. Побросав чистые вещи в сумку, а старые в стиралку, чиркаю записку матери, чтобы не будить, сажусь в авто и мчусь в город.

Секс у меня сегодня будет. И не со своей рукой!

Леруся открывает сонно и медлительно, точно взъерошенный совёнок. Укутанная в простынь даже привет не говорит - пропускает внутрь и плетётся к себе в спальню. Однокомнатная квартира съёмная. Знаю её, как свои пять, потому что уже полгода периодически ночую у подруги.

Лерка упорно игнорирует мои приставания, но когда понимает, что не отвяжусь, сдаётся. Остаток ночи и самое начало утра, проходят очень даже ничего так - горячо и страстно.

Уснуть не получается, зато на лекции еду с улыбкой сытого кота и единственной мыслью 'Лучше Лерчика быть не может!' Она что-то щебечет о работе, игриво толкая меня в плечо:

- Неугомонный, - сквозь лукавую улыбку, шикает. Вид у подруги самый что ни на есть удовлетворённый. - Не дал поспать, - короткий зевок прикрывает ладошкой. - Я такого надругательства над собственным телом не припомню. Но ничего, домой приедем, отомщу...

Усмехаюсь:

- Буду теперь весь день об этом думать.

Правда, уже на подъезде к Универу, настроение опять падает, ведь провожая подругу к её корпусу, вижу в толпе Королька. Ирка меня не замечает - шагает, погружённая в свои мысли. Плавная походка, тихая улыбка, задумчивый взгляд... Распущенные волосы несильно треплет слабый ветерок.

Чёрт возьми, её обнажённый образ тотчас встаёт перед глазами. Тело сразу же начинает потряхивать от возбуждения. Сжимаю зубы, стискиваю кулаки. Будь проклята Ирка и её влияние на меня.

Закрываю глаза, но уже в следующий миг понимаю, что мне необходимо её проводить. Чтобы убедиться, что это она... что идёт в Универ...

Одна!

Следую за ней на расстоянии. Нет-нет здороваясь со знакомыми, но не вступая в долгие переговоры. Просто отмахиваюсь, киваю, торопливо руки жму.

Преследую, точно тень. Замечаю взгляды встречных парней, адресованные Ирке, и начинаю тихо звереть. Они все её нагло оценивают... рассматривают.

Чертыхаюсь, и только девчонка скрывается в главном корпусе, торопливо иду к себе.

Лекции проходят как в пустоте, ведь погрузиться в учёбу так и не получается.

Прибить надо Королька, и делов-то...

## Глава 17


Ирина

Уже вторую неделю учусь в Университете и корплю в лаборатории с Антохой и Нютой. За это время успеваю ознакомиться с их стратегией, опытами и результатами предыдущих экспериментов. Надо сказать, проект ребят близок к моему, что неудивительно, ведь в школе работали вместе.

Анна и Тоха продвинулись довольно далеко, если учесть, что помощи почти не получили. Преподаватели хоть и были за них, но, увы, вкладывать знания и силы не торопились.

Ребята, в свою очередь, изучили мои материалы и, конечно, ахнули, насколько их превзошла. Ещё бы, у меня были сильные помощники, да и разные умы...

Субботний день начался по обыкновению тихо и мирно. Пара лекция, практическая работа, потом несколько часов в лаборатории, где склонившись над микроскопом, копошилась с пробирками и экспериментальным материалом.

- Ребят, я кисну, - понимаю, что жутко устала от однообразия. Демонстративно утыкаюсь лбом в стол. - Да к тому же у меня несчастье.

- Какое? - бросает через плечо Антон.

- На семейном совете решили, что до конца года нам с отцом лучше пожить у бабушки с дедушкой, зато к началу учебного, скорее всего, купим квартиру в городе. Большую...

- Хм, это рационально, - ведёт плечом Анька.

- Согласна, - киваю расстроено. - Но это не меняет того, что мне взгрустнулось.

- И что предлагаешь? - вскидывает брови Антоха и поправляет очки.

- Газировки? - хихикает Нюта, тоже отложив дела. - Спирта?

- Да всё равно, какого градуса, лишь бы помогло расслабиться, - приободряюсь, подпирая лицо руками. - Я даже на кофе или чай вкусный согласна. Может, в кафешку? Чуть посидим, отстранимся от дел, а там, глядишь, новая идея придёт, как разбить полученное вещество.

- Я 'за', - вскидывает руку Антоха.

- Ну и я тогда, - пожимает плечами Анюта. - Других дел всё равно пока нет.

- Круто! - радостно хлопаю в ладоши. - В тот раз понравилась кафешка, но сегодня хочу в другую.

Антон и Анюта загадочно переглядываются, что не ускользает от меня:

- Что-то не так? - уточняю ровно.

- Нет, - дружно мотают головами друзья.

***

Болтаем ни о чём и обо всём на свете. Давно не ощущала себя такой счастливой и свободной. Антон заметно возмужал за эти года, а Анюта хоть и стала чуть более открытой, но всё равно казалась немного иной.

Когда выпит третий молочный коктейль, Тоша свою несущественную речь обрывает, глядя мимо меня, хотя до этого смотрел в глаза и оживлённо болтал. Анюта заметно мрачнеет.

Не успеваю обернуться, чтобы понять, почему ребята напрягаются, со спины раздаётся знакомый голос:

- Ты уже две недели в городе, но мне так и не позвонила, - тон мало сказать обвиняющий, скорее жутко обиженный и раздосадованный. Оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с Ксенией. - Не понимаю, что я такого сделала, чтобы ты меня вычеркнула из своей жизни, - чеканит подруга, надменно вскинув подбородок. - Но как бы то ни было, я хотела, чтобы ты знала - я рада твоему возвращению. Надеюсь, у тебя всё будет отлично, и ты больше не будешь убегать от настоящего и верных друзей, - показано разворачивается на высоких каблуках и удаляется, плавно покачивая бёдрами, к крайнему угловому столику, где сидят три красотки. Ксения в их компании смотрится эффектно и к месту, ведь подруга за прошедшие года ничуть не потеряла своего шика, и даже скорее, стала ещё ярче и прекраснее.

Девушки начинают шушукаться, хихикать, но не Ксения. Она подружкам бросает фразу, и они тотчас серьезнеют. Собираются, хотя видно, что только что пришли, и даже заказа не оформили.

Вот так просто - в секунду ощущаю всю боль, что испытала вдали от подруги и... безграничное одиночество. Осознаю, бежала от правды, отрицала видимое, игнорировала очевидное; что жестоко ошибалась, считая, Ксению виновницей случившегося.

Да и, по сути, что произошло-то? Подумаешь, на вечеринку сходила. Поучаствовала в конкурсе. Целовалась с парнем, которого терпеть не могла. На данный момент жизни, это оказался самым памятный день того времени.

Вмиг пронеслись разные эпизоды дружбы: смешные, казусные, трепетные, милые, шаловливые. Как подруга вступалась перед командой по волейболу, как гоняла парней, которые донимали меня. Да, Ксения делала жизнь веселей и разнообразнее. Она никогда не укоряла, никогда не осуждала. Она любила, несмотря ни на что. Дружила просто так. Не обращала внимания на других и не уподоблялась общей массе.

Мне становится жутко стыдно за себя. А ещё испытываю дикую просто неистовую потребность вернуть подругу.

- Антох, отомри, - кидаю парню, который так и продолжает сидеть с приоткрытым ртом, глядя вслед уходящей Ксении. - Я сейчас, подождите, - это уже для ушей обоих, ведь Аня косо посматривая, вроде как собирается домой.

Быстро лавирую между столиками кафе и нагоняю подругу, когда она уже оказывается на улице:

- Дружба - стервоза ещё та! - Ксения замирает, но не оборачивается. Её прямая спина лишь чуть напрягается. - Изменчива, непостоянна, ветрена, лжива, когда шагает без доверия и уважения, - продолжаю монолог. - А бывает искренней и доверительной, вот только достаётся тем, кто умеет держать нос по ветру. Тем, кто не боится нести груз ответственности за себя и других. Кто замечает щепку в своём глазу и игнорирует брёвна в чужих. Мне когда-то повезло, и я была рядом с человеком, который стойко выносил удары судьбы и продолжал шагать в своём направлении, наплевав на других. Вот только по собственной дурости его потеряла и скромно надеюсь, что он сумеет простить и до сих пор избегает обижать слабых.

Наступает молчание, подружки Ксении мечут взгляд от меня до неё. По лицам видно, что они озадачены. Но мне всё равно - хочу достучаться до подруги.

- Девочки, - раздаётся неровный голос Ксении, девушка нервно проводит рукой по щеке, словно смахивает слезинку. - Вы идите, мне нужно поговорить со знакомой. Потом созвонимся, хорошо? - красотки с лёгким замешательством прощаются и идут прочь.

Ксения медленно оборачивает. Глаза блестят от слёз, губы подрагивают:

- Умею, держу, вижу, не обижаю! Это мои главные правила дружбы. Жаль, что человек, которого считала самым-самым, этого не ценил.

- Ценил, уважал... - горячо заверяю подруге, шагая ближе. - Ксю, я так скучала... - Вижу, колеблется, и потому заключаю в объятия: - Прости... - сглатываю непрошенную слезинку.

Ксю сдаётся и тоже обнимает:

- Дура ты, Королёк, хоть и умная. Неисправимая дура!

- Угу, - киваю, чуть отклоняюсь, чтобы посмотреть в глаза Ксении. - Мир?

- Нет, - мотает рьяно головой Ксю. - Так просто теперь от меня не избавишься. Придётся выслушать тысячи историй, которые случились за эти года. Разделить слёзы радости и обид и сказать сотни поддерживающих слов, даже если я поступала как идиотка.

- У тебя насыщенная жизнь, - резюмирую нарочито оценивающе.

- Мда, - жеманно ведёт плечом Ксения. - А ещё не отцеплюсь, пока не расскажешь всё о себе! Да и по ходу поищем твою совесть... Она где-то в районе моей обиды затерялась! Мне жуть как нужно плечо, чтобы поплакаться...

- Надеюсь, моё подойдёт? - скромно улыбаюсь.

- Ну, если не разучилась слушать. Не осудишь, и будешь меня любить, даже узнав не самое лицеприятное, на грани аморального... Так поступают лишь верные друзья, - значимо кивает Ксения.

- У меня есть такой друг! - гляжу в глаза девушке. - Точнее, был... - тихо поправляюсь.

- Он всегда у тебя есть, даже если о нём забыла, - перестаёт играть Ксю.

- Никогда, - заверяю твёрдо.

- Тогда, по рукам! - соглашается подруга.

Довольная, что у меня появляется шанс вернуть Ксению, тяну её обратно в кафе, где за столиком потерянно сидят Антоха и Нюта.

- Приветик всем, - жизнерадостно бросает Ксю, плюхаясь на свободное место, словно не ревели несколько минут назад, а просто отлучались по нужде. - Почему скучаем?

- Мы... - запинается Антон. Парень явно, не в силах справиться с эмоциями, которые накатывают, увидев девушку. Нет, я знала, что он был влюблён в Ксю, но думала, со временем привязанность ослабнет, и только сейчас понимаю, что увлечение с годами не проходит - боюсь, полностью утоп в безответных чувствах.

- Так... ну... это... - бессвязно шелестит Анька, пряча взгляд, тотчас забиваясь в свой кокон неприступности.

- У тебя отличные собеседники, - заговорщически подмигивает мне Ксения. - Партизаны. Ничего не вытянуть.

- Да нет, это они тебя рады видеть. Слов не находят, - вношу ясности без злобы.

- Я мешаю? - хмурится Ксю в поддельном изумлении.

- Нет, что ты, - торопливо заверяет Антон и краснеет от своей горячности.

- Не обращай внимания, - усмехаюсь тепло. - Им сложно говорить не про формулы. А вот спроси про таблицу Менделеева или попроси разложить какую-нибудь мудрёную молекулу. Даже в спящем режиме без запинки!..

Впервые друзья обмениваются улыбками.

- Можем, но скорее, потому что между нами градус неправильный, - ляпает Нюта. В шоке на неё таращимся. - Ну... чтобы это... языки развязать... Всегда... обычно... алкоголь помогает, - поясняет тихо, запинаясь и поправляясь, точно стесняется сказанного.

- Предлагаешь его поднять? - удивляюсь.

- Не то чтобы, - опять мямлит девушка, уставляясь на свои руки, которыми теребит край скатерти.

- И куда пойдём? - воодушевляется Ксения. - Сегодня суббота. Кафе, клубы, дискотеки работают...

- Я не могу, - тотчас спохватывается Нюта.

- И мне в корпус надо ко времени, - поддерживает девушку Антон.

- Ботаны, - укоряется Ксю, закатывая глаза. - Мы давно не виделись. Почему бы вместе не провести вечер?

- У меня нет денег, чтобы гулять в клубе, - признаётся стыдливо Нюта. - Стипендия только через неделю, аванс тоже...

- Ну, вечеринку с полным пансионом в клубе оплатить не смогу, - рассуждаю в голос. - А вот, милую посиделку на квартире - вполне, - пожимаю плечами.

- И к кому завалимся? - радуется идеи Ксю.

- Я в общаге, - спешно мотает головой Антон. - Ко мне никак!

- Я пока с бабушкой и дедушкой, - морщу нос.

- Я тоже в общаге. Можно, конечно, вахтёршу отвлечь, - прикусывает губу Ксю. - И сами бочком, да по стеночке... Но там у нас будет десяток лишних ртов и ушей...

Все с ожиданием уставляемся на Нюту, ведь она единственная кто ещё не подаёт голоса.

Анна под пристальными взглядами краснеет, мнётся:

- Я далеко живу...

- Одна? - торопливо уточняет Ксю, игнорирую реплику.

- Тесно у меня, - опять бормочет Нюта.

- Одна? - повторяет Ксения с нажимом.

- Комнатка...

- Ты одна? - теряет терпение Ксю и почти рычит.

- Да, - кисло отзывается Нюта. - Неудобно, тесно, соседи не поймут...

- Что? - похлопает ресницами Ксения. - Молодая девчонка с друзьями в субботу тихо посидит, а соседи не поймут? Полный аут... Скорее уж они думают, что у них соседка-заучка, каких поискать, а в будущем - старая дева!

Несколько минут тратим на уговоры, а когда Анна нехотя, но соглашается, расплачиваемся и покидаем кафе.

Звоню родственникам, сообщаю, что останусь в городе. Бабуля если и пытается образумить, мягко отрезаю:

- Мне почти двадцать! Я хочу с друзьями погулять. Клянусь, всё предельно нравственно.

Окраина Питера нас не смущает. Сначала на метро, потом остановку ногами, и мы в тихом спальном районе, где среди высоток затерялись несколько скромных пятиэтажек.

По ходу заглядываем в магазин, где закупаем провизии для вечеринки. Немного салатов, колбас, несколько консерв, макароны, овощей, хлеба и, конечно, алкоголя. Так как мы все 'тайные гуляки и дебоширы', долго раздумываем, что взять? Пива, водки, коньяка, шампанского, вина или чего другого. Останавливаем выбор на пиве и шампанском.

## Глава 18


Ирина

- Это точно твоя квартира? - с сомнением уточняет Ксения, коротко заглядывая из коридора в комнату, а потом на кухню.

- Да, - конфузится Анна и неспешно снимает обувь. Ставит пару на одну из нижних полок шкафа в прихожей.

- И что, - не унимается Ксю, ведя носом. - Одна живёшь? Точно за дверью не поджидает бабуля с клюкой? - явно намекает, что пахнет старым человеком.

- Это её квартира, - мнётся в комнатном проёме Нюта. - Осталась по наследству.

- Умерла? - бесцеремонности Ксении можно бы устыдиться, да подруга никогда не отличалась тактом.

- Ага, - тихо кивает Нюта. - Так вы проходите?

Только сейчас понимаю, что мы втроём продолжаем тесниться в узком коридоре.

Обои скромные, бежево-выцветшие, местами чуть пошарканные. Небольшой светло-коричневый шкаф с вешалками и полками, частично заставленный обувью и несколькими парами тапочек. Блёклый кофейный линолеум, возле порога прорезиновый коврик. Межкомнатные двери от старости утратили белизну, став скорее кремовыми. Ещё есть двери в уборную и ванную. Кухонная - отсутствует.

В общем, чисто, но.. так и отдаёт древностью.

С некоторой опаской разуваемся и проходим в комнату. Мда, она тоже не блещет новизной. Те же древние обои, грязноватые, но некогда выбеленные потолки. Широкий трехстворчатый шкаф с зеркалом. Утративший цвет диван-книжка, кресло ему в тон. Комод, на котором телевизор. Стол, пару стульев, ну и самым удивительным оказывается наличие большого сундука. Раньше никогда не видела вживую, но как-то читала, что в деревнях, сёлах в таких хранили драгоценное и даже приданное.

Пока Ксения и Нюта готовят комнату для застолья, я на скорую руку импровизирую закуску. Макароны с тушёнкой, салаты, бутеры. Не то чтобы была хорошим поваром, но как поняла, я единственная, кто вообще знает с какой стороны подходить к плите. Даже Анька отказывается наотрез помогать.

Когда все усаживаемся за небольшой столик, который подкатили к дивану, меня осеняет:

- Как-то в нашей компании пустовато... Не хочу никого обидеть, но вам не кажется, что кого-то не хватает?

- Чудика-Франкенштейна давно не видела, - отрезает Ксения, - а вот Спартака...

- Вы общаетесь? - неподдельно удивляюсь.

- Не то чтобы лучшие друзья не-разлей-вода, - поясняет сухо Ксю, - но, ради такого вечера... чтобы уж окунуться в воспоминания с головой... - выуживает из кармана зауженных брючек новенький айфон. Несколько секунд пальчиком водит по экрану, а потом прикладывает аппарат уху: - Хай, Спартак! - улыбается, отстукивая дробь идеальными коготками по столу. - Ты где? - несколько секунд молчит, явно слушая затянутую речь приятеля. - Ой, - кривит носик. - Спартак, заканчивай меня нагружать лишней инфой. Вопрос был риторическим. Меня не волнуют твои душевные излияния и раздумья по поводу языкового барьера между людьми и поколениями. Блин, - Ксю недовольно встряхивает головой. - Мой мозг не способен переварить столько лишней и совершенно не нужной информации. Короче, ты нам нужен, - вновь умолкает, а через пару секунд: - Свои друзьям! Настоящим и живым! - опять задумчиво слушает. - У нас для тебя сюрприз... А ещё дикое желание напиться и забыться. Без тебя мы неполноценны. Всё! - отрезает категорически. - Ждём. Кировский район... - Ксения быстро диктует адрес. Откладывает телефон и улыбается от уха до уха: - Скоро мы опять станем большой дружной семьёй.

Когда в дверь раздаётся звонок, уже немного расслабляемся, а с появлением в квартире Спартака совсем становится хорошо. Он ведёт себя так, будто и не было почти пяти лет расставания. Сразу же огорошивает проблемами бытия, меняющимся мировоззрением. На вопрос, чем он занимается, отвечает:

- Копаюсь внутри человека, причём с некоторых пор не только в переносном, но и прямом смысле. Поступил на медицинское отделение, в дополнение к первому неполному высшему. Теперь мучаю разную живность, грызу вдвойне гранит науки и, конечно, учу клятву Гиппократа.

В этом есть весь Спартак. Далее следует несколько часов смеха, слёз, откровений, которые чередуются принятием спиртного, усердно закусываемого скромными яствами.

С количеством выпитого разговоры становятся всё более откровенными и интимными, щекотливыми и слезливо-смехотворными.

Я узнаю, что на той злосчастной вечеринке Ксения жутко напилась и... переспала-таки с Артёмом. Это было больно, противно... В общем, любовь как бабушки отшептали. На следующий день, Ксю пыталась меня найти, но узнала, что я отчислилась. Тогда стала звонить, но абонент был вне зоны действия. Странички в соцсетях, которые она когда-то сама завела для меня - удалены. Вот тогда Ксения поняла, что сжигаю мосты.

На протяжении всего времени, набирала меня, искала... Но всё было тщетным. Вот такая сука-любовь!.

Личная жизнь?.. Тоже не складывалась. То Ксю изменили, то она. То подруги 'верные' подножку поставят. То ревнивый до жути, то приставучий... Не богатый, не популярный. В общем, подруженция до сих пор в поиске прЫнца сердца и кошелька!

Мда, любовь - зла!

- Признайся ей, - намекаю на подругу, тихо подталкиваю Антоху плечом, когда Ксю выходит из-за стола и озадачивается переключением каналов в телике в поиске музыкального. Злится, бурчит под нос, что мол, Анька в пещере живёт и даже современной музыки не слушает, что уж говорить по технику допотопного вида.

- Ты о чём? - изображает непонимание Антоха, хотя голодного взгляда с Ксении не сводит.

- Признайся ей, - повторяю вкрадчиво.

- Нет, - рьяно мотает головой парень. Поправляет очки: - Какая она, какой я...

- Ерунда! - настаиваю уверенно. - Ты бы дополнял и смягчал её дикий нрав.

- Ей принц нужен. Желательно богатый, да на коне помощнее и подороже! Я это прекрасно понимаю, и ни на что не надеюсь.

- А зря! - отрезаю просто. - Ты станешь значимее принца! - подмигиваю дружески. - Вот только Универ окончим. Наш проект довершим. В народ запустим...

Антон робко улыбается:

- Вот тогда и скажу.

- Как бы ни было поздно, - мрачнею, ведь смотреть на душевные терзания одного и полную слепоту другой - больно. Уже было открываю рот для новой реплики, как Ксения радостно вскидывает руки:

- Ура! Музыка! - оборачивается к нам и манит меня к себе, приглашая танцевать.

Попивая лёгкое спиртное, двигаясь в ритме бурной ночи, заметно пьянеем.

Анька как и обещала от стадии тихой девочки переходит в режим очень плохой. Снимает очки, стягивает резинку с волос и встряхивая густой шоколадной гривой, точно в эротическом кино, усаживается к Спартаку на коленки. Обвивает руками за шею и требует в красках рассказать жуткие истории о подопытных. Да и, вообще, любые байки, ходящие на медицинском факультете. Потом забирается на крохотный столик и принимается так двигаться, что чуть с него не падает. Точнее, ухает, но Леонид её умудряется поймать, правда, девушка цепляет открытую бутылку с красным вином и она оказывается на присевшей после лихих танцев Ксю.

Пока Спартак усмиряет буйную Нюту, Ксения, скуля и причитая, убегает в ванную. Выходит уже обмотанная полотенцем и с недовольным лицом:

- И что мне теперь надеть? - озадачивает всех и никого конкретно.

- Так ты же не голая, - как всегда необычайно внимателен Лёня. Он до сих пор воюет с Нюткой, пытаясь достучаться до её разума и успокоить. Анька, точно дикая кошка, изворачивается, кусается, за что раз за разом получает шлепки от парня. Но это только подогревает пыл строптивицы - девушка шикает возмущённей и сражается усердней. Им, по сути, плевать на Ксению и её озадаченность. Зато Антон, сидя в кресле, хоть и отворачивается от Ксю, якобы не глядя на полуобнажённое тело, но, как нет-нет, да и его глаза всё же на ней останавливаются. Меня порядком забавляет данная ситуация, даже подумываю выйти, но куда? Если только на кухню...

- Я что, так и буду в полотенце? - продолжает негодовать Ксения.

- Ах-ах, - не сдерживаю смешка. - Можешь и его снять, - подмигиваю Тохе. Парень тотчас заливается жгучим румянцем:

- Не стоит, - подхватывает бокал с пивом и отпивает добрую половину.

Ксения расстроено плюхается рядом с ним на подлокотник кресла:

- Блин, может, у Нютке в шкафу чего-нибудь поискать? - шепчет мне, косо посматривая на воинствующую хозяйку и ржущего Спартака. Анна не прекращает боя, хотя заведомо слабее парня. Он уворачивается от её когтей, несильно заламывает руки, ногами перехватывает и зажимает её конечности.

- Мне плохо, - неожиданно скулит девушка, заметно бледнея.

- О, - воодушевляется Спартак. - А вот и ожидаемая реакция на избыток алкоголя.

- Я сейчас... - глаза девушки становятся жалостливыми, напуганными.

Спартак подхватывает её на руки и вскакивает с дивана:

- Пустите, а не то она блеванёт прямо в комнате...

Надо сказать, мы с Антохой подскакиваем точно ужаленные, ведь Лёне нужно через нас пробираться. Ксю недовольно отступает в сторону, хотя тоже, мягко говоря, в состоянии плохостояния. Только Спартак исчезает в коридоре, оборачиваюсь к Ксении:

- Доступ к шкафу открыт! - даже прикладываю руку к виску, точно рапортую. - Лёня её как раз отвлекает, - хихикаю пьяно и опять устраиваюсь на стуле возле кресла, где притих Антон. В общем, пока хозяйки нет, Ксю распахивает две створки платяного шкафа. Некоторое время молча перебирает вешалки, пока не заглядывает вглубь.

- Оф***! - поражённо охает. - Это что за прикид? - в свойственной ей манере выуживает из недр гардероба вешалку с полураспахнутым чехлом. Вжикает дальше молнией, раскрывая наряд полностью: - Это новогодний костюм? - вопросительно глядит то на меня, то на Антоху, скинув чехол и демонстрируя очень откровенный костюм в стиле БДМС.

Мы с парнем тоже удивлённо переглядываемся:

- Не знаю, - пожимаю плечами, стараясь не заржать в голос. - У меня принцессы костюм был, феи. А у тебя? - киваю Антону.

- Волка вроде, а потом... себя, - выдавливает, смущаясь сильнее.

- А может, она подрабатывает на детских утренниках? - всё же сотрясаясь от смеха. - В благотворительных целях...

- Хм, - задумчиво хмурится Ксения, прокручивая костюм. - Скорее, взрослых. Сейчас примерю! - бросает просто, а я аж икаю:

- Ты что?!

- Мне нужен наряд, - отрезает Ксю. - Поверь, из того, что в шкафу, это самое одеваемое... Лучше буду развязанной шлюшкой, чем нафталиновой бабулей! - скидывает полотенце. Я только ахнуть успеваю, ведь подруга гола, как новорождённый младенец. Антошка отворачивается с такой поспешностью, что даже очки роняет. Пока копошиться в поисках оправы, Ксения успевает втиснуться в мини-шортики и корсет.

- Помоги, - ступает ко мне и поворачивается, намекая на шнуровку.

Делать нечего, начинаю затягивать корсет.

- Туже Ира, туже! - прыскает Ксю, когда тяну шнуровку.

- У меня нет сил, да и пальцы не слушаются, - сдаюсь, когда в очередной раз, верёвки выскальзывают из ладоней. - Пусть Тоха, - киваю на друга.

Ксения высокомерно вскидывает брови, через плечо глядя на парня:

- Да что он знает о корсетах?

- Не меньше моего, - заверяю горячо. - И сил куда больше, - отрезаю, спихивая работу на Антона.

Боже, как же это забавно смотреть на парочку, когда он - робкий и влюблённый, а она - напористая и знающая себе цену.

Руки дрожат, глаза светятся, щёки горят. Антон даже дышать забывает, а если нечаянно касается оголённого участки тела Ксении, одёргивает пальцы, словно получает ожог. Ксю тоже реагирует, как не пытается казаться холодной по отношению к парню. Вздрагивает, напрягается.

Слежу за ними и тихо улыбаюсь.

Как бы то ни было, Антон справляется на 'отлично', а я не премину подшутить:

- Теперь он знает, как тебя одеть-раздеть.

- Очень смешно, - надменно ведёт носом Ксения. Поправляет корсет, шортики. Крутится перед зеркалом, водружает руки на бока: - Жаль, нет дырявых колготок или чулок... Плётки и сапог! - цокает досадливо. Оборачивается, взглядом прогуливаясь по комнате, пока не уставляется на притаившейся возле шкафа скромный сундук времён молодости бабули Анютки, если даже не прабабушки. - Золотого ключика никто не видел?

Страшно становится, какой коварный план складывается в пьяной голове подруги.

- Что? - слышится возмущение Аньки. - Как вы... - давится негодованием девушка, придерживаясь Спартака, который застывает в дверном проёме комнаты и, оценивающе и не без удовольствия рассматривая преобразившуюся Ксению.

- Я что-то пропустил? - криво ухмыляется. - Обратно промотать можно?

- Да как вы могли? - выпаливает Нютка, нетвёрдой походкой входя в комнату. - Это же не ваше!

- Вот и нам интересно, - улыбается Ксения. - Это твоё или твоей бабули?

- Не смей, - угрожает Анна, вмиг став опасно серьёзной. Даже карие глаза лихорадочно блестят и обещают скорую расправу.

- Прости, - разводит руками Ксения, тоже перестав лыбиться. - Ты меня облила. Я искала, чего бы надеть...

- И?! - злится Нютка. - Это всё, что смогла раскопать?

- Самое приличное... в смысле, - поправляется торопливо Ксения, - самое современное, из всего твоего гардероба!

- Я начинаю радоваться, что остался с вами, - точно сытый котяра улыбается Спартак. - Ань, ты меня прям... в самое сердце... точнее, в пах... - гогочет, не сводя восхищённого взгляда с девушки. - Верхняя или нижняя?..

- Вы... вы...- задыхается Анна обидой и негодованием. - Ты не смела надевать мои вещи! - тычет пальцем в Ксению.

- Ты испортила мой наряд. Я нашла, что надеть! - с вызовом переходит в наступление Ксю.

- Но не это же?! - гневается Анна.

- То есть? - выпучивает глаза Ксения. - Тебе можно, а мне нет?

- Это... - запинается девушка, раскрасневшись. - Личное. Я же к тебе в шкаф не залезала.

- Ой, там скелетов нет. Я открыта как на ладони! - прокручивается Ксю, лихо виляя задом. - Но если ты против, могу раздеться, - подцепляет молнию на шортиках и тянет вниз.

- Ого! - присвистывает Спартак, умащиваясь на диване. - А что? Круто! Я жду! - потирает предвкушающе руки, подхватывает со стола первый попавшийся бокал, осушает.

- Нет, - торопит остановить девушку Антон. - Ксения, прошу, не стоит.

- Хозяйка против, - выговаривает Ксю. - Значит, придётся... - расстёгивает молнию. Тоха порывисто отворачивается. Спартак, наоборот, подаётся вперёд. Я застываю в ожидании.

- Нют, ну, правда, - вклиниваюсь в спор. - Ты права, некрасиво поступили, прости. Ксения же, как ураган. В замкнутом пространстве снесёт всё! Ей простор нужен...

- Так пусть и идёт, - зло бурчит Анна. - Никто не держит.

- Только чистенькие и сухонькие брючки и топик давай, - жестом, жду, машет Ксения.

- Ань, - примирительно подлизываюсь. - Мы же не осуждаем твои пристрастия, просто веселимся. Да к тому же глянь, ей идёт...

- Это моё! Вы в душу...

- Это шкаф, - напоминаю тихо. - Ань, никто к тебе не стал хуже относиться. Я тебя всё так же люблю и уважаю.

- А я так вообще готов жениться, - вставляет пять копеек Спартак, зевнув.

- Дурак, - шикает беззлобно Нюта, заметно расслабившись.

- Ты такая скрытная, - давлю на жалость. - Мы же друзья...

- Вам не понять, - бормочет пьяно девушка, опустив голову.

- А что не понять?! - брякает Леонид. - Либо ты кнутом, либо тебя.

- Спартак, - осуждающе гляжу на парня. Он умолкает, точнее, закидывает в рот канапешку и жуёт, все видом показывая, молчу, продолжай!

- Почему не понять? - подаёт голос Ксения. - Я хоть и далека от Темы, но покомандовать мужчиной, ой как люблю.

- Здесь дело не только в командах, подчинении и причинении боли. Это сама суть отношений, - бурчит Анна.

- Ого, завернула, - оторопело промаргивается Ксю. - Я много неординарных отношений видела, людей с разной ориентацией, но чтобы суть отношений...

- Я же говорила, - насупливается Анна. - Вам не понять.

- Как ты поняла, что это твоё? - хочу смягчить настрой разговора. Анна демонстративно идёт к дивану. Забирается на него с ногами. Подтягивает коленки к подбородку.

- Если опять умолкнешь, - теперь грозит Ксения. - Я ключик от волшебного ларчика найду.

- Нельзя! - тотчас рычит Нюта, вскакивает с дивана и плюхается на сундук.

- Да ты что? - Ксю опять выводит на эмоции девушку. Невинно хлопает ресничками. - Что-то мне подсказывает, что там не Богард из Гарри Поттера!

- Вы не посмеете туда залезть?

- Нет, - мотает головой Ксю. - Только заглянем... ну и поковыряемся...

- Ты, - зло сощуривает глаза Анька. - Ты... Тебе лучше уйти!

- Значит, - с улыбкой констатирует Ксю. - Вещи, я пока могу носить?

- Там труп? - надоедает скучная перепалка Спартаку.

- Нет! - ужасается Нюта, рьяно мотнув головой.

- Упакованный сабмиссив? - продолжает гадать Леонид.

- Нет, - ахает девушка.

- Жаль, - мрачнеет парень.

- Ты неисправим, - мотаю головой. Лёня равнодушно фыркает:

- Ну, тогда, для их хрупких психик, - благосклонно машет на всех и никого конкретно, - всё остальное - ерунда! Мы хотим видеть.

- Я не готова к откровениям! - сопротивляется Анна. - Я никому... никогда...

- Склад вибраторов? - прищуривается Спартак.

- Совсем одурел? - краснеет девушка.

- А-анька! - тоном, ох, какая у меня отличная идея, возвращается в разговор Ксения. - А что, если нам всем переодеться и на вечеринку тематиков заявиться?

- Не могу, - Нюта затравленно обводит нас напуганными глазами.

- Почему? - озадачивается Ксю. - И тебе будет не так страшно, и нам веселуха!

- Вечеринки закрытые, - перебирает отговорки девушка.

- Но ты же в теме? - допытывается Ксения.

- Не совсем, - куксится Анна. - Я на стадии проверки. Познаю себя. Свои желания...

- Круто! - отрезает Ксю. - Значит, мы тебе поможем определиться. Кстати, - морщит красивый носик, - а с чем определиться? - это уже Спартаку.

- На коне или под конём, - гогочет Леонид.

- Фу, как некрасиво, - кривится Ксения.

- Тогда скорее: бить или быть битой, - пытаюсь найти более мягкий вариант.

- Ага, или коня, или конём... - продолжает потешаться Спартак. - Ань, выходи за меня? - шутит, ведь гад.

Меня так и подмывает его либо ударить, либо запустить чем-то тяжёлым в наглую моську.

- Хм, я тоже хочу определиться. Тох, - Ксения насмешливо сверлит парня коварным взглядом. - Будешь на сегодня моим рабом! - не спрашивает, утверждает.

- Сабом, - услужливо поправляет девушку Лёня, а на негодующий взгляд Антона, разводит руками: - Если б я имел коня, это был бы номер, если б конь имел меня, я б наверно, помер!

- Ксения, это не очень хорошая мысль, - невнятно бормочет парень.

- Лучше не бывает, - отрезает Ксю. - Анют, давай, - нетерпеливо подталкивает плечом девушку. - Колись, где проходят вечеринки извращуг?

- Они не извращуги, - оправдывается горячо Анна. Пару минут борется сама с собой, а когда желание повеселиться побеждает, бормочет: - Сомневаюсь, что эта вечеринка настоящих тематиков, но мне неделю назад пришло приглашение. - Пьяно ковыляет до комода, на котором стоит телевизор. Берёт простенький телефон, скромно ютившийся наверху, возле доисторического агрегата. Недолго копается в нём, а потом декларирует: - Приглашаем на тематическую вечеринку 'Оттенки страсти'.

- Круто! - воодушевляется Ксения. Бесцеремонно заглядывает в телефон Нюты.

- Согласна, это не тематики, - задумчиво хмурюсь. - К ним не так просто попасть. Приглашают вроде редко кого. Всё же закрытое сообщество, а тут прям день открытых дверей....

- Мне плевать, что и кто, я двумя руками за любой кипишь! - непонятно чему радуется Ксю. - К тому же у меня уже есть раб, - развязно прикусывает губу и подмигивает Антохе.

Сочувствующе сморю на парня - он мрачно качает головой:

- Ксения, вы уже не в том состоянии...

- Ещё каком! Стоянии! - возмущается подруга, для уверенности проходится по мнимой прямой, а когда оказывается возле сундука, тычет пальчиком: - Сейчас вот ларчик откроем...

- Нет, - вновь упирается Анна.

- Ань, заканчивай разыгрывать недотрогу. Мы теперь знаем, какая ты... дотрога, - хмыкает Ксения. - Да и вам нужно наряды под стать моим. Кстати, - выпучивает глаза, - есть ещё что-нибудь в этом стиле? - намекает на костюм, в котором сама.

- Из более-менее приличного, - задумалась Нютка, - платье и боди.

- Ага, - глухо хихикает Ксю. - Теперь знаю, куда ты стипендию и заплату тратишь...

- Это не так, - тихо возмущается Анька.

- Да я не упрекаю. Наверное, - Ксения кивает своим мыслям, - тоже подкоплю сбережений и себе чего-нибудь такого приобрету. Ню-ю-ют, ну покажи, - жалобно скулит.

- Я боюсь увидеть, но хочу... - признаюсь как на духу. - Просто, у каждого граница приличного разная, - поясняю под пристальными взглядами ребят.

- Разврат в студию! - повелительно взмахивает рукой Спартак. - А то я чахнуть от скукоты начинаю!

- Да не говори, - наигранно понимающе кивает Ксю, - ни убийств, ни расчленёнки...

## Глава 19


Ирина

Несколько секунд девушка мнётся, но потом всё же решается показать свои сокровища. Из шкафа, где ковырялась Ксения, но откуда-то снизу, выуживает ещё пару чехлов. Под одним оказывается чёрное боди, украшенное хромированной фурнитурой. Талия подчёркнута двумя скрещенными массивными ремнями с металлическими вставками, а планка-ошейник декорирована маленьким замочком. Зажимы для чулок поблескивают тёмным металлом. Кстюм Нюта дополняет капроном в сеточку и мини-трусиками, что предусмотрительно в маленьком пакетике в чехле ждали своего часа.

Под вторым чехлом обнаруживается безумно короткое платье из латекса с глубоким острым декольте и вызывающе голой спиной, а с одной стороны разрез аж до талии. К платью прилагаются стринги, чулки и подвязка.

- Есть ещё... но там, - встряхивает головой Анька. - В общем, это самое приличное...

- Да ты что? - выпучивает глаза Ксю. - Я, видимо, нюх на непристойное потеряла. Не доковырялась до клада, - досадливо хмыкает.

Ржу, мне вторит Спартак. Тоха муторный - угрюмо смотрит поверх очков. Совсем юмора не понимает, ну да и ладно.

- Это тебе! - вручает мне второй чехол с платьем Ксения. Моя веселость тотчас пропадает. Дар речи теряю. Пока ищу, что и как сказать, подруга командует: - Иди одевайся, нас вечеринка ждёт!

- Не одену, - вскидываю испуганно глаза. - Мне, конечно, весело, но это не гигиенично, чужое нижнее бельё...

- Уж прости, - упирает руки в бока подруга, - не думаю, что твои труселя подойдут под этот наряд, значит, - холодно рассуждает, - запихнёшь свою манерность в одно место...

- А костюм наденешь на другое, - кисло заключаю, тяжко выдохнув, через смешок. - А если у меня... - запинаюсь, кошусь на парней, опять на Ксению, - ну... женские дела?

- Тампоном заткнись, - отрезает подруга безапелляционно.

- Блин, - давлюсь смехом. - Ты озверела? Раньше жалела мою психику, а теперь...

- Тебя пора встряхнуть, а то совсем за кордоном совесть потеряла.

- Ксю, но это не мой стиль, - канючу, точно избалованная девочка. - Предпочитаю...

- Да по фигу, что предпочитаешь. Ты мне должна за пять лет игнора.

- М-м-м, - затыкаюсь стыдливо. - Мстишь?

- Угу, - кивает Ксения. - Опять трусишь?

- Я? - потряхивает не то от смеха, не то от нервов. - Нет конечно. - Опускаю глаза на платье. Капец, я в этом? Жесть!

Другой костюм Ксю оставляет в руках Нютки:

- Что смотришь, скромница? Одевайся. Сейчас пойдём душу отводить.

Мы с Анькой переглядываемся. Можно, конечно, отказаться, но, блин, веселимся же?! В общем, выходим из комнаты. На крохотной кухоньке переодеваемся, помогая друг другу, ведь, одежда специфическая, да и узковата, как по мне. Мда, Нюта - тощая зараза. Я в платье еле втискиваюсь, даже приходится попрыгать.

- Капец, - выдыхаю, только латекс облепляет, словно вторая кожа. - Как ты это носишь?

- Не ношу, - пожимает плечами подруга, поправляя чулки и зажимы для них на боди. - Только купила.

- Ты выглядишь, - признаюсь восхищённо, - как богиня страсти! Ещё волосы повыше поднять, агрессивный макияж и губы алым...

- Ага, косметичка в ванной, - удивляет в очередной раз девушка.

Тратим ещё время, чтобы накраситься и причесаться.

Появляемся в тот момент, когда Ксения для парней танцует приват танец. Девушка оборачивается и присвистывает:

- Вы такие секси! - в огромных глазах застывает восторг. - Ребят, ну, скажите, что я права, - кивает на нас. - Если была бы мужиком, захотела бы вас трахнуть, - жарко уверяет Ксю. Взгляд лукавый, и на лице играет коварная улыбка.

Антоха и так давно в оцепенении сидит, поэтому на реплики девушки не реагирует. А вот Спартак ржёт:

- Да я, вообще, в ауе. Начинаю сомневаться, а правильно ли выбрал факультет... Кстати, ты о смене пола серьёзно подумала? - оживляется, подмигивая Ксю. - Или об однополой любви? - вставляет ехидно.

- Уж к кому-кому, а тебе под скальпель точно не лягу, не мечтай, - отмахивается Ксения. - Мне нравится в своём теле и со своей ориентацией.

- Жаль, - парень утрачивает интерес к разговору.

Немного крутимся под музыку, чем распыляем одного и вгоняем в краску другого, а когда речь опять заходит о вечеринке, немного жеманничаю:

- Ксю, я не против веселья, но в таком наряде... Без маски. Нет, не выйду!

- Нют, - умоляюще скулит Ксю, - ну хватит вредничать! Для костюмов не хватает аксессуаров, не поверю, что у тебя нет всяких ненужных нужностей и милых опасных интересностей.

Далее следуют несколько затянутых минут уговоров Аньки, которая, как всегда, сдаётся под общим напором. Девушка с неохотой отворяет сундук, и тут начинается полное театрализованное зрелище. Ксения, как самая любопытная, чуть не ныряет внутрь. И даже Нюта, пытающаяся успокоить взыгравшую фантазию гостьи, оказывается не в силах угомонить затейницу.

В общем, Ксения выуживая разные предметы, ещё их пытается обыграть. Поэтому, Антоха краснее рака, Спартак веселее некуда, а мы с Нюткой - вооружены до зубов. Рассматривая и играя БДСМ - аксесуарами, оправдываю себя лишь тем, что выпила много...

Для каждой нашлась маска, правда, разной формы и модификации: Ксюха хватает простую, как у супергероя, повязку с прорезью для глаз. Я - фетиш-маску, отдалённо напоминающая шлем, скрывающий пол-лица до середины скулы, конечно же, с дырками для очей. А Нютке достаётся целиковая, скрывающую даже затылок, но с небольшими ушками, по типу маски женщины-кошки. К своему костюму девушка откладывает наручники, плеть, туфли на высокой платформе.

Ксении выдаёт стек, чулки, ошейник с цепочкой, ведь подруга над ухом жужжит, что у неё есть раб, да вот одёжки подходящей его статусу нет.

Мне реально становится смешно, поддаюсь настроению подруги и требую себе аксессуар:

- Только не вибрирующий, пожалуйста, ну и такой, чтобы не стрёмно было в руку взять.

Нютка выуживает из сундука плоскую палку с короткими шипами и кожаной петлёй для кисти. Ботфорты, которые мне приходятся почти кстати, размером больше - не так страшно, как маленькие. Сама в шоке. Я крупнее подруги, а нога - 'золушки'.

Для Спартка находится прикольный кляп с красным шариком и несколько зажимов для сосков. Это было бы жутко неприлично, если бы не алкоголь и жажда оторваться на вечеринке, куда просто так не попасть.

Пока довершаем свои костюмы последними штрихами, Леонид опустошает очередную бутылку с пивом:

- У меня градус уже ослабевает для подобной вылазки, - резюмирует кисло. Ксения подхватывает стек, который лежит на крышке, и изображает стойку фехтовальщика:

- А я готова к приключениям! - делает пару корявых взмахов и выпадов.

- Если только, - хмыкает Спартак, - на свой зад!

За что тотчас получает несильный шлепок стеком.

- Не уверен... - вновь пытается образумить девушку Антон.

- Зато я уверена! - отрезает капризно Ксю. - У меня для тебя ошейник нашёлся в сундучке бабушки Нюты! - хихикает, покачав игриво кожаным предметом в шипах и с цепочкой.

Антоха видя, что уготавливает Ксения, заметно бледнеет, поправляет очки:

- Девочки, что-то мне совсем неохота в клуб... Тем более, на такую вечеринку. Тем более, в этом, - указывает на ошейник, который демонстративно покачивается в руке Ксении.

- Тош, не порть настроение, - угрожает вкрадчиво девушка, поигрывая цепочкой ошейника. - Накажу... - а вот это уже многообещающе.

Парень нервно сглатывает.

- Совсем не нравится ваша идея.

- Ой, да брось. Я тебе госпожу поищу. Она тебя девственности лишит!

- Ты допускаешь мысль, что я... девственник? - торопеет Тоха.

- Ну да, - невнятно бормочет Ксения. - А разве, нет? - взлетают её брови. Антон поджимает губы. Опять поправляет очки. - Хочу знать: где, с кем, когда и как! - тотчас беззастенчиво усаживаясь на колени парня. Одной рукой обвивает за шею. Гипнотизирует глаза в глаза. Он от удивления покрывается румянцем. - Требую грязных подробностей. В красках, эмоциях и 'липких' приписках.

- Нет, - просто отрезает парень.

- Почему? - сощуривается Ксения. - Я рассказала, как провела последние года. Это постыдно, но сделала. Теперь и вы обязаны рассказать. Так будем квиты.

- Но тебя никто за язык не тянул, - робко пытается достучаться до правды Антон.

- Я на последнем звонке, - нарушает повисшую тишину Анька, чем безмерно удивляет всех. - Напилась жутко. Плохо помню того очкарика, но планировала нечто подобное, поэтому была настроена решительно. Не самое приятное в жизни ощущение. Пьяная, парень, который несимпатичен, боль... В общем, тогда проблевалась, а с тем ковбоем больше никогда не виделась.

- Ковбой?! Он тебя объезжал? - ржёт Спартак, но получив от меня дружескую затрещину, бормочет: - Да я что? Так...

Анютка морщится, садится нога на ногу рядом с Лёней на диван, а щёки алеют:

- Типа того, - признаётся кисло. - Он возомнил себя лихим наездником... Но кобыла строптивой оказалась, ну и пьяной. Короче, ни он ни я удовольствия не получили.

- И после этого решила, что хочешь управлять? - умничает Спартак.

- Немногим позже, - выдавливает Нюта, пряча глаза. - Второй партнёр был чуть смелый и напористый, да вот сам акт... коротким, хлюпким и холодным. - Девушка так морщится, словно до сих пор ощущает неприятные прикосновения парня. - Третий... На словах был горячим, умеющим, а как дошло до постели оказался неловким, робким. Тогда мне пришлось дело брать в свои руки, ну и... получилось чуть лучше, чем первые разы. Пусть я и не получила оргазма, зато ощутила прилив сильных эмоций оттого, что могу командовать. Мы с ним ещё пару раз встретились, я укрепилась в своих мыслях... И с тех пор грежу погружением в Тему.

- Ого, - решаюсь подать голос. - Нютка, ты прям... очень горячая штучка!

- Спартак, а ты? - переводит взгляд Ксения на самодовольно улыбающегося парня.

- А что я? Плетью не получал. Распятым не был. Сексом с другой особью мужского пола не баловался. Классе в девятом забрался под юбку соседки. Она нимфоманка была. Знал. Хотел попробовать. Она не отказала. Ух, и проворная девка, - присвистывает Лёнька, чем вгоняет меня в краску. Капец, и не думала, что мои знакомые с давних попробовали секс, да такой... странный. - Далее последовала череда разных девчонок от молодых до взрослых, - продолжает скучающим тоном парень, - а потом с радостью вкусил прелести траха с сокурсницами. По пьяни, но мы все были довольны...

- Что-то больно крут в своих признаниях, - щурится Ксения. - Не приписываешь ли себе заслуг?

- А что ты хочешь услышать? - хмыкает Спартак. - Что было по-другому? Она! Я! И пару секунд страсти?

Повисшее молчание обрывается - все гогочут, а Лёня с кривой ухмылкой пригубляет новую бутылку пива.

- А ты? - вновь уставляется на Антона Ксю. Шумно выдыхаю, ведь пока щекотливый вопрос меня обходит.

- Да с кем он мог? - опять хмыкает Спартак. - Либо права рука, либо левая... - Мы с девчатами пшикаем, а парень со знанием дела добавляет: - Если верить статистике, 99 % мужского пола занимается онанизмом, а женская статистика неумолимо растёт, в связи с...

- Так всё же? - перебивает Леонида Ксения, наглым образом ёрзая на коленках Антохи: - Как её звали? Правая или левая? - вызов в голосе заставляет всех умолкнуть, кроме Антона. Он впервые не пытается увернуться от столь дерзкого взгляда девушки:

- Её звали Анастасия Михайловна. - Повисает такая тишина, что даже дыханий неслышно. - Мамина подруга, - совершенно без стеснения поясняет парень. - Очень интересная и яркая женщина. Пришла к нам в гости. Выпившая, расстроенная... Ждала маму, которая задержалась на работе. Я всего лишь хотел быть учтивым, вежливым, гостеприимным. Пытался успокоить... Она плакала, ведь рассталась с мужчиной, - переводит дыхание Тоха, глядя глаза в глаза Ксении. - А потом... - многозначительно умолкает. - Ну, - встряхивает неопределённо головой, словно скидывая наваждение, - это вышло случайно.

- Ты трахнул мамину знакомую случайно? - уточняет не без иронии Спартак, поднеся бутылку к губам, но так и не глотнув.

- Это не было трахом, - поправляет с достоинством Антон. - Ей было нужно ощутить себя желанной. Мне было необходимо, - парень опять смотрит в упор на Ксению, - почувствовать себя мужчиной...

- Хочу уточнить. Она тебя насиловала? - осторожничает Нютка.

- Мы использовали друг друга, и только.

- Разовый перепих? - напирает Спартак.

- И несколько раз после, - роняет тихо Тоха.

- Тебя совратила взрослая женщина, - ведёт плечом Анька. - И, скорее всего, - тоном, я сейчас докажу свою теорию, добавляет: - Многому научила!

- Как-то так, - соглашается мрачно Антон. - Я ей благодарен за тепло, внимание, чуткость, ласку.

- Аха-ха, - гогочет Спартак. - Камасутра отдыхает!

- Когда это случилось в первый раз? - наконец, нарушает молчание Ксю, но радости на её лице не читаю.

- Это так важно? - хмурится Антон.

- Когда? - сощуривается Ксю

- В конце девятого класса. Вечеринка, после которой Ира решила уехать, - нехотя поясняет Антон.

Понимаю, что вот-вот все переведут разговор на меня, тороплюсь с репликой:

- Любовь - зла, - шепчу понимающе. - Пёсик, значит, пёсик... - Антон не отвечает, лишь одаривает мрачным взглядом. - Нют, а на парней точно нет ничего более серьёзного надеть? - теперь уже взываю к подруге.

- У меня не магазин, - вспыхивает Анька.

- Точно? - чуть не давлюсь сарказмом. - После увиденного, сомнительно. Я даже не представляла, что такое бывает.

- Я тоже бы надел нечто взывающее, по типу байкера, - огорошивает Спартак, лениво почесав грудь и зевнув во весь рот. - Только скурвившегося. Кожанку в шипах и с цепями, но с сильными вырезами. Я тут подумал, а не от байкеров ли пошли тематики?

- Ой, ты только у байкеров об этом не спрашивай, - хрюкает Нюта и мы с Ксю дружно пшикаем:

- Не поймут твоего юмора.

- Юмор? - деланно удивляется Лёня. - Да я серьёзен как никогда. Кожа, металл, цепи... Хм, а меня жесткого отшлёпают? - уточняет с надеждой.

- Если пристанешь к байкерам с подобными вопросами - обязательно, - теперь уже ржу как ненормальная, аж до коликов. - А ещё и попинают для пущей уверенности, чтобы твои почки поняли, какой их хозяин идиот.

Как становится понятно, Анька под влиянием алкоголя начинает откровенно скучать и поэтому позволяет себе показаться во всей красе костюмчика верхней.

- Капец, - протягивает Ксения восхищённо. - Да ты хоть представляешь, как выглядишь? - Нюта в этот момент модельной походкой дефилирует перед ребятами на немыслимо высоченных каблуках-платформах. - Спартак, согласись, под теми унылыми нарядами, в которых обычно ходит Анька, скрывалось великолепие!

- Ну, она умная, это никакой одеждой не скрыть, - задумчиво тянет парень, за что получает очередной удар стеком от Ксю.

- Она - горячая штучка! - чеканит Ксения. - Аппетитная и очень опасная!..

В эту самую секунду Анюта, войдя в роль верхней, шагает к Лёне. Хладнокровно ставит ногу промеж его, в нешуточной и весьма опасной близости от мужского достоинства, а плёткой-девятихвосткой, коснувшись подбородка, побуждает друга чуть поднять голову:

- Я ль прекрасней всех на свете? - бархатно мурчит и это реально звучит круто и эффектно.

- Да! - криво усмехается Спартак. - Я жутко возбудился, хочешь покажу? - в своей манере портит момент. Но Анька не теряется, и жгутиками плети хлёстко проходится по руке парня, который нагленько прогуливается ладонью по её ноге.

- У-у-у, - кривится Леонид, одёрнув пятерню. - Плохая... Очень плохая девочка.

Надо сказать, после подобной выходки нашей скромницы, мы с Ксенией тоже не захотели ударить лицом в грязь, поэтому были в приподнятом состоянии и твёрдо намерены продолжать веселье.

Устраиваем незатейливые ролевые игры, смущая Антона и развлекая Спартака, а после переодеваний и мелких проказливых сценок, Анютку всё же убеждаем, что в таких нарядах просто необходимо ехать на вечеринку. Пусть и ненастоящих тематиков, так хоть развлечься в компании таких же весельчаков-аля-любителей-по-горячее.

Воистину, что алкоголь делает с людьми?! Нюта быстро отыскивает адрес, где проходит вечеринка, и уже через полчаса, жарко уговариваем таксиста, взять всех, а то вызывать вторую машину накладно, а мы бедные, несчастные студенты. Водитель сразу принимает в штыки. Отнекивается, с сомнением и брезгливостью поглядывая на нас с девчонками, непотребно разодетых, да на извращенцев-парней.

- Меня из-за вас оштрафуют, - злится мужик.

- У нас вечеринка. Нас ждут... - плаксиво молит Ксения, беззастенчиво хлопая ресничками и складывая губы бантиком.

- Вижу, - недовольно кривится водитель. - Погань всякая! А-ну дверь закройте!

- Мы не погань, - нахожусь торопливо, отпихнув Ксению от дверцы. - У нас тематическая вечеринка в стиле БДМС. Это сейчас модно, вот и разоделись, а так мы нормальные... Неприемлем однополой любви. Ценим правильные отношения между мужчиной и женщиной, без боли, крови и прочих греховных утех, запрещенных церковью и богом, - от пафоса аж скулы сводит, но улыбаюсь и смотрю самым невинным взором, но который способна в данном состоянии.

Мужик тотчас умолкает. Несколько секунд буравит недоверчивым взглядом, а потом нехотя роняет:

- Чё-то сомневаюсь...

- Правда. Мы студенты, сегодня выходной, так приспичило чего-то весёлого. Ну мода такая, что теперь поделать?! - добавляю с наигранной грустью.

- А-а-а, - слегка смягчается водила. - Всё равно вас много.

- Прошу! - вкладываю надежду в голос. - Тут недалеко, если на машине. Да к тому же по ночам ДПС редко ловит.

- Ладно, - всё же кивает таксист, - только большого на переднее сидение, а вы, уж как уместитесь. Тощие, должны упаковаться.

Размещаемся на удивление просто. Спартак - на переднем сидении, Ксю забирается к Антохе на колени, а мы с Нютой по бокам.

- Мда, - бубнит водила во время пути, поглядывая в зеркало заднего вида, - раньше в бальные костюмы одевались, потом мода на вампиров пошла и готику, а теперь совсем стыд потеряли - полуголыми фриками на люди выходят. Хорошо, что гей-парады пока не допускаю, а то... срам-то какой...

Тихо смеёмся, боясь заржать в голос. Что-либо возразить или сказать страшно - мужик остановится, и всех на выход попросить, ну или просто выкинуть.

## Глава 20


Ирина

К закрытому клубу приезжаем ближе к полночи. Фейсконтроль проходим без проблем, где первой прекрасно роль отыгрывает Ксения. Лихо виляя задом, грубовато подтаскивает на цепочке за собой понурившего Антоху.

Анька рвёт стереотипы, что работники лаборатории - тихие и скромные люди, - так облизывает рукоять плети, что у бедных охранников аж челюсти отвисают. А потом не будь дурой, ступает к ближайшему, очень крупному, но невысокому и бесцеремонно прижимается. Секунда - сдавливает его ягодицы, а сама волной ныряет вниз, и медленно вверх.

Я видела разное пока путешествовала, но никак не ожидаю подобного от скромницы-Нютки. В общем, не надо говорить, что на миг торопею. Но делать нечего, друзья уже в клубе, деньги на вход... есть, но их так мало, что хочется сэкономить...

Стыдно? О-о-очень, а ещё ржачно и главное - необходимо попасть в клуб. Как говорится 'глаза боятся - руки... ноги делают', поэтому приходится отыгрывать и мне роль. Вместе со Спартаком. Пока массовик-затейник раздумывает, как бы нам пройти. Засовываю ему в рот красный шарик, что болтался на его шее на повязке. Толкаю парня вперёд и игриво шлёпаю по заду плоской шлёпалкой с мелкими шипами. После хватаю за волосы и, дёрнув к себе, языком прохожусь по щеке и уху. Лёня давится смехом: 'Да, детка, сделай мне больно...'

Не знаю по какой категории проходимости нас оценивают, но пропускают и даже денег не спрашивают.

Приятный сюрприз, ведь на тематических вечеринках выделиться, редко у кого получается.

В клубе шумно, ярко и жутко. Везде подвесные клетки. Девицы и парни в них раскрепощено отжигают, подогревая народ к танцам. Наземные платформы для танцоров go-go тоже больше походят на специальные комнаты тематиков. Цепи на стенах, металлические постели, столбы для подвешивания, распорки... Сами костюмы поражают воображение, а, точнее, попрекают нравственные убеждения, что лучше быть скромнее. На девчатах кроме зажимов, которые болтаются на сосках и полосок-трусиков лишь шпильки-платформы, ну или ботфорты. На ребятах, как правило, кожаные, латексные шорты, или нитки-трусы только с ячейкой для хозяйства...

О боже мой! Засилье откровенности и голых тел. Жуть жуткая, смех смехотворный, разврат развратный.

Наверное, это я отсталая и плохо понимающая моду, ведь народ в экстазе! Толпа, разодетая в разнообразные наряды в стиле БДСМ, двигается в такт зажигательной музыки. Какое-то всеобщее помутнение, слово в воздухе витает наркотик, посетители его вдыхают, теряя голову от экстаза. 'Парфюмер' и не грезил о подобном...

Как бы то ни было, я пришла веселиться и отрываться, поэтому чопорные замашки откидываю прочь. С толпой нужно сливаться. И я, чёрт возьми, дико хочу развлечься!

Пока соображаю, что да как, Ксения берёт в оборот бедолагу Антоху, который даже под воздействием алкоголя не перестаёт быть стеснённым ботаником. Подругу это явно не волнует. Она толкает парня в самый эпицентр разврата и порока, где тотчас принимается танцевать. Вернее, бессовестно извивается вокруг Тохи, нет-нет, да и заставляя тоже двигаться. Антон откровенно конфузится, но подруга знает, за какие нитки дёргать, чтобы помочь партнёру ощутить себе свободнее и вскоре, парень нервно, зажато, но начинает танцевать.

- Ирк, ты, это, если надумаешь сексом заняться - только предложи, - шокирует Спартак с таким невинным видом, что на миг задумываюсь, а в себе ли друг. Может, я пропустила нечто важное. Причём сильнодействующее и явно наркотическое.

- Лёнь, расслабься, - осаждаю друга. - Вокруг полуголые тела. Витает экстаз... Ты найдешь лучший вариант!

- Думаешь? - хмурится Спартак, допивая очередную порцию горячительного. - Лады, - дёргает плечом, а потом ссылается на забитый мочевой пузырь и плавно покидает зал в поисках уборной.

Несколько минут разглядываю толпу, музыка проникает в мозг, и зарядом прошибает нервы. Атмосфера праздника и разврата делает своё чёрное дело - я тоже вместе с остальными извиваюсь под музыку. Через секунду присоединяется Анюта. Даже немного теряюсь, вот никак не привыкла, что знакомая способна на подобное. Она - удивительно грациозна и гибка. Её движения вызывают зависть, восхищение, а ещё - смущение. Нюта под влиянием спиртного реально становится развязной. Радует лишь то, что на вечеринке все такие...

Час, второй... С лёгкими перерывами, минутными передышками и болтовнёй со своими, мы с Анькой входим в кураж и, поддавшись общему безумию, с удовольствием танцуем парой.

- У-у-у, какие горячие цыпочки, - эйфорию нарушает мужской голос. Причём интонация настораживает. Я мигом оцениваю троих парней, что окружают нас с Анютой. Подвыпившие, с явным настроем развлечься, несмотря ни на что: уверенные в себе и своей неотразимости. В общем, отталкивающие личности, от которых за версту несёт грубостью, наглостью, самодовольством и неприятностями.

Анька танцует самозабвенно, словно не замечая прилипал, поэтому мне приходится ответить за двоих:

- Мальчики, свободны, - отрезаю уверенно и твёрдо, чтобы никто не усомнился в словах и поступках. - Мы с моей девушкой самодостаточны!.. - уже было отворачиваюсь, но вызывающий тон, заставляет вновь обратить внимание на прилипал:

- А кто из вас актив, а кто пассив?

Несколько секунд обдумываю, как ответить так, чтобы и конфликта не раздувать и от навязчивых парней избавиться:

- По настроению, и сейчас у нас настроение - активно танцевать! Только вдвоём! - выделяю последнее и делаю вид, что, как и Аня, увлечена танцем и музыкой.

- А у нас настроение примкнуть к вашему дуэту, и развлечься впятером, - слышу грубоватое. Краем глаза замечаю, что парень шагает к нам, хватает за руку Нюту. Подруга только сейчас возвращается к реальности - возмущённо открывает рот, но тут раздаётся новый голос:

- Я что-то не понял, кто это мою девушку хапает? - Невысокий, худощавый. Дерзкая тёмная чёлка. Чёрные глаза в прорезях маски буквально буравят прилипалу. Кривая ухмылка. Это, пожалуй, то, что хорошо разглядываю в кожаном костюме и маске аля-нижний.

Рядом с ним ещё двое и девушка. Один светловолосый, на лице маска. Рослый и статный, его, если судить по кривой усмешке, очень забавляет ситуация. А второй чуть ниже, но гораздо мускулистей. Короткие тёмные волосы, прямой нос, узкие губы поджаты в линию. Внешность отдалённо знакомая, но мерцание света и полумрак не позволяют разглядеть пристальней, но при всей накачености, в нём ощущается грация и хищная опасность. Парень спокоен точно слон, вальяжно обнимает девушку, которая одета, к слову сказать, куда скромнее меня и Анюты - в латексный комбинезон на молнии, с глубоким вырезом.

- Так вы не оставляйте 'своих' безхозными, - бросает дерзко один из прилипал, - а то в такой вечер очень хочется прибрать к рукам, что ярче и интереснее.

- А вы руки не распускайте и слушайте, что вам девушки говорят, - худой защитник ступает к Ане, и рывком притягивает к себе.

- Киса, ты как? - интересуется участливо.

Секундная пауза.

- Мяу, - неуверенно отыгрывает роль Анька, после волнительной заминки. И ведь так в тему... к костюму и маске, что на подруге.

- Твой котик задержался, - продолжает ворковать парень, словно она и правда его пара. - Прости, - бросает виновато.

- Мур, - всё в таком же тоне отзывается Нюта и томно ведёт оголённым плечом.

- Кис, ну прости, - игриво подмигивает парень, носом потеревшись о щёку девушки. - Можешь меня наказать, - звучит заманчиво многообещающе.

Чуть не падаю от наглости и простоты парня, но ответ подруги пригвождает к месту:

- С особым пристрастием, котёнок, - бархатно мурчит Анька. Ластиться, точно мартовская кошка, сжав его хозяйство в кулак. Спаситель ойкает, но мужественно выдерживает ласку новоиспечённой девушки.

Даже не знаю, что больше - стыдно ли неудобно... Я шокирована, зато Анюту уже явно не остановить. Она, не обращая внимания на других, в объятиях 'котика' исполняет брачный, грязный, развратный танец. Лишь радуюсь, что на моём лице маска. Она скрывает краску, что жжёт кожу...

Не в силах смотреть на парочку, не сгорев от смущения, отворачиваюсь, и тотчас утыкаюсь в грудь второму из 'друзей'. Высокому, это даже несмотря на мой довольно приличный для девушки рост. Медленно поднимаю голову и встречаюсь с самыми красивыми глазами, которые меня сразу же гипнотизируют своей необычностью и жутко обворожительной хитринкой. Дыхание сбивается, сердце едва не выскакивает из груди, ноги становятся ватными.

Глупая мысль, что парня знаю, ускользает. Он хозяйски берёт меня за запястья и интимно определяет руки к себе на шею, так, словно я его девушка, и сейчас он собирается показать, как надо правильно обнимать партнёра во время танца.

Выходит чуть коряво, ведь судорожно сжимаю плоскую шлёпалку с шипами. В общем, парень оказывается в кольце моих рук и его это нисколько не смущает, скорее забавляет. Он коварно обольстительно улыбается, да так, что не сразу нахожу, что ответить.

- Малыш, - парень нагло притягивает меня за ягодицы настолько близко, что ощущаю себя героиней фильма 'грязные танцы' в объятиях Патрик Свейзи. - Почему, как только я отлучаюсь, твой обворожительный зад находит неприятности? - сказано вкрадчиво и чарующе волнительно. Парень неторопливо начинает танцевать, а меня разум покидает от дерзости и интимности движений.

- Мой зад совершенно не занимается поиском неприятностей, - отзываюсь, удивив себя и отметив, что голос не подводит. Звучит ровно, сухо. - Они сами к нему притягиваются, милый Карлсон...

Парень прищуривается, его ладонь беззастенчиво скользит по моему заду, а голос звучит проникновенно и лишь для моих ушей, пощекотав кожу:

- Карлсон?

Мурашки дружным строем несутся по телу, но я не позволяю эмоциям довлеть над собой:

- Малыш? - парирую в тон.

Он принимает мой сарказм кривой ухмылкой и ещё более тесным объятием, если такое возможно. Гаденькое тело с радостью откликается на выходку наглеца. Хотя, вероятно, во мне гормоны бушуют, поэтому ситуацию воспринимаю критически. А на самом деле, культурно отдыхаем и смотримся не развратней других. Со стороны выглядим парой. Ну, подумаешь парень лапает... Никто ведь не в курсе, что я даже имени его не знаю.

Наш странный танец продолжается. Словно заворожённая смотрю на 'спасителя', пытаясь откопать в памяти очень важную деталь. Даже кажется, вижу хвост, вот-вот его нащупаю, но дыхание парня сбивает с правильной, разумной дорожки, а руки, что шарятся по мне на грани непристойного, вообще, вызывают до неприличия большое стадо мурашек. Хочу озвучить сомнение по поводу происходящего, но язык не слушается - есть только мы и атмосфера близости... с наглым Карлсоном. Да и, вообще, признаться, в эти минуты всё окружающее становится мелким, несущественным и далёким, что опять наводит на мысль, последняя бутылка пива была лишней. Однозначно, ведь алкоголь делает вопиюще неправильную ситуацию романтической и такой... геройски-сладкой.

Это какой дури по незнанию приняла, если мне до отвращения к себе памадно - хорошо?

Хм, что-то не припомню у себя подобной слабости - наслаждаться откровенным лапаньям совершенно не знакомого человека. Чертово помутнение рассудка!

Блин! Я и не думала, что могу так разволноваться. Возбудиться. Жарко, душно, томно. Дыхание становится частым, голова кружится теперь уже не только от выпитого, но и от дурмана парня, который невообразимо действует на меня. В груди нестерпимо бьётся растревоженное сердце, в ногах продолжает укрепляться слабость.

Мне нравится в ненавязчиво крепких, уверенных объятиях. Приятны спокойные и вместе с тем дерзкие прикосновения. Наша игра... Да и, вообще, волнительно с Карлсоном танцевать, это, притом, что этим умением совершенно не выделяюсь. Как-то получается, что гонки на предельных скоростях - легко даются, а вот танцы... Топорны в моём исполнении.

Чёрт?! Что я, вообще, делаю? Зачем позволяю подобные вольности?

Вопросы разбиваются о 'скалу' взыгравшего либидо, и всё разумное улетает в пустоту. Двигаюсь словно в трансе - медленно, но верно теряю себя. Это плохо! Мне срочно нужно спасаться! Иначе пропаду... При всей показной стойкости и холодности, душа у меня ранимая, не выдержит накала эмоций.

Встряхиваю головой:

- Мы вам благодарны за помощь, - хочу остановиться, да вот тело не слушается. Под властью нового хозяина, продолжает нежиться в объятиях непрошенного спасителя. Его даже не смущает, что мелодия сменилась на быструю. Умеючи управляет, а я точно марионетка, двигаюсь, как ему нравится. - Прилипалы уже ушли... - Это правда - банды приставучих уже и след простыл, а на их месте придаётся танцу коренастый спаситель с девушкой. Не успеваю ещё вставить хоть аргумент, партнёр прокручивает и прижимает спиной к себе, крепко удерживая за талию одной рукой и беззастенчиво прогуливаясь от плеча по груди пальцами второй. На миг теряю дар речи. Внизу живота не томно сосёт, уже откровенно горит. Ладонь парня нарушая рамки приличия скользит по бедру... Неожиданный поворот, и я опять лицом к лицу с наглецом. Жадно хватаю воздух и еле нахожу силы к вялому словесному сопротивлению:

- Тебе не кажется, что переигрываете?

- Нет, - высокий очаровательно улыбается.

- Значит, одни отшились, а другие, как понимаю, пришились? - уточняю мягко, ведь не хочу хамить парню, который из себя героя строит.

- Насчёт меня не волнуйся, - бархатно щекочет дыханием ухо парень. А руками уже обжигает кожу в районе проймы откровенно глубокого выреза до зада, где приостанавливается, но с явной неохотой и даже чуть подрагивающими пальцами водит по коже, касаясь едва ли... И это, капец, как непозволительно интимно. Интимней, чем если бы попробовал схватить за грудь или забраться под юбку. - Моя девушка сейчас придёт. А вот за этого, - кивает на первого спасителя, который с Анютой зажигает, - не ручаюсь.

- Боже, - шокировано выдыхаю, с трудом вырвавшись из плена собственных взыгравших не на шутку чувств и обратив взор на подругу. - Ей так стыдно будет завтра...

И есть за что. Нютка в здравом, то есть, трезвом уме, никогда бы не позволила подобные танцы и прилюдные игры. Ей, вообще, не присуще развязное поведение. Что же алкоголь делает с людьми?!

- Я же подруга, - бурчу больше для себя. - Я не должна допустить...

- Ты её мамочка? - хмыкает парень, чуть отстранившись.

- Нет... - озадачиваюсь пристыженно. - Скорее, более вменяемая, - мямлю, понимая всю абсурдность ситуации, - в данный момент...

- Девочка, вроде, взрослая, - ведёт неопределённо плечом мой партнёр. - Не волнуйся, Артём её не обидит...

- Артём? - эхом повторяю, в голове на миг проскальзывает очередная умная мысль, но шуршащий голос парня, с интимными нотками, жутко будоражащими нутро, не позволяет за неё ухватиться.

- Что ты делаешь завтра?

- Ч-что? - опешиваю от откровенной наглости. Реакция получается смазанной, ведь точно марионетку прокручивают, вновь прижимая спиной к себе, только теперь жар дыхания 'спасителя' касается плеча. Прерывистое, до дрожи приятное. Парень непринуждённо откидывает мою косу на другую сторону и носом едва касаясь кожи, скользит по оголённому участку тела, словно впитывает запах, еле сдерживаясь от порыва поцеловать. Реагирую молниеносно, кожа покрывается мурашками. Блин, меня жутко лихорадит. Да и, вообще, упала бы... не держи наглец крепко за талию. Другой рукой изучает лопатку, где наколота тату. Платье столь открыто, что рисунок не было возможности спрятать. А я не люблю демонстрировать тату.

- Завтра занята?.. - с терпеливой мягкостью поясняет парень, словно колдун, тихим охриплым шуршанием накладывающий заклятие. И ведь на миг получается очаровать бесшабашной простотой. Даже разумное прочь из головы вылетать.

- А ты, стало быть, завтра уже свободным будешь? - найдя силы, всё же выдавливаю негодование.

- Наличие девушки - проблема? - по голосу парня ясно читается легкое недоумение.

Я бы посмеялась, да только раздирает от возмущения.

- Не знаю, давай твою подругу дождёмся и уточним, - предлагаю рассудительно.

Карлсон начинает отрывисто хохотать:

- Ты мне, однозначно, нравишься, - дёргает обратно, разворачивая лицом к себе.

Гад, прямо-таки по-царски одаривает... плоским комплиментом. Я что, должна растаять?

- А ты мне нет, - лгу не моргнув глазом. Хотя себя прибить хочется, ведь так и не пытаюсь из рук парня выбраться.

- Да ладно, - хмыкает самодовольно 'спаситель'. - Если так ко всем прижимаешься кто тебе противен, представляю, как себя ведёшь симпатизируя.

- Да пошёл ты! - не выдерживаю тыканья в грубую и разъедающую глаза правду. Порываюсь отвернуться, но парень ловко прокручивает, возвращая на место в крепкие объятия:

- Тихо, строптивая, - одёргивает горячность глухим смешком. - Пошутил, - роняет примирительно. - Вам повезло, что мы рядом оказались. Без парней такие мероприятия лучше не посещать, конечно, если не хотите на задницы приключений, - продолжает наставлять со снисходительной благосклонностью.

Хоть медаль за спасение чести девичьей выдавай...

Чёрт. Почему кажется, что мы знакомы? Интонация, манера говорить... Голос приятный, завораживающий, обволакивающий. Заставляющий затаиться и внимать.

- Можно подумать, мы единственные?! - опять огрызаюсь ни того, ни с чего, в который раз отметив, что раздражает столь пристальное внимание к задницам прекрасного пола. - Тут полно одиноких девчат, жаждущих спасения...

- Значит, готовьтесь, что подобные индивидуумы будут вам докучать, - ровно отзывается высокий. - А теперь прости, не хочу, чтобы меня девушка застала с другой. Она ревнива. Жутко не люблю глупых оправданий, - разжимает объятия, и я тотчас ощущаю себя скверно. Будто попользовали, а теперь выкидывают за ненужностью.

- Да ты что? - ерничаю, хотя больше злюсь. - Я тут поняла, что не против твоей девушки как таковой и даже подумала согласиться на свидание... Только её дождёмся и уточним детали...

- Строптивая, да ты не на шутку завелась, - констатирует холодно "спаситель". - Если хочешь, по-быстрому могу трахнуть, - это уже грубовато на ухо, резко прижав к себе да так, что срывает сдавленный ох, - а то уж больно злая, - чеканит морозно с расстановкой и не скрывая возбуждения, - того глядишь кусаться и царапаться начнёшь...

- В порыве страсти, и заметь, не тебя... - упираюсь руками в грудь сволочи, прикидывающейся нормальным парнем. Блин, меня аж трясёт от гнева.

- Жаль бедолагу, - звучит с нарочитым сочувствием, а потом так резко отпускает, что едва не падаю.

- Скорей завидуешь, - колючим взглядом прохожусь по статной фигуре, намекая на его озабоченность, как понимаю, на данный момент моей скромной персоной.

- Было бы чему, - ничуть не смущаясь, качает головой 'спаситель'. - Тебя надо изолировать в целях спасения человечества.

- Не тебе ли спасать?

- Почему бы и нет?!

- Ой, на себя примеряешь костюмчик миссия? Это уже диагноз...

- Ну да, я скромен... благороден. Готов к риску.

- Странно, - тяну с наигранной задумчивость, каждая новая реплика парня стегает весьма ощутимо для самолюбия. Начинаю осознавать, что его переиграть в колкости невозможно и это аж бесит. - Я думала вечеринка с благородными рыцарями в другом клубе.

- Малыш, - тон "спасителя" вновь становится резким. - Если тебе нравится грубость и сила, могу связать, отшлёпать и позвать обратно тех уродов.

- Заманчиво, но подобные ласки оставь для подруги, - раздражённо отворачиваюсь, стараясь не выказать обиды и расстройства, что меня облапал мерзкий, наглый, озабоченный хам... в общем-то, интересный парень, чьё сердце занято: - Мне друга найти нужно, - роняют, как бы невзначай, всматриваясь в танцующую толпу, вдруг в ней мелькнёт Спартак.

- Так ты не одна? - звучит напряжённо голос парня.

- Угу, - чтобы не дай бог опять не заговорить, спешно ретируюсь с площадки.

- Я Лёню искать, - шепчу на ухо Нютке, на секунду разорвав пару. - Не боишься с ним остаться? - намекаю на её партнёра.

- Неа, - рьяно мотает головой подруга. - Мы в толпе, да и Ксюха с Антохой, недалеко, - машет в сторону парочки, которая хоть и танцует, не обращая ни на кого внимания, но находится в нескольких метрах от Анны.

- Ок, - киваю и тороплюсь в сторону комнат отдыха и уборной.


Игнат

- И что это было? - за спиной раздаётся возмущённый голос Лерки с нотками зарождающегося гнева. Точно истукан, всё ещё провожаю взглядом наглую девицу, с которой танцевал несколько минут назад. Она была непостижима, охр*** волнительна и дерзка. Настолько, что киплю от раздрая чувств, где злость и возбуждение смешиваются в жуткий по накалу коктейль эмоций. Никогда раньше не испытывал желания одновременно отыметь и придушить, ну или более точно, оттрахать до смерти, а рот, этот сквернословный рот использовать более удовлетворительно для меня.

Су*** дерзила, хамила, откровенно насмехалась.

Бл***, но мне понравилась её близость. Гормоны часто взыгрывают на симпатичных девушек, но на эту... Настолько, что от возбуждения отвратительные кожаные штаны становятся жутко в облипочку. Никогда их не любил - и так жарко, а теперь ещё и тесно. Лучше бы джинсы надел - всё удобней.

Чёрт! Не любитель разгульных девиц, а она именно такая, скромняга бы вряд ли нацепила то, что было на этой. И даже если учесть тематику вечеринки, блондинка выделяется из толпы, как если бы Барби забрела в кучку готов. Нормальные девчата не могут настолько ярко источать эротику, а это фифа... чересчур... сексапильна. И это не только я отметил, придурки неспроста к парочке клеялись. Стерва нарывается на неприятности, и как думаю, нарвётся. Не на меня... жаль.

Хм, а, может, девица не поняла, что мне приглянулась? Жалила неприязнью и ядом языка. Странно, вроде был мил, очарователен, комплименты расточал. Даже контролировал свои движения, слова. Нет, конечно, возбуждение скрыть было сложно, но старательно избегал слишком близкого танца. Ох, лишь бы Лера не заметила моего состояния, или нужно срочно обыграть в её сторону:

- Малыш, - мягко протягиваю и загребаю в объятия подругу, - всё-таки пришла. - Жарко целую так, чтобы размякла в моих руках, и когда ощущаю, что Лера расслабляется и страстно льнёт, чуть отстраняюсь. - Ты непростительно соблазнительно выглядишь.

- Больно сладко поёшь, - подозрительно сужает глаза девушка. - Тут полно красоток в таких нарядах, что краснею от стыда. Что за порномаскарад?!

- Тематическая вечеруха, - обвожу зал взглядом, ни на ком конкретно не останавливаясь. - Я тоже, знаешь ли, не в восторге от обтягивания этими непристойностями. - Демонстрирую свой наряд. - Но Тёмыч приказал, пришлось подчиниться. Как-никак клуб его знакомого, а он попросил поддержать...

- Ой, - морщит носик Лерка. - Выглядишь мило, так что не пытайся уйти от ответа. Какого чёрта с выскочкой обнимался? - опять переходит в наступление.

- Ты о девице? - как можно небрежней веду головой в сторону, где скрылась борзая девчонка.

- Ага! - с вызовов бросает Лерка, подбоченись.

- Не ревнуй, - мурчу примирительно. - К ним с подругой приставали. Артёмом не выдержал, пришлось вступиться... Вон, глянь, - киваю на танцующего братана, - так вжился в роль спасителя, что не отдерёшь от спасённой.

Лерка косится на парочку и теперь уже выглядит немного шокированной.

- Малыш, - притягиваю подругу теснее. Языком играю с мочкой её очаровательного уха. Чуть прикусываю, уже раздумывая, в какой бы укромный уголок утащить, чтобы немного снять напряжение. - Теперь всех девчат будешь выскочками называть?

Лерка заметно сдаётся, обвивает руками за шею. Полные губы нежно касаются моих:

- Нет, - бормочет между короткими, игривыми поцелуями: - Выскочка только одна. Вот и возмутилась, что она опять глаза мозолит! Да к тому же с тобой обнимается!..

- Что? - теперь уже я торопею, напрочь забыв про Лерку и её ласки. Мечу недоуменный взгляд в толпу, в которой скрылась девушка. - Это была Королёк?..

Немая сцена. Грохот музыки. Затянутое молчание. Пульсация крови в голове. Глухие редкие удары сердца.

Вот что напрягало во время танца с борзой! Вот почему взгляд цеплялся за тату на её лопатке. Бл***, а запах сводил с ума. Грёбанная соседка в откровенном наряде! Су***! Кто бы по башке надавал, чтобы вывести из оцепенения?!

- Только не говори, что не узнал?! - зло сверкают глаза Леры.

- Нет, - признаюсь горячо. - Да и с чего?! - встряхиваю головой. - Я её лицом к лицу видел лет... пять назад. Она тогда была не такая... - запинаюсь, не зная, как выразить мысль, - фигуристая, - выдаю после секундной заминки. - Да и приличнее одета. Без кнута, платформ... Без маски, - перебираю все аргументы, а про себя не переставая матерюсь. Бл***! Как?! Я! Мог! Не! Узнать! Королька?! Она же... Это не могла быть она! Бл*** почти две недели избегаю её. Дома не появляюсь, в Универе расписание изучил и теперь стороной обхожу кабинеты и лекционные, где она может оказаться.

- Мужчины, - выплёвывает негодование подруга, так словно на стороне Королька. - Как можно не узнать?!.

- Малыш, тебя узнаю в любой толпе и любом костюме, - игриво улыбаюсь, пытаясь тему свести на 'нет'. - Особенно без... - снова подгребаю ближе и втягиваю в интимный танец. Лерка если и отбивается то, так, ради приличия.

- Кстати, - ехидно шепчет на ухо, когда уже всеми непристойными мыслями с подругой наедине, хоть и продолжаю поливать матами зарвавшуюся соседку, что посмела вновь вторгнуться в мой мир. - Ты хоть понял, с кем Артём зажигает?

- А? - выныриваю из эротической фантазии, где придаюсь с Леркой разным развратностям. Нужно срочно домой, чтобы продолжить ночь более дельно.

- Вторая лабораторная крыса, - хихикает Лера, и тут меня опять точно обухом по голове.

- Мышь? - от удивления даже с ритма сбиваюсь. Неверующе кошусь в сторону, где танцует Артём с девушкой. Но убедиться не получается, ведь парочки уже и след простыл.

- Ага, - продолжает потешаться Лера. - Прикинь, какого его будет удивление, когда узнает...

- Лишь бы импотентом не стал! - не сдерживаю смеха, мысленно потирая руки. Хоть какая-то справедливость. Пусть Артёмыч получит от судьбы удар.

- Ну, зря ты так, - хмурится Лера. - Она не так страшна, как ты пытаешься изобразить. Очень даже милая! Просто одевается отвратительно, очки мерзкие носит. Ты и тебе подобные - слепы. Видите лишь мишуру, что в глаза бросается, а скрытого под ней - нет.

- Малыш, ты меня сейчас убила, - поражаюсь глубине мысли подруги. - За мышь вступаешься?

- Нет, за всех девчат сразу! - отрезает Лерка, с вызовом задрав подбородок. - Мы все разные. Кто-то умеет себя показать, а кто-то нет. Очень жаль, что мальчишки любят, когда конфетка красиво упакована. Но ведь бывает и так, что простой фантик скрывает очень даже вкусную сласть!

- Я за то, чтобы все конфетки были хорошо упакованы, - констатирую значимо и рывком притягиваю подругу ближе. - А теперь пойдём домой. Хочу тебя избавить от фантика и вдоволь насладиться конфеткой!

- Ты такой галантный... - закатывает глаза Лера.

- Сладкоежка, - поправляю со знанием дела.

- Ага, - ластиться подруга, обвивая за шею: - Никуда не сдвинусь, пока не поклянешься, что дома меня ждёт приват-танец. К тому же, - жарко, но коротко целует: - ты провинился... - многозначительно играет бровками Лерка.

- Отработаю, - заверяю и шлёпаю подругу по ягодице, побуждая двинуться прочь с площадки. Не хочу больше говорить. Мне нужен секс!

- Я только пришла, - хнычет показно подруга, но чуть виляя задом, всё же двигается к выходу. - Мне бы немного потанцевать...

- Дома, малыш... всё будет дома...

## Глава 21


Ирина

В поисках Спартака брожу долго. Уже и на улицу выглядываю и ребят прошу в мужском туалете посмотреть, нет ли там высоченного парня, одетого как нормальный, но на шее должна болтаться повязка с красным шариком.

А когда додумываюсь заглянуть в затенённый уголок с мягкими диванами, дар речи теряю. Там, не обращая внимания ни на кого вокруг, один из лежаков облюбовала троица - две девушки и парень, где главной звездой является Спартак.

Это отвратительно и шокирующее. С одной он грязно сосётся - это поцелуем не назову никогда, - а вторая увлечена его хозяйством. В который раз за вечер тороплюсь ретироваться. В узком коридоре прижимаюсь спиной к стене и несколько мгновений прихожу в себя, но перед глазами застывает картинка порнушки.

- Тебе плохо? - из оцепенения выводит мужской голос. С недоумением открываю глаза и рассматриваю парня, который обращается. Третий герой. Приземистый и мощный. Почему-то уже без девушки.

- Всё нормально, - подаю неуверенно голос, - если не считать того, что моя невинная психика подверглась чудовищной ломке.

- Что? - недопонимает парень.

- Только что наткнулась на порнушку-групповушку с участием друга, - признаюсь как на духу, с лёгким смешком, понимая всю абсурдность ситуации.

- Своего парня? - вытаращивается герой, не то готовый расхохотаться, не то поддержать негодованием.

- Нет, просто друга, - спешу развеять двусмысленность фразы.

- А-а-а, - приятно усмехается парень. - Здесь часто такое случается. Если не хочешь оказаться ещё и лишённой 'клубо-невинности' против воли, лучше не ходить одной.

- Уже поняла.

- Хочешь, могу проводить к подруге?

- Нет, спасибо.

- Дело твоё, - сухо соглашается герой.

- Ага, - нервно оглядываюсь на дверь, за которой тот самый затенённый уголок с троицей.

- Ты что? - участливо осведомляется парень. - Собираешься опять подсмотреть груповушку?

- Нет, - тороплюсь прочь, чтобы и правда не подумал, обратное.

Уже на танцполе оказывается, что обе парочки, и Ксения с Антохой, и Анька со спасителем, куда-то запропастились. Впрочем, как и высокий парень... Но от этого смешанные чувства. Хорошо, значит, не буду полной дурой, которой ощущаю рядом с ним. И, плохо - глупость чистой воды, но спортивный интерес зарождён. Я не привыкла проигрывать!

Какой-то хам меня уел. Не скажу, что самая подкованная и языкастая, но дерзкие реплики обычно легко парирую. А тут... тушевалась, мандражировала, больше думала о собственных дрожащих коленках и дыхании гада с разнузданным хозяйством. Уверена, столкнись сейчас лицом к лицу, смогу дать отпор!

Несколько минут кручусь, выискивая в толпе друзей, но в тесноте, духоте, массе полуобнажённых тел слишком трудно высмотреть своих. Алкоголь медленно выветривается, наваливается тяжесть, усталость, уныние. Запал утихает, жажда веселиться - тоже... В общем, уже жутко хочется домой.

- Могу красивой девушке предложить выпить? - приземистый герой с грацией хищника пританцовывает рядом.

- Нет, спасибо, - встряхиваю головой. Точно знаю, ни в коем случае нельзя принимать из рук незнакомцев, даже если они недавно тебя спасли, что-либо съестное или питьевое. Слишком часто происходят нехорошие случаи.

- Хотел смягчить твой характер и немного произвести впечатление, - кисло признаётся парень, перестав танцевать. - Но видимо, промахнулся.

- Ага, снайпер из тебя плохой, - резюмирую сухо, продолжая обыскивать толпу взглядом.

- Если ищешь подругу, могу подсказать направление, только взамен со мной потанцуешь.

- Во как? - усмехаюсь криво. - Благородный шантаж? Это теперь модно?

- Внимание такой девушки хочется завоевать любым способом.

- Даже бесчестным? - удивляюсь нахрапу парня.

- В моей просьбе нет бесчестья, - разводит руками герой. - Лишь хрупкая надежда...

- А подруга не будет против?

- Я холост и в поиске, - игриво улыбается парень.

- Прям страшно, - хмурюсь, ведь прекрасно помню, что был с девушкой. - Убил подругу, а труп закопал?

- Нет. Это знакомая, и сейчас она уже ушла домой.

- Все вы так, девушка под боком - любимая, а только за дверь - холост и в поиске, - не укоряю, просто констатирую.

- Подруга не жена, всегда может подвинуться, - без наглости криво ухмыляется герой.

- Ну, жена, не шкаф - тоже легко сдвигается, - парирую со смешком.

- А ты классная, - цыкает приземистый. - Ну так что, согласна?

- Ок, снайпер, говори, - соглашаюсь нехотя. Мне, конечно, нравится напор парня и готовность бороться за желаемое, даже если совсем недавно был с другой, но это не значит, что у него всё получится.

- Она с Артёмом, - чуть смущённо отзывается приземистый. - В его оправдание могу сказать, что ни к чему её не принуждает, - торопливо добавляет. - У них нашлись общие интересы, и по ходу дела... они их обсуждают!

- Что? - выдыхаю шокировано. - Да Анька выпившая! По трезвому, она бы ни в жизнь ничего с незнакомцем не стала обсуждать. Как можно пользоваться слабостью человека?.. - аж распирает от негодования.

- Э-э-э, - торопливо вносит ясность. - Я не говорил, что у них оргия... Сказал, что обсуждают. Говорят, то есть!

- Где? - уточняю с нажимом.

'Спаситель' с заминкой машет в сторону вип-зоны, которая раскинута в другом зале. Капец, ещё и уединились?!

Спешу на выручку к подруге, но невдалеке входа, который, к слову сказать, охраняют здоровенные мужики, застываю. Вип-зона хоть и в отдельном просторном зале, но большей степенью как на ладони. Мягкие кожаные диваны с высокими спинками, что, по сути, и разделяют одну зону от другой, карманами петляют по всему периметру, а в центре помещения кабинка - скрытая от глаз лёгким тюль. Диваны выставлены по кругу, посередине - овальный стол.

Приглушённый свет главной многоярусной люстры, и штучные бра, создающие обстановку уединения и покоя в каждой ячейке для отдыха, придают залу жутко интимный характер. Я бы наплевав на охранников, бросилась на выручку подруги, но парочка хорошо просматривается. В дальнем угловом отсеке. Мирно сидят, болтают. Раскрепощены, но рамки приличия близости не нарушены. Словно влюблённые, воркующие наедине. 'Герой' прав, они мирно болтают, зачем к ним лезть?!

- Артём, - бормочу словно эхо, рассматривая Анькиного кавалера. Есть что-то неуловимо знакомое в его жестах, манере говорить. - Артём... -имя парня больно колет, но уточнить не успеваю.

- Ты обещала танец, - вырастает передо мной герой и ненавязчиво утягивает на танцпол.

Позволяю ему быть близко. Сама на автомате двигаюсь в такт музыке, но так, чтобы партнёр был рядом, но при этом не наглел. В голове лихорадочно кружится мысль, которую жуть как хочу прояснить.

- А как тебя зовут? - мило улыбаюсь.

- Роман, - подхватывает мой настрой парень.

- Роман, Романчик, Ромашка... - бормочу под нос.

- Для тебя, как пожелаешь, - разводит руками коренастый.

- Хорошо, не Лютик, - бурчу, медленно составляю из мелких пазлов общую картину в голове.

- А ты колючая язва, - усмехается, сократив расстояние между нами до щекотливо интимной. - Раны после таких долго заживают!

- А ты руки подальше держи, - не то чтобы угрожаю, скорее, даю понять, что ему не стоит приближаться. Отступаю чуть дальше. - И я буду безобидно колоть. А где высокий? - сама не понимаю, зачем спрашиваю.

- Игнат? - уточняет партнёр, но мне этого хватает сбиться с движения:

- Игнат? - вторю эхом. - Селивёрстов Игнат? - словно шпарит кипятком, даже дышать забываю.

- Ага, - кивает самодовольно парень. - Так вы знакомы? - тоже перестаёт танцевать.

Я в немом шоке. Да и теперь не в силах себя заставить двигаться. Вот прям, застываю на площадке, как вкопанная.

- К сожалению, - брякаю, дико желая оказаться где угодно, только не здесь. - Прости, - тороплюсь убраться с площадки. Шагаю быстро, по ходу выискивая взглядом друзей. Но ни Антона, ни Ксю не видно.

- Эй, что случилось-то? - увивается хвостиком Роман, как понимаю... Штыков. Блин, когда видела его последний раз, был гораздо ниже и не столь могуч в плечах. Видимо, спорт не оставляет. Если не изменяет память, бокс, или типа того... В общем, очень мордобойное и кровавое. Ах, ну да, ещё и мозговыбивающее.

- Ничего, - на миг останавливаюсь перед аркой в вип-зону. - Нам с подругой домой пора. Ты можешь провести? - киваю на охрану, о чём гласят бейджики, прикреплённые к грудным карманах строгих костюмов. С виду громоздкие и неповоротливые бдители чужого уединения слаженно сдвигаются к проёму при нашем появлении. Внушительного вида мужчины, хмурые взгляды, руки, сцепленные в передний нижний замок.

- Могу, - хмыкает парень. - Но, бл***, не понимаю, что случилось.

Молча пилю его упрямым взглядом. Герой сдаётся:

- Она со мной, - кидает секьюрити и ребята тотчас расступаются. - Слушай, - хватает за руку, когда вышагиваю вдоль диванов, пытаясь добраться к вожделенной ячейки. - Мы знакомы и уже что-то не поделили? Обидели вас?

- Ром, - освобождаюсь от хвата, на миг умолкаю, чтобы привести мысли в порядок: - Знакомы. Настолько, что знаю, Селивёрстова - избегать как чумы, а Зур - еще тот козлина, и потому подруге с ним лучше не иметь дел. А теперь, - многозначительная пауза, - дай поговорить с подругой... Если ещё непоздно.

- Что ты такая беспокойная? - ворчит Штык. - Прям расписала каким-то моральными уродами. - Пиз***, - бурчит недовольно. - Как хоть тебя зовут, обиженная?

- Ром, ты меня вряд ли помнишь, если, вообще, знал, так что не забивай свою голову ненужной информацией, - отрезаю ровно и тороплюсь к угловому дивану. Возможно, некрасиво вот так нагло вторгаться в интимную обстановку парочки... Но останавливаюсь перед ними. Анна на мягком диване... Точнее, на диване сидит Зур, а подруга уже на его коленях. Хорошо, в благочестивой позе, а не наездницы, что, как предполагаю, с лёгкостью может позволить себе Нюта, мягко говоря, в приподнятом настроении. Новоявленный спаситель уже по-хозяйски её обнимает и что-то шепчет на ухо. Зузарин! Мажорчик и гад, каких ещё поискать.Блина, что делать? Как подругу уберечь от проступка?

Нюта сама не своя. Жеманно водит плечом, хихикает. Чёрт, да они со стороны смотрятся как настоящая парочка.

- Тём, - первым нарушает молчание Штык. - Подруга волнуется...

- Вроде всё пристойно, разве нет? - Артём переводит взгляд на Аньку.

- Да, - улыбается девушка.

- Кх-кх, - кашлем привлекаю внимание, ведь парочка опять увлекается друг другом. - Пристойность потом оценивать будем, - заключаю спокойно. - Нют, домой пора, - киваю на выход.

- Шутишь? - округляет глаза подруга. - Так весело...

- Поверь, завтра будет не так весело, - значимо понижаю голос.

- Хочу остаться, - скулит капризно Аня.

- Я не смогу тебя силком волочь, но молю, одумайся, - пытаюсь достучаться до разума подруги. - Телефоном обменяйтесь, а завтра созвонитесь, - привожу дельный совет.

Зазурин пристально смотрит на меня. В тёмных глазах плещется въедливость, недовольство. Выдерживаю натиск, и парень уставляется на друга. Штык тотчас руки разводит:

- Мы, оказывается, знакомы, и, поверь, тебе лучше не слышать, что она о нас думает.

- Да ты чё? - опять колючий взгляд карих глаз на мне. - Если знакомы - маски долой? - уточняет с кривой ухмылкой.

- Ага, - обливаю ядом, - и всё остальное тоже! Это так в твоём стиле...

Зазурин прищуривается:

- Девчат, сложно вести конструктивный диалог, когда одни знают о чём говорят, а другие плавают в теме. Конкретные претензии есть? Озвучь...

- Стой, - нарушает повисшую тишину Анна, шокируя разумностью. - Я доверяю подруге. - Ого! Как бы ни была пьяна, может рассуждать здраво. - Как бы ни хотела остаться, пойду с ней, - встаёт с колен парня.

- Бл***, хренею от бабских заскоков, - только Анька оказывается на полу, Артём досадливо мотает головой. - Ладно, давай по вашим правила играть, - несколькими секундами спустя. - Бл***, озвучили бы претензию, чтобы не наращивать проблему, которой может и нет в помине, - ещё через несколько и не скрывая негодования.

- Её нет, - соглашаюсь мягко. - А ты есть. Если тебе и правда подруга моя приглянулась, встретьтесь без масок, на нейтральной территории. Это проблема?

- А чем сейчас момент не подходит? - откидывается на спинку мягкого дивана парень и вальяжно руку кладёт наверх.

- Мы под шафе, - признаюсь с усталым выдохом. - Всё выглядит радужно и романтично. А завтра.... - на миг умолкаю. - Вот завтра и посмотрим.

- Ок, - Зур выуживает телефон из заднего кармана джинсов и протягивает Аньке: - Сама вбей. И подпиши, как считаешь нужным.

Жду, кусая губы. Нюта забирает айфон:

- Не хилый список, - констатирует едко и бросает косо на меня мимолётный взгляд. - Найдёшь ли? - Артёму и не скрывая сарказма.

- Вот и проверим, - сухо отрезает парень.

Анна несколько секунд водит по экрану пальчиком, а потом возвращает аппарат:

- Если откопаешь кладезь в навозе, звони.

- Это всё? - протестует герой. - Кис-кисишь, бросишь меня одного? - он явно настроен более агрессивно и даже подаётся вперёд, желая подгрести подругу к себе.

- Руки прочь, - повелительно отрезает Аня, и парень... удивительно, но факт, слушает. Нюта ступает ближе. Нежно целует в губы, а напоследок, прикусывает нижнюю.

Краснею, переминаясь с ноги на ногу.

Блина, что она делает? А он?! Рассматриваю что угодно, но только не парочку. Раздаётся блаженное мычание, урчание...

Жесть! Едва не вою от досады и патовой ситуации.

- Я же говорил, цивилизейшен, - бурчит Штык явно для моих ушей, пыхтя чуть за спиной. - А ты... - звучит обидой. - Ну хоть намекни, как зовут.

- А вот если запал твоего другана не иссякнет, будет вероятность, что узнаешь. - Терпеливо жду окончания брачных игр начинающих тематиков. - А-а-а-ань, - тяну с упрёком. - Нам пора...

Нюта удивляет в который раз, шмякает по наглым рукам Артёма, что уже обвивают её кольцом:

- Забываешься, - роняет тихо, но внушительно. Зур нехотя отпускает жертву. Хотя спорное выражение, нужно подумать, кто из них кем, чисто теоретически, на практике окажется на самом деле. Артём подозрительно жадно дышит, прям как паровоз. Ого, как его Анька разогревает. Не скрывает чувств, досады - откровенно пожирает глазами подругу. Невиданное дело, Нюта умудряется окрутить самого Зазурина Артёма?! Офигеть! Правда, она пока этого не знает. Да и он тоже не в курсе, кто его смог привлечь...

- Так-то, - резюмирует подруга, чем восхищает не только меня, но и своего новоявленного парня. - Если не трус, найдёшь, - кивает коротко. Забирает с дивана свою плётку и, виляя бёдрами, шагает к выходу.

- Удачи погулять, - брякаю напоследок, покидая зону для отдыха, где остаются два "героя в масках".

- Надеюсь, ты меня не просто так обламала с сексом, - недовольно выговаривает Анька, стремительно шагая к выходу, хотя мне нет-нет, да и приходится поддерживать. Качает её знатно...

- Угу, - виновато киваю. Пока спешу за выпившей подругой, вызваниваю Антоху с Ксюхой. И даже Спартак нарисовывается на улице, а ведь его не пытаюсь найти. К тому же воспоминания не позволяют стоять вблизи. Как-то гадковато и жутко неудобно. Словно прикоснись к нему, окажусь замазанной неприличным... или что хуже, причастной к групповухе, если не главным участником, но точно тем, кто в щель подсматривал... Ой, а я ведь примерно так и делала... Жесть!

На вопрос, где была парочка ни Антон, ни Ксюха вразумительно не отвечают, но жгучий румянец на щеках подруги - красноречивее слов. Между Ксю и Тохой что-то было. К тому же её губы аж пылают, а на шее парня откровенно алеет засос.

Докапываться до истины лень, уж очень домой хочется, поэтому мы загружаемся в такси и катим прочь. Во время движения решаем, куда ехать. Общаги уже закрыты. Мне домой - дальний свет, да к тому же в таких нарядах нам точно не будут рады знакомые и родные. Тут и Нюта в ударе - искренне удивляется, почему никто не предлагает вернуться к ней. Мы скромничаем, это понятно... Как бы то ни было, такси останавливается возле её подъезда.

Уже в квартире подруги, которая, ко всеобщему удивлению, требует продолжения банкета, кое-как успокаиваем. Спартак, владеющий умением трёпом уморить до сна кого угодно, остаётся с Анной в комнате, а мы тихо жмёмся на кухоньке. Только Лёня возвращается самодовольно ухмыляясь: "Крошка спит, она устала...", - выдыхаем с облегчением и садимся перекусить, чем остаётся. Перешёптываясь, пьём горячего: кто чаю, кто кофе, и на цыпочках прокрадываясь в комнату, укладываемся на ночлег.

Как ни выматываемся после гулянки... на квартире... в приподнятом настроении... ночью в таком составе впервые, поэтому никто не может сразу же уснуть. Тихо болтаем. Вспоминаем посиделку, вечеринку. Я пока не раскрываю правды, кто спасители - мне нужно с мыслями собраться для начала. Так что разговор медленно перетекает от темы к теме, пока не роняю:

- Ладно, Нюта не ведала, что творила, но ты, Спартак...

- А что не так сделал? - искренне недопонимает парень.

- Ты мне психику чуть не нарушил! - наконец признаюсь. - Я тебя видела с двумя?!.

- Уф, - выдыхает нарочито громко парень. - А я уж подумал... А что такого, ну нравятся мне девчата в кучке.

- Пучками? - ахает смешком Ксю.

- Ага, - киваю значимо. - Картинка до сих пор перед глазами, - отыгрываю роль напуганной до конца жизни. - Он... - сглатываю нервно, - и две девахи...

- Да ты большой гигант грязного много-девчато-штучного секса?! - шикает восхищённо подруга.

- Ты их обеих, что ли, насаживал? - озадачивается сонно Нюта, хотя до сего момента все уверены, что она спит.

- Какие же вы неопытные, - отмахивается устало Спартак. - Каждая была занята своим делом...

- Ты их хоть знал? - уточняю кисло.

- Конечно! - самодовольно кивает парень. - Мои одногруппницы. Лесбиянки, но иногда балуемся... Мне нравится такая необременительность. С одной подругой сложнее. Капризы, голова болит, настроения нет, месячные...

- Фу, - кривится Ксения. - Как пошло... и банально!

- Это нормально, - в свою очередь, пожимает плечами Нюта. - Особенно когда секс не приносит удовольствия.

- Тогда менять партнёров нужно, пока не найдётся тот, с которым всё чики-пуки будет! - знающе поясняет Спартак.

- А я считаю ненормально, - бурчу сердито. - Секс... это ведь... это...

- Ой, ну нравится ему такое, - ни с того ни с чего, поддерживает парня Ксения. - Тебе с одним, ему с несколькими, - хихикает в ладошку. - Может, и тебе... поэкспериментировать. Или ты уже? - вопрос ставит в тупик. Несколько минут молчу.

- Да на самом деле, не знаю, что нравится, - утыкаюсь лицом в подушку, вспоминая, как на меня подействовала близость с Игнатом. Непроизвольно сравниваю ощущения с теми, которые испытывала, когда встречалась с Лианг Джи Линем, с Андерсом... другими.

- То есть? - настороженно уточняет Спартак.

Нет, знала, что вопрос прозвучит, но накрывает волной смущения, и я продолжаю молчать.

- Ир... Почему? - озадачивается Ксения.

- Мало экспериментировала? - свою каплю добавляет Аня с крохотной толикой ехидства.

- Я... девственница, - выдавливаю стыдливо.

- Что? - теперь уже комнату наполняет дружный вскрик.

- Что-что? - бурчу насуплено и оборачиваюсь. - Вот как-то не случилось...

- Фригидна? - сразу же оживляется Спартак. - Могу поработать над тобой...

- Уж не надо, спасибо, - тотчас торможу друга, которого так возбуждает мысль, что он чуть ли ко мне не кидается. - И нет, не фригидна. Мне нравятся... мужчины! - выделяю особо, чтобы раз и навсегда отмести другие варианты. - Их прикосновения, поцелуи. Просто не случилось, и всё...

- Хм, - принимается умничать Лёня. - Ты единственная девятнадцатилетняя девственница, которую знаю.

- Мне скоро двадцать, - зачем-то поправляю. Причём тихо, ведь самой неудобно.

- Такое бывает? - садится на постели Нюта, неверующе таращась. - Ну, в наше-то время?.. - добавляет поясняюще.

- Ага, - закатываю глаза. - Вы ещё мои фотки сделайте и в сеть залейте, - ёрничаю, видя, что друзья искренне поражены новостью. - С надписью 'Редкая особь ботаников, остающийся девственниками к двадцати!..' В топ книги рекордов нынешней современной молодежи попаду...

- Мысль крутая! Знаешь, сколько желающих откликнется, - подхватывает идею Спартак на полном серьёзе.

- Да проблема не в желающих, - пытаюсь объяснить позицию. - Во мне, в обстоятельствах...

- Ну ничего, - тоном, и не такое правили, хохочет Лёня. - Это дело нехитрое, быстрое. Раз, и ты больше не...

- Хватит, - отрезаю устало. - Это вам мужчинам, раз, и всё... А для меня, - раздумываю, как выразить чувства. - Ну не знаю. Важно, с кем, когда, как...

- Ну, мать, - хихикает Ксения. - Так можно девственницей умереть!

- Это так страшно? - шутливо морщусь.

- Нет, но ты обязана попробовать секс! - безапелляционно заявляет подруга.

- Что-то не услышала ни твоего, ни Нюткиного восхищения, ни после первого раза, ни после второго, ни после третьей...

- Ну, я руки не опускаю, - заметно сникает Ксения, и мимолётно косится на Антона, который лежит, закинув руку за голову и глядит в потолок.

- Ну, а я пока не накладываю, - парирую тихо, но окончательно.

На том разговор угасает.

## Глава 22


Ирина

Наутро голова болит и во рту - помойка, а в душе... смятение. Нехотя открываю глаза и некоторое время лежу, бесцельно пялясь в потолок.

Что вчера была за пирушка-гульнушка? Прав Антоха - не стоило ездить. Чёрт, ещё и наткнуться на Игната с приятелями. Невероятное везение в кавычках. Пару недель всё замечательно складывалось, Селивёрстова не видела, не слышала. Только маму его встретила, она-то и поведала, что сын крайне редко теперь дома бывает. Помню, тогда с облегчением вздохнула, и если несколько дней оглядывалась и тихушничала, боясь столкнуться лицом к лицу с соседом, то потом успокоилась. Да и не давал он о себе знать. Даже в Универе ни разу не встречала, хотя судя по местным слухам, Селивёрстов Игнат - личность выдающаяся. Особенно для преподавателей и особей женского пола. И если первые его ценили и уважали как подающего надежды студента, то вторые... млели от физических данных. Неудивительно, он и в школе-то был - звездой звёздной, а теперь... недаром вчера сама впечатлилась, да так, что не находила, что ответить. Хотя, общаясь с девчатами из Универа, слушая их охи и ахи по поводу красоты, брутальности, харизмы Игната с брезгливым непониманием окидывала несчастных взглядом. Как можно таять от мыслей о парне?! Причём зная, что бабник непроходимый...

Да с ним же говорить невозможно. Хам, наглец... Самонадеян до отвращения. Даже я... тушевалась. Нет, на самом деле, виной то, что понятия не имела, кто передо мной. Если бы сразу догадалась то, думаю, иммунитет тотчас сработал. В школе удавалось удерживать хладнокровие, если не считать злосчастной вечеринки в доме Зазурина... Хотя, кого обманываю?! Я перед Селивёрстовым с детства либо падаю, либо запинаюсь, либо блею, точно овца. Мне категорически нельзя с ним встречаться. Тем более соревноваться... Нужно и впредь избегать мест, где можем встретиться. Только как? Учимся в одном заведении! У нас даже лаборатории на одном этаже. Имеем одни и те же спортивные интересы. Благо площадок и треков - хоть отбавляй, вот и везло до вчерашнего дня.

Так, стоять! Не надо паниковать раньше времени! Ну столкнулись... он же вроде и сам не понял, кто я. Точно! Думаю, если бы узнал, начал больше гадости говорить. У Селивёрстова прям слабость ко мне. Чем больнее и пошлее в мой адрес пройдётся, тем удовлетворительнее для его эго.

Дурак, больной... особой формы кретинизма!

Ничуть не изменился за эти годы, даже скорее хуже стал. Обострение возрастное. У-у-у, ненавижу его!

Пусто-мятежные мысли испаряются только в комнате начинается движение. Ребята медленно просыпаются и, конечно, заунывней всех стенает Анька. Она, вообще, с головой залезает под одеяло:

- Не выйду больше на улицу, - скулит стыдливо. - Вы во всём виноваты...

Мы беззлобно смеёмся, наперебой рассказывая, как она вчера отжигала. Потом насильно вытаскиваем бедолагу из постели... Пока Нюта умывается, я и Тоха худо-бедно ли готовим завтрак.

В меня лезет плохо, Ксения подозрительно молчит, вяло ковыряет вилкой в тарелке, Анна кушает с явной неохотой, Антон - скромен, но поглощает пищу с интеллигентной скоростью, а вот Спартак весел по обыкновению, а уплетает за двоих.

Уже завтрак подходит к концу, как мой телефон возвещает, что кому-то нужна. Звонят из транспортной компании. Наконец, вещи прибыли, но так как сегодня выходной, машину в посёлок обещают пригнать лишь завтра к обеду. Хм, значит, завтра последние пары отменяются...

Пока суетливо одеваемся, Анюта урывает момент и меня в ванную утягивает:

- Ир, ты так и не сказала, что случилось и почему вчера меня утащила от парня, - шелестит хмуро.

- Нют, ты же была навеселе, я жутко боялась, что натворишь глупостей...

- О, да... - согласилась наморщив нос, - поэтому и предупреждала - мне нельзя пить, я плохо себя контролирую.

- Не знаю, но вчера ты была молодец, не брыкалась... - спешу подбодрить подругу. - Были щекотливые моменты, порой безрассудно разгульные, но ты... в итоге не налажала и даже смогла обуздать либидо и не переспала с незнакомцем!

- Потому что... мне... он, правда, понравился... и я испугалась... - прикусывает губу Анна. - Ир, - поправляет девушка очки, - ты ведь в курсе кто он?

- Нют, - перевожу дыхание. Ясное дело, она имеет право знать, что 'её герой' - Зур, просто, так не хочется расстраивать. Она со школы его терпеть не могла. Да и, вообще, никого из тусовки Вёрста и Зазурова не переваривала, а тут... - Может, ну его?

- Что значит "ну"?.. - хмурится Анька. На миг отрываемся от диалога, в дверь стучатся:

- Девчат, вы скоро? - Лёнька торопит. - Ир, нам пора...

- Да-да. иду, - заверяю твёрдо. - А вдруг не позвонит? - канючу уже глядя на Анну.

- А вдруг позвонит? - парирует сухо девушка. - Я бы хоть была моральна готова.

- К такому невозможно подготовиться, - продолжаю гнуть свою линию.

- Ир-р-р, - недовольно тянет Нюта.

- И звать его... Артём, - сглатываю тяжело.

Непонимание на лице подруги медленно меняется удивлением.

- З... Зазурин, - выдавливаю горько. И теперь стадия "безмерное изумление" растёт до уровня шок.

- Не-е-ет, - вытаращивается подруга.

- Угу, - киваю досадливо.

- Бляха муха, - шикает Аня и прикусывает губу.

- Ты, это, раньше времени не расстраивайся, - участливо хлопаю подругу по плечу. - Может, ещё всё обойдётся... Ладно, мне пора. Не делай глупости, и если вдруг Зур даст о себе знать... Ну, я бы хотела быть в курсе.

- Аха, - отстранённо кивает девушка, но помыслы её явно далеки от меня, дома и друзей.

Расстаёмся с ребятами чуть погодя, у метро, где Тоха, Ксю, Лёня заверяют, что завтра обязательно помогут разгрузить машину.

Нет, конечно, я наняла грузчиков, но и помощь ребят будет кстати.

А ещё Спартак, нежно так стиснув в стальных объятиях на прощание, огорошивает, что с радостью поможет избавиться от моего телесного недуга. На уместное замечание, что девственность - не недуг, строго подмечает: секс нужен для разрядки, вот почему я такая закостенелая парнененавистница и социофобка.

Вот правда, в воскресенье! Утро! После гулянки! Пьянки! После пяти лет разлуки! Подобное слышать, мягко говоря, шокирующе... но с Лёней спорить бессмысленно, поэтому клятвенно заверяю, как только... так сразу... к нему. Другим ни-ни!

Игнат

Выходной начинается замечательно. Голая Лерка выписывает по квартире, чем радует глаза и чресла. А когда вновь засыпает после очередного затяжного и весьма изматывающего секса, выхожу на балкон и закуриваю, что делаю крайне редко. По сути, когда нужно расслабиться, подумать...

Солнце приветливо накидывается на полуобнажённое тело, а летний ветерок приятно трепет волосы. Хорошо!

Выпускаю дым и облокачиваюсь на перила.

Как не пытаюсь изгнать из головы образ новоиспечённого Королька, он всё равно возвращается. Да в таких эротических фантазиях, что ночью, вообще, чуть не сглупил и не поехал к матери. Даже массу наитупейших причин придумал порыву, правда, самой сносной была 'я соскучился', но вовремя образумился и вернулся в постель к Лере. Подруга уютная, податливая и совсем не похожа на колючку-Ирку.

Чёртова соседка! Будто специально передо мной задом крутит. Красивым, к слову. Очень... Недаром, даже не зная, кто передо мной, не удержался и вчера, защищая от приставучих ушлёпков, именно на неё запал. Стройную, ладную, но не сахарномягкотелую. Она казалась натренированной, жилистой, грациозной точно кошка. И даже наличие весьма тяжелой пятой точки не дало усомниться, что девчонка занимается спортом.

А как она двигалась?!.

Только от воспоминания... и то кровь закипает, а тело реагирует однобоко, словно не было у меня горячей ночи и утра, будто страдаю, порядком затянувшимся воздержанием... Хотя, если учесть, сколько хочу Ирку, лет семь - достаточно затяжной срок воздержания.

Чёрт! В сердцах ругаю себя за слабость к подобным девчатам. Из-за них случаются измены. В принципе, Лере ничего не обещал, не клялся в любви, но и ощущать свою полигамность абсолютно не нравится. Ведь, как отец, а быть похожим на батю совершенно не желаю!

К тому же ощущать тягу к соседке?! Она же... Королёк! Нескладная, полная девчонка с огромными глазами и наивным мировоззрением! По крайней мере, раньше такой была...

Чёрт?! Куда она прежняя делась? Зачем преобразилась настолько?!.. Хотя, зачем лгу себе?.. Она давно впиталась в кровь, но я усердно игнорирую отравление. Она уже порядком прижилась в сердце, да так, что привык и не замечать, что болен...

Ничего, я сильный, стойкий и это помутнение выдержу!

Интересно, а чем дело закончилось у Зура? Думается, если бы трахнул Золушку, уже сообщил жуткие подробности, а пока тишина. Надо бы набрать братана...

- Игнат, всё нормально? - за спиной слышится шорох и вскоре на балкон выходит, закутанная в простыню Лера.

- Да, - улыбаюсь как можно небрежней. - Солнце сегодня греет хорошо, - делаю очередную затяжку.

- А, - задумчиво кивает девушка и, прижавшись к моему боку, тоже прикладывается к сигарете. Эротичной выпускает серое облачко: - Пойдём, - трётся щекой о моё плечо, - я кушать приготовлю...

Выкидываю окурок и, подтолкнув нежным шлепком Лерку с балкона, спешу следом в комнату.

Ближе к обеду сажусь за курсовую и нудные увещевания подруги, что живёт с закоренелым ботаном, отрывают от работы только ближе к вечеру. Как бы ни любил гулять, учиться умел. Да и нужно мне... жизненно необходимо мозг чем-то полезным занять, чтобы там глупостям места не было. Ничего так, действенный метод - со школы помогает!

Зато после зазубривания, не иду по магазинам, куда упорно тянет подруга, а закидываю вещи в сумку и спешу на тренировку. Лерка обвинительно скулит, что так нельзя. Что она тоже хочет внимания, но быстро осаживаю:

- Малыш, скоро важный турнир. Я просто обязан сосредоточиться. Если ты пойдёшь со мной - тренировка не получится.

Подруга надувает обижено губы, но послушно отправляется одна гулять по торговому центру, где её и нахожу после изнурительной работы над элементами, помогающими не думать о соседке.

## Глава 23


Игнат

Понедельник хоть и тяжёлый день, но я с радостью отправляюсь в Универ, куда благородно подвожу Леру. Уже у входа мы договариваемся встретиться на большом перерыве и пообедать в кафе.

Занятия тянутся на удивление долго, преподы занудно начитывают лекционный материал, студенты лениво записывают или, вообще, нагло дрыхнут. Еле дожидаюсь перерыва.

Не то чтобы соскучился по подруге, просто проголодался как никогда.

Заглядываю в приёмную кафедры, где работает Лерчик. Девушка счастливо улыбается, пока нет посторонних глаз, награждает поцелуем. Быстро собирается. Уже было покидаем помещение, как её окликает зав кафедрой:

- Лер, стой, - мужчина стремительно выходит из своего кабинета. - Здравствуй, Селивёрстов, - кивает, завидя меня.

- Здрасти, - киваю в ответ.

- Срочно, найди Королькову Ирину, - вновь обращается к Лере. - Пусть мне перезвонит, - протягивает свою визитку.

- Так ведь телефоны есть в личных делах! - негодует Лера, хлопая глазами.

- Её телефон не отвечает! - сухо поясняет Вирзин. - Антон и Анна - тоже. Ребят на лекциях нет. Кровь из носа она мне нужна! - нетерпеливо машет визиткой.

- Андрей Юрьевич, - возмущённо тянет Лера, всё еще не забрав карточку. - И как вы мне предлагаете её искать? Я не детектив, не поиск пропавших...

- Прояви смекалку, - нервно дёргает рукой зав кафедрой. - С меня шоколадка! - улыбается скупо.

- Я худею, - выговаривает обиженно девушка с явным неудовольствием. - Да и работы на сегодня - вагон и маленькая тележка. Сами накидали. Отчёты... планы, методички, - она старательно, но без лишней напористости перечисляет вверенную работу, тем самым пытаясь воззвать к совести начальства.

- Я могу помочь, - вклиниваюсь в разговор, поразившись собственной наглости. Да и зачем?! Видимо, чёрт за язык дёрнул.

Вирзин и Лера уставляются на меня.

- Передам либо ей, либо её родственникам, чтобы перезвонила, - поясняю ровно и берусь за визитку.

- Ты с ними знаком? - после некоторой заминки уточняет Андрей Юрьевич, так и не выпуская карточки.

- Ага, - уверенно киваю. - Сегодня к матери собирался заехать, - лгу, не моргнув глазом, - а Корольковы наши соседи.

- Она твоя соседка? - изумляется громко Лера.

- Типа того, - мотаю головой, ощущая неловкость.

- Вот и отлично! - в свою очередь, радуется Вирзин, отпуская карточку. - По сути, нужно, чтобы отец Иры меня нашёл. Так что либо ей, либо её отцу. - Андрей Юрьевич выдерживает паузу, сверля меня пристальным взглядом: - Надеюсь, ты её папу знаешь?

- Обижаете, - как можно уверенней отзываюсь, - Сергей Николаевич Корольков. Кстати, очень удачный микробиолог. Дочь мозгами и талантами в него пошла, - кидаю для убедительности.

- Ещё как! - улыбается широко Андрей Юрьевич. - Тогда я тебе доверяю, парень. Срочно! - покачивает пальцем, напоминая о важности поручения.

- Всё сделаю в кратчайшие сроки! - рапортую точно заправский вояка, за что получаю несильный удар в плечо от Лерки и хмурое покачивание головой зав. кафедры.

- Ты не говорил, что она! Твоя! Соседка! - выделяет каждое слово Лера, наступая на меня, как только начальник скрывается в кабинете. Подругу даже не смущает народ, который всё это время снует мимо нас. Примирительно выставляю руки:

- Малыш, а зачем? Это неважно, вот и не говорил. Как часто я бываю у матери?

- Последнее время туда зачастил, - сужает глаза подруга и поджимает губы.

- Зачем глупости говоришь?! - неуверенно возражаю. - Будешь ревновать, у нас начнутся ссоры, - грожу беззлобно. - Я этого не люблю.

- А ты не делай так, чтобы ревновала, - отрезает коротко Лерка. Наступает каблуком на ногу, и пока деланно охаю, за шиворот тянет к себе: - Ты - мой, как бы ни надеялся на свободу. Ревновать не буду - сразу убью! - чеканит в губы.

- Злыдня, садистка, - хромаю рядом с подругой, которая как ни в чём не бывало шагает по коридору к лестнице. - А на вечеринке морщилась, типа, я не из таких...

- Притворялась, - ведёт игриво плечом Лерка и примирительно чмокает в губы: - А твой ночной приват-танец, открыл во мне массу нового. Я не шучу, - тон серьёзнеет. - Я люблю тебя Игнат. Не смогу просто так отпустить, если надумаешь уйти.

- Малыш, я пока никуда не собирался, - перестаю кривляться. - Но опеки не потерплю. Если тебе тяжело уже сейчас, лучше хорошенько подумай, а стоит ли продолжать?

Лера заметно сникает.

Обедаем в полном молчании, а когда расстаёмся, подруга в поцелуй вкладывает столько нежности, что сдаюсь:

- Малыш, ты мне нравишься, правда, но к серьёзному пока не готов. Мы из разных миров, с разными вкусами и предпочтениями. По сути, нас с тобой ничего кроме постели не связывает. Если ищешь что-то более постоянное - я тебя отпущу.

Лерка не отвечает - быстро перебегает дорогу и юркает в переулок, за которым скрывается Универ.

На душе скребут кошки, будто Лерка права, и собираюсь к другой.

Почему? Да хр*** его знает!

По сути, еду к матери, но по дороге должен передать родственникам Королька, чтобы она или её отец перезвонили Вирзину. Делов-то... на минуту.

Быстро сажусь за руль, и качу в посёлок, по ходу набрав маму:

- Привет, - отзываюсь, только слышу голос родительницы. - Я сейчас заскочу.

- Что-то случилось? - озадачивается матушка.

- Нет, тут попросили соседям кое-что передать, вот и решил к тебе по пути заскочить.

- Понятно, - заминается мама.

- Ты дома? - уточняю осторожно.

- Да-да, конечно, - странно бормочет родительница. Слышится шелест и чей-то голос... телевизор, наверное.

***

Уже подъезжая, притормаживаю в проулке соседних домов, ведь к собственному подъехать не могу - всю дорогу преграждает огромная грузовая машина. Это явно к Корольковым-Проскуриным! Насколько знаю, фамилия стариков именно - Проскурины, родители мамы Иры.

Ирину, Антона сразу примечаю. Даже сердце подпрыгивает и начинает биться сильнее. Радости сам не понимаю, но улыбка против воли растягивается на губах.

Ребята разгружают машину, таская коробки в дом Королька. Вернее, они помогают парочке грузчиков в робах, которые берут на себя самые тяжёлые коробки. Антон еле тащит увесистую поклажу. Фоном орёт музыка...

Пока шагаю к Корольку, на пороге её дома появляется Спартак, следом Анька. Парочка перехватывает коробки у дверей и вновь скрывается в доме.

- Привет, - как можно приветливее машу, стараясь привлечь внимание работников и Ирины. Но все так заняты, что даже не реагируют на приветствие.

- День добрый, - повторяю громче, уже вплотную подступив к Корольку. Ирина так дёргается, что чуть было не роняет довольно габаритную коробку. Успеваю придержать ношу с другой стороны, на миг утонув в омуте огромных глаз. Они всегда казались нереально завораживающими, а сейчас, глядя сверху вниз на девчонку, изо всех сил пытаюсь себя убедить, что вновь забурлившее возбуждение - всего лишь взыгравшие после вечеринки гормоны.

Ничего, я с ними легко совладаю, если потребуется...

Ирина краснеет, метает испуганный взгляд на дом, на меня. Потом явно приходит в себя и хмурится:

- Тебе что нужно? - бросает недружелюбно.

- Ты почему такая неприветливая? - усмехаюсь через силу. - Я помочь хочу, а ты... - забираю коробку и шагаю к дому, где удачно сплавляю тут как тут появившемуся Спартаку. Парень, надо сказать, даже глазом не моргнул, когда наткнулся на меня. Принял ношу и скрылся в доме. Вот всегда уважал этого парня. Странный, но умный!

Так как Ирина продолжает стоять возле грузовой машины, возвращаюсь, хотя спешно соображаю, как быть с колючкой.

- Я по делу, вообще-то, - вновь пытаюсь вывести разговор на дружеский лад.

- По какому? - сухо уточняет Королёк, старательно избегая близости. Отступает к машине и кричит грузчикам: - Ребят, - дальние коробки тяжёлые... Там книги! - Вновь обращает внимание на меня. Неторопливо выуживаю из заднего кармана джинсов визитку:

- Вирзин просил передать, чтобы либо ты, либо твой отец ему срочно позвонили.

Ирина с сомнением косится на карточку, которую протягиваю. Несколько секунд раздумывает, осторожно забирает, будто до последнего не верит, что это не обман. Недолго изучает:

- Спасибо, - кивает, постукивая карточкой по пальцам. Бросает косой взгляд на грузчиков, которые спрыгивают с машины и, подхватив по увесистой коробке, спешат к дому. - Что-нибудь ещё? - сверлит пристальным взглядом. Даже становится не по себе. Словно я сопляк, навязывающийся крутой девице.

- Нет, но раз я здесь. Вижу, помощь не помешает, - киваю в сторону колонны из грузчиков и приятелей Королька, точно муравьи на тропе к её дому. - Могу...

- Мы сами, ещё раз спасибо, - демонстративно отворачивается, пряча визитку в боковой карман широких спортивных брюк.

- Не будь вздорным Корольком, - криво усмехаюсь. - Надорвёшься, я потом себе не прощу, что не помог.

- Так это из-за угрызений совести? - вскидывает брови Ирка, уже собираясь запрыгнуть в открытый отсек грузовой машину. - Она у тебя есть?

- Ага, - игриво подмигиваю и понижаю голос до шёпота: - Только, тшш, никому...

- Даже не знаю, чему больше поражена, - встряхивает головой соседка. - Что она у тебя есть, или что боишься её угрызений.

- Гляжу, - срывается смешок, - с годами научилась язвительности. Курсы окончила?

- Навык приходит с обучением в школах, где над тобой не издевается лишь ленивый, и в Универах, где быть умной - неприлично.

- Суровое обучение, - соглашаюсь кивком. - Уверен, и эту дисциплину вытянула на 'отлично'.

- Ага, как и остальные, вот и помни об этом, если надумаешь опять неуместности отпускать.

- Теперь боюсь двух вещей: совести и тебя, - примирительно развожу руки, а потом всё же добавляю: - Только шлёпалку не доставай, я не любитель Темы, хотя ещё раз поглядеть на тебя в том развратном наряде был бы не против.

Ира заметно нервничает, щёки наливаются пунцовым:

- Ты мне тоже понравился в кожаном костюмчике, надеюсь, твоя подружка оценила старания?

- Скорее страдания, - поправляю. - Ещё как, - не могу молчать. Обязан подразнить, ведь как бы соседка ни пыталась казаться холодной и равнодушной, вижу, что она не в своей тарелке: - Вот только сегодня отпустила. Еле уполз...

- Избавь от мерзких подробностей, - порывисто отворачивается Ирка. - У меня дело важное, некогда о твоей половой жизни трепаться.

Ирина

Даже не знаю, как реагировать на его приезд. Помощь... Нет, она, конечно, нужна, особенно мужская, но это ж Игнат?!

Он... он не может помогать, при этом не сказав гадости. Думала, что повзрослела, научилась быть безэмоциональной, но он с лёгкостью рушит мою уверенность - одним словом, взглядом, жестом, улыбкой.

Руки дрожат, ноги не слушаются, мозг отказывается мыслить разумно. Мои демоны и страхи обрушиваются с новой силой, а я обязана быть сильной. Сколько лет училась противостоять своим бесам!

Я повзрослела! Готовилась к подобной встрече...

Стараюсь держаться нейтральней, да и, вообще, меньше вступать в дискуссию. Бросаю взгляд на мрачного Селивёрстова. Не уходит, ждёт...

Может, накручиваю? Может, Игнат изменился?

Выталкиваю коробку с книгами из грузовика, где наружи её подхватывает один из наёмных рабочих. Спешу за другой. Несколько коробок уже занимают выход, Селивёрстов проигнорировав мою упрямость, тоже загребает ношу и шагает к дому. Возмущению нет предела, да кого это интересует?! От злой безнадёги выдыхаю, спрыгиваю с машины, беру коробку полегче, и иду к дому.

Внутри распоряжается Ксения. Ловко, чётко отдаёт команды, что, куда относить. Так уж получилось, что родственники выехали в город, оставив нашу дружную компанию самим разгребать машину. Я не в обиде, да к тому же Ксения здорово справляется с ролью хозяйки, не без моей смекалки. Ведь собирая и пакуя вещи, я предусмотрительно подписывала коробки, чтобы при разгрузке не теряться...

- Э-э-э, - удивлённо протягивает Ксю, таращась на Селивёрстова. - КрасавчЭГ, а ты тут каким боком? - предостерегающе сощуривается подруга.

- По делам, товарищ начальник, - вытягивается по струнке Игнат. - Разрешите идти? - думаю, если бы у него не были заняты руки, ещё честь отдал.

- Его с вечеринки отпустить не может - решил дожать роль благородного рыцаря, - проходя мимо, не удерживаюсь от шпильки. Мда, после гулянки, мы с подругой созвонились, и я рассказала в красках, что она пропустила, пока танцевала с Тохой, ведь при всех подробности не выдала. Так хотелось поделиться эмоциями, злостью. Конечно, Ксю как верная подруга, словно и не были мы в разлуке столько лет, встала на мою сторону. Поворчала на тупицу, поскрежетала зубами, при воспоминании о Зазурине, фыркнула о поступке Ромки, хохотнула на улов Нюты.

- Юморист, - резюмирует Ксения с коварной улыбкой. - Где костюмчик оставил? - подозрительно пилит парня взглядом, будто ожидает пакости.

- Там же где и ваши, полагаю, - не теряется Игнат. - Ой, - выпучивает глаза. - А в коробках, случаем не игрушки Тематиков?

- Всё возможно, - игриво ведёт плечом Ксю.

- Эту наверх, - киваю на ношу в руках Селивёрстова. - Иди за мной.

Шагаю по лестнице, проклиная свою несообразительность. Надо было Игнату велеть поклажу оставить внизу, а сама бы дотащила в комнату. Чёрт! Это самые тяжёлые коробки. С книгами... Ладно, пусть несёт!

Кожей ощущаю въедливый взгляд, который наглым образом ощупывает затылок, спину... опускается. Чуть с темпа не сбиваюсь, ноги заметно тяжелеют.

Мысленно понукаю себя двигаться быстрее. Ещё несколько шагов по коридору, сворачиваю в свою комнату. Аккуратно пинаю дверь, ведь руки заняты:

- Можешь, коробку в коридоре оставить. Дальше сама...

Молюсь, чтобы послушал. Ставлю поклажу на пол, где уже неорганизованно несколько коробок ютятся. Оборачиваюсь, смахивая косу за спину и чуть вздрагиваю, едва не уткнувшись в грудь Игната.

- Куда? - без тени смущения дотошно исследует моё лицо парень.

- Сюда, - нервно машу на другие коробки. Селивёрстов ещё несколько секунд смущает пристальным взглядом. Мне однозначно не нравится ощущать себя настолько раздетой. Чёрт! Я ведь одета?! Так какого чёрта он меня облизывает глазами?

Не смотрю него, жду.

Парень ставит коробку и вновь следует за мной. Нужно признаться, я бы с радостью избежала подобной ситуации. Поэтому тороплюсь - не хочу больше ни секунды оставаться с ним наедине.

Нет, безмерно благодарна за помощь - хотя до последнего ожидаю какой-нибудь подставы или мерзкой, интимной колкости, - но лучше подальше от соседа держаться.

Нужно отдать должное, больше Игнат не появляется в доме. Решительно помогает на улице. Усердно разгружает машину, но коробки оставляет у порога, откуда их уже втаскивает в дом Антон и Спартак.

Ксения и Нюта крутятся в зале и на кухне. Распаковывают коробки, разбирают содержимое. Не так всё страшно, как видится. Я не привезла с собой кучу ненужностей. Лишь ценное, душевное и памятное. Просто в разных коробках, чтобы не путаться и легче разгружать.

В итоге, когда грузовик большей частью разгружен, спешу в гараж, где уже томятся самые долгожданные вещи. Точнее, не вещи, а друзья: велобайк и пара мотоциклов. Их выгрузили первым делом, и сейчас, не могла удержаться, чтобы не проверить, как доехало моё сокровище.

Гараж большой, вместительный, на два габаритных авто. Сейчас частично пустует, из-за того, что родственники на одной машине уехали. Вторая, то есть моя тачка, скромно припаркована ближе к центру, ведь к стене, под углом подогнала два мотика.

Любовно провожу рукой по чехлу первого. Мах - и оголяю верного друга.

- Ого, - слышу восхищённый свист. Оборачиваюсь. Игнат держит большую поклажу, из-за которой едва виднеется его голова. Да, помню, в коробке разные масла, краска для мотоцикла. - Что за чудо?

- Златогривое, - ворчу под нос и уже громче: - Коробку поставь ближе к стене.

- Ты меня приятно шокируешь, - раздаётся со спины усмешка. Не хочу оглядываться. Молча соплю.

- Ничего такой, конь, - присаживается возле велика Игнат и по-свойски принимается осматривать. Руль, колёса, педали, раму. - ВМХ?

- Типа того, - нехотя киваю. Не желаю, чтобы так много обо мне знал сосед. Не его жизнь, не его дело! - Балуюсь... - это уже бубню под нос.

- Типа, могла себе позволить, купила? - стреляет пасмурным взглядом.

- Ага, - прикусываю губу.

Игнат поднимается, медленно, слово барский кот обходит мотоциклы:

- Да у тебя тут транспорта на все случаи жизни. Гонки, мототриал? - вскидывает удивлённо брови. Упорно молчу. - О, - кивает понятливо, - не твои. Память от друга? - с явной издёвкой. - Можно? - намекает на ближайший мотоцикл. Вся сжимаюсь в тугой узел. Не люблю, когда прикасаются к моим вещам. Это личное пространство, и сейчас его беззастенчиво нарушают! Не дожидаясь ответа, Игнат перекидывает ногу. Ловко убирает подножку - мотик возмущённо прогибается под весом чужака. Я аж дёргаюсь:

- Осторожно, - хватаюсь за руль.

- Ого, - цинично хмыкает Игнат. - Такая ревность, что даже завидно. Ты его желаешь больше мужика?

- Слышь, сосед, вали к себе, - цежу сквозь зубы.

Парень ловко соскакивает с байка и замирает возле меня, так грозно нависнув, что непроизвольно отступаю. Задом сшибаю со стола поддон с какой-то мелкой ерундой. Оборачиваюсь на грохот, но лишь становлюсь неуклюжей зачинщицей очередного принципа домино. В надежде остановить, нервно взмахиваю руками, но локтем цепляю сборную подвижную пластиковую полку на ножках. Она кренится. Вроде умудряюсь поймать, но она такая тяжёлая, что всё же проваливается сквозь хват. Ухает мне на ноги. Тихо взываю, отшатываясь назад, и, как назло, налетаю на второй мотоцикл. Позорно заваливаюсь на него и теперь уже зажмуриваюсь от стыда и боли.

Погром страшный, грохот жуткий, боль пронзительная, стыд унизительный.

По щекам скатываются предательские слезинки. Ещё толком не прихожу в себя, как слышу:

- Гляжу, - протягивает с нескрываемой издёвкой Игнат, - свою падучесть не растеряла. Значит, и впрямь мотики для красоты купила. ни в жизнь не поверю, что с твоей неуклюжестью можно гонять на столь мощных конях. - Парень стоит надо мной и криво усмехается.

Ни черта он не изменился! Такой же наглый, мерзкий тип! У-у-у, и я тоже не изменилась. Всё через одно место получается, такая же неуклюжая дура, правда, только когда этот хам рядом. А так ведь на деле, я очень даже нормальная, адекватная и весьма устойчивая...

- Ты по мне скучала? - вводит в ступор очередной вопрос Игната. Присаживается рядом, глядит в упор до невозможности честными серыми глазами, словно не валяюсь на полу в груде гаражной утвари, а сижу рядом в кафе. - Ну хоть вспоминала?

Я бы подумала, что шутит, если бы не его серьёзный вид, внимательный взгляд, подрагивающее дыхание.

- Ты ненормальный, - выдвигаю догадку, хочу подняться, но тотчас кривлюсь от вспышки боли.

- Что болит-то? - уточняет сухо.

- Эго, - пристыженно отвожу глаза, не знаю, куда деться от внимательных и столь дотошно изучающих меня, что вызывают безотчётный шквала эмоций.

Игнат неопределённо встряхивает головой и тянет за лодыжку:

- Дай гляну!

- Пусти! - нервно дёргаюсь. - Тоже мне врач.

- Ну, положим, первую помощь могу оказать, - отрезает недовольно Селивёртов.

- Не мне! - отрезаю уверенно. - Не тронь, - шикаю испуганно, скидывая ладонь парня, который наплевав на угрозы, осмеливается коснуться.

- Да цыц ты, - беззлобно осаживает Игнат и рывком поднимает на руки. Аж дух захватывает. Не хочу, но обвиваю за шею. От тела Селивёрстова идёт жар, перекидывается на меня, сразу же жжёт щёки, но свободы не хочется до омерзения к самой себе. Неожиданно приятно, тепло, уютно. - Зачем ты вернулась? - звучит так, словно парень раздумывает вслух, не для моих ушей.

И вот опять активируется старая донельзя идиотская черта, которая проявляется только рядом с этим хамом - ощущаю себя робкой дурой и против здравого смысла, не отталкиваю или пытаюсь вырваться, а прижимаюсь сильнее. Мне нравится слышать мощный бой сердца Игната - словно заряжает жаждой жизни. Вдыхать аромат: мужской, слегка парфюмированный, глубокий. Ощущать на себе шумное, горячее дыхание. Волнительно чувствовать крепкие мышцы, напряжение. Рассматривать профиль.

- Отпусти, а, - пьянею от нежности, бормочу тихо и чуть ёрзаю, в надежде, что парень поторопится исполнить просьбу.

- Мгм, - ровно кивает Селивёрстов, мазнув по мне мутным взглядом. Шагает размашисто, ногой распахивает дверь, ведущую из гаража сразу в дом. - Ты только задом поменьше об меня трись. Я ведь не железный, - последнее выдаёт без тени на шутку. Понимаю подтекст и торопею от пошлости:

- Твоя озабоченность моим задом откровенно раздражает, - признаюсь, как на духу.

- А ты им не крути, и не буду замечать! - отрезает холодно.

- Дурак! - шикаю в сердцах. - Озабоченный, - шиплю гневно.

- Вертихвостка, - парирует просто. - Неисправимая...

Еще несколько шагов и Игнат опускает меня на мягкий диван уже в зале.

- Э-э-э, - раздаётся удивлённый возглас Ксю. Запыхавшаяся подруга спускается со второго этажа. - А почему это она уже на диване? - это подмечает колко и, вместе с тем, с насмешкой.

В этот же момент в зале появляется и Спартак, и Тоха и Анька. Прям, аншлаг!

- Упала, - иронично выдаёт Игнат. - Как меня видит, так сразу и падает. Даже не знаю, эта болезнь заразная?

Зло пилю взглядом наглеца, а он и не думает умолкнуть:

- Ты смотри заканчивай с этим, - лукаво подмигивает, вгоняя в более едкую краску. - Не все такие как я благородные. Подумают, не бог весть что, и воспользуются!

- Твоё благородство как... пирамида МММ. Мыльный пузырь! - нахожусь гневно.

- Кх-кх-кх, - прокашливается деловито Ксения. - Нам, наверное, лучше уйти? - косится на меня, намекая на себя и остальных друзей.

- Подруга называется! - взрываюсь негодованием. - Выпроводи лучше этого... Этого, - давлюсь злобой, - благородного!..

Так как никто не двигается с места, машу на коридор:

- Дверь вон там!

- Что? - наигранно ухмыляется Игнат, его явно забавляет ситуация и моя реакция. - За помощь даже чаем не угостишь... Поцелуем не одаришь?

- Ага, - ржёт Спартак. - На диванчике не предложишь вместе поваляться?

- Спартак! - это уже выкрикиваем синхронно с Ксенией.

- Да я чё... - разводит руками парень и умолкает.

- Ладно, - деланно обижается Игнат. - Пусть моя голодная смерть на твоей совести будет.

- О, - кривлюсь от пафоса. - Клятвенно обещаю, на твоих похоронах бутерброд зажую. Самый большой! В память...

- Значит, придёшь? - тотчас придирается парень. - И даже помнить будешь?

- Тебе пора! - отрезаю хмуро, скрещивая руки на груди.

Он уходит. Больше ни слова не говорит. Я рада. Наконец-таки вдохну полной грудью. Ксения подозрительно косится, Спартак точно забывает о случившемся, выполняет указания первой. Тоша и Нютка ковыряются в последних коробках. Благо их остаётся всего ничего.

Размяв ногу, тоже принимаюсь за работу, правда, немного похрамывая. Уже через несколько минут открывается дверь и на пороге появляются родственники:

- Ой, какие вы молодцы, - охает ба. - Уже почти всё разобрали.

- Значит, - резюмирует отец. - Заслужили обед!

- У-у-у, - тотчас радуется Спартак. - Хоть кто-то в этом доме заботлив. - Я уж подумал, что умру голодной смертью.

- О, - не скрываю сарказма, - и ты туда же... - получает от меня подушкой, которую хватаю с дивана. Непродолжительная война заканчивается, только ба оповещает:

- Все на кухню!

Голодных студентов к столу звать дважды не надо - вваливаемся толпой.

Усаживаясь, вспоминаю о визитке и протягиваю отцу:

- Вирзин просил срочно перезвонить!

- Ага, - кивает коротко папа, изучая карточку.

## Глава 24


Игнат

Бл***, да чего накручиваю? Вот зачем к ней лезу с разными пошлостями?

Нравится, как она реагирует... Краснеет, смущается, часто дышит. Если бы не знал, что меня ненавидит, решил бы, что... нравлюсь.

Сижу в машине и несколько минут соображаю, что делать дальше. К матери обещал заглянуть, да уже совершенно не охота. К Лерке поехать? Хм, опять сексом заняться? Это дело неплохое, но мне почему-то другую хочется... Любую... Ну или пар спустить всплеском адриналина.

- Здоров, - бросаю в трубку, только друган отвечает. - Вечером сегодня что-то намечается из гонок?

- Угу, - подтверждает Ветров Игорь, важный человек в организации нелегальных гонок. - Трек, Драг-, мото-... Тебя чего конкретно интересует? - обрывает себя на полуслове.

- Уличные сегодня есть? - уточняю спокойно. Не хочу трека. По ночному городу хочу погонять.

- Ну да, - хмыкает Ветер. - Только на Энгельсе собираются, на площади. Ближе к полуночи.

- Отлично. Лады, бывай! - сбрасываю вызов. Еду на квартиру. Не моя и даже не снимаю. Друга... Славки Моржа. Пока он находится в вынужденном отпуске, вернее, на лечении, слежу за хатой, ну и не наглею, небольшую сумму на карточку бросаю. Когда братан вернётся, хоть будет немного наличных, пока на ноги не встанет.

Признаться, редко там бываю, но всё же... Переодеваюсь, уваливаюсь на диван. Беру конспекты и на время погружаюсь в чтение.

Из учёбы вырывает звонок. На экране высвечивается 'Лера'.

- Да, малыш, - бросаю в трубу без особой радости.

- Привет, - мягка подруга, так и представляю, как сидит на постели - уютная, ласковая... вся в комочек сжавшись, мурчит в трубку. Даже на миг в душе колет, что такая девушка должна быть с другим парнем, более внимательным, любящим. Она этого достойна! - Ты где и чем занят?

- Дома, - отзываюсь расплывчато, продолжая листать конспекты.

Пауза затягивается.

- Дома-дома? - робко уточняет Лерка с явным подтекстом.

- Нет, дома - на квартире, - поясняю терпеливо. Откладываю тетрадь, иду на кухню.

- А-а-а, - заметно расслабляется подруга. - Ты передал сообщение соседке? - последнее слово звучит так, будто Лерка его едва заставляет себя произнести.

- Ага, - небрежно отзываюсь. Открываю холодильник. Несколько секунд оцениваю его содержимое. Пусто... масло, несколько яиц...

- Тебя сегодня ждать? - звучит со скромной надеждой.

- Нет, малыш, - отрезаю холодно. - Мне нужно к лабораторной готовиться.

- О-о-о, - заминается Лера с лёгким укором. - Я тебе мешаю?..

- Лер, ты отвлекать будешь, - признаюсь честно. Включаю плиту, ставлю сковороду.

- Окей, - досадливо кидает подруга. - Не буду отвлекать, - сбрасывает звонок.

Откладываю телефон и погружаюсь в приготовление яичницы.

***

Уже ближе к вечеру, собираюсь на гонки. Вроде как нормально время провожу: материал повторил, к лабораторной готов, а теперь необходимо встряхнуться.

По дороге заправляюсь, а на заезд успеваю точно к сроку.

На улице народу на таких гонках собирается немного, ведь самое интересное происходит за пределами видимости, но организаторы нашли, как исправить данное упущение. Помимо регистраторов в машинах, ещё и операторы должны быть. Каждому участнику по 'багажу'. Они снимают, и кадры поступают в прямой эфир. Все мобильные, поэтому болеют на местах... кто, где находится. Хотя зевак, кто любит встретить победителей, тоже хватает.

Паркую авто возле площади, в толпе, рядом с другими тачками.

Иду подать заявку на участие, по дороге приветствуяя всех знакомых, кто здоровается.

- Здоров, всем, - киваю, только оказываюсь лицом к лицу организатором гонок и по совместительству букмекером, Шульцом. Проныра ещё тот. Чуть за тридцать, смуглый, худощавый с колючим и въедливым взглядом и самодовольной ухмылкой.

- Здорово, Вёрст, - кидает мужик. Здороваемся руками, плечами. - Решил погонять? Или поглядеть?

- Мгм, - киваю коротко. - Что предложишь?

- Пару вариантов для тебя есть: Кедр, Светофор, Инигма. Или Шумахер, Питер, Армагедон... В остальные тебя не поставлю - нет резона.

- Ставки? - уточняю сухо.

Шульц криво ухмыляется:

- Шумахер рулит.

- Ни разу с ним не гонял. Впиши, - из кармана выуживаю 'рыжик' на взнос, скрученный трубочкой и через рукопожатие передаю: - Давай, братан! - иду к машине.

Перед гонкой проверяю авто. Открываю капот...

- Привет, красавчик, - сахарно звучит. Продолжаю ковыряться в бочках, движке, нет ли каких недочётов:

- Здоров, - даже не гляжу на хозяйку медового голоса. Примерно знаю кто. Любительница трахнуть очередного гонщика. Есть такой вид красоток 'гоночные-нимфоманки'. Причём их почему-то часто ассоциируют с грид-герлс, но это не так. Те девчата больше любят себя показать, да ощутить значимость, пока задом виляют и дают отмашку на старт.

- Участвуешь? - продолжает навязываться барышня.

- Мгм, - киваю, захлопнув капот и, вытирая руки, гляжу на куклу. Как и думал 'силиконовая долина': губастая, сисястая, задастая. Худенькая, длинноногая, но жутко не натуральная. Даже волосы и те, походу наращены. Слишком уже длинные, да густые.

А чем плоха для ублажения похоти?

Вот ничем... Мне же не сексом заниматься?! Трахом. Банальным, жёстким, молчаливым трахом. Так что плевать, какие прелести у неё сделаны, главное, что бы и верхние и нижние 'бантики' знали своё дело.

Бл***! Лгу сам себе! Как бы себя не убеждал, но с молодости очень разборчив. Не бросаюсь на первую попавшуюся, да и хр*** его знает, какой заразой может болеть. Уже собираюсь отшить, как замечаю чуть поодаль малышку. Скромную девушку с тёмными волосами и невинными глазами. Вот, прям как у Королька. Даже сердце пропускает удар.

- Её знаешь? - киваю на девушку.

- Ага, - расплывается в хищной улыбке кукла. - Моя сестра.

- Да ты что? - вскидываю удивлённо брови. - Вы так похожи, что нет слов.

- Могу заезд на троих устроить, - помигивает 'силиконовая долина'.

- Когда выиграю, покатаю, а ты пока резинки купи.

- Всё есть, - улыбается победно кукла. - Мы будем болеть за тебя, красавчик, - хищно прогуливается по моему телу ладонями и, задержавшись на заду, сжимает ягодицы: - Очень люблю с ветерком...

- С ветерком, долго... - соглашаюсь ровно, рассматривая более внимательно вторую девушку. Я даже уже хорошо могу представить её под собой: свои руки на ней, её губы на мне. Мне это нравится и даже очень - тело немного реагирует на игру.

- Любимый вид гонок, - щекочет дыханием девушка. Прикусывает ухо.

- Не переусердствуй, - отстраняюсь. - Мне пора. Не хочу со стойком гонять.

Девушка удовлетворённо кивает, но напоследок ещё потереться о мою коленку успевает, принимая реплику на свой счёт:

- Конечно, - опять подмигивает и, облизнув большие губы, шагает к сестре, покачивая довольно крутым задом, едва прикрытым шортиками.

Презиков нужно, кровь из носу. А то хр***, знает, кому давала и чем больна! Вот почему редко других трахаю. Предпочитаю Лерку. Я в ней уверен... Да, измены случаются, ничего не могу поделать с потребностями тела, не всегда хочется нежности и чувств, игр, ласк. А для грубого траха, такая как Лерка не годится. Я её слишком уважаю для этого.

Убеждаюсь, девчата знакомы. Кукла с улыбкой болтает с девушкой, и когда та косится на меня, читаю во взгляде, она не против.

Сажусь в авто, подгоняю к площадке, с которой будем стартовать и на которой всего две полосы, но это нестрашно. Город большей степенью уже свободный, время ночное, для гонок - самое то. Заторов и пробок не будет.

Итак, маршрут приходит по 'телу'. Открываю навигатор. Секунду изучаю, что как, куда: площадь - съезд на кольцевую - кольцо - съезд, разворот - опять кольцо - площадь.

Барабаню по рулю пальцами, ведь адреналин уже начинает бурлить.

- Привет, - в машину на второе сидение юркает Джимбо - смешной, полноватый парень. В очках, с постоянным румянцем. Нормальный, весёлый, не обидчивый и что удивительно, совсем не забитый. Отличный оператор и монтажёр. Если не изменяет память, он на режиссёрском курсе.

- Здоров, - тоже вспоминаю о камере и проверяю регистратор.

- Давай, я сам, - Джимбо берёт работу в умелые руки. Подсоединяет проводки, их совмещает с одним из телефонов. Как только картинка, что на регистраторе, оказывается на экране, откладывает 'тело', и начинает колдовать над своей аппаратурой. - Я готов, - кивает с улыбкой.

- Круто! - нисколько не кривлю душой.

Показывая, что упакован и готов - 'фи-фикаю' габаритами скромной 'Mitsubishi Lancer Evolution IX'. Была мыслишка заменить на 'десятку', но уж слишком прикипел к этой малышке. Она гораздо ближе к настоящему болиду для кольцевых гонок, чем просто к гражданскому авто. Хороша в умелых руках, но как все красотки, знающие себе цену, не прощает грубых ошибок.

Другие участники тоже сигналят.

Шумахер, он же Родион Шувалов.ю на 'Audi RS4' - настоящий 'волк в овечьей шкуре'. Под капотом уже ревёт мотор в 420 лошадей. Питер, Алексей Полютов - на 'Mazdе RX-8'. Автомобиль совсем не для зимы, зато летом - самое оно. У Армагедона, Армена Гаритесяна, 'Toyota Supra' 1996 года выпуска. Пусть неновая японка, но по прежнему может задать жару всем конкурентам, а уже если вложить в неё энное количество денег, то можно потягаться и с более крутыми спорткарами. Как понимаю, парень это и сделал.

На дорогу выходит спортивная грид-гёрлз в едва заметных ультросалатовых трусиках и топике, который словно рвали на части, из которого вот-вот выпадут все прелести. На высоченных каблуках, с флажком в руках.

Грид-гёрлз принимает стандартную позу - ноги чуть шире в сторону, флаг максимально вверх. Машины довольным гудением моторов, подтверждают, что ждут. Девушка с обольстительной улыбкой прокручивается в танце, качая задом: толпа затаивается, я задерживаю дыхание, руль сжимаю до скрипа. Когда грид-гёрлз оказывается опять к нам лицом, резко садится, давая отмашку на старт.

Газую - авто срывается с места...

Город минуем быстро. Успеваю обойти своего первого, так как стартовал за ним и уверенно держусь за Шумахером. Су***! Опять что-то намудрил с машиной, поэтому выписывает такие зиг-заги, играя в шахматы с простыми водителями, что начинаю сомневаться в своих силах.

Следую за ним, но и других из вида не выпускаю, они тоже дышат в задний бампер.

Подрезаю очередному чайнику - скоро съезд! Шувалов с другой полосы виляет передо мной - тоже готовится! Уходит в сторону, я следом, за мной двое оставшихся, которые чуть-чуть не столкнулись от дикой жажды первее оказаться на съездной дороге.

Мой оператор, словно заправский комментатор, озвучивает каждое действие, поворот, маневр. Подбадривает, подсказывает.

А он - молодец! Если выиграю - выигрышем поделюсь!

Кольцевую минуем очень быстро, ведь такого количества пустующих полос хватает про запас. Съезжаем на отворотку до пр. Культуры, но в город не выезжаем, прокручиваемся по спирали и возвращаемся на кольцевую, только уже в обратном направлении.

Начинаю прижимать Родиона - парень явно нервничает, вернее борзеет - коротко виляет, не позволяя его обойти. Да я и не спешу пока, так, проверяю на бдительность! Но уже на съезде обратно к Энгельсу, делаю маневр, типа собираюсь проскочить по малой дуге - Шумахер реагирует молниеносно - при входе, жмёт на газ. Машина жутко рычит, зад заносит, но парень умелый водила, поэтому справляется со 'зверем' и поворотом.

Уже видна прямая до отворотки финиша, теперь нельзя отступать. Это уже город! Жму на педаль до упора и почти касаюсь заднего бампера Шумахера.

Взгляда с дороги не убираю, ведь там вижу одинокую машину, которая, как назло, едет посередине, где и мы. Всего три полосы. А мы все по центру...

Жду до последнего. Не делаю резких движений. Не хочу, чтобы маневр предугадал Шумахер. Жду... жду... Руль скрипит под пальцами. Сердце грохочет, заглушая звуки. Я скорость... Я движение... Сделаю это...

Только Родион уходит в сторону, избегая аварии, виляю в другую. Топлю педаль - тачка тоже возмущённо гудит, но слушается - умудряюсь лучше Шувалова пройти дистанцию и поэтому теперь еду с ним почти капот к капоту, ноздря к ноздре.

Парень злобно скалится, точно зверь. Глаза дико вытаращены. Бросает на меня бесноватые взгляды и негодующе плюётся.

- Да Шумахер кровью ссыт! - с хохотком комментирует мой оператор. Не сдерживаю улыбки. Мне на руку такое поведение соперника, значит, есть вероятность ошибки.

Сперник не выдерживает напряжения и начинает прижимать, будто собирается столкнуться. Ловко ухожу от домогательства и делаю ответный посыл. Шум...хер пасует, и только кривит рот сильнее.

Опять виляет ко мне, всё ещё глупо надеясь, что струхну , но я не из пугливых. Делаю ответный ход. Вот и мчимся - реверси, придерживаясь центра дороги.

- Обнимашки-прижимашки, - летит смешливая реплика Джимбо. - Шумахер нами озабочен, - присвистывает значимо. - Как думаешь, ему фасад нравится, или кто-то из нас?

- Онанист, - бросаю спокойно, - любит себя сам.

Шувалов так увлечён новой игрой, что не сразу реагирует на помеху, к которой приближаемся с бешеной скоростью. На дороге авария ближе к моему краю.

Машины стоят поодаль друг от друга, мигая аварийками. ДПС ещё нет, значит, столкновение случилось не так давно, нам это на руку - успеем проскочить. Вот только как? Родиону достаётся более выгодная с точки зрения удобства и маневренности сторона, а мне узкая, но зато ближайшая к отворотке финиша.

Шумахер тоже об этом думает. Опять косится на меня, в глазах плещется зла радость. Идёт по выгодной полосе, и не позволяет себя сместить глубже, чтобы не дай бог, не попытался юркнуть рядом.

Терпит до последнего, и в тот момент, когда уже почти сбивает знак аварийки, чуть сбросив скорость, виляет в сторону, минуя затор.

Доля секунду... всего доля, которую успел выиграть с последнего виража, трачу на решение.

- У-у-у-у, - писклявеет голос моего оператора, парень с ногами на сидение взбирается. - Бл***! Су***! Жить... жить хочу!

Уверенно ухожу в другую сторону, по узкой дороге, но не позволяя скинуть скорость. Коротко летит скрежет металла о металл - одну из тачек цепляю, а напоследок ещё и боковое зеркало клацает и обвисает вдоль дверцы. Плевать, главное, бардюр колесом не зацепить - это страшнее, а на такой скорости - смертельней.

- Бля-я-я-я, - выдыхает Джимбо и такими круглыми глазами на меня смотрит, что ржу:

- Портки смени!

- Пз***' Да ты... добланный... чокнутый гений! - взвывает с восторгом, его счастье и мне передаётся.

Да! Я сделал это! Во мне клокочет радость. Аж потряхивает от переизбытка адреналина. А голове гул, пульсация. Ни хр*** не соображаю. Жму педаль до упора, не позволяя Шумахеру вырваться вперёд.

Мчусь, уж предвкушая победу, ведь теперь оказываюсь в более выгодном положении, короткая отворотка до площади с моей стороны - я ближе! Шувалов виляет в центр, приближаясь ко мне, но каждый его вилок - потеря времени и преимущества в метраже. Он это понимает' Я понимаю! Мои полкорпуса впереди.

Он уже всё оценить успевает... И теперь злобно плюётся, закидывая гневными обещаниями, искупать меня в крови.

Суч*** потрах, которого ещё никто не ставил на место. Приятна мысль, что могу его заткнуть. Уже вижу поворот. Огни площади, ожидающих машин, телефонов зевак, сигарет... толпу, ожидающую нас.

- Нет-нет-не-е-е-ет, - опять паникует мой оператор. На повороте сильно виляю с заносом, чтобы сбить темп Шум...хера, который глупо надеется подрезать. Я его тоже успеваю просчитать за гонку - парень трясётся за тачку, не сможет воткнуться мне в бочину - сыкло не доросло.

Сворачиваю, газую и торможу с визгом колёс, да так, что машину резко разворачивает и чуть сносит к бордюру.

Стоп!

- Да! - кричу под воздействием адреналина, сжимая руль до скрипа. - Да! - ударяю ладонями по баранке! Меня переполняют эмоции. Злые, Довольные, яркие под стать экстазу.

Джимбо аж на пол съезжает:

- Я так никогда ещё не ссал... Бл***, не могу выйти...

Чуть отдышавшись, хлопаю оператора по плечу:

- Ты реально крут, парень, с меня причитается!

Джимбо поднимает полные ужаса и одновременно восхищения глаза:

- Да это я тебе должен! Никогда ничего подобного не снимал!

- Круто, мы - отличный тандем! - киваю благодарно.

Дверцу с моей стороны распихивает кукла:

- Звезда! - визжит приторно сладко. Тянет за руку наружу, и я поддаюсь. Меня тоже потряхивает, возбуждение ещё клокочет.

- Приз, приз! - визжит от счастья Джимбо, несмотря на свою комплектацию, перекатывается через капот машины и бросается с объятиями.

- Остынь, - скупо улыбаюсь, отстраняясь от парня. Меня уже окружают беснующаяся толпа. Хлопают по плечам, спине, поздравляют, девчата со всех сторон лезут с поцелуями.

- Поздравляю, - выплёвывает Шум...хер. - Но это чистой воды - везение. Ты бы меня ни за что не обогнал на своей развалюхе, если бы не эта авария.

Урод! Даже не может признать, что кто-то лучше него. Насколько наслышан, этот заносчивый козёл, когда побеждает, всегда злорадствует и отпускает неуместные реплики, принижает остальных. Знаю, что он ещё тот кретин. То ли сын, то ли брат... то ли бандита, то ли кого-то из богатеев или депутатов.

В общем, наглый, дерзкий ублюдок, который прикрывается громкими именами и чужими карманами.

Меня с обеих сторон облепляют девчата, они ждут, что им уделю внимание, но меня накрывает злостью:

- Шум... хер, иди, грызи резину своей малышки, это единственное, что тебе сегодня светит.

- Ага, - кивает едко Шувалов, хищно скалясь. - Но я уже знаю, кем сегодня займусь. Пока ты с резиной будешь доступных драть, - кивает на 'силиконовую долину', - я, пожалуй, твою брюнетку навещу и в багажник ставлю...

С размаху вбиваю наглость в глотку - меня не надо провоцировать! Хруст, визг, крики. Толпа суетится, а Шум...хер, как стоит, так и валится на асфальт с окровавленной по самое не хочу харей.

Уже заношу ногу, чтобы добить гандона, но на меня с обеих сторон налетают мужики. Хватают под руки и утаскивают прочь.

- Пз***, ты чего, Вёрст? - цедит сквозь зубы 'Геракл'. - Бл***, знаешь же что он мудила. На кой х*** с ним связываешься?

Скриплю зубами, сжимаю кулаки:

- Су*** зарвался, - чеканю, тяжело дыша.

- Остынь, - осаживает меня Геракл, насильно удерживая на месте. - Ты победил, так и радуйся! Загребай приз и вали домой!

- Хотел... - бурчу под нос.

- Шум пусть подавится от злобы. Не опускайся до его уровня.

- Мгм, - киваю, шмыгнув носом. Меня уже заметно отпускает. Толпа ещё суетится:

- Скорую! Вызовите скорую...

- Я гляну. Я на медицинском...

- Глянь... Ну что?

- В отключке...

Картинку перекрывает Шульц. Совсем не по-братски обнимает за шею:

- Ты что натворил? - шепчет гневно, едва не плюясь слюной. - Ты хоть знаешь, кто его родня? - всучивает в руку связку наличных: - За вычетом штрафа за инцидент, ведь мне теперь придётся твой зад прикрывать! А теперь кукол загребай и вали отсюда!

- Угу, - киваю в пол.

- Вёрст, - уже было ухожу, Шульц останавливает, придержав за плечо: - Не горячись понапрасну. Его родственники тебя прижмут, найди с ним консенсус. А пока напряжение сними, а то дикий какой-то стал. - Головой мотает: - Соски уже в тачке сидят...

Не успевает договорить, как улицу наполняет звук приближающихся сирен. Не сговариваясь, бросаемся в рассыпную.

В несколько шагов оказываюсь возле своей машины, прокатываюсь по капоту. Распахиваю дверцу, плюхаюсь на сидение. Срываюсь с места одновременно с хлопком дверцы. Визг колёс - разворачиваюсь...

Успеваю отъехать на достаточное расстояние, чтобы быть уверенным, уже не повяжут.

Посматриваю в зеркало заднего вида - несколько патрульных машин останавливаются на площади, а другая вереница, едет дальше.

- К тебе? - бросаю девице, что на переднем сидении. Она явно адреналиновая нимфоманка. Уже вся изводится, сидит точно на иголках. Ерзает, себя руками облапывает.

- У нас брат дома, - криво усмехается, прикусив губу, а её рука касается моего плеча. Скользит вниз по моей, которой держу рычаг коробки передач. Обхватывает ладонь, сжимает, томно дыша. Пальчиком царапает дорожку вверх, перескакивает на бедро, останавливается на пахе и фривольно сжимает моё хозяйство:

- Даже так? - криво усмехаюсь, хотя меня лихорадит от всех приключений. Вжикает молния джинсов, остро ощущаю прикосновение к плоти: - Брат, это хорошо, - отрезаю хмуро, сворачиваю на перекрёстке и направляю машину к дому, где присматриваю за квартирой друга.

## Глава 25


Ира

- Так, - Николай Романович, препод по физре, оглядывает строй студентов второго курса нескольких специальностей, - через полтора месяца будут проходить межвузовские соревнования по игровым дисциплинам. - В зале повис недовольный гул. - Ясное дело, - игноря реакцию студентов, продолжает физрук, - что нам далеко до педагогического университета и профессиональных спортсменов, но мы должны побороться и доказать, что тоже сильные, быстрые, смелые. Баскетбол, мини-футбол, большой и малый теннис, волейбол. Те, кто будет принимать участие в этом беспределе, получит 'отлично' и, конечно же, освобождение на оставшиеся уроки, но с обязательной явкой на тренировки. - По залу летит досадливый гул. - В командах будут студенты с первого до пятого курса включительно, поэтому если у вас есть желание и навыки - буду рад видеть в сборной команде Университета. Ерёмкина, я даже не пойму, если откажешься. Впрочем, как и Салютин Игорь.

Облегчённо вздыхаю. Я новенькая, Николай Романович ещё не в курсе, что неплохо управляюсь волейбольным мячом, хотя... если заглядывал в личное дело... Там в портфолио много грамот.

Затаиваюсь и жду.

- Желающих больше нет? - прогуливается взглядом по всему строю. Студенты вытягиваются точно столбы, вколоченные в землю.

- Эх вы, - досадует физрук, - а как же честь Университета?

- Николай Романович, как можно защищать одну честь, позоря свою? - чешет затылок Генка Мордвин. Милый сокурсник, который ко мне уже подкатывал с предложением о свидании. Как понимаю, он у девчат пользуется спросом. Оболтус, но с хорошо подвешенным языком и довольно неплохими знаниями.

- Учиться надо, для этого и есть такой предмет, как физкультура, - без укора понукает Николай Романович.

- Мы умные, - выдаёт высокомерно староста.

- Это не значит, что в спорте должны быть профанами. Спор не может быть лишним! Для общего развития... - затягивает нудные рассуждение Николай Романович.

Пара проходи довольно быстро, если учесть, что погода стоит хорошая и физрук выгоняет нас на улицу, на спортплощадку. Бегаем, прыгаем, готовясь к нормативам.

- У тебя сильный прыжок, - задумчиво подмечает Николай Романович, - когда единственная из потока выполняю с лёгкостью норматив по высоте и дальности. - Молодец! - довольный блеск в глазах физрука напрягает.

На меня с подозрением и нескрываемым сочувствием уставляются все, кто становится свидетелем инцидента.

Что ж, глупой не была, меня дважды не надо подлавливать на умениях, быстро соображаю, что если и впредь буду выделяться из массы, Николай Романович в оборот возьмёт, а этого, совершенно не хочется.

Поэтому оставшиеся дисциплины сдаю не хуже, не лучше курса. Вспыхнувшая было надежда в глазах физрука быстро растворяется.

***

- Это правда? - с таким размытым вопросом Генка плюхается на подоконник напротив кабинета, где должна пройти последняя пара. Стою, прислонившись к стене возле окна, и без особого энтузиазма рассматриваю новости в соцсетях.

- Что? - настораживаюсь, поправив рюкзак, болтающийся на плече.

- Ты 'Bird'? - кивает парень.

Становится жутко не по себе. Нет, я, конечно, вела блог для того, чтобы стать знаменитой, ну или хотя бы, чтобы иметь нечто значимое для некоторого круга людей, но никак не ожидала, что вот так, прямо в Универе, кто-то меня узнает. Да к тому же давненько ничего для эфира не делала. После неудачного трюка с Лианг Джи снимать совершенно перехотелось, тем более что-то творить на камеру для эфира. Да и как узнал? Я ведь на видосах старалась лица не показывать... Опасные съёмки, множественные нарушения ПДД. Чтобы правоохранители не могли докопаться. Большую часть видео - скрывала лицо либо маской, либо капюшоном.

Оглядываюсь, ведь складывается впечатление, что на нас смотрит много народу. Когда убеждаюсь, что так и есть - полгруппы точно не сводит с нас глаз, мрачнею.

- Не понимаю о чём ты, - ухожу от ответа.

- Я поспорил с одногруппниками, что это ты. Всё сходится. Ты была в Канаде, в Китае, а самые яркие видео этой блоггерши именно оттуда!.. Такая же худенькая...

- Может, лучше о биологии или о химии поговорим? - предпринимаю очередную попытку увильнуть от обличения. - Я у вас новенькая, мне бы конспекты списать...

- Замётано, но только если, ответишь, - протягивает руку парень, а в глазах столько надежды читается, что не удерживаюсь. Коротко киваю, мол, иди сюда, секрет расскажу. Интригующе прикладываю ладонь ко рту. Генка с ожиданием наклоняется, желая услышать вожделенное 'да', что чуть не падает, когда шепчу:

- Нет. Даже не поняла, о ком ты...

- Чёрт! - в сердцах ругается парень и спрыгивает с подоконника. Побитым псом смотрит на меня, тяжко вздыхает. Делает пару шагов, опять косится явно желая, что-то уточнить, но так и не решившись, идёт к своим. Толпа встречает его гоготом и шутливыми подзатыльниками. Парень виновато опускает голову, но продолжая обещание с приятелями, нет-нет, да и поглядывает на меня.

***

Опять иду в крытый ангар. Тут менее людно, но как ни пытаюсь хорониться людей, всё равно часто собираются поглазеть, как тренируюсь.

Приятной неожиданностью становится встреча с Франкенштейном. Оказывается, парень здесь инструктором-админом работает. До этого его смены не совпадали с моими посещениями, но сегодня...

Тихо радуюсь:

- Франкшт, ты, что ли? - он не сильно изменился. Пожалуй, лишь вытянулся ещё больше, а вот мяса так и не нарастил. На башке - дреды, в брови - пирсинг, в ушах - туннели. Всё такой же мрачный, немногословный бука.

- Угу, - кивает отстранённо парень, даже не глядя на меня. Да и что смотреть?! Я нижнюю часть лица прикрыла модным шарфом с черепком, чтобы меньше мелькать.

Приятель принимает членскую карту, проверяет по базе, возвращает.

Немного расстраиваюсь, друг всегда был странным, но, видимо, со временем, это обострилось!

Отворачиваюсь, иду к сидениям, где оставляю сумку. Немного разминаюсь, встаю на доску и начинаю раскачиваться. С лёгких до крутых проездов, от простеньких, до трудных.

Делаю несколько прокатов для разгона, выполняю последовательно пару сложных элементов. Подлетаю - переворот доски. Приземляюсь, ещё проезд. На высшей точке замираю в стойке вверх тормашками на руке:

- Королёк, это... ты? - только сейчас замечаю друга.

Едва удерживаю координацию. Гашу приземление, останавливаюсь. Подхватываю доску, но остаюсь внизу чаши.

Франкенштейн замирает наверху. Задумчиво щурится.

- А-а-а, - киваю с деланной обидой. - Узнал всё же. А я уж думала, забыл.

- Такую как ты трудно забыть, - одаривает скупой улыбкой парень. - Когда вернулась? - неспешно идёт вдоль кромки котла для катания, где я последнее время себя учащённо мучаю.

Невольно замечаю зевак. Наш разговор слышит слишком много народу. Иду в параллель с приятелем:

- Да, почти месяц назад, - с разбегу взбираюсь наверх и оказываюсь лицом к лицу с Франкенштейном.

- Вернулась или проездом? - уточняет колко парень.

- Как получится, но надеюсь вернулась, - опускаю на шею повязку и улыбаюсь открыто. - Я рада тебя видеть, - не кривлю душой.

- Да неужели? Ещё скажи, скучала, я, вообще, расплачусь от умиления, - складывает руки на груди друг.

- Не дождёшься, - по-приятельски ударяю в плечо.

Несколько секунд смотрим друг на друга, а потом оказываюсь в его объятиях. Нежных, но уверенных. Утыкаюсь носом в грудь.

- Прости, - шепчу, и мы оба понимаем, за что. Я игнорировала все сообщения, а когда узнала, что у Витьки умерла мать, а она была единственным родственником парня, даже слов сожаления не написала. Собственные страхи и детские обиды сделали из меня гадину. Нет мне прощения, но так хочется...

- Значит, - отстраняет Франкенштейн, - это о тебе судачат в кулуарах?

- Не знаю, - смущённо веду плечом и шагом намекаю, что лучше отойти в сторону. - Я сплетни не слушаю, - выуживаю полотенце из своей сумки. Промакиваю лоб.

- И я не любитель, - в тон парирует парень, - но когда щебечут, что у нас заезжая 'Птичка' объявилась, хочешь не хочешь, среагируешь.

- Тшш, - шикаю, испуганно поглядывая по сторонам. - Не надо меня с ней путать.

- Я не путаю... - криво ухмыляется друг. - Хмуро оглядываюсь, не подслушивает ли кто наш разговор, а Франкшт продолжает: - Да, только когда несколько лет назад увидел первый твой видос, уже догадался, кто под маской.

- Правда? - искренне изумилась, даже на душе теплеет. Не знаю, почему, но прям хорошеет.

- Я твою технику катания выучил до мельчайших подробностей, ты даже косячишь всё так же. И мне не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы точно определить, что 'Bird' - это ты!

- Ладно-ладно, - одёргиваю шепотом друга. - Не будем об этом. Мне её известность не нужна.

- Тогда зачем выкладывала?

- Раньше хотела. Да и не думала, что кто-то прямую до меня проведёт. Шанс был микроскопическим, что кто-то из наших... узнает.

- Как оказалось, умеют, ценят... - сухо подытоживает Витька.

- Не выдавай меня, - прошу мягко.

- Могла бы и не просить, - подмигивает друг. - Так ты приехала жить, учиться или в СВМА поучаствовать?

- Это что? - озадачиваюсь, хотя название, точнее, аббревиатура, уже где-то мелькала.

- Большие соревнования экстремалов. Четыре главные дисциплины: скейт, вело-, мото-, автогонки.

- Нет, даже не думала, - встряхиваю головой. - У меня учёба на уме, да и экзамены на носу. Тренируюсь так, чтобы не закисать, ну и тело, чтобы не забывало... Это интересно? Денежно? - сама себя удивляю, но уточняю.

- Когда это тебя материальное волновало? - озадачивается с кривой ухмылкой Франкенштейн.

- Как повзрослела, - улыбаюсь в пол. - Игрушки стали более дорогими, а желание сидеть на родительской шее - поубавилось.

- Понятно, - кивает друг. - Да, они очень денежные, но и очень сложно и опасно. Попасть нелегко. Плюс вступительные, да и...

- Хм, - задумываюсь на миг. - Хорошо, что сказал, буду знать. Если что-то меня заинтересует, как тебя найти?

- В соцсетях! - разводит руками Франк. - В отличие от некоторых, я никуда не девался...

- Ок, - похлопываю по плечу Витьку, как бы невзначай касаюсь лбом и отступаю:

- Пойду, ещё покатаюсь. А то времени в обрез. Была рада увидеться. Если что... я на связи. Мой телефон у вас в базе.

- И тебе, - кивает Франкшт. - Я тоже пойду, работать надо.

Ещё с час изнуряю себя по полной, а потом с приятным томлением и болью в мышцах, возвращаюсь домой.

## Глава 26


Игнат

Тренировка должна была успокоить, особенно после двух бурных дней откровенного ебс***а. Надеялся, что хоть нагрузка отвлечёт от неуправляемых, совершенно ненужных мыслей о Корольке. Лерке о своих демонах не скажешь - сразу же прицепится с расспросами и ревнивыми замечаниями. Да и последнее время подруга изменилась. У нас была отличная договорённость - секс - ничего более. И меня и её это устраивало. По крайней мере, был уверен, что Лера ни как другие, кто глупо надеется завоевать моё сердце. Она реалистка!

- Привет, малыш, - улыбаюсь, только открывается дверь квартиры Ионовой. У меня есть ключи, но до сих пор не считаю себя вправе входить в жильё подруги, если она дома. Это всё же её квартира... А вдруг Лерка с другим...

- А, - холодно приветствует Ионова. - Явился? - протягивает без особой радости.

- Ты не одна? - озадачиваюсь такому приёму. - Помешал?

- Нет, - продолжает держать на пороге Лерка, - со мной мои подруги: безнадега, скука, одиночество.

- А как же Фредди? - пытаюсь разрядить обстановку шуткой.

- Он в шоке от того, что мы творили. Пришлось закрыть в кладовке. А если бы ты не явился - вообще, выкинула... С балкона... На проезжую часть!

- Всё так плохо? - подозрительно щурюсь. - Ненормальные подруги тебе мозги промыли?

- Шутишь? - теперь прищуривается Лерка.

- Если обижена, злишься и не хочешь видеть, могу... - киваю неопределённо. Ещё чего, стать свидетелем истерики подруги! Только этого для полного счастья не хватает?!

Взгляд Ионовой становится колючим:

- А я не неволю!..

- Слушай, - порядком устаю от перепалки. - У тебя ПМС, месячные? Если да, я пойду, - даже успеваю спуститься на пару ступеней ниже, как Лерка гневно выдыхает:

- Ты невозможен! - шипит в спину. Застываю, потому что реально не привык к такому приёму от подруги. - Явился на день позже, - пышет гневом Ионова, - и ещё делаешь вид, что всё нормально?!

Вот прям сразу обрушивается вселенская загадка: с чего подруга беленится? В чём накосячил? Нет, свои "заслуги" знаю, но хотелось бы конкретики! И... 'на день позже чего'? Просто ревнует? В чём проблема?! Ведь мы свободные!

Оглядываюсь:

- Так я, правда, не понимаю, в чём провинился?

- Селивёрстов, - чеканит холодно Лерка. - Ты козлина пустоголовая. Я... я... - частит возмущённо. - Так ждала, а ты... ты... - обречённо машет руками. - Ты правда забыл? - сверлит укоризненным взглядом голубых глаз.

- Забыл что ? - жуть как устаю от игры 'отгадайка'.

Лера несколько секунд прожигает во мне дыры:

- Вчера была годовщина... наша годовщина!

Вот теперь будто обухом по башке:

- Бл***! - закрываю глаза. Ведь совсем недавно Ионова напоминала, что у нас праздник. Что она хотела сюрприз сделать. Виноват. Реально накосячил: - Малыш, прости, - встряхиваю головой, признавая, что неправ. - Правда, забыл. Вылетело...

- А телефон проверить на наличие пропущенных звонков?

Знаю, тупой... простукиваю себя, чтобы обнаружить 'тело', которое и правда давно молчит. Нахожу во внутреннем кармане куртки. Выключен! Пока загружаю, бросаю виноватые взгляды на подругу и даже плечами пожимаю - сейчас-сейчас, всё проверю. Ионова негодующе мотает головой. В ответ желаю жалостливое лицо - прости, понимаю искреннее негодование. Только экран загорается, бегло просматриваю. О-па-на. Более тридцати от Лерки. Чуть меньше от Артёмыча - и то за последние несколько часов. От Ромки - аналогично. И неизвестного абонента. Пара от мамы. Проверяю громкость. Бл***, ещё и беззвучка. Забыл, что отрубил звук на тот случай, если бы мешал... И ведь помешал бы!..

- Малыш, прости. Готовился к экзаменам, - разрываюсь между перезвонить друзьям или продолжать строить из себя невинность перед Ионовой.

- Уж наслышана, - кивает с таким видом, что становится не по себе. - Заходил какой-то верзила, - Ионова складывает руки на груди. - Тебя искал. Сказал, чтобы ты его нашёл по поводу какого-то... - заминается явно вспоминая. - Шумахера.

Сжимаю кулаки. Бл***! Не думал, что до Лерки доберутся. Не успеваю что-либо озвучить - пиликает мой телефон. "Тёмыч"

- Сек, - кидаю подруге и отворачиваюсь: - Да, - в трубку.

- Тебя ищут, - без предисловий чеканит братан.

- По поводу?

- Хера...

- И?

- Тебя хотят...

- Понял. Разберусь, но не сегодня, - это уже роняю с кислым лицом. - У нас с Лерой вроде как годовщина.

- Да ты чё?! - хмыкает Зур. - Ты вроде неплохо отметил и без неё.

- Да пошёл ты, - без злобы посылаю.

- Ага, как раз собираюсь. Бывай. Если что - я на связи.

- Ок, - киваю и снова поворачиваюсь к подруге: - Он тебе угрожал? - уточняю ровно, вновь вырубая телефон. Не хочу, чтобы звонки мешали, а судя по количеству пропущенных, меня буду домогаться и дальше.

- А должен был? - щурится подруга. Молчу. - Ты же зубрил, кому мог помешать? - голос пропитан ядом.

- Лер, не кипятись. Больше дверь не открывай тем, кого не знаешь. Это опасно.

Взгляд Ионовой заметно смягчается, голубые глаза смотрят теперь с укором вкупе с испугом:

- Ты во что-то вляпался?

- Возможно, - веду подбородком. - Ладно, я пойду тогда, а ты...

- Что? - тотчас злится Лерка. - Вот так сдашься? Даже не попытаешься вину искупить?

Уже понятно, что есть шанс умаслить подругу.

- Я накосячил, - перебираю мягко. - Прости, виноват... Телефон...

- Это не оправдание, - бурчит под нос Ионова.

- Знаю, - опять поднимаюсь и останавливаюсь в полушаге от двери: - Хочешь, сегодня отпразднуем?

Лерка чуть мнётся, но уже через пару минут совсем оттаивает, даже улыбается:

- Ну не знаю... Смотря как.

- Вот как решишь, так и будет! - позволяю подруге ощутить себя важной для меня.

- А подарок? - вздёргивает хищно брови.

- Что пожелаешь, - принимаю игру.

- Расскажешь, что случилось?

- Посмотрим, как пойдёт, - криво усмехаюсь.

Лерка мнётся ещё недолго. Коротко шагает в сторону, пропуская в квартиру.

Захлопывает за нами дверь, обходит меня:

- Раз так, - скользит пальчиком по кожаной куртке к воротнику: - Пойдём гулять по магазинам! - Благоразумно молчу, хотя понимаю, что подруга издевается. Имеет право. - Выберу себе подарок, а тебя помучаю! Я просто обязана тебя проучить! - уже не скрывает своих карательных намерений.

- Не уверен, что выдержу такую экзекуцию, - невнятно соглашаюсь, понимая, если попытаюсь увильнуть - Лерка точно обидеться, да так, что одним походом по магазинам уже не отделаюсь. - Но постараюсь загладить вину.

Запечатлев на моих губах мстительный и предостерегающий поцелуй, Ионова спешит в комнату. Собирается на удивление быстро.

В самый огромный 'ТЦ' города прибываем уже ближе к вечеру. Мне нравится Лерка. Искренне хочу загладить вину, поэтому терпеливо хожу, куда ведёт, смотрю, куда и на что тыкает, с тупой ухмылкой слушаю поверхностную болтовню. Благо много не требуется - кивай, плати, улыбайся.

От нескольких часов прогулки устаю так, как ни разу не выматывался на тренировке. Бл***, лучше бы на велике погонял, машине, мотике или скейте! Но делать нечего, подруга желает покупок и мести - терплю!

В кафешке забиваюсь в дальний угол, мол, так удобнее, обстановка интимнее. Лера многообещающе улыбается, глазки строит. Вроде перекусить успеваем нормально и даже отдохнуть, но настроение изрядно портит Королёк. Своим неуместным появлением. Чуть зубами не скриплю. Тоже мне - мимолётное виденье... Она с Ксенией под ручку по нашему этажу прогулочным шагом двигается. У каждой по фирменному пакету из бутика дорого нижнего белья. Аж внутри "червяк" ворочаться предательски начинает. Нешуточный интерес - глянуть, что за кусок разврата купила... Еле прогоняю мерзкие картинки откровенных "симпатяшек", что могут неплохо смотреться на Ирке, ну и мне бы пришлись по душе... на ней.

И само собой, по "счастливой" случайности, Королёк заходит в кафе, уже было и столик занимает, но наткнувшись на мой пристальный взгляд, заметно бледнеет и поспешно ретируется, да и подругу с собой утаскивает.

Правильно, беги!.. Целее будешь!

Лерка тоже их замечает.

- Блин, она что специально? - зло шипит змеёй.

- Ты о чём? - деланно зеваю, словно ничего не вижу, и не слышу, да и вообще только просыпаюсь.

- Да выскочка! Твоя соседка, - выплёвывает негодование Лера. Кивает на выход, куда уже стремглав торопится Ирка с Ксенией.

- Аха, - не сдерживаю смешка. - Город такой маленький, что мы постоянно сталкиваемся.

- Она тебя преследует, - резюмирует холодно Ионова, в глазах опять плескается обида, недоверие и гнев.

- Малыш, что за бред? - бросаю снисходительно. - Не накручивай. Она ребятами не увлекается, - зачем такое говорю, не знаю, но хочется гадость сказануть. - Она по книгам, учебникам и пробиркам сохнет...

- О-о-о, - морщится Лерка. - Третья лабораторная крыса!

- Осторожно, малыш, - криво хмыкаю, - я ведь тоже тот ещё крыс!

- Ах-ах, - теперь хихикает Ионова. - Только вход в лабораторию забыл. Подсказать? - хитро блестят глаза подруги.

- Ты мне лучше подскажи путь в постель... А то ведь спать охота, - надоедает играть. - Того и глядишь в чужую упаду.

Лерка перестаёт смеяться, серьезнеет:

- Тебе от меня только секс нужен...

- Я этого не скрываю, а ещё ты мне нравишься.

- Угу, - кивает Ионова.

Ближе к ночи, точно осёл, нагруженный вьюками, тащу покупки в квартиру подруги. Лерка всю дорогу тарахтит, как счастлива, как отлично прогулялась, как сладко отомстила...

А что добивает, уже на подходе к дому, останавливается возле прямоугольной коробки, что на крыльце ютится близь двери в подвал. Склоняется:

- Боже... какой хорошенький, - протягивает нежно и выуживает мелкого тощего котёнка. Поднимает на уровень лица, чуть крутит: - Вёрст, ну скажи, что он миленький... На тебя похож.

- Лер, - запинаюсь, - бл***, мне нечего сказать. Я... тощий, облезлый...

- Дурак, ты, Селивёрстов. У него глаза серые, как у тебя. Давай, возьмём, а?

Не люблю живность. У нас и дома никого нет. Как-то в детстве были и кошки и собаки, но... после их смерти больше никого не хотел. Слишком переживал, ведь терять тех, к кому прикипаешь - жутко больно.

- Хре*** мысль, - резюмирую сухо.

- Игнат, - умоляя, хлопает глазами Лера. - Прошу...

Обещал сегодня праздник... Назвался груздем - полезай в кузов!

Молча киваю:

- Только не надейся, что я с ним буду играть или что-то убирать за ним. А ещё, не дай бог, какую-то мою вещь испортит!

- Он будет паинькой, - мурчит Лерка и одаривает меня жгучим поцелуем.

- Это твой новый дом, - тянет ласково Ионова, только оказываемся в квартире. Присаживается и котёнка опускает на пол: - Ну же, смелее, - лёгким шлепком побуждает шагнуть.

- Бл***, ты ему ещё зад вылижи, типа мамка, - давлюсь сарказмом, не выдержав душещипательной картины. - И вообще, я кушать хочу! - заявляю мрачно, не в силах наблюдать сюсюканье. Я бы пендаль для ускорения прописал.

- Игнат, мы же только из кафе! - недоумевает Лерка.

- И? - не понимаю к чему клонит.

- Хорошо, - шумно вздыхает подруга и тотчас умилительно: - ой, Вёрст пописал!

Бросаю удивлённый взгляд на свои ноги:

- Да нет вроде, - резюмирую сухо. - Ещё года в три научился справлять нужду, куда положено.

- Да я не о тебе, - отступает Ионова, открывая обзор на тощего уродца, который с брезгливым видом отходит от лужи, чуть ножкой встряхивая.

- Ты, - запинаюсь, - назвала "это", - коротко головой указываю на сыкуна, - Вёрст?

- Угу, - довольный кивок.

- Мне это совершенно не льстит, если не поняла, - добавляю строго. - И с какого перепугу решила, что это кот?

- Он такой милый... не может быть девочкой, - хмурится Лерка.

- Убийственная логика, - соглашаюсь колко.

- Ладно, иди вещи в комнату клади, - благоразумно уходит от назревающего скандала Ионова, - а я придумаю поддончик вместо туалета для котёнка. Ну и тебе покушать.

- Лучше в другом порядке, - бурчу, перешагивая лужу и ступая в комнату. - Я главный нарцисс, и не желаю, чтобы внимание, которое привык получать, доставалось другому. Бл***, Вёрст... - чертыхаюсь, сгружая пакеты возле шкафа.

Когда возвращаюсь в коридор, следов тощего уже не видно - Лерка прибрала. Снимаю куртку, мою руки, иду на кухню, где Ионова готовит ужин. Сажусь - подруга так передо мной пишется, что хмыкаю:

- Ты решила меня на трахательную диету посадить?

- Почему? - невинно хлопает глазами, явно понимая, о чём говорю.

- Да я еду просил, а ты... эротическую прелюдию устраиваешь. Горишь?.. - а вот это уже льстит. Даже руки чешутся проверить догадку.

Лерка поворачивается, подпирая задницей разделочный столик возле плиты, всем видом показывая, что не против досрочного "десерта", как между нами с тихим скрипучим "мяу", шаркая когтями по ламинату, нет-нет, да и поскальзываясь, вклинивается рыжее недоразумение.

- Ой, - вновь становится идиотским голос Ионовой, а лицо чокнутой мамаши, умиляющейся своему чаду. - Он тоже кушать хочет.

- Бл***, я жрать хочу! И трахаться хочу, - не скрываю злых эмоций. - Обо мне думать нужно... Тощий блохастик переживёт, он рождён в жутких уличных условиях, а я нет! Привык к вниманию, уюту, ласке...

- Игнат, ты жутко избалованный, - с улыбкой примирительно бросает Лерка, распахивает створку подвесного шкафчика над раковиной. Выуживает блюдце. Ставит на стол, открывает холодильник. Тянется к молоку...

- Знаю, и не притворяюсь кем-то другим, - отрезаю недовольно. Ещё собираюсь выговорить обиду, но затыкает подозрительная тяжесть на ноге и загадочный скрипо-треск. Сказать, что опешиваю - ничего не сказать, по брючине карабкается наглая котяра. Причём с таким упорством, вонзает когти в ткань, что они ощутимо достают кожи. Первый порыв, скинуть гадёныша, усмиряю - всё же подкупает его сила воли и стремление вскарабкаться так высоко. И даже молчу, что оставляет отметины на ноге. Когда живность чуть не срывается, повиснув на лапе, неожиданно для себя подхватываю. Удерживаю на расстоянии вытянутой руки: - Прививки ему надо сделать и ошейник противоблохастый, - брезгливо подмечаю.

- Ага, - радуется Лерка, уже налив молока и двигая блюдце по полу к стене, где, по сути, самое подходящее место для "стола" животного.

- Но это без меня, - отметаю любую мысль, что собираюсь заниматься такими проблемами. - Ауч, - шикаю, ведь блохастику надоедает висеть в ладони и он решает когти в меня всадить, да ещё и назубок опробовать ближайший палец. - Бл***, он бешеный, - злость, против воли сметает новое чувство. Даже губы сами собой растягиваются. Кладу живность на коленку, но отпустить не получается - мелкий завязывает весьма болезненную игру с моей рукой, обхватив ладонь точно кальмар, и вонзаясь в кожу всё имеющееся острое "оружие". Нешуточную битву, после которой, между прочим, несу потерю значительней рыжего тошнотика, ведь теперь руки в царапинах и кровавых точках, - прерывает Лерка:

- Ребят, заканчивайте, кушать пора!

Не церемонясь, опускаю кота на пол и даже чуть прокатываю прочь:

- Кишь, задира, подрасти сначала, потом мериться хозяйством будем, - ржу с неожиданной для себя нежностью. - И то, если отрастёт, - это добавляю не без ехидства глядя на Лерку, что успевает на столе расставить тарелки с картофелем и мясом.

Ионова демонстративно закатывает глаза:

- Кто о чём, а тебе лишь бы самоутвердиться! - при этом одаривает таким поцелуем, что почти не ощущаю вкуса еды - закидываюсь быстро, ведь голод разгорается нешуточный... и не только живота. Плоть требует секса - и я его получаю. Жаркий, долгий, чувственный. Правда, перед этим, подруга обрабатывает раны на руке перекисью...

Наутро просыпаюсь нехотя. Лерка всё ещё дрыхнет рядом, но не бужу, хотя надо в Университет, смотрю на неё и ловлю себя на том, что сравниваю: жгучая брюнетка с голубыми глазами и скромная блондинка с синими точно море.

Ионова не уступает в изящности, даже куда миниатюрней особенно в бёдрах. Совершенно не проигрывает красотой. Она хороша в постели и что важнее - мы уже год в отношениях, а я не устаю...

Бл***, так почему, чтобы не делал, куда не посмотрел, всюду Королёк? Почему от одной мысли о соседке, меня начинает трясти, кровь вскипает до состояния бурления, а дышать становится тяжело? Почему навязчиво жужжит мысль соблазнить, подмять, завладеть, унизить?!

Наверное, всему виной подростковая лихорадка. Ведь уже тогда решил, что Королёк станет разменной монетой, и пусть со временем боль и обида на семейку утихла, но с возвращением Ирки, это опять становится важным.

Скорее всего, увидел подходящую жертву, вот инстинкт хищника и проснулся! Сколько себя помню, девчата сами в руки падали, а тут, можно сказать, вызов. Ничего, только заполучу - сразу остыну. Интерес всегда быстро пропадает. Такое случалось не раз. Лены, Кати, Саши, Жени... сдавались на милость победителя, и я тотчас терял к ним интерес!

Лерка - исключение! С ней было по-другому. Не преследовала, не навязывалась, не устраивала сцен. Мило согласилась, что замечательно провели ночь, и попросила, покидая квартиру, дверь захлопнуть. Такой подход подкупил, и я задержался.

Но это было... когда-то. Вчера случился, по сути, первый скандал. Очень неожиданный и, признаться, он оставил след в душе. Нет, я неранимая барышня, чтобы обижаться, но однозначно, задумался.

Как бы Лера ни пыталась быть другой, со временем она станет похожей на остальных женщин.

Если бы не замечательный секс, ноги моей тут не было!

Королёк!..

Бл***, да что в ней такого?! Она и о сексе-то, наверное, мало что знает. О желании. Страсти. Холодна как льдина, неподвижна как бревно!

Чёрт! Уверяй не уверяй себя, а в душе гаденько журчит: хочу именно это ледяное бревно! Заучку лабораторную...

Поток сумбурных мыслей обрывает острое ощущение когтей, впивающихся в мою стопу:

- Озверел?! - шикаю недовольно, задирая ногу, на которой барахтается котяра. Ох***, заморыш меня решил всего разукрасить?! Снимаю мелкого, с завидным упорством не желающего от меня отдираться, и кладу рядом с Леркой - пусть на ней точит когти. Когда встаю, чертыхаюсь - моя футболка на полу, а пятно на ней красноречиво свидетельствует, что именно её поскудш выбрал местом своего туалета. Скриплю зубами, из шкафа выуживаю новую и плетусь в душ. Принимаю водные процедуры, подогреваю завтрак.

- Селивёрстов, ты чего? - Сгружая посуду, слышу недовольный голос Лерки. Сонная девушка в трусиках и майке босиком шлёпает на кухню. С ногами забирается на угловое сидение дивана: - Ни свет, ни заря... Я кушать хочу, - надувает обиженно губы.

Ставлю перед подругой тарелку с пирожками, которые вчера в маркете купили на всякий пожарный, а через минуту чашку с горячим кофе:

- Приятного, малыш, - чмокаю в лоб.

- М-м-м, - мычит довольно Лерка, вгрызаясь в сдобу. - В Унивев весте поедем? - картавит, жуя кусочек и запивая.

- Конечно, - сажусь напротив, хотя совсем не хочу болтать.

- А на вееер каиие паны? - продолжает допрос с забитым ртом Ионова.

- Сначала загляну в лабораторию, нужно посмотреть, как там ребята работают над проектом. Потом встречусь с руководителем по преддипломной практике, ну а затем на тренировку. Скоро важный турнир. На кону большие деньги. Мне нужно быть в форме!

- Да сколько можно? - тяжко сглотнув кусок, который явно встаёт поперёк горла, Лерка хмурится: - Ты и так в прекрасной форме!

- Малыш, пара месяцев, и можно будет расслабиться...

- У меня тогда будет отпуск, - бурчит недовольно подруга и вновь откусывает от пирожка.

- Во-о-от, - протягиваю с улыбкой. - Об отпуске подумать!

- Может, - делает паузу Ионова и робко стреляет глазами: - Вместе куда-нибудь съездим?

- Мысль отличная, - отзываюсь расплывчато. - Ближе к лету и подумаем, - подмигиваю и тороплюсь покинуть кухню, ведь подобные разговоры совсем неприятны. В комнате недовольно подмечаю, что котяра дрыхнет на полу, свернувшись колачиком на моей футболке.

Одеваясь, Лерка крутится по обыкновению долго, а я пытаясь хоть немного уделить внимание лекциям, которые сегодня по плану, нет-нет, да и поглядываю на подругу.

- Тапочки надень, - подмечаю смешком, не выдержав вида обнажённого тела Ионовой, которая будто специально прямо перед моим носом трусики надевает. Шлепаю по заду: - А то простудишься!

- Вот и я о том, - прикусывает губу подруга и театрально обхватывает плечи руками: - Холодно, согрел бы кто...

- Может, и согрею... - откидываю тетрадь и рывком притягиваю девушку.