Ермолкин Ефим Шнеевич: другие произведения.

Шнореры самиздата

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:

  ШНОРЕРЫ САМИЗДАТА
  
  "Я этого графа Толстого
  Незаконорожденный внук.
  Подайте, подайте, граждане
  Из ваших мозолистых рук".
  
  Когда выходит в свет очередная книжечка самиздата, для одних авторов цель достигнута: у них вышла книга, и все. Это же счастье издать книгу собственного сочинения! Уй, что вы лезете внутрь? Вы посмотрите на нее. А? Надо Левочке подарить, Циперовским. В Кривой Рог послать Манечке. Это там они говорили, что я - ничего. А здесь я поэт! Вот послушайте:
  
  В словах-навозе закопаться
  Всей силой загребущих рук!
  Как скарабей - навозный жук.
  Природе надо подчиняться.
  
  Спорить с автором о качестве его сочинения бесполезно - легче негра убедить, что он эскимос, или заставить кота лаять. Ну, не об этом авторе речь.
  Речь о тех несчастных, которые взяли на свое издание деньги взаймы или подписали в типографии вексель на немалую сумму, поддаваясь уговорам алчного типографщика, что такую книгу с руками оторвут и автор еще окажется в барыше. И несчастный графоман строит уже воздушные замки. Действительно, чья душа устоит перед такими строками и не побудит бренное тело раскошелиться и приобрести книжку, содержащую перлы:
  
  Когда чернила авторучки
  Коснутся белого листа,
  То как щенки из брюха сучки,
  Стихи родятся неспроста.
  Едва рассвет вдали заблещет,
  Сажусь слагать стихи чуть свет.
  Пускай жара, пусть дождик хлещет -
  На то я истинный поэт.
  Даю стихам своим названья,
  В одних лишь правда, в прочих - ложь.
  Но все они - мои созданья,
  И часть души моей - все сплошь.
  
  Как восторгался этими стихами издатель, принимая их в работу! Он даже соглашался издать книгу в долг. Ему жаль было выпускать из рук этот шедевр. И окрыленный автор подписывал какие-то чеки, договоры, контракты, будучи на седьмом небе от счастья. А какой это был дивный день, когда все пятьсот экземпляров книжки в оранжевом переплете были доставлены домой авторы и легли на старенькую простынку, разостланную на каменных плитах пола!
  Долгу оказалось всего-ничего двенадцать тыщ. Но если продать даже по пятьдесят шекелей за штуку, еще и заработок приличный останется.
  
  Чрез сорок лет тебя я не забыл.
  О, как я млел, когда меня ласкала,
  Как отдавалась. Вот бы все сначала,
  И я бы снова к счастию поплыл.
  
  При этих словах Софа рыдала и бросалась ему на шею, но его это не вдохновляло: от Софы пахло потом в смеси с чесноком. И все изощреннее сверлила мысль: где взять деньги, чтобы вернуть долг? Первые зловещие признаки надвигающейся катастрофы были ощутимы: пять попыток продажи книги оказались безрезультатными.
  А срок уплаты сакраментально приближался. Софа сшила из старой холщевой сорочку прочную суму, которую он всегда носил через плечо, наполненную книгами. Он стоял под дверьми всех мест, где собирались и говорили по-русски, приставал, умолял, хватая за одежду, требовал, чтобы купили книги. Только один раз депутат кнессета на глазах у рукоплескавших сторонников дал ему пятьдесят шекелей, а от книги отказался - нет-де времени для чтения по-русски. На эти пятьдесят шекелей он пригласил Софу пить пиво. Но далее удача покинула его. Но он не сдавался. Он сидел у фонтана со стопкой книг и с выражением декламировал собственные стихи - ну, какое сердце не растает при слушании таких перлов:
  
  Еврейка-мать любила сына.
  Однажды сын домой пришел.
  "Знакомься, мама, - это Зина".
  Но слов других он не нашел.
  У Зины было два ребенка,
  Она была немолода.
  Заныла мамина печенка.
  Завыла мама: "Вэй, беда!"
  Уй, готеню! Сынок - мальчишка,
  Ему от роду двадцать лет,
  Еще не накопил умишка,
  Мужского опыта-то нет.
  И тем не менее, удачно
  Все обошлось на этот раз.
  Пусть грустно, даже очень мрачно:
  Ту Зину раздавил КАМАЗ.
  
  Это стихотворение было предметом особой гордости автора - он относил его не к лирической, но к эпической и частично - к этической поэзии.
  Но до чего евреи тупой народ: им бы только нажраться и взять машканту, а к истинной поэзии у них душа не лежит. Вот никто ничего и не покупает. Автор и его Софа настолько обозлились на всех, что кое-кто даже слышал сорвавшиеся с их уст слова о понимании Катастрофы: "Народу, не понимающий истинной поэзии, так и надо..."
  Но время шло, книг никто не покупал, а до последнего срока платежа осталось всего-ничего.
  Автор уже ходил к типографщику и напоминал, что тот уверял: книгу можно продать с великим барышом, так пусть он забирает тираж и барыш получает сам. Но типографщик отказывался и загадочно улыбался. И больше ничего.
  Впрочем, автор кое-какие крохи, шекелей до тридцать в день все же приносил: он одевал через плечо сумочку с книгами, садился у фонтана, ставил перед собой коробку от плавленного сыра и начинал с выражением читать свои стихи. Дорогой мимо фонтана ходили богатые израильтяне. По-русски они не понимали, но страдания поэта, читающего нараспев свои стихи, западали в их сытые души, и эта сытая публика бросала в коробку из-под плавленного сыра беленькие монетки. Так что автор с Софой откладывали все свое пособие на отдачу долга, а питались исключительно на эти уфонтанные гонорары, как называл автор нереализованных стихов эти подаяния.
  
  • • •
  
  А в самом деле, что делать? Ничего: это судьба. Когда автор слышит нелицеприятный отзыв о своих творениях, он уподобляется матери, услышавшей, что ее золотушный отпрыск - не венец творения. Так что увещевать графомана, давать ему советы - совершенно бесполезное занятие. Он с одержимостью наркомана тащит семейные деньги в типографию. Он бегает по пишущим знакомым, требуя звалебных отзывов и добиваясь своего. "Обо мне пишут все газеты", - похваляется он, скромно умалчивая о пролитых слезах на стезе выколачивания панегириков.
  Можно ли не ненавидеть народ, не покупающий книжные шедевры и оставляющий своего певца без ломаной агоры в кармане? Нет, нельзя...
  Народ, конечно, заслуживает самого сурового осуждения: слишком много шнореров-попрошаек он исторгает в каждом поколении из своих рядов.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"