Дата: 18 тэлрит 1659 года К.А., кэррэс, день земли (третий день недели). Четвертый день после убийства императора
Место: Киннелдар.
Приближался третий вечерний час . Рэдвис помнил о приглашении Вальдана, но встреча с теми, кого он выбрал в особую следственную группу, была важнее. Эти люди были проверены, надежны, и у директора Департамента Сыска не водилось ни малейших сомнений в их верности. Единственное, что пока не удалось подобрать человека со стороны. Правда, у Дэйжена крутились на этот счет кое-какие мысли, но им следовало дать созреть, прежде чем принимать решения.
Торвиш, подумав немного, вдруг сказал:
-Вин Рэдвис, а может, все-таки применить к этому Шэллену атэнар? Мы многое можем узнать, я в этом уверен.
Барон помолчал. Покрутил в руке нефритовый шарик.
-Я бы очень хотел, конечно, чтобы вы заглянули ему в голову. Но... скажите-ка, а может ли другой атэлиер установить, что к нему недавно применяли атэнар?
-Может, но только если он будет равен мне по силам, - усмехнулся Торвиш. - Вы опасаетесь, что этого юношу кто-то пасет?
-Не знаю. Мне одно известно: у тех, кто организовал убийство его величество, наверняка нет недостатка ни в хороших атэлиерах, ни в хороших магах. Вы говорите, равный вам? А позвольте узнать, на какой ступени мастерства вы стоите? Я что-то не припомню, - Рэдвис взглянул на атэлиера. Торвиш несколько самодовольно ответил:
-Сейчас я нахожусь на девятой ступени совершенствования. Всего двенадцать, но все, кто практикует, выше десятой не поднимаются. Одиннадцатая и двенадцатая - это храмовники , да и те редкость. Другой вопрос, что каждый из нас может самосовершенствоваться без помощи других атэлиеров. Нелегалов-мастеров хватает, но им сложно прятаться, и рано или поздно, а их находят.
Вот еще неприятная новость...
-То есть вы не исключаете, что такое может быть? - Рэдвис со стуком поставил шарик на подставку. Торвиш качнул головой:
-Не исключаю. Больше того, я уверен, что против нас действуют и маги, и атэлиеры... слишком высоки ставки. Но провести атэнар над этим юнцом я бы не отказался. Он не сказал всего, что знает.
Тут в дверь постучал секретарь:
-Вин Рэдвис, прибыли мастерица Варчин и вин Кайшену.
-Заходите все. Кэрто, прикажи караульному никого больше к приемной не подпускать, пока мы здесь.
Секретарь ушел отдать приказ караулу, а в кабинет Рэдвиса вошли Кайшену и высокая широкоплечая женщина в черно-сером форменном платье Департамента сыскных магов и некромантов . Ее красивое лицо несколько портили жесткие складочки у рта и тяжелый взгляд из-под густых, никогда не щипаных бровей. Длинная черная коса, заколотая на затылке серебряной шпилькой с янтарной головкой, петлей спускалась на спину.
-Добрый вечер, вин Рэдвис, - сказала она. - Что заставило вас вызвать нас в такой поздний час? Опять кого-то убили? Надеюсь, на сей раз это не шлюха какая-нибудь.
-Не переживайте, мастерица, пока что никого больше не убили, - усмехнулся Рэдвис. - Садитесь. Кэрто, запри дверь и иди сюда.
Кайшену сел на кресло у стола Рэдвиса, Торвиш перебрался на подоконник фальшивого окна, Кэрто пристроился на стуле у другого окна, а магичке досталось "допросное" кресло. Подождав, пока все рассядутся, Рэдвис сказал:
-То, что я вам сейчас скажу - государственная тайна. Надеюсь, не нужно говорить о том, что все сказанное должно остаться в стенах этого кабинета? Его высочество герцог Рионнар велел мне подобрать опытных и надежных людей, и я выбрал вас.
-Выбрали - для чего? - магичка извлекла из рукава веер и обмахнулась.
-Для расследования обстоятельств гибели его величества. Герцог полагает, более того, он уверен, что виновный - один из членов Священного рода.
Жуткая тишина воцарилась в комнате на несколько мгновений. Не каждый день узнаешь такие новости.
Помощник Рэдвиса потер виски, словно пытаясь уложить новость в голове, Торвиш хмыкнул, Кэрто остался безучастным - ему было известно больше, чем прочим. Мастерица Варчин изумленно подняла бровь.
-Вот как... - первой нарушила она тишину. - Не сомневаюсь, что у его высочества для подобной уверенности есть основания. А какова будет наша задача?
-Расследовать это дело, естественно, - Кайшену хлопнул ладонью по столу. - Против нас играют сильные противники, мастерица. Нам придется, как я понимаю, вести сразу два следствия - то, что будет у всех на виду, и настоящее. Будет нелегко.
-И почему на мою долю всегда достается какая-нибудь гадость?.. - философски протянула мастерица, вздохнув и обмахнувшись веером. - Что-то мне подсказывает, что сегодняшняя шлюха имеет к нашему следствию определенное отношение.
-Верно, - Рэдвис обвел всех взглядом. - И покойный Агрион тоже. Сейчас я все вам расскажу. А что каждый из вас будет делать - это мы решим немного позже. Пока что могу сказать, что кому-то из нас придется поехать в Карадди на поиски виконта Агриона, пока его не убили. Судя по всему, виконт много знает, ведь именно он раздобыл эльфов и переслал их в столицу. Распоряжение об аресте виконта уже готово, но надо спешить, потому что по пути это распоряжение может много кто прочитать... вы понимаете. Теперь, что касается пропажи трупа...
Пока Рэдвис рассказывал то, что узнал от Рионнара, одновременно он наблюдал за своими слушателями. Кайшену выглядел раздосадованным, Торвиш - как всегда, равнодушным, Кэрто довольно усмехнулся - видимо, догадывался, в чем дело, магичка слушала с интересом. И именно она задала вопрос первой:
-Надо полагать, был еще кто-то, кто хотел бы украсть тело до того, как оно попало бы в руки некромантов. Принц Реларьен оказался быстрее всех, но те ведь должны были появиться в мертвецкой. Кто осматривал помещение?
-Дежурный маг, мастер Нилгас, - Кэрто наморщил лоб. - Он не заметил ничего, кроме того, что охране отвели глаза.
-О, старина Нилгас, - усмехнулась магичка. - Не удивлена. Возможно, ему просто не хватило умения разглядеть что-либо еще. Я бы хотела сама осмотреть.
-Вы считаете, что Нилгас мог что-то упустить? - спросил Рэдвис. Магичка развела руками:
-Мог. Между нами говоря, он не слишком внимателен. Так что, вин, выпишите мне пропуск, и я сегодня же посмотрю сама. Что касается вашего решения собрать особую следственную группу - оно весьма кстати. И кандидатов вы отобрали удачно - мы с мастером Торвишем давали присягу на Реликвиях, а ваши помощники - достойные и честные люди, - в словах мастерицы Варчин не было никакого самолюбования: маги и атэлиеры, присягнувшие на Реликвиях, неспособны нарушить присягу верности. Самое же замечательное (и все собравшиеся это понимали) состояло в том, что и Торвиш, и Варчин присягали как императору Фервандаттону, так и Оровану Рионнару, министру Палаты Покоя державы. Теперь же император убит, но это ничего не значит: в подобных случаях присяга продолжает действовать, и обязывает присягнувших приложить все усилия для поиска виновных. А уж то, что Оровану они присягнули тоже, так и вовсе облегчает задачу. Таким образом, Рэдвис действительно сделал правильный выбор. Что касается Кэрто и Кайшену, то их барон знал уже давно и в их верности не сомневался.
-Да, вы правы. Мы все нынче в одной лодке, - вздохнул Рэдвис. Взглянул на большие напольные часы в углу: время, на которое пригласил его канцлер, приблизилось уже вплотную. Сначала барон не хотел идти на этот ужин, но теперь подумал и решил, что, раз Рионнар поделился всеми сведениями с канцлером, то Вальдан тоже в деле, поэтому пригласил его не просто так.
-Итак, Дайра - обратился он к Варчин - вы осмотрите мертвецкую, пропуск вот (Рэдвис черкнул пару фраз на подсунутом секретарем листочке), мастер Торвиш, вы посмотрите под атэнаром владелицу веселого дома "Три ландыша" и постарайтесь вывернуть ее наизнанку, чтобы мы знали все об этой пропавшей этинда - откуда она взялась, кто к ней чаще всего ходил и прочее. Но это уже завтра с утра. Кэрто, соберите мне все бумаги из архива департамента, так или иначе касающиеся братцев Агрионов, подпольной торговли людьми и этинда, а также все, что у нас есть на графа Саттэмнара. Нейрен, на вас - ночной допрос всех слуг Агриона и работников веселого дома. Особо не усердствуйте, самых интересных отберите, потом побеседуем еще раз. А я вынужден отбыть к канцлеру.
Рэдвис встал, давая понять остальным, что совещание закончено. Намек был понят, и новообразованная особая следственная группа покинула директорский кабинет. Рэдвис вызвал личного телохранителя и послал его с приказом готовить карету поприличнее, чтобы ехать к канцлеру, а сам решил задержаться в буфетной, выпить чашечку зернового шэса. Кэрто ушел в архивы, Кайшену - допрашивать арестованных, которых с каждым часом становилось все больше - стражники порядка времени даром не теряли и быстро переловили всех, имевших отношение к веселому дому "Три ландыша", прихватывая заодно и постоянных посетителей из дворян. Мастерица Варчин и мастер Торвиш остались в длинном коридоре вдвоем. Им было почти по пути: мастерица решила сей же час осмотреть мертвецкую при Арене, а Торвиш жил в том же квартале, в большом доме для атэлиеров при храме Неспящего Ока . Некоторое время они шли молча, спустились по лестнице на один пролет, и только тогда Торвиш спросил:
-Дайра, я вижу, вы с радостью согласились с приказом Рэдвиса. Что обрадовало вас? Работа в особой следственной группе или же... тут есть некие личные причины, сути которых я не вижу на поверхности ваших мыслей?
Магичка передернула плечами:
-как вы живете с этим вашим даром, Лэсден? Если бы я могла даже мимолетно ловить чужие мысли, я бы повесилась на собственной косе, право слово.
Торвиш ухмыльнулся:
-Нас учат с детства, как с этим жить. Но вернемся к моему вопросу. Как присягнувший атэлиер, я хотел бы знать правду. Конечно, я знаю, что и вы тоже давали ту же присягу, что и я, и знаете, чем грозит ее нарушение, но... моя работа приучила меня к подозрительности, уж не обессудьте.
Оглянувшись, нет ли кого еще поблизости, Дайра сердито сказала:
-Вот все вам надо знать, Лэсден. Дайте слово, что дальше вас это не пойдет, и я вам скажу эту правду.
Атэлиер кивнул:
-Даю слово. В конце концов, если бы вы действительно собрались нарушить присягу, я бы это понял, и спрашивать бы не стал, ударил бы сразу.
-Я это знаю, - магичка поправила воротник. - вот только не уверена, что вам бы удалось так легко справиться со мной. Вы атэлиер высокого класса, но ведь и я не стеклянная куколка. Неизвестно, чем бы кончился наш поединок. Кстати, о поединках. Мне давно было интересно попробовать небольшой дружеский бой с хорошим атэлиером. Когда мы закончим расследование, не откажете в любезности?
Снова усмехнувшись, Торвиш махнул рукой:
-К вашим услугам, винэрис. Думаю, поединок будет и вправду интересным.
-Хорошо, к тому же, мне может понадобиться ваш дар, - мастерица немножко помолчала, потом призналась:
-Видите ли, раз за это расследование взялись маркграф Хайрэн и герцог Рионнар... то есть большая вероятность, что в нем будет участвовать и виконт Хилдар, личный маг маркграфа. А у меня есть свои виды на этого красавца... Когда я видела его в последний раз, мне показалось, что он ко мне неравнодушен. Если это так, то у меня есть возможность наконец-то устроить свою жизнь, и может быть, даже сделаться графиней, чем боги не шутят? Я, конечно, очень люблю свое ремесло, что бы я ни говорила, но я при этом, как всякая женщина, хочу выйти замуж. А тут, сами понимаете, так удачно бы сложилось... и лорды-магистры ничего не имели бы против такого брака.
Еще бы Торвиш не понимал! Каждый маг и атэлиер, за очень редким исключением (виконт Хилдар был таким исключением, к слову, просто потому, что титулованная особа), был сильно ограничен в выборе супруга. Особенно если это сильный маг или атэлиер, который с очень большой вероятностью может передать свои способности потомству. Главы орденов внимательно следили за жизнью каждого такого человека и порой сами устраивали подходящие браки. Сам Торвиш некоторое время был женат на атэлиерке из Ордена Искателей именно по воле магистров... и предпочитал о том времени вспоминать пореже. Так что он отлично понимал Дайру: если уж выпала хоть призрачная возможность вступить в брак по любви или хотя бы взаимному расположению, надо быть последним тупицей, чтобы этим не воспользоваться.
-Если так... впрочем, я вижу, что вы говорите правду, и я помогу чем смогу, - сказал он. - Кстати, о помощи. Пожалуй, я пойду сейчас с вами, мне тоже интересно взглянуть на мертвецкую, может, там остались какие-нибудь ментальные следы.
Дайра очень удивилась: атэлиеры обычно очень не любят работать в местах, связанных со смертью. Торвиш, увидев ее удивление, пояснил:
-Рэдвис подозревает, что в деле может быть замешан какой-то атэлиер-нелегал.
Магичка удивилась еще больше, но при этом и испугалась. Атэлиер-нелегал - это слишком серьезно. Нет, конечно, существует довольно много скрытых атэлиеров, причем даже вполне успешно применяющих свои умения, но их обычно не трогают, так как они слабы, неопытны, и как правило, не причиняют никому вреда. Другое дело - сильный и обученный атэлиер, либо беглый, либо учившийся тайно.
-Час от часу не легче, - вздохнула она. - Нам только нелегала не хватало. С другой стороны, это вполне понятно: мало кто решится на подобное преступление, не подобрав подходящих исполнителей. Идемте.
***
Карета Департамента, в которой сидел Рэдвис, а на козлах рядом с кучером - телохранитель, катила по уже опустевшим улицам столицы. Ничто не отвлекало барона от его мрачных мыслей, и он предавался им с каким-то остервенением. Ему очень не нравилось, какой оборот принимает и без того сложное и кошмарное дело об убийстве императора. Если, как говорит герцог со слов принца Реларьена, эльфа подвергали сегрен-шат - это уже само по себе пугает, абы кто не способен найти исполнителей для такого. А тут еще оказалось, что сегрен-шат применяли дважды. Выходит, убийство императора устраивали сразу две разных стороны, причем независимо друг от друга? Выходит, так. Рэдвис откинулся на обитую бархатом спинку сиденья и сквозь зубы застонал. Вот только этого и не хватало - и так не знаешь, где копать...
Вдруг карета резко остановилась. Рэдвис стукнул в стенку:
-Что там такое?
Однако вместо ответа послышались звуки ударов, глухой стон, и в тот же миг кто-то распахнул дверцу и кинул внутрь кареты горсть какого-то порошка. Прямо в лицо барону. Еще не успев понять, что это, Рэдвис задержал дыхание и, рванув борт мундира, так, что отлетели золоченые пуговицы, прикрыл лицо плотным сукном. Но порошок, видимо, успел попасть в нос, и, не в силах сдержаться, барон чихнул. "Интересно, кто по мою душу на этот раз..." - успел он подумать, проваливаясь в беспамятство.
Очнулся он от вылитого ему на голову ведра холодной воды, но остался лежать неподвижно. Потому что в прояснившееся сознание вплыл весьма занятный разговор:
-Марра дисмалайя!!! Вы совсем дурни, да? - сладко прожурчал женский голос с необычным акцентом и перешел на более резкие интонации. - Вы что, его этой дрянью накормили, что ли? Он же до утра не проснется, а у нас времени нет совсем, его же искать начнут самое большее через час!!! Куэн теверра!!!
Барон никак не мог сообразить, из какого языка могли быть эти явные ругательства. Это не был эоверский, ни тем более санадрийский, уж его-то мало с чем спутать можно. И келтар это тоже быть не мог, хотя на Севере очень много разных языков, все не выучишь... Размышления прервал грубый удар в бок, который, однако, Рэдвис перенес весьма стойко и, хоть и было очень больно, продолжал прикидываться крепко спящим. Между тем другой голос, мужской, тоже с акцентом, но на этот раз вполне узнаваемым, оправдывался:
-Винэрис, мы всего-то горсточку в него кинули. Может, просто на него так сильно действует? Давайте мы его еще раз водичкой!
Третий голос промычал что-то утвердительное на незнакомом языке.
-Давайте, куэн тагриэс тенде!!!
Рэдвиса снова окатили ледяной водой, и снова безрезультатно.
"Поужинал, называется. Интересно, и кто же у нас предатель? Кто-то ж этим сообщил, куда я ехать собираюсь... хотя они могли просто проследить. А главное - кто мои похитители. Этого, с санадрийским акцентом, в расчет можно не брать, наемник наверняка..."
-Не, похоже, крепко вырубился, - с сожалением подтвердил санадриец. Первый голос затейливо, но непонятно выругался, и кто-то снова пнул барона под ребра. Рэдвис порадовался тому, что его перед этим дважды выкупали в ледяной воде и что сонная пыль все еще действует: тело частично утратило чувствительность и сохранять неподвижность и невозмутимость было легче. Хотя если продолжат пинать, вряд ли получится изображать спящего и дальше.
-Пошли вон отсюда. Кучера - в расход, а стукачу денег дайте, пусть идет себе, а потом уберите без лишнего шума, - сказал первый голос. Двое остальных, судя по всему, громилы-исполнители, вышли, стуча сапогами. Оставшийся, или, точнее, оставшаяся прошлась мимо лежащего барона туда-сюда. Потом остановилась, потрогала ногой.
"Может, пора просыпаться? А то еще начнет ножом тыкать", - с легким беспокойством подумал барон, но только он собрался "проснуться", как послышались легкие шаги, и опять раздался голос, на этот раз мужской. Говорили на незнакомом языке. Понятно было только, что мужчина явно недоволен действиями женщины. Женщина, шипя, что-то отвечала. Затем раздался звук пощечины, потом всплеск явных ругательств, причем ругались оба. На всякий случай Рэдвис постарался запомнить хоть что-нибудь - может, удастся потом выяснить, что это за язык.
***
Добравшись до мертвецкой при Арене, Дайра и Торвиш, предъявив пропуск, первым делом выгнали оттуда охрану и уборщика, а затем Дайра приступила к работе. Торвиш с легким любопытством наблюдал за действиями магички.
Женщина вышла на середину небольшого помещения и замерла там, раскинув руки. Дайра была магом высшей категории и работала непосредственно с потоками Юнтэ, не творя заклинаний и не пользуясь артефактами. Впрочем, насколько знал Торвиш, это было всего лишь результатом долгой практики: Дайра уже давно выработала для себя определенные приемы и, если обычных ее способов было недостаточно, могла прибегнуть к артефакту, например, своему жезлу. Сейчас этот жезл висел у нее на поясе, видимо, волшебница не видела необходимости концентрировать свою силу с его помощью.
Решив, что ее манипуляции с силой никак не могут помешать его собственной работе, Торвиш выплеснул воду из ведра уборщика, перевернул и сел на него, погрузился в транс, ловя тени прошлого, блуждающие по этому мрачному помещению.
Как он и подозревал, работать в таком месте было крайне неприятно. Запах смерти проникал не только в ноздри, но и в мысли. Отзвуки рыданий над погибшими, отблески их предсмертных деяний, тени их душ - все это составляло такой леденящий букет, что атэлиер едва сдерживал желание прервать транс и убраться отсюда куда подальше, причем желательно - куда-нибудь, где жизнь бурлит вовсю и никто не думает о смерти. Правда, как ведун с большим опытом, Лэсден Торвиш знал, что таких мест крайне мало. С его точки зрения - только три, да и те тоже не слишком приятны: цирк, кабак и бордель. И идти туда, особенно в бордель, для атэлиера немногим лучше, чем осматривать мертвецкую. Как говаривал его учитель, "когда знаешь, о чем люди думают, перестаешь верить в человечность человечества". И Торвиш, проработав при Департаменте Сыска много лет, разделял его мнение.
Как Торвиш и думал, отыскался легкий, размытый, словно специально затертый, след еще одного волшебника, приходившего за телом эльфа. Он был уверен в этом: сначала шел след принца Реларьена, тоже затертый, но все-таки узнаваемый, а потом - чужой, хотя и похожий. След полуэльфа пах куражом, бесшабашной решительностью и при этом - твердым стремлением докопаться до истины, след чужого колдуна... да, действительно колдуна! - опасением, желанием скрыть следы преступления... и этот след, хоть и слабый, в отличие от следа Реларьена, прослеживался довольно далеко. Торвиш почувствовал азарт охотника, и решил попробовать пройти по следу. Для этого ему не нужно было покидать свое неуютное седалище - достаточно было покинуть свое тело. Оставив тонкую ниточку связи, атэлиер двинулся по следу, петлявшему по городу... и вдруг увидел совершенно безумную картину: грязный мокрый подвал, на полу в луже воды навзничь валяется барон Рэдвис, а над ним стоят двое, и один из них - тот самый колдун, точнее - колдунья.
Возвращение оказалось резким, и оттого - болезненным, но времени терять было нельзя: Торвиш был ведун, и иногда мог заглянуть в возможное будущее. Будущее Рэдвиса виделось крайне коротким и очень неприятным, тем более что колдунья задумчиво поигрывала острым ножом.
Очумело оглядевшись, атэлиер увидел застывшую посреди мертвецкой магичку, и, подскочив с ведра, окликнул ее:
-Дайра!!! Дайра!!!
Женщина недовольно обернулась:
-Не мешайте, Лэсден.
-Я бы рад, но если мы не поспешим, нашего с вами начальника зарежут в двух кварталах отсюда, в подвале заколоченного дома графов Дилкен.
С мгновение Дайра вглядывалась в лицо атэлиера, но глаза Торвиша, обычно тусклые и невыразительные, на этот раз горели яростным пламенем, и она поверила. Хотя с чего бы и не поверить? Что-то она не могла припомнить случая, когда бы Торвиш так нервничал. Она тряхнула головой, сосредоточилась, представила довольно хорошо знакомый ей сад за домом Дилкен (несколько раз она, будучи дежурным магом, осматривала там последствия дуэлей) и открыла портал. Схватила атэлиера за руку и шагнула в светящуюся арку перехода.
В саду было еще мокро после вчерашней грозы, и все еще пахло кровью убитого тут Агриона. Торвиш, почувствовав тень его смерти и азарт драки, еще витавшие тут, поморщился, и уверенно побежал в сторону левого крыла дома. Дайра, подхватив подол, чтобы не намочить в траве, припустила за ним. Гравий дорожек и обломки веток так и разлетались из-под их сапог.
***
Когда голос женщины в споре с новым персонажем разыгравшейся с Рэдвисом драмы перешел в опасное шипение, барон решил, что пора бы проснуться. Тяжко вздохнув, он разлепил веки и, моргая, уставился на похитителей. Увы. Что-либо разглядеть было сложно: оба были одеты в черное, лица замотаны шарфами. "Только зря проснулся" - с легкой досадой подумал барон и стал ждать, что будет дальше.
Мужчина что-то сказал, женщина кивнула. Мужчина обратился к барону на лотари (говорил он, кстати, без всякого акцента, но как-то необычно строя фразы):
-Вы барон Рэдвис и есть?
-Положим, так, - еле ворочая языком (все-таки сонная пыль не прошла даром), ответил барон. - И что? Мое похищение - а вы меня, похоже, все-таки похитили - просто так не оставят. Вас найдут и покарают, даже если вы меня убьете.
-Сначала нас надо найти, - усмехнулся, судя по голосу, мужчина. - А вы точно умрете.
-Тогда что вам от меня нужно? - полюбопытствовал Рэдвис. - Или это просто чья-то глупая месть?
Похитители переглянулись, потом мужчина сказал:
-Расскажите все, что по делу об убийстве императора у вас есть.
-О как, - восхищенно сказал барон. - А что взамен? Вы же обещаете меня убить в любом случае, как я понял. Тогда какой смысл мне вам что-то рассказывать? Это попросту глупо.
Мужчина покачал головой:
-Вы не понимаете. Вы точно умрете, но умереть легко можно, и тяжко можно. Как предпочитаете?
Барон призадумался:
-Как бы вам сказать... Вот что. Если вы собрались меня убить, то я вам расскажу, но только в том случае, если и вы мне расскажете, кто вы такие, и какое имеете отношение к этому делу.
-Смешно. Вам-то зачем, если вам не жить?
-Как - зачем?! - нарочито удивился Рэдвис. - А простое человеческое любопытство?!
Ответить ему не успели: раздался громкий хлопок, и дверь в подвал, рассыпаясь в щепу, влетела внутрь, осыпав обломками всех троих. Мужчина выдернул из ножен меч, а женщина, покачивая кистью руки, в которой был зажат нож, другой быстро сделала какой-то явно колдовской жест. С верхней ступени лестницы в ответ на это раздалось довольно непристойное ругательство, запахло раскаленным железом и колдунья с воплем отбросила нож, зажала явно обожженную руку другой рукой, а ее спутник как-то странно задергался. По лестнице быстро сошел Торвиш, уставившийся на мужчину с мечом своим "рабочим" остекленевшим взглядом, тот перестал дергаться, выронил меч и попятился. Похоже, что он пытался сопротивляться атаке атэлиера, и его попытки были довольно успешны. Во всяком случае, Торвиш не успел продавить его сопротивление за то время, что Рэдвис вставал, держась на стену. Колдунья тем временем пришла в себя и, шипя заклятие, атаковала магичку, в которой Рэдвис с удовольствием узнал Дайру.
Поединок двух магов выглядит для обычного человека довольно скучным (так как тот не может видеть потоков силы, и двое сражающихся волшебников с его точки зрения просто стоят, смотрят друг на друга и делают какие-то жесты) и, как правило, бывает очень коротким: если волшебники достаточно сильны, побеждает тот, кто лучше и быстрее управляет потоками Юнтэ. В очередной раз Рэдвис убедился, что по-настоящему сильные маги работают в основном головой. Он догадывался, что делает каждая из противниц, только потому, что много раз наблюдал похожие поединки.
Сейчас противостояли колдунья и магичка высшей категории. Дайра не давала сопернице отвлечься на Рэдвиса и своего товарища, но при этом явно побаивалась наносить простые, но сильные удары, чтобы не задеть своих, во-первых, а во-вторых, ей хотелось взять врага живьем - это у нее прямо на лице было написано, Рэдвис ее слишком хорошо знал.
Приходилось плести изящные боевые формулы, целью которых было лишить колдунью возможности тянуть Юнтэ извне, а потом останется только дождаться, пока она исчерпает запас силы . Колдунья же не стремилась победить, она защищалась и тянула время, выжидая подходящий миг, видимо, понимая, что против сильного атэлиера и магички ей одной не устоять и нужно уносить ноги, как только подвернется такая возможность. Неудивительно, что, как только Торвиш дотащил Рэдвиса до Дайры, и та ударила в полную силу позорно простым приемом "воздушная волна", подняв в этом грязном подвале настоящую бурю, колдунья, едва устояв, попятившись и прижав спиной к стене своего товарища, сдернула с пояса какой-то артефакт. Дайра тут же на всякий случай выставила щит, но оказалось, что этого можно было и не делать: артефакт открыл портал и колдунья вместе со своим полуоглушенным товарищем исчезла в сияющем вихре. Дайра грязно выругалась.
-М-мастерица, ваши в-выражения недостойны д-дамы, - со сдавленным смешком проговорил Рэдвис, чувствуя, как стремительно наливается болью то самое место, куда его несколько раз ударили похитители. Видимо, действие сонной пыли совсем прошло.
-Я не дама, я магичка, - Дайра отряхнула усыпанное мелкой щепкой и заляпанное грязными брызгами платье. - Очень жаль, что эта сучка сбежала. И сбежала с помощью артефакта, ее теперь не проследишь, чтоб ее разорвало!!! Что они от вас хотели, вин генерал?
Генерал тоже отряхнулся от щепы и ответил:
-Сведений о деле об убийстве его величества, конечно. Кстати, Дайра, нет ли у вас какого-нибудь заклинаньица для сушки одежды? Мне бы хотелось все-таки попасть на ужин к канцлеру, пока этот ужин еще не закончился, но в таком виде - сами понимаете.
Дайра рассмеялась:
-Про вас, выходит, правду говорят, что вы из вальданской стали - ничто вас не проймет. Может, лучше я вас сначала доставлю в Департамент, а там вы уже сами решите, что делать и куда ехать?
Барон кивнул:
-Согласен, только высушите сначала. Как-то холодно.
-Ну хорошо. Стойте спокойно, сейчас посмотрю, что с вами можно сделать.
Волшебница окинула мокрого и, честно говоря, довольно грязного барона внимательным взглядом, потом пошевелила пальцами, словно что-то плетя. От мундира и штанов пошел пар, от мокрых волос тоже. Тут барон сообразил, что его берет либо валяется там, где его похитили, либо где-то здесь, но если здесь, то он бесповоротно испорчен, и вообще, Дайра права: сначала надо в Департамент, выслать отряд стражников на поиски кареты, кучера и телохранителя (а в том, что выдал его именно охранник, Рэдвис почему-то был уверен), а потом уже решить, что делать дальше.
Пока магичка сушила начальника Департамента Сыска, сыскной атэлиер Лэсден Торвиш, так и не выйдя из боевого транса, "читал" недавнее прошлое этого подвала, запоминал ментальные образы колдуньи и ее спутника и пытался проследить, куда они пропали и откуда пришли. Проследить бегство не удалось: мгновенный переход неведомо куда обрывал все следы напрочь. Откуда пришли - это проследить получилось, и Торвиш увидел обычный купеческий дом. Он постарался запомнить все, что хоть как-то могло помочь найти этот дом, хотя видел не столько внешний вид, сколько его отражение в ментальном плане, а это не совсем то, что было ему нужно: ведь не станешь же прочесывать улицу за улицей, "читая" все попадающиеся по дороге купеческие дома, на это уйдет много времени.
Очнулся Торвиш от прикосновения к плечу. Этот невинный жест грубо вырвал его из мира духов и теней, так что голову пронизала резкая боль. Морщась, атэлиер пробурчал:
-Дайра, вам никто не говорил, что прикасаться к атэлиерам в трансе нельзя? Вам повезло, что я хорошо собой владею, другой мог бы непроизвольно ударить в ответ. И это, демоны вас забери, было попросту больно к тому же!
Волшебница сложила руки в жесте извинения:
-Простите, мастер, но у нас мало времени. Надо идти.
-Ладно. Все равно я уже все посмотрел, что здесь только было можно посмотреть. Стройте свой портал.
***
Здание Департамента Сыска, как и все строения, принадлежащие подобным заведениям, было тщательно закрыто от магических проникновений. Но для некоторых магов, тех, кто присягал на Реликвиях, было сделано маленькое исключение, и они могли строить порталы во внутренний дворик. Дайра так и поступила.
Охранники, сторожившие дворик, несколько удивились, когда из портала вместе с магичкой вышел и директор в грязном мундире и без берета. Однако удивление им не помешало вытянуться в струнку и отдать честь. Вяло махнув рукой, Рэдвис приказал начальнику караула:
-Пошлите кого-нибудь ко мне домой, пусть принесут новый мундир и смену белья, а в кабинет - таз для умывания. И вызовите Кайшену немедленно!
Сопровождаемый магичкой и атэлиером, Рэдвис добрался до кабинета, заодно по дороге молча выслушав доклад об осмотре мертвецкой и подвала. Когда Дайра, а затем и Торвиш закончили, он спросил:
-Значит, вы оба уверены, что за трупом приходила именно та самая колдунья? Интересно. Вот что, господа мастера. Мне очень неудобно просить вас об этом, особенно учитывая, что вы сегодня славно поработали, но... поскольку я обязательно должен побывать у канцлера, мне необходимо ехать. А вас я прошу быть здесь через три часа, мы подробно обсудим случившееся с другими участниками нашей маленькой следственной группы. Мне очень не нравится то, что меня пытались убить, причем с помощью моего же телохранителя. Я вынужден буду подвергнуть негласной проверке на лояльность всех работников департамента, хотя и надеюсь, что больше крыс тут нет. Кстати, господа, вам не знакомы такие выражения? - и Рэдвис повторил по памяти некоторые из ругательств, услышанных от колдуньи и ее товарища. Торвиш отрицательно покачал головой, а вот Дайра призадумалась. Потом сказала:
-Сдается мне, это керна.
Рэдвис так и застыл с ключом возле двери своего кабинета. Керна! Значит, керн-карцы имеют весьма определенное отношение к убийству императора!!! И это была самая плохая новость из всех, что он узнал после известия о гибели его величества.
-Чтоб их всех чума побила!!! - выругался он. - Только этого нам и не хватало... впрочем, я догадывался, что эти ушастые керн-карские сволочи замешаны в этом деле. В таком случае я тем более должен сегодня же поговорить с канцлером. Дайра, я прошу вас еще об одной маленькой услуге: постройте мне портал к дворцовым воротам, а то мне уже как-то боязно опять ехать туда в карете.
Торвиш ухмыльнулся, Дайра кивнула.
-Благодарю заранее. Ну а вы, мастер Торвиш, можете быть свободны до назначенного часа.
Атэлиер своим неподражаемым тоном, вежливо-издевательским, попросил:
-Идти к себе мне сегодня, как я вижу, не имеет смысла. Нельзя ли мне воспользоваться для отдыха одной из комнат нашей "гостиницы"?
Барон рассмеялся:
-Торвиш, вы неисправимы. Идите и пользуйтесь, думаю, начальник внутренней тюрьмы вам с удовольствием откроет лучший "номер".
Торвиш ушел. Дайра, зная, что через полчаса ей придется еще поработать, присела на стульчик в приемной.
Тут как раз явился один из дежурных охранников с тазом и кувшином теплой воды, и Рэдвис с наслаждением принялся приводить себя в порядок, мысленно благодаря богов за то, что счастливо избежал смерти и на этот раз. Вообще, за всю его карьеру что в Департаменте Сыска, что в Департаменте Порядка, он мог погибнуть уже раз сорок, если не больше. Но каждый раз дух-хранитель, приставленный к нему богами при рождении (как и к каждому человеку), не дремал и сохранял своего подопечного от гибели. Возможно, что Крайэс, как бог правосудия, был доволен службой Рэдвиса и неизменно ему покровительствовал. Барон же каждый раз не забывал посетить главный храм Триады и зажечь по самой большой свече перед ликом каждого из Троих, а потом отдельно жертвовал внушительную сумму в главном храме Крайэса. Благосклонность богов следует ценить, считал он, а потому не мелочился.
Когда пришел безжалостно разбуженный посыльным денщик с бельем и мундиром, у Рэдвиса созрела еще одна замечательная мысль о том, как бы отблагодарить богов, и, переодеваясь, он спросил у денщика, бывшего по совместительству заодно письмоводителем и личным секретарем барона:
-Зарин, а скажите-ка, каков у меня чистый доход был в прошлом месяце?
Зарин пожал плечами:
-Если верить вашему управляющему, вин, то восемь тысяч дэтрес с небольшим.
-Прекрасно. Узнайте завтра, кто нынче владеет правами на дом графов Дилкен, тот, что с садом при нем, и сколько возьмет за это имущество, и доложите.
Подавая барону мундир, Зарин поинтересовался:
-Но зачем вам, вин, еще один дом в столице, к тому же, как говорят, в нем еще зараза не выветрилась, от которой графское семейство вымерло?
-Мне надоело, что в этом доме всякая сволочь устраивает то тайные оргии, то дуэли в саду. Проще купить этот демонов дом, чем бороться со всем этим безобразием, тем более, что бороться должен Департамент Порядка, а убийства все равно расследуем мы.
Денщик-секретарь кивнул: в общем-то, мысль была здравая, если не считать того, что барон, покупая этот совсем ему не нужный дом, выбрасывал зря большие деньги. С другой стороны, наверняка Рэдвис придумает хорошее применение этому дому.
Одевшись, Рэдвис вышел в приемную, запер кабинет и обратился к Дайре:
-Я готов. Приступайте.
Волшебница быстро сотворила переход, и барон оказался у ворот императорского дворца.
Сам по себе дворец занимал малую часть того, что в народе именовалось дворцом: за высокой стеной раскинулся обширный сад, в котором располагались собственно дворец, несколько отдельных построек, где проживали некоторые из придворных, канцлер с семьей и некоторые другие высокопоставленные лица, кроме того, здесь было множество других строений для всякого рода надобностей, и все это вместе составляло единый комплекс, строго охраняемый, и, как говорят, связанный множеством подземных ходов.
Стража на воротах отказалась пропускать Рэдвиса, несмотря на то, что все гвардейцы прекрасно знали его в лицо. Но он не приехал в служебной карете, а пришел через магический портал, а на этот счет никаких распоряжений караул не получал. Лейтенант, старший в этом карауле, послал к канцлеру за сопровождением и подтверждением, и, получив оное, наконец впустил Рэдвиса.
Бурча под нос, что стража слишком поздно проявила бдительность и теперь только работе мешает, Рэдвис в сопровождении дворецкого Вальданов пошел к дому канцлера.
Его появление вызвало небольшой переполох: слуги заметались, нося новые приборы и блюда, видимо, Рэдвиса уж и не ждали. Эргесин так и сказал, приветствуя его:
-Я вас уже отчаялся сегодня увидеть, дорогой мой Рэдвис. Прошу к столу!
Барон, внезапно почувствовав сильный голод, поклонился маркграфине, и сел на предложенное место. Слуги тут же поставили перед ним тарелку с супом, расставили рядом маленькие тарелочки с закусками, налили вина и вышли - и тут Рэдвис понял, что разговоры за этим столом ведутся крайне важные. Да еще бы: ведь помимо маркграфа и маркграфини Вальдан, тут был только Святейший Отец Шаддаро Горион, родной дядя маркграфини. Его барон никак не ожидал увидеть, но не растерялся и поклонился, целуя священнический перстень на его руке, а уж потом поклонился маркграфине.
Канцлер обратился к Святейшему Отцу:
-Ваше святейшество, Дэйжен Рэдвис - человек, посвященный в государственные тайны, хоть и не все, но его высочество Орован и я всецело ему доверяем. Так что вы можете спокойно говорить при нем все, что сочтете нужным...
Шаддаро махнул рукой:
-Эргесин, не стоит утруждаться лишними словами, я и так вижу, что барон заслуживает доверия. А раз он расследует обстоятельства гибели его величества, то, думаю, ему следует знать то, что я собирался вам сказать. Но я вижу и то, что у господина барона был нынче тяжелый день, так что ему следует поесть.
Заинтригованный такими словами первосвященника, Рэдвис ел, не чувствуя вкуса еды, лишь бы утолить голод. Когда он расправился с супом и большей частью закусок и принялся за вино, Святейший Отец снова заговорил:
-Давеча ты, милая Ноллис, спрашивала у меня, что я думаю о гибели его величества и чем это грозит нам. Я знаю, что ты боишься опалы, когда власть перейдет, по твоему мнению, к Лирданарвану, но это такая мелочь по сравнению с тем, чего нам всем по-настоящему стоит бояться!
Маркграфиня испуганно посмотрела на своего сурового дядю. Канцлер же наоборот, сосредоточенно ковырял щипцами остатки рулета. Первосвященник продолжил:
-Все началось давно, все это тянется с мятежа Узурпатора, когда этот недостойный уничтожил весь божественный род, кроме Фервандаттона и его сына-полуэльфа. И то наш почивший государь спасся исключительно благодаря своей конкубине. Это долгая история, хотите подробностей - спросите у принца Реларьена, если он, конечно, захочет рассказывать. Чудовищное преступление, дикое нарушение и людских, и божественных законов лишило Узурпатора благословения Триады, и он не мог по праву владеть этой землей и хранить ее от Ангелов Бездны. Никто из ныне живущих священников и жрецов не видел этого, но мы верим свидетельствам тех, кто видел и помнит - кстати, в том числе и конкубины Альтаринке: Узурпатор, объявив себя императором, не надевал венца и не брал в руки других Реликвий, и никогда не садился на Бирюзовый трон. Он не мог этого сделать: боги оставили его, и Трон жег его, а Реликвии выскальзывали из его рук. С его сыном случилось то же самое. Чтобы никто не мог рассказать народу об этом, Узурпатор велел своим наемникам-безбожникам перебить жрецов и священников, так что столицу покинули все служители Триады. Но боги еще не совсем оставили нашу землю: Фервандаттон был жив, он не осквернил себя родной кровью, и мог принять божественную благодать, - первосвященник помолчал, давая понять, что сейчас заговорит о чем-то особенном. -Мало кто знает, на какой тонкой ниточке висела тогда судьба нашей земли... ведь для того, чтобы Ангелы Бездны не могли проникнуть сюда, и существует божественный род. И еще меньше кто знает, что право на эту землю оплачено кровью в буквальном смысле. Божественная благодать помогает хранить землю от Ангелов Бездны, но самое страшное, что эти Ангелы бездны приходят лишь тогда, когда их призывают люди, неважно, прямо или опосредованно, своими неправедными делами. А уж если эти люди - императорской крови, то... Боги сильны, но боги без людей и их свободной воли мало что могут, потому что Трое хоть и держат наш мир, но сотворены вместе с ним Создателем, который сотворил и людей, наделив их этой свободной волей, правом решать, каким путем идти. И если люди идут путем погибели, кто, кроме их самих, виновен в этом? Боги могут дать совет, помочь - но только тем, кто хочет этого сам. Я не знаю, сознательно ли Узурпатор пошел путем, ведущим в Бездну, или нет, но он приотворил дверь туда. Эту дверь удалось тогда кое-как запечатать, но с тех пор дела в Киннелдилас Атэпалларима пошли скверно. Моровые поветрия, каких раньше не знали, засухи, наводнения, землетрясения, пробуждения нежити, демонические проявления... все это стало случаться слишком часто. Все это - признаки того, что мы стоим у края Бездны, и демоны проникают сюда, к нам. Исправить это можно лишь одним способом, но вот это я вам не вправе сказать, просто потому, что вы не можете тут ничем помочь. И, в общем-то, Фервандаттон уже принял решение прибегнуть к этому последнему средству, когда стало ясно, что больше ничем не помочь, как его убили. И теперь, я боюсь, уже почти не осталось времени... - первосвященник замолчал, опустил голову. Потрясенные услышанным, канцлер, его жена и Рэдвис боялись пошевелиться. Вот уж и вправду, хуже некуда. Наконец, Ноллис, видимо, на правах племянницы, осмелилась нарушить тишину:
-Дядя... и что теперь? Неужели совсем-совсем ничего нельзя исправить, и нас поглотит Бездна, с нашей землей случится то же, что и с Форн-Эла когда-то?! Не может же быть, чтобы люди настолько испортились, чтобы тех, кто идет путем Бездны, было больше, чем тех, кто следует установлениям богов?
Святейший Отец тихо, с печалью в голосе, проговорил:
-Не все еще потеряно, еще можно исправить, но за это придется слишком дорого заплатить. И платить должен тот, в ком течет священная кровь. Мы с вами уже ничего не сможем изменить.
Тут не выдержал Рэдвис. Он никогда не считал себя не то что праведником, а даже хорошим человеком, но, вспомнив сегодняшнее свое чудесное спасение, решил, что раз уж его, такого большого грешника, боги не оставили своим вниманием, то не все так плохо:
-Ваше святейшество, но почему мы не можем ничего изменить? Ведь мы можем добиться правды, узнать, кто виновен в смерти его величества. А правда никогда не была приятна демонам Бездны. И к тому же из деяний каждого из нас складывается тот самый путь, о котором вы говорите. Во всяком случае, какое-то время мы же можем удерживать равновесие на краю Бездны, а это уже немало.
Шаддаро улыбнулся:
-Я знал, что вы не сдадитесь, барон. Преподобный отец Диран говорил о вас, что вы верный слуга Крайэса и просто честный человек. Я рад, что он не ошибся. И вы правы. Делайте, что должно - а что будет, то будет. Пока есть такие люди, как вы, Бездна не поглотит нас.