Ескевич Галина и Арк: другие произведения.

Большая игра (окончание)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Окончание. Чем заканчивается борьба за власть для мятежного генерала. Роман-утопия. Роман-гротеск. Пока без правок.

***

В шесть часов вечера шум патрульных везделетов возвестил о начале комендантского часа, и город окрасился в кровавый цвет от предупреждающих огней, что разделили кварталы на секторы. Зазвучала новая, выводящая из равновесия мелодия сирен и радиосигналов. Улицы опустели - лишь редкие парочки засели в модных кафе и ресторанах до самого утра, чтобы отпраздновать эру перемен. Перемены произошли и в голове генерала, который как ни в чем не бывало вошел в холл особняка, и застал в кресле у самого входа под экзотической пальмой Антона, со скучающим видом смотрящего сетевые новости, которые рекламировали правильный образ жизни, игровые порталы и монотонно повторяли распоряжения Войск о новом порядке. Напряжение сразу спало. Значит Войска еще не перевернули дом, и имущество находится в относительной безопасности.

- Добрый вечер, генерал.

- Ну? - вместо приветствия, вопросительно кивнул Олерго, раскачиваясь с пятки на носок и тревожно жуя очередную противотабачную конфету.

- Все отлично, - парнишка успокоительно махнул рукой. - Письмо я отправил сразу же, и остальное в полном порядке.

- Спасибо, что дождался. Распорядись закрыть все двери и включить систему безопасности. - мужчина быстро прошел к лестнице и погасил слишком яркие лампы, сведя освещение в доме к минимуму. Сегодня вечером он останется с особыми мыслями и чувствами - с победой и поражением одновременно. А истина, петляющая по закоулкам души, так и не откроется. Уставшие глаза закрылись, едва голова коснулась спинки кресла в кабинете, тело расслабилось и вытянулось, ноги легли на стол напротив.

Хотел бы я быть собой? Наверное, нет! Хотел бы изменить сегодня хоть одну минуту? Нет. Одни люди ценятся высоко, другие - ничего не стоят. Это не делает им чести... даже перед смертью. Но Гонтранна... Совсем иное. Казалось бы, вся ее цена в обладании властью. Тогда почему? Почему я гоняюсь за ней, как полный идиот. Ловлю малейшие движения мысли, за которые отдал бы миллионы. Она играет сама с собой в прятки, я ищу отгадки. Настоящее колдовство - очарован сумасшедшей страстью, заключен в тиски образа и запаха... Она отказалась от власти! Но пытается влиять на ситуацию. Милая, умненькая Гонтранна, ни одна хитрость не причинит тебе больше боли, чем это сделает правда.

В комнате вспыхнул свет - это вошла Леонора. Черное платье с низким вырезом обтягивало стройную фигуру, волосы были убраны в конский хвост. Корона на голове и драгоценная удавка на шее. Хорошее сочетание со светлыми стенами и черными рамами фотографий и изменяющих цвет слайдов.

- Как я выгляжу? - спросила она, нарываясь на комплимент. - Почему ты сидишь в темноте?

- Чтобы не видеть твоего прелестного личика, как, впрочем, и остальных лиц. - генерал вздохнул и еще раз оценивающе рассмотрел наряд любовницы. - Дорогие вещички, - отметил он вяло и недовольно потянулся. - Ты обворожительна, как всегда. - Олерго выдавил из себя слащавую лесть, как горчицу из старого тюбика, тяжело вздохнул, вспомнив лицо совсем некрасивое, испуганное и ненавидящее. Убийство! Каждая женщина разорвала бы его на части за содеянное, но преступник не думал сожалеть, не собирался испытывать угрызений совести: несмотря на силу Божественного наказания, он шел вперед без сожалений о содеянном. - Леонора, я очень устал. Дай мне побыть одному. - и Дерлинг вновь закрыл глаза.

- Не гони меня в такой вечер. Я хотела просить об одолжении.

- О чем, милая? - Олерго вновь приподнялся в кресле, которое прежде опустил в почти горизонтальное положение. - Я постараюсь выполнить!

Почему-то сильно захотелось окунуться в темноту и отрешиться от реальности, но настоящее неугомонно наступало в виде просьб.

- Мне бы хотелось поехать на банкет к Сливам... Это вообще возможно?

Возможность: генерал четко представил, как на банкете соберутся те, кто поддерживал его все эти годы и кто готов вновь вступить в игру против обычных для системы правил. Предложение только помогало представить всем, что инициатором посещения столь опасного мероприятия была женщина. Ни один детектор лжи, а тем более визирования не подкапается.

- Уже узнала?! - мужчина закряхтел с явным неудовольствием и встал на локте. Взгляд его, затуманенный усталостью, скользил по наряду, подобранному для торжества.

- Новости раструбили. Милый, пожалуйста...

- Хорошо, хорошо, дай мне пятнадцать минут. - генерал поднялся и обнял Леонору за талию. - Надеюсь, ты подождешь немного... моя красавица. - закончил он совсем обвораживающе, потому что не имел желания спорить или ругаться, ненавидя и одновременно благодаря навязчивость выбранной "игрушки". Любовница в ответ страстно прижалась к Дерлингу, погладила его по щеке и упорхнула в предательские двери, которые всегда впускали тех, кого не следовало.

Что же, сравнивать Гонтранну и Леонору не имело никакого смысла. Леонора свита из предрассудков нынешнего общества. Она умеет добиваться задуманного, казаться навязчивой и одновременно прекрасной. Гонтранна - имя, захватывающее воображение. Ее образ отпечатан в голове каленым железом, потому что в наследнице скрывается ВСЁ необходимое, чтобы дышать и жить вообще. Всё - слово короткое и объемное, как сама любимая. Всё - подразумевает даже убийство, даже такую ужасную вещь, как расправа над Сюззи. Генерал заглянул внутрь себя и нашел там лишь тысячи неисправимых улыбок, которые воспевали истинную ценность бытия. Места для терзаний там не осталось. Не следует давить на "я", так как впереди еще долгое совещание на странном и очень опасном банкете. Что же, и там Олерго найдет союзников, которым действительно хочется жить, когда город прямо-таки скрипит под их ногами. Оставит Леонору с ее мечтами, найдет поддержку в лице сильных и навсегда оставит подобные сборища. Сыграть свою роль... Поддержать голодные стремления к власти и свободе. Вырвать с мясом прежнюю жизнь, чтобы наконец насадить свою...

***

Гонтранна разбиралась в привезенных из корпорации чертежах, прокручивая их на трех сферах, когда задребезжал и заухал старенький видеофон. Покрасневшие от усталости глаза оторвались от работы и остановили прокачку информации, которая миллионами точек рисовала разрывы в системе, затем покосились на стрелки часов, приближавшиеся к девяти вечера.

- Слушаю, - динамик сработал автоматически, среагировав на присутствие девушки - пришлось ответить.

- Добрый вечер, - знакомый мужской голос принес в дом легкую дрожь опасности. Что-то случилось? Что-то привело его сюда. - Вижу вы не поставили видеофон и скрываетесь от друзей...

- Как дела, Берди? - Гонтранна буквально упала на кресло, не в состояни подавить в груди нарастающие предчувствия.

- Пока неплохо. Я освободился после стратегического совещания и сразу позвонил. Все же, несмотря на то, что вы согласились вернуться, решение пришлось принимать штабу... И нам интересно знать, как смотрит Гонтранна Линдер на выбранную позицию?

- Не сомневаюсь, что позиция Войск правильная. - руки задрожали от черноты, которая исходила от экрана.

- Спасибо, я надеялся на лояльность. Но связался не за этим: завтра к полудню приезжает ваша сестра... Она еще нужна здесь? Вы не передумали? - Антуф замолчал, и девушке показалось, что на самом деле маршал хочет сообщить совсем другое.

- Что-то случилось, Берди? - красная сфера точек начала путешествие по комнате в команде "слип", а Гонтранна почти ушла с головой в лицезрение экрана - всю жизнь она отдала бы за возможность увидеть сейчас истинные эмоции на лице бывшего друга.

- Мы провели чистку города, взяли некоторых заговорщиков. Но операция пошла не совсем так, как расчитывали Войска, и несколько участников кризиса оказались в ловушке - они взорвались. Это была вынужденная мера.

- Взорвались? - эхом повторила императрица. Она плотнее запахнула свой легкий черный халат и нервно прошлась по комнате. - Где?

- В здании первого правительства. Случилось непредвиденное: бомба сработала неожиданно. Никто не представлял, что сопротивление перерастет в акт самопожертвования ради какой-то непонятной идеи. К сожалению, арестованных не удалось спасти.

- Вы не сказали мне, кто там был. - Гонтранна встала напротив окна и уже хотела зажать уши, чтобы не услышать самого страшного. Ее колотоило от боли.

- Президент Крунд и... - пауза затянулась, словно маршал больше не мог ничего выговорить. - и генерал Дерлинг. Это страшная потеря для всей страны. Для объединенной с нами Лиги.

Гонтранна пошатнулась, ухватилась за занавеску и стала оседать на пол. Самое страшное произошло. Нет! Не может быть! Крик застыл на полуоткрытых губах, превратившись в невесомый хрип бессилия.

- Мертв? - равнодушие вышло наигранным и визгливым. - И что же?

- Ничего. Мой долг сообщить вам. - Берди вновь помолчал. - В общем, спокойной ночи, и жду вас завтра.

- Спокойной ночи. - девушка сидела на полу, потерявшись в пространстве. Виртуальные гудки отдавались в ее голове или это свистел в ушах ветер, который сметал всю память по клочкам из головы куда-то в другое время? Олерго. Его образ разноцветной дымкой всплывал и гас в сознании. Его голос. Реалистичный, мягкий, бархатно-игривый... Руки Олерго косаются плеч. Не надо. Не смей уходить навсегда! Прошу тебя...

Гонтранна склонила голову к коленям, сдерживая непослушные слезы. Почему она так переживает? Ведь вина, пусть и недоказанная, но очевидная, на совести амбициозного и опасного заговорщика! Она не будет страдать, не станет лгать себе о честности Олерго, который откровенно лгал и загонял ее в ловушку. Из-за кого плакать? Сердце резали ножами и ругими металлическими предметами тысячи невидимых хирургов. Сердце разрывалось на части.

Как сквозь туман девушка, пошла на кухню, налила себе чашку кофе и села на широкий подоконник. Кофе дымилось. Воспаряли над головой проекты компании. Потолок нависал тяжелым обручем.

Совсем недавно он признавался мне в любви. Какое странное слово "рядом"! Был, но не со мной: принадлежал деньгам, власти и женщинам, но не мне. А я... я была всегда сильной, неумолимой. Я презирала его и боялась. Я так хотела признаться, но не решилась.

Девушка не помнила, как добралась до кровати, не помнила, как легла. Сон пришел внезапно, тяжелый, бесконечный и удушливый, и остались лишь отзвуки каких-то видений, запахов, воспоминаний, которые разрушались, едва Гонтранна протягивала к ним руки, напоминающих, что она жива. Последний же звук - трезвон в дверь- вытащил изможденную жертву из бездны. Она без единой мысли встала, прошла по коридору и открыла дверь, чтобы замереть, как вкопанная - на пороге стоял Олерго. Мужчина был одет торжественно: в темном элегантном костюме, рассеянный, а главное - абсолютно живой и в общем вполне довольный.

- У тебя горел свет. - оправдался он, заметив помятость и взлохмаченность девушки, которая смущенно куталась в дурацкий халатик. - Я решил зайти.

- Ты пришел ко мне? Ты? - девушка пропустила генерала, нервно зачесывая руками волосы и краснея от смущения. - Маршал... - голос перешел на заговорческий шепот. - Он сказал, что ты погиб. - ком подкатил к горлу, и непослушные слезы наконец нашли законный выход наружу.

Олерго повернулся. Секунду стоял с молчаливой иронией, а потом внезапно обнял девушку и прижал к себе без всяких слов. Их молчание и их искренность, конечно, не вызывали сомнения. Их страх сменился минутой той печали, которую вполне закономерно назвать светлой.

- Милая, хорошая моя, видишь, я жив. Я с тобой...

Гонтранна уткнулась носом в плечо, и всхлипывая еще некоторое время молчала, не в силах поверить, что разрозненные образы вновь стали реальным человеком.

- Он сказал, что ты взорвался.

- Молчи, не вспоминай, - Олерго целовал волосы девушки, утопая в аромате духов и наслаждаясь беззащитностью и открытостью той, которая до сих пор лишь иногда позволяла прикоснуться к краешку неведомой и странной жизни. - Успокойся, все закончилось! - он поднял девушку на руки и отнес в комнату, сел на диван, так и не выпустив из рук... Сладкий миг, пока Гонтранна не поймет, в какой находится опасности. Минута. Сейчас женские руки обвили его шею, доверились окровавленному убийством мерзавцу, как единственному спасению. О сумасшедшие, какие они сумасшедшие!

- Слезы безобразят? - спросила все еще плача Гонтранна.

- Но они очищают... Ты для меня всегда будешь прекрасна. - Олерго гладил спину прижавшейся крепко-крепко пугливой птички, стараясь сдержать неугомонное желание. - Для меня бесценна каждая твоя частица. Я люблю тебя всю... бесконечно! - он замолчал, вслушиваясь в зов тела и добавил немного холоднее. - Но не будем об этом пока. Ты должна успокоиться, принять меня с полным осознанием случившегося. Понимаешь?

Гонтранна затуманенно взглянула Олерго в глаза.

- Не смотри на меня так, я не железный. Вполне реальный и живой. - мужчина потрепал ее за щеку. - Хочешь горячего чаю? Просто посиди немного одна... Хорошо.

Олерго с сожалением покинул девушку и отправился на кухню, откуда вернулся через минуту с чашкой в руке. Гонтранна сидела, поджав ноги под себя, дрожа, как от лихорадки. Возможно, от слишком плохого отопления... Возможно, от того, что старый день так и не покинул дом, хотя пробило почти два часа утра.

- Я рада, что ты пришел. - Гонтранна пыталась сохранять прежнюю вежливость, но плохо играла и плохо выглядела на фоне уверенности Дерлинга, который расположился на подлокотнике и с вниманием наблюдал за тем, как напиток исчезает из чашки.

-Я ужасно устал. Мне некуда пойти. Голова трещит. - мужчина вздохнул почти по-ангельски. - Берди - подлец. Так сыграть на твоих чувствах! Я откровенно поражен. За остальное простил бы, но за это. Ничего, теперь мы расквитаемся.

- Он сказал правду?

- Да, только меня спасла счастливая судьба и немного хитрости. - беглого взгляда оказалось достаточно, чтобы оценить размеры бедствия - наследница майорота, голубая кровь, последний из отпрысков великого рода - жила в какой-то холупе по собственной воле. Вот они беспредельные вершины для аутсайдера.

- Ты жив, и мне ничего больше не надо. Ничего... - девушка обняла Дерлинга вновь, и отказать ей мужчина не посмел, несмотря на терзания плоти и мозга. - Расскажи, что произошло.

- Подстава. Маршал вместо ареста, решил избавиться от соперника. Он путает жизнь и политику.

- Ты действиетльно замешан в интригах? Берди обвинял тебя в измене! Олерго, почему ты молчишь? - Гонтранна оторвалась от тепла и ласки и с подозрением посмотрела на человека, которому готова была минуту назад доверить судьбу.

- Можно сегодня без суда? Без обвинений и без маршала? - не выдержал Дерлинг, весь перекосившись от приступа злобы и стыда. - Ты предпочла бы оставить меня на растерзание Войскам?

- Прости, мне не следовало... - Гонтранна опустила глаза долу, смутившись ярким чувствам генерала.

- Действительно не следовало, - резко согласился Олерго и тотчас опустился перед девушкой на колени, ласково заглянув той в лицо. - Послушай, почему бы нам не быть обычными людьми? Я - твой гость. Ты... Заплаканная кошечка. Посидим, помолчим... без всех.

Согласный кивок головой привел генерала в восторг. Все же, Гонтранна не перестала идти на попятную, когда внутренне сомневается и желает побольше выяснить.

- Вот и отлично! Мы останемся, как прежде друзьями. - сказал он, продолжая про себя вполне осознанно и злобно - в конце концов я не животное, чтобы кидаться на нее сразу после такого шока. Но наследница майорота мало верила словам, так как очень странно посмотрела на Дерлинга и почти неслышно заметила.

- Разве могут мужчина и женщина быть друзьями? Если духовное их объединяет, то желания... - девушка пыталась устроиться и закрыть глаза, как маленький измученный котенок. Но что-то беспокоило ее и мешало сосредоточиться на отдыхе. Возможно, глаза гостя слишком внимательно изучали императрицу. - Желания - сильный катализатор для двух симпатизирующих людей. Начало духовной связи влечет за собой физическую, плотскую.

- Ты боишься близости? - Мужчина попытался погладить Гонтранну по голове, но та слишком быстро отпрянула.

- Нет, меня страшит другое... Изменения, ненужная боль. - губы дрогнули, потому что проглотили слова, которые готовы были сорваться в признании. - Сегодня мне было больно, и ты знаешь это, а значит можешь воспользоваться ненужной слабостью. - добавила она через мгновение и решительно пересела подальше, в свое старенькое кресло.

- Значит, по-твоему, любовь - это боль? - генерал откровенно распрашивал, не обращая внимания на смущение Гонтранны. - Боль в каком смысле?

- Я не стану отвечать.

- Почему? Я хуже остальных? Я хуже Берди?

- Понимаешь, Олерго, если человек слишком одинок. Не день, не два - всю жизнь - ему сложно верить, сложно показать истинное лицо. - Гонтранна махнула рукой и указала на город. - Я не принадлежу себе. Я - винтик машины под названием "майорот".

- Можешь не продолжать, - генерал улыбнулся. - Только позволь заметить, я знаю точно, привязанности опасны, а настоящее чувство, пусть оно даже и мешает разуму, нельзя уничтожать, как некую опасную букашку.

- Ты толкаешь меня на откровение, Олерго.

- Ты бываешь откровенной? А мне кажется, что я вижу перед собой женщину, погрязшую в заблуждениях, создавшую себе ускусственный мирок, в котором она скрывается от опасности разоблачения. Мне не нравится, когда говорят будто ненавидят людей, а сами просто их боятся. - мужчина встал и прямиком отправился к девушке, которая затихла, когда генерал склонился к ней со странным выражением на лице. - Для меня это значит, что ты свободна и можешь уйти от отношений в любой момент. Нечестно играть чужими чувствами.

- Но и ты не принадлежишь мне. - попыталась оправдаться та, облизнув губы и упираясь ладошками в широкую грудь. - перестань напирать на меня, Олерго.

- Ты меня ненавидишь - оскорбление и разочарование мелькнули в голосе мужчины. Он сжал губы, сознавая зыбкость недавней близости со своей возлюбленной. Один неловкий шаг, повышенные нотки в голосе - и она сбежит.

- С чего ты взял? Вовсе нет.

- Я подозреваю, - упрямство Дерлинга перешло во внешнее смирение. - Давно ненавидишь. - повторил он совсем монотонно с отблеском внутреннего смеха.

- Ты либо издеваешься, либо действительно так считаешь. - Гонтранна выскользнула из под руки гостя. - Давай будем взрослыми людьми. - она щелкнула выключателем и зажгла верхний свет.

- Ты считаешь меня опасным в полумраке?

После этого вопроса девушка обернулась и оказалась лицом к лицу с усмехающейся маской сарказма. Как получилось, что любящие сердца вдруг превратились в пересмешников?

- Да, - согласилась она честно.

Молчание затянулось. Иногда так дети стоят набычившись и едят друг друга глазами. Худенькая беззащитная власть в лице Гонтранны и безбрежная стихия революции в лице Олерго. Генерал четко ощутил, что должен свести все высказанное к шутке именно теперь. А потому пересилил себя и рассмеялся, словно не был оскорблен, а вел всего лишь обычную дружескую игру.

- Не смеяся, не смей! - смущение волной румянца прокатилось по лицу девушки. - Как тебе не стыдно... - она попыталась ударить мужчину схваченной в гневе диванной подушкой, но тот увернулся и засмеялся еще сильнее.

- Значит драться? - подушка на сей раз пролетела мимо головы и ударилась о стену. - И кидаться?

- Ты заслужил наказания за свои вопросы. - Гонтранна улыбнулась, как лукавая лисица.

- Тогда держись. - Дерлинг бросился к девушке и поймал ее в свои объятья. - Оказывается, ты просто смеешься надо мной про себя. Отвечай, как на духу, что раскаиваешься и не будешь больше кидать в меня подушки. - заявил он победоносно и со смехом.

- Нет, - та показала язык. - Ни за что.

- Вот как? Ничего не боишься, а сама - темнота, темнота! - он замолк, вглядываясь в упрямицу, которая продолжала шутливо сопротивляться. Грудь ее вздымалась и опускалась, губы, как две сладки вишни приоткрылись, волосы волнами падали на плечи, а кожа ... кожа просто светилась. Вот она, близкая, желанная, доступная, как сочный плод, и она не боится, не развязанно кокетничает. Она даже не подозревает...

- Олерго? - зеленые глаза позвали генерала, который почти терял сознание от жажды обладания. - Ты бледнеешь.Тебе плохо?

- Молчи, - хрипло пробормотал мужчина, читая на ее лице тревогу. - Ты отлично понимаешь, что со мной. Не будь еще более жестокой. Молчи.

- Олерго, ты... - Гонтранна смутилась и выскользнула из некрепких объятий, тяжело дыша и совершенно потерявшись. Она начала отступление к коридору и остановилась в дверях. - Прости, что я причиняю тебе боль.

- Ничего, - генерал остался на месте, только крепко сжал кулаки и закрыл глаза от напряжения и страсти. Он был бессилен обидеть свою любовь, оскорбить ее хоть одним движением или словом, а потому резко отвернулся. - Я должен уйти, пожалуйста... мне пора.

- Но почему? Останься. - попросила Гонтранна у светлого затылка, но мужчина отрицательно покачал головой.

- Мне пора идти. Я должен разобраться с делами компании и обезопасить свой бизнес от внезаных вторжений властей. - Дерлинг медлил вновь посмотреть на любимую, а когда обернулся, то скрыл разочарование за явный отказ. - Постараюсь позвонить вечером или приеду... Сейчас не могу, пойми, - он направился к выходу и на ходу равнодушно коснулся губами щеки Гонтранны.

- Я буду ждать, - неуверенно пробормотала та и сцепила напряженные пальцы в каком-то молительном жесте.

- Я тоже. Ты знаешь чего. А теперь ложись спать, ты слишком устала... - и он исчез в двери, даже не обернувшись, не сказав "до свидания". А наследница майорота осталась посреди коридора абсолютно одна с тычячами чертей в голове.

***

Утро, окрашенное алым, больше всего сочеталось с черным везделетом генерала, который возвращался через все безопасные секторы к вилле Стивов, где осталась светская львица Леонора. Визуально сеть показывала не просто маршрут, но и наиболее плотные скопления техники Войск, и военные патрули на улицах. К тому же, умная "детка" анализировала проведенное на банкете совещание банкиров и промышленников, которые пообещали за ночь собрать довольно крупную сумму на переворот и завершить стыковку отдельных элементов системы, которая взяла бы город под полный контроль сильных миров сего, а значит и помогла бы главенствующему в операции Олерго. Мужчина слушал отчет машины без интереса, тем более тогда, когда подтвердилось получение переводов в банки и поступили согласования готовности сети к атаке.

Сейчас Дерлингу необходимо было немедленно найти любовницу среди продолжавших веселиться гостей. Та сидела в обществе какого-то полудурка, потягивая вино и комплименты, как должное благословение Бога. А потому совсем не ожидала появления Олерго в столь разгневанном и злобном состоянии.

- В чем дело, дорогая? Ты еще здесь?

- А-а-а, это вы генерал, я искала вас всю ночь. Все видят, но никто не знает, куда вы пошли, - Леонора обвинительно тыкнула пальцем в далекий позолоченный свод, который, по ее убеждению, давал ответы на самые сложные вопросы. - Нехорошо оставлять даму без кавалера. - заявила нахалка заплетающимся голосом, и Олерго понял, что светская львица нализалась. - Я скучала, танцевала, потом мы с ... - косой взгляд на незнакомого молодого придурка, - вот с этим заказали шампанского. Что? Вы молчите?

- Пошли, - Дерлинг стащил подружку с углового диванчика почти как игрушку и потащил за собой через полупустой зал. Он не собирался оставлять личную забаву на поругание богатеньких сыночков, а намеревался сам воспользоваться выигранным призом.

- Вы несправедливы ко мне, я не виновата, что внушаю людям любовь, - красавица даже в везделете не закрывала рот. - Впрочем, вы сами знаете, какая я! - она закрыла глаза и начала махать руками, боясь тени небоскреба, мимо которого промчалась машина Олерго. - Мне так весело, а вам? Я выпила бренди, потом подали шампанское и... мартини, или не мартини. Послушайте, генерал, что это у меня с прической? - красавица попыталась разглядеть свое отражение в тонированном стекле и поморщилась. - Странное ощущение в конечностях. У вас такое бывает?

- Нет.

- По-моему, я перебрала. - Леонора пыталась держаться в рамках, но то и дело подпрыгивала и пыталась открыть дверцу, чтобы выйти в воздушное пространство.

Дерлингу даже пришлось нажать на автомат, который бы заклинил замки, и чуть приоткрыть окно от тошнотворного запаха перегара. Исправить светскую библиотекаршу можно, если ее только посадить в клетку. Зараза пьяна, как последняя проститка из нижних секторов. Н-да, теперь придется отказаться от легкого освобождения от напряжения. Сука. Нажралась в такой момент.

Везделет с громким рыком спустился на посадочную площадку, но идти красавица уже не могла и пришлось тащить ее до самой спальни, продолжая ругаться про себя. Бросив безропотную ношу на кровать и скинув с той туфли, Олерго ушел в кабинет отсыпаться, полный негодования на Леонору и вообще на всех женщин на свете, в том числе и на мерзавку Гонтранну.

Разбудил генерала странный звук примерно через три часа, и был он странно похож на смешок. Ничего себе выкрутасы! Мужчина через ресницы заметил мелькнувшую у стола тень, которая начала приближаться к последнему прибежищу для отдыха. Похоже, сегодня его хотят довести до белого каления.

- Какого черта?! - Олерго приподнялся, чтобы задать неизвестному хаму, но сразу же удержался от дальнейших действий. - Сколько часов? - недовольно спросил он, широко зевая и совсем не удивляясь появлению отосланной еще неделю назад на задание особой важности секретарше Натали.

- Без четверти два! - мягко сообщила та, обходя прибежище для сна с грацией восточной кошечки. - Просыпайтесь, чертенок! Хватит дрыхнуть! - голубые глаза смотрели с усмешкой на растрепанного шефа и довольно щурились от того, что тот явно пока ничего не соображает и тупо рассматривает собственную подчиненную.

- Натали? Ты? - Олерго сел. - Какими ветрами? Ты же вроде должна находиться на Островах. О, черт! - он потянул затекшие мышцы ног. - Как чудесно я спал и как ты меня бесцеремонно разбудила.

- Заметно, - секретарша осмотрела свои ручки с новеньким маникюром. - Мне сообщили, у в доме появилась новая любовница. - улыбка не покидала милого личика. Тонкие бровки приподнялись, аккуратненький носик поморщился. - Поздравляю! - и нахалка поправила на себе ультро-желтое платье почти одного оттенка с зачесанными назад и напомаженными волосами. - Как вижу, здесь меня даже не вспоминали. Забыли, как много я для вас значила.

- Отчего же, иногда ты занимала мои мысли, - генерал без стеснения откинул одеяло и встал абсолютно голый, чтобы отправиться за халатом к шкафу. - Пойдем, обсудим наши дела и твою похорошевшую мордашку.

- Похорошевшую за несколько дней? - ехидно заметила Натали, вплотную приблизившись к Олерго и вставая за его спиной. - Может, покажете мне соперницу?

- Естественно, и довольно скоро. - генерал обернулся, иронично приподняв бровь, на что секретарша обняла мужчину за плечи, и они вдвоем рассмеялись. - Ах ты хитрюга! - Дерлинг по-хозяйски завладел губами настырной девчонки. - Я ведь так тебе предан! А она - очередное развлечение. Уж извини мою натуру...

- Ладно, обсудим ваше поведение после, а пока... у меня есть несколько новостей, - острый коготок прошелся по шее мужчины, указуя ему на скорый конец за измены.

- Какие же, моя ласточка?

- Во-первых, приехала Милли Линдер, а во-вторых, - Натали таинственно ухмыльнулась, - я привезла вам информацию о биографии данной дамочки. Вы довольны? - из кармана появился мини-файл, который лег в раскрытую ладонь генерала.

- Более чем, - генерал отошел к зеркалу и провел рукой по отросшей щетине, видя, что секретарша направляется к дверям. - Ты настоящая умница.

- Так вот, Дон Жуан, приводите себя в порядок и приходите ко мне - вместе посмотрим.

- Да уж, Дон Жуауну нужна хорошая бритва и холодный душ, - согласился генерал. Пятнадцать минут или хотя бы десять есть с чем поработать, для того чтобы продолжать дальше нормальное существование. И Дерлинг не отказал себе в удовольствии превратиться из помятого человечишки в ангела. А потому, когда

***

Милли ждали, но боялись, что она прилетит и разрушит установленные в городе порядки, что она окажется строптивой, что вдруг откроет властный характер, а главное - просто встанет во главе государства сама. Но для Берди Антуфа Милли являлась поводырем к заветной власти, новым витком его карьеры - неважно, кто твой хозяин, лишь бы сохранилось шестое чувство слуги, выполняющего приказы по движению глаз. Лишь бы не исчезло умение подчинять женщину очарованию и уму. А потому маршал ждал космолета с самого утра, и когда небо осветило яркое солнце, а облака ушли за горизонт, его настроение прибавилось уверенностью, что на новую императрицу столица произведет более благотворное впечатление. Такое же, как и он сам.

Вот черная точка показалась на небе - все ближе, ближе... Солдаты выстроились на площадке, когда громадина, отстыкованная еще в космосе, приземлилась на взлетно-посадочной полосе военного космодрома и наконец опустился трап. Двери с шипением распахнули нутро - так открываются ворота ада или рая, когда не знаешь, что ожидать от будущего и правилен ли выбор вообще. Маршал напряженно улыбнулся в ожидании появления хозяйки, которая не замедлила выйти на свет и шагнуть вниз по лестнице, придерживая рукой широкополую фетровую шляпу. Черное платье тяжело зашевелилось под порывами ветра. Девушка улыбнулась и помахала рукой, обтянутой белой перчаткой, навсегда оставшись в каналах сети, как самое прекрасное и элегантное существо. Да, она воистину была королевой, величественной, модной, с ароматом знатности и простоты одновременно. Густая вуаль скрывала лицо, лишь губы, темно-красные, как огонь, и пряди кудрявых русых волос давали представление о том, что за "ширмой" есть что посмотреть.

- Здравствуйте, - легкий акцент удивил и смутил Берди. Ему даже показалось, что голос кем-то искаженный, смутно похож на другой, и если бы не манерность, то маршал поклялся бы... Но он лишь почтительно поклонился.

- О-о, не надо церемоний! - девушка знаком приказала принять прежнее вертикальное положение. - Позвольте поинтересоваться, с кем имею честь?

- Берди Антуф, - улыбнулся маршал. - Я покажу вам дорогу.

- Очень мило с вашей стороны... Здесь столько солдат! На Островах значительно меньше внимания уделяют парадным церемониям, но все же приятно. Куда идти? - и Милли быстрым уверенным шагом направилась к зданиям штабных подразделений, где их ждали везделеты.

- Вы устали после полета?

- Да, время, проведенное в замкнутом пространстве, увеличивает усталость в два раза. Надеюсь, дома меня оставят на несколько часов одну.

- Конечно, мы сразу же отправимся в ваш семейный особняк на верхнем уровне.

- Отлично. Вы тоже поедете? - поинтересовалась Милли, не оборачиваясь и продолжая точеное движение навстречу кортежу.

- Если вы пожелаете... - льстиво согласился маршал.

- Я желаю, вы едете со мной.

Казалось, наследница ничему не удивляется и ничем не встревожена. Она сдержанно молчала весь полет и даже не с особым интересом разглядывала улицы и кварталы, проплывающие мимо. Молчание сопровождало маршала до самых дверей покинутого и одинокого дома Линдеров. Оно нарушилось лишь стуком каблучков, проследовавших по коридору во внутренний холл здания. Теперь, оказавшись в огромной комнате, служившей некогда для приемов, Милли наконец избавилась от перчаток и шляпы, и, стоя к Берди спиной, расстегнула тугую заколку, которая освободила копну густых волос.

- А где мои сестры? - внезапно спросила она, оборачиваясь от окна к маршалу.

Тот сглотнул, покачнулся и схватился за спинку стула.

- Сестры? - срывающимся голосом переспросил он, заглядывая в ясные глаза Гонтранны. Антуфу показалось, что он сходит с ума.

Гонтранна спала недолго, измученная незаконченной работой и намеками Олерго, который играл с ней в самые странные и сладкие игры. Ночь, полная огня и страсти, объятия, которых не удалось избежать и которые были бессовестно отвергнуты, кололи булавками даже сквозь видения. Сколько раз она слышала от генерала слова, достойные осуждения и сколько раз позволяла ему идти кровавыми путями, не выдавая собственного пристутствия. Сегодня все считают, что она ничего не знает, ничего не понимает, а только романтично ищет себе новые падающие звезды. Глупцы. Нет, конечно, особого наслаждения смотреть на подноготную истинных целей, играть судьбами, подвергая их опасности или искушению, девушка не испытывала. Но ведь отец мог проявлять жестокость к провинившимся легионерам и политиканам страны. Она же только хочет понять мотивы... Почему Олерго использует город? Зачем Берди лжет? Как возможно предательство, если в сердце горит любовь? И зачем? Зачем люди стремятся к власти, которая тяжелым камнем утягивает душу в клоаку желаний? Вот что непонятно... непонятно отрицание естественных радостей, настоящих привязанностей, любви, наконец. Они ведь тоже имеют смысл, тоже должны существовать вместе с честолюбивыми замыслами Олерго или властными стратегиями Антуфа.

Гонтранна с большим удовольствием слушала бы всю жизнь воробьев, которые весной чирикают на улице, чем отчеты министров, толпящихся в коридоре, а потому выбор ее правилен. Она не может стоять у власти из-за дурацких предрассудков. Никогда не вмешиваться в дела власти? Сегодня это возможно, но с оговоркой на майорот... на важные решения, ответственность за которые лежит грузом на совести. И Дерлинг знает, почему она ему не доверяет, почему разум противится чувствам. Он - предатель!

Девушка вышла на улицу, подставляя лицо под теплый солнечный свет, и попыталась забыть сомнения. Олерго нет рядом, а значит можно забыть об использованных и угнетенных, забыть о любви, которая клокочет внутри волшебной лавой. И перестать бояться, что Дерлинг играет чувствами, телом, но не ее холодной головой. Нет!

Дорожка свернула к парку, где вовсю щебетали птицы и пахло мокрой землей. За парком уже не осталось ничего от настоящего. Здесь истинная жизнь сменилась жизнью городской, исторгнутой из пасти железного дьявола. Здесь... Но мысль девушка не смогла закончить, так как перед ней появился робот-сетевик, который преградил путь голографическим лучом и забормотал электронным голосом текст, набранный на именном письмовике Сюззи. Бывшая наследница майорота замерла, окруженная шумными улицами и буквами послания, меняющего каждую частицу сознания.

"Гонтранна, времени нет... Жизнь моя в опасности, и я не знаю, что делать. Я в ловушке. Мне обещали, что ты получишь письмо, и потребовали выкуп миллион золотом, - робот сделал реверанс: явное дополнение шантажистов, - Они убьют меня! - текст заплясал красными буквами, которые перешли на гудящий бас постскриптума. - Если хочешь спасти сестренку, прилетай в десятый квадрат нейтральной территории с деньгами. Только без фокусов."

Робот откланялся и исчез в вышке маяка над головой, как будто вообще ничего такого и не сообщил, а люди, что спешили по делам, даже не обратили внимания на произошедшее.

Девушка чувствовала, как улица на квартал залилась озером слез, заслонивших глаза. Ощущение опасности и беззащитности пришлось чуть позже, когда кто-то из прохожих случайно задел несчастную плечом. Да, Сюззи была избалована и ленива, не умела ничего делать, но она была всего лишь ребенком в бурном океане жизни. Она ничего никому не сделала, не навредила...

Я должна спасти мою девочку. Гонтранна бросилась к дороге в надежде поймать скоростное такси и нажала на желтую плиту вызова. Милая девочка. Как же так? Еще один удар... Удар в солнечное сплетение, нечестный и подлый. Почему я раньше не догадалась, что Сюззи не улетела бы, не попрощавшись со мной? Почему не подняла панику? Я жила лишь собственными эгоистичными потребностями... Дура! А Берди врал, смеялся надо мной, знал, что она... Подлец! - девушка вскинула голову. - Они за все мне заплатят! Лишь бы вызволить Сюзанну, помочь моей крошке, моему несмышленышу.

Визг тормозов. Гонтранна забралась в везделет и указала машине маршрут до штаба Войск, потому что молчать больше не имело смысла, а ждать означало верную гибель. Руки так и чесались отвесить Антуфу звонкую пощечину - тогда-то и начнется настоящий бой.

В здании Войск при виде Гонтранны все вскакивали и отдавали честь. Каждый хоть что-то значащий военный пытался поцеловать руку, а это вовсе не входило в планы обеспокоенной сестры, которая должна была быстрее проникнуть в святую святых для выяснения правды. К тому времени, когда до кабинета Берди оставалось несколько метров, наследница уже кипела от гнева и хотела разорвать того на части. Видимо потому приветствия не получилось - из горла вырвались лишь крики возмущения.

- Вы что здесь за спектакль разыгрываете?

Антуф прямо подскочил на месте от внезапного появления Гонтранны и быстро погасил визуально висящий над столом экран с секретными схемами.

- Я?! - рассеянно спросил он. - Какой спектакь?

- В коридорах! Зачем вы приказали отдавать мне честь?

Маршал захлопал глазами.

- Но, Милли...

- Милли?! Вы что, издеваетесь, Берди?

- Нет, я не смею, - прошептал тот, краснея, и застегивая мундир. - Скажите, кто вы?

- Что?! - заорала Гонтранна, замахиваясь на мерзавца папкой с отчетом, схваченной со стола. - Я сейчас скажу, кто я такая!

- Все, я понял. Простите, Гонтранна. Простите и успокойтесь...

- Успокоиться, Берди? Довольно странное предложение. Лучше ответьте мне, где Сюззи?

- Я не знаю. - тот сдвинул брови и оскалил зубы в совершенно зверской ухмылке. - На нейтральной территории ее видели в последний раз, устраивает?

- Нет, не устраивает, милорд. Она не просто в мертвом городе, она в руках бандитов.

- Это вам Сверт рассказал?

- Нет, не он. - девушка задыхалась от ярости. - Я получила письмо по сети с угрозами и предложением получить выкуп за Сюзанну.

- Так-так, письмо говорите? И что же вы предлагаете? Бросить все и бежать в неизвестность?

- Я знаю, куда надо отправиться... Знаю! А вы Берди, настоящий подлец... Вы ничего не делали... ничего не сделали, чтобы ей помочь.

На этот раз маршал взорвался не на шутку. Он выбежал из-за стола и начал трясти Гонтранну, как грушу, крича и плюясь слюной.

- Я первым же делом начал прочесывать мертвый город! Я не хотел, чтобы такая дура, как ты, панику подняла. Дура! Они и тебя бы убили... Тебя, понимаешь ты? Хочешь на труп Сюззи посмотреть? Хочешь порадоваться?

- Труп? - девушка ошарашенно затихла, хотя все это время пыталась драться с мужчиной и била его кулачками по груди.

- Да, твоя сестра убита. Десять пуль. - Берди ринулся к столу и вновь активизировал экран, на котором каталогом засветились фотографии с места преступления и внутренние съемки расследования. - Я не хотел говорить. Это не моя вина. Узнаете Сюзанну?

Гонтранна отвернулась, и, чуть дыша, начала оседать на пол не в силах осознать случившееся.

- Когда? - слезы ручьем залили лицо и шею. - Где ее нашли?

- Успокойтесь, - Берди присел рядом и подал стакан воды. - Вы должны взять себя в руки. Иначе мы тоже погибнем. Слушайте меня, иначе и сами окажетесь по ту сторону, и город утянете.

- Я опоздала... Не уберегла ее...

Маршал обнял девушку и прижал к себе, пытась хоть как-то облегчить боль, затем поднял ее на ноги и усадил на кресло. Руки его обняли покрасневшее лицо, оправили непослушные, растрепанные волосы.

- Забудьте, ее не вернуть... Лучше подумаем о будущем. Прилетела Милли. Она хочет видеть вас. Слышите?

Гонтранна кивнула, понимая что у пауков всегда есть правильные ответы, которые бьют по самому сердцу без сожаления, и им наплевать на лишние жизни. Вот и теперь Антуф улыбнулся, как убийца над жертвой. Он убьет и меня, и заговорщиков, когда придет время. Глаза девушки наполнились ненавистью, мешавшейся со слезами горечи. Судьба хлестнула по щекам дружеским похлопыванием, за которым начиналась смерть. А значит следует побороться за жизнь. Боже, как наследница ненавидела предателей и убийц... Ненавидела их всех. Видите ли прилетела Милли! А Сюззи? Не в счет? Выбросили за ненадобностью? Что же, оплакивать сестру придется кровью. Собрав крохотную волю в кулачок, Гонтранна подняла взгляд на нового злейшего врага и тихо монотонно с просила:

- Когда мы поедем к Милли?

- Так-то лучше! - Берди протянул платок, а девушка плотно сжала губы, как учил когда-то отец, предупреждавший не показывать никому истинную сущность. - Я уважаю вашу сдержанность, я почти обожаю вас. - продолжил кротко маршал. - Чувства могут рассмешить врагов. Ведь таков я для вас? - он погладил Гонтранну по руке, и глаза стали наполняться огнем, гипнотизирующими колодцами, поглощающими темноту. - Забудьте обо всем! Ничто не имеет смысла, кроме вас! Вы - вот то, что имеет значение! Самосохранение. Первое правило. Спокойствие. Второе. Откажитесь от мира и людей. Откажитесь от глупостей, ведь вы принадлежите только мне...

Наследница на короткий монолог лишь улыбнулась. Она уже закрыла глаза и пожелала погрузиться в медовую темноту, когда вспомнила про гипнотические курсы для высших военных. Небольшие усилия, и кабинет Антуфа вернулся в полной мере, а вместе с ним и неудачный мистификатор.

- Хватит. Вы отличный оратор, но не в моем вкусе. Докатились, пользуетесь слабостью...

- Каждый отвечает за свои поступки. А вы, Гонтранна, остались одна. Сегодня никто не защищает вас. Почему же не я?

- Я предпочту вообще ничего не знать о вас.

- Милое и смешное решение. - Берди коснулся плеча гостьи, которое отозвалось короткой болью. - Не зря я ввел вам код для полного визирования. Вы способны наделать глупости, а я не смогу спасти вас. Теперь возражайте и ненавидьте меня дальше. - он развел руками и поднялся, чтобы отойти как можно дальше, к окну. - Так вы едете к Милли?

- Неужели у вас нет ни капли сострадания? Я потеряла сестру, а вы ничего - говорите только о делах... - девушка покачала головой. - Я презираю вас.

- Презрение? Вы превосходите саму себя. Сначала любить, после ненавидеть, теперь презирать! Так или иначе я добьюсь своего.

- Делайте что хотите. - сложно было встать, но наследница пересилила себя и сделала несколько шагов к приемной. Слава Богу, она не надела туфель на каблуках.

- Тогда я думаю нам следует прекратить ругаться, везделет ждет. - маршал подошел к Гонтранне совсем близко. - Каким бы я ни был подлецом, в удовольствии себе не откажу, - и он неожиданно поцеловал девушку, крепко обняв ту за талию.

Бедняжка отпрянула и покраснела.

- Неужели мой жест не вызвал у вас праведного гнева? - губы, сладкие повторения недавней близости, стали короткой манящей улыбкой.

- Нет, - тихо отозвалась наследница. - Мне не на что больше злиться и раздражаться. - она вздохнула, вспоминая, что именно так целовал ее Берди, когда девчонкой она преследовала его и моталась следом, словно приложение.

- Не мучьте меня, Берди. Собирайтесь скорее.

- Вы не будете меня презирать? - маршал продолжал играть на самом больном.

- Нет. - руки от греха подальше оказались в карманах, скрыв напряжение и боль.

- Отлично. Тогда готовьтесь к сюрпризам. А уж потом, когда вы успокоитесь, я приду к вам с повинной.

***

Огромный холл семейного гнезда встретил девушку молчанием. Этот дом так и не перестал пугать величием и красотой. Через остроконечные окна вливался тусклый свет, темные тени ползли по огромной белоснежной лестнице, ведущей на второй этаж. Еще по бокам стояли мраморные кадки с апельсиновми деревьями и длинные черные диваны у стен, но тишина говорила, что дом Линдеров мертв и никогда не возродится из пепла, даже если за ним не перестанут ухаживать многочисленные слуги.

Девушка не радовалась сохранившемуся великолепию золоченных перил и магии хрустальных люстр, не впечатлялась огромным фонтанам на сетевых картинах. Она поднималась наверх, не задерживаемая никем, а в общем и не ожидаемая никем из когда-то любимых слуг. Здесь жили лишь голоса: ее и Сюззи, - веселых девочек, бегающих и играющих в широких коридорах.

А вот и второй этаж - этаж отца. Гонтранна всегда обходила его стороной, но сейчас запрет снят - коридор пуст и уныл. Только тени, как ночные птицы, блуждают по бордовым дорожкам, как по музею. Прошлое сочилось в дымку настоящего: она - маленькая девочка в короткой юбочке - и сестра стоят перед креслом отца... Но Милли там нет. Лицо ее стерлось из памяти. Голос забыт... Она сейчас ничего не значит. Но Сюззи! Гонтранна едва сдерживала слезы из-за жестокости отца и готова была оплакивать и Сюзанну, и Милли, и себя - все, что накопилось в душе и не исполнилось. Плакать, чтобы никто не видел, не слышал, не мог узнать, как она слаба. Девушке мерещилось - не имеет также смысла искать. Некого винить. Нет положительных, отрицательных героев, а лишь обычные, подвластные страстям и желаниям люди. И если для нее потеря сестры горе, то для врагов - это большой успех. Их не касается чувство утраты - им все равно. Будет им все наплевать и тогда, когда сама Гонтранна умрет. Будет все именно так. Наследница утерла слезы рукавом и попыталась успокоиться. Сейчас ей нужно увидеть сестру. Узнать новую тайну.

***

Шаги рассекли пустоту. Зеркала отразили друг друга - это Милли и Гонтранна стояли посреди дома и не могли пошевельнуться. Их тени скрестились на стене, а солнце исказило силуэты. Милли, укутанная в длинный красный бархатный халат, очнулась первая.

- Здравствуйте, - глаза звездной путешественницы улыбнулись. - Вы Гонтранна! Я помню вас! Удивлены? Да, мы близнецы. Отец все стер из вашей памяти, когда отправил меня подальше от власти. Понимаю, шок!

- Мы похожи? - девушка в ответ проглотила ком и, отступив на шаг, споткнулась о медвежью шкуру. - Теперь я понимаю, о каком сюрпризе шла речь. - она попыталась сосредоточится на воспоминании, но пугливая память не верила в существование близнеца. Скорее всего, отец еще при рождении, желая обезопасить наследницу, создал точную сетевую копию, которая пропиталась плотью и кровью самой Гонтранны. НО НЕ ЭТА ЖЕНЩИНА.

- Не просто похожи, - длинная белая ладонь живого отражения протянулась навстречу Гонтранне. - Пойдемте со мной...

Прозвучавшая просьба не ввергла бывшую наследницу в шок, только вызвала приступ нервной дрожи, потому что самые страшные сны куда безопаснее реальности. Две половинки сплелись в одну: одна - тростинка на ураганном ветру, другая - железобетонная свая, возомнившая себя колоссом. Красивая Милли и растрепанный воробей Гонтранна - сочетание, казалось, разрушающее границы реальности, но подтверждающее истину о несовершенстве мира.

Сестры опустились перед друг другом в глубокие кресла. Комната, некогда принадлежавшая отцу, теперь перешла новой императрице, но еще сохранила ауру человека, который так и не сумел защитить дочь, попавшую в водоворот города. Полумрак опущенных штор, чрезмерность роскошной мебели и огромный камин - все это предназначалось мужчине, но никак не взбалмашной гостье с Островов. И тем не менее именно она чувствовала себя здесь вполне свободно. Бокал вина, поданный щедрой рукой сестры, Гонтранне никак не помешал. Его аромат и тепло разлились по телу легким успокоением, которое перешло почти мгновенно в безграничную усталость. Говорить было сложно и глупо, а потому девушки еще несколько минут сидели молча.

- Ты куришь? - внезапно Милли потянулась за коробкой с сигаретами и, получив отрицательный ответ, придалась смачному потягиванию никотина. Красные губы оставляли на белой бумаге яркий след, дым томно воспарял к потолку и проникал в легкие самой Гонтранны, которая никак не могла понять, почему так сильно отличается от сестры.

Да, именно королевской осанки не хватало девушке, именно таких пышных волос, такого фарфорового оттенка кожи. В жестах, движениях, фразах Милли с первой минуты открывалась хозяйка положения, которая не погнушается приказать и не задумается, если будет не права. Ничего лишнего и незаконченного нет в линиях жизни - может Лин Линдер ошибся в выборе? Может, зря душу гложат сомнения?

- Прошу, Гонтранна, не молчите. Странно, что вы еще не пришли в себя. - пальчики смахнули пепел, яркие глаза вновь усмехнулись. Наверняка, эта бестия поняла, что Гонтранне не совсем хорошо, что она смущена и напугана.- Я ждала этой встречи всю жизнь, я тоже боялась увидеть в ваших глазах испуг и равнодушие... Очень мучительное ожидание. - Милли встала и отправилась к дверям, - Дайте мне несколько минут, чтобы одеться, и мы пообщаемся и выпьем по чашечке кофе.

Несколько минут? Гонтранна сидела без движения все долгие, жгущие разум, сердце, пятки эти несколько минут. Ее голова, забитая до отказа мусором обманов и предательств, отказывалась работать. Теперь смерть подошла слишком близко. Практически встала за спиной и сказала, что Войска могут без колебаний убрать упрямую девчонку, которая не подчинилась силе и отказалась от власти. Она предупредила, что и противникам выгодно использовать близнеца в своих корыстных целях. А потом смерть захохотала и указала на мертвую Сюззи...

- Вы задумались? Очнитесь...

Милли появилась из ворот ада, куда недавно ушла посланница небес, в новом шелковом костюме и со столиком, который мог бы порадовать гурманов. Но подкупать на приятную жевательную ловушку и приятную беседу Гонтранну было очень сложно.

- Спасибо за угощенье, - девушка сразу взяла горячую чашку кофе в надежде согреться и уже более спокойно посмотрела на претендентку на престол.

- Не за что, устраивайтесь поудобней и расслабьтесь. Мне сказали, что отец умер... Страшная новость всегда остается в силе, даже через девять лет после того, как я видела его в последний раз на Островах. А теперь Войска привезли меня сюда, как барашка на закланье. - Милли попыталась быть милой, но не скрыла нервности за маской равнодушия.

- Он оставил мне плохое наследство. Теперь вам сообщили о моих намерениях отказаться от слишком дорогого дара. - Гонтранна опустила глаза, но сквозь реницы следила за выражением отраженного лица двойника.

- Дар и для меня опасен. Простите, что слишком долго думала, но ведь это не игрушка. Доверять чужому человеку страну, пусть я даже и сестра, тоже не дело.

- Ты права, нам следует пообщаться. - девушка решила перейти на более фамильярное обращение, чтобы разрядить обстановку, и сразу получила благодарное кивание головой.

- Тогда я смею предложить посмотреть мои картины... - Милли с надеждой ожидала согласия, потому что очень хотела власти, потому что сгорала от восхищения истинной силой. Упрямая сестренка, конечно, не скоро поверит ей, но тем увлекательнее найти поддержку в ее лице и заполучить лакомый во всех отношения город.

- Хорошо, - непослушные ноги все же подчинились Гонтранне и проделали путь до самовольно организованной галереи. Она не очень то хотела говорить теперь, после смерти Сюззи, но подчинялась инстинкту любопытства, которое становилось все сильнее: чем же различаются две девушки, жившие столько времени в разных местах и теперь оказавшиеся в одном доме по велению неизвестного бандита? Картины Милли, полные одиночества, живых образов, смотрели с темных стен, опустошенных прислугой. Зал для банкетов теперь переделали в мастерскую, кажется, к лучшему. По крайней мере истинное лицо сестры живо предстало перед глазами - синь океана, снег, черные скалы тюрьмы, в которой несчастная провела столько лет, могли свести с ума или превратить человека в изгоя навеки. Милли выстояла и спаслась. Наверняка, она ненавидит Гонтранну, и имеет на то полное право.

- Тебе нравится? - вопрос над самых ухом дрожью разбежался по спине. Девушка посмотрела на сестру, а потом вновь на серый, промозглый вечер по ту сторону рамы. Глаза Гонтранны на мгновение стали мокрыми и жалостливыми.

- Да, очень. Но очень холодно и сыро.

- Это моя родина, - Милли провела рукой по снежной дорожке, что вела к огням массивного, уходящего в черноту маяка. - У каждого должно остаться место казни в его памяти.

- Ты обвиняешь меня в случившемся?

- Уже нет. Раньше, когда я осталась одна под охраной отца, как какая-то преступница, нелегко было жить с мыслью, что тебе предназначена его ласка. Но теперь все померкло. Ты - тоже жертва Лина Линдера.

- Ты откровенна?

- Вполне, чтобы отдавать себе отчет. Как ты думаешь, что самое ценное для человека? - Милли взяла Гонтранну за руку и заглянула той в глаза. - Мы обе знаем... Ты и я... Скажи... Чувствуешь, как больно?

- Да, я понимаю. Ты говоришь о свободе. - неясная догадка озарила лицо девушки. - Ты проделала такой путь, чтобы вновь увидеть меня?

- Все по порядку, милая, иначе смысл затеряется, - сестра подбирала нужные слова. - Отец отвез меня на Острова, чтобы мы забыли друг друга. Он хотел отделить меня от внешнего мира, как короли поступают с с лишними наследниками в книжках. Он утверждал, что ты бессердечное, лишенное души создание. Он почти убедил меня, будто ты специально попросила его избавиться от конкурентки. Но когда я узнала, что есть другие причины... Когда он избавил тебя от памяти... Тогда понимание обо всем изменилось. Лин боялся. Боялся,что я встану у власти. Его тревожили мои болезни и отклонения - тогда врачи называли симптоматичными связь с сетевыми играми и увлечениями. Я прописалась на Островах, как сумасшедшая, хотя подавала большие надежды. Все, что осталось у меня - воспоминание о тебе. Вот, посмотри, - и Милли раскрыла кулон на шее, чтобы показать портретик двух девочек. - Даже не знаю, сколько нам здесь лет.

Гонтранна дрожащей рукой приблизила снимок. Она узнала себя, она узнала девочку рядом. Память кружением осенних листьев ударила в нос и понеслась на мгновение к прошлому. Холодный ветер пытался проникнуть под пальто, желтый ковер покрывал асфальт и лестницу дома, а сестра, маленькая родная сестренка, садилась с отцом в везделет.

- Неужели это правда?

- Да, правда. Кто мог знать, что мы расстанемся.

Милли откинула несколько прислоненных к стене полотен, и обнажила одну из картин, на которых среди дождя и черно-оранжевых деревьев на лестнице стояла девочка, так похожая на Гонтранну.

- Мне необходимо было помнить о тебе. Все, что мне разрешили. А теперь мы наконец вместе, и плевать на корону. Здесь же нет ни одного человека, только маски. Посмотри, что нам досталось, - и сестра подбежала к окну, которое с усилием распахнула. - Город монстров. А ты - ты ангел. Ты должна спастись и улететь. Мы вместе улетим, подальше от сумасшедших войск и твоего маршала с ножом за пазухой.

- Ты уверена?

- Я вижу насквозь систему, которая разъела эти улицы и кварталы. Насквозь пропитана фальшью. Еще тогда, когда проект лишь начинали внедрять, никто не представлял, насколько глубоко изменится человеческая натура. Мы создали себе искуственный остров из мнимых реальностей, переделали устройство мироздания, поделив его на секторы, мы пытаемся контролировать каждый шаг, мы давно не видели чистоты и первозданности. Мы - совокупность вымышленного, принимающего любую форму по нашему желанию, и плотского, держащего нас в тех же рамках.

- Что ты хочешь всем этим сказать?

- Заговор. Здесь пахнет заговором на каждом метре.

- Странное впечатление.

- Мужчины считают, что ум для женщины - порок. - Милли повела Гонтранну за собой. - Сегодня мы сможем поговорить без них. Без низкого мерзавца Антуфа и Войск... Мы исчезнем... Но для начала маленькая уловка. - из стенного шкафа гостья достала костюм, который в точности повторял ее собственный, и приложила к фигуре опешевшей наследницы. - Так нас никто не различит. А теперь постараемся избавиться от досужих наблюдателей.

***

Огромный экран сети погас, когда Милли подала императрице одежду, остался только шипящий отзвук голосов, совершенно бесполезный и раздражающий. Черт! Неужели неполадки вновь дали о себе знать? Или шутки имеют значение? Впрочем, Милли не похожа на дуру. Пташка распустила крылышки прытко, хоть и опрометчиво. Забавная штучка, вдобавок весьма эксентрична, - подумал маршал, откидываясь на спинку кресла и включая запись беседы сестер. Милли начинала злить его, и голос ее казался громом.

Это я низок? Я? Что же, Войскам есть над чем поразмыслить в ближайшем будущем, маленькая стерва. Теперь твои шансы равны нулю, и даже не стоит надеяться на корону. У нас немало способов остановить интриганку и приструнить ее... А пока пусть копия Гонтранны побесится вволю. Красивая копия, завораживающая, более доступная, чем суровый оригинал власти.

Берди вновь попытался настроить звук, но в ответ отозвалась тишина. Комнаты дома, доступные обзору также оказались пусты. Пропали. Хитрая бестия обвела старого волка вокруг пальца. Надолго ли?

***

За спиной Олерго стояла секретарша, которая с удивлением разглядывала сестер, что мирно беседовали в огромном зале с какими-то дурацкими картинами. Она ухмылялась своей везучести и уму, а по сему считала возможным вставлять глупые комментарии, на которые генерал или не реагировал, или шикал. Впочем, Натали мало интересовали заботы шефа, волновал ее обещанный поход в ресторан, где столики парили в невесомости в своеобразных пузырях-кабинках. Девчонка по этому случаю даже принарядилась в платье от модного дизайнера с Островов, но вынуждена была слушать скучные разговоры о двух потерянных во времени душах. Зато Дерлинг, увлеченно жевавший кусок курицы, не переставал пялиться в одну точку и не реагировать на внешний мир. Вздрогнул он лишь когда Милли сообщила о том, что их подслушивают, и испортила связь.

- Ну вот, - обиженный вскрик окончательно убил разочарованную Натали. - На самом интересном месте. Милая, попробуй наладить звук, а то у меня руки жирные.

Секретарша предупредительно взялась за дело, надеясь на отсутствие результата, и несомненно обрадовалась, когда проклятая сеть окончательно подвисла.

- Обидно, - мужчина в ответ стараниям секретарши включил запись. - Рисует она здорово... Шедевральная тюремная художница. Как думаешь, красава? Так, увеличим таинственный портретик... Веришь, что он не поддельный? Я что-то мало. Хитрый-прехитрый Лин Линдер подсунул мне очередную головоломку. У-у-у, какие знакомые глазки! Выйди вон, Натали! Так, и кто же из вас Гонтранна? - спросил он, когда дверь демонстративно захлопнулась с той стороны и щелкнул электронный замок. Облегченный вздох освобождения от предприимчивого довеска вырвался из груди.

- Наконец-то исчезла. Вернемся к началу.

Милли Линдер! Что же ты за карта? На даму не тянешь, но и шестеркой не назовешь. Не глупа, амбициозна, высокомерна и достаточно нагла. Особенно задевает ее холодность... Так ведут себя сетевые куклы, превращенные в плоть и кровь. Се ля ви, господин Лин Линдер. Ваше послание понято. Таким образом мой господин обеспечил последнюю защиту Гонтранне. Но выяснить привычки подмены легко, за привычками последуют слабости. Оборона рухнет, и правила игры вновь изменятся. - Фотография увеличилась до неимоверных размеров, показав все трещинки и заломы. Ее подлинность не вызывала сомнений, загадка скрывалась в другом: действительно ли у императора родилось две дочери, ведь документы говорили об обратном. - Главное, чтобы Гонтранна не попала под дурное влияние, иначе меня ждут немалые неприятности. А терять любимую из-за привезенной твари несерьезно. - и генерал вновь нажал на повтор записи.

***

Гонтранна пересекла улицу и добралась до автолеттера, а потом до подвесной дороги. Мысли ее возвращались к смерти Сюззи и к недавнему разговору в парке с новоявленной сестрой, которая оказалась странным и неправдоподобным продолжением отца. Словно в девичье тело запихнули императора и решили внушить девочке прописные истины. Неудачная и глупая попытка. Не слишком ли много связей для одной освободившейся пленницы, которая так живо интересовалась произошедшим переворотом, Антуфом и генералом Дерлингом? Стоя под огромным дубом, Милли предложила Гонтранне поменяться местами - хорошая уловка. Затем мягко предложила отомстить за Сюззи и наконец заявила, что только в государстве лисов можно выяснить правду обманом. Гонтранна не верила такому постулату, потому что твердо была убеждена, что время делает победивших проигравшими или наоборот. Сегодня милая, испуганная пленница захотела вступить в игру и получить приз, а завтра... ее ожидает неизвестность, горькая как лекарство, и освежающая, как северный ветер. Милли обещала в случае победы не быть деспотом и во всем охранять сестру - обещания из уст каждого человека, который приближался к императрице. Смерть. Вот, что ожидает Гонтранну. Убийцы!

Воздушное такси качнулось из стороны в сторону и обогнало несколько везделетов, которые ползли по главной трассе у сигнального бордюра. Голова низко опустилась к груди, чтобы не видеть города, пальцы обняли колени, а душа решила, что покинуть тело - плевое дело. Что же делать с головой, отказавшейся воспринимать реальность? Прикинуться дурой, потому что так решила Милли, очень просто. Ей только предстоит столкнуться с чиновниками и генералами двух правительств, обуздать силы, которые невозможно контролировать. Ей еще нужно понять, что такое Войска. Что такое Берди, наконец. Воевать со стихией - задача, неподсильная даже богам, а Гонтранна никогда не пыталась возомнить себя всесильной, понимая, как должна поступить теперь, когда городу приходит конец. Высокомерная копия, обладающая долей смысла, слишком прямолинейна, чрезмерно независима, и потому отец оставил ее на потом, выставив, как защитную пешку в игре политической катастрофы.

Девушка вздохнула, протирая рукавом свитера запотевшее стекло: искуственный дождь поливал сквозь узкие отверстия подвесного свода огромный садовой проспект, а немногочисленные служащие контор раскрыли разноцветные зонтики и суетливо стремились под навесы подальше от воды и монолетов Войск, патрулирующих этот квартал. Очарование встречи с сестрой расстаяло, превратившись в фальшивую тоску по прошлому. Сегодня от тебя зависит, чем закончится история империи, - шепнул невидимый, но ощутимый голос ангела, охранявшего душу. - Только ты способна найти человека, который взял бы страну в крепкие руки. Только тебе доступно загнать в ловушку интриганов. Сомнения мешают и губят, и плыть по течению - опасное заблуждение ребенка, которому нечего сказать.

Наверное, ангел лгал. Тишина комнаты, бред в голове, и тающая в небытие фигурка Сюззи говорили об обратном. Бедненькая, слабенькая, безвольная Гонтранна упала на диван, когда наконец добралась до своей маленькой квартирки. Глухое, как тысячи стонов, одиночество вернулось к порогу дома и незаметно обволокло тело равнодушием. Без движения, без мыслей, без тепла лежало оно, потерянное в пространстве. Глаза остекленели, заглянув вовнутрь. Казалось, девушка умерла и больше не вернется в чуждый душе мир - мир игрушек и жертв, в мир, где слишком много слов для непонимания.

Дыхание девушки стало ровным, и наконец на обессиленный разум сошел сон - Божье благословение от мук. Но внезаный звонок в дверь разрушил тишину, и Гонтранна вскочила. Она опрометью бросилась в коридор, потому что больше всего хотела, чтобы за дверью оказался Олерго, который бы обнял ее и просто помолчал рядом.

- Берди?

Маршал сделал решительный шаг через порог и взял девушку за локоть, чтобы практически силком повести в комнату.

- Добрый вечер. Сидим в темноте, императрица? - маршал задернул шторы и, достав сетевик, включил временную защиту от прослушки разговоров.

Девушка же беспомощно опустилась в кресло и безучастно наблюдала за тем, как комната заполняется оранжевым светом, а незваный гость, пришедший явно не из праздного любопытства, осматривает апартаменты первой леди страны. Ну, посмотри, посмотри же! Что ты ищешь среди стен? Берди обернулся и направился прямиком к Гонтранне, чтобы сесть на подлокотник и погладить волосы той безо всякого смущения.

- Сестра понравилась вам?

- Вы приехали, чтобы посплетничать? - почти неслышно отозвалась Гонтранна, напряженно терпя ласку и подавляя ком в груди, что поднялся к самому горлу.

- Разве я похож на кисейную барышню? - ласково отозвался Антуф. - Меня интересует факт возникновения близнеца.

- Думаете, мы поменялись?

- Нет. Узнать девушку, к которой привязан больше всего на свете, чрезвычайно просто - по особым приметам.

- Понимаю, я всего лишь часть системы, которая зафиксирована в картотеках и на маячках, - девушка нахмурилась и попыталась улыбнуться монстру в обличье друга.

- Вы зря обижаете меня, - маршал нахмурился и встал, минуту глядя в холодные, непроницаемые глаза наследницы и наконец решительно продолжил. - Вы правы, я здесь не для выяснения отношений. Это смешно при наших отношениях. Один вопрос - вы готовы пойти на сотрудничесвто с Войсками? Иначе...

- Об "иначе" потом, - прервала равнодушно Гонтранна, - Говорите главное.

- Мне необходимо наладить отношения с Милли Линдер, иначе без содействия майорота, противники перевернут город.

- Льстивая лиса и самодовольная львица - хорошее сочетание.

- Вы обязаны мне помочь во имя страны и общества!

- А если я скажу, что Милли не взойдет завтра на трон?

Берди на мгновенье побледнел, потому что девушка, забравшаяся на кресло с ногами, злобно стукнула кулачком по столу.

- Как? Вы хотите сказать...

- Я еще ничего не решила, а без моего согласия никто не смеет назначать преемника.

- Вы решили сорвать торжества завтра. Вы на стороне заговорщиков?

- Просто мне плевать, - бывшая императрица вызывала маршала на бой всем видом. - Пусть ваша проклятая империя летим ко всем чертям. Вы хотели меня шантажировать? Не отвечайте. Так вот, усвойте, вы никогда мне не станете ничего приказывать, и все, что я делаю - делаю по доброй воле.

- Не глупите, прошу, - друг покачал головой, словно видел перед собой непослушного ребенка. А девушка вдруг покраснела и уступила.

- Хорошо, принимаю ваше предложение. Я помогу вам, Берди, но потом уйду и никакие Войска не должны появляться на пороге моего дома, слышите?

- Чудесно, - густые брови Антуфа сдвинулись. - Истинная дочь Лина Линдера. Согласен с вами, дорогая императрица.

- Тогда идите! Идите! Не стойте здесь, маршал. - ледышки глаз Гонтранны не изменялись. - Объявите маскарад в честь высокой гостьи и верьте, она будет вашей союзницей. А теперь, до свидания и, надеюсь, до скорого "прощай"...

Дверь тихо притворилась, но девушка слышала, как щелкнул замок. Она закрыла глаза и задумалась над тем, что, наверное, никто и никогда не узнает правды о майороте. Берди убьет тебя, сообщил замечательный посланник неба в ответ.

А Гонтранна набрала номер Олерго.

***

Генерал просмотрел запись разговора сестер несколько раз, а потом, сам не зная почему, вошел в сеть, и загрузил программу интеллекта и метрической проверки. То, что выдала машина через полчаса, ошеломляло: наклонности нахальной стервы запрограммированы. А слово-то какое! Лин Линдер отдыхает. Запущена программа воспитания, внедрены привычки и пристрастия, архетипы и прочее, и прочее - 20 страниц мелким почерком. Медицинские характеристики подтверждали человеческое происхождение, но сознание настолько изменили и преобразовали, что своего осталось слишком мало. Физические данные не только отличались от Гонтранны, они пугали мощностью посылаемых импульсов и лишали всякой возможности управления данной особью. Единственная оплошность - отсутствие категорического отрицания любви. Вот где император просчитался. Забавно. Как сладко задушить копию в жарких объятиях страсти. Явиться этаким мечом правосудия жалким козням. И тем приятнее игра, чем яснее поймет опасность жертва, так похожая на любимую.

Пусть огалделые психиаторы потом разбираются, почему именно жаркое желание, а не ненависть, двигали его на убийство женщины, которая повторяла императрицу. Кто судит? Такие же убийцы. Завтра они станут лизать сапоги и просить пощады. Карточный городок сложится и построится в новую, захватывающую игру.

А пока следовало потренироваться в манерности и достать домашних. Не пропадать же таланту перед встречей с долгожданной судьбой, которая отказывается в оригинале отдаться на волю победителя. Он добился желанных результатов, потому что Натали заперлась в приемной после многочисленных колкостей и не отзывалась на вызовы, а Леонора вообще расплакалась из-за очередного оскорбления и швырнула в Олерго вазу. Время было освобождено от присутствия докучливых дам. Этот пункт не касался только Гонтранны.

***

Генерал сидел на столе, рисуя безобразные рожицы на листочке, и слушал любимую, которая позвонила вполне ожидаемо. Сомнения о подмене роились в мозгу и не давали сосредоточиться, а вялый голос лился с синего экрана над потолком в такт мерцающим звездочкам и сердечкам заставки.

- Сегодня Берди сообщил мне о гибели сестры. Она убита. - Гонтранна на мгновенье затихла. - Ничего нельзя изменить.

- Ты говоришь о Сюзанне? - мужчина вслушался в тихий вздох, поражаясь тому, что не испытывает ни малейшего укола совести и что так задет горечью женщины, которая вчера отказала ему во взаимности.

- Ты можешь помочь мне, Олерго, если согласишься завтра присутствовать на карнавале... - отклонилась от ответа девушка.

- Значит, действительно Милли не взойдет на твое место? - генерал закончил пакостную ухмыляющуюся рожицу и принялся за карикатуру Леоноры.

- Просто я еще не решила, готова ли доверять сестре.

- Понятно, - безразлично согласился Олерго. - Может, мне приехать и побыть рядом?

- Ты не ответил мне, будешь ли на карнавале? - нетерпеливо повторил экран.

- Я не знаю, - немного резко прочеканили оскорбленные тонкие губы, готовые пролить столько яда, сколько потребуется, чтобы жертва сдалась, но тотчас пожалел о своем тоне.

- Тогда спокойной ночи. - тихо попрощалась Гонтранна. - Извини, что позвонила.

Неуловимая нотка в голосе девушки резанула по слуху и встревожила Дерлинга. С любимой что-то не так. Голос слишком ровный. Невесомый. Видеофон погас, а сердце зажглось сомнением. Генерал прошелся по кабинету. Удар. Сильный удар. Смерть и предательство смешались в бомбу замедленного действия. И все же...

Он набрал выбитый в сердце радугой номер, но видеофон сообщил о блокировке. Надо решать. Ехать и сейчас же, иначе беды не избежать! Проклятое недоверие. Смешно будет, если ловушка настолько проста. Нет, Милли не станет действовать быстро. Главное - соблюдать осторожность как единственное средство.

Олерго выбежал на улицу и через минуту отправился в путь, размышляя, как естественнее сократить дорогу до нижнего уровня. Его машина свернула к перекрестку и зависла над тротуаром у входов в три тонелля. Лифт-трансформер принял правительственную карту и раскрыл объятия первого входа, а затем с огромной скоростью помчался сквозь этажи города, как через раскладушку, прямо к двери любимой, у которой он вышвырнул генерала из-под пространства.

Теперь девушка не отвечала на трезвон и не реагировала на стук в дверь.Черт! - выругался мужчина и стал рыться в карманах, из которых извлек связку электронных ключей, созданных специально для полицейских служб. Замок поддался без труда, но внутри квартиры все безмолствовало и не внушало доверия.

Генерал поспешно вбежал в комнату и облегченно вздохнул - Гонтранна сидела на подоконнике, облокотившись на стену и смотрела в потолок, казалось, ничего не замечая и не слыша вокруг. Мягкий внешний свет освещал бледное лицо, плавные линии фигуры с округлой грудью, стройные ноги и руки, безвольно лежащие на животе.

- Ты зачем пришел? - девушка не шевелилась и не смотрела на Олерго. - Оставь меня в покое! Оставьте меня в покое все!

- Ты пила снотворное? - Дерлинг схватил со стола пустой пызырек и кинулся к Гонтранне, встряхнув ту за понурые плечи. - Говори, пила? Идиотка!

- Не больше твоего. - ясные глаза уставились на обеспокоенное лицо со странным выражением. - А если бы и пила, ты все равно не имеешь к этому ни малейшего отношения. Успокойся и выматывайся. Я не самоубийца. И никогда не появляйся...

- Что? Ты с ума сошла, ты!.. - мужчина за шкирку схватил упрямицу и практически волоком потащил по коридору по направлению к ванной, совершенно не желая верить безумным излияниям равнодушия и подозревая, что вымоет не толкьо пищу живую, но и таблетки, которых, впрочем, как и предупреждала раньше сопротивляющаяся пленница, в желудке не оказалось. Она настолько обессилела, что из-за последней пытки буквально висела на руках генерала, что испуганно уложил Гонтранну на диван и побежал заваривать крепкий чай с сахаром и заказывать по пневмопочте горячее..

- Что ты так смотришь на меня? - Гонтранна попыталась приподняться, когда услужливая рука Олерго поднесла к ее губам чашку. - Я предупреждала, что не пила снотворного. - голос ослицы становился все слабее.

- И ничего не ела. Успокойся и молчи. Глотай, иначе я применю силу. Вот так. Что за несносное создание? За что мне такое наказание? Ешь, я сказал! - он подпихнул поближе горячий фасолевый суп, прибывший несколько минут по спецзаказу, настойчивой рукой запихнул полную ложку в сжатый рот. - Молодец, слушаешься папочку.

- И чего ты ко мне привязался? - бывшая наследница не пыталась сопротивляться, одновременно жевала, злилась и говорила. - Я просто хочу побыть одна, отказаться от всего. Что тебе надо от меня?

- Тебя. Ты ведь меня не бросишь одного? - очередная ложка коварно дожидалась ответа.

- Кто сказал, что ты один? - Гонтранна проглотила очередную порцию. - Ты сплотил вокруг себя настоящую команду, ловко орудуешь в городе.

- Но ты одна, - генерал погладил упрямицу по щеке. - Я не желаю терять тебя из-за дурацких амбиций. Больно думать, что я ничего не значу в твоей жизни. И потом, славная моя, я тоже не бессредечен. Я тоже терял дорогих друзей и родных в войне. Но никогда не проявлял равнодушия к живым. Не будь жестока со мной.

- Жестокость порождает наслаждение, я устала быть ответом на все вопросы. - руки отодвинули тарелку и настырную ложку.

- Гонтранна, послушай меня, девочка, все пройдет. Все исправится, я всегда буду рядом... Позволь мне обнять тебя.

- Я не хочу верить, - она отстранилась от генерала, который протянул руки. - Оставайся на месте и не вмешивайся.

- Я не позволю тебе уйти, вот увидишь! - во взгляде Дерлинга вспыхнул огонь. - Хватит меня мучить! Хватит со мной играть. Тебе не надоело валить чужую вину на саму себя - она тебе не по плечу. Довольно жить в вечных сомнениях и ждать агонии.

- Ты мне не хозяин, - Гонтранна вздрогнула, перебирая складки пледа, которым недавно Дерлинг укрыл ее. Села, испуганная вспышкой гнева, направленного на ее персону, и чуть отодвинулась, желая обезопаситься от нападания. - Все меняется, изменяется и перестает быть истиной. Сейчас ты прав, но после, - и она закачала головой. - Зачем нам спорить, Олерго, мы говорим зазря.

- Единственное, что я хочу - видеть перед собой прежнюю девушку с ветром в голове, хочу помочь тебе...

- Не надо. Слишком много слов.

- У тебя незабываемая тактика, приманить мотылька на свет и моментально погасить фонарик. - генерал разочарованно засмеялся. - Ты хочешь, чтобы я ушел? Ушел и оставил тебя? Одну, здесь, среди этих вещей? Тебе нравится убивать равнодушием? Ты настолько кукла, что не ценишь ни любви, ни опеки?

- Прости, наверное, я не права. Слишком много несчастий. - Гонтранна неуверенно коснулась руки Олерго. - Это минутная слабость. - она задрожала, пытаясь взять себя в руки, и Олерго ответил на призыв, крепко обняв милую и несчастную девочку. - Просто я боюсь обмана, не доверяю людям... Жду подвоха каждую минуту. Слишком много желающих полакомится майоротом. И ты тоже замешан. Даже спрашивать не надо.

- Будь снисходительна к амбициям простого человека. - теплые губы Олерго коснулись лба бывшей наследницы. - Я не претендую на особенность.

- Значит причастен. - девушка плотнее прижалась к его груди и прислушалась к ровному дыханию и стуку сердца. - Тогда тебе небезынтересно будет узнать, что Берди просил меня о посредничестве между Милли и ним для полного взаимопонимания. Сестра вряд ли оставит опасного маршала у власти долго. Но шансы ваши все равно не равны. Впрочем, ты официально мертв.

- Ты мстишь ему?

- Нет, Олерго, теперь я наблюдаю и не выбираю правильную сторону. Достаточно понять, что зачинщик не Берди, а ... - Гонтранна замолкла и погладила генерала по голове, а потом посмотрела тому в глаза. Пауза затянулась, но оба не хотели сдаваться, и девушке пришлось встать от распиравшего душу смущения - такими откровенными казались намерения Олерго получить взаимность. Она прошлась по комнате, чтобы внезапно, с ненавистью попросить, - Ты должен мне помочь убить гада, застрелившего сестру. Согласен полететь на нейтральную территорию?

- Ты готова сыграть со смертью?

- Да, потому что завтра окажусь на том же месте. Прежде, чем произойдет переворот. И еще мне нужно избавиться от лишних людей. Почему ты молчишь?

- Решаю, можно ли тебе верить? - генерал, который продолжал сидеть на полу, облокотился на диван. - Остальные твари меня не волнуют. Ты сказала, маршал на краю гибели?

- Да, - убежденно согласилась девушка.

- И что же ты хочешь от меня?

- Разобраться с Милли и Берди, - равнодушно сообщила Гонтранна.

Такого ответа Олерго не ожидал. Возможно, милая и слабенькая девчонка читала мысли, или знала намного больше, чем открывала, или просто обманывала.

- Тогда по рукам, - Дерлинг сощурился, откинул назад непослушную челку и поманил Гонтранну сесть рядом на ковер. - А теперь расскажи мне о наследнице.

- Хорошо.

То, что знала девушка, Олерго и сам мог в подробностях изложить, добавить и расширить. Не факты сейчас волновали генерала, а близость к мечте, надежда на взаимность и искренность в праведном негодовании Гонтранны, которую беспокоили радикальные меры, принимаемые маршалом. Она боялась распри между государствами, боялась раскола и новой атаки извне. Сегодня именно так звучали сетевые новости. Но главное - она считала Войска опасной и неуправляемой структурой, которую после смерти Лина не сумела взять под какой-либо контроль. Отсюда шли основные беды. От Антуфа и его невыносимой властности.

Генерал не стремился успокоить Гонтранну, не пытался обелить действия правительств, не скрывал ненависти к закону, мешающему развиваться городу-гиганту, но заявление о причастности Берди к смерти Сюзанны, его невольно рассмешило.

- Возможно, ты права, - заявил он, подогревая сомнения любимой и ее тайные опасения. - Стремление к полному контролю очевидно: улицы заблокированы постами, введен комендантски час. Правительства арестованы до конца расследования. Еще неделя - и нас ждет хаос в колониях. - мужчина, уже два часа слушавший про сетевых монстров, похожих на людей, и про Лигу, которая может возродиться из пепла, встал и подошел к окну. - Лига, конечно, не способна вновь объявить войну, но связи мы потеряем. А вот насчет Милли соглашусь. Таинственная гадость подоспела вовремя. Послушай, ты не будешь против, если я останусь у тебя? Ночь на дворе, - внезапно предложил Олерго девушке, которая сидела где-то в темноте. - И тебе не одиноко, и мне...

- Оставайся, только спи на кухне.

- Понятно, другого я не ожидал. - он повернулся к любимой, чтобы разделить с ней минуту волнения. Желание колется - хочется ведь, признайся, Гонтранна, спросили демоны страсти внутри генерала.

- Я постелю тебе. - бывшая наследница встала и отправилась к кухне, но мужчина успел поймать ее за руку и обнять. - Ты так и будешь избегать меня?

- У меня умерла сестра, - гробовым голосом сообщила Гонтранна и уперлась мужчине ладошками в грудь. - Прошу тебя...

- Я понимаю.

Но он не понимал. А потому не мог всю ночь уснуть. Отчасти из-за планов, отчасти из-за того, что испытывал неземное наслаждение страдать, находясь рядом со сладко спящей женщиной, и не брать ее силой, и давать ей шанс понять... Глаза, не моргая, глядели в черноту, в ползущие блики на потолке, а губы улыбались. Здесь жил аромат ее кожи, здесь каждый день ступали ее сладкие ножки. И неважно, что она затеяла - он все равно добьется своего, прижмет ее к груди и завладеет навсегда безраздельно и жадно. Ведь к огромной радости, женские эмоции стоят выше умственных способностей, а значит маршал действительно, а главное вовремя оказался в опале. Надлго ли? Скрытная девочка Гонтранна гляди изменит решение. Ее доверие быстротечно. Поэтому следует добить маршала теперь, скинув его со сцены. Тут, ненаглядная, ты останешься со мной наедине. Ты не избежишь выбора одного из одного, какими бы ловкими фразами не пользовалась. За спиной не останется ни Берди, ни Войск, ни опасной штучки Милли, которую я повешу на первом столбе. Ты станешь обыкновенной женщиной, принадлежащей мне. Я буду лежать с тобой рядом, чувствовать тебя всю... безграничное наслаждение. Нега двух тел, радость двух душ. Ведь ты любишь меня? Я знаю, что любишь, но не веришь сама себе... себе... себе...

Генерал наконец закрыл глаза, и мысли его начали путаться, изредка вспыхивающие страстью и разъедаемые холодом одинокой постели и разрастающимся на горизонте планом действий. Ночь подходила к концу.

***

Утро началось паршиво: Гонтранну разбудило дребезжание видеофона, который стремился с кем-то немедленно соединиться. Впрочем, догадаться не составляло особого труда - только правительственные каналы могут прорваться через блокировку, а значит на связи или Антуф, или Милли.

- Я слушаю, - девушка прикрыла дверь, чтобы не разбудить Олерго и совсем не обрадовалась раннему звонку сестры, которая не имела ни малейшего представления о приличиях.

- Доброе утро, - казалось, экран вместе с приветствием улыбнулся обескураженной хозяйке. - Ты уже проснулась? Хорошо. Хотела предупредить по поводу маскарада и оформления документов по передаче майорота. А то ты очень рассеяна была вчера. Помнишь? Прекрасно, тогда жду у себя.

- После обеда, у меня остались кое-какие дела, - Гонтранна переминалась с ноги на ногу и говорила шепотом, так как опасалась чуткого слуха генерала. - Надо отдать инженерку сетевикам, а потом только...

- В три тебя устроит? - нетерпеливо спросила сестра.

- Я постараюсь, - неохотно согласилась бывшая наследница, натягивая поверх майки свой вчерашний свитер и злясь на неумение ответить "нет".

- Уж будь любезна, - потребовал экран и погас, а Гонтранна так и осталась стоять посреди комнаты с легким недовольством в груди. Она не стремилась ехать на встречу, не хотела отвозить проекты в компанию Сульяма. Но данное слово стоило куда больше мысленных обещаний самой себе.

А потому следовало одеваться побыстрее. В коридоре стояли сумерки, через задернутые жалюзи на кухне не проникал свет, и Олерго еще сладко спал, скинув одеяло на пол. Его лицо стало мягким и улыбчивым - как раньше, при первом знакомстве. Гонтранна накрыла генерала вновь и тихо выскользнула за входную дверь,чтобы поскорее доделать дела и отвлечься от гнетущей боли по Сюззи. Ответы от Бога пришли сами по себе, и осталось взвалить гибель бедной девочки только на саму себя, на ту, которая побоялась ответственности и отдала власть ребенку, непослушному и глупому. Да, Сюзанной воспользовались нечестные политики, пронырливые вельможи, богатенькие мерзавцы. Но она была не виновата в духовной слабости - мир власти затягивает быстрее болота. А значит мстить придется самой.

Старый велоцит выехал на трассу к указателям и свернул по ним к центру города, повинуясь маякам, разрешающим определенную максимальную скорость и полосу движения для данной модели. Девушка попыталась забыться ветром и полетом, но воздушные потоки все больше напоминали могильный холод. Отвлечься, когда на каждом километре встречаются патрули и военная техника Войск, становилось очень сложно. Яркие флаги империи напоминали тряпки для торерро, а солдаты - палачей свободы.

Центральные кварталы тоже пестрили мундирами и полосатыми везделетами. Вот уж где не следовало вводить военные порядки после войны. Разве будут довольны богачи подобным соседством? Отнюдь. Бесконечные проверки и аресты кого угодно выведут из себя, а террор у востанавливающегося после войны города вызывает лишь рвотный рефлекс противодействия правительственных политков. Наверняка, на негодование и рассчитывал Олерго, который из одиночки превратился в матерого волка с целой стаей сподвижников. А выражение какое замечательное выбрал - переворот во имя города. Так говорят новости сети. Наверняка, так же думают многие.

Велоцит стал снижаться на знакомую площадь компании Сульяма. Крылья его свернулись в две трубы. Шумящее жерло мотора затихло. Девушка сняла сбоку коробку с проверенными файлами и стала спускаться по лестнице, поражаясь нахальности Антуфа - даже здесь он оставил след в виде нескольких военных везделетов и десятка солдат. Быстрые ножки торопливо побежали по разноцветному настилу к основному зданию. Авось, пронесет, и никто не остановит ее на полпути. Но судьбе неведомы ошибки.

- Гонтранна, подожди, - голос, отделившись от группы мужчин, достиг слуха наследницы. Она быстро обернулась и узнала капитана Сверта, который бежал к ней, придерживая козырек и радостно улыбаясь. Громоздкий бойтомет болтался на огромном плече. Черные кудрявые волосы наконец-то кто-то привел в порядок и остриг - настоящий бравый солдат.

- Как я рад, что вас встретил. Вы машин испугались? - краска залила щеки великана. - Опять по неполадкам в сети?

- От работы не отказываются. Пришлось посидеть, прежде, чем разобралась в разрывах. Что ты так смотришь на меня, Сверт?

Взгляд капитана и вправду наполнился жалостью.

- Я? Ничего! - он постарался отмахнуться, но актерских спобностей не хватило даже на сколько-нибудь сносную мину. - Есть проблемы.

- Что-то случилось? Ты странно изменился. - девушка взяла капитана за руку, а тот все колебался с ответом. - Расскажи мне. - попросила она как можно спокойнее.

- Это сложно, - сильные пальцы ответили на рукопожатие нежно и доверительно. - Сеть утверждает, что правительство скоро уйдет в отставку, а Антуфа и его кабинет свергнут новые силы, что Лига займет первое место в решении вопросов, что сегодня последний пир Линдеров перед концом.

- Думаю, слухи не рождаются на пустом месте, но ты не об этом хочешь сказать.

- Я боюсь, что когда начнутся беспорядки, я не смогу защитить вас. - Сверт взял Гонтранну под локоть и пошел подальше от любопытных ушей. - Знаю, вы никому не доверяете, но обстоятельства таковы, что скрывать их становиться равносильно предательству. Нас ждет война. Сегодня Берди Антуф натянул майорот на себя. Одно сопротивление - и город вместе с представителями Лиги и нашим правительством разлетится на куски. От империи останется автономия под его началом.

- Я знала это.

- Но не знаете, что Антуф добивается подписания документов для того, чтобы получить майорот в свои руки. Он вступил в сговор с вашей так называемой сестрой, чтобы убрать вас и поставить ее, как куклу, на пьедестал власти. Милли тоже показалась мне не ангелом, - гнев прорезался в голосе капитана.

- Ты ездил с ним в особняк Линдеров. Ясно. - Гонтранна плотнее прижала к груди файлы компании Сульяма. - Опасно слишком много знать. Опасно думать, что все понимаешь, Сверт. Посмотри на меня, я похожа на дурочку, которая доверяет Войскам?

10

Ранним утром маршал попросил аудиенции у будущей императрицы, на что получил милостивое приглашение посетить ту не позднее полдня. В голове у Антуфа уже сложился план о свержении династии Линдеров, казни Милли и возвращении себе непокорной отступницы Гонтранны, но все же и теперь не хватало отдельных деталей и нюансов, которые оградили бы страну от дальнейшего кризиса.

Первый удар, так ловко нанесенный неизвестным преступником и вывевший с поля боя Сюззи, позволил иначе оценить возможности Войск, которые работали до сегодняшенго дня обычной полицейской стеной. Неожиданная смерть привнесла не просто разлад в сложившуюся систему, но и укрепила сознание того, что необходимо полностью ликвидировать опасные идеи и их выразителей навсегда, освободив правительственные места для ставленников майорота. Сперва следовало очитстить города, затем возвести на трон Милли, уничтожить ее и, прижав Гонтранну к стене, заставить упрямую ослицу выйти за него замуж. Тогда ни одна сеть не обвинит Антуфа в посягательстве на законную власть, как позволяют опозиционеры и прочие интриганы. И мертвый Олерго перевернется в гробу от зависти и злобы. Город во власти Войск. Город всегда будет управляться не тщедушными богатеями, а истыми преверженцами справедливой кары.

И никто, слышите, никто не посмеет больше поминать Лина Линдера, как основателя мирного города. Маршал готов принять корону как награду за спасение.

А сегодня нужно изображать паиньку. Пряча оружие за спиной. Наступать медленно, занимая все больше территории, пока не останется места для других.

- Сверт, подожди меня в везделете, - Антуф покинул машину перед воротами и стал подниматься по белой лестнице в дом, словно шел в него как хозяин. Капитан наблюдал за мужчиной с явным неодобрением. Еще в полете его ошеломил гнев маршала по поводу сетеых новостей, теперь настало время для презрения. Иногда приходится мириться с характером вышестоящих чинов, но не тогда, когда от тебя зависит жизнь самой честной девушки на свете.

Именно она толкнула Сверта пойти следом, именно потому он слушал и дрожал, сознавая безысходность войны и смерти.

- Вы не получите подписей Гонтранны, - говорил Берди за дверьми. - наследство уплывает из рук.

- Что вы имеете в виду? - голос, так похожий на самый прекрасный из голосов, резал слух.

- Она отказалась вчера подписать бумаги и передать власть.

- Вы лжете мне! Как вы смеете?

- Посудите сами, разве в головке моей новой хозяйки не возникает мысль о том, что Гонтранна могла обмануть наши надежды и передумать.

- Если это правда, то нам нечего опасаться ее козней. Она ускорит себе отставку.

- Вы шутите? - тень маршала приблизилась к проему под дверью и замерла.

- Учитывая то, что заговорщики не уничтожены, власть перейдет в другие руки по-любому. - мерзавка засмеялась, но была прервана громкой пощечиной.

- Странные заявления, Милли. Лучше молчите, если хотите остаться у трона!

- Невелика добыча, когда ваш генералишко Дерлинг готов к атаке. - звуки короткой борьбы закончились тишиной. Сверт отчетливо уловил запах сигарет и напряженного размышления обоих.

- Вы готовы пойти ва-банк? - вдруг спросила Милли тяжелым голосом.

- Я готов держать оборону и при случае уничтожить возможных лазутчиков. Но в городе больше нет ни правителей, ни тем более лидеров. И Олерго Дерлинг мертв!

- Сильно ошибаетесь, маршал. Если честно, то я подозреваю, что Гонтранна специально скрыла от вас факты.

- Не понимаю намека.

- Не притворяйтесь, - шаги по комнате заставили Сверта подальше вжаться в темный угол. - Вы же хотите получить майорот. Обещаю отдать государство добровольно, если вы устоите в схватке с Лигой и оппозицией.

- Не убедительно звучит. Зачем приезжать в разгар раздела власти и отдавать жирный кусок? Звучит фальшиво, но не скрою, оригинально.

- Затем, чтобы отомстить. - Милли распахнула дверь и выглянула наружу, но капитана не было видно за шторами и апельсиновым деревом. - По рукам, если я официально после гибели Гонтранны подпишу отречение?

- Вы ненавидете Лина Линдера, - догадался Антуф.

- Это отказ?

- Нет, не отказ, но не кажется ли вам, что ставка слишком высока, и мне, если вы говорите правду, и так принадлежит слава победителя и коронация?

- Вы влюблены в Гонтранну. Вот почему боитесь шевельнуться, уволень несчастный! Тогда Олерго Дерлинг уничтожит империю быстрее. - Милли что-то сунула маршалу в руки. - Убейте его немедленно. Вот официальное разрешение. Подпись Гонтранны подделана, но вряд ли она догадается о подлоге. Если вы успеете до маскарада, мы обойдемся без остального кровопролития.

Когда в дом Дерлинга ворвались солдаты, а парковую зону заняли велоциты и везделеты Войск, поздно было что либо предпринимать и сопоротивляться: низших слуг арестовали и вывели во двор, Леонора Силина и пигалица Натали остались внутри под прицелом бравых военных, которыми командовал сам маршал, здесь же стояли и распрядители и охрана дома. Он был напыщенно горд, но внутренне ушемлен словами Милли, заявившей, что наследница не только не доверяет своему ввереному лицу, но еще и скрыла спасение мятежного и опасного генерала. Как могла девчонка так предать идеалы власти ради обманщика, льстивого убийцы, интригана от мозга костей? Он испепелил все надежды на безраздельное владение городом, превратил за несколько лет жизнь в череду неприятностей, а за последние несколько дней привел в движение огромную машину денег, которые потекли на разрушительные цели. Молчаливые губы Антуфа шептали проклятия, а сердце надеялось, что именно здесь Олерго найдет наконец смерть, которая принесла бы уверенность в возможности освобождения Гонтрнанны и других политиканов и промышленников от иллюзий безнаказанности.

- Позвольте узнать, милые дамы, - захватчик разрешил обеим сесть на диван в чрезмерно шикарном для чина генерала холле. - Где находится генерал Дерлинг? Желательно без уловок и отговорок.

- Забавная шутка, - пробормотала Натали под нос, опуская глаза. Ведь она все утро обзванивала министерства в надежде найти Олерго - и на тебе, теперь Войска здесь с тем же актуальным вопросом.

- Что вы сказали? - маршал вздернул подбородок белобрысой бестии и поморщился, увидев, как на лице той расплывается сарказм. - Повторите.

Леонора рядышком испуганно захлопала глазками: ресницы взлетали и опускались перышками голубки. Руки напряженно вцепились в материал короткой юбки. Она вздрагивала и косилась на секретаршу, которая продолжала вести себя распущенно, как зритель странного спектакля.

- Я не знаю, где генерал. Он уехал вчера вечером и никому не докладывался, - ехидство Натали выходило за все рамки приличия. - Если он не сказал - значит никто и не может знать.

- По документам вы являетесь приближенным секретарем Дерлинга, так что не морочьте мне мозги. - маршал подозрительно оглядел стройную нахалку с ног до головы и хмыкнул, представляя, насколько вульгарный вкус у соперника. - Значит не знаете? - вновь переспросил он, оборачиваясь к Леоноре, побелевшей, как мышь. - Или лжете?

- Я не понимаю, о чем идет речь. Я вечером здесь не была. - красавица возмущенно пожала плечиками и покраснела. Натали усмехнулась глупому вранью: мерзавка пыталась соблюсти честь, но столкнулась с раздражением маршала, который сразу уловил намек в поведении секретарши.

- Не были здесь? - улыбнулся он. - Как интересно! - Леонора стала пунцовым раком.- Тогда скажите в каком часу вы в последний раз его видели?

В холл вбежали несколько солдат, и маршал обернулся, желаяя получить результаты обыска.

- Генерала нигде нет. Мы осмотрели кабинет, и нашли несколько видеофонных записей из дома Линдеров, а в гараже... - офицер, руководивший поисками, смолк и поправил форму. - Мне показалось, что там припаркована...

- Договаривай, - заорал маршал, ударяя кулаком по столу прямо рядом с флегматичной секретаршей.

- Там монолет Сюзанны Линдер.

- Что ты сказал? - Берди сглотнул, не замечая ужаса охватившего пленников. Вот почему они никак не могли вычислить положение машины столько времени. Леонора сжалась, Натали побледнела, сжав рукой подлокотник дивана, Антон, стоявший в ряду распорядитлей, напрягся, и закатил глаза - какой болван все-таки этот Дерлинг!

Маршал обвел собравшихся невидящим взглядом и прошептал:

- Бог мой! Где машина? Пойдем, покажешь.

Выдавшаяся минутка осовобождения перешла в гулкий переполох и перепалку соперниц. Секретарша ткнула Леонору в грудь и, не скрывая презрения и ненависти, прошипела:

- Какого черта ты поселилась здесь, идиотка? Они сейчас продолжают рыться в кабинете! Зачем не отключила сеть?

- Не ори, - библиотекарша отодвинулась подальше и покрутила пальцем у виска. - Это ты привезла тайные сведения о Милли Линдер.

- Не суй свой уродливый нос в наши дела! - Натали просто кипела и пузырилась, как чайник, накалившийся докрасна. - Ты только мешаешь всем высокими чувствами светской львицы.

Антон поднял взгляд к потолку, слушая злобные бормотания двух ошизевших от страха девиц и моля Бога, чтобы они не взболтнули лишнего под давлением глупых амбиций. Сердце застучало быстрее, практически также, как перешептывание спорщиц, остановить которых не предоставлялось никакой возможности, так как солдаты продолжали держать слуг под мушкой.

Внезапно входная дверь отъехала в сторону - это вернулся Антуф с офицером. Он стал бледным и страшным, с горящим ненавидящим взором, с растрепанными волосами, с расстегнутым на несколько пуговиц мундиром.

- Это она! - прорычал маршал и кинулся к Натали, которую схватил за загривок и силой отбросил к противоположной стене - секретарша стукнулась о край кадки с домашней пальмой и затихла. - Здесь все предатели и убийцы! Вы все причастны к преступлению, так как прикрывали убийцу. - Берди повернулся к слугам и поманил управляющего к себе. - Вы следите за домом? - спросил он сквозь зубы.

- Да, - Антон шагнул вперед, слегка нахмурился, потому что понимал, как близок к потере контроля над ситуацией. Олерго не простит беспорядка в доме - никогда.

- Где генерал Дерлинг? - заорал Антуф прямо в лицо онемевшему парнишке, который ожидал от вернувшегося зверя не то оплеухи, не то чего похуже. - Молчание вам ничего не даст. Хорошо, господа, тогда поступим по-другому, - и Антуф вытащил из-за пояса лучемет и приставил ко лбу Антона. - Есть другие предложения? Нет! - раздался выстрел, и голова управляющего исчезла, а окровавленное тело осело на дорогие восточные ковры.

Леонора вскрикнула и быстро отвернулась, секретарша, пытавшаяся приподняться, двинулась ползком к дверям в приемную, слуги натянулись, как струны.

- Так произойдет с каждым, кто попробует связаться с Олерго Дерлингом. - маршал мыском пнул мертвое тело, теперь перставшее быть Антоном, и вновь посмотрел на пленников. - Вы должны ждать прибытия хозяина и молчать. А пока расходитесь, здесь останется войсковая служба захвата.

- По какому праву вы? - Натали наконец поднялась и возмущенно шагнула обратно. - Вы же убили его! Вы преступник, и по закону города...

- Преступник не я, барышня, а генерал, который разрядил обойму в наследницу. Оставьте ваши вопли президенту Крунду. Кажется, он записался в освободители "невинных" и подбивает верхние уровни к восстанию. - Берди сделал знак убрать тело и отдал честь плачущей Леоноре. - Мое почтение, леди Силина. Можете продолжать чистить перышки, и простите за неприятный энциндент.

Красавица, сглотнув, ответила на прощальный жест кивком и проводила удалившихся солдат и маршала до самых дверей. Расплывчатое письмо и брызги крови на полу гипнотизировали сознание, а образ Антона, с широко открытыми глазами и замеревшими на губах словами, так и остался в памяти, как подтверждение случившегося.

***

Гонтранна выслушала Сверта с растерянностью и тревогой, а потом попросила присесть его вместе на длинный деревянный бордюр для отдыха.

- Меня так или иначе убьют, - с раздумьем прошептала она, теребя в руках корбку с чертежами. - Только без жалости, Сверт, прошу. Спасибо за рассказ, но он мне вряд ли поможет. И компания ждет расчеты.

- Какие расчеты? Вы с ума сошли? Плевать, - капитан схватил огромными лапищами худенькие плечи и развернул бывшую наследницу к себе. Гонтранна заторможенно подняла голову на румяное лицо друга и попыталась изобразить веселье.

- Не бойся, я не пропаду. Просто слишком много лжи... Даже голова закружилась. - она дрожащей рукой передала проделанную работу великану и долго сидела, размышляя. - Сделай так, чтобы я больше не видела Берди Антуфа, - попросила девушка внезапно. - Мне нужно затаиться и оценить шансы на спасение. Поверь мне, я знаю, что делать, как спасти город.

- Вы должны спасать не город, а себя. Бежать, в конце концов.

- Нет, не сейчас, - девушка встала. - Поговорим потом, - попросила она и направилась к компании Сульяма, отмахнувшись от увещеваний капитана, который убеждал Гонтранну в преданности и обещал спасение постыдным исчезновением - просто он боялся больше не увидеть выбранную обманщиками жертву.

***

Девушка не помнила, как закончила работу, как вышла на улицу и пробралась через патруль солдат к велоциту. Из памяти вычеркнулись разговоры с инженерами, проверка сети, вообще все, кроме откровений Сверта. До чего же бессмысленна борьба, если на первое место поставлены карьера, деньги и власть, а не жизнь людей, если отец ошибся в выборе, а ты сама ничего не значишь в бесконечной пустоте.

Гонтранна взглянула на часы - без четверти час. Значит до встречи с копией осталось время, и можно заглянуть в магазинчик с широким выбором карнавальных костюмов. Ангел в голове сделал пируэт и завальсировал с тенью Олерго, поменял его на Антуфа, а потом на Милли. Наверное, он знал больше, чем остальные, но молчал перед лицом истины.

В маленьком салоне две кокетливого вида дамочки уже примеряли наряды для ночного действа, грозящего появлением нового правителя. Они щебетали, обсуждая последние светские сплетни о перевороте и утверждали, что обойдется без крови. Причудливые маски менялись одна на другую, так отбрасывают обычно игроки поднадоевшую внутреннюю сущность, меняя ее на более выгодную. Гонтранна следила за покупательницами, сидя у входа в ожидании своей очереди. Наконец услужливый робот-сетевик появился из склада и поинтересовался, что желает преобрести такая известная клиентка.

- Карнавальные костюмы. - девушка встала и направилась к мерцающей феерии разнообразия. Она перебрала множество вариантов, но вышла из магазинчика лишь с двумя свертками, которые предназначались ей самой и Олерго, который и вправду оказался в квартире и, кажется, вообще только встал.

- Где ты была? - генерал потянулся и, пошатываясь, выполз в коридор, не стесняясь помятых брюк и небритости.

- Ездила по делам. А это тебе. - Гонтранна кивнула в сторону свертков на тумбочке у порога. - Пойду умоюсь, но предупреждаю, не трогать моего костюма. - закричала она из ванной, когда услышала, как шелестит упаковка.

Генерал сидел на диване весь в оберточной бумаге, из которой высовывалось что-то защитного цвета.

- Странный выбор, Это твое, Гонтранна? А что здесь? - руки поспешно разорвали следующий пакет, а девушка все стояла на пороге, прислонившись к косяку, и разглядывала человека, у которого были все шансы отправить ее на тот свет. - Пока распакуешь, вечер наступит, недовольно добавил он.

- Ты давно проснулся?

- Когда услышал твои шаги. Я хочу есть. - заявил он нагло. - Закажи в ресторане что-нибудь сносное.

- Хорошо, будет тебе и еда, и королевский подарок, - засмеялась Гонтранна, оставляя шаловливого ребенка за его занятием. - А ты пока примерь, - добавила она уже в коридоре, где находилась основная связь для заказов.

- Фантастично! - Олерго явно обнаружил наряд и теперь посвистывал, двигаясь где-то в комнате. - Не хочешь взглянуть на меня? - позвал он через несколько минут.

Гонтранна едва не выронила поднос, когда вернулась с доставленным по пневмопочте обедом. Олерго сидел в кресле, закинув ножку на ножку в весьма картинной позе. Черная, из черного бархата с шелковой отделкой маска изменила благородное лицо до неузнаваемости, лишь яркие глаза сияли хитро и одновременно призывно в кошачьих прорезях. А костюм дьвола - с высоким воротом и плащом с красной подкладкой - он точно соответствовал представлениям девушки об опасном и азартном генерале, который стремился к власти.

- Немного жмут сапоги, - Дерлинг повыше натянул кожаный остроносые сапоги со шпорами, - но ничего, и так сойдет.

- Все, покрасовался, тогда садись есть, принц ночи, - бывшая императрица выставила на стол заказ и отвела глаза, так как на себе ощутила влияние магнетизма, добавленного выбранным одеянием. Он произведет неизгладимое впечатление на Милли. - Мне пора идти.

- Опять убегаешь? - Олерго снял маску и вскочил, чтобы схватить девушку за запястье и насильно усадить к себе на колени. - Если я принц, то имею право приказывать? - мурлыкающе поинтересовался он.

- Неужели?! По-моему, все ваши желания, монсеньор исполнены. - та легонько щелкнула генерала по носу. - Утоляй голод! Пока я новостями не испортила тебе аппетит.

- Какие такие новости?

- После. - Гонтранна соскользнула на пол и быстро шмыгнула в коридор, а затем на кухню, но Олерго направился следом с самым воинственным видом, прихватив с собой обед.

- Опять какие-то тайны? Выкладывай.

- Президент Крунд собрал армию спасения и намеревается затеять войну. - девушка несколько секунд подождала реакции, но генерал с внезапным энтузиазмом взялся за поглощение пищи.

- С его стороны это более чем странно, - пробурчал он, жуя кусок курицы. - Что дальше?

- Правительства отправлены Войсками в отставку, а сеть утверждает, что смерть Сюззи связана с маршалом Берди.

- Ты должна была предположить такие повороты событий, - Олерго отпил глоток кофе и с надеждой на обобрение сообщил. - Лучше посмотри, какой я душка.

- Ты смеешься, тебе даже неинтересно, противный нарцисс...

- Интересно, интересно.

- Берди сегодня был у Милли, и та сообщила, что ты жив. Они решили убрать тебя и меня из игры.

- И это тоже могло произойти, - генерал покосился на отражение в зеркальной плитке. - Кстати, - внезапно спросил он, - ты не будешь против, если я поживу у тебя несколько дней?

- Хоть какая-то реакция...- облегченно отозвалась возмущенная Гонтранна. - Не ждала, не гадала.

- Все не без опасений живут, - Олерго откинул использованную салфетку и поднялся, заглядывая в наполненные непониманием глаза. - Спасибо, что сказала о главном. Видишь, как мне вредно спать. Обязательно пропущу революцию. Ничего, - он уткнулся носом в теплое плечо любимой, - выкрутимся. Никто тебя не обидит, никто не посмеет, потому что ты...- остановился он на полуслове, понимая что не может больше обманываться. Гонтранна так близко, так желанна... Мир рушится под ногами, но Дерлинг не выпустит из рук мечты. Никогда не отдаст возможного счастья. Он взорвет город. Генерал опустился на колени и обнял ноги девушки, не сумевшей скрыть волнения. Минуту или две они не шевелились, но наследница майорота вдруг высвободилась и решительно начала убирать со стола.

Что же, опять неудача. Только теперь ты испугалась не меня, подумал мужчина, наблюдая смущение и негодование на лице Гонтранны. Солгать молчанием нельзя, нельзя солгать дрожанием колен и суетливостью движений.

Олерго встал, решительно отвергнув дальнейшие поползновения, и активизировал видеофон под пристальным наблюдением беспокойных зеленых глаз, прикрепив миниатюрную трубку для личного разговора к уху. Синий экран отозвался протяжными сигналами и перешел на "черную" волну после введения секретного кода. Следовло поступить так раньше и попросить отца о помощи. Следовало, но ведь хотелось все сделать самому и не унижаться. Что же, теперь по барабану.

- Привет, - генерал подмигнул Гонтранне, которая отправила тарелки на утилизацию, и вновь посмотрел на экран. - Что за молчание? Не видно, потому что так надо. У меня неприятности. Да нет, маленькие. Сегодня буду... Не раньше четырех. Дня, конечно. Я вовсе не сошел с ума! - Олерго внезапно засмеялся. - Хорошо, я постараюсь не шуметь. Только я не один! Да, с ней! Ну, пока. Пока. - мужчина уже хотел отключиться, но внезапно рука остановилась на полпути. - Я расскажу тебе позже. Ты прав, это все из-за меня! Я знаю. - Олерго наконец обернулся к Гонтранне, обескураженной признанием вины вслух.

- Теперь все уладится, - заявил он радостно. - Завтра начнется война, и я верну тебе власть.

- Что? В каком смысле? - девушка села на стул, выронив пластмассовую чашку с остатками кофе на пол.

- В самом прямом. Завтра наша армия войдет в город. - сообщил Дерлинг, расплываясь в улыбке. - Ты же хочешь мира? А мира не бывает без войны. Иначе мы никогда не избавимся от Войск и не создадим ничего, кроме опасной разрозненности и слабости.

- Ты готов вступить в конфликт с маршалом? Один против Войск? С какой-то непонятной армией, которая неизвестно как обучена и вооружена?

- Я что говорю на другом языке? Да, готов, и вступлю, - желваки генерала задергались. - Слишком долго я ждал.

- Странно, что я спокойно слушаю тебя, что я нахожу смысл в безумии.

- Ты сама некогда признавалась, что во всем есть смысл. И мне крайне важно теперь играть, потому что от этого зависит не только жизнь города, но и твоя безопасность.

- Значит ты хочешь пожарища? Боли? - Гонтранна отвернулась к окну и сцепила пальцы рук, погруженная в глубину темной стороны души, которая ангельским голосом сообщила об истинных намерениях Дерлинга.

- Это судьба. Это Антуф заставил нас действовать. Войска и майорот. Проклятый Лин Линдер. Он жаждал крови, когда разорял другие города.

- Кровь за кровь, - пробормотала девушка и вздохнула.

- Да, потому что кому-то нужно спасти свободу последнего островка жизни, потому что мы хотим дальше развиваться, а не чахнуть в выдуманных рамках власти маршала и его министров. Нас много, Гонтранна.

- Это твое дело, мне все равно, - девушка резко встала и хотела уйти, но путь ей преграждал настоящий демон.

- Не лги, я все вижу. - мужчина взял лицо любимой в свои руки и погладил щеки той большими пальцами. - Иного выхода усмирить Берди нет. Он добьется власти и уничтожит тебя и меня. Подумай, милая!

- Я прикажу арестовать его. Если хочешь, сражайся сам...

- Ты не доверяешь мне? - губы мужчины нежно коснулись Гонтранны и продолжили шептать. - Но ты должна чувствовать, что я схожу по тебе с ума...

- Ты слишком много хочешь получить, и никак не остановишься.

- Просто мне нужна твоя поддержка. Сегодня - не завтра. Потому что иначе уже не будет ничего. И нас не будет. Войска сметут город, не оставив от заговорщиков ни следа.

- Значит ты против майорота! И ты мой враг. - заявила наследница, отстраняясь и проскальзывая в коридор, как хитрый морской угрь.

- Ты искажаешь смысл специально или действительно так считаешь? Но почему? Почему ты не хочешь отказаться от пережитков? Я всего лишь хочу...

- Когда кто-то оправдывается, он всегда рассказывает о высоких целях. Тебе будет достаточно, что я не предала тебя и не выдала Войскам? Ни разу не упомянула, сколько раз люди генерала Дерлинга пытались убить меня за несколько лет. - с напряжением поинтересовалась гонтранна, стоя спиной. - Сегодня у тебя появились шансы завоевать империю отца. Действуй, и не надо мне докладываться, как провинившийся ребенок.

- Поставить все подобным образом! - Дерлинг горько усмехнулся. - Ценю золотое молчание упрямой девчонки, но не презрение и ненависть, которыми окатывает меня любимая.

- Красиво сказал. Убеждение - прекраная уловка. Но теперь я хочу, чтобы ты выполнил мою просьбу. - Гонтранна покраснела под испепеляющим и чувственным взглядом. - Я хочу, чтобы ты отправился на маскарад и познакомился там с Милли. Берди беру на себя. До двух утра времени тебе вполне зватит.

- Это намек? Нанимаешь убийцу, а сама не можешь нормально объявить о намерениях. Хороша заказчица!

- Будь сдержанне и дослушай, - темные круги под глазами девушки стали тенями боли. - У тебя еще есть время отказаться. А у меня усомниться. Я ведь догадывалась, что войны не избежать, что мне придется отказаться от трона. Что завещание майорота утратит силу для выигравших.

- Завещание? - генерал напрягся и перевернул весь чердак в голове, который утверждал, что ничего подобного нигде не читал. - Какое завещание?

- Подписанное и заверенное на случай смерти или... - мягко пояснила Гонтранна, будто говорила о каком-то пустяке. - Я давно выбрала наследника, но считала его не готовым к правлению из-за молодости.

- Кто же это? - все планы генерала загорелись ярким пламенем, но путей отступления не осталось. - Кто? - потребовал он настойчиво.

- Брат, не родной, но очень близкий родственник, - улыбнулась девушка, от чего к горлу мужчины подкатил ком. Сколько борьбы за пустоту! Сколько страданий, чтобы услышать, что власть уплыла в руки незнакомца. Генерал побледнел, потеряв на мгновенье дар речи.

- И ты молчала, ты обманывала всех? Дразнила, как собак?

- Многие клюнули, у меня появилась возможность наблюдать за дракой. Теперь игроки зашли слишком далеко. Готовы разнести город из жадности, лишь бы никому ничего не досталось.

- Дальше некуда! - зарычал Олерго. - Я запустил машину, которую уже не остановить. Я нажил себе врагов! Почему ты молчала? Почему?

- Ты сразу изменился? Ты готов отказать мне?

- Нет, - слишком резко и быстро отозвался генерал. - Поздно отступать. А Милли? - спросил он, все еще не веря в крутой поворот событий и вспоминая всех кузенов Линдеров.

- Милли - не человек. Ты же знаешь. Я отписала наследство лишь родственникам. Часть предназначалась Сюззи, какая-то доля - Берди Антуфу, который тоже вроде как седьмая вода на киселе. - наследница подошла к двери и накинула куртку, явно собираясь уходить. - Ты огорчен? Вижу, что огорчен. Ничего, ничего страшного, в другой раз выиграешь, Олерго. А пока мне нужно навестить сестренку.

- Так майорот разделен? - выпалил генерал, осматривая Гонтранну с головы до ног. Не достанешься мне добровольно, подумал он, я возьму твое государство силой. Не дожидаясь действий Берди. Не смотря на подножки. Теперь твоя очередь, и скоро я продиктую условия. Поверь, милая, я буду ласковым хозяином. Ласковым. А пока ты забавляешься умными беседами, навещу особняк и активизирую бомбы. Никакие ловушки Антуфа меня не остановят.

- Олерго, будь хоть немного благоразумен, - услышал мужчина через пелену гнева. - Не выходи сегодня на улицу.

- Слушаюсь, - салют вышел очень театральным, но, кажется, Гонтранна поверила. Жди и надейся, добавил он про себя.

- Ты обиделся?

- Нет, - мужчина начал мяться на месте. - Я похож на ребенка?

- Я обещаю,что все тебе расскажу потом. - пообещала девушка смиренно.

- Ага, когда война закончится, - согласился он стервозно.

***

Когда генерал остался один, его охватила паника, которая требовала действий. Олерго предали - так мило и незатейливо, что даже не заметили, как глубоко оскорбили. Конечно, он не прав, но и Гонтранна поступила отвратительно. Выдала тайну за десять шагов до желанной власти. Она не просто составила завещание - она подписала приговор. Поистине потрясающий женский план - молчать до победного. Даже Антуфу достался кусок пирога от майорота! Даже ему есть за что уцепиться после переворота. А генералу? Что его ждет в сулчае неудачи? Тюрьма? Расстел? Прекрасно, пусть город взорвется и исчезнет, пусть все летят в ад.

Олерго сжал пальцы в кулак, надлюдая из окна, как девушка выезжает на трассу. Вопрос заключался в том, каким образом добраться до передатчиков связи, если маршал захватил виллу, что естественно при данных обстоятельствах. Ах, Гонтранна, провела как мальчишку! Перечеркнула борьбу росчерком ручки. Разбомбить, свести на нет. Берди будет молить о пощаде. И отец все решит, он поможет связаться с Антоном и Натали... Он даст мне совет. Олерго закурил и стал ходить из стороны в сторону. А если мне жениться на Милли, вычеркнуть неприступную Гонтранну из списка и забыть? Пусть она расплачивается за несовершенство. Ненавижу тебя.

Генерал спешно переоделся и выбежал на улицу к везделету, который продолжал висеть над тротуаром, невидимый для прохожих. Оставалось только быстро забраться внутрь и пролететь незамеченным над собственной виллой, чтобы прояснить обстановку. Праздничные нововведения города поражали яркостью и безобразием, а пустынный сад виллы - чрезмерно большим парком везделетов. Может, дом уже пуст.

- Натали, Антон, отзовитесь... Вы слышите? - Олерго чуть снизился и включил передатчик, который, конечно, тоже есть в сумочке секретаря и в каморке управляющего. - Это говорит Дерлинг... - мужчина попытался связаться еще несколько раз, но в ответ слышал лишь шипение. Неужели конец?

- Генерал, это вы? - внезапный шепот прорезался в сетевике. - Где вы?

- Неважно, кто говорит?

- Натали. Генерал, вы слышите меня? - секретарша всхлипнула.

- Да, прекрасно. Что случилось? Берди был у вас?

- Мы арестованы. Он оставил здесь своих людей и убил... - шипения и долгие рыдания. - Убил Антона. В гараже люди маршала нашли монолет Сюзанны Линдер. На вас повесили дело.

- Убил Антона? - генерал чуть побледнел. - Ты не ошиблась? Конвенция запрещает трогать представителей Лиги. Произвольные казни запрещены.

- Он выстрелил, - слабо отозвался передатчик. - А вы объявлены военным преступником. Проводятся облавы...

Везделет Олерго взмыл вверх. Ничего себе, Антуф выстрелил в мальчишку. Хорош, бродяга! Не смерть Сюззи заставила маршала пригрозить генералу подобным образом, а скорее всего, непомерная злоба за то, что Олерго выжил и продолжает борьбу. А у безобразника-убийцы умишки не хватает.

Машина вошла в облака, а когда выскочила из их завесы, то город остался позади. Бесконечные улицы нейтральной территории, залитые дождем, встретили генерала, как старого знакомого. Но Дерлинг летел не сюда, а к океану, который шумел и пенился в двух часах от столицы. Здесь стоял одинокий дом, который врос в белые скалы и почти сливался с ними. Олерго прилетел домой.

Невысокий человек с бледным лицом вел мужчину по лестнице в подвальные тоннели, указывая путь фонарем, освещавшим круглые своды и довольно крутую лестницу. За последние два года, пока Олерго занимался карьерой, внутренние постройки кардинально изменились и расширились: узкий вход быстро закончился, и генералу предстал подземный город - вторая столица Лиги, которую отец восстановил после войны в полной мере.

- Не ожидал, сынок, - проводник похлопал Олерго по плечу, проводя того по узкому мостику над мерцающей огнями бездной, уходящей в черноту. - За той дверью тебя ждут.

Пульт управления подземным городом представлял собой круглую комнату. Человек, который сейчас сидел в кожаном кресле и управлял движением строительных кранов, обернулся, когда дверь впустила Дерлинга внутрь и с шипением закрылась.

- Проходи, - хозяин поднялся и разрешил Олерго приблизится. -Что так рано? - в интонациях говорящего не слышалось ни капли удивления, лишь металлическая властность. Властность отразилась и в чертах лица, которые отличались привлекательностью и одновременно суровостью.

Дерлинг склонил голову.

- Мне нужна твоя помощь! - пробормотал он, понимая, что недотягивает сам.

- Мы же договорились, что ты действуешь самостоятельно, - невозмутимо заявил незнакомец и достал из кармана дорогого костюма пачку сигарет. Через секунду тонкие струйки дыма потекли к вентиляции.

- Но, отец! - возмущенный вскрик генерала отразился неясным дрожанием в глубине глаз хозяина подземелья.

- Мальчик мой, не слишком ли ты увлекся интригами? - отец затарабанил пальчиками по столу. О, какие это были руки - руки гения - не то, что он - генералишка. - Хотя я ждал твоего появления, но...

- Папа, мне необходимы несколько полков! - Олерго сел и выжидательно помолчал. - У меня крупные неприятности, а ты читаешь мне морали.

- Вряд ли тебя можно назвать умником, - огрызнулся отец. - Ты совершил столько ошибок, что я перестал их считать. Желаешь удостовериться? Посмотрим?

- В каком смысле "посмотрим"? - Олерго вспыхнул, видя, что кресло отца поворачивается к нему спинкой, и вскинул взгляд к трехмерной голограмме под низким потолком, в быстром режиме полностью повторившей путь генерала до перелета к океану.

- Что это?

- Запись похождений моего блудного и непутевого сына, который всегда подвергает себя опасности. Теперь ты сознаешь, что глуп? Это бахвальство перед министрами на совете, эта Леонора Силина, эти бегства с препятствиями, эти метания между властью и похотью... Сегодня мы просим помощи.

- Ты упрекаешь меня?

- Просто не называю героем. Вряд ли...

- Что ты предлагаешь? Сбежать? - огрызнулся Дерлинг

- Интересное предложение для отца. Скорее, расстрелять, повесить... Оказывается, мой сын - трус. Хочешь на скамью подсудимых дома? - отец вновь развернулся на кресле к генералу. - Милый мой, я тебя раскромсаю.- с расстановкой закончил он.

- За что? Папа...

- Молчать, подлец! Ты кого убил? Ты Сюзанну Линдер убил? - прошипел отец, бледнее и меняясь на глазах в какого-то совсем неродного человека.

- Не понимаю, что тебя разволновало. Одним выродком Линдеров больше, одним меньше...

- Ты понимаешь, что поступил против закона?

- Где это написано? Чего ты кричишь? - Олерго испуганно, непонимающе заерзал на кресле, побаиваясь, что отец заедет ему по уху.

- Он не понимает! Он невинен, как младенец! - издевательски передразнил тот. - Какие мы недотроги!

- Что за муха тебя укусила? Ты... - генерал встал. - На меня повесили военный переворот, лишили власти, а ты орешь из-за какой-то мерзавки, которая стояла на пути. Ты меня удивляешь, отец. Я вовсе не гордец, но... Короче, как хочешь! - и Дерлинг направился к выходу.

- Стоять! Вернись сейчас же! - властно приказал голос. - Я еще не закончил разговор.

- Только без криков, у меня и так болит голова. - Олерго неохотно вернулся и сел на место, опустив взгляд на светлый металлический пол.

- Итак, маршал нашел машину у тебя в гараже.

- Да, я забыл от нее избавиться. Не успел. - покачал головой Дерлинг, как послушный ребенок положив руки на колени и превратившись в саму честность.

- Когда ты возвращался в город на монолете Линдеров, тебя видел кто-нибудь?

- Кроме Антона, никто. Но его убили... - начал было рассказывать генерал, но замолчал, заметив раздражение отца. Некоторое время они просто сидели, и Олерго все время сдерживался, чтобы не ляпнуть что-нибудь оскорбительное самодовольному ублюдку, который явно позабыл о том, что перед ним не враг, а родной сын.

- Хорошо, - наконец решил отец более мягко, - пойдем ко мне и обсудим все, как следует. Я уверен, что смогу организовать практический захват города, и ты победишь...

Но Дерлинг вовсе не испытывал уверенности. Отец никогда не был таким, не прятался за деловитостью. Не скрывал гнева за вежливостью. Неужели его расстроил провал? Новый провал перед империей.

Генерал еще помнил войну с Лином Линдером, еще стыдился поражения Лиги, управляемой Вельфором - его отцом. Еще боялся новой атаки империи на их подземные города в колониях. Он также, как и другие воины, жаждал отмстить за разочарование и унижение, мечтал уничтожить майорот до основания. И не мог понять, почему умному стратегу Вельфору не удалось сломить праздную столицу раньше. Ведь тогда город практически пал, объятый огнем. Уже слышались речи о свержении императора. Уже праздновалась победа. Но потом небо прорезали молнии. Олерго знал одно - захватчики бежали, их военные базы уничтожили, их власть свели до уровня части правительства и управления небольшими городами колоний, возвращение в которые сулило богатое, но скучное существование. Не хотел генерал так закончить жизнь.

- Ты готов уничтожить столицу до основания этой ночью? - спросил отец, когда они зашли в лифт, который плавно поехал в неизвестность по наклонной вниз. - Жаль будет тоннелей, но для удара нам хватит твоих бомб и моей эсцинировки вулканической деятельности.

- Не сегодня. Я должен кое-кого увезти из города.

- Новая пассия? Экзотичная библиотекарша?

- Нет, - буркнул сын. -Не думаю, что обязан отчитываться перед тобой!

- Правитель Лиги имеет право знать, кого сын хочет взять в жены.

- Высшее образование, несколько языков, нанотехнолог и инженер сети, историк и знаток литературы. - по-наигранному процитировал биографию Гонтранны генерал. - Еще нужны сведения?

- Похоже ты издеваешься?

- Реагирую на неадекватную просьбу - и только.

- Мальчишка, - покачал головой отец недовольно. - Армия Крунда тебя устроит? - он затормозил движение, нажав на рычаг, и вышел в длинный коридор, за которым находился помост над огромной подземной площадью. Здесь обоих ждала огромная расплывчатая тень, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся Крундом.

- Здравствуйте, Вельфор, - тот пожал руку хояина подземелья. - Наконец-то, генерал. Ждали вас.

- Прошу познакомиться, президент, - отец пропустил Олерго вперед. - Это мой сын.

- Поразительное несходство, - Крунд скрыл удивление и крепко пожал руку генералу. - Но в характере - одни черты. Упорство и ум. Кстати, я составил точную схему подземок столицы и готов к вторжению. Смотрите, генерал, раз уж вы успели до начала операции, что мы задумали.

- Вы готовились до кризиса? - сглотнул генерал. А отец похлопал его по плечу.

- Олерго, ты смущен моим желанием помочь тебе? Или это не входило в планы великого генерала?

- Я мог догадаться, что ты не останешься в стороне, но вот Крунд?

- Крунд наблюдал и исследовал, - засуетился президент. - Как стратегу, мне нет равных. Смотрите, Вельфор, вот точки особой прочности, а эти развязки - настоящий клад для взрывотехников. Через подземные дороги мы без труда проникнем в основные части города и легко займем его верхние кварталы с неба, если до вечера отправим туда основную часть везделетов.

- Середину города я беру на себя, - внезапно заявил Олерго и развернул карту к основным кварталам. - Здесь моя группа расположила основные силы.

- Ты хочешь сказать, что не сидел без дела все эти годы. - отец под чутким руководством ввел все цифры, продиктованные генералом и облегченно вздохнул. - Стопроцентная гарантия успеха. Господа, при внезапности, мы вполне можем сохранить столицу... Надеюсь, что первый план не провалится, и нам не придется идти на крайние меры...

Обсуждение и взаимные недомолвки были разрешены в течение часа, за которые Дерлинг наконец получил особые полномочия, возглавив сборную солянку из ополченцев, добровольцев и многообразной техники, с которой теперь не представлял, что делать. Спешка обусловилась активизацией Войск, но отец раскрылся, что если бы сын не появился сегодня, его все равно отправили бы подальше от заварушки. Но милый сердцу интриган не струсил и заслужил выйти победителем и захватить лучшие куски.

Отпускать Олерго теперь везделетом Вельфор не решился. Он посадил его в небольшую капсулу, которая сорвалась с места и, достигнув максимальной перегрузки, через несколько минут оказалась прямо в центре города, только на нижнем уровне в здании заброшенной больницы, из которой жучина отправился на такси до дома упрямицы Гонтранны.

***

Милли встретила сестру с непонятной радостью, которая внушала подозрение и легкое презрение. Сперва лились льстивые речи, подавались многочисленные сладости, кофе и мороженое, а потом вдруг стало как-то совесем туго.

Гонтранна видела, что копия нервничает и ожидает решения, которое необходимо объявить как можно быстрее, но девушка молчала и не желала начинать постыдный во всех отношениях разговор. Более того, она надеялась его избежать и наконец увидеть в Милли человека. Но иллюзии, как и сахар в чае, слишком быстро растворились, сделав встречу чрезмерно приторной и мелкой.

- Ты правда отказалась подписать документы? - наконец не выдержала Милли после очередной порции прямолинейных комплиментов и поджала недовольно губы.

- Я ничего не обещала тебе. Не вполне ясно, что таится за вопросом! - пожала плечами Гонтранна, продолжая понемножку избавляться от замечательного десерта, принесенного слугой. - Я слишком занята, чтобы думать о такой малости.

- Значит ты не хочешь говорить причины?

- Опасное брожение в городе - не лучшее время для коронаций. Или ты считаешь иначе? - золотая ложечка окунулась во взбитые сливки и пробороздила в них расщелину.

- Я думаю, что Берди Антуф отговорил тебя от последнего шага.

- Нет, он не просил меня ни о чем, не убеждал, ничего не предпринимал в этом направлении. - Гонтранна задумчиво отпила горячего шоколада и добавила. - Это все?

- Пока да!

Бывшая наследница быстрым кивком удовлетворенно согласилась с таким исходом и затаилась, ожидая, когда Милли пожелает произнести следующую свою уловку, которую внушала на прошлой встрече. Она мяла и рвала в голове человеческие привязанности, повторяя, как заклинание, что люди - большие лжецы, лгут всегда и во всем, не замечая того, что ложь и есть правда. А правду, нужно лишь научиться слышать. Вот оно, последнее. Поменяться местами. Не скажешь милая моя гостья, последняя посланница отца? Не решишься?

Милли бросила бесполезное занятие разглядывания в окне облаков и с нежной улыбкой повернулась к девушке.

- Ты еще не забыла, что мы хотели поменяться местами.

- Я помню, - Гонтранна кивнула вновь. - Сделаем это после карнавала. А ты справишься с ролью?

- С твоей? Не сомневайся, подружка.

- Ты молодец, - подтвердила девушка и закивала, как японский болванчик, которому вообще не залезть в голову.

11

Предугадать исход противостояния за несколько часов до его начала весьма сложно. Олерго и не пытался этого сделать. Он думал о том, как расправиться с маршалом Антуфом завтра утром и о том, насколько велики шансы распространения в сети информации о найденной в его доме машине наследницы Сюзанны. Ведь Берди должен чем-то перенаправить толпу нижних кварталов, которые еще в начале выразили недовольство действиями правительства. Убийство можно представить в таком свете, что генерала Дерлинга толпа просто растерзает и не примет, как главу революции. Одна надежда на блокираторы и искажатели. Одна надежда, что президент Крунд успеет обезвредить все каналы информации. Но еще важнее теперь уговорить Гонтранну уехать... Если слуги, Натали и красотка Леонора сами найдут дорогу из города, эта глупая курица побежит сражаться. И неизвестно, на чьей стороне она выступит - скорее на своей собственной.

Такси тормознуло на углу и предупреждающе замигало, выдав на переднем стекле картинку ближайшей улицы, на которой творилось что-то слишком уж потрясающего для вялого течения столицы: дорогу преградила толпа людей, которые что-то кричали и возмущенно махали руками. Какой-то человек на помосте требовал возвращения прав нижним секторам, настаивал на аресте правительств и свержении Войск и предателя-маршала в их числе. Разглагольствовал о скором терроре и конце света. Агрессивные патриоты и праздные зеваки с особым чувством внимали оратору, который утверждал, будто всех жителей кварталов сгонят в одно место и уничтожат, если они не вступят в освободительную армию Крунда и не остановят постыдное уничтожение империи.

Ничего себе! Генерал тихо выбрался из такси и свернул в переулок к лифтам, стараясь оказаться незамеченным. Не дай Бог, если Гонтранна вернется раньше, а он останется сидеть здесь и смотреть на тайных агентов Вельфора. Упустить наследницу никак нельзя. Нельзя оставить ее одну. Несколько весьма возбужденных прохожих заставили Олерго на несколько минут свернуть за угол и переждать. А что если придет не Гонтранна? - испуганно спросил он у себя и сглотнул. Что если я не успею? По спине побежали холодные мурашки. Прежде чем начнется стрельба, необходимо уговорить ее. Необходимо увезти.

В три прыжка генерал достиг трансформера и ввел нужный код. Квартира Гонтранны встретила мужчину желанной тишиной - не вернулась еще. Олерго скинул ботинки, пиджак и побежал к креслу, так как услышал, как щелкнул снаружи электронный замок, и тут же Гонтранна заглянула в комнату, держа в руке неизвестно откуда взятый пакет с продуктами.

- Что делал? - спросила она и показала свою добычу. - Ужин будет не из ресторана, зато полезный.

Мужчина всматривался в знакомые черты, пытаясь уличить в них какую-нибудь иную черту, вслушивался в голос, боясь уловить нечто незнакомое.

- Что я тебе расскажу, пойдем на кухню, - она поманила Олерго за собой. - А то осталось слишком мало времени до карнавала в честь Милли. Ты расстроен, почему молчишь?

- Просто решал, ты или не ты. - Дерлинг наконец встал и шагнул навстречу. - Слава Богу.

- Такой смешной, - девушка потрепала светлую макушку. - Надеюсь, ты был паинькой.

- Паинькой, - эхом отозвался мужчина и поцеловал нежную щечку. - Так что за новость? - нетерпеливо потребовал он.

- Они действительно убьют меня, - улыбнулась она в ответ. - Я не верила, но капитан Сверт сказал...

- Сверт? - легкий укол ревности пронзил голову. - Где ты его встретила?

- У компании Сульяма. Капитан Сверт сообщил, что они готовы мной пожертвовать, а сейчас Милли предложила мне обменяться местами после праздника.

- Тебе смешно? - Олерго приподнял брови от удивления, видя, как Гонтранна продолжает весело улыбаться. - На твой трон уже претендует целая очередь.

- Это же смешно, правда? - они направились к кухне, и хозяйка квартирки сразу принялась за готовку пищи земной, продолжая в лицах изображать все сцены сегодняшнего дня. Факты вероломства Антуфа и Милли посмешили генерала, а вот благородство Сверта не шло ни в какие рамки и почему-то ужасно злило.

- Ты уверена, что должна поехать со мной на маскарад? - перед генералом появилась тарелка с тушеными овощами и мясом, явно предназначенная успокоить голодный желудок мужчины и его бесконечные терзания.

- Далеко игра зашла, и нужно ехать.

- Не любая игра не опасна. - мужчина покачал головой, поражась непробиваемости Гонтранны, присевшей рядом. - Тебе не обязательно туда ехать и рисковать.

- Риск начнется, когда я отправлюсь на нейтральную территорию, - вдруг заявила с полыхающими щеками упрямая ослица, а Олерго едва не поперхнулся и отрицательно покачал головой. - Нет, я полечу! - объявила та со злостью.

- Никуда ты не полетишь, - тихо отчеканил он. - Ты погибнешь, если станешь делать глупости. Без меня - ни на шаг.

- Я должна отомстить, должна узнать, кто это сделал, - губы любимой задрожали, а из груди вырвался короткий вздох. - Сколько еще мне ждать?

- До окончания переворота, милая. Если тебе только дорог я, потерпи, и мы вместе найдем убийцу. Согласна?

- Ты прав, - она закрыла глаза и замолчала, явно не желая продолжать разговор, но вдруг внезапно побледнела, вскочила и убежала в комнату, не желая заплакать вот так - при человеке, которому все равно. Гонтранна упала животом на диван и зарылась лицом в подушку, чтобы хоть на минуту погрузиться в тишину без слов и лжи, и испугалась, когда ощутила прикосновение... нежное, скользящее, вплетающееся в душу, как любовь. Теплая рука гладила, перебирала пряди волос, двигалась по спине и обратно, повторяя длинный путь.

- Прости, - голос, наполненный тоской, прозвучал над самым ухом, и Гонтранна встретилась с глазами генерала, что стоял на коленях перед диваном.

- Мне необходимо продолжать жить, - девушка не знала, что ему оветить и потому фраза вышла скомканной просьбой. - Ты не поверишь, но у меня такой ощущение, что я сейчас возьму и исчезну.

- Ты убегаешь от реальности, страшишься ее, - Олерго протянул к любимой руки и принял в свои объятия, словно ребенка. - Ты жива, ты не одна - и это главное. Я не дам тебя в обиду никому-никому, даже одиночеству. Ты веришь мне?

Девушка согласно кивнула, прижимаясь к широкой груди и слушая, как бьется сердце ее генерала. А голос продолжал сладостно литься в пространство.

- Будет все: солнце, цветы, полные чистоты улицы, ты будешь счастлива, а тени мертвых уйду навсегда - я провожу их до самых дверей. Никогда не оставлю тебя одну. Мы будем вместе делить радости и печали, встретим самые прекрасные рассветы и проводим самые волшебные закаты. Но если ты уйдешь, так и не поняв, что ты для меня значишь...

- Олерго, пожалуйста, - девушка обхватили его шею руками и еще плотнее прижалась. - Я устала. Я так устала спасться бегством. И теперь у меня никого не осталось, ни одного близкого... - теплые слезы оросили рубашку.

- Я остался. Я стобой и никогда не брошу.

- Не обещай, - Гонтранна погладила Дерлинга по щеке. - Не ручайся за будущее, за следующие мысли и желания.

- Но я... - глаза его потемнели. - Я так тебя...

- Молчи. - пальчик прижался к говорливому рту. - Сегодня у нас впереди нелегкий вечер... - бывшая наследница утерла слезы ладошкой. - И прости за истерику!

- В таком состоянии ты никуда не поедешь. - твердо решил Олерго, вставая следом за нервной и сконфуженной хозякой. - Нам необходимо объясниться до того, как начнется война.

- Зачем?

- Хотя бы затем, чтобы доказать, что этот мир не так плох, - улыбнулся генерал. - Помнишь, когда мы впервые встретились, то не боялись откровенничать и раскрывать чувства. - он обнял девушку вновь, уже не в силах сопротивляться притяжению. - Мы были очень близки, а теперь ты сомневаешься, ты опасаешься, что за моими чувствами есть лишь желание обладать властью и силой. Но это не так, - Дерлинг смотрел на любимую не отрываясь, и она не вырывалась, как делала прежде, не оборонялась выставленными вперед руками. - Я не жду правды, не пытаюсь открыть ларец, который принадлежит тебе. Но сегодня ночью многое изменится. Мы станем другими, и я хочу, чтобы ты знала, как глубоко мое чувство, как больно осознавать, что ты отдаляешься и избегаешь меня.

- Я не избегаю, - Гонтранна вздрогунла, словно испугалась собственного шепота.

- Тогда почему? Почему мы не можем открыться друг другу? Всего один шаг... который сделал разделенных единым целым!

- Несоединяемое не соединишь. О, Боже, Олерго, умоляюще забормотала она, - не мучь меня.

- Ты тоже заставляешь меня страдать, делаешь больно. Избегаешь помощи, как будто я запросил слишком много. Ты оскорбляешь меня. - сильные руки еще плотнее сжали девушку, которая задохнулась от огненного тела Олерго.

- Ты ошибаешься, я никогда так не думала и не...

- Тогда поцелуй меня, - попросили склоняющиеся губы. - Поцелуй, если я ошибься и ты не боишься быть обманутой, как мне кажется. - рука захватила кудрявые затылок бывшей наследницы, что попыталась отпрянуть. - Почему нет? Тебя так смутило мое желание. Оно озадачивает тебя? Неужели ты выше ставишь власть?

Девушка нерешительно коснулась губ генерала и сразу оказалась в плену страсти, которая обрушилась на нее волной - так море пытается одолеть отвесные скалы. Гонтранна уже не понимала, почему была так расстроена, почему позволяет свершаться сладостному поцелую. Она обвил руками шею Олерго и погрузилась во мрак без реальности, в запах мужчины, которого боялась потерять, несмотря на сомнения, бросилась в омут, зная, что никогда не увидит его наяву. Боже, она так любила его. Наивно, смешно, до предела доверчиво, бесконечно.

Она отдавалсь ему до конца даже тогда, когда свершилось то, что в самых пламенных фантазиях сводило генерала с ума, что не давало ему ни минуты покоя. Нежность и вожделение перешли вновую фазу - в вулкан безграничного, всепоглащающего желания, которое требовало выхода и полной отдачи. Никогда, ни за что Гонтранна не отдалась бы во власть безумия, если бы не любила Олерго. Никто, ни один смертный не смог бы ее сегодня разъединить с ним. Сплетенные, измученные, испуганные любовью, они наконец нашли друг друга и предались временному освобождению от поглощающей разум любви. Несколько раз Гонтранна пыталась вырваться, но Олерго удерживал пленницу в объятиях. А потом она сломилась.

- Ты не должна меня бояться... - мягкая перина и сгущающийся вечер поглотил лицо Дерлинга, но не его губы и сильное тело. - Доверься мне...

***

- Как? Не потеряется мой костюмчик среди блеска? - Олерго в костюме дьявола стоял перед зеркалом, разговаривая сам с собой в ожидании Гонтранны, которая еще не переоделась. Он был окрылен, он полыхал, как костер, до самых небес, поверив в возможность чуда. - ненаглядная моя, я хочу посмотреть в какую принцессу ты нарядилась.

- Ты опять крутишься у зеркала? - послышался смех в дверях. - Поспеши, будь любезен...

- Я любезен без меры, - улыбнулся отражению генерал. - Я обожаю тебя... Кстати, поедем вместе, а то без везделета что-то не хочется гулять по городу.

- Будь по-твоему, принц ночи.

Генерал вздрогул, когда позади мелькнула форма Войск и резко повернулся.

- Хорошо сидит? - Гонтранна улыбнулась, отдав Дерлингу честь, и поправила накладные погоны. - Испугался? Бравый солдат готов к службе.

- Видал я все, но такое. - демон приподнял брови вверх. - Если ты считаешь сексуальной форму, я не против. Меньше внимания, - и генерал обнял девушку, закружив ту по квартире. - Признавайся, что ты моя? Сейчас же?

- Но милый, милостивый мой...

- Говори, - генерал кружился все быстрее.

- Это шантаж.

- Нет, просто я впервые влюблен в прелестного лейтенанта Войск, - губы жарко расцеловали Гонтранну, которая болталась в нескольких сантиметрах от пола.

- В таком случае, великий маг и волшебник, позвольте вам заметить, что мы опаздываем...

- Чтобы покрасоваться и потанцевать? - из-под маски лукаво сверкнули счастливые глаза. - Надеюсь тебя никто не украдет?

- Тогда уведут тебя, принц ночи. - шепнула на ухо Гонтранна.

- Ты уверена, что я уйду? - танец прекратился у выхода.

- Нет, совсем не уверена, только пообещай... - попросила девушка, когда оказалась свободной от объятий.

- Я сделаю все, что бы ты не попросила, моя прелесть.

- Найди убийцу Сюззи. Она пострадала напрасно.

- Согласен, - Олерго кивнул и посерьезнел. - Твоя сестра будет отомщена, я обещаю. Я расправлюсь с убийцей. - пообещал он, понимая, что говорит бессмыслицу. Главное сейчас успокоить ласковую птичку, которая только что побывала в пасти хищника, и тот испробовал сладкий нектар.

- Я верю.

***

Они мчались по дороге по направлению к вилле Линдеров по центральной дороге, но ни один патруль не остановил для проверки влюбленную парочку, возможно из-за микрочипа в плече девушки, возможно, потому что сеть, заблокированная на карту визирования Дерлинга, выдавала в них особ, приближенных к Войскам. Тем не менее, оба переволновались, пока не оказались у дворца, где уже стояли сотни монолетов и летостатов и где толпились многочисленные гости в карнавальных костюмах. Рассвеченное невообразимыми голограммами и фейрверками небо напоминало прежнюю империю, но лишь здесь - на небольшом участке, отведенном под парк.

Генерал помог любимой спрыгнуть с велоцита и повел через широкую площадку перед лестницей, где танцевали, смеялись и переговаривались десятки пар. Он крепко держал ее за руку и лаврировал между людьми, словно огромный айсберг равнодушия.

- Встретимся утром, у тебя. Согласна? - демон остановился у подножия лестницы и притянул Гонтранну к себе ближе, чтобы донести смысл через громкую музыку. - Я еще не пришел в себя и не верю в произошедшее, - левой рукой он отшвырнул набравшегося парнишку, который чуть не врезался в них. - Ты серьезно готова на то, что попросила?

- Да, Милли будет в свадебном платье, - зеленые омуты подтвердили решимость в выбранном пути. - Будь осторожен. Она может почувствовать подвох. И Берди...

- Берди - убийца! - рыкнул Олерго, приходя в бешенство от того, что любимая все еще зовет маршала по имени. - Я объясню тебе позже, а пока постарайся избегать с ним встречи, хорошо? Тогда до завтра. - он склонился к Гонтранне и поцеловал. - Не волнуйся, время исправит ошибки, - глаз под маской подмигнул. - Знай, ты самая лучшая, и я люблю тебя. - генерал обнял Гонтранну и незаметно прикрепил той на вороте микрофон, который бы позволил проследить за глупышкой и обезопасить ее от неожиданностей.

- Я тоже люблю тебя, - еле слышно призналась бывшая наследница, вглядываясь в таинственное лицо дьявола, что недавно владел ею безраздельно. - Прощай. Пора... - она вырвалась из рук генерала и сразу растворилась в толпе и всполохах торжественного неба.

А Дерлинг быстро взбежал по лестнице, чтобы использовать пожелание Гонтранны по-своему. Опять он среди пестрой толпы и женщин, пытающихся увлечь за собой. Опять сладкое безбрежное несовершенство готово поглотить с головой, а война лишь где-то - за воображением. Генерал окинул маски презрительно, как будто узнавал под ними лица. Искуссно прошел через многолюдный холл и обвел глазами первый зал. Где она? Милли, которая желает заменить безгранично прекрасную любимую. Милли, возомнившая себя настоящей. Марионетка... Линдера и Войск, которым досталась лучшая доля, чем тебе самому. Ты тоже - простая иргушка Гонтранны, которая направила руку смерти и сбежала. Что она обещала Антуфу? Что обещала Милли? Кому завещала майорот?

Генерал уловил движение белого платья, которое перламутровым блеском плыло к нему навстречу. Он узнал ее сразу - по движениям, по фигуре, по волосам, блеску глаз под вуалью. Милли. Букет белых роз в руке, жемчуг на тонкой шее. Так бы выглядела Гонтранна перед венцом.

- Вы танцуете? - генерал галантно раскланялся перед невестой, которая остановилась, когда демон пересек ее путь. Девушка окинула незнакомца оценивающим взглядом, и вдруг благосклонно кивнула.

- Да, а вы?

Олерго улыбнулся и подал руку не то мечте, не то смерти, потому что в одну минуту оказался втянутым в игру, которая закончится плачевно для одного из них.

- С вами я готов вечность, - Дерлинг сжал пальчики в шелковых перчатках. - Готовы ли вы отдаться судьбе и последовать за мной в мелодию грез?

Они закружились по залу - черное и белое, смертельное и обновляющее. Это Гонтранна специально подобрала цвета, и специально сделала их красивой парой.

- Один мой друг, - внезапно начал генерал, - утверждает, что пассивное понимание авангардизма ведет к слабому восприятию картин, вы согласны?

- Почему вы решили, что я знаю ответ?

- Мне сказали, что один искусствовед будет присутствовать на карнавале.

- И скорее всего, вы хотите продать свои шедевры, - подметила Милли с улыбкой.

- Я надеялся, что нашел ту, которая сможет помочь мне, которая даст рекомендации и рецензии. - Олерго стал самой невинностью.

- Я должна разочаровать несчастного художника. Я не она.

Ты не она, отозвался про себя генерал.

- Печально, и чем вы занимаетесь?

- Живу, как и вы, прекрасный демон. Живу среди вещей и людей.

- Мы одинаково несчастны, - вздохнул генерал, продолажая кружиться по залу. - Но сегодня мне жутко нравиться жить.

- Даже если начнется война? - усомнилось лицо за вуалью. - Вы альтруист?

- Нет, но разве что-нибудь изменится, если мы исчезнем завтра?

- Значит вы не надеетесь, я тоже, - Милли позволила себе ближе прижаться к генералу. - У меня странное ощущение, будто я всегда вас знала, демон. Редко я испытывала чувства к людям, которых встречала впервые. В нашей семье не слишком любили чужаков.

- Нерадушность - в моде. Законы Войск во всех нас.

- Вы слышали о заговоре из сети... - предположила невеста и явно огрочилась.

- А кто не слышал про убийцу Антуфа и новую наследницу, которую используют и убьют Войска, - фейрверк за окном или слова генерала заставили партнершу вздрогнуть, было неважно. - Вы расстроились? Что с вами, принцесса?

- Громко, слишком громко!

- Громко будет, когда через несколько часов от города ничего не останется, - заявил Олерго. - Я, например, не собираюсь сидеть на месте. Я отправлюсь к океану, а там - до ближайшего порта.

- До порта, - эхом повторила Милли. - Вы уверены, что столкновений не избежать?

- Конечно, бои ведутся уже на верхних уровнях, а ополченцы вот-вот ворвутся на правительственные кварталы.

- Сейчас?

- Минут через пятнадцать, - красивый пируэт и поклон. - Это был последний танец, принцесса. Прощайте!

Генерал собирался уйти, но Милли вдруг схватилась за его руку.

- Можно с вами?

- Со мной? - демон внутри вышел наружу и согласно кивнул. - Красивая женщина в дороге не помешает. Идемте. Только спокойно, чтобы не вызвать у других вопросов и паники.

Они почти бегом вышли из основного зала и свернули в угловой коридор, чтобы выбраться на кухню, а потом к задним дверям. Но почти у порога, точно по желанию ада, к музыке и фейрверкам вдруг добавились взрывы. Стены дрогнули.

Олерго первым услышал испуганные крики и топот ног.

- Что это? - пробормотала Милли, замерев между последней и предпоследней ступенькой.

- Война, - ласково сообщил демон, пожимая плечами. - Не пугайтесь. Сейчас мы найдем выход и улетим.

- Сейчас же, - грохот раздался ближе, стекла на окнах задребезжали и еще несколько секунд гудели, а Милли впала в прострацию и ее пришлось потащить за собой прямо через парк к посадочным площадкам. Спешить, нужно было обойти в бегстве испуганных гостей, которые ринулись к своим везделетам и голосили на чем свет стоит, не доносилось ни звука лишь от жучка Гонтранны.

- Надеюсь, хозяева не обидятся, - генерал ловко вскрыл шикарный черый везделет у самого края и запихнул внутрь ошарашенную столпотворением Милли, которая не могла оторваться от шикарного маскарадного бегства. Машина мягко поднялась над домом и понеслась по воздушной дороге прочь от минных полей, которые взрывались одно за другим и отражались в зеркальных небоскребах яркими вспышками. Защитное поле везделета, не рассчитаное на такие взрывные волны, мелко задрожало и издало визжащий звук, напоровшись на очередную ловушку, и резко свернуло к границе нейтральной территории, которая всплыла туманным полем вслед за зеленой защитной зоной.

Генерал облегченно вздохнул, так как ни минуты не отвлекался от мигающей и опасной дороги с гирляндами взрывчатки. Милли тоже выдохнула воздух и наконец позволила себе пошевелиться и нарушила молчание, сетуя на судьбу.

- Мне не везет по жизни, сперва родилась через час после сетры, затем была выдворена за пределы города, а теперь, когда вернулась, попала в самое пекло. Она не позволила мне получить наследство... не дала стать свободной. - Милли внезапно вскрикнула. - Смотри, там, впереди!

Олерго засек на экране новый энергетический заслон, который как темное облако, закрыл проход. Везделет резко затормозил и развернулся, нырнув к узким улочкам, прямиком ведущим на мертвую территорию.

- Это ужасно. - невеста покачала головой. - Что мне делать? Какой позор! Если бы я успела поменяться с сетрой...

- Теперь поздно, - немного резко прервал генерал, потихоньку скользя над извилистыми поворотами. - Не поздно только сойти и отправиться обратно. Остановить?

- Нет, только не здесь. Прошу вас, - Милли окончательно потеряла храбрость и сидела очень смирно. - Это все из-за нее, из-за власти, - под нос пробормотала она. - Отец предупреждал меня, требовал, чтобы я не возвращалась. Обман, какой обман!

- Иногда надежды лопаются и превращаются в фарс, - согласился Олерго, когда за спиной все залилось ярким заревом.

- Боже, - вздохнула девушка и оглянулась. - Неужели все повторится? Неужели опять? Ненавижу... Ненавижу этот город и эти улицы, и эту дурацкую мерзавку с ее большим майоротом.

Но Олерго не отозвался: он вдруг услышал взрывы с передающего жучка. Что это? Гонтранна прямо на поле сражения? Боги? Что она делает на улицах, когда обещала уйти в безопасную зону, специально оставленную в планах Вельфором и Крундом? Шипение усилилось и залилось чьим-то криком, а потом послышался топот ног. "Гонтранна, это вы? Что вы здесь делаете? - мужской голос обжег слух генерала - Вы вся в крови! Вы ранены?" - Олерго побледнел и едва не врезался в стену на повороте с одной улочки на другую. Глаза демона недобро покосились на продолжавшую болтать невесту, лишившуюся места.

***

Гонтранна шла по улице в надежде поймать хоть одно такси. Велоцит, оставленный у ворот хаоса, теперь слишком далеко. Его темное железное тело никогда не взлетит к звездам, а последнее путешествие останется лишь в разворошенном сердце, которое сотни раз повторит о ничтожности воспоминаний. Я добровольно лишила себя всего, выполнив пожелания противников и выступив чрезмерно прихотливо по отношению к сестре, которую насильственно изменила сеть. Что осталось? Город меня поглотит, как песчинку. Ему мало того, что я все отдала без остатка, поэтому глупо верить в справедливость и возможность спасения. - девушка выглянула из-за угла на основную земную трассу, да так и осталась на месте. Глаза округлились и недобро вспыхнули. - Солдаты? Это не форма Войск. Странная, очень знакомая... Сколько их? - Гонтранна прикусила губу. - Что происходит?

Она не заметила того, что один из офицеров внимательно смотрит в сторону домов и что-то говорит подчиненным, указывая на Гонтранну. Не обратила внимания и тогда, когда несколько военных бросились к переулку, в котором стояла бывшая наследница, до того она изумилась обилию странных персонажей.

Эти люди не собирались всю ночь играть в шашки - эти люди пришли убивать. Но они не стреляют. Не стреляют. Солдаты побежали к Гонтранне без добрых намерений, но она прытко нырнула за дом и ринулась по лестнице вниз. Тогда произошел первый взрыв. Он прогремел где-то над головой и посыпался штукатуркой на волосы. Маленький осколок больно резанул по щеке и разбил стекло. Девушка присела. Она задрожала и практически поползла к кустам, не замечаяя, как кровь сочится на ворот рубашки и пропитывает материю. Сейчас, за тем поворотом... Теперь можно встать и побежать ... побежать... грохот и молнии.

Кто-то схватил Гонтранну за рукав и потянул в укрытие, потому что впереди, прямо через несколько метров находился провал между уровнями.

- Гонтранна, это вы? - огромная тень закрыла пространство между улицей и уцелевшим домом. - Вы вся в крови! Вас ранили?

Капитан Сверт - как он оказался здесь? Бедняжка обняла капитана и заплакала, потому что никогда раньше не думала, что так боится взрывов и выстрелов.

- Они гнались за мной, какие-то солдаты, а потом наверху что-то взорвалось, - девушка подняла на великана испуганное лицо и стала вытирать грязь и кровь рукавом. - Я не думала, что они посмеют... не предполагала... Сверт, Сверт, что же происходит?

- Успокойтесь, не надо плакать, тот нервно погладил нерадивую девчонку по плечам. - Это проклятие императора на наши непокорные головы. Мы все слишком хорошо жили... Слишком много... - оглушительная кононнада заглушила все слова.

- Я бежала прочь... Я... - Гонтранна задохнулась от ужаса, сдерживая рыдания. - Скажи мне, что происходит?

- Я не уверен, капитан сдвинул брови и попытался подобрать слова. - нас атаковали полчаса назад. Мы отступаем... Гонтранна, но вы-то почему здесь... не в безопасности? - возмущение в голосе великана и его попытки растормошить бывшую императрицу не давали результатов. Расширенные глаза наблюдали за молниями в небе.

- Я ушла после карнавала, - попыталась оправдаться та вяло и вдруг вспомнила. - Там остался Олерго.

- Дерлинг? - со злобой осведомился Сверт.

Гонтранна кивнула, не желая выслушивать очередную исповедь о проделках генерала. Но слова капитана заставили обратить на себя внимание.

- Да знаете ли вы, почему Берди поставил на Дерлинга ловушки? - и великан затряс беглянку за плечи, больше не сдерживая порывов. - Знаете? - почти с остервенением переспросил он и оробевшей кошечки, которая отрицательно закачала головой. - Он убил вашу сестру. Он убил СЮЗАННУ ЛИНДЕР! - процедили гневные губы. - И поставил ее везделет к себе в гараж.

Огромные лапища капитана отпустили Гонтранну, а та пошатнулась и уцепилась за стену, сглотнув и закрыв глаза. Ее била мелкая дрожь, почти в одном ритме со взрывами и стрельбой за углом.

- Замолчи, - язык отказывался подчиняться, желудок выворачивало наизнанку и, казалось, что сейчас вырвет. - Я не верю.

- Но это так. Правдивее не бывает. - Сверт уже смягчился и присел на корточки перед девушкой, по лицу которой катились градинки пота. - Я не хочу, чтобы вас еще раз обманули. Вы так тепло отзывались об этом ублюдке, посягнувшем на жизнь, что... - лицо капитана наполнилось жалостью. - Мне стало страшно, вдруг вы не поймете, обманетесь. Простите меня, Гонтранна, за причиненную боль.

- Ты ничего не понимаешь! - девушка прижалась к стене. - Как ты можешь так говорить о нем? Я не представляю... - слезы потоком прорвались из глаз, дав освобождение накопившемуся напряжению и мешаясь с кровью, текущей по щеке.

- Я видел сам, я был в гараже...

Крики за углом заставили капитана замолчать и пройтись по укрытию из стороны в сторону.

Конечно, он не врет. Он никогда не врет! Руки Гонтранны опустились вдоль тела. Олерго убил мою девочку. Убил, и смеялся надо мной... Над моим чувством, желая получить лишь власть. А я, как дурочка, верила... надеялась на то, что приз - не власть.

- Сверт, - наследница позвала великана и тот сразу обхватил обессилевшее тело руками, полными любви. -Послушай, мне нужна одежда, пластырь... Посмотри, в каком я виде. Ты сможешь их достать?

- Если вы не убежите, - Сверт тяжело вздохнул. -Я вернусь через минуту... Гонтранна, не следует убиваться из-за сволочей.

- Да, конечно, - глухо отозвалась она. - Иди поскорее, я посижу тут, у стены.

Великан скользнул змеей на дорогу, а девушка припала спиной к холодным камням, покрытым мхом, и замерла, потому что не хотела ни душать, ни видеть этого света.

Бедняга Сверт. Он проявляет слишком много внимания недостойной особе, у которой ничего не осталось. Наверное, он единственный, кто не таит корыстных целей и не жаждет заполучить власть за свои услуги... Боже мой... Олерго застрелил Сюззи, измывался над ней, а я... я спала с ним после...

- Я пришел, - великан подал Гонтранне вещи. - Люди разбежались. Пришлось помародерствовать. Надеюсь подойдет.

- Спасибо, - девушка признательно улыбнулась. - Ну, пора прощаться.

- Прощаться? Куда вы пойдете в таком состоянии?

- На край света... Возьму летостат и прорвусь через границу, а там что-нибудь придумаю.

- Хотите бежать? - капитан залепил рану девушки и погладил ту по щеке. - Город окружен.

- Но мне необходимо исчезнуть, Сверт. Ты ведь можешь помочь? - с надеждой спросила наследница, глядя прямо в растроенные глаза великана, который хотел что-то сказать, но, помолчав, передумал, и согласно кивнул.

- Я достану транспорт и довезу вас до границы. Там есть небольшой прорыв на западе... Ждите меня. И не забудьте переодеться.

***

Самое страшное, это когда не знаешь, что тебя ждет впереди. А долгие часы тишины рождали ненависть на весь мир.

Леонора не спала, бродила по дому, как приведение, ожидая скорого конца и боясь, что смерть Антона лишь предвестник настоящих убийств. Накануне красавица поругалась с секретаршей, потому что не могла понять, почему обязана торчать в чужом доме и портить себе нервы. Я вообще тут ни при чем, - рассуждала библиотекарша, выглыдывая через шторы в окно, - Они все веселяться на маскараде, а я под арестом. Несправделиво? Плевать на интирги, плевать на маршалов и прочих болтунов, когда вдалеке видны фейрверки. - Красавица со злостью прислушывалась к отзвукам музыки, и огоньки негодования разгорелись в океане синих глаз. - Я ведь могла бы сейчас блистать. - Через комнату пробежал слуга, сбивший красавицу с красочной фантазии, и скрылся за дверью. - Все бегают, как ненормальные. И Олерго - мерзавец, бросил нас на произвол судьбы. - Леонора села в кресло, поджав губы. Весь день никаких известий. А я одна среди этих шушер и солдат. Одна, как в клетке с волками и убийцами. Я обижена, оскорблена, унижена...

В комнату вошла Натали и остановилась напротив, что-то разглядывая на полке выдвижной стенки.

- Что на улице интересного? - осведомилась секретарша с издевкой. - Ты выглядишь разбитой.

- На себя посмотри, - тихо огрызнулась красавица, потому что нервы дошли до предела.

- А зачем мне смотреть, я и так тысячу раз видела, -Натали показательно развернулась и вышла, гордо задрав к верху нос, как флажок перед бурей. Ровно через минуту внизу началось нечто невообразимое. Срельба заставила Леонору вздрогнуть и отскочить подальше от окон, потому что по саду метались странные черные тени. Что это? - подумла она, морща прелестный лобик. - Ничего же не видно. Ничего...

Голоса внизу стали громче, по лестнице послышался топот. Это отряды Лиги захватили и освободили виллу, обозначенную еще вечером в плане, напрочь уничтожив оставленных для охраны Войсковых крыс.

Теперь Натали проводила посланника Вельфора в кабинет Дерлинга и открыла тайную дверь с пультом управления. Почти моментально раздались взрывы в нескольких компаниях и на заводах, взлетело в воздух здание Войск - судьба города решилась.

***

Подлетая к границе города, Олерго внезапно снизил скорость везделета, будто во что-то вслушиваясь. Он побледнел, сжал пальцы рук так, что пальцы побелели, и с шумом вобрал воздух, словно сдерживая неясный порыв. А потом внезапно взвыл, как измученный волк, и сорвал микрофон с уха, через который еще слышался голос Гонтранны.

- Ненавижу их! - свтлые волосы встрепенулись, как волосы ангела, а не демона. - И вас тоже! - лицо генерала исказилось от боли. - Вы все одной крови, подлой и... Убью ее и этого гада! Убью его.

- Что с вами? - Милли испуганно отодвинулась, опасаясь, что попутчик сошел с ума. - Вы не в себе.

- Да, я не в себе! - подтвердил мужчина с яростной обреченностью и взмахнул обеими руками. - Какая все-таки сволочь Сверт. - Олерго просто рычал. - И вы ломаете комедию... Но к огромному сожалению, мне надоело кривляться. - он сорвал маску, наставляя на девушку лучемет. - Молитесь Богу, если верите. Скоро придется побеседовать с отцом небесным. - кривая ухмылка дрожью прорезалась через ненависть на бледном лице. Брови сошлись к переносице. - Я всегда вас презирал.

- Вы сошли с ума, - невеста прижалась спиной к дверце. - Убить наследницу...

- А чего вы хотели?

- Кто вы такой? Кто?

- Хотите знать, Милли Линдер? - Волна мурашек пробежала по спине невесты, которая рукой стала дергать ручку принудительного расрытия дверй. - Я ваш заклятый враг...

И генерал хладнокровно выстрелил. Именно тогда злополучная дверца решила раскрыться и вышвырнуть из салона несчастную, которая полетела, как белая птица, вниз и у самой земли взорвалась, словно тряпичная кукла.

Везделет сорвался с места сразу же, круто развернулся и полетел обратно к западной части города, где, вероятнее всего, находилась, Гонтранна.

Дерлинг не помнил, как достиг разоренных улиц, но глубоко погрузился в гнев, смятение, нежность, потерю и многие другие выматывающие чувства неизвестности. Он не мог контролировать себя. Не мог признаться, что опасен и жесток. Главным в минуты ослеплениястало выяснение, любит ли действительно Гонтранна? Может ли откинуть после слов Сверта? Поверит ли после того, как узнала правду? Да и не это важно. Важно, чтобы она не улетела. Главное не позволить улететь со Свертом. А я? А как же я? - спрашивал генерал.

Улицы раздваивались, сходились, затуманивались. От ветра в глазах стояли слезы, или генерал плакал? Вспышки разноцветными бликами искаверкали его лицо, перекошенное от жестокости. Олерго сдерживался, чтобы не закричать и не проклинать мир Линдеров. Как метеор, его везделет прорвался мимо войск и их постов к западному прорыву протяженностью в несколько километров и поплыл над городскими постройками, между домами - Гонтранны нигде не было. И это нервировало, пугало, убивало... Дрожащая рука переключила везделет на самую маленькую скорость.... Ничего. Где же ты? Олерго неуверенно повернул налево и начал снижаться. Сказать столкьо слов и потерять ее именно тогда, когда имеешь право считаться победителем. Еще помнилась улыбка Гонтранны, ее неловкое прощание у лестницы. Действительно, она расставалась навсегда, а ты, болван, не обратил внимания. Картинки нескольких дней замелькали в голове, как немое черно-белое кино. Люди, существа, безликость... И ОНА.

Край неба светлел, приобретая какой-то молочно-розовый оттенок, как кожа любимой. Он заливал нейтральную территорию мрачным утренним светом, обнажающим недостатки. Но генерал не замечал красоты и убожества. Недавно он убил человека, и жажда прикончить другого, раздавила чувства, даже более сильные.

Я ненавижу! НенавижуГонтранну. Лгущую ради защищенности. Презираю ложь. Презираю тебя за недоверие. За Сверта. На экране мелькнула знакомая фигура, и Олерго без труда узнал наследницу. Та стояла у летостата рядом со Свертом, который обнимал девушку и нежно целовал на прощание. О небеса, Дерлинг даже зажмурился, не в состоянии видеть свою драгоценность в чужих руках и, набирая скорость, помчался навстречу обнимающейся парочке, вспоминая, как всего несколько часов назад Гонтранна была его.

***

Капитан целовал беглянку в глаза, в лоб, в губы и шептал какие-то глупости, а девушка стояла и не говорила ни слова, потому что никак не могла понять "почему". Длинная рубашка лилового цвета с примесью болотных пятен висела на ней мешковато, из широких рукавов виднелись безвольно повисшие руки. Ноги в великоватых брюках болтались на подтяжках.

- Я больше не увижу вас, - шептал Сверт глухо. Фуражка его съехала на лоб, а волосы крутыми завитками опутали широкую голову. - Теперь вы улетаете, исчезаете навсегда... И империи приходит конец... Конец и мне! А я так и не узнаю, как вы ко мне относитесь.

- Почему ты заговорил о смерти? - точно вздох, спросила Гонтранна.

- Предчувствие! Смерть витает надо мной давно... А теперь, когда территорию вот-вот захватят мнимые освободители, будущее кажется чем-то фантастичным. - капитан улыбнулся открыто, практически по-мальчишески. - Не стоит о плохом! Знайте одно, я всегда буду верен вам... Вспоминайте обо мне хоть иногда добрым словом. - он не отрывал глаз от наследницы. - И еще одна, последняя просьба, поцелуйте меня на прощание.

- Да, конечно, - беглянка с благодарностью обняла лицо велкана и нежно коснулась его губ. - Прости, если в чем-то перед тобой виновата! Ты... не только солдат. Ты настоящий друг. Мне безмерно повезло, что я знаю тебя.

Свист. Гонтранна и капитан подняли взгляды в небо, невольно пригнувшись, когда мимо промчался приземляющийся везделет. Девушка онемела...

Солдаты бросились врассыпную подальше от машины, которой управлял или сумасшедший, или раненый. Один лишь Сверт увидел взбешенное лицо Олерго: то был лик смерти, лик давно ожидаемого конца, который великан принял, как вызов, брошенный всему тому, что он ценил, - порядочности, чести, справедливости, добру, наконец. Глупым законам, о которых люди давно забыли, считая зло высшим совершенством.

Капитан хотел спасти Гонтранну и потому силком запихнул ту в машину, а сам набрал код направления и скорости летостата, отключив возможною отмену команд. Он пропустил все аргументы наследницы мимо ушей, последний раз коснулся возмущенной руки, отгораживающую пульт и нажал ввод.

- Прощайте, - сказал Сверт тихо, когда автоматическое стекло стало опускаться, а бескрайние зеленые глаза округлились и расширились от увиденного за спиной капитана. Летостат только начал набирать скорость, когда из везделета выскочил Олерго и вырвал автомат у опешевшего солдата. Быстрые ноги в секунду преодолели расстояние от лестницы до площадки. Длинный ствол вспыхнул огненной очередью, пробудившей девушку от забытья. Она с ужасом прижалась к прозрачной преграде и закричала от ужаса: Сверт упал ничком, но и тогда его продолжали испещерять пули. Мундир покрывали кровавые пятна, а по белым плитам разливалась целая лужа крови. Но Дерлинг бешено продолжал стрелять.

- Что ты делаешь, подлец? - изо всех сил закричала девушка, пытаясь остановить летостат. Сердце ее разрывлось от боли. - Убийца!

Но капитана невозможно было спасти.

Олерго холодно поднял глаза к небу, провожая улетающую машину и пробормотал под нос:

- Я все равно тебя догоню. Я убью тебя.

Сияющая точка дернулась и исчезла в совсем посветлевшем небе, ничего не сказав в овет....

***

А потом была война, жестокаяя схватка между двумя гигинтами, до сих пор не разобравшихся, кто прав, кто виноват. Она перевалила через границы справедливости и напоминала месиво из мяса и руин. К полудню город сдался, Берди Антуфа взяли в плен, а майорот был повержен и аннулирован.

***

Олерго вышагивал по залу отца, сложив руки за спину. Бледный, с кругами недосыпания под глазами, мрачным выражением лица и всеми признаками полного отрешения от победы.

- Ты переживаешь из-за Гонтранны? - поинтересовался Вельфор мягко, сминая очередную сигарету в пепельнице.

- Ее мало убить, - проскрежетал Дерлинг, потирая затылок, разрывающийся от боли, и тут же ласково добавил. - Если бы она вернулась, я простил бы...

- Увы, ничем не могу помочь... Девочка похожа на свою мать. - белые пальцы стали выстукивать какой-то марш на зеркальной поверхности стола, благородная зрелость отца любила намеки.

- Что ты имеешь в виду? - безразлично спросил генерал и остановился, так как подвох главы Лиги раздражал сознание.

- Ее поступки. Ты рассказываешь о своих чувствах к Гонтранне так возбужденно. Посмотри, что она оставила тебе на прощание и не дуйся. - повелитель протянул руку к диагонали сети и включил ту. - Это завещание. Прочитай внимательно.

Олерго посмотрел на возникшую объемную галаграмму оформленного завещания, пробежал его глазами, да так и остался стоять на месте, в конец потеряв ориентацию и издав непонятный звук, схожий с воем.

- Значит брат! Бред! - он яростно провел рукой по прозрачным буквам, и те испарились в воздухе. - Сумасшествие! - мужчина покачнулся, схватил голову руками. - Боже мой! Она не могла мне отдать...

- Дело в том, мой мальчик, как тебе проще сказать, - отец удрученно следил за сыном, расшагивающим взад-вперед по ковру. - Она дочь твоей приемной матери, а потому является тебе сводной сестрой.

- Ты спятил! Этот документ ничего не доказывает. - Олерго тяжело дышал и говорил сквозь боль. - Не можеть быть...

- Все заверено, мои юристы проверили. Но ты недослушал... подожди кричать...

- Я не хочу! Не не хочу знать...

- Неприятно огорчать тебя, сын, но теперь ты наследник майорота, и вполне заслужил бы похвалы, если бы не некоторые обстоятельства. - отец тяжело вздохнул, решаясь продолжить. - Мы обязательно найдем Гонтранну, если ты захочешь... Но вряд ли она станет общаться с убийцей.

- Она сбежала. Она кричала, что я подлец, - горько пробормотал генерал. - Она оскорбила меня...

- Ты упрям и не думаешь признать вины. Сядь, я объясню тебе. Дело в том, что когда я познакомился с твоей приемной матерью, а произошло при весьма любопытных обстоятельствах, она уже была замужем и именно за тем, с кем воевала Лига. Но отношения наши не находили завершения из-за дочерей Глэдис. А когда моя милая решилась сказать правду императору, то уже родила последнюю дочь от меня. Лин Линдер не позволил забрать детей. Он ненавидел их, но не отдал. Теперь ты понял, что Сюззи - твоя родная сестра?

Олерго нервно засмеялся и отступил подальше.

- И ты молчал? Ты позволил мне действовать? За что я боролся? Зачем геройничал? - генерал сам себе зааплодировал. - А Гонтранна и ты взяли перечеркнули все, за что я боролся. Все оказалось моей воображаемой сложной игрой.

- Успокойся, прошлого не изменить. Зато ты уничтожил врагов, поверг Войска на колени, арестовал Антуфа.

- А Гонтранна? - Дерлинг устало скривился. - Ты сыграл на моих чувствах, ты использовал меня, - он махнул рукой и двинулся к дверям. - Прости, но мне нужно побыть одному.

Генерал неровной походкой вышел в длинный коридор. Черные двери за спиной ударили по мозгам, когда с грохотом закрылись. Держаться. Не думать о том, что Сюзанна - сестра, а любимая улетела. Нужно дойти до кровати и лечь. Нужно послушать тишину. Генерал медленно пошел, держась за стены. Пространство кружилось и горело. Также горело опустошенное сердце без Гонтранны. Ушла... Ушла! Улетела... нет, я не люблю ее. Чепуха-ха-ха! Над чем я смеюсь? Над собой! Я убийца, - она так сказала. Голова кружится.

Олерго прислонился к стене лбом, чувствуя, что болезнь берет верх. В сознании плясали разноцветные круги, серебрились волны света... Мерещились голоса, один из которых напоминал Гонтранну.

- Эту трансляцю я передаю через запасной сетевой спутник специально для того, кому завещала власть. - Олерго тревожно поднял глаза - вдоль потолка засветились бесконечные экраны с лицом любимой. Не скрываю печали, что вынуждена покинуть разоренную державу, но у вас остается лучший правитель - мой брат Олерго Вельфор-Дерлинг-Линдер. - щеку Гонтранны наискосок пересекала полоска пластыря, волосы спутались, глаза ярко сверкали, как в лихорадке. - Он знает, что делать. Он может спасти всех нас. Я не знаю, где вы сейчас, генерал. Это неважно. У меня осталось мало времени до прыжка. Но все же простите меня. Простите, генерал. И вы, маршал. Я не могла раньше открыть секрета и в сущности виновата, что война зашла слишком далеко, а потому беру вину на себя, а вы все действовали под влиянием обстоятельств, которые давно вышли из-под контроля...

Олерго сжал голову руками - Гонтранна пропала. Экраны навеки погасли. Дерлинг опустился на пол и запрокинул голову, потому что из носа пошла кровь. Ему показалось, что тело летит по замкнутому кругу и не может остановиться, пропуская и свет и тьму мимо.

- Я все равно найду тебя, - упрямо пробормотал мужчина и мысленно вернулся к началу игры, получившей иной смысл и задачи, которые следовало разрешть. А возможно ли? - спросил он у себя и закрыл глаза. И бредом, галлюцинацией Гонтранна внутри наклонилась к генералу и сказала: "Ты выиграл, так смейся, а я оставляю себе право уйти". Возразить Олерго не мог, ничего не мог.

Просто он лежал и вспоминал, как ветер гнал лепестки вишен, отцветших после теплых весенних дней.

А беспокойная весна кружилась в танце вокруг оставшихся в живых.


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"