Ева: другие произведения.

Чужой трон. Главы 9-12.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 4.99*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Продолжаем...


Глава 9.

   Вилья вместе с Хэл нашли меня в той комнате, где я соизволила провести ночь. Я как раз была занята сборами и сортировкой вещей в своей бездонной суме, когда дверь распахнулась настежь, и моему удивленному взору предстала сгибающаяся пополам от хохота полуэльфийка, висящая на нервно хихикающей Хэлириан. Честно говоря, понятия не имею, что могло довести подруг до такого состояния, но больше, чем уверена, что сейчас Вилья успокоится и все сама расскажет.
   Как только сумеет членораздельно говорить, не отвлекаясь на всхлипывающие смешки.
   С этой мыслью я выжидающе уселась на ближайшее кресло и пристально посмотрела на младшую княжну, которая, отклеившись-таки от Хэл, упала на застеленную кровать, все еще сотрясаясь в приступах хохота. Минут через пять мое терпение было вознаграждено - Ревилиэль, отсмеявшись, перевернулась на живот и, взирая на меня зелеными глазами из-под рыжей челки, начала.
  -- Ева, ты попала!
   Вступление мне не понравилось, но я, тем не менее, изобразила живейший интерес. Вилья же, справедливо подозревая, что зерна рассказа упали в благодатную почву моего любопытства, выдержала полагающуюся в таких случаях многозначительную паузу, и выдала:
  -- Тебе там смотрины хотят устроить. Сегодня вечером.
  -- Что-о-о-о?!! - Возмущенно возопила я, подскакивая на месте и роняя раскрытую сумку на пол, откуда моментально высыпалась гора книг вперемешку с одеждой. Я, чертыхнувшись, слезла с кресла и принялась собирать рассыпанные по ковру вещи, запихивая их обратно, когда в разговор включилась Хэлириан, до того скромно обретавшаяся на соседнем кресле. Айранит аккуратно сложила крылья по бокам тела и, закинув ногу на ногу, посмотрела на меня со смешанным чувством сострадания и легкой зависти.
  -- Еваника, только что принц Азраэл объявил народу, что Синяя Птица, вернувшаяся в Андарион, достойна небольшого праздника в ее честь, где будет возможно сделать ей предложение руки и сердца.
  -- Короче, - влезла неугомонная полуэльфийка, вольготно развалившаяся на покрывале. - Азраэл решил выдать тебя замуж. Понятно, что насильно это делать никто не будет, но вот предложение сделать не возбраняется.
  -- И из-за этого ты так хохотала? - подивилась я.
  -- Нет, конечно, - пожала плечами Вилька. - Просто он так начал тебя расписывать... Получалось, что ты, вроде как, идеальная мечта любого айранита - и умна, и прекрасна, и образована, и с кротким, как у ангела, характером...
  -- Что-о-о?! - Я поперхнулась нервным смешком. Это я-то кроткая?! Ну-у, вот уж Азраэл-то загнул! Зачем, спрашивается? Правда, мне так даже лучше - всегда будет шанс доказать "кротость" моего характера, от особо буйных проявлений которого даже Данте шарахался.
  -- Вот и мне смешно стало, - широко улыбнулась Вилька. - Это еще что - там эта Верховная Жрица, как ее там...
  -- Алартиан, - подсказала Хэлириан, пряча улыбку.
  -- Именно! - прищелкнула пальцами княжна, садясь на кровати и пристально разглядывая мое крылатое обличие. - Так вот, она во всеуслышание заявила, что ты, как Синяя Птица, получаешь в дар от Храма доспехи воительницы Таль, которые хранились в одном из тайников где-то с тысячу лет. Представь, если на тебя доспехи напялить!
   Да уж... Доспехи - это отдельная тема в моей биографии. Как-то раз Вилья, уже познавшая на себе, что значит таскать кольчугу со всеми прилагающимися "прелестями" в виде кованых наручей, поножей и особых пластин, крепившихся на груди, решила дать и мне прочувствовать нелегкую долю росских витязей. В итоге обычное надевание кольчуги превратилось в кошмар для меня и в цирк для всех остальных. А все потому, что стальная рубашка весила, как минимум, треть пуда!! И это с учетом моего далеко не мощного телосложения!! Когда Вилька с помощью одного из наших общих друзей из княжеской дружины все-таки натянула на меня кольчугу, то выяснилось, что я не только двигаться, но даже встать в ней толком не могу!! Меня поднимали на ноги в четыре руки, а когда подняли, то я неосторожно наклонилась вперед и кольчужка с шелестящим звоном подло провисла. Равновесие я, конечно, удержать не сумела, поэтому грохнулась на четвереньки, едва не ударившись лицом о землю.
   Аплодисменты пополам со здоровым хохотом были мне наградой за проявленное мужество - я все-таки умудрилась самостоятельно встать на ноги, после чего не терпящим возражений тоном потребовала снять с меня "сие пыточное устройство". И в будущем на все доспехи, кроме кожаных курток с заклепками, смотрела с выражением высочайшего неприятия.
   И вот теперь мне хотят подарить раритетные доспехи...
   Интересно, как они за такое количество лет в пыль не превратились-то? Хотя, может, храмовое хранилище зачаровано по методу моей сумки - таким образом, что там ни одна вещь не портиться, потому что заклинание защищает ее от воздействия времени. Но в любом случае - кованые доспехи аватаров, а ведь именно такие были на изображенной на картинах Таль, это тебе не кольчужка. В них я точно пошевелиться не смогу, а если мне их еще и вручат при большом скоплении народа, то надо мной будет хохотать весь Андарион...
   Прямо как Вилька только что.
  -- Какой кошмар, - подвела итог я, запихнув-таки все вещи обратно в сумку и озадаченно усаживаясь на пол. - Хэл, а Хэл, пока меня тут не замучили окончательно, скажи, зачем ты просила, чтобы мы приехали? Данте говорил, что у тебя какие-то проблемы с поисками короля...
  -- Проблемы - это не то слово... - Хэлириан печально опустила темноволосую голову, сразу став какой-то миниатюрной и беспомощной. Только сейчас, внимательно приглядевшись, я увидела, что айранит похудела, черты ее лица заострились, а под глазами залегли темные тени. - Найти короля сложно, а всякий раз, когда я беру в руки Небесный Хрусталь, я чувствую, что слабею. Может быть, он постепенно вытягивает мои жизненные силы...
  -- Извини, а что, нельзя, чтобы поисками занялся кто-то еще, кроме тебя? - подала голос Вилья с кровати. Полуэльфийка серьезно смотрела на Хэл, и в ее глазах я видела твердую решимость. Честно говоря, я была с ней солидарна. В конце концов, я тоже не могу спокойно наблюдать за тем, как Хэлириан буквально тает на глазах, отдавая свои силы на благо Андариона. Неужели мы ей не поможем?!
  -- Не может... Вилья, понимаешь, если кто-то из айранитов, кроме меня или истинного короля, коснется Небесного Хрусталя, то талисман обожжет его своей силой. Вначале легко, едва ощутимо, но через полминуты он уже раскалиться так, что его невозможно будет удержать, если только не сжечь себе руки до костей. - Младшая жрица поднялась и направилась к дверям.
   Уже стоя на пороге, она обернулась, и в ее светло-зеленых глазах отразилось некоторое замешательство. Впрочем, оно быстро сменилось банальной усталостью, и Хэлириан, мановением крыла открыв дверь, скрылась в коридоре.
   Мы с Вильей проводили ее одинаково озадаченными взглядами, после чего в голову мне постучался вполне закономерный вопрос - что делать дальше? Понятно, что плясать под дудку Алартиан с ее задумкой о возрождении рода, я не буду, но и воевать с новоявленными "женихами" мне не улыбалось. Оставалось только одно - сделать так, чтобы желания у потенциальных супругов вообще не возникло.
   А уж в этом мы с Вильей мастера - в свое время не раз приходилось вытаскивать Ревилиэль с подобных мероприятий, причем выдумки наши ни разу еще не повторялись. Так что, будем надеяться, что и на этот раз все пройдет, как по маслу.
  -- Виль? - на моем лице заиграла бесовская улыбочка, завидев которую, все мало-мальски знающие меня разумные существа торопились убраться от греха подальше.
  -- Ев? - полуэльфийка ответила мне точно такой же улыбкой, и мы с чувством женской солидарности и выражением очередной задуманной гадости на лицах торжественно пожали руки.
  -- Начнем приготовления!
   Н-да, похоже, Снежный Дворец ожидает доселе невиданное зрелище!
  
   Как мы с Вилькой и предполагали, торжественное мероприятие начиналось на вечерней заре в тронном зале Снежного дворца. Не скажу, что мы угробили целый день на подготовку обещанной гадости, но часа три мы на все про все потратили. В итоге, когда за час до праздника Мицарель вошла в комнату, где мы с полуэльфийкой окопались до лучших времен, она удивленно ахнула, и ворох сине-зеленого шелка, висевший за ней с помощью левитации, едва не спланировал на ковер.
   Дело в том, что я беспечно сидела на полу в человеческом облике, обычной походной одежде ведуньи и потертых дриадских полусапожках. На возглас Мицарель мы с Вильей одновременно обернулись, прикидывая эффект от нашей идеи. Как и следовало ожидать, он оказался предсказуемым - Мицарель взмахом крыла отправила шелковое платье с прорезями на спине, на кровать и, подойдя к нам, посмотрела на меня столь укоризненно, что мне почти стало стыдно.
   Но не настолько, чтобы я перекинулась и пошла на праздник в том виде, в каком меня ожидают узреть.
  -- Еваника, но ты же не можешь идти в тронный зал в таком виде!
  -- Почему не могу? - деланно изумилась я. - Очень даже могу. И пойду. Но могу и вообще не приходить, если вам так будет предпочтительнее.
  -- Но... - Мицарель красноречиво взмахнула крыльями. - Так ведь неправильно!
  -- Почему это? - подозрительно уточнила я. - Они хотят увидеть Синюю Птицу или меня?
   Такая постановка вопроса девушку-айранита весьма озадачила. Видимо, у нее в голове не укладывалось, как можно разделять две свои ипостаси. Оказывается, еще как можно, особенно мне. Мицарель неуверенно пожала плечами и тихо ответила:
  -- Тебя, конечно...
  -- Тогда пусть встречают меня в том облике, в каком мне удобнее всего! - припечатала я, поднимаясь с пола и подходя к Мицарель. Вилья вскочила следом, да так резко, что колечки на ее кольчужной безрукавке тихо звякнули в такт ее движению. - Мицарель, ты ведь, вроде как, пришла, чтобы отвести нас в тронный зал?
  -- Почти, - уклончиво ответила айранит. - Дело в том, что Ведущий Крыла назначил вам обеим охранника.
  -- Конвоира, что ли? - фыркнула Вилья, скептически тряхнув рыжими волосами, заплетенными на висках в две тоненькие косички.
  -- Охранника, - мягко поправила Мицарель. - Кстати, он ждет вас за дверью.
  -- Так чего ж ты раньше молчала, сейчас знакомиться будем! - С этими словами я, не долго думая, рванула дверь на себя, и выглянула в коридор.
   Ой, лучше бы я этого не делала!
   Потому что я моментально наткнулась взглядом на высокого, выше меня почти на голову, аватара с пестрыми, как у ястреба, крыльями. Опять мы с ним на кривой дорожке встречаемся - в памяти промелькнул тот страшный миг, когда пестрокрылый аватар за отказ выдать им Хэлириан просто сбросил меня вниз с высоты птичьего полета, а ведь крыльев в то время у меня и близко не наблюдалось! Темно-карие глаза сквозь прорези забрала темного шлема смотрели холодно и довольно-таки безразлично, и от этого взгляда мне стало как-то не по себе. Я кашлянула и, глядя на аватара, попросила, стараясь сохранить остатки вежливости:
  -- Сними шлем и назови свое имя, пожалуйста. Все-таки, я должна знать, кто меня охраняет.
   Несколько секунд аватар пристально смотрел на меня, а потом все-таки снял шлем. Темно-каштановый, почти черный хвост волнистых волос скользнул по вороненым доспехам, а лицо оказалось на удивление молодым. Хотя, айраниты в принципе смотрятся не старыми, но у конкретного аватара, стоящего передо мной, было почти что юное лицо, уже тронутое печатью какой-то жесткости.
  -- Лайлионн.
  -- Что, прости? - Я, наверное, не расслышала. И все? А родовое имя? В принципе, аватары в основном пользуются родовыми именами, а не своими личными, а тут...
  -- Мое имя - Лайлионн.
  -- А я-то думала, что аватары представляются родовыми именами... - озадаченно пробормотала я, но айранит все равно меня услышал.
  -- Родовыми именами представляются только те аватары, которые живут вне стен Темного Крова. Остальным в этом нет необходимости. Не все аватары скрывают свою принадлежность к Крылу.
  -- Вот оно как... - Кажется, для меня что-то прояснилось. Теперь понятно, почему Данте называют только Чернокрылом - он ведь не только аватар, но и Ведущий Крыла и, как я поняла, кто-то вроде сотника княжеской гвардии. Телохранитель королевской семьи.
   Ужас, как все запутано!
   Тем временем из дверного проема выглянула Вилья, которая, едва завидев печально знакомого пестрокрылого аватара, отшатнулась, вытаскивая меч из ножен.
  -- Евка, только не говори, что это и есть твой охранник!!!
  -- Я не говорю, ты сама все сказала, - буркнула я, наблюдая за тем, как Лайлионн надевает шлем. За плечами у него виднелась рукоять меча, судя по всему, полуторного, все-таки не такого длинного, как у Данте, но все равно внушающего уважение. Интересно, а трехгранные метательные дротики у него в наручах прячутся, или где? Ведь в прошлый раз, похоже, он их в меня и метал...
  -- Да его к тебе на катапультный выстрел подпускать нельзя! Он же тебя в прошлый раз едва не угробил! О чем думал Данте, приставляя его тебе в телохранители?!
  -- Хороший вопрос. - Пожала плечами я, после чего обратилась к аватару. - Лайлионн, и что можешь ответить?
  -- Я буду защищать вас, Синяя Птица.
  -- Потому что тебе приказали? - подозрительно прищурившись, уточнила Вилька.
  -- Да.
  -- Все, Ев. Тебе не жить, - подвела итог полуэльфийка, забрасывая меч обратно в ножны. На этот раз мы с Лайлионном были крайне солидарны, уточняя в один голос:
  -- Почему?!
  -- Насколько я знаю, телохранители по приказу, а не по желанию обычно не рискуют охранять в полную силу. Такого я в дедовом тереме насмотрелось, - отмахнулась младшая княжна, заглядывая в комнату и зовя Мицарель. - Так что, Евка, не повезло тебе на этот раз с ангелом-хранителем.
  -- С таким ангелом черта не надо, разве что для пущего веселья, и чтобы левой стороне комфортней было, - невесело буркнула я, наблюдая за тем, как аватар, дождавшись, пока мы закроем дверь и изъявим желание идти в тронный зал, занимает позицию справа от меня, идя на два шага впереди.
   Вот уж точно, послал Ведущий Крыла "ангелочка"...
   Когда я впервые попала в Снежный дворец, мне показалось, что он вымер целиком и полностью - так мало народу встречалось мне по пути. Точнее, не встречалось совсем никого. Но сегодняшним вечером я наконец-то увидела его обитателей. Величественные жрицы в длинных белых платьях, с обилием драгоценностей в сложных прическах неторопливо и с достоинством проходили по коридорам дворца, айраниты в ярких одеждах то и дело появлялись в дверях переходов. Казалось, будто дворец очнулся от долгого сна.
  -- И часто у вас здесь такое столпотворение? - вполголоса поинтересовалась я у Мицарель, ловя на себе очередной неодобрительный взгляд.
  -- Не часто, но случается, - как-то рассеяно ответила мне айранит, смотря куда-то в сторону и думая о чем-то своем. Мы с Ревилиэль переглянулись, но вслух ничего не сказали. Может, Мицарель тоже нервничает...
  -- Синяя Птица, мы пришли, - раздался над ухом голос аватара, приставленного нам в качестве няньки заботливым донельзя Данте. Вот только при встрече я обязательно спрошу его, зачем приставлять к нам охрану в относительно мирном государстве, к тому же в самом дворце. Можно подумать, мы с Вильей не в состоянии защитить себя самостоятельно. Уж кто-кто, а Данте должен был знать, что...
  -- Ев, не стой столбом, входи! - Чувствительный тычок тяжелой длани полуэльфийки в спину вернул меня с небес на грешную землю, и я машинально шагнула вперед, пройдя в гостеприимно распахнутый проем.
   И очутилась в тронном зале, заполненном айранитами.
   Первым порывом было послать все ко всем чертям и смыться от греха подальше, но гулко захлопнувшиеся за спиной массивные двери, изукрашенные резьбой, отрезали пути к отступлению. Я несколько затравленно оглядела изумительно красивый тронный зал, разодетых айранитов и пришла к выводу, что идея прийти сюда в человеческой ипостаси, была далеко не самой лучшей.
   Хотя бы по той причине, что на звук захлопнувшейся двери обернулись все, находящиеся в зале, и я, честно говоря, почувствовала себя служанкой, по недоразумению ввалившуюся в пиршественную светлицу с ведром, полным помоев. По крайней мере, присутствовавшие девушки-айраниты рассматривали меня именно с таким чувством изумления и чуть снисходительного презрения.
  -- Похоже, знаменитая Синяя Птица все-таки соизволила посетить наш скромный праздник, - раздался за моей спиной спокойный голос с легкими нотками ехидства. Я резко обернулась, и уткнулась взглядом в айранита, подпиравшего плечом высоченную белую колонну. Как его там звали? Шайджен, что ли?
  -- А что, кого-то что-то не устраивает? - фыркнула Вилья, глядя на спокойного, как горный тролль, нечеловека, который лениво скользнул взглядом по кольчуге полуэльфийки и маловразумительно пожал плечами.
  -- Ну, если высокочтимая Синяя Птица считает, что появиться на празднике в человеческой ипостаси - норма, то, безусловно, все в порядке...
   И по его тону и еле заметной ироничной усмешке я поняла, что в очередной раз нарушила все мыслимые и немыслимые правила этикета. Причем так, что дальше, как мне кажется, уже некуда. Та же самая мысль, только в разных вариантах, проступила на лицах присутствовавших. Вилья тихонько тронула меня за рукав, кивая на безрадостные лица жителей Андариона:
  -- Ев, теперь насчет замужества точно можешь не беспокоиться.
  -- Спасибо, утешила, - сквозь зубы прошипела я, отвечая на презрительный жест какой-то жрицы Храма в мою сторону зеленоватыми искрами, заплясавшими в зрачках.
   И что теперь делать, спрашиваться? Гордо развернуться и уйти? Да в принципе, все равно, мне тут не жить, да и Вилье абсолютно наплевать на то, как на нее смотрят - чай, привыкла за время жизни в княжеском тереме, но вот на Мицарель было жаль смотреть. Девушка-айранит раскраснелась, а хорошенькое личико исказилось настолько трагичной гримасой, что мне стало как-то не по себе. Похоже, моя дальняя родственница всерьез восприняла просьбу принца опекать меня, как только возможно, и теперь, кажется, очень переживала по этому поводу.
   Внезапно в толпе айранитов пробежал легкий шепоток, и тотчас она раскололась надвое, образуя проход, в противоположном конце которого нарисовался зеленый с серебром трон, у которого стоял Азраэл. Принц Андариона приветливо улыбнулся мне и неторопливо сошел с высоких мраморных ступеней, направляясь к нам и на ходу чуть поводя широкими багряными крыльями. Ну, что ж, похоже, не только я оценила старания принца, чье положение обязывало его на подобных мероприятиях выглядеть если не блестяще, то, по меньшей мере, величественно. Собственно, у него это замечательно получалось - золотисто-русые, чуть вьющиеся волосы ниспадали на плечи Азраэла шелковистым пологом, а яркая магическая подсветка под потолком тронного зала обращала отдельные пряди в нити чистого золота.
   Каюсь, я даже залюбовалась им. Свободная темно-коричневая туника с золотым шитьем только подчеркивала статную фигуру, гармонируя с крыльями цвета пролитой крови и создавая иллюзию, что в карих глазах принца мерцают золотистые искорки. Краем глаза я заметила, что примерно половина крылатых девушек смотрит на Азраэла примерно с таким же выражением крайнего восхищения и гордости за своего правителя.
   Временного правителя.
   Я нахмурилась и присмотрелась к принцу уже несколько иначе. Уже не с точки зрения девушки, с трепетом созерцающую мужскую красоту, а как ведунья, которую учили заглядывать в суть вещей. Романтически-возвышенное настроение как ветром сдуло, когда я взглянула на Азраэла уже более холодно, собранно и сосредоточенно.
   И увидела.
   Походка мягкая, нарочито расслабленная, но каждое движение идеально выверено, причем так, чтобы можно было нанести удар или же отбить нападение в любой момент. Когти на руках недлинные, почти незаметные, но почему-то мне казалось, что они острее Вилькиного метательного кинжала. Идеальный воин, которого распознаешь далеко не сразу. Данте рассказывал, что мальчиков из королевской семьи какое-то время обучают вместе с аватарами в Темном Крове, вылепляя из королевских отпрысков идеально оружие для ведения боя - неважно, в крылатой или же человеческой ипостаси. Я слушала тогда его вполуха, не воспринимая слова аватара абсолютно всерьез, но сейчас, глядя на принца, я поверила им сразу и безоговорочно.
   Азраэл подошел к нам с Вильей и, остановившись буквально в двух шагах, чуть склонил голову в знак приветствия. Блеснула широкая острозубая улыбка, на которую я никак не среагировала, все еще разглядывая принца так, словно он был как минимум противником, с которым мне с минуты на минуту предстояло скрестить клинки в поединке. Вилька в очередной раз довольно-таки чувствительно пихнула меня локтем под ребра, выводя из ступора. Я охнула и наградила полуэльфийку таким выразительным взглядом, что, вложи я в него толику магии, от подруги осталась бы кучка пепла.
  -- А поосторожнее нельзя, не бревно пинаешь! - тихонько прошипела я себе под нос в полной уверенности, что подруга меня однозначно услышит - не зря наполовину эльф. Ревилиэль только фыркнула, но тотчас улыбнулась своей фирменной улыбкой, которая безотказно действовала на всех представителей мужского пола всех рас, за исключением, пожалуй, нежити. Но с ними Вилья разговаривала совсем по-другому...
  -- Ваше высочество, рада снова видеть вас, - начала подруга традиционную и многократно повторяемую на подобных мероприятиях речь. Я скривилась, принц, как ни странно, тоже - похоже, ему самому до смерти надоели подобные вступления, текст которого не менялся сотнями лет. Впрочем, перебивать он не стал, мужественно выслушав велеречивое Вилькино приветствие.
   А потом настал мой черед. Заранее зная, что полуэльфийку я в ораторском искусстве не переплюну никоим образом, я попросту склонила коротко остриженную голову в знак приветствия, не говоря ни слова, потому что после Ревилиэль добавить было попросту нечего. Кажется, Азраэл это тоже понял, потому что с улыбкой кивнул нам обеим и, недолго думая, протянул мне руку ладонью вверх.
  -- Синяя Птица, позвольте вас пригласить на праздник.
   Ладно, я знала на что шла. Хорошо хоть, что платье не надела...
   С этой мыслью я вложила свою узкую ладонь, покрытую с тыльной стороны светлыми шрамами от ожогов, в протянутую руку Азраэла, и тотчас на ней смокнулись изящные, но сильные пальцы, украшенные короткими когтями...
  
   Открыв глаза, я несколько секунд бессмысленно смотрела в светлый потолок над головой. В комнате было темновато, но в настежь распахнутое окно, такое широкое, что в него пролез бы даже айранит, уже медленно проникал тусклый свет, чуть сероватый, как это всегда бывает на рассвете. Похоже, что спала я всего ничего, но голова, тем не менее, была на удивление ясная.
   М-да-а, похоже, правильно я сделала, что удрала с того праздника сразу же, как только представилась возможность.
   Вначале все было довольно спокойно, и шло исключительно по нашей с Вилькой задумке - айраниты смотрели на Синюю Птицу в человеческой ипостаси настороженно, если не сказать, подозрительно, да и постоянно маячивший у меня за спиной аватар Лайлионн не добавлял очаровательности моему "светлому образу". Аватаров население Андариона все-таки побаивалось, а на празднике, пусть и знали, что аватар здесь только чтобы охранять, все равно старались держаться от нас подальше.
   Так и было, пока я не столкнулась в тронном зале с Данте, с которым после прибытия в Андарион виделась всего пару раз, да и то, когда он появлялся в полном облачении аватаров и со своими подчиненными в качестве Ведущего Крыла. Понятно, что поговорить не удавалось никоим образом. А там он объявился не как аватар, а просто как старинный друг королевской семьи - без доспехов и шлема-маски, в темно-синем костюме несколько странного покроя. Ну, это-то и понятно - шилось-то с учетом крыльев на спине и, хочу сказать, получалось довольно-таки оригинально. По крайней мере, я при взгляде на него пожалела, что не заявилась в платье и в ипостаси, где у меня есть крылья и необычные синие с белыми кончиками волосы...
   Мои размышления прервали самым наглым образом - у раскрытого окна послышалось хлопанье крыльев, а потом на фоне предрассветного неба нарисовался чей-то крылатый силуэт, который, судя по всему, как раз соображал, как пролезть в оконный проем. Решить задачку неизвестному помешали мой переливчатый вопль, позаимствованный у крайне распространенного вида нежити, а именно лесной химеры, и метко запущенная подушка, снесшая крылатого оппонента с ненадежного узкого подоконника не хуже боевого заклинания!
  -- Вот так тебе! - радостно возопила я, слезая с кровати и, путаясь в подоле длинной льняной сорочки, целеустремленно двигаясь к окну, надеясь хотя бы выяснить, кого же я так удачно сбила подушкой с подоконника. То, что ночному визитеру ничего не будет, я не сомневалась - оглушить подушкой я не могла, значит, спланирует на крыльях.
   Я ошиблась.
   Не прошло и полминуты, как у окна опять замаячило крылатое нечто, и приглушенный мужской голос завел:
  -- О, прекрасная Синяя Птица...
   Я не дослушала, и в любителя женской красоты полетела еще одна подушка, на этот раз снабженная заклинанием. Подушка, описав в воздухе довольно-таки затейливую петлю, на полном ходу врезалась в бубнящую физиономию айранита, читавшего заранее заготовленную речь по небольшому клочку пергамента. Поклонничка снесло, как курицу с насеста, и секунду спустя послышался удаляющийся вопль, который, впрочем, быстро затих - то ли расшибся, что вряд ли, то ли улетел восвояси.
   Но стоило мне только сделать шаг от окна, как дверь, ведущая в мою комнату, с грохотом распахнулась, и на пороге возникла еще одна крылатая тень с хищно блеснувшим в предутреннем свете мечом. Сгусток голубого пламени с шумом сорвался с моих пальцев раньше, чем я успела осознать, что я, собственно, делаю. Все-таки, Лексей Вестников обучил меня так, что голубым огнем я разбрасываюсь на уровне рефлекса, что не раз спасало мою молодую жизнь в Сером Урочище. Стоявший в дверях айранит едва успел уклониться, и пульсар, вылетев в дверной проем, ударился о противоположную стену коридора. Грохотнуло, запахло паленым, а в наступившей тишине я четко услышала знакомый голос.
  -- Н-да, Ева, нервы-то лечить нужно!
  -- Данте? - неуверенно переспросила я, вглядываясь в полумрак. Аватар приблизился так быстро, что я с трудом удержалась от того, чтобы не шарахнуться в сторону. Волосы Ведущего Крыла были растрепаны, рубашка отсутствовала, а хищно отливающий серебристым блеском темной стали меч я уже давно воспринимала, как часть Данте, поэтому не удивилась его наличию.
  -- Нет, всего лишь твой кошмарный сон, - устало огрызнулся аватар, опираясь на крестовину упертого острием в пол меча. - Еваника, чего ты орешь с утра пораньше, а?
  -- Вот к тебе начнут поклонницы в окно на рассвете лезть - узнаешь, - буркнула я, скрещивая руки на груди и мрачно глядя в сторону вышеупомянутого окна. Данте скептически приподнял бровь, но возразить не успел, потому как у окна в очередной раз послышалось печально знакомое хлопанье крыльев.
   Аватар моментально перехватил меч поудобнее, готовясь в случае чего отразить "нападение", но у меня была идея получше. Я вцепилась в запястье Данте и потянула его за собой в угол комнаты, который, как я надеялась, нельзя увидеть сразу от окна.
  -- Ева, ты что задумала? - раздраженно прошипел Данте, косясь на окно.
  -- Да тихо ты, сейчас сам увидишь!
   И действительно - спустя полминуты у окна опять замаячило нечто крылатое. Более того - я различила приглушенные голоса.
  -- Я же говорил, надо было официально попросить! - Да? И чего же вы у меня на рассвете решили официально попросить?
  -- Официально нас бы послали далеко и надолго, а тут есть элемент неожиданности! - Вот уж точно, такого хамства с утра пораньше я не ожидала. Интересно, они когда-нибудь в окно залезут для задушевного разговора, или так и будут там маячить?!
  -- Нас и неофициально послали! Подушкой.
  -- Да брось ты, это кокетство! Разозлилась бы по-настоящему - было бы заклинание, а не подушка! Она ведь магичка! - Интересное предположение. Получается, что если я не убила сразу, то это было кокетство?! Так, похоже, я малость переборщила с образом злобной ведуньи, надо было быть чуточку более мирной.
   Тем временем от окна послышалось пыхтение, и сквозь проем пролез-таки один из горе-поклонников. Я еле слышно фыркнула, наблюдая за тем, как айранит перевалился через подоконник и грохнулся об пол, задевая стены широкими крыльями. Спустя пару секунд на подоконник приземлился его собеседник, и в предутреннем свете его зрачки блеснули кошачьими зелеными огоньками.
  -- Все, мне это надоело, - тихо выдохнул Данте и вышел из тени быстрее, чем я успела его остановить. Возня у подоконника моментально стихла, и айраниты застыли, имитируя мраморные изваяния. Не помогло - аватар надвигался на них с неумолимостью грозового вала.
   Щелкнув пальцами, я зажгла яркий пульсар света под самым потолком комнаты, озаривший лица ранних визитеров.
   Честно говоря, я на несколько секунд опешила, глупо хлопая ресницами и вглядываясь в айранитов, являвшихся зеркальным отражением друг друга. Одинаковые темные одежды, огненно-рыжие крылья и словно одно лицо на двоих. Так, вчера я не пила совсем, значит, в глазах у меня все-таки не двоится. Значит, либо я еще толком не проснулась, либо они близнецы...
   А тем временем Данте, эдак небрежно поигрывая мечом, неспешной походкой приблизился к ранним визитерам, которые словно прилипли к стене у окна.
  -- Господа, поясните, зачем вы столь бесцеремонно вваливаетесь в покои Синей Птицы, причем в столь неурочный час и явно без приглашения.
  -- Мы... - ой, сейчас будут вдохновенно врать на тему "Летели мимо, перепутали окно".
  -- Да, кстати, учтите, что от ответа будет зависеть ваша дальнейшая судьба, - "ласково" уточнил аватар.
   Нет, не будут. Я бы тоже не рискнула.
   Судя по всему, ретивые поклонники, пришли к точно такому же выводу, потому что начали честно рассказывать. Начал тот, что сидел на подоконнике, с темно-русыми волосами, коротко остриженными и почему-то стоящими дыбом. То ли испугался, то ли так и должно быть - у второго близнеца волосы чуть-чуть не доходили до плеч и лежали аккуратной волной.
  -- Мы с братом прибыли, чтобы просить руки Синей Птицы.
  -- Что, оба сразу?! - поразилась я, усаживаясь на краешек кровати и изумленно глядя на близнецов. Говоривший уверенно кивнул и расплылся в широкой улыбке.
  -- А что, нельзя? Между прочим, принц объявил, что сделать предложение может каждый...
  -- Когда успел??!! - возмущенно возопила я, подскакивая на кровати и меча во все стороны колючие искры. Данте привычно отодвинулся в сторону, а вот близнецы обречено и с крайне страдальческими лицами застыли у стены, не решаясь убраться из-под искорок, жалящим дождем пролившихся на их бедовые головы. - Данте, просьба - убери их отсюда ко всем чертям, а я пойду с принцем разберусь! Только наплыва женихов со всего Андариона мне не хватало!
   С этими словами я возмущенно подхватила со стула мужскую одежду айранитов и гордо удалилась за широкую ширму переодеваться. Конечно, я преувеличила на тему наплыва женихов - не настолько уж я ослепительная красавица, чтобы на меня клюнула мужская половина Андариона в урезанном составе - но подобные приключения с утра пораньше меня определенно не радовали. Со стороны окна послышались возмущенные удаляющиеся возгласы, и на моем лице поневоле расплылась крайне довольная и ехидная улыбка. Похоже, Данте отправил горе-поклонничков тем же путем, каким они сюда попали, то есть через окно. Ну, и правильно, может, больше лазить не будут...
  -- Ева, ты там как, уже собралась? - послышался негромкий и, как мне показалось, крайне довольный голос Данте. Я встрепенулась и осознала, что до сих пор стою в льняной сорочке и в человеческой ипостаси.
  -- Нет еще, подожди немного!
   Все-таки, с каждым разом менять ипостась становится легче. Нет больше ошеломляющей боли, когда крылья пробиваются из спины, появляются мышцы, которым нет и не было места в человеческом теле, а мировосприятие меняется. Остался только внутренний огонь, пробегающий по жилам, да еще короткая, болезненная судорога в конце превращения. И легкое головокружение в момент, когда я перестаю быть человеком и становлюсь айранитом.
   С такими темпами я скоро научусь менять ипостась так же быстро, как и Данте - всего за несколько кратких мгновений в воздухе.
   Я встряхнула синими с белыми кончиками волосами и потянулась за рубашкой с разрезами на спине, скреплявшимися двумя тонкими шнурками у ворота. Чуть голубоватые, острые когти, украсившие тонкие пальцы ведуньи, еле слышно скрипнули по светлой ткани, когда я одевалась. Широкие крылья уже не оттягивали плечи, как в самом начале, и уже не ощущались как что-то чужеродное. Кажется, я все-таки становлюсь айранитом. Потому что с каждым разом мне все меньше хочется возвращаться в человеческое тело, где у меня нет широких крыльев, способных держать в воздухе, когтей, которые могут с относительной легкостью разодрать стальную кольчугу. Вчера вечером я поймала себя на том, что едва сдерживаюсь, чтобы не сменить человеческий облик на ипостась айранита...
   И мне это не понравилось. Словно я теряла свою человеческую сущность по кусочками, переставая быть Еваникой Соловьевой. Становясь толком незнакомой мне Синей Птицей.
   Ширма с грохотом отодвинулась и я, мрачно оправляя манжеты, подошла к двери, искоса взглянув на Данте, который все еще стоял у окна.
  -- Ева, что-то случилось?
  -- Случилось. Уже давно. - Вздохнула я, берясь за резную деревянную ручку, и глядя на аватара сквозь занавес синих волос. Кажется, впервые на моей памяти Ведущий Крыла выглядел несколько растерянным. В темных глазах мерцали тревожные серебристые искры, а волосы рассыпались черным пологом по плечам, и в них белой лентой выделялась седая прядь. Аватар, Ведущий Крыла. Чуждый моей сущности...
   Я скользнула по его лицу печальным взглядом, впервые осознав, что Данте другой. Что он может быть рядом со мной, может меня защищать. Он может даже меня любить, но все равно, рано или поздно я посмотрю на него глазами ведуньи.
   И, возможно, увижу в нем смертельного врага.
   А этого я не хотела...
   Массивная дверь за мной тихо щелкнула замком, отрезав от аватара, застывшего посреди комнаты с неубранной кроватью.
   Я здесь чужая, и он это, кажется, понял.
  

Глава 10.

   Дворцовые коридоры. Непривычно тихие и безжизненные, разукрашенные потрясающе красивыми каменными картинами, настолько искусно сотворенными, что казалось, еще немного - и они оживут у тебя на глазах. Косой луч солнца пробивался сквозь узкое стрельчатое окно под самым потолком, золотистым столбом упираясь в противоположную стену, как раз в одну из картин, наполняя ее жизнью. Искрящийся шпиль Снежного дворца на фоне пламенеющего рубиновым отблеском закатного неба - удивительное изображение...
   Я ненадолго остановилась посреди коридора, задумчиво наблюдая за игрой света на гранях камней, составляющих картину, а потом все-таки попыталась сориентироваться. Странное дело - я, не задумываясь выбиравшая верное направление в лесу, напрочь терялась в каменных лабиринтах - что в пещерах, что в дворцовых переходах. И вот сейчас я тщетно пыталась вспомнить, в какую же сторону идти к покоям Азраэла, или хотя бы до тронного зала. Внутреннее чувство направления молчало, видимо, еще не успело проснуться, но от осознания этого факта легче мне не становилось. Наконец, когда я уже была готова пойти наугад, за спиной у меня раздался негромкий, но знакомый голос:
  -- Доброе утро, Синяя Птица. Куда-то направляетесь или же просто прогуливаетесь?
   От неожиданности я вздрогнула и едва удержалась, чтобы не выругаться. Н-да-а, с нервами определенно надо что-то делать. И вообще - что за дурная привычка подкрадываться со спины?!
  -- Направляюсь, - хмуро ответила я, смерив аватара Лайлионна недовольным взглядом. - Слушай, а тебе обязательно так со спины все время заходить?
  -- Нет, конечно, - спокойно пожал плечами тот, невозмутимо сложив руки на груди.
  -- А что, тебя устраивает, что все вот так чертыхаются и наверняка мысленно кроют всеми известными словами? - недоверчиво поинтересовалась я.
  -- Вполне. - И спокойная, едва заметная улыбка.
   Ох, чтоб тебя. Стереть бы эту улыбку с его лица, только вот без применения грубой магической силы вряд ли получится. Ну и черт с тобой, переживем.
  -- Вообще-то, мне принц нужен. Не знаешь, где найти его? - без особой надежды поинтересовалась я, но аватар, сегодняшним утром расхаживавший по дворцу без доспехов, уверенно кивнул, машинально коснувшись подбородка ладонью, обтянутой черной перчаткой.
  -- Сейчас он должен быть в галерее. Если хотите, я вас туда сопровожу, - спокойно отозвался тот, а в темно-карих глазах мелькнула ехидная искорка. Ну, разумеется, он уже давно понял, что я тут банально заблудилась, и, если меня не сопроводить, вообще забреду неизвестно куда.
  -- Не хочу, но все равно сопроводи. Я еще не очень хорошо ориентируюсь во дворце.
  -- В таком случае, прошу следовать за мной.
   Я мысленно чертыхнулась, но все-таки последовала за аватаром, думая о чем-то своем. Нужно разъяснить принцу, что в Андарион мы с Вильей прибыли не просто так, а по делу, то есть помочь Хэл найти истинного короля. Тогда почему мы уже несколько дней ничего не делаем? Всякий раз, когда я пытаюсь поговорить с Азраэлом на эту тему, у того находятся какие-то неотложные и крайне важные дела. Но сегодня от меня он не уйдет!
  -- Синяя Птица, мы пришли.
  -- А? - я вскинула голову, выныривая из своих мыслей, как из омута, и несколько растерянно глядя на Лайлионна, взиравшего на меня с ироничным спокойствием.
   Он повторил, на всякий случай указывая на широкий коридор, служивший галереей.
  -- Тогда спасибо, - вежливо улыбнулась я, моментально нарываясь на ответное зубоскальство.
  -- Всегда пожалуйста.
   Так и тянуло съязвить, но я сдержалась. Лень, по-видимому, раньше меня родилась, поэтому, кивнув на прощание, я углубилась в галерею.
   Величественные каменные картины, на многих из которых моя прародительница - Таль Синяя Птица, девушка-айранит со странной судьбой и непонятной печалью в темных глазах, контрастирующих с синими с белыми кончиками волосами. Только вот мои коротко острижены, а у Таль, если судить по картинам, волосы ниспадали почти до середины спины...
   Азраэл нашелся как раз у одной из таких картин воительницы - принц задумчиво рассматривал девушку в вороненых доспехах аватаров с каким-то непонятным выражением на правильном лице. Словно рухнула какая-то надежда, оставив после себя лишь горечь... нет, не поражения. Чего-то иного. Думаю, только потому, что принц настолько погрузился в себя, он услышал меня только, когда я негромко окликнула его, подойдя на расстояние вытянутой руки.
   На меня глянули черные бездонные зеркала, вобравшие в себя мрак холодной зимней ночи. Казалось, еще миг - и айранит нанесет удар. Один-единственный, потому что другого уже не потребуется. Я отшатнулась и машинально выставила перед собой ладони, на кончиках пальцев затрепетал бело-голубой огонек, отразившийся в непроглядной тьме глаз принца Андариона...
   Азраэл моргнул, и тотчас тьма словно впиталась в зрачки, освободив карие с прозеленью радужки с едва заметными золотистыми искорками. Я вздохнула посвободней, но руки убирать не спешила. Кажется, только сейчас я поняла, что айраниты - действительно НЕ люди. Что-то другое, не злобное, но и не шибко-то дружелюбное. Просто чуждое...
  -- Еваника?
  -- С утра была ею, - мрачно буркнула я, многозначительно глядя на растерянное лицо айранита. Кажется, до него запоздало дошло, что он едва не напал на меня. И почему, интересно, а? - Я тут тебя разыскивала, но, похоже, ты не в лучшем настроении.
  -- Я задумался, - неохотно признался он, чуть поведя в воздухе полуразвернутыми крыльями.
  -- Так глубоко ушел в себя, что был готов напасть на каждого, кто тебя потревожит? - Скептически хмыкнула я, опуская руки и подходя поближе к картине, которую только что разглядывал Азраэл.
   Красива, как и все прочие, только вот что-то не так было в этом изображении.
   Я присмотрелась внимательнее, и заметила в руках синеволосой воительницы длинный меч с темным лезвием, показавшимся мне до странности знакомым. Именно его брат-близнец скрывался в нише за запертой дверью, которую я взломала из чистого любопытства. Или же тот же самый меч. Странно тогда, почему его не выправили в кузне - ведь царапины и зазубрины можно было с легкостью зашлифовать, а само лезвие отполировать так, что в него можно будет смотреться, как в зеркало. И почему только айраниты позволяют такому оружию пылиться без мало-мальского ухода?
  -- Еваника, а зачем ты искала меня?
   Ой, зря он напомнил мне о причине... Я ведь сейчас все-о ему выскажу!
  -- Вообще-то, я хотела поинтересоваться, почему ты дал своим подданным добро на то, чтобы влетать ко мне в окно на рассвете с предложениями руки и сердца?! Меня хоть кто-нибудь спросил, а?
  -- Я не...
  -- Ну конечно, они сами до этого додумались, - фыркнула я, отворачивая от картины и прожигая Азраэла взглядом, полным праведного негодования. - Чего ж тогда на тебя ссылались, когда Данте их расспрашивать начал, за каким чертом они ко мне в окно полезли?
  -- А за каким чертом Ведущий Крыла оказался в твоей комнате на рассвете? - иронично поинтересовался принц, приподняв левую бровь и складывая руки на груди. - Он тебя и по ночам караулит, или же просто первый влетел в окно?
  -- А вот это - не твое дело! - огрызнулась я, непонятно почему смущаясь. Выражение на лице Азраэла стало еще более язвительным, а молчание - красноречивым. - В общем, если ко мне еще раз пристанут с предложением руки и сердца, я за себя не отвечаю!
  -- Даже, если в окно влечу я? - вкрадчиво поинтересовался айранит, склонив голову к плечу и глядя на меня сверху вниз с непонятным выражением в глазах.
  -- Хорошая шутка... Поверь, тебе бы тоже досталось.
  -- А если я не шучу?
   Вот уж совсем не смешно. Честно говоря, сначала я подумала, что мне послышалось, но, взглянув в донельзя серьезные глаза Азраэла, поняла - не шутит. Хотя, вполне возможно, что он просто очень хороший актер - особы королевской крови всегда славились умение состроить полагающее обстоятельствам выражение лица и даже глаз...
   Я ошарашено смотрела на Азраэла, а потом все-таки выдавила, глядя куда-то поверх левого крыла принца:
  -- Если это было предложение, то я в любом случае вынуждена отказать.
  -- Почему же, Синяя Птица? - айранит протянул руку, словно желая прикоснуться к моему лицу кончиками пальцев с короткими когтями, но я уклонилась, отступив на шаг. Ладонь на миг застыла в воздухе, а потом медленно опустилась. - Вы не даете даже шанса? Понимаю. Это из-за Ведущего Крыла, не так ли? Извините за этот вопрос, но вы действительно знаете, каков он на самом деле?
  -- Азраэл, что ты имеешь в виду? - честно говоря, чуточку хищное выражение его глаз мне крайне не понравилось.
  -- Синяя Птица, сейчас в Темном Крове проходит нечто вроде последнего испытания для айранитов, прошедших обучение и готовящихся стать аватарами. Вы не хотите на него посмотреть?
  -- Честно говоря, не очень. - Пожала плечами я, отворачиваясь от принца и делая шаг к выходу из галереи. - Я хотела только попросить вас, чтобы меня больше не беспокоили по утрам, вот и все.
  -- И вы не хотите увидеть истинное лицо Ведущего Крыла? Когда он не видит вас и ведет себя так, как привык, не оглядываясь на ваше слишком человеческое мировоззрение?
   Одно слово - сволочь. Интриганистая, хладнокровная и расчетливая. Наверняка ведь давно догадался, что мне хотелось бы узнать, что представляет из себя Данте, когда меня нет поблизости, когда он действует, не заботясь о том, что подумает о нем некая ведунья, все еще воспринимающая мир с точки зрения человека, а не айранита...
   Кажется, это отразилось в моих глазах, потому что Азраэл чуть склонил голову и предложил мне руку:
  -- Вы позволите?
   Мой скептический взгляд был ему ответом.
  -- Что ж, в таком случае прошу вас следовать за мной.
  
   Темный Кров был построен у самой горной гряды, на небольшом удалении от основных построек Андариона. Казалось, здание вырастало из скалы подобием гигантских ступенек. Честно говоря, я вначале подумала, что на Темный Кров сошел камнепад, вмуровавший половину постройки в камень, но, присмотревшись, поняла, что так оно и было задумано. Слишком уж аккуратно выступала обитель аватаров из монолитной скалы.
   Я заложила крутой вираж, отклоняясь влево, дабы осмотреть Темный Кров повнимательнее, когда Азраэл махнул мне рукой, указывая на небольшую площадку у высокой арки-входа.
  -- Синяя Птица, снижайтесь!
   Не люблю, когда мною командуют, но тут лучше послушаться. Темный Кров - это тебе не Снежный дворец. Это крепость, в котором расквартировано Крыло аватаров, и лучше все-таки далеко от принца не удаляться. Пока мы летели, Азраэл успел меня малость просветить относительно обители аватаров - оказывается, большая часть Темного Крова была построена прямо внутри скалы, совсем как оборонные сооружения гномов. Собственно, гномы и строили Кров, заодно обеспечив аватаров нехилым количеством потайных ходов и тайников, устроенных прямо в толще горной породы. Наземная часть Крова - это залы для официальных мероприятий, турнирная площадка и прочие места, куда разрешено впускать кого-то, не состоящих в Крыле. А вот дальше начинается самое интересное.
   Дело в том, что в подземной части Темного Крова помимо лабиринта потайных ходов, позволяющих как выйти из Крова незамеченным, так и выбраться за пределы Андариона, есть оружейные, в которых есть ВСЕ, начиная от огромных стационарных арбалетов, из которого можно сбить даже дракона, и заканчивая зачарованными клинками. А вот какое оружие хранится в тайных помещениях, знают, пожалуй, только сами аватары. Естественно, никого туда не пускают, простых айранитов задерживают еще на подходе, а вот принц или же Верховная Жрица вполне могут побродить по внутренним галереям в свое удовольствие.
   Другое дело, что водить их за ручку по тайникам никто не будет, все действия - на страх и риск вышестоящих особ, которых, в принципе, могут и "забыть" вывести, если они залезут совсем уж далеко. Самое смешное, что подобное считалось нормой...
   Н-да, не понимаю я логику айранитов, в упор не понимаю. Но кого это волнует?
   Азраэл, хлопая бордовыми крыльями, отливающими глубоким рубиновым цветом на солнце, приземлился на площадку у самой верхней "ступеньки" Темного Крова и, дождавшись меня, скользнул в прохладный полумрак обители аватаров. Я, не долго думая, последовала за ним, стараясь не шуметь больше положенного. Вообще-то, я была больше, чем уверена, что нас уже давным-давно заметили, опознали и махнули рукой, давая добро на вход. В конце концов, наследного принца задерживать никто не будет, поскольку достаточно веских оснований нет.
   Принц, едва оказавшись под несколько мрачноватыми сводами, освещенными магическими светильниками, тотчас уверенно свернул куда-то вправо, направляясь, как я предполагала, к месту, где аватары проходили свое испытание. Я же следовала за ним, погрузившись в свои мысли, которые, по большей части, были какие-то не слишком уж утешительные.
   Мне всегда хотелось знать, что представляет из себя Данте, когда он находится среди себе подобных. Когда он действует, не оглядываясь на меня, только так, как он считает нужным. Но сейчас, шагая вслед за Азраэлом по извилистым коридорам Темного Крова, я уже не была столь уверена. А действительно ли я хочу это знать? Видеть, как глаза Данте обращаются в ледяные черные зеркала, не отражающие ни единой эмоции? Когда лицо застывает бесстрастной маской, и только меч в его руках живет своей жизнью, напевая звонкую песню клинка, не раз отнимающего жизнь?
   Да.
   Иначе я так и не смогу решить...
  -- Синяя Птица, мы пришли, - айранит посмотрел на меня и указал на небольшой балкон. - В этом зале аватары проходят испытание Посвящения.
  -- Тогда почему так тихо? По идее, там шум должен был бы стоять до небес... - Задумчиво произнесла я, подходя к балюстраде и, стараясь не сильно высовываться, заглянула вниз, на круглую каменную площадку, похожую на арену.
  -- Подождите. Сейчас все начнется. - Азраэл подошел ближе и встал у меня за спиной так, что кончики перьев на моих крыльях касались его одежды.
   И точно - в центр площадки вышел айранит. Коротко остриженные русые волосы были прижаты плетеным хайратником из красной кожи, вместо традиционных кирас аватаров - короткая, до середины бедра кольчуга из мелких колец. Распахнутые серо-голубые крылья чуть подрагивали, но короткий меч в правой руке айранит держал уверенно.
  -- Сейчас жрица Храма откроет над площадкой портал, из которого выйдет существо. Проходящий испытание должен победить его в одиночку, пользуясь только своими силами и умениями, - шепнул мне Азраэл, наклонившись к моему уху так близко, что кончики его волос защекотали мне шею. Я вздрогнула и отодвинулась, кивая на стремительно расходящуюся серебристую воронку перехода.
  -- А что именно оттуда выйдет?
  -- Никто не знает, даже жрица, открывающая портал. Это воля случая.
  -- А если оттуда выберется что-то совсем уж незапланированное?
  -- Вот на этот случай на краю площадки и находится Ведущий Крыла.
   Воронка портала внезапно заискрила, и в воздухе разлился какой-то противный звон, пробирающий буквально до костей. Я поморщилась, затыкая уши пальцами, но все равно звон раздавался где-то в голове, вызывая желание убраться отсюда подальше. Эх, а ведь что-то здесь не так, или я не ведунья!
   Звон усилился, а потом пропал. Портал со звучным хлопком выплюнул из своего нутра какой-то плотный чешуйчатый шар медного оттенка, который, покачиваясь на каменном полу, доходил примерно до груди напрягшегося айранита. Наступила какая-то нехорошая тишина, потом "шар" в мгновение ока развернулся в змееподобную тварь. Та подняла голову и, узрев перед собой айранита, распахнула пасть, казавшуюся огромной относительно небольшой головы, сплошь утыканную острыми треугольными зубами, и тихо зашипела. С треском развернулся ряд шипов вдоль хребта, образовав частокол матово-белого цвета, чуть поблескивающего на остриях зеленым, и тварь начала неспешно сворачиваться в кольца.
   Я уже говорила, что пророчица из меня бездарная, но вот кликуша - хоть куда!
   Потому что на отполированных камнях площадки перед чуть побледневшим айранитом, шелестя медной чешуей, находился подгорный змей.
   Мои пальцы, украшенные чуть голубоватыми когтями, так сжали резную балюстраду, что мне почудилось, что мрамор крошится мелкой пылью. Потому что о подгорных змеях я только читала, но из рассказов наставника, сопровождавшихся весьма качественными иллюзиями, знала, что они - наиболее опасные из созданных существ. Неизвестно, какая именно раса "одарила" мир этими зверюшками, волхвы знали только, что подгорные змеи - это нечто среднее между скальными химерами и драконами. Сильные, быстрые, обладающие ядовитыми шипами вдоль хребта и мощными челюстями, они являлись серьезным противником в бою. Дело в том, что медно-красную шкуру змея можно было пробить либо заклинанием, либо же зачарованным клинком. Обычным можно было и не пытаться - все равно бесполезно.
  -- Он обречен, - тихо шепнула я, не обращаясь ни к кому конкретно, но взгляд мой был прикован к бледному лицу айранита внизу, вооруженного только коротким мечом. Не зачарованным, разумеется...- Подгорный змей убьет его.
  -- Убьет, - коротко согласился Азраэл, накрыв ладонями мои руки, судорожно сжавшиеся на мраморной балюстраде балкончика. - Это его испытание, и не каждый его проходит.
  -- Ты хочешь сказать, что мы будем просто стоять и смотреть, как его размазывают по полу?! - возмущенно воскликнула я, на миг забыв о том, что мне полагается скрывать свое присутствие. Змей недовольно дернулся, но не напал - в тот момент его больше занимал отступивший на шаг айранит.
  -- Таковы правила.
  -- И Данте не вмешается?!
  -- Не вмешается. Только когда все будет кончено.
   В этот момент змей внизу, уже свернувшись кольцами, вдруг хлестнул хвостом, да так, что по залу прокатилось эхо, как от удара хлыстом. Шип на кончике чиркнул по кольчуге айранита, выбив несколько синеватых искорок. Испытуемый отшатнулся, и вскинул меч, целясь в разверстую пасть.
   Бесполезно.
   Змей легко уклонился, просто убрав голову в сторону, и айранита встретил уже не хвост, а шипастый изгиб чешуйчатого тела, ударивший по левому крылу. Послышался едва заметный хруст костей, по голубоватым перьям потекла кровь, а проходивший испытание едва успел отшатнуться назад. Треугольные зубы клацнули вхолостую, и змей раздраженно зашипел, да так, что у меня мороз пробежал по коже.
  -- Я больше не могу на это смотреть! - попытка перемахнуть через каменную балюстраду закончилась тем, что Азраэл перехватил меня, сжав в кольце рук, как в стальных тисках. Бережно, но сильно, так, что высвободиться я не могла.
  -- Ты не можешь вмешиваться. Это наши законы, и ты должна их чтить.
  -- Мне плевать на такие законы, они безжалостны!
  -- Как и сами аватары.
   Крик, взвившийся в воздух, оборвал наш спор на полуслове. Мы оба замолчали и посмотрели на площадку.
   Айранит уже лежал на полу, а поперек груди его придавливало гибкое чешуйчатое тело подгорного змея. Кольчуга была порвана в нескольких местах, и в местах разрыва выступала кровь пополам с чем-то зеленоватым - похоже, его ранило ядовитыми шипами. Конечно, Хэл говорила, что айранита вообще никакой яд не берет, но при таких ранениях это как-то маловажно...
   Змей приблизил к лицу распростертого на полу айранита треугольную голову и негромко зашипел...
   Я дернулась в руках Азраэла, но легче было вывернуться из стального капкана, когда на площадке появился Ведущий Крыла. Над ухом у меня раздался негромкий и, как мне показалось, несколько разочарованный голос принца:
  -- Надо же, на этот раз он все-таки решил вмешаться.
   Вмешаться????
   Крик застыл у меня на губах, когда я увидела Данте, вышедшего против подгорного змея без доспехов, вооруженный лишь двуручником из темной стали, который он обычно таскал с собой в путешествиях...
   Светлая рубашка с туго затянутой шнуровкой на груди резко контрастировала с черными волосами, собранными в низкий хвост, крылья за спиной, доходившие кончиками перьев почти до пола, чуть подрагивали в такт шагам, пока Данте приближался к змею. Его глаза блеснули в магическом желтоватом свете темными зеркалами, а лицо превратилось в маску, при взгляде на которую у меня похолодело сердце.
   Вот он, Данте, которого я не знаю, и никогда не видела. Я могла только представлять, что такое Ведущий Крыла, выходящий на бой с противником, заведомо превосходящим его. И сейчас при взгляде на аватара, вскинувшего над головой длинный меч, мне стало страшно.
   Перестав вырываться, я подалась вперед, наблюдая за тем, как Данте одним слитным движением метнулся к змею, нанося удар. Мелькнул сполох, отраженный от блестящего лезвия, раздался тихий скрежет, и вслед за этим - возмущенное шипение, переходящее в какой-то непонятный вибрирующий звук. Аватар скользнул в сторону, отводя клинок, на котором уже маслянисто поблескивали разводы темной крови, и хищно улыбнулся, открывая клыки...
   А потом для меня все слилось в какую-то сумасшедшую круговерть темного клинка, медных изгибов чешуйчатого тела подгорного змея, приглушенного звона и черных крыльев, отливающих синевой. Казалось, Данте одновременно наносит удары с двух сторон, двигаясь быстрее, чем кто-либо, кого я видела. Раненого айранита уже успели забрать с площадки - его просто окутало фиолетовое сияние, и он исчез. Наверное, постаралась та жрица, что открывала портал, выплюнувший тварь, которая уже, без сомнения, уступала аватару. Движения подгорного змея сильно замедлились, шкура потемнела и была покрыта росчерками ран, из которых сочилась бурая кровь. Ведущий Крыла же, несмотря на то, что рубашка была изодрана почти в клочья, выглядел так, словно не он только что кружился вокруг твари с невероятной ловкостью и проворством.
   Наконец змей сделал одну-единственную крупную ошибку - попытался атаковать аватара с раскрытой пастью, за что и поплатился. Длинное лезвие двуручника пронзило его горло насквозь, выйдя с противоположной стороны. Брызнувшая во все стороны едкая кровь рептилии залила лицо Данте, превратив его в устрашающую маску, на которой поблескивали черные зеркала глаз.
   Ведущий Крыла, не без труда вытащив меч из поверженного змея, чье тело еще слабо подергивалось в конвульсиях, спокойно отер лицо рукавом рубашки, которую оставалось только окончательно дорвать и сжечь, и негромко сказал куда-то в сторону:
  -- Уберите здесь. Как только испытуемый поправится, я отошлю его обратно, аватаром он не станет. А вот со жрицей я поговорю отдельно - все-таки, надо соображать, какого размера существ призывать. И еще... - Он оторвал от пострадавшей рубашки приличный лоскут и, проведя им по заляпанному лезвию меча, случайно поднял взгляд на балкон, на котором стояли мы с Азраэлом.
   Лоскут перестал ходить по клинку, застыв на полдороге.
   Глаза Данте медленно посветлели, став вновь человеческими, и в них появилось крайне растерянное выражение, словно я увидела что-то, что мне не следовало видеть ни в коем случае. Щекам стало невыносимо жарко, и до меня дошло, что секунду назад я была бледна, как нежить...
  -- Еваника?... - И голос его стал каким-то хриплым.
   Я развернулась и, оттолкнув Азраэла, выбежала с балкона в мрачный коридор. Не хотела больше видеть кровь на лице Данте, бездушную тьму в глазах и хищное выражение узкого лица. Позади послышался его крик, отразившийся от вырубленных в скале стен:
  -- Азраэл, зачем ты привел ее??!!
   Все, хватит с меня! Прочь отсюда, из Темного Крова, из Андариона.
   Хочу домой, в Древицы, к понимающей и чуточку ехидной улыбке волхва Силантия, к оладьям и беззлобному ворчанию травницы Метары, к серьезным эльфам, бдящим на вышках... Хочу снова быть человеком...
   Впереди замаячила высокая стрельчатая арка, сквозь которую проникал яркий солнечный свет, и виднелись шпили башен Андариона на фоне неба. Не останавливаясь, я выбежала на площадку и, раскрыв крылья, взмыла в воздух...
  
   Ревилиэль, минуту назад вошедшая в занимаемую мной комнату, с округлившимися от изумления глазами смотрела на то, как я быстро, но без излишней суеты молча упаковываю разбросанные вещи в бездонную суму. На все ее расспросы я сказала только два слова - "я ухожу", после которых полуэльфийка перестала вести допрос с пристрастием, и, четко, по-солдатски развернувшись, вышла. По-видимому, собираться в дорогу. За те годы, что мы знакомы, Вилья - единственная, которая понимала меня с полуслова и не требовала долгих объяснений. Младшая княжна всегда знала, когда меня можно попытаться разговорить или же переубедить, а когда можно только поддержать, не размениваясь на излишние сантименты и разглагольствования.
   И вот сейчас как раз был тот случай, когда переубедить меня было попросту нереально, и полуэльфийка это знала.
   Я как раз завязывала шнуры "корсета", который оставлял спину открытой - в ипостаси айранита я нормальную рубашку не натяну, а вот выбраться из Андариона в человеческом виде было бы проблемно - когда входная дверь тихо открылась. Не оборачиваясь, я попросила:
  -- Виль, помоги шнурок завязать, а то крылья мешают, зараза, неудобно.
  -- Конечно, я тебе помогу, Синяя Птица, - и тотчас завязки сами по себе моментально затянулись причудливым узлом, который можно было развязать одним движением, но при этом самостоятельно он не расползется. - Ты нас уже покидаешь?
   Я уже слышала этот глубокий, звучный голос, когда стояла на площадке у одного из входов в Снежный Дворец, и принадлежал он Верховной Жрице Алартиан. Пожав плечами, я неторопливо прошествовала к кровати, и, усевшись на нее, принялась натягивать дриадские полусапожки, до поры до времени покоившиеся в моей бездонной сумке. Не думаю, что возвращаться домой в туфлях на босу ногу - разумное решение.
  -- Покидаю, - отозвалась я, искоса глядя на изысканную Жрицу, обряженную в длинное серебристое платье. - А вы что-то имеете против? Я думала, что я здесь гостья, но не пленница.
  -- Конечно, ты гостья. Более того, мы с Азраэлом хотели предложить тебе здесь дом, но, по-видимому, ты откажешься. Ты не возражаешь, если я присяду?
  -- Нет, конечно, - отмахнулась я, наконец-то натянув сапоги и выпрямляясь. - Вы пришли по делу, или просто попрощаться?
  -- Я пришла просить тебя о помощи, Синяя Птица.
   Так-так. Вот оно, словосочетание, после которого мне хочется оказаться где-нибудь подальше, но я почему-то каждый раз остаюсь. Выслушиваю. И чаще всего действительно пытаюсь помочь. Я пристально посмотрела в серьезные глаза Верховной Жрицы - прохладные, внимательные, но где-то в глубине зрачков мерцали тревожные, я бы сказала, испуганные искры.
  -- Что у вас случилось?
   Алартиан глубоко вздохнула и, сложив крылья по бокам тела, несколько нервно поерзала в глубоком кресле. Лицо приняло какое-то уставшее, но вместе с тем, удивительно решительное выражение. Верховная Жрица посмотрела мне в глаза и негромко пояснила:
  -- Драконы. Вот что у нас случилось. Чернокрыл тебе наверняка рассказывал, что у нас сейчас крайне напряженные отношения с Алатырской горой, где обитает драконье племя...
  -- Рассказывал, но, насколько я поняла, все не так серьезно, - задумчиво произнесла я, переплетя пальцы и глядя на Алартиан. Та как-то горько усмехнулась и неопределенно пожала плечами.
  -- Серьезно - не то слово. Боюсь, что если в ближайшее время не поговорить с Аранвейном, то драконы нападут на Андарион, не снисходя до официального объявления войны. А сейчас мы к этому не готовы - драконы просто сметут нас.
  -- Но причем здесь я?! Что могу сделать я? Прийти к этому вашему Аранвейну и сказать "Знаете, я айранит, но это мелочи, потому что я хочу быть человеком, и вообще - в Андарионе все хорошие, не трогайте их, а?" Так, что ли?
  -- Именно!
  -- Что? - изумилась я. Неужели, у жрицы поехала крыша, что она на ура приняла мой бред? Или же все настолько плохо, что Алартиан хватается за любую возможность предотвратить войну, как утопающий за соломинку?
   Как выяснилось, второе предположение оказалось наиболее верным - Верховная Жрица объяснила, что драконий царь не хочет слышать никого из тех, кто живет в Андарионе, их просто не пускают дальше внешних границ Алатырской горы, но вот меня он вполне может выслушать. Почему? Да потому, что хоть я и айранит, но жила все время среди людей, да и сейчас я не хотела оставаться в Андарионе. Можно сказать, я являлась кем-то вроде стороннего наблюдателя, который вполне мог убедить Аранвейна, что война не нужна никому. Драконы крайне чутко чуют ложь, и мне не смогут не поверить.
   Короче, мне предлагали побыть послом доброй воли и попытаться разъяснить ситуацию. Предотвратить войну. Потому что драконы не могут жить полумерами - если любят, то до самой смерти, если ненавидят, то до конца, а если идут войной - то не останавливаются до тех пор, пока полностью не истребят противника, или же не погибнут сами. Лично мне, вообще-то, ничего не грозило - максимум, на что драконы могли пойти, это просто не пустить дальше внешней границы Алатырской горы.
   Верховная Жрица наконец-то выдохлась и замолчала. Я тоже какое-то время сидела, весьма достоверно изображая памятник самой себе, а потом негромко сказала:
  -- Виль, ну что, заедем к драконам по дороге домой?
   Расчет оказался верным - дверь приоткрылась, и в образовавшийся проем ужом проскользнула полуэльфийка, уже в дорожной одежде, вооруженная и с собранной походной сумкой на плече. Величественно проигнорировав возмущенный взгляд Алартиан, Вилька остановилась напротив меня, поднимая с пола бездонную сумку и протягивая ее мне.
  -- Заедем. Мне всегда было интересно, как живут драконы.
  -- Виль, это может быть опасно, - улыбнулась я, принимая сумку из рук полуэльфийки и накидывая ременную лямку на плечо.
  -- А когда это нам было легко? - в тон ответила мне Вилья, красноречиво положив ладонь на рукоять метательного кинжала, висевшего на поясе. - К тому же, мне весьма понравился город, не хочу, чтобы он пал в руины. Только если с твоей тяжелой руки!
   Мы понимающе переглянулись и рассмеялись. Алартиан недовольно поморщилась, но возмущаться и не подумала.
   Все равно, глаза у нас были слишком серьезные.
   Думаю, что Ревилиэль тоже понимала, что мы только что взялись за непростое дело. Возможно, оно не опасное, но уж точно самое трудное - убедить таких упертых существ, как драконы, у которых убийственная логика и невероятная уверенность в собственном мнении, что они оказались неправы в своем желании стереть Андарион с лица земли.
   Я никогда не была парламентером и дипломатом. Что ж, когда-то надо начинать.
   Только вот думать о том, что от нас будет зависеть жизнь наших друзей здесь, в стране айранитов, было, по меньшей мере, нелегко. А еще сложнее - понимать, что в случае нашей неудачи Андарион может превратиться в живописную груду дымящихся развалин...
   Мы с Жрицей встали одновременно. Я машинально поправила лямку сумки и кивнула Алартиан.
  -- Пожелайте нам удачи. Виль, идем.
   Дверь за нашими спинами тихо щелкнула замком, словно в жизни перевернулась еще одна страничка...
  
   Дариль встретил нас с Вильей у конюшен почти также гостеприимно, как и в день, когда мы прибыли в Андарион, только теперь в глазах пожилого гнома мелькала неуверенность пополам с осторожностью. Что ж, я не могла его за это осуждать - он знал меня столько лет, знал как человека, а теперь выясняется, что я потомок древнего рода айранитов, которых Дариль не очень-то и жаловал. Честно говоря, я и сама-то никак не могла привыкнуть к своей второй ипостаси, что уж говорить о гноме...
  -- Так что же, покидаешь нас уже, девонька? - Дариль с сочувствием посмотрел на меня, видимо, собираясь добавить что-то еще, но я нетерпеливо его перебила.
  -- Приходится. Как там Вилькин жеребец? Нам нужно уезжать, а без него - никуда.
   Гном с сожалением развел руками, да с таким выражением лица, что я справедливо заподозрила, что Тумана благополучно отправили на живодерню за скверный характер. Честно говоря, при других обстоятельствах я и не шибко-то переживала бы, но сейчас, когда Туман был единственным средством передвижения, находившимся в нашем с Вильей распоряжении, подобное известие меня привело бы в скорбное уныние. Дело в том, что, посоветовавшись, мы на пару с Ревилиэль пришли к выводу, что лучше ехать, как нормальные люди и полуэльфы, а не парить в воздухе. В принципе я сумела бы долететь до Алатырской горы самостоятельно: я знала, где она располагается, и при попутном ветре до нее можно добраться дня за полтора, но у меня не было уверенности в том, что в таком случае меня не встретят нехилой струей драконьего пламени.
   Поэтому-то я и стояла сейчас в человеческом облике, надев поверх "корсета" плотную широкую рубаху со шуровкой на груди и подпоясав ее тонким плетеным ремешком. Меч занял свое место в наспинных ножнах, а бездонная сумка привычно оттягивала левое плечо. В общем, типичная ведунья без особых амбиций.
  -- Так, что с моим жеребцом, а? - Вилья грозно сложила руки на груди, нависая над гномом, как скала. Тот флегматично окинул юную воительницу с головы до ног и с легкой укоризной ответил:
  -- Подкова у него отвалилась. Вернее, почти отвалилась - так, на одном гвозде висела. Но я-то решил, что конь у вас боевой, может в любой момент пригодиться, вот и задумал подковать заново. Подождите чуток, я с ним закончу, и поедете. Где ход сквозь гору помните?
  -- Помним, - ответила Вилья уже на тон ниже. Похоже, полуэльфийке стало действительно неудобно за свой тон. Ладно, переживет, никуда не денется. - И спасибо вам, мастер Дариль, за проявленную заботу и помощь.
  -- Не за что, девонька. Ты уж Ваньку не бросай в дороге, пусть она девка и боевая, но рассеянная. Запросто со спины подойти можно, коли замечтается.
  -- Спасибо, я знаю, - улыбнулась Вилья, красноречиво глядя в мою сторону. Я с трудом удержалась от ехидной реплики, и попыталась вернуть разговор в интересующее меня русло:
  -- Дариль, и все-таки, когда мы сможем забрать Тумана?
   Гном вздохнул, вспомнив о деле и, заявив, что через четверть часа мы сможем отправиться на все четыре стороны, удалился в сторону кузни, из-за которой, перекрывая шум, раздавалось звонкое ржание Вилькиного серого жеребца.
  -- Спорим, он его привязал - иначе не подковал бы, - шепнула я полуэльфийке. Та согласно кивнула и добавила.
  -- Еще бы. А Дариль к нему, наверное, еще и каких-нибудь старых доспехах подходит. Так, на всякий случай.
  -- А случаи всякие бывают...
   В этот момент раздалось пронзительное ржание, гулкий удар, словно по колоколу, а следом - ядреная ругань на гномьем языке.
  -- Точно, в доспехах. - Фыркнула Вилька. - Пойду, помогу, а то мы коня еще нескоро получим, если получим вообще. Туман кого хочешь доведет до белого каления.
  -- Иди уж. Мне с тобой? - осведомилась я, с беспокойством прислушиваясь к голосу Дариля, кроющего ехидного жеребца уже на двух языках.
  -- Не надо! - Полуэльфийка едва удержалась, чтобы не перекреститься. - Если вмешаешься в процесс подковывания, но Туман однозначно во враги запишет, а тебе, между прочим, на нем еще ехать аж до Алатырской горы!
   Я прикинула перспективу почти недельного путешествия на крупе агрессивно настроенного по отношению к себе жеребца и невольно содрогнулась. Нет уж, не настолько я хорошая наездница, чтобы на такое решиться!
  -- Правильно решила, - подмигнула Вилья, скорым шагом направляясь к кузне и оставляя меня в гордом одиночестве.
   Язва она. Прям как я.
   Эх, вот ведь достанется кому-то такое "щастье", которое в случае чего будет встречать не со скалкой, а с мечом в руках или же с арбалетом...
   Минуты полторы я все еще заранее жалела будущего избранника полуэльфийки, когда в небе послышалось хлопанье крыльев, и в десятке шагов от меня на утоптанную землю опустился чернокрылый аватар в полном боевом облачении.
   Гадать, кто это, даже и не требовалось - Данте, едва коснувшись подошвами сапог каменистой дорожки, снял шлем и пристально посмотрел на меня.
  -- Уходишь, Еваника?
  -- А что, не похоже? - вопросом на вопрос ответила я, рассматривая Ведущего Крыла в упор.
   Кажется, он был рожден как раз для этих доспехов - вороненых, без единого украшения или опознавательного символа, но им этого и не требовалось. Слишком уж характерными они были, слишком уж многие айраниты знали, кто скрывается под темными кирасами и шлемами-масками... Я неосознанно коснулась кончиками пальцев правого запястья - раньше там находился браслет, подаренный мне Данте. Теперь серебряное украшение покоилось где-то на дне моей бездонной сумки вместе с бело-голубым эльфийским шарфиком - пока не вывернешь все содержимое, однозначно не найдешь, можно даже и не пытаться.
  -- Что сказала тебе Алартиан, что ты решила отправиться к драконам одна? - Данте был сама сосредоточенность. Я пригляделась, и увидела в темных глазах аватара беспокойство, который он даже не попытался скрыть.
  -- Она сказала, что если я не попытаюсь, то драконы разрушат Андарион, - честно ответила я, опуская подробности.
  -- Но я ведь не смогу отправиться с тобой... - тихо и как-то виновато произнес Ведущий Крыла, подходя ко мне и касаясь моих рыжевато-каштановых волос ладонью. - Сейчас, когда война у порога, я не имею права покидать Андарион. Что бы ни случилось, я обязан быть здесь.
  -- Это твой долг, - пожала плечами я, отводя взгляд. - Я не виню тебя в этом, ты всегда следовал своему долгу, и это похвально.
  -- Но это еще и жестоко... Еваника, возвращайся. С успехом или поражением, но возвращайся.
   Данте легонько провел кончиками пальцев с заостренными когтями по моей щеке и улыбнулся, но глаза его остались настолько серьезными, что мне стало как-то не по себе. Лексей Вестников учил меня быть честной не только перед собой, но и перед теми, кто мне дорог...
  -- Я не вернусь, Данте...
  -- Тогда я найду тебя, где бы ты ни была.
  -- Даже там, откуда ни один человек не возвращается?
  -- Я не человек, Ева.
  -- Не придирайся к словам, - печально улыбнулась я. - Ты ведь понял, о чем я говорю.
  -- Понял. Да, даже там.
   Я не нашла слов. Просто порывисто обняла его, коснувшись щекой холодной кирасы из темной стали. Его руки осторожно опустились на мои плечи, и Данте прижал меня к себе, так бережно, словно я была фигуркой из тончайшего эльфийского хрусталя.
   ...Пусть не вернусь, но это воспоминание я унесу с собой, куда бы не направилась - к драконам, в Серое Урочище или же за величественную Грань, с которой уже не возвращаются. Сохраню в сердце за стеной из солнечного света и вольного ветра в горах этот кусочек летнего дня под ослепительно-голубым прозрачным небом. Твои волосы цвета воронова крыла с серебристой прядью у виска, тонкий шрам на щеке и серьезные глаза на улыбающемся лице. Черные крылья за спиной, отбрасывающие на меня тень, и холод металла твоих доспехов, прикасающихся к моей щеке. Это объятие, когда нет разницы между человеком и айранитом... И одно-единственное слово, сказанное тобой на прощание...
   Возвращайся...
   Когда ко мне подошла донельзя довольная Вилья, ведущая за собой малость встрепанного Тумана, уже оседланного и взнузданного, я смотрела туда, где на фоне неба и блистающих башен Андариона чернела удаляющаяся фигура, отсюда казавшаяся крошечной, почти игрушечной. Полуэльфийка положила ладонь мне на плечо и чуть сжала:
  -- Он тебя отпустил. Ев, может, он и не человек, но все-таки...
  -- Виль! - Я довольно бесцеремонно прервала подругу и потянула ее за рукав легкой куртки в сторону подъема к туннелю, ведущему из Андариона. - Между прочим, до Алатырской горы пилить довольно долго, а времени, может статься, нет совсем. Я не хочу прибыть к Аранвейну и услышать, что мы опоздали и эскадрилья драконов уже отправилась в сторону Андариона.
  -- Ладно, как скажешь. Пойдем на юг к Вельге-реке, пересечем ее и мимо Беловежа отправимся к Алатырской горе, - выдала полуэльфийка, глядя на мою вытянувшуюся от удивления физиономию с выражением искренней радости. Вот уж не думала, что Вилька так всерьез географию изучала!
  -- Ну, ты меня удивляешь...
  -- Еваника, - наставительно отозвалась Вилька, старательно пряча ехидную улыбку. - Неужели ты думала, что Лексей Вестников только тебя чему-то учил?
  -- Верю, - улыбнулась я, поправляя ременную лямку сумку на плече. - А теперь все-таки пойдем, иначе мы тут зазимуем. Чем быстрее мы попадем к Алатырской горе, тем лучше. - С этими словами я бодренькой походкой направилась к туннелю, фальшиво насвистывая себе под нос плохо угадываемую в таком ужасающем исполнении песенку. Вилья минуты полторы честно выслушивала мое издевательство над ее эльфийским музыкальным слухом, после чего всерьез попросила меня сыграть что-нибудь на флейте.
   Я ломаться не стала, и вскоре вдоль горного хребта разлилась нежная, чуть простоватая мелодия, которая, впрочем, была значительно лучше моей попытки изобразить художественный свист. Вилька успокоилась и перестала высказываться по поводу того, что неплохо было бы людям перенять у эльфов побольше терпения, да видно не судьба. Если бы я не играла на флейте, я бы печально улыбнулась.
   Если драконы нападут на Андарион, то первыми их встретят аватары.
   С Ведущим Крыла на острие атаки...
  

Глава 11.

   Разгар лета у Гномьего Кряжа всегда поражает своим непостоянством. Солнце может нещадно палить в течение недели, а потом, невесть откуда, ветер пригоняет грозовые тучи, которые проливаются теплым ливнем на головы незадачливых путников, в недобрый час высунувших нос из дому и отправившихся в путешествие вдоль горной цепи.
   Сегодняшний день оказался на редкость жарким и удушливым, без малейшего дуновения ветерка над кронами деревьев. Обычно шустрый, Туман уныло переставлял мощные ноги по узкой каменистой дороге, ведущей на юг, прочь от Гномьего Кряжа к одному из многочисленных притоков Вельги-реки. Вилья уже давно скинула с себя легкую непромокаемую эльфийскую куртку с капюшоном, да и я сняла плотную рубаху, но все равно жара грозила доконать нас окончательно.
   Стоило нам только отъехать от Андариона на несколько верст и углубиться в лес, растущий у подножия гор, как прохладный ветерок, значительно облегчавший нам жизнь, утих, и на нас плотным одеялом навалилась червеньская жара. Сосновый бор, сквозь который извилистой лентой пролегала дорога, от нее почти не спасал, хоть и давал какое-то подобие тени. Свежий запах смолы, поначалу так радовавший нас с Вильей, часа через полтора уже вызывал легкую головную боль, по крайней мере, у меня. Хотя, подозреваю, что во всем было виновато солнце, напекавшее мне в затылок.
  -- Как я не люблю жару, - пробормотала я, восседая на крупе Тумана за спиной полуэльфийки и перерывая свою сумку в поисках какой-нибудь настойки от головной боли. Вилька, не оборачиваясь, только пожала плечами.
  -- Знаешь, похоже, не ты одна ее не любишь - вон, Туман тоже едва копытами шевелит, а ведь проехали всего ничего.
  -- Угу, - согласилась я, вытаскивая-таки из сумки небольшую бутылочку и отпивая из нее небольшой глоток. Спасибо Метаре - зелья у нее получались превосходные по лечебному эффекту и вполне терпимые на вкус. У меня могло с грехом пополам выйти первое, но вот со вторым... Скорбно умолчим о том, какая из меня травница, извиняет только то, что я все-таки ведунья, специализирующаяся на боевых и защитных заклинаниях, а не на травах. Хотя, и травник может такое натворить, если захочет и квалификация позволяет. Взрывающиеся зелья это еще мелочи, а вот вытяжка из разрыв-травы вместе с кой-какими компонентами, в число которых входит драконья чешуя, может проделать в добротно сложенной каменной стене Стольна Града, которую не возьмет ни один таран, дыру размером с дверной проем. - Между прочим, нежить, если тут таковая есть, тоже вся попряталась, поэтому до Вельги-реки можем доехать почти без приключений.
  -- Нравится мне это твое "почти", - в тон отозвалась подруга, легонько ударив Тумана пятками. Жеребец недовольно всхрапнул и перешел на вялую рысь, впрочем, вскоре вновь плавно скатившуюся до прогулочного шага.
   Ревилиэль, поняв, что ничего большего от нашего средства передвижения мы не добьемся, предложила остановиться на привал. Честно говоря, я идею поддержала с подозрительным энтузиазмом, даже Туман вроде как оживился, словно до него дошло, что еще чуть-чуть - и две злобные девки в наших с Вильей лицах оставят его в покое хотя бы на время.
  -- Впереди ручей! - Радостно возвестила Вилька, заставляя порядком умотавшегося жеребца сойти с наезженной дороги и идти напролом сквозь раскидистые кусты орешника. Интересно, и как она узнала, что там ручей? Услышала, что ли?
   Я честно напрягла слух, но, видимо, уши у меня не те, не остроконечные, чтобы выловить среди ленивой переклички птиц, шороха толстого ковра из прошлогодних сосновых игл и прочих звуков, составлявших собой неповторимую живую тишину полуденного летнего леса журчание быстрого ручейка где-нибудь под корнями старого рассохшегося дерева. В принципе, проблемы с водой у нас не было, но все-таки ручеек оказался бы приятным дополнением к стоянке.
   Тем временем мы выехали на небольшую солнечную полянку, окруженную раскидистым орешником, таким густым, что, спешившись, мы едва протиснулись сквозь него, а для Тумана пришлось раскрывать проход между тесно переплетенными ветками с помощью магии. Ручеек на поляне действительно был - маленький, вытекавший из-под корней старого орехового куста, почти скрытый густой травой. Я уважительно покачала головой - да-а-а, услышать такой ручеек только эльфу и под силу. В данном случае - полуэльфийке. Я вряд ли нашла бы этот ручеек даже прибегнув к поисковикам, только если бы знала, где примерно он располагается.
  -- Как приятно путешествовать в компании полуэльфийки! - улыбнулась я, со вздохом облегчения вытягиваясь во весь рост в густой траве. Вилька, уже успевшая не только расседлать Тумана, но и напиться прохладной родниковой воды, пристроилась неподалеку, опираясь на локоть и разглядывая ярко-голубое небо, чуть сощурив зеленые глаза, отчего подруга стала похожа на кошку. Большую, грациозную и красивую, но опасную.
  -- Это почему же? - Вилья иронично улыбнулась, ожидая от меня очередной колкости, и я ее не разочаровала.
  -- Удобно. Ручей услышишь, нежить за полверсты учуешь... Не говоря уже о том, что без горячего ужина при наличии у тебя арбалета мы не останемся!
  -- Нахалка ты, Еваника, - беззлобно усмехнулась подруга. - И как я тебя только терплю?
  -- Привычка - вторая натура.
   Вот так, перебрасываясь колкостями, мы и просидели с полчаса, а потом о себе напомнила коварная росская погода - жара, сгустившись донельзя, пошла на спад, сменяясь духотой. Вилья, уже оседлавшая Тумана, заинтересованно посмотрела вверх и объявила:
  -- Ев, мы попали. В ближайший час гроза будет.
  -- Уверена? - Я посмотрела на все еще чистое небо, но по тому кусочку, что было видно с поляны, многого было не разглядеть. Дальше все заслоняли раскидистые сосновые кроны. Впрочем, эльфы могли предсказывать грозу за несколько часов, так что в способностях Вильки я ничуть не сомневалась.
  -- А то. Не сомневайся - накроет нас грозой еще до того, как мы успеем добраться до ближайшего селения. До Лесавок еще полдня ехать, хорошо, если к ночи там будем, так что надо искать укрытие - ливень будет сильный, у гор они сама знаешь, какие. Вымочит до нитки, пикнуть не успеешь. И хорошо, если молнией не засветит.
  -- Виль, - вкрадчиво поинтересовалась я. - Ты не забыла, что с ведуньей путешествуешь, а? Молнию-то я отведу, не проблема...
  -- Да, а от ливня тоже убережешь? - В тон отозвалась Вилья, грациозно вскакивая в седло и протягивая руку, чтобы помочь мне вскарабкаться на круп высокого серого жеребца.
   Вот уела, так уела. Честно говоря, я так и не научилась создавать нормальный магический полог, защищающий от дождя. Зачаровать от промокания одежду - это еще куда ни шло, но вот слепить из воздуха что-то вроде навеса я не могу. Вернее, могу, но с "небольшим" побочным эффектом - мой полог притягивал разряды молний получше любого дерева. То есть, если оказаться под слепленным мною магическим навесом во время грозы, то можно с легкостью схлопотать разряд такой силы, что останутся одни обуглившиеся, практически неопознаваемые останки.
  -- Ладно, едем, - вздохнула я, признавая правоту подруги. - Стяг тебе, то есть, поводья в руки - и вперед. Попробуем найти укрытие. В крайнем случае, перекантуемся в лесу.
   Легко сказать - найти укрытие в лесу, когда на полтора десятка верст вокруг нет ни единого селения, даже захудалой знахарской избушки. Хотя, может, и есть, но вот мы о ней не знаем, значит, придется ехать наобум, стараясь не сильно удаляться от дороги. Спустя час, когда до деревеньки Лесавки оставался еще добрый десяток верст, небо заволокло тяжелыми, почти черными, тучами и в воздухе запахло приближающейся грозой.
   Грохотнул гром, да так, что я, не боящаяся грозы в принципе, вздрогнула, а Туман сбился с шага, тревожно заржав и порываясь свернуть с дороги в лес. Я обеспокоено посмотрела на потемневшее небо, в котором кружились одинокая птичья стая в поисках убежища, когда на лицо мне упала первая тяжелая капля начинающегося ливня. Блеснула первая зарница, на миг озарив сиреневые тучи белой вспышкой, и тотчас глухо пророкотал гром, словно подгоняя ливень.
  -- Виль, сворачиваем в лес! Там хоть не сразу вымокнем! - прокричала я, одной рукой держась за талию Ревилиэль, а другой шаря в бездонной суме в поисках плаща с капюшоном, зачарованного от промокания. Младшая княжна уже успела набросить на голову глубокий капюшон своей эльфийской куртки, но рыжие пряди, заплетенные в тоненькие косички на висках, все равно выбивались из-под темно-зеленой ткани, полоскаясь на усилившемся ветру языками пламени.
  -- Ну, попробуем! В крайнем случае, ты поколдуешь! - отозвалась подруга, направляя коня по едва заметной тропинке между стволами сосен.
   Вы никогда не пробовали набросить плащ на плечи, сидя на крупе жеребца, рысящего по лесной тропинке, когда ветки так и норовят хлестнуть по лицу? И для меня это оказалось в новинку. Пока я пыталась завязать горловину, два раза не сверзилась только чудом, имя которому - стихийная магия, а потом хлынул такой ливень, что даже зачарованный плащ моментально превратился во влажную тряпку, хотя, по идее, вода должна была просто стекать по плотному холсту.
   Тропа почти сразу превратилась в ленту жидкой грязи с канавками и выбоинами, заполненными дождевой водой, а Вилье пришлось приструнить коня, который уже начал оскальзываться на влажной глинистой дорожке. Налетел ветер, и сосновый бор превратился в колышущееся в едином порыве зеленое море, а шелест ветвей напомнил о прибое. Я никогда не была на море, но наставник рассказывал о нем, сопровождая повествование весьма красочными иллюзиями.
   Ударил гром, и с неба в лес упала ветвистая бело-голубая стрела молнии, расколов высоченную сосну, мимо которой мы только что проехали, от верхушки и почти до корня. Туман звонко заржал и встал на дыбы, едва не упав на скользкой тропе, а я вцепилась в Вильку, и только это удержало меня от падения в жидкую грязь, когда младшая княжна указала куда-то влево, направляя туда коня.
   Я пригляделась, и увидела небольшую охотничью избушку, низенькую и кособокую, с крышей, покрытой мхом и больше похожую на землянку с небольшой пристройкой-навесом, по которому стекали потоки воды. Вот уж повезло, я бы точно не заметила этот домик, если его можно так назвать, но это значительно лучше, чем куковать под ближайшей елкой или сосной, ожидая, когда по ней шарахнет очередной молнией.
   Вилья шустро завела Тумана под навес, привязав повод к ближайшей, малость подгнившей перекладине, и тотчас метнулась к грубо сколоченной из толстых досок двери, которая от первого же удара кулаком распахнулась настежь. Полуэльфийка скользнула в проем первой, пригнувшись, чтобы не удариться лбом о низкую притолоку, я ввалилась следом, встряхиваясь, как промокший воробей и приглаживая влажные волосы, завившиеся от дождя забавными завитками, которые наверняка торчали во все стороны, придавая мне комичный вид. Щелкнув пальцами, я зажгла под потолком голубоватый светлячок пульсара, осветивший помещение.
   Через минуту стало ясно, что в избушке уже никто не живет где-то с зимы, а может с осени, поскольку хоть углы и успели обрасти паутиной, но плесени нигде еще не было, да и крыша не текла, хотя, простоял бы этот домик без ухода больше года, с потолка бы уже капало.
  -- Интересно, а где хозяева? - задумчиво проговорила Вилья, приподнимая за уголок плетеную дорожку посреди одной-единственной комнаты, из которой и состояла избушка. Под ковриком оказалась небольшая дверца, ведущая в подпол, с тяжелым кольцом-ручкой.
  -- Может, в ближайшее селение перебрались? - предположила я, усаживаясь на зловеще скрипнувшую табуретку у небольшой печки в углу комнаты и прислушиваясь к дождю, хлещущему по оконцу, затянутому бычьим пузырем.
  -- Все может быть, - пожала плечами Вилька, отпуская уголок дорожки, накрывая им дверцу, и, пододвинув ко мне небольшую низенькую лавочку, уселась напротив. Звездочка пульсара спустилась чуть ниже, и ее отсветы отразились в зеленых глазах подруги. - Слушай, Ев, я так и не поняла, зачем мы чешем к драконам-то? Понятно, что я тоже хочу помочь Хэл и Мицарель, да и Данте за компанию, но ехать вдвоем к Алатырской горе... Ты хоть понимаешь, что драконы, вообще-то, инородцев терпеть ненавидят?
  -- Понимаю, Виль. Все я понимаю. Но не хочу, чтобы драконы выжгли Андарион дотла, а поверь, они это могут. Насколько я знаю, в Алатырской горе живут драконы, подобные Ритану, то есть те, которые могут принимать человеческий облик, а это значит, что для айранитов они могут быть вдвое опасней.
  -- То есть? - нахмурилась Вилья. - Что им дает человеческая ипостась?
  -- Ну, в принципе, ничего нового, просто в своем природном облике драконы могут только выдыхать пламя, причем очень разнообразное, с регулируемой температурой, а вот в человеческом виде вместо огненного дыхания они обретают власть над стихийной магией огня, а это, согласись, более совершенное оружие, хотя бы потому, что возможностей у него больше.
  -- И мы к ним идем?! - нарочито страдальчески вздохнула Вилька, патетично воздевая руки к потолку. - Ев, я уже говорила, что ты ненормальная? И я с тобою вместе...
  -- Что поделать, - развела руками я. - Драконы крайне чутко чуют ложь во всех ее проявлениях, даже то, что ты просто умалчиваешь, поэтому есть шанс, что они нам поверят.
  -- Ага, если выслушать соизволят, а то ведь и не пустят. А могут и на месте испепелить.
  -- Ну, насчет последнего, точно вряд ли - без разговоров драконы только врагов испепеляют, да и то самых ненавистных. Мы-то им ничего не сделали, максимум - просто завернут от порога.
  -- Ев, и откуда ты столько о драконах знаешь-то? Хотя, если вспомнить, кто у тебя наставник... - улыбнулась Вилья, сбрасывая с плеч влажную куртку и кладя ее рядом с собой на лавку. Я подумала, и, сняв плащ с плеч, прочитала коротенькое заклинание, держа промокшую одежду в вытянутых руках.
   К потолку с шипением взвилось облачко пара, а плащ, хоть и высох, сменил цвет с темно-зеленого на какой-то пятнистый. Честно говоря, до меня не сразу дошло, что это попросту высохла грязь, украсившая одежду во время скачки по раскисшей от ливня тропе. М-да, надо было хотя бы подержать плащ под дождем, чтобы смыть грязь, ну да ладно...
   Ливень по-прежнему хлестал за окном, потоки воды скатывались по крыше, наполняя комнату убаюкивающим шелестом. Я совершенно размякла, сидя на табуретке и думая обо всем сразу и одновременно ни о чем, когда в шум дождя вплелся непонятный звук - словно легкое поскребывание на крыше. Мы с Вильей переглянулись и одновременно задрали головы к потолку, поднимаясь с уже насиженных мест. Поскребывание утихло, а потом возобновилось с новой силой - теперь уже не было сомнений, что по крыше кто-то шастает, стараясь двигаться как можно тише, но постоянно цепляется за неровную поверхность когтями. Честное слово, были бы мы снаружи - точно ничего бы не уловили сквозь шум дождя, но здесь, в тишине покинутой избушки, негромкие шаги были слышны довольно отчетливо.
  -- Думаешь, попытается влезть к нам? - как бы между делом поинтересовалась Вилька, проводя ладонью по поясу, на котором висели метательные кинжалы.
  -- Не уверена - похоже, оно охотиться на что-то снаружи... Ах, чтоб тебя!
   Я не успела договорить, как полуэльфийка моментально накинула куртку и, выхватив меч из напоясных ножен, выскочила за дверь, намереваясь отбить нашего боевого товарища и средство передвижения в одной морде, то есть Тумана, от неизвестной твари, шаставшей на крыше. Чертыхнувшись и на ходу поминая всю родню буйной княжны вплоть до седьмого колена, я выбежала под проливной дождь вслед за Вильей, держа наготове заклинание помощнее.
   Предупреждающего возгласа полуэльфийки я не расслышала из-за шума ливня, поэтому, когда с силой распахнутая мною дверь от души долбанула по чему-то, что злобно мявкнуло, я только прибавила ходу, вылетая из дверного проема, как ошпаренная. Картина, представшая моему взору, энтузиазма не добавила, разве что я, пытаясь притормозить, поскользнулась на мокрой траве и едва не хлопнулась в ближайшую лужу.
   Оказывается, я приложила дверью малого чащобника, причем последний, не оценив такого пристального внимания к своему тылу, уже злобно выщерился в мою сторону, припав к земле и сверля взглядом ярко-желтых глаз с вертикальными зрачками. Плохо, очень плохо. Малый чащобник похож на вымахавшую до размеров полугодовалого теленка лесную кошку, такой же до неприличия шустрый, гибкий и живучий. Разница только в том, что чащобник - преимущественно дневной хищник, нападает чаще всего сверху - с веток дерева, или же с крыш затерявшихся в глухих лесах охотничьих домиков. Сила у этого представителя лесных жителей такая, что особо удачным ударом изящной с виду когтистой лапы запросто перебивает конский хребет, чего уж говорить о человеке или, к примеру, эльфе.
   Поскольку малый чащобник не является нежитью, а подпадает под классификацию редких хищников наравне с подгорными змеями и прочими "милыми и добрыми зверюшками" с зубами с палец длиной, отвратительным характером и отменным аппетитом, то специально их не уничтожают и не отлавливают, хотя, по моему мнению, стоило бы. Но князь Владимир на пару с придворным волхвом считают иначе - мол, вид редкий, встречается нечасто - нет смысла собирать отряд ведунов и ратников только для того, чтобы прочесать лес в поисках чащобника, который загрыз пару охотников-одиночек, ушедших в поисках добычи слишком далеко от селений, и благополучно смылся в неизвестном направлении. Все равно зверь уйдет так далеко в лесную глушь, что уже и не найдешь.
   И вот сейчас мне "повезло" оказаться нос к носу с этим крайне опасным зверем, которого на стандартный пульсар не поймаешь, а большая часть самонаводящихся заклинаний либо слишком медлительны для него, либо же требуют времени для активации, которого у меня, скорее всего, нет. Туман звонко ржал, приплясывая на месте, но пока что не делая попытки сбежать - если захочет, то прогнившая перекладина его не удержит, потом мы с Вильей замучаемся его под дождем в лесу искать...
   Чащобник зашипел и, подобравшись, прыгнул на меня серо-коричневой молнией, вооруженной выпущенными до предела когтями длиной с вершок и внушительным рядом чуть поблескивающих зубов. Меня спасло только то, что я все-таки поскользнулась, пытаясь уклониться, и упала в мокрую траву, так что хищник пролетел аккурат надо мной. Дождевая вода потоком проливалась мне на спину, затылок, барабаня по низко надвинутому капюшону, а рубашка и штаны живенько пропитывались малоприятной холодной влагой, когда я все-таки поднялась и, не глядя, метнула небольшой комок голубоватого огня куда-то за спину, где слышалось недовольно урчание промахнувшегося хищника.
   Пульсар ударился о ближайшее дерево, где с шипением растекся по мокрой коре. В воздух взвилось облачко пара, на дереве остался неровный обугленный круг, а чащобнику было хоть бы хны - он успел вскарабкаться на одну из сосен, растущих поблизости, и теперь развлекался тем, что скалился на нас сверху, словно примеряясь для прыжка.
  -- Думаешь, прыгнет? - невозмутимо поинтересовалась Вилья, поудобней перехватывая меч и глядя на зверя снизу вверх не менее многообещающим взглядом.
  -- С этого - не прыгнет, - ответила я, не отрывая глаз от хищника, замершего на одной из веток почти вплотную к стволу. - Нам его слишком хорошо видно - собьем в прыжке, и он это, кажется, понимает.
  -- Он что, такой умный?!
  -- Нет, но инстинкты у него развиты до предела.
  -- Слушай, Ев, а ты не можешь его сбить прямо отсюда каким-нибудь заклинанием?
  -- Попробовать можно, но в грозу это проблемно - дождь мешает, да и молния любит бить туда, где осуществляется волшба определенного рода...
   В этот момент грохотнуло так, словно небо раскололось пополам, а последовавшая за ударом грома молния ветвистой стрелой упала в лес, наверняка расколов еще одно дерево, а чащобник, восседавший на сосне, куда-то подевался.
  -- Куда он делся?!
  -- А черт его знает! На соседнее дерево перепрыгнул! - наобум предположила я, и тотчас осеклась, заметив хищника на ветках дерева, нависавших почти над самыми нашими головами.
   Ярко и зло вспыхнули желтые глаза с вертикальными зрачками, грохотнул гром, и к нам с ветвей метнулось гибкое полосатое тело зверя. Я едва успела откатиться в сторону и сполох молнии, на миг осветивший лес, подал мне совершенно сумасшедшую идею, которая могла сработать. Воздух надо мной сгустился, закручиваясь в тугую спираль, и тотчас с тихим хлопком растянулся в слабо светящийся полог, защищающий от дождя, накрывший и нас с Вильей, и чащобника.
  -- Евка, ты рехнулась?! - завопила Ревилиэль, едва увернувшись от клацнувших вхолостую мощных челюстей хищника и ответным выпадом располосовавшая клинком бок чащобника, оставив на нем длинную рану. Брызнула темная кровь, бордовыми бусинками усеяв мокрую траву, а очередной удар грома заглушил возмущенный вой.
  -- Выметайся из-под полога, живо!! - Я первая подала пример, выскочив из-под полупрозрачной занавеси, выгнувшейся полусферой, по которой стекали капли дождя. Вилья не стала дожидаться повторного приглашения, и красивым кувырком вылетела под проливной дождь, который начинал потихоньку стихать.
   Вот уж - не вовремя! Ну, пожалуйста, пусть хоть одна молния шибанет, этого достаточно будет - мой полог ее все равно притянет...
   Кажется, в небесах меня все-таки услышали, потому что не успела я додумать, как грянул гром и прямо на магическую завесу, под которой все еще находился изготовившийся к прыжку чащобник, упала ветвистая молния. Полусфера моментально окуталась сеточкой бело-голубых разрядов, раскалилась добела и лопнула с оглушительным треском, словно шаровая молния, натолкнувшаяся на препятствие. В сущности, полог и стал ею, и зверь, не успевший выбраться из-под магической завесы, оказался словно в кузнечном горне - исчезнувший полог оставил после себя идеально ровный круг выжженной травы и обугленный костяк хищника. В свежем послегрозовом воздухе все еще угадывался запах гари, когда дождь окончательно стих, а Вилька подтянула отвисшую от удивления челюсть и красноречиво уставилась в мою сторону.
  -- Ну, Евка, ни за что не доверю тебе защитный полог ставить! Только через мой труп.
  -- Обугленный? - не замедлила съязвить я, отворачиваясь от обгоревших останков чащобника и направляясь обратно в избушку - надо было переодеться и забрать вещи, в спешке оставленные в комнате.
   За спиной страдальчески вздохнула подруга, видимо, окончательно отчаявшись перевоспитать мою на голову ушибленную натуру, которая раз за разом подбивает меня на поиск нетрадиционного выхода из нестандартной ситуации. Ну, скажите, кому из ныне живущих ведунов придет в голову уничтожать лесного хищника с помощью неоднократно барахлящего заклинания с побочным эффектом и общей нестабильностью, а? Правильно, никому. Ведь мой полог мог в любой момент банально развеяться с концами - и не знаю тогда, чем бы все кончилось. Но признаться в этом Вильке - значит, подвергнуться как минимум риску быть обруганной с головы до ног на трех языках сразу, причем такими фразами - что только бери пергамент и успевай записывать, чтобы потом цитировать в соответствующих ситуациях. А лишнего пергамента у меня поблизости нет, а в сумке искать долго, да и незачем, поэтому лучше промолчать.
   Хотя бы на этот раз...
   Дождевые облака медленно уплывали на север, в сторону гор, когда мы с Вилькой, уже переодевшиеся и перекусившие тем, что собрала нам на дорогу заботливая Мицарель, садились на серого жеребца, твердо намереваясь продолжить путь. Туман, после столкновения с малым чащобником слегка нервничал, и все порывался перейти на галоп, стремясь убраться подальше от избушки, но младшая княжна сдерживала его, пока мы не выбрались из леса. Просто ни мне, ни ей не хотелось, чтобы конь на полном скаку поскользнулся на размытой только что прошедшим дождем лесной тропинке.
   Солнце парило вовсю с очистившегося от туч неба и, когда мы выехали из леса на наезженную дорогу, та уже подсохла - только в глубоких колеях стояла дождевая вода - и Вилья дала коню волю, пустив его в галоп. Меня подбросило на крупе, когда Туман с ходу перепрыгнул через большую и наверняка глубокую лужу, и я крепче обхватила талию подруги, в надежде, что это удержит меня от падения.
   Ну-с, до Лесавок еще полдня пути, а надежда умирает последней...
  
   Солнце медленно скатывалось за горизонт, посылая последние алые лучи, расцветившие вечернее небо в причудливый окрас, придавая редким облакам оттенок свежепролитой крови. Лес, оставшийся позади, казался черной зубчатой кромкой на фоне стремительно темнеющего вечернего неба, когда чуть в стороне от наезженного тракта, ведущего прямиком к Вельге-реке, показалась узкая дорога с глубокой колеей посередине. Кривая, потемневшая от времени и погоды, деревянная шильда у перекрестка возвестила о том, что впереди нас ждет деревенька под названием Лесавки.
   Н-да, странствия меня уже убедили в том, что чем кривее шильда, тем хуже деревня, а указатель на Лесавки был вытерт осенними дождями и зимними ветрами до такой степени, что название угадывалось с огромным трудом, да и то потому, что мы знали, куда едем. Сторонний путник вряд ли сумел бы прочитать название вообще.
   Меньше, чем через четверть версты впереди замаячил порядком покосившийся частокол, кое-где щерившийся широкими дырами, прямо как тертый разбойник - выбитыми зубами. Ворота оказались настолько хлипкими и висящими на одной петле, что Вилья даже не стала в них стучать, справедливо полагая, что они обрушатся от первого же удара.
  -- И хто тама за воротами топчется, честному люду спать не даеть? - послышалось из-за ворот. Гнусавый голос, как выяснилось, принадлежал страхолюдного вида мужику в ржавом шлеме, надвинутом на самые глаза, выглянувшего в маленькое окошечко, из которого негостеприимно высунулся кончик арбалетного болта с проржавевшим зазубренным наконечником.
   И где только такой раритет откопали? Ведь этот болт вытаскивать в случае чего страшно - обломится наконечник, не хуже эльфийского, да и ржавчина здоровья не прибавит - заражение крови запросто случиться может. Н-да, вот уж действительно - страшное оружие в руках бывшего вояки. Ревилиэль тяжело вздохнула и, откинув рыжие волосы от лица, одарила мужика ослепительной улыбкой, способной растопить лед.
   Да уж, красота - страшная сила. Горе-стражник заулыбался в ответ и моментально убрал арбалет. Вилька решила не останавливаться на достигнутом, и глубоким, звучным голосом вопросила:
  -- Почему же вы не впустите двух беззащитных девушек на ночь? Неужели оставите прозябать у порога?
   Я с трудом удержалась, чтобы не фыркнуть - да уж, беззащитные... Хорошо обученная ведунья и витязь элитного полка при дворе князя Владимира, вооруженная до зубов... Ну-ну.
   Впрочем, портить Вилькино выступление я не стала, и меньше, чем через минуту, ворота с натужным скрипом, способным разбудить мертвеца, раскрылись, пропуская нас внутрь. Полуэльфийка рассыпалась в велеречивых благодарностях, после чего процесс вешанья бечевок на уши "стражника" прекратился, и мы беспроблемно отправились по своим делам, а конкретно - в поисках ночлега.
  -- Ну что, на постоялый двор? - поинтересовалась Вилья, когда мы отъехали от ворот и спешились, ведя серого жеребца под уздцы по утоптанной дорожке, еще не высохшей после прошедшего здесь дождя.
  -- Угу, кормить клопов, - мрачно поддакнула я. - Нет уж, спасибо. Ты как хочешь, но я намерена попроситься на ночлег у кого-нибудь из местных.
  -- Думаешь, пустят?
  -- Пока не проверим - не узнаем.
  -- Ну-ну, - скептически фыркнула подруга, направляясь вслед за мной к дому, который отличался тем, что был наиболее аккуратным, а добротные ставни были украшены причудливой резьбой. Правда, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что замок на двери выбит напрочь, а ставни исписаны наспех закрашенными неприличными словами.
  -- М-да... - глубокомысленно выдала я, с трудом прочитав пожелание неизвестного "благодетеля" на ставне и едва-едва удержавшись от смеха. Вилька восторженно расхохоталась, сообщив, что такие перлы надо записывать, чтобы донести до потомков. - Ладно, попробуем постучаться...
   Реакция на стук оказалась, по меньшей мере, странной - дверь с грохотом распахнулась, и оттуда вылетело нечто, завернутое в белую тряпицу, смачно шмякнувшееся в ближайшую лужу. Вслед за импровизированным снарядом послышалось нечто вроде "Чтоб ты подавился, зеленая рожа, совсем совести нет!", а затем дверь захлопнулась. Вилья недоумевающе покосилась на дверь, а я с интересом посмотрела на нечто, лежащее в луже, поманив его пальцем, пока вода окончательно не пропитала тряпицу.
   Оказывается, хозяин "пожертвовал" неизвестной пока зеленой роже приличный шмат ветчины, завернутой в пергамент и зачем-то в бересту, поэтому продукт оказался годным к употреблению даже после купания в луже. Я, не долго думая, запихнула ветчину в бездонную сумку, предварительно выкинув промокшую тряпицу, и предприняла вторую попытку попроситься на ночлег.
  -- Эй, хозяин, впусти девиц на постой! - На этот раз открыли более дружелюбно - по крайней мере, в нас ничего тяжелого не полетело, напротив, хозяин смущенно спрятал за спину здоровенную чугунную сковородку, которой уже собирался огреть незваных гостей.
  -- Ну, кто такие?
  -- Ведунья, - я нахально отпихнула Вильку и широко улыбнулась. - Снимаю сглаз, вешаю на уши! Пустите переночевать, а?
  -- Ведунья, говоришь, - хозяин задумался, почесывая себя сковородкой чуть пониже спины. - А заходите. На чердаке обоснуетесь, там место есть, чисто, только сушеные травки под стропилами не трожьте. А коня у крыльца привяжите.
   Мы с Вилькой клятвенно пообещали, что травки мы трогать не будем, грязь разводить не будем и вообще будем вести себя тише воды ниже травы, после чего хозяин кликнул жену, тихую и неприметную женщину, но с решительным блеском в глазах, которая и собралась проводить нас на чердак. Уже поднимаясь по узкой скрипучей лесенке, я обернулась и поинтересовалась у хозяина:
  -- Уважаемый, а что за зеленую рожу вы поминали?
  -- Да это шастают тут нелюди всякие. Мелкие, зеленые, охальники страшные-е-е-е. Не откупишься чем-то съестным - все ставни испохабят... Кстати, а куда ветчина-то делась, что я по ошибке во двор выкинул?
   Я на миг запнулась, а потом нахально ответствовала:
  -- А собака чья-то мимо пробегала, ухватила сверток из лужи - и бежать.
   Селянин разразился скорбной тирадой по безвременно сгинувшей ветчине, а я, улыбнувшись, поспешила вслед за Вилькой наверх в надежде отоспаться. Маленькие зеленые нелюди, расписывающие ставни и заборы похабными словечками, в данный момент меня волновали меньше всего. Скорее всего, это какая-то местная мелкая нечисть типа леших на пару с кикиморами шалит - буду уезжать, заговорю забор так, чтобы лесная нечисть переступить его не смогла, вот и все. А то когда еще в эти места ведун забредет...
   Примерно с такими мыслями я укладывалась спать на расстеленное прямо на дощатом полу одеяло, подложив под голову подушку, набитую свежей соломой, пожертвованную хозяйкой дома. Аромат высушенных луговых трав, висевших под потолком, успокаивал, убаюкивал и настраивал на крайне мирный лад. Полуэльфийка, расположившаяся поблизости, сонно пробормотала что-то вроде "Спокойной ночи", и моментально заснула. Впрочем, сон у Вильки был донельзя чуткий - она просыпалась от малейшего толчка или же подозрительного звука, так что с ней я чувствовала себя спокойно - в человеческой ипостаси я не могла похвастаться ничем подобным, разве что магическим даром.
  
   Ночь прошла спокойно, а вот яркое, солнечное утро "порадовало" дикими воплями, раздававшимися из-за околицы. Я подскочила, как ужаленная, Вилька тоже, и мы несколько секунд сонно хлопали глазами, глядя друг на друга и пытаясь сообразить, что же происходит...
   На попытку хозяина взобраться на чердак лестница отозвалась протестующим скрипом, но, как ни странно, выдержала. Люк в полу распахнулся и приютивший нас селянин появился с перекошенным то ли от страха, то ли от возмущения лицом. Полминуты он мог разговаривать только семиэтажными фразами, приличными из которых были только предлоги и знаки препинания, но потом он высказал все, что накипело и перешел на более цензурный росский язык.
  -- Госпожа ведунья, ну, сделайте вы что-нибудь с этими мелкими поганцами, а? Опять толпой набежали, спасу от них никакого нет! Забор опять поломали - заново ставить, ставни грязью закидали, да еще и по пояснице палкой суковатой съездили! Уймите их, вы ведь ведунья!
   Такой крик души я просто не могла оставить без внимания, к тому же, мне уже самой стало интересно посмотреть на сих "мелких поганцев", совершающих очередной набег на деревню, да еще с утра пораньше, при свете солнца. На мелкую лесную нечисть не похоже - та только по ночам в деревнях озорует, днем из лесу вообще не вылезает, а тут кто-то обнаглел настолько, что ломанулся прямо сейчас. Мы с Вилькой переглянулись и, попросив хозяина убраться с дороги, спустились по шаткой лестнице на первый этаж избы. Вопли за окном стали на порядок громче, даже разбирались отдельные слова - большей частью оскорбительные, на причудливой смеси росского и орочьего языков. Так-так, и кто же у нас тут так развлекается, а?
   Ответ пришел, вернее, пробежал, мимо нас, когда мы вышли на крыльцо - охальниками оказались лесные гоблины. Мелкие, ростом в четыре локтя, но коренастые и довольно сильные. Поговаривают, что лесные гоблины пошли от орков и гномов, но и те, и другие напрочь отрицают свое родство с вредными крикливыми существами с зеленоватым цветом кожи, крепкими зубами и отталкивающими лицами. Собственно, из-за цвета кожи их и прозвали "зелеными гоблинами", на что последние очень обижаются и сразу лезут в драку. В принципе, эти существа по большей части довольно мирные и нападают на людские поселения крайне редко, разве что когда нужда заставит. Обычно живут небольшими группами примерно в тридцать-сорок существ в землянках, которые строят прямо в лесной чаще...
   Ладно, поскольку зеленые гоблины - существа, относящиеся к разумным расам, то можно попробовать с ними договориться. В конце концов, прогнать их с помощью заклинаний труда не составит, но зачем же начинать переговоры с военных действий? К сожалению, на окрики гоблины реагировали соответственно, то есть никак, поэтому пришлось прибегнуть к магии - я скороговоркой пробормотала нужное заклинание и хлопнула в ладоши.
   Негромкий, в общем-то, хлопок, отозвался в абсолютно чистом небе глухим ударом грома, сопровождающимся затихающими грозными раскатами. Звуковая иллюзия сработала как нельзя лучше - гоблины, как один, приумолкли и синхронно взглянули на невинно-голубое небо без единого облачка, явно недоумевая, что же могло породить подобную подлянку. Крестьяне начали истово креститься, тихо бормоча слова молитвы и заодно упрашивая Всевышнего послать на головы "нечистей богомерзких, зеленорожих" пару-тройку молний, так, чтобы наверняка... Ну-ну, я-то, конечно, могу устроить гром среди ясного неба, но вот быть исполняющим обязанности верховного судьи мне как-то не с руки, поэтому молний не будет.
  -- Эй, лесной народ, вы зачем людей обижаете, а? - ненавязчиво поинтересовалась я у ближайшего представителя этого самого зеленого народа. В ответ я удостоилась десятка матерных эпитетов и одного жеста, смысл которого сводился к тому, что нечего человеческой бабе лезть куда ее не просят. "Ласковая" улыбочка на моем лице стала еще шире, когда я, перебирая пальцами, вызвала в ладони сгусток бело-голубого пламени, пышущего жаром, и вежливо так попросила повторить все еще раз. Желательно с начала.
   Гоблин позеленел еще больше и заткнулся, а потом в стане противника произошло смятение и навстречу нам с Вильей вышла гоблиниха, небрежно закинувшая на плечо внушительную дубину, украшенную грубой резьбой. Хм, насколько я помнила, подобные дубины таскают с собой вожди племени, вроде как, чтобы подчеркнуть свой высокий статус. Одета гоблиниха была во что-то вроде трусов мехом наружу из непонятного зверя, такую же короткую безрукавку и на удивление аккуратные лапти, как я подозреваю, под шумок стянутые в этой самой деревне. Длинные волосы грязно-песочного цвета были уплетены в два десятка косичек, закрепленных на концах кожаными ремешками, а на лице красовалась боевая раскраска углем - какие-то волнистые линии пополам с черточками и точками. В общем, крайне заметная личность - мимо точно не пройдешь!
   Колоритная зеленокожая девушка с дубиной вождя звучно высморкалась в сорванный у околицы лист лопуха и гнусаво вопросила:
  -- Ну, и чаво те надо, ведьма?
  -- Тут меня попросили с вами разобраться. Что шалите-то сверх меры, а? - Я сложила руки на груди, а из глаз у меня брызнули колючие зеленоватые искорки. Вилья тихо фыркнула, а гоблиниха неожиданно устало оперлась на дубину и запустила пятерню в заплетенные косички.
  -- Выгнали нас из лесу, вот и маемся. Луну назад какие-то, - гоблиниха выдала длинное непечатное определение, из которого я поняла от силы слова три, - проходили через наше селение, спалили все дома и как сквозь землю канули. Всюду дым был, пожар, мы к людям поначалу по-хорошему пришли, помощи просить, а те собак спустили. А теперь еще и ведьму наняли... - В очередной раз высморкавшись в лист лопуха, гоблиниха замолчала, глядя себе под ноги. Крестьяне, высунувшиеся из-за заборов, дабы посмотреть на то, как пришлая ведунья будет гонять "нелюдей зеленорожих", тихо-тихо убирались обратно.
   Та-ак, похоже, гоблины не врут - если их и впрямь оставили погорельцами, а суеверные крестьяне, конечно же, послали нелюдей по известному адресу, на всякий случай еще и собаками припугнув. Я покосилась на малость побледневшего хозяина дома, в котором мы с Вильей ночевали, и вежливо поинтересовалась:
  -- Ну-с, уважаемый, правду ли говорят сии представители разумной расы?
   Селянин забормотал что-то неразборчивое, но я все-таки расслышала нечто вроде "бес попутал, кто ж их, нелюдей разберет, вот мы и припугнули...". Вилья, судя по всему, благодаря своему обостренному эльфийскому слуху, уловила еще больше, и помрачнела. Ну, и что же мне теперь со всем этим делать, а? В мировые судьи я не набивалась...
  -- Значит, так, - выдала я, обращаясь к гоблинихе с дубиной вождя, которая мрачно покосилась на меня из-под переплетения косичек. - Тебя как зовут?
  -- Мариш, - неохотно буркнула та, скидывая дубину с плеча и опираясь на нее, как на трость.
  -- Ведунья Еваника, - представилась я. - А рядом со мной Вилья. Так вот, Мариш, кто разрушил ваши дома?
  -- Знать не знаю, ведьма, - пожала плечами та, сплюнув в сторону крестьян, заинтересованно вылезших из-за ближайшего плетня. - Странные, огнем так и пышут. А дома наши сгорели потому, что те, - вновь длинное непереводимое ругательство, которое, впрочем, было довольно легко понимаемо, - как сквозь землю проваливались, а потом на том месте вот такенный столб огня возникал. - Гоблиниха попыталась обеими руками показать размеры вспышки, но при ее росте это получалось весьма приблизительно.
  -- Странно... - задумчиво пробормотала я, опираясь на перила на крыльце и озадаченно глядя на Мариш.
   Вообще непонятно, что это за существа такие, которые телепортируются в столбах пламени. Вообще-то, телепортация может сопровождаться эффектом пламени, но оно большей частью иллюзорное, иначе заклинатель банально сгорел бы при переходе, а уж если пламя было настолько мощным, что умудрилось поджечь землянки лесных гоблинов... Единственная идея, приходящая на ум - это элементали огненной стихии, но они, вообще-то, сами по себе не шастают, только если их вызывает волхв, обладающий нехилым магическим резервом. Скажем, Лексей Вестников вполне мог вызвать одного элементаля, но не нескольких же! Может, эльфы подсуетились? Да нет, вряд ли, ибо на фиг им это надо, а просто так, баловства ради, элементалей не призывают.
   Н-да, мало мне проблем с драконами, теперь еще и ломать голову, откуда в глуши лесов у подножия Гномьего Кряжа завелись огненные сущности.
  -- Эй, что тут происходит, а? - густой бас всколыхнул вполне мирное утро, как звон пудового колокола. Я оглянулась и заметила, что по дороге к нам направляется здоровенный мужик с окладистой бородой, одетый в рубаху до колен, подпоясанную плетеным ремешком, добротные синие штаны и лапти. Судя по тому, как почтительно селяне убирались с его пути, я пришла к выводу, что это староста деревни и, кажется, не ошиблась.
   Вилька, выпрямившись, коротко обрисовала ситуацию, а я, радуясь, что должность мирового судьи удалось спихнуть на местного старосту, спустилась с крыльца и подошла к сопящей Мариш. Гоблиниха окинула меня недружелюбным взглядом, а потом негромко поинтересовалась:
  -- Что, выгоните нас с концами?
  -- По правде говоря, за ваши шалости стоило бы, но с другой стороны, не виноваты вы, - и кивнула в сторону старосты, которого полуэльфийка уже убеждала в том, что лесные гоблины - это не только шкодливый характер, но и трудовые руки, а при сельском хозяйстве они вообще незаменимы. - Может, и уладим все...
  
   Лесавки мы с Вилькой покидали, переполненные чувством собственного достоинства. Подруга все-таки умудрилась убедить старосту в том, чтобы помочь гоблинам материально, то есть продуктами в обмен на помощь последних в уходе за домашней скотиной и уборке урожая осенью, а я, уезжая, сунула-таки Мариш безотказное средство от насморка.
   Ухабистая неровная дорога с пыльным подорожником на обочинах осталась позади, и мы выехали на широкий Вельгский тракт, по которому до реки было рукой подать - всего какой-то десяток верст. Солнце, поднявшееся высоко над горизонтом, ощутимо припекало, а пыль, поднимаемая десятками подвод, едущих из крупных деревень, расположившихся по эту сторону Вельги-реки, стояла густым облаком, отчего я постоянно чихала, а Вилька терла слезящиеся глаза.
  -- Ненавижу торговые тракты, - с чувством высказала Ревилиэль, объезжая очередную подводу, на которой восседал гном, постоянно ругавшийся на лошадей и конкурентов. - Шум, гам, пыли полные легкие... Кошмар какой-то.
  -- Взаимно, - буркнула я, закрывая нос рукавом рубашки. - И чего мы здесь поехали, а?
  -- А потому что кое-кто очень торопится попасть к Алатырской горе, а этот тракт - кратчайшая дорога к Вельге-реке. И самая удобная, потому что кружными дорожками мы выйдем неизвестно куда, а по тракту можно прямо к переправе выехать, - охотно ответила Вилья, пуская коня рысью по самой обочине. Ругани со стороны торговцев стало больше, пыли тоже, зато появился шанс, что к переправе мы выберемся раньше, чем рассчитывали.
   Небо уже начало окрашиваться в золотисто-оранжевые закатные краски, когда впереди заблестела водная гладь Вельги-реки, а чуть правее я разглядела широкий добротный мост, перекинутый между берегами еще лет двадцать назад. Вилья, сидевшая в седле впереди меня, с облегчением вздохнула, и направила Тумана к переправе. Я поправила ременную лямку сумки, висевшей у меня на плече, и несколько расслабилась на конском крупе...
   Ох, зря-а-а-а... Туман, едва почуяв слабину, моментально взбрыкнул, пускаясь вскачь, а я, не успев схватиться за Вилью, ласточкой пролетела по воздуху не меньше сажени, приземлившись в пыльную траву у обочины. Хорошо хоть, что хлопнулась не на утоптанную дорогу - иначе точно синяками бы не отделалась.
   Нет, когда-нибудь я пущу эту зверюгу, по недоумению названную конем, на колбасу!!!!
  

Глава 12.

   Изумрудно-зеленые флаги трепетали на крепостной стене, высокой, саженей в пять высотой, отполированной до блеска. Штурмовать ее было практически безуспешным занятиям, так как при постройке стены вокруг Беловежа мастера-строители явно не халявили, так точно подогнав блоки, что в имевшиеся зазоры не то что крюк - лезвие ножа было не просунуть. Глубокий ров, заполненный темной, но не гнилой водой наверняка скрывал на своем дне немало неприятных сюрпризов для желающих штурмовать город, если таковые вообще находились. Подозреваю, что захватчики, если бы такие объявились, посмотрели бы на высокие стены с острыми зубцами, за которыми скрывались малые баллисты и стационарные арбалеты с саженными калеными болтами, переглянулись, плюнули и ушли бы искать другой объект для осады. Кажется, только в Стольном Граде крепостная стена была на порядок выше, крепче и вычурней - но там-то от начала и до конца строили гномы, а беловежские стены строили человеческие мастера.
   Я чуть свесилась с седла, выглядывая из-за Вильи и заинтересованно рассматривая настежь распахнутые ворота, ведущие в город, сквозь которые медленно продвигалась очередь, состоявшая из торговых подвод и верховых всадников. Пешие путники проходили в город чуть западнее, через малые ворота. Интересное дело - чем ближе к "таможне", состоящей из серьезных стражников в надраенных до блеска кольчугах и с алебардами наперевес, тем тише делались обычно шумные и крикливые торговцы. Ну, не сомневаюсь, что, пройдя в город, языки они развяжут с удвоенными усилиями, зазывая покупателей, но пока что гул над очередью потихоньку стихал.
   Мост через Вельгу-реку остался далеко позади - стоило нам только переехать через него, как поток торговцев словно удвоился. За Вельгой-рекой начинался более широкий тракт, ведущий по второму по величине, после Стольна Града, городу в Росском княжестве - Беловежу, и на этот тракт выходило множество дорог поменьше, вливаясь в Беловежский, словно ручейки в полноводную реку. Верховых всадников также прибавилось - теперь уже не получалось лихо поскакать по самому краешку обочины, обгоняя медлительные телеги и груженые разнообразным товаром подводы, поэтому пришлось последнюю пару верст преодолевать почти что прогулочным шагом, изнывая от жары и стоящей в воздухе пыли. Честно говоря, первоначально мы с Вильей планировали попросту проехать мимо Беловежа, не останавливаясь в самом городе, но на тракте мы поняли, что после трех дней пути наш внешний вид оставлял желать лучшего, к тому же Вилька обнаружила, что из ее седельной сумки пропала смена одежды вместе с частью провизии. Слова, которыми полуэльфийка выразила свое возмущение по данному поводу, оказались настолько непереводимыми, что даже я подивилась. Сумки-то я потом зачаровала от воровства, но вещей это вернуть уже не могло, поэтому мы приняли решение на денек заехать в Беловеж.
   Именно поэтому сейчас мы выстаивали длинную очередь у входа в город. Резные дубовые ворота, окованные стальными полосами с причудливым узором, чем-то напоминавшим эльфийские руны, были, вдобавок ко всему, еще и зачарованы - я почти сразу почуяла легкую дымку довольно простенького, но на диво мощного заклятия "от злых помыслов". Интересно, как оно тут действует, а?
   Просили - получите.
   Сквозь ворота как раз проезжала неприметная телега с хмурым, неказистым мужичком, когда с серебристого герба, намертво врезанного в каменную кладку аккурат над воротами, плеснуло зеленоватым пламенем, плетью стегнувшей по подводе и разрубившей ее пополам, да так ровно, что я диву далась. Низенькая чалая лошадка, впряженная в телегу, звонко заржала и скакнула было вперед, но была изловлена бдительным стражем, а замудрено ругающегося торговца выудили из-под обломков безвременно почившей телеги и пинком под зад отправили в противоположную от Беловежа сторону.
  -- Сурово у них тут, - задумчиво протянула Вилька, внимательно наблюдавшая за скорой расправой на задумавшим что-то неблаговидное торговцем.
  -- И не говори, доченька, - раздалось справа. Мы с подругой одновременно повернулись и узрели крепенькую бабульку, восседавшую на небольшой телеги, в которую был впряжен низенький невзрачный конек, больше смахивавший на пони, с такими же огромными печальными глазами из-под густой челки. - Совсем ошалели стражники - вон, уже и ворота заколдовали от порченого товара.
  -- Можно подумать, это стражники зачаровали ворота, - фыркнула я, косясь на герб, по краю которого все еще пробегал зеленоватый огонек, почти сливавшийся с солнечными бликами на отполированном серебре. - А с чего бы им ворота-то заколдовывать? Можно подумать, в Столен Град не везут подпорченные товары и бракованное оружие, но там-то подобные заклинания не накладываются...
  -- Ну, знамо дело - с чего. Градоправителю-то нашему в оружейной лавке заместо эльфийской сабельки подсунули не пойми что, а когда стал он покупкой перед гостями хвастать, тут оно и раскрылось! От удара по бревнышку сабелька на кусочки разлетелась, градоправителю - позор, гостям - потеха.
   Н-да. Я представила вытянувшееся лицо местной главы власти, когда в его руках изящный эльфийский клинок от несильного удара по деревяшке ломается у рукояти или осыпается на пол звонкими обломками плохо сваренного сплава на виду у десятка гостей... Да уж, есть от чего прийти в ярость и навесить на ворота подобное заклятье. С другой стороны, такое примитивное зачаровывание обойти тоже несложно - достаточно думать о том, что твой товар самый лучший... для низшего сословия и бедняков, дешево и более-менее качественно. То есть ты везешь не партию, скажем, бракованных ножей из плохого сплава, которые тупятся почти моментально, а дешевую утварь для небогатых горожан.
  -- Девоньки, а вы куда путь-дороженьку держите? - поинтересовалась старушка, выуживая из широкого цветастого рукава длинную трубку из вишневого дерева и, набив ее смесью сухих трав из маленького расшитого мешочка, висевшего на поясе, чуть прищелкнула пальцами. Сорвавшиеся с них крошечные красноватые искорки дождем посыпались на трубку, моментально запалив сбор, затлевший пряным дымком с приятным запахом прелых листьев по осени.
   Вот уж не думала встретить на тракте коллегу...
  -- В город, - ответила Вилька за нас обеих, легонько касаясь каблуками боков Тумана и направляя его поближе к воротам - очередь двигалась довольно споро, все-таки, стражники свое дело знали и, судя по всему, не лютовали понапрасну и не наглели сверх меры. - Отдохнем денек, закупимся кое-чем - и опять в путь.
   Пожилая ведунья окинула нас с Вильей внимательным, оценивающим взглядом ярко-синих, молодых глаз с чуть ироничным прищуром, и улыбнулась.
  -- Вижу, что дорога вам предстоит нелегкая. Многое у вас позади, девоньки, а впереди - еще больше.
   Все. Не дай Всевышний - нарвались на предсказательницу. Не могу объяснить своего неприятия к пифиям и оракулам, но когда кого-нибудь из них пробивает на очередное предсказание в моем присутствии, я стараюсь убраться подальше и как можно скорее. Потому что всегда есть шанс, что среди базарных гадалок, хватающих тебя за руку с многократно отработанной речью типа "Ой, брильянтовая моя, ждет тебя суженый-ряженый, да не простой, а золотой!" и так далее в том же духе, есть настоящая провидица, от которой так просто не отвяжешься. Потому как предсказание требует, чтобы его рассказали, передали кому-то на словах, неважно, тому ли, кому оно предназначалось, или же просто первому встречному. Судьба всегда найдет, как донести намек о себе, пусть даже через десятые руки.
   Тем временем ведунья посмотрела прямо мне в глаза, и я с какой-то обреченностью увидела в темном омуте ее зрачков пришедшее откуда-то свыше знание. Да, провидица. Возможно, спонтанная - как мне кажется, она больше травами занимается, но на редкие откровения ее все-таки хватает.
  -- У всего есть оборотная сторона. Добро может обернуться злом, принц - нищим, а венок - короной. Доверяй сердцу, а не глазам, девонька. Не гони от себя судьбу понапрасну и не беги от нее. Если ты обгонишь, она тебя все равно настигнет. Отстанешь - подождет. Не старайся повернуть судьбу так, как тебе этого больше хочется, ведь может случиться так, что у тебя это получится...
   Она хотела сказать что-то еще, но ее прервал довольно-таки бесцеремонный окрик уже подуставшего стражника у ворот. Только сейчас до меня дошло, что наша очередь уже подошла, и теперь на нас с Вильей снизу вверх взирали малость озверевшие от наплыва народа глаза "доблестного стража порядка".
  -- Так, вы торговать чем-нибудь в Беловеже собираетесь? Товары с собой никакие на продажу не везете? А на сколько приехали?
   Пока полуэльфийка с самым честным выражением лица уверяла стражника, что ничем и никем мы торговать не собираемся, приехали на один день "полюбоваться красотами столь великолепного города" и вообще мы крайне законопослушные и скромные девицы, я оглянулась на ведунью, которая невозмутимо попыхивала своей трубкой, не обращая на нас с Вилькой никакого внимания. Похоже, что порыв предвидения схлынул и поверг старушку в апатию, как это часто бывает с пифиями.
   Наконец нас пропустили в город, взяв за проезд половину серебряной гривны со всех троих (то есть с двух всадниц и одного коня), и Вилья направила Тумана по мощеной булыжниками дороге туда, куда устремлялся основной поток новоприбывших. Будем надеяться, что она все едут в ближайшую корчму, а не на рынок или еще куда, позанятнее...
  
   Легкие клубы пара поднимались от лохани с горячей водой, в которой я с блаженным выражением на лице отмокала уже добрых полчаса. Вот оно - счастье, когда усталость, принесенная с собой с пыльного тракта и длинной дороги, уходит без следа, растворяясь в воде. Я как следует отмылась, и теперь с неохотой вылезала из лохани, заворачиваясь в широкое банное полотенце и убирая с лица мокрые пряди волос. Легкий ветерок колыхал занавески, принося с собой гам уличной суеты, долетавший снизу.
  -- Госпожа ведунья, можно? - послышался из-за двери приглушенный женский голосок. Я, усевшись на краешек кровати, лениво щелкнула пальцами, и дверь приоткрылась, впуская тоненькую, как ивовый прутик, девушку-служанку. - Лохань уже можно уносить?
   Я только кивнула, вяло наблюдая за тем, как в дверь вваливаются две дородные бабы, беспроблемно вытащивших тяжеленную емкость с водой за здорово живешь. Н-да, мне так сделать слабо при всем желании, разве что при использовании магии... Девушка поклонилась и удалилась, деликатно прикрыв за собой дверь, а я со вздохом растянулась на застеленной кровати, перебирая в памяти события сегодняшнего дня.
   Беловеж, как и любой крупный торговый город Росского княжества, встретил нас шумом на улицах и повышенным поголовьем народа на квадратной сажени открытого пространства. То есть стоило нам проехать через ворота, как пришлось спешиваться, дабы никого не задавить по пути. Честно говоря, я была только рада, поскольку у меня страшно ныл отбитый во время езды на Вилькином жеребце зад, а ноги затекли, и на попытку сделать шаг отозвались сотнями противных иголочек в икрах и бедрах. Тьфу, черт, лучше бы я на драконах летала, чем на Тумане кататься! Хотя с драконами я переборщила малость - неизвестно, как летают эти чешуйчатые крайне умные и хитрые ящероподобные существа, может случиться так, что это еще хуже брыкающегося Вилькиного жеребца, с которым у нас взаимная нелюбовь с первого взгляда...
  -- Ева! - дверь с грохотом распахнулась и в комнату влетела раскрасневшаяся после водных процедур в соседней комнате полуэльфийка, по моему примеру замотанная в широченное полотенце. - Ты что, спишь, что ли?
  -- Если бы и спала, то после твоего выступления наверняка бы проснулась, - буркнула я, неохотно подвигаясь и уступая подруге кусочек кровати. В чем дело?
  -- Да так, мелочь, - улыбнулась Вилья, тряхнув еще толком не подсохшими ярко-рыжими волосами, с которых разлетелись мельчайшие брызги, щедро окропившие мне лицо. - Ты знала, что к Алатырской горе придется ехать через Заповедную дубраву?
  -- Через что? - переспросила я, приподнимаясь на локте. Я слышала про Заповедную дубраву, но, вроде как, ничего страшного. По крайней мере, славы, как у Серого Урочища, у нее не было.
   Вилья повторила.
  -- Ев, понимаешь, я успела поговорить с хозяином корчмы, ну, когда закупалась нам с тобой едой на дорогу, и он сказал, что до Алатырской горы еще никто не добирался.
  -- Почему это? Насколько я знаю, нежить боится драконов, как чумы, и вокруг Алатырской горы ее быть не может в принципе! - Я потянулась к сумке, выуживая из ее недр простой костяной гребень и начиная расчесывать уже подсыхающие волосы.
  -- Я не сказала, что все смельчаки погибали, я сказала, что никто до горы не добрался, а это, согласись, разные вещи, - возразила Вилька, отбирая у меня гребень. Я, уже успевшая более-менее причесаться, отдала требуемый предмет туалета почти без борьбы, посопротивлявшись только для вида.
  -- И почему не добрались?
  -- Не захотели, - пожала плечами полуэльфийка, проводя гребнем по рыжему шелку волнистых волос. - По крайней мере, корчмарь утверждает, что возвращались смельчаки постаревшими на несколько лет, хоть и уходили меньше, чем на неделю, крайне довольные, а про Алатырскую гору говорили только, что делать им там нечего, поэтому они туда и не пошли.
  -- Странно... - протянула я, пододвигая к себе сумку и вытаскивая оттуда смену одежды и заметки наставника в надежде, что небольшая книжка, исписанная неровным, размашистым почерком Лексея Вестникова, может пролить свет на ситуацию. В конце концов, насколько я знала, наставник был у Алатырской горы. Нет, он не попал в само драконье царство, но рядом путешествовал. Возможно, в его путевых заметках окажется намек на то, что поселилось в Заповедной дубраве, кто знает...
  -- Ну что, есть там чего-нибудь? - нетерпеливо спросила Вилька, заглядывая через мое плечо в книжку. Я только неопределенно пожала плечами, водя пальцем по строчкам, с трудом разбирая неровный, торопливый почерк наставника.
  -- Ага! Вот, нашла! - Я улыбнулась и начала читать вслух, изредка запинаясь, когда почерк становился совсем уж нечитабельным.
   Наставник описывал Заповедную дубраву как изумительный красоты лес, изобилующий полянами, больше похожими на княжеские цветники. Нежити там нет и не было никогда - сказывалась близость к драконьему царству, расположенному в Алатырской горе, которая словно вырастает из сердца этого великолепного леса, но все равно над Заповедной дубравой словно рассеяна какая-то магия. Не злая и не добрая - просто нейтральная сила, не подвластная никому и не дающаяся в руки. Наставник так и не сумел определить, что за сила окутывает Заповедную дубраву, но почему-то он был уверен, что лес тот - живой.
  -- То есть как - живой?! - изумленно переспросила Вилья, заплетавшая волосы на висках в тоненькие косички. - То есть он имел в виду, что там дриады в лесу жили?
  -- Нет, не дриады. Тут сказано, что живой ощущалась именно сама Заповедная дубрава. Как будто весь лес - единое существо, думающее и чувствующее, наделенное магией и еще бог знает чем.
  -- Дожили, - буркнула подруга, поднимаясь с кровати и подходя к двери. - Теперь и леса живые... Интересно, что еще есть в Росском княжестве?
  -- Много чего, - улыбнулась я, откладывая заметки наставника в сторону и возясь с полотенцем, пытаясь найти крайне удачно подоткнутый кончик.
  -- Верю, - полуэльфийка одарила меня ослепительной улыбкой и с достоинством прикрыла за собой дверь, направляясь в соседнюю комнату, чтобы привести себя в порядок.
   Я несколько секунд наблюдала за тем, как в солнечном луче, наискосок пересекавшем комнату, пляшут мелкие пылинки, и со вздохом принялась одеваться. Плотные брюки из темной добротной ткани, ставший уже привычным "корсет" с открытой спиной, поверх которого я накинула тонкую рубашку с вышивкой по вороту. Обула остроносые дриадские полусапожки и наконец-то почувствовала себя лучше. Жара за окном постепенно спадала, я же просто сидела на подоконнике, рассеянно глядя вниз, на залитую летним солнцем мощеную улицу и размышляла ни о чем.
   Вернее, старалась, потому что мысли всякий раз возвращались к чернокрылому аватару, оставшемуся за горной грядой Гномьего Кряжа. Что будет, если драконы откажутся говорить с какой-то там ведуньей в компании полуэльфийки? Что им до нас? Завернут на полдороге - и все дела. Если же представиться Синей Птицей, то могут еще и выпроводить с почетным эскортом, чтобы наверняка... Я задумчиво посмотрела на простенький серебряный браслет на правом запястье, провела по гладкой поверхности подушечкой указательного пальца. А если случится такое, что Аранвейн пошлет эскадрилью драконов против Андариона, то что будет с айранитами? Ведь истинного короля у них нет до сих пор, а Крыло аватаров не сможет долго выдерживать натиск врага, прилетевшего из Алатырской горы - их попросту сметут...
  -- Еваника? - Полуэльфийка подкралась незаметно, равно как и небезызвестный дед Кондратий, который едва не пришел по мою душу сразу вслед за Вильей, которая никак не могла усвоить, что когда я в задумчивости, нельзя ко мне подходить абсолютно бесшумно, как это умеют делать только эльфы, и говорить у меня над ухом!!
  -- Вилька, чтоб тебя!!!! - взвыла я, едва не навернувшись с подоконника. Спасло только то, что Вилья успела ухватить меня за руку и втянуть обратно в окно. - Сколько раз тебе говорить - не фиг подкрадываться!!!
  -- Ну, извини, кто же знал, что у тебя такая бурная реакция будет! - честно попыталась сделать виноватое лицо подруга, но ее зеленые миндалевидные глаза искрились - зуб даю, что Ревилиэль по самые кончики ушей довольна произведенным эффектом.
  -- Ты знала, - несколько нервно ответила я, поспешно слезая с подоконника и возмущенно глядя на подругу. - Виль, я же не ты, для меня падение со второго этажа на булыжную мостовую чревато!
  -- Чем? Расстроенными нервами? Ев, ты ж ведунья, а левитацию никто еще не отменял! Да ты бы в локте от земли в воздухе повисла, как обычно.
   Угу, очень смешно. Это что же такое получается, теперь для меня с подачи полуэльфийки вариант экстренного торможения в случае падения с малой высоты должен стать повседневной нормой жизни? Нет уж, сами так спускайтесь... Нервы у меня не казенные, и темной гномьей сталью еще не заменены!
  -- Ев, ну, не обижайся! Зато ты блефовать умеешь лучше одного гнома из расхожей армейской байки!
  -- Из какой такой байки? - подозрительно прищурилась я, глядя на донельзя довольную полуэльфийку. Та улыбнулась и, усевшись на кровать, приглашающе похлопала ладонью по покрывалу рядом с собой. Я, не долго думая, уселась, а Ревилиэль, набрав побольше воздуха в грудь, начала:
  -- Когда-то давно, когда Росское княжество не было еще столь всеобъемлющим...
  -- Виль, а без излишнего пафоса и велеречивости можно? - нахально перебила я младшую княжну. Не, велеречивость - это дело хорошая, но я ж от такого изложения байки усну прямо здесь!
  -- Можно, - усмехнулась подруга и продолжила уже нормальным тоном. - В общем, дело было так. Шел захват одной орочьей крепости на юге Росского княжества. В той осаде объединились люди и гномы, но получилось так, что крепость захватил один-единственный гном. Самостоятельно и без чьей-либо помощи.
  -- Как это он умудрился? - изумилась я.
  -- А очень просто. Ранним утром, когда орки еще как следует не продрали глаза, он в одиночку подошел к воротам и говорит следующее: "Я, гном такой-то, такой-то, пришел захватывать вашу крепость. Сдавайтесь или умрите". Естественно, что орки его обсмеяли и дружно послали по крайне заковыристому адресу, тогда гном одним движением разодрал на себе кольчугу из темной стали пополам, откусил и сжевал край деревянного щита, который ему выдали при мобилизации, сломал меч об колено и кинулся на крепость, вооруженный одним кинжалом.
  -- И что?
  -- Крепость сдалась. - Просто ответила Вилья, пожав плечами. - Гном, когда понесся на ворота, орал "Друзья, за мной!!!!" Орки, видимо, прикинули, что если у Росского княжества в войске рядовые гномы ТАКИЕ, то какие же тогда сотники, вообще звери, наверное, и открыли ворота с белой простыней на древке от копья.
  -- Мда, - задумчиво покачала я головой. - Виль, а причем тут блеф?
  -- Да при том, что на привале, аккурат перед столь лихим захватом, гном этот разогнул кольца на кольчуге и сшил их гнилыми нитками! Край щита вырезал подручным инструментом и заменил хлебным мякишем, а меч банально подпилил!
   Я подавилась смешком, когда представила себе пыхтящего гнома, сосредоточенно подпиливающего собственный меч, и воодушевлено сметывающего кольчугу тем, что под руку подвернулось, в тусклом свете походного костра. Картинка вышла до того забавной, что я расхохоталась в полный голос.
  -- Да уж, - выдавила я, когда сумела наконец-то нормально говорить, не срываясь на громкий хохот. - Хорошие баечки ходят между росскими витязями...
  -- Вот и ты, как тот гном. Временами блефуешь столь отчаянно, что я только диву даюсь! И ведь, что самое странное, пока у тебя все получается. Я прям завидую белой завистью - нет, это надо же, ввязываться в абсолютно рисковые предприятия и с каждым разом выпутываться из них!
  -- Уметь надо, - улыбнулась я.
  -- Не то слово. Это талант, с ним родиться надо...
   За дверью послышался топот сапог, подбитых железом, какие-то окрики, а потом дверь распахнулась, с силой ударившись о стену. Небритый стражник, вставший на пороге, оглядел нас и спросил у кого-то, кто находился за его спиной.
  -- Это они, господин?
  -- А ну, пропусти меня, увалень! - раздался из-за стражника писклявый голос, то и дело от возмущения срывающийся на фальцет. - Яхочу увидеть паскудную рожу той ведьмы, что опозорила мою дочь перед самыми смотринами!
   Мужик с алебардой наперевес поспешно отодвинулся и из-за него высунулось нечто, больше всего напоминающее оживший пузатый самовар, одетый в богато изукрашенные золотым шитьем одежды. "Самовар", обладавший помимо на редкость отвратного, писклявого голоса еще и неприятным круглым лицом с маленькими глазками, окинул нас с Вилькой убийственным, по его мнению, взглядом и обличающе ткнул в мою сторону пальцем, больше похожим на колбаску:
  -- Вон она, ведьма, осмелившаяся опозорить мое дитя!!!
  -- Е-е-ев, - протянула Вилька. - Что это за самовар на ножках, и о каком позоре он говорит? Понимаю, если б ты мужчиной была...
  -- А я почем знаю?! - праведно возмутилась я, демонстративно игнорируя медленно багровеющего мужичка в расшитых одеждах. - Я его вообще первый раз в жизни вижу!! Кстати, - я повернулась к стражникам, и из глаз у меня во все стороны сыпанули яркие зеленые искры. - А вы что здесь забыли, а? Между прочим, мы тут за свой счет остановились, какие к нам претензии?
  -- Ну... - Страж порядка, тот, который с алебардой заграждал дверной проем, отступил назад, выдвигая "самовар" на наше обозрение. - Это же градоправитель Клин! Мы люди подневольные, нам сказали - захватить и в кандалы, мы и подчиняемся...
  -- В кандалы, значит... - нехорошо протянула я, вставая с кровати и с хрустом разминая пальцы, втихую усиливая заклинание иллюзии, заставлявшее мои глаза светиться зеленым ведьминским огнем.
   Стражники дрогнули, но устояли. А Клин мужественно ретировался за их широкие спины, и теперь руководил оттуда, сопровождая довольно-таки бестолковые и в принципе не реализуемые приказы типа "выволочь ведьму за космы и протащить по улицам" заковыристыми ругательствами. Вилька выудила один из метательных кинжалов и, эдак небрежно поигрывая им, ласково посмотрела на стражников. Я охотно подыграла, становясь в величественную позу и начиная нести какую-то чушь про Великую Тьму и кару нечестивцев, сопровождая сие действо звуковыми и световыми иллюзиями. Честное слово, затесался бы в ряды противника хоть один мало-мальски обученный ведун, он бы раскусил мое представление в два счета, но на наше счастье, ведунов поблизости не наблюдалось, а стражником с лихвой хватило бы и иллюзий. Сомневаюсь, что они смогут их отличить от реального заклинания вызова.
   В комнате поднялся призрачный ветер, почти неощущаемый, но треплющий волосы и одежду не хуже ураганного, свет померк, и зыбкие тени по углам зашевелились, наливаясь чернотой и принимая устрашающие очертания. По моим ладоням пробежал зеленые искры, а за моей спиной начало подниматься нечто бесформенное, с алыми огоньками глаз, уставившимися прямо на побледневших от такого зрелища стражей. Я усмехнулась, и во рту у меня блеснули два ряда острых, иглоподобных зубов...
   Последнего стражники не выдержали и, подхватив Клина под белы рученьки, вымелись из комнаты с невероятной скоростью. В коридоре послышался топот быстро удаляющихся шагов, и все стихло. Я развеяла иллюзию и уже с нормальной улыбкой повернулась к полуэльфийке, которая как-то подозрительно крепко вцепилась в свой кинжал. Несколько секунд стояла тишина, а потом Вилька выдала:
  -- Ну, ведунья несчастная, предупреждать-то надо! Если бы я не знала, что это все иллюзия, то уже давно бежала бы наперегонки с теми стражниками. Умеешь ты народ впечатлить...
  -- Заметь, Виль. Они первые начали.
  -- "Они" всегда первые начинают, но ты обычно заканчиваешь!
   В ответ я только пожала плечами, прислушиваясь к воплям, раздававшимся под окном. Думаю, что не ошибусь, ежели предположу, что нам лучше покинуть Беловеж как можно скорее - сейчас Клин пришел без магической поддержки, но теперь я уверена, что позовут местного главного волхва, против которого мои фокусы не сработают, а ввязываться в полноценный поединок с коллегой по ремеслу мне ой как не хотелось. Во-первых, потому, что против волхва моих сил и опыта будет банально недостаточно, а во-вторых, не хотелось вступать в магический поединок только из-за прихоти повернутого на власти и чувстве собственного достоинства градоправителя. Бессмысленное это дело и недостойное.
  -- Виль, а Виль, - негромко окликнула я подругу. - Давай собираться, а?
  -- Ев, тебе делать нечего - на ночь глядя из города уезжать?! Ведь дальше к югу только Заповедная дубрава, окружающая Алатырскую гору. Все, больше селений не будет...
  -- Я предпочитаю заночевать в лесу, чем в теплой и сухой тюрьме! Хотя, с учетом того, как мы обошлись с градоправителем и его стражниками, то могу поклясться, что это будет самый мрачный и сырой карцер с обилием крыс. Что тебе ближе?
   Вилька с достоинством отмолчалась, но я ее прекрасно понимала. Эльфы, пусть даже и полукровки, терпеть ненавидели замкнутые пространства, будь то пещера, подземелье или же пресловутый карцер. Вообще-то, для эльфа самой ужасной пыткой стало бы не раскаленное железо, которое так любят палачи, а тесная сырая камера, куда не проникает солнечный свет. Именно поэтому для эльфов-отступников в княжеских тюрьмах есть специально построенные каменные мешки - настолько тесные, что нельзя даже сесть, вытянув ноги, запирающиеся наглухо и без малейшего проблеска света. В таких условиях кому угодно несладко будет, но эльфы сходят с ума быстрее всех, уже через месяц превращаясь в кукол с пустым и бессмысленным взглядом без малейших проблесков разума. Так наказывают только люди.
   Сами эльфы куда милосерднее - они просто убивают.
  
   Резные Южные ворота Беловежа остались за нашими спинами, а впереди змеилась неширокая дорога, через несколько верст исчезавшая среди деревьев Заповедной дубравы. Пока мы стояли в очереди на выход из города, Вилька успела выяснить у одного из торговцев, человека с густой окладистой бородой, почему же до Алатырской горы, видневшейся у горизонта, как огромный замок с острыми шпилями башен, не добрался никто из желавших попасть к драконам. Ладно, если не пустили бы, но ведь даже до самой горы не добирались...
   Оказывается, Заповедная дубрава окутана ореолом легенды о прекрасной лесной деве, встречающей путников по дороге к Алатырской горе и убеждающей, что путь к драконам неблизкий, ненужный и вообще делать там нечего. Будто бы дева эта, в народе прозванная Святой Ринной за небесную красоту и божественный голос, которым она увещевала путников, доводя последних до экстаза, является воплощением Заповедной дубравы и охраняет людей от ужасных тварей, имя которым - драконы...
  -- Да-а-а, ничего себе, сказочка на ночь глядя, - резюмировала я, честно выслушав этот бред, пересказанный Вильей.
  -- За что купила, за то и продаю, - фыркнула подруга, щелкнув поводьями и заставляя Тумана перейти с рыси на галоп. Взвилась пыль, поднятая конскими копытами, а меня привычно подбросило, но я вовремя успела ухватиться за Вилькину талию, дабы не свалиться с конского крупа. - И все же. Ев, как ты думаешь, кто это может быть?
  -- Честно говоря - понятия не имею, - ответила я, не повышая голоса. Как приятно, когда твоя лучшая подруга - полуэльф с великолепным слухом, можно не напрягаться, пытаясь перекричать стук копыт по дороге или же шум ветра. - Может, какая-то разновидность сирен, кто знает. Или же вообще - существо, созданное магическим способом...
  -- Кем созданное?? - а вот Вилье приходилось почти кричать.
  -- А кто знает. Может, самими драконами. А что - вполне гуманный способ обезопасить себя от назойливых путников, везде и всюду сующих свой любопытный нос. Все лучше, нежели убийственные, в прямом смысле этого слова, ловушки.
   В ответ Вилья только пожала плечами. Я же поправила на плече сумку на ременной лямке и чуть поерзала, пытаясь хоть как-то поудобней устроиться на галопирующем жеребце. Господи, как я ненавижу быструю езду!! Полет еще куда ни шло, по крайней мере, после него не сводит судорогой перетружденные мышцы на ногах...
   Заповедная дубрава, черной кромкой вставшая впереди, медленно приближалась. С закатом жара спала, сменившим прохладой, и жить стало намного приятней. Впрочем, нам еще предстояло ночевать в Заповедной дубраве, вернее, сегодня пока что только у самого ее края, но вот завтра утром придется углубиться в нее, чтобы добраться до Алатырской горы. Скалы драконьего царства, одиноко восстававшей из зеленых крон цельным монолитом, сверкающим на вершине отраженными лучами заходящего солнца так, что было больно на нее смотреть.
  -- Ева, там дракон! - восторженно воскликнула Вилья, глядя в сторону Алатырской горы, чуть прищурив зеленые глаза.
  -- Где?? - я попыталась присмотреться, но из-за отраженных лучей не смогла. Эх, все время забываю, какое у подруги зрение, и что она, как и все эльфы, может какое-то время безболезненно смотреть даже на солнце.
  -- Около вершины горы кружит. У него чешуя сверкает, как рубин!! Жаль, что ты его разглядеть не можешь - он такой красивый!!
  -- Ну, думаю, что еще возможность будет... - улыбнулась я.
   Если нас пустят в драконье царство, что пока что не удавалось ни одному человеку.
   Хотя, где здесь люди в прямом смысле этого слова?...
  

Оценка: 4.99*7  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"