Ершова Анна Юрьевна: другие произведения.

Воспитание младенцев в вере

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    У вас в руках удивительная книга. Она представляет собой сборник свидетельств о детской вере, составленный родителями. Священник эти свидетельства просто прочитал и написал к ним комментарии. Это как беседа людей. Мамы и папы (тети, дяди, бабушки) рассказывают, как ведут себя в храме, дома во время молитвы их малыши, какие сложности возникают в деле воспитания детей. Пастырь Церкви и сам отец двоих детей делится собственными соображениями на этот счет. Эта книга не сборник душеполезного чтения, не научное богословское сочинение, это взаимообогащающая беседа верующих и любящих Бога людей.


   Воспитание младенцев в вере
  
   Да приедет Царствие Твоё...
   (из детской молитвы)
  
   У вас в руках удивительная книга. Она представляет собой сборник свидетельств о детской вере, составленный родителями. Священник эти свидетельства просто прочитал и написал к ним комментарии.
   Это как беседа людей. Мамы и папы (тети, дяди, бабушки) рассказывают, как ведут себя в храме, дома во время молитвы их малыши, какие сложности возникают в деле воспитания детей. Пастырь Церкви и сам отец двоих детей делится собственными соображениями на этот счет.
   Эта книга не сборник душеполезного чтения, не научное богословское сочинение, это взаимообогащающая беседа верующих и любящих Бога людей.
  
  
   Чудо новорожденного младенца
  
   Четырехлетний малыш обращается к своей новорожденной сестренке: "Ну, давай, расскажи мне о Боге, а то я уже начинаю забывать"...
   Индейская притча.
  
   К.П.:
   Рождение ребенка на биологическом уровне - обычное природное действие. Но Церковь видит большее в зачатии, беременности и рождении нового человека, гораздо большее, нежели просто череду естественных физиологических процессов. Любой внимательный и любящий родитель подтвердит: недели внутриутробного развития ребенка, дни приблизившихся родов, сами роды - это особое время. Словно некая сила присутствует рядом. Поддерживает и сохраняет мать и маленького человека.
   Появление в мире ребенка, с самого момента зачатия, - это появление уникальной личности. Личности, которая никогда не исчезнет, не растворится, как пар в воздухе. Даже умерший до родов младенец (аборт, выкидыш, ребенок, умерший при родах) - это настоящий и полноценный человек. Его личность еще не сформировалась, душевно он незрел. Пока это чистый лист, на котором ничего не написано. Но может быть написано! С момента рождения начнется насыщенная душевная жизнь - время роста и формирования разума, воли, чувств.
   Хотя можно сказать, что формирование личности, некоторая душевная жизнь начинаются и до родов.
   Мы знаем, что ребенок чувствует любовь и нежность родителей, еще находясь в материнской утробе. Он может волноваться вместе с матерью и радоваться. Еще до отделения от родительницы, еще когда он с ней составляет одно целое, и тогда его душа жадно вбирает в себя знания о мире - через звуки, доносящиеся оттуда, через питательные соки от матери, содержащие гормоны ненависти, страха или радости.
   Ребенок начинает жить задолго до рождения. И Церковь учит, что как младенец включен в жизнь нашего мира со всеми его стрессами, нервозностью, жестокостью, но и любовью и нежностью, так же ребенок включен и в процесс общения с Богом еще до рождения.
   Сознание младенца туманно, неконтрастно. Он что-то чувствует, переживает, но что - сказать не может. Так же он чувствует и благодать Божью. Его душа касается потустороннего, невыразимого ни для нас, ни тем более для него... Но душа чувствует благодать!
   В Евангелии мы читаем, как от приближения назаретской девушки Марии, беременной Сыном Божиим, встрепенулся Иоанн Предтеча в утробе его матери Елизаветы. На некоторых древних иконах, изображающих встречу Богоматери с родственницей Елизаветой, мы видим: Елизавета, спешащая навстречу Марии, вдруг словно споткнулась, схватилась за живот. Евангелист рассказывает об этом так: "Мария ... с поспешностью пошла в нагорную страну, в город Иудин, и вошла в дом Захарии, и приветствовала Елисавету. Когда Елисавета услышала приветствие Марии, взыграл младенец во чреве ее; и Елисавета исполнилась Святаго Духа, и воскликнула громким голосом, и сказала: благословенна Ты между женами, и благословен плод чрева Твоего! И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне? Ибо когда голос приветствия Твоего дошел до слуха моего, взыграл младенец радостно во чреве моем" (Лк. 1, 39-44).
   Из жизнеописаний многих подвижников веры мы узнаем, что еще задолго до рождения они выражали свое чувствование Бога тем, что двигались в утробе матери во время богослужения или во время домашней молитвы. Подобное известно и сегодня. Некоторые верующие женщины рассказывали мне, что первый раз ощутили движения своего младенца во время богослужения. Почему? Конечно, играют роль сильные эмоции матери и так далее... Но только ли биологическое объяснение у этого явления? Ведь и кроме церковных служб у современной женщины может быть немало сильных и ярких эмоций, на которые мог бы откликнуться ребенок. А может, это реакция ребенка на встречу с Богом? Его мама коснулась Неба, и пока еще не рожденный малыш чувствует благодать Божью вместе с нею?
  
   Именно поэтому духовное воспитание ребенка должно начинаться задолго до рождения. Мама, связанная не только физически, но и душой со своим малышом, введет его в отношения с Богом, только если ее собственная душа будет обращена к Богу. Еще до рождения ребенка мама приобщит его к своей вере, если будет молиться и вести церковную жизнь. Если будет вступать в общение с ангелами и святыми, будет причащаться, то есть принимать в себя силу и энергию жизни Воскресшего Христа. Мама должна помнить, что это нужно и для нее, и для ее будущего (точнее, уже настоящего, только пока не родившегося) ребенка.
  
   Итак, ребенок пришел в этот мир. Пришел не как гость, который посидит, встанет и уйдет. Пришел как сын, как дочь хозяина дома. Этот дом - весь мир, а хозяин мира - Господь.
   Пришел, чтобы вырасти, научиться жить в этом доме и впоследствии сохранять этот дом и управлять им.
   Если мы вспомним библейский рассказ о творении первых людей, мы увидим что сотворенный мир - Эдемский сад - Бог вручил людям, чтобы те его возделывали и хранили.
   Задача человека не просто попользоваться миром и покинуть его. Человек, наделенный бессмертной душей и способностью общения с Богом, должен и весь мир, всю вселенную привести к Богу, приобщить бессмертию.
   Кроме того, человек не просто наемник Божий, нанятый для осуществления каких-то Его замыслов. Человек самоценен. Он сам безмерно велик в очах Господа. Земные родители хотят, чтобы их чада сберегли и преумножили семейное достояние, но также чтобы эти чада выросли в максимальную меру совершенства. Так и Господь. Вместе с обетованными горизонтами вечного и блаженного бытия преображенной вселенной Он желает совершенства и каждому отдельному человеку. Господь хочет, чтобы каждый человек пришел к познанию истины, каждый встал на путь духовного роста и спас свою душу.
  
   Вот из этого изначального библейского "назначения" человека я исхожу в воспитании своих детей.
   Правда в том, говорю я им, что мир больше того мира, который мы видим вокруг себя. Мы видим лишь маленькую часть полноты мироздания, мы видим мир земной. И даже если мы возьмем телескоп и перенесемся далеко в космос или возьмем микроскоп и узнаем о тайне жизни, заключенной в капельке воды, мы все так же охватим взором лишь маленькую часть полноты.
   В чем полнота мира? В осознании того, что у нашего мира есть Творец и заботливый Отец - Господь. И что рядом с нашим, видимым миром, есть невидимый духовный мир. Это мир, наполняемый легким трепетом ангельских крыльев, мир в котором пребывают души умерших людей. Можем мы установить общение между двумя этими "измерениями" сотворенного Богом мироздания? Миром физическим и миром духовным? Да! В этом и состоит суть веры христианской. Но вера без опыта не имеет силы. Одно дело читать в книжках о том, что есть любовь, другое дело самому любить. Не теоретическое знание, но религиозный опыт соединяет два плана бытия.
   В чем этот опыт? В молитве, в участии в церковной жизни, в работе над душой. В знании всей правды о мире, знании, что мир не исчезнет в результате катастрофы, что не исчезнем и мы, даже со смертью. Что нас, таких слабых, глупых Господь одарит Своей силой и мудростью, и что по жизни мы пойдем не в одиночку, а с Ним, вложив ладонь в Его руку.
   Ребенок, если вы приступаете к его религиозному воспитанию в шесть-семь лет, должен самостоятельно решить: будет ли он довольствоваться малой частью мира, как зверек, который знает только об одном: что в этом мире для него приятно и вкусно... Или же он не зверек, а человек, который может объять собою и земные, и небесные сферы, стать другом всякой букашке и собеседником Бога и Ангелов? И если выберет второе, он сможет пойти путем христианской жизни. Вместе с вами.
  
  
   Воспитать христианина
  
   К.П.:
   Исследования психологов показывают, что душа новорожденного ребенка (конечно, не будем забывать о наследственности и врожденной у каждого человека склонности к греху) чиста как белый лист бумаги.
   Самыми первыми (они называются базовыми) эмоциями являются радость, гнев, удивление.
   Это уже не просто ответные реакции на физиологические состояния: голод-сытость. С двух месяцев ребенок радуется появлению человеческого лица, ему нравится, когда его щекочут или подбрасывают. Гнев появляется у ребенка примерно в шесть месяцев. Младенцы сердятся, когда их лишают предпочитаемой еды или любимой игрушки. Гнев этого возраста еще не грех, как считают некоторые. Этот гнев - реакция неудовольствия на то, что ребенку мешают делать то, что он хочет. Но если всегда сразу бежать удовлетворять все (справедливые и несправедливые) требования ребенка, любой ценой успокаивать его: "Ну не плачь, на соску (потом конфету, мороженое и т.д.), только замолчи, наконец", - безобидные базовые эмоции могут начать развиваться в греховном направлении.
   Следующие эмоции (называются комплексными или составными) формируются примерно к полутора - двум годам жизни ребенка. Это чувство вины, замешательство и гордость. Сломавший игрушку малыш чувствует вину: "Вы велели мне быть осторожным, а я не был". Маленькая девочка, впервые поймавшая мяч, вероятно, с гордостью думает: "Было трудно, но я сделала это сама!" Можно ли и тут безобидную психическую реакцию обратить в греховное направление? Несомненно. Та же детская невинная гордость - "Я смогла" - может перерасти в совершенно осознанную гордыню. Преувеличенные похвалы старших, зацикливание на том, что ты лучший, одареннейший, не такой как другие, могут превратить младенца к четырем-пяти годам в маленького надменного гордеца.
  
   К чему мы здесь приводим эти сведения? К тому, что воспитание религиозности в ребенке самым прямым образом связано с воспитанием малыша вообще.
   Ведь воспитание в вере - это не просто привитие привычек молиться и кланяться. Не имеет никакой нравственной цены и даже вредна привычка крестообразно водить рукой и нагибать головку. Воспитание в вере - это введение ребенка в мир правильных Божиих и человеческих отношений, знакомство с системой ценностей, возвещаемых Церковью. Поэтому, думая о воспитании малыша, вы должны сразу решить, что вы хотите в нем видеть: человека, выполняющего некоторые христианские традиции или христианина в каждом поступке, жесте и мысли.
   Воспитывать христианина - это значит, что ребенок с детства уяснит, что его родители верят в Бога, высшей и абсолютной ценностью считают Царство Небесное, а главной задачей жизни - богоуподобление. Звучит торжественно и как-то нежизненно, книжно, но давайте перенесем разговор в плоскость нашей обычной жизни.
  
   Когда родители говорят с ненавистью или неприязнью о родственниках или знакомых, когда с легкостью обманывают, имеют дурные наклонности характера (злоба, грубость) и живут с этим, не каясь, не думая исправляться, - тогда ребенок видит, что сами родители живут не как христиане. Может ли родитель учить ребенка ценностям Царства Небесного, если он только и говорит, что о приобретении ценностей мира сего? Злобствует по поводу обвесившей его продавщицы, выйдя с ребенком из гостей, где только что улыбался хозяевам, начинает их "за глаза" обсуждать? Чему могут научить родители, если все свободное время или проводят у телевизора, или ругаются, или ходят по магазинам?
   Известный православный педагог и богослов протопресвитер Василий Зеньковский говорит, что православное воспитание ребенка следует понимать как спасение души. "Если формулировать тему воспитания, как тему спасения, то не значит ли это, что мы вводим эсхатологический момент в задачи воспитания? Но этого не только не следует бояться, этого наоборот нужно искать. Воспитание направлено на конкретную личность, судьба которой уходит в эсхатологическую перспективу, к которой мы все приобщаемся через смерть. Нельзя так жить, как если бы не было смерти. Эсхатологическая тема встает перед каждой личностью, как ее тема и только в этом свете открывается нам вся глубина, вся сложность проблем жизни".
   "Цель воспитания в свете православия, - пишет о. В. Зеньковский, - есть помощь детям в освобождении их от власти греха через благодатное восполнение, находимое в Церкви, помощь в раскрытии образа Божия. Иначе это может быть сформулировано как раскрытие пути вечной жизни, как приобщение к вечной жизни в жизни эмпирической (т.е. земной)".
   Отец Василий тут открывает перед родителями-христианами еще одну большую и важную тему - тему смерти. Мы обычно воспитываем человека только для жизни этой, земной. Но воспитание ребенка-христианина подразумевает то, что мы помним о конечности земной жизни и готовим его душу к вечности, к встрече с Богом. Когда призовет его Бог? В каком возрасте? Доживет ли до старости? Это знает только Господь.
  
   А что у вас?
   "У меня в детстве был панический страх смерти. Очень долго. Хорошо помню, как окатывал ледяной ужас, когда приходила в голову эта мысль. Особенно, когда ночью проснёшься, в туалет побежишь, и вдруг - простая такая мысль: а ведь всего этого потом не будет. Точнее, все-то как раз останется, а не будет - меня... И еще. Как услышу звуки похоронного марша, бегу в ужасе домой. В те времена скорбные процессии долго шли по улице, сопровождаемые этими рыдающими звуками. Я неслась бегом на пятый этаж, чтобы зарыть голову в мамины колени и не слышать этой музыки. Помню, мама меня успокаивала растерянно: ну это же так не скоро ещё будет! Но меня, видимо, такие объяснения не утешали.
   Потом, когда стала верить в Бога - все само собой прошло. Хотя специально не думала на эту тему".
  
  
   Мама, ты меня любишь?
  
   "Бог впервые приходит к детям через ее любовь. Как говорят, "Бог, чтобы стать ближе всем, создал матерей" - прекрасная мысль! Материнская любовь как бы воплощает любовь Бога, и она окружает жизнь ребенка нежностью".
И
мператрица Александра Феодоровна
  
   А.Е.:
   С каждым днем душевная жизнь малыша становится все сложнее. Он потихоньку учится говорить, узнает названия окружающих вещей и собственных чувств, начинает отличать хорошее от плохого, бояться, радоваться, ненавидеть... Учится всему, стараясь с самого рождения подражать самым близким ему людям. Уже в два года младенец твердо знает, с кого ему надо брать пример прежде всего: с мамы и папы...
   Мама! Это больше, чем слово, пусть даже прославленное первое слово, которое произносит ребенок. Это дар Божий, счастье, незаслуженная награда - быть мамой. И такое же счастье иметь любящую маму! У новорожденного с матерью существует особенная связь: ребенок чувствует мамины настроения, и мать сердцем ощущает болезни и неприятности своего малыша, иногда эту странную невидимую связующую силу называют "необрезанной пуповиной". Психологи утверждают, что ребенок в возрасте до трех лет наиболее гармонично развивается, находясь в постоянном контакте с матерью. Люди верующие дополнительно к этому замечают еще что-то вроде невидимого покрова, распространяющегося над головкой малыша, когда мама рядом, когда мама думает и молится о нем.
   Дети очень тяжело переносят психологическое отторжение матери при гневе, срыве и раздражении (если, правда, они не привыкли к этому настолько, что перестали реагировать). Трудно описать то состояние ужаса и брошенности, которое захватывает ребенка при этом. Давайте представим себя на месте малыша - человечка, у которого мир ограничен стенами его квартиры и двориком под окнами. Да, он знает, что где-то есть непонятный и огромный мир, но он заглядывает в него только краешком глаза, ступает только краешком ноги, при этом крепко держась за мамину руку. Что для этого малыша папи-мамина защита, опека? Надежней спасательного жилета в дырявой лодке, мощнее струи огнетушителя в бушующем пламени, быстрее службы 009! Да что там сравнивать, мама и папа для ребенка - беспредельные вершители его судьбы, которым он абсолютно доверяет, несмотря ни на что. А теперь представим, какого ему - всерьез услышать от этих величественных, громадных, почти божественных человеков фразу: "уйди, я тебя не люблю" или "не могу тебе этого простить"...
  
   Маленький рассказ
   Сидит в электричке человек лет четырех, смотрит в окно и чего-то там напевает. Еще он болтает ногами, досаждая этим мамочке, чем-то сильно расстроенной, сидящей напротив.
   - Ты прекратишь или нет?
   Он прекращает ненадолго, но он же поет, но поезд же идет, как же можно не болтать!
   - Смотри, опять испачкал, идиот!
   "Идиот" улыбается виновато, потом заискивающе, но на мамочку это не действует. Через некоторое время опять:
   - Дрянь бестолковая!
   ..?!! Но она же его мама, и он поджимает губы и смотрит на меня. А чем я могу помочь ему, я лишь сочувствую ему глазами и вдруг встречаю взгляд мудрейшего человека... Он опускает голову, слушая оскорбления, и вздыхает легко и мирно.
   Насколько же они умнее нас!
   Максим Яковлев, "Фрески"
  
   А что у вас?
   "Моя дочка, когда была совсем маленькой, совершенно не могла переносить мою сердитость на нее, обиду или недовольство. Она, как будто чувствуя физическую боль, бросалась ко мне с выражением страха на лице и умоляла торопливо: "Мамочка, мамочка! Я больше не буду!". А потом проверяла, на всякий случай, заглядывая в лицо: "Ты не сердишься?"
   А когда ей был всего годик, после любого строгого замечания в свой адрес ей было необходимо - поцеловать, обнять, то есть убедиться, что ее простили".
  
   Гимн младенцу (очень личное).
   "Па-а-па, давай биться!" - умоляюще тянет мой сынуля, пытаясь всунуть отцу игрушечную саблю. "Подожди, не сейчас, я устал", - вздыхает тот. Мне смешно видеть огорченную мосю и жалко: "Ну хочешь, я с тобой побьюсь?" Он радостно подается навстречу, но, вспомнив папины уроки, разочарованно произносит: "Нет, ты девушка. А с девушками нельзя"...
   У каждого близкого человека в его жизни своя роль. Папа - это папа. Мамочка. Бабушка. Ура, дедушка приехал! Леша (дядя родной). "Лубимая Саса" (сестричка). Он всех любит. Ему безразлично, что бабушка считается не такой уж хорошей и лучезарной, так как она - теща или свекровь. Он не понимает, что кто-то сегодня особенно весел только потому, что "навеселе". Обиды и мелкие склоки витают вокруг него, не задевая, вызывая лишь искреннее удивление: "Ты Сашу наругала, она что ли плохая?"
   Он абсолютен. Он - непреложная истина. И именно в его свете так хорошо видна лживость и лицемерность остального мира...
   Я постоянно куда-то несусь по своим неотложным делам, но глубоко в душе у меня залегла странная ложбинка, виноватость такая, неспокойность; и где-то за спиной тихо, но отчетливо тикают часы, дни, годы, за которые мой доверчивый малыш превратится во взрослого парня, досадливо роняющего при виде меня: "мам, сколько раз просил стучать, когда заходишь в комнату".
   Я никогда не могла спокойно смотреть, как на улице, поддавшись минутному раздражению, мамаша дает своему чаду подзатыльник или, усмиряя, так дернет за руку, что все его маленькое тельце сотрясается. Я далеко не идеальная мать - сама раздражаюсь, выплескиваю эмоции на попавшегося под руку, - но мне в таких случаях хочется взять этого ревущего, испуганного человечка и увести от его мамочки; накормить, приголубить, отдать ему всю ласку, которая у меня еще осталась.
   Только 17-18 лет они будут с нами. Потом еще долгая жизнь, но там, скорее всего, на первом месте будут уже не папа с мамой. И вот в этот момент мы, наконец, осознаем, как он дорог нам, наш ребенок. И какой он был милый, послушный в детстве. И как нам хочется туда вернуться...
   Есть такой мультик - о живом паровозике. Он постоянно сбивал расписание, останавливаясь, чтобы посмотреть - то на распускающиеся подснежники, то на восход солнца. А на упреки отвечал: "Если этого не увидеть, можно опоздать на всю жизнь".
   Времечко бежит. Часики - тик-так, тик-так...
   Мое родное, доверчивое существо, у мамы замирает сердце, когда ты поднимаешь на меня самые чистые в мире глаза и просто смотришь. Ты не пытаешься сказать, что тебе плохо, или хочется конфетки; даже тень какой-либо роли пока не легла на твою мордашку, ты вообще не умеешь ничего изображать. Ты просто смотришь, как будто стремишься на всякий случай запомнить мое лицо навсегда, и так ясно видно, что твои глаза - это радужная оболочка, и в ней дырочки, через которые устремляется ко мне вся твоя маленькая бесхитростная душа.
   Тебе не нужны изысканные кушанья: кусок сахара для тебя - сладость. Ты проживешь без дорогих игрушек: восхищенно смотришь, как на огрызке бумаги я неумело рисую солдатиков. Тебе нужно лишь одно, - чтобы тебя ПРОСТО ЛЮБИЛИ.
   "Мама, ты меня любишь?" - какой смешной и глупый для нас вопрос. Но ты сморишь немного даже со страхом и замираешь: рухнет сейчас мир или расцветет снова яркими красками.
   Ты смотришь на меня и я знаю: хочу ли этого или не хочу, думаю об этом или нет - ты мой. Ты весь во мне, а я в тебе. Я могу поднять тебя на вершины восторга и низвергнуть в горькие муки детских обид и слез. Я в ответе за тебя. Я могу делать вид, что не знаю этого, что существуют детские сады, школы, партии и правительства, но все равно, буду всегда явственно ощущать тиканье твоих часов.
   А может, стук твоего сердечка.
  
  
   Когда придет с работы папа ...
  
   К.П.:
   Сын подражает отцу, как высшему для себя авторитету. Девочка же смотрит на папу несколько иначе. Для нее он не пример копирования (таким примером обычно является мать), но образец мужчины. Известно, что чаще всего в дальнейшем девочка выбирает мужа по образу своего отца.
   Отец не может быть просто "спонсором" семьи, на нем лежит гораздо большая ответственность. На него смотрят, на него равняются его дети. Каждый поступок папы в семье - "на виду", соответственно, он должен с максимальной ответственностью подходить к своему поведению. К сожалению, именно этого сегодня не хватает нашим мужчинам.
   Роль отца в семье апостол Павел сравнивает с отношением Христа к Церкви. "Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее... Так должны мужья любить своих жен, как свои тела... ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь" (Гал. 5, 25,28-29). Христос любит Церковь всегда, разрыв, развод невозможен. Он относится к ней не с тиранией, не влача еле терпимое сосуществование, но нежно заботясь и опекая. Церковь, в лице своих членов, может поступать недостойно, но Супруг ее, Господь, никогда не бросит любимую, не отвернется от нее. Он всегда готов с терпением исправлять недостатки членов Церкви.
   Мы не можем представить себе, чтобы Господь бессмысленно гневался или наказывал произвольно. Точно так же истеричный, слабохарактерный, внезапно агрессивный отец, снимающий стресс вымещением злобы на детях - жалкая пародия на настоящего отца.
   Хорошо, когда папа проводит много времени с семьей, но не лежа у телевизора. Хорошо, когда любит играть, гулять, общаться, и все это делает не с плохо скрываемым выражением скуки на лице, а с радостью. "Вот наследие от Господа: дети; награда от Него - плод чрева" (Пс. 126, 3). Относиться к воспитанию детей халтурно, к детским заботам и проблемам равнодушно - для верующего человека равносильно тому, что он отворачивается от дара Божьего, бросает подарок, полученный от Господа, в грязь.
   Я помню как мой папа, занятый в будние дни с утра до вечера, субботу и воскресенье посвящал нашей семье. Мы все вместе отправлялись в парк, лес, в музей, на выставку, в кино и потом обсуждали фильм. Примерно лет с 13-ти мы с папой часто стали гулять вдвоем. Мы говорили о жизни, я рассказывал о своих друзьях, смеялись над советской действительностью, тогдашним социализмом.
   В одну из таких прогулок, это была осень, все было усыпано янтарными и багряными листьями, мы зашли на старинное кладбище. Мы читали надгробные надписи, пытались представить себе людей живших 100-150 лет назад. В глубине кладбища чернели развалины старинного храма. Папа начал рассказывать мне о Церкви, о Иисусе Христе. Эти рассказы произвели на меня потрясающее впечатление. Мы условились в следующее воскресенье прийти к действующему храму. И действительно, подошли к собору, стояли под дождем, смотрели на людей выходящих оттуда, боялись зайти: коммунист и комсомолец. Мы знали, что существует некий надзор за теми, кто посещает храм, а у отца, работавшего на государственном радио, если бы его заметили, могли быть серьезные проблемы.
   Наконец я решился и зашел в храм. Золотое свечение, исходившее от подсвечников, икон, отовсюду (этого цвета не было в моем школьном-советском мире), аромат ладана... Удивительное пение, наполнявшее храм, струившееся сверху, с хоров (не помню, чтобы в моей "прежней" жизни пели сверху). Я был покорен храмом и сразу понял, что есть что-то безмерно выше и прекраснее, нежели наш серый безбожный мир.
   Этот опыт определил в дальнейшем всю мою жизнь.
  
   А что у вас?
   Все лето по соседству с нашей дачей мы слышали по вечерам веселые детские визги и удары мяча. Даже хотели сходить, попросить, чтобы они не шумели в одиннадцатом часу вечера. Почему-то думалось, что это родители "гудят" и, хорошо подвыпив к вечеру, начинают тормошить своих ребятишек. Но потом мы познакомились с соседями и поняли, как мы заблуждались...
   Стоит только показаться вечером Витиной машине, когда он возвращается с работы, так не только дочь Полинка, но и все окрестные ребятишки бегут за ней с криком "дядя Витя! Дядя Витя! Будем сегодня играть?". Каждый вечер они затевают, собрав целую ватагу разновозрастных ребят, - то вышибалы, то футбол, то хоккей на роликах. Ни маму, ни папу не раздражает крики и беготня ребятишек, а у Полины никогда не бывает проблем с подружками и друзьями.
   Другой пример, на тех же дачах. Два папы идут играть со своими шестилетними сыновьями в футбол "на большое поле". Вопроса "с кем играть?" не возникает. По дороге они обрастают ватагой пацанов, которые, обычно маясь от безделья на местных "бродвеях", уже издалека кричат: "Вы в волейбол или футбол? Можно с вами?". С огромным удовольствием гоняют с малышней и их отцами 13-ти и 15-тилетние подростки. К сожалению, не много пап находит время, чтобы поиграть в мяч со своим сыном и его приятелями. И стайки подростков слоняются вокруг магазина или сидят часами на скамейке возле волейбольного поля, ведя пустые, глупые, "беспонтовые" свои разговоры.
  
   Из записей императрицы Александры Феодоровны
   "Просто преступление - подавлять детскую радость и заставлять детей быть мрачными и важными... Их детство нужно по мере возможности наполнить радостью, светом, веселыми играми. Родителям не следует стыдиться того, что они играют и шалят вместе с детьми. Может, именно тогда они ближе к Богу, чем когда выполняют самую важную, по их мнению, работу".
  
   А что у вас?
   "Когда я только пришла в православную Церковь, я, естественно, активно взялась за "продвижение к светлой цели" своих детей. Особенного переусердствования, к счастью, не было: мы просто сидели вечерами, читали какие-то особенные места из Евангелия, из житий святых, обсуждали вместе. Это были наши тихие вечерние "душевно-духовные" разговоры. Все было бы прекрасно, если бы я не обратила внимания, что для меня и для детей это вошло как бы в привычку. Ну как объяснить... Вот выдалась у меня свободная минутка, пришла я к ним, села поговорить - и сразу думаю: что бы такого им полезного, духовного сказать или прочитать. Или они сами льнут ко мне, зовут: мама, посиди с нами - и как бы подразумевается, что мы сейчас или Библию почитаем, или еще что-то в этом духе.
   А папа - все остальное: мячик, возня, солдатики, настольный хоккей и т.д. и т.п. То есть такое подсознательное разделение: папа - жизнь и веселье, мама - занудство.
   И дошло до меня: станет ли дальше от моих детей Бог, если я просто буду их любить? Просто буду дарить им свое такое драгоценное, такое цейтнотное время! Играть в их игры, выслушивать их болтовню, отвечать на их вопросы... А проповеди? Ну во-первых, каждый день нашей жизни - проповедь. А во-вторых, наши 10 - 15 минут перед сном для молитвы и... всего, чего бы мы ни захотели, - никуда от нас не денутся!"
  
   "Отодвинуть шкаф" или Розанов против Льюиса.
  
   А. Е.:
   Больше десяти минут, даже в самом возвышенном настроении, эти маленькие проныры не могут выстоять спокойно. Душно, ничего не видно из-за спин, но крепкая мамина рука не выпускает, елозь - не елозь. И вот наконец распахиваются сияющие врата и торжественный голос провозглашает: "Святая святым"...
   В начале минувшего века известный писатель и философ В. Розанов сравнивал современную ему Церковь со шкафом, придавившим живую человеческую жизнь и веру. Особенно тяжелыми многоступенчатые службы и обряды Православной церкви кажутся для маленького ребенка. Как вводить малыша в храм, как рассказать ему о вере? Как научить любить красоту Божественных служб, не навредив, не оттолкнув, не переусердствовав?
  
   А что у вас?
   "Минувшим Великим постом я была на Таинстве Елеосвящения, или соборовании. Рядом со мной все время простояла маленькая девочка, которая "просто" была рядом с соборующимися родителями. Она не хотела пойти посидеть, хотя родители ей сто раз это предлагали, называя ее вредной. Она просто очень стеснялась там сидеть без них. Мать, кроме того, постоянно одергивала ее: то она вяло крестится, то не слишком низко кланяется. Надо ли говорить о том, что я сама стояла как на иголках, потому что мне было безумно жалко ребенка. Почему родители не могли сходить на соборование по очереди? Это Таинство совершалось каждую неделю...
   Бедные-бедные наши дети. Зашиканные, задерганные, заранее осуждаемые за свой живой нрав и нелицемерное поведение. И туда им нельзя, и сюда, и то нельзя трогать и се. И побегать после причастия неприлично, даже на улице: "Ты же только что причастилась!" Хотим сделать их такими маленькими "благочестивыми" старичками и старушками. Не мудрено, что мы полностью отбиваем нашим детям охоту идти в церковь - причем на всю жизнь.
   Почему им нужно стоять тихо, если они ничего не понимают, когда читают, например, Евангелие? Даже я не понимаю и не слышу, просто узнаю по некоторым долетающим отрывкам, какое место читают. А они? "
  
   Большинство современных взрослых о Боге и Церкви в детстве ничего не знало. Никто не будил их рано утром в воскресенье - "к Причастию", они не визжали от радости, окропленные на Пасху святой водой. Они видели Бога разве только на сатирических картинках, в виде дедушки, восседающем на облаке. Нынешние дети живут во время, когда "железный занавес", отделяющий Церковь от мира, рухнул, и тысячи людей смогли войти в широко открытые двери. Уникальность и одновременно рискованность этого периода заключается в том, что взрослые устремляются в храм, крепко держа за руку своих детей.
   С одной стороны, - здорово, когда мама во всем разбирается вместе со своим маленьким ребенком: бить или не бить земные поклоны, целовать или не целовать руку священнику... Это очень сближает, в некоторых случаях сводя на нет проблему отцов и детей. С другой стороны, ошибаясь, спотыкаясь, падая и снова вставая, взрослые учатся на своих ошибках, а дети только безвинно страдают. Хорошо, если мамы и папы быстро разберутся в новом для себя мире - мире священников и свечниц, панихид и акафистов - и успеют выработать свою линию поведения, восприятия и воспитания прежде, чем перегрузят ребенка многочасовым пребыванием в храме и подле него. А если нет?
   Наша родительская проблема заключается в том, что мы не имеем достаточно сил, знания, незакомплексованности, в конце концов, чтобы познавать новую для себя науку - жизнь в Церкви - самостоятельно. Как палочку-выручалочку, как "сим-сим-открой дверь", мы толкаем впереди себя своих доверчивых чад. Нам по сердцу атмосфера храма: свечи, пение, нас тянет сюда, и мы водим, водим в церковь наших деток: причащаем, помазываем елеем, подсовываем под благословение. Не понимая, что вера может существовать только как активное, двустороннее действие: Бога и самого человека. Что жизнь в Церкви предполагает НАШЕ непосредственное участие. Сначала мы должны на себе понять, что такое Церковь, Причастие, молитва и лишь потом, выслушав все замечания, сделав выводы в результате собственных ошибок, то есть приобретя личный опыт, - осторожно вводить в храм своих детей.
   Часто людей в Церкви привлекает лишь обряд. Особенно женщин. Им нравится одеться "по православному", купить свечей, истово креститься, даже стоять на коленях. Прекрасному полу как-то проще все это сразу же воспринять. С мужчинами сложнее. Мужчин обряд скорее отпугивает. Но сверхправда и для тех, и для других в том, что если кроме обряда в Церкви ничего не увидеть, - он всегда будет камнем преткновения между родителями и детьми, мужьями и женами, "неверующими" и "воцерковленными" родственниками. Человек, пришедший в храм, должен искать: узнавать, читать, молитвенно вопрошать и стараться услышать ответ - в чем суть веры, молитвы, Таинств? И только изнутри поняв это, надевать сверху обряд, как красивую, драгоценную одежду. "Ибо Я милости хочу, а не жертвы, и Боговедения более, нежели всесожжений", - предельно просто и ясно говорит нам об этом Господь (Ос. 6,6).
   Воспитывать нашего малыша в искренней вере мы можем так же, как и во всех других жизненных сферах, - собственным примером. Ребенок сам научится, как мама, благоговейно целовать икону, как папа, читать молитву перед едой, как старший брат, строго и тихо стоять в храме. Точно так же он будет говорить "спасибо" - потому что в семье все умеют благодарить, не осуждать - потому что родители никогда не позволяют себе злословить о ком-то "за глаза", и не читать подряд восьмую книгу о Гарри Поттере - потому что "чтиво" в доме вообще не появляется. Если папа и мама в первую очередь воспитают себя - свое отношение к святыням, свое молитвенное настроение, свою цельность и собранность, свой вкус и манеры поведения, - им ничего уже не надо будет "вбивать" в детей.
   У маленьких детей часто бывает такое выражение лица, будто они общаются с ангелами. Человек приходит из небытия и уходит в него, поэтому, наверное, чем ближе он к начальной или конечной пограничной черте, тем яснее на его лице отблеск Горнего мира. Воспитывая своих детей, как это не парадоксально звучит, мы тоже многому можем учиться у них.
   Например, не лгать. Так не лгать, как может только младенец: не только словами, но и взглядом, выражением лица, даже мыслями. Учиться быть нелицемерными, подлинными, искренними, всепрощающими, необидчивыми, чистыми. Так доверять и верить, как они: вложить ручонку в большую ладонь взрослого и, даже не подняв глаз, не взглянув вперед, - пойти туда, куда тебя ведут, зная, что так будет лучше. Учиться любви, - кто еще нас в жизни будет так любить, так принимать в любом настроении, так жалеть за каждую шишку, так замечать не то что слезы в глазах, но даже чуть омраченное настроение, так прощать - все! сразу! и навсегда. Так ласкать, так целовать, так обнимать, так миловать... Пока в доме младенец, мы можем ежедневно учиться у него настоящей христианской любви. Недаром Господь наказывал нам: "будьте как дети".
   Первые религиозные шаги наших малышей тоже поражают своей искренностью и живостью. Дети даже могут вразумлять взрослых своим непосредственным, ненадуманным восприятием Бога и учить их настоящей вере.
  
   Мой ребенок говорит...
   - Мама, знаешь, почему Даше лучше? Потому что я за нее помолился...
   - Когда это?
   - В машине, когда мы ехали на занятия...
   А-а, действительно вспоминаю. Видела в зеркало заднего вида: мой сынок вдруг стянул с себя шапку и, отрешенно глядя куда-то вдаль, что-то тихо говорил две минутки, шевеля губами... Вот такая первая, искренняя, самостоятельная молитва.
  
   "Мама, когда ты крестишь меня, это меня ограждает от грехов так же, как воздух вокруг Земли ограждает ее от метеоритов?".
  
   Наверное, у ребенка с рождения существует своя система восприятия Божественного начала и свои методы общения с Ним. Доказательством служат многие свидетельства нынешних взрослых, выросших в атеистическом обществе, но в детстве постоянно стремившихся к чему-то потустороннему. Эту детскую "врожденную религиозность" ни в коем случае нельзя перечеркивать со словами "а надо так". Лучше постараться осторожно направить эти стихийно-природные токи по известному, столетиями проторенному руслу. То есть присущий детям Дух облекать в Слово. Уча их познавать это Слово и учась у них чистоте Духа. Только таким образом мы сможем дать друг другу очень многое.
  
   А что у вас?
   "Давным-давно, когда я была маленькой девочкой, мне очень захотелось попасть в пионерский лагерь на Чёрном море. Так захотелось, что я начала подсознательно искать лазейки для продвижения в реальность своего "хочу". Я с силой произносила ровно три раза: "хоть бы! хоть бы! хоть бы!", мысленно нарисовав картину желаемого. И - вот радость! - мой абсолютно не пробивной папа достал где-то горящую путёвку.
   С тех пор я приняла в душе и полюбила своего "хотьбу". Не очень часто (чтобы не избаловаться), но всегда с надеждой я прибегала к этому заклинанию. Не помню, всегда ли заканчивались успехом мои взывания, но через некоторое время мне захотелось "овеществить" моего друга и господина моей судьбы. Им стал, если память не изменяет, какой-то особый деревянный сувенир. Я разговаривала с ним и иногда благоговейно обтирала пыль.
   В общем, чистой воды идолопоклонничество.
   Спустя много лет я рассказала о моём "хотьбы" дорогому человеку. А он, в свою очередь, признался, что и у него всегда был "свой бог". Если мальчик хотел чего-то справедливого - он просил у него.
   Не лишним будет напомнить, что мы выросли в эпоху, когда уже не надо было ни ёрничать на тему религии, ни прописывать в "Крокодилах" верующих, ни доказывать научными методами торжество разума над "предрассудками". Подавляющее большинство населения страны Советов не помнила уже, не думала, не помышляла о Боге. Несуществование Бога было настолько естественно, настолько являлось азбучной истиной, что не требовало доказательств"...
  
   Рассказы о блаженном Грише
   Особую любовь Гриша проявлял к детям. С ними он не особенно даже и юродствовал, дарил им конфеты, часто и перед причастием. Православные родители просили Гришу не давать детям конфет перед причастием, потому что несознательные дети их могли перед причастием съесть. Но Гриша всегда отвечал таким мамам и папам: "За собой смотри". А иногда: "Сами поменьше жрите"...
  
   Некоторые родители, заметив Гришину склонность к детям, стали задавать ему вопросы на воспитательные темы. Как научить детей молиться? Как научить поститься? На все такие вопросы Гриша отвечал мамам-папам одно: "Себя учи".
   (из книги М.Кучерской "Чтение для впавших в уныние")
  
   К.П.:
   У меня много знакомых христиан разных конфессий. (Отчасти это объясняется тем, что по благословению священноначалия я в течение ряда лет готовил православные передачи на протестантском радио "ТЕОС".) И с этими людьми я с радостью общаюсь. Например, всех приглашаю в собор, в котором служу, на экскурсию. Я рассказываю гостям о храме, иконах, истории православия, отвечаю на вопросы.
   Совсем недавно наш храм посетила паства пятидесятнической церкви. После встречи подошел молодой человек, ведущий группы детского служения. Он сказал: "А можно я отдельно приду с нашими детьми? Я хочу, чтобы Вы рассказали о православных святых, о вашем удивительном богослужении и о встрече с Богом, которое происходит во время богослужения".
   В чем парадокс этого вопроса? В том, что именно православную Церковь часто обвиняют в мертвенности, схоластизме, убивающем всякую искру подлинной религиозности. И вот этот человек, свидетель "подлинно-живой" веры просит провести встречу с православным священником. Значит, есть в православии, в этих обрядах, священнодействиях то, по чему тоскует душа искреннего верующего человека неправославного исповедания. Есть! И я со всей уверенностью, наблюдая детей растущих в вере, могу сказать: православие не пыльный шкаф, кадильным дымом удушающий религиозное чувство детей.
   Если уж сравнивать православие со шкафом, то с "платяным шкафом" из "Хроник Нарнии" К. Льюиса. Тот шкаф, если сквозь него протиснутся, вел в потрясающую сказочную страну, наполненную невероятными приключениями.
   Православие интересно для ребенка. Оно интересно не только разукрашенным храмом, завораживающим обрядом, необычными одеждами, пением и проч. Православие интересно самим учением, ведь оно учит о том, что духовный мир это такая же реальность, как и мир наш, земной, и этот духовный мир рядом, он просто невидим.
   Мир моих детей, которые даже не от момента рождения, а от момента зачатия воспитываются в Церкви, вмещает и Бога, и святых, и усопших, и ангелов. И бесов. Для обычного ребенка непонятно, кто такая, например, баба Яга или леший. Это что, все придумано? Значит сказка - это неправда?.. Мои дети воспринимают сказку иначе. Они знают, что бесы - это реальность, что они могут принимать любой образ. И поэтому такие мифологические злые персонажи сказок не вымысел. Как не вымышлены подвиги древних героев богатырей, борющихся с драконами, добывающих живую воду, умирающих, но оживающих Божественной силою. Может быть, что-то здесь преувеличено, что-то надумано позже, но идея доброй сказки, безусловно, исторична. Об этом много писал ленинградский ученый В. Пропп (см. "Исторические корни волшебной сказки" и др. работы).
   Но разговор не о сказке, а о том, что дети изначально расположены к мистическому восприятию мира. Ребенок верит, что мир населен таинственными существами, что в мире идет скрытая борьба добра, любви, красоты со злом, ненавистью, уродством. Расставаться (помню по себе) с этими мыслями, понимать, что все материально, механистично, - очень грустно.
   Так вот, Церковь имеет власть объяснить малышу, что на самом деле все так и есть. В мире действительно идет борьба сатаны с добром, проявлениями Божией красоты и мудрости. У Ф. М. Достоевского читаем: в мире идет битва сатаны с Богом и поле этой битвы - сердца людей. Это не совсем верная формула. Сатана не равный Богу противник, между ними никакой битвы быть не может. А что есть? Огромная злоба сатаны, который всеми силами, хитростью и подлостью старается навредить Божиим замыслам о мире и человеке. Правота Достоевского в том, что материальный мир - скажем моря, леса, насекомые и проч. - не привлекает сатану. Его заманчивая добыча - человек, созданный по образу Божию и призванный наследовать Царство Небесное. Вот почему со всею силою сатана обрушивается именно на человека, на его душу. Действительно, сокровенная глубина души человека, называемая в Библии сердцем, становится тем местом, где пересекаются благодатная Божия воля, желающая возвести человека на небо, и сатанинская злоба, мечтающая увлечь человека за собою, в преисподнюю.
  
   Духовная жизнь ребенка, как, конечно, и взрослого, никогда не должна "зацикливаться" на обряде. Обряд - это именно "обряд", то есть лишь одежда, покров таинственной реальности. Обряд может изменяться соответственно времени, культуре. Духовная реальность остается неизменной. Обряд может отступать на второй план, если того требует высший закон христианства - закон любви. Но обряд не главное! И он собою не определяет и не исчерпывает всей тайны жизни с Богом.
   Если так воспитывать ребенка, он никогда не будет воспринимать Церковь как тоскливый пыльный шкаф. Богослужебная жизнь храма его будет радовать, но если ее по какой-то причине нет, христианство для него не закончится, не иссякнет.
   Например, ребенок попадает на лето к неверующей (или не посещающей храм) бабушке или в детский лагерь. Если за беготней на речку, волейболом, песнями у костра под гитару он забудет про Бога (в храм-то не ходит), то вера такого человека мало чего стоит. Или же бабушка кормит котлетами, а ее надо слушать, - значит посту конец, ешь что хочешь, развлекайся как хочешь.
   Как ведет себя ребенок, у которого вся его религиозность не сведена к привычным обрядовым формам, для которого вера - это живое чувство? В том же лагере он найдет время уединиться и помолиться, побеседовать с Богом. Он не будет смеяться над пошлыми шутками ребят, если они касаются веры, Бога, Церкви. Он знает, что можно съесть котлету и сладкий пирог, испеченный бабушкой, но если сегодня постный день, лучше отказаться от второго куска пирога. Если предлагают мороженое - откажись: "спасибо, но сегодня просто не хочется", дают конфету - возьми, искренне поблагодари, но скажи, что съешь потом. Ты ее действительно съешь, но, например, завтра. Наконец, пост не сводится к пище. Всегда можно в постный день пожертвовать развлечением, отказаться от телевизора. И делать это ребенок должен не по принуждению, а с радостью и свободно, исходя из собственного желания.
   Кто-то скажет, что это невозможно. Что ребенок просто не сможет отказаться от сладостей, которые предлагают, или от интересного кинофильма. Но на самом деле это реальность. Ребенок, который не может сознательно и совершенно свободно отказаться от удовольствия, - просто ребенок с неразвитой волей. Четырехлетний, может быть, и не сможет, но этого от него и не требуется. А восьмилетний обязан не быть рабом желаний, но властвовать над ними. Если этого нет - это исключительно вина родителей.
  
   В прошлом году моя дочь была в лагере на одном из островов реки Вуокса. На этом острове есть огромные гранитные глыбы с высеченными древними людьми рисунками, так называемыми петроглифами. Там же есть группа камней, напоминающая доисторических животных: мамонта, медведя, черепаху и пр. И вот среди этих каменных животных устроена площадка, которая, по мнению археологов, могла служить жертвенником. Все это интересные свидетельства каких-то древних языческих культов.
   В качестве оригинального мероприятия в этом лагере устроили праздник для детей: сбор подношений каменным животным. Каждый должен был найти или сделать что-то замечательное: необычный камень, венок из цветов и т.д. Потом дети отправлялись все вместе к животным и клали на жертвенник свои подарки.
   Когда дочь мне об этом рассказала, я спросил ее: "А ты участвовала в этом?" - "Нет, конечно, папа, я же христианка, я не могу приносить жертвы языческим богам". Меня очень это порадовало.
  
   Ребенка нужно воспитывать в любви к Богу. В любви, а не в страхе, и именно к Богу, а не к обряду. Когда произошел большевистский переворот 1917 года, мы помним, с какой ненавистью к религии, к Церкви разрушали храмы и убивали священнослужителей русские люди. Люди, которых с детства приводили в храмы, исповедывали, причащали, которым преподавали в школах Закон Божий. Это значит, что этим людям не привили подлинной любви к Церкви, к Богу. В их жизни был тоскливый и душный обряд, к которому их принуждали. Но их не научили подлинной религиозности.
   Вот этому мы должны учить наших детей. Сообщить им настоящую любовь к Богу, к православной христианской вере, к нашей церковной культуре. Научить уважать и ценить то прекрасное, что есть в других религиозных традициях. Открыть детям, что наша вера - это не сумма знаний, но удивительная жизнь в единстве с Богом.
  
  
   А что у вас?
   ...Мои неугомонные любознательные проныры делали наши походы в церковь сплошным для меня позором.
   Например, что для ребенка может быть интереснее многосвечника, который к тому же и крутится? А возможность зажечь погасшую на нем лампадку? Возиться с масленым фитильком, выпачкав при этом ладошки, а потом эти ладошки, пока мама не видит, о штаны или о пальто вытереть - как хорошо! А еще есть церковные кружки, в которые так звонко падают монетки, - одна за другой, одна за другой. Можно почистить от наплывов подсвечник или, присев на корточки, взять из стоящей на полу плошки остатки свечек и мять их, мять, выделывая незамысловатые фигурки. Однако есть в церкви и очень строгие бабушки, которые могут не разрешить это делать...
   Что же я должна сделать в первую очередь, дабы помочь укорениться зернышку веры в сердцах своих детей? Прежде всего, решила я, необходимо помочь сложиться в них самому счастливому, самому благополучному образу Православной Церкви. Никаких отрицательных эмоций или тягостных воспоминаний о принуждении или скуке не должно возбуждать в моих детях воспоминание о церкви...
   Когда дети были совсем маленькими, я старалась наше с ними пребывание в храме не продлевать долее одного часа. Посещение церкви начинается, конечно же, с покупки свеч, причем желательно, чтобы их было как можно больше и чтобы они подольше заняли моих детей. Свечи ставим перед иконами, которые поближе к притвору, - там меньше народу, и мы не так мешаем своим громким шепотом. Но вот свечи иссякли. Я усаживаю ребятишек рядышком на скамейку, а сама встаю к ним поплотнее, чтобы вовремя пресечь болтание ножек и вначале такое невинное, чисто дружеское их взаимное попинывание. Прошло пять минут. Маленькому уже надоела неподвижность, да и старший в первый раз (он это сделает еще раз десять) спросил меня тихо: "Мама, а скоро причастие?". Тогда я беру маленького на колени, а старший прижимается ко мне (изменил позу - уже облегчение). Вскоре малыш слезает с колен, да и старшему хочется просто постоять. Но тут запели "Херувимскую", и я встаю на колени. Готовность, с которой вслед за мной делают мои сыновья, вовсе не означает, что они будут пребывать в той же позе вплоть до окончания пения. Через минутку благоговейного стояния старший начинает ерзать коленями по полу, упираясь в него руками (своего рода физкультура), а младший уже лежит - так ему удобнее. Я, заметив такое бесчинство, тут же встаю с колен и крепко беру их за руки. И все-таки маленькому уже хочется размять ножки - благо, около киосков он уже заметил парочку веселых физиономий. Начались хождения - теперь нужен глаз да глаз. В нужный момент на помощь приходят монетки, как всегда, заранее припасенные в моих карманах. Наконец и с ними покончено. Что бы еще поделать? - бегают по сторонам шустрые глазенки. Тут, однако, запели знакомую молитву, а это мои ребятишки ужасно как любят. И вот мы вместе поем "Верую", а затем и "Отче наш" старательно подтягиваем...
   Что бы ни произошло между нами в церкви, я никогда не напоминаю им о плохом по дороге домой.
   - Ну, слава Богу, - начинаю я разговор с ними, - вы сегодня хорошо вели себя в церкви.
   Старший, который помнит за собой кое-какие грешки, с напряжением переспрашивает:
   - Это ты в кавычках сказала?
   - Нет, я совершенно серьезно. Вы у меня молодцы.
   И тут же я стараюсь подобрать свеженький пример их хорошего поведения.
   Я вижу, как радостны и счастливы мои дети. Они с не меньшим усилием, нежели я, старались преодолеть трудности, связанные с тем отрезком времени, который они провели в церкви. Дети прикоснулись к благостыне святого места и уже знают, что это не пропадет втуне.
   (из книги Александры Соколовой "Две мои свечи")
  
   А что у вас?
   "Дочка Дария, трех с половиной лет. Причащаем с супругой ее регулярно, а вот на Всенощную никак не удавалось ее привести (к помазанию елеем). Решились, наконец, взять Дарию на всю службу. По прошествии некоторого времени, стала капризничать, проситься поскорее пойти домой. После помазания процесс усугубился: проситься домой перестала, но сидя на солее, стала распевать песни, причем никак не относящиеся к данной службе... Супруга решила вывести ее на улицу погулять. Ну и попутно, сидя на лавочке, объяснила ей ее поведение, и что если та будет так поступать, то мама с папой больше не будут брать ее с собой в храм. Дария, в слезах, обещала больше так не делать.
   На следующее утро между мамой (М) и дочерью (Д) состоялся такой диалог:
   Д: Мам, а я больше не буду себя плохо вести в храме, я буду молиться.
   М: Хорошо, а о чем ты будешь молиться?
   Д: Чтобы поскорее домой пойти!"
  
   А что у вас?
   Мы никогда не приходим с детьми к началу службы. Никогда не проходим вперед с малышами. Старшие пробираются поближе к алтарю сами. Для них это место - место взрослых. Мы стараемся выбирать храм, где не очень тесно. В результате, мы и старшие дети довольно редко причащаемся. Это все не очень хорошо, наверное, но, что делать? Еще мы никогда не берем в храм игрушки, книжки и еду. Если далеко едем, оставляем все это в машине. Хочу, чтобы дети чувствовали, что церковь - место особое, отличное от двора, скажем. Если малышам (или старшим) становится невмоготу, выходим погулять. Старших иногда выдворяем "на послушание": приглядеть за малышами. Они ворчат, но радуются. В храме все-таки трудно молчать, стоять, молиться. А нам, взрослым, всегда легко?
   Еще одна традиция. Приезжаем в церковь всей семьей. Говорим: "У нас пятеро взрослых и Леночка спит в коляске. Сначала с ней гуляет папа, потом мама, от Евангелия до канона - Маша, от "Милостию и щедротами..." до "Всякое дыхание да хвалит Господа ..." - Валя и т.д. Они слушают службу, потому что ждут "свой" возглас, но ведь слушают. Надо их как-то заинтересовывать происходящим в храме.
   Не едим перед литургией (стараемся) все, а не только тот, кто причащается, а то малыши, которые причащаются каждое воскресение, чувствуют себя обиженными. При этом говорим, мол, кто немощный может выпить стакан молока. Немощными становиться не спешат. Было пару раз, что предпочитали завтрак причастию (кто-то между пятым и восьмым годом), но это действо вызвало неожиданно дружное возмущение других детей. Послышались недвусмысленные намеки на чечевичную похлебку. Слава Богу, практика не прижилась.
  
   А что у вас?
   Мой сын Игорь, шести лет - живой, подвижный мальчик. В церковь на причастие ходит то с удовольствием, то с преодолением некоторого сопротивления, но, в общем, без конфликтов. Приходит - обомлевает от великолепия - но минут на пять. Потом начинается... Шепотом: "А скоро "Отче наш?" А скоро причастие? А мы до крестика будем стоять?" (до конца службы то есть - чтобы подойти приложиться к кресту). Меня это внутренне всегда дезориентировало. Я все время думала, что вот, конечно, ему тяжело, ему непонятно. "Давай свечку поставим", - предлагаю, или подниму хоть на минуточку - чтобы видно было и т.п. А ведь ему уже шесть, через год - на исповедь, то есть вообще всю службу стоять...
   Но вот интересно - как-то раз прислушалась к мнению папы, который начал ходить с нами в храм. "Не надо его все время занимать. Не трогай его, не обращай внимание на нытье. А что с ним будет?" Забирает его, проходит вперед и просто стоит. Вижу, сын что-то спрашивает, ответ прост - "ничего страшного, пятнадцать минут ты можешь постоять"... И ведь стоит. Стала я все это анализировать и поняла. А сколько времени он, вообще, умеете ждать? Ну вот, например, в очереди в поликлинике, когда я его не развлекаю непрерывно? А сколько - помолчать, пока поговорят взрослые, не перебить, подождать? Да и пяти минут не может. Дело-то, оказывается, не в "скучности" церковной службы, а в неумении находиться в собственной тишине. Как некоторые взрослые: приходят с работы домой, включают радио, телевизор, прослушивают автоответчик и т.д. и т.п. Так же и наш малыш - три полки книжек, четыре - игрушек, старшая сестра, кипы бумаги, фломастеры, игры, пластилин... - но все равно: мама, а что мне делать? А даже если бы всего этого и не было, он ведь уже умеет ДУМАТЬ. Так вот и оказывается - не умеет, не привык...
   Что тут мне самой себе посоветовать? Во-первых, дома на вопрос "что мне делать?" - или отвечать "сам придумай", или давать поручения типа "посуду помой", а не бежать развлекать его. Во-вторых, ослабить свое постоянное попечительство о нем, сам он справится, ничего, не переломится: и подождет автобус, и в очереди постоит, и помолчит, пока родители разговаривают со знакомыми, а не будет ежесекундно дергать за руку и ныть: пойде-ем..."
  
   А что у вас?
   Хочу поделиться своими "находками". Мои дети очень оживляются, когда перед службой мы пишем записочки вместе: всех наших друзей, всех малявок - печатными буквами. "А как Сеня будет? Сений? А, Арсений! А Маша?.." Кто посмелее - потом эти записочки сам может подать в свечную лавку и положить просфорки в специальный мешочек.
   Один раз объяснила, на что могут идти деньги, которые мы даем в храме. На ремонт - ты же видел, что все лето храм ремонтировали? Вот на твои денежки, которые ты бросил в копилку, может быть, купят банку краски и побелят вот эту стенку. Или - цветы, видишь, сколько цветочков у икон стоят? Надо видеть, с каким теперь сознательным чувством исполненного долга и причастности он опускает денежки.
   Еще они очень любят, когда им покупают в праздник иконки - именно им, и какие они сами выберут. Дома они их ставят на именно их собственное место и всем показывают, что это моя иконка - ну и т.д.
   Иногда бывает среди недели праздник, память какого-нибудь святого. Причащаться не идем, но в церковь хочется в этот день зайти. Можно купить цветочки, хоть один, и отнести в храм - "подарить", поздравить святого. Лучше даже если ненадолго: зашли, поцеловали иконку (поднимите своего малыша, пусть он сначала хорошенько разглядит эту икону, а потом - уверяю, у ребенка желание поцеловать ее появится само собой), отдали цветочек - ну и все. Хорошо, правда, еще голубей у церкви покормить старыми крошками, взятыми из дома.
   Еще советы: стараться объяснять малышу ту часть службы, на которой он присутствует. Выучивать некоторые возгласы, чтобы узнавал в храме и ориентировался. Вообще все время пытаться все объяснить на его уровне и сделать его причастным всему тому, что происходит в церкви.
   Когда я смотрю на детей, стоящих на литургии, мне всегда хочется обратиться к родителям. Дорогие родители! Попробуйте сами встать так, чтобы перед вашими глазами находилась, в лучшем случае, спина какой-нибудь тетеньки в пальто. Сколько сможете выдержать? По своим детям я заметила огромную разницу - стоят ли они близко к алтарю и наблюдают за действиями служителей, или маются где-то "на задворках" в толпе. Конечно, не всегда получается из-за множества народа пройти вперед. И как бы мне хотелось сказать всем взрослым в храме: если вы видите, что прямо за вашей спиной стоит малыш (а неплохо было бы обратить на это внимание! ведь даже в театре или кино мы думаем о том, видно ли сидящим сзади людям или нет), пропустите его вперед! Особенно это касается шести - семилетних детей, которые уже соблюдают правила поведения в храме и могут как-то участвовать в общей молитве. "Пустите детей приходить ко Мне"! Давайте их хотя бы пропустим к алтарю поближе!!
  
   Вопросы к священнику:
  
   1). На какую службу ходить с малышом и на сколько времени?
   Можно ходить на любую церковную службу. Это может быть Божественная литургия, может быть вечернее богослужение. Только необходимо рассказывать ребенку, что сейчас он увидит.
   Не обязательно выстаивать всю службу. Пусть это будет то время, в течение которого ребенок сможет спокойно и с желанием побыть в храме. Если он утомился, можно выйти, совершить небольшое путешествие вокруг храма, посидеть во дворике. Можно сделать эту прогулку продолжением храмового действа, если предложить малышу помолиться, посмотреть на деревья, небо, солнце или звезды и понять, что Бог, к которому он только что с многими-многими людьми обращался в храме, - Творец (лучше - Художник) всей природы, всего нашего мира. После небольшой пятиминутной прогулки можно вернуться в храм.
   Но ни в коем случае нельзя, если ребенок устал за богослужением, предлагать ему поиграть с ребятами. (Почти в каждом храме за богослужением присутствуют дети, которые на службу не обращают никакого внимания. Они слоняются, разваливаются на скамейках, рассматривают прихожан, переговариваются, играют и прочее). Богослужение - вот то святое и единственное, чем занимаются в храме. Храм не место для игр и развлечений, оставим их для дома.
  
   О самых маленьких. Совсем недавно, когда я совершал Божественную Литургию, в храм пришла мама с малышом. Они зашли в тот момент, когда запели "Милость мира". Я узнал об этом по воплю ребенка. Но это был не вопль горя, а крик радости. Ребенок что-то кричал: мама, дай, не надо, хочу... обычный детский набор. Потом он запел песню. У малыша было хорошее настроение, и слава Богу. Но он мешал молиться сотне человек. Мама стояла рядом, истово крестилась, кланялась и не обращала на ребенка никакого внимания. Я попросил пономаря выйти к этой женщине и объяснить ей, что до причастия (еще минут пятнадцать) ей с малышом лучше погулять у входа в храм.
   После службы я поговорил с этой женщиной. Она просто не представляла, что если ребенок громко разговаривает, поет песни, он может кому-то мешать. Кроме того, она сама хотела помолиться, а к голосу своего ребенка настолько привыкла, что научилась вообще его не слышать.
   А ведь в этой ситуации, и в подобных ей, все очень просто. Если вы видите, что ребенок капризничает, или, напротив, у него веселое настроение, и он себя шумно ведет, выйдите из храма, погуляйте у входа, займитесь с ребенком, покачайте его, поговорите с ним, словом успокойте. Если вы боитесь пропустить причастие, попросите какую-нибудь прихожанку (желательно молодую, может быть тоже маму с ребенком) выйти к вам и позвать вас, когда причастие начнется.
   Есть масса вариантов и совсем необязательно мучить ребенка и доставлять неудобства прихожанам.
  
   2). Обязательно ли после причастия ждать конца службы, чтобы поцеловать крест?
   Если ребенок утомился, лучше уйти почти сразу после причастия, желательно же дождаться отпуста. Поясню: каждое богослужение заканчивается отпустом. Священник с крестом в руке выходит на амвон (площадка перед Царскими вратами) и возглашает: "Христос истинный Бог наш, молитвами Пречистыя Своея Матери ... и всех святых помилует и спасет нас яко благ и человеколюбец". После произнесения этих слов богослужение считается оконченным.
   Обычно после окончания службы священник произносит проповедь. Обращена она к взрослым, маленьким детям непонятна, однако, думаю, детей с семи лет лучше приучать слушать проповедь. При выходе из храма после Божественной литургии положено целовать честной Крест Христов. Но священник будет давать целовать крест только после проповеди. Те, кто хотят все-таки приложиться к Кресту, могут поцеловать большой крест, укрепленный у панихидного столика (где поминают усопших) или иной крест, например, нательный.
  
   3). Обязательно ли для малыша елеепомазание, и когда можно прийти и уйти с ним во время вечерней службы?
   Центральная часть Всенощного бдения (праздничного вечернего богослужения совершаемого накануне воскресных и праздничных дней) - полиелей. Зажигается весь свет в храме. Священнослужители выходят на середину церкви. Весь храм наполняеся благоуханным кадильным ароматом. Выносится и читается Евангелие. В знак праздника верующих помазывают маслом. И чтецы торжественно читают канон праздничного дня (канон состоит из небольших отрывков - тропарей, в которых раскрывается историческое и богословское значение праздничного дня и сам этот праздник прославляется).
   Вот самая важная часть Всенощного бдения: чтение Евангелия и чтение канона. Елеепомазание за всенощной лишь прекрасный древний обычай, но не то, ради чего спешат в храм!
  
   4). В каких случаях можно соборовать ребенка?
   Существует мнение, согласно которому ребенка не соборуют. Почему? Говорят, что дети не могут разумно воспринять Таинство Елеосвящения. На основании этого, например, Киевский митрополит Петр Могила (XVII в.) отказывает преподавать Таинство Елеосвящения младенцам "употребление ума неимущим" (см. Требник митр. Петра).
   Современные церковные правила определяют, что собороваться может ребенок лишь с семи лет. Однако древность такого разграничения не знает. Ни у одного древнего автора мы не находим запрещения собороваться детям. Ребенок не имеет разумной веры? Что ж из того, ведь мы крестим и причащаем детей, веря, что благодать Божия усваивается их душой. Почему в таком случае благодать врачующая не может быть принята ребенком?
   В случае действительно серьезной болезни ребенка, думаю, можно совершить над ним Таинство Елеосвящения, но в каждом конкретном случае нужно решать со священником.
  
   5). Нужно ли приучать (заставлять) детей класть земные поклоны, стоять на коленях, целовать иконы и руку священника?
   Прежде всего нужно объяснять, что значат эти обрядовые благочестивые жесты и, конечно, раз наша православная религиозная культура санкционирует их, нужно учить им и ребенка.
   Земной поклон (как и вообще поклон) выражает наше смирение перед Богом. В земном поклоне прекрасно иллюстрируется состояние нашей души. Мы падаем на землю - как и душа наша в грехе падает с высоты вниз. Но мы встаем - и душа наша должна пробудиться от греха, восстать, вернуться к Богу.
   Стояние на коленях (имею в виду в храме, во время богослужения) - западная практика, чуждая православию. Никакого стояния на коленях не знают старообрядцы, греки - их богослужебные традиции не испытали такого западного влияния, какое испытала Русская Православная Церковь в XVII-XIX вв. Православная церковь знает поклон, который называется по церковно-славянски метание. Может быть земной поклон, может быть поясной. Интересно, что это славянское слово на самом деле имеет греческое происхождение. У греков поклон называется метаноя (дословно - покаяние). Это слово - покаяние очень верно выражает смысл нашего поклона, метания.
   Целование икон, как и руки священника, - это проявление глубокого благоговейного чувства, которому должны учить ребенка родители.
   Однажды я видел, как по храму ходил ребенок и целовал подряд все иконы. Беда в том, что он делал это с совершенно равнодушным, я бы сказал пустым лицом. Необходимо объяснить, что кланяясь иконе, целуя икону, мы воздаем уважение тому лицу, которое на ней изображено. Можно сказать: это похоже на то, как ты целуешь фотографию любимого человека - мамы, папы, бабушки...
   Целуя руку архиерея, священника, изображающих Христа мы словно целуем руку Самого Христа.
  
  
   В вине и хлебе Христос
  
   К.П.:
   Причащение ребенка - это большая и важная тема.
   Напомню, что христианин - это не просто теоретически верующий человек. Это человек, который находится в благодатном, говоря более понятным современным языком - энергетическом единении с Богом.
   Для древних христиан сама мысль о том, что можно называться христианином и не причащаться, казалась абсурдной. Христиане собирались для совершения Литургии, для того чтобы причастится даже под угрозой смерти; человека, который две-три недели не причащался, отлучали от Церкви!
   Сегодня, когда я выхожу воскресным зимним утром из дома и бросаю взгляд на свой дом, его окна блестят холодной темнотой. В окнах нет света, никто не поднялся с кровати, никто не одевается, не собирается в воскресный день в храм.
   Прохладность в вере, нравственная вялость, все это по мысли святых отцов следствие того, что человек перестал причащаться.
   И для нас с вами, дорогие родители, и для наших детей, когда мы говорим о религиозной, духовной жизни, должно быть аксиомой, что такая жизнь немыслима без Евхаристической Чаши. Мы должны причащаться сами и должны этому научить детей.
   Что значит научить причащаться? Рассказать о важности причастия? И это, но кроме того - научить готовиться к причастию.
  
   Мы помним строгие слова апостола Павла, сказанные христианам его времени: "Кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней. Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. Оттого многие из вас немощны и больны и немало умирает" (1 Кор. 11. 27-30). Есть и пить недостойно, это приступать к таинству, не отдавая себе отчета в том, какую великую святыню мы принимаем.
   Конечно, когда причащается младенец, он не может рассуждать о Причастии. Его душа без участия разума воспринимает благодать Божию. И это совершенно полноценное спасительное причастие. Но уже у человека, хоть немного отдающего себе отчет в происходящем, никакого несознательного, механистичного подхода к святыне быть не должно.
   Как только ребенок начинает познавать мир, в его картину мира должно быть включено понятие святыни. Уже годовалому ребенку нельзя давать иконы, распятие вместе с игрушками, чтобы он их вертел в руках, как я заметил однажды в одной семье. Тот же малыш должен видеть, что мать, отец, перекрестившись, берут в руки икону, целуют ее и бережно дают ему подержать. Он всматривается в таинственный лик на иконе, родители могут приложить икону к его губам, но как только он попытается засунуть икону в рот, ее следует забрать обратно, показав, что так с иконой обращаться не следует.
   Самая большая святыня - святыня Тела и Крови Христовых. Причастие - это не "конфетка" и не "сладенькая водичка". Дурить ребенка не надо. Пусть на до-разумном уровне (один-два года) вместе со словами папа, мама, кукла войдет и слово причастие. Пусть ребенок еще не знает что это такое, но видит по реакции родителей и всех окружающих, что это что-то очень важное для всех и для него в частности.
   И еще. Отношение к литургии, которое мы должны прививать ребенку, это ожидание праздника. Литургия - не обременительная тоскливая процедура, к которой принуждают невыспавшиеся и раздраженные родители - "одевают и тащут в храм", а ни с чем не сравнимая радость, настоящее торжество.
   Как готовиться к причастию малышу, как подходить к причастию? Не будем дробить эту тему на вопросы, давайте просто представим, как может выглядеть утро воскресного дня ребенка.
  
   Утро воскресного дня
   В воскресенье ты не валяешься в кровати, сколько хочешь. Тебя разбудят мама или папа. Может быть, ты бы еще поспал час - другой, но сегодня воскресенье, сегодня ты идешь в храм, а поэтому нужно встать пораньше. И не спорить с родителями, не хандрить, хотя, может, и глаза слипаются, и на улице темно.
   Вставай и одевайся поскорее, празднично, ты приготовил одежду с вечера?
   Завтрака сегодня не будет, в воскресенье, когда вы идете в храм, никто не завтракает.
   Дома царит атмосфера приподнятости и торжества, но никак не суеты и нервозности. Ты готов? Умылся, причесался? Тогда вставай на молитву.
   Выходя из дома, не забудь приготовленную вчера записку со своими плохими поступками.
   Во время дороги в храм папа, конечно, не включает в машине радио, хотя может быть он и поставит кассету с церковными песнопениями. Но может быть, ты поедешь в храм на метро, в троллейбусе. Обрати внимание, что город еще спит, транспорт почти пустой, но кто-то едет вместе с вами. Это люди, которые работали ночью, они возвращаются домой, к семье, а кто-то, как и вы, едет в церковь.
   И во время дороги ты не говоришь с мамой или папой о пустяках, не пустословишь.
   И вот ты в храме. Мама рассказывала, что в древности говорили: церковь - это небо на земле. Воистину так. Входишь с улицы в храм и попадаешь в другой мир. Здесь нет лязганья трамваев, грохота машин, гари, суеты. Непередаваемая и ничем не заменимая завораживающая священная атмосфера: свет свечей и лампад, благоухание кадильного дыма, песнопения...
   Здесь все тебя возвышает, все напоминает о высшем, о Божием.
   И ты с первых лет знаешь, что храм это не место для игры, для пустых разговоров. И разумеется это не место для греха, например, капризного поведения. Если ты начнешь капризничать, тебя выведут, вынесут из храма - остывать на воздухе. И для того чтобы не мешал молящимся и потому что вредничающие дети недостойны находиться в храме.
   Когда пришел в церковь, не отвлекайся. Ты знаешь, что такое литургия, и что все эти действия, песнопения - не театральное действие. Через эти обряды и музыку наша душа прикасается к Божьему миру. Разве может человек молчать, когда ему хорошо? Разве ты сам не поешь в самые светлые минуты жизни? А твой рисунок, изображающий радость, какими цветами нарисован? Черным и коричневым? Вот поэтому и в храме больше поют, а не говорят, вот почему так громко провозглашает диакон, он хочет всем сообщить о жизни с Богом, вот почему весь храм сияет золотом и разноцветными красками.
   Ты знаешь, что литургия это не просто молитва. Литургия с самого своего начала стремится к торжественному концу, Причащению.
   Рассказывали тебе родители, что происходит в Алтаре? В начале службы священники взяли хлеб и вино. Вся литургия - это молитва о том, чтобы с этими хлебом и вином, обычной земной пищей, соединился непостижимым, чудесным образом Господь Иисус Христос.
   Хлеб и вино остаются хлебом и вином, но теперь они несут в себе силу Божию, через них мы соединяемся со Христом.
   Когда ты молишься в храме, ты можешь про себя молиться своими словами. О том, чтобы Господь помог тебе исправиться, чтоб Господь сохранил родителей, всех родственников.
   ...И вот наступает миг причащения. Сложив руки на груди (потому что Христос был распят на кресте, и мы почитаем Его Крест, даже носим крестик на груди) мы подходим к Чаше.
   У Чаши нельзя разговаривать, смотреть по сторонам, можно лишь еще раз вспомнить о любви Божьей, которая готова тебе все простить, лишь бы ты изменялся к лучшему.
   Подходя к Чаше, нужно назвать свое полное имя: Михаил, Елизавета, Александра. Твое имя, как бы тебя родители ласково ни называли: Лизонька, Сашенька - имя святого подвижника веры, жившего может быть столетия назад. Родители рассказывали тебе о его жизни...
   И назвав имя, открывай уста. Священник специальной ложечкой, лжицей, положит в рот частицу Тела Христова с Кровью.
   А потом, не разговаривая, все прожевав и проглотив, нужно подойти к специальному столу, где после причастия запивают. Чтобы во рту не осталось ни капли святыни, тебе дадут в стакане теплую воду (может быть с вареньем) и ломтик просфоры.
   Скоро Божественная Литургия окончится. Все выйдут из храма и отправятся по своим делам. Нужно постараться не растерять то состояние мира, радости, покоя, желание жить доброй христианской жизнью, которые дал нам Господь.
   И ты выйдешь из храма. Но, что самое главное, - не разлучишься с Богом!
   Впереди целый воскресный день. И замечательно, что начал ты его с молитвы.
  
  
   Дополнительные замечания мамам и папам
  
   Завтрак перед причастием
   Если у ребенка болит желудок, если он плохо себя чувствует натощак, лучше что-нибудь съесть. Это не отлучит от Бога. Ведь отлучаемся мы от Бога тогда, когда потакаем своим слабостям. Съесть приготовленную на воде несладкую овсяную кашу или выпить стакан кефира не грех. Родители должны объяснить, что это и есть пост - послушание родителям, даже если каша невкусная.
   Но выпить стакан сока, сладкого чая, съесть банан или булочку недопустимо. Здесь нужно различать: надо и хочется. Чтобы не болел живот, чтобы не упасть в обморок надо, иногда, по послушанию родителям, что-то съесть, но ничего нельзя съесть или выпить, если просто хочется.
  
   Молитва перед причастием
   Собираясь в храм на причастие, ребенок обязательно должен утром помолиться. Это, конечно, не то Правило перед причастием, которое рекомендуется взрослым. Это и не обычные детские утренние молитвы. Это воскресное утреннее правило! Это молитва, которую совершает маленький человек перед походом в храм, на причастие.
   Как это молитвенное Правило выглядит? Такие Правила можно найти в детских молитвословах, можно его составить самостоятельно (посоветовавшись с духовником) из известных молитв.
   Можно даже составить свой маленький молитвенный сборник ребенку. Сегодня, когда почти в каждой семье компьютеры, это совсем несложно, а ребенок нарисует к своему Молитвослову иллюстрации.
   До шести лет лучше, если вместе с малышом будет молиться кто-то из родителей, в шесть-семь лет, если ребенок способен к некоторой самостоятельности и духовной ответственности, он может молиться и один.
   Молитвенное правило трех летнего ребенка это: Господня молитва ("Отче наш"), "Богородице Дево", несколько искренних слов, которые скажет мама от лица ребенка. Потом они перед иконой поклонятся и уже тогда готовы к выходу из дома.
   В четыре года сюда прибавляется молитва Оптинских старцев.
   В пять-семь лет молитва перед причастием может включать в себя, кроме нескольких общеупотребительных молитв, некоторые молитвы из взрослого правила перед причащением. Кроме того, импровизированную искреннюю молитву произносят не мама или папа, но сам ребенок. Можно использовать яркий и для ребенка понятный Акафист "Слава Богу за все".
   И еще: тон молитвы утром перед причастием - радостный, пронизанный светом воскресного дня. Ребенок может знать, что согласно древним канонам, даже становиться на колени в воскресенье запрещалось, чтобы не умалять торжество воскресного дня.
   Покаянной молитва была вчера перед сном, в субботний вечер. Тогда же ребенок вспоминал о прожитой неделе, о своих плохих поступках, может быть, написал записку-напоминание о грехах, чтобы с нею подойти к священнику.
  
   Что такое Тело и Кровь Христовы
   Думаю, что маленьким детям объяснять этого не надо, они просто не поймут или поймут неправильно.
   Время интеллектуального осмысления догматов веры - это ранний подростковый возраст. Однако уже с трех лет ребенок должен знать, что принимая в себя Святое Причастие, мы соединяемся с Богом.
  
   Мой ребенок говорит
   Когда я писал эту заметку, то решил провести маленький эксперимент. Я подошел к дочери и, заглядывая ей в глаза, спросил: "К., скажи, пожалуйста, вот мы причащаемся Тела и Крови Христовых. А что это значит? Как это в вине и хлебе Христос?" Она подумала и сказала: "Папа, не знаю, пойди спроси у мамы".
  
   Пустите меня!
  
   Часто задают вопрос: Что делать, если ребенок не хочет причащаться? Если отказывается причаститься уже в храме, кричит и вырывается, когда его подносят к Чаше?
   Недавно я был свидетелем одной сцены. Перед литургией я исповедовал. Тогда увидел, что по храму ходит девочка лет четырех. За ней следила бабушка и, видимо, мама. Про себя отметил, что напрасно привели девочку так рано, еще до начала службы, что она устанет. Но девочка вела себя на удивление осмысленно. Подойдя к иконе, останавливалась, крутила головкой, рассматривала. Потом села на скамейку и стала болтать ногами. Началась литургия.
   Когда я вышел с Чашей причащать, подвели и эту девочку. Она подошла спокойно и даже с некоторым интересом. Настораживало то, что это был интерес человека, которому предлагают что-то совершенно новое. Я спросил как ее зовут - "Малина". Девочка увидела, что я что-то беру на ложечку, и ее глаза расширились от ужаса. Я понял, что она никогда не причащалась. Спросил: "Знаешь, что я делаю?"
   "Нет".
   "Ты никогда не причащалась?"
   "Нет".
   "Мы, Марина, во время службы молились: Господи, дай нам соединиться с Тобой. И вот сейчас через сладкое причастие мы соединяемся с Богом".
   И в эту минуту, неожиданно и для меня и для дочери, мама железным захватом схватила девочку одной рукой за грудь, другой рукой сжала ей челюсти, открывая рот.
   С диким воплем Марина стала вырываться. Конечно, причащать ее было невозможно. Ее увели, я попросил не уходить из храма. Потом, когда подошел к успокоившейся девочке и попытался с улыбкой сгладить впечатление от пережитого ею ужаса, девочка в испуге отшатнулась. Конечно, дядя в странной одежде пытался показаться добреньким, но заботливая мама все расставила на свои места: с ней хотели обманом сделать что-то страшное, может быть накормить горьким лекарством.
   Когда я поговорил с мамой и бабушкой и спросил, почему они вообще ничего не рассказали ребенку о причастии, они ответили: а что она вообще поймет в четыре года?..
  
   Вот такое, к сожалению, типичное происшествие.
   Предложу некоторые соображения на этот счет.
   1. Религиозная жизнь ребенка должна начинаться еще до времени его появления на свет. Малыш, находясь в утробе матери, слышит песнопения, слова молитвы. Когда он родился, с первых дней, недель, месяцев его жизни его носят в храм. Мама улыбается малышу, если он спит, будит его поцелуем. Человек в золотой одежде дает ему что-то душистое, вкусное. Мама радуется за своего малыша, смеется, целует его, а что может быть приятней материнской радости! То, что получает ребенок, называется таинственным словом Причастие.
   2. Если вы начинаете водить ребенка в Церковь позже, в два-три года, подготовьте его к первому причастию. Пусть первые свои походы в храм он не причащается. Постойте с ребенком на руках, пусть он увидит, с какой радостью причащаются люди: дети, тети, дяди. И, разумеется, его мама и папа.
   Расскажите дома, что это великая радость - соединиться с Господом. Нарисуйте картинку: храм, священника с Чашей в руках. Ребенок должен захотеть причаститься.
   Шипя на ребенка, разжимая ему зубы, выворачивая ему руки, вы добьетесь устойчивой ненависти малыша к церкви и особенно к причастию.
   3. Вы никогда не приучите ребенка с радостью причащаться, если будете приводить его к Чаше раз в два-три месяца. Если, конечно, вы действительно по какой-то семейной или иной причине не можете приводить ребенка в храм чаще, пусть хоть так, хоть раз в год. Но тогда каждый раз заранее начинайте готовить ребенка к причастию. Рассказывайте ему об этом, готовьтесь к походу в храм как к празднику.
   4. Если младенец (до года) капризничает, всякое бывает, его все равно можно причащать. Священник и диакон, держащие плат для отирания уст, имеют в такой ситуации некоторую сноровку, так что слушайтесь их. Но если ребенку больше года, двух, то есть он понимает что такое насилие, принуждение, лучше его не принуждать к причастию. В этом возрасте сначала нужно разобраться со страхом ребенка. От чего это? Увидел плачущего? Чего-то боишься? - чего, объясни.
   Во всяком случае, если самостоятельно не можете побороть предубеждение малыша, посоветуйтесь со священником.
   5. Напомню одну важную деталь: Православная Церковь верует, что ребенок открыт благодати Божьей в любом возрасте, и даже в несознательном. Благодать воспринимается не умом (тут и взрослый ничего не знает), но какими-то сокровенными сторонами человеческой души. Поэтому ребенка можно крестить и приобщать таинствам в любом возрасте. Однако христианская жизнь это не просто опыт одностороннего - от Бога - воздействия благодатной силы на человека. Если бы так было, то и взрослым лучше было бы ничего не рассказывать, ничему их не учить, пусть приходят и приступают к таинствам без рассуждения. Но святые отцы настаивают на рассуждении при подходе к таинствам, на сознательном участии в мистической жизни Церкви.
   Бог хочет нас одарить Своей благодатью, и мы должны свободно и сознательно, с благодарностью и радостью ее принять. И отдавать отчет, чего Господь от нас, как Своих учеников, ждет, что требует.
   Поэтому, например, в IV веке появляется практика крестить и причащать ребенка в том возрасте, когда он отдает себе отчет в происходящем.
   Святитель Григорий Богослов писал: "Что скажем о младенцах, которые не разумеют ни того, что такое благодать, ни того, что такое наказание. Крестить ли их [напомню, что только после крещения возможно приступать к другим таинствам, например к причастию - К.П.]? Непременно, если надлежит опасность. Относительно же прочих я даю совет дожидаться трех лет или немного более, или менее того, чтобы сколько-нибудь могли слышать и повторять нужные слова таинства и если не совершенно, по крайней мере, образно понимать его".
   В Византии и в Древней Руси также крестили обычно по прошествии нескольких лет после рождения. В XI веке митрополит Киевский Иоанн (ум. 1080) на вопрос: "Можно ли крестить новорожденное дитя, если оно больно?.." отвечает: "...относительно здороваго [дитяти] Отцы повелели ожидать трех и более лет. Но для внезапных случаев смерти срок необходим короче... чтобы не умерло некрещеным".
   Здесь три-четыре года - тот рубеж, за которым ребенок становится сознательным. Сегодня, в эпоху развивающих книг и игр, телевидения и радио, можно сделать поправку на год. Значит, время сознательного отношения к таинствам - это два-три года. В этом возрасте ребенок может знать, что ему не просто разжимают рот и что-то туда вкладывают, но он является участником великого богослужебного действия и через причастие соединяется с Господом.
  
   А что у вас?
   "Хочу поделиться некоторым опытом христианского воспитания. (Речь идет о ребенке двух с половиной лет, очень живом, активном, непоседе, озорнике - как хотите).
   Во-первых, в храме. Мы продолжаем, конечно, носить игрушки, бегать во время Литургии, правда, перестали кричать, а говорим теперь шепотом, вбегаем-выбегаем, просимся пописать каждые пять минут и делаем все прочие "возрастные дела".
   Причастие. Причащаемся мы каждое воскресенье. Какими словами объяснить маленькому, что такое Причастие? Не смейтесь, может, все будет очень наивно и "неправильно", но я ужасно рада, что мой ребенок неравнодушен к разговору о вере.
   Сначала я ему говорила, как написано в книгах: "мы идем причащаться Христовых тайн". Ну, ребенок все равно еще не задумывается. Сейчас у нас добавилось вот что: после Причастия, и еще в течение некоторого времени, после моего объяснения, я трогаю ладонью его грудь и спрашиваю: "Что там у тебя?" - И в ответ: "Иисус!" Сказано очень благоговейно, совсем не так, когда мы играем по вечерам в "части тела". Думаю, что для такого возраста это уже много значит. Мало того, ребенок САМ, без какого-либо моего обобщения, говорит "Иисус" при виде любого храма, при виде любой иконы или картинки религиозного содержания.
   Богородица. Я ему объяснила, кто такая Богородица - "Мама Иисуса". Теперь он Маму Иисуса ни с кем не путает.
   Распятие. Перед распятием я ему объяснила в более менее понятных словах, что Иисус нас очень любит и поэтому терпит, что Ему больно. Теперь ребенок очень любит распятие, дома показывает на него часто и говорит "Больно Иисусу!". И задумывается очень.
   Храм. Я рассказываю, что Иисус есть везде, всегда с нами, но Его не видно. Но вот в храме Его видно лучше всего. Этим я хочу подчеркнуть, что Бог всегда присутствует, и дома, и в саду, и на улице, но в храме чувствуется Его особое присутствие.
   Что еще? В храм в воскресенье, вместо обычных книжек и игрушек, хочу взять книжки христианские для детей, правда, еще не нашла пока. Пусть с них срисовывает, пусть хотя бы чуть-чуть делает разницу между храмом и любым другим местом...
   Вот пока что чего мы "достигли". А вот что не получается - так это объяснить ему, что плохие поступки, когда он себя плохо ведет, не нравятся Иисусу. Такое ощущение, что ему это до лампочки, несмотря на все благоговение, которое он выказывает в церкви и перед иконами. Кажется, что фраза о том, что Иисус его очень любит, и надо бы отвечать тем же, в маленькой головке никак не связывается с конкретным поведением..."
  
   А что у вас?
   "Мы крестили свою вторую дочь (сейчас у нас пять девочек) в возрасте восьми месяцев. Она начала рыдать, как только крестная впервые взяла ее на руки. Затем, всякий раз как только в поле ее зрения попадал священник, она громко кричала и вырывалась из рук. Мы с мужем тогда только начинали ходить в церковь, своего духовника у нас не было, мы подходили к любому мимоидущему батюшке и вопрошали о своих проблемах, не сомневаясь, что он нам возвестит волю Божью. Так мы получили два совета: причащать ребенка каждое воскресение и освятить квартиру.
   Я, признаться, отнеслась к этим советам со скепсисом: при чем тут квартира. Но, тем не менее, мы обвенчались и квартиру освятили. На все приготовления ушло два с половиной месяца. Ребенок продолжал дико орать каждое воскресение, когда мы подносили его к Чаше. Осуждающих и негодующих реплик, а тем более взглядов мы тогда просто не замечали. И вот, освятив, наконец, дом, мы идем на Литургию. Наша горластая дочь молчит! Это было для нас настоящим чудом. Выстаиваем Литургию верных - молчит, причащаем (о счастье!) - молчит. Прошло уже семь лет - она не плакала больше ни разу перед Причастием.
   Помощь Божия приходит к нам часто, когда мы готовы опустить руки и отчаяться. Может, чтобы мы почувствовали свою немощь?"
  
   А что у вас?
   "Насчет "упирается перед причастием". Это - как раз такой момент, когда я чувствую себя совершенно беспомощной, и страшно, и кипит все внутри, мол, как же так?! и вообще... Тогда надо пересилить всю свою внутреннюю бурю, по возможности, отрешиться от всего (даже если шум и ругань... сложно, но если удалось, то победа гарантирована) и - начать молиться. Я в таких случаях читаю "Богородице Дево". Раз за разом, не давая себе прерваться, и всячески мысленно умолять Богородицу, всех святых, Господа - помочь разрешить ситуацию, утихомирить всех, вразумить, самой мне подсказать, что и как делать... И при этом важно верить и не сомневаться, что тебя слышат, спешат на помощь, и уже ее оказывают. Ведь стоит произнести имя святого или Господа - как вот они, тут уже"...
  
   А что у вас?
   "Вот какой урок преподал мой пятилетний племянник Никита.
   Собрались мы на праздник вместе с нашими друзьями в один сельский храм. Литургия там начинает пораньше, в 9 часов, да еще машину греть, да еще народ забирать в другом конце города, поэтому просыпаться в воскресенье было тяжеловато, хотя и привычно для трудящегося.
   Никита еле разлепил глаза: мы вчера заигрались и сильно пропустили срок его "грядения ко сну". И когда он понял, что я от него хочу, сказал, что не может поехать, что ему плохо. Я сильно разозлился: ведь мы два дня готовились, разговаривали о Новомученниках Российских, о том, как здорово в такой праздник причаститься, как важно им помолиться, чтобы и они за нас помолились, за нас и за страну нашу непутевую, а он "секретно" писал свою первую записку, справляясь о правописании у бабушки с дедушкой. Но я ничего не сказал, так как быстро сообразил, что винить-то следует только себя. Осталась только сильная грусть.
   Я не стал Никиту уговаривать, сказал только: "Иди, сначала умойся, а потом и говори". Он послушно поплелся в ванную комнату, поплескался там, пришлепал босиком ко мне в комнату и повторил свой отказ. "Ладно, - говорю я, - что ж делать, иди, ложись, только подумай еще две минуты и принимай решение." - "Холосо".
   Сам я вовсе не надеялся, подумал, что надо бы помолиться, но как-то не смог, повторил лишь несколько раз про себя: "Слава Тебе, Боже наш, Слава Тебе!"
   Через некоторое время Никита пришел ко мне и спросил: "Дядя Ваня, а могу я еще подумать?" - "Конечно. Пока я не уехал, ты всегда можешь переменить свое решение". Он снова пошел и лег в свою постель. Я уже почти собрался, и весь в мыслях был о предстоящей поездке по заснеженному шоссе (да еще дворник правый как назло сломался, да поворотник барахлит - а в машине ж будут дети!), когда Никита в третий раз зашел в мою комнату и сказал: "Дядя Ваня, забилай меня".
   Я был поражен, так как совсем недавно еще мучительно боролся с собой по воскресным утрам, когда отдираешь тяжелую голову от подушки лишь затем, чтобы вырубить будильник и обмануть себя "болею я! никуда не пойду, имею я право выспаться хоть раз в неделю?!" и провалиться обратно в черную яму. А тут малыш оказал подлому естеству такое сопротивление! Я был поражен... Вовремя только вспомнил, Кому надо славу воссылать..."
  
  
   А что у вас?
   "Ребенок не хочет причащаться? Да, бывает частенько. "У-у-у, - тянет разочарованно, - в церковь? Не кушать?" Могу дать несколько советов в этом случае, основываясь на собственных "наработках".
   Если малышу (обычно это важно для мальчиков) - ну никак не поголодать до причастия, можно договориться с ним на просфорку со святой водой - и отвлечется, и вроде не обычный завтрак.
   Очень важно договориться о походе в церковь и настроиться заранее. Вечером, накануне, железно, - и утром про это напоминать.
   Если в храме по воскресеньям очень много народу, постарайтесь иногда ходить причащать детей в будни. У ребенка будет совсем другое восприятие храма. И иконы все хорошо видно, можно походить вдоль икон, порассматривать, пообъяснять: "а вот это Александр Невский, помнишь, мы читали? А это Ксения Блаженная, в нашем городе есть ее могилка, давай съездим как-нибудь? Когда ты сильно болел в прошлый раз, я очень молилась и просила ее помочь, чтобы ты выздоровел". Какой-то образ может стать любимым, малыш будет любить зажигать около него свечки. Это ли не сказка, это ли не волшебство?
   Иногда все же утром бывает каприз: ну и что, что договаривались, не пойду. Помогает совместная молитва. "Давай встанем, помолимся, прочитаем наши маленькие молитвы, а потом решим". Читаем, прогоняем капризы. И ведь - прогоняются!
   А всегда после: "Мама! Как хорошо, что мы причастились! Давай каждый день причащаться!"
  
   А что у вас?
   ...Хмурое утро буднего дня. С молчаливым, отчаянным "Господи, благослови, помоги моим встать без нытья" вхожу в детскую. Сколько раз уже бывало: то один раскапризничается, то другой, я начинаю сердиться, и вот уже утеряно и благодушие, и снисходительность материнская, и неплохо начатое утро превращается в обычный, многим знакомый кошмар с раздраженным ворчанием, криками, угрозами наказаний... Впоследствии пытаешься анализировать - вечное русское "кто виноват" - и вот: я виновата. Стоит только мне, матери, допустить МЫСЛЬ в нетерпеливом тоне, как дети тут же "сходят с рельсов". Поэтому сегодня буду держаться до последнего. Главное - быть бдительной, не дать себя дезорганизовать внутренне, а это моим невидимым врагам лучше всего удается как раз в суматохе. Надо сконцентрироваться на тех моментах нашего утра, когда я обычно теряю контроль, а именно:
  
   1. когда кто-то из детей заноет или разворчится. Мои ответные действия:
   а) самое главное - как почувствуешь внутри себя знакомую "тучу", разгонять ее Иисусовой молитвой, причем акцентировать в этот момент "помилуй меня, ГРЕШНУЮ".
   б) сразу же ПОЖАЛЕТЬ ребенка (конечно, я и сама бедненькая, встала ни свет ни заря, не выспалась, голова чугунная и т.д. - но об этом сейчас не думать ни в коем случае), и вот чудо: забудешь о себе, представишь, что ему, малышу, труднее - и сразу двух зайцев: и ребенок от материнской ласки мягчеет, и потом кто-то другой тебя тоже пожалеет!
   в) чуть не забыла: перед тем как будить, обязательно перекрестить с той же молитвой: Господи, помоги ему/ей встать легко! Ангел-хранитель, будь с нами! И будить ЛАСКОВЫМ голосом. Иногда можно бодрящее что-нибудь сказать, типа "Ой, какой дождь-то хлещет, просто потоп!" - в расчете, что любопытство взглянуть на стихию поможет детям забыть, что они "бедненькие, не выспавшиеся". А иногда, если это не сработает, можно и вправду начать причитать "ах ты мой зайчик сонный, несчастный".
   г) если ничего не получилось, и в ответ на твои увещевания ты слышишь грубости или рев, - сначала "Господи, помилуй!", потом: "Как твой ангел-хранитель сейчас грустит, может даже и плачет, на тебя глядя"... И уйти ненадолго. Пока отсутствуешь, молиться изо всех сил, чтоб утряслось. Можно вооружиться крещенской водой, она безотказно действует в случае детской истерики, НАДО ТОЛЬКО ВЕРИТЬ, что поможет.
  
   2. если кто-то из детей "тянет резину":
   а) НЕ РАЗДРАЖАТЬСЯ. Тут лучше всего объявить: "Кто первый оденется и будет готов к молитве, получит право перед выходом задуть лампадку!" ( При этом надо артистом быть и сказать это так, как будто Нобелевскую премию обещаешь.) Этот способ хорош еще и потому, что не так-то легко бывает собрать всех на молитву, утром каждый движется в своем темпе, а так здорово начать день с совместной, пусть и малой, молитвы! Мы обычно ограничиваемся правилом преп. Серафима Саровского: три раза "Отче наш", три раза "Богородицу", один раз "Верую". Каждый читает часть этого правила, а кто сегодня был главный молодец - тот первый читает пару стихов из Евангелия (мы по традиции нашей семьи читаем ежедневно "Евангелие дня"). Мама, проводив всех, может прочесть в тишине все взрослое утреннее правило полностью.
   Напоследок мы обязательно молимся о своем: о здравии и упокоении наших близких, перечисляя имена, и тут все формы хороши - и "Боженька, помоги Мише бросить курить", и "помоги Кате написать контрольную", "помоги Лене (подружке) стать православной", и традиционное "спаси и сохрани" или "упокой". Обязательно надо дать каждому хоть секундочку на его собственную молитву. Ту я иногда слышу дивные вещи, например: "Упокой Джона Леннона", "упокой всех погибших на "Титанике". Нельзя ни в коем случае исправлять или улыбаться! Чище этой молитвы ничего нет. Наоборот, поучиться бы нам, взрослым, такой заботе о ближнем. Или дальнем. И еще: иногда кто-то из нас говорит: мне надо помолиться тайно. И мы уважаем эту просьбу, и стоим несколько мгновений молча - заодно у каждого найдется свое сокровенное, о чем в тот миг помолиться.
   Вероника Э.
  
  
   Невидимый садовник
  
   Богу не нужна помощь, чтобы раскрывать Его бутоны и давать цвести Его розам. Бутоны должны раскрываться, и розы цвести естественным путем, - путем, который определил Господь. Заставлять их цвести раньше времени значило бы погубить их. Мы должны быть максимально осторожными, пытаясь влиять на духовную жизнь других людей, особенно детей. Насилие может принести непоправимый вред. Лучшее, что мы можем сделать, чтобы развить духовную жизнь других, - это дать им атмосферу любви и чистоты.
   Императрица Александра Феодоровна
  
   А.Е.:
   Как мы можем рассказать своему ребенку, что Бог его любит? Не грозит, не наказывает - а именно любит... Что Бог - любящий Отец, заступник и Утешитель. Но что до этих красивых фраз нашему милому, чистому малышу? У него есть куклы или солдатики, мультики, конфеты, обиды в песочнице. Он хочет нравиться только собственным маме и папе. Лишь их мнение и их оценка интересует его на данный момент. Он и в Бога верит, и в церковь ходит, и пальчики в щепоточку складывает, в основном, потому что так говорит ему мама. Плохо это или нет? Думаем, что естественно. Именно примером родителей, семейным укладом, общей атмосферой в доме можно воспитывать в своем ребенке религиозные чувства. И нам важно не только научить ребенка "правильно славить" Бога, но в первую очередь - видеть Его в повседневной жизни, обращаться к Нему, сверять с Ним всю свою жизнь.
  
   А что у вас?
   "О совместной молитве. Во-первых, это дисциплинирует, а значит - нам необходимо. Во-вторых, это нужно детям. У тех, которые ползают, в подсознании запечатлевается образ молящихся родителей. Я читала в одной статье, что если ребенок в раннем детстве увидел мать с сигаретой, то его, подросшего, практически невозможно убедить, что курить плохо. Верю, что это относится и к молящимся родителям.
   Дети двух - трех лет во время домашней молитвы учатся НЕ МЕШАТЬ старшим молиться. Я считаю, терпеть и не мешать - это нулевая степень молитвы. (О первой, второй и третьей все читатели, конечно, знают). Дети четырех-пяти лет начинают подражать родителям, а значит учатся. Приходит время, и подросшие дети (для нас это было, когда старшей дочери исполнилось 11) подходят и говорят "А можно, я с вами?" Поверьте, такие моменты стоят того, чтобы иногда побороть свою усталость и раздражение".
  
   А что у вас?
   "Хочу поделиться одним советом, который мне дала подруга. Моему мальчику два, ее еще меньше. Я все думала - с чего начинать? В Церковь водим ребенка регулярно, он причащается, а вот с пониманием того, что происходит - как быть? Я книжки пыталась ему читать, купила Новый Завет, обработанный для малышей ("Моя первая Священная история"), это вызвало у него определенный интерес, но картинок там мало, и интерес быстро угас. А меня мучил вопрос - а как о самом главном рассказать? И подруга эта посоветовала: купить большую икону Спасителя и повесить у него над кроватью.
   Образ Спасителя будет у него всегда перед глазами, он к нему привыкнет (это можно и с младенчества начинать), потом вопросы сами появятся, а любовь к нему - еще раньше. И вот сейчас он всегда на ночь целует образ, и это для меня настоящий сюрприз, потому что у него много плакатов висит на стене: телепузики всякие, колобки, - он их разрисовывает, а этот Образ сразу выделил, сопоставил, наверное, с тем, что видит в храме, не трогает его, не портит".
  
   А что у вас?
   "Самое главное в религиозном воспитании - это религиозный опыт. Который собирается по крупицам. И это самое драгоценное, на что следует, по-моему, обращать внимание. На моменты живого, непосредственного общения с Господом и святыми, ощущение Его близости, помощи, благодати. Такие моменты нечасты, и я, если ловлю что-то такое, то стремлюсь обратить внимание сына на это и прошу его запомнить. Например, после причастия весь день старался быть послушным и "хорошим" - и сам явно получал от этого какое-то совсем новое удовольствие. "Запомни", - говорю.
   Воодушевился конструированием машины во дворе. "Мама, где взять колеса? Можно у Бога попросить? Он даст?" - "Попросить всегда можно. Если тебе не вредно это будет - почему нет?" На следующий день врывается в квартиру: "Мама!!! Бог есть!" Оказывается, нашел старый велосипед с табличкой "подарок" (дело было в Германии, там обычная вещь такие "подарки").
   Уже здесь. Грядет контрольная по математике. "Мама, я сегодня сделал одну вещь, ты порадуешься! Я все свои фишки другу отдал. Правда, заплакал отчего-то. Это я для Бога сделал. Потому что я Ему обещал, что если Он мне поможет контрольную написать на 4, то я тоже что-нибудь для Него..."
   Может, мне надо было рассердиться тут: мол, какие-такие сделки с Господом? Но я только кивнула, а про себя взмолилась, чтобы Господь снизошел к неразумию ребенка...
   Потом, получив уже свою четверку, Сережа поссорился с бабушкой. Но вскоре слышу: "ладно, я тебя прощаю... Но учти: если бы не контрольная!.." И мне: "я бабушку простил, потому что Богу обещал".
   Конечно, это не образец отношений с Господом. Но мне тут послышалось именно это ЖИВОЕ чувство, что Бог - Он существует, Он - живой, с Ним можно разговаривать, просить, обещать... И остается только молиться маме (мне), чтобы эти моменты переросли в настоящее религиозное чувство, любовь к Богу, с благоговением и благодарностью... А это - я уверена - в силах Господа, чтоб так случилось. Если будет на то Его воля".
  
   Безгрешны ли маленькие дети? Может быть, не всегда. Да, они визжат, падая на пол, изводят маму капризами, могут украсть конфетку, гордятся, важничают, ревнуют, дерутся, жадничают... Но в чем-то, видно, их "грехи" существенно отличаются от грехов взрослых, раз Церковь допускает младенцев до семи лет к Причастию без исповеди. Да и заметим, что Сам Господь, заповедуя нам "будьте как дети", не уточнял: "как вот те... или иные хорошие дети". Просто - "как дети", и точка.
   Что же получается, мать и отец должны благоговейно взирать на свое чадо, попуская ему все выходки? Конечно, нет. Ребенок растет, родители вводят его в рамки общепринятых моральных и нравственных законов, с одной стороны, а с другой - учат слушать свою совесть и воспринимать ее как голос ангела-хранителя. Еще они объясняют малышу простые христианские понятия: что стыд - самый первый индикатор греховности, что злые поступки и помыслы можно и нужно преодолевать. Что грех и сам человек - это отделимые вещи, и что, освободившись от греха, он может снова вернуться к себе настоящему, к тому "себе", каким его любит мама, папа и Бог. Другими словами, родители постараются воспитать в своем ребенке не только физическую чистоплотность, но и чистоплотность духовную, потребность смывать всякое пятно на своей совести.
   Но это возможно, если сами родители умеют быть христианами. Начиная с самого простого: признают свои ошибки даже перед малышом и не стыдятся просить прощения. Заканчивая самым сложным: молитвой и постоянной работой над собой.
   Хочется здесь обратить внимание читателя на частую ошибку современных родителей, с рвением принимающихся за "православное воспитание" своих деток. Не надо так уж серьезно относиться к понятию "послушание". Естественно, ребенок во всем должен слушаться своих родителей. Но поскольку данная книжка обращена к папам и мамам, давайте тихонько спросим себя: а всегда ли правомочно то, что мы требуем от детей? Для чего нам так нужно послушание нашего ребенка? Чтобы потешить свою гордыню? Чтобы отыграться в нереализованности или зависимости от кого-то во "внешней" жизни? Чтобы уподобиться доморощенным "старцам" для своих детей? Чтобы просто сорвать накопившееся раздражение? Или чтобы научить ребенка слушаться Бога?..
   Как и во всех своих сомнениях, мы можем обратиться за ответами к Библии. Образец отношений родителя и ребенка - отношение Бога к людям. "Милости хочу, а не жертвы" - давайте и мы не будем заставлять детей жертвовать ради нас, а будем ждать их милости. "Ибо иго Мое легко, а бремя Мое благо". Легкое иго и благостное бремя - это радость чувствовать Божью заботу о себе, надежность находиться под Его присмотром, свобода жить в послушании Ему. Ты - свободен, и поэтому вправе сам выбирать: зло творить или добро. Тебя не накажет грозный "Бог с облака" за гадкий или дерзкий поступок, тебя обличит лишь собственная совесть. Тебе самому будет отвратительно жить с этим. Ты сам осиротеешь без Божьего умиротворения в себе, ты сам будешь пытаться всеми силами вернуть взгляд Господень на тебя, облечься вновь в это сладкое иго и так необходимое тебе "бремя"...
   Как же объяснить в этом контексте наказания - праведные наказания от родителей? И справедливые наказания от Бога? Можно так...
  
   Хочешь, я тебя накажу?
   Ежедневно по телевидению и радио передают новости, из которых мы узнаем о трагических событиях, происходящих в разных концах Земли, и однажды мой ребенок спросил: "Папа, столько людей погибает. Почему же Господь попускает все это?". "Представь себе, что ты едешь на машине с высокой скоростью, - попытался ответить я, - и видишь знак, который запрещает ехать быстрее 40 км в час. Ты знаешь, что он обозначает, но, не снижая скорости, продолжаешь движение. Дальше видишь другой знак, который предупреждает водителей о том, что впереди - скользкая дорога. Не обращая на него внимания, ты едешь дальше с прежней скоростью. А потом видишь знак "Обрыв". Но ты ехал сто километров в час и влетаешь в пропасть на бешеной скорости...
   Можно ли сказать, что тебя наказал Бог? Бог тебя предупреждал. Ты видел знаки, на которых было написано, как избежать опасности. И такой конец - это результат твоего поведения. Ты нарушил Закон, и это привело тебя к несчастью. Своеволие разрушает гармонию между человеком и Богом. А отсутствие гармонии - это страдание (через болезни, через потерю близких), но никак не мстительный упрек. Самое страшное наказание - это когда ты - сытый, богатый и здоровый - идешь прямо в ад".
   "Как ты хочешь, - спросил я у сына после этого рассказа, - чтобы тебя Господь наказал и спас через наказание или чтобы Он тебя не наказывал и забыл про тебя? Ведь я тоже тебя наказываю, когда ты плохо себя ведешь. Я поступаю так для того, чтобы ты исправился. После наказания человек становится умнее. Или ты хотел бы, чтобы я перестал обращать на тебя внимание? Представь, что однажды ты взял у меня без спроса деньги и купил себе мороженое. Я не заметил, а ты подумал: "Как хорошо. Можно всегда брать деньги без спроса". Потом ты взял что-то еще, потом еще... А потом стал вором, и тебя посадили в тюрьму. Так, может, было бы лучше, если бы я тебя наказал, когда ты в первый раз взял у меня деньги на мороженое?"
   "Да, так было бы лучше", - согласился мой ребенок.
   Прот. Алексий Уминский, "Не навредить"
  
   Посмотри на Него!
   - А ну-ка, пойди к нам, - подзываете вы провинившегося малыша, - посмотри, если можешь, на Спасителя. (Неужто сердце трехлетнего ребенка не отзовется на эти слова! Он попятится и поворотит нос в сторону, проникаясь невольно ощущением греха, стыда и невозможности без раскаяния смотреть на икону.) Конечно, здесь необходимы и строгость, и милость, ибо Господь - не только правосудный, но и милующий Отец. Поэтому мы должны ослабить тетиву:
   - Не бойся, Господь пришел и грешников спасти. Неужто Он нас оттолкнет? Если ты боишься, то пойдем вместе.
   Прот. Артемий Владимиров, "О детской исповеди"
  
   А что у вас?
   "Один раз на исповеди я каялась в раздраженном поведении по отношению к детям. Священник мне тогда сказал: "Вы же для них - как Бог". Запали и ужаснули тогда меня эти слова. Часто я вспоминаю их. И ведь действительно, наблюдаю в повседневной жизни: для ребенка мама и Бог сливаются в одну категорию. Когда малыш куксится, вредничает, злится на меня - он и молиться в этот момент не станет, и маму оттолкнет: "не трогай меня!". А как переломишь это настроение - добротой, любовью, увещеванием, - встанем у икон: "прости меня, Господи, за капризы!", так и к Богу появляется радость, и ко мне одновременно.
   Ему пять лет, но он научился сам распознавать, когда на него "находит" злоба. Психует, капризничает, не слушает меня, я тогда беру его за руку и отвожу в другую комнату: реви здесь. Потом успокоится и приходит: "Мама, давай помолимся, прогоним этих противных..." Встаем и читаем пару маленьких молитовок, которые знаем.
   А когда у него умиротворенное настроение, ему хочется быть хорошим, что-то сделать особенное, доброе, - и мне это принести, подарить, хоть просто в словах выраженное..."
  
   К.П.:
   Не батюшка, не педагог в воскресной школе должен рассказать детям о Боге, о Священной Истории, о молитвах, Церкви и пр. Это должны сделать родители. Сегодня родители много работают, что-то рассказывать детям ни времени, ни сил не остается. А кто-то и вообще плохо умеет выразить свои мысли.
   Но для нас имеет силу та же библейская заповедь, которой руководствовались древние израильтяне (среди них и родители Спасителя - Мария и Иосиф). Моисей, дав свод Божьего закона, заповедовал: "Итак слушай, Израиль, и старайся исполнить... Господь, Бог наш, Господь един есть; и люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душею твоею и всеми силами твоими. И да будут слова сии, которые Я заповедую тебе сегодня, в сердце твоем и в душе твоей; и внушай их детям твоим и говори о них, сидя в доме твоем и идя дорогою, и ложась и вставая" (Втор. 6, 3-7). Несомненно, что такие благочестивые люди как Мария и Иосиф исполняли повеление боговидца Моисея.
   Когда впоследствии Иисус будет с такой любовью говорить о древних героях и подвижниках духа, в немалой степени это будет заслугой Его родителей, научивших сына любить историю своего народа.
  
   Как рассказывать о таких великих вещах ребенку? Можно сделать это непринужденно. Все дети любят интересные истории, подайте им основные религиозные знания в виде истории. Подумайте о теме, напишите план. Рассказывайте ярко, захватывающе, интересно.
   Вот сейчас, например, (в дни отпуска) каждое утро я провожу с семьей. Завтракаем мы вместе. И каждый раз за завтраком я толкую, как мы условились, фрагмент Символа Веры. Одну, две строчки. Это всего 5-10 минут. Повторяем предыдущее. Дети внимательно слушают, не перебивают (рты заняты). После завтрака можно задать вопросы.
   Как вы думаете? Нравится это детям? Уверяю вас, они в восторге.
   В тот же отпуск жена взяла книгу Юлии Вознесенской "Мои посмертные приключения". Эта книга адресована взрослым. Детям давать ее читать не к чему. Но можно на основании этой книги составить свой, адаптированный для ребенка рассказ. И вот в поезде мама рассказывала детям о путешествиях души по иному миру.
   В прошлом году, в поезде, я детям тихонько рассказывал о чудесах Христовых. Читал Евангелие и пространно, с зарисовками жизни того времени, обычаев комментировал. Один мужчина придвинулся к нам: можно я тоже послушаю...
   Можно условиться, что вы будете рассказывать что-то о Боге перед сном, укладывая малыша, или по пути в школу, садик.
   Такие разговоры должны быть!
  
  
   Как забивать гвозди
  
   Один старец чинил крышу своей хижины. Проходивший мимо мальчик остановился и стал смотреть.
   - Ты хочешь узнать, мальчик, как забивают гвозди? - спросил старец.
   - Нет, я хочу узнать, что говорит старец, когда ударяет молотком по пальцу.
   Просто шутка
  
   А.Е.:
   Наши матери и отцы, когда были детьми, умели многое: время такое было. Кто пахал, кто сеял, а кто вообще хозяйство вел вместо заболевших или умерших родителей. Поколение современных мам и пап, конечно, более инфантильно, но кофточку связать или юбку сшить, а также починить магнитофон или повесить полку умеют практически все. Поколение наших детей на этом фоне поражает своей беспомощностью и инфантильностью. Сегодня рассказывают реальные, жизненные анекдоты о том, что дети считают морковку изготовленной на заводе, прямо запакованной в пакетики. Девчонки не умеют не то что шить - пришить пуговицу. Мальчишки не умеют не то что сколотить столик - батарейки сменить. Сытые, благополучные детки, привыкшие каждый день к чупа-чупсу или киндер-сюрпризу. Красиво одетые, оснащенные всеми последними видами игрушек: от кукол Барби и трансформеров до компьютерных игр и мобильных телефонов. "Нам было плохо, - думают папы и мамы, - пусть хоть они порадуются". Единственная проблема, которая беспокоит сегодня среднестатистического городского родителя: что подарить ребенку на день рождения?
   Конечно, хорошо, что мы так заботимся о детях. Важно вовремя подумать: а сумеют ли они когда-нибудь позаботиться о нас? А смогут ли они вообще хоть о ком-нибудь позаботиться? И, может быть, наши мысли заработают в другом направлении. Как, например, у этих родителей, что поделились с нами своим опытом.
  
   А что у вас?
   Моя пятилетняя дочка уже знает, что подаяние может быть не только копеечкой, но и "натурой": конфеткой, пирогом. (Особенно если сомневаешься, судя по внешнему виду, что человек употребит копеечку на доброе). Мы частенько практикуем такое подаяние. И вот однажды после Литургии кто-то в храме дал дочке апельсин. Она, нюхая его и предвкушая, уже готовая начать его чистить, выходит на паперть. Там стоит безрукий мужчина, у него на шее висит широко раскрытая, будто голодная, сумка. Дочь замирает на мгновение (кому не знаком этот момент оценки, выбора, борьбы?..) И кладет апельсин в сумку инвалида. Я молчу, а сердце ликует. Через минуту она, серьезная и задумчивая, спрашивает: Мам, а есть у него кто-нибудь, кто ему апельсин почистит? И тут уж я, сдерживая материнскую гордость (не навреди, не навреди!), простыми словами комментирую ее поступок. Не помню точно, но что-то вроде "вот ангел-то твой сейчас радуется!" А она: А мне самой-то как радостно. Но... это... мам, а у нас дома есть апельсины? А если нет, купишь?.. - Куплю, конечно. Но знаешь, Бог Сам как-то так устраивает, что наши добрые и бескорыстные дела вознаграждаются.
   И рассказала ей историю из семейного архива:
   Моей маме было в сорок первом, как и ей, пять лет. Осенью к бабушке в деревню свезли из голодной фронтовой Москвы всех внуков и прочую немощную родню. Бабушка собирала корни, грибы - кормила как могла. Однажды она сварила большую кастрюлю грибного супа - единственное блюдо за весь день на всех домочадцев. Мама рассказывала, как они с сестрами в ожидании толклись в дверях кухни, наслаждаясь запахом теплого супа. В этот момент на двор вошла незнакомая худая и оборванная женщина и попросила есть. Бабушка молча вынесла ей всю кастрюлю, дала ложку. Все столпились вокруг и смотрели, как женщина ест. Она съела ВЕСЬ суп, поблагодарила и ушла. Дети обступили бабушку: А мы что есть будем? - Бог даст, - был ответ. К вечеру неожиданно приехал дядя Коля, работавший до войны проводником на железной дороге и умевший выменивать продукты, и привез еду. Но главное, что потрясло мою пятилетнюю маму, - он привез настоящий ТОРТ.
   А кстати, с этих вот маминых рассказов и началась моя вера в Бога. И меня всегда поражала мамина способность легко - иной раз безрассудно - отдавать последнее.
  
   А что у вас?
   У детей есть какое-то врожденное свойство: помогать, угождать родителям. Хорошо помню, как мои дети, когда им было по два или три года, мечтали мыть посуду. О, эта вожделенная стихия теплой воды и мыльной губки! В четыре - пять лет они уже неплохо могли справляться с этим (...после ужина: "чья очередь сегодня мыть посуду?" - громогласное: "моя!!!"). Но к семи - восьми годам они уже прочно усвоили, что это работа, и всячески старались отлынивать от нее.
   Помните Гека Финна, который придумал, как выкрасить забор? Пацаны стояли в очередь, чтобы повозить кисточкой по доскам. А ведь не надо иметь особого таланта, чтобы любую домашнюю работу подать детям как забаву, как радость. И радость вдвойне после - от сознания, что принес пользу, что помог, что ты как взрослый и что тебя похвалили и поощрили за это.
   Я знаю, что пока ребята малы, проще все сделать самой, чем просить их. Хлопот от их помощи немало: все налей, покажи, посуду надо после малыша сполоснуть, яблоки - перемыть, пол - вытереть насухо. Но я не ленюсь, потому что знаю: упущу время сейчас - потом ребенку будет нечего вспоминать, потом работа станет работой, и не останется ощущения, что она была в радость.
   Помню, как в детстве я (девочка!) любила заколачивать гвозди. Мне нечасто сейчас приходится этим заниматься, но я знаю, что гвоздь вбить - легко и даже как-то забавно. А своему сыну я боялась дать молоток с гвоздями до шести лет. Чем занять его на даче? Он поиграет немного, а потом - мается. Меня поражало, что подруга давала "играть" своему сыну молоточек с гвоздями, бревно и клещи с трех лет!!! Он занимался этим целый день: вбивал, вытаскивал клещами, выпрямлял гвозди, снова вбивал. Были отбитые пальцы? Думаю, безусловно. Но ни одной серьезной ранки. Я уверена, что этот малыш в семь - восемь лет сможет сколотить полноценную скамейку и т.д.
   Нужно давать поручения по дому совсем маленьким детям. И не думать: а, все равно переделывать, не смогут они... Если будем надеяться на них, они не обманут наших ожиданий. Даже полуторагодовалый малыш может быть полезен: сложить свои игрушки в коробку, переложить продукты из пакета в шкаф. А как он счастлив в этот момент! Дети учатся лени у взрослых, у взрослых же они перенимают - отказываться, перечить, маяться дурью, откладывая полезные дела на потом.
   Были у бабушки на юге. Я не знала, справится ли, но предложила для пробы сыну помочь собирать вишню. Оказывается, мой шестилетний сынок может прекрасно собрать достаточно большое количество вишни (хватило семи человекам поесть от души), вынуть косточки (!!!) (у нас "фирменный" метод: шпилькой для волос), пересыпать сахаром и сложить в банку. А гордости! А счастья! Правда, пришлось преодолеть некоторое сопротивление... бабушки: "Да не трогай ты его! Пусть отдыхает".
  
   А что у вас?
   У нас в доме, как и у всех, наверное, полно игрушек. Двое детей уже подросли, и надаренные за эти годы мягкие симпатичные зверюшки заполонили полкомнаты. Сколько раз заводила разговор: "Давайте отдадим в детский дом!" - "У-у-у... Мы тоже хотим еще поиграть..." И снова лежат месяцами. Я на самом деле знала, что просто надо моим ребятам увидеть, что такое детский дом. Что надо бы туда сходить.
   И вот представилась такая возможность. Мы с моими детьми в компании еще с десятком других ребят готовили рождественский праздник для детдома. Когда приехали туда, оказалось, что это временный приют, "перевалочная база", где дети проводят не больше года. Но приют очень приличный, с хорошо обставленными помещениями, просторным залом. Праздник прошел замечательно, сироткам мы дарили выделенные спонсорами сладкие подарки, и они были вполне довольны.
   Но мой семилетний сынок всю дорогу обратно спрашивал, а где мамы и папы этих детей? А им нравится там жить? А ведь там как у нас в садике, да? - Да, но только их оттуда НИКОГДА не забирают...
   Через неделю мы собрались с этим спектаклем в другой детский дом. Сын сам собрал игрушки в два больших пакета. Он оставил себе парочку любимых мишек. И даже вымытые и заново причесанные симпатичные зверята ни на секунду не заставили его засомневаться.
  
   Старинная притча
   Дожил Матфей до преклонных лет. Жил он праведно, никого не обижал, а честным трудом любил старик собирать богатство. Сыновья у Матфея взрослые, работать есть кому, сам умеет хорошо хозяйничать, вот и собралось богатства немало. Но пришло время умереть старику, и душа его понеслась к вратам небесным. Долго стояла она там и ждала, но врата не открывались, и стал передумывать Матфей, не согрешил ли в чем, стал вспоминать свою земную жизнь, но ничего не нашел за собой худого. Наконец, отворились врата, вышел Ангел Божий и говорит ему: "Твоего имени нет в книге жизни, ты виновен перед Богом". "В чем?" - с удивлением спросил Матфей. "Ты не чувствуешь за собою греха, - объяснил ему Ангел, - потому, что ты грешен перед своими детьми. Ты оставил их ни с чем". "Как ни с чем? - возразил Матфей, - столько богатства и всякого добра оставил для них. Нет, неправеден суд Божий". Сколько ни объяснял ему Ангел, Матфей стоял на своем. Тогда берет его Ангел Божий и опускается с ним на землю. "Посмотри", - говорит. Посмотрел Матфей, но вот, сыновей его нет. Старший сидит в тюрьме: он убил брата своего во время дележа имущества. Самый младший таскается по свету. Хозяйство все разорено, гумна, амбары опустели. В доме царит страшная нищета. Сидит невестка в изорванном платье, вокруг нее ютятся полунагие дети и жалобно плачут: "Мама, кушать, мама, кушать!" "Видишь, - начал Ангел Божий, - ты заботился обогащать не души своих детей, а заботился только о проходящем и суетном". Понял тут Матфей свой грех и признал праведным суд Божий. "Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет" (Луки 12, 21).
  
  
   Он вас услышит!
  
   А.Е.:
   Какие молитвы должен читать малыш? И должен ли? Такими вопросами рано или поздно задается, наверное, каждая мама. Не хочется здесь давать определенных рецептов. Каждому нужно ориентироваться на ситуацию в своей семье. Оба ли родителя верующие? Как настроен ребенок? Сколько и с каким настроением молится сама мама? Это немаловажные условия для подбора "молитвенного правила" вашему малышу. И самая-самая первая "предмолитвенная" задача - объяснить ребенку, для чего мы это делаем.
  
   Маленький Иисус
   "Господь Иисус мог бы, пожелай Он только, прийти как муж, полной силы, и ему не пришлось бы переживать время детства и юности. Но Он восхотел быть именно дитятею, чтобы чувствовать, как дитя. Он был маленьким, такого же возраста, как вы; Он должен был противостоять тем же искушениям, каким подвергаетесь и вы; Он выполнял те же обязанности, что и вы; Он проливал те же слезы, что и вы проливаете в вашем возрасте, и у Него были те же радости, что и у вас. Итак, когда вы обращаетесь к нему в своих молитвах, когда вы поверяете Ему ваши заботы, вашу борьбу, вы можете быть уверены, что Он принимает это к сердцу, что Он вас вполне понимает и даст вам именно то, в чем вы имеете нужду. Да, когда Он с высоты небес смотрит, как вы молитесь, преклоняя колена, Он вспоминает, как Он в вашем возрасте преклонял колена пред Своим Отцом Небесным, чтобы получить от Него помощь. Как же ему не услышать Ваших молитв!"
   Из книги "Проповеди для детей" А.Декоппета (перевод прот. М.Синайского)
  
   А что у вас?
   "Как учить малыша молитве? Понятно, что своим примером. Например, я молюсь при детях - читаю несколько маленьких молитв, а потом своими словами: за дедушку, чтобы он перестал болеть, за Матвея, чтобы он перестал драться... В какой-то момент я задалась вопросом: читать ли ему самому готовые молитвы, какие и как. Он знает "Отче наш" (перед едой читает). Надо ли заучивать и, главное, надо ли мне настойчиво предлагать ему молиться? Он это сделает, конечно, он покладистый мальчик, но сделает для меня. А не для себя или для Бога. Так я думала.
   Но со временем я решила, что ничего тут плохого нет. Так и должно быть. На то и родители, и воспитатели, чтобы дать ребенку какие-то основы. Сначала он воспринимает это только чтобы понравится маме, а потом, потихоньку, с возрастом, начинает осознавать. Я вообще думаю, что примерно до 12 лет ребенок делает все, чтобы угодить старшим, а потом-то и начинается самый трудный подростковый период - когда сам начинает осмысливать вещи, которые делал автоматически. Скажем, если я ребенка приучила вытирать за собой разлитую воду, он это делает, и я не задумываюсь - почему он это делает - он делает и все. Может быть, в старшем возрасте он задумается и назовет это эксплуатацией, и возмутится, и не станет вытирать за собой. Потом осмыслит и уже начнет делать это сознательно.
   Так же и в христианском воспитании. Сейчас мой ребенок читает молитвы, и это так здорово! Мальчик вырастет, начнет задаваться вопросом - почему я молюсь - вполне возможно, что наступит кризис и отвержение этих правил - а позднее он их сможет осмыслить по-новому и сделать частью своей жизни.
   Так что, я решила, в этом возрасте нужно именно "приучать", не задумываясь пока о понимании. Вот бы, кроме благочестия, суметь пример всей своей взрослой жизни дать! А то когда ребенок видит ссоры в доме, недовольство кем-то или когда родители плохо о ком-то говорят - он это запоминает прекрасно. И потом будет задумываться: а как это мама с папой меня учат "оставлять должникам", а сами только и делают, что припоминают то одну обиду, то другую"...
  
   О молитве "по привычке"
   Это наша общая беда - и детей, и взрослых. Сначала молишься с жаром, а потом вдруг будто очнешься и поймешь, что только что стоял и думал: "не забыть Марине позвонить". Сколько раз я, услышав торопливое бубнение заученной, не слишком понятной молитвы, срывалась и начинала выговаривать детям! Позор, конечно. Тут надо почаще думать: А СУДЬИ КТО? Лучший путь - личный пример. Как поймаешь себя на теплохладной молитве при детях, извиниться перед ними и, понятно, Богом: что-то я отвлеклась, прости меня, Господи, и вы, детки, простите, что я ваше время вхолостую потратила. Придется вернуться в то место, где отвлеклась (тут надо не переусердствовать: долгое стояние действительно наводит уныние, надо тонко чувствовать меру молитвы для разного возраста). И, кстати, когда молишься с детьми, лучше читать не канонически-монотонно, а по-школьному, "с выражением".
   Вероника Э.
  
   О мере молитвы.
   Тут уместно сказать о мере молитвы. Я считаю, что лучше немного "переборщить", чем "недобрать". То же можно сказать и о долготе стояния в храме. Ведь если постоянно давать и себе, и детям поблажки, то можно и вовсе "отвыкнуть", перестать молиться и ходить в храм. Каждый знает: к молитве себя очень часто приходится принуждать. Мы, взрослые, понимаем, что это работа врага, что мы вообще по своей грешной природе не способны на настоящую молитву. Но ребенку это непонятно. Ему "просто скучно". Надо обязательно объяснить ему, что происходит. Что это не просто скука, а особенная, наведенная, иные в обморок падают, переступив порог храма. Можно и про себя что-то по теме вспомнить - доверительный рассказ родителя о том, что и ему трудно, действует положительно: выходит, все мы люди. Я обычно вспоминаю, как я однажды боролась со сном во время Литургии. Дело было на поздней службе (начало в десять), в тот день я чувствовала себя с утра очень хорошо, бодро. А в храме начала непонятным образом засыпать. Несколько раз чуть не упала. Но поняла суть происходящего только после того, как реально проспала стоя все Евангелие, очнулась на "слава Тебе, Господи, слава Тебе". Разозлилась и на врага, и на себя: как я сразу не поняла, кто со мной шутки шутит! Попросила у Бога помощи, и больше уже не засыпала. А ведь как просто в такой ситуации начать себя жалеть!
   Для ребенка могу посоветовать способ одной моей знакомой. Она, как только тот начинает "кукситься" в храме, опускается на корточки и, глядя ребенку в глаза, серьезно, тревожно говорит: "Ты забыл? Ведь мы на войне. Враг невидим - тем и опасен. Похоже, ты его слишком близко к себе подпустил. Кому это хочется поскорей уйти из храма, где Бог живет - душе твоей Божьей или кому-то другому? Ты ведь не хочешь стать предателем? Ты на чьей стороне воюешь?" Вот такие замечательные формулы. Их можно видоизменять в зависимости от обстоятельств: если ребенок расшалился, разбегался в храме, можно полушутя сказать: "Ох, мой ли это мальчик? Не залез ли в него какой-то мальчиш-плохиш?"
   В общем, мне кажется, в православном воспитании одна из главных задач - это приучать детей работать над собой, то есть не только стараться вести себя по-христиански, но и следить за своей внутренней жизнью, готовиться к предстоящей борьбе со страстями, которая будет длиться всю жизнь. Ведь и у детей есть страсти и тяготы, и по силе они не уступают нашим, то есть "нагрузка соразмерна возрасту", или, если хотите, каждому свой крест. Сам Бог, призывая нас нести свой крест, напоминает о том, что "иго Мое благо"; значит, мы не должны бояться "перегрузить" наших детей (следя, однако, чтобы нагрузка не становилась непомерной) и постепенно вводить их "в ряды вооруженных сил", обучая стратегии и тактике невидимой (да и видимой) брани по мере собственных сил и опыта, и, конечно, с помощью совокупного опыта Церкви.
   Хочется завершить это размышление словами, слышанными мною в детстве от моего дедушки. Три вещи человеку в жизни очень трудно делать: прощения просить, родителей кормить и в храм ходить.
   Давайте задумаемся - почему.
   Вероника Э.
  
   А что у вас?
   "Мне кажется, что в какие-то моменты лучше недодать, чем переборщить. Как-то читала в книжке о детях одного священника, которые были так воспитаны, что каждый поход в храм они воспринимали как поощрение. А непосещением храма - наказывали. Вот бы так воспитать своих детей! А то мы их таскаем-таскаем, уговариваем-настраиваем...
   Конечно, нужно ребенка приучать - и к молитве, и к длинным службам, и к постам. Но вот мое сердце мне говорит, что там, где живет Любовь, ПРИНУЖДЕНИЯ быть не должно. Можно поуговаривать, объяснить, поощрить, но если в каком-то месте ступор, никак не идет дело в этот момент - не заставлять ни в коем случае.
   Несколько раз у меня бывало, что с вечера ребенок никак не настраивался на поход в церковь - ну ведь он и устать может за неделю, и выспаться хотеть. Или бывало, что заиграется допоздна или что-то другое задержит - и молиться нет сил. Я не заставляю. И ни разу не почувствовала, что я это сделала зря. Наоборот, какая-то мера ответственности, сознательности появляется даже в маленьком ребенке. Я говорю: "Ну ладно, хорошо, если ты так устала, давай завтра в храм не пойдем" (расстроенным голосом, конечно, - но не специально расстроенным, а просто). А она отвечает (утешает как бы): "Мам, в следующее воскресенье обязательно сходим!"
   Ведь никто не приучал лично меня с детства ни поститься, ни молиться, ни в храме находиться... А пришло мое время - и постилась, и акафисты вычитывала, и из храма не вылезала. Всему свое время.
  
  
   Пост
  
   К.П.
   Пост - важный элемент не только религиозного, но и вообще нравственного воспитания ребенка. Что такое пост? Это время сознательного и свободного отказа от вкусного и приятного: от развлечений, мороженого, кино и т.д.
   Великий пост. На исповедь приходит ребенок восьми лет. Кается. Спрашиваю: сейчас идет Великий пост. Ты постишься?
   - Да.
   - Как?
   - Ну не ем мяса, молочного...
   - Скажи, а ты ешь конфеты? Смотришь телевизор?
   - Да...
   Вот такая ситуация очень распространена. И честно говоря, я не понимаю родителей, чей ребенок так постится. Неужели они не понимают, что пост это не вегетарианство, это воспитание воли христианина, пусть пока маленького, но настоящего, полноценного христианина? Воспитание воли, которое основывается на том, что малыш сознательно отказывается на некоторое время от вкусных и приятных вещей.
   Взрослые через пост сами себе доказывают, что не зависят от сытной, расслабляющей пищи: мясного, молочного, что послушны Церкви. Это касается гастрономической стороны поста. Со стороны же времяпрепровождения, взрослые отказываются от посещения кинотеатров и увеселительных заведений, ограничивают просмотр телепрограмм, напротив, большее время посвящают чтению Священного Писания и духовной литературы, молитве, посещению богослужений, доброделанию.
   Любой постившийся взрослый подтвердит, что настоящий пост дается с трудом, но несомненно и то, что воля постящегося закаляется в этом сознательном, пусть порой нелегком, противостоянии "хочу".
   Такое воспитание воли необходимо и маленькому человеку. Он должен знать, что вместе со всей Церковью, как ее маленький представитель, он на какое-то время отказывается от того, что хочется, подчиняет себя дисциплине.
   Но только отказываться от мяса, молока, творога, так необходимых ему для роста и формирования организма, ребенку не имеет смысла. Иной ребенок с большим удовольствием откажется от котлеты или творога, для него постом будет как раз другое: съесть все положенное мамой на тарелку!
   В чем может заключаться пост для малыша? Как раз в том, чтобы он отказался от любимого, от того, что очень хочется. Желательно отказаться на все время поста от телевизора, кинотеатров, посещения каких-то шоу, праздников. Хорошо, если ребенок отказался от конфет, варенья, тортов в будние дни поста. В субботу и воскресенье можно давать сладости, но немного.
  
   Важное замечание: мы знаем, что в православной Церкви четыре больших поста, кроме того, еженедельно постными днями являются среда и пятница. Значит ли это, что ребенок должен соблюдать все эти посты, большую часть года? Думаю, что нет.
   Согласно древней христианской традиции, основными постами являются Великий и, еженедельно, - среда и пятница. Вот эти посты ребенок и должен соблюдать обязательно. Сюда можно добавить неделю поста перед Рождеством Христовым, из других постов какие-то дни. Но чрезмерно перегружать детей постами не нужно, пост станет восприниматься как какая-то тоскливая повинность: сверстники радуются жизни, а у нас в семье опять запреты и лишения.
  
   А что у вас?
   Шестилетняя дочка спрашивает меня: "Мама, а почему в пост нельзя есть конфет? Бог не хочет, чтобы мы ели?"
   - Нет, что-то не есть решаем мы сами. Мы это делаем и для Бога, но на самом деле - для себя. Вот смотри. Помнишь, ты недавно разбаловалась и развредничалась так, что ничего не хотела даже слышать. Я тебя поставила в угол на пять минут. Ты успокоилась, подумала, и вдруг тебе стало стыдно. Ты вспомнила все злые слова, которые только что кричала и... Ты с таким ласковым и виноватым лицом подошла ко мне и сказала: "Мамочка, прости меня!"...
Так вот, пост - это как бы то время, которое мы стоим в углу. Мы там вспоминаем все свои очень и не очень плохие поступки, думаем о своем поведении и начинаем чувствовать, что мы во многом виноваты. Только нас не Бог наказал, Бог вообще никого не наказывает. Мы сами себя наказали. Мы решили, что так лучше будет для нас. Есть игра, веселье, гости и праздники, а есть тихое время. Время размышлений и сожалений. Вот сейчас именно такое время.
  
   Не забудьте выключить телевизор
   Одна женщина передавала мне рассказ другой прихожанки, "очень-очень благочестивой": "Когда телевизор в дом вносили, я видела, как сатана вошел туда, а ангел вышел... Разве ты не замечала, что у телевизора и антенна в виде рогов?"
   Подобные мнения приходится слышать из уст верующих старушек и сегодня, правда, все реже и реже.
   Сегодня по телевизору передают богослужения, есть специальные религиозные программы. Телевизор из "беса" превращается просто в одно из средств массовой информации.
   Но конечно, телевизор это и самое опасное из средств массовой информации.
   Подбор программ диктуется соображениями коммерческого успеха. А этот успех в том, что привлекает массу зрителей - поверхностные ток-шоу, пошлые развлекательные программы, бесконечные сериалы. В лучшем варианте бессмысленные. В худшем - вредные и опасные. Вспомните о молодежных сериалах, рассказывающих о беззаботной и безответственной молодости, с увлекательным сексом, сменой партнеров, интригами, которые должны плести на любовном фронте против конкурентки каждая "нормальная" девушка. Для ребят другие сериалы - "Бригада", о романтике бандитской жизни, с погонями, перестрелками, суровой мужской дружбой.
   Постоянный поток разжеванной информации, над которой можно не думать, реклама красивой жизни, новые и новые развлекательные фильмы. Сегодня телевидение - это индустрия развлечения и легкого времяпрепровождения. Это своего рода наркотик души, и любой психолог скажет о том, что современные люди психологически зависят от телевидения.
   В прошлом году я несколько дней пробыл в детском лагере на острове озера Вуокса. Дети этого лагеря, обычные российские ребята, на третий-пятый день пребывания в лагере начали мучительно тосковать без телевизора (и без компьютера). Слонялись по острову, пытались затеять игры, но оказалось, что играть вместе они не умеют, никогда не умели. Вспоминая свое детство, современных детей учили играм взрослые...
   Но не наша задача судить телевидение. Оно есть, хотим мы этого или не хотим. Нам важно разобраться: как научить ребенка правильно пользоваться телевидением.
   Предложу несколько конкретных советов.
   Самое первое и главное. Как в вопросе о молитве, в вопросе о посещении богослужений, посте и многом другом здесь главное - пример родителей! Если у мамы на кухне все время, с раннего утра мелькает телевизор, если папа, придя с работы сразу падает на диван и щелкает пультом, если побыть "семьей вместе" значит просидеть вечер перед телеэкраном - ваш ребенок никогда не научиться правильно относиться к телевизору.
   Второе: ребенок с детства должен уяснить, что телевизор нужен не для того, чтобы его вообще "смотреть", но чтобы смотреть конкретные телепередачи, фильмы или мультфильмы.
   Третье: телевизор нужно смотреть дозировано. То есть не три-пять передач в день, а одну, максимум две. Просмотрев телепрограмму на неделю, можно заранее выделить, что будет смотреть мама, что отец, а что ребенок.
   Я глубоко убежден, что в некоторые дни телевизор вообще лучше не включать. Для верующих людей такими днями могут быть постные дни.
   Попробуйте, отказавшись от телевизора, почитать, всей семьей собраться за столом и за чашкой чая обсудить в духе мира и любви какую-нибудь тему, тот же накануне увиденный фильм, встаньте и помолитесь. Поверьте, вы испытаете необычайную душевную наполненность, которую не даст никакая телепередача!
  
  
   Первая исповедь
  
   Правильно говорить, скорее, не о исповеди ребенка, а о духовническом окормлении ребенка.
   Исповедь и духовническое окормление это разные вещи.
   Исповедаться - значит рассказать о каких-то грехах. Если ты в путешествии (например, паломнической поездке по монастырям) и хочешь причаститься, нужно исповедаться. Это не глубокий анализ твоей души (право на такой анализ имеет лишь духовник, а из священников, случайно встретившихся, - святой старец). Это просто покаянный рассказ о том, как ты в эти дни, прошедшие с последней исповеди, не удержался на духовной высоте, соскользнул вниз.
   Духовническое окормление - это совсем другое! Напомню, что слово окормление не имеет ничего общего с кормлением, пищей. Оно происходит от слова корма, кормчий. Кормчий на корабле это рулевой, тот кто направляет судно к цели. Так и духовник направляет душу своего духовного чада по бушующим водам житейского моря к пристани Царства Небесного. Духовник, в идеале, должен быть у каждого христианина и, конечно, у ребенка тоже.
  
   Роль духовника с самого рождения ребенка исполняют родители. Они воспитывают ребенка, учат хорошему, предостерегают от плохого. В нормальной семье родители должны быть для сына или дочери авторитетом навсегда, даже когда этот ребенок сам станет взрослым.
   Но естественно, что с какого-то времени родители для взрослеющего ребенка не могут быть абсолютным авторитетом. Они не могут быть так компетентны в духовных вопросах, как, например, служитель Церкви. Даже если родители безусловно компетентны, то мнение священника - это мнение еще одного очень авторитетного человека.
   И вот начиная с семилетнего (по современной практике) возраста ребенок начинает исповедоваться. Это не значит, что он говорит священнику на исповеди нечто, что утаил от родителей. От родителей в идеале не должно быть секретов в семь, да даже в 10 или 15 лет (хотя у ребенка есть право какие-то вопросы с родителями не обсуждать, а решать только с духовником).
   Ребенок начал исповедоваться - значит, что теперь он к своей жизни относится совершенно сознательно и ответственно. Священник помогает ему идти путем духовного роста, помогает исправиться, может даже наложить епитимью, дать какое-то послушание.
   Начиная исповедоваться, маленький человек должен прийти к пониманию, что поступки его (и добрые и злые) - не что-то случайное и малозначительное, но что в них осуществляется его личность. Эти поступки могут приближать к Богу, делать малыша сотрудником Божиим, могут от Бога и от вечности отлучать.
   С семи лет начинается постепенная передача ребенка из родительских рук в руки Церкви. Когда ребенок вырастет, мнение Церкви, какие бы прекрасные и умные его родители ни были, будет для него высшим мнением.
  
   Первая исповедь - это важное событие в духовной жизни ребенка. Она может запомниться как момент подлинной встречи с милующей очистительной Божией любовью, а может стать неприятным действием, когда от тебя требуют быстрее рассказать о тайнах твоей души. Второе может произойти совсем не из-за малоопытности или нечуткости священника. Просто если вы приведете малыша на воскресную литургию, где в очереди на исповедь стоят до сотни, до двух сотен человек и для каждого у исповедующего священника есть 30 секунд, спешка священника явление вынужденное и неизбежное. Лучше всего заранее договориться со священником о встрече. Каждый батюшка какие-то дни проводит при храме. Он совершает требы, отвечает на вопросы приходящих и т.п. Вы можете договориться с ним и определить день и время, когда вы с ребенком придете. И прийти на исповедь днем в назначенное время. А потом, в ближайшее воскресенье, или хоть завтра, причастить малыша уже без исповеди. Что касается священника, то у него есть опыт духовнического общения с детьми.
   К первой исповеди надо ребенка подготовить. Конечно, если вы регулярно ходите в храм, малыш знает, что наступит день, когда он начнет исповедоваться. Расскажите, что такое настоящее покаяние. Это не перечисление: соврал, смалодушничал, обидел, не послушался. Духовническое окормление - это лечение и воспитание души. Ты, скажите ребенку, стоишь перед самим Господом. А батюшка - назначенный от Бога свидетель твоего покаяния и духовный наставник. Священник даст совет, ободрит, засвидетельствует молитвой, что ты искренне каешься и хочешь исправляться.
   Покаяться - значит просить Бога о прощении и обещать всеми силами воздерживаться от греха в дальнейшем. Скажите, что вот раньше тебе помогали духовно расти мы: мама и папа, бабушка, дедушка. Но теперь ты уже не маленький ребенок. Ты ответственный за свои поступки христианин. Член Церкви. И теперь помогать в духовном твоем росте будет священник.
   Посидите с ребенком и поговорите о том, что такое грех. Как он думает, в чем его грехи, в чем нужно каяться? Составьте вместе его первую исповедь. Скажите, что если у тебя есть что-то тайное, о чем мы, родители, не знаем, ты побоялся или постеснялся сказать, открой это священнику. От духовника ничего нельзя скрывать. Об этом никто не узнает, тайна исповеди священна.
  
   Еще очень важное! В чем будет ребенок каяться? Когда ко мне приходят восьмилетние дети и каются в гордости и тщеславии, я спрашиваю: а в чем твоя гордость проявляется? Ребенок молчит. Спрашиваю: что такое гордость? Молчит.
   Ясно, что эту исповедь ребенок подготовил вместе с мамой, она просто продиктовала, в чем ребенку нужно покаяться, а он эти грехи записал, не понимая.
   Важно помнить, что ребенок должен каяться в том, что он осознает как грех. А это возможно лишь при условии, что в семье очень четко будет определено что хорошо, а что плохо.
   Ребенок копирует родителей. И если он видит, что мама или папа никогда никого не осуждают, стараются помогать другим, не злятся, он будет знать, что так надо поступать и ему. Очень важно чтобы у семьи было время обсудить (например, за вечерним чаем) какой-то поступок книжного героя, киногероя. Родители говорят, их ребенок молчит, слушает. И постепенно делает вывод, как правильно поступать в той или иной ситуации.
  
   Как найти духовника?
   Хотя это не относится прямо к нашей теме, но вопрос этот возникает у многих, многих он беспокоит. Как найти духовника - и взрослому, и ребенку?
   Хорошо, если у ребенка духовником будет тот батюшка, что окормляет родителей. Как найти духовника родителям? Это несложно. Вот вы начинаете церковную жизнь. Не спешите становиться духовной дочерью или сыном первого батюшки, у которого исповедались. Походите на службы, присмотритесь к священникам в храме, послушайте их проповеди. Съездите в другие храмы.
   Если сердце вдруг загорается, и вы видите, что вот этот священник отвечает на ваши тайные душевные вопросы, его мироощущение вам близко - подойдите к нему после службы и попросите о подробной исповеди или беседе. Священник назначит время, вы сможете прийти, пообщаться и решить, можете ли вы просить этого священника быть вашим духовным наставником.
   Когда я говорю "присмотреться" к священнику, послушать его проповеди, это не значит, что я предлагаю выбрать самого благообразного или симпатичного, или наделенного даром красноречия батюшку. Все священники равно благодатны и имеют от Бога власть духовничества. Просто в Церкви (так было и будет всегда) есть священники более строгие в вопросах церковной дисциплины, аскетизма, есть священники более мягкие. Естественно, что если вы хотите сделать в своей духовной жизни упор на аскетические и молитвенные подвиги: пост, длинное молитвенное правило, послушания и пр., вам лучше обратиться к священнику - монаху (это иеромонах, игумен, архимандрит). Если у вас семья, дети, то лучше выбрать женатого священника (священник иначе - иерей, протоиерей).
   Я хочу, Вас, дорогие читатели, уверить: любой священник (каким бы грозным или неприступным он не казался на вид) совершенно нормально отнесется к просьбе встретиться с ним в храме и поговорить. Так же нормально просить священника стать вашим духовником.
  
  
   Послесловие, написанное тремя мамами.
  
   Тамара:
   Все родители желают, чтобы их дети были счастливы. Православные родители знают, что только живя в Боге человек может быть истинно счастливым, то есть иметь в душе мир, любовь и радость, невзирая ни на какие внешние обстоятельства жизни.
   Как воспитать детей глубоко верующими людьми? Вера - это дар, поэтому, наверное, прежде всего надо много, очень много просить Бога даровать веру и родителям, и детям.
   Затем: искренность и никакой лжи. Лучше пренебречь формой, но сохранить любовь.
   Еще: личный пример. Только постоянно понуждающий себя к искреннему покаянию и исполнению заповедей родитель сможет найти нужные слова, которые дети услышат и примут.
   Детей надо много жалеть и много терпеть. Их надо учить бороться с искушениями. И, конечно же, обязательно нужно ходить с детьми в храм и причащаться Святых Христовых Таин.
  
   Светлана:
   ...Вопрос о том, как воспитать "хорошего христианина" иногда просто-напросто подменяет вопрос "как сделать ребенка счастливым". Все родители хотят видеть детей счастливыми, и всем понятно, что это не от нас зависит. Тогда нам остается надеяться, что "хоть" хорошим христианином мы можем воспитать, что хоть это зависит от нас; но ведь как раз это еще труднее. Надо себе в этом признаться, чтоб просто начать с малого: воспитывать честного, старательного и трудолюбивого, добросовестного, нелицемерного человека, не пренебрегая в этом деле такими "мелочами", как пунктуальность и обязательность и т.д., надеясь, что когда-нибудь эти качества ребенок употребит в общении с Богом.
   Мне кажется, все наши ухищрения "заманить" ребенка в храм - тщетны, и не из-за этого он когда-нибудь будет сам, по своей воле ходить в церковь. (А старание "развлечь" его там просто опасно, т.к. дети всегда чувствуют заискивание и сразу же делаются хозяевами положения. И если сегодня они могут "подыграть", то кто знает, что будет завтра?) Да, нужно объяснять службу, нужно заинтересовывать его, но не осведомленность в ходе литургии - залог истинной христианской веры. Страшно, когда человек "все знает" о храме: почему тут именно эти иконы, почему сейчас запели то-то, но от этого ему только скучно или он уверенно считает себя "хорошим", особенным, "наследником". Мы, взрослые, тоже зачастую бываем в храме в роли "верного сына" из притчи о сыне блудном. Вроде исполняем, трудимся, соблюдаем. Но не нам навстречу спешит Отец, и мы в своей теплохладности удивлены: а как же наше "благочестие", наше старание?..
   Как ни много было христиан в V веке, но мало кто из них сравнится в благочестии и чудесах с Марией Египетской. Так и сейчас: мы стараемся, правильно воспитываем своих детей, но дети "со стороны", дети нецерковных родителей удивляют своим искренним, от души исходящим, ненаученным благочестием и идут впереди по дороге к Царству.
   Тут тайна милости Божьей, тайна Благодати. И единственно, что мы можем - идти, делать, стараться самим стать Божьими. Потому что в действительности мы можем изменить только себя, а ребенка - только вовлечь в тот путь, по которому мы идем. Остается только надеяться, что в моменты наших падений Бог все равно поддержит и защитит от нас наших детей.
   Я помню, с каким сожалением смотрела на плачущих перед причастием младенцев. Думала: бедные дети, их так редко приносят в храм. Вот они, ангелы, страдающие от родительской лени... И нежно несла дочку, улыбавшуюся священнику и самостоятельно открывавшую ротик. А когда второй мой ребенок постоянно заливался диким плачем перед чашей, и я стояла под осуждающе-благочестивыми взглядами прихожан до тех пор, пока, наконец, причастив дочурку после всех, священник назидательно не провозглашал: "Чаще надо в храм ходить", - мое сердце вновь и вновь обливалось кровью от мысли, что мы виноваты перед детьми больше и совсем иным образом, чем думаем. И если б я не осуждала (да разве я хотела!) тех мам, у которых младенцы рыдали, не мучалась бы с этим потом сама. Мы приходили в храм почти каждый день, и каждый такой день был для меня напоминанием, что я ничего не могу, даже в тишине поднести к чаше двухмесячного младенца.
   Другой урок я получила, когда ребенок попал в больницу с диагнозом "менингит". Это было в день большого церковного праздника, особенно важного для нашей семьи. И именно в этот день мы, как отверженные, оказались перед лицом чего-то отвратительного, что больше всего было похоже на смерть. Тогда я удивилась простому факту, который мы все знаем, но не всегда понимаем. Что наша добродетель пред Богом - не более, чем запачканная одежда. Что наша молитва - не молитва вовсе. Попросту говоря, что мы ничего не можем. И поэтому все, что есть у нас хорошего, дается нам не за что, как манна небесная.
   И хорошие дети тоже. То, что они улыбаются в храме во время крещения - милость Божья, а не наша заслуга. То, что они будут с радостью ходить в храм - тоже только милость Божья. То, что они вырастают хорошими христианами, монахами или регентами - тоже Божья милость, и мы тут ни при чем. "К сожалению", - иногда хочется добавить, потому что досадно, что так мало у нас сил, и что так мало мы можем. Но утешают, указывая поле деятельности и соучастие в судьбе ребенка, слова: "Чаще говорите Богу о своих детях, чем детям о Боге". И другие слова, которыми когда-то старец утешал мать распутного юноши: "Богу ты покажешь или добродетельное чадо, или разбитые на молитве колени".
   (Тот юноша стал монахом и церковным писателем. Кем станут наши дети?)
  
   Анна:
   Есть старая формула: "делай что должен, и будь что будет". Мы, родители своих детей, должны: любить их, кормить, одевать, обучать, развивать и направлять; воспитывать их честными, порядочными, целеустремленными, трудолюбивыми; дать им нравственные и моральные принципы, которым сами следуем; научить их знанию о Боге, в Которого веруем и основным понятиям и навыкам нашей религии. Мы должны сделать все, что от нас зависит, ничем не объясняя и не оправдывая своего бездействия, с одной стороны, с другой, - не гордясь полученным результатом и не приписывая достоинств ребенка себе. Еще мы должны всегда помнить, что ребенок - это не наш клон, не наша игрушка, не способ реализации нашего тщеславия, а уникальная личность, Божье создание, и что Божий промысел в его судьбе нам не подвластен.
   Вот то, что мы должны сделать, и сделать так хорошо, как можем.
   А то, что будет, то, что из этого выйдет - в воле Господа.
  
   Священник Константин Пархоменко,
   Анна Ершова
   1
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Кариди "Одна ошибка"(Любовное фэнтези) А.Емельянов "Мир Карика 11. Тайна Кота"(ЛитРПГ) А.Гончаров "Поклониться свету. Стих в прозе"(Антиутопия) С.Панченко "Ветер. За горизонт"(Постапокалипсис) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) Н.Лакомка "Белее снега, слаще сахара... Подарок феи"(Любовное фэнтези) Н.Малунов "Л-Е-Ш-И-Й"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"