Ермакова Мария Александровна: другие произведения.

Эвисцерация любви

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 4.77*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:

  
  Мало кто знает, что брыжейка красива. Этот перламутрово-серый - ласкает взор. Розовое нутро вскрытого тела полно ярких и сочных красок и их сочетаний, и напоминает брошенную впопыхах палитру гения-самоучки.
  В природе нет лишних органов и систем - а для трупа они лишние, и я извлекаю их, откладывая в сторону. Тело после эвисцерации - уже не природно. Пускай оно совершенно - гладкое и загорелое тело двадцативосьмилетней блонди с ножевым ранением в области сердца - однако звучит, как фальшивая нота. Смерть нарушает гармонию сфер. Некоторые умудряются нарушить её ещё при жизни.
  Придерживая язык, ножницами вскрываю пищевод и аорту. Работа всегда успокаивает. Когда руки заняты - голове не нужно думать. Контроль - вот ответ. Работа - вот истина. Кто не движется, тот рассыпается в прах. Если работы не станет, Элен остановится, и память поглотит её. Мой прах носит имя Элен.
  Пройти в трахею и бронхи, вскрыть их до субсегментарных ветвей... Вчера в это же время это дерево было живым... Ножницы в пальцах дрогнули. Разрез вышел некрасивым. Я морщусь. Плохой знак... Тремор, тошнота и головная боль - оно возвращается. Оно всегда возвращается. Корнями уходя в прошлое, держит ветвями мои руки и вжимает лицо в себя, не давая дышать. Поэтому через два часа я сниму халат, приму душ, переоденусь и выйду из помещения морга, даже не посмотрев на санитара. Ей-богу, они меняются, как котята у дворовой кошки.
  Грядёт очередной непознанный бар... Элен меняет их, как кошка - дворовых котов. И только абсент изгонит едкий запах формалина, которым, кажется, пахнут пальцы. Конечно, это психология, мать её. Через латекс перчаток запах не может въесться в кожу, через тугую шапочку - в волосы, через комбинезон, халат и пластиковый фартук - в тело, но я все равно ощущаю его. Мерзкий, сладковатый, едкий! И помню, как ползая на четвереньках, мыла пол водой с формалином. Запах впитывался в поры - мои и квартиры, чтобы навсегда там остаться. Того дома больше нет, как нет девочки с чёрными волосами, желтоватой кожей и выпирающими ребрами. Но запах... Формалин - обонятельное зерцало смерти... Смертию смерть не попрать. Её вообще ничем не попрать - в том и ценность. Но можно подышать жизнью...
  
  Я шла по улице, разглядывая витрины магазинов. Кем мне стать сегодня? Стервозной бизнес-леди, ищущей перепихон на один час, как средство для сна, или ухоженной богатенькой сучкой, которой не нужно отдирать зубами куски от жизни и оттого душно, ужасно, невыносимо скучно? Вон тот манекен... в чёрном парике. Худое тело, впалый живот, желтоватый пластик. Чёрные чулки на чёрном поясе, корсет, упавшее на пол витрины шерстяное красное платье - тончайшее, теплое и... агрессивное. Вот это хорошо! Это запомнится: чёрные волосы и красное платье.
  Через полчаса я покинула магазин и поймала такси. Корсет сжимал мою талию тугими ладонями, стало трудно дышать - но это сделало меня сильнее. Я - спица. Стальная спица с алым наконечником, направленная в чьё-то сердце. И полицейская сирена звучит музыкой для моих ушей.
  Сиденье барной табуретки приятно холодило кожу. Интересно, сколькие из тех, кто повернули головы в мою сторону, когда я вошла, подумали, что под платьем на мне ничего нет, кроме пояса и чулок?
  Постучала по стойке. Стакан появился, как по мановению волшебной палочки.
  Кавабанга-а-а-а.
  Понеслось....
  
  Смерть только кажется неряшливой. На самом деле она педантична... почти как Элен. Он любит выходить в её смены - в смены Элен, не смерти. У последней двадцатичетырехчасовой рабочий день.
  Обмыть тело, запустить сухожар с инструментами, слить со стола розоватую жижицу сукровицы...
  И снова. Обмыть тело, запустить сухожар с инструментами, слить со стола розоватую жижицу сукровицы...
  И опять. Обмыть тело, запустить сухожар с инструментами, слить со стола розоватую жижицу сукровицы...
  Больница, в которой он работает - окружная. А значит - много столов, много инструментов, много работы.
  Клиенты - чистые, причесанные и такие тихие... Вы думаете, не существует правил поведения для покойников? Так вы ошибаетесь. Массовая культура смерти это - во-первых, строгая этика поведения: руки вдоль тела или на груди, ноги чуть раздвинуты, шов от гортани до паха чёток, как след спиртового маркера; во-вторых, общедоступность: все люди делают это - умирают; в-третьих, красота: нет ничего прекраснее жизни, в которой некто невидимый нажал кнопку с двумя параллельными линиями. В том, что это параллельные линии, а не квадрат, он не сомневался никогда. Пауза. Всего лишь пауза, мои возлюбленные.
  У стола с блондинкой он задерживается. Нежно гладит светлые, ещё не потерявшие блеска, волосы, холодными губами касается её закрытых век, пальцами в латексе - жемчужин застывших сосков. Из никчемной щебечущей птички ты превратилась в объект массовой культуры. И в этом твоё возрождение. Это как с тестом на беременность - одна полоска вдруг превращается в две, и жизнь обретает смысл. Одна полоска - синеватое лезвие ножа из легированной стали. Две - пауза, после которой ты отправишься дальше. А он... Он всего лишь санитар. Скромный помощник смерти. Смерти с лицом Элен, с руками Элен, с точёной фигурой Элен и с горькой усмешкой её, таких желанных, губ.
  Элен...
  Она вряд ли знает о его существовании. Нет, знает, конечно. Как знает, что шланг для смывки крови со столов подключается в углу, прикручивается к крану в два оборота. Как знает, что любимая циркулярная пила всегда лежит правее расширителей на столике для инструментов.
  Он всего лишь один из инструментов Элен...
  
  - С тобой так хорошо...
  Сколько раз я слышала это? Не сосчитать. Да, с Элен хорошо. У неё нет страхов и комплексов, лелеемых женщинами в кроватях собственных мужчин, нет чувства стыда и насыщения, не бывает раздражения, сопутствующего наполнению соответствующей телесной полости...
  - Как тебя зовут, неразговорчивая моя?
  - Мэри.
  Сегодня меня зовут Мэри. Блади Мэри. И скоро, совсем скоро я оправдаю префикс...
  
  Ранним серым утром в новостях рассказывают про труп белого мужчины в возрасте около тридцати лет, заколотого во время оргазма.
  Он послушает новости и выйдет из дома. Захлопнет дверь, чтобы отправится в туман.
  Мир, который в предрассветные часы покоится с миром, примет его в объятия, сделает вид, что не замечает полоски легированной стали в его кармане. Этой ночью для кого-то одна линия снова стала двумя, и в вечерних новостях обязательно скажут об этом. А у Элен будет работа, любимая работа, заставляющая её сосредоточенно хмурить брови, и усмехаться под пластиковой прозрачной маской, и наговаривать негромким размеренным голосом в диктофон результаты вскрытия. Когда она такая - у него на душе спокойно. Ему не хочется плакать и пересматривать видео, на которых мучают животных и детей. И размышлять о том, что забитые мальчики рано или поздно учатся забивать сами.
  Но иногда - как вчера вечером - Элен покидает патанатомический блок с лихорадочным румянцем на щеках. Или, наоборот, неестественно бледная. Выходит, прижимая худую руку к животу, словно её сейчас вырвет. И вот тогда ему становится плохо, очень плохо, ведь его вина в том, что работа не принесла ей удовлетворения, заставив забыть о чем-то, о чем она предпочла бы не вспоминать.
  Тогда он тенью следует за ней, чтобы в который уже раз наблюдать один и то же сценарий: бар, такси, чужой дом, пара часов тишины, Элен, выходящая из подъезда с объёмной сумкой в руках. В сумке - использованная этой ночью личина, которая найдёт финал на дне какого-нибудь мусорного бака в отдалённом районе.
  Каждый раз он смотрит на Элен и... не решается догнать. Не для того, чтобы нажать на паузу, нет! Но чтобы сказать, что понимает её, что и в его жизни есть цвет, который не закрасишь другими красками, кроме красной...
  
  Отчего мне так тоскливо сегодня?
  Не оттого ли, что у Элен день рождения? Не тот, в который дарят шоколадных зайцев и украшают комнату шариками и смешными надписями на плакатах, а тот, в который приходишь в себя в реанимации, и горло саднит после трубки ИВЛ так, что хочется блевать. И тело кажется чужим, иссиня-жёлто-чёрное тело, с которого побои давно сняты полицейскими. А потом, потихоньку, помаленьку вновь учишься пить воду, говорить, писать под себя, а не через катетер, делаешь первый шаг. А ещё позже в одежде с чужого плеча ты, Элен, возвращаешься домой. И боишься заходить в дверь, которая никогда не запиралась, потому что рискуешь нарваться на побои очередного маминого ухажера. А когда входишь...
  ...В нос шибает запах - незабываемый, густой и тонкий одновременно, сладковатый и въедливый - запах гниения человеческой плоти. И то, что ты видишь в комнате на полу, и то, что пытаешься, но не можешь вдохнуть, навсегда отпечатывается на сетчатке глаз и на слизистой носа, чтобы возвращаться, и возвращаться, и возвращаться наяву и во снах, в будни и праздники.
  Первый этап твоей жизни закончится в этот день. Тело увезут. Второй этап начнется с того, что ты останешься один на один с банкой формалина, купленной в соседней аптеке. И будешь отмывать до скрипа пол и стены, пропитанные настырным ароматом смерти.
  А после ты попытаешься стать человеком, Элен: образование, достойная практика, чистенькая квартира в хорошем районе. Тебе это ничего не будет стоить, ибо весь страх и стыд, все принципы вобрали в себя стены и пол той комнаты.
  Но когда придёт время выбирать, кем выходить в жизнь... ты выберешь работу со смертью, в помещении, пропахшем формалином.
  Сегодня полицейские хроники не пополнятся сведениями об очередном трупе. Да, я пойду в бар, но лишь для того, чтобы банально напиться. Столько лет просить у смерти помощи в забвении и не получить его в подарок ко Дню рождения! Что это - крест или проклятие?
  
  Отчего она уже два часа смотрит в стакан, словно пересчитывает собранные на дне капли собственной крови? Отчего не поднимается лёгким движением, от которого у него сладко ноет в паху? И не выходит на улицу, зная, что за ней обязательно кто-нибудь увяжется?..
  Он не может видеть её такой! Всё, что угодно, только не это безволие!
  - Простите, я могу угостить вас? Ваш стакан уже давно пуст...
  - Моя жизнь уже давно пуста. Вы можете угостить меня ей?
  - Не знаю. Я, правда, не знаю. Но я готов!
  - Ваше лицо... Почему оно кажется мне знакомым?
  - Потому что мы знакомы. Вас зовут Элен. Я уже год работаю с вами рядом. Но мое имя не имеет значения, если вы его не помните...
  - Простите, ради бога. - Она ласкает его профессиональным взглядом патанатома, проводит тонким пальцем по его скуле. - Наверное, вы правы. И мы знакомы. И меня зовут Элен. И я не знаю вашего имени. Это стоит изменить?
  Он смеётся. Впервые за долгие годы смеётся легко и просто.
  - Зачем вам имя, если вы можете узнать меня?
  - Уверены, что хотите этого?
  - Уверен. Уже год уверен.
  Её взгляд начинает обретать осмысленность. Пустые донышки больше не светят в зрачках бездумием, и это одновременно и пугает его, и радует.
  - Вот даже как... И куда мы отправимся?
  - Я знаю одно место. И вы его тоже - знаете...
  
  И вся нежность мира не согреет каменное ложе препараторского стола. Но его согреет цвет жизни, яркий и сочный, выпущенный из двух тел, словно с палитры гения-самоучки.
  Густой запах свежей крови перекрывает остальные - стерильных простыней, инструментальной стали... формалина.
  Они лежат рядом, эти параллельные линии, попытавшиеся пересечься в районе гениталий и сердец. Такие счастливые, такие умиротворенные, не нашедшие ответа на свои вопросы, но обретшие друг друга в кратком миге фатального счастья, озвученном обращенным друг к другу шепотом: "Requiescat in pace".*
  
  
  * Requiescat in pace (лат.) - покойся с миром.
  
(C) Мария ЕМА

Оценка: 4.77*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Юрий "Небесный Трон 3"(Уся (Wuxia)) О.Грон "Попала — не пропала, или Мой похититель из будущего"(Научная фантастика) А.Верт "Пекло 2"(Боевая фантастика) Д.Мас "Королева Теней"(Боевое фэнтези) Е.Рэеллин "Конкордия"(Антиутопия) Е.Никольская "Магическая академия. Достать василиска!"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Т.Кошкина "Академия Алых песков. Проклятье ректора"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) А.Лерой "Птица счастья завтрашнего дня"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"