Ева: другие произведения.

Синяя Птица. Глава 9-12.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 6.72*4  Ваша оценка:


Глава 9.

   Высоченный частокол, опоясавший деревню, был отполирован почти до блеска сильными зимними ветрами, а кое-где были заметны следы от острых когтей - видимо, нежить не раз шла на штурм Древиц, но деревня упорно стояла, более того, имелась тенденция к процветанию. Конечно, людям не очень-то нравилось соседство Серого Урочища, да и нежить была явно не в восторге от возросшего поголовья витязей, но ни те, ни другие покидать обжитое место не собирались. Скорее всего, между Древицами и Серым Урочищем образовалось нечто вроде симбиоза - люди собирают травы в низине, тем самым обеспечивая свое существование, а нежить время от времени подкармливается за счет домашнего скота или же неосторожного селянина. В итоге стороны хоть и несли потери ввиду нелицеприятного соседства, но плюсы взаимного сосуществования все-таки значительно перевешивали. Действительно - ну, утащил оголодавший краконджал отбившуюся от стада козу, зато в низине трав насобирали на корову...
   Я приветственно помахала народу, высыпавшему из-за частокола и, честно стараясь не обращать внимания на настороженно ощетинившиеся в нашу сторону стрелами смотровые вышки, громогласно попросила открыть толстые дубовые ворота. Народ наверху зашушукался, а потом на стену вышел, как я поняла, староста деревни - благообразный белобородый старик, одетый в потрепанную куртку и темный плащ. Он неторопливо обвел нас взором и спросил неожиданно молодым голосом:
  -- Зачем пожаловали, люди добрые? - Я уже открыла рот, чтобы ответить, но Данте опередил меня. Наш проводник сделал шаг вперед и, склонив голову, почтительно произнес:
  -- Хотим пройти через Серое Урочище. Но нам нужен кров и пища, да и лошадей оставить негде...
  -- Через Серое Урочище, говоришь... - Старик ненадолго задумался. - А зачем, позвольте спросить?
  -- А вы нас пустите, мы за обедом и расскажем! - Влезла неугомонная Вилька. - А то что глотку понапрасну драть, мы ж не дикие какие - через забор общаться! - Староста усмехнулся в бороду и махнул кому-то внизу.
  -- Откройте ворота.
  -- Нас пускают. - Ободрилась Хэл.
  -- Рано радуешься. - Буркнула я. - Видишь, они нас сразу не пустили, хоть и видели, что мы явно не нежить. Значить, они чего-то или кого-то боятся. Иначе радовались бы, а не из луков целились.
  -- Я с Евой согласен. - Задумчиво отозвался Данте, цепким взглядом осматривая частокол. - С этой стороны забора царапины на дереве совсем свежие - два, ну, три дня максимум. А ведь эта сторона не обращена к Серому Урочищу. Вот увидишь, с той стороны забор хорошо если не в дырах будет.
  -- Не каркай, - одернула его я. - Нам и без внепланового нападения нечисти забот хватает. - Данте попытался скорчить максимально беспечную рожу, и это ему почти удалось, но глаза его оставались холодными и сосредоточенными. Получается, он чует опасность, но, скорее всего, сам не знает, откуда она исходит.
   Тем временем ворота с натужным скрипом раскрылись, и мы вошли внутрь маленького бастиона.
  -- Я уже говорила, что мне это не нравится? - Тихо сказала Вилька, косясь на лучников, которые и не подумали опустить луки.
  -- Нет, но я с тобой согласна. - Я посмотрела на приблизившегося к нам старика, того самого, что разговаривал с нами. Он оказался довольно высоким, причем ни в походке его, ни в осанке не чувствовалось старческой немощи. Удивительно яркие карие глаза на изборожденном морщинами загорелом лице смотрели твердо и ясно.
   И тут до меня дошло, кого он мне напоминает.
   Наставник выглядел также, когда хотел показаться простым стариком, который прожил свою жизнь и уже мало чего от нее ждет, но как только обстановка накалялась, то Лексей Вестников из изможденного худощавого старика превращался в могущественного волхва, перед яростью которого пригибались даже навьи.
   Вопрос сорвался с губ раньше, чем я успела его осознать.
  -- Вы ведь волхв, правда? - Карие глаза чуть сощурились, но тем не менее староста спокойно ответил.
  -- Да, дитя. Ты просто догадалась или как?
  -- Или как, - улыбнувшись, ответила я. - Вы на моего наставника очень похожи.
  -- Ты хотела сказать - наставницы?
  -- Нет, наставника. Меня волхв воспитывал.
  -- Вот как... - Волхв слегка задумался. - Странно, обычно волхвы не берут на воспитание девочек...
  -- Ага, Лексею тоже это постоянно говорили, но он же слово дал. - Пожала плечами я.
  -- Лексею? Случайно ты не о Лексее Вестниковом говоришь?
  -- О нем самом.
   Внезапно волхв хлопнул себя по колену и весело расхохотался, отчего присутствующие слегка прибалдели. Мы удивленно переглянулись, а староста, отсмеявшись, протянул мне сухую морщинистую ладонь для рукопожатия.
  -- Очень приятно познакомиться. Я давний друг Лексея Вестникова, волхв Силантий. Мы с твоим наставником долгое время шлялись по росским трактам, а потом мне пришла пора брать ученика, и наши дороги разошлись. Я все еще помню, как когда я привел в землянку пятилетнего мальчишку, Лексей скривился и поклялся, что никогда не возьмет себе на воспитание ученика. Вижу, что обещание он сдержал - взял к себе не парня, а девку. Тебя хоть как зовут-то, дитя?
  -- Еваника Соловьева. И я не дитя!
  -- Конечно, конечно. - Закивал Силантий, но все равно в глубине карих глаз запряталась улыбка. Возможно, что для волхва и моя бабушка могла бы быть малышкой... - Девочка, пойдем. Разместитесь в моем доме - все равно живу я один, а лошадей ваших в конюшню общую отведем.
   Волхв Силантий развернулся и быстрым широким шагом направился вниз по узкой улице. Жители Древиц, увидев, что волхв признал нас за "своих", перестали настороженно наблюдать за каждым нашим движением и дружно принялись здороваться. Даже серьезные лучники на смотровых вышках снизошли до того, чтобы приветственно нам помахать. Потом к нам подскочил какой-то невысокий шустрый паренек лет семнадцати и, восторженно поедая Вильку глазами, предложил свои услуги по определению лошадей в конюшню. Вилья ослепительно улыбнулась (паренек нервно сглотнул и покраснел) и попросила накормить и вычистить "боевых коней". Паренек отрывисто дернул головой, видимо, это должно было сойти за кивок, и, подхватив всех троих коней под узду, умчался туда, где было слышно приглушенное ржание. После чего мы вспомнили про волхва, и, оглянувшись, увидели его, выразительно стоящего посреди улицы. Пришлось устыдиться и нагонять его почти бегом...
  
   Мы, сытые и отдохнувшие, сидели у волхва Силантия в горнице. Волхв неторопливо расспрашивал нас о цели путешествия, Вилька с Хэл охотно отвечали, Алин глубокомысленно поддакивал, а мы с Данте упорно молчали, чувствуя себя лишними на этом празднике жизни. Ну, с Данте все ясно - наш проводник был из неразговорчивых, к примеру, о себе он говорил на редкость скупо и мало, зато слушать умел как никто, но я-то! Хотя, признаться, в первые минуты разговора я честно пыталась вклиниться в чересчур согласованный совместный монолог Вильки и Хэлириан, но вскоре я потерпела поражение, и пришлось сидеть молча. Волхв беспрестанно кивал головой, особенно когда девчонки входили в раж и начинали вести повествование чуть ли не в лицах с театрализованным представлением, а я только удивлялась. Ей-богу, в них пропали гениальные менестрели! Подруги рассказывали столь красочно и захватывающе, что когда повествование окончилось словами "И вот мы стоим пред высоким частоколом Древиц...", мы с Данте переглянулись и дружно зааплодировали. Хэл покраснела, а Вилька улыбнулась и отвесила нам изящный поклон.
  -- Девчонки, вам надо выступать, - я с ехидной улыбкой осмотрела зардевшихся подруг. - Теперь буду знать, что если мы каким-то образом останемся без денег, то вы нам живо на пропитание насобираете!
  -- Вот еще. - Фыркнула Вилька, принимая вид оскорбленной в лучших чувствах княжны. - А на что нам тогда, спрашивается, ведунья?
  -- От нежити защищать, - ответила я, роясь в сумке и выкладывая перед волхвом путевые заметки наставника и карту Роси.
  -- Так, как ты защищаешь...
  -- Если можешь делать лучше - делай, я не против. Защищаю, как умею.
  -- Да ладно тебе, Ева. - Вилька присела на лавку рядом со мной и легонько приобняла меня за плечи. - Я не хотела тебя обидеть. У тебя неплохо получается, по крайней мере, сюда мы добрались живыми и невредимыми, а это чего-то значит.
   Я только рассеянно кивнула, продолжая рыться в сумке. Наконец я нашла то, что искала, и выложила на стол два потрепанных гремуара - один по практической магии, другой - по всем известным видам нечисти, включая хищную нежить. Эти книги мне завещал наставник, так сказать, в качестве теоретической базы в моем дальнейшем самостоятельном обучении. Ценность книг повышалась оттого, что наставник исписал все свободное место в книгах пометками, содержащими поправки и практические советы, а для меня эти книги вообще должны были стать кладом.
   Силантий заинтересованно раскрыл книгу по нечисти, вчитался в заметки и довольно хмыкнул - видимо, что-то в пометках наставника его позабавило.
  -- М-да, хороший материал тебе Лексей Вестников оставил. Тебе, девочка, это весьма пригодится в будущем... Ого, он даже сведения о "лунных призраках" вписал! Не книга, а клад.
  -- Да, клад... И именно поэтому я хочу оставить ее у вас. И по практической магии тоже.
  -- Зачем же?
  -- А вдруг, не вернусь? - Пессимистично ответила я. - Тогда книги сгинут вместе со мной, а так хоть не пропадут.
  -- С нами-то - и не вернешься? - Неожиданно улыбнулся Данте и звучно хлопнул меня по плечу. - Я же обещал доставить вас из точки А в точку Б и обратно, и я это сделаю. Иначе грош мне цена как проводнику.
  -- Это утешает. - Фыркнула я, многозначительно потирая слегка ушибленное тяжелой дланью Данте плечо. - Только вот ты не уточнил, в каком состоянии мы прибудем обратно.
  -- Трупы, если такие будут, клятвенно обещаю похоронить с почестями. - Продолжал издеваться наш проводник. Хэл, услышав эту реплику, нервно дернула плечом и поморщилась, а Вилька помрачнела:
  -- Знаешь, Данте, может, я и суеверная полуэльфийка, но если ты еще хоть раз во время похода заикнешься о похоронах, я попрошу Еванику лишить тебя голоса до конца путешествия.
  -- А она согласится?
  -- Согласится. - Мрачно пообещала я. - Вообще-то разговор о том, как ты будешь хоронить кого-то из нас с учетом того, что нам еще предстоит пилить через Серое Урочище, знаешь ли, оптимизма не добавляет.
   Данте кивнул и шутливо поднял руки вверх, соглашаясь со всем и сразу. Вилька тяжело вздохнула, но пришлось удовлетвориться тем, что есть, а я все думала, как бы спросить у Силантия разрешения обосноваться в Древицах по возвращении с Рассветного пика. Дело в том, что пока мы приводили себя в порядок, я поделилась с Вилькой мыслями о том, что неплохо было бы обосноваться прямо здесь, в Древицах. Подруга сначала повертела пальцем у виска и напомнила, что за частоколом тут водится нежить всех форм и размеров, но потом, подумав, все-таки согласилась со мной. Волхвов-практиков в Древицах нет, даже Силантий - и тот больше травник, нежели боевой маг, так что ведунья, прошедшая школу боевых и защитных заклинаний у Лексея Вестникова будет тут как нельзя кстати. Да и полуэльфийка, обученная на службе у князя владению большинством видов холодного оружия, а также умеющая стрелять из лука и метать кинжалы, будет незаменима на страже Древиц. В конце концов, совсем уж спокойной жизни ни мне, ни ей не хотелось, а при соседстве нежити мы с Вилькой точно навыков не растеряем, напротив, еще чему-нибудь научимся. Так что теперь я мялась, не зная, как попросить у волхва разрешения вернуться в Древицы, как к себе домой.
   Наконец я собралась с мыслями и легонько тронула Силантия за рукав, привлекая его внимание. Волхв перевел на меня задумчивый взгляд удивительно молодых глаз и мягко спросил:
  -- Ты что-то хотела спросить, девочка?
  -- Да... Я... - Вилька под столом слегка пнула меня по ноге и я одним духом выпалила:
  -- Вам в Древицах ведунья с витязем не нужны? - Вилька страдальчески закатила глаза, а Хэл с Алином почему-то удивленно уставились на меня.
   Силантий понимающе улыбнулся и уточнил:
  -- Как я понимаю, вы со своей подругой хотите поселиться здесь?
  -- Честно говоря, хотелось бы... - Робко улыбнулась я. - Нам здесь понравилось, да и лишние люди вам, думаю, не помешают. Но если нельзя...
  -- Почему же нельзя - как раз можно. - Силантий смерил взглядом сначала меня, потом Вилью и заключил:
  -- Вам, когда вернетесь, отдельную избу подобрать, али к кому подселить? - Мы с Вилькой переглянулись, явно взвешивая плюсы и минусы самостоятельного проживания, вроде возможности возвращаться хоть под утро, когда никто слова не скажет, но потом вспомнили, что готовить тоже самим придется, и, разочарованно переглянувшись, в один голос заявили:
  -- Лучше подселить!
  -- Вот как. - Хмыкнул волхв. - А я почему-то был уверен, что вы непременно захотите пожить сами.
  -- Да мы и хотели, - смущенно сказала Вилька, рисуя пальцем узоры на столешнице. - Да вот только мы с Евой готовить не любим. Совсем. Убраться в доме или еще что мы запросто, но вот готовка... - Вилья сморщилась.
   Силантий понимающе усмехнулся в бороду и пообещал, что подселит нас к кому-нибудь, кто гарантированно будет кормить нас хотя бы два раза в день, и не будет пилить, если вдруг нам вздумается по младости лет загулять до утра. Мы с Вилькой покраснели, но достойно отвечать ехидному волхву не торопились. Хотя бы потому, что, когда вернемся, время у нас еще будет.
  -- Ладно. - Волхв встал из-за стола и неторопливо пошел к двери. - Вы как - отдохнуть с дороги хотите или кликнуть кого-нибудь помоложе, чтобы Древицы вам показал? А то у меня сегодня еще дела есть - травы разобрать, зелья кой-какие сварить...
   Мы переглянулись и дружно от проводника отказались - сами все посмотрим, не заблудимся. На что волхв пожал плечами и дал добро - мол, все равно скрывать в Древицах нечего, гуляйте, где хотите. С таким напутствием мы всей командой отправились изучать деревню.
  
   Древицы представляли из себя гибрид среднестатистического росского села и форпоста на границе с враждебным государством - три прямые улицы с разнокалиберными домами, полтора десятка переулков, одна корчма, две конюшни и все это богатство обнесено солидной толщины частоколом в два человеческих роста. По внутренней стороне частокола было пристроено нечто вроде настила, чтобы в случае чего защитники Древиц могли обстреливать врага всеми подручными средствами безо всяких затруднений, к тому же во время самовольной экскурсии мы насчитали штук шесть смотровых вышек, на каждой их которых сидело по мрачному эльфу с луком и солидным запасом стрел. Честно говоря, мы не поленились и слазили на настил у северных ворот, обращенных к Серому Урочищу. Данте и здесь оказался прав, говоря о том, что с этой стороны частокол должен быть не просто исцарапан, а, как минимум, прогрызен до дыр. В сущности, так оно и оказалось, поэтому сейчас по ту сторону частокола под бдительным оком эльфа на вышке трудились люди, заменяя проломленные бревна новыми.
  -- Как будто к войне готовятся, - тихо сказала Хэлириан, разглядывая из-за частокола суетящихся внизу рабочих.
  -- А у них и есть война. - В тон ей ответил Данте. - Не удивлюсь, если узнаю, что стычки с нежитью у них случаются по два раза в неделю. Слишком уж близко Серое Урочище.
  -- Ева, а о чем вы с Вилькой вообще думали, когда решили поселиться именно здесь? Вам что, в Стольном Граде приключений не хватало? - Алин задумчиво рассматривал низину, затянутую пепельно-серым туманом, сквозь который проглядывали только кривые остовы деревьев и низкие кусты. С северной стены Серое Урочище было видно особенно хорошо - постоянно перемещающиеся клубы густого тумана, который не развеивался даже под сильным северным ветром, дувшим с гор Гномьего Кряжа, сплошной стеной стоявших где-то впереди - верст тридцать до подножия, не больше.
  -- Наверно, не хватало. - Я отвернулась от величественных гор, и холодный ветер тотчас взъерошил мои и без того растрепанные короткие пряди, обдав затылок холодом. - Ты ведь тоже не просто так из Серебряного Леса сбежал. Чего тебе там не хватало? Вот и я точно так же. Как мне кажется, я из тех людей, которые не могут долго усидеть на одном месте - им постоянно надо куда-то идти.
  -- Пока не придешь туда, где действительно твое место? - Я скосила на Алина взгляд и внезапно прочитала в серебряных эльфийских глазах понимание. В кои то веки Алин не стал строить из себя ловеласа всех времен и народов, а просто постарался понять меня, ведунью без рода и племени, человеческую девушку, не знавшую, где ее место в этой жизни, и поэтому уезжавшую из дома при первой же возможности.
  -- Скорее всего. - Я тепло улыбнулась Алину и поплотнее закуталась в плащ, стараясь защититься от пронизывающего холодного ветра конца рюина. - Меня ведь нашли в сугробе, и даже наставник не смог узнать, кто же мои родители. Не то, чтобы я хотела увидеться со своей родней - все-таки, они бросили меня умирать, но жить, не зная, кто ты, даже не представляя, кем были твои родители, очень непросто. Я даже не знаю, какое имя дали мне при рождении, и давали ли его вообще... Поэтому я и не могу долго находиться в одном месте - я чувствую, что это не мой дом. Может, я смогу когда-нибудь найти такое место, откуда мне не захочется сбежать, но пока я везде только гостья...
  -- Может, спустимся вниз? - Хэлириан шмыгнула покрасневшим на холоде носом и укоризненно посмотрела на нас. - Тут вообще-то холодно!
  -- Тут везде холодно, - задумчиво отозвалась я. - Все-таки рюин на исходе, а мы к тому же находимся гораздо севернее Стольна Града.
   Хэл с Вильей уже спустились с настила и теперь подгоняли нас ехидными комментариями, стоя внизу у ремонтируемого частокола. Данте пожал плечами и, не утруждая себя спуском по лестнице, попросту спрыгнул вниз с высоты доброго десятка локтей. Я слегка присвистнула, отчетливо понимая, что так по-кошачьи мягко приземлиться мне не удастся никогда, и помимо воли задумалась о том, какая же раса наделила Данте такими качествами. Эльфийское происхождение отметалось сразу же - я уже достаточно насмотрелась на полуэльфа в Вилькином исполнении, и могла с уверенностью сказать, что эльфы тут не замешаны. Истинные оборотни? Да нет, вряд ли. Хотя... Иногда в движениях Данте проявлялась какая-то текучая грация, которая свойственна оборотням, но...
   От размышлений меня оторвал Алин. Эльф вопросительно уставился на меня, слегка приподняв золотистую бровь.
  -- Что? - Не поняла я.
  -- Ты идешь? - Алин был само терпение, присущее всем эльфам.
  -- Алин, да не обращай ты на ее причуды внимания! - Весело прокричала Вилька снизу. - Она постоянно где-то в облаках витает! Не трогай ее, и все будет в порядке - намечтается, и сама на землю спуститься. Кстати, Ева, ты по-прежнему собираешься там торчать, или как?
  -- Я... - Мой взгляд помимо воли притянуло к самой высокой вершине горной цепи Гномьего Кряжа - Рассветному пику, так хорошо видному отсюда. Западный пик лежал сразу за Серым Урочищем, а Рассветный пик виднелся чуть дальше в северно-восточном направлении. Наша цель... И словно со стороны, я услышала свой собственный голос.
  -- Я остаюсь.
  -- Ну, как хочешь. - Вилька едва слышно фыркнула, после чего возвысила голос. - Алин, хоть ты-то с нами идешь? В местной корчме, говорят, подают неплохую дичь, а мне уже так надоело питаться походной кашей, особенно после орочьей галеры...
  -- Вилья, идите, мы с Еваникой присоединимся к вам чуть позже.
  -- Ну, как хотите. Хэл, Данте, пошли отсюда. А эти пускай мерзнут, раз уж им это больше нравиться.
   Ответа я не расслышала, но по удаляющемуся звуку высокого Вилькиного голоса поняла, что ребята действительно пошли искать пристанища в корчме. Я чуть изогнула губы в мимолетной улыбке - теперь уж Вилька однозначно закатит пир на весь мир в корчме. То-то она так алчно поглядывала в ее сторону...
   Холодный порыв ветра взметнул мои волосы и заставил плотнее запахнуться в плащ. Сумерки медленно спускались на землю, и в этом зыбком синеватом свете неровные клочья тумана, клубящегося в Сером Урочище, начали едва заметно светиться призрачным перламутровым светом. М-да, неуютно... Я вздрогнула от нового порыва ветра, и тотчас почувствовала, как на плечи мне лег еще один плащ.
   Темно-зеленый, ниспадающий тяжелыми складками и согретый чужим теплом.
   Я подняла глаза и столкнулась с теплым, немного ехидным взглядом серебряных глаз, которые слегка светились в наступающих сумерках. "Совсем как туман Серого Урочища" - почему-то подумалось мне.
  -- О чем ты сейчас думала? - Алин смотрел на меня внимательно, словно стараясь прочесть что-то в моих зрачках. Бледно-золотые волосы стлались по ветру, словно степной ковыль, тускло мерцая на кончиках.
  -- А что?
  -- У тебя было такое лицо... Словно ты ушла куда-то далеко, очень далеко.
  -- На самом деле, довольно близко. - Я кивнула в сторону перламутрового тумана. - Завтра мы пойдем туда. И знаешь что? Я думаю, что не обязана идти через Серое Урочище только для того, чтобы помочь чужому мне Андариону обрести короля. Я смотрю на этот туман - и не понимаю, зачем я делаю все это? Зачем поперлась в такое опасное путешествие? Чтобы помочь Хэл? Да, безусловно. Я хочу помочь ей. Но на Рассветный пик я поднимусь не ради нее. Даже не ради себя. Я просто чувствую, что должна подняться туда...
  -- Тогда тебе надо просто следовать зову своего сердца, а понимание придет само собой. - Эльф улыбнулся и легонько коснулся моих волос. Я улыбнулась в ответ и тут же оглушительно чихнула.
  -- Будь здорова! - Улыбка Алина стала еще шире. - Знаешь, мне кажется, что с нашей стороны будет разумней пойти в корчму, а не то ты простынешь.
  -- Что, добровольно предлагаешь прервать наше уединение? - Язвительно отозвалась я, на что Алин скорчил максимально трагичную гримасу и произнес пафосным тоном:
  -- Поверь, Еваника, каждый миг нашего уединения бесценен, но забота о твоем хрупком здоровье намного важнее даже самых возвышенных реалий, посему я предлагаю проследовать в корчму, где твое здоровье не будет подвергаться испытаниям холодом и сыростью этого осеннего вечера!
  -- Господи, Алин, - пораженно выдохнула я. - Как ты умудрился выговорить все это на одном дыхании???
  -- Обучение велеречивости и складному слогу входит в обязательную программу образования эльфов. - Церемонно склонил голову Алин, и тотчас задорно улыбнулся. - А вкратце - Ева, давай-ка свалим отсюда по-хорошему, пока ты и в самом деле насморк не подхватила. А то Вилька на радостях всю корчму споит, а нам не оставит!
  -- Как можно! - Весело воскликнула я, уже сбегая вниз по скрипящим деревянным ступеням. - Алин, за мной!
   Алин действительно не ошибся в своих предположениях: когда мы, раскрасневшиеся от вечернего холода, с обветренными губами и хохочущие во весь голос, ввалились в благословенное тепло древицской корчмы, веселье там уже шло полным ходом. Достаточно будет сказать, что посетители уже стояли на ушах, стекла тряслись от взрывов хохота, а Вилька уже распевала какую-то залихватскую песенку из обширного репертуара росских вояк. Судя по тому, что песни были еще относительно приличные, Вилья была еще трезвая, но, судя по объемистой пивной кружке перед ней, состояние такое продлиться еще недолго, и скоро корчма услышит матерные частушки, которая подруга знает в неимоверном количестве, но исполняет неохотно и только будучи в легком подпитии.
   Увидев нас с Алином в дверях корчмы, Вилья радостно заорала и замахала нам руками на манер неисправной мельницы.
   И вот тут-то я и уловила в смехе подруги некоторую нервозность, а, заглянув в абсолютно трезвые серо-зеленые глаза, поняла, что Вилья использует последнюю возможность повеселиться перед тем, как мы пойдем сквозь Серое Урочище. Кажется, полуэльфийка не хуже меня понимает, насколько опасным будет этот переход. Как говорится, перед смертью не надышишься...
  -- Еваника! Где столько шлялась??? - Вилька подскочила ко мне, оставив Хэл смущенно хихикать в компании молодых травников, и тотчас утянула к столу, распихивая окружающих и расчищая мне местечко рядом с собой. - Веселись, подруга, а завтра мы постараемся остаться в живых!
  -- Вилья! - Возмущенно зашипела я, взглядом указывая в сторону Хэл. - Перепугаешь нам ребенка до полусмерти, и что мы с ней завтра делать будем?
  -- Ребенка, говоришь... - Протянула Вилья. - Ева, а ты знаешь, что Хэл старше нас с тобой разика эдак в два с чем-то?
  -- Че-е-его??
  -- Того-о! - Передразнила подруга, подцепляя на вилку кусочек печеной баранины и отправляя его в рот. - Хэлириан, к твоему сведению, почти пятьдесят шесть лет.
  -- Че-е-его?? - Кажется, я начинаю повторяться. Но ведь Хэл ведет себя как наша ровесница, да и взгляд у нее совсем наивный...
  -- Не веришь - спроси у нее сама. Хэл, а Хэл, я тут Еве сказала, сколько тебе лет, а она не верит. Может, сама объяснишь? - Хэлириан, грациозно откинув с лица темные волосы и глядя на меня абсолютно честными глазами, подтвердила слова полуэльфийки.
  -- Вообще-то айраниты живут ой как долго... Примерно как эльфы - то есть для айранита пятьдесят шесть лет это ранняя юность, еще даже несовершеннолетие.
  -- Оп-па! - Только и смогла произнести я.
  -- Именно! - Довольно подтвердила раскрасневшаяся Хэлириан.
  -- Та-ак, пожалуй, я пойду... Кстати, а куда Данте делся? Он вроде бы с вами уходил.
  -- Уходил. Только вот до корчмы не дошел.
  -- Не поняла? Виль, ты где его потерять умудрилась?
  -- Никого я не теряла. - Обиженно протянула подруга. - Что он, маленький? Он довел нас с Хэлириан до корчмы, а сам куда-то смылся. Ева, расслабься ты наконец! Последний день гуляем!
   С этими словами Вилья сунула мне в руки деревянный кубок с подогретым сладким вином и пододвинула блюдо с бараниной. Я печально посмотрела сначала на вино, потом на аппетитно пахнущую баранью ногу и, махнув рукой на все, что принесет нам день грядущий, попыталась проникнуться атмосферой веселья, царившего в корчме...
  
   Разбудила меня Хэлириан. Темноволосая девушка честно пыталась меня растрясти, после чего, разочаровавшись в таком способе побудки, применила самый экстремальный метод - вылила мне за шиворот полкружки холодной воды...
   Визг, наверное, перебудил полдеревни.
   Я подскочила на месте, отряхиваясь от ледяной воды и при этом матерясь, как орк, которому в толпе наступили на любимую и старательно лелеемую долгие годы мозоль.
  -- Хэл, ...!!! Что на тебя ... нашло???!!! - Хэлириан, если судить по выражению лица, резво сменившего цвет с бледно-розового до пурпурного, едва не докатилась до разрыва сердца при виде моей физиономии после такой побудки, но быстро взяла себя в руки и, с удовольствием выслушав мой семиэтажный монолог, радостно пояснила:
  -- Так ведь рассвет уже. - Ах, да. Мы ведь собирались с рассветом двинуть в сторону Серого Урочища... Но по ощущениям я в кровать-то упала часа три назад!!!!
   Я испустила долгий, протяжный стон человека, находящегося на пороге смерти.
   Хэл передернулась, но не отступила. Пришлось вставать и, путаясь в подоле длинной ночной рубашки, идти умываться. Пока я честно пыталась проснуться и собрать разъезжающиеся мысли в кучу, Хэл радостной птичкой щебетала у меня над ухом, помогая проснуться.
  -- ... И вот когда ты этого черта вызвала, травники прям окосели от удивления!
  -- Что??? - Я ошарашенно вынырнула из пушистого полотенца, принесенного Хэл, и пораженно уставилась на нее. Та в свою очередь не менее удивленно посмотрела на меня и тихо переспросила:
  -- Ева, ты что, не помнишь, как вы с Вилькой вчера погуляли??? - Я покопалась у себя в памяти и, не найдя там ничего лишнего, честно ответила.
  -- Нет. На самом деле последнее, что я помню - это то, как Вилька поет матерные частушки, стоя на скамейке.
  -- Так я тебе напомню! - Счастливо улыбнулась Хэл. - Потом ты с каким-то травником поспорила, что сможешь вызвать всезнающего горного духа и выяснить, откуда же взялось Серое Урочище...
  -- Ага...
  -- Ты правильно дочитала почти до конца заклинание вызова, но когда надо было сказать имя того, кого вызываешь, один из травников уронил что-то в печь, это что-то взорвалось, и ты вместо имени горного духа сказала "Вот, черт!!"
  -- М-м-м...
  -- И появился черт, здоровенный такой, весь красный и с рогами в два вершка.
  -- ????!!!!
  -- Он сначала очень удивился, когда увидел, куда его занесло, и довольно недружелюбно поинтересовался, какого хрена его вытащили из преисподней, ему и там хорошо было.
  -- Вот ...!
  -- А еще больше он удивился, когда не нашел пентаграммы на полу, которой обычно огораживаются заклинатели, и еще недружелюбней сказал... В общем, он сказал, что сейчас порвет всех на ленточки, но тут влезла ты.
  -- Я?
  -- Да, ты ему очень эмоционально сообщила, что его, собственно, на праздник пригласили, и предложила ему выпить.
  -- Мама... Роди меня обратно!!!!
  -- В общем, вы очень душевно пообщались, черт выдул ведерную бутыль гномьего самогона, после чего продемонстрировал тебе огненную отрыжку, от которой обуглилась вся восточная стена корчмы вместе с дверью.
  -- У-у-у...
  -- Кстати, за дверь корчмарь хотел содрать с тебя серебряную гривну, но черт показал ему кулак, и корчмарь сразу же заявил, что весь ущерб заведению пойдет за счет заведения.
  -- Ы-ы-ы!!!!
  -- А потом дверь вышибли со стороны улицы, и появился Данте. Когда он увидел, что ты пьешь с чертом на брудершафт, то у него глаза стали размером с золотую гривну, а когда до него дошло, что вы сделали с корчмой, то он попытался утащить тебя к Силантию...
  -- Мне конец...
  -- Но ты упиралась и орала, что не сегодня-завтра умрешь, поэтому хочешь погулять на поминках по поводу своей загубленной молодой жизни, в которой тебе так хотелось любви и ласки, но как-то не сложилось. Данте с чертом немного поспорили, но все-таки Данте одержал верх и принес тебя сюда, к волхву. Отсыпаться. А черт с Вилькой и травниками еще немного покуролесили, а потом разошлись по домам: черт к себе, в преисподнюю, травники кто куда, а Вилька сейчас отсыпается в соседней комнате. А еще...
  -- Хэл, достаточно... - еле слышно простонала я. Ну и погуляла же я вчера! Хос-с-споди, да я в жизни так не куролесила!!! С чертом на брудершафт пила, корчму чуть не разнесла... Ужас, знал бы наставник, КОГО он выудил тогда из сугроба - засунул бы обратно и быстренько пошел своей дорогой.
   Я покачала головой и тут же поморщилась, поскольку в висках закололо тупыми иголками. Пришлось кое-как добираться до своей сумки, где я, пошарив, выудила небольшую бутыль, где плескался отвар темно-зеленого цвета, и душевно хлебнула из нее.
   От мерзкого вкуса я поперхнулась и едва не оставила глаза рядом с этой самой бутылью, но сдержалась, и ровно через двадцать четыре секунды все признаки похмелья исчезли, оставив после себя только легкий шум в ушах. Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, постепенно приходя в себя, когда дверь рывком распахнулась, и в комнату ввалился Данте. Не обращая внимания на мой внешний вид, он рявкнул на всю комнату:
  -- У частокола нежить! Еваника, натягивай куртку и сапоги и марш на стену - маги там нужны позарез!
   Сказал, и тут же исчез в узком дверном проеме. Мы с Хэл переглянулись и я, набросив куртку прямо поверх ночнушки и натянув дриадские сапоги, пулей вылетела из комнаты, прихватив у двери свой сиротливо валявшийся меч.
  

Глава 10.

   На выходе мы столкнулись с толком не проспавшейся, а оттого вдвойне обозленной Вильей и, переглянувшись, вывалились во двор. Как я успела заметить, Вилька выглядела гораздо более собранной, чем я - по крайней мере, у нее не вылазила ночнушка из штанов. Все-таки в армии ее кой-чему научили, и теперь полуэльфийка предстала передо мной почти в полном боевом облачении, одетая и при оружии. Я же годилась только на то, чтобы выставить меня в качестве пугала на соседнем поле - не только вороны, но и нежить бы шугалась: волосы чуть ли не дыбом, из под куртки выглядывает плотная льняная ночная рубашка до середины икры, которая в предрассветной мгле с грехом пополам могла-таки сойти за платье, и почти новые полусапожки, обметанные темной грязью.
   Вилья на бегу критически оглядела меня с головы до ног и невозмутимо поинтересовалась, зачем меня позвали на стену - уничтожать нежить или же попросту запугивать ее до икоты и потери рассудка. Я фыркнула и съязвила, что время, которое я могла потратить на одевание, было использовано с целью снятия похмельного синдрома, после чего одарила скуксившуюся Вильку торжествующим взглядом, и мы втроем зарысили в сторону северной стены, у которой слышались крики и грохот пополам с визгом и шипением, характерным для нечисти.
  -- Что там происходит? - Прокричала Вилька на бегу.
  -- Не знаю! Данте сказал, что нежить напала, и на стене нужны маги. - Я перепрыгнула через забытое на дороге пустое ведро и прибавила скорость, следуя за размеренно бегущей к северным воротам Вилькой. Сзади тяжело дышала Хэлириан, да и у меня дыхание начало сбиваться, когда мы выскочили на небольшую площадь перед воротами.
  -- ...! - Душевно высказалась Вилья, и я была с ней полностью согласна.
   У частокола кипел бой. Через заостренные колья сразу в трех местах пыталось перелезть что-то крупное и зубастое, но пока защитники Древиц держались. Эльфы на вышках осыпали копошащуюся по ту сторону частокола нежить заговоренными стрелами, но это не сильно помогало - она упорно пыталась перелезть через забор и добраться до людей. Среди мельтешившего по настилу народа я заметила темную фигуру Данте с его неизменным двуручником, который тенью мелькал у края частокола, отправляя обнаглевшую нежить на тот свет точно выверенными ударами обоюдоострого лезвия.
   Мимо нас пробежал волхв Силантий с двумя травниками помоложе, жонглируя сумками, в которых что-то мелодично позвякивало. Вилька хлопнула меня по плечу и устремилась вслед за травниками, а я развернула к себе побледневшую Хэлириан.
  -- Хэл, спрячься где-нибудь на чердаке поближе и перекидывайся. Только смотри, чтобы тебя никто не заметил. Будешь прикрывать нас своей магией оттуда. Ясно?
  -- Но почему мне нельзя перекинуться прямо здесь?
  -- Да потому что люди этого не поймут!!! И могут тебя зачислить в неизвестный доселе вид нежити, вылезший из Серого Урочища!!
  -- Но...
  -- Не все люди такие, как Лексей Вестников, Вилька или я! И почти все люди бояться неизвестного! Поэтому могут убить тебя - в такой суматохе никто разбираться не будет, нежить ты или нет. Ясно тебе? - Хэл кивнула и рванула в ближайший двухэтажный дом, стоявший в трех саженях от ворот. Слава богу, что она меня послушала, иначе ее и впрямь могли убить в неразберихе...
   Со стороны ворот что-то оглушительно прогрохотало и по ту сторону частокола взметнулось ярко-голубое пламя. Нежить хором взвыла и внезапно стихла. Я стрелой взлетела по деревянным ступенькам и попыталась увидеть, что же твориться за частоколом, но взорвавшееся зелье дало такой густой черный дым, что не было видно ровным счетом ничего, лишь слышалось удаляющееся глухое ворчание. За спиной у меня невесть откуда возник Алин, державший в левой руке измазанный темной кровью и слизью короткий меч. В левой - потому что правая рука была располосована почти до кости когтями нежити, и кровь ручьем стекала по изодранному рукаву куртки. Эльф успел наложить жгут, чтобы избежать большой кровопотери, но рука уже его не слушалась и висела безжизненной плетью. Я ахнула и попыталась было помочь, но Алин остановил меня.
  -- Это еще не все. Нежити слишком много и просто так она не уйдет.
  -- Что за нежить?
  -- Не знаю. Размером она с дворовую собаку. И у нее вытянутая морда с двумя рядами зубов, шесть лап и на двух передних всего один коготь, зато в полтора вершка длиной.
  -- Понятно. Выверна скальная, шестилапый подвид. - Определила я. Плохо. Этот вид нежити уже практически истребили по всей Роси, а заодно в прилегающих государствах. Отдельные ее представители еще изредка встречаются на перевалах Гномьего Кряжа, но этот вид уже считается вымирающим. И на тебе - в Сером Урочище, как оказалось, живет целая популяция этих существ...
   Дым уже начал рассеиваться, когда я услышала прямо у себя за спиной характерное для выверны шипение. Я, не оборачиваясь, вслепую метнула в сторону нежити лучистый бледно-голубой пульсар, но промазала и выверна, не обрадовавшись такому обращению, под прикрытием густого дыма прыгнула прямо в мою сторону. Я ощутила движение воздуха рядом с собой, а по шее меня хлестнул узкий, лишенный шерсти хвост.
   Я взвизгнула и шарахнулась к частоколу, а нежить, промахнувшись, недовольно зашипела и нацелилась в незащищенную спину одного из травников...
   Заклинание экзорцизма я читала уже на уровне автоматизма.
   Вокруг меня заплясали изумрудно-зеленые молнии, и через секунду они построили вокруг меня ярко сверкающую "клетку", из "прутьев" которой в ощетинившуюся выверну вылетела короткая молния, облепила истошно завизжавшую нежить и сдавила так, что существо почти моментально превратилось в изломанный мешок плоти и костей.
   Заклинание Зингары - одно из самых мощных в моем арсенале и обладает конкретной целенаправленностью. Можно настроить ее на уничтожение нечисти, а можно построить его так, что оно будет убивать людей. Но я была нацелена на нежить, так что изумрудные молнии, то и дело вылетавшие из "кокона", разили только выверн.
   Я оглянулась - дым почти рассеялся, и нечисть уже не рисковала лезть на частокол, предпочитая выжидать с той стороны, но у меня времени на выжидание не было. Экзорцизм будет действовать еще секунд двадцать, не больше, и второй раз я вызвать его не смогу - сил не хватит. Поэтому я глубоко вздохнула и сделала самый сумасшедший поступок в моей жизни.
   Пятнадцать секунд...
   Я перемахнула через частокол и приземлилась по ту сторону ворот, оказавшись лицом к лицу с озверевшей от запаха крови нежитью...
   Десять секунд...
   Экзорцизм разошелся не на шутку. Изумрудные молнии сполохами озаряли пространство вокруг меня, и я знала, что каждая молния - это еще одна выверна, пытавшаяся убить меня...
   Пять секунд...
   К изумрудным молниям прибавились другие. Снежно белые, длинные и тонкие. Они взрыхляли землю в ладони от меня, создавая почти непробиваемый заслон. Я слабо улыбнулась - молнии прилетали как раз со стороны чердака, на котором обосновалась Хэлириан...
   Заклинание иссякло, и я обессилено опустилась на землю. Выверны, поскуливая, уже скрывались в тумане Серого Урочища, а за частоколом установилась странная тишина, но я уже не могла поднять голову и посмотреть, что же там наверху творится. Я была не просто опустошена - выжата досуха, не было ни сил, ни желания даже подняться со стылой земли, которая так приятно холодила колени сквозь льняную сорочку...
   Наверху раздался шорох и рядом со мной аккуратно спрыгнул Данте. Я взглянула на него, и вздрогнула - на его лбу красовался длинный порез из-за чего лицо его превратилось в жутковатую кровавую маску. Он посмотрел на меня и улыбнулся. Честно говоря, белоснежная улыбка на фоне залитого уже подсыхающей кровью лица смотрелась устрашающе, но мне почему-то стало спокойнее на душе - если бы случилось что серьезное, то Данте не улыбался бы так широко и открыто.
   Он протянул мне руку, измазанную темной кровью нежити, и я без колебаний приняла ее.
  -- Теперь я верю, что ты сможешь провести нас через Серое Урочище. - Данте улыбнулся еще шире и потянул меня, помогая встать. Я честно пыталась подняться, но ноги меня совершенно не держали - после такого мощного заклинания мне вообще надо бы в идеале пару часиков поспать и выпить чашку куриного бульона с горячим пирожком, но, как мне кажется, такая радость не для меня. По-моему, Данте все понял - он подхватил меня на руки и прокричал Силантию, который с беспокойством свесился с частокола.
  -- Волхв, открывай ворота!! Нашей Еванике нужен отдых!
   Ворота почти сразу со скрипом начали раскрываться, а я, прижавшись к груди Данте, слушала размеренное, чуть подрагивающее биение его сердца, под которое незаметно задремала...
  
   После нападения выверн травники во главе с Силантием и мной в качестве скорой магической помощи в течение суток буквально не смыкали глаз. Во время нападения пострадал не только Алин - были ранены еще с десяток жителей Древиц, преимущественно те, кто имели несчастье работать за частоколом. К счастью, никто не погиб, но раны, нанесенные когтями нежити, быстро загнаивались, а трупный яд, содержащийся в слюне выверн, приводил к смерти, если его не вывести из организма в течение шести-семи часов. В общем, после того, как я более-менее пришла в себя, меня попросили помочь с ранеными.
   Могли бы и не просить, кстати.
   Кое-что в травах я понимала, да и магия для несложных заклинаний против воспаления ран и остановки кровотечения восстановилась минут через двадцать после применения экзорцизма. Поэтому, стоило только одному из травников робко заикнуться о том, что волхв Силантий просил помочь с ранеными, я моментально подхватила с лавки свою сумку со снадобьями и вышла под увещевания Вильки "погодить чуток, и так наколдовалась". Алина я, несмотря на его неясные бормотания типа: "Я - эльф, я потерплю, на меня яд нежити почти не действует, иди, займись другими!", перебинтовала одним из первых, поскольку у него уже был жар, а распухшее предплечье вызывало немалые опасения. Правда, после того, как я почистила рану заклинанием и наложила повязку, смоченную в специальном настое, ускоряющем заживление ран, опухоль немного спала, но что-то определенное можно будет сказать не раньше, чем через несколько часов. В ту ночь не спал ни Силантий с помощниками, ни я - яд выверн оказался каким-то на редкость стойким, выводился из организма долго, несколько дольше, чем обычно, при этом у раненых начиналась сильная лихорадка...
   К рассвету состояние одного из раненых - того самого парнишки, который принимал у нас лошадей при въезде в Древицы - сильно ухудшилось, и он, несмотря на все наши усилия, скончался с первым лучом солнца, так и не приходя в сознание. Остальные же чувствовали себя несравненно лучше, по крайней мере, все они сумели погрузиться в исцеляющий сон, необходимый для скорейшего выздоровления.
   Меня шатало от усталости, когда я после тревожного дня и не менее тревожной бессонной ночи вышла на порог дома, в котором разместили раненых. Неожиданно яркое осеннее солнце, уже показавшееся из-за горизонта, но все еще касающееся его нижним краем, резануло уставшие глаза, словно кинжалом, и я зажмурилась.
   Жалко, очень жалко было того паренька, который не сумел выкарабкаться, несмотря на все усилия волхва Силантия. Хотя, если совсем честно, то когда я увидела его, судорожно зажимавшего распоротый вывернами живот, то почему-то сразу подумала, что не жилец он уже на этом свете... Когда я проходила обучение у Лексея Вестникова, то наставник научил меня определять, выживет ли больной. В первый раз мне пришлось накрывать чистой холстиной лицо женщины, скончавшейся в результате неудачных родов - ребенок был неправильно расположен в утробе, и наставник честно сказал женщине и ее мужу, что спасти мы сможем либо мать, либо дитя. Женщина выбрала ребенка. Малыш родился здоровым, но роженице мы ничем помочь не сумели - что поделать, иногда даже такие сильные волхвы, как Лексей Вестников, бессильны...
   Я на всю жизнь запомнила лицо с остекленевшими глазами, на котором застыла счастливая улыбка - перед смертью женщина успела услышать плач своего сына...
   Налетевший ветер ледяным кнутом стеганул по ногам, прикрытым только испачканной в крови и отварах сорочке - я так и не успела переодеться, да и не до того было. Я бросила взгляд на заснеженные вершины гор, стеной вставших в тридцати верстах от Древиц, и, устало перебирая ногами, направилась к дому Силантия - сменить изгвазданную одежду и, если получиться, попытаться хоть чуть-чуть выспаться.
   К счастью, изба волхва находилась всего-навсего через два дома от импровизированного лазарета, и за прошедшие сутки я с молодыми травниками не раз бегала туда за забытыми впопыхах снадобьями и травяными сборами. Господи, мы, наверное, не давали выспаться ни Вилье с Хэлириан, ни Данте - так часто мы носились туда-сюда, да еще обсуждая на ходу, где лежат чистые бинты, где - снадобья, а где развешаны пучки трав. По правде говоря, Вилька с Хэл первое время пытались нам с травниками помочь, придерживая раненых во время первой перевязки и кипятя воду для отваров, но потом они стали только мешаться, путаясь в склянках со снадобьями и сухих сборах, и Силантий отправил их на отдых. Данте продержался дольше всех, помогая поить раненых снотворным, но к вечеру пришлось отослать и его, потому как отличить после напряженного дня жаропонижающий отвар от снадобья против воспаления ран мог только травник. Или, на худой случай, ведунья, обучавшаяся у волхва, поскольку отвары были очень похожи друг на друга, и отличить один от другого можно было только по осадку, скапливающемуся на дне стеклянной бутылочки.
   Я тихо приоткрыла едва скрипнувшую входную дверь, которую не было смысла запирать - воров в Древицах не было, да и возиться с замком каждый раз, когда прибегаешь за очередным снадобьем, не хотелось никому - и проскользнула в темные сени. Половицы еле слышно скрипели, когда я пробиралась мимо закрытых дверей комнат, где располагались мои друзья. Дело в том, что изба у Силантия была просторной, но комнат было всего четыре - три внизу и один большой "зал" на втором этаже, где у волхва хранились все его травы и снадобья, поэтому хозяин временно разместил нас по принципу "мальчики - налево, девочки - направо". То есть я с Вильей и Хэлириан поселилась в одной большой комнате, а ребята - в комнате поменьше, которая была напротив нашей. В задней комнате располагался Силантий, но сегодня он будет отдыхать в "лазарете", чтобы в случае чего помочь раненым, поэтому я решила, что ничего страшного не случится, если я посплю в комнате волхва - будить подруг на рассвете не хотелось, они и так умаялись. А в том, что я их разбужу, сомнений даже не было - Вилья с рождения наделена острым слухом, и стоит мне только войти в комнату, как она гарантированно проснется. А так она подумает, что Силантий вернулся...
   Я осторожно приоткрыла дверь нашей общей комнаты и поманила к себе рубашку и штаны - за прошедшие сутки сорочка был безнадежно испорчена, а ложиться в кровать в заляпанной ночнушке я не собиралась. Поэтому, стоило только одежде оказаться в моих руках, я аккуратно прикрыла дверь и, пошатываясь от усталости, направилась к дальней комнате.
   Но не успела я взяться за искусно выточенную деревянную ручку, как почувствовала легкое движение воздуха за спиной. Я обернулась и оказалась лицом к лицу с Данте. На нем были только темно-коричневые, почти черные штаны и наспех накинутая белая рубашка с распущенной шнуровкой, а волосы растрепались и спутанными прядями обрамляли узкое лицо, на котором застыло беспокойство. Похоже, что он тоже не спал этой ночью.
   Я прижала палец к губам, кивая на дверь в комнату, где спали девушки, и почти бесшумно проскользнула в комнату Силантия, знаком попросив Данте следовать за собой. И только оказавшись в комнате волхва, я позволила себе сползти вниз по стене, прижимая к себе одежду. Данте присел на корточки рядом со мной:
  -- Ты как?
  -- Ужасно, - ответила я, откидывая гудящую голову на стену, обшитую березовыми досками и закрывая покрасневшие, слезящиеся после бессонной ночи глаза. - Мы так и не смогли помочь одному пареньку.
  -- Это не твоя вина. - Я, не открывая глаз, тихо ответила:
  -- Я знаю. Наставник когда-то помог мне понять, что даже лучший на свете целитель не всегда в силах помочь страждущему, но... Все равно тяжело смотреть на то, как умирает семнадцатилетний мальчик. Это просто несправедливо. Неправильно.
  -- В жизни всякое случается. Ты ведь сделала все, что могла. - Его голос прозвучал непривычно мягко и я, с трудом открыв глаза, посмотрела на него.
  -- Знаю. Но этого было недостаточно.
  -- Не переживай так сильно, тебе надо отдохнуть. Ты очень устала.
  -- Устала... - эхом повторила я. - Данте, помоги мне подняться.
   Он тотчас осторожно приподнял меня и я, цепляясь за его плечи, сумела встать. Данте помог мне дойти до кровати, накрытой лоскутным одеялом, и одним рывком откинул его.
  -- Давай, ложись. Тебе просто необходимо выспаться.
  -- Знаю. Но еще мне надо переодеться. Не ложиться же в чистую кровать в такой сорочке. - Я выразительно посмотрела на него. Данте фыркнул и отвернулся, демонстрируя мне свой тыл. Симпатичный, кстати. И спина, и то, что ниже... Кхм... Кажется, от усталости у меня слегка крыша поехала в неизвестном направлении, раз уж я начинаю отвлекаться на такие обстоятельства...
   Я быстренько скинула с себя заляпанную чужой кровью и грязью сорочку и облачилась в относительно чистые брюки и рубашку. О том, что неплохо было бы причесаться, я даже и не думала.
  -- Кажется, сорочку проще выкинуть, чем отстирать... - Мрачно пробормотала я, разглядывая разноцветные пятна, украсившие подол.
  -- Забудь об этой ерунде. - Данте подошел ко мне и вырвал скомканную ночнушку из моих рук. - Тебе необходимо отдохнуть, вон, глаза уже слипаются.
  -- Не слипаются... - сонно пробормотала я, с наслаждением вытягиваясь на прохладных простынях, и почти моментально проваливаясь в сон.
  -- Нет, ты уже спишь... - Данте осторожно провел ладонью по моим спутанным, чуть ли не торчком стоящим коротким волосам, и накрыл меня теплым лоскутным одеялом.
   Он тихо сказал что-то еще, но я не разобрала слов.
   Я уже спала.
  
   Мы пробыли в Древицах еще четыре дня, терпеливо дожидаясь, пока раны Алина затянутся настолько, чтобы он мог продолжить с нами путешествие к Рассветному пику. Всего лишь один раз Вилька заикнулась о том, что неплохо было бы оставить эльфа на попечении Силантия, а самим по утреннему холодку свалить в Серое Урочище, но Алин метнул в сестру такой красноречивый взгляд, что Вилька моментально приумолкла и больше эту тему не поднимала.
   Оказалось, что у эльфов потрясающая способность к регенерации - к вечеру третьего дня от глубоких борозд, пропаханных когтями выверны, остались только ярко-розовые шрамы, белевшие всякий раз, когда Алин напрягал мышцы, но самое главное - то, что рука уже безукоризненно повиновалась. Да и меч Алин держал уверенно, не беспокоясь о том, что раненую руку может свести судорога.
   На рассвете четвертого дня меня разбудили дикие вопли подозрительно знакомой тональности. Я, спросонья не разобравшись, что к чему, резко подскочила на кровати, из-за чего и пострадала - край кровати оказался слишком близко. Вопли, раздававшиеся над ухом, прекратились, как только я заявила о своем присутствии громким стуком падения и трехэтажной фразой. Наконец я разлепила веки и с удивлением узрела растрепанную Хэл, до пояса высунувшуюся в окно прямо в ночной рубашке, в то время как под окном звучали до боли знакомые Вилькины вопли.
  -- Что, черт возьми, тут происходит??! - Возопила я, расставаясь с мыслью хоть раз в жизни выспаться в этой сумасшедшей компании.
  -- Ева? - Удивленно переспросила Хэл, заглянувшая обратно в комнату.
  -- Нет, призрак твоей давно умершей прабабушки. - Буркнула я, зевая во весь рот и подходя к распахнутому настежь окну, оттесняя Хэл от столь облюбованной ею позиции.
  -- Эй, народ, что за вопли с утра пораньше? - Обратилась я уже к Вильке, которая увлеченно гоняла кого-то по улице, вооруженная невесть где выломанным дрыном. - Подруга замерла, услышав мой голос, и, обернувшись в сторону окна, радостно отсалютовала мне импровизированной дубиной.
  -- Ев, извини, что разбудили! - Весело отозвалась княжна, одергивая сорочку, из-под которой выглядывали ее темно-зеленые штаны, наспех заправленные в сапоги. - Тут к нам кое-кто заявился, и очень просил устроить ему утреннюю тренировку. Вот я и устраиваю... Пробежку.
  -- Ага, понятно, - глубокомысленно ответила я, признав в спринтере Алина, которому явно не сиделось на месте. - А дрын зачем?
  -- Для повышенной мотивации! - Еще шире улыбнулась Вилька и, раскрутив палку над головой, бросилась вслед за Алином вниз по улице. Я, усмехнувшись, отошла от окна и принялась неторопливо одеваться.
  -- Хэл, отлипни от окна. Они обратно минут через пять пробегут, не раньше, а тебе нефиг на холоде раздетой торчать.
  -- Но Вилья-то по улице тоже в одной сорочке бегает! - Возразила Хэлириан.
  -- Ой, много ты о Вильке знаешь! Да она зимой в одной рубашке по заснеженному плацу круги наматывала, еще когда готовилась витязем стать. Так что осенняя прохлада ей не помеха. Она, небось, прямо из окна на "тренировку" выскочила.
  -- Из окна и выскочила, - подтвердила Хэл. - Как только Алин в ставни постучал, она штаны под ночнушку надела, сапоги натянула и в окно выпрыгнула. Благо, этаж первый...
  -- Она бы и со второго сиганула - ничего бы не случилось. Эльфы с кроны дерева высотой в двадцать пять локтей спокойно соскакивают, а Вилька все-таки полуэльфийка... Вот и скачет, как горная коза... На свою и мою голову.
  -- На свою - понятно, а на твою-то почему?
  -- А кому, по-твоему, ее выхаживать в случае чего придется? - Язвительно отозвалась я, садясь на кровать и неторопливо одеваясь в почти новый комплект теплой одежды, привезенной из Стольна Града. - Хэл, давай, собирайся. Не забыла - сегодня мы продолжаем путь к Рассветному пику.
  -- Да, конечно... - Рассеянно отозвалась та и потянула за тонкий плетеный шнурок на шее, вытаскивая из-за ворота неограненный камень тускло-серого цвета размером с лесной орех. Я, заинтересовавшись, встала с кровати и подошла ближе.
  -- Это и есть Небесный Хрусталь? - Спросила я, разглядывая невзрачный полупрозрачный камешек на простом шнурке. Хэл утвердительно кивнула.
   Странно, раньше она никогда не показывала талисман, хоть мы с Вильей и спрашивали. А теперь, когда я его увидела, то, честно говоря, была разочарована до глубины души. Н-да, на такой камушек, похожий на обломок не слишком качественного горного хрусталя, не позарится даже вконец опустившийся грабитель, поскольку цена такому украшению - медная монетка в базарный день.
  -- Так себе. - Резюмировала я, вдосталь налюбовавшись на священный талисман Андариона.
  -- Что поделать, - грустно улыбнулась Хэлириан, поднимаясь с кровати и надевая бежевые штаны и теплую рубаху. - Сейчас талисман не имеет силы, но, коснувшись воды Небесного источника, он станет ярко-голубого цвета. И обретет силу.
  -- Ясно. - Я набросила плащ поверх куртки и подхватила с пола сумку, набитую всякой всячиной, в том числе и пятью мотками прочной веревки по пятьдесят локтей каждая - на тот случай, если придется карабкаться по скалам во время восхождения на Рассветный пик.
   Дело в том, что если до вершины Западного пика можно было добраться по запутанной сети гномьих пещер, то про Рассветный пик толком ничего нельзя было сказать - видимо, не настолько туда нужно было лезть разумным существам вроде гномов или людей, чтобы рисковать на Ночном перевале... И что там только не так было? Ладно, как говорит Ревилиэль, лучший способ узнать - проверить. Вот и проверим.
   Я дождалась, пока Вилька в очередной раз будет пробегать мимо окна и, высунувшись из него наполовину, что есть силы заорала, переполошив полдеревни:
  -- Вилья, кончай беготню!!! Нам отправляться пора! - Подруга, услышав мой зов, бросила так полюбившийся ей дрын, рысью подбежала к окну, и, взяв означенную высоту с первого раза, мягко приземлилась уже в комнате.
  -- Ну, как я его? - Я бросила взгляд сначала на раскрасневшуюся Вильку, потом на Алина, который спешно исчезал в направлении корчмы, и только вздохнула.
  -- Мне его жаль.
  -- Сам напросился. - Вилька подмигнула мне и принялась приводить себя в порядок. Мы с Хэл обменялись понимающим взглядом и дружно начали поторапливать полуэльфийку - нам еще поесть надо, да и продукты недели на полторы захватить.
  -- Господи, Ева, куда же мы такую гору еды денем? Лошадей ведь в Древицах оставляем! - Хэл недоумевающе покосилась в мою сторону. В ответ я только продемонстрировала ей свою сумку, в которой могла спокойно уместиться провизия аж на месяц, конечно, если выкинуть все остальное.
  -- Хэлириан, ты-то хоть к походу готова? - Вилька рывком стянула через голову длинную сорочку, и принялась торопливо, но без суеты, одеваться.
   Я многозначительно подпирала спиной дверной косяк, намекая на то, что неплохо было бы уже отправиться к корчме, иначе мы еще нескоро соберемся. Данте и Алин наверняка уже позавтракали, а это может означать только одно - что пока будем завтракать мы, они будут стоять у нас над душой, постоянно поторапливая и читая лекции о том, как мы всех задерживаем. В итоге дожевывать мы будем на ходу, что совершенно не способствует нормальному пищеварению. Видимо, мое душераздирающее предсказание о несъеденном завтраке подхлестнуло Вильку, потому что она закончила сборы в кратчайшие сроки, и мы резво зашагали к корчме.
   А там нас, естественно, ждали. После того памятного вечера, когда я невесть как притащила в здешнюю корчму самого что ни на есть натурального черта из преисподней, посетителей значительно прибавилось. Я обратила внимание на то, что хозяин сего заведения принципиально не стал закрашивать обгоревшее пятно на стене, напротив, он чуть ли не обвел его сажей, и даже привесил табличку, на которой было написано нечто вроде "Здесь был Черт". К нам же с Вилькой корчмарь ринулся, как к кормильцам всей его многострадальной семьи.
  -- Всех благ вам, госпожа ведунья! И вам, воительница! Идемте, ваши друзья уже ждут. Я взял на себя смелость приготовить для вас завтрак, так что вы располагайтесь, и все сейчас будет! - С этими словами корчмарь лично сопроводил нас за угловой стол, за которым уже сидели Алин и Данте и что-то весьма живо обсуждали.
  -- Виль, ты чего-нибудь поняла? - Шепотом спросила я у подруги, указывая глазами на суетящегося корчмаря. - Такое ощущение, что не мы ему корчму чуть не разнесли, а кто-то еще.
  -- Так и есть. Корчму ему чуть не спалил черт, но ты уболтала его этого не делать, а просто тихо-мирно выпить за здоровье присутствующих. А корчмарь теперь всем будет рассказывать, что раз его заведение устояло перед напором адской нечисти, значить, стоять ему вечно. Отсюда и посетителей до лешего...
  -- Ты хочешь сказать, что та гулянка была тихой и мирной?? - От всей души поразилась я.
  -- Ну, мы же ничего не сломали... Так, дверь слегка подпалили... Но корчма-то стоит!
  -- А что, могла и обрушиться??!
  -- Ну, все могло случиться... - Хитро подмигнула мне нахальная полуэльфийка и гордой походкой направилась к нашему столику.
   М-да, правильно говорят: век живи - век учись...
  
   Тяжелые дубовые ворота со скрипом раскрылись, выпуская нас из Древиц. Силантий проводил нас до самого частокола, попутно обещая нам позаботиться о лошадях, а нам с Вилькой - подыскать дом к нашему возращению. Мы еще раз проверили и перепроверили свое снаряжение, припоминая, все ли взяли, ничего ли не забыли. В итоге пришли к выводу, что себя захватили - и это самое главное. Все остальное приложиться, было бы желание...
   И вот сейчас мы приближались к медленно колышущемуся пепельному туману Серого Урочища, оставляя за спиной последнее людское поселение. С этого момента мы будем полагаться только на себя, помощи ждать будет не от кого - люди не забредают дальше Серого Урочища, вернее, они даже ни разу не доходили до его центра, а нам предстоит пересечь проклятую низину дважды - по дороге в Западному пику и на обратном пути... Задачка, как водится, не из легких. Но где наша не пропадала! От вурдалаков в Синих Рощицах ушли, от оборотня в Ивушках ушли, и от нечисти в Сером Урочище уйдем!
   Я смотрела на спину Данте, на его длинный меч, висящий на спине, и почему-то думала, что пока с нами будет такой проводник, как он, мы пробьемся куда угодно. И сквозь что угодно.
   У границы с серым туманом, который почему-то имел странный сладковатый запах, я оглянулась на ощетинившиеся частоколом Древицы, на серьезных и сосредоточенных эльфов, бдящих на вышках и зачем-то махнула им на прощание рукой.
   А потом без колебаний шагнула вслед за Данте в густой туман Серого Урочища.
  

Глава 11.

   Интересная вещь - стоило нам только переступить незримую границу, отделявшую низину Серого Урочища от "людской" земли, как туман моментально обступила нас со всех сторон, сгустившись настолько плотно, что невозможно было разглядеть ничего дальше собственной вытянутой руки, не говоря уже о том, чтобы разглядеть в этой белесой пелене что-нибудь зубастое. Сладковатый дурманящий запах резко усилился, а потом почти пропал.
   Вместе с туманом.
   Нет, на самом деле, я неверно выразилась - туман никуда не исчез, просто он расползся неровными клочьями, как расползается мыльная пена в кадке с водой, оставив после себя лишь сероватую дымку, которая хоть и скрадывала очертания предметов да слегка глушила звуки, но позволяла довольно ясно различать предметы на расстоянии сорока - пятидесяти локтей.
   Сам он что ли, расползся???
   Я на миг прикрыла глаза, осторожно вслушавшись сначала в себя, а потом и в окружающий меня туман.
   Ничего. Совсем ничего.
   Серое Урочище, похоже, надежно хранило свои тайны - вся моя магия разбивалась о пепельный туман, как грохочущие волны раз за разом разбиваются о прибрежные скалы. Я нахмурилась - похоже, здесь от поисковых импульсов толку не будет ровным счетом никакого. На мою попытку сгенерировать шаровую молнию магия внутри меня отозвалась неохотно, но все же подчинилась, и молния уютно устроилась в моей ладони, правда, несколько ослабленная.
  -- Плохо, - буркнула я, ни к кому конкретно не обращаясь, но четыре пары глаз одновременно уставились на меня с одинаковой настороженностью.
  -- Что именно плохо? - Негромко уточнил Данте, подозрительно вглядываясь в близрастущие кусты, в которых явно кто-то копошился, впрочем, не рискуя пока высовываться.
  -- Плохо то, что туман Серого Урочища гасит мою магию. Не полностью, конечно, но скорость генерации все-таки упала... Да и эффект ослабел.
  -- Ты что, не могла раньше об этом сказать??? - Откровенно возмутилась Вилька, поудобней перехватывая рукоять легкого меча.
  -- Я сама только что это поняла! - огрызнулась я, заранее настраивая заклинание огненного пульсара на моментальную активацию - теперь пульсар незамедлительно откликнется на направленную мысль, не обращая внимания на причуды здешних мест. - К твоему сведению, когда я проходила здесь вместе с Лексеем Вестниковым, я не обратила на это внимания. Дело в том, что тогда я еще не научилась толком контролировать магию, поэтому такие сбои и огрехи я попросту не воспринимала всерьез, списывая все на собственную бездарность!
  -- Феноменально! - фыркнул идущий за мной Алин. - Выходит, ты сунулась сюда, не зная толком, будет ли тут работать твоя магия? Да-а, Еваника, встречал я на своем веку безалаберных людей, но такую безбашенную ведунью вижу впервые.
  -- Вот и радуйся, что сумел познакомиться со столь занимательным образчиком рода человеческого! Будет, что на старости лет вспомнить!
  -- Заткнитесь вы оба, иначе я вас скормлю первой попавшейся нежити! - Приглушенно зашипел Данте, с едва слышным скрежетом вытягивая меч из ножен и выставляя его перед собой.
  -- Что, думаешь откупиться таким образом? - съязвила я, с интересом разглядывая неровные клочья жемчужно-серого тумана, клубящегося между чахлыми и на редкость кривыми деревьями.
  -- Господи, Еваника, ну помолчи же ты, наконец! - взмолился Данте, продолжая обшаривать цепким взглядом бывалого воина пространство.
   Я хотела было привычно огрызнуться, но тотчас прикусила язык, впервые по-настоящему вслушавшись в окружавшую нас мертвую тишину. Не то чтобы я рассчитывала на пение птиц в Сером Урочище, но хоть какие-нибудь звуки присутствовать просто обязаны! Взять хоть ту же самую нежить. Ну, не поверю я, чтобы вся нежить разбежалась от великих и грозных нас, как черти от ладана! Может, какие-нибудь наиболее мелкие экземпляры и могли смыться, но не все же сразу!
  -- Не нравится мне все это, - задумчиво протянула я, напрочь игнорируя просьбу Данте помолчать.
   В ответ на мое пессимистичное высказывание Вилька только нервно дернула плечом, а Алин смерил уничижительным взглядом. Я же кротко опустила глаза и только печально вздохнула, намекая на то, что меня здесь не любят и не ценят. Эльф, оказавшийся рядом, еле слышно фыркнул и обогнул меня по широкой дуге, не забывая поглядывать за спину.
   Я молча показала зеленому плащу Алина мстительно сжатый кулак и обернулась к Хэлириан, которая на ходу стянула с себя теплую куртку и теперь сосредоточенно закатывала длинные рукава рубашки.
  -- Хэл, ты что делаешь? Жарко стало?
  -- Да нет, я собираюсь перекинуться, потому как если нами вздумают пообедать, то лучше быть в полной готовности, - охотно пояснила девушка, сворачивая куртку и протягивая ее мне. - У тебя, надеюсь, еще осталось место в сумке?
   Я машинально кивнула и быстренько запихнула куртку к прочему барахлу, хранившемуся в моей бездонной суме, с любопытством ожидая продолжения. А Хэл прикрыла глаза и медленно развела руки в стороны, словно вслушиваясь куда-то вглубь себя...
   Трансформация человека в айранита длилась всего несколько секунд, но своей эффектностью и простотой поразила меня до глубины души.
   Хэлириан резко распахнула глаза, уже залитые блестящей чернотой, в которой исчезли и белки, и радужки, и тотчас вскинула оголенные руки над головой, при этом красиво прогнувшись в спине. По ее телу пробежала рябь, которая слегка изменила пропорции тела, заострила черты лица, расширила грудную клетку и удлинила руки, сделав их невероятно гибкими в суставах, после чего сквозь чуть потемневшую кожу рук пробились и в считанные мгновения выросли перья, образовав крылья.
   Широкие кремово-белые крылья с черной каймой.
   Хэл опустила руки-крылья и улыбнулась мне заострившимися зубами. В ее глазах, превратившихся в черное зеркало, я увидела свое обескураженное лицо.
  -- Хэлириан... - тихо прошептала я. - Так вот как ты выглядишь...
  -- Нравится? - Немного язвительно отозвалась айранит, аккуратно складывая крылья по бокам изменившегося тела.
  -- Честно говоря, я еще не поняла. Но смотришься ты как минимум экзотично.
   Шедший впереди Алин обернулся, чтобы посмотреть на нас, но, увидев преображенную Хэлириан, так и застыл с открытым ртом, не в силах выговорить ни слова.
  -- Алин, ну какого... Ой! - Вилька в точности скопировала выражение лица своего брата, уставившись на Хэл, как баран на новые ворота. - Хэл, ты что ли?
  -- Я что ли! - со смехом отозвалась айранит. - Виль, неужели не признала?
  -- Не признала... - Эхом отозвалась полуэльфийка, и тотчас окликнула Данте, видимо, надеясь и его огорошить. Но Данте, вопреки всем прогнозам, только смерил Хэл оценивающим взглядом и эдак небрежно бросил:
  -- А я-то все думал, когда же ты соизволишь ипостась сменить. Теперь хоть за тылы можно не беспокоиться, а то когда у меня за спиной Еваника, я все время жду, что мне между лопаток влетит шальной пульсар.
   Жестоко, но справедливо. Это еще когда мы к Ивушкам шли, и на нас из-за кустов выскочила какая-то мелкая восьмилапая нежить, то я, не долго думая, решила "снять" ее компактным маломощным пульсаром. Все бы ничего, но кто же знал, что этой треклятой мелочи взбредет в голову укрыться за глыбой магнитного железняка, который невесть как очутился на обочине дороги!! Если кто не понял - объясню. По неизвестной причине пульсары при столкновении с магнитосодержащей породой рикошетят под непредсказуемым углом. Так вот, тот случай, к моему сожалению, не стал пресловутым исключением, подтверждающим общее правило. Пульсар срикошетил, и если бы не феноменальная реакция Данте, доставшаяся ему от предков нечеловеческой расы, то лежать бы ему под каким-нибудь кусточком с аккуратной дыркой в спине... Я очень долго перед ним извинялась, вроде бы он меня простил, но случай этот так и лег несмываемым пятном на мою биографию. И теперь Данте подкалывает меня по этому поводу при каждом удобном случае.
   Я благоразумно ограничилась невнятным бормотанием, впрочем, не слишком громким, а то еще припишут излишнюю болтливость, и все - от Вилькиного ехидства уже ничто не спасет. К тому же в тумане слева от меня что-то подозрительно заворчало. Звуки слышались нечетко, так что определить, какая нежить его издает, было невозможно, но от низкой утробной ноты у меня по спине мурашки замаршировали в три ряда.
  -- Ре-е-ебя-ата! - позвала я, нарочито растягивая гласные. - Там за деревьями что-то рычит!
  -- Там постоянно что-то рычит. - Отмахнулась Вилька, но я не успокоилась. Так рычат только перед непосредственным нападением, или же наставник меня ничему не научил.
   Данте, услышав мою реплику, ощутимо напрягся и поудобней перехватил рукоять меча, но из кустов, скрытых пеленой тумана, вопреки всем моим прогнозам, ничего не выскочило. Только невесть откуда поднявшийся ветерок сорвал несколько листьев с ближайшего чахлого деревца.
  -- Паникерша. - Беззлобно улыбнулась Вилья, и в этот момент что-то с силой ударило меня в бок, да так, что я покатилась по земле, стараясь удержать внушительную пасть подальше от своего горла.
   Не скажу, что у меня это хорошо получилось - нежить неизвестного мне типа, больше всего напоминающая вурдалака, вставшего на четыре лапы и обзаведшегося звериной мордой в комплекте с двумя рядами острейших зубов, придавила меня к земле, норовя выкусить горло. Я же в свою очередь материлась, как пьяный орк, пытаясь отпихнуть от себя на диво сильную нежить, дабы освободить хотя бы одну руку и запустить в тварь пульсаром помощнее.
   Крики друзей отодвинулась куда-то на задний план, мир сузился до лязгающей челюстями нежити, которая явно решила ввести меня в свое сегодняшнее меню в качестве главного блюда. Тварь уперлась мне в грудь сильными передними лапами, раздирая куртку внушительными когтями, я же с ужасом почувствовала, что по ключице уже стекает что-то горячее, щекоча кожу, а левая рука начинает стремительно неметь.
   Нежить восторженно взвыла, и тут я сделала нечто, на что никогда бы не решилась в менее экстремальной ситуации - я скороговоркой прочитала заклинание голубого огня, находясь в непосредственном контакте с уничтожаемым объектом! Аршинный столб пламени полыхнул в ладони от моей груди, обдав лицо жаром, и тотчас охватил напавшую на меня тварь огненным коконом. Та дернулась и завизжала так, что у меня уши порывались свернуться в трубочку, тихо увянуть и отвалиться, но номер не прошел исключительно из-за их физической неспособности на такие непотребства. Ладно, уши ушами, но в момент, когда пламя охватило неустановленную нежить, мои руки соприкасались с ее телом, поэтому волшебное пламя, не долго думая, охватило и их. Теперь уже кричали мы обе, причем так усердно, словно участвовали в конкурсе "Кто кого переорет?!".
  -- ХЭЛ!!!! - Из последних сил взвыла я в надежде на то, что меня услышат.
   Надежда оправдалась, и издыхающую тварь буквально снесло мощной силовой волной. Я с трудом поднесла саднящие руки к глазам, стремясь оценить серьезность повреждений. К счастью, с ладонями было все почти в порядке - хоть на кистях уже образовывались ожоги второй степени, но то, что руки были при мне и не сгорели до костей, при сложившихся обстоятельствах было большим плюсом. Тем более, что в сумке у меня валялась мазь от ожогов и чистые бинты.
   Я с трудом приподнялась на локте и с удивлением обозрела поле боя. Оказывается, тварей было штук семь, по крайней мере, именно столько неподвижных тушек лежало на земле, не считая той, которую я сожгла, поэтому-то мои друзья и не могли прийти на помощь, хотя, как мне кажется, они пытались.
   Сверху спикировала Хэл, шумно хлопая крыльями и тяжело дыша. Н-да, одновременно и летать, и колдовать, да еще на малой высоте... Я с уважением посмотрела на нее, когда мое плачевное состояние соизволили-таки заметить, и дружно ринулись меня поднимать. Подняли, отряхнули (задели обожженные руки и были вознаграждены очередным нецензурным воплем), осмотрели, поохали и тотчас начали потрошить мою сумку в поисках мази против ожогов. Я, как могла, контролировала процесс, но все равно искомая баночка с ярко-желтой, резко пахнущей мазью, нашлась только после того, как Алин перевернул сумку вверх дном, высыпав на землю гору барахла высотой в полтора локтя.
  -- Э-э-э... - Только и сумел выдавить Алин, лицезрея количество нужных и не очень вещей, баночек, склянок и прочего. - И где теперь нам теперь мазь эту искать?
  -- А вон, видишь, на самом верху берестяная коробочка лежит? Это она и есть. - Морщась от боли в обожженных руках, пояснила я. - Виль, выкопай бинты, они где-то в отдельную холстину завернуты.
   Пока Вилька с Алином рылись в куче барахла, которое они, по счастью, догадались вывалить на сухое местечко, а не в грязь, я честно старалась не смотреть на свои руки, которые, как я догадывалась, выглядели просто ужасно. И еще почему-то, когда смотришь на ожоги, они болят сильнее, а привлекать нечисть своими тихими подвываниями мне не хотелось.
  -- Ева, ты как? - Данте подсел ко мне, осторожно поддерживая меня за плечи.
  -- А ты как думаешь?? - Я спрятала руки за спину, не желая, чтобы Данте увидел, как они выглядят. Сама-то я мельком на них глянула и тихо застонала - кисти распухли, на ярко-розовой коже уже вздулись первые волдыри, наполненные прозрачной жидкостью... Бр-р-р, кошмар какой-то!
  -- Дай, посмотрю.
  -- Нет! Незачем тебе на это смотреть! Сейчас Вилька забинтует, и тогда любуйся, сколько угодно!
  -- Брось, - он успокаивающе провел ладонью по моим волосам и едва заметно улыбнулся. Глазами, в которых вспыхнули серебряные искры. - Я не раз видел ожоги, и в этом нет ничего ужасного. Они заживут, и твои руки станут такими же нежными, как раньше. Не нужно стесняться боевых ранений.
  -- Ты еще скажи, что ими гордиться надо. - Буркнула я, но все-таки перестала прятать обожженные руки за спиной. Данте осторожно осмотрел пострадавшие кисти (к счастью, пострадали только тыльные стороны ладоней, так что брать предметы я могла безболезненно), нахмурился, но ставить диагноз благоразумно не стал.
  -- Ревилиэль, нельзя ли побыстрее? Чем быстрее наложишь мазь, тем быстрее заживут ожоги!
  -- Все, все, нашла уже! - Вилька подскочила к нам, держа в одной руке баночку с мазью, а в другой - узкие полоски чистой ткани, используемых в качестве бинтов.
   Данте выхватил из Вилькиных рук мазь и осторожно, стараясь не причинить боли, стал накладывать ее толстым слоем прямо на ожоги. Руки тотчас начало нещадно щипать, но я, сцепив зубы, мужественно дотерпела всю процедуру до конца. Наконец мне замотали кисти бинтами, чтобы мазь не стерлась раньше времени, и, к моему несказанному облегчению, оставили в покое. Я наконец-то расправила плечи и тотчас сдавленной ойкнула - в пылу драки я совершенно забыла о царапинах чуть ниже ключиц, а в процессе перебинтовывания боль от ожогов успешно перекрывала неприятные ощущения от неглубоких царапин. Хэл подозрительно уставилась на меня, и обеспокоено спросила:
  -- Ева, так сильно руки болят?
  -- Да нет, - максимально беспечно отозвалась я. - Просто вспомнила, что у меня еще на груди царапины есть.
  -- Че-его?? - Вилька подскочила ко мне, и тотчас совершенно беззастенчиво заглянула мне за ворот рубашки.
  -- Ну, там ничего страшного, - с облегчением выдохнула она, закончив осмотр. - Всего лишь неглубокие царапинки.
  -- Неглубокие??? - Поразилась я. - А отчего же у меня рука онемела??
  -- Оттого, что тебе на болевую точку надавили, - охотно просветила меня лучшая подруга, сноровисто шуруя у меня под рубашкой, промывая царапины травяным настоем и заклеивая их самоклеющимся бинтом. - Чуть ниже ключицы, ближе к подмышке, у человека есть болевая точка. Если на нее надавить, то рука ненадолго онемеет. Если надавить очень сильно и со знанием дела, то можно добиться онемения минут на пять. Согласись, это недолго, но если в бою ударить в такую точку ближе к той руке, в которой противник держит меч... Представь, что ты не можешь пользоваться правой рукой в разгар боя. Ясно?
  -- Офигеть... - Резюмировала я, глядя на забинтованные руки. Хорошо хоть, что пальцы заматывать не пришлось, а то бы я стала натуральным инвалидом - половина заклинаний сопровождается пассами, которые нужно производить пальцами рук, причем другая половина заклинаний либо не действует на нежить, либо являются чересчур мощными, срабатывающими по принципу: "Всех убью, один останусь!".
  -- Ничего, на самом деле все не так уж страшно... - Честно попыталась меня утешить Вилья, но у нее это плохо получалось.
   Особенно после того, как выяснилось, что перчатки на замотанные кисти не лезут, а Вилькины были одного размера с моими, так что на осеннем холоде я оставалась с окоченевшими пальцами.
  -- Вот...! - Немногословно, но эмоционально высказалась я. Данте, помогавший запихивать вытряхнутое барахло обратно в сумку, услышал, о чем речь, и, оторвавшись от своего занятия, протянул мне свои черные перчатки.
  -- Возьми.
  -- А ты?
  -- Еваника, не издевайся надо мной, ладно? Ты что, на полном серьезе считаешь, что я осенью без перчаток пропаду? Одевай, и не строй из себя героиню всех времен и народов, и так уже нагеройствовалась сегодня.
  -- Спасибо... - смущенно поблагодарила его я и попыталась натянуть свежеполученные перчатки на замотанные кисти. На удивление, перчатки сели как влитые, правда, пальцам было чересчур свободно, но движениям это не мешало, а значит, было как нельзя кстати.
  -- Не за что. - Данте широко улыбнулся и подмигнул мне, одновременно стягивая свои длинные волосы в хулиганский хвост на затылке. - Совсем с ними замучился - так в глаза и лезут.
  -- Ага... - Тихо ответила я, откровенно любуясь его лицом, словно бы вылепленным искусным скульптором. Вилька, наверно, поймала этот взгляд, поскольку она осторожно тряхнула меня за плечо и нарочито громко поинтересовалась:
  -- Ев, а долго ожоги заживать будут?
  -- Ну-у... - задумалась я, припоминая уроки наставника. - Думаю, дня через три можно будет снять повязки. Следы, конечно, еще долго видны будут, но ожоги затянуться довольно быстро.
  -- Отлично! Выходит, когда мы подойдем к Рассветному пику, ты уже сможешь в случае необходимости карабкаться по скале. - Улыбнулся Данте, протягивая мне мою свежесобранную сумку.
  -- Выходит, так, - улыбнулась я в ответ. - Ну что, двинули?
  
   Мы медленно продвигались вглубь Серого Урочища. Вообще-то сама по себе проклятая низина занимала примерно двенадцать верст в ширину и двадцать с хвостиком - в длину. К сожалению, вытянутой она была как раз по направлению с юга на северо-запад, аккурат к подножию Западного пика, так что пилить нам через эту гадость придется целый день, и хорошо еще, если ночь мы встретим уже у гор Гномьего Кряжа, а не в Сером Урочище.
   Мечты, мечты...
   День плавно приближался примерно к двум часам пополудни, а прошли мы в лучшем случае с десяток верст, приближаясь к таким дебрям, куда не рисковали соваться даже вездесущие травники в поисках редких трав. Я плелась в хвосте процессии, кляня тот день, когда Хэл подбила меня попереться в это изначально авантюрное предприятие.
   И вообще - чувствовала я себя по меньшей мере паршиво. Поначалу я еще как-то старалась идти наравне с эльфами, айранитами и прочими полукровками, но потом поняла, что нефиг простому человеку гнаться за такими "высшими существами", и поэтому постепенно передислоцировалась из середины цепочки в самый хвост, впрочем, стараясь не сильно отставать. Кисти невыносимо зудели, плечи ныли, а ноги отказывались повиноваться.
   В конце концов, Хэл, шедшая аккурат передо мной, сжалилась и во всеуслышанье потребовала привала. Ребята немного поломались, правда, больше для приличия, но все-таки согласились. Пока Вилья с Алином разбирали провизию, я уселась на сложенное вчетверо одеяло и с наслаждением вытянула гудящие от долгой ходьбы по низине ноги. Удивительно - по лесам в окрестностях Стольна Града я могла шляться целый день, и от усталости не было и следа, но здесь меня постоянно клонило в сон, а ноги начинали гудеть уже после часа ходьбы. С другой стороны, тропы тут нет, а идти, переступая с кочки на кочку и перешагивая через вывороченные корни деревьев несколько утомительно, если не сказать больше.
   К тому же, мне очень не нравился здешний туман. Он словно кисель неохотно проталкивался в легкие, заставляя дышать учащенно и прерывисто, а от его неотъемлемого сладковатого запаха у меня разболелась голова, причем от этой тупой, пульсирующей боли не помогали ни настои, ни магия.
   Хэлириан уселась рядом со мной, подобрав под себя ноги и раскинув крылья. Я посмотрела в черные зеркала ее глаз и с усилием улыбнулась, морщась от накатывающей дурноты. Наверное, я побледнела, потому что на лице Хэл отразилось беспокойство, и она тихо спросила:
  -- Тебе нехорошо?
  -- Нет... Да. Странно как-то, - я задумалась, пытаясь озвучить свое состояние. - От этого слащавого запаха у меня болит голова, слабость какая-то противная появилась, да и подташнивает что-то...
  -- Еваника, - Хэл пристально уставилась на меня и медленно, с едва заметным присвистом, проговорила, - А тебе не кажется, что налицо все симптомы отравления медленнодействующим ядом?
  -- Что? - Теперь, когда Хэл об этом сказала, все встало на свои места. Я действительно испытывала симптомы, характерные для отравления. - Но откуда?
  -- Туман. - Лаконично ответила айранит. - Возможно, он опасен для людей. На меня никакие яды вообще не действуют, на эльфов тоже, да и полукровки не сильно-то чувствительны к ядовитым веществам. Но ты-то человек!
  -- Вот черт! - Я вскочила на ноги, и тотчас медленно опустилась обратно, потому как в глазах потемнело, а голова закружилась настолько, что еще чуть-чуть - и я рухнула бы в обморок.
  -- Еваника!! Ребята, отвлекитесь, Еве плохо!!
   Я помотала головой, разгоняя темную пелену перед глазами, и потянулась к своей сумке, где лежало универсальное противоядие от ядов нежити. А в том, что туман содержал подобный яд, я уже не сомневалась - слишком уж явные были симптомы, совсем как при отравлении ядом краконджала, небольшой твари с огромной пастью и ядовитым дыханием. Если при выдохе яд настолько сконцентрирован, что жертва моментально падает замертво, то в тумане яд был рассеян, поэтому отравление происходило медленно.
  -- Что такое?? - Данте успел подхватить меня, когда я, неловко потянувшись за сумкой, едва не упала.
  -- Она отравлена!
  -- Чем?? Ева, колись, что именно ты уже успела схрупать по дороге?!
  -- Для нее ядовит сам туман! Она же человек!
  -- Еваника, как же ты с наставником здесь проходила?
  -- Так и проходила! - Огрызнулась я, с остервенением копаясь в сумке в поисках нужной бутылочки. - Не было тогда этого! Или же просто в центре концентрация такая - тогда-то мы только по краю прошли, а вглубь не заходили. А, вот ты где!
   Последний возглас предназначался неуловимой бутылочке с противоядием, которая соизволила-таки найтись в моей воистину необъятной сумке. Я зубами выдернула пробку, накапала тридцать капель во флягу с водой, поднесла ее к губам и сделала первый внушительный глоток.
   От противного кислого вкуса у меня свело челюсти, но в голове моментально прояснилось, а руки перестали мелко дрожать.
  -- Сработало! - Радостно доложила я, делая еще один глоток, поменьше.
  -- Тебе лучше? - Обеспокоено переспросила Вилька, держа меня за руку.
  -- Ага! - Подтвердила я, продолжая прихлебывать из фляги. Ко вкусу я уже притерпелась, так что улыбка получилась по меньшей мере не вымученная.
  -- И что дальше? Будешь постоянно пить противоядие?
  -- Не-а, - ответила я, затыкая пробкой фляжку и метко закидывая последнюю прямо в раскрытую сумку. - У меня теперь иммунитет на сутки минимум, так что можем идти спокойно.
  -- А привал?! - возмутилась Вилья.
  -- А что привал? - удивилась я. - Все по плану - варим похлебку с мясом, съедаем ее и продолжаем путь к Западному пику.
  -- И ты еще есть можешь после случившегося??
  -- Могу. Даже с удовольствием, поскольку после этого противоядия очень рекомендуется что-нибудь пожевать, иначе желудок болеть будет.
  -- Ева, вынужден тебя разочаровать, но похлебка отменяется - дым будет слишком хорошо видно. - Данте посмотрел на меня нарочито страдальческим взглядом, но меня это не проняло.
  -- Не боись - я запалю магический костер. Он дыма не дает вообще, так что можем относительно спокойно готовить.
  -- Ну, раз так... - Он задорно улыбнулся и, перепоручив меня заботам Хэлириан, отошел обходить место нашей стоянки дозором.
  
   После привала мы наскоро собрали вещи и двинулись дальше вслед за Данте, который невесть как ориентировался в этом тумане, целенаправленно идя строго по курсу, не разу не отклонившись в сторону. Иногда я хохмы ради проверяла направление посредством магического компаса, который каждый раз показывал, что Данте ни разу не отклонился от цели больше чем на двадцать локтей. То есть благодаря врожденному чувству направления нашего проводника мы увлеченно протаптывали тропинку строго по прямой, почти без "заносов".
   День уже клонился к вечеру, когда выяснилось, что мы прошли уже гораздо больше половины, и до края Серого Урочища осталось чуть меньше восьми верст. Сей факт, безусловно, радовал. Особенно потому, что мне надоело плестись среди полчищ нежити, которая не рисковала нападать на нас после того, как мы с Хэлириан несколько раз ударили сдвоенным залпом по самым большим и наглым скоплениям зубастых тварей. Тварям моя огненная волна на пару с молниями Хэл очень не понравилась, так что теперь нежить просто следовала за нами почетным эскортом, не желая приближаться к нам на расстояние магического удара.
   Наконец зубовный скрежет нежити довел меня до ручки и я, не выдержав, развернулась и материализовала в ладонях сразу два голубых пульсара. Нежить моментально заткнулась и наступила гробовая тишина.
  -- Не поняла... - удивленно пробормотала я, впитывая пульсары. Нежить была вполне со мной согласна, потому как внезапно развернулась и дунула вглубь чахлого пролеска. Несколько секунд под топот многочисленных лап я пыталась вернуть на место отпавшую челюсть и, когда мне это наконец-то удалось, мои друзья почему-то строились полукругом, ощетинившись оружием.
  -- Что... - попыталась сказать я, и тотчас осеклась, увидев то, что сплошной стеной накатывало на нас.
   Это была пелена густого, белого, как молоко, тумана, который катился на нас с неудержимой неторопливостью лавового потока. Было ощущение, что на нас медленно наползает густое облако, невесть как спустившееся с небес, и от этого "облака" веяло могильным холодом. Что же это такое, если даже нежить сбежала?!
   Данте, не оборачиваясь, задвинул меня себе за спину, почти полностью перекрыв обзор. Я попыталась было выглянуть из-за его широкой спины, но в ответ получила только приглушенную нецензурную фразу, смысл которой состоял в том, что не хрен мне высовываться, когда не просят. Я уже открыла рот, чтобы возмутиться, но Данте так стиснул свободной рукой мое запястье, что я пискнула и моментально заткнулась. А "облако" все приближалось. Теперь, словно заметив нас, оно увеличило скорость и, когда до него осталось всего несколько локтей, я вцепилась в левую руку Данте и уткнулась носом ему между лопаток - выше не доставала...
   Нас накрыло густым туманом, словно промерзшим ватным одеялом, и тотчас у меня в голове словно взорвался боевой пульсар! Что-то давило на сознание, продираясь сквозь все стандартные блокировки с неизвестной мне целью. Я взвизгнула и упала на колени, до боли сжав виски ладонями и нашептывая заклинание Лирраны, мощного ментального щита, который не мог пробить даже наставник. В душе творился полный бедлам, все инстинкты кричали, что надо немедленно спасаться бегством, в голове безостановочно кто-то истошно кричал...
   Ментальный щит Лирраны активировался, и все признаки вторжения чужеродного разума пропали. Я снова полностью владела своими мыслями и памятью. В ушах почему-то звенело, и до меня дошло, что тот вопль, который я слышала, был моим собственным...
   Я подняла голову, но сквозь густое облако тумана не было видно ровным счетом ничего. Я с трудом различала в густой пелене собственные поднесенные прямо к глазам руки, когда вдруг на плечо мне с шелестом опустилось кремово-белое крыло с черной каймой. Хэлириан вымученно улыбнулась мне, мимоходом вытирая тонкую струйку темной крови, стекавшей из носа.
  -- Где остальные? - Я только пожала плечами - искать их в таком тумане было бесполезно, вряд ли мы хоть кого-то отыщем, но существовал другой вариант:
  -- Попробуем найти их с помощью магии. И...
   Закончить мысль я не успела, потому что сквозь туман до меня донесся тоненький, приглушенный вопль, в котором я безошибочно опознала Вильку.
  -- Вилья!!! - Медлить было нельзя. Я сконцентрировалась, и попыталась накинуть на оставшихся где-то в тумане друзей ментальный щит.
   Заклинание полыхнуло фиолетовой вспышкой, и тотчас начало раскручиваться спиралью вокруг нас с Хэл, захватывая все больше пространства. Через несколько секунд, я ощутила, что магическая спираль кого-то захватила, но определить, кого именно, было невозможно. Единственное, о чем можно было с уверенностью говорить, так это о том, что угодившее в поле действия заклинания существо не являлось нежитью. Значит, это кто-то из своих.
   Хэл накрыла мои плечи крыльями, по перьям которых заплясали серебристые разряды, и заклинание полыхнуло с удвоенной силой, накрыв собой пространство радиусом в тридцать локтей.
   Но никого больше не зацепило.
   Густой туман вокруг нас начал стремительно рассеиваться, и я увидела, что на холодной земле лежит Алин - именно его защитило наше с Хэлириан заклинание...
  -- Еваника, а где же... - Хэл не договорила и, вскочив с колен, метнулась к Алину, помогая эльфу встать. Последний шатался, аки былинка на ветру, но быстро приходил в себя. Я же сидела на земле, не в силах подняться и оглушенная свалившейся бедой.
   Вилька и Данте пропали... Причем, зуб даю, их просто-напросто утащила та же нежить, что и наслала этот чертов туман! Думай, ведунья, думай, иначе твоим друзьям не жить. Во-первых, что за нежить в состоянии играючи проломить все телепатические щиты, остановившись только перед специальными ментальными щитами, которые могли создать только маги? Во-вторых, эта тварь обладает мощной аурой страха, этим можно объяснить охвативший меня беспочвенный ужас, мешавший сосредоточиться. И, в-третьих, нежить использовала довольно качественную иллюзию, хотя вряд ли... Иллюзию я бы мигом распознала и развеяла. Для того, чтобы создать такой туман, этой нежити надо было самой стать туманом...
   Стать туманом??!
   Перед глазами моментально всплыли строчки из подаренного мне наставником фолианта "Нежить".
   "Лунные призраки - единственный вид нежити, способной превращаться в густой туман. Лунные призраки питаются отрицательными эмоциями разумных существ, причем самым предпочтительным для них является страх. Этот вид нежити может проникать в сознание любого разумного существа, противостоять этому вторжению могут только маги, чей уровень позволяет создавать ментальные щиты на магической основе. Призраки редко когда убивают своих жертв на месте, обычно предпочитают утащить жертву в свое логово, погрузить в иллюзорный сон и питаться ее страхом, а вместе со страхом - жизнью..."
   Господи, как же я в этот момент была благодарна наставнику, что тот вдолбил в мою дубовую голову столь жизненно необходимые знания! Я вскочила с колен и, отряхнув штаны от налипших листьев, принялась рыться в своей сумке. Алин и Хэл некоторое время с сочувствием смотрели на то, как лихорадочно я копаюсь в сумке, а потом эльф тихо сказал:
  -- Ева, мне очень жаль, что Ревилиэль и Данте...
  -- Рано жалеешь! - Довольно-таки резко отозвалась я, вытаскивая из сумки пучок трав, включая "драконий глаз", помогающих сосредоточиться на видениях. - Вилька и Данте живы!
  -- Но...
  -- Я в этом уверена, поскольку я точно знаю, что за тварь их утащила. И еще я знаю, что если мы не поторопимся, то спасать будет некого! - Я пристально уставилась на Алина, и в глазах моих зажегся зеленый ведьминский огонь. - Если ты сейчас мне скажешь, что готов бросить сестру на смерть, причем на смерть в ужасе, то я прямо сейчас брошу тебя здесь, и делай, что хочешь. Один. Не думаю, что Хэл захочет отправиться с тобой к Рассветному пику, потому что вдвоем вы туда не дойдете. Лично я сомневаюсь, что без Данте вы сможете хотя бы выйти из Серого Урочища!
   Я щелкнула пальцами, и сбор затлел в моих руках, исходя синеватым дымом, вдохнув который, я сумела увидеть Вилью...
   Рыжеволосая полуэльфийка лежала на каменной плите, поросшей мхом. Глаза ее были плотно закрыты, но девушка металась и жалобно вскрикивала, словно она видела кошмар, от которого никак не могла проснуться. Изображение мигнуло и показало небольшую лощину, где находится импровизированный алтарь. Данте нигде не было видно, но я почему-то уверена, что он где-то рядом...
   Видение разлетелось острыми кусками хрусталя, и я чуть пошатнулась, возвращаясь к реальности.
   Отбросила в сторону истлевший сбор и, перекинув сумку через плечо, сделала несколько шагов на восток, когда меня окликнул Алин.
  -- Эльфы никогда не бросают своих. - С этими словами он подошел ко мне и, глядя в глаза, спросил, - Ты точно знаешь, где их искать? - Я покачала головой.
  -- Не точно, но знаю. Я чувствую направление.
  -- Тогда веди.
   Я кивнула и первой ступила на узкую тропу, едва различимую в вечном тумане Серого Урочища.
  

Глава 12.

   Мы шли по узкой извилистой тропке уже битый час. Мой внутренний компас, "настроенный" на Вильку, пока безошибочно вел нас строго на восток, изредка отклоняясь к югу. День потихоньку клонился к закату, а здесь, в Сером Урочище, сумерки наступали гораздо раньше, поэтому я, как могла, ускорила шаг, потому что с наступлением ночи лунный призрак становится сильнее, а в короткий час полуночи - вообще неуязвимым. И чем раньше мы найдем его логово, тем больше вероятность, что Вилья и Данте будут живы.
   Не знаю, о чем думали бесшумно шедшие вслед за мной Алин и Хэлириан, но я думала о том, как именно прикончить обнаглевшую нежить. Первый приступ ярости (виртуозная нецензурная брань на двух языках сразу - человеческом и орочьем) утих, спустя минут двадцать после начала спасательной операции и трансформировался в более осмысленную и почти цензурную форму (Ах, сволочь какая, на кого лапу подняла!! Найду - урою, и могильной плиты не пожалею - чтобы наверняка!!). Сейчас же неудержимое желание немедленно закопать искомую нежить так, чтобы больше не вылезла, сменилось холодной спортивной злостью, которая прочистила мозги и помогла сосредоточиться на деле.
   Вилька уже близко, я это чувствую, только вот что мне с призраком-то делать? Стандартные заклинания его не возьмут - слишком уж нестабильная у этого вида нежити физическая форма. Если лунный призрак успеет расплыться туманом - все, сматывай удочки, в туманном виде призраку ни одно заклинание не повредит. Правда, чтобы напасть, ему все-таки придется вернуться в материальную оболочку, и вот тут-то его нужно гасить либо синим огнем, либо специально разработанным экзорцизмом Зингары, который великолепно уничтожает любые виды нежити, да так эффективно, что после его применения остается в лучшем случае желтоватый, слегка обуглившийся костяк. Но экзорцизм Зингары - это на самый крайний случай, потому что после его применения меня можно будет сгрузить к стеночке или нести на руках, а у нас и так Вилья и Данте будут играть роль дополнительной поклажи - лунный призрак отнимает очень много сил, не думаю, что они смогут идти сами.
   И тут мои размышления нагло прервали!!
   Невесть откуда выскочило что-то небольшое, увешанное тиной и с противным верещанием вцепилось в волосы Хэл! Та взвизгнула и упала на землю, пытаясь стряхнуть с себя злобно пыхтевший комок плоти, покрытый зеленоватой шерстью. Алин охнул и кинулся помогать Хэлириан, но дело кончилось тем, что по полянке, усыпанной подгнившими листьями, образовалась куча мала, которая всячески пыхтела, визжала и верещала на все лады, то ли распугивая, то ли привлекая нежить.
   Я материализовала в ладонях довольно-таки приличную шаровую молнию и, неспешно, вразвалочку, подойдя к шевелящейся и сдавленно матерящейся куче мале, спокойным голосом объявила:
  -- Итак, у меня прямо здесь и сейчас отвратительное настроение, поэтому говорю кратко. Либо вы сейчас дружно расползаетесь в разные стороны, либо я принимаю крайние меры.
   Куча мала не среагировала, продолжая ругаться так, что даже я заслушалась. И послушала бы дальше, но времени было в обрез, поэтому я подбросила молнию в воздух аккурат над шебуршащейся кучей и с воплем: "На кого бог пошлет!!" сиганула в ближайшие кусты.
   И вовремя.
   Потому что молния спланировала точно на мелкую нежить - до меня донесся визг, преходящий в ультразвук, а в воздухе противно завоняло паленой шерстью. Ругань грянула с удвоенной силой, и я запоздало вспомнила, что молния была несколько великовата для небольшой мавки. Выходит, друзьям тоже могло перепасть...
   Голос Алина, прозвучавший подозрительно близко, заставил меня вздрогнуть, а яростные нотки - втянуть голову в плечи и попытаться закопаться в ворох прелых листьев.
  -- Еваника, чтоб тебя, ты куда делась?! - Я осторожно высунула голову из-за чахленького кустика, за которым пыталась схорониться, и тотчас наткнулась взглядом на многозначительно притоптывающую ногу, обутую в темный эльфийский сапог. Хозяин ноги обнаружился несколько выше - подняв глаза я узрела перед собой обозленного Алина, который в одной руке держал за шкирку приунывшую мавку с опаленной шерстью, а другой стыдливо держался за место чуть пониже спины.
  -- Здесь я! - оптимистично доложила я, впрочем, не рискуя подниматься, дабы при случае уползти по-пластунски подальше от разъяренного моей выходкой эльфа. Дальнейший диалог можно было бы включить в какое-нибудь представление, и показывать в лицах.
   (Алин, кипя праведным гневом и потрясая пойманной не без моей помощи мавкой): Ева, сколько можно колдовать настолько криво?!
   (Я, с лучезарной улыбкой до ушей и абсолютно наивными глазами): А что, мавку мы не поймали?
   (Снова Алин, страдальчески закатывая глаза и по-прежнему не убирая ладонь от задницы): Поймали, но чего нам этого стоило! И вообще, разве можно без предупреждения молниями швыряться?!
   (Опять я, все еще пытаясь сохранить на лице выражение некоего тупоумия - всем известно, что дураков, а тем более дур, ногами не пинают, а вставать я пока не собиралась - все-таки подобие инстинкта самосохранения у меня осталось.): Алин, я честно предупредила, что пребываю не в лучшем настроении, времени у меня нет, поэтому будут применяться крайние меры! Причем предупредила довольно громким голосом! И если ты был настолько занят, что не услышал предупреждения, то это не мои проблемы!
  -- Нет, Ева, с тобой разговаривать по-человечески нельзя! - мрачно пробормотал Алин, протягивая мне руку, помогая встать.
  -- А ты по-эльфийски попробуй, авось сработает. - Ухмыльнулась я, отряхиваясь от налипших на одежду прелых листьев. Алин только страдальчески вздохнул, окончательно отчаявшись пробудить во мне жалкие остатки весьма специфической совести, и покосился на печально обвисшую в его левой руке мавку.
  -- Слышь, Ева, а это существо разговаривать-то умеет? - Мавка злобно сверкнула в мою сторону красными глазками-буравчиками, но смолчала. Я же честно ответила:
  -- Умеет, и еще как. Особенно, если правильно попросить.
  -- А правильно - это как? - Заинтересованно спросила подошедшая Хэлириан, на голове которой вместо аккуратной прически громоздилось нечто, напоминающее воронье гнездо.
  -- А вот так, - с нехорошей улыбкой ответила я, материализуя в ладони голубой пульсар и поднеся его поближе к мордочке застывшей от страха мавки.
  -- Ты знаешь, что это за огонек? - Вкрадчиво спросила я у мавки, которая не смела даже пошевелиться, уставившись на пульсар, который спокойно лежал в моей ладони, изредка выстреливая небольшие ярко-синие искорки.
  -- Д-да, ведунья... - тихо прошепелявила пойманная нежить.
  -- Отлично. Тогда мы договоримся. Итак, вопрос первый. Ты знаешь, где обитает лунный призрак?
  -- Ш-ш-ш!! Не скаж-ш-шу, ведьма проклятая!! - Мавка забилась в руке эльфа, пытаясь вырваться, но бесполезно - когда надо, рука Алина приобретала крепость самого твердого дерева, которое растет только в Серебряном Лесу. Эльфы называли это дерево alalmie, оно было похоже на обыкновенный вяз, только больше раза в три и твердостью древесины не уступало гномьей стали. На этих деревьях эльфы строили свои одноэтажные округлые домики, а сами alalmie считались священными, и не дай бог кому-нибудь покуситься на их целостность...
  -- Ты уверена? - Улыбнулась я еще шире, и в глазах моих зажглись зеленые ведьминские огоньки. Изящный пасс - и голубой пульсар растекся по черной перчатке, не причиняя вреда мне, но со стороны казалось, что у ведьмы горит правая рука. - Алин, дай-ка, я ее подержу.
   Я потянулась к мавке "огненной дланью", и несчастная нежить задергалась, пытаясь вырваться, но кричать не смела.
  -- Ш-ш-штой, ведьма!! Я вш-ш-е ш-шкажу. Ищ-щ-щи прижрака вон в той лощ-щ-щине, - мавка обреченно махнула лапкой на восток, где сквозь густой туман проглядывали корявые остовы редких деревьев и довольно-таки густой кустарник. - Там его логово.
  -- Очень хорошо. - Похвалила я. - Теперь вопрос второй: призрак успел обзавестись свитой?
  -- Не-а. Ш-шюда ведь никто пош-шти не ходит. Не иж кого делать. Хотя недавно вроде каких-то двоих поймал - то ли люди, то ли нет. Еш-шли прижрак захочет, то ш-швита будет. - Уверенно ответила мавка. Видимо, до нее дошло, что маги шутить не любят, особенно в тех случаях, когда торопятся. Я задумчиво смерила съежившуюся нежить серьезным взглядом и задала последний вопрос:
  -- Те двое, которых забрал призрак, были живы?
  -- Ещ-щ-ще как! Кричали - краш-шота, заш-шлушаеш-ш-шься!
  -- Понятно, - я впитала пульсар и кивнула Алину. - Отпусти ее на все четыре стороны.
   Эльф удивленно посмотрел на меня, но ладонь разжал, и мавка с воплем рухнула на землю, после чего моментально вскочила и скрылась в близлежащих кустах. Я рассеяно посмотрела вслед нежити, и устало потерла лоб.
  -- Ладно, народ. Двинули.
  
  
   Указанная мавкой тропка привела нас к небольшой лощине, укрытой густым жемчужным туманом, из которого не раздавалось ни звука. Мы засели в кустах у края поляны и принялись продумывать план действий, который, в сущности, был до смешного прост - незаметно пробраться в лощину, умыкнуть Данте и Вильку и максимально быстро смыться. Но любой план хорош только на бумаге, поэтому сейчас мы пытались придумать экстренный вариант отступления на тот случай, если нас все-таки засекут.
  -- Ева, и все-таки - почему ты отпустила мавку? Она ведь наверняка растрещит о нас по всему Серому Урочищу. - Тихо спросила Хэлириан. Прическу она уже поправила с помощью магии и теперь смотрела на меня черными зеркалами глаз, в которых невозможно было прочитать ни одной эмоции.
  -- Непременно растрещит. - Подтвердила я, настороженно оглядывая лощину в клубах густого тумана. - Но ей тоже жить хочется, а как нежить она совершенно не опасна - максимум, что она может, так это испортить прическу или укусить за палец. Зачем убивать-то? Пусть живет... - Хэл только фыркнула и замолчала. Но через полминуты опять включилась.
  -- А что за свита? Ну, ты спрашивала у мавки, есть ли у лунного призрака свита. Кто это?
  -- Разумные существа, из которых лунный призрак выпил жизнь. - Коротко ответила я.
   На самом деле свита лунного призрака - это усовершенствованные зомби. Зомби с заключенной в мертвом теле душой, именно поэтому свита лунного призрака сохраняет свой внешний вид долгие годы, не разлагаясь и не требуя подпитки извне. Идеальные охранники, поскольку рефлексы и умения "выпитого" призраком сохраняются, а после смерти тело с заточенной душой становиться абсолютно покорно лунному призраку.
   Некроманты до сих пор головы ломают, как же получить магическим путем такую "свиту", но пока, к счастью, безуспешно. Потому что пока они работают исключительно с мертвыми телами, их хоть и объявляют вне закона во всех уважающих себя государствах, но не уничтожают. Пока некромант не перейдет определенные границы допустимого - скажем, не начнет целенаправленно убивать разумных существ для своих опытов, не удовлетворяясь телами, добытыми темной ночью на кладбище - на его деятельность попросту закрывают глаза, потому как есть определенные виды услуг, которые могут обеспечить только некроманты. К примеру, в кадровом составе княжеской пыточной непременно присутствует некромант - если палачу не удается "расколоть" допрашиваемого, то чародей гарантированно добьется нужной информации, хоть и после смерти объекта...
  -- Не знаю, что там, но в лощине определенно что-то есть. - Доложил вернувшийся Алин, которого мы с Хэл, не долго думая, заслали в дозор, потому что, как ни крути, а у Алина быть шпионом на вражеской территории получалось лучше, чем у нас с Хэлириан вместе взятых.
  -- Тогда идем. - Я поднялась с насиженного места и легким прогулочным шагом двинула вглубь тумана. Алин поймал меня буквально после того, как я сделала шагов пять, и зашипел на ухо:
  -- Ты что, с ума сошла?? Там же лунный призрак! - Я, как сумела, развернулась в кольце рук Алина и, глядя в его серьезные серебряные глаза, тихо ответила:
  -- Алин, во-первых, призрак уже наверняка в курсе, что мы здесь - он чует живое существо за сотню локтей. А во-вторых, у Вильки и Данте лишнего времени нет совсем. К тому же, у меня как у мага есть весьма приличные шансы выбраться из схватки с лунным призраком живой и невредимой. Чего я не могу сказать о тебе. Поэтому план действий такой - Хэл прикрывает тебя ментальным щитом, и вы оба держитесь в стороне, пока не будет возможности вытащить Данте и Ревилиэль.
  -- А ты?
  -- А я, как обычно, буду носиться по лощине, работая приманкой и отвлекая внимание лунного призрака на себя. - Как можно беззаботнее отозвалась я, пытаясь освободиться, но эльф был непреклонен.
  -- Нет. Так не пойдет.
  -- Придется. Алин, пока мы тут с тобой треплемся, Вильку убивают! Учти, если я приду, и выясню, что она погибла только потому, что ты меня удерживал здесь и сейчас, то я буду мстить. Причем тебе, и поверь мне, я не успокоюсь, пока ты не окажешься на том свете, даже если мне самой придется для этого вернуться из Преисподней! Ясно? - Я наконец-то разозлилась по-настоящему, а страх за Вильку и Данте подстегнул мою ярость, так что меня было безопасней отпустить, чем удерживать. И Алин, уже не раз видевший меня в деле, это понял. Он со вздохом разжал руки и напутственно хлопнул по плечу, сделав шаг назад, поближе к Хэл. Я кивнула им обоим и шагнула в туман лощины, где меня наверняка уже ждали.
   Я ошиблась.
   Лунному призраку не было до никчемной и незаметной меня ровным счетом никакого дела, поскольку в пещере, которую я видела в своих видениях, его не было. Зато была Вилька.
   Бледная, как полотно, полуэльфийка совершенно неподвижно лежала на огромном обомшелом валуне, который чем-то напоминал алтарь. Рыжие волосы слегка потускнели и словно выцвели, беспорядочно обрамляя белое, словно восковое, лицо. Я приглушенно вскрикнула и кинулась к подруге.
   Приложила ухо к груди и с несказанным облегчением услышала редкие удары сердца. Пусть, главное - что Ревилиэль жива, а преодолеть проклятие лунного призрака я смогу. Не зря же меня воспитывал лучший волхв во всей Роси! Я попыталась приподнять Вильку, но подруга, весившая примерно три с половиной пуда, в таком странно одеревеневшем состоянии была для меня практически неподъемной ношей. Пришлось аккуратно спихивать Вильку с импровизированного алтаря и волоком вытаскивать к входу пещеры.
  -- Ну, Вилька, ты и тяже-е-елая-а!! - пропыхтела я, таща подругу по неровному полу пещеру головой вперед. За ноги, конечно, тащить было бы легче, но тогда бы Вилькина голова близко познакомилась бы со всеми неровностями каменного пола, а это было чревато - голова ей еще пригодится.
  -- Помочь? - Ехидно осведомился над ухом голос Алина. Я подпрыгнула на месте, едва не выпустив Вильку из рук, и со злостью уставилась в абсолютно честные глаза эльфа.
  -- Ты что тут делаешь?? - Приглушенно зашипела я, помогая Алину подхватить Вилью на руки.
  -- Тебе помогаю, если до тебя еще не дошло!
  -- Вот и помогай - тащи Ревилиэль к Хэл, пусть наша айранит постарается вывести Вильку из этого состояния.
  -- Как?
  -- Она маг? Вот пусть придумает! Все, вали отсюда, а я пойду искать Данте. Странно, что его здесь нет...
  -- Ева, а ты уверена, что стоит...
   Вместо ответа я настолько красноречиво уставилась на Алина, что тот, не размениваясь на дальнейшие препирания, рысью выбежал из пещеры с Вилькой на руках. Я же вздохнула посвободней - одной проблемой меньше. Теперь осталось только отыскать нашего горе-проводника - и можно со спокойной совестью проваливать отсюда от греха подальше.
   Я сделала несложный пасс пальцами левой руки, и под потолком пещеры затрепетал белый световой пульсар, похожий на светлячка-переростка, и в его свете я увидела, что у дальней стены небольшой пещеры находиться нечто вроде двери - невысокий проем, занавешенный пепельно-серой шкурой неизвестного мне животного.
   И из-за этой шкуры доносились неясные бормотания. Я тихонько, на цыпочках, подошла к ней и, погасив пульсар, скользнула в почти полную темноту пещеры. Бормотания усилились и стали более различимыми - хриплый голос явно возмущался на все лады:
  -- Ну, сколько можно с ним возиться? Никак не докопаюсь! Оградился, гад, чем-то - и не пробиться никак... Ну, ничего. И не таких ломали...
   Не знаю, кто больше удивился - лунный призрак явно женского пола, увидев в пяти локтях от себя сначала ярко вспыхнувший пульсар, а затем обозленную и уставшую ведунью, или я, в полной темноте почти натолкнувшаяся на призрака, принявшего материальное воплощение. Сдвоенный визг, многократно отразившийся от стен и потолка небольшой пещеры, поднял бы мертвого безо всякого некроманта! Наконец, когда мы сбросили напряжение таким нехитрым образом, настала очередь действовать.
   Вот только ни я, ни лунный призрак, шинковать противницу в капусту не торопились. Не знаю, что мешало нежити, но я не могла снести призрака заклинанием только потому, что она в данный момент восседала на обнаженном до пояса Данте. Наш проводник отличался от нормального живого существа таким же, как и у Вильки, изумительным цветом лица - в тон свежевыпавшему снегу, редким поверхностным дыханием и, зуб даю, таким же слабым пульсом.
   И все же я решилась на действия - с хрустом размяла пальцы рук и ласково так вопросила, поигрывая голубым пульсаром:
  -- Ну, что, красавица, отпускать чужого мужика будем, али как?
  -- Твоего, что ли? - Усмехнулась нежить, демонстрируя ярко-красные глаза с вертикальными зрачками, острые зубы и длиннющие когти, которыми она как бы невзначай проводила по груди Данте. И я точно знала, что ей достаточно всего лишь одного движения когтей, чтобы нанести Данте смертельные повреждения.
  -- Допустим, моего. - Подбоченясь, ответила я, продолжая поигрывать пульсаром. Ситуация сложилась патовая - пока нежить не отойдет от Данте, я не смогу уничтожить ее, боясь повредить нашему проводнику. В свою очередь, лунный призрак тоже не может меня уничтожить - если она хотя бы не полшага отодвинется от лежащего на каменном полу Данте, то я моментально ее испепелю.
   Светлячок пульсара подлетел поближе к нежити, и я наконец-то сумела разглядеть ее во всех подробностях. Что ж, при жизни лунный призрак была довольно красива - волна угольно-черных волос, ниспадающих почти до талии, точеная фигурка и довольно приятное лицо. Общее впечатление несколько портили красные глаза, когти и зубы, но в тумане она вполне могла сойти за человека. К тому же, так хорошо лунный призрак выглядела только потому, что уже напиталась энергией Вильи и сейчас подкармливалась жизненной силой Данте. Если бы она высосала моих друзей до конца, то выглядела бы человеком даже при свете дня...
  -- Ну-с, ведунья, и что делать будем? - Насмешливо спросила призрак, продолжая водить когтями по груди Данте.
  -- Я лично собираюсь тебя уничтожить. Как меня и учили.
  -- А как же твой возлюбленный? Я ведь могу нанести ему такие раны, от которых он в своем нынешнем состоянии не оправится.
  -- Я рискну. - Хищно улыбнулась я. - Ведь терять мне, в сущности, нечего.
  -- Тогда, - мурлыкнула нежить, - предлагаю сделку.
  -- Какую? - Насторожилась я.
  -- Я отпускаю твоего полукровку, а ты со мной сыграешь в о-очень опасную и интересную игру. Мы встретимся в твоем сне. Если ты сможешь выжить, то уйдешь отсюда вместе с ним. Если проиграешь - останешься, но его я все рано отпущу.
  -- С чего такая милость-то? - Ехидно поинтересовалась я.
  -- А мне с ним скучно! - Капризно пропела нежить. - Он спрятался от моих иллюзий, закрылся каким-то то ли воспоминанием, то ли чувством, сквозь которое я не могу пробиться. Все, что могла, я уже от него взяла, в мою свиту его ввести не получится, так что мне он больше не интересен. Хочешь - забирай. Но прежде дай слово ведуньи, что сама останешься и сыграешь со мной. Я чую от тебя интересную силу, совсем как от твоего друга, и хочу попробовать ее на вкус. - Нежить облизнулась и пристально посмотрела на меня сверкающими рубинами глаз.
  -- Ну что, ведунья, согласна?
   Я задумалась. То, что предлагает мне лунный призрак, безусловно, очень опасно - мне придется сражаться на ее территории, более того - в ее иллюзорном мире, где действуют только те законы, которые она сама придумает. Но другого способа спасти Данте просто нет - нежить действительно успеет распороть ему живот прежде, чем я уничтожу ее, и тогда я себя никогда не прощу. Потому что был шанс спасти, а я им не воспользовалась. Наставник мне говорил, что первая строчка кодекса ведунов гласит: "Если можешь - спаси". Поэтому придется рискнуть...
  -- Хорошо, я согласна.
  -- Отлично! - Нежить едва не захлопала в ладоши. - Только поклянись, что дашь мне себя увлечь в иллюзорный сон - и можешь забирать его.
  -- Но при одном условии, - дополнила я. Призрак нахмурилась.
  -- Каком?
  -- Сейчас я поклянусь, и ты позволишь мне телепортировать его в другое место.
  -- А откуда я буду знать, что ты вместо телепортации на спалишь меня?
  -- Оттуда же, откуда у меня возьмется уверенность, что ты не нападешь, пока я творю волшбу. - Пожала плечами я. - Если не согласишься, то я рискну вступить в драку.
  -- Ладно, черт с тобой, - махнула когтистой ладонью нежить. - Поклянись и телепортируй его отсюда. Мне уже не терпится сыграть с тобой, моя маленькая колдунья.
  -- Хорошо. Я, ведунья Еваника Соловьева, приношу клятву ведунов, что соглашусь отправиться с лунным призраком в иллюзорный сон, не нанеся ей никаких повреждений до этого отправления при условии, что она позволит отправить моего спутника в безопасное место, не нанеся повреждений ни мне, ни ему во время отправки. В противном случае клятва будет считаться недействительной и освобождает меня ото всех обязательств. Довольна?
  -- Да, ведунья, - ответила нежить, слезая с Данте. - Забирай его, и идем со мной.
  -- Ты только отойди, ладно? - Призрак пожала плечами и сдвинулась в дальний угол пещеры. Я же подбежала к Данте и первым делом приложила ухо к груди.
   Сердце, к моему облегчению, билось ровно и четко, не то что у Вильки. Я сняла с себя сумку и дважды обмотала ремень вокруг холодного запястья Данте - если не вернусь, то мои друзья смогут продолжить путь. Или вернуться в Древицы - это уж кому как предпочтительней. Но путешествие, по меньшей мере, не будет впроголодь - большая часть продуктов находиться в моей бездонной сумке... Я оглянулась вокруг, и почти сразу же наткнулась взглядом на меч Данте, наполовину вытащенный из ножен, а также подаренный мною серебряный кинжал, который лежал на ворохе одежды, в которой я признала почти не пострадавшую куртку нашего проводника, порванный на ленточки плащ и светлые обрывки рубашки. Не знаю, насчет одежды, но оружие Данте однозначно пригодиться, поэтому я, не вставая с колен, поманила к себе пальцем куртку, меч и кинжал и, положив это все одной кучкой рядом с сумкой, поднялась, и начала нараспев читать заклинание переноса.
   Велико, очень велико было желание и себя захватить, но если такое случиться, то лунный призрак будет преследовать нас, пока мы не покинем Серое Урочище, а сделать это мы сможем не раньше, чем через несколько часов... Нет, подвергать друзей такой опасности я просто не имею права, к тому же я дала слово, который ведун должен держать в любом случае.
   Полыхнула ослепительная белая вспышка, унеся Данте к моим друзьям, которые куковали где-то на краю лощины. Дай бог, до Хэлириан и Алина дойдет, что не вернулась я по весьма серьезной причине, и спасать меня нет смысла - если все получится, то я вернусь сама, а если не получиться...
  -- Ну, вот мы и остались вдвоем, ведунья! - Промурлыкала нежить, выходя из неосвещенного угла и медленно приближаясь ко мне.
  -- Что мне нужно сделать? - Холодно спросила я.
  -- Ничего, моя дорогая. Просто сними перчатки и протяни мне руки. И расслабься.
   Я фыркнула, но ничего не сказала. В конце концов, Вилькина мать мне не раз говорила, что если не удается отвертеться от неприятного обязательства, то нужно просто расслабиться и получить удовольствие. Поэтому я глубоко вздохнула и, с трудом стянув с забинтованных кистей перчатки, протянула руки к подошедшей ко мне вплотную нежити.
  -- Неприятных снов тебе, моя дорогая. - Нехорошо улыбнулась лунный призрак и коснулась кончиками когтей моих забинтованных ладоней.
   В голове у меня что-то щелкнуло, в глазах потемнело, и я моментально провалилась в сон, от которого могла не проснуться...
  
   Очнулась я от сильной боли в левой лодыжке. С трудом, опираясь руками на мягкий лесной мох, села и принялась рассматривать ногу. Вроде ничего страшного, но идти все равно нельзя - больно очень. Наставник говорил, что в таких случаях лучше всего приложить что-нибудь холодное, но ручья поблизости не наблюдалось, а вода в небольшой деревянной фляге, которую я захватила из дома, уже почти кончилась.
   Так, без паники, Ванька, что-нибудь придумаем. Что там говорил наставник - в лесу главное не бояться, а лесные жители, даже мелкая нечисть, не станут обижать ребенка... Я раздраженно дернула себя за правую тоненькую косичку, закрепленную на кончике простой зеленой ленточкой, и поморщилась - когда же у меня волосы наконец вырастут до нормальных размеров-то?? А то все девчонки с соседней деревне уже щеголяют с красивыми косами и шелковыми лентами, а я в свои восемь лет таскаю только льняные рубашки и штаны! А хочется-то мне красный сарафанчик, как у дочки пекаря, и бусики, и еще лапоточки красивые, цветные...
   Я обиженно захлюпала носом, и попыталась подняться, но ногу тотчас прострелило резкой болью. Я упала на землю и заплакала от боли и обиды. Ну вот, ногу подвернула, а до избушки-то еще ой-ой, как долго идти! До заката не успею, а ночью, как рассказывал наставник, по лесу шастают уже всякие злые звери, которые любят детей обижать! Что же делать-то?!
   Я оглянулась вокруг, и тотчас заметила высокую суковатую палку, валявшуюся всего в нескольких шагах от меня. С одного конца палка оканчивалась небольшой рогатиной - может, она подойдет? Я подползла к палке и, взяв ее в руки, стала внимательно рассматривать. Что ж, наверное, длинновата, но опираться на нее можно - авось, до дома и доберусь...
   Идти было трудно - ушибленная нога сильно болела, да так, что наступить на нее нельзя было совсем. Но главное то, что я медленно, но верно приближалась к дому. Тропинка, хоть и узкая, но хорошо утоптана - по ней каждый день соседские ребятишки поутру за грибами бегают. Вернее, бегали, потому что грибы в ближнем лесу уже закончились, а в самую чащу мальчишки лезть уже боятся. Да и родители не велят - если ослушаешься, то высекут хворостиной так, что два дня сидеть не сможешь. Мне-то в этом смысле повезло - наставник меня ни разу не бил, так, иногда подзатыльник отвесит, если расшалюсь совсем, но за прут ни брался ни разу, а уж про палку и говорить нечего.
   Тропка вильнула, проходя по краю оврага. Я шла так аккуратно, как только могла, но все равно, когда я проходила по краю ямы с крутыми берегами, влажная после недавно прошедшего дождя земля оползла прямо под моими ногами и я, взвизгнув, кубарем скатилась на самое дно, звучно шлепнувшись в жидкую грязь. К ушибленной ноге добавилась боль в расцарапанном боку, и вот тут я разревелась в голос.
   Я плакала, звала наставника, но никто так и не пришел. А солнце неумолимо сползало за макушки деревьев, и на лес вместе с сумерками наползала зловещая тишина. Постепенно стемнело, и я уже боялась не то что кричать, а даже чересчур громко дышать. Я сжалась в комочек у скользкой глиняной стенки оврага, под ненадежной защитой корней, пробившихся сквозь рыхлую глину и образовавших нечто вроде шалашика, куда я и забилась, тихо плача от боли и страха.
   Внезапно прямо у меня над головой раздалось приглушенное рычание.
   Я застыла, как мышь под веником, боясь даже дышать, и надеясь, что недобрый зверь, принюхивающийся на краю оврага прямо над моей головой, поскорее уберется восвояси. Тишина затягивалась - зверя не было слышно, но я почему-то точно знала, что никуда он не ушел, что он по-прежнему топчется у меня над головой, выискивая себе добычу.
   Сверху на меня посыпались комья земли и, задрав голову, я с ужасом увидела, как огромный черный волк, осторожно перебирая лапами, спускается вниз, в овраг. Приглушенное ворчание стало громче, и волк, неловко оступившись, соскользнул на дно оврага.
   И очутился всего лишь в десятке шагов от меня.
   Я увидела, что глаза волка светятся в темноте ярко-красным светом, не так, как у обычных волков - у тех глаза желтые. Значит, это волк не из простых, а как раз из тех очень злых зверей, о которых наставник рассказывал совсем недавно. Он еще показывал, как нужно пальцы складывать, если повстречаешь таких зверей. Наставник называл их нежить.
   Волк тихо рыкнул, наконец-то заметив меня, съежившуюся в шалашике из корней, и припал к земле, готовясь к прыжку. Я взвизгнула и попыталась сложить пальцы так, как учил меня наставник, и на удивление, у меня получилось - с ладоней сорвался ослепительно-голубой клубок огня, который прокатился по шерсти волка.
   С перепугу я промазала, но волк взвыл и покатился по земле, стараясь сбить голубое пламя, которое с шумом охватило его пышную шубу. Это ему удалось, и он, не тратя времени зря, метнулся ко мне темной молнией, противно пахнущей паленой шерстью. Я закричала, и в последний момент каким-то чудом успела выкатиться из-под корней, распластавшись на холодной глине.
   Волк, проскочив мимо меня, неторопливо обернулся, и его алые с вертикальными зрачками глаза сощурились, показавшись мне до жути разумными. И приготовился к прыжку. Я же закрыла глаза ладонями, понимая, что ни за что не вспомню, как именно надо складывать пальцы, чтобы вызвать еще один голубой клубок, а увернуться с моей ногой у меня не получиться...
   Я услышала какой-то шорох на краю оврага, но решила, что это еще один волк. Теперь-то мне точно конец!
   Но волки почему-то не торопились нападать, и тогда я осмелела настолько, что приоткрыла один глаз. И увидела, что между мной и страшным черным, неправильным волком стоит кто-то. У этого кого-то на спине росли широкие черные крылья, а росту он был такого, что я была бы ему по пояс. Он замахнулся на волка длиннющим мечом и что-то сказал на непонятном мне языке. Волк, наверное, тоже его не понял, потому что кинулся на нежданного спасителя.
   Но крылатый был начеку, и волк со всего размаха насадился прямо на меч, который выставил перед собой тот, кто пришел мне на помощь. Темная кровь хлынула фонтаном, волк дернулся и обмяк. Красные огоньки глаз потухли, и вдруг он начал медленно растворяться в воздухе, превращаясь в густой туман, который почти сразу растаял. Я так удивилась, что даже забыла о больной ноге.
  -- Ой, а куда это волк делся? - Мой спаситель обернулся и опустил меч. Я не видела в темноте его лица, но заметила, что глаза у него блестят, как черные зеркала, какие гномы возят на городскую ярмарку. Он подошел ко мне и, убрав меч за спину, поднял меня на руки.
  -- Дяденька, а помогите мне до дома добраться, а? А то у меня нога болит, я в лесу упала, а до дома еще далеко... Я у Лексея Вестникова живу, он волхв. Знаете такого? - Незнакомец молча кивнул головой, и длинные темные волосы рассыпались по плечам, укрыв половину лица.
  -- Тогда помогите мне выбраться, ну пожалуйста-а! Ночью в лесу страшно, волки ходют, и еще неправильные звери, как тот, с которым вы дрались...
   Незнакомец кивнул еще раз и, взмахнув крыльями, легко оторвался от земли. Я восторженно взвизгнула, наблюдая за тем, как мимо проносятся верхушки деревьев, когда заметила, что между деревьев мелькает зеленоватый огонек, а ветер донес до меня такой родной голос:
  -- Ванька-а-а! Ау-у!
  -- Это наставник!! - Заверещала я, тыкая тонким пальчиком в сторону мерцающего огонька. - Дяденька, отнесите меня к нему!!!
   Он кивнул и начал снижаться. Когда мы оказались на земле, он опустил меня на густую траву, и сразу же взмыл в ночное небо, скрывшись за верхушками деревьев, да так быстро, что я не успела даже слова сказать.
  -- Эй, куда же вы?! Я даже спасибо сказать не успела!!!
   Между деревьями замелькал зеленоватый огонек и на полянку вышел встревоженный наставник.
  -- Ванька, вот ты куда подевалась! Ну, прибавилось у меня седых волос за сегодня.
   Наставник говорил строго, но все равно карие глаза смотрели удивительно добро. Я почувствовала, как по щекам снова текут слезы, и я потянулась к нему со счастливым криком:
  -- ПАПА!!!
  
   Я резко открыла глаза и первое, что я увидела - низкий потолок пещеры, нависший над головой. И странной формы фиолетовый светлячок пульсара - плоский, словно сплющенная шаровая молния. И полный облегчения женский голос над ухом:
  -- Очнулась-таки, хвала Небесам. Ну, Еваника, сильна! Ничего не скажешь. - Я с трудом повернула голову в сторону раздавшегося звука и увидела Хэл, сидевшую у моего изголовья. Айранит задорно блеснула черными зеркалами глаз и широко улыбнулась.
  -- Где мы? - Голос повиновался с трудом, и был хриплым и надломленным, словно я долго кричала.
  -- В бывшей пещере лунного призрака. - Просто ответила девушка, разведя руками-крыльями.
  -- Где-е-е??! - Хэл охотно повторила.
  -- А где остальные?
  -- Данте - справа от тебя, а Вилька с Алином в другом зале отдыхают.
  -- Что? - Я повернула голову в указанном направлении, и увидела лежащего в локте от себя Данте, который медленно приходил в себя. Вид у него, конечно, был неважный, но то, что он не бездумно смотрел в потолок, а тепло улыбался, глядя мне в глаза, настраивало на оптимистичный лад.
  -- Ты как?
  -- Ничего. Могло быть хуже. - Улыбнулся он еще шире и с хрустом потянулся, лежа на каменном полу. - Я тут решил тебе компанию в твоем иллюзорном сне составить, думал - авось, пригожусь. Выходит, тот овраг для тебя - самое страшное воспоминание?
  -- Так это сон был?! - Я села и обхватила голову руками. - Бог мой, но до чего все было реально! И боль от растянутой лодыжки, и холодная глина на дне оврага... Ужас просто!
  -- В том-то вся суть, - влезла Хэл. - Сон настолько реальный, что человек заново переживает свой самый худший кошмар. Ты не представляешь, что с нами было, когда у нас перед носом Данте появился! Я только-только Вилью в чувство привела, а тут на тебе - из ниоткуда появляется наш проводник, рядом с которым скорбной кучкой сложено его оружие и твоя сумка! Мы сразу поняли, что ты вместо Данте осталась, вот только не сразу тебе на выручку поспешить решились. Кто тебя знает, может, это так задумано было... Мы приличия ради выждали немного, видим, ты не появляешься, и пошли в пещеру. Входим и видим такую картину - ты лежишь на полу, бледная, как мел, а над тобой нависла нежить. Алин, как это дело увидел, то сразу же кинжал выхватил и на призрака кинулся...
  -- Вот только выяснилось, что ты связана с этой нежитью - стоило только царапнуть ту тварь, как у тебя появилась точно такая же рана на том же месте. Получалось, что разорвать эту связь можно только в иллюзорном сне. - Продолжил Данте. Он сел и посмотрел на меня в упор. - Поэтому я упросил Хэл перебросить меня в этот сон. В качестве поддержки. Что она и сделала, правда, ума не приложу, как.
  -- Пришлось голову поломать, на задачу я все-таки решила.
  -- Да уж, она успела перебросить меня как раз вовремя - еще полминуты, и спасать было бы некого. Ты хоть в курсе, что если бы ты погибла в иллюзорном сне, то лунный призрак выпила бы твою жизнь?!
  -- В курсе, конечно, - небрежно пожала плечами я.
  -- И все равно полезла меня спасать... За что тебе отдельное спасибо. Теперь я у тебя в долгу. - Данте осторожно взял меня за забинтованную ладонь и резюмировал:
  -- В общем, хлопот из-за тебя не оберешься, но зато ты никогда не бросаешь друзей в беде.
  -- Ну, спасибо. - Буркнула я, сцеживая зевок в кулак. Иллюзорный сон все-таки несколько отличается от обычного, так что сейчас глаза у меня слипались - сказался насыщенный и тяжелый день. - Одно мне только непонятно - почему в моем сне у тебя крылья-то появились?
  -- А кто его знает? - Непринужденно развел руками Данте. - Это твой сон, и это твое подсознание подобрало для меня внешний облик. Вот у себя и спрашивай.
  -- Ладно, - устало вздохнула я, заворачиваясь в одеяло, на котором до сих пор сидела. - Последний вопрос, и я ложусь спать. Почему мы ночуем в этой пещере, и куда делся лунный призрак?
  -- Это два вопроса. - Улыбнулась Хэлириан. - Но все равно отвечу. Ночуем здесь потому, что к логову лунного призрака, останки которого сейчас покоятся во-о-он в том углу, ни одна нежить не подойдет. Так что на сегодняшнюю ночь это самое безопасное место во всем Сером Урочище. А теперь спи.
   Я покосилась в сторону темной кучки пепла, которую поначалу не заметила и, окончательно успокоившись, погрузилась в здоровый, не иллюзорный, сон...
  
   На следующее утро, когда солнце уже поднялось довольно высоко над горизонтом, мы наконец-то покинули столь негостеприимное и порядком опостылевшее Серое Урочище. Его густой туман вместе с бесчисленной нежитью и редкими травами остался позади, а впереди были только горы Гномьего Кряжа.
   Я глубоко вдохнула свежий горный воздух и подставила лицо холодному северному ветру и яркому, уже почти не греющему осеннему солнцу.
   И радостно улыбнулась, словно оставив тревогу вместе с густым жемчужно-серым туманом.
  -- Эй, мечтательница, ты идешь или будешь тут стоять? - Данте легонько хлопнул меня по плечу, проходя мимо и, подмигнув мне, свернул на узкую каменистую тропку, змейкой поднимавшуюся в гору под названием Западный пик.
   Я усмехнулась и почти бегом устремилась вслед за Данте, тем самым начиная покорение Гномьего Кряжа.
  

Оценка: 6.72*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"