Эсаул Георгий: другие произведения.

Пипискины заразы! (ой! Извините! Старческий склероз!) Денискины (забыл!)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Мой умасводящий роман о героях детства Дениске и Мишке, но они на пенсии, им трудно! ОГОГО! Демократы их замучили! Тьфу, едрить их в качель!

   Роман написан Великим Всемирным Писателем Эсаулом Георгием (Эсаулов Юрий Александрович!) в городе Люберцы 15 ноября 2009 года!
  
   Продолжение романа готово и ждет издания на бумаге за Ваш счет!
  
   Знаков в романе: 215909
  
  
  
  
  
  
  
  
  Ни стыда, ни совести! Тьфу!
  Руки-ноги пообломать им!
  Голову оторвать!
  (эпиграф)
  
  
   Вы когда нибудь видели, встречали пенсионера, который живет для других, а не для себя?
   Который сидит с внуками постояно, говорит своим детям: "Погуляйте, отдохните, а я всегда посижу с любимыми внучатами!", - отрывает от себя последнее, жертвует последним ради своих детей и внуков, а когда еще работал, то думал о том, что оставит детям; в старости уступает место маленьким ребятишкам в общественом транспорте, не ругает молодежь!
  Если вы знаете этого пенсионера и видели его, то не читайте этот мой гениальный шедеврический роман!
  
  РЫЦАРИ ПРЕКЛОНОГО ВОЗРАСТА
  
  Когда репетиция хора пенсионеров старичков окончилась громким покряхтыванием и испусканием газов, наставник пения заслуженый пенсионер России Борис Евстигнеевич прохрипел тем незабываемым фальцетом, от которого у слабонервных пенсионеров раслабляется мочевой пузырь:
  - Ну ка, раскажите, инвалиды, кто из вас что принес маме на могилку на Восьмое марта?
  Ну ка ты, Дениска Абрамович, докладывай, как в Пенсионом Фонде России!
  Я поднял со скрипом свое жолтое тело:
  - Я покойной маме на Восьмое Марта, день солидарности трудящихся женщин положил на могилу подушечку для еловых иголок, от которых проходит астма!
  Красивую, как депутатка в восемьдесят лет!
  На африканскую лягушку похожа!
  Три дня я выбивал в районом управлении социальной защиты населения "Вешняки" деньги на эту подушечку!
  Все пальцы на ногах намозолил, пока пороги обивал!
  Я две подушечки выбил из государства воров!
  А Мишка Иванович добавил сквозь отваливающуюся вставную челюсть (слюна обильно смочила слюнявчик Мишка Ивановича):
  - Мы все по две подушечки выбили в органах соцзащиты!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас!
  Одну на могилу матерям, а другую - на погребальную урну с пеплом Раисы Ивановны!
  - Да, согласен! Кругом кризис, обман, воры, ужас! Но почему же все взяли подушечки? - Борис Евстигнеевич щедро оросил доски старого паркета! Мы с жалостью смотрели на то, что осталось от мужского достоинства Бориса Евстигнеевича! Жить тяжело! - Вы что, участвовали в преступном сговоре пенсионеров, чтобы на все могилы ложить подушечки для иголок?
  - Да нет, тупой ты, на хер ничто не понимаешь! - встрял в разговор Валерий Иванович, ему недавно прооперировали паховую грыжу, поэтому он смотрится молодцом! - Это у нас в доме пенсионеров мы подушечки шьем за деньги, а затем через собес получаем эти же подушечки!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас!
  Сперва проходили уроки мужества, как весело переносить старость и не бурчать, а затем взялись за подушечки, хорошо еще что молоко и кефир дают на ночь!
  - Какой сякой кефир? - заинтересовался склеротик (страшно смотреть - нос синий с прожилками, лицо одутловатое, как у рыбы, белки глаз жолтые, как мочевина!) Борис Евстигнеевич!
  Его дешевые тренировочные штаны надулись пузырем!
  Рваные меховые тапочки вспотели!
  Я гордо ответил шершавыми губами с фурункулами, но не вставал с инвалидного кресла:
  - Кефир с пониженым содержанием холестерина!
  Наши аниматоры молодые пенсионеры Володя Владимирович и Толя Гробушевич из соседнего собеса полгода с нами кефир пили и объясняли пользу кефира для кишечника, и, особено для толстой кишки!
  Запоры в наши годы могут привести к летальному исходу!
  Как притащатся на костылях, так и шамкают:
  "Пейте кефир с микробами!"
  Ну, мы пьем, покашливая, а они тоже пьют и в шахматы играют на таблетки!
  - Я сошел с ума двадцать три года той в зад! - Борис Евстигнеевич засмеялся тем жизнерадостным смехом, от которого у покойников на кладбище кровь в жилах стынет!
  Даже капли с кончика его красного носа сегодня летят по особому!
  И кости трещат в коленках, как сухие палки в осенем лесу! - Кругом кризис, обман, воры, ужас!
  Кефир, погребальные подушечки для иголочек!
  Придется разобрать меня на запчасти!
  КХЕ КХЕ!
  Сидите в колясках, не падайте! ГЫ ГЫ!
  И он вдруг опять весело засмеялся, забыл о чем говорил! - А сколько у нас старичков в групе активных пенсионеров?
  - Пятнадцать кровохаркающих, но ходячих! - Прошамкал Мишка Иванович и даже не испустил дурные ветры, как раньше! - А активных старушек с ревматизмом и подагрой - двадцать пять особей!
  Они так потешно и жадно выпучивают глаза перед едой!
   Тут Борис Евстигнеевич прямо скатился с инвалидной коляски от смехотерапии!
  А я гордо сказал, потому что у меня красивые железные зубы:
  - В нашей России и в партии регионов вообще старушек больше, чем старичков, потому что старики мрут как мухи!
  У нас же еще простатит бывает!
  Но Борис Евстигнеевич ударил меня костылем по хребту, словно выбивал дорогой персидский ковер, который мне тридцать лет назад подарили на пятидесятилетие!
  - Я не про любовные сцены тех, кому за семьдесят!
  Ни стыда, ни совести! Тьфу!
  Просто интересно посмотреть на колумбарий, где на урну с прахом Раисы Ивановны накидают пятнадцать тысяч подушечек для иголок!
  Ну ладно, орлы и орлицы пенсионого возраста!
  Слушайте: кто из вас собирается на собесовском безплатном автобусе поехать на Первое Мая на кладбище и положить подарки на могилы матерей?
  Тут пришла наша очередь харкать кровью, потеть и выпускать дурных духов после кефира и каши!
  Я сказал в слуховую трубку Бориса Евстигнеевича:
  - Вы, Борис Евстигнеевич, наверно бы шутили, если бы умели в своем склерозе и не забывали бы начало фразы, когда подходите к ее концу!
  Не хватало еще нам отменять процедуры на май и ехать на промозглое кладбище возлагать венки на старые могилы!
  - А вот и неправильно живете, Дениска Абрамович, хотя вы и персональный пенсионер и почетный житель города Тверь!
  Имено, что необходимо ухаживать за могилами в мае, когда витамины в кости поступают!
  А клизьмы и полоскание дряблых десен можно отложить на апрель, ко дню Космонавтики!
  А то мы некрасивые, и могилы наших матерей некрасивые, как шлакобетон!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас! Ни стыда, ни совести у людей! Тьфу! - Борис Евстигнеевич надолго задумался, словно умер! Я даже потрогал его лоб и приложил зеркальце ко рту! Но Борис Евстигнеевич воскрес и с недоумением посмотрел вокруг слепыми глазами минус сто! - Где я? кто я в этом мире?
  А, вспомнил, мои дражайшие соплеменики пенсионеры!
  Надо на каждый праздник возлагать венки на могилы, а то будет не по рыцарски!
  Ну, кто видел настоящих рыцарей и участвовал в рыцарских сражениях?
  Из дальнего угла актового зала поднялась дряхлая фигура Епифана Аристарховича, словно мумия!
  Никто не знал, сколько лет Епифану Аристарховичу, но он уже был дряблым стариком, когда мой дедушка хоронил своего прадедушку!
  Из худой утробы Епифана Аристарховича донеслось:
  - Рыцари на лошадях и в железных кирасирах, а еще они баб ...
  Борис Евстигнеевич с сожалением посмотрел на умершего Епифана Аристарховича и кивнул трубкой, которая торчала у него из горла для отвода гноя и мокроты:
  - Да, так было давно, что я еще помню свою любовницу царицу английскую!
  И вы, когда уже будете сходить одной ногой в могилу, вспомните все книжки про рыцарей, потому что перед смертью вспоминают все, даже то, что не было с вами!
  Но сейчас, когда мы лечимся и еще - ого го, песок из нас сыплется только помаленьку, если про кого говорят, что он рыцарь, то это значит благородный, самоотверженый и почти здоровый пенсионер, который не жалеет клизьму для товарища!
  И я думаю, пока умею думать, а то у меня известкование мозга после сифилиса, что каждый пенсионер должен обязательно быть рыцарем на костылях!
  Поднимите руки, кто хочет стать рыцарем и вступить в масонскую ложу вольных каменщиков!
  Мы, все, кто мог (и у кого были руки) подняли руки!
  - Я так и знал, что вы еще ОГОГО, несмотря на кризис, обман, воров, ужас!- Борис Евстигнеевич обезсилено упал тощим задом на каталку для покойников!
  Идите по палатам, да не ропщите, да взыщите!
  Мы пошли на процедуры, а по дороге Мишка Иванович хитро улыбнулся сквозь очки плюс сто и сказал (а у него летели слюни сквозь дырки от зубов!):
  - Ладно, я на могилку мамочки куплю конфеток для бомжей и пшена для пташек небесных!
  У меня от пенсии от Зинаиды Петровны осталась заначка!
  
  И вот я пришел на промывание желудка, а в медицинском кабинете нет сестры милосердия!
  Руки ноги им надо за это оторвать, чтобы другим не повадно было!
  Башку им отвинтить!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас!
  Ни стыда, ни совести у людей!
  Раньше все было лучше, люди честнее и благороднее, как чекисты в кожаных тужурках!
  Тут меня понос с кровью прохватил!
  Вот в кои то веки захотел быть рыцарем, а не старым пердуном - так медсестры нет, денег нет!
  А тут, как назло, приехал Мишка Иванович в новой инвалидной коляске с моторчиком, в руках нарядный венок с надписью: "От благодарных потомков"!
  Мишка Иванович брызжет слюной, воняет мочевиной:
  - Готово, теперь я участвую в погребальной церемонии на Первое мая!
  А ты что сидишь со спущеными штанами, как шакал?
  - Жду медсестру с клизьмой, чтобы я ей показал, какой я рыцарь преклоного возраста!
  Мишка Иванович, ты рыцарь с трубкой из живота?
  - Рыцарь, хотя у меня из трубки подкапывает, дренаж таки!
  - Тогда поставь мне клизьму и дай денег взаймы на венок!
  Мишка Иванович огорчился, даже трупные пятна проступили сквозь рыжие старческие веснушки:
  - На клизьму у меня сил не хватает, у меня атрофия нервов и мышц, как у императора Калигулы!
  А деньги я все истратил на венок, словно сам себе могилу рою!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас!
  - Что же делать без клизьмы и без денег, а? старый пердун!
  - Посикать, старая гвардия! Нет! поискать! - Мишка Иванович путается в своей болезни Альцгеймера!
  Нос Мишка Иванович провалился в носовую щель!
  Ногти на пальцах отслаиваются, как слюда в горной породе на Кавказе, где много баранов с питательным курдюком! - Деньги - маленькая вещь, это не попа Зинаиды Петровны!
   Возможно, деньги куда нибудь завалились, как и таблетки с медсестрой!
   Давай поищем медсестру в женском туалете!
   И мы на коленках, отплевывая мокроту, испуская вредные накопившиеся газы, облазили всю дамскую комнату в туалете - и за унитазом, и под умывальником, и я все бачки с грязной бумагой и тампонами перетряхнул, и даже в мешке с хлоркой поковырял!
   Нету нигде ни медсестры, ни денег на клизьму или на венок, словно нас корова языком подлизала!
   Вдруг Мишка Иванович раскрыл в медицинском кабинете шкаф со склянками и с анализами мочи:
   - Дениска Абрамович, а это что такое в стекляных баночках, как в хрустальных бокалах?
   - Где живот? - я нечаяно заснул на минутку, но проснулся с ясной головой, как после трех пачек димедрола! - Ах, это! это баночки с анализами крови и мочи, которую сдали пациенты, а старшая медсестра Зинаида Патрикеевна забыла сдать, потому что очень очень пожилая, как тысячелетний дуб!
   Надо учитывать ее почтеные года, болезни, которые она получила еще в молодости, когда совершала трудовые подвиги!
  Не все помнит, потому что кругом кризис, обман, воры, ужас!
   Эти демократы - растреливать их надо!
   Что со страной сделали, изверги рода человеческого!
   Я погрозил клюкой далеким демократам в Кремле!
   Мишка Иванович хитро мне подмигнул, как Вождь Мирового пролетариата и говорит с усилителем голоса:
  - Эх, сдала бы Зинаида Патрикеевна анализы, и были бы у тебя деньги на венок!
  - Это как то не по демократически?
  Мишка Иванович, мы где! Ты кто?
  - А пустые баночки из под сик и как? - Мишка Иванович засмеялся дребезжащим смехом, смехом старого фавна! Слуховой аппарат выпал из уха Мишка Ивановича в раствор соляной кислоты! Очки съехали на кончик красно синего носа, похожего на флаг России! - Да за пустые баночки в лаборатории подопытных мышей всегда дают старые венки!
  В конце коридора, около морга!
  Называется "Обмен старых вещей кремируемых покойников и похороных принадлежностей из гробов на стеклотару"!
  Я брызнул на Мишку Ивановичу слюной, даже попал ему густой жолтой масой на ресницы:
  - Что же ты раньше не сказал, а мычал опухшим горлом, старый козел!
  Ни стыда, ни совести! Тьфу!
  Сейчас мы уладим торгово правовые взаимоотношения, потому что у нас нет молодых любовниц!
  Давай банку из под спирта, вон, на ночном горшке стоит!
  Мишка Иванович подкатил мне банку рахитичными ногами, потому что у него ручки сегодня очень слабенькие, как тростиночки!
  А я допил спирт с водой и содой, как с содовой водой, залил пожар в желудке стаканчиком кефира, который всегда ношу с собой и вылил черновато красные анализы крови и кала в одну банку!
  - ММММММММММММММММММММ!
  А куда зальем анализы мочи с мочевиной и сахаром диабетиков?
  - Да сюда же, к анализам кала и крови! - Мишка Иванович погладил себя по гладкому черепу со старческими пятнами! Морщинистая кожа пальцев трещала, как кожа мумии! Мишка Иванович дохнул запахом Московской канализации! - И эти анализы и те анализы, все из одного тела, жаль, что только нет анализов мокроты и спино мозговой жидкости!
  - Ну, воля ваша, Мишка Иванович! Хозяин - барин! - Я вылил оставшиеся анализы в бутыль, словно квас готовил для врагов! - Ставь банку с анализами под капельницу!
  Таканака нам враг!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас!
  Прикрой банку клистерной трубкой, а теперь поковыляли к моргу!
  За скляночки нам дали бушный венок с розочками и елочками!
  И я написал на венке фломастером "Дорогой маме"!
  И я приполз в свою палату навеселе, потому что я стал рыцарем, пусть старопердунским, но рыцарем!
  И как только пожилой терапевт пришел с молодой пенсионеркой я похвастался, хотя с кушетки встань уже не мог:
  - Земфира Ивановна! Я теперь рыцарь печального образа в полосатой пижаме и дрожью в коленках!
  Нас Борис Евстигнеевич научил, царство ему небесное, если уже умер, и долгие лета, если еще живой!
  Земфира Ивановна тяжело опустила грузное отечное тело на стульчак и потребовала с нотками власти в добром голосе ночной старушки:
  - МММММММММММММММММММММ! Расказывайте, больной, иначе упрячем вас в дурдом для престарелых наркоманов и социально опасных элементов!
  Я с восторгом расказал, что завтра сделаю покойной маме сюрприз!
  Земфира Ивановна обиделась, даже плюнула на кушетку, но не злобно, а так, сплюнула накопившуюся мокроту отоларингита:
  - А кто же вам денег дал, больной?
  А я ответил и не испугался, потому что меня бросило в жар от димедрола:
  - Кругом кризис, обман, воры, ужас!
  Я бы всех растрелял!
  Руки ноги бы им повыдергал!
  А, вспомнил, я пустые банки сдал из под анализов!
  Доктор Столетов, хотя давно на пенсии, но еще работает, молодец, похвалил меня, даже не воткнул слуховую трубочку мне в глаз:
  - Похвально, батенька, похвально!
  В ваши то годы козлом скакать! Ну с!
  Да с, скакать!
  Доктор забылся, только тихонечко мычал - так мычит мой старый котенок Мурзик, когда я его за непристойное поведение окунаю головой в унитаз!
  Затем доктор Столетов Андрей Степанович вышел из комы и улыбнулся, словно и нет у него протезной челюсти:
  - Целебного компотику бы, с витаминами!
  - Извините, доктор, у меня сегодня подагра, я не сварила вам компотик с шиповником и морковью!
  Но доктор Столетов подмигнул мне, или у него нервный тик:
  - А это что под капельницей? Я давно уже заметил, словно и не жил на белом свете!
  И он на костылях ловко доковылял до капельницы, и хлебнул прямо из банки с анализами!
  Ну тут что было, как в сказке, про Аленушку и Козла!
  Старый доктор кашлял и испражнялся так, будто выпил стакан серной кислоты!
  Он закричал старческим фальцетом, от которого у Земфиры Ивановны лопнул гипс на ноге, а из под гипса вылезла лиловая плоть:
  - Что это за безвитаминый компот?
  Пусть это молодые пьют, словно им водки мало!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас!
  Я на всякий случай воткнул в себя иголку капельницы и сказал:
  - Доктор Столетов, не волнуйтесь, а то грыжа опять выскочит!
  Это не безвитаминый напиток, хотя его можно и так назвать при большом желании!
  Ах, как давно у меня было желание!
  Это анализы кала, крови и мочи из склянок!
  Тут доктор Столетов вытошнил на белый халат невозмутимой Земфиры Ивановны!
  Андрей Степанович побледнел, рухнул на пол, но еще живой, потому что - Где наша не пропадала!
  Мы еще повоюем, дорогие мои, старики!
  - ММММММММММММММММММММ! Какие анализы, чьи? Спидовых и туберкулезных стариков?
  - Чорные и жолтые анализы! - Я спокойно ответил, потому что сердце стучало с перебоями, приближался инфаркт! Губы мои заледенели! Пальцы ног отнялись, словно их откусил злой Бармалей! - Вы, доктор не пугайтесь, потому что в вашем возрасте, ни СПИД, ни туберкулез уже не страшны!
  Доктор Андрей Степанович подполз к медицинскому шкафу и открыл дверцу, не как старик открыл, а ловко, как папа Карло!
  Потом он заморгал остатками ресниц и стал растирать жолтую дряблую грудь Земфире Ивановне, потому что Земфира Ивановна уже лежала в обмороке!
  Доктор Столетов смотрел на меня через очки минус сто с огромным удивлением великим, словно я был не обыкновеный старичок с высохшей физиономией, а какая нибудь Памела Андерсон с сиськами и попой!
  Я повеселел и сказал, потому что для храбрости скушал шматок холодной геркулесовой каши на воде без соли и сахара:
  - Вы что, доктор Столетов удивляетесь, будто никогда покойников не видели!
  Я слил все анализы в одну банку, а где бы я взял пустые скляночки, вы сами подумайте, если осталось чем!
  Земфира Ивановна пукнула и вышла из комы:
  - ММММММММММММММММММ! ОЙ!
  И упала на свободную каталку, как в гроб свалилась!
  Она в истерике стала так громко кашлять, пукать и смеяться, что я думал, она скоро умрет от старости!
  Я ничто не мог понять, потому что доктор Столетов раздавил мои очки минус сто, а доктор Андрей Степанович закричал петушиным голосом:
  - Хохочете с вашим набором болезней? Хохочите!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы хохочете!
  Я бы вас растрелял!
  А между прочим, этот старый рыцарь Дениска Абрамович сведет меня в могилу раньше времени, но лучше я ему поставлю двойную клизьму, чтобы он навсегда забыл про рыцарские маневры!
  И доктор Столетов стал искать в своих трусах клизьму!
  А я уже был за ширмой и выставил попу напоказ!
  Я давно стоял за ширмой на всякий случай - вдруг, укол мне сделают, как особо больному старичку с ноготок!
  А то Андрей Степанович разволновался так, что у него грыжа выпала в трусы, килда, мать ее!
  Он кричал в горячке, в старческих припадках:
  - Еще с древних времен подобного не видывал!
  Ты слил анализ мочи Президента и разбавил его анализом кала железнодорожного бомжа!
  А Земфира Ивановна раскисла от приступа подагры и хандры, она еле еле приговаривала:
  - Ведьмак он! Волосы бы ему все выдрала, если бы были!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а он анализы Президента портит!
  Рыцарь, эби его мать!
  И Земфира Ивановна вдруг истерически захохотала, завизжала, как свинья из депутатской столовой!
  А доктор Столетов еще немного пометался в горячке и потом ни с того ни с сего подполз к Земфире Ивановне, поцеловал ее синие опухшие колени и прохрипел сквозь пену изо рта:
  - Как я излечиваюсь от твоего громкого смеха с легкой туберкулезной хрипотцой, Земфира Ивановна!
  И стал ее жадно прежадно целовать в обветреные губы с герпесом!
  Я долго наблюдал, как кони целовались взасос с тонкими нитками клейкой, но прочной слюны, время от времени провисающей между ними!
  А затем я спокойно вышел из за ширмы и сам, как рыцарь, сделал себе клизьму с отваром ромашки!
  
  СРАЖЕНИЕ НЕЧИСТЫМИ ЯГОДИЦАМИ
  
  У всех пенсионеров из нашего дома престарелых было именое или трофейное оружие с разных войн!
  Мы и в доме престарелых так сговорились, чтобы всегда ходить с оружием против демократов, засевших в Кремле!
  Руки ноги им надо поотрывать!
  Головы им свинтить, чтобы другим неповадно было воровать и ввводить страну в кризис!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас!
  И у каждого пенсионера в кармане всегда лежал хорошенький Маузер или Смит и Весссон и к нему запас трофейных патронов либо с войны четырнадцатого года, либо с Великой Отечественой Войны!
  И нам и нашим старушкам, на которых мы собирались жениться, но всегда забывали из за склероза, это очень нравилось!
  Потому что пистолет - невидимое продолжение мужского достоинства!
  Но наш восторг продолжался недолго, как финская война, где фины острыми ножиками резали солдат!
  А все из за дурного кино, не оправдавшего наших великих надежд, словно нас облили смолой и изваляли в осених листьях клена!
  Однажды старшая медсестра Анфиса Зинаидовна сказала нам после долгого прокашливания и внутривеных вливаний:
  - Завтра, товарищи пенсионеры пердуны, у нас праздник без клизьм!
  Завтра наш дом престарелых и Западный дом престарелых и Восточный дом престарелых, все три дома престарелых вместе, пойдут в кинотеатр "Баррикады" смотреть кинокартину "Мокрые щелки"!
  Нам уже заплатили за то, чтобы мы освистали и оплевали эту картину, эту порнографию, которой не место в жизни пожилого человека, день которого мы празднуем каждый день!
  Это очень неинтересная картина о гадостях и мерзостях молодых людей!
  Сбор на инвалидных колясках в десять часов - все те, кто могут самостоятельно передвигаться, не слепые, хотя и слепым тоже можно освистать картину, как когда то забросали камнями блудницу!
  Я вечером все это расказал Зинаиде Петровне, и Зинаида Петровна положила мне в левый карман десять рублей на корвалол и в правый несколько монеток на стакан кефира в буфете кина!
  И Зинаида Петровна заштопала мои носки!
  Я рано лег спать с грелкой, чтобы поскорее наступило серое завтра с хмурым небом и порнографией, которую мы освистаем!
  Когда я проснулся, Зинаида Петровна еще спала на полу ваной комнаты, где ее сразил молниеносный приступ рвоты после несвежей овсяной каши!
  Тогда я надел форму чекиста и скушал вареное яичко!
  Зинаида Петровна оторвала на миг голову от унитаза, прошептала слипшимися губами,
  "Баребух!" - и снова захрапела с нотками хрипа в натруженом голосе!
  Ее милая головка так приятно поразила мое воображение, что я едва не свалился с костылей на битое стекло пробирок из под анализов!
  Затем я измерил давление и снова лег, чтобы не умереть по дороге в кино!
  И сосал валидол долго долго, уже старички в соседних комнатах начали спускать воду в унитазах и прочищать желудок, и пожилые медсестры за окном начали хохотать натужно и с кашлем, от которого у меня озноб по дряблой коже, и за окном загудела трупоперевозка!
  Уже теперь наверняка нужно было вставать и надевать теплые подштаники!
  И я снова стал одеваться в лечебное белье из собачьей шерсти, шерсти китайских собак, которых еще не растреляли на границе!
  Ах, Маньчжурия, Ах, Владивосток, Ах, Порт Артур!
  Зинаида Петровна зашевелила мощными бедрами с богатыми запасами подкожного жира и снова подняла взлохмаченую голову от унитаза:
  - Спи, а то убью!
  И верно, как в сказке про Огниво, который не воровал, а приносил трудовым людям пользу!
  Зинаида Петровна потом меня разбудила долгим поцелуем, жарким, как лето в Африке, где я гулял в своих снах!
  Я пять минут с недоумением смотрел на сизый нос пожилой женщины, на ее обвисшие щеки и жолтые корешки зубов!
  Я размышлял, что могло нас связывать в последние дни нашей жизни на этой бреной Планете Земля!
  Но затем я забыл, о чем думал, ужаснулся, когда посмотрел на себя в зеркало, оделся в стираное штопаное добротное лечебное белье, покушал овсяную вчерашнюю холодную кашу без сахара и без соли и поковылял на костылях к санитарной машине!
  Мы с Мишкой Ивановичем медицинским эластичным бинтом привязались друг к другу, чтобы не потеряться, как альпинисты и Ремба, наш враг!
  И скоро все с Анфисой Зинаидовной во главе медицинской колоны и Еленой Степановной, заслуженым врачом России позади колоны поехали на санитарных машинах в непристойное кино!
  В кине наш дом престарелых занял лучшие места в первом ряду для инвалидов, потом в зале стало темнеть, или это у меня потемнело в глазах от давления, и началась безобразная картина, смысл которой я не понял, потому что у меня ужасно разболелась голова и поднялось давление!
  Я словно в бреду слышал вопли и вздохи, видел темные пятна перед глазами, затем темные пятна сменялись яркими образами!
  Меня несколько раз безцеремоно будила Анфиса Зинаидовна и напоминала, что я должен протестовать против пошлого фильма, или хотя бы не храпеть громко во время сеанса!
  Потому что многие из наших спали мертвым сном, а я храпел сильнее других!
  И вдруг, после таблеток фталазола, димедрола и сульфадиметоксина я обрел необычайную яркость в зрении, словно у меня с глаз упала солдатская шинель!
  Я увидел на экране, как в широкой степи, недалеко от леса, около пруда сидели прекрасные девушки, как они пели песни и танцевали без одежды!
  Одна девушка спала обнаженая на солнцепеке и не опасалась, что Солнце испоганит ее белую кожу с рыжими конопушками!
  Да да, кругом кризис, обман, воры, ужас, а она спит спокойно и даже не обгорает под воздействием прямых солнечных лучей!
   Да да, после лошадиной дозы ношпы я видел каждую черточку на теле девушки лесбиянки, потому что все девушки называли друг друга лесбиянками и хохотали, будто только что покушали диетической морковки!
  И недалеко от нежных девушек гуляли красивые единороги, они щипали девушек за вишневые соски своими мягкими голубыми губами!
  И из под хвостов розовых и голубых единорогов веял легкий ветерок, и между ног их бежали чистые ручейки, а грудастая нимфа около пруда расказывала сказку про заморскую прекрасную жизнь с буржуями и недобитой сволочью, которым руки ноги надо поотрывать, а затем растрелять!
  И в это время откуда ни возьмись появились демократы воры, их было так много, и они начали безплатно использовать девушек для своих гнусных целей, и прелестные девушки стали падать под них, и защищать свою честь, но демократов было гораздо гораздо больше, словно их выплюнула адская чорная туча!
  И самая прекрасная девушка начала громко кричать, но увидела, что на ней нет одежды, и заскрипела утончеными ягодицами, и заплакала да так ловко, что не устоял ни один ближайший демократ!
  Тут все наши пенсионеры страшно зашумели, захохали, закряхтели, засвистели ягодицами, а кто просто - сквозь дырки зубов!
  А у меня просто еще сильнее подскочило давление, начались перебои в сердце, выскочила отводная трубка из мочеточника, и я не выдержал, выхватил свой Маузер и закричал, насколько позволяли голосовые связки, измученые фторокортом, флуцинаром и фурацилином:
  - Дом престарелых! Готовьсь против демократов!
  Огонь по врагам народа, по обманщикам и ворам, которые продали страну на Запад, словно мы стоим две копейки!
  И пенсионеры стали палить из всех пистолетов сразу, как в войну четырнадцатого года!
  Мы хотели во что бы то ни стало помочь бедным девушкам в неравной борьбе против насильников демократов!
  Я все время палил в одного бородатого смуглокожего черноволосого красавчика, а он все переходил от одной девушки к другой весь в чорном латексе и с убойной демократической самоувереностью ниже пояса!
  Я истратил на него все патроны, но он даже не посмотрел с экрана в мою сторону, потому что подминал одну девушку за другой, как будто насиловал нашу Россию!
  Пальба и запах пороха вокруг стояли невыносимые, некоторые пенсионеры падали в обмороки!
  Валентин Сергеевич бил с локтя, Андрей Генадьевич короткими очередями, а Мишка Иванович, наверно, раньше был наемным убийцей, потому что после каждого выстрела он кричал:
  - Контрольный выстрел в голову!
  Но демократы на экране на нас не обращали внимания, а все лезли на девушек, как танки на брудершафт или на ландшафт - не помню после таблеток и вчерашней клизьмы после которой я потерял сознание от восторга!
  Тогда я оглянулся на наших старушек, очумело вылупивших очи с катарактой и глаукомой и крикнул осипшим, после пороха и таблеток голосом:
  - На помощь, старые красавицы!
  Выручайте девиц, которые тоже состарятся, и, может быть, им не посчастливится попасть в дом престарелых, как нам, а умрут они под забором или на вокзале на лавке, как умирает часть обворованых стариков России!
  И тогда наши славные старушки начали кушать горох и нажимали на свои животы так, что потолки затряслись и запахло вчерашним ужасом, испражнениями и серой!
  Грохот и дым из ягодиц стояли ошеломляющие!
  А в зале страшная суета, как во время раздачи второй порции компота!
  Анфиса Зинаидовна и Елена Степановна передвигались на костылях по рядам, рыдали, словно маленькие зайцы на охоте перед гончей сукой!
  Руки Елены Степановны тряслись, как после пьянки!
  Несчастная старушка время от времени замирала, затем быстро глотала таблетки, пшикала в горло аэрозолем, масировала себе виски:
  - Перестаньте пукать! Прекратите стрельбу по казеному имуществу!
  А за ними бежали седенькие контролерши и все время спотыкались о протезы, о костыли, падали из за разболтаных коленых чашечек!
  И тут Анфиса Зинаидовна случайно взмахнула костылем и попала в челюсть пенсионерки, которая мирно дремала (наверно глухая, потому что не просыпалась от грохота) в инвалидном кресле!
  А у старушки челюсть искуственая на присоске!
  Челюсть взлетела, как Карлсон над Парижем, и шлепнулась на ухо Ефрема Георгиевича инвалида первой групы по зрению!
  Ефрем Георгиевич вскочил и закричал козлиным голосом, словно у него были яички в мошонке:
  - Успокойте ваш дом престарелых, который кусает меня за ухо!
  Но мы продолжали палить во всю Ивановскую, чтобы у демократов отсохли руки и ноги, потому что прекрасная девушка на экране уже замычала, и что то белое текло по ее розовому личику!
  И у всех нас кончились патроны, и неизвестно что было бы дальше, но в это время на экране из автомобилей выскочили милиционеры, и у них в руках чернели дубинки, очень похожие на дубинки негров демократов! КХЕ КХЕ!
  ММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  И милиционеры начали дубинками охаживать всех без разбору, как на рынке в Грозном!
  И девушки и демократы побежали от милиционеров, а кто и пополз на карачках, а милиционеры кричали:
  - Разойдись, пидоры!
  И мы тоже, кто мог, кричали разорваными губами:
  - Бей демократов!
  И, когда на экране не осталось ни одной обнаженой девушки, я приказал:
  - Всем принимать лекарство!
  И все зашуршали пачками с таблетками, и на экране заиграла игривая музыка, и один бомж сел около помойки и начал кушать гречневую кашу!
  И тут я понял, что едва не умер, но очень хочу кашу и морковную котлету!
  А в понедельник, когда нас привезли из реанимации, нас, всех дедов, кто был в кино, собрали в холодильной камере морга!
  Там стояли каталки с накрытыми телами!
  Около каталок сидел в инвалидной коляске Федор Сергеевич, директор нашего дома престарелых!
  Вид у него неважный, словно только что вытащили из канализации!
  Из носа подтекает сукровица, из зубов сочится кровь, щеки трясутся!
  Но он нашел силы и сказал:
  - Я скоро умру! Но это к делу не относится, потому что скоро все умрут!
  Придет чорный ангел на землю и своими крылами...
  Впрочем, сдайте оружие, потому что я тоже хочу поквитаться с демократами!
  А у старушек, после вчерашних стрельб идет, почти у всех, кровь из заднепроходных отверстий!
  Они слишком напрягали сфинктеры, когда пукали в полотно экрана!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас!
  Да будьте вы прокляты!
  И мы все подходили к каталке, целовали Федора Сергеевича в охладевающий лоб и сдавали именое оружие!
  На каталке с покойником, кроме пистолетов, оказались две противопехотные мины и трубка для стрельбы отравлеными стрелами по папуасам!
  Федор Сергеевич обвел нас потухшим взором в котором мы не прочли ни крупицы мысли и прохрипел:
  - От Центрального политбюро!
  Сегодня утром я гадал на кофейной гуще, что с вами сделать и как оставить без лекарств!
  Была мысль растрелять вас и оторвать вам руки ноги, отвинтить головы!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы еще и стреляете!
  Но я объявляю вам устный приговор за порчу воздуха в закрытых помещениях зрелищных мероприятий!
  Кроме того, на сегодня снижу норму клизьм и лекарств, а свекольных котлет вообще не будет!
  А теперь идите и лечитесь гороховым супом!
  И мы пошли, кто остался жив, лечиться!
  Но я сипел и плохо лечился, словно у меня в горле жаба с костью застряла!
  Я все думал, что без клизьмы и без свекольной котлеты сегодня я не схожу по большой нужде!
  Но перед тихим часом Мишка Иванович подкатил ко мне на катафалке и прошипел:
  - МММММММММММММММММММММ! Кругом кризис, обман, воры, ужас, а нам еще котлет из свеклы не дали!
  А все таки хорошо, что мы устроили погром демократам!
  И я ответил, несмотря на боль в кровоточащих деснах:
  - Конченый я! Хоть это и порнографическое кино, а может быть, без нас девушки на экране страдали бы сильнее, как во время гастроэнтероскопии!
  А у главной героини удобная попка, чтобы в нее делать уколы!
  
  ГОВНО (ИЗВИНИТЕ) РОВНО 125 КИЛО
  
  КХЕ КХЕ! ММММММММММММММММММММММ! ХХХХХХРРРР!
  Подагра, блин!
  Нам с Мишкой Ивановичем дали пригласительный билет в клуб "Старопердунье" на праздник тех, кто еще не умер, но близок к этому торжественому акту!
  Это Зинаида Петровна постаралась, даже тяжело заболела и слегла с пневмонией!
  Зинаида Петровна в свои более чем преклоные годы работает в этом клубе затейницей!
  Мы очень обрадовались, потому что в клубе "Старопердунье" получим праздничную пайку геркулесовой каши, как награду за старость!
  Анфиса Альбертовна нам приказала строго, но в ее очах, уже потухших, изредка мелькали искринки доброжелательности и смеха:
  - Вы не очень танцуйте, а то из вас песок сыплется, как из автомобиля "Камаз" или Хамаз, - не помню!
  И дала нам каждому по дополнительному рулону туалетной бумаги!
  И мы с Михаилом Ивановичем степено пошли, потому что не какие то там ветрогоны пустозвоны, а почтеные люди в возрасте!
  В клубе в раздевалке была страшная толчея и очередь из двух инвалидов склеротиков в инвалидных колясках, как на танках!
  Инвалиды толкали друг друга и мычали, брызгали жолтой слюной, ну, право, как дети малые!
  Мы с Мишкой Ивановичем встали в очередь за полудаунами, как на трудовую вахту!
  Инвалиды дрались и не двигались в очереди, словно каждому засунули в зпо клизьму с жидким азотом!
  Но вдруг наверху заиграла траурная торжественая похороная музыка, и мы с Михаилом Ивановичем заметались от плевательницы к мусорному ведру и к капельнице, чтобы поскорее снять польта, в которых пропотели аж до пролежней, как солдаты в коме!
  И инвалиды в колясках, как только услышали траурную музыку, испугались, замычали еще сильнее и начали выцарапывать друг другу глаза, а толку то в этих глазах, старые слепые очи!
  Но тут, как жолтый рояль из кустов выскочила похорошевшая Зинаида Петровна в белом халате медсестры!
  Халат выгодно оголял варикозное расширение вен на ногах Зинаиды Петровны!
  Жолтая кожа груди отлично гармонировала с белым крахмалом, как золото с серебром!
  А парик, а парик просто молодил Зинаиду Петровну лет на девяносто!
  Она знала свой шарм, поэтому хрипела не так страшно, даже почти не испачкала нас венозной кровью:
  - Дениска Абрамович и Мишка Иванович! Вы что там, друг другу клизьму ставите?
  Сарынь на кичку!
  И мы поковыляли на протезах к ней, как коты к маслянице!
  А у нее свой отдельный медицинский кабинет около проктологии, там каталки и капельницы стоят!
  Зинаида Петровна взяла наши пояса из собачьей шерсти и сказала:
  - Здесь и оденетесь после бала и прочистите желудок и получите капельницу!
  И мы с Мишкой Ивановичем поползли, как гусеницы, по лестнице через ступеньки, по кровавым следам и брошеным бинтам!
  Было очень больно в коленях, в сухожилиях и в истертых хрящах, особено в шейке бедра!
  Я даже два раза отключался, как чайник, а Мишка Иванович целых три раза терял сознание от потери крови, обильно вытекающей из него через геморой!
  А в актовом зале действительно красиво и торжествено, как в церемоном зале крематория!
  Все потолки увешаны лозунгами, призывающими уважать и сохранять старость, всюду горели свечи, играла похороная музыка, и в толпе ходили наряженые пенсионеры; один изображал из себя клизьму, другой - смерть в саване!
  Одна старушка одета, как гроб, и черти тоже были, и безногие калики перехожие и санитарный врач, который время от времени оживлял кого нибудь из пенсионеров!
  А в конце зала еще одна дверь, и на ней написано кривыми буквами и кровью: "Формальная комната"!
  Я спросил у Мишки Ивановича:
  - А что это за комната с привидениями?
  А Мишка Иванович пожал озябшими плечами, поправил костыль, пальцами запихнул кадык на место и ответил тем шепотом, от которого осыпается могильная земля:
  - В этой комнате покойников заливают формалином!
  Мы зашли и очень веселились в этой нужной, очень нужной для страны комнате!
  Например, там висел покойник на веревке, и надо было заложить руки за спину, у кого есть руки, и так, без рук, вытащить у покойника из кармана кошелек!
  Но он вертится на веревке и дурно пахнет, особено его слизь!
  Я два раза хватал покойника руками и пытался достать кошелек!
  Но мне не давали украсть кошелек, а только смеялись и отнимали мои очки, без которых я слепой, как кот Базилио!
  Еще там была стрельба из двустволки солью по картинке, на которой нарисован демократ!
  Демократ очень потешный: у него за спиной мешок с золотом, между ног наворованые горы и паровозы!
  Кто попадет в нарисованого демократа из двустволки солью, тому приз - внеочередная клизьма с облепихой!
  Мишка Иванович стрелял первый, он долго метился, а когда выстрелил, то выбил глаза одной недалекой старушке, которая мирно дремала на кушетке с клубком шерсти в руках!
  Старушка с выжеными глазами даже не проснулась, а только чмокала и стонала во сне, как выдра!
   ММММММММММММММММММММММММ!
  Я засмеялся, но не сильно, потому что болели мышцы шеи, прооперированой три дня назад из за огромного фурункула, который не хотел сам лопаться:
  - Эх, ты, старый пердун, а еще Ворошиловский стрелок!
   - Это я еще не пристрелялся, а то окулисту в глаз могу попасть со ста метров!
  Если бы ружье с пятью стволами, то я бы попал, а с двумя стволами - так только бабке в глаза или в высохшую жопу!
  Я покряхтел, со скрипом встал на коленки:
  - Гляди ка, я сейчас же попаду демократу в очко, в котором он прячет золотые червонцы, как хомяк!
  И пенсионер, почетный чекист, который распоряжался этим ружьем, дал мне заряд соли и говорит:
  - Стреляй, хлопец, не промахнись, отомсти им, едрит их мать!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а мы не можем даже бумажного демократа убить!
  По морщинистой борозде на лице дедушки скатилась скупая слеза или капля пота от усердия!
  Он пополз поправлять рисунок демократа, чтобы я лучше попал в нарисованого мошеника, руки ноги ему оторвать! Да с!
  А я уже прицелился и все ждал, когда немощный старик поправит срамную картинку, а спуск у ружья очень легкий, а я все время уговаривал себя: "Убить, убить демократа!"
  А бывший чекист медлил, штаны разошлись у него на попе, из тапочки вылез сизый обрубок пальца, наверно после пыток!
  Время от времени пожилой человек, почтеный пенсионер попердывал сквозь дырку в штанах!
  И у меня от его попердываний замутило в голове, живот тоже напрягся и я эхом в ответ тоже непроизвольно испустил газы, как на концерте Спивакова!
  И как только я перднул, мой палец нажал на курки ружья!
  Заряд соли вылетел из стволов (не из моего ствола!) и влетел в прорезь штанов почетного дедушки, как в пещеру неожиданостей!
  Все пенсионеры одобрительно заквохтали! КХЕ КХЕ КХЕ!
  А почетный чекист упал, как подкошеный косой смерти и прошептал с кровавой пеной под носом:
  - За что убил меня, товарищ?
  Я же не демократ казнокрад!!
  Я же жениться собирался на Антонине Зинаидовне!
  Я извинился, как мог, но боярышника выпил:
  - Извините, я не нарочно!
  Баба с воза - кобыле легче!
  А не все ли равно когда и от чего умирать?
  Просто удивительно, как нам не повезло с клизьмой, и я очень расердился до почечных коликов, а Мишка Иванович, конечно, обделался в подгузник, полученый в Фонде Социального Страхования населения!
  И вдруг видим через свои толстеные очки, волшебные весы, похожие на молодую пенсионерку!
  И к ржавым старомодным весам очередь старых инвалидов, которые ползут очень медлено, и все вздыхают и кряхтят, словно ездили в крематорий, а в крематории их не приняли!
  Я попытался расправить горб, хрястнули хрящи, наверно помирать пора:
  - Это что за весы для покойников?
  А мне из очереди шипят, у кого зубы остались, хотя бы железные:
  - Ложись на весы и взвешивайся, как при продаже органов на Запад!
  Если в тебе окажется сто двадцать пять кило весу вместе с дерьмом и с протезами, тогда ты получишь самое большое счастье в мире, словно тебе дали золотой слиток из форта Нокс!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а у нас теплое добро!
  Тебе выдадут годовую подписку за газету "Здоровый образ жизни", наш любимый ЗОЖ!
  Я говорю в пустоту, в пустые глаза и ухи с осложнениями средних ушей:
  - Мишка Иванович, давай попробуем счастья, хотя бы на весах!
  Я в последнее время от голода сильно похудел, и, наверняка, вешу сто двадцать пять килограмов с очками!
  Гляжу сквозь свои бельма, а пожилого Мишки Ивановича нет!
  Ушел на праздничную капельницу с боярышником и спиртом!
  Я решил один попробовать выиграть ЗОЖ, чтобы не делиться с Мишкой Ивановичем, который пустит ЗОЖ на самокрутки или на туалетную бумагу!
  Пусть пальцем подтирается, если нищий!
  А половина стариков в очереди уже впали в кому и не двигаются, и пожилой клоун в кипе ловко так щелкает вставными челюстями, и все шутит и все шутит на смертном одре:
  - У вас сто двенадцать килограмов лишних - меньше кушайте гамбургеров с холестерином и иностраной заразой!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы поощряете западных демократов! - Щелк щелк! Ыгыгы! ММММММММММММММММММММММ! - А вы, уважаемый пенсионер, еще мало тертой морковки кушали, и всего то вам не хватает ста кишок, дистрофик вы малороссийский!
  Вы из какого дома престарелых? Я в Прокуратуру и в Следственый комитет при Прокуратуре напишу!
  И так далее, и все плачут и истекают потом, и никто не весит ровно сто двадцать пять кило, и вот доходит злобный старый клоун до меня!
  Я отчетливо вижу синие прожилки на его носу и красные прожилки в глазах!
  Кровоточащие чорные десна с осколками жолтых зубов, как скалы капитана Флинта!
  Я с помощью двух моложавых старушек - они еще ОГОГО! - влез на медицинские весы, и клоун хрипит в бронхиальной астме:
  - Ыгы! Знаешь игру с дамами в холодно горячо!
  - Я зашамкал стертыми деснами и корешками зубов:
  - В молодости знал, а теперь уже и на погост пора!
  Скоро меня черти унесут!
  Клоун меня не слышит, потому что слуховая трубка выпала из его ушей:
  - Я меня горячо получилось, как маная кашка на воде!
  МММММММММММММММММММММММ! Как вкусно!
  Где я? О чем я говорил, ты кто?
  А! Вспомнил, ты - поэт Пушкин, с которым я в молодости играл в Бородино!
  Твой вес сто пятьдесят килограмов, как у манекенщиц ы из дома престарелых на Самокатной улице!
  Лишних ровно двадцать пять кило, как у свиньи!
  А жаль тебя отпускать без ЗОЖа, ну ладно, иди на процедуры!
  У меня совсем пищеварение испортилось от слов старого мудака!
  Вот какой я невезучий, с утра еще в лошадиную каку наступил!
  И тут Мишка Иванович появляется розовощекий, с иглой от капельницы в вене!
  Я его сразу тростью по затылку:
  - Где это ты, старый пердун, водку пьешь без меня?
  Мишка Иванович закряхтел, хитро подмигнул мне стекляным глазом:
  - Я капельницу ставил и клизьму проходил, класно!
  Клизьму сегодня ставит Зинаида Андреевна, золотые руки у нее!
  Я снова обозлился на почве маразма и хандры:
  - Я стараюсь для нашего дома престарелых, ЗОЖ выигрываю, а он клизьмы ставит с молодыми семидесятилетними медсестрами!
  И я уме дрожащим голосом все расказал, что помнил, даже про свою первую любовь расказал!
  А Мишка Иванович обрадовался, стер жолтые капли с синего носа:
  - А ну ка я после капельницы и клизьмы попробую удачи, как американский солдат удачи!
  Престарелый клоун щелкнул медицинскими весами и начал впадать в кому, как и очередь к нему:
  - Вот помню я в семнадцатом году, я и Вовка Шитов!
  Ах, сто кило ровно, вам надо больше овсяной кашки кушать, как английская королева, когда она с французским королем, как сейчас помню...
  Мишка Иванович упал с весов и пишет мне на бумажке, потому что у него свело голосовые связки, как у гончей борзой, когда она увидела купающегося кобеля:
  - Зря я очистительную клизьму ставил и все дерьмо из себя выкачал!
  Я удивился, хотя последний раз удивлялся на операционом столе, когда неожидано прошел наркоз и я увидел свои сизые кишки:
  - А разве без клизьмы нормальные пенсионеры могут прожить хотя бы один день?
  - Я даже с Зинаидой Андреевной целовался губами в губы!
  У нее приятные потрескавшиеся шероховатые губы, как кора тысячелетнего дуба!
  Даже от герпеса излечился после поцелуев!
  Я не понял про любовь:
  - Ну и что, старый козел, причем здесь ЗОЖ?
  Мишка Иванович даже зашипел, как газы из анального отверстия нашего физрука Андрея Тихоновича - у него недержание слабого сфинктера:
  - Да разве ты не знаешь, что любовь окрыляет и делает человека легче на двадцать пять килограмов воды?
  А ад следовал за ним!
  Нет, двадцать пять килограмов мне надо добрать, иначе я умру без ЗОЖа!
  И тут я принял сто грам корвалола, и меня осенило, как физика Ньютона, когда он увидел поэта Есенина в обнимку с женой Ньютона:
  - Мишка Иванович! Мишка Иванович! Очнись!
  Не умирай раньше времени!
  ЗОЖ наш!
  А Мишка Иванович вытирает кровавую пену с губ и из ноздрей:
  - Каким волшебным образом ЗОЖ наш?
  Мы же находимся в других весовых категориях!
  - Пришло время тебе еще раз клизьму делать, но на двадцать пять килограмов воды!
  Мы в тебя вкачаем три ведра воды, а ты воду не выпускай из себя в унитаз, продержись до весов, как когда то немцы в латах держались под водой Невского озера!
  Мишка Иванович даже подскочил на костылях:
  - Все ясно, даже глаукома на миг отпустила!
  Бежим к Зинаиде Андреевне клизьму мне делать на двадцать пять килограмов!
  И мы быстро заказали Мишке Ивановичу клизьму на двадцать пять кило воды, Зинаида Андреевна наполнила бочонок, а я ее спросил, отколупывая корку гноя с чирья:
  - Зинаида Андреевна, вы женщина, которая знает толк в любви!
  А вода в клизьме у вас без радиоактивного стронция?
  Зинаида Андреевна строго посмотрела на меня через очки минус тысяча и прокаркала тем милым голосом, за который балерин увольняют со сцены:
  - Вы уже слишком старый, Дениска Абрамович, чтобы о здоровье заботиться!
  Зинаида Андреевна вставила Мишке Ивановичу шланг в заднепроходное отверстие и стала накачивать в Мишку Ивановича воду, как в водопровод царя Асириуса!
  Не помню - видел ли я Асириуса живым, или читал про него в книгах!
  Мишка Иванович стоял с тощим дряблым задом и сипел, что вода в клизьме очень холодная, как в ледниковый период!
  И про ледниковый период не помню: при мне он был, или в кине я его видел?
  И Зинаида Андреевна вкачала половину бочонка залпом, как из пушки крейсера Аврора!
  Мишка Иванович начал жаловаться на геморой, но в бочонке осталось еще довольно много тухловатой воды, а я хотел ЗОЖ!
  Я пошире раскрыл ягодицы Мишки Ивановича:
  - Давай, задерживай в себе воду, не выпускай обратно, терпи, как древняя девушка, нынче пенсионерка, Терпсихора!
  А Мишка Иванович стонал, словно ему не воду заливали, а водку Немирофф!
  - Ты, Мишка Иванович, потерпи ради людей то!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а у нас в доме престарелых ЗОЖ не выписывают!
  Неужели, у тебя геморой разыгрался не на шутку?
  - Это у тебя геморой разыгрался, а я с Зинаидой Андреевной целовался, вот как!
  Я с опаской посмотрел на похрапывающую Зинаиду Андреевну!
  Она во сне испускала рулады, как Соловей Разбойник!
  Руки под большими длиными грудями!
  Живот арбузный тоже похрапывал!
  Я вкачал в Мишку Ивановича остатки бочонка с подозрительной жидкостью!
  Она довольно трудно входила между ягодиц Мишки Ивановича, как в проход Дарданелы!
  Я как бочонок в Михаила Ивановича влил, так понял, что желудок Михаила Ивановича полон до краев, как коробочка коробейника!
  Я говорю, а сам едва вставные челюсти от смеха сдерживаю:
  - Стоп, Мишка Иванович! Из себя воду не выпускай, плотно сожми ягодицы и сфинктер!
  - Выпущу, выпущу воду из ягодиц!
  Нет сил больше сдерживать в себе гидростанцию!
  Я посмотрел между ягодиц Мишки Ивановича - протекают, как швы на подводной лодке Ньюойркер!
  - Ты, что Мишка Иванович, растопырил ноги, как баран!
  Вставляй в попу тампон и сжимай ножки, как институтки в наши годы!
  - А кто это, институтки?
  Зинаиду Андреевну знаю, Зинаиду Петровну знаю, а институток не знаю!
  Может быть, я в школе не учился, а закончил церковно приходскую гимназию?
  Я не стал слушать старческий бред Мишки Ивановича, а повез его к весам!
  Клоун начал узнавать нас, но я ударил его костылем промеж ног!
  Костыль не нашел сопротивления, наверно, клоуну после простатита удалили мошонку с пенисом!
  Клоун щелкнул медицинскими весами и закричал, словно его кастрировали во второй раз:
  - Урря! Иголку мне в бедро!
  Ровно сто двадцать пять килограмов жолтого человеческого жира и дерьма в одном лице!
  Годовая подписка на ЗОЖ выиграна!
  Она досталась пенсионеру, который вместе с линзами очков весит ровно сто двадцать пять килограмов!
  Вот квитанция на ваш дом престарелых, сейчас я ей нос вытру и заполню на ваше имя!
  Клоун взял Мишку Ивановича за ухо, и потянул его ухо ввверх, чтобы Михаилу Ивановичу больно стало!
  И все пенсионеры заквохтали и заохали!
  Клоун протянул Михаилу Ивановичу смятую квитанцию и прошипел ему в лицо, но не нарочно, а потому что имел проблемы с голосовыми связками:
  - Ну, русиш швайн, отвечай, как на допросе в гестапо, где я работал!
  Имя, фамилия, должность, комунист? где твой отряд базируется?
  Но Мишка Иванович только мычал, наполненый до ушей!
  Тут я закричал, потому что знаю, что пытка - очень больно:
  - Партагеносе, его имя Мишка Иванович!
  Майор в отставке!
  Его дом престарелых базируется на Васильевском спуске!
  Я, конечно соврал, потому что не выдам гаду всю правду!
  Клоун затрещал стертыми хрящами в коленях:
  - Скажите хотя бы спасибо редакции газеты "Здоровый образ жизни"!
  Тут один старикашка в очереди закашлялся и матерно выругался, а затем добавил:
  - Кругом кризис, обман, воры, ужас, а в редакции ЗОЖа засели демократы воры!
  Я в прошлый раз последовал совету ЗОЖА и женился на молоденькой - теперь у меня ни кола, ни двора, ни здоровья!
  Мы засмеялись - кто как мог!
  А Мишка Иванович мотнул ягодицами, сдерживая ураган!
  А клоун поправил кипу и тоже грязно выругался:
  - Мне теперь перед смертью можно сквернословить!
  Мне теперь все можно!
  А этого гада я задушу, ноги руки ему пообломаю за то, что не сказал спасибо!
  А я заступился за переполненого Мишку Ивановича, у которого подходил второй инфаркт:
  - Не обращайте внимание на старого пердуна!
  У него старческий склероз на почве детской застенчивости!
  Он даже с Зинаидой Андреевной целовался!
  И я схватил Мишку Ивановича за руку и потащил в туалет!
  А в туалет огромная очередь из мокрых пенсионеров!
  На улице Мишка Иванович справил нужду весом в двадцать пять килограмов и сказал мне с облегчением в надтреснутом голосе:
  - Как то мне не хочется идти в дом престарелых с обманом в душе, словно я демократ!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, и я обманываю Государство!
  А я отвечаю и хитро тяну руки к его карману:
  - Тогда отдай подписку на ЗОЖ мне, потому что во мне без дерьма ровно сто двадцать пять килограмов!
  Если бы я не кушал гамбургеры, то я бы выиграл ЗОЖ!
  А Мишка Иванович встал в оборонительную стойку, да только из него остатки воды выливаются на асфальт:
  - Что же тогда, я сегодня напрасно страдал, и в семнадцатом зря воевал, и в четырнадцатом обидно в окопах вшей кормил?
  нет, уж, дорогой пенсионер с ногами на запад!
  Пусть подписка на ЗОЖ достанется всем пенсионерам нашего дома престарелых, даже тем, которые ничто не видят!
  Затем Мишка Иванович оглушительно пукнул и изверг из себя остатки клизьмовой воды!
  А я подумал и сказал обветреными белыми гулами:
  - Вот это дело, как у первопроходцев на БАМе!
  
  И СВЕРХУ, И СНИЗУ И НА БОКУ
  
  В то лето, когда меня еще не отправили на плановую госпитализацию, как старого пердуна, у нас во дворе дома престарелых был ремонт силами таджиков Равшана и Джамшуда!
  Равшан и Замшуд пенсионеры Союзного значения, потому что старые, как баобабы, на который от безысходности бытия повесился самый главный афроафриканец Мабука!
  Джамшуду сто двенадцать лет, а Равшанш перешагнул сто пятнадцать, как в пропасть головой!
  Разумеется, строители пенсионеры ничто не делали, а только с утра до вечера лечили свои многочисленые болячки вороваными лекарствами!
  Поэтому во дворе нашего дома престарелых повсюду валялись грязные окровавленые бинты, красные туфли бахилы с загнутыми носками, шприцы, чалмы, таджикские больничные халаты со звездами!
  И мы возились в этих кучах, играли в дурачка и в домино!
  Нам было очень невесело в свои послепенсионые годы; и мы подружились с Равшаном и Джамшудом и даже помогали им перебинтовывать варикозные ноги: один раз я принес Джамшуду ночной горшок, чтобы Джамшуд не справлял нужду под деревом, как собака, а второй раз Аленка Зинаидовна показала таджикским пенсионерам, где у них среди бороды рот!
  И мы еще много помогали, только я в маразме уже не помню ничто!
  А потом как то незаметно таджикские пенсионеры еще сильнее подряхлели, начали уходить из жизни, старик Равшан пожал мне руку, подарил мне чугуный ночной горшок и тоже ушел из жизни!
  И вместо таджикских рабочих во двор пришли три молодые пенсионерки, очень красиво одетые, как в сказке про пугало: носили мужские штаны хирургов, измазаные кровью и гноем, отчего совершено твердые, как нарост на голове Андрея Сергеевича!
  Когда молодые пенсионерки ходили, в штанах у них гремело, как на крыше, на которой поэт Маяковский сочинил ноктюрн водосточных труб!
  А на головах пенсионерки носили шапки из газет ЗОЖ!
  Эти пенсионерки раньше работали певицами и называли себя групой Блестящие!
  И эти пенсионерки еще пока веселые и немного ловкие, чуть ловчее нас: любили выпить водки и спеть песню про опавший клен!
  От этой песни у меня закладывало ухи и евстахеит в ухах!
  И Аленка Зинаидовна и Мишка Иванович тоже не любили пенсионерок, потому что они молодые, да рание, как яблоки ранетки!
  Зато мы из инвалидных колясок с удивлением смотрели, как молодые пенсионерки сами ходят без постороней помощи, и как у них ловко получается с костылем!
  Мы звали по именам всю бригаду пенсионерок: Раиса Степановна, Александра Зинаидовна и Нелли Мойшоновна!
  И однажды, когда мы дремали после процедур, к нам подошла Александра Зинаидовна и попросила с теми интонациями в голосе, от которых дрогнет печень даже самого цирозного алкоголика:
  - Старые пердуны, сгоняйте на ваших катафалках куда нибудь и узнайте, где продают лекарство от морщин!
  
  Я съездил к нашему лечащему врачу Игнату Петровичу, а он меня послал на ...
  Я вернулся к Александре Зинаидовне и сказал, несмотря на боль в кровоточащем геморое:
  - Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы меня гоняете, словно не любите!
  Так с людьми не поступают!
  Хрен вам, а не лекарство против морщин!
  Но Александра Зинаидовна уже отключила слуховой апарат, поэтому меня не слышала, а просипела, как в пароходную трубу:
  - Сабантуй, пенсионерки! Я на клизьмотерапию!
  И пенсионерка Раиса Степановна и Нелли Мойшоновна тоже пошли за ней на очищение желудка и кишечника!
  Нелли Мойшоновна падала на кочках, не ладила с атрофированым вестибулярным апаратом!
  Я даже хотел помочь ей, но побоялся, что ее сто семьдесят килограмов придавят меня навеки, как кит придавил рыбу камбалу!
  А спрынцовки с целебной мазью целестодерм пенсионерки оставили!
  Мы подъехали на катафалках поближе и стали смотреть на грязные бинты, которые обмазаны целестодермом!
  Бинты очень красивые от мази и крови: коричневые с небольшой свежей краснотой!
  Мишка Иванович моргал безресничными веками, моргал, потом прохаркался гноем и говорит:
  - Интересно, а, если я целестодермом из спрынцовки смажу свой геморой - пройдет он или не пройдет?
  Аленка Зинаидовна умно закашляла, затем произнесла со значением, как говорят только умные учительницы:
  - Конечно, геморой от целестодерма из спрынцовки не пройдет!
  Так написано в ЗОЖе, а еще в ЗОЖе разъясняют, как...
  Тогда я перебил маразм Аленки Зинаидовны:
  - В ЗОЖе засели демократы пенсионеры!
   Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они еще и почтеных пенсионеров дурят!
  Обворовали страну и наши органы хотят за границу послать!
  Тут Мишка Иванович вышел из комы, как всегда вовремя:
  - Не надо спорить без зубов!
  Сейчас я попробую целестодермом смазать свои пролежни и язвы, а затем и геморой!
  
  Раза два три нажал на спрынцовку, и вдруг из дырочки брызнула белая мазь целестодерм, сделаная в Германии, которую мы завоевали!
  Мишка Иванович обрадовался, направил струю себе между ягодиц и как закричит от наслаждения:
  - Геморой мой после мази не болит! Урряя!
  МММММММММММММММММММ!
  Скорее смазывайте свои болячки, пока не поздно!
  Мы заправили спрынцовку Мишки Ивановича доброй дозой целестодерма и свои спрынцовки заправили!
  Я направил белую тонкую струйку мази на свою кровоточащую язву под коленкой!
  - Батюшки святы! - Закричала Аленка Зинаидовна! - Пошла, поехала моя арба! - И подставила свою ногу под струйку из моей спрынцовки!
  Я сразу залепил мазью ее ногу от колена с ревматизмом до скрюченых подагрических пальцев!
  Тут же, прямо у нас на близоруких глазах, на ее ноге не стало видно ни кровоподтеков, ни царапин, ни язв, ни пролежней!
  Наоборот, отечная нога Аленки Зинаидовны стала белая и гладкая, как у мумии!
  Мишка Иванович выплюнул остаток чорного зуба:
  - Здорово получается, Аленка Зинаидовна, как в цирке шапито!
  Подставляйте вторую ногу на излечение, словно вы в Первой Градской больнице!
  И Аленка Зинаидовна с кряхтением и испусканием газов, нечаяным испусканием, потому что вокруг пенсионеры кавалеры, подставила вторую отечную ногу с многочислеными язвами, а я моментально залепил ее густым слоем целестодерма сверху донизу два раза!
  Тогда Мишка Иванович восхитился и зарыдал:
  - Товарищи мои боевые!
  Да я о нашем уникальном случае напишу заметку в ЗОЖ!
  Ноги Аленки Зинаидовны, как у мумии из зиндана!
  Намазывай ее целестодермом целиком, как в общей бане мылом!
  А я спрашиваю, чтобы перед собесом и фондом социального страхования города Москвы снять с себя ответственость за содеяное:
  - Всю облеплять целестодермом, как Снежную Снегурочку?
  Тут Аленка Зинаидовна прямо завизжала от негодования, как мокрая кошка!
  Брызгала слюной с ошметками плоти!
  Топала жирными отечными ногами!
  Размахивала руками, похожими на бревна березы:
  - Товарищи мои дорогие пенсионеры старые пердуны!
  Намазывайте меня с маковки головы до пяток с мозолями!
  Я буду, как настоящая мумия!
  У меня потница под грудями, между ягодиц, язвы под коленями, на сгибах рук, на шее, под мышками!
  Тогда Мишка Иванович сильнее нажал на две спрынцовки и стал поливать Аленку Зинаидовну во всю ивановскую едрить ее мать!
  ММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  И я стал Аленку Зинаидовну поливать целебным целестодермом!
  Я замечательно ее залил, как сваю на стройке в тридцатые годы в Ашхабаде: и сгорбленую спину с пластами жира, и еще раз толстые ноги, и язвеные руки, и ревматические плечи, и рыхлый огромный живот, как у беременой бегемотихи, и огромные трусы сотого размера, и стала Аленка Зинаидовна вся белая, только крашеные чорные волосы на голове и в паху и под мышками торчат!
  Я разбудил заснувшего, хорошо, что не навечно, Михаила Ивановича:
  - Мишка Иванович, а Мишка Иванович, старый вы козел!
  А крашеные волосы Аленки Зинаидовны целестодермом мазать?
  Мишка Иванович ущипнул меня за дряблую ягодицу и заговорщицки прошептал:
  - Ну, конечно, старый вы мудак, Дениска Абрамович!
  Намазывайте скорее, как на формуле один или два!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас - придут демократы и отнимут целестодерм для своих нужд!
  И Аленка Зинаидовна торопится, как в мужской бане на Крайнем Севере:
  - Намазывай давай, старый калека!
  У меня под волосами скрываются многочисленые кутикулы, фурункулы и множественая себорея!
  И болячки в ухах намажь!
  Я быстро закончил ее намазывать, особено проблемные места в паху, где натертости и между ягодиц и между ушей с потницей и говорю:
  - Иди, Аленка Зинаидовна, в покойницкую, там тихо и прохладно!
  Пообсохни, пока мазь коркой не покроет твое молодое тело!
  Эх, что бы еще излечить?
  Мишка Иванович вошел в маразм и отвечает:
  - Вон, видишь слепыми очами, на заборе больничные халаты висят?
  Намажем их скорее, чтобы они получили целебные свойства, как волшебный шар хрустальной вдовы!
  Ну, с одеждой я быстро справился, потому что одежда - не женщина!
  Два халата и ночную пижаму Мишки Ивановича я за минуту так измазал, как когда то отделал Любу, на которую и сейчас дорого смотреть!
  А Мишка Иванович вошел в маразм и в кому, из комы кричит гробовым голосом, не ртом, а из чрева, как сатана:
  - И дверь нашего дома престарелых намажь целестодермом, пусть дверь излечится от жуков и других болячек!
  И я перешел на дверь, как когда то с Александром Македонским перешел речку Рубикон, в самом глубоком месте!
  И тут дверь вдруг раскрылась, как пасть льва, я бы даже сказал, аки пасть лева, и из пасти вышел наш управляющий домом престарелых Акакий Акакиевич в белом саване!
  Акакий Акакиевич страдал алергией на все мази, очень боялся, что при его сильнейшей бронхиальной астме что либо залепит ему рот или нос!
  И мы оба заколдовались!
  Главное, я его намазываю целестодермом, как в сказке про соломеного бычару, и от радости не могу отвести спрынцовку в сторону, а только намазываю снизу ввверх, как бутерброд с трофейной лягушачьей икрой!
  А у Акакия Акакиевича бельма на глазах еще сильнее побелели, очи закатились, как у покойника, и голова его уже не отдает телу приказ, чтобы этот почтеный пенсионер отошел в сторону и стер мазь с губ и с ноздрей, мигом посиневших от отттока крови от мозга!
  А Мишка Иванович в маразме чревовещает:
  - Намазывай, замазывай ему целебным целестодермом все дырки, чтобы превратился в девушку!
  А подсохшая Аленка Зинаидовна сбоку покряхтывает:
  - Я мумия, я мумия из ЗОЖа!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас!
  ...Да, здорово бы нам влетело бы, если бы в склерозе наше начальство дома престарелых вспомнило бы эту историю с умертвлением Акакия Акакиевича в новой белой шинели!
  Но Мишка Иванович потом две недели от своего тела отлеплял целебную пижаму, с кровью и лоскутами кожи отрывал!
  А Аленку Зинаидовну в покойницкой для смягчения эфекта целестодерма намазывали формалином!
  Акакия Акакиевича похоронили в его белом саване, похоронили с почетом, как самого пожилого мужчину в нашем доме престарелых!
  А Зинаида Петровна меня две недели не хотела к себе в комнату пить чай впускать, ревновала к Аленке Зинаидовне!
  "Иди, старый пердун! Мажь целебными мазями других теток!
  А до своей женщины - тебе дела нет, козел!"
  А во дворе молодые пенсионерки Александра Зинаидовна, Раиса Степановна и Нелли Мойшоновна меня похвалили:
  - Пусть у вас, Дениска Абрамович, от целестодерма что нибудь вырастет, а язвы отвалятся!
  Вот тогда мы тебя к себе в комнату на миску овсяной каши пригласим!
  Будешь нашим старым ухажером!
  С тех пор я стараюсь кашлять поменьше!
  
  ДРУГ ЗРЕЛОГО ВОЗРАСТА
  
  Когда мне было шестьдесят шесть с половиной лет я еще не знал, кем буду на том свете: чортом или ангелом!
  Мне все живые и мертвые нравились и все медицинские процедуры тоже!
  У меня тогда еще в голове играла молодость, я был очень расеяный, как мой друг Расеяный с улицы Басейной, который все же убил своего писателя Маршака из клиники потенции Маршака из Израиля!
  Или я что то путаю, как путана...
  И я не знал, как мне прививаться от оспы, и вообще, лечиться!
  То я хотел лечиться травами от глистов, чтобы не спать по ночам и наблюдать в унитазе синие ниточки умерших паразитов, а еще я мечтал лечиться в барокамере, чтобы лежать, сжав ягодицы в узком пространстве, и получить дозу электромагнитного излучения в мозг и в простату, и посетить далекую Пятнадцатую больницу, и купить себе там забавную пожилую медсестру, а то мне к смерти хотелось превратиться в начальника Московского крематория на Николо Архангельском кладбище, и ходить в белом саване и кричать тонким старческим фальцетом:
  "В печку загружай! Готов! МММММММММММММММММММММММММММММММММ!"
   Или я мечтал стать таким почтеным пенсионером, который сам себе ставит капельницу!
   А еще мне снилось, что я стану отважным пенсионером санитаром, как Афанасий Петрович, который на своей спине таскал парализованых друзей пенсионеров!
  Правда, Афанасий Петрович, когда стал совсем затасканым, похудел на сто двадцать пять килограмов, а я всего то вешу сто килограмов, так что выходит, что если я тоже начну таскать пенсионеров на загривке, то от меня останется двадцать пять килограмов костей и мочевины!
  Тогда я не скушаю свою овсяную кашу на воде и умру от голода и истощения, как Снегурочка умерла от поцелуя жениха Сволочая!
  Когда я подсчитал свои лейкоциты в крови, то отказался от тяжелой физической нагрузки, а на другой день мне не приспичило по большой нужде, поэтому я решил стать братом милосердия, который мастерски ставит клизьмы себе и своим товарищам с запорами!
  Я увидел в процедурной соревнования медсестер пожилого возраста!
  Как они мастерски ставили клизьмы всем нуждающимся!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они работают с ветерком!
  А потом показали курсы подготовки медсестер пенсионерок, и тут они ставили клизьмы, продолговатые тяжелые резиновые клизьмы, на них надо нажимать изо всех сил, чтобы мышцы рук не одряхлели раньше времени, как у Железного Дровосека!
  И я так нагляделся на мастерство пенсионерок санитарок, что тоже решил стать самым умелым клизьмотерапевтом в нашем доме престарелых!
  Чтобы помогать всем немощным, если у них запор продлится более семи суток!
  Я написал прошение нашему завхозу, почетному пенсионеру Аркадию Ильичу, а затем зачитал его вслух, потому что зрение у Аркадия Ильича минус сто:
  "Аркадий Ильич! Предоставьте мне казеную клизьму и казеных добровольцев за счет заведения для тренировок на пользу Отечества!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас и демократы!
  О пенсионерах никто не позаботится, кроме нас самих!
  Я и вам поставлю ошеломительную клизьму!"
  - Сколько стоит одна красивая добротная клизьма и час работы добровольца пенсионера? - поинтересовался Аркадий Ильич!
  У него отнялась задняя нога, с задней стороны, а он еще торгуется, как на Привозе!
  Вымыл бы под носом, а то неприлично, как у Содома и Гоморы!
  Волосья колосьями пшеницы торчат из ноздрей!
  - Пустяки какие нибудь для государства!
  Сто или двести инфляционых рублей, за которые банку красной икры не купишь!
  - Ты впал в маразм, Дениска Абрамович!
  Отрой сокровища своей бабушки!
  Перебьемся как нибудь без опытного клизьмотерапевта и без подопытных клизьменов!
  Выживем и с залатаными старыми добрыми клизьмами, которыми пользовались еще наши деды!
  А на опыты возьми кого нибудь из умирающих пенсионеров!
  И он пошел в неизвестном направлении, изредка выпуская голубей из ягодиц!
  А я на Аркадия Ильича обиделся, но не помню за что обиделся, кажется за какие то клизьмы!
  И Земфира Ивановна, моя знакомая еще по школе снайперов в Риге, заметила, что у меня позеленели жолтые щеки и сказала:
  - Я еще в девятнадцатом веке придумала одну забавную штуку с парнями!
  Сейчас я тебе покажу последнее стихотворение Пастернака, которое он написал, когда его кушал лев!
  А еще я прыгала через скакалочку с Первым Космонавтом Планеты Земля, Юрием Гагариным!
  И Земфира Ивановна ушла, покачивала своими умопомрачительными бедрами необъятного размера, от которых даже жирные американцы заикаются!
  И вернулась она через час, толкала перед собой каталку с капельницей, а на каталке лежал в коме парализованый мой друг детства Демьян Иванович!
  Демьян Иванович почему то уже много лет не покрывался трупными пятнами и не сквернословил!
  Он даже не мычал, а безсмыслено смотрел на безсмысленый мир с демократами!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас - не на что смотреть даже здоровому пенсионеру!
  Земфира Ивановна наклонилась к каталке и легко приподняла жирного Демьяна Ивановича!
  Она бросила его на мою скрипучую железную койку, напоминающую Космолет, и сказала с нотками превосходства в милом голосе:
  - Вот это твой друг детства даун Демьян Иванович!
  Конечно, он до маразма не был дауном, а соображал ОГОГО!
  Из него даже сейчас песок не сыплется!
  Хороший Демьян Иванович, отличный, но из за возраста непригоден для продажи на органы!
  Погляди, какой у него тугой животик, как у мишки Пуха, когда он съел кролика!
  В этом животике накопилось много дерьма для твоей клизьмотерапии!
  Ишь, как выкатил животище с пупком, чем тебе не подопытный экземпляр для новых клизьм!
  Он ничто не понимает и ничто не скажет, как собака Баскервилей!
  И деньги нашего дома престарелых на него не надо тратить!
  Ставь ему клизьмы, тренируйся, сколько твоей душеньке будет угодно!
  И тут ее позвали делать уколы, и она выбежала к молодому семидесятитрехлетнему доктору Андрею Генриховичу!
  А я очень обрадовался, что Земфира Ивановна так здорово придумала, хотя на голову слаба, как когда то в молодости слаба на передок!
  И я устроил Демьяна Ивановича на полу, около капельницы, поудобнее, чтобы мне сподручней было ему клизьмы вставлять, как белка в дупло носит орехи из магазина!
  Он стоял передо мной на коленях (я его положил животом поперек стула!), жолтокожий, дряблый, морщинистый, с выпуклым животом (я не видел, но знал, потому что живот лежал на порваном стуле, подареном нашему дому престарелых управой района Вешняки города Москвы)!
  Нос у Демьяна Ивановича облез, как у плюшевого Мишки, и глаза у него разные: один жолтый стекляный, а второй синий свой, похожий на пуговицу от моих штанов!
  Но это для меня не важно в исторический момент, потому что Демьян Иванович довольно весело смотрел на меня своими слизкими ягодицами, и он раставил ноги и выпятил мне навстречу сфинктер, а руками двигал, как бы шутил, что заранее сдается на милость победителя, врача клизьмотерапевта!
  И я вот так посмотрел на него близорукими глазами минус сто и вдруг вспомнил, как давным давно мы с ним и с другими мушкетерами Атосом и Арамисом доставляли подвески королеве!
  И я не раставался с Демьяном Ивановичем даже в пустыне Гоби, когда мы хоронили фараона Рамзеса!
  Я повсюду таскал Демьяна Ивановича, даже на выступления театра Мольера, и нянькал его, и кормил с ложечки овсяной кашей на воде, и сажал за стол обедать рядом с Крупской, и у него забавное личико становилось грустное, особено, когда на пенсии он сошел с ума, а я для смеха старушек перемазывал Демьяна Ивановича маной кашей или вареньем из моркови, и спать его укладывал около порога, чтобы ночной грабитель о него запнулся и упал!
  Я шептал вранье о своих похождениях в джунглях, шептал в отвисшие ухи Демьяна Ивановича, я бы тогда за него свою невесту отдал бы Глафиру Сергеевну, и вот он стоит на карачках раком, и даже не подозревает, что я нечаяно во время опыта, по неопытности могу порвать ему сфинктер, разорвать клизьмой анальное отверстие и прободить прямую кишку!
  - Ты кто болезненый старый пердун? - Земфира Ивановна уже вернулась из процедурной и ничто не помнила! От нее пахло спиртом и носками доктора Николая Степановича! Даже синий нос Земфиры Ивановны помолодел, как у Буратины! - Кто с тобой? Змей?
  А я уже забыл кто со мной, я долго мычал и отвернулся от Земфиры Ивановны, потому что разлюбил ее, пьяную!
  И что то розовое и светлое мелькало в моих очах, розовое и нежное, как платьице собачки Перис Хилтон!
  - Вы о чем, почтеная матрона Земфира Ивановна!
  Свадьба немца и русского не состоится!
  Со мной никого нет в радиусе ста километров!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а я один без трусов в этом мире!
  ММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  Родник, Родник, отвечай, я Заря!
  Просто я никогда не стану делать клизьмы незнакомым и знакомым пенсионерам!
  
  АНГЛИЧАНИН ДЕМОКРАТ ПАВЛЯ, БЛИН
  
  - Завтра день пенсионера! - сказала Зинаида Антоновна и мелко-мелко расыпала смех горохом, и не понятно где смех, а где грех! Близорукие глаза Зинаиды смотрели строго, со значением, словно она проглотила последнего в мире и на Амазонке питона! Зинаида Антоновна еще раз расыпала смех горохом! - И вот наступила осень с лебедями и клюквой, которая помогает при простудах предстательной железы!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а мы празднуем день пенсионера с селедочкой!
  МММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  А на демократов нам наплевать - руки ноги им обломать!
  О, как летит время, кажется, что еще недавно мне было восемьдесят лет!
  - И по этому случаю! - как некстати подхватил пенсионер Союзного значения Егор Кузьмич, - мы сейчас вспорем пузо!
  Или наполним пузо арбузом, выращеном на нитратах!
  Или проклянем демократов!
  Или мы их уже проклинали, будь они неладны!
  Едрить их мать через колено!
  И Егор Кузьмич взял острый штык нож, еще отнятый у финов в финскую кампанию и взрезал пачку таблеток фталазола!
  Когда Егор Кузьмич взрезал, слышны вздохи наших пенсионеров, треск кожи и раздираемой обертки, хруст таблеток да настолько мощный, что у меня спина онемела от предчувствия большой беды, как я буду глотать таблетки фталазола, а от них у меня запор на три недели!
  Но тут дверь процедурной отворилась и вошел почетный пенсионер города Ижевск Павля Иванович Франкенштейн!
  Он, как и Зинаида Антоновна, смотрел сурово и значительно, поэтому мы сразу поняли, что он в полном маразме, как мартовский кот за трубой!
  Мы все страшно обозлились, потому что Павля Иванович каждый раз сжирал запас наших таблеток, а компенсации не делал, как Германия России!
  - Огого! Кого это черти принесли! - Егор Кузьмич от досады и волнения испражнился в подгузник, но не покинул нас в беде! - Сам Павля почти демократ, башку тебе надо отвинтить!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а ты ходишь и чужие таблетки кушаешь, как Навуходоносор!
  - Садитесь, Павля Иванович, с нами таблетки кушать! - Зинаида Антоновна освободила Павле Ивановичу место на горшке! Новый гость - новые заботы! Зинаида Антоновна тут же на минуту забыла про гостя, залезла толстыми жолтыми пальцами себе в рот и вытащила чорный обломок зуба, словно оторвала хвост дикой собаке Шарику! - Дениска Абрамович подвинь свой жирный зад!
  Интересный осколок зуба у меня, а куда я его дену?
  На рынке за сколько продам?
  Я с трудом дышал в спейсер, поэтому прохрипел, как космонавт Аналфак:
  - Садись, иуда! За сколько Родину продал Германцам?
  А американским неграм зад целовал?
  Павля Иванович покраснел - то ли от сердечного приступа, то ли от головного давления и присел на лиловый горшок с надписью "Дому престарелых от ФСС":
  - Во первых, не неграм, а афроамериканцам!
  Во вторых, дайте мне побольше таблеток, потому что у меня стул жидкий!
  Я его сгущаю, а он жидится, я сгущаю, а он жидкий!
  И мы начали жевать таблетки, как кроты и Дюймовочка, и долго ели, и молчали, выпучив глаза от ужаса!
  Нам нельзя было разговаривать, иначе таблетка попадет в трахею или в дыхательное горло и убьет, как шальная пуля!
  На прошлой неделе Иван Петрович подавился таблеткой сульфадиметоксина и умер, словно и не жил!
  И когда Павля Иванович сжевал третью таблетку, он заговорил, как птица говорун на базаре:
  - Ах, люблю я полезный фталазол! Даже очень полезный, как рыбий жир!
  Мне Земфира Ивановна никогда не позволяет его много кушать, из жадности не позволяет!
  - Ой, только ли из жадности, демократ ты хренов, - удивилась Зинаида Антоновна! Бородавка на ее красном носу дрожала от негодования! Волосы в ноздрях воинствено поднялись! - Может быть, причина в ином, в твоем абсурдном мышлении!
  Не ты ли украл из Ленинской Библиотеки танк Т-34?
  Павля Иванович в своем маразме не обратил внимания на маразм Зинаиды Антоновны, которая по прежнему строго и осуждающе смотрела на Павлю Ивановича!
  - Земфира Ивановна говорит, что у меня после фталазола щеки становятся, как у мертвеца!
  - Правда ваша, господа! - Егор Кузьмич от удовольствия приподнялся в инвалидном кресле, пукнул, затем снова сел, как на кол! - Вот поэтому мы кушаем фталазол перед клизьмотерапией!
  После клизьм действие фталазола заканчивается, и можно спокойно румянить щеки сурьмой, как индийские брахманы на реке Ганг!
  Обертку от таблеток только не кушай, мы ее сдаем на фольгу!
  И все мы снова начали кушать таблетки фталазола, как одержимые греки, и опять долго мычали с белой пеной на губах!
  И когда Зинаида Антоновна акуратно убрала пустые пачки из под таблеток, Егор Кузьмич снова подал свой дурной голос, хотя его никто не просил:
  - А ты что это, демократская старопердунская харя, так зачастил к нам, как на свадьбу к невесте без трусов?
  С кем ты пропадал на урановых рудниках?
  И, вообще, как тебя зовут? Ты мальчик или девочка?
  И тут Павля Иванович надул живот, покраснел от избыточного давления, безсмыслено поводил очами по процедурному кабинету с ржавыми трубами и небрежно промычал, словно у него в горле застряла Вологодская корова:
  - Почему? Почему? Изучал английское написание на лекарствах, чтобы врачи вредители не отравили!
  Я от удивления сел на шахматную пешку, которая тут же больно порвала мне сфинктер, но я не боялся обильных кровотечений из ануса, потому что у меня в попе гемороидальная свеча!
  Я сразу понял, что зря все лето пролечился с докторами убийцами!
  Со старушками безззубыми возился, лапал их, кто еще не умер, пуками развлекался!
  А вот Павля Иванович, он времени не терял со своим зрением минус сто, он работал над лекарствеными препаратами, чтобы его не обманули!
  Он изучил иностраные написания лекарств и теперь небось сможет у английских пенсионеров заказывать полезные лекарства и читать описания лекарств на вражеском языке, как моя бывшая подруга Клара Цеткин!
  Я сразу почувствовал, что умираю от запора, как котик Весельчак после импортной семги!
  А тут еще Земфира Ивановна долго испускала газы и наконец то произнесла:
  - Вот, Дениска Абрамович, учись у демократов!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а демократы с лекарствами помогают!
  Это тебе не парализованых старушек целовать и лапать!
  Павля Иванович засиял, несмотря на посиневшие от сердечной недостаточности, губы!
  Он отдышался в кислородную подушку и прохрипел, будто дышал закисью азота:
  - К нам в интернат приезжал иностраный пенсионер Савелий Романович с усами и с вырезаной простатой!
  Так вот он со мной каждый день продавал втридорога свои лекарства и учил, как они называются на английском языке!
  Вот уже целых три месячных, или три месяца!
  Когда месяц в полной силе - время оборотней!
  О чем я говорил? о мохнатых обезьянах?
  Об английских лекарствах против гемороев?
  Спасибо, Земфира Ивановна, за подсказку!
  У вас подозрительная капля под носом звенит!
  - А что трудно написание задооткрывающих лекарств по английски? - Я от зависти подавился ошметком десны! Ошметок давно болтался около разрушеного зуба, но не отрывался! А сейчас оторвался - на зло или на радость! - Демократы умирают стоя?
  - Я сошел с ума, пока выучил название лекарств по-английски, словно мне бороной по яичкам прошли! - Павля Иванович выдохнул зловоние из носоглотки!
  - Еще бы не трудное написание по иудейски! -Земфира Ивановна снова показывала свою выдающуюся культуру! - Я одному чорту ногу сломала, пока прочитала название по-английски анальгин!
  Пишется анальгин, а произносится касторка!
  - Да ну! Иди ты! - я сказал для вежливости, потому что потерял нить спора, как Ариадна потеряла трусы, когда бык из ее трусов делал нитки! - И верно ли, что когда кругом кризис, обман, воры, ужас демократы ходят в резиновых шапочках?
  - Прямо беда от этих демократов без трусов, особено от немецких женихов!
  Руки ноги им повыдергать!
  Я совсем измучился от английских названий лекарств!
  - Так что ты не пользуешься своими знаниями английских лекарств для лечения русских пенсионеров? - Земфира Ивановна поправила съежавший эластичный бинт на синей лодыжке! Размяла руками затекшую грудь! Кокетливо спрятала прыщ на шее! - Ты, почему, когда мы кушали фталазол, не сказал по английски "фталазол"?
  - Я написание лекарства фталазол по английски еще не проходил! - Павля Иванович придвинул свой зад к обширному седалищу Земфиры Ивановны!
  Их зады смотрелись вместе, как слон и Моська!
  Павля Иванович довольный покряхтывал всеми отверстиями!
  Тогда я засмеялся и попросил истлевшего Павлю Ивановича:
  - Павля Иванович, ты не корабельщик ли, который объездил весь свет?
  А скажи ка мне как будет по-английски название лекарства гематоген?
  - Я английского правописания слова гематоген еще не изучил! - Павля Иванович облапил безчувственую Земфиру Ивановну и замычал, то ли он мычал от тоски по дому, то ли от удовольствия, а может быть, и от безысходности, потому что забыл зачем подсел и зачем лапает гору сала!
  - Что же ты изучал, старый пердун? - я закричал в сильнейшем волнении и ударился головой о нары! С нар упали окровавленые с гноем простыни! Наверно, Земфира Ивановна из за склероза не успела отнести простыни на помойку! - За эти времена ты хоть одно английское название лекарств изучил, старый мудила?
  - Я изучил, как по английски слово жопа! - Павля Иванович ошарашил тех, кто еще не спал и не ушел в кому! Он широко улыбался жолтыми остатками зубов! Глядел гордо и победоносно, но не видел, куда глядел, потому что вперился мутным взором в банку с анализами мочи! - Да с, слово жопа по английски очень важно, потому что через жопу мы вводим в организм большинство лекарств, в том числе и клизьмы!
  - Ну, как звучит по английски лекарство жопа, если жопу можно назвать лекарством?
  - Эсс! - Павля Иванович торжествено, как на марше пехотинцев девятого несуществующего десантного батальона, захохотал! Он наконец вспомнил с какой целью подсел к окостеневшей Земфире Ивановне и ущипнул ее за одну милионую часть огромной ягодицы! - По английски "жопа" будет "эсс"!
  Вот завтра приду в процедурную и скажу старшей и старой медсестре Анне Володаровне!
  "Анна Володаровна, а Анна Володаровна, вот моя эсс!"
  Небось Анна Володаровна свой рот и мои ягодицы разинет от удивления, ничто не поймет!
  Вот услада моих ухов будет, правда, Дениска Абрамович?
  - Верно, как два пальца об асфальт, как говорили у нас в мореходке!
  Все верно, Павля Иванович, да не тем хозяевам ты служишь!
  О чем это я? - А какие еще названия лекарств по английски ты знаешь, предсмертник?
  - Пока это одно название лекарства по английски и знаю, только "эсс" знаю!
  
  ЗАКОЛДОВАНАЯ БУКВА, ТУДЫ ЕЕ В КАЧЕЛЬ
  
  Недавно мы гуляли после процедур около морга: Аленка Зинаидовна, Мишка Иванович и я, Дениска Абрамович!
  Вдруг, во двор въехала санитарная машина, а на ней лежат ветки елки, лапотник, для устилания дороги похороной процесии!
  Вот она подъехала к бухгалтерии дома престарелых, нашего дома престарелых, остановилась, и пожилой шофер без правой ноги с нашим одноруким дворником стариком узбеком стали лапотник выгружать прямо на коробки с медикаментами!
  Они вопили друг на друга надтреснутыми старческими фальцетами:
  - Облегчись сначала, сходи по нужде!
  - Меня заносит от лекарств, старый ты козел!
  - Левая нога отнялась!
  - Не стой на моей попе!
  - Легче ввводи лекарство, а то весь шприц поломаешь!
  И когда выгрузили, осипший шофер жестами показал:
  - Теперь этот лапотник надо использовать по назначению - для покойников!
  Ищите покойника, или умрите сами!
  И он ушел под капельницу, потому что ему подурнело от старости, как старому гусю, с которого вода стекает!
  А мы остались в своих инвалидных креслах около лапотника!
  Он лежал большой, лохматый, как Зинаида Ивановна и так пах лекарствами после санитарной машины, что мы стали еще больше дураками и едва не подрались из за веточек: кому идти за похороной машиной!
  Потом Аленка Зинаидовна взяла одну из веточек и захохотала зычно, как филин:
  - Сосите! А на елочных веточках сиськи висят!
  "Сиськи" это Аленка Зинаидовна неправильно шепелявит про шишки, шепелявит, потому что у нее нет зубов, а вставная челюсть с браком!
  Мы с Мишкой Ивановичем так и упали с инвалидных кресел от смеха!
  Мы смеялись с ним оба одинаково, со слюной, с кровохарканьем, со свистом в дырявых легких, но потом Мишка Иванович стал еще и попердывать, чтобы меня победить!
  Ну, я немножко поднажал на свой живот, чтобы он не думал, что я тоже не умею громко пердеть!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а у нас в доме престарелых весело!
  Мишка Иванович держался руками, за пах, будто у него в паху осталась мошонка и пенис - ничто у него нет после операции на грыжу, и кричал с воплями:
  - Ой, умру ради елочек!
  И за мной понесут сиськи!
  Мишка Иванович даже забыл про свою трубку, которая торчит из мочевого пузыря, как шланг газонокосильщика Коко!
  Трубка оторвалась и с кусочком плоти упала на пыльную землю, как фотография любимой девушки с надписью "Моему бывшему дорогому, а сейчас дешевому"!
  А я, конечно, так надавливал на желудок, что у меня начался жар, как у самосоженца:
  - Ах, мне плохо во всем теле! Сиськи...
  И я стал еще сильнее пукать, потеть и икать!
  - Перд! Сиськи! Ик! Сиськи! Пук...
  И тогда я схватил грязный подорожник и стал его прикладывать к глазам, как будто у меня началась катаракта и воспаление мозга и я сошел с ума от слов Аленки Зинаидовны!
  Я орал через импортные челюсти, которые в наш дом престарелых прислали немцы по бартеру за картошку:
  - Бабушке скоро сто лет стукнет, скоро в гроб ложить, а она - все про сиськи!
  У Аленки Зинаидовны выпала грыжа и губа, как у африканки, ухо полезло на глаз:
  - Это я правильно сказала, потому что у меня все зубы вывалились, а газы из трахеи свистят в ставных зубах, как в тростях для саксофона!
  Я хочу сказать сиськи, а у меня получается сиськи...
  Мишка Иванович позавидовал куче болезней Аленки Зинаидовны:
  - Я ничто не вижу, как кот Базилио!
  Ишь ты, у Аленки Зинаидовны зубы вставные и трахея свистит, как сопло самолета Боинг!
  У меня прямая кишка вывалилась да орбиты под глазами разрушаются от времени, а я все равно говорю правильно!
  Вот слушайте: От советского Информбюро!
  Сиськи! Правда здоровый я? или больной?
  Я правильно говорю про еловые сиськи!
  Вот как у меня легко газы выходят из всех естественых отверстий на теле!
  Я даже с помощью газов песенку пою:
  
  Ой, сисечка зеленая,
  Боюся, уколюся я!
  
  А Аленка Зинаидовна как закричит через специальный апарат, да еще с резонансом в бракованых челюстях:
  - Неправильно, Мишка Иванович! Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы порядочных людей заморачиваете и смущаете!
  Руки ноги вам за это надо пообломать!
  Вы говорите сиськи, а надо сиськи!
  А Мишка Иванович так разохотился, что даже попытался поцеловать Аленку Зинаидовну, но не дополз до нее без костыля:
  - Имено, что надо говорить, как я - сиськи, а не как ты - сиськи!
  На елке сиськи растут, а не сиськи!
  И оба, как начали сначала дергать друг друга за ухи, а затем жарко целоваться, как в последний день Помпеи!
  Глядя на старых дураков, я так хохотал, что даже обкакался!
  Я шел в обмывочную комнату и все время думал о жизни, о демократах и о сегодняшнем жарком споре Мишки Ивановича и Аленки Зинаидовны: зачем они спорили, если оба шепелявят, как зобастые безззубые гуси?
  Ведь на дереве растет очень простое слово, как и то слово, которое пишут на заборах!
  Я остановился около прелестной старушки в почтеных летах и внятно сказал своими железо бетоными челюстями:
  - Никакие не сиськи, едрить вашу мать!
  Никакие не сиськи, а коротко и ясно по русски, потому что мы французов били и будем бить: надо говорить сиськи! Сиськи - вот вам и демократия на елке палке!
  МММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  
  АСЬ? ИЛИ ЧТО ДЕНИСКА АБРАМОВИЧ ШУТИТ
  
  Когда я был молодой пенсионер инвалид, я плохо жевал корешками зубов и кровоточащими деснами!
  Шамкал, как Баба Яга, плевался, из моего рта вылетали куски, как из Царь пушки!
  Поэтому я долго держал еду за дряблой щекой, особено овсяную кашу на воде без сахара и соли, чтобы еда размякла!
  А Зинаида Петровна покряхтывала и покрикивала на меня:
  - Кто долго жует, тот дольше проживет, старый вы козел, Дениска Абрамович!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы кашку не уважаете!
  Руки голову вам надо поотрывать!
  И, когда я проталкивал закостенелым языком жидкую хлюпающую кашицу в пищевод, Зинаида Петровна расказывала мне случаи из жизни пенсионеров нашего дома престарелых, словно Баян пел песню Садко!
  Вот однажды Зинаида Петровна мелодичным старушечьим дрожащим голоском расказывала мне про Алевтину Егоровну, которая в молодости работала в Театре Юного зрителя Красной Шапочкой!
  - Жадная у нас Алевтина Егоровна, у нее зимой снега не допросишься!
  Как-то закончился у меня папаверин, а она ни одной таблеточки не дала, все сама сожрала, сволочь актерская!
  Этих актеров надо душить, как собак недорезаных!
  А ты, Дениска Абрамович, слушай слушай, да овсяночку деснами шамкай, она полезная то, кашка наша!
  Щи да каша - еда наша!
  И я жевал кровоточащими деснами, словно строил зубами Днепрогэс!
  А Зинаида Петровна трясла волосками на бородавке, прижившейся на кончике носа и дальше вещала, как диктор Центрального телевидения, с которым она в молодости играла в лапту:
  - А однажды Алевтина Егоровна угостила меня бражкой, которая осталась еще с времен ее бабушки!
  Я то забыла, что Алевтина Егоровна жадная, подумала, что исправилась, едрить ее мать!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, но никто совесть свою не найдет!
  Потеряли люди то совесть, потеряли совсем!
  Кушай, Дениска Абрамович, кушай, а то тебя некрасивого даже стыдно в гроб ложить, не позорь своими костями наш дом престарелых!
  Я опять шамкал овсяную кашку, а она тяжелым комом проваливалась в мой желудок, похожий на вулкан Везувий: грохот, запах сероводорода, но огня только нет!
  А Зинаида Петровна снова трогала свои болячки и продолжала расказ:
  - И вот Александр Андреевич Гульман, Царство ему Небесное, совратил Алевтину Егоровну, когда ей шел шестьдесят пятый годок то, а ему уж под семьдесят было то!
  Вот как оно в жизни бывает - все, не как у людей!
  А ты, Дениска Абрамович, шмакай кашечку овсяную во рту, шмакай, она распарится, размякнет и легче переварится в желудке, легче выйдет через прямую кишку, словно с горы в Кулаково на саночках! Вот!
  И кашку кушал Александ Андреевич и одновремено Алевтину Егоровну совращал, да уж на западных таблетках, будь они не ладны!
  Без таблеток то он бы не смог! Вот!
  МММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  Я послушно наслаждался размякшей кашицей, даже забывал про свой геморой!
  А Зинаида Петровна продолжала повествование, словно помолодела на восемьдесят лет!
  И столько в ее словах задора и молодости, столько экспресии и силы, что я невольно залюбовался этим, немолодым даже для меня, морщинистым личиком, похожим на печеное яблоко!
  Эти синие прожилки, как наши реки, эти красные лопнувшие сосуды, как реки огня в молодости под Перекопом, эти старческие пигментные пятна на фоне белой пергаментной кожи!
  МММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  - А тут, Дениска Абрамович, как всегда появились похотники пенсионеры, из соседнего дома престарелых, потому что у них старушек меньше, чем старичков!
  Кушай, Дениска Абрамович, прожевал, извини, старый козел?
  Похотники отняли у Александра Андреевича его лекарства и капельницу!
  Потом разрезали его подушку и вытащили из нее его деньги, последние сбережения!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а он еще деньги копил, иуда!
  Потом вскрыли чулан, а из чулана выползла полуживая Алевтина Егоровна, в чем мать родила!
  Стыдища то! Как не совестно людям то!
  А в руках Алевтины Егоровны кастрюлька с овсяной кашей без сахара и без соли, на воде, как положено приличным людям!
  От кашки Алевтина Егоровна и уцелела то! Вот!
  Я помычал, затем сказал, превозмогая боль в горле:
  - Значит не долюбил Александр Андреевич, не долюбил, как кот собаку!
  И умер то, как демократ, елки палки, потому что кашку не докушал!
  
  ЧТО ЛЮБИТ СТАРЫЙ ПЕРДУН МИШКА ИВАНОВИЧ
  
  Один раз я и Мишка Иванович зашли в актовый зал нашего дома престарелых, где у нас часто бывают проводы пенсионеров в последний путь!
  Андрей Евгеньевич сидел в инвалидном кресле и пытался играть реквием разбитыми сухими старческими пальцами, похожими на вафельные трубочки из эконом магазина Пятерочка для пенсионеров!
  Рояль дребезжал, Андрей Евгеньевич тоже дребезжал каждой частичкой своего дряхлого тела, как новогодняя елка в марте!
  Мы с Мишкой Ивановичем сели на стульчаки и не стали мешать Андрею Евгеньевичу, который уже одной ногой стоял в могиле, да он нас и не заметил со своим зрением минус сто, а продолжал давить сухими пальцами на старые клавиши, похожие на жолтые зубы бобра из нашего зоопарка в доме престарелых!
  И из под подагрических скрюченых пальцев Андрея Евгеньевича выскакивали тараканы и неприличные звуки, когда ломался очередной ноготь, а Андрей Евгеньевич от волнения испускал газы, и получалось что то безысходное и безрадостное, как на похоронах осенью!
  Мне очень не понравилось, но мне пришлось долго сидеть и слушать, потому что я сам не смог подняться со стульчака, ноги скрутило ревматизмом!
  Андрей Евгеньевич не прекратил бы играть, но у него лопнула мозоль на пальце, а кровь скудно оросила старое пианино!
  Великий пенсионер прихлопнул пальцы крышкой пианино, но не заметил, потому что не чувствовал боли омертвевшей плотью!
  Андрей Евгеньевич нашел нас на ощупь и пропел тем незаменимым старческим фальцетом, от которого у старушек лопаются зрачки:
  - О!!! МММММММММММММММММ! Девушки? Или Дениска Абрамович и Мишка Иванович, еще не почившие в бозе!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы еще чудом живы, старые пердуны!
  Сидите, как две вороны на погосте, что скажите старческими деснами?
  Я набрался сил и плюнул в Андрея Евгеньевича туберкулезной слюной!
  А Мишка Иванович даже спросил, потому что когда то в древности закончил школу искуств:
  - По кому отходную играли: Андрей Евгеньевич?
  - По Жопену Шопену! КХЕ КХЕ КХЕ!
  Я в Польше пил водку "Шопен" и бил поляков палкой по пяткам, а с полячками спал на сеновалах! ММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  У этих афромексиканцев на ногах копыта, а на голове рога!
  Вы кто? Младогегельянцы?
  Я набрался внутреней потенциальной энергии и прохрипел сквозь слезы:
  - Конечно, Андрей Евгеньевич, у вас трубка из живота выскочила!
  Конечно, если вы ветеран НКВД, то вам все можно, вот вы и играете погребальные песенки по еще живым пенсионерам!
  - Это не песенка, Дениска Абрамович враг народа!
  Хотя я и песенки люблю под гармошку и под селедочку с водкой!
  Я тебе глаза выцарапаю и руки ноги пообломаю!
  Наплодили, понимаешь, демократов, сволочи!
  Да я вас всех растреляю, потому что я играл то, что называется большим словом, но не помню каким!
  
  Я заинтересовался так, что даже клизьму из себя вытащил!
  Клизьма старая, с жолтыми крапинками прошлых лет от уже ушедших пенсионеров!
  И запах от клизьмы пенсионерки, как из ада:
  - Вспомни, Андрей Евгеньевич, старый ты пердун, слово то заветное!
  Каким словом называется твое бренчание на музыкальном инструменте, под который наши прадеды еще ходили пешком?
  Андрей Евгеньевич серьезно и ясно ответил, как перед растрелом!
  - А пошли вы на х...!
  Музыка не только из попы бывает, старые вонючие козлы!
  Жопен великий мужчина, он мог столько выпить, что потом у него пальцы хрустели, как на моих допросах!
  А я люблю музыку больше всего на свете, потому что водку, вкусную еду и сигареты мне уже нельзя, женщин я не могу, других радостей, кроме как сыграть отходную в моей жизни нет! - Тут Андрей Евгеньевич посмотрел мои анализы внимательнее и сказал с нотками превосходства в голубых глазах (Ой! да у него глаза треснули! А из бородавки на носу кровь сочится, но вид значительный, умный и положительный, как у дорогого гроба):
  - Ты, случайно, не враг народа, Дениска Абрамович?
  Раскажи, что ты любил и кого ты любил в своей подлой жизни?
  Товарища Сталина не ты убил?
  Я покраснел, как репа на поле боя и ответил:
  - Я многих любил, но никого уже не помню из этой старой гвардии, ровными рядами ушедшей на кладбище!
  Но я принял две таблетки антисклерозина и вспомнил, что я еще люблю и любил!
  Расказал и про собаку, которую продал на живодерню, а на вырученые деньги купил зеленку для своих фурункулов, и про строгание гробов для любимых товарищей, и про слона, которого мы с товарищами съели в Берлинском зоопарке, и про маленькую француженку, которую растреляли в районе красных фонарей, и про древних старух, которые в нашем доме престарелых хранятся в кладовке, про звезды, в которые в молодости стрелял из автомата калашникова по пьянке - хотел убить звезды, и про лица, стертые из памяти и про...
  Андрей Евгеньевич не слушал меня, находился в глубоком маразме, даже два раза всхрапнул, а затем вежливо ответил:
  - Молодец, Дениска Абрамович, хорошо и правильно лечишься!
  У тебя от мази вишневского пройдет геморой!
  Я люблю прохладу мази после холодильника на своем геморое, как молодая певица Бизе любит композитора Гризе!
   А ты, Мишка Иванович, сушеный гриб, поведай тайны своей души!
  Где хранишь золотые червонцы, скольких предал за свою маленькую и никчемную жизнь, потому что не строил Днепрогэс!
  Мишка Иванович поерзал старческим жолтым задом на стульчаке, затем отхаркался громко и смачно, так харкается Зинаида Ефремовна, когда прочищает горло Аквамарисом:
  - Я люблю натрий хлор, булки без сахара, с отрубями, плюшки с засохшими мухами, потому что мухи съели все вредные вещества в плюшках, свежие кексы с пургеном для ослабления функций кишечника!
  Я люблю клизьмы по утрам и вечерам, когда мне заботливыми руками ставит наша старейшая медсестра Клавдия Петровна, еще люблю диетические торты и пирожные с фурацилином, и тульские самовары, потому что в Туле живут хули и делают оружие, хоть медовые самовары, хоть с мазью вишневского или анальными свечами!
  А еще я люблю амидопирин, потому что от него понижается температура тела и возникает приятная слабость во всех моих старых членах, люблю ртуть и ее соединения, потому что от них очищается кровь, люблю никотин из сигарет и в таблетках для желтизны пальцев и для придания голосу молодых ноток, а еще люблю пахикарпин, но не в смертельных дозах, а еще люблю лечить себя спиртом этиловым от которого развивается приятное коматозное состояние, люблю спирт метиловых в небольших дохах, чтобы не ослепнуть, люблю мышьяк в пломбе зуба, когда язык приятно щиплет от яда, люблю на щеках свинец, от которого густеет кровь в жилах и в венах, люблю анабазин, потому что он алкалоид, люблю различные барбитураты, от которых проясняется сознание, люблю морфин, от которого приятные розовые сны наяву, люблю мепротан, от которого у меня сужается анальное отверстие, расширяются зрачки и снижается артериальное давление, люблю четыреххлористый углерод за его сладковатый запах, потому что сахара нам в доме престарелых дают мало, люблю цианистые соединения, потому что это игра со смертью, как у любимица империатрицы Гришки Распутина!
  Люблю воровать из ресторанов вареную колбасу с аспирином, люблю вино с димедролом и пиво с анальгином, а когда нет витаминов, то щипаю лебеду и кушаю щи из крапивы!
  Мишка Иванович выдохся и замолчал, надо полагать навеки!
  Андрей Евгеньевич даже приготовился играть на пианине отходную по Мишке Ивановичу, но Мишка Иванович воскрес, а по его глазам было видно, что он ждет быстрой смерти от удара молотком по черепу, как в знаменитых лагерях смерти на Колыме!
  Андрей Евгеньевич смотрел на Мишку Ивановича немного недовольно, потому что не мог вспомнить где находится и что ему делать, но затем после трех таблеток диабазола просветлел умом на три минуты и сказал:
  - Что же, Мишка Иванович, мы вас не растреляем до обеда, потому что ты правильный пацан и любишь правильные лекарства!
  Но все что ты любишь, дорогое, заграничное, демократическое!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а ты любишь целовать иностранцам зады?
  А люди? Этить их мать! кого ты любишь из людей? и из.. едрить твою налево... забыл!
  Тут Мишка Иванович встрепенулся под капельницей, вытянулся в струнку и забился в истерике:
  - ММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  ОЙ ойй ойй!
  Чуть не забыл, что люблю Земфиру Ивановну и ее старую кошку Мурку!
  КХЫ КХЫ КХЫ!
  Мы все засмеялись, кто как и чем мог, и смеялись долго и весело, пока у Андрея Евгеньевича не пошла горлом кровь, чорная венозная!
  
  ПОРА ПОМИРАТЬ, ПОТОМУ ЧТО НИЧТО НЕЛЬЗЯ ИЗМЕНИТЬ
  
  Я давно заметил, что молодые пенсионеры задают дряхлым старикам очень глупые вопросы, как из американской энциклопедии!
  Все молодые пенсионеры сговорились и не желают умирать и стареть, будто вечные двигатели у них в попах!
  Получается, что все молодые пенсионеры выучили вопросы из книги о старости и задают эти вопросы всем старым пенсионерам подряд, даже тем, что мычит в ответ, как теленок!
  Я к своему телу привык и знаю наперед, кто по нему пройдет, когда я лежу на полу в коридоре!
  Ой! Что это я? О чем это я говорю?
  А, про умных молодых пенсионеров, кому между шестьюдесятью и семьюдесятью годами нашей эры!
  Обычно в нашем доме престарелых опрос проходит так, если никто с утра не умер: вот раздается тарахтенье старого автобуса Пазик, в котором привозят гостей, а на кладбище увозят гробы!
  Земфира Ивановна с подружками, потому что женщины в старости крепче мужчин, открывает ржавые ворота нашей територии, кто то долго будет кряхтеть и натужно кашлять, потому на нашу територию войдет моложавый пенсионер около шестидесяти лет!
  Он долго будет испускать газы, протирать очки минус сто или плюс сто!
  Потом примет таблетку из коробочки, прочистит ухи ватной палочкой, словно добывает из ушей полезное ископаемое серу!
  Затем новый пенсионер прищурится так, что веками раздавит глаза и увидит сквозь щелочки нас, оборваных и немощных, и хотя прекрасно знает, что мы давно живем на этом свете, и прекрасно знает, что мы никуда из дома престарелых не убежим, он все таки погрозит нам костылем, ближайшего пенсионера ударит по дружески, но больно по носу, клюкой притянет ближайшую самую молодую старушку и спросит с придыханием в голосе (потому что старики это не только лукавые морщинки в уголках глаз, но и вонь изо рта!):
  - Ну, моя милашка, из тебя еще песок не сыплется!
  
  Конечно, если бы у бабушки были импортные вставные зубы, то бабушка бы ответила:
  - А то не видишь разве, старый козел, что из меня песок сыплется, как из автомобиля Камаз на стройке века!
  Но у большинства старушек нашего дома престарелых отечественые вставные челюсти, поэтому старушки не могут промямлить хоть что то разумное и внятное, отходят в сторону, криво улыбаются жолтыми губами и пишут на песке палочкой:
  "Ничто из меня не падает, только в туалете!
  А зовут меня как - забыла!"
  А молодой пенсионер с голода и с дороги не поймет ничто и спросит другое:
  - А сколько вам лет, бабушка?
  Вы еще - ОГОГО! МММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  Давайте жениться?
  Он уже не видит, что бабушка вышла на пенсию лет тридцать или сорок назад!
  Ведь ощущает, какого роста старушка, с какой скоростью в землю растет, и, значит, должен понять, что ей уже самое меньшее девяносто, ну восемьдесят от силы, - зачем же тогда спрашиваешь, старый пердун, если кругом кризис, обман, воры, ужас?
  Но у молодого пенсионера свои молодые привычки, свои мозги, потертые в боях с наукой и с жизнью, он продолжает приставать, пока может, пока хочет жить, а не смирился с жизнью растения из ботанического зада имени Фельцмана:
  - А ты невеста Спартака? В каком году было востание под предводительством смелого парня Спартака?
  Бабушка наконец разлепляет зашитый рот:
  - А ты привез активированый уголь, герой с дырой?
  Тут молодой пенсионер от неожиданости обычно пукает, расширяет глаза и дергает себя за ухи, как будто бабушка спросила у него где находится золото молодой Республики!
  Молодой пенсионер так стонет струнами тела, что у него от напряжения выпадают корешки сгнивших зубов:
  - ООЙОЙЙ ООЙОЙОЙ!
  А про активированый уголь я забыл, что дальше то будет, люди добрые!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а я уголь не привез для очищения желудка, словно черти мне мозги выели!
  Эбитская сила! едрить через коленку!
  Но, чтобы его раньше времени не увезли в морг, молодой пенсионер перестает стонать, принимает дозу боярышника на спирту, двумя пальцами бодро щиплет старушку в то место, где у женщин бывают груди:
  - Скоро на кладбище? Ась?
  А потом вернется к забытой теме, все сам забудет в склерозе и спросит Земфиру Ивановну и Аленку Зинаидовну:
  - Что это делается в стране, а? Я вас спрашиваю, что делается в стране?
  В чьей стране? Что? Или кто?
  ММММММММММММММММММММММММММММММММММ! Башку им отвинтить!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а мы здесь! - и обернувшись к старушке добавит сиплым голосочком: - А я думал, что в старости люди не уменьшаются в росте!
  И он отмерит крючковатым пальцем с грязным ногтем в воздухе метр семьдесят, словно режет пироги из маны, которую дал Моисей!
  Это в наши то времена, когда позвоночный столб старушек и старичков садится с каждым годом на три сантиметра, это доктор Иван Ильич Абрамсон сказал перед смертью, когда его положили в игрушечный гробик!
  Но мы на молодых пенсионеров не обижаемся, потому что забыли, как это обижаться!
  Солнце светит, вода льется, а про обижание забыли, мы же, как дети малые, ничто не соображаем!
  Вот мы смотрим на молодого пенсионера и знаем, что он сейчас заснет от старости!
  И он засыпает стоя, даже иногда приспускает каловые масы в подштаники!
  И тут старушка потихоньку начинает на костылях отползать от нового пенсионера нашего дома престарелых!
  Но не тут то было, от молодости, то есть от молодых пенсионеров не уйти!
  Просто молодой пенсионер вспомнит еще другие вопросы, как про таблетки вспомнит, радостно улыбнется темным тучкам и прокаркает, иногда с кровью или с мокротой:
  - Ах, я молодая манда!
  А кем ты хочешь стать в другой жизни, потому что в этой жизни кругом кризис, обман, воры, ужас и смерть!
  Да с, милостивые государи и государыни, только смерть впереди маячит с косой! Мда с!
  Старушке, честно говоря, хочется в будущей жизни стать проституткой, но известной проституткой с официальной професией балерины или артистки, но понимает, что для нового пенсионера этот ответ не подходит, слишком неполиткоректен, и, чтобы не попадать в опалу к новенькому, еще почти что мужчине, отвечает:
  - Я хочу быть вашей слугой и рабыней в будущей жизни, граф де Люсак!
  У графов всегда еды и лекарств сколько хочешь - хоть жопой ешь!
  Лицо молодого пенсионера сразу синеет и краснеет от восторга!
  Все в порядке вещей, все по понятиям и по воровским законам!
  Поэтому молодой пенсионер игриво хлопает старушку по попе (да так, что песок еще сильнее сыплется!) и снисходительно кряхтит:
  - Правильно, ты будешь мне рожать?
  Или меня рожать - не знаю!
  Я запутался, а мысли теряются, потому что у меня третий день понос из за просроченого творога из города Броницы!
  И тут пенсионерка в маразме уже думает, что ей сейчас поставят капельницу за труды и погрузят в искуственый сон, как мумию в жидком азоте!
  Бабушка даже начнет семенить в сторону медицинского кабинета, потому что у нее недержание мочи, у нее еще песня для отпевания безвремено ушедшего пенсионера не подготовлена, и вообще, тысяча способов принимать лекарство, но молодой пенсионер заметит попытку бабушки улизнуть от него и придавит старушку к корням деревьев, он зажмет старушку в объятиях, закинет ей ноги на плечи, когтями вцепится в лицо, и, когда старушка устанет и начнет биться в агонии, молодой пенсионер задаст главный вопрос, пожалуй самый главный вопрос в своей жизни:
  - А кого из мужчин в настоящий момент ты любишь больше всех, старая селедка?
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а мужчины нашего дома престарелых без любви бойких женщин, клизьму мне в кузькину мать?
  Безталантливый вопрос, потому что задан в присутствии меня и Мишки Ивановича, а нас старушка обязательно любит, потому что мы в доме престарелых завидные женихи!
  Приходится пенсионерке ловчить, чтобы понравиться всем, как в корыте золотой рыбки:
  - Нашего Президента страны Россия я люблю!
  Молодой пенсионер засмеется натужно, потому что не засмеяться от восторга нельзя, иначе придут демократы и растреляют!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, голод, нищета, а денег на патроны для растреливания Россия не жалеет!
  Молодой пенсионер смеется, как предсмертник, как даун с диагнозом олигофрения и сто раз повторяет Земфире Ивановне и Аленке Ивановне:
  - Твою мать! МММММММММММММММММММММММММ!
  Президента нашей России она любит, видишь ли!
  Каково, ну что скажут на это безвремено ушедшие пенсионеры и руководители нашего дома престарелых?
  И молодой пенсионер будет от смеха харкать кровью еще два часа, и мы будем харкать мокротой и кровью и сплевывать ошметки плоти!
  И мне будет стыдно за наш дом престарелых, в котором нет ни одного нормального иностранца с чорной кожей!
  И я дам себе пенсионерскую клятву, что сдохну немедлено или сразу же после ужина и, когда концерт с молодым пенсионером закончится, когда его отвезут на обмывочный пункт и налысо подстригут, а затем обработают против вшей, я незаметно для Земфиры Ивановны поцелую Аленку Ивановну, и тайком от Аленки Ивановны поцелую еще какию нибудь подвернувшуюся старушку!
  Потому что я целую всех одинаково долго, как пылесос вихрь засасывает бумагу в общественом туалете города Люберцы!
  Клянусь пачкой таблеток фталазола!
  К нам приезжают засланые казачки, поэтому старушка врет про любовь к президенту России, отттого, что знает, что он демократ и любит кризис, обман, воров и ужас!
  И пока старушка в очередной раз пытается вырваться из стальных протезов молодого пенсионера, он задает еще один вопрос на засыпку, особено трудный для тех, кто с утра не прочистил организм капельницей:
  - А ты почему сегодня мылась и подмывалась, старая проказница?
  Старушка, конечно не мылась, потому что у нее от мыла слезает кожа, да и вода в нашем доме престарелых плохая, ржавая и тухлая, как из попы великана Гаргантюа!
  Я не помню - встречался ли я с великаном, или читал про него в книжке с картинками, возбуждающими воображение!
  И как молодым пенсионерам не надоедает старая заезженая игра в молодость?
  Чтобы доставить радость новому пенсионеру, старушка якобы с испугом хватается морщинистыми руками за пергаментную кожу лица:
  - Ойойой! ММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  Разве я сегодня мылась и подмывалась?
  
  Точно, угадала, старая калоша!
  Обрадовала старого пердуна, впервые посетившего дом престарелых!
  - А очи твои?! - Молодой пенсионер спросит настолько лукаво, что у него заболит сфинктер! Вывалится прямая кишка, или отвалится кончик носа! - Почему белесые безцветные глазенки то? Ась?
  Мылом смыла зрачки, старая проказница?
  И молодой пенсионер наконец то отпустит потрепаную старушку, как куропатку из лап лисы баснописца Блинова или Крылова, потому что он блинов объелся, или Крылова, потому что крылья ему пообломали, демократу чертову!
  Ох, и трудненькие эти молодые пенсионеры с красными лицами и рыхлыми животами!
  Но что поделать старым пенсионеркам в очках минус сто?
  Все старушки проходят через них...
  Ох, годы наши тяжелые!
  Ох, грехи наши тяжкие!
  Но, Клавдия Капитоновна не первая в этом похороном ряду и не последняя!
  Тут ничто нельзя изменить в ее годы то, молодость, а с ней и возможность творить добрые дела - тю тю!
  
  СТАРЫЙ ПЕРДУН ПОХИЩАЕТ СОБАК В СВОИХ КОРЫСТНЫХ ЦЕЛЯХ
  
   Вот еще какая престарелая заплесневелая история со мной произошла, словно я не человек, а книга без картинок!
  Когда я жил в лесном доме престарелых в Белорусском болоте, недалеко от нас проживал почетный пенсионер города Минск Афанасий Никитич, худой, как ружье, высокий, как я в молодости, с железным костылем в протезной руке, и страшный, как смерть!
  У Афанасия Никитича жила на довольстве государства собака поводырь по имени ВОС!
  Очень полезная собачка с собачьим жиром и собачьей шерстью, так необходимой инвалидам и престарелым людям, нуждающимся в шерсти против ревматизма и собачьем сале против всех болезней!
  И я очень подружился с собачкой, чтобы ее ободрать живьем, а сало засолить в банке!
  Вот один раз Афанасий Никитич пошел в крематорий посмотреть на похороную церемонию, а собаку поводыря забыл дома, как забыл и свой партбилет и свои кальсоны!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а он без кальсон и без собаки!
  Голову надо отвинтить подобным пенсионерам!
  Руки ноги им пообломать паршивцам, Родину не любят!
  Вообще то, Афанасий Никитич специально не взял собаку поводыря Воса, потому что собака скандальная, как незамужняя женщина сорока пяти лет!
  Один раз Вос ходил с Афанасием Никитичем в крематорий и испортил Афанасию Никитичу, как почетному пенсионеру репутацию!
  В тот раз Вос полез в открытый гроб лизнуть покойника в лоб, как все целовали!
  А около гроба стояла нервная старушка в чепце, вдова усопшего пенсионера, инвалида первой групы, члена Всероссийского общества инвалидов!
  Старушка зыркала по сторонам своими мышиными глазками и думала какую бы выгоду получить от похорон мужа!
  И она сразу же закричала, запричитала, захаркала на Воса кровью, словно у нее в голове только этиловый спирт с настойкой черноплодной рябины,
  - Пошла вон из приличного заведения, собака с ушами и собачьей шерстью!
  МММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а тут еще собаки покойников пожирают, но сначала почетно лобызают, потому что муженек мой был еще ОГОГО!
  Он мог один! ММММММММММММММММММММММ! не помню что мог!
  ММММММММММММММММ!
  Восу старушка не понравилась, потому что худая и неапетитная, и Вос прямо в крематории хотел эту старушку придушить, но до нее не достал в прыжке, а гроб все таки свалил своими огромными лапами!
  Один только раз гроб с телом покойного пенсионера опрокинул, а гроб и развалился на части, потому что бракованый, но куплен за огромные деньги в солидной государственой риэлтерской конторе!
  Нервная бабка сразу подумала, что ее надули с гробом, как лохушку!
  И она завизжала всеми фибрами своих чахоточных легких:
  - Спасите, демократы обокрали!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они подсунули мне бракованый гроб!
  Верните мои деньги, а мужа сожгите без гроба, в саване, как индуса!
  Все страховые агенты и продавцы гроба страшно перепугались, потому что деньги за гроб давно уже пропили на поминках других пенсионеров, безвремено ушедших и составивших невосполнимую потерю!
  А Афанасий Никитич бросился вновь собирать гроб, как детский конструктор для мальчиков "Одень куколку Барби"!
  И он сколотил гроб обратно и запихнул в него воскового пенсионера, а Воса ударил по лицу молотком, для видимости конечно и прохрипел тем неизменым голосом, которым кобры заманивают кроликов,
  - Без паники, бабушка!
  Я намного старше вас, но слежу, чтобы челюсть во время крика не вылетала изо рта, как свиной язык!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы орете, будто вам никогда желудок не прочищали настоем ромашки!
  Вос - полезная дресированая собака за десять тысяч евро специально обученая, чтобы водить полуслепого меня на торжественые похороны!
  Да я тебе за собаку глотку перегрызу, старая перечница!
  
  Но с тех пор Афанасий Никитич перестал брать с собой Воса в крематорий, особено после того, как Вос обсикал все углы зала церемоний!
  И вот теперь Афанасий Никитич попросил меня выгулять Воса, чтобы он не побежал в крематорий, где собаке весело, как на собачьих бегах за механическим зайцем!
  И я пошел с Восом во двор и начал для видимость ласкать его, лаять с ним, визжать для смеха, а сам искал уголок, где бы с живого Воса содрать шкуру себе на пояс против радикулита!
  И я с Восом вдоволь устал, словно три дня ел овсяную кашу на воде и без соли и без сахара!
  А в это время мимо дома престарелых проходил старенький горбатый пенсионер Иван Климентьевич с пенсионерской удочкой и кислородной подушкой!
  Он присел на землю, отхлебнул корвалола и лукаво посмотрел на меня выцветшими глазками с намечающимися бельмами:
  - Дениска Абрамович, пойдемте рыбку с полезными витаминами ловить!
  В рыбе много кальция и фосфора, что благоприятно влияет на пищеварительный тракт и нормализует работу кишечника!
  У меня в марте была операция на толстую кишку, а в прошлом году я лечил геморой специальными супозитарными свечами!
  Я пустил жолтую клейкую слюну, но воздержался, не приспустил в подгузник из анального отверстия, как супер герой, не помню то ли из моей богатой биографии, то ли из кина:
  - Не могу, Иван Климентьевич, не могу, почтеный!
  Я сейчас собаку поводыря обдирать буду, сниму с него шкуру и добуду ценое сало для моих суставов!
   А Иван Климентьевич прищурился на солнце, потому что без ресниц, у него тотальная алопеция, и сквозь рвотные позывы кричит:
  - А ты ее прибей гвоздями к забору!
  Сам захвати бредень, нитротолуол для сердца и толуол для рыбы или наоборот!
  И пополз дальше на речку за вкусной и питательной едой!
  А я взял Воса за государственый ошейник с номером и тихонечко поволок по камням, как лодку варягов!
  Вос лег, лапки кверху и заскулил, как первый иследователь Антарктики!
  Я кое как прибил Воса к забору, но так, чтобы он не умер до моего прихода, взял ружье, потому что мне показалось, что мы идем на охоту на медведя, на полярного медведя с зубами и лапами, и пошел по дороге на своих протезах!
  Я почти что летел над бреной землей, позабыл про свои сто болячек, даже клизьму не взял с собой!
  Во, я какой! ОГОГО! ММММММММММММММММММММММММ!
  Я еще не то могу, я им покажу всем кузькину мать, едрить ее через колено!
  И вдруг вижу, около санитарной машины на самой середине дороги сидит мой Вос, язык высунул и собирается помирать без меня!
  Вот это беда, так беда то!
  Пришла беда - отворяй ворота!
  Это значит, что я Воса плохо прибил к забору или гвозди бракованые, демократы, эбицкая их сила!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а демократы плохие гвозди продают!
  Наворовали, себе понастроили дворцов за границей, а нам - плохие гвозди, сволочи!
  Вос как то исхитрился убежать, умен, дресирован, вот что значит сильная собака за десять тысяч евро, будь они неладны, а сала в ней и шерсти рублей на сто - не больше!
  Но ведь мне надо спешить на охоту, или на рыбалку, смерть не за горами!
  Там Иван Климентьевич, наверно, уже кушает сырую рыбу с фосфором или медвежью кровь с железом пьет, а я тут с живой собакой не управился, словно я не Александр Македонский!
  Главное, я бы взял ее с собой на реку или в лес, а там легко бы ободрал на шкуру и на сало, но Афанасий Никитич может из морга или из крематория вернуться, а может не вернуться!
  И при чем здесь он со своей подагрой, если ему даже колоноскопию отказались делать!
  О чем это я думаю?
  А! Думаю о том, что мне нельзя тяжелых собак таскать, больше килограма запрещено поднимать!
  Так я ни медведя, ни каши, ни собачьего сала не скушаю! беда, просто беда!
  Я схватил Воса за ошейник и потащил в дом престарелых, как нарты!
  На этот раз Вос упирался в землю даже хвостом, так не хотел умирать, собака!
  А как же я тогда из него сало добуду для своего здоровья? А? собака!
  Вос волокся за мной на животе, как Степанида Ивановна, когда выпала из Скорой Помощи, долго болталась за машиной на бинтах, потому что бинты ее держали, запутались за ручку Скорой Помощи!
  Тогда я снял ружье со своих артритных плеч и пристрелил Воса, пристрелил, как простую собаку, а не как собаку поводыря: собаке - собачья смерть!
  Вот так вам, демократам - нос не дорос!
  Мы в ваши годы Казбек поднимали! Днепрогэс? или БАМ?
  Я очень устал от возни с Восом, устал, как труп!
  ХА ХА ХА! КХЕ КХЕ КХЕ! ПУК!
  И снова пополз к реке с витаминами и свежими водорослями!
  Я довольно быстро полз для своих преклоных почтеных лет, и когда я уже поравнялся с кладбищем, из за памятника Валентине Петровне выбежал Вос на четырех здоровых ногах!
  Оказывается, я его недострелил, недоприбивал к забору!
  Я просто не верил своим глазам в очках минус двести!
  Я подумал, что я сплю, а Вос с шерстью и собачьим салом мне снится, как Навуходоносору!
  Общался ли я с Навуходоносором или он общался со мной и кто он? не помню тоже!
  Но тут Вос стал делать вид, что сейчас меня укусит за то, что я его прибивал к забору и пристрелил!
  Рычит и лает на меня, собака пенсионер!
  И я стал с нее с живой сдирать шкуру, но она не давалась, сволочь, понаехали тут!
  Вос увертывался, хрипел, храпел, и все время борзел, как типа пацан в натуре!
  Да! помню в молодости, когда я пацанил, мы с поручиком Ржевским сучек ловили!
  Да, скажу я вам, времена тогда были лучше, не то что сейчас!
  И молодежь оказывала уважение старшим, так с!
  И тогда я стал приманивать Воса таблетками димедрола, которыми ее кормил Афанасий Никитич!
  Но Вос продолжал издеваться, таблетки жрал жадно, как перед операцией, но в руки не давался!
  Главное, что мне мешало ружье за плечами и капельница, которую я не отстегнул, а тут, как назло, еще и ревматизм скрутил, как папу Буратины!
  И мы долго ползали по могильным холмикам, пока у меня из гемороя не хлынула чорная кровь!
  И вдруг я вспомнил, что недавно видел в ЗОЖе, в Санпросветбюлетене, как китайские пенсионеры и инвалиды или пенсионеры инвалиды отстреливают бешеных собак себе на ужин или на завтрак, потому что обедают кошками и кузнечиками!
  Изыдь, саранча Библейская!
  Я сразу сообразил, снял ружье, и хлоп - прикладом размозжил череп Восу, словно расколол тыкву!
  Но я сейчас не стал сдирать с Воса шкуру, а дотащил его волоком до дома престарелых и перебросил через забор, как когда то в молодости перебрасывал девушек через плечо, когда было не горячо!
  Мне показалось, что мертвый Вос взвыл от злости, но я быстро закутался в теплую пижаму с полосочками, перекинул ружье через плечо, и как Миклухо Маклай пошел на охоту на речку, наверно на бобров!
  За моей спиной стоял гул, как в преисподней, но я не обращал внимание на мелочи - зачем смотреть за спину, если там сидит чорт?
  И вот я у самой реки встретил Ивана Климентьевича с окровавлеными губами и разворочеными деснами!
  У Ивана Климентьевича изо рта падали сгустки свернувшейся крови, но он мычал что то веселое, не обращал внимание на неудобство!
  Даже посмеивался добродушно в багровые от крови усы!
  Я его как увидел, как захохотал:
  - Иван Климентьевич, с почином вас!
  Никак медведя не дожуете с витаминами в паху?
  Как же это вас так угораздило, когда кругом кризис, обман, воры, ужас и врачей не дозовешься!
  Вот для Анфисы Сергеевны Скорую Помощь ждали три часа!
  Иван Климентьевич приосанился и возгордился, потому что лучики в уголках его морщинистых глаз сверкали надежно, как замки в Центробанке:
  - Да я просто вместо карася в рот засунул живого рака с клешнями и ногами!
  Рак мне все десны покусал, да в нутро провалился, в животе сейчас ворочается, щиплется, как боров!
  Но я сейчас его этанолом убью - заодно будет раковый супчик в желудке!
  Давай отнесем меня в лазарет, а после того, как я выйду из комы, снова пойдем на речку... не помню зачем...
  Может быть, за голыми бабушками подглядывать?
   И так за разговором мы незаметно доковыляли до лазарета, а затем дошли до нашего дома престарелых с отвалившимися воротами!
  А около нашего дома престарелых стояла небольшая толпа пенсионеров - кто на костылях, кто на колясках, а кто и просто так лежал в пыли и чмокал губами от недостатка кислорода, как та рыба с чешуей, которую ловил Иван Климентьевич!
  Там стоял почтеный пенсионер около ста семидесяти килограмов, а на животе у него кислородная подушка, и еще вопила бабушка в больничном халате и с вырезом на ягодицах!
  Кряхтел около них слепой в чорных очках и еще кто то невидимый и зловещий, как ураган Торнадо!
  А потом очкастый слепой унюхал меня и закричал, как обычно кричат все слепые - почтено, но с наглостью:
  - Кругом кризис, обман, воры, ужас, а он не стыдится!
  Совсем люди стыд потеряли!
  Тьфу! Девки мажутся помадой, как проститутки, а в наше время девушки скромнее ходили, как гейши!
  Слепой ругался, а не знал, что у него штаны обсиканые, как же слепой заметит то?
  Тут все пенсионеры обернулись против нас, и пенсионер с кислородной подушкой негромко пукнул, но так мощно, что подушка едва не взорвалась от внутренего напряжения:
  - Который демократ?
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они еще по улицам ходят своими ногами, как журавли!
  Журавли на Полесье летять! Извините, я в молодости закончил консерваторию и пел песни!
  Слепой в чорных очках кричит сквозь слуховой аппарат:
  - От него пахнет смертью наших собак и могильной землей, хватайте его, осквернителя гробниц, это Лара Крофт Анджелика Джоли!
  И все пенсионеры, как зомби, кинулись ко мне, несмотря на бред про Лару Крофт!
  Я испугался за свою жизнь, потому что меня только пальцем тронь - сразу расыплюсь, как песочный человек!
  Я бросил ружье и перешагнул через канавку!
  Это неширокая канавка, но не каждый пенсионер через нее перешагнет, едить их мать!
  Это я с испуга сиганул!
  Бабушка с голой попой и клизьмой между ягодиц подковыляла к канавке и стала кричать нечеловеческим, а мужским голосом:
  - Отдай сейчас же Василия Николаевича, куда ты его дел, недочеловек?
  А мужчина с кислородной подушкой уткнулся лицом в канавку и булькает:
  - А где моя Агрипина Зинаидовна с ангиной!
  Куда ты ее дел? Палач!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они живую плоть и кровь воруют!
   Ноги руки им пообломать!
  Башку им скрутить!
  Я корчусь в пыли за канавкой, мне уже пора собачье сало кушать, а они меня ерепенят:
  - Отойдите от дома престарелых, старые пердуны!
  Я никакого Василия Николаевича не ел и Агрипину Зинаидовну не трогал, хотя бы пальцем!
  Иван Климентьевич, скажите наше алиби, что мы живых раков на погосте кушали с медведями!
  А Иван Климентьевич немного испугался за свою честь, потому что у него из ушей уже слуховой апарат выдергивают и шипит сквозь дряблые десны:
  - Что вы напали на пожилого человека, старые козлы?
  Я сейчас сбегаю в органы социальной защиты населения, тогда узнаете, когда у вас из пенсии оброк вычтут!
  Я кричу из за канавки:
  - Ты, Иван Кузьмич, ковыляй побыстрее, а то зомби меня на полотнища для своего флага порвут!
  Иван Кузьмич скинул престарелого инвалида с инвалидной электрической коляски и погнал, молодец:
  - Держись, Дениска Абрамович, не переходи за канавку!
  А с кислородной подушкой пенсионер поднял синее лицо и прохрипел:
  - Это пособник гестапо, соучастник преступления против человечества, то есть против пенсионеров с волосами в ухах!
  Их тут целая банда Махно!
  Я помню, как в Революцию в красных шароварах воевал на коне, на Сивке, или на Бурке, или на Сиваше в бурке!
  Где моя Агрипина Зинаидовна сейчас обитает? на седьмом небе?
  - Следите сами за своими старушками, иначе на старости лет останетесь один, как Соловей Разбойник!
  А старичок с кислородной подушкой, еще и покраснел к синеве!
  Бородавка на верхней губе аж встопорщилась, словно рожает еще одну бородавку:
  - Ах, еще и шутишь, старый мерзавец!
  А казался почтеным пенсионером, может быть, даже Союзного значения!
  Я тебя, суку, засужу в прокуратуре, понял?
  И твоя бубоная чума под носом не поможет тебе!
  Я обиделся, потому что под носом у меня не бубоная чума, а обыкновеный огромный нарост:
  - Ни за что не пойду в прокуратуру!
  Прокуратор Христа убил! Я сам видел!
  Тогда слепой в чорных очках, как кот Базилио, говорит мерзким голосочком:
  - Сейчас я его по запаху найду и поймаю, мерзавца!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а я из за него время трачу, левометицин не пил еще!
  И давай перебираться через канавку!
  Но не умеет, слепой пополз вдоль канавки!
  А я еще костылем его от своего берега отпихиваю!
  - Стойте, Петр Григорьевич! - Жирный старик с кислородной подушкой встрял в дело, как лиса к вороне! - Не спешите с вашей подагрой!
  Давайте, я вам путь укажу, как в светлое будущее!
  И старичина с кислородной подушкой начал направлять слепого Петра Григорьевича на мою сторону канавки!
  И я опять испугался, потому что слепой слишком жирный и откормленый, как Рождественская индейка, которую я никогда не видел и не ел по нашей Российской бедности!
  И я от страха перегнулся через канавку и оторвал кислородную подушку от задыхающегося старика!
  Жирдяй сразу присмирел и перестал помогать Петру Григорьевичу - слепому в канаве!
  Не до жиру, быть бы живу, так, мать вашу!
  Петр Григорьевич омочил свои почтеные седины в водах ручья и затих до лучших времен, как пулемет "Максим"!
  И я подумал, что наступил конец света, потому что бабушка в халате с дырой на попе так громко испустила треск и молнии, что небо потемнело и изошли на бреную землю звери с лицами человеческими и с гривами львов и с лапами диковиных птиц!
  И вдруг на помощь белому дню из трупной комнаты нашего дома престарелых бежит на костылях Афанасий Никитич, а из процедурной комнаты Аленка Зинаидовна и Иван Климентьевич в генеральской папахе, они шепелявят и непонятно кричат нелечеными деснами, но можно разобрать, если ухи слышат еще:
  - Стойте, демократы окаяные!
  Управы на вас нет, ужо мы вам зададим!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы стариков насилуете, как татаро монголы!
  А жирный пенсионер уже без кислородной подушки умирает, но шипит,
  - Сами вы демократы безмозглые!
  Руки ноги вам надо пообломать, да головы поотрывать!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а ваши пенсионеры наших съедобных собак воруют!
  Моего пса Василия Николаевича загубил, несчастного, которого я откармливал на Новый Год, потому что у меня нет праздничной индейки!
  И бабушка в халате с вырезом на загадочных жолтых ягодицах тоже чревовещает, непонятно чем - попой или ягодицами:
  - И мою полезную собаку украл Агрипину Зинаидовну, шерсть которой идет на варежки!
  А Аленка Зинаидовна захохотала так весело и без натуги, что тело ее колыхалось вольно и свободно, любо дорого посмотреть:
  - Ни за что не поверю, чтобы Дениска Абрамович украл собаку, потому что у Дениски Абрамовича алергия на собачью шерсть!
  Он блюет от собак, мать вашу!
  Аленка Зинаидовна, конечно, приврала, чтобы меня спасти, потому что я ей часто делал процедуры, когда очередная пожилая медсестра умирала!
  А слепой в очках снова ожил и вмешался, хотя его могли убить лекарствами и препаратами с йодом:
  - Я сам все видел внутреним зрением, потому что кушаю лук и чеснок с морковью и грецкими орехами, которые обновляют кровь!
  Этот старый подонок пристрелил вашу собаку, как собаку!
  Я сидел на горшке, у меня три дня невыносимый понос из за потери функции прямой кишки, и видел!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они собак убивают в своих корыстных целях!
  Я замахнулся на слепого пробиркой с анализами мочи на сахар,
  - И не стыдно врать то в ваши годы, почтеный пенсионер старый пердун?
  ММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  Вот из за тебе подобных наша страна упала в экономический кризис!
  Я домой нес убежавшего собаку поводыря Воса, члена общества слепых среди собак!
  Афанасий Никитич весело засмеялся, потому что забыл о чем идет ругань, да и многие забыли, но помнили только, что демократы всех обворовали!
  А Афанасий Никитич высморкался в жолтые бинты, расмотрел содержимое высморканой жижи:
  - Это положительный пенсионер Дениска Абрамович, он у нас на доске почета дома престарелых висит!
  С чего бы ему становиться преступником, если у нас все в стране преступники, начиная от Правительства!
  Да! да, да не затыкайте мне рот, я говорю правду и ничто кроме правды!
  Вот мы с Глебом Жигловым и Володей Шараповым ловили банду шулеров из города Люберцы, как когда то ходили по морю, аки по суху!
  Кто я? Вы не помните? Подскажите, куда мне идти своими ногами с язвами!
  Я люблю, тебя жизнь!
  
  Мы с маразматическим Афанасием Никитичем подошли к дыре в заборе вокруг нашего дома престарелых, и заглянули в выгребную яму!
  А что только в выгребной яме не было: и старые дырявые клизьмы, которые уже невозможно залатать, и окровавленые бинты, и отрезаные члены наших пенсионеров и пенсионерок, и почерневшие зловоные внутрености неизвестно кого!
  Жирный пенсионер без кислородной подушки фыркал, как конь Александра Македонского в постели с императором Калигулой, очкастый слепой полз за ними на карачках и шептал: "Братцы, помилосердствуйте, пацаны, век воли не видать!", а я катился по наклоной плоскости в инвалидной коляске, словно бровеносец в потемках!
  Мы подошли к облупленой стенке, и Афанасий Никитич отодрал доски от дверей процедурной комнаты, и вдруг отттуда вывалились три трупа собак!
  Жирные трупы, мясистые, с прекрасной собачьей шерстью, и все три - мертвые собаки поводыри Восы!
  У меня заболела катаракта в глазах, поднялось внутриглазное давление и внутричерепное тоже, мать вашу, доигрался с демократами!
  Я быстро закапал фотил, а жирный пенсионер без кислородной подушки завопил и кинулся к мертвым псам:
  - Вот мой Василий Николаевич, убиеный, откармливаемый к погосту!
  МММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  Буря и ветер на ваши главы седые, разбойники!
  А бабушка с голой попой тоже взвыла, как ведьма в Англии, подняла руки к чорному небу и зашамкала стертыми челюстями:
  - ЙЙЙЙЙЙЙЙЫЫЫЫЫЫЫЫХХХХХ!
  Умерла моя собачка Агрипина Зинаидовна! Умерла почтеная!
  Набросились все пенсионеры на мертвых собак и рвут с них полезную шкуру на носки, и вырывают собачье сало для лечения своих ревматизмов!
  Афанасий Никитич в маразме строго на меня смотрел, вспоминал, кто я и что он должен мне сказать и по какому поводу, затем он выпил смекты и посветлел умом:
  - У тебя ширинка раскрыта, Дениска Абрамович, как у поганца, Дениска Абрамович!
  Что за люди пошли, что за нравы!
  Кстати, ты зачем напихал полную медицинскую комнату дохлыми собаками, едрить их через колено?
  Жизнь прожить - не поле перейти!
  Я ответил со смущением в голосе, но с гордостью, потому что я всю жизнь пахал на эту страну:
  - Я думал, что они все есть одна собака поводырь Вос!
  Я хотел с Воса содрать шкуру и выдрать из него сало в медицинских целях, в целях оздоровления нуждающегося организма пенсионеров!
  А все собаки поводыри очень похожи, как сто тополей на лесоповале!
  У них выразительные лица и чорные очи, как у любовниц Аса Пушкина, с которым я кушал чай и красную икру!
  И я все расказал по порядку: и про свою молодость и про врагов демократов и про полезную газету ЗОЖ и про новые методы оздоровления кишечника и про собак, которые полезны для здоровья, особено если их освежевывать живыми, а сало их кушать еще теплым!
  Тут все пенсионеры захохотали, закудахтали, как куры на насесте в селе Октябрьское, где птицефабрика!
  От той птицефабрики всегда воняет какашками курей!
  А когда несколько пенсионеров от хохота и от натуги успокоились навеки, Афанасий Никитич созвал собрание пенсионеров по поводу убиеных собак:
  - Конечно, не удивительно, что для Дениски Абрамовича, а у него почтеные родственики в Израиле, дядя адвокат, в Нью Йорке, а брат доктор в Хайфе, так у Дениски Абрамовича все собаки кошерные и на одно лицо, потому что Дениска Абрамович носит очки со стеклами минус сто!
  А зрение у Дениски Абрамовича КХЕ КЖЕ КХЕ!
  Оставляет желать еще лучшего, его зрение то минус двести!
  А собаки поводыри по уму очень похожи на друг друга, зажрались на казеных харчах!
  Вот и сегодня пенсионеры накушаются вдоволь мяса собак, а новых собак поводырей нам пришлют из питомника в Салтыковке, где большое Николо Архангельское кладбище и крематорий, в котором многие из нас закончат свой жизненый путь!
  МММММММММММММММММММ!
  Так что во всем виновато продажное Правительство!
  Но все равно с этой поры я буду называть Дениску Абрамовича гением русской литературы и русского балета!
  А кто этот Дениска Абрамович, пророк?
  Дайте мне посох, пойду я по Руси бедным страником, как поэт Сергей Есенин!
  ... И правда, едрить его мать, Афанасий Никитич с тех пор сошел с ума и на меня лает!
  
  ОДНА КАПЛЯ ЗАГРАНИЧНОГО НИКОТИНА УБИВАЕТ ПЕНСИОНЕРА
  
  Когда Мишка Иванович одной ногой стал в могилу, приехал на инвалидном кресле старый почтеный доктор Андрей Евгеньевич и сказал, потому что у него красивые голубые челюсти, как у лошади Пржевальского:
  - Ничто особеного для старого пердуна!
  Простые предсмертные хрипы, как у загнаной лошади!
  Но я вам советую бросить курить импортные сигареты, потому что подлецы демократы нас обворовали, суют нам всякую заграничную дрянь, которую и есть и пить невозможно!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они импортные сигаретки нам в рот суют вместо сульфадиметоксина!
  На лекарство в стране денег нет, а на импортный табак - пожалуйста!
  Тьфу на них! Продали страну за копейку, да эту же копейку и пропили!
  Андрей Евгеньевич засмеялся тем обворожительным смехом, которым старые пердуны разжалобят любое молодое сердце!
  Жолтая от старости бородка доктора тряслась, как у козлика Мека!
  А близорукие глазки, выцветшие и подернутые легкой сеточкой бельма, смотрели гордо и строго во все стороны, настоящие глаза патриота и значительного человека!
  И когда Андрей Евгеньевич ушел в мир иной, Аленка Зинаидовна пробормотала:
  - ММММММММММММММММММММ!
  Безобразие и ужас!
  Да! Повторю еще раз и никого не побоюсь: безобразие и ужас!
  А все из за что? Потому что молодежь нынче не та пошла - не уступят место пожилому человеку в автобусе!
  Да провались они все пропадом!
  И все таки некультурно доводить пожилого человека до смерти импортными папиросами, от которых прибыль идет только нашим врагам!
  Ты, Мишка Иванович, еще молодой пенсионер, еще сам самостоятельно передвигаешься на инвалидной коляске, а у тебя в сердце уже предсмертные хрипы, как у поросенка пред Рождеством!
  - Ну, - просипел Мишка Иванович и закашлялся долго и натужно, будто в нем работал сломаный насос! Мишка хрипел, отхаркивался кровью, прослезился, затем продолжил! - Ты, Аленка Зинаидовна, хотя и в почтеных летах, а дура дурой!
  У меня нет никаких предсмертных хрипов, потому что это обыкновный старческий туберкулез, как у любого простого зека в России, все мы прошли через лагеря и тюрьмы, потому что у нас в стране сходить в тюрьму, все равно, как в армию сходить!
  А если я и хриплю, то мой хрип в сто раз слабее, чем твой храп, Аленка Зинаидовна!
  - Слабее? Старый ты пердун! - Аленка Зинаидовна пождала огромные синие губы, которые до этого вывалились и обнажили чорные десны! Но Аленка Зинаидовна каждый день драила десны чесноком, против микробов! - Да я после этих слов тебя даже на пол в своей больничной палате рядом с собой не покладу!
  Вот тебе, спи один, бородатый козел!
  Тоже мне, героя кота Мяурицио из себя строишь, камедь ломаешь!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а он камеди играет, смотреть и слушать противно!
  Тьфу на тебя и на всю твою родню, которая воспитала и вскормила эдакого подлеца!
  - Во всяком случае мне не нужен твой храп и твое громкое испускание газов после морковных котлет! - Мишка Иванович замахнулся на Аленку Зинаидовну ночным горшком!
  Аленка Зинаидовна покраснела от страха и от повышения давления, струхнула, потому что предсмертный Мишка Иванович мог ей в чай подсыпать крысиного яда - Мишке Ивановичу перед смертью терять нет что!
  - Я вас не укоряю, Мишка Иванович! Но поймите же, курить импортные сигареты вредно не только для вашего здоровья, но и для экономики России!
  Почему у нас нет хороших дорог, как в Биробиджане?
  Да потому что у нас все пенсионеры курят мальбору!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они курят мальбору, понимаешь ли!
  Так и до греха недалеко!
  Ваша жизнь, Мишка Иванович, важна для Отечества, вы нужны стране!
  Но помните, что одна капля импортного никотина убивает Российского пенсионера, рано или поздно убивает!
  Я посмотрел на Мишку Ивановича, уже посиневшего и покрытого легкими пятнами пролежней!
  Мишка Иванович огромный, со свисающими боками, с трудом помещается на двух каталках!
  Свинья или корова легко поместилась бы на каталке из лечебницы нашего дома престарелых, а Мишка Иванович не помещался, потому что в молодые годы голодал, а на старости лет отъелся, как заморская курица Буша!
  Я очень испугался за репутацию нашего дома престарелых, если Мишка Иванович умрет скоропостижно и безвозвратно, как камень, брошеный в молоко!
  Наш дом престарелых могут закрыть из за высокой скоропалительной смертности пенсионеров в расчете не одно койко место!
  Я не хотел и не было у меня как!
  От этих мыслей я долго не мог засунуть клизьму в попу, так долго, что в склерозе не заметил, как все таки засунул и повредил геморой!
  А в суботу, в день отдыха Мишка Иванович выздоровел и по этому поводу на распитие микстуры от кашля позвал Юрия Антоновича, больного грыжей, его подружку, любовницу бы, если бы они могли, Екатерину Зинаидовну, Бориса Евстафьевича и Тамару Петровну с болезнью альцгеймера!
  Все пришли и стали пить приличные таблетки, а Тамара Петровна, как только вошла в наш обмывочный кабинет, вся затрещала по швам и изо всех щелей, перед глазами у нее завертелось, поэтому она упала на колени Мишки Ивановича и стала с ним пить касторовое масло!
  На каталке Тамара Петровна стала окружать Мишку Ивановича старческой заботой и вниманием, от которого у Мишки Ивановича изо рта вытянулась длиная клейкая ниточка слюны!
  Мишка Иванович мычал, а мы все кряхтели после утреней овсянки без сахара и без соли, но на природной, поэтому полезной воде!
  Тамара Петровна спрашивала почти охладевшего Мишку Ивановича удобно ли ему лежать на каталке, когда она сидит у него на голове, не дует ли у него из попы, и в конце концов до того взволновалась и вспотела, что влила Мишке Ивановичу в рот три стакана касторки!
  Мишка Иванович побулькал касторкой в желудке, опорожнил кишечник, прочистился и похудел на три килограма!
  - Я один раз уже вливала в Мишку Ивановича касторку! - Зинаида Ивановна возревновала Мишку Ивановича, и щеки у нее стали жолтые, как таблетки ношпа! - Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они добро переводят почем зря, как Правители наши! Тьфу на вас всех!
  ИИИИЫЫЫХ!
  Нет на вас управы Вешняки!
  А Тамара Петровна злорадно кхекала, откашливалась, сморкалась через сизые волосы в ноздрях!
  Она хохотала так долго и заразительно, словно излечилась от прыщей на теле, подозрительных прыщей, потому что Тамара Петровна давно уже не маленькая девочка!
  А Мишка Иванович отодвинул переполненый ночной горшок с каталки!
  Тогда Тамара Петровна вынула из лифчика тоненький портсигарчик и подарила его Мишке Ивановичу, мирно заснувшему среди веселья!
  - Это тебе, Мишка Иванович, утешение за потраченую касторку! - Тамара Петровна высыпала из портсигара таблетки в свой бездоный рот, но со старческими морщинками в уголках губ! Таблетки выпадали изо рта Тамары Петровны, потому что нет зубов! А Тамара Петровна разбудила Мишку Ивановича, смотрела в сторону очами минус сто! - Каждый раз, закуривая импортную папироску, вы будете вспоминать меня и вашу молодость, когда вы строили первую дорогу для Радищева!
  Я ужасно разозлился на Тамару Петровну, потому что первую железную дорогу строил я, а не Мишка Иванович!
  Зачем она напоминает Мишке Ивановичу про заморские папироски, если за время болезни Мишка Иванович в склерозе забыл, что он когда то курил!
  Вот и сейчас Мишка Иванович мычит, вертит в руках портсигар и не понимает что это и для что!
  Одна капля заграничного никотина убивает почетного российского пенсионера, который еще ОГОГОГО!
  Я сказал Тамаре Петровне, словно на духу сказал:
  - Вы дура лошадь, старая Тамара Петровна!
  У вас шов на груди лопнул!
  И ноги ваши потолстели от опухолей, как новоиерусалимские столбы!
  И вообще, чтобы больше не являлись на собрание пенсионеров без клизьмы!
  Никто меня не слушал, да многие и не слышали, потому что вместо слов из моего горла вылетал сип, как у сиплой совы из жизни Вини Пуха!
  А Мишка Иванович вертел портсигарчик, кусал его, затем наконец вспомнил:
  - Спасибо вам, Тамара Петровна от лица нашей пионерской организации, от лица комсомольской организации за посильную лепту вдовицы!
  Я скоро умру от старости, а портсигар останется нашим Российским Политикам демократам, будь они неладны!
  Или детям останется - забыл, что надо говорить и кому завещать!
  Вот Клавдия Андреевна завещала свою дачу и квартиру не детям и внукам своим, а положительному герою Махмуду Бельябегдинову!
  Но в портсигар не войдет ни одна сигара Мальборо, которые я курю, как слон, потому что слон и моська!
  Да с господа! слон и моська, прошу любить и жаловать!
  Впрочем, у меня есть дочка... - Тут Мишка Иванович взглянул на меня через стекла плюс двести! - Ну ка, Дениска Абрамович, старый вы наш антрепренер или пердун!
  Вместо того, чтобы пить третий стакан боярышника на спирту для укрепления функций организма, пойди ка в морг и пилой для отрезания конечностей укороти сигареты Мальборо, да так укороти, чтобы Мальборо влезали в мой именой портсигар, который сейчас мне подарил командарм Армии Котовский!
  Пила для отрезывания конечностей воткнута в труп нашего почтеного Евгения Ефремовича, почившего в бозе вчера вечером!
  Я пошел к столу в морге, выдернул из Евгения Ефремовича пилу для распиливания покойников, примерил портсигар и сделал все, как велел мне не помню кто, но он воевал рука об ногу с самим Чапаевым, а я сейчас с ним разговаривал в склерозе!
  А потому отнес полный портсигар Мишке Ивановичу, которого ошибочно принял за Чапаева, потому что у Мишки Ивановича нос картошкой!
  Мишка Иванович открыл портсигарчик, харкнул в него, посмотрел на мои ягодицы, оголеные, чтобы проветривались после укола, потом ударил меня шлангом от капельницы и расхохотался, словно ему насыпали в ухи гвоздей:
  - Полюбуйтесь, что сделал сообразительный герой Куликовской битвы, пособник демократов Дениска Абрамович!
  ММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  Руки ноги ему пообломать, башку отвинтить!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а он, а он... забыл, что он!
  Тут все пенсионеры стали наперебой выхватывать друг у друга портсигар и безсмыслено мычать, как быки на скотобойне в деревне Быково!
  Особено кряхтела Тамара Петровна, которая повеселела после капельницы!
  Она так смеялась, хрипела с пеной на губах, что изо рта у нее вытекала тоненькая струйка алой венозной крови, затем вывалилась таблетка димедрола, три таблетки анальгина и вставной зуб из антикварного магазина!
  Тамара Петровна ловко вставила в дырку от зуба клык крокодила, словно жила в Африке!
  После кряхтения Тамара Петровна встала, держала руку на пояснице, затем согнула пальцы и костяшками постучала меня в висок, но не пробила височную кость - сил не хватило!
  - Как же ты догадался испортить импортные сигары, отрезал у них табак, а в портсигар положил фильтры, словно фильтры для воды, которых мы не видели уже много лет, с тех пор, как страну продали демократы и их продажное правительство!
  Я вам говорю правду: скоро станем есть фильтры от западных сигарет мальбор, а хоронить нас будут на свалке, в целофановых мешках!
  Я почесал висок со старческими веснушками:
  - Ты так воняешь, Тамара Павловна, словно у тебя в животе фильтры от сигарет мальборо!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а ты воняешь, глупая старая коза!
  Посмотри на французских пенсионерок, они еще ОГОГО!
  А Аленка Зинаидовна пристально смотрела на нас, поджала губы, выглядела значительно, но по ее близоруким инвалидным глазам я видел, что Аленка Зинаидовна уже не верит в победу молодости над старостью!
  - Ну ка иди ка промывать желудок! - Аленка Зинаидовна ласково позвала меня, взерошила волосы в своем носу! Ее ласковые дряблые руки влажными щупальцами легли на мои веки! - Веки то прикрой!
  Ой, батюшки, обозналась, так ты еще живой, Дениска Абрамович! Тогда веки не прикрывай пятаками, не надобно!
  Я не стал прикрывать свои веки пятаками и не подносил себе зеркальце ко рту, потому что вроде бы еще живой!
  - Ты обделался нарочно? Или на нарочных? Или на нары обкакался?
  Ой, что это я говорю?
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а я все говорю и говорю!
  Зачем ты отрезал ценый импортный табак, старый мой друг?
  - Я специально отрезал табак, чтобы Мишка Иванович не помер раньше времени, как заповедная розовая чайка!
  Если бы Мишка Иванович умер, то нам бы пришлось тащить его гроб, а у меня сейчас нет сил тащить покойного Мишку Ивановича, поэтому пусть пока живет и не курит заграничное зелье!
  - Тогда воткни в меня капельницу, а то у меня руки отнимаются! - Мишка Иванович кряхтел на каталке! Крупные капли пота стекали по его лицу на пятый подбородок! Мишка Иванович тяжело дышал и не стеснял в себе газы! - Чтоб ты сдох! Как же я вас всех ненавижу!
  Понастроили дворцов за границей, страну развалили, детей рожаете в заграничных домах!
  Как вам не стыдно, вы же себя обкрадываете!
  Видно Мишка Иванович впал в кому и в маразм!
  Но я не стал ему ничто объяснять, потому что сам только что вышел из комы!
  Сквозь кряхтение пенсионеров я слышал, как Тамара Петровна заграничным никотином убивает лошадь!
  
  ОН ЖИВОЙ ПОСЛЕ ВЗРЫВА НА АЭС, ГДЕ РАБОТАЛ И СВЕТИТСЯ ОТ РАДИАЦИИ
  
  Однажды вечером меня в нашем доме престарелых наказали за то, что я на ужин скушал лишнюю ложечку сахарного песка, поэтому зимой в мороз выгнали в одной пижаме во двор, чтобы я подумал, как в молодые годы голодал американский президент Абама!
  Политолог нашего дома престарелых почетный пенсионер науки Андрей Николаевич укорил меня, потому что в мире милионы стариков голодают, особено в Америке, а я обжираюсь сахаром!
  Меня должна была наказать Аленка Зинаидовна, но она, наверно, задержалась на процедурах в морге, или в проктологии, или, может быть заснула в коридоре или на лавочке!
  Не знаю, только все пенсионеры нашего дома престарелых уже скушали свою овсяную кашу на воде без сахара и без соли, и все медсестры пошли с ними делать клизьмы и уже, наверно, давали старикам и старухам, и себе в том числе, потому что старые, как мшелые пни, касторку с таблетками фталазола, а Аленки Зинаидовны все еще не было, словно она умерла!
  И вот уже стали зажигаться в сортирах на улице свечки, и в актовом зале патефон (выгодный, потому что не тратится электричество!) заиграл музыку, и в небе задвигались черти, они были похожи на бородатых пенсионеров и пенсионерок!
  И мне захотелось отогреть свое жирное продрогшее тело, а Аленки Зинаидовны все не было, будь она неладна, сволочь!
  Я мерзну, а она наказать меня не может, а без наказания меня не пустят в здание дома престарелых, где тепло от дыхания стариков и от светящихся испускаемых газов!
  И я подумал, что, если бы я знал, что Аленка Зинаидовна замерзает в Канаде или в морге и ждет меня на краю нашей територии дома престарелых, я бы моментально прикатил на инвалидной коляске, а не опаздывал бы и не заставлял ее сипеть на сухом снегу и промерзать насквозь до гемороя!
  И в это время в сортир вышел Мишка Иванович, довольный после процедур и поцелуев с Натальей Петровной!
  Он поправил газоотводную трубку из кишечника и сказал мне тем приятным фальцетом, от которого в нашем доме престарелых сдохли даже гуманитарные американские тараканы, которых нам прислали из америки для еды:
  - Что, Дениска Абрамович, еще не помер от холода и воспаления мочевого пузыря, как предатель Родины?
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а ты скушал лишнюю ложку сахара!
  Руки ноги тебе пообломать, ворюга, крыса ты дома престарелых!
  - А ты не помер, Мишка Иванович, с выпучеными, как у енота, сосками?
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а ты тайно себе поставил вторую лишнюю клизьму, в то время как мне не хватило клизьм!
  Мишка Иванович промычал нечленораздельное, вытер рукавом слюну, скушал таблеточку, завернутую в газетку и присел рядом со мной на снег, взял в руки мою трофейную клизьму с заплатками!
  - Ого, Дениска Абрамович, откуда у тебя эта прелестная клизьма с умопомрачительной дырочкой?
  А она сама всасывает жижу для процедур? Не сама?
  А сама жижу эту испускает в анальное отверстие? Сама? ММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  А эта прекрасная пипочка на клизьме, ее можно нажимать? Сам приклеил?
  КХЕ КХЕ КХЕ!
  Огого! Дашь мне клизьму в палату?
  Я отлепил примороженые ягодицы от сугроба и плюнул Мишке Ивановичу в его наглое хайло!
  Слюна не долетела до волосатой бородавки на носу Мишки Ивановича, и повисла на моем подбородке, как символ моего безсилия:
  - Нет, не дам, алчный агрессор Мишка Иванович!
  А вот отпор, как врагу, костылем дать могу!
  Ты, кто? не могу вспомнить, у меня мозги замерзли! А, друг детства, Мишка Иванович!
  А клизьму не дам, потому что кругом кризис, обман, воры, ужас, а мне клизьма трофейная еще в наследство от прадеда татаро монгола досталась!
  Мишка Иванович надул живот и испустил на меня остатки ужина, в глазах у меня потемнело: то ли от катаракты, то ли от обморожения, то ли от штуки Мишки Ивановича!
  Я смотрел на ворота дома престарелых, чтобы не пропустить, когда придет, или ее привезут на каталке, Аленка Зинаидовна!
  Но Аленка Зинаидовна не шла и ее не везли!
  Видно, встретила Алевтину Борисовну, и они стоят и разговаривают про пищеварение, даже не думают про мое наказание, неизбежное, как новый ледниковый период!
  Я лег в нору в сугробе, как голодные несчастные гренландцы!
  Тут Мишка Иванович в склерозе забыл, что я ему не даю клизьму и снова спрашивает:
  - Дашь эту великолепную клизьму, чтобы я похвастался перед Антониной Никифоровной?
  - Отвяжи свои трубки из живота, подлец! не дам!
  Тогда Мишка Иванович выдавил чирий на верхней губе и с болью в дрожащем голосе говорит:
  - Я за клизьму могу дать тебе упаковку от таблеток арава и одну таблетку димедрола!
  - Сравнил таблетку димедрола с трофейной импортной клизьмой!
  А Мишка Иванович снова в склерозе зашипел, забубнил:
  - Ну, хочешь, я дам тебе использованую дырявую кислородную подушку!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а у тебя будет кислородная подушка!
  Я засмеялся отморожеными губами, кровью харкнул на белый снег:
  - Твою рваную кислородную подушку уже не залатать даже клеем момент, которым я когда то в молодости склеил половые губы твоей невесты, чтобы ты подумал, что она еще девственица!
  КЖЕ КЖЕ КЖЕ!
  Мишка Иванович не понял про свою невесту, но снова повторил, потому что у него вечером мозги по кругу ходят, отчего Мишка Иванович в нашем доме престарелых является отчаяным и самым популярным любовником!
  По вечерам он подкатывает к старушкам, а старушки прогоняют его, но Мишка Иванович забывает, что подходил к старушкам и покатывает снова и снова, как снежный ком!
  В конце концов, старушки тоже забывают, что высылали Мишку Ивановича, и приглашают его на чаепитие без вставных челюстей!
  Я вижу, что живот у Мишки Ивановича снова надувается, как базарная баба!
  Я испугался, а Мишка Иванович говорит в бреду последний раз, как в последний путь:
  - Ну, бля, не бля я!
  Знай мою наготу, о, царевна Вселенной!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а я тебе говорю, как когда то мой друг Чебурашка говорил крокодилу Гене! На!
  И Мишка Иванович быстро сбегал в сарай и прикатил из сарая каталку с пенсионером!
  Я подошел к каталке и почувствовал, что мои руки занемели и окоченели на морозе!
  - Ты подними простыню на пенсионере то, - Мишка Иванович гордится своим подарком! - Тогда увидишь небо в звездах и Памелу Андерсен увидишь без лифчика и Мерлин Монро и Царицу Египетскую!
  Я приподнял простыню и сперва ничто не понял, когда увидел голого пенсионера Альфреда Никодимыча, немца из Поволжья, а потом увидел светло зеленое свечение от него, как будто где то рванула ядерная бомба, и в то же время она лежала на каталке рядом с нами!
  Добрые глаза Альфреда Никодимыча лучились и добротой и гама квантами!
  - Что это, Мишка Иванович? Что с ним случилось, мать вашу!
  Демократы, едрить их через коленку?
  - Это человек светлячок! - Мишка Иванович гордо вытер сукровицу со своих губ! Промокнул кровоточащий геморой, сплюнул на снег ошметками десны! - Кругом кризис, обман, воры, ужас, а Альфред Никодимыч подрабатывал на АЭС уборщиком, туды ее в качель!
  Затем АЭС взорвалась, но Альфред Никодимыч не пострадал, а выжил, как саламандра в огне!
  Зато врачи его залечили, облучали химией и радиоактивными изотопами!
  Мы Альфреда Никодимыча со старушками по вечерам, как светильник в темноте используем!
  Приятный полумрак с интимным зеленым свечением!
  Что, хорош, мать вашу?
  Альфред Никодимыч живой, не подумай дурного, но ничто не понимает, как растение кактус в пустыне с голодными мексиканцами!
  Мексиканцы еще не нападали на Россию, поэтому они хорошие, отттого, что добрые!
  - Мишка Иванович, бери мою историческую клизьму, хочешь и меня с собой на Северный полюс Земли забери!
  Навсегда бери меня, насовсем, потому что я либо замерзну во дворе, либо меня демократы и воровская политика Правительства доконают!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они все канают и канают!
  Видимо ли дело, едрить их мать, за границей детей обучают и дома за границей строят, словно у нас песку в России мало!
  ИИИИИЫЫЫЫХХХХ!
  А мне за клизьму отдай Альфреда Никодимыча, я его в своей палате светильником работать заставлю!
  И Мишка Иванович схватил мою клизьму, и вставил ее себе в анус, без настойки ромашки вставил, потому что быстрый и некультуральный, в маразме!
  И побежал он к проктологу, хотя в нашем доме престарелых проктолога нет, даже медсестры все на пенсии, как ветераны Александра Македонского!
  Как сейчас помню Алексашку Македонского, маленький в кудряшках!
  Вот, а я остался с радиоактивным Альфредом Никодимычем, глядел на него, глядел и никак не мог наглядеться, потому что он живой и светится, как Дед Мороз из моего детства!
  Альфред Никодимыч зеленый, как: лягушка из истории Марьи Косы, и хотя Альфред Никодимыч близко, от него свет идет, как от далекой Звезды альфа Барана!
  И я уже от холода не мог ровно дышать, и я слышал, как стучит моя селезенка о ребра, и кололо в промежности, хотя простату мне давно вырезали!
  И я очень долго замерзал около светящегося Альфреда Никодимыча, а ему, голому, хоть бы хны!
  И я забыл про белый свет, потому что готовился к отходу в мир иной!
  Но тут на каталке подъехала разгоряченая Аленка Зинаидовна, она принимала баню в подвале около лопнувшей трубы из котельной!
  И я очень обрадовался Аленке Зинаидовне, горячей, как печка, и мы пошли в зал экзекуций и наказаний нашего дома престарелых!
  Аленка Зинаидовна меня выпорола ремнем, что согрело меня и помогло крови течь в жилах!
  А когда стали пить лекарства с витаминами, Аленка Зинаидовна строго так спросила меня, хотя я никому не обязан, кроме России:
  - Ну, как твоя клизьма, функционирует, Дениска Абрамович?
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а только клизьмы в нашем доме престарелых функционируют!
  И Аленка Зинаидовна засмеялась, как богиня с Олимпа!
  Тело ее сотрясалось в такт смешинкам, отчего на душе моей стало светло и радостно, несмотря на мои преклоные годы и на подлости, которые я сделал в жизни!
  А были ли те подлости?
  И я ответил Аленке Зинаидовне, сказал, как на партийном собрании, вот только какой партии забыл - масонов, юнкеров или большевиков:
  - Инда, ой да песню я сложил про наше житие бытие!
  КХЕ КХЕ КХЕ!
  ПЕРД ПУК СРАК!
  МММММММММММММММММММММММ!
  Нет, отвечаю на поставленый вопрос!
  Я, Аленка Зинаидовна, променял клизьму, мою домашнюю клизьму, променял ее, как демократы променяли Родину на теплые края!
  Аленка Зинаидовна снова заквохтала, но поняла, что смех не к месту:
  - Променял! Меняла, промежность!
  На импортные таблетки, надеюсь, променял?
  Я ответил и тоже закряхтел, потому что отвалился отмороженый мизинец на левой руке:
  - На светлячка променял, эбицкая сила туды его в качель!
  Вот он на каталке лежит и лучисто улыбается, погаси ка лампу Аладина!
  И Аленка Зинаидовна дунула на горящую лучину из щепы нашего пианины из актового зала!
  И в актовом зале стало темно, как в могиле Пушкина!
  И мы вдвоем стали глазеть на бледно зеленого радиоактивного Альфреда Никодимыча, таинственого в своей жизни!
  Потом Аленка Зинаидовна отщепила от пианины еще одну щепочку и зажгла лучину снова:
  - Да, милостивые дамы, да с, государыни!
  То, что Альфред Никодимыч еще живой - чудо нашего дома престарелых!
  Я думала, что он умер, а его Мишка Иванович и его старушки использовали в своих корыстных целях, для освещения оргий с чаем!
  Но все таки, как твой закостенелый мозг выработал эту удивительную идею: отдать ценую клизьму эпохи Мамая за этого радиоактивного уборщика?
  - Я так долго ждал наказания за лишнюю съеденую ложечку сахара, и мне было так холодно и скучно, а этот радиоактивный пенсионер, он оказался надежнее любой клизьмы!
  Аленка Зинаидовна пристально смотрела на меня, взор ее казался строгим и значительным, как у учителя Ли, но я знал, что в эти часы мозг Аленки Зинаидовны обычно отказывает, а она прохрипела на последних мыслях:
  - А чем же Альфред Никодимыч лучше клизьм, изготовленых из импортных резин, а, казнокрад? конокрад?
  Столенград?
  Я ответил, хотя понимал, что Аленка Зинаидовна уже отключилась на ночь, как потухший светильник в нашем туалете:
  - Да как же вы, Аленка Зинаидовна, не понимаете вашим скудным умом, даже в жизни вы ничто для родных не сделали, не оставили им ничто?
  Ведь Альфред Никодимыч еще живой и светится после радиоактивного лечения нашими бездарными докторами, которые только о деньгах думают, хапуги!
  А резиновые клизьмы не живые, они не ездют на каталке и не светятся радиоактивностью!
  Едрить их через колено!
  
  ДЕВОЧКА НА ЛОШАРЕ (ИЗВИНИТЕ, СКЛЕРОЗ СТАРЧЕСКИЙ!), ДЕВОЧКА ЛОШАРА (ОПЯТЬ ЗАБЫЛ, ИЗВИНИТЕ), БАБУСЯ НА ШАРЕ
  
  Один раз мы всем домом престарелых, кто мог самостоятельно передвигаться и не находился в коме, пошли в сельский клуб на благотворительное выступление цирка пенсионеров!
  Мы типа, козлы!
  Я очень радовался, когда на костылях ковылял по грязи, потому что мне скоро восемьдесят лет, а я был за оградой нашего дома престарелых только один раз, и то очень давно, когда мы ели лебеду!
  Главное, что Аленке Зинаидовне всего только семьдесят шесть лет, а она уже успела с кавалерами побывать за нашей територией целых три раза, когда ее возили в областную больницу!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а ее еще на грузовой машине возят, денег девать Государству некуда, ишь, расшалились!
  Ужо я их, демократов, испужаю!
  Я найду на них управу, елки палки!
  И вот теперь наши ходячие пенсионеры пришли на представление пенсионеров разных стран в сельский клуб, как тараканы приползли!
  И я думал, что хорошо, что я теперь половозрелый, как ромашки лепесток, и что сейчас в этот раз, все увижу, как следует настоящему человеку, а не идиоту, который не уважает старость!
  А много много лет в зад, я еще маленький несмышленый гуано, не понимал, что такое цирк пенсионеров!
  В тот раз, когда на арену подиума в Греции вышли старые рабы и один полез на голову другому, я ужасно расхохотался, потому что думал, что пенсионеры рабы так нарочно делают, для моциона, чтобы анальная кишка испражнялась исправно!
  А пенсионеры спасались от львов, которых выпустили на арену для битвы с рабами!
  И еще в тот раз я все больше смотрел на наложниц в ложе императора, как они играют с воздушными шариками - кто со своими, кто с чужими - и император бьет их плеткой по глазам!
  Или не император, а демократ, который развалил нашу страну?
  Не помню, кругом кризис, обман, воры, ужас, а я еще вношу свою лепту вдовицы в виде напоминанья!
  Наложницы мне тогда очень понравились, особено та жирная пожилая немка без трусов, но пока я смотрел на наложниц, в середине арены пенсионеры сражались со львами!
  И я не видел, как львы жрали иностраных пенсионеров, пропустил самое главное, как всегда пропускал в жизни, даже тогда, когда на заводе мне отрезало язык!
  Мне отрезало? не помню, как же я тогда разговариваю отечествеными челюстями, как шамкаю?
  Как? я спрашиваю вас, этить вашу мать!
  Конечно, я в детстве глупый был, а сейчас на пенсии глупый стал!
  И вот мы всем домом престарелых доковыляли на цирковое шоу пенсионеров, словно из могил вышли или ехали в крематорий, а нас там не приняли!
  Мне сразу понравилось в сельском клубе, потому что в нем пахнет пивом, и на стенах висят яркие плакаты и лозунги, и кругом светло, потому что горит настоящая электрическая лампочка Ильича, а потолок высокий, а там привязаны различные шары!
  И в это время заиграла музыка - это пенсионер барабанил по жолтым клавишам сельского пианины, и все поползли на продавленые сиденья в зале, а потом достали таблетки и микстуры и начали лечиться после долгой дороги от нашего дома престарелых до сельского клуба!
  И вдруг, из за красной занавески вышел целый отряд бодрых цирковых пенсионеров, все на своих ногах и без костылей, одеты пенсионеры в красивые пижамы с чорными полосками!
  Они сели на пол, тяжело вздыхали, по бокам занавески, а между ними прошел их пожилой доктор в чорной пижаме и в ботинках "Прощай молодость"!
  Доктор громко и что то непонятно прокричал, измерил пульс пенсионерам циркачам, кому то выдал таблетку, кому то поставил капельницу, а кого то отправил обратно за занавеску, как в ад!
  А тапер на пианине заиграл еще грустнее, и с пола поднялся пожилой дедушка с трясущимися коленями и начал потеху!
  Он кидал таблетки, по две или по три штуки и ловил их ртом, как макака или лягушка!
  А потом схватил резиновую клизьму и стал ей играть, как морж моржович, этит его мать!
  Он клизьму и плешивой головой подшибал, и затылком и лбом, и по спине катал, и ботинком "Прощай молодость" подддавал, и клизьма летала около пенсионера, как намазаная медом!
  Это было очень печально и отвратительно, но полезно для здоровья!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а пенсионер старается для ЗОЖ!
  И тут жонглер пенсионер наполнил клизьму целебным отваром ромашки и кинул к нам в публику глубоко запорных пенсионеров с нездорово красными щечками, словно закинул удочку на рыбу кита!
  И тут началась настоящая суматоха среди наших пенсионеров, потому что я поймал эту клизьму и хотел ее вставить себе в попу, но у меня ее отобрал Валерий Генадьевич, а у Валерия Генадьевича Михаил Андреевич, а Михаил Андреевич, добрая душа, всю жизнь доброту делает, кругом кризис, обман, воры, ужас, а он добрый, кинул клизьму старому пердуну пианисту, но в анус пианиста не попал, потому что зпо сидело на стульчаке, а попал в пианину!
  ММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  От пианины клизьма отлетела обратно на сцену жонглеру, но клизьма не долетела, она угодила в спящую Антонину Петровну, и вышибла три вставных зуба, которые плохо держались на слабых дряблых деснах!
  И мы чуть не померли от ужаса!
  И, когда жонглера унесли за занавеску на реанимацию, мы долго не могли наладить свое кровяное давление от волнения!
  Я, когда волнуюсь, почти умираю от давления!
  Но тут на сцену выкатили огромную бочку, синюю, из под горюче смазочных материалов, и доктор, который контролирует артистов пенсионеров что то прохрипел и закашлялся долгим кашлем!
  ЭХМА! Старость - не радость!
  Понять было ничто, в грохоте пуков и в чаду цигарочного дыма!
  И старый пердун не по теме опять заиграл реквием на пианине, только не так грустно, как на похоронах, а весело и торжествено, как на свадьбе геев и лесбиянок, которых я растреливал в Амстердаме!
  Мать вашу, кругом кризис, обман, воры, ужас, а они не идут на завод и на пашни, друг друга ублажают!
  Тьфу, гадость какая!
  И вдруг со сцены поднялась маленькая седая старушка, как мышка, я ее не видел за могучими пластами жира других цирковых пенсионеров!
  Я таких худых и мелких старушек давно не видел, с семнадцатого года!
  У нее длиные синие ножки, как у отощавшего цыпленка, а вокруг ног длиные седые волосы!
  Старушка одета в серебряный больничный халат, и у нее непропорционально длиные руки; она ими взмахнула, чтобы не свалиться со сцены, и вскочила на эту синюю железную бочку, которую для нее выкатили!
  Старушка стояла на бочке из-под горюче-смазочных материалов и глупо улыбалась, наверно, своим друзьям из детства!
  И потом суетливо побежала, словно в магазин на распродажу овсяной крупы!
  Но бочка завертелась под маленькими ногами, и старушка на ней вот так как будто бежала, словно во сне убегала от Фреди Крюгера с глазами, а на самом деле старушка с угрожающим железным грохотом катилась на бочке, как сатана, едрить ее мать!
  Я подобных старушек, никогда не видел, потому что у нас старушки жирные и почтеные, а эта особеная, туды ее в качель!
  Она суетливо бегала по бочке своими высохшими ножками, как по полу в морге, и бочка из под горюче смазочных материалов везла на себе ее бреное тело с ногами и попой: старушка могла катиться на бочке и прямо и в зад на пенсионеров и со сцены - куда только бочка захочет!
  Старушка натужно стонала, когда так бегала, но не спрыгивала, потому что могла угодить под бочку и погибнуть!
  Вскоре мозги у старушки поплыли, и я подумал, что она, наверно, добрая Баба Яга, такая она суетливая, худенькая и седая!
  Я аж влюбился до страсти!
  В это время бочка остановилась, и пенсионеры со сцены подали ей тонометр, чтобы старушка на бочке измерила свое кровяное давление, и она измерила давление, затем воткнула в себя иголки от капельницы и снова погрохотала на бочке по сцене, словно умалишеная!
  И пианист заснул за пианиной, затем неожидано проснулся и грохнул из ягодиц и из пианины песню "Гром России раздавайся"!
  И это как в сказке, в которой я когда то жил, до пенсии, когда жил один и не помогал своим детям и внукам, будь они неладны!
  И тут еще Чубайс отключил электричество, и оказалось, что старушка светится в темноте, как когда то светился живой радиоактивный Альфред Никодимыч, и старушка с воплями и неимоверным грохотом летала по сцене, и светилась, и трендела, и это было удивительно, - я за всю свою жизнь в доме престарелых через очки минус сто не видел ничто подобного из жизни почтеных пенсионерок!
  И когда Чубайс зажег свет, все пенсионеры закряхтели и закричали, что это безобразие, что пора спать, потому что сон по расписанию лечит от недугов, и я тоже изрыгал проклятия, но в душе любил старушку на бочке!
  А старушка наконец то грохнулась со своей железной бочки, и если бы весила, как Аленка Зинаидовна, то непремено бы разбилась в лепешку!
  А эта худая старушка на лету нечаяно перевернулась, как кошка, и все катилась с проклятиями и стонами по сцене, как перекати поле!
  И мне показалось, что старушка сейчас потеряет свои вставные зубы и кости, и я вдруг испугался, что меня обвинят в убийстве бабушки, и вскочил на костыли, чтобы палками откатить старушку подальше от себя, но старушка ударилась о будку суфлера и остановилась, как закопаная, раскинула свои длиные худые руки с кровоподтеками, пианист замолк, а старушка лежала и стонала!
  И все пенсионеры от негодования застучали ногами, у кого они не отрезаны или не отнялись!
  И в эту минуту старушка приподняла худое тело и взглянула на мои костыли, и я увидел, что она поняла, что я хочу откатить ее костылями, и она от страха помахала мне синей ладошкой и улыбнулась, как на танце смертников!
  И я немедлено влюбился в эту старушку, хотел подбежать к ней и вставить ей выпавший шланг от капельницы, а старушка вдруг послала мне воздушный поцелуй, и поползла за красную занавеску, куда доктор отправлял больных пенсионеров циркачей!
  И на сцену поднялся другой пенсионер и подражал крику петуха, как петух кричит на зоне, когда его в очередной раз опускают!
  Но мне было не до смеха, хотя наши пенсионеры хохотали изрядно, до опорожнения желудков!
  Я все время думал про старушку на бочке из-под горюче-смазочных материалов, не помню, была ли у меня жена или уже умерла, но я хотел выйти замуж за эту худышку и провести с ней остаток своих дней в доме престарелых!
  Я заткнул ухи, чтобы не слышать потуг пенсионера петуха, потому что он, возможно, после представлений спал с моей старушкой в одной кровати, а старушка все еще мне представлялась на грохочущей бочке!
  А потом объявили антракт с походом в туалет и на процедуры, и все побежали на костылях в буфет пить кефир, а я с кряхтеньем взобрался на сцену и подошел к занавеске, откуда выходили пенсионеры циркачи!
  Я хотел еще раз посмотреть на эту старушку, и я стоял у занавески и ждал - вдруг, она вернется за забытой вставной челюстью!
  Но старушка не выходила, из за кулис слышны чьи то предсмертные хрипы, как во время давки в магазине Эльдорадо!
  А после антракта выступали дворовые псы, и мне не понравилось, что пенсионеры циркачи таскали псов за хвосты, как будто это были не уличные собаки, а колбаса конская!
  Пенсионеры за корку хлеба заставляли псов пересаживаться с унитаза на унитаз, чтобы наглядно показать некоторым маразматикам, куда надо ходить в туалет!
  А в нашем доме престарелых нет унитазов, только дыры в полу в сортире!
  Поэтому нас сцена с унитазами и псами не заинтересовала!
  И когда половина циркачей попадала на сцену с рвотой и с синими губами от недостатка кислорода, нас повезли в родной дом престарелых, а я все время думал о свадьбе со старушкой на синей железной бочке!
  А вечером Мишка Иванович, который вышел из реанимации, поэтому в цирк не ездил, спросил меня (у него торчала трубка из горла!):
  - Ну, как, в цирке вкусный кефир?
  Я ответил, даже не вырвал Мишке Ивановичу трубку:
  - Мишка Иванович, старый ты пердун!
  Там среди цирковых пенсионеров работает худющая старушка с ногами и с руками, как у таракана!
  Она скачет по гремящей железной бочке из под горюче смазочных материалов!
  Старушка похожа на певицу Славу, она лучше всех наших старушек с клизьмами и прополисом на глазах!
  Она тоже хочет на мне жениться!
  На мне одном, а не быть старушкой для всех пенсионеров по очереди, как дочь полка!
  Понимаешь, Мишка Иванович, с кровавыми губами?
  Пойдем, убежим из нашего дома престарелых, поедем в соседний город, забыл его название, там еще месяц будет выступать старушка на бочке!
  Мы ее похитим, как сало, или как аксакалы!
  Мишка Иванович поправил трубку, но не ту, которая в горле, а которая из мочевого пузыря и согласился!
  Столько жизнерадостности в словах Мишки Ивановича, я бы и не подумал, как в молодые годы он, ну, да кто старое помянет - тому глаз вон!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а... что А - уже и позабыл!
  Так Мишка Иванович хрипит с неподражаемым кряхтением смертника:
  - Обязательно убежим в цирк, перед смертью не надышишься!
  А Земфира Ивановна посмотрела на обои и тяжело задышала, несчастная!
  И началась у меня длинющая неделя с провалами в сознании, и я ел овсянку, лечился, вставал и ложился спать на холодном полу для профилактики ишемии сердца, и все равно каждый день думал о свадьбе с голубой старушкой, когда же придет воскресенье и мы с Мишкой Ивановичем на инвалидных креслах сбежим в город в цирк пенсионеров, и я снова увижу старушку на железной бочке, и, может быть, Мишка Иванович свяжет ее и укатит в бочке в наш дом престарелых, и я подарю ей пачку димедрола и нарисую на ее попе наколку Красный Флаг!
  Но в воскресенье Мишка Иванович оказался старым пердуном и не смог идти из за частичного паралича ног!
  К Мишке Ивановичу пришли старые санитары, они копались в вещах Мишки Ивановича, и кричали на него, что ему еще помирать рано, потому что не скопил денег даже на социальные похороны с водкой, и курили, и пили лекарства, и сидели допоздна с пришлыми старушками, и после них у Земфиры Ивановны разболелась печень и раслабился сфинктер!
  А Мишка Иванович пообещал мне со смертного одра:
  - В следующее воскресенье, если демократы нас не доконают, едрить их через колено, пойдем и украдем тебе старую худую невесту с железной бочкой!
  Правительство ворует, руки ноги им пообломать, башку им отвинтить, чтобы другим не повадно было воровать то!
  ИИИХХ!
  ММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  Дайте мне папаверину!
  И я дождался следующего воскресенья легко, потому что следующую неделю лежал в реанимации, как живой труп, но только не светился, как старушка и как радиоактивный Альфред Никодимыч!
  И Мишка Иванович подлечил свои старые копыта, сдержал слово: он поехал на кресле со мной в цирк и мы вкатились во второй ряд, и я радовался, что мы близко от сцены, хотя старушка с бочкой может нам свалиться на голову!
  И старый доктор, который объявлял, все время объявлял других пенсионеров, и они кряхтели на сцене и выступали, кто во что горазд, как птицы чайки под водой!
  Но моя худая старушка не появлялась, словно ее закопали и надпись написали!
  Вот ЭГЕГЕ! Как оно в жизни бывает - надо спешить делать добро в молодости, а то в старости будешь сосать клизьму!
  МММММММММММММММММММММ!
  А я дрожал от забытого чувства сытости, очень мечтал, чтобы Мишка Иванович увидел, какую я старушку для себя присмотрел, не чета Земфире Ивановне или Аленке Зинаидовне!
  И чтобы Мишка Иванович залюбовался ее серебряной ночной пижамой и воздушными меховыми трусиками поверх пижамы и как она ловко семенит по голубой бочке!
  И каждый раз, когда на сцену выходил доктор с капельницей, я будил Мишку Ивановича и шептал ему:
  - Сейчас доктор выкатил старушку на бочке!
  Но, доктор, пособник демократов, как злой демон, объявлял другого перспективного пенсионера, и я даже хотел швырнуть костыль в кадык этому докторишке, который наверняка Ленина не долечил, и я все время говорил хрипящему Мишке Ивановичу:
  - Да сдохну я без голубой старушки! Век воли не видать!
  А Мишка Иванович отмахивался от меня шлангом капельницы,
  - Кругом кризис, обман, воры, ужас, а ты о старушках думаешь!
  Не так тебя воспитали, Дениска Абрамович, не те люди тебя воспитывали, космополит ты!
  Ты без роду, без племени, мда!
  Я подумал, что Мишка Иванович плохо разбирается в старушках, раз ему интересны слюнявые толстые старики на сцене!
  ХОХОХО! Интересны старики на сцене, подумать только!
  Посмотрим, как Мишка Иванович закряхтит, испустит дурные газы, когда увидит мою старушку на бочке из под горюче смазочных материалов!
  Небось, подскочит в своем инвалидном кресле на три метра или на два сантиметра, как пенсионер прыгун с шестом Сергей Голубка!
  Но тут вышел доктор из цирка и с клокотанием в больном горле прохрипел:
  - Антрекот, мать вашу!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а я не могу достать лекарство по сходной цене!
  А просто не поверил своему слуховому апарату, думал, что перегорели батарейки!
  А почему, едрить вашу коленку?
  Ведь во втором отделении цирка будут только выступления инвалидов на инвалидных колясках!
  С дворовыми облезлыми собаками, вкусным на праздники!
  А где моя синяя старушка на синей бочке?
  Почему она не катается с грохотом по сцене?
  Может быть, она упала с сотрясением мозга, или у нее ноги отнялись на почве столетней ревности?
  Я сказал Мишке Ивановичу, несмотря на то, что он уже хрипел без внутривеных вливаний,
  - Старый вы козел, Мишка Иванович!
  Не обижайтесь на мои слова, но кто то должен быть виноват, что моя старушка не вышла на сцену, словно ее закопали на Луне!
   Пойдем, побежим на костылях, узнаем у пенсионерок, где же старушка на бочке из-под горюче-смазочных материалов!
  Мишка Иванович ответил, с сарказмом в скрипучем голосе!
  И откуда он только сарказм взял, если недавно с того света вернулся?
  - Конечно, конечно, Дениска Абрамович!
  Вот вы во всем свою выгоду блюдете, как демократ!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а ты ищешь себе славы!
  Руки ноги тебе поломать, чтобы не делал этого! - Мишка Иванович забыл про что делал и про что не делал! Он засмеялся в старческом маразме и в болезни альцгеймера! - МММММММММММММММММММММММ! Как же я люблю выступления пенсионеров циркачей
  Они вливают в меня новую энергию созидания, как в кувшин невосполнимый... ненаполнимый.. или невыносимый - не помню!
  Но помню, что я гений в чем?... тоже забыл!
  Ах, люблю! Люблю кого?
  Когда пахнет, самый запах из ноздрей!
  Запах кого? голову кружит? ЛШЛШЛ! Запах цирка!
  Песок из меня еще не сыплется!
  И мы по темным коридорам пошли к светлому выходу, где продают вчерашний кефир!
  Там в темноте на полу лежали пенсионеры, которые еще не осилили дорогу, жевали таблетки и меняли бинты на болячках!
  На нас глядели самые разнообразные морды, и мы немного бредили, но нашли наконец старую контролершу с усами!
  Мишка Иванович купил у контролерши один сеанс клизьмы, а когда она вставляли Мишке Ивановичу клизьму, мой желудок не выдержал, а я спросил:
  - Почтеная леди! А когда будет выступать старушка на зелезной бочке?
  - Какая старушка? Клара Цеткин?
  Нет порядка с стране, словно мы папуасы на зеленом острове, а не русские в тайге!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а времена уже не те!
  ОГОГО! ИИИИИИЫЫЫХХ! Славные раньше были времена!
  Меня любил сам поручик Ржевский!
  Мишка Иванович со стоном, потому что клизьма тугая, простонал,
  - Карга вы старая, кто же так клизьму ставит!
  А где же ваша синяя старушка на бочке из под горюче смазочных материалов?
  Я сел на какого то пенсионера и мычал от боли в паху!
  А старая контролерша захохотала своим воспоминаниям: может быть, она вспомнила, как не выдала дочку замуж, или не оставила ни детям ни внукам наследства, или как не сидела ни с внуками, ни с детьми, отчего ее невестка не закончила институт, заочное отделение, или не сидела неделю с внуками, отчего ее сын с невесткой не поехали на Бали, когда очень хотели, или не водила внуков в детский сад и в школу, которые рядом с домом...
  Но затем пожилая женщина взяла себя в руки, приняла важную таблетку с витаминами, очень дорогую и промычала:
  - ММММММММММММММММММММ! Зинаида Фроловна Васнецова!
  Она возомнила себя девочкой на шаре, поэтому ее увезли в Белые Столбы!
  Что же вы так поздно прикалдыбили на своих инвалидных колясках?
  А я вам вместо нее не подойду, у меня еще здоровья ОГОГОГОГО!
  КХЕ КХЕ КХЕ! Любовь не греет? ГЫГЫГЫ!
  Я мычал в столбняке, а Мишка Иванович выкинул рваный мешок из под картошки, в котором мы хотели похитить мою синюю старушку:
  - Мы уже две недели не знаем покоя от гемороев и от мыслей о голубой старушке на железной бочке!
  Хотели жениться на сизой старушке, а ее и след простыл - ни стыда, ни совести!
  До какой жизни мы докатились! Да с, докатились!
  Контролерша тряхнула волосами на бородавке:
  - Да, она улетела в своих мечтах, хотела жениться на каком то старом инвалиде, которому посылала воздушный поцелуй две недели на зад!
  На зад, на чей зад? На мой зад?
  Уехала в психушку, а с ней увезли и Игоря Сергеевича и Андрея Викторовича!
  Они выступали, как "Бронзовые пенсионеры тридцатых годов"!
  Может, слыхали, как я пукнула?
  Нет? Это очень хорошо и прилично с вашей стороне не слышать пуков дам!
  Скатертью дорожка вам, старые пердуны!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы пойдете по скатерти!
  Я зарыдал бы, если бы мои слезоточивые каналы не забились серой из ушей!
  А Мишка Иванович замычал, забился в старческой истерике, чуть было очки минус сто не потерял:
  - Не виноват я, потому что болел, болел я, у меня и свидетели есть!
  Как жалко, что мы ее не похитили раньше, ты бы уже, как неделю женился бы на синей старушке!
  Ничто теперь не запишешь в книгу актов гражданского состояния!
  Я спросил у старой контролерши, которая если и была похожа на человека, то сто лет назад:
  - Почтеная пенсионерка, или как вам будет угодно!
  Срок действия моей таблетки против поноса истекает через пятнадцать минут, поэтому я краток, как кастрированый, ну забыл что!
  Она уехала точно и куда, забыл!
  - Точно, как пить дать, Фома вы неверущий!
  Людям надо доверять, потому что без доверия к людям страна не станет на ножки глиняного колоса!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы не доверяете ледям, которые между прочим, еще с колчаком воевали в обозе!
  А увезли ее - не помню сейчас, вот три минуты в зад помнила, сейчас забыла навсегда, записывали бы вы, как Федор и Пожарский!
  - Может быть на Гаити? там диктатура и нужны старушки на бочках?
  - Может и на Гаити, или в ГАИ!
  Назвали же ГАИ ДПСом!
  Я снова не выдержал в штанах:
  - Я знаю, что придет армагедон и покарает вас за мою сизую старушку недоросль!
  Владивосток дальше Гаити!
  Язык до Киева доведет!
  Контролерша испугалась моих пророчеств и сделала себе укол в руку:
  - Ну, идите, идите на свои места, а то андроповцы придут и схватят всех, кто в зале!
  Мишка Иванович обрадовался до зеленой рвоты!
  Он пять минут рыгал, затем прочистил носоглотку, проветрил ягодицы, вытер синтетическим платочком сукровицу с глаз:
  - Пошли, Дениска Абрамович, пойдем смотреть глазами, пока не ослепли от старости!
  Чубайс уже гасит электричество в микрорайоне!
  Я страсть люблю смотреть на инвалидов циркачей колясочников с дворовыми собаками!
  Я схватился за живот, пошли газы:
  - Пойдем в наш дом престарелых, Мишка Иванович!
  Без сизой старушки мне жизнь не мила, да к тому же, опять понос начнется, а я забыл фталазол в своей палате!
  Мишка Иванович грязно выругался и сплюнул на пол!
  Но из Мишки Ивановича плохой плевун, ему еще далеко до рыбы плевуньи!
  А контролерша злостно захохотала над нами и над моей бедой, что я не женился на лошаре, или бабушке на лошаре, или бабушке, возомнившей себя девочкой лошарой!
  Но мы подошли к гардеробу, я протянул руки взял самое красивое пальто тулуп с бубновым тузом на спине - пусть зековское, но теплое!
  Мы катились по ночной степи мимо свалки, потом я сказал синеющему Мишке Ивановичу:
  - Не помню куда увезли мою любовь, но знаю, что далеко, потому что так Судьба развела нас!
  Туда, если Космолетом, так за месяц не долетишь, даже если бы меня звали Юрий Гагарин!
   Мишка Иванович мычал, ему плохо, ему не до меня, он двумя руками зажимал открывшуюся рану на животе!
  Мы прокатились еще немного, и я вспомнил, даже закричал так, что лопнула шина у моей инвалидной коляски:
  - А на Президентском Космолете до туда лету три часа с хвостиком!
  Но Правительство не выделит мне самолет Президента, потому что кругом кризис, обман, воры, ужас, и Правительство продало наши богатства на запад, загнивающий запад, где все мужчины гомосексуалисты и педофилы!
  Но Мишка Иванович все равно не ответил, потому что кусал губы от боли и находился в глубоком старческом маразме!
  Он за обиду пытался оторвать мне руку, как крокодил Данди!
  По моему, я семьдесят лет в зад застрелил этого австралийского актера!
  Когда мы подкатили к воротам нашего дома престарелых, Мишка Иванович превозмог боль и заржал, как жеребец Стальной Ветер:
  - Пройдем тихонечко в лечебный корпус, сами сделаем себе тайно по клизьме!
  Я посмотрел на Мишку Ивановича, жалкого в своих плотских желаниях и себялюбивых стремлениях, вот, если бы с нами была рядом худая синяя старушка на бочке из-под горюче-смазочных материалов, то я бы сделал ей не одну, а целых три клизьмы:
  - Что то в последние пятьдесят лет мне не хочется, Мишка Иванович!
  - Я знаю, что Земфира Ивановна на утро приберегла себе и Аленке Зинаидовне по одной клизьме с минеральной водой "Кахетинская"!
  Никогда я себе не делал более полезных для здоровья клизьм, чем с водой Кахетинская!
  Я снова отказался, потому что чувствовал, что к утру заболею от тоски, как пес Бим:
  - Вот, если бы с нами была синяя старушка на железной бочке, возомнившая себя девочкой на шаре... девочкой на шару...
  Мишка Иванович не стал меня уговаривать, но посмотрел на меня зло и мстительно, как когда то в юности на меня глазел нехороший человек Кочубей!
  Пусть смотрит, бородатый козел - все равно в маразме завтра ничто не вспомнит про сегодняшний день!
  И я забуду синюю старушку на бочке из под горюче смазочных материалов!
  Мишка Иванович добавил газа и быстрее покатил к корпусу, за стенами которого раздавалось неприятное трескучее дребезжащее пение Зинаиды Алферовны!
  У меня защемило сердце, как во время любви к Инесе Арманд!
  Или от любви к Джоконде?
  Мишка Иванович катился быстро быстро, и я едва поспевал за ним на своей ржавой инвалидной коляске!
  Отчего Мишка Иванович ехал так быстро и не разговаривал со мной, собака?
  Прознал, что я у него украл из тумбочки пачку анальгина?
  Я захотел взглянуть Мишке Ивановичу в очи, спрятаные за толстыми стеклами канализационых люков очков!
  Я вставил палку в колесо инвалидной коляски Мишки Ивановича, и, когда Мишка Иванович пулей вылетел из коляски, перевернулся через голову и остался лежать лицом к чорному небу, я посмотрел в его глаза, маленькие без разбитых очков!
  У Мишки Ивановича очень серьезное значительное и грустное лицо царя Навуходоносора!
  С добрыми лучиками в уголках еще теплых глаз!
  Не дождался Мишка Иванович, не дождался я, синей старушки на железной бочке!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а мы старую и худую Зинаиду Фроловну больше никогда не увидим в колективе пенсионеров циркачей!
  
  ЗА ВОРОТАМИ НАШЕГО ДОМА ПРЕСТАРЕЛЫХ БОЛЬШОЕ ДВИЖЕНИЕ
  
  У Мишки Ивановича была инвалидная коляска отечественого производства образца сорок третьего года!
  Очень старая коляска, потому что мы не помнили века этого сорок третьего года, но Мишка Иванович в ней кое как передвигался, будь он неладен!
  Раньше это был велосипед Циолковского, но когда Циолковский умирал в Калужском доме престарелых, он завещал:
  - Вот, Мишка Иванович, чем целый день демократов ругать, на тебе этот волшебный велосипед, изобрети из него инвалидную коляску и будет у тебя настоящая своя инвалидная коляска, как у западных пенсионеров демократов, которые на толчок ездят на мерседесе!
  Эта инвалидная коляска тебя до Киева довезет, даже до Швейцарии!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, нет бензина, а ты на инвалидной коляске катишь, как царь!
  И Мишка Иванович так обрадовался этому складному велосипеду, что даже три дня в туалет не ходил из за запора!
  Мишка Иванович утащил рухлядь в самый тайный уголок нашего дома престарелых, куда складывали одежду с мертвых пенсионеров для дальнейшей продажи ее в секонд хенде!
  Мишка Иванович целый день после процедур, спанья и моциона мастерил из велосипеда инвалидную коляску, потому что срок хождения Мишки Ивановича по этой грешной Земле истекал!
  Да с, истекал его срочок то!
  Ноженьки отнимались то, как у Чипалины!
  Мишка Иванович целый день стучал, колол лекарства, отвинчивал и привинчивал гайки, потому что в склерозе забывал, что делал и для что!
  У него пальцы в крови, как у Дракулы!
  Но все таки запор у Мишки Ивановича закончился, начался понос, а с поносом подошел к концу ремонт велосипеда и переделка его в инвалидную коляску, как у Черчиля!
  И я тоже помогал Мишке Ивановичу делать инвалидное кресло, потому что надеялся, что, если Мишка Иванович раньше меня умрет, то инвалидное кресло достанется мне, мне!
  Я заслужил это еще сто лет назад, когда вытаскивал Мишку Ивановича из кровати его невесты Аленки Исмаиловны!
  И Мишка Иванович, чтобы я работал за него, как гусак, хвалил меня:
  - Вот, погоди, Дениска Абрамович, когда мы сделаем инвалидное кресло, мы вдвоем на нем поедем в теплые края!
  Туда, где булки на деревьях растут, туда, где овсяные реки с творожными берегами!
  Ты примостишься сзади, на месте для авосек, мы с тобой до Москвы доберемся и зададим жару Президенту и его прихвостням из Правительства, едрить их в качель!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они дома за границей строят!
  И за то, что Мишка Иванович при смерти, а я на целых шесть лет его старше или мы ровесники, если ходили в одну школу в один клас - не помню, но шестерил я на него, как валет, и, главное, старался, чтобы мое место для авосек было покрашено и устлано соломой для профилактики гемороя!
  Я четыре раза это место дезинфицировал против вшей, потому что это мое место на котором я поеду жениться на голубой старушке на бочке из-под горюче-смазочных материалов или на Аленке Зинаидовне!
  И вот однажды Мишка Иванович поднял свою инвалидную коляску с земли, подкачал залатаные склееные шины, протер ее раствором амиака, проглотил три таблетки кальция против головокружения и отрезал штанины пижамы!
  И я понял, что приближается чей то конец!
  Мишка Иванович сел в инвалидную коляску и поехал, как по двору дома престарелых, так и умом поехал!
  Он сначала объехала вокруг морга, затем наехал на кудахтающих старушек в платочках, и инвалидное кресло под ним стонало и трещало, как трещала Земфира Ивановна, когда терлась о матрас!
  Потом Мишка Иванович впал в глубокую депресию и в маразм, замычал, прибавил скорости, и зубы его железные заблестели в лучах восходящего солнца, Мишка Иванович стал пердеть и крутить ухи старушкам, и разгонялся изо всех сил, и налетал на убегающих пенсионерок, которые кудахтали под колесами инвалидной коляски, как синие американские петухи, и инвалидная коляска останавливалась на упавшей старушке, эбицкая сила!
  И Мишка Иванович по всякому испытывал терпение наших пенсионерок, как летчик испытатель Мариус, который сбрасывал бомбы на Ленинград, а я стоял и смотрел, потому что не мог идти, чтобы не обкакаться, мне нельзя ходить иногда!
  Приятно видеть, что инвалидное кресло блестит от краски и невозможно догадаться, что это гуталин!
  Любо дорого было смотреть на мой багажник для авосек!
  И Мишка Иванович катался в инвалидном кресле два часа, а я стал радоваться, что Мишка Иванович забыл про процедуры клизьм!
  Но нет, напрасно я похоронил его заранее, как монаха средневековья!
  Мишка Иванович подъехал ко мне, выплюнул сгусток чорной крови, прокашлялся, скушал три таблетки парацетамола и одну таблетку папаверина, ударил меня костылем в пах и добродушно предложил (а в его добрых глазах сверкали лукавые лучики надежды!):
  - Давай влазь, Дениска Абрамович, старый ты пердун!
  Я пока всовывал свое жирное тело на багажник для авосек с яростью в хриплом голосе спросил,
  - А куда поедем, демократ ты хренов?
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а ты в горы намылился, к Лермонтову!
  Мишка Иванович прошамкал стертыми деснами, выплюнул железную коронку (которую ему выдернула проворная Алевтина Генадьевна, когда Мишка Иванович мутузил ее коляской!):
  - А не все ли равно, Дениска Абрамович, когда помирать скоро!
  Поедем в кругосветное путешествие, как хомячки Чип и Дейл!
  И у меня сразу появилась старческая хандра и упадническое настроение, как у командарма Мамая, и мне показалось, что на нашем мрачном свете живут только больные злобные пенсионеры и все они только и делают, что ругают молодежь, Правительство, жрут, срут и ждут, когда бы нас с Мишкой Ивановичем обокрасть и отнять у нас таблетки и клизьму!
  И я подумал, что когда мы проедем мимо пенсионеров, прокатим на инвалидной завидной коляске, - сразу начнется всеобщее горе пенсионеров, что у них нет инвалидных колясок, а у нас есть, и будут пенсионеры срывать с себя пижамы и бинты, и запоют дурными голосами древние песни, и ягодицы их будут греметь, как барабаны, и старушки сразу сломают шейки бедра!
  Вот так удивительно чувствовал мой кишечник в эти минуты, и я эластичными бинтами привязал свое тело к багажнику для авосек в инвалидном кресле Мишки Ивановича и схватился за трубку, которая торчала у Мишки Ивановича из горла!
  И... прощай пешая ходьба на ногах с кровоточащими венами, прощай геморой!
  Прощай, наш дом престарелых с вкусной овсяной кашей, и вы, старушки, выпускающие голубей после обеда, тоже до свидания на том свете!
  Мы уезжаем за таблетками в Америку!
  Мишка Иванович вырулил со двора нашего дома престарелых, сбил чахлую калитку и мы поехали по разбитой сельской дороге, по которой раньше ползали на четвереньках, как раки!
  И лицо у Мишки Ивановича незнакомое, значительное, будто его только что откопали из могилы!
  И мы дребезжали по дороге своими костями и расхлябаной инвалидной тележкой, как на броненосце Варяг!
  И у меня ком в горле стоял, я только мычал ММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  А Мишка Иванович с остервенением крутил колеса и ругал демократов и Правительство, которое продало Россию с народом в нагрузку!
  И мы проехали двадцать метров и очень устали, словно в мой зад делали клизьму из бетона!
  Мишка Иванович остановился и вырвал блевоту на дорогу, я упал с багажника, но смазал усталые ноги бишофитом, очень полезным кремом против варикозного расширения вен!
  Мишка Иванович опомнился и прошептал:
  - Ты покакал после овсянки?
  Я не понял его вопроса, но ответил с подобострастием:
  - У меня зубы блестят!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а я еще не воняю, как золотарь!
  - Тебе было удобно, Дениска Абрамович?
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а ты о своем удобстве думаешь, буржуй недорезаный!
  Ужо, я тебе руки ноги поотрываю, сучонок!
  Голову отвинчу тебе за... не помню уже за что!
  Мы ехали, как на каталке по коридору дома престарелых, словно в первом класе на экскурсии на Чистые пруды!
  Мишка Иванович засмеялся далекому детству и пригладил несуществующие волосы, словно пропылесосил сморщеный череп!
  С носа Мишки Ивановича упала непрошеная капля жолтой росы!
  Лицо у Мишки Ивановича пыльное, грязное и в старческих пролежнях, а железные зубы блестели бодро и весело, потому что из отечественого металолома!
  И вот тут к нам с Мишкой Ивановичем подошел почтеный бородатый пенсионер в очках минус двести, как у черепахи Тартилы!
  Пенсионер очень высокий, но с горбом и согнут пополам, как улыбка демократа!
  На нем полосатая пижама чужого дома престарелых, и на руках у него разные трубочки, с воткнутыми в вены иголками, как будто пенсионер делал капельницы и убежал из лечебницы!
  И за пенсионером шла лохматенькая седая старушка, сделаная из разных кусков кожи, потому что у нее меланомезия!
  Волосы из носа старушки - черненькие, под мышками - беленькие, попадались на груди и на бороде рыженькие, и в ухах зелены волосы, а одна нога у старушки поджата, как у уличной собачонки Зизи!
  Пенсионер вежливо с нами поздоровался и угостил сульфадиметоксином:
  - Вы откуда, почтеные пенсионеры?
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы бодрые, как моя капельница!
  Ой! где я капельницу оставил?
  Ну да хрен с ней, лишь бы меня не наказал за потерю клизьмы!
  Вы собираете мои мемуары, добрые Тимуровцы?
  Мы хором ответили, потому что давно не говорили с незнакомыми почетными пенсионерами:
  - Мы из нашего дома престарелых выехали на инвалидной коляске на прогулку, потому что прогулка очищает организм!
  Пенсионер засмеялся дребезжащим смехом, отхаркался, затем надолго закашлялся (мы думали, что он сейчас умрет от чахотки или от старости!):
  - Вона, молодца! Эка, вас угораздило! ЙЙЙЙЙЫВЫЫЫЫЫЫХХХ! ОГОГО! ММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММММ!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы катите и катите, как перекати поле через узбекско китайскую границу!
  Это ваша инвалидная коляска с проперженым багажником?
  Мишка Иванович забулькал в трахее и ответил,
  - ММММММММММММММММММММ!
  Была отцова, теперь моя на радость моему износившемуся организму!
  Я с Дениской Абрамовичем довел ее до ума, только на коляске капельницы не хватает!
  Пенсионер тонко опять засмеялся, почти интелигентно, как Луначарский после оргии в ресторане!
  Он поправил трубку из мочеточника, сменил подгузник и пророкотал голосом диктора Левитана:
  - Ишь вы, шустрые пострелята пенсионеры!
  Авось изобретете новое лекарство или напишите книгу про уважение к сединам!
  Неказистые уродцы, а уже на инвалидной коляске, хотя у меня ее нет!
  Я набрался храбрости, потому что давно не был с женщиной, лет эдак пятьдесят и спросил:
  - А это ваша старушка в пыли корчится?
  - ЙЙЙЙЫЫЫЫЫЫХ! Моя старушка!
  До чего демократы нас довели вместе с продажным правительством!
  Руки ноги им пообломать!
  Старушка раньше жила в Италии и работала там испанской актрисой Сарой Бернар!
  Мишка Иванович захмыкал, потому что в школе девяносто лет той на зад читал книги про Испанских мисионеров:
  - Какая же это испанская актриса, если у нее сиськи маленькие!
  У испанских актрис сиськи - ОГОГО!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а испанские актрисы сиськами трясут, как грушевыми плодами в деревне Сезенево!
  - Не знаешь про испанок ничто, так молчи, почтеный, если у тебя зубы из отечественого металолома! - Пенсионер разозлился так, что у него посинели губы в ожидании инфаркта, как у коровы, право ей! - Московские или рязанские старушки сиськастые, потому что все время на огороде раком ползают!
  Сиськи то по закону Ньютона вниз тянутся, к земле матушке!
  Все добро у нас от землицы матушки, она нас хлебушком то кормит!
  Вы кто в этом мире?
  А испанские актрисы без сисек, потому что блудили много с демократами, вот им сиськи то и пооттягали!
  Пенсионер три раза пукнул, прислушивался к своим пукам, затем засмеялся, даже всхрапнул:
  - А что толку то в моей старушке, хотя она и породистая бабушка из рода князей Голицыных!
  Хоть и верная старушка, а все таки женщина!
  Не может мне помочь в моей беде, в моей старости не опора и не защита!
  Пенсионер зашмыгал носом и заплакал так жалобно, что у меня раскрылся сфинктер, а Мишка Иванович замычал:
  - ММММММММММММММММММ!
  Что это с ним? Вы попали в беду, старый человек?
  Нашу старость нужно уважать, потому что мы всю жизнь работали, а сейчас на заслуженом отдыхе!
  Уступите мне место в автобусе!
  Пенсионер покачнулся, чихнул со свистом из всех отверстий, как локомотив, и прислонился к старушке:
  - Моя любимая Серафима Андреевна помирает, подруга детства, мать ее! - Пенсионер прислонил к губам кислородную подушку и дышал, как морж часто часто, словно целовал в губы английскую бабушку! Глаза его белели бельмами! Зубы чернели чернотой! - Серафима Андреевна без лекарства помирает, довели таки ее демократы!
  У нее ишемическая болезнь сердца и непроходимость прямой кишки!
  Тут почетный пенсионер заревел в бороду и через трубку начал откачивать сок из горла!
  У меня на секунду остановилось сердце, я увидел свет в конце тонеля, но запустил снова сердце электрошоком, который ношу для сердца и против бандитов!
  А пенсионер прислонился к старушке поудобнее и стал выть довольно утробно, как вурдалак в лунную ночь в селе Гоголевка!
  А его старушка, глядя на его страдания, тоже завыла какую то мордовскую заупокойную песню, хотя сама испанская актриса!
  И так они стояли и выли и пели - отрадно слышать, что пенсионеры еще ОГОГОГО!
  От этого воя Мишка Иванович даже заснул, хотя страдал безсоницей из за гемороя!
  Мишка Иванович положил клизьму вместо подушки, но неожидано проснулся и замогильным голосом сказал этому пенсионеру:
  - Ваша честь, береги честь смолоду!
  Ой, о чем это я беседу веду, как адвокат Плевако, который проиграл мне в карты свою беременую жену!
  Не пойте, старичье!
  Зачем вы воете, как блохи на толчке?
  - Да как же нам не рыдать то, глядя на безчинства, которые творятся вокруг! - Пенсионер отвечал за себя и за бабушку, которая глупо улыбалась, но трубки из нее не торчали! А пенсионер дал старушке таблетку цитрамона, как конфетку собачке! - У нас нет сил дойти до аптеки, где аптекари воры!
  ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЙЙЙЙЙ! Три дня не кушали овсяную кашу, у нас Чубайс в доме престарелых тепло и электричество украл!
  И пенсионер еще жалобнее зарыдал, и его старушка испанская актриса запела Интернационал на чужом языке, словно ей в попу вогнали осиновый кол, как мертвецу со стажем!
  И я не знал куда бежать от безысходности и от произвола демократов!
  Но Мишка Иванович не растерялся, потому что раньше работал надзирателем на зоне:
  - А деньги на лекарство у тебя есть, старый вы пердун?
  Если есть - давайте мне деньги на лекарство для вашей Серафимы Андреевны, мы с Дениской Абрамовичем на инвалидной коляске слетаем в ближайшую аптеку - дня за три управимся, мы бедовые пенсионеры!
  Из нас еще песок не сыплется, знай наших!
  Мы себя еще покажем на этом свете!
  Я подскочил от сочившейся из меня гадости!
  А Мишка Иванович молодец, шустрый старикашка - деньги возьмем и - тю тю!
  С одной стороны это неблагородно - обкрадывать умирающую старушку и воровать чужие деньги, как революционеры делали в семнадцатом!
  Но с другой стороны - Серафима Андреевна, возможно умрет, если уже не умерла, пока мы разговариваем!
  Или пенсионер забудет и про меня и про Мишку Ивановича и про Серафиму Андреевну!
  Или он сам умрет вместе с испанской пенсионеркой актрисой!
  Я тоже крикнул, хотя меня слышали только летучие мыши:
  - Давайте же деньги, старый вы козел!
  Нельзя терять ни минуты, когда в стране бардак и полный развал, как развал в Париже на толкучке ле буржуа!
  Или это авиасалон буржуа?
  Но пенсионер задергался, замахал протезами рук, перестал выть, но заорал, приправляя слова пуками:
  - Нельзя вам, пенсионеры! Нельзя!
  Как же я пущу двух молодых пенсионеров в аптеку, где все воры?
  Да еще на шикарном инвалидном кресле, которое у вас в аптеке отнимут!
  Да вы знаете, что около аптек постояно толкутся подозрительные демократы, которые торгуют БАДами!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а они торгуют наворованым!
  Вас через минуту обчистят, даже таблеток на обратный путь не оставят!
  Вы же без корвалола погибнете, как белые мыши!
  Вас аптекари задушат, а ваши органы продадут за Запад, потому что органы Российского пенсионера намного здоровее, чем органы западных наркоманов и гомосексуалистов, едрить их мать!
  Совсем стыд позор потеряли!
  Мужики с мужиками женятся и спят в одной кровати!
  Тьфу на них! Безобразие какое!
  И пенсионер снова завыл тонким фальцетом, наверно, потому что ему яички отрезали!
  А старушка испанская актриса так совсем не переставала выть свои народные балады, дура безмозглая!
  Я не мог вынести, чтобы этот благородный пенсионер пострадал, и его подруга детства Серафима Андреевна пострадала бы, и что он согласен рисковать ценой жизнью Серафимы Андреевны, чтобы с нами ничто не случилось!
  У меня от волнения поднялось давление и запрыгали огоньки в глазах!
  И я понял, что через несколько минут я сам лягу в могилу, как легли до меня питекантропы!
  Не помню, знаком ли я с ними или про них в истории написано!
  - Что же нам делать, добрый человек, мил человек?
  - А очень просто, потому что у вас шикарная инвалидная коляска, как у старых пердунов! - Пенсионер отошел от испанской старушки актрисы, она снова упала в грязь, как старая брюква! Пенсионер плюнул в баночку и внимательно изучил слюну с кровью! Покачал в досаде головой, как Страшила Мудрый! - Один только выход в вашей инвалидной коляске!
  Дайте мне вашу быстроходную инвалидку, я на ней съезжу в аптеку и передушу всех аптекарей демократов к чертям собачьим!
  И вернусь с победой, век воли не видать, салаги вы пенсионого возраста!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а я поубиваю часть демократов, которые страну разворовали!
  Пенсионер протянул руку к инвалидной коляске, но Мишка Иванович мычал по даунски и коляску не отпускал, как не отпускал когда то балерину Ксешинскую к царю!
  Пенсионер злобно подергал инвалидную коляску и снова зарыдал, как собака недорезаная:
  - ИИИИИЫЫЫЫХ! Помирает моя Серафима Андреевна без лекарств и без мужской ласки! МММММММММММММММММММММММ!
  Что же со мной молодежь подлая сделала!
  И пенсионер стал вырывать из вен иголки с трубками!
  Потом вцепился в трубку в горле и вырывает ее с мясом!
  Я не смог выдержать и обкакался в подгузник!
  - Мишка Иванович, дай чужому пенсионеру инвалидную коляску, пусть подавится и быстро нам ее вернет с процентами!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а мы капиталец сколотим и купим анаболиков!
  А Мишка Иванович держится за инвалидную коляску и рыдает в ответ, как корова на погосте:
  - Нет, я сам поубиваю аптекарей демократов!
  Руки ноги им пообломаю!
  Головы посвинчиваю!
  Холера их задери!
  Пенсионер посмотрел на клизьму Мишки Ивановича закатившимися глазами через очки минус двести и прошипел:
  - Не веришь, мне не веришь, старый пердун!
  Жалко на минуту дать свою инвалидную коляску, когда вся страна корчится в агонии?
  А Серафима Андреевна пусть помирает без капельницы?
  Эх вы, пособники демократов, собственики!
  Жаль, что я вас в девятьсот пятом году не растрелял на Сенатской Площади!
  А мы с Мишкой Ивановичем не шевелились: потому что Мишка Иванович впал в ступор, его времено парализовало, а я боялся, что из подгузника потечет в кальсоны!
  Тогда пенсионер легко подхватил с земли заснувшую испанскую пенсионерку актрису и стал совать ее то мне, то Мишке Ивановичу на руки:
  - Возьмите Анджелику Фелиньевну в залог!
  Верную подругу своей пенсии отдаю!
  Теперь вы мне верите, нескладные пенсионеры?
  Ценая старушка идет в залог, ценая импортная бабушка с костями и волосами!
  И он все таки всунул эту старушку мне в руки, я обалдел от счастья, потому что у меня теперь будет настоящая импортная любовница старушка!
  И тут мозг мой приобрел необычайную легкость и ясность:
  - Мишка Иванович, этот пенсионер нам оставляет испанскую актрису пенсионерку, как заложницу!
  Ему теперь никуда не деться с нашей инвалидской коляской, к тому же, мы можем продать старушку за границу, заграничники своих пенсионеров в беде не бросают!
  И тут Мишка Иванович толкнул к пенсионеру инвалидную коляску и вытер пот с кончика бородавки на носу:
  - Вам десять часов хватит, чтобы в аптеке передушить всех демократов?
  - За семь часов я их достану и уничтожу, как клас!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а демократы корчатся в крови - красиво и правильно!
  А о чем они думали, когда своих детей на лечение отправляли за границу, а наши дети умирали от свиного грипа?
  Ждите меня тут, выройте мне могилку!
  И он ловко забрался с кряхтением и потугами и воздухоиспусканием в инвалидную коляску, с места сдвинулся и со скрипом покатил по колдобинам!
  И когда он сворачивал за лесок, старушка, испанская актриса вдруг спрыгнула с моих рук и поковыляла вслед за своим пенсионером!
  Мишка Иванович прошептал мне:
  - Держи ее, сволочь!
  Наш залог удирает в пенсионой пижаме!
  Но я и шагу не мог идти из за шпор на пятках:
  - Куда там, нам нипочем не догнать, потому что мы с тобой сейчас неходячие, как Колосы на глиняных ногах с острова Родос!
  Старушка за своим пенсионером побежала, ей одной умирать скучно!
  Вот что значит, верная пенсионерка преклоных лет!
  Мне бы такую старушку в наш дом престарелых!
  А Мишка Иванович захохотал с издевкой, несмотря на то, что у него из ушей шла кровь:
  - Но ведь она импортная пенсионерка, жалко ее отдавать задарма!
  За нее нам бы прислали импортные клизьмы и гору индийских и польских таблеток!
  - Не страшно, помирать и без клизьм и без таблеток можно!
  И мы подождали пять часов, как на Биг Бене сидели, который я строил своими рабочими руками, мать вашу!
  - Что то нет пенсионера, эбицкая сила!
  Ноги руки бы этой крысе повыдергать!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а он своих пенсионеров обманывает!
  - Наверно много демократов хочет убить!
  Протом прошло еще три дня, у нас закончились лекарства!
  - Все ясно, как у офтальмолога на приеме! - Мишка Иванович пополз в сторону нашего дома престарелых! Я удивился, что Мишка Иванович похудел килограм на сорок! У него щеки болтались, как у бульдога! - Пошли кушать овсянку, пока нас не исключили из дома престарелых и не сняли с довольствия, а то сдохнем с голода в степи!
  - Я сошел с ума, Мишка Иванович?
  Где мы и зачем?
  Почему галки так громко кричат над моей головой, к похоронам это?
  - Дурак ты старый, Дениска Абрамович, дурак! - Мишка Иванович жевал стебель подорожника против опухоли десен! - Не вернется никогда этот пенсионер в очках минус двести!
  Руки ноги ему повыдергать, младогегельянцу!
  И коляска инвалидная наша пропала, как с белых яблонь пух!
  И ценая испанская пенсионерка актриса тоже пропала с концами!
  Надо было у нее таблетки отнять и клизьму!
  И больше Мишка Иванович не сказал ни слова, потому что у него отвалился чорный язык, старость - не радость!
  
  А я все думал и думал, пока мог думать, думал о том, что пенсионера и пенсионерку наверняка убили аптекари, которые обманывают пенсионеров!
  И Серафима Андреевна, наверно, умерла без лекарств, а ее друг пенсионер лежит отравленый аптекарями, а на его груди стонет умирающая испанская пенсионерка актриса!
  
  ТАЙНОЕ ПОЖИРАНИЕ ТАБЛЕТОК СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ
  
  Я однажды украл новый слуховой апарат, украл у парализованного Матвея Ильича, ему все равно не надо уже ничто в этом мире, а на тот свет с собой не возьмешь слуховой апарат!
  Даже, если захочешь - не возьмешь, как Александр Македонский не взял с собой в гроб коня, хотя желал его!
  Вот не помню только - воевал я с Македонским или не воевал, этить через колено!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а я еще Македонского вспоминаю, елки палки!
  Так вот, через новый слуховой аппарат я услышал, как Аленка Зинаидовна сказала какому то старому ловеласу в коридоре, наверно, Мишке Ивановичу:
  - Тайное всегда становится явным!
  И, когда Аленка Зинаидовна с клизьмой в руках вплыла в мою комнату, я остолбенел от монументальности этой восхитительной женщины!
  Все в ней говорило в пользу добра и радости, даже шесть подбородков на приподнятой груди!
  И не дашь Аленке Зинаидовне ее восемьдесят лет от роду!
  Когда я кончил любоваться значительностью и монументальностью я спросил, но сначала вставил челюсть:
  - Что значит, Аленка Зинаидовна: "Тайное всегда становится явным"?
  Вас этому демократы научили, японский городовой!
  А таблетки фталазола у вас собой нет, дорогая Галина Сергеевна, ой, извините, дородная Аленка Зинаидовна?
  Ну да ладно, лады!
  - А это значит, Дениска Абрамович, что, если кто украдет у меня клизьму или таблетки и поступит со мной нечестно, все равно про этого пенсионера все узнают, всю его подноготную, и будет ему стыдно, как голому на улице, и он понесет наказание там, где скрежет зубов, - Аленка Зинаидовна меня застращала! - Понял, шантрапа заморская?
  А ну ка раздвигай ягодицы - я тебе клизьму вставлю, хорошую с отваром чабреца на березовых почках!
  Я прочистился после клизьмы, лег спать на железную скрипучую кровать, но не какал уже больше, а все время жевал кровоточащие десны, они у меня после вставных челюстей и железных зубов кровоточат и воняют и думал: как же так получается, что тайное становится явным!
  И я долго не спал то ли от гемороя, то ли от старческого маразма, или забыл, что не спал, а на самом деле спал, как убитый пенсионер, а когда проснулся утром, Мишка Иванович уже ушел за таблетками на склад, и мы с Аленкой Зинаидовной были одни в корпусе!
  Я опять прочистился и стал завтракать, едрить их мать!
  А кушали мы не любимую полезную овсяную кашку на воде без сахара и без соли, а кушали мы импортные фаст фуды: гамбургеры, бигмаки и пицу с сыром мазарела!
  Демократы все таки решили доканать пенсионеров, отняли у нас полезную и здоровую пищу, а нам по бартеру в дома престарелых сплавляют всякую гадость, какую свиньи не станут есть!
  Слыхано ли дело питаться искуственой пищей, будь она не ладна!
  Да от этих гамбургеров и от кока колы люди сначала пухнут, как американцы, а затем умирают, сволочи!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а пенсионеров в России гамбургерами травят!
  Где наша каша, где творог и молочко из деревни?
  Сначала я скушал гамбургер, это еще терпимо, потому что я скушал булочку с кунжутом, а мясо и огурец раскромсал между ягодиц, чтобы его не было видно!
  Но потом Аленка Зинаидовна принесла большую пицу, словно убить меня хотела:
  - Дениска Абрамович, ты обязан скушать пицу, доставленую нашим Правительством в качестве гуманитарной помощи нам, российским пенсионерам, от итальянских пенсионеров!
  Если не съешь, то правительство закроет поставки лекарств в наш дом престарелых, скажут, что мы неблагодарные старые свиньи из которых песок сыплется, а мы еще кочевряжимся!
  Я отрыгнул кунжут с булочки и захрипел, закряхтел, потому что очень старый:
  - Видеть не могу эту иностранную еду, дайте мне кашу и творог, сатрапы!
  Но Аленка Зинаидовна побагровела, вытащила вставную челюсть, чтобы не потерять, нависла надо мной жолтым телом:
  - Посмотри, на кого ты стал похож, Дениска Абрамович!
  Слишком довольный, словно тебя каждый день гладят утюгом!
  Ешь пицу, не подводи Правительство России!
  Я заплакал, глаза мои покраснели, а давление увеличилось на тридцать процентов:
  - Я давлюсь импортной гадостью, у меня от пицы запор!
  Тогда Аленка Зинаидовна села мне на колени, обняла трехпудовой рукой за плечи и ласково спросила:
  - Хочешь, Дениска Абрамович, пойдем с тобой на склад медицинского оборудования нашего дома престарелых?
  Ну еще бы, старая женщина!
  Я уже забыл - существует ли что нибудь в мире интереснее и полезнее нашего склада с бушными вещами и оборудованием!
  Я однажды был там и видел сломанную капельницу прошлого века, рваные ватники зеков и знаю, на каком стуле умер прежний директор дома престарелых Иван Касьянович!
  И еще там много пижам, почти не ношеных!
  Поэтому я быстро ответил Аленке Зинаидовне, пока она не раздавила меня, как ледокол Ленин лед!
  - Конечно, хочу на склад, даже очень хочу!
  А что хочу конкретно - позабыл из за склероза!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а я еще помню, что хочу, а конкретно забываю!
  Тогда Аленка Зинаидовна улыбнулась во всю ширь своего доброго рта:
  - Ну, вот съешь гуманитарную пицу с ихним сыром мацарелой, и пойдем ножками топ топ!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а мы своим ходом, да и на склад!
  Руки ноги нам не надо обломать за это!
  И башку нам никто не свинтит!
  А я пока сумки приготовлю для вещей!
  Только помни, ты должен сожрать пицу до последнего кусочка сыра, иначе - убью тебя! ИИИЫЫЫЫЫЫХ!
  Да что это делается то, люди добрые!
  И Аленка Зинаидовна ушла потрошить сумки!
  А я остался один на один с вражеской пицей, которую громили вместе с Мусолини!
  Я постучал по пице ладонью, затем положил на нее мятый кусок из гамбургера!
  Попробовал - ну, чтоб вы все сдохли, демократы проклятые!
  Тогда я подумал, что, может быть, в пице не хватает таблеток!
  Подсыпал фталазола, попробовал, пошамкал челюстями, даже нос волосатый зажал пальцами!
  Стало вкуснее, но вред от пицы не уменьшился!
  Я не люблю демократов, я же говорил, они пенсионеров уничтожают!
  А пица к тому же очень густая, как кал после запора!
  Если бы была жидкая, то я бы снял очки минус сто и выпил бы пицу, как овсяную кашу!
  Тут я встал и долил в пицу кипятку из ржавого чайника, реликвии нашего дома престарелых!
  Все равно сыр мацарела не размакал, сволочи!
  Главное, когда я глотаю эту пицу, у меня желудок, прооперированый весной, выталкивает эту гадость обратно через ротовое отверстие, даже выбивает вставную челюсть!
  Ужасно обидно, потому что на склад нашего дома престарелых очень хочется, даже ягодицы трясутся от волнения!
  Я догадался, быстро подъехал к окну в инвалидной коляске и выкинул пицу на улицу собакам!
  Потом сразу вернулся к столу и скушал три таблетки фталазола!
  В это время вошла Аленка Зинаидовна с фотоаппаратом "Смена" в руках, она сразу сделала три фото пустой тарелки из под пицы и зарокотала старушечьим басом:
  - Ну что, за Дениска Абрамович, ну старичок бодрячок!
  Едрить же тебя через коленку!
  Я отошлю снимки пустой тарелки в Гаагу, в мировой трибунал!
  Ну, надевай подгузник, старый пердун!
  Идем шарить на складе нашего дома престарелых! - И Аленка Зинаидовна меня поцеловала в лоб, затем приложила зеркальце к моему рту, долго долго смотрела в глаза и забыла, кто она и зачем рядом со мной!
  Но в это время старая скрипучая дверь открылась, и в комнату проковылял старый престарый милиционер на пенсии Аниськин Петр Григорьевич!
  Он долго сморкался на пороге, хихикал, затем три раза пукнул и сказал:
  - Да чтоб я сдох, если сегодня же не вылечу геморой!
  А что вы тут расселились и корчите из себя интелигентных пенсионеров!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы гадостями из окна кидаетесь!
  - Какого рожна тебе нужно, старый пень? - Аленка Зинаидовна строго надула губки, нахмурила густые брови, как пух оленя! Выпятила левую ноздрю! - Козырь, наш мандат!
  - Как не стыдно ходить с клизьмой в попе! - Петр Григорьевич даже попытался распрямить горбатую спину! - Государство предоставляет вам исторический дом престарелых без удобств, и без мусоропровода, а вы не несете объедки в ближайший свинсовхоз, а выкидываете гуманитарную помощь в окно, позорите наше правительство демократов!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а вы не уважаете свое Правительство, эбицкая сила!
  - Не клевещите, Петр Григорьевич, у вас даже капельница в вене дрожит!
  Мы не выкидываем гуманитарную помощь, которую наше правительство получает из за границы в обмен на Российское сырье из природы!
  - Ах, не выкидываете, старая вы калоша! - Петр Григорьевич попытался расметься, но у него лопнули сухие губы! Пергаментные щеки затрещали, как у мумия фараона Тутанхамона! Изо рта брызнул фонтанчик крови! - Пусть войдет пострадавший пенсионер союзного значения!
  И к нам вошел какой то мерзкий пенсионер!
  Я, как глянул на его развороченный геморрой с кусочками мацарелы, так сразу понял, что Аленка Зинаидовна меня на склад не поведет!
  Трусы у этого пенсионера висели на коленках!
  А в трусах лежала моя пица, как в гнезде кукушки!
  Лежала в середине трусов, в дырке, и немножко на резинке трусов, на заплатке, и на левой трусине!
  Пенсионер, как вошел, так сразу начал кряхтеть, как сивый мерин,
  - Главное, у меня старческий запор три дня!
  Да с, милостивые государи и государыни! - Пенсионер подмигнул Аленке Зинаидовне, кашлянул, пукнул в пицу и продолжал увлекательный расказ! причем губы его сложены сердечком, как у доброго человека пенсионного возраста! - И думаю я, что никто меня не осудит, если я во дворе дома престарелых себе сделаю клизьму клизьмочку!
  ИИИИИЫЫЫХХХ!
  Довели нас демократы - и клизьму не сделать спокойно!
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а места для клизьм нет!
  Вот так, пень через колоду!
  КККХХХЕЕ КХЕ КХЕ!
  Вот так! Пук!
  Ставлю я значить, клизьму, ставлю, а тут - импортная пица вылетает из окна и сбивает мою клизьму - вот какие дела делишки!
  А анус у меня старческий, слабый, с хрупкими кровеносными сосудами!
  И значить, пица выбивает клизьму, и клизьма и пица разворачивают мой анус с застарелым гемороем, между прочим!
  Как же я теперь испражняться с кровью буду?
  Тут Аленка Зинаидовна посмотрела на меня и зловеще замычала!
  Глаза у нее стали красные, как бузина, а это уже верная примета, что расудок Аленки Зинаидовны помутился!
  - Извините пожалуйста, почетный пенсионер! - Аленка Зинаидовна поправила жолтую грудь и сглотнула слюну! - Разрешите, я смажу ваш анус целебным раствором цестерона и ромашки!
  И они все трое пошли в процедурный кабинет на лечение!
  А когда Аленка Зинаидовна вернулась с размазанной по лицу помадой и в другом халате, мне даже страшно было взглянуть на ее опухшие щеки!
  Но я себя изнасиловал, подъехал на инвалидной коляске и прокряхтел,
  - Жизнь то тяжелая стала, а, Аленка Зинаидовна?
  Кругом кризис, обман, воры, ужас, а демократы нас еще и пицей травят!
  Но вы правильно сказали, Аленка Зинаидовна, что тайное всегда становится явным, даже без пыток!
  Аленка Зинаидовна посмотрела мне в глаза и забыла, кто я, что я сделал и кто она, но смотрела долго, значительно и пристально, словно я танк Т-34 и потому спросила надтреснутым сытым (небось, сама овсяночку кушала) голосом:
  
  ..................................................Продолжение романа готово и ждет издания на бумаге за Ваш счет!......................
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  A.Maore "Жрица бога наслаждений" (Любовное фэнтези) | | Д.Коуст "Маркиза де Ляполь" (Любовное фэнтези) | | Д.Вознесенская "Игры Стихий" (Попаданцы в другие миры) | | В.Крымова "Возлюбленный на одну ночь " (Любовное фэнтези) | | Н.Волгина "Массажистка" (Романтическая проза) | | О.Гринберга "Отбор для Темной ведьмы" (Фэнтези) | | Д.Вознесенская "Право Ангела." (Любовное фэнтези) | | Т.Серганова "Хищник цвета ночи" (Городское фэнтези) | | А.Ветрова "Перейти черту" (Современный любовный роман) | | Д.Вознесенская "Игры Стихий. Перекресток миров." (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"