Ева: другие произведения.

Синяя Птица. Глава 13-16.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


Глава 13.

   Закатный пик возвышался над нами, сверкая в лучах осеннего солнца снежной вершиной. Гномы называли эту гору "Киррелин-виран-Гал", что в переводе с гномьего означало "снежный алмаз". Действительно - вершина Закатного пика блестела так, что на нее было больно смотреть - казалось, что где-то там, на высоте нескольких тысяч локтей, горело еще одно маленькое солнце. Холодное, но яркое...
   Жаль только, что горные тропы не блистали ни красотой, ни удобством.
   Мы с завидным упорством взбирались вверх по узкой, в два локтя, тропе, которая змеилась между камней, причем по такой причудливой траектории, что мы с Вильей перебрали весь словарный запас ругательств на двух языках, идя по ней. Все бы ничего, но на этой тропке от впереди идущего вниз сыпались мелкие камешки, которые, попадая под ноги, радости не доставляли. Просто я, попав под такой "камнепад", сыпавшийся из-под ног идущей передо мной Хэлириан, поскользнулась на мелких камушках, и едва не ухнула носом вперед на тропу. Спасибо Алину, шедшему позади - эльф в последний момент изловил меня за плащ, не давая упасть. Я бегло поблагодарила своего подстраховщика и одарила недовольным взглядом Хэл.
   Н-да, подъем действительно не из приятных. Ладно бы просто тропа - не-е-ет, Данте не мог повести нас по заброшенной гномами дороге, которая хоть и вела к катакомбам, но делала слишком большой крюк! Он потащил нас по партизанской тропе, по которой гномы контрабандой выносили припрятанные при добыче драгоценные и полудрагоценные камни, которая мало того, что виляла меж камней, как вусмерть упившаяся змея, но и обрывалась на самом интересном месте, представляя пред наши несколько офигевшие очи монолитную стену в двенадцать локтей высотой!
   Ладно, Данте, он по этой тропе уже ходил, и скалолазом, соответственно, был отменным. Вилья тоже не подкачала - что с эльфов взять, если они по гладкой коре вяза запросто взбираются, но мы с Хэл чувствовали себя по меньшей мере неуверенно. Хэлириан даже пришлось перекинуться в человека, дабы суметь влезть по источенной ветрами и холодом стене, поскольку взлететь не позволяла малая ширина прохода между скалами.
   Поэтому, когда усилия Хэл по преодолению означенной высоты не увенчались успехом, хотя ее честно подпихивал Алин снизу и пытался втащить Данте, уже залезший наверх, я поняла, что скорее умру, но не позволю затаскивать меня таким способом, тем более, что сами затаскивающие уже начинали подхихикивать, пытаясь помочь Хэл взять-таки означенную высоту.
  -- Блин, Ева, у тебя же вроде как веревка в сумке была! - Вилья, уже залезшая наверх и сдавленно похрюкивающая от тщательно сдерживаемого смеха, наконец-то смогла членораздельно говорить и первым делом вспомнила по веревку.
  -- Точно! - Я едва не хлопнула себя по лбу, удивляясь своей забывчивости, вытащила из сумки моток веревки, и, размахнувшись, бросила его Вильке, сопроводив бросок заклинанием.
  -- Перелет! - Сообщила мне секунд через тридцать Вилька. - Ты ее на камни забросила, но достать можно. Сейчас попробую.
   В конце концов, Хэл запихнули-таки совместными усилиями вверх по отвесной стене, которая плюс ко всему еще и нависала над головой небольшим козырьком, и широким жестом предложили начать штурм уже мне. Я же с поклоном вернула любезность Алину, категорически отказываясь лезть на стену ДО эльфа. На что уже откровенно посмеивающийся Алин ответил, что намерен остаться и страховать меня как инвалида, поскольку руки у меня еще не зажили и попытка заняться альпинизмом могла доконать меня окончательно. Согласилась же я только тогда, когда эльф пригрозил попросту запихнуть меня наверх. Прикинув, как это будет выглядеть со стороны, я тяжело вздохнула и решила, что дешевле будет подчиниться, иначе с Алина действительно станется закинуть наверх мое далеко не воздушное тельце, как мешок картошки.
   Я сделала шаг к скале и, в последний раз одарив невозмутимо сложившего руки на груди эльфа пронзительным взглядом, полезла вверх.
   Вернее, попыталась, потому что нога сорвалась на первом же шаге, и я бесславно сползла по скале обратно.
   Подозрительное хихиканье над головой показало, что я на верном пути к окончательному позору...
   Ребята сжалились только тогда, когда я сорвалась с упрямой скалы, будучи в двух локтях от цели. Меня поймал бдительный Алин, который караулил снизу. Я свалилась в руки эльфа как зрелая груша под громовые аплодисменты сверху, причем непонятно было, чему аплодируют друзья - то ли самому падению, то ли удачному приземлению. Серебряные глаза Алина смеялись, когда он ставил меня на ноги, а я наконец-то вспомнила, что являюсь, вообще-то, ведуньей, и, пробормотав под нос заклинание левитации, плавно воспарила на указанную высоту.
  -- Нет бы сразу так! - хихикнула Вилька. - А то такой балаган устроила!
  -- Ну, ты и нахалка-а... - Протянула я, поправляя лямку сумки и отряхивая штаны от мелкого песка и пыли. - Могла бы и помочь!
  -- На самом деле я думала, когда же ты вспомнишь, что можешь просто взлететь с помощью магии. - Улыбнулась подруга. - Не обижайся, вон, Хэл еще интереснее залазила - и ничего.
  -- Не в этом деле, Виль, - я двинулась вслед за Данте, который, к счастью, от комментариев воздержался. - Я не умею лазать по скалам, а это может создать большую проблему, когда мы будем подниматься на Рассветный пик. Данте ведь говорил, что примерно представляет себе, где находится нужна Хэлириан пещера, вот только туда придется взбираться на высоту локтей в пятьдесят, плюс-минус с десяток. На такую высоту я взлететь не смогу - мой "потолок" составляет локтей двадцать, ну, двадцать пять от силы. А там меня ловить будет некому.
  -- Хэл тоже не умеет...
  -- Она может перекинуться и элементарно взлететь. Это здесь чересчур узко, а там ей будет предоставлен огромный простор.
  -- У нас есть веревки.
  -- Виль, ты что, на полном серьезе считаешь, что я смогу подняться на пятьдесят локтей по веревке? Я не тренированный воин, я даже меч больше для вида таскаю, потому как в основном на магию полагаюсь. И подняться на Рассветный пик я попросту не смогу.
  -- Значит, ты уже сдалась? - Голос Данте словно окатил меня ледяной волной. Я подняла глаза от пропыленных сапог и посмотрела в черные с серебряными искрами глаза. - Получается, что ты готова сдаться, не начиная сражения.
  -- Но...
  -- Никаких "но". Горы не терпят слабых духом. Либо ты идешь до конца, и будешь идти даже тогда, когда нет ни сил, ни надежды, либо ты разворачиваешься прямо сейчас и идешь домой.
  -- Не слишком ли жестко? - Поинтересовалась я. - Мы ведь не на войне, вроде как...
  -- Это в первую очередь вопрос выживания. Гномы не просто так бросили богатые шахты, их что-то вынудило сделать это. К тому же я хочу быть уверен, что когда мне понадобиться помощь, я смогу рассчитывать на нее. Что бы ни случилось. Пойми, Еваника, в горах один слабый человек может утянуть всю команду в пропасть. - Он подошел ко мне, взял в руки мои ладони, обтянутые черными перчатками, и осторожно сжал.
  -- Ты не хуже меня знаешь, что в этой части Гномьего Кряжа что-то нечисто. И опасно. Именно поэтому, если ты не сможешь дойти до конца, то лучше и не пытайся. Потому что если ты не будешь верить, что дойдешь, то действительно можешь сгинуть на полдороге, а я этого не хочу.
  -- Тогда я постараюсь дойти.
  -- Не постарайся, Еваника. Дойди.
   Я кивнула и улыбнулась. Данте отпустил мои ладони и уверенно зашагал по узкой тропе.
  -- Тут уже немного осталось - скоро мы войдем в гномьи катакомбы. Идите за мной и смотрите под ноги.
   Он махнул рукой и ускорил шаг. Я пропустила вперед Вилью и на миг задержалась, окинув взглядом сверкающую вершину Закатного пика. А потом устремилась мыслями на восток, где в легкой дымке была ясно видна еще одна заснеженная вершина.
   Сияющая вершина Рассветного пика.
  
   Из округлого входа в гномьи катакомбы веяло затхлостью и холодом. Я заглянула вовнутрь, и тотчас отпрянула, увидев стены, густо поросшие бледно-розовыми розетками слабосветящихся кристаллов. Черт, черт! Этого только не хватало!!
  -- Данте! - Рявкнула я, едва сдерживаясь, чтобы не засветить нашему горе-проводнику в глаз. - Ты знаешь, что это за кристаллы?!
  -- Обычный берилл, - беспечно пожал плечами Данте, уже готовясь зайти в пещеру. - Удобно - в темноте светится, факелы с собой таскать не надо. А что?
   Я сдавленно зарычала. Данте на всякий случай попятился в темный туннель, стараясь держаться от меня подальше, да и Вилька с Алином, уже знакомые с особенностями моего "ангельского" характера, сделали шаг назад, отступая от меня и утаскивая за собой ничего не понимающую Хэл.
  -- Евочка, что-то не так? - Проворковала Вилька, разговаривая со мной так, как обычно говорят с буйно помешанными.
  -- Все не так! Бериллы, чтоб их... - Я круто развернулась в сторону Данте и метнула в него полноценный боевой пульсар. Тот дернулся, но пульсар потух, едва влетев под мрачные своды гномьей пещеры. - Понял?
   Данте на всякий случай кивнул, дабы не раздражать меня еще сильнее, но я уже малость поостыла и так ласково улыбнулась присутствующим, что Вилья, знавшая меня лучше всех на этом свете, за исключением, пожалуй, наставника, пискнула и попыталась спрятаться за широкую спину Алина. Я же, продолжая улыбаться, подошла к Данте и, глядя ему в глаза, отчеканила:
  -- Это - не берилл. Это димерит, минерал блокирующий любую магию. Это значит, что ты ведешь нас туда, где ни я, ни Хэл вообще не сможем колдовать. Ты это хоть понимаешь? Как только мы с Хэлириан войдем в эту пещеру, у нас пропадут все магические способности, и так будет до тех пор, пока мы не уйдем от димеритов хотя бы на пятнадцать локтей! - Кажется, Данте понял ошибку, потому что лицо у него посерьезнело, а правая ладонь машинально легла на длинный кинжал, висевший на поясе. Не серебряный, а из гномьей черной стали. Дорогое удовольствие... Оружие, выкованное из такой стали, никогда не тупилось, не ломалось и служило своему владельцу до самой смерти.
  -- Дошло? - Язвительно спросила я и, довольно неловко вытащив меч из ножен, шагнула в димеритовые копи. Стоило только войти в пещеру, освещаемую розовым светом димеритов, как я почувствовала, что магия, жившая во мне с рождения, пропала. Странное и страшное ощущение. Будто ты ослепла или оглохла, или перестала ощущать, как бьется твое собственное сердце - только что стучало в груди, и вдруг тишина...
  -- Куда?! - Данте обогнал меня и пошел на два шага впереди. - Ты же совершенно не умеешь с мечом обращаться! Не лезь вперед, и все будет нормально. Я тебя защищу.
  -- Н-да? - Протянула я. - Знаешь, если бы я заранее знала, что к Ночному перевалу мне придется пилить через димеритовые копи, то двести раз подумала бы, стоит ли туда вообще идти. Потому что без магии наш отряд вдвое слабее - я не знаю, какие гномы тут понаставили ловушки, а в том, что они есть, я даже не сомневаюсь!
  -- Но ведь я тут уже проходил. - Возразил Данте, настороженно оглядываясь по сторонам.
  -- Резонно, - согласилась я. - Но вот только ты упустил из внимания тот факт, что в прошлый раз ты шел один, а сейчас тебе придется опекать всех нас, причем ни я, ни Хэл не в состоянии определить, где есть ловушки, обычным способом. Эльфы подсознательно обходят стороной гномьи ловушки, но я на такой фокус не способна. Поэтому сейчас тебе в довесок досталась магичка, начисто лишенная способностей и лишь приблизительно знающая, с какой стороны браться за меч, и айранит в человеческой ипостаси. Даю гарантию, что я тут все ловушки соберу, так что твое опрометчивое обещание защищать меня лучше возьми назад. Иначе намаешься. - Усмехнулась я, с опасной небрежностью поигрывая мечом, заново привыкая к его оплетенной светлой кожей рукояти.
  -- Не в моих привычках брать свое слово назад. Ева, идешь за мной след в след. За Хэл последят эльфы. Все, двинулись.
   Мы в полном молчании гуськом направились вглубь гномьих копей - впереди Данте, за ним я, а на некотором отдалении - Вилья, Хэл и Алин. Эльф шел, как всегда, последним, наложив стрелу на тетиву короткого эльфийского лука, который во время путешествия до Древиц покоился в поклаже белоснежного скакуна. Когда глаза привыкли к ровному мерцанию димеритовых друз, я сумела оценить размеры гномьих шахт. Да каких там шахт - целого подземного города!
   Судя по всему, гномы жили прямо здесь, на разработках, по несколько месяцев, а то и лет, ожидая окончания своей смены, поэтому подгорный народ выстроил себе целый рабочий поселок прямо внутри горы. Низенькие пещеры, вырубленные в скале, когда-то служили комнатами рабочим гномам, посреди огромного зала, потолок которого терялся в беспросветной мгле горы, возвышались колонны, густо усеянные димеритовыми кристаллами. Получалось нечто вроде фонарей, потому как димерит, помимо своего основного свойства гасить всю магию, имел еще одну весьма занимательную особенность - чем ближе кристаллы, тем ярче они светятся, к тому же яркость свечения зависела и от их количества.
   Я подошла к одной такой колонне и заинтересованно провела ладонью по скоплениям розовых димеритов. Камни как камни... В этот момент я сдвинула один из ярко светящихся кристаллов и тотчас в тишине покинутых копей раздался еле слышный щелчок. Данте метнулся ко мне расплывчатой тенью, сбивая с ног, и мы в обнимку покатились по пыльному каменному полу.
  -- Что... - Слова замерзли у меня на губах, когда я увидела, что на том месте, где я стояла секунду назад, медленно уползают в пол длинные заостренные шипы, которые при моем небольшом росте проткнули бы меня насквозь.
  -- Похоже, опекать тебя - дело действительно хлопотное. - Недовольно фыркнул Данте, склонившись надо мной.
  -- А...
  -- И неблагодарное.
  -- Спасибо.
  -- Пожалуйста.
  -- Доволен?
  -- Очень.
  -- Ну и хорошо. Теперь-то мне можно встать? - Ненавязчиво поинтересовалась я, намекая на то, что Данте, ведя душеспасительные беседы о моем разгильдяйстве, по-прежнему прижимал меня к полу.
  -- Ох, Еваника, было бы идеально, чтобы ты вообще не шевелилась, иначе точно куда-нибудь влезешь.
  -- А ты меня на руках понеси. - Ничуть не смущаясь, предложила я, все еще лежа на полу. Данте пробормотал нечто неразборчивое, смысл которого, судя по интонации, сводился к коротенькому слову "Щаз-з-з!", и наконец-то встал с меня. Я немного подумала, и распласталась в позе раздавленного непомерной тяжестью кузнечика, закатив глаза и тяжело вздыхая. Данте, недолго думая, легонько попинал мои сапоги, не решаясь задеть какое-нибудь более чувствительное место, и громогласно объявил:
  -- Подъем, симулянтка!
  -- Симулянтка?! - От всей души возмутилась я, подскакивая на месте и пытаясь наградить Данте ответным пинком. Промазала, но промах меня не сильно огорчил, напротив, я развеселилась и, бодренько отряхнувшись от вековой пыли, улыбнулась и логично вопросила:
  -- Ну что, идем дальше?
   Лучше бы я на месте осталась.
   Потому, что хоть я никогда не была сильна в ясновидении, но ненароком брошенная фраза о том, что я на своем пути все ловушки соберу, оказалась воистину пророческой!
   После того, как Данте дважды вытаскивал меня из-под камнепада, один раз оттаскивал от выскочившего из стены лезвия, которое перерубило бы меня пополам, и раз пять сбивал с ног, спасая от выскакивающих под самыми невероятными углами шипов, вопрос о том, куда меня деть, чтобы не мешалась, встал ребром.
   Вилька на полном серьезе предложила пустить меня вперед, чтобы я разрядила все возможные ловушки, дабы не заморачиваться на обратном пути, но я сочла это предложение антигуманным по отношению ко мне.
  -- Вилька, мной и так уже все полы вытерли в этом треклятом подземелье!!! А еще Данте уже успел меня перещупать за все приличные и неприличные места!!
  -- Что-о??? - Возмутился наш проводник, подскакивая от столь неожиданного и подлого удара в спину, но его уже сверлили три подозрительно ласковых взгляда. Я же, нимало не смущаясь и радуясь возможности отомстить за столь невежливое обращение, с видом оскорбленной невинности заявила:
  -- А кто меня за грудь хватал, когда из-под камнепада вытаскивал?? И не говори, что тебе было неприятно! - Взгляды, устремленные на Данте, загорелись нехорошими огоньками.
  -- Ева, тебе что, заняться нечем?? Не трогал я тебя!
  -- Да-а??! Я-то, конечно, понимаю, что грудь у меня маленькая, но сказать, что шарил там, и ничего не нашел... Данте, ты меня оскорбил! - Продолжала я ломать комедию. Нет, я, конечно, преувеличивала, но считала себя вправе завершить свою маленькую месть, поскольку Данте сам виноват - затащил меня в димеритовые копи, где я абсолютно бессильна, да еще и ворчит по поводу того, что у меня реакция хуже некуда. Вообще-то для человека я реагирую очень и очень неплохо, но ставить это в сравнение с обостренными чувствами полукровок и эльфов...
  -- Еваника, чего ты от меня хочешь, а? - Устало поинтересовался Данте, видимо, окончательно отчаявшись меня переспорить.
  -- Свадьбы! - Наугад брякнула я, не придумав ничего умнее. Значительно округлившиеся глаза моих друзей утвердили меня в мысли, что шутка удалась.
  -- Ненормальная... - Тяжело вздохнул Данте, отмахиваясь от меня, как от весьма надоевшего комара. - Ева, кончай ломать комедию, лучше бутербродов каких с Вильей наделайте, отдохнем немного, и пойдем дальше.
  -- А здесь безопасно? - Поинтересовалась Хэлириан, уже расстилавшая на камнях подобие скатерти.
  -- Какая разница, думаю, что Еваника тут уже все ловушки разрядила. - Ответил вместо Данте воодушевившийся от мысли о предстоящем обеде Алин, подсаживаясь рядом со мной. Вилька, не дожидаясь, пока я отвечу, шутливо треснула брата по затылку, и тотчас принялась копаться в моей сумке, где хранилась большая часть продуктов.
   Обед происходил в несколько напряженной обстановке: я еще дулась на нашего проводника за бесцеремонное обращение - благодаря его усилиям мою одежду было проще выкинуть, чем отстирать, да и походила я теперь на нежить, выползшую из склепа, а Данте все еще икалась моя шуточка насчет свадьбы, после которой Вилька постоянно косилась на него так, словно снимала мерку то ли для свадебного камзола, то ли для гроба - в зависимости от ответа потенциального жениха.
   После того как был доеден последний бутерброд, мы наскоро запихали разложенные на камнях одеяла в походные сумки и двинулись дальше по извилистым туннелям. Как Данте не заблудился в первые полчаса хождения по этим коридорам, прорубленным прямо в скале - ума не приложу. Запомнить, куда нужно сворачивать на каждой из развилок, было, как мне казалось, просто нереально. Скорее всего, Данте, когда был здесь в прошлый раз, натыкал повсюду кучу ориентиров, которые были незаметны для непосвященного и отлично видны для того, кто их делал. Мы с наставником точно так же бродили по лесам - слегка надломленные веточки, едва заметные зарубки на стволе деревьев, неприметные цветы вдоль тропы - все это служило мне и Лексею Вестникову указателями. Мало кто мог различить наши указатели - чаще всего они казались сделанными самой природой, но никак не руками человека.
   Наконец мы дошли до развилки двух лестниц, ведущих вниз - одна вправо, другая влево. И на этой развилке наш проводник остановился, озадаченно переводя взгляд с одной лестницы на другую. Я подошла к нему и тихо спросила:
  -- Не помнишь дороги?
  -- Нет, помню. Только вот лестницы мне эти не нравятся.
  -- Чем же? Вроде, нормальные.
  -- Да и я думаю, что нормальные, только предчувствие у меня какое-то нехорошее... Ладно, я иду первым, вы, и особенно Еваника, идете за мной след в след, чтобы не наступить на скрытую пружину.
  -- А она должна тут быть?
  -- Не знаю, но лучше перестраховаться.
   Он осторожно спустился на ступеньку вниз по левой лестнице. Постоял немного, потом медленно начал спускаться. Он отсчитал где-то с десяток ступеней, потом обернулся и махнул рукой:
  -- Спускайтесь, вроде все в порядке, хотя с этими гномами никогда нельзя знать наверняка...
   Ладно, идти, так идти. Но сегодня был явно не мой день - не успела я сделать десяток шагов, как за спиной раздался противный скрежет! Но я-то ни на что не наступала!!! Данте резко обернулся и рванулся вверх по лестнице, но не успел - ступени ушли в пол, и лестница превратилась в крутой скат!
   Хэл, шедшую следом за мной, Вилька и Алин успели втянуть на безопасную площадку, но нам с Данте это погоды не делало - мы уже катились вниз по наклонной плоскости, в которую превратилась лестница, и зуб даю - в конце нас будет ожидать смертоносный сюрприз. Меч, выскользнув у меня из рук, прозвенел по плитам и затерялся где-то внизу. Впереди что-то заскрежетало, посыпался сноп белых искр, в который я влетела на полном ходу, и тотчас я почувствовала, как Данте схватил меня за руку, останавливая скольжение.
  -- Ты как? - Спросил он, удерживая меня за руку и не давая скатиться вниз. Я пригляделась, и в слабом розовом свете димеритов увидела, что Данте каким-то чудом умудрился воткнуть свой гномий кинжал в зазор между каменными плитами ската, так что сейчас наш двойной вес приходился на широкое лезвие из темной стали.
  -- Вроде ничего. Кинжал-то выдержит?
  -- Я предпочитаю об этом не думать. - Ободряюще улыбнулся он, держа меня за правое запястье словно клещами. Я прокашлялась и закричала во всю мощь легких:
  -- Вилька-а-а! Али-и-ин!! Вы нас слышите? - Вначале наверху стояла тишина, а потом раздался высокий голос Вильи:
  -- Вы там в порядке?!!
   За меня ответил Данте, благо голос у него был значительно громче.
  -- Пока да, но если вы не поторопитесь, то положение изменится! Причем не в лучшую сторону!!
  -- Сейчас мы веревку сбросим, ловите!
  -- Кажется, нас все-таки вытащат. - Улыбнулся мне Данте, но в этот момент его рука соскользнула по кожаной перчатке, и он перехватил меня уже за обожженную, еще толком не зажившую, кисть. Боль пронзила всю руку почти до плеча, и я сдавленно вскрикнула, чувствуя железную хватку Данте на больной ладони.
  -- Господи, Еваника, потерпи немного. Прости, я знаю, что тебе больно, но не могу ничего сделать - если я ослаблю хватку, то могу не удержать тебя.
  -- Да понимаю я!! - Я попыталась ухватиться за Данте свободной рукой, чтобы хоть чуть-чуть ослабить нагрузку на правую кисть, но это не помогло - все равно ощущения были, словно с ладони медленно сдирают кожу. Да, судя по всему, так оно и было.
  -- Вилья, быстрее!!!
   Ответом на это воззвание Данте была прошелестевшая рядом веревка с навязанными через каждые два локтя узлами - вот почему друзья медлили, знали ведь, что я - не Данте, сорок локтей вверх по веревке не влезу. Я с трудом дотянулась до веревки и пару раз дернула за нее.
  -- Давайте, лезьте! Чего застряли?! - Голос Алина раздался над головой, заставив вспомнить о собственном бедственном положении. Я подтянула к себе веревку и крепко за нее ухватилась.
  -- Готова? - Я кивнула. - Тогда я тебя отпускаю. - Данте медленно разжал ладонь, и я вцепилась в спасительную веревку крепче клеща. Правая кисть горела огнем, но я все-таки нашла в себе силы поползти вверх по веревке, медленно перебирая руками, цепляясь за узлы, как за перекладины лестницы.
   Веревка натянулась - выходит, Данте уже лезет вслед за мной, страхуя нас обоих от падения. Как вылезла - не помню, а пришла в себя только когда Вилья сняла перчатку с правой руки и тихо ахнула. Я лениво проследила за ее взглядом и почти не удивилась, обнаружив, что бинты пропитались сукровицей из содранных ожогов.
  -- Ева, ужас-то какой! - Запричитала подруга, спешно копаясь в моей сумке, выуживая свежие бинты и заживляющую мазь. - Теперь шрамы точно останутся!
  -- Ну и фиг с ними, - безразлично отозвалась я, усаживаясь на спешно расстеленное Хэлириан одеяло. - Останутся и останутся. Не на лице же, а руки всегда можно под перчатками спрятать.
   Данте присел рядом со мной, не давая мне смотреть на то, как Вилька снимает бинты.
  -- Ева, прости, это я виноват.
  -- Не говори глупости. Ты меня спас. Не знаю, как ты, но я предпочитаю остаться живой, хоть и со шрамами, чем мертвой, но без них. Так что спасибо тебе огромное. - Я попыталась улыбнуться, но в этот момент Вилька отодрала прилипший бинт от ожога, и улыбка превратилась в гримасу боли.
  -- А, черт! Вилья, неужто нельзя поаккуратнее!
  -- Прости. - По голосу стало понятно, что подруга действительно хотела, как лучше.
  -- Ничего, ты все делаешь правильно. Только лучше я буду ругаться, чем хныкать.
  -- Ну-у, ты же все-таки девушка. Так что нет ничего позорного в том, чтобы заплакать. Тем более что ожоги действительно неслабые... - "Утешил" Алин в своей "сочувствующей" манере. Не-ет, теперь я точно не заплачу, хоть и хочется.
   Вилька уже накладывала жгучую мазь на открывшиеся ожоги, и мне показалось, что она вылила на руку ковш кипятка. Слезы все-таки брызнули из глаз, и я, чтобы приглушить стоны, уткнулась лицом в плечо Данте, благо он находился ближе всех. Ревилиэль продолжала лечение, больше походившее на пытку, а Данте прижимал меня к груди и, гладя меня по встрепанным волосам, тихо говорил что-то успокаивающее...
  
   Димеритовые копи закончились подозрительно быстро - просто мы спустились по правой лестнице и вошли в зал, где не было ни единого димеритового кристалла, и поэтому там царила кромешная тьма. Я вслушалась в себя и, облегченно вздохнув, стряхнула с ладони ослепительно-яркий зеленоватый светлячок пульсара, который медленно взлетел к невысокому, локтей в десять, потолку, моментально расплавив тьму вокруг нас.
  -- Жизнь налаживается! - оптимистично заявила я, улыбаясь во все тридцать два зуба и развешивая в воздухе один за другим светящиеся комки пульсаров.
  -- Но-но, смотри, не сглазь, - улыбнулась Вилька в ответ, завязывая ярко-рыжие волосы в высокий хвост тонким кожаным шнурком. - Почему-то всякий раз, когда ты говоришь, что все налаживается, обычно происходит какая-то редкостная неприятность. - Подруга тряхнула волосами, поудобней перехватила легкий меч, изготовленный гномами, и широким скользящим шагом двинулась вглубь пещеры.
   Я пожала плечами и направилась вслед за Вилькой, с интересом поглядывая по сторонам. А поглядеть-то было на что.
   Гномы всегда славились своим мастерством в области металлургии и горного дела, причем заслуженно. То, что гномы делали из простой стали, не могли повторить даже эльфы. Да, оружие эльфов было красивым, легким, даже прочным, но все равно это было больше церемониальное оружие, нежели боевое. Эльфийские клинки идеально подходили магам - то есть тем, для кого меч не был основным средством ведения боя, но для настоящего воина они не годились. Слишком они были не приспособлены для постоянного применения, ломаясь при скрещивании с двуручником, тем паче орочьего производства, а вот гномий клинок выдерживал все - сломать двуручный меч из гномьей стали не мог даже дракон.
   Я покосилась на длинную рукоять двуручника, который таскал с собой Данте. Его меч был изготовлен как раз из гномьей стали, и темный клинок был отполирован почти до зеркального блеска. Н-да, с таким мечом и на дракона ходить можно, причем, несмотря на внушительные габариты, этот двуручник, судя по всему, довольно легкий - когда нежить штурмовала Древицы, я своими глазами видела, как Данте играючи выписывает им восьмерки, а то и меленкой раскручивает над головой, превращая темное лезвие в сверкающий острыми гранями сияющий щит. Если бы меч не был изготовлен гномами, то с легкостью управляться таким оружием смог бы только оборотень при смене ипостаси. Или же айранит.
   Здесь же, в глубине Западного пика, гномы выстроили город. Это был уже не просто рабочий поселок в димеритовых копях, а настоящий город - пещера. Высоченные колонны, украшенные причудливой резьбой, уходили в непроглядную тьму - потолок зала был столь высок, что свет моих пульсаров не мог его достигнуть. Стен же попросту не было видно в обступившем нас мраке - только та, где был выход из димеритовых копей. Все остальное пространство, насколько хватало глаз, занимали толстые, симметрично расположенные колонны, и хаотично наставленные повсюду статуи - частично разрушенные то ли временем, то ли еще по какой причине.
   Мы проходили как раз мимо такой статуи - пульсар мельком осветил разрушенное лицо, сколы на плечах, одной руки у статуи не хватало, но тем не менее что-то в ней притягивало взгляд. Я подошла ближе и, поманив к себе один из пульсаров, осветила статую. И обомлела.
   То, что я поначалу приняла на плащ, ниспадающий причудливыми складками, на самом деле оказались крыльями. Гномы зачем-то установили в глубине Закатного пика статую айранита, вырезанную из какого-то неизвестного мне темного камня, напоминающего мрамор. Сзади тихо подошла Хэл и встала рядом со мной, внимательно рассматривая искусно сделанную статую.
  -- Гномы были первой расой, с которыми айраниты смогли договориться о сотрудничестве. Они стали нашими посредниками с окружающим миром. Мы снабжали гномов редким металлом - илкари, "черным серебром", который гномы добавляли в сталь при плавке. Именно благодаря "черному серебру" темная гномья сталь считается одним из прочнейших металлов во всех государствах. Сам илкари - очень редкий металл и добывается только под горами, которыми окружен Андарион, - Хэлириан печально вздохнула и продолжила. - Только корона истинного короля сделана из чистого илкари, в нее вставляется Небесный Хрусталь. При создании двух других символов тоже использовалось "черное серебро", но...
   Наш мирный разговор прервал весьма странный звук. Мы моментально примолкли и прислушались.
   Звук повторился, многократно отражаясь от стен и потолка, так, что невозможно было определить, откуда он доносится. Больше всего этот звук напоминал стон, смешанный с завываниями зимней вьюги.
  -- Что это? - Вилька нервно оглядывалась по сторонам, выставив перед собой меч.
   Я прислушалась, и до меня дошло...
  -- Народ, сваливаем отсюда! Это дикий горный дух, и с ним лучше не сталкиваться!
  -- Ев, ты же с ними уже сталкивалась, чего волнуешься?
  -- Это Лексей Вестников с ними сталкивался, а я всего лишь наблюдала из-за угла! И увиденное так меня впечатлило, что я месяц просыпалась в холодном поту. Кстати, оружие можно убрать - оно против горного духа бесполезно.
  -- Хорошо, мы уходим. До выхода к Ночному перевалу осталось примерно полторы версты, - Данте вложил меч в ножны и обернулся ко мне. - Успеем.
  -- Уже не успеем... - тихо сказала я, медленно отступая от статуи айранита, которая слегка шевельнулась и повернула ко мне выщербленное временем лицо...
  

Глава 14.

   Горный дух - дикое, неуемное существо, не поддающееся классификации. Это не призрак, но и не нежить, и уж тем более не что-то живое. Это нечто такое, с чем можно справиться только магией - никакой клинок, даже сделанный из серебра и зачарованный по всем правилам, не причинит горному духу ни малейшего вреда. Исключение составляют артефактные клинки, созданные исключительно с целью уничтожения подобного рода существ.
   Лексей Вестников когда-то брал меня с собой на уничтожение горного духа, и это путешествие врезалось мне в память каленым железом.
   Дело в том, что горный дух мог вселяться в любую горную породу или металл, вот почему обычные клинки были бесполезны против него - дух запросто мог вселиться в меч, и вот тогда начинались огромные проблемы. Но есть исключение - почему-то дух не мог вселиться в клинок, находящийся в ножнах. Почему - никто не знал. Видимо, кожа и дерево, из которых обычно делались ножны, препятствовали проникновению горного духа в металл лезвия...
   Статуя айранита, нет, уже горный дух, внима-а-ательно уставилась в мою сторону, с видимым удовольствием расправляя каменные крылья. Все верно: магичка для горного духа - весьма опасный противник, потому что стоит только разрушить временную оболочку духа, как он легко уничтожается несложным экзорцизмом. Но эту оболочку еще нужно разрушить...
  -- Ева... что это такое?? - громко прошептал Алин, отступая от ожившей статуи к выходу. Я попятилась вслед за ним, разминая пальцы, чтобы в случае чего разнести статую в крошево.
  -- Горный дух, принявший материальное воплощение!
  -- В смысле?!
   Ответить я не успела, потому что ожившая статуя шустро соскочила с постамента и метнулась в мою сторону. Я ответила пульсаром, который проделал в темном камне оболочки духа дыру величиной с кулак. К сожалению, такое обращение никак не повлияло на способность духа передвигаться, поскольку статуя и не подумала рассыпаться на мелкие кусочки. Напротив, она ломанула ко мне с такой завидной скоростью, что я только диву далась, кувырком уходя в сторону от рассвирепевшего духа в самый последний момент - если бы горный дух вселился во что-нибудь меньших размеров, скажем, в меч, то я бы так легко не ушла. Ожившая статуя значительно уступала даже мне в скорости передвижения и маневренности, но долго я так бегать не смогу - дух, в отличие от меня, не чувствует усталости, поэтому сможет гонять меня по всему залу, пока я не выдохнусь.
  -- Еваника, какого лешего ты с ним в догонялки играешь?! - Прокричал Данте, выглянув из-за колонны.
  -- Да потому что не успеваю колдова-а-ать!! - Проорала я в ответ, прячась от тяжелого каменного кулака за колонной. Дух не успел остановить замах, и его кулак состыковался с колонной, проверяя последнюю на прочность. По-видимому, гномы рассчитывали на нечто подобное, потому как колонна всего лишь загудела, а вот статуя лишилась единственной уцелевшей руки.
   Я выскочила из-за колонны и запустила ярко-синим пульсаром прямо в статую, отчего у той сквозная дыра расширилась вдвое, но этим дело и закончилось.
  -- Ре-е-ебя-а-ата!!! Сделайте что-нибудь!! - Взвыла я, петляя между колонн. Кажется, меня услышали, потому что секунд через пять откуда-то сверху в статую ударили одна за другой четыре тонкие молнии.
   Брызнула каменная крошка, и она обвалилась на пол грудой осколков, из которых повалил густой молочно-белый туман, почти моментально впитывающийся в пол. Я опомнилась, но было уже поздно - горный дух покинул временную оболочку и скрылся. Значит, надо удирать поскорее, иначе камнепад или что похуже нам гарантированы.
   Хэл, хлопая крыльями, по перьям которых еще изредка пробегали голубоватые искры, опустилась на пол в двух шагах от меня.
  -- Ты как?
  -- Нормально. Пробежка еще никому не вредила, - пожала плечами я, отряхиваясь от каменной крошки и пыли. - Только я бы посоветовала свалить отсюда, и чем быстрее, тем лучше. Горный дух не уничтожен, так что вполне способен испортить нам жизнь.
  -- Тогда идем. - Вилька подошла и положила ладонь мне на плечо. - Данте сказал, что до выхода из горы осталось всего ничего, так что, если поторопимся, то за полчаса дойдем.
   Я кивнула и последовала за Вилькой и Хэл, в очередной раз сменившей ипостась. Как я поняла, айраниты могут контролировать скорость смены ипостаси, и, если это необходимо, могут перекинуться в считанные секунды - как сейчас. Хэл перекинулась буквально на ходу, не замедляя шага. Просто крылья за несколько секунд стали руками, а глаза из черных зеркал превратились в зеленые, человеческие. К тому же, как мне недавно объяснила Хэлириан, "черные зеркала" глаз у айранитов - это нечто вроде боевой готовности. Когда айранит не чувствует опасности, то глаза у него такие же, как и в человеческой ипостаси, но стоит ему ощутить угрозу, как "включается" боевой режим, и глаза "заливает" блестящей чернотой...
   Алин поравнялся со мной и, кивая в сторону Хэл, тихо уточнил:
  -- Ты доверяешь ей?
  -- Что за вопрос?! - Изумилась я. - Разумеется, доверяю. Иначе ни за что не пошла бы с ней. А что, есть какие-то подозрения?
  -- Ну, как тебе сказать... - замялся Алин, машинально проведя ладонью по волосам. - Я-то ей, безусловно, доверяю, но все равно... Что-то во всей этой истории не так. Ты знаешь, что у эльфов обостренная интуиция, так вот, эта самая интуиция мне говорит, что Хэл скрывает что-то важное.
  -- Ну, каждому есть, что скрывать. - Пожала плечами я. - Но это не повод для подозрений.
  -- Знаю. - Эльф задумался и как бы невзначай взял меня за забинтованную ладонь. - Но... Короче, Еваника, ты должна это знать. - Алин остановился и развернул меня к себе лицом, заглядывая в глаза. - Ты знаешь, что в пещере лунного призрака Хэл отправила Данте в твой иллюзорный сон.
  -- Ну, знаю, они мне сами рассказывали. Алин, не темни.
  -- Я тогда заглянул в пещеру, хоть Хэл и просила ей не мешать... В общем, она склонялась над Данте, и у нее в руке был эльфийский кинжал.
  -- То есть, ты хочешь сказать, что Хэл пыталась убить Данте, пока мы с ним пребывали в иллюзорном сне?! - Я поверить не могла. Но, тем не менее, я смотрела в глаза эльфа и понимала, что он говорит правду. Да и зачем ему лгать...
  -- Нет, не пыталась. Но хотела.
  -- Но зачем ей это?! Зачем Хэлириан желать смерти Данте?!
  -- Не знаю, Еваника. Просто не знаю... Понимаешь, у нее глаза были, как черное зеркало, словно она чувствовала опасность или же чего-то боялась.
   Я внимательно посмотрела на него и покачала головой. Можно было найти множество объяснений тому, что Хэлириан занесла кинжал над Данте, но ведь она не убила! Может, она боялась, что лунный призрак подчинил себе сознание Данте, и у нас окажется на одного врага больше, да мало ли что!
  -- Алин, почему ты сказал это мне только сейчас?
  -- Потому что ты должна об этом знать. А также ты должна знать и о том, что Хэл опустила кинжал. Не я помешал ей, а она сама приняла такое решение. Раньше мне казалось, что она так страховалась от того, чтобы Данте в иллюзорном сне не напал ни на тебя, ни на нее, но опасность миновала, а Хэлириан до сих пор изредка бросает в его сторону несколько странные взгляды. Мне кажется, что она знает о нем больше, чем мы с тобой и Вильей вместе взятые.
  -- Но почему же она нам ничего не рассказала?
  -- Может, потому, что не считает нужным.
   Вилькин голос раздался, как гром среди ясного неба, многократно отразившись эхом от стен и потолка подземного зала:
  -- Ева, Алин, вы где застряли? Вас ниоткуда вытаскивать не надо?
  -- Нет, сестричка, мы сами выберемся! - съязвил Алин в ответ, улыбаясь и подмигивая мне. Я фыркнула, представив себе выражение лица подруги, которая уже пребывала в полной уверенности, что если меня нет в поле зрения, значит, я опять влипла в неприятности.
  -- Виль, уже идем!! - Я потянула эльфа за рукав куртки, вынуждая его перейти на бег трусцой. - Не, с ними не поговоришь. Зуб даю, Вилька меня уже мысленно похоронила, накрыла могильной плитой и теперь ломает голову, где взять денег на памятник.
  -- Ты про цветы забыла.
  -- Ах, да. И с чьей клумбы наворовать цветов побольше, чтобы хватило. - Хихикнула я, нагоняя уже ушедших вперед друзей. Донельзя серьезная Вилька, сложив руки на груди, уже многозначительно поглядывала в мою сторону. Не менее серьезный и многозначительный взгляд я схлопотала от Данте, которому явно не улыбалось закапывать меня в этих местах.
  -- Все, все сдаюсь! - Шутливо подняла я руки. - Виль, не дергайся ты за меня так, я ведунья взрослая, сама о себе позабочусь.
  -- Да что ты? Тебе все напомнить, или сама догадаешься?
   Я намек уловила и, отложив препирания на потом, последовала за Данте к уже маячившему в ближайшей перспективе выходу.
   Леденящий душу вой раздался, когда впереди уже виднелся светлый овал выхода. Похоже, горный дух вознамерился взять реванш, похоронив нас в этой горе. С потолка посыпались разнокалиберные камни, разбиваясь об пол и грозя настучать нам по голове по полной программе. Вот уж когда я пожалела, что не ношу шлем!
  -- Бегом!! - Данте схватил меня за руку чуть пониже локтя и, дернув за собой, потащил, как на буксире. Я едва успевала перепрыгивать через груды камней, усыпавших до того ровный пол, когда очередной оторвавшийся от потолка камень угодил мне точнехонько по затылку. Я споткнулась и упала.
   В голове гудело, затылок горел огнем, а ноги отказывались держать. Голос Данте слышался, точно сквозь воду, потом меня довольно бесцеремонно закинули на плечо и, судя по всему, забег был продолжен. Я с трудом разлепила глаза и сквозь шум в ушах расслышала все приближающийся вой.
   Рассвирепевший горный дух летел точно на меня!
   Я завизжала, взяв такую высокую ноту, что у тащившего меня Данте наверняка оглохло левое ухо, а дух, не ожидая, что я переплюну его исполнении художественно-прочувствованного завывания, секунд на пять озадачился, но потом метнулся полупрозрачным сгустком непонятно чего и буквально вырвал меня из рук Данте. Зачем, я поняла только после того, как оглянулась и осознала, что горный дух несется прямо на стену пещеры!!
   Туман в голове, подстегиваемый ужасом, моментально рассеялся, и я отчаянно проорала заклинание, раскинув руки в стороны. У груди словно вспыхнуло золотистое солнышко, которое разгоралось все сильнее, накрывая меня спасительным облачком света.
   Горный дух вовсе не собирался размазать меня по стенке - это не в его правилах.
   Он просто втиснет меня живьем в камень, где я стану всего лишь оригинальным рисунком, причудливыми прожилками в толще какого-нибудь мрамора...
   Сияние окутало мою голову и грудь сверкающим облачком, но я уже четко осознавала, что не успеваю...
   Лучше бы я погибла сразу.
   Горный дух огласил пещеру победным ревом и вмял меня в камень.
   Мне показалось, что я лишилась конечностей - такой ошеломляющей и резкой была боль. Кажется, я даже успела вскрикнуть, прежде чем погрузиться в беспросветную тьму...
  
   Пробуждение было не из приятных. В голове шумело и завывало, как будто кто-то заунывно верещит мне прямо в ухо, все тело нещадно ноет, причем я не чувствовала ни рук, ни ног - ниже середины бедер и предплечий я ощущала только могильный холод, а попытка пошевелить пальцами рук окончилась неудачей. К тому же завывания сменили тональность, и я с удивлением поняла, что это просто кто-то рыдает! Господи, а я-то подумала, что у меня вместо мозгов нежить в голове поселилась - такими прочувствованными были рыдания.
   Я приоткрыла глаза и тотчас наткнулась взглядом на склоненную рыжеволосую голову. Вилька прижалась к стене, прямо подо мной, и от ее всхлипываний у меня в груди все перевернулось. Я попыталась позвать ее, и сама поразилась своему донельзя слабому голосу.
  -- Виль, а Виль... - Подруга вскинула голову, и в ее заплаканных зеленых глазах отразился ужас.
  -- Евочка... Живая... - И, подскочив, обняла меня за пояс, зарывшись лицом мне в живот. А я вспомнила...
   И едва удержалась от крика, когда осознала, что наполовину вмурована в камень на высоте двух локтей от пола. Хорошо хоть, что в вертикальном положении. Там, где меня накрыло защитное облако, все было в порядке, но раскинутые в стороны руки до предплечий были погружены в камень, да там и застыли, став частью скалы. С ногами, судя по всему, было то же самое. Честно говоря, механизм подобного заклятия был абсолютно неизвестен, потому что жертвы горного духа уже не могли ничего рассказать. Похоже, что я - единственный человек, попавший в такую ловушку частично, а не полностью. Честь сомнительная, но во мне разыгрался работник магических наук, поэтому я принялась перечислять симптомы. Самое смешное, что вмурованные конечности не ощущались вообще, как будто их у меня отрезали, а раны моментально зажили. То есть ни боли, ни затрудненного кровообращения - ничего, что обычно сопутствует последствия подобных заклятий. Конечности просто исчезли, став раз и навсегда частью скалы. То есть если меня сейчас попытаться выковырять из стены, то вместо меня останется безрукий и безногий обрубок, который с относительной легкостью отделится от камня. Вот только жить так я точно не захочу.
   Вилька все еще рыдала, прижавшись ко мне там, где я была еще живой, когда я подняла голову и обвела взглядом своих притихших спутников. Хэл тихо хлюпала носом, уткнувшись в плечо Алина, который машинально гладил ее по голове, шепча что-то неразборчивое, а на застывшее лицо Данте было страшно смотреть.
   Наш проводник смотрел куда-то перед собой и зрачки его чуть подрагивали, то расширяясь, то снова сжимаясь, а пальцы сомкнулись на рукояти серебряного кинжала так, что я только диву далась, как она еще не промялась.
  -- Данте. - Тихо позвала я. Он вздрогнул, словно очнувшись, и широким шагом подошел ко мне. Впервые я смотрела на него сверху вниз... - Данте, я не смогу снять это заклятие. И никто не сможет... Ты понимаешь, о чем я? - Он кивнул и шагнул поближе, одновременно вытягивая из ножен серебряный кинжал. Я глубоко вздохнула и скосила глаза на грудь, где из-под куртки выбился конец нежно-голубого эльфийского шарфика с белой бахромой.
  -- Неужели ничем нельзя помочь? - Я только покачала головой.
  -- Ни один маг не сможет снять проклятие горного духа. Его вообще никто снять не может... - Я горько рассмеялась, и смех этот рассыпался в застывшем воздухе подземелья осколками битого стекла. Вилька, обнимавшая меня, судорожно всхлипнула.
  -- Евочка, ну как же так... Ну, нельзя...
  -- Вилья, по-другому не получится. - Я постаралась улыбнуться, но вместо улыбки получилась гримаса, исказившая лицо. - Не плачь, подруга, все будет хорошо.
  -- Ева, - Данте осторожно коснулся пальцами моей щеки, и я прикрыла глаза, ловя его тепло, - ты уверена, что ничем помочь нельзя?
  -- Данте, ни один маг не снимет это заклятие. Разве что вы изловите горного духа и склоните его к сотрудничеству. По идее, снять проклятье всегда сможет тот, кто его наложил, но...
   Я ощутила, как Данте убрал пальцы от моей щеки, и открыла глаза. На лице нашего проводника была написана алмазной твердости решимость найти треклятого духа и вытрясти из него лекарство.
  -- Отговаривать, как я понимаю, бесполезно? - Невозмутимо поинтересовалась я, каким-то шестым чувством улавливая, что похороны временно откладываются.
  -- Ага. - Безапелляционно подтвердил Данте. - Хэлириан, за мной, Алин, Вилья, оставайтесь с Еваникой, и не смейте вгонять ее в хандру своим похоронным видом - надежда еще есть.
  -- Куда?? - Хором вопросили мы вчетвером, круглыми от удивления глазами уставившись на Данте.
  -- Ловить горного духа. Хэл, перекидывайся, магия нам будет нужна позарез.
  -- Но... - Попыталась было отговорить его я. - Данте-е, я хочу красиво умереть, а ты весь праздник портишь!!!
  -- Ева, умирать будешь потом. Я обещал тебя защитить, и я это сделаю. Все будет хорошо, верь мне.
  -- Да верю я, верю... - Буркнула я, провожая взглядом быстро удалявшегося Данте и уже сменившую ипостась Хэл.
  -- Ну что, - бодро поинтересовалась я у значительно приунывших Алина и Вильи. - Как будем развлекать умирающую? Анекдотами али забавными случаями из личной жизни?
  
  -- ...И вот тогда наставник кинулся выковыривать Вильку из дупла, в которое она не пойми как влезла! - Преувеличено весело расписывала я, глядя на мрачнеющие лица Алина и Вильи, которые нервно прохаживались взад-вперед, изредка кидая в мою сторону сострадательные взгляды.
   Что-то мне непонятно, кто кого тут успокаивать должен - они меня или я их, а? Кто тут несчастная жертва обстоятельств, угнетенная грядущей нерадостной долей?! Я? Не-е. Судя по всему, этими жертвами являются мои чересчур впечатлительные друзья эльфийского происхождения.
   Н-да, похоже, все ведуньи изначально на голову больные, ничем иным объяснить такое поведение просто невозможно - вишу на скале, наполовину вмурованная в камень, и травлю анекдоты и байки из жизни, вместо того, чтобы красиво и максимально вдохновлено страдать по своей так некстати загубленной молодой жизни и т.д. Ага, и еще ржу нездоровым смехом так, что только эхо под потолком гуляет. Алин, услышав впервые такой хохот, выхватил меч и стал нервно оглядываться по сторонам, соображая, где же прячется столь отвратительно хохочущее чудовище. Когда же до него дошло, кто смеется, он схватился за голову и очень серьезно попросил меня так больше не делать, а то ему седые волосы не идут.
   Но меня уже понесло - байки сыпались из меня, как горох из прохудившегося мешка. Я уже четко для себя решила - жить надо весело, а умирать шумно, причем лучше уж встретить смерть смехом, чем слезами и завываниями. К тому же я всерьез беспокоилась, что если я замолчу, то точно начну трезво осмысливать ситуацию, а там уж до паники и долгой, продолжительной истерики рукой подать.
  -- Еваника, тебе что, плохо? - Наконец-то решилась коснуться деликатной темы Вилька. - А то ты как-то странно себя ведешь.
  -- Виль, ты только не издевайся, ладно? - Взмолилась я, пытаясь сдуть лезущую в глаза челку. - Вот влипнешь в стену, я на тебя полюбуюсь. И спрошу, хорошо ли ты себя чувствуешь!
  -- Ев, извини.
  -- Я-то извиню, но... Вилья, Алин, что за похоронный вид, а? Я что-то не понимаю, кто кого развлекать должен? Народ, меня еще не похоронили, я еще очень даже живая, по крайней мере, наполовину, так что нефиг играть по мне траур! И вообще - я передумала умирать! На тот случай, если Данте с Хэл не изловят горного духа, у меня есть кое-какое необратимое заклинание, которым я не рискнула бы воспользоваться, но если другого выхода не останется...
  -- Что за заклинание? - Моментально заинтересовался Алин. Если бы у меня были руки, то я отмахнулась бы, а так пришлось отвечать.
  -- Да так, есть одно такое... - Неохотно протянула я. - Оно разработано с учетом физиологии горных троллей, тела которых, как известно, наполовину состоят из камня. В общем, если применить это заклинание, то у человека вместо утерянной конечности появится каменная. Вернее, не совсем каменная, а с физиологией, сходной с тролльей. У меня конечности стали частью камня, значит, я могу с помощью этого заклинания "вылепить" себе новые руки и ноги из горной породы.
  -- Интересно, а почему же ты этого сразу не сделала? - Удивилась Вилька. - Зачем сказала, что ничего сделать нельзя?
  -- Затем и сказала. - Буркнула я, опустив глаза. - Потому что изменение затронет весь организм, а я лично не хочу прожить остаток жизни, прячась от солнечного света. Виль, ты же знаешь, что горные тролли, попав на солнце, становятся камнями. Если я произнесу это заклинание, то со мной будет то же самое, когда меня коснется солнечный луч. - Я горько усмехнулась. - К тому же, у меня будет просто отвратительный пепельно-серый цвет лица, а это для девушек чревато.
   Вот так мы коротали время, сидя в ста локтях от выхода, ожидая, когда же вернется Данте. Солнце медленно сползало к горизонту, а осенние сумерки, спускающиеся на горы, становились все гуще. Постепенно пещера, где мы находились, погружалась во мрак - факелов у нас с собой не было, а для того, чтобы создать пульсар, нужны руки. Наконец, когда овал выхода потускнел настолько, что практически не отличался от стен, за поворотом послышались шаги, а затем оттуда вынырнул фиолетовый светлячок пульсара, в свете которого я увидела донельзя довольных Хэл и Данте, причем за плечами Хэлириан с помощью левитации двигалось нечто довольно приличных размеров.
  -- Привет, не ждали? - Весело крикнул Данте, приветственно взмахнув рукой. - А мы тут вам сувенирчик приволокли. Хэл, хвастайся.
  -- Ну, что тут хвастаться... - Скромно потупилась айранит. - Вот, принесли...
   Предмет, до того мирно висевший за спиной Хэлириан, плавно выплыл на свет, и я с удивлением уставилась на двухпудовый камень, невесть как выломанный из скалы.
  -- И? - Непринужденно поинтересовалась я. - Это мне вместо надгробия, что ли?
  -- Сплюнь, чудо в перьях! - Возмутился Данте.
  -- Про перья - это к Хэл. - Отозвалась я, попытавшись пожать плечами, но это мне не удалось. - Что за каменюка-то?
  -- Не каменюка, а темница для горного духа. - Терпеливо пояснила мне Хэлириан, и только теперь я увидела едва заметное зеленоватое свечение, исходящее от глыбы серого камня. - Я засадила его туда, потому что по-другому никак его не дотащишь.
  -- Ага. - Глубокомысленно покивала я. - А по поводу меня вы договориться-то успели?
  -- Успели, не волнуйся. - Успокаивающим тоном проговорил Данте. - Он пообещал, что у тебя руки-ноги даже действовать будут. Правда, онемение полностью пройдет только через несколько часов, но нам-то не к спеху - спать ляжем, а утром ты будешь как огурчик.
  -- В смысле - маленькая, зелененькая и в пупырышку? - Съязвила я, улыбаясь во все тридцать два зуба. Нет, все-таки хорошие у меня друзья... Заботливые, главное. Вот, камешек с духом принесли, в случае неудачи за надгробием далеко бегать не надо.
   Данте на мою реплику ничего не ответил, только махнул рукой, и устало уселся на камень у стены, вытянув длинные ноги в высоких черных сапогах. Хэлириан же пролевитировала доставленный камень ко мне поближе, причем во время колдовства у нее безостановочно еле заметно мерцали кончики перьев. Наверное, чем сильнее колдовство, тем ярче светятся перья, потому что, когда Хэл мечет на диво мощные молнии, по ее крыльям словно пробегают искры и дуги высокого напряжения, а здесь - еле заметные огоньки...
  -- Ну, Еваника, готовься. Сейчас из камня вылетит дух. Не бойся, я выпущу его не до конца, так что смыться он не сможет.
  -- А затолкать меня еще глубже в камень?
  -- Всякое может быть. Но я нашего горняка уже предупредила, что пусть только попытается - сразу на молекулы разметаю, собирать нечего будет. Так что, думаю, он не рискнет.
   Я обдумала сложившееся положение и решила, что двум смертям не бывать, да и терять мне, в общем-то, нечего.
  -- Ладно. Хэл, выпускай своего "подопечного". - Айранит кивнула и развела руки-крылья в стороны, нашептывая заклинания. Огоньки по перьям забегали с удвоенной частотой, и тотчас из камня с диким воем вырвалось густое облако с провалами глаз и широко разинутым призрачным ртом.
   Я содрогнулась всем телом, неосознанно пытаясь вжаться в шероховатый камень скалы, но дух остановился в локте от моей груди и пронзительно зашипел. Хэл ухмыльнулась и кивнула в сторону камня, из которого вылетел дух, и только сейчас я заметила, что часть "облака" по-прежнему уходила внутрь слабо светящегося камня.
  -- Я же сказала, что от меня ты так просто не уйдешь. Делай то, что велено, и быть может, я сохраню твою жалкую жизнь. - Девушка-айранит хищно улыбнулась, продемонстрировав острозубый оскал матерого волка. Глядя в глаза Хэл, ставшие блестящими черными зеркалами, я впервые задумалась - а кто же такие айраниты на самом деле? Я знала Хэлириан почти месяц, и за это время я стала относиться к ней как к младшей подруге, наивной девчонке, на долю которой выпало суровое испытание, но сейчас...
   Сейчас я впервые порадовалась, что не являюсь врагом айранитов вообще и Хэлириан в частности. Потому что, как я осознала, враги айранитов долго не живут, а умирают быстро.
  -- Ну же. - Хэл взмахнула правым крылом, и по горному духу пробежал зеленоватый разряд молнии. Тот дернулся и почти утратил форму, но все-таки сумел собраться и развернулся ко мне.
   От облака, составляющего "тело" горного духа, ко мне потянулись два жгута, принявших слабое подобие рук. Я зажмурилась и задержала дыхание. Сердце колотилось где-то у горла, а в голове не осталось ни одной мысли.
   Страшно, очень страшно находиться так близко к горному духу, не имея возможности сопротивляться и зная, на что он способен.
   Призрачные ледяные руки легли мне на плечи, и тотчас руки от плеча до кончиков пальцев прострелило холодом.
   До кончиков пальцев?
   Я снова ощущала свои руки, когда горный дух потянул меня обратно из скалы, куда сам же и засунул. Ощущения были похожи на то, как будто меня вытаскивают из холодного песка - что-то сухое и ледяное струиться по рукам, пальцам, холодит колени сквозь шерстяные штаны. Я скосила глаза на свою левую руку, и увидела, как сквозь камень медленно проступает сначала рукав куртки, а потом и ладонь, затянутая в черную кожаную перчатку. С ногами было то же самое, только они проявлялись быстрее.
   Наконец дух резко дернул меня на себя и я, высвободившись из каменной ловушки, хлопнулась на жесткий каменный пол. Все тело болело, руки мелко дрожали и отказывались повиноваться, но я была свободна! Алин моментально оказался рядом, и, подняв меня с пола, взял на руки и отнес на расстеленное Вильей одеяло. Подруга сразу же налетела на меня, как коршун на цыпленка, ощупывая с головы до ног и причитая на все лады.
  -- Ви-иль, чего ты встрепенулась-то? - Несколько удивленно поинтересовалась я, с трудом подтягивая онемевшие, словно замерзшие, колени к груди и несколько вымученно улыбаясь. - Я в порядке, пострадала не особенно, даже ожоги болеть перестали, так чего же волноваться? Теперь радоваться надо.
  -- Дурочка... - Пробормотала Вилька, обнимая меня. - Я ж тебя уже лет десять знаю, с детства. Ты мне как сестра, так чего же удивляешься, что я так переволновалась.
  -- Да, со мной дружить трудно, - улыбнулась я. Идиллию испортил не вовремя зашипевший горный дух, о котором все временно забыли.
  -- Кстати, Хэл, - поинтересовалась я. - А что ты теперь с ним сделаешь? - Айранит ненадолго задумалась, а потом ответила.
  -- Ев, сначала я, вообще-то, хотела его уничтожить, но теперь я думаю, что лучше будет его погрузить в сон и заточить в этом самом камне. Понимаешь, если я его сейчас дематериализую, то покоя он все равно не обретет, а так хоть мешать никому не будет.
  -- Ладно, черт с ним, Хэл. Запихивай обратно и засунь сам камень куда-нибудь так, чтобы в глаза не бросался. И... спасибо тебе огромное.
   Айранит улыбнулась и, пробормотав заклинание, очертила светящимся крылом контур горного духа. Тот моментально перестал завывать и послушно погрузился обратно вглубь камня. Хэл обвела камень крылом, и бледное свечение полностью потухло. Теперь, если не знать, что в этом камне заключен горный дух, то никогда не догадаешься. Но Хэлириан этого показалось мало - она с помощью левитации перенесла глыбу, ставшую на ближайшую тысячу лет домом для горного духа, к дальней стене пещеры, где была небольшая ниша, да там и оставила, предварительно "приварив" с помощью магии обломок к скале так, что образовался цельный монолит.
   Я некоторое время любовалась работой Хэл, а потом вспомнила, что нужно поблагодарить еще кое-кого.
  -- Данте. - Негромко позвала я. Он оторвался от вдохновленного созерцания собственных сапог и, поднявшись с облюбованного места, подошел ко мне. Вилька понимающе улыбнулась и ретировалась с одеяла, утащив за собой Алина, который явно вознамерился не отходить от меня ни на шаг, чтобы я еще куда-нибудь не влипла.
  -- Ева, как ты себя чувствуешь? - Я внимательно посмотрела на нашего проводника. Сразу видно, что поимка горного духа далась им с Хэл нелегко - вон, куртка и плащ настолько грязные, будто бы ими полы вытирали, волосы растрепались, и вместо залихватского хвоста на затылке превратились в натуральное воронье гнездо, под глазами залегли тени...
  -- Кажется, лучше, чем ты. - Улыбнулась я, попытавшись все еще непослушными руками пригладить его волосы. Естественно, у меня ничего не вышло, и Данте перехватил мои ладони, чтобы я не закрепила "воронью" прическу на голове. - Я... Я тебе спасибо сказать хотела. За то, что не бросил в беде. Ведь если бы не ты...
  -- Забудь, Ева. Все хорошо, мы живы и относительно здоровы. К тому же, ты тоже не бросила меня в Сером Урочище, хотя могла. Ревилиэль-то вы вытащили без проблем, но ты все-таки вернулась за мной. - Он внимательно посмотрел мне в глаза. - Я тоже не мог бросить тебя в беде, когда был хотя бы один шанс спасти.
  -- Все равно спасибо.
  -- Пожалуйста. - Данте улыбнулся и принялся стаскивать перчатки с моих ладоней. - А теперь давай посмотрим на твои ожоги. Кажется, бинты уже можно снимать.
  -- Да ну? - Удивилась я, наблюдая за тем, как Данте разматывает бинты, прикрывавшие ожоги.
  -- Ты же сама говорила, что от мази они дня за три затянутся. Так три дня уже прошло.
  -- Да-а?? Кажется, у меня совершенно пропало чувство времени. Мне почему-то казалось, что намного меньше...
  -- Вообще-то это неудивительно - у нас путешествие шло на редкость насыщенно, по крайней мере, скучать нам точно было некогда. Вот ты и не заметила, как время пролетело. - Он наконец-то снял последние бинты с моих кистей и озадаченно уставился на результат. - Знаешь, а мазь-то у тебя отличнейшая. Рецептик не дашь?
   Я тоже посмотрела на освобожденные от бинтов кисти и недоверчиво поднесла их к глазам. Результат, по правде говоря, превзошел все ожидания - вместо солидных ожогов были ярко-розовые пятна, которые со временем обязательно побледнеют. Правда, на правой руке, там, где мы неосмотрительно содрали ожоги, на коже появились чуть выступающие шрамы, которые, как я уже точно знала, не сойдут никогда. У травников есть превосходные снадобья, заживляющее раны без образования шрамов, но исцелить уже зарубцевавшиеся они не могут. Можно, конечно, попытаться их сгладить, но отметины все равно останутся.
   А, без разницы. В самом деле, руки - не лицо, а перчатки еще никто не отменял. Хотя в моем случае уродство было не таким уж страшным, чтобы его стыдиться. Подумаешь, несколько коротких широких шрамов на тыльной стороне ладони...
  -- Рецептик не дам. - Знал бы он, что входит в состав мази... - Мазь еще приготовить надо. Гораздо проще у травников купить - это снадобье весьма распространено, так что проблем возникать не должно. Лучше название запомни - "желтоцвет".
  -- Запомню. - Улыбнулся Данте, легонько взъерошив мне волосы. - Кстати, лично я предлагаю устроить привал, а завтра попытаемся пройти через Ночной перевал.
  -- Стоп, - вскинулась Вилька, резво укладывавшая сумки. - Ты сказал "попытаемся"?
  -- Да. - Невозмутимо кивнул Данте, выпуская мои ладони и вставая с одеяла. - На Ночном перевале сгинул не один вооруженный отряд, а это наводит на всякие нехорошие мысли. Так что придется быть начеку, а для этого нужно как минимум выспаться.
  -- Но ты был там раньше?
  -- Был. - Неохотно подтвердил он. - Только я проходил там днем, и ничего такого не заметил, но ведь люди почему-то пропадают. И не только люди, кстати.
  -- Может, те твари, которые облюбовали своим местом жительства Ночной перевал, относятся к сумеречным? - Предположила я. - Ну, они не показываются днем, а нападают только ночью.
  -- Ева, Ночной перевал - это гномья дорога шириной в пятнадцать локтей, извилистая, как не знаю что, и длиной версты полторы-две. По окончании дороги есть мост через пропасть - хороший такой мост, каменный, широкий и прочный, который упирается в небольшую площадку. Вот с этой-то площадки и начинается Рассветный пик. Так вот - на всем протяжении Ночного перевала нет ни одной достаточно широкой и глубокой расщелины, в которой могло спрятаться что-то настолько опасное, что может уничтожить целый отряд, вооруженный до зубов.
  -- Но ведь существует и призрачная нежить! Ей достаточно превратиться в туман или в нечто подобное и проскользнуть в узкую щель, за которой есть пустота достаточных размеров. - Возразила я, привставая на одеяле. - Данте, в Сером Урочище ты столкнулся с лунным призраком, который с легкостью становится туманом. Подобной ему нежити, не выносящей солнечного света и способной изменить свое материальное тело, насчитывается около десятка. Вполне возможно, что на Ночном перевале поселилась нежить именно такого рода.
  -- Все возможно. - Согласился он. - Но в любом случае, нам нужно отдохнуть, а та нежить не покидает пределов Ночного перевала. Дождемся утра и спокойно пройдем.
   Хэл, внимательно прислушивавшаяся к нашей дискуссии, внезапно встрепенулась и непреклонным тоном заявила:
  -- Вы как хотите, но я в этих катакомбах ночевать не буду! Хватит с меня этих пещер, горных духов и прочих прелестей. Предлагаю спуститься вниз, на Ночной перевал, и там сделать привал. Огородимся мощным защитным контуром, настроим его на нежить и ляжем спать. В крайнем случае, поставим часового - я даже согласна стоять на часах первой, но здесь я не останусь!!
   Мы озадаченно переглянулись, переваривая предложение. В душе я была абсолютно согласна с Хэл - здешние катакомбы надоели мне до желудочных колик, к тому же конкретно эта пещера едва не стала моей могилой, так что задерживаться здесь на ночлег мне тоже не хотелось. Лучше и в самом деле оградиться защитным контуром, поставить часового и провести ночь на открытом воздухе, чем здесь, где каменные потолки со свисающими с них сталактитами давят на нервы. Наконец Алин смущенно кашлянул и высказался:
  -- По правде говоря, эльфы не очень-то жалуют пещеры, и я чувствую себя здесь по меньшей мере неуютно. В нашем отряде два мощных мага, думаю, что защиту от нежити они поставить смогут, да и караул выставим. До утра продержимся, а с первым лучом солнца нежить, если таковая объявиться, уйдет в свои норы. Я за ночевку на Ночном перевале. Вилья?
  -- Ну-у, я думаю, что Хэл права. Мы все - неплохие воины, сражаться умеем, да и Ева с Хэл колдуют - будь здоров! Отобьемся. Ева?
   Вместо ответа я только с трудом подняла руку и материализовала в ладони яркий огненный пульсар. Онемение постепенно проходило, а для того, чтобы запустить в оппонента пульсаром, не нужно никаких пассов - только два коротких слова и взмах рукой.
  -- С тобой все ясно. - Улыбнулся Данте, легко подхватывая меня на руки, поскольку ноги меня все еще не держали. - Я бы удивился, если бы ты решила остаться в этом подземелье. Ладно, народ, идите за мной, тут есть узкая тропинка - спустимся по ней, и выйдем к Ночному перевалу. Там и устроимся на ночлег. Надеюсь, все более-менее видят в темноте?
   С этими словами Данте перехватил меня поудобнее, дождался, пока Вилька сложит одеяло и запихнет его в мою сумку, и бодрым шагом вышел из пещеры. Пахнул свежий студеный ветер, и я с наслаждением подставила лицо под его порывы. Чистый горный воздух освежал и бодрил, а темное небо было удивительно близко - серебряный месяц виднелся не над головой, как обычно, а слева, и мелкие звезды бисером рассыпались по густо-синему бархату темного осеннего неба.
   Данте нес меня легко, точно ребенка, спускаясь по почти невидимой в темноте горной тропке так же непринужденно и легко, словно спуск происходил в разгар солнечного дня. Шедшие за ним Вилья и Алин двигались бесшумными тенями, повторяя каждый шаг Данте, а Хэл решила проблему еще проще - она просто взлетела, и теперь купалась в воздушных потоках, зачастую удаляясь на приличное расстояние. Похоже, что у айранитов ночное зрение развито не хуже, чем у темных эльфов, которые каким-то непостижимым образом видят в кромешной тьме как днем.
   Зрачки Алина фосфоресцировали в темноте полированным серебром, а Вилькины глаза своим зеленоватым блеском напоминали о лесных котах. И одна я чувствовала себя абсолютно беспомощной - я видела в темноте только с помощью магии, а так я могла лишь разглядеть, где заканчиваются горы и начинается небо, но увидеть хоть что-нибудь под ногами было выше моих сил.
   Наконец спуск закончился, и по тому, как размеренно зашагал Данте, я поняла, что началась дорога Ночного перевала. Он отнес меня к невысокой, в полтора человеческих роста, стене, где и сгрузил на расстеленное шустрой Вилькой одеяло. Сверху бесшумно спикировала Хэл - я узнала об этом по поднятому ею при посадке легкому ветерку - и тихим голосом поинтересовались, все ли расположились. Услышав положительный ответ, Хэлириан взлетела на пять локтей в воздух и там очертила крылом тускло светящийся голубоватым светом круг, которой стал спускаться все ниже, пока не застыл в локте от земли.
   Хэл плавно опустилась, и в тот момент, когда она коснулась подошвами дороги Ночного перевала, защитный круг полыхнул ослепительным огнем, осветившим всю стоянку, и почти сразу угас. В воздухе запахло, как после грозы, а почти погасший круг еле слышно басовито зажужжал.
  -- Все. - Довольно отозвалась Хэл. - Можно укладываться спать. Я настроила круг на нежить, так что все будет нормально. Этот круг очень мощный, не думаю, что кто-то сумеет через него пробиться. Но часовых все-таки лучше выставить. Мало ли кто тут по ночам шастает.
  -- Согласен. - Отозвался Данте. - Вот ты первой и карауль. Разбудишь меня часа через полтора.
   Айранит только пожала плечами и, усевшись на сложенное одеяло и укрывшись крыльями, принялась усердно бдить. Я же, как только был поставлен круг, с наслаждением вытянулась на спине и почти сразу провалилась в сон.
  

Глава 15.

   Я проснулась от несильного толчка в плечо. Глаза категорически отказывались открываться и все, чего я добилась - это с трудом разлепила правый глаз, продолжая левым досматривать весьма интересный сон. В поле зрения оказался встревоженный Алин, который непонятно чего от меня хотел.
  -- Алин, что за приколы, а? Который час?
  -- До рассвета еще часа два, не меньше, но ты мне можешь объяснить, что это такое?
  -- Да где? - Нет, выспаться мне точно не дадут. Разве что на том свете. Хотя, зная моих друзей, они с большой долей вероятности достанут меня и в чистилище.
  -- Там. - С этими словами Алин попросту развернул мое лицо в нужную сторону. От увиденного левый глаз открылся самостоятельно, остатки сна смылись в неизвестном направлении, а руки зачесались от желания засветить двумя десятками заклинаний помощнее.
   Мама, что творилось!
   За границей охранного круга в кромешной предрассветной тьме фосфорическим зеленоватым блеском сверкало море глаз. Считать попарно я не стала из принципа, потому как побоялась, что с возрастающей цифрой моя душа будет забиваться все дальше в пятки. Алин, добрая, блин, душа, в очередной раз "успокоил" меня до полусмерти следующим высказыванием:
  -- Их тут около пятидесяти. И это только те, которые смотрят в нашу сторону. Не уверен, но, по-моему, там еще что-то мелькает. - Он услышанного я тихо взвыла, а донельзя спокойного Алина захотелось закопать на два локтя в землю, но, к сожалению, от этой идеи пришлось оказаться, потому как мне не хотелось расходовать магию для пробуравливания в скале дыры надлежащего размера.
   От моих предсмертных завываний проснулась Вилька, которая, узрев совершенно неприличное количество немигающих светящихся глаз за зыбкой границей магического круга, подскочила на месте, одновременно пнув Данте острым носком сапога под коленку. Тот немедленно проснулся и, как мне кажется, едва удержался, чтобы не выхватить кинжал из ножен. Но, стоило ему только бросить взгляд в сторону того, что абсолютно неподвижно сгрудилось вокруг преграды, как он моментально вскочил и принялся расталкивать сладко сопящую Хэлириан. Айранит, на удивление, поступила точно также, как и я - то есть отмахивалась и порывалась послать всех подальше, но после того, как Данте одним рывком приподнял девушку за воротник туники, та проснулась, и, ошалело оглядев то, что творилось вокруг, тотчас напряглась.
  -- Хэл, скажи мне только одну вещь, и я успокоюсь. Твой круг выдержит их всех? - Данте сверлил толком не проснувшуюся Хэлириан суровым взглядом, под которым айранит слегка съежилась, а я почему-то подумала, что сейчас Данте разговаривает так, словно привык повелевать.
   Более того, он разговаривал как тот, кто привык к уверенности, что его приказы будут исполняться в точности, а возможный результат всегда должен быть известен наперед. Так говорят не короли, но полководцы. Такие, которые каждого солдата воспринимают, как частичку собственного тела, которые управляют флангами в бою, как собственными руками, и при этом никогда не остаются в стороне, а сражаются на передовой, на самом острие атаки, разбивая вражеский строй не только приказами, отдаваемыми войскам, но и собственным мечом. За такими военачальниками простые воины идут, не сомневаясь ни на миг, не сбавляя шага и не опуская меча... Если бы Данте не был простым наемником и проводником, то я решила бы, что он как минимум сотник княжеской дружины, а может, и тысячник.
   В этот момент темная масса с сотней светящихся глаз всколыхнулась. По ней словно прошла рябь, и глаза, до того неподвижно висевшие в воздухе, плавно двинулись на нас.
  -- Данте, в любом случае, сейчас мы это узнаем. - Пробормотала я, не отрывая взгляда от нежити и одновременно подбирая с дороги свою сумку. Чую, что прорываться придется с боем, а это означает, что на сборы время вряд ли будет.
   Заскрежетала сталь мечей и клинков, покидающих ножны. Данте, Алин и Вилья выступили чуть вперед, выстраиваясь полукругом, а нас с Хэл безапелляционно задвинули назад, впрочем, не закрывая нам обзор, чтобы мы могли в случае чего колдовать без помех. Нежить, уже подошедшая к границе круга, надавила на него.
  -- Ну все, сейчас их током шибанет! - Мстительно прошептала Хэл, раскрыв руки-крылья в сторону и готовясь в случае чего крыть магией все, что движется.
   Не шибануло.
   Нежить словно и не заметила преграды, напирая на магический круг так, как будто это была всего лишь натянутая веревка. Басовитое жужжание круга на несколько секунд усилилось, а потом вдруг охранная магия лопнула с тихим мелодичным звуком.
   Нас спасло только то, что неизвестные существа не сразу сообразили, что преграды больше нет. Зато Хэлириан не подкачала. Айранит стрелой взмыла в темное небо, и оттуда на нежить дождем посыпались острые копья снежно-белых молний, при соприкосновении с поверхностью производивших нехилые взрывы, от которых оппонентов попросту сносило во все стороны.
   Я вскинула руки, и в нежить один за другим полетели шесть голубых пульсаров огня, которые не просто испепеляли, а пробивали их тела насквозь, улетая к следующей цели. Во вспышках молний и столбах синего огня я увидела, как существа шарахаются от света, как бесы от ладана, и нежданная догадка посетила мою бедовую голову.
   Я лихорадочно начертила в воздухе сверкающий символ Света, и тотчас он вспыхнул так ярко, словно над нашей стоянкой зажглось небольшое солнце! Свет больно резанул по глазам, ослепляя, и я запоздало спрятало лицо в изгиб локтя, одновременно шевеля пальцами левой руки, заставляя Знак подняться повыше. Нежить вокруг нас не просто визжала - выла, как от сильной боли, и до меня дошло, что такой яркий свет им действительно не по вкусу.
   Наконец-то Знак поднялся на достаточную высоту, освещая нашу стоянку, как днем, и я рискнула опустить руку и взглянуть на то, что творилось вокруг. А творилось вообще невообразимое - нежить отползла за границу светового круга, не рискуя даже приближаться к нему, но при этом несколько скрюченных фигур остались лежать на каменной дороге Ночного перевала, царапая шероховатый камень внушительными когтями, но не в силах подняться.
  -- Ребята, вы как? - Мимоходом поинтересовалась я, осторожно подходя к распростертой на дороге нежити.
  -- Нормально. - Не сразу ответил Данте. - Никто не ранен, они до нас даже добежать не успели, когда ты этот свет зажгла. Кстати, а почему они прошли сквозь охранный круг? Это же нежить, нет?
  -- Нежить, нежить. - Уверенно ответила я. - Просто ее там до фига, вот они и проломили защиту. Надо было ставить купол, тогда не пробились бы.
   Разговаривая, я вдруг заметила, как ближайшая ко мне неопознанная нежить начинает словно оплывать по контурам, превращаясь в легкую дымку. Заклинание синего пламени вырвалось из меня на уровне рефлекса, спалив к лешему всю нежить, что отлеживалась в световом круге. Та даже возмутиться не успела, как превратилась в легкий белый пепел, который моментально развеялся на ветру.
   Наверное, я сильно побледнела, потому что Алин обеспокоено поинтересовался:
  -- Ева, что-то не так?
  -- Что-то не так? - Переспросила я. - Ты спрашиваешь меня, что тут не так??? - Кажется, мой вопль разнесся по всему Ночному перевалу - в горах слышимость отменная. Алин шарахнулся в сторону на добрую сажень, глядя, как на буйно помешанную, а вокруг меня начал сгущаться воздух, закручиваясь в тугие спирали - ярость требовала выхода. Такое явление часто у молодых ведунов, когда они еще не очень хорошо контролируют свою силу: эмоции на грани потрясения вызывают резкий скачок магической силы, который чаще всего выливается в банальный силовой удар хорошей мощности.
   Вилька, уже знакомая с таким проявлением моего милого и доброго характера, пискнула и осторожно отошла от меня подальше. Молодец, знает ведь, что либо я сама успокоюсь и впитаю лишнюю энергию, либо сброшу ее на того, кто подвернется - хаотичной силе все равно, кого калечить, поэтому лучше отойти подальше.
   До нежити, мельтешившей за световым кругом, тоже дошло, что лучше покамест не напоминать о своем существовании, поэтому она дружно отступила локтей на двадцать, почти скрывшись в темноте.
   Так, спокойно, ведунья, спокойно. Вдох, выдох, только ме-е-едленно. Помогло.
   Ярость постепенно улеглась, спирали силы вокруг меня рассеялись и я, посмотрев на своих спутников более-менее осмысленным взглядом, начала размеренным тоном наставника объяснять, куда мы коллективно влипли.
   Начать с того, что на Ночном перевале обосновалась нехилая колония навий, причем такая, что если мы выберемся отсюда, то придется отправить в Столен Град срочное предупреждение для княжеских волхвов: навьи долго на одном месте не остаются, еще лет десять-двадцать - и они начнут постепенно переселяться с гор поближе к людям. Сами по себе навьи - это один из самых опасных кровососущих видов нежити. Опасен он тем, что жертва, загрызенная навью, становится одной из них, тогда как погибшие от клыков любой другой нежити в худшем случае становятся банальными упырями. Это сумеречная нежить, не погибающая даже на солнечном свете. Попав на солнце, навь попросту превращается в призрака и спокойно убирается в темное безопасное местечко. Хорошо хоть, что уничтожалась навь как колдовством, так и стальным мечом. Другое дело, что она обладает нехилой физической силой, двумя рядами острейших клыков и когтями длиной с ладонь.
   Все это я спокойным тоном преподавателя, сидящего где-нибудь на скамеечке в парке, рассказала своим друзьям, продолжая между делом паковать вещи в сумку. Когда я замолчала, повисла нехорошая тишина, прерываемая только редким шипением недовольной нежити.
  -- Ева, сколько продержится твое заклинание? - Наконец поинтересовался Данте, вертя в руках меч.
  -- До рассвета не дотянет, если ты об этом. И передвинуть я его не могу - двадцать локтей в любую сторону это уже предел. - Пожала плечами я. - Знак Света очень энергоемкий сам по себе, я продержу его еще с час-полтора, не больше, после чего останусь без магии - у меня резерв, знаешь ли, не бесконечный.
  -- И что ты предлагаешь?
  -- Прорываться с боем, разумеется. А еще я наложу на себя такое заклинание, чтобы в случае, если я погибну от зубов навий, мое тело обратилось в пепел - становиться нежитью я не хочу.
  -- Не очень-то оптимистично, - фыркнула Вилья, нервно дернув плечом. - Тогда, может, и на меня такое заклинание наложишь?
  -- Извини, подруга, но магическое самоубийство сработает только для меня. Если я погибну, то все чары, наложенные мной, рассеются. Кстати, Хэл, я предлагаю тебе улететь. Ничего личного, но здесь мы действительно можем погибнуть.
  -- Я вас не брошу! - Айранит подошла ко мне и заглянула в глаза. Черные зеркала дрогнули, сменившись свежей зеленью. - Ева, я не могу вас бросить.
  -- Хэл, ты не понимаешь. Мы отвечаем только за себя, а от тебя зависит будущее твоей страны. Что будет с Андарионом, если Небесный Хрусталь затеряется на Ночном перевале среди навий? К тому же я не требую, чтобы ты улетела с концами - будешь колдовать сверху, не опускаясь на землю, вот и все. Просто если нам не уйти, то тебе нет смысла погибать вместе с нами. И вот, что еще... - Я прикрыла глаза и послала Хэлириан мысль о том, что если станет совсем уж жарко, нужно спасти хотя бы Вильку. Вытащить ее, хоть полуэльфийка и будет сопротивляться.
   Хэл кивнула, и ее глаза снова затянуло блестящей черной пленкой.
   Мы друг друга поняли.
  
   Н-да, в такой переплет лично я попадаю впервые. Ситуация аховая, если не сказать безнадежная - до безопасного участка, то есть до подвесного моста между Ночным перевалом и Рассветным пиком, полторы версты извилистой гномьей дороги, прорубленной прямо в скале. Для меня - очень немаленькое расстояние, особенно бегом. В отличие от моих более тренированных друзей, я гарантированно выдохнусь после полуверсты пробега, а ведь прорываться придется с боем. По раздававшемуся вокруг недовольному шипению я определила, что нежить не просто голодна - она умирает от голода. В последний раз некие смельчаки, не считая Данте, поперлись через перевал ночью лет семь назад. Отсюда вывод - навьи нормально не питались уже очень долго, следовательно, драка будет капитальной - нас очень постараются не выпустить отсюда живыми, поскольку голод - не тетка, а для навий, которые могут впадать в спячку на десятилетия, пережидая голодные времена, это еще и невообразимые страдания.
  -- Ну, готовы? - Данте по очереди оглядел нас, точь-в-точь командир, осматривающий свой отряд перед боем. Пристальный взгляд черных с серебром глаз на несколько секунд задержался на мне, а потом плавно сместился к Хэлириан. - Надеюсь, все понимают, в какую ... хм... ситуацию мы влипли?
  -- Ты еще спроси, написали ли мы по завещанию! - Не выдержала я, машинально заведя руку за спину, желая коснуться прохладной рукояти меча - пусть я нечасто им пользовалась, но его наличие как-то успокаивало меня, придавало уверенности, что если резерв иссякнет, то я не буду беззащитной. Рука схватила пустоту, и я запоздало вспомнила, что меч благополучно покоится в гномьих катакомбах внутри Западного пика. - Данте, мы и так превосходно понимаем, куда влезли. Вопрос - как отсюда вылезти?
  -- Молча и скрипя зубами. - Буркнула Вилька, держа в одной руке меч, а в другой метательный кинжал. - Ева, всех мы не перебьем, а вот сбежать можем попытаться.
   Я представила себе полторы версты пробега и тихо застонала.
  -- Короче, дамы и господа, постараемся сегодня выжить, и, быть может, мы увидим рассвет. - Патетично заключил Алин, отсалютовав радостно заворчавшим навьям длинным клинком эльфийского меча, после чего он, не долго думая, убрал меч в ножны и достал лук. - Ева, на них стрелы действуют?
  -- Не совсем. - Подумав, ответила я. - Но если попадешь в сердце или мозг, то навь расползется в туман и не сможет принять материальную форму до ближайшего новолуния.
  -- Значит, действуют. - Подмигнул он мне. - До новолуния нам и не надо - до рассвета бы не мешались.
  -- Алин, нам еще возвращаться той же дорогой. - Напомнила я.
  -- А мы на обратном пути умнее будем - днем пойдем. Ева, не боись, прорвемся!
  -- Я не боюсь... - Алин понимающе хмыкнул, но обличать мое вранье не стал. Вместо этого он поудобнее разместил колчан со стрелами и сказал:
  -- Когда стрелы кончатся - бегите.
   Я глубоко вздохнула и начала лихорадочно перебирать в памяти все максимально убойные заклинания, которые можно было вызвать почти мгновенно, а когда более-менее разложила мысли наряду с заклинаниями по полочкам, Алин уже успел расстрелять половину колчана. Я украдкой глянула на его узкое лицо, обрамленное светлыми спутанными волосами, и впервые увидела на нем такую сосредоточенную решимость. Странно, я всегда представляла себе Алина как нагловатого эльфа с замашками бабника, но теперь впервые поняла, как я ошибалась. Под маской веселости и балагурства скрывался чересчур серьезный столетний эльф. Не человек.
  -- Готовы? - Голос Данте раздался над ухом, перекрывая вопли нежити, которая падала, как подкошенная, сраженная эльфийскими стрелами. Кажется, у Алина в колчане было около двадцати стрел, но, хоть он ни разу не промахнулся, больших брешей в рядах навий я не заметила. То ли стрелы не подействовали, то ли, что более вероятно, навий на Ночном перевале было гораздо больше пяти десятков...
   Последняя стрела со свистом улетела в стан врага, и я подняла руки вверх.
  -- Прикройте глаза! - С этими словами я хлопнула в ладоши, отчего Знак Света вспыхнул на порядок ярче, ослепив дружно взвывшую нежить, и моментально погас.
  -- Бегом! - Рявкнул Данте, и первым сорвался с места, прокладывая себе дорогу сквозь корчащихся и толком не пришедших в себя навий лезвием меча.
   Хэл шумно взлетела в воздух, осыпая нежить бело-голубыми молниями, а Алин дернул меня за рукав, потянув в сторону все еще находящихся в легкой прострации от световой вспышки и нашей наглости навий.
  -- Беги, что встала, как истукан!!
   Вилька уже метеором летела вслед за Данте, не забывая осыпать нежить точно выверенными ударами клинков, я же, пробегая вслед за ней, с ужасом поняла, что навий вокруг нас собралось не меньше сотни. Господи боже, они что, со всего Ночного перевала к нам пожаловали??! Мы с Алином уже почти вырвались из кольца, когда за нашими спинами раздался полный возмущения и обманутого ожидания рев, который немедленно подхватило несколько десятков не менее пронзительных голосов.
   Все, фора кончилась. Навьи очнулись, и сейчас начнется настоящая погоня.
   Не успела я так подумать, как что-то с силой дернуло меня за плащ так, что я опрокинулась на спину, и тотчас мне на грудь вскочила навь, обнажив длиннющие клыки, но укусить не успела, потому что подоспевший Алин одним точным ударом напрочь снес уродливую голову.
  -- Вставай, чего разлеглась?! - Я вскочила и тотчас в навий прямо по земле покатилась ярко-синяя огненная дуга, оставившая после себя только закопченные камни и мелкий белый пепел.
   Нежити такое обращение явно не понравилось, но посыпавшиеся с неба изогнутые копья молний заставили их остановиться. Сверху донесся несколько искаженный голос Хэл:
  -- Эй, вы, сваливайте побыстрее!! Я прикрою сверху, но все равно больше чем минут на пять я их не удержу! Их слишком много!
   Мы с Алином переглянулись и слаженно дунули по извилистой дороге к подвесному мосту, до которого еще нужно добежать. Стоило нам только скрыться за поворотом, как за спиной что-то капитально прогрохотало, вслед за чем раздался хоровой вой и несколько зловещий хохот.
   Вот когда я пожалела, что забивала на тренировки вместе с Вилькой, ограничиваясь легкой пробежкой по лесу два раза в неделю. Наставник мне постоянно твердил, что иногда ведуну надо очень быстро бегать, потому что некоторые твари, даже получив смертельные раны, минут десять могут гонять незадачливого истребителя по пересеченной местности. Но я неизменно отвечала, что не фиг врагу показывать спину, поэтому от ежеутреннего наматывания кругов по лесу на пару с Вильей наотрез отказывалась.
   И вот теперь я, не успев пробежать и полверсты, начала задыхаться, сумка сделалась неподъемной, а ноги словно налились свинцом. Мотивация в виде воплей навий подстегнула меня, но ненадолго - минуты через полторы ко всем прелестям нелегкой земной жизни прибавилось еще и колотье в боку. Я перешла почти на шаг, понимая, что если я сейчас остановлюсь, то никуда дальше не побегу.
  -- Ева, ты что, с ума сошла?? - Алин сбавил бег и потянул меня за руку. - Бегом! - Я посмотрела на него, с завистью констатируя, что эльф даже не запыхался, и призналась:
  -- Я больше не могу.
  -- Тебя сожрут! - В ответ я только засучила рукава куртки и с хрустом размяла пальцы, всем своим видом показывая, что буду драться.
  -- Ненормальная... - Со вздохом резюмировал Алин, закидывая меня на плечо и припуская во всю прыть, поскольку озверевшая нежить скрежетала и щелкала зубами уже в поле зрения.
   Я же, оказавшись в таком неуютном положении, могла только прицельно обстреливать навий сгустками пульсаров, впрочем, стараясь не разбазаривать силу попусту - магия может еще пригодиться - когда Алин поравнялся с опередившими нас Вильей и Данте.
  -- Что так долго? - На бегу спросил Данте, странно поглядывая на меня, болтавшуюся на плече Алина, как мешок картошки. - Я уже хотел за вами вернуться.
  -- Да вот, видишь, какой у меня груз на плече, - ухмыльнулся Алин, придерживая мои ноги, чтобы я ненароком его не лягнула. - Беспокойный. То елозит, то колдует, то ногами дергает...
  -- Али-и-ин! - Заорала я. - Сзади!!!
   Предупреждение все-таки несколько запоздало, потому что Алин, слишком занятый тем, чтобы не уронить меня, пропустил удар. Сразу две навьи рывком метнулись к нему, сбивая эльфа с ног. Я едва не поцеловалась со скалой, падая с плеча Алина, но почти сразу вскочила и в облепивших эльфа навий полетело заклинание голубого огня.
   Алина окутало пылающим коконом, который моментально обратил навий в пепел. В воздухе повис запах жженых волос, и я с удивлением поняла, что в очередной раз укоротила эльфу прическу - теперь обгоревшие на концах пряди едва касались плеч. Оценивать ущерб времени не было, потому что волна навий докатилась до нас, и мне пришлось отвлечься от лишних мыслей, поскольку надо было следить за тем, чтобы по возможности избежать клыков нежити.
   Я прижалась к невысокой стене, которой была обнесена гномья дорога, и принялась поливать навий заклинаниями. Вот только резерв подходил к концу. Молнии сверху уже не сыпались, хотя Хэл и продолжала наматывать круги в воздухе над нами. Значит, у нее резерв уже иссяк, иначе она помогла бы. Рука привычно дернулась к пустым ножнам, и тут только до меня дошло, что дело совсем уж плохо - навьи озверело набрасывались со всех сторон - меня спасало только то, что для того, чтобы подобраться ко мне, сначала нужно было обойти Данте, который с легкостью отбивал все атаки нежити длинным темным клинком. Я же могла только наблюдать, как Данте волчком кружится на месте, обороняя нас обоих. Но все-таки нежити было чересчур много - вскоре его плащ порвали на ленточки, крутку продрали в нескольких местах, а на предплечьях и животе появились первые глубокие царапины...
   Навьи, едва учуяв запах пролитой крови, встрепенулись и поперли на нас с удвоенным энтузиазмом.
  -- Пожертвуйте меч хоть кто-нибудь!!! - В отчаянии возопила я. - Или на худой конец кинжал бросьте!!! - Кажется, меня услышали, потому что в воздухе серебряной рыбкой блеснул кинжал и, прозвенев по камню, остановился точнехонько у моих ног.
  -- Спасибо! - Заорала я, обращаясь неизвестно к кому, но, стоило только взять оружие в руки, как я моментально узнала светлое, чуть изогнутое лезвие и темную оплетку рукояти - это был серебряный кинжал, который я подарила Данте. Не меч, конечно, но лучше, чем совсем ничего.
   Но не успела я даже ткнуть новообретенным лезвием в ближайшую ко мне скалящуюся морду навьи, как сверху раздался голос Хэл:
  -- Всем закрыть глаза!!! - Я не успела даже подумать, зачем - в такой ситуации я попросту подчинилась, спрятав лицо в сгибе локтя.
   Что-то грохотнуло, и я ощутила, как от наэлектризованного воздуха волосы становятся дыбом. Навьи слаженно взвыли, а потом меня кто-то схватил за руку. Я вынырнула из-за рукава и, сощурившись от непривычно яркого белого света, посмотрела на Данте.
  -- Еваника, вперед и с песней! Хэл сумела-таки задержать навий, но это, сама понимаешь, ненадолго. Если не успеем добежать до моста - нам крышка.
  -- А что там, на мосту? - Спросила я уже на бегу, стараясь не отставать от Данте.
  -- Спасение. - Очень серьезно ответил он.
   Вопросов у меня больше не возникало.
   Весь мир сузился до каменной дороги под ногами, которая в предрассветные часы выглядела как светлая полоса, убегающая куда-то за поворот. Сердце стучало так сильно, что каждый удар отзывался болью в грудной клетке, легкие горели, а в боку опять началось противное колотье. Господи, ну где же этот чертов мост?? Ноги я переставляла исключительно по инерции, поэтому не сразу сообразила, когда сапоги гулко застучали по деревянным перекладинам подвесного моста.
   Неужели все кончилось??!
   Я повалилась на чуть покачнувшийся мост и принялась жадно втягивать холодный воздух, причем этот процесс сопровождался такими ужасающими хрипами и бульканьем в груди, что Вилька, добежавшая до места несколько раньше нас, невозмутимо поинтересовалась, не собираюсь ли я на тот свет, а то больно уже ей сумка моя приглянулась.
  -- И вообще, Ева, говорила же я тебе - ходи на тренировки. Нет, тебе все лень - вот и результат.
  -- А без нотаций можно? - Поинтересовалась я, принимая сидячее положение. Я уже более-менее пришла в себя, только вот в ногах по-прежнему была предательская тяжесть.
  -- Низзя! - Съязвила Вилья, присаживаясь рядом со мной, и обеспокоено глядя в сторону Ночного перевала. - Что-то Алин задерживается... Да и Хэл куда-то делась...
  -- Никуда я не делась! - Раздался голос сверху и на добротные доски, шумно хлопая крыльями, опустилась Хэл. Под глазами у нее залегли тени, лицо осунулось - все правильно, так много и долго ни один маг колдовать без последствий не может... - А где Алин?
   Теперь уже забеспокоились все - эльф все не появлялся, а я не помнила, когда он успел отстать.
  -- Он прикрывал нас. - Тихо ответил Данте. - И похоже, что он не выбрался...
  -- Он что??? - Вскочила я.
  -- Повторяю, если ты не поняла. Он остался там.
  -- Тогда я за ним.
  -- Никуда ты не пойдешь. - Данте железной хваткой вцепился мне чуть выше локтя, удерживая на месте. - Он уже погиб, и нет смысла гибнуть вам обоим! Алину уже не помочь!
  -- Но я спасу его!! - Закричала я ему прямо в лицо. - Данте, это ты не понимаешь! Алин не умрет - он станет одним из них. А я обещала, что никто из нас не станет нежитью!! По крайней мере, пока я жива! Виль, скажи ему!!
  -- Ева...
  -- Ты сама едва не стала оборотнем, ты знаешь, что значит измениться против своей воли. А Алин будет даже не живым - он будет нежитью, треклятой навью, которая живет только чтобы убивать и питаться кровью. Ты видела, что за существа нападали на нас, и после этого ты допустишь, чтобы Алин стал одним из них?
  -- Я не...
  -- Вилья, пойми, Алин не умрет, он изменится, и душа его не обретет покоя, пока тело не уничтожит какой-нибудь заезжий маг! Я не хочу для него такого конца.
  -- Еваника... - Вилька обняла меня за плечи. - Мне очень жаль Алина, я все понимаю, но я не пущу тебя на верную смерть...
  -- Виль... - У меня опустились руки. Сумка свалилась с плеча, глухо стукнувшись об теплые доски - мост был сделан из священного дерева, небольшая роща которых растет высоко в горах. Ни одни нежить не может их коснуться - если она ступит на мост, то от нее останется в лучшем случае горстка серого пепла. - Как же так?...
   Нельзя бросать Алина, хоть и глупо рисковать собой. Я проверила резерв - процентов двадцать, в лучшем случае. На пару мощных заклинаний хватит, но что я буду делать потом? Не важно. Алин бы не оставил меня, и я не позволю ему стать навью, поскольку это хуже смерти.
  -- Ладно, отпустите меня... - Данте отпустил сразу же, говоря что-то о редкостной правильности моего решения, А Вилья все-таки не торопилась снимать ладони с моих плеч. Н-да, она меня все-таки знает. Пришлось покоситься на валяющуюся на мосту сумку и скривиться от мысли о том, как ее придется поднимать, а потом еще и нести...
   Уловка сработала, и Вилька со словами: "Ладно, понесу я твои вещи", наклонилась за сумкой.
   В тот же миг я прикрыла глаза и пробормотала заклинание телепортации на короткое - примерно триста локтей - расстояние, очутившись у поворота дороги Ночного перевала. Тут же со стороны моста раздался негодующий вопль Вильки, прерываемый ругательствами Данте - все-таки, слышимость в горах была замечательная. Я же, не ожидая, когда меня догонят, свяжут по рукам и ногам, чтобы больше не сбегала, куда не надо (а, зная Вилью, еще и кляп соорудят, чтобы наверняка), и потащат обратно, припустила во весь дух, надеясь, что Алин недалеко.
  
  
   Конечно, страшно вот так нестись навстречу своей возможной гибели, но бросить Алина на растерзание тем тварям я тоже не могла. Слишком уж хорошо я знала природу навий, слишком близко общалась с теми, кто были людьми, а потом стали нежитью...
   Дело в том, что года три назад я приезжала на несколько месяцев в одну замечательную деревню, где останавливалась на постой у крестьянской семьи, в которой было четверо детей. Спустя полгода, в той деревне объявились навьи. Ими оказались дети из той самой семьи, у которой я гостила. И страшно, очень страшно было смотреть на то, во что они превратились. Они все помнили - родителей, свое прошлое, но не могли совладать с Голодом, который грыз их изнутри. И, когда мы с наставником пришли, чтобы их уничтожить, дети, убившие своих родителей, сами просили подарить им смерть. Тогда у меня духу не хватило сжечь их, и я стояла в стороне, не в силах наблюдать даже за тем, как наставник читает заклинание голубого огня...
   Но сейчас наставника рядом нет, и мне придется сделать все самой...
   Я щелкнула пальцами, и над головой заплясал яркий светлячок пульсара, освещая дорогу. Теперь со мной нет тех, у кого превосходное ночное зрение, поэтому будем выкручиваться, располагая исключительно человеческими силами и некоей толикой магии. Странно, куда все навьи подевались-то? Я точно знаю, что всех мы не перебили - в лучшем случае, смертельно ранили половину тех, кто имел несчастье с нами повстречаться, но остальные-то где??
   Ответ нашелся за очередным поворотом - навьи, насколько мне было видно, сгрудились в одном месте, и до меня периодически долетали хлюпающие и сосущие звуки, от которых мороз бежал по коже. Похоже, спасать больше действительно некого...
   В горле моментально образовался ледяной ком, а глаза защипало от подступающих слез. Пусть мы с Алином никогда особо не ладили, но он был мне другом, который не раз вытаскивал меня из неприятностей, который последний месяц провел со мной бок о бок, сражаясь рядом со мной, поддерживая в трудные минуты... Он был эльфом, но человечности ему было не занимать...
   Со стороны навий раздался слабый стон, который моментально вынес из моей головы все скорбные мысли и настроил на деловой лад. Нежить так не стонет, значит, несмотря ни на что, Алин еще жив. Значит, есть еще за что бороться!
   Я выскочила из-за поворота и, на ходу плетя заклинание света, с воплем понеслась в сторону скучковавшихся навий. Те даже ухом не повели, настолько занятые своим делом, поэтому пришлось напомнить о себе. Вначале в сгрудившуюся нежить полетели один за другим два маломощных голубых пульсара, а потом четко над ней загорелся яркий свет, подобный тому, который я зажигала над нашей стоянкой.
   У-у-у, что было-о-о...
   Навьи дружно завизжали, причем весьма удачно сымитировав тошнотворный звук вилки, с силой проводимой по сковороде, и сыпанули из светового круга, как тараканы, оставив на камне нечто окровавленное и слабо шевелящееся, в чем я с трудом определила Алина.
  -- Господи, Алин... - прошептала я, опускаясь на колени рядом с ним и с ужасом понимая, что сделать ничего уже нельзя.
   Навьи постарались на славу - на теле эльфа было множество укусов, из которых нежить пила кровь, на левом бедре виднелись длинные глубокие царапины, нанесенные когтями навий, лицо залито кровью. Наставник хорошо обучил меня - я с первого взгляда могла определить, выживет ли лежащий передо мной человек или нет. Глядя на Алина, я понимала - нет, не выживет. Слишком много он потерял крови, слишком много укусов. Даже если он не умрет сейчас, то вскоре начнется превращение, и эльф станет навью...
   Я посмотрела на серебряный кинжал, намертво зажатый в ладони, и занесла его над Алином. Навьи за световым кругом отчаянно взвыли, но мне до них не было никакого дела - я все никак не могла решиться.
   И в этот момент эльф открыл глаза. Я вздрогнула, но кинжал опустила только после того, как увидела серебряные радужки - у навий глаза становятся прозрачно-зелеными, значит, Алин еще не нежить.
  -- Еваника?
  -- Удивлен, да? - Ухмыльнулась я, честно пытаясь сдержать слезы, в очередной раз подступившие к глазам. - Думал, я тебя брошу?
  -- Надеялся... что нет. - Он попытался улыбнуться, и я побледнела, увидев заострившиеся зубы. Значит, преобразование уже началось... - Ева, сделай для меня одну вещь.
  -- Какую?
  -- Убей меня. Понимаешь, я чувствую внутри какой-то непонятный жар, я становлюсь кем-то, кем я быть точно не хочу. Я уже почти не вижу твоего лица - я начинаю видеть ток крови под кожей... Понимаешь, о чем я? - Я понимала, еще как. Я видела, как серебро радужек тускнеет, заменяясь прозрачной зеленью, кожа бледнеет, а раны затягиваются прямо на глазах. Еще минут двадцать - и Алин станет навью.
   Эльф бережно взял меня за руку, в которой я продолжала судорожно сжимать серебряный кинжал, и установил лезвие точно над сердцем, между третьим и четвертым ребром.
  -- Я сам уже не могу сделать этого. Еваника, прошу тебя... Я не хочу стать, как они.
  -- Алин...
   Я не знала, что сказать. Я просто прикрыла ладонью уже тускло светящиеся зеленым глаза и, пробормотав что-то, одним резким движением вонзила серебряное лезвие точно в сердце эльфа. Алин только дернулся, и сразу обмяк. Его странно холодная, словно неживая рука, отпустила мою судорожно сжатую ладонь. Я тупо уставилась на разгладившееся, умиротворенное лицо, обрамленное светлыми прядями и, выдернув чуть дымящийся кинжал, окрашенный кровью, пробормотала заклинание голубого огня.
   Пламя охватило тело Алина, словно впитываясь в него, и почти сразу погасло, окрасив его в серый цвет. Я, словно в забытьи, осторожно коснулась посеревшей щеки эльфа, и тотчас все тело осыпалось мелким пеплом, который унес прохладный порыв ветра.
   Знак Света над моей головой начал тускнеть, и навьи, злобно шипя, подобрались еще ближе. Я же не замечала ни их, ни слез, медленно катившихся по щекам - я чувствовала, как в душе поднимает голову ненависть, смешанная с горечью потери и злобой.
   Небо на востоке уже окрасилось в ярко-алый цвет, как будто где-то там, над горизонтом, пролилась кровь эльфа. Вокруг меня, набирая обороты, искрилось заклинание Элариэль, готовясь обрушиться на навий огненным кольцом, которое может смести их всех...
  

Глава 16.

  
   Яркий солнечный луч пригрелся на моей щеке, не давая спать. Я поежилась, пытаясь поплотнее закутаться в одеяло, спасаясь от прохладного ветерка, когда до меня дошло, что вчера, вернее, сегодня на рассвете, случилось нечто непоправимое. Я медленно села, ощущая, как болят перетруженные накануне мышцы ног, и попыталась восстановить в памяти события, происходившие на рассвете.
   Странное дело. Последнее, что я помнила - это тугие спирали огненного кольца, танцующие вокруг меня. Дальше - сплошная тьма. Как я очутилась на этой площадке, прилепленной к скале - понятия не имею. И, как назло, рядом нет никого, кто мог бы мне хоть что-то объяснить. Да, кстати, а куда все подевались???
   Я подтянула колени к груди и тотчас вспомнила кровавый рассвет и мелкий белый пепел, уносимый порывом ветра. Все, что осталось от нахального, несносного Алина, который стал мне настоящим другом... Тут в голове что-то щелкнуло, и воспоминания нахлынули волной...
   ... Знак Света тускнел с каждой секундой, а навьи становились все смелее, обступая меня все более плотным кольцом. По моим щекам текли слезы, падая на шероховатый камень и оставляя на нем едва заметные пятна, а в душе клокотала ненависть. Вокруг меня, свиваясь в тугие спирали смерчей, танцевала яростная первобытная Сила, не сдерживаемая никакими запретами, нетерпеливо ждущая, когда я оформлю ее хотя бы в слабое подобие заклинания. Даже не в подобие - просто определю направленность.
   И я выбрала яростное голубое пламя.
   Стоя на коленях, я подняла глаза, засверкавшие зеленым ведьминским огнем, на навий, и ревущая вокруг меня Сила хлынула на нежить, обращая ее в мельчайший сероватый пепел. Тройное огненное кольцо разошлось вокруг меня, как расходятся круги на воде от случайно брошенного камня, затухая только у стен Ночного перевала.
   Меня трясло, я изливала накопившуюся ярость и горечь потери сначала на навий, а потом, когда их не стало - на бесчувственный камень, окружавший меня со всех сторон. Стихия, вырвавшаяся из меня, превратила небольшой пятачок гномьей дороги вокруг в огненный ад, в котором камни текли и плавились, превращаясь в медленно стекающую по склонам лаву.
   Яркие бледно-голубые сполохи магии, смешанные с оранжевыми отсветами расплавившихся камней, находили отражение в кроваво-красном рассветном небе, когда сквозь рев пламени я услышала, как кто-то безостановочно выкрикивает мое имя. Я подняла глаза, и заметила, что по ту сторону голубого огня стоит какая-то темная фигура, которая и зовет меня.
   Ненависть вспыхнула с новой силой, и тут же угасла. Сила, вызванная моим эмоциональным взрывом, развеялась, и огонь, поджигавший даже камни, но щадивший меня, моментально потух, оставив нетронутым пятачок каменной дороги. Я безучастно окинула взглядом место событий - каменные стены стекали бордовыми расплавленными потеками, тускло светясь в прозрачном воздухе, а потом посмотрела на фигуру, стоявшую за огненной границей, за кольцом расплавленной гномьей дороги в пять локтей шириной.
  -- Еваника? Ты меня слышишь? - Я вздрогнула, услышав этот смутно узнаваемый голос, и хрипло спросила:
  -- Данте?
  -- Хвала небесам, ты меня узнала! - Он перемахнул через полосу медленно остывающего камня и приземлился рядом со мной. Осторожно приподнял мое лицо за подбородок и пристально вгляделся в глаза, в которых уже потухли зеленые огоньки. - Я боялся, что ты меня не услышишь...
  -- Алин...Он...
  -- Я понял. Это из-за этого ты так? - Я только кивнула, не имея сил, чтобы ответить. До меня только что дошло, что я едва не сделала.
   Меня едва не поглотила стихия. Я позволила своим чувствам питать магию, и это могло выжечь мою душу дотла. Я растворилась бы в магии без остатка, что равносильно смерти. Именно поэтому молодых ведунов учат контролировать свои эмоции, иначе это может быть чревато последствиями. С другой стороны, если ведун выпускает стихию на волю, то перед смертью он может уничтожить небольшую армию, поэтому таких магов обязательно берут на военную службу. Особенно, если идет война, и враги уничтожили семью ведуна.
   Данте подхватил меня на руки и, легко перепрыгнув через широкую линию расплавленного камня, понес меня к мосту, отделяющего Ночной перевал от Рассветного пика. Его быстрый размеренный шаг убаюкивал, и я, прижавшись к нему, провалилась в глубокий сон...
   ...Со стороны площадки, уходящей за угол скалы, послышались голоса, в одном из которых я безошибочно определила Вилью. Голоса все приближались, и через полминуты из-за угла показала полуэльфийка, которая, увидев, что я проснулась, подошла ко мне и, не долго думая, отвесила мне подзатыльник.
  -- Это чтобы больше друзей не обманывала и не сбегала искать проблемы на свою голову! - беззлобно заявила Вилья и, присев рядом со мной, обняла меня за плечи. - Если бы ты знала, как мы все переволновались... Ева, ну, нельзя же так безалаберно относиться к собственной жизни! - Я покаянно уставилась на подругу, не зная, что сказать.
  -- Еваника, тебе точно нужно влюбиться!
  -- Что-о?? - Удивленно воскликнула я, недоуменно глядя в зеленые глаза Вильки. - Виль, ты чего??
  -- Просто я подумала, что если ты влюбишься, то, быть может, перестанешь так самоубийственно рисковать собой.
  -- Ну, спасибо...
  -- Всегда пожалуйста. Кстати, а чем тебе Данте не подходит? Ты-то ему небезразлична, это я тебе точно говорю.
  -- Виль, не мели чушь, ладно?
  -- Ну, как хочешь. Только вот почему-то он кинулся тебя спасать.
  -- Долг. - Отмахнулась я.
  -- А вот за Алином он почему-то не вернулся.
  -- Зато я вернулась... - тихо пробормотала я, опустив голову на плечо подруги. - Виль, я ничего не могла сделать - он превращался в навь. Мне пришлось...
  -- Я знаю. И за это я тебе очень благодарна. Ты помогла Алину стать еще одной звездой на небосводе... - Ревилиэль печально улыбнулась, и в ее глазах блеснули слезы. - Еваника, я, хоть и наполовину эльф, но верю, что наши души после смерти становятся звездами. Ничто не появляется из ниоткуда и не уходит в никуда. У каждого своя судьба. Когда-нибудь звезда Алина упадет на землю, и его душа обретет новую жизнь. А нам остается только ждать.
  -- Смерти нет - есть только круг перерождения, - тихо ответила я. - Так, кажется, верят эльфы? - Вилька только кивнула и ласково взъерошила мои короткие каштановые волосы.
  -- Может, тебе тоже стоит в это поверить?
  -- Я постараюсь. Виль, честно.
  -- Ну, и замечательно. Пойдем, Данте уже нашел тропу, по которой мы попытаемся максимально приблизиться к пещере с Небесным Колодцем.
   Я кивнула и потянулась за расстеленным прямо на камнях одеялу, чтобы убрать его в сумку, когда что-то соскользнуло с него и звонко стукнулась о скалу.
  -- Что это? - Вилька наклонилась и подобрала упавший предмет. Я покосилась на то, что она держала в руках, и вздрогнула - это был покрытый уже запекшейся кровью серебряный кинжал. Тот самый, который дал мне Данте, когда мы прорывались через Ночной перевал, которым я...
  -- Кинжал. - Излишне грубо буркнула я, отбирая оружие и очищая его от крови и грязи заклинанием. - Виль, где Данте? Надо ему вернуть...
   Подруга махнула рукой в сторону крутой горной тропки, которая меньше всего напоминала нормальную дорогу. Я вскочила и, подхватив сумку, побежала в указанном направлении.
  
   Данте нашелся на удивление быстро - он сидел на небольшом камне, полируя свой меч. Сверкающий, как темное зеркало, клинок поймал блик света, который пробежал по всей длине лезвия, полыхнув пойманной звездой на острие. Я тихонько кашлянула, привлекая к себе внимание, но Данте даже ухом не повел, продолжая заниматься своим оружием. Кожаный шнурок, которым он стягивал волосы, потерялся еще на Ночном перевале, и теперь черные с синеватым отливом пряди полоскались по ветру. Я присмотрелась повнимательнее, и заметила, что кончики волос завились от жара, а кое-где слегка опалились... Он что, в тот костер пытался влезть?!
  -- Данте... - неуверенно начала я. - Я тут тебе твой кинжал принесла...
  -- Спасибо. - Он неторопливо поднялся и забрал сверкающее серебром оружие из моих как-то сразу ослабевших ладоней, при этом он почему-то старался не поворачиваться ко мне левой стороной лица.
  -- Что случилось?
  -- Пустяки. Царапина. - В этот момент порыв ветра отбросил длинные черные пряди с его лица, и я увидела, что левая щека Данте словно перечеркнута длинной тонкой раной от когтя навьи, которая шла от виска и почти до уголка губ. Вокруг нее тоненькой коркой запеклась темная кровь, а кожа слегка покраснела.
  -- Господи, Данте! Ты ее хоть промывал?? - Он как-то неопределенно пожал плечами, и я поняла, что нет. Я уронила сумку на камни и начала ожесточенно в ней копаться, выуживая чистый лоскут ткани и бутылочку с отваром для промывания ран.
  -- Данте, сядь, пожалуйста, а то мне неудобно. - На удивление, он не стал спорить - просто отложил меч в сторону и уселся на уже облюбованный камень.
   Я откупорила бутылочку, и в воздухе разлился приятный запах мяты с яблоками. Смочив лоскут чуть желтоватой жидкостью, я приподняла лицо Данте за подбородок, поворачивая к себе пострадавшей щекой, и честно предупредила:
  -- Будет немного щипать. И закрой, пожалуйста, глаза, а то слезиться будут. - Я провела тканью по лицу Данте, очищая его от засохшей крови, и удивленно присвистнула - за несколько часов след от когтей навьи затянулся настолько, что действительно напоминал длинную царапину.
  -- Быстро же у тебя все заживает. - Протянула я, рассматривая его щеку. - Только шрам все равно останется - когти навий на кончиках смазаны чем-то вроде яда, который не дает ранам заживать как следует.
  -- Останется - значит, останется, - пожал плечами Данте, открывая глаза и пристально смотря на меня снизу вверх. - Спасибо.
  -- Глаза закрой! - Приглушенное шипение было мне ответом. - Я же предупреждала...
  -- И сколько мне так с закрытыми глазами сидеть?!
  -- Минуты полторы, не больше! - поспешила заверить его я, убирая снадобье в сумку. - Зато ранка не воспалится, и шрам будет почти незаметным.
   Я легонько кончиками пальцев пробежала вдоль царапины, которая навсегда останется на лице Данте, как метка о Ночном перевале, и тихо вздохнула. Мы потеряли в этом путешествии гораздо больше, чем приобрели. Вилька потеряла недавно обретенного брата, хоть и сводного, я - друга, причем тогда, когда до цели оставались какие-то жалкие шаги. Эльфы могут предвидеть будущее - почему же тогда Алин не предвидел свою смерть? Или же он знал? Знал, и все равно пошел?
  -- Данте, почему ты вернулся за мной? Ведь вспышка голубого огня должна была тебе сказать, что меня больше нет в живых.
  -- Не знаю. - Он осторожно приоткрыл сначала один глаз, потом другой и, удостоверившись таким образом, что все в порядке, посмотрел на меня. - Я же обещал, что защищу тебя.
  -- Зря пообещал, - вздохнула я, усаживаясь рядом с ним. - От меня столько проблем... Хотя у тебя пока что получается сдержать свое обещание, а вот у меня...
  -- Ты прекрасно справляешься, - улыбнулся он, дотягиваясь до меча и убирая его в ножны. - Я бы даже сказал, что ты чересчур щепетильна в отношении данного тобою слова, что крайне редко для человеческой расы.
  -- Но Алина я не спасла.
  -- Ты обещала, что он никогда не станет нежитью. И для того, чтобы выполнить это обещание, едва не погибла сама. - Он осторожно взял меня за правую ладонь и легонько провел пальцем по свежим, едва зажившим шрамам.
  -- Отныне мы оба будем носить метки об этом путешествии.
  -- Честь сомнительная, но что поделать. - Пожала плечами я и, поднявшись с камня, попросила:
  -- Данте, пойдем отсюда. Я хочу добраться до нужной пещеры, и чем быстрее, тем лучше.
  -- Ваше желание, леди, закон. - Данте поднялся и, отвесив мне легкий изящный поклон, которого я никак не ожидала от наемника, изъездившего всю Рось вдоль и поперек, быстрой походкой зашагал к крутой тропке.
   Снизу, как суслик из норки, выскочила Вилька, и у меня почему-то возникло стойкое подозрение, что подруга слышала весь разговор от начала до конца. Полуэльфийка пробежала мимо меня, на ходу так много значительно подмигнув мне, что я залилась краской, и устремилась вслед за Данте по узкой горной тропке, петляющей между камней. Я рванулась за ними, на ходу сообразив, что кого-то не хватает.
  -- Эй, народ, а куда вы уже успели Хэл деть, а? Только не говорите, что вы ее потеряли!
  -- Не будем говорить! - фыркнула Вилька, помогая мне перепрыгнуть с одного камня на другой путем придания мне дополнительного ускорения.
  -- Вилька-а-а! - Взвыла я, имея в виду не то местонахождение Хэл, не то способ помощи.
  -- Ладно, не кипятись. Хэл полетела искать наиболее удобный путь наверх.
  -- В таком случае, почему бы ей сразу не слетать в нужную пещеру и не заняться Небесным хрусталем?
  -- И ты согласилась бы после такого количества выпавших на нашу долю испытаний просто так сесть и дождаться, пока она там обряд проведет? Не посмотрев, ради чего мы шли? - Видимо, у меня было на редкость выразительное лицо, потому что Вилька пожала плечами и добавила. - Вот, так чего же спрашиваешь? Я тоже не согласилась посидеть на солнышке - мне хочется посмотреть, зачем мы все это затеяли.
  
   Крутая горная тропа шириной с два локтя змеей взбегала вверх, то почти теряясь между камней, то проходя по краю обрыва. И я еще ругала гномью тропу Западного пика? Да нет ничего легче! Там, по крайней мере, было некуда падать - разве что на того, кто сзади, а здесь можно было легко загреметь с обрыва и пролететь вниз добрых семьдесят локтей, если не больше. Нет, высоты я не боялась, для меня что сорок локтей, что семьдесят - разница будет только в результате. В том смысле, останется в итоге всего лишь неестественно распластавшийся труп или же живописное пятно. Но все равно идти по такой тропе было по меньшей мере неуютно. Хэлириан по-прежнему благополучно пропадала где-то в поднебесье, не показываясь на глаза, а я старалась не сильно приближаться к краю обрыва.
   Тропа, как сообщил Данте, серпантином обегает гору, доходя практически до вершины Рассветного пика, но так высоко нам не надо - до пещеры бы добраться. Так вот, дорожка будет проходить как раз под входом в пещеру, только вот лезть вверх придется прилично - локтей семьдесят. Я с ужасом вспомнила, что по горам лазаю с грацией какой-нибудь курицы, то есть никак не лазаю, и трагически застонала. Правда, у нас есть веревки, можно будет попросить Хэл взлететь к пещере, и там ее привязать, сбросив нам, но все равно длины на такой подъем у нас не хватит - в лучшем случае он сократиться на локтей на сорок. В общем, как ни крутись, а лезть придется, вот только Алина, чтобы поймать меня, если я все-таки сорвусь, внизу уже не будет...
  -- Ева, что такая кислая? - Наивно поинтересовалась Вилья, оглянувшись на меня. - Высоты, что ли, боишься?
  -- А надо? - жалобно произнесла я, почти приклеившись к скале, стараясь идти подальше от обрыва. - Тут от меня кто-то избавиться решил? В таком случае учтите, я буду сопротивляться!
  -- По-моему, ты стала паникершей, - задумчиво протянула Вилька, помогая мне перебраться через очередной валун, попавшийся на пути. - С чего бы это?
  -- С вами по другому нельзя, - буркнула я, перелезая через камень высотой мне до пояса и едва не сверзившись в пропасть по левую сторону. - Вспомни, когда я последний раз нормально высыпалась? Наверное, еще дома. Кстати, у меня совершенно пропало чувство времени - какой сегодня день?
  -- Думаю, что уже начало листопада... - Подруга на несколько секунд замолчала, что-то вспоминая, а потом уверенно тряхнула рыжими кудрями. - Точно, сегодня второй день листопада. А ты это к чему?
  -- Да вот, думаю, сумею ли я дожить до своего двадцатилетия, или нет.
  -- Куда ты денешься...
   Я могла деться куда угодно - начиная от желудка какой-нибудь особо удачливой горной нежити и заканчивая могилкой в пещере, но высказывать пораженческие мысли вслух я не стала, тем более что послышалось хлопанье крыльев, и на тропинку изящно приземлилась донельзя довольная Хэлириан.
  -- А вот и я! Не ждали?
  -- Ждали, ждали, - улыбнулась я, поправляя на плече лямку сумки. - Что выяснила?
  -- Все просто отлично - до пещеры осталось всего ничего. Вам по этой тропинке нужно пройти еще с полтысячи шагов, и тогда у вас прямо над головой будет вход в пещеру Небесного Источника. Правда, до него лезть высоковато...
  -- Сколько? - Данте, неспешно подошедший к Хэл, внимательно посмотрел ей в глаза. - Ты же знаешь, что у нас веревки не очень длинные.
  -- Ну-у... - задумалась айранит, прикидывая расстояние, - там локтей семьдесят-семьдесят пять будет. Ближе по тропам никак не подобраться - выше отвесная скала. Если вы дадите мне веревку, то я слетаю и закреплю ее прямо у входа, чтобы вы точно мимо не прошли. Да и взбираться легче будет - по веревке с узлами ведь проще, чем по скале.
  -- Обязательно слетаешь, - кивнул Данте и обратился ко мне. - Ева, у тебя ведь несколько мотков было?
  -- Да. Только вот один, самый большой, в сумке Алина на Ночном перевале остался. Это когда они с Вилькой нас из ловушки тянули. А остальные - локтей по сорок пять примерно.
  -- Ладно, будем использовать то, что есть.
   Следующие минут двадцать мы с Вилькой старательно навязывали узлы на самой длинной веревке через каждые два локтя.
   Изматерились до невозможности.
   А все потому, что веревка, хоть и была тонкой, прочной и легкой, но обычные узлы получались до неприличия маленькими, которые не могли дать надежную опору. Приходилось, скрипя зубами, выплетать объемные морские узлы, которые Вилька делала секунд за пять и с закрытыми глазами, а я возилась по минуте. В результате веревка сократилась примерно до сорока локтей, что, конечно, не добавило мне оптимизма.
   Наконец мы смотали импровизированную лестницу, нагрузили ею Хэлириан и отправили последнюю исполнять ответственнейшую миссию по привязыванию веревки у входа в нужную пещеру. Хэл все-таки предупредила, что обряд она начнет, потому что это как-никак храмовое таинство, на которое не след смотреть непосвященным, но зато клятвенно пообещала продемонстрировать нам и полученный результат, и Небесный Колодец. С чем мы ее и отпустили.
   Следующие полчаса прошли в напряженном высматривании искомой пещеры над головой и, когда Вилька радостно объявила, что видит веревку, я не сразу осознала, куда я вляпалась.
   До кончика веревки было как минимум сорок локтей.
   Что ж, если я раньше тешила себя надеждой, что до "лестницы" я банально долевитирую, то теперь я буквально воочию увидела, как я срываюсь со скалы, и мое бренное тело пришпиленной бабочкой раскидывается на острых камнях. Данте же, словно не замечая моего паникующего настроя, хладнокровно отрезал кинжалом примерно пятнадцать локтей от одного из уцелевших мотков, и, обвязав один конец вокруг пояса, подошел ко мне и затянул крепкую петлю вокруг моей талии. На мой немой вопрос он невозмутимо ответил, что таким образом надеется удержать меня от падения - если я сорвусь, то он удержит на скале нас обоих.
   После чего и начался, собственно, подъем.
   Первые полминуты я восхищенно смотрела на то, как Вилья, снявшая плащ, чтобы не мешался при восхождении, белкой взбирается по практически отвесной скале, цепляясь кончиками пальцев и носками сапог за практически невидимые снизу выступы и трещины в камне. После чего веревка, обвязанная вокруг моего пояса, слегка натянулась и я, мысленно попрощавшись со своей молодой жизнью, обречено последовала вслед за Данте, который лез по скале с такой же легкостью, как таракан бегает по потолку и стенам.
   О себе я сказать подобного не могла, поскольку лезла очень медленно, с трудом перебирая руками, выискивая наиболее надежные трещины в камне и стараясь не смотреть вниз. О том, как я буду спускаться, я старалась даже и не думать - опыт покорения деревьев меня научил тому, что залезть я могу практически куда угодно, а вот спуститься получалось далеко не всегда - иногда приходилось подолгу сидеть на дереве, пока Вилька или наставник не снимали меня, отчитывая за глупость. Я кивала головой и всецело выражала раскаяние, но через пару дней, максимум, через неделю меня приходилось опять снимать с очередного высоченного вяза или ясеня...
   Но в этот раз судьба-злодейка, судя по всему, решила сжалиться надо мной, поскольку я ухитрилась ни разу не сверзиться вниз, со скоростью улитки доползя-таки до вожделенной веревки. Вилька уже была на самом верху "лестницы", а Данте только-только переместился со скалы на веревку, ожидая, пока я подберусь поближе.
  -- Еваника, подождем, пока Вилья долезет до конца - я не хочу, чтобы веревка лопнула в самый ответственный момент!
  -- Не проблема! Все равно я ощущаю себя как таракан на стене! Минутой больше - минутой меньше...
   Ветер, гуляющий на такой высоте, ощутимо раскачивал веревку, да и я, прилипшая к скале, ощущала, как яростные порывы забираются под куртку, теребят волосы, словно норовя сбросить наглую человечишку в пропасть за нарушение границ. Наконец полуэльфийка забралась на небольшой козырек, который, как я поняла, указывал на вход в пещеру, а через пару секунд на фоне ослепительно-голубого неба показалась ее фигурка, машущая нам рукой. Данте одобрительно кивнул, и посмотрел на меня.
  -- Еваника, когда переберешься на веревку, сможешь отвязаться с помощью магии?
  -- Разумеется. Вот только зачем?
  -- Затем, что я поднимусь наверх как можно быстрее и вытяну тебя. Твое дело - держаться как можно крепче, и все будет хорошо. Поняла?
   Я кивнула, ловя конец "лестницы" и с трудом перебираясь на нее, вцепляясь замерзшими пальцами. После чего прикрыла глаза, и пробормотала короткое заклинание, от которого узел у меня на талии развязался и веревка, связывавшая нас с Данте, повисла рядом с лицом.
  -- Готово! Я отвязалась!
  -- Отлично. Теперь устраивайся поудобнее и жди - минуты через полторы я тебя вытащу. Продержишься?
  -- Спрашиваешь! Давай, лезь.
   Тотчас веревка начала мерно раскачиваться в такт движениям Данте, который поднимался по веревке с навязанными на ней узлами также легко, как и по обычной стремянке. Я восхищенно посмотрела ему вслед, а потом, плюнув на предупреждение не смотреть вниз, начала оглядываться по сторонам. Стоило только бросить взгляд в ту пропасть, что простиралась под нами, как в груди тревожно ёкнуло, но тем не менее, я продолжала смотреть. Высоты я никогда не боялась - напротив, я все время стремилась забраться куда-нибудь повыше, потому что в такие моменты меня охватывало удивительно чувство, как будто стоит мне только сделать шаг - и за спиной раскроются крылья, и я взмою в сверкающее небо... Как раз в такое, как то, что сейчас простирается у меня над головой...
   Стоп, а это что такое?
   На фоне ослепительно-голубого неба появилась одинокая черная точка, которая стремительно разрасталась. Еще несколько секунд - и я сумела разглядеть широкие кожистые крылья, уродливую голову с непропорционально большой пастью и короткие когтистые лапы. Тварь подлетела поближе и я различила пепельно-серый цвет шкуры.
   Скальная химера, чтоб ей пусто было!
   Я посмотрела наверх, и увидела, что Данте уже почти добрался до спасительной площадки, а там уже машет руками Вилька, что-то крича и указывая в сторону химеры. Слова разобрать не удавалось, поскольку ветер сносил их в сторону, но и так было понятно, что надо поторапливаться. Не успела я подняться и на пять локтей, как химера заметила нас и уверенно пошла в атаку. Где-то наверху я ощутила сильный всплеск магии, похожий на силу Хэл, но никаких молний, вопреки всем ожиданиям, в тварь не последовало. Скорее всего, Хэлириан по уши занята обрядом, прерывать который никак нельзя, вот и не может помочь нашим.
   Веревка, на которой я болталась между небом и землей, дрогнула и поползла вверх.
   Химера сделала круг над козырьком и на бреющем пошла в атаку, широко разевая пасть. И вот тут-то я и вспомнила, что у скальной химеры весьма специфический способ борьбы. Поскольку лапы у нее, хоть и вооруженные внушительными когтями, довольно короткие и слабые, то природа наградила ее удивительным голосом - беззвучный вопль химеры может вдребезги разносить камень, оглушить даже василиска, а человека с большой долей вероятности попросту разнесет на куски.
   Я-то об этом знаю, а вот мои друзья, находящиеся наверху, скорее всего, даже понятия об этом факте не имеют. Поэтому я, не ожидая, пока они на себе проверят действенность вопля скальной химеры, отцепила правую руку от веревки, и в химеру на полном ходу влетел сверкающий бело-голубым светом боевой пульсар.
   Траектория полета нежити значительно изменилась, и она вильнула в сторону, набирая высоту. Веревка поползла вверх гораздо быстрее, но все равно недостаточно быстро - химера, заметив меня, ринулась поближе, на лету одарив меня своим беззвучным воплем.
   Спасло меня только то, что я успела оттолкнуться ногами от скалы. Веревка качнулась, как маятник, уводя меня из-под прямого удара. Меня, но не веревку. От скалы во все стороны брызнула каменная крошка пополам с осколками покрупнее, а я с ужасом почувствовала, что веревка у меня над головой начинает неумолимо трещать.
   Я подняла голову, и с какой-то отстраненностью констатировала, что мне конец - в пятнадцати локтях над моей головой прочное плетение начинает медленно рваться. Хуже всего, что веревка продолжала раскачиваться, а я не смела даже пошевелиться, чтобы попытаться залезть наверх - все равно не успею, а под тяжестью тела "лестница" порвется еще быстрее. Данте наверху судя по всему, тоже увидел разлохматившийся, надорванный участок, потому что веревка устремилась вверх с такой скоростью, словно меня поднимали с помощью лебедки.
   Химера, промахнувшись, ушла на очередной круг, молотя воздух широкими крыльями.
   Данте почти дотянулся до разрыва, когда "лестница" с тихим звуком оборвалась...
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"