Ева: другие произведения.

Синяя Птица. Глава 17-19.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 6.21*12  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ну, вот, первая книга о похождениях Еваники Словьевой закончилась. А хорошо или плохо - судить вам. :)))


Глава 17.

   Вся катастрофичность положения дошла до меня далеко не сразу - я просто тупо смотрела на то, как разлохматившиеся волокна веревочной "лестницы" окончательно лопнули, и в ту же секунду почувствовала, что меня уже ничто не держит. Время словно замедлило свой бег - я падала с такой высоты, что при приземлении от меня останутся одни ошметки. В отличие от прошлого раза, левитация мне не поможет, а веток, способных смягчить падение, нигде не было - только острые камни на дне ущелья.
   Я даже не закричала, когда начала падать, выпустив из рук обрывок веревки - я смотрела в неестественно расширившиеся глаза Данте, который не успел на какие-то жалкие секунды. Ветер ударил снизу, заставив короткие пряди волос взметнуться к лицу, щекоча щеки и хлеща по глазам, выбивая слезы, когда я увидела, как глаза Данте стремительно становятся черным зеркалом. Кажется, сердце на миг приостановило свой бег - я увидела, как он, выпрямившись во весь рост, в длинном прыжке ринулся вслед за мной в пропасть. Ветер хлестнул ему в лицо, отводя волосы назад и подчеркивая глаза, затянутые черной блестящей пленкой.
   Глаза айранита.
   По его телу пробежала судорога, и тотчас за спиной раскрылись широкие черные крылья, а протянутые ко мне руки украсились заостренными когтями. Я смотрела на это превращение, с ужасом вспоминая, где я уже видела эти черные с синеватым отливом крылья и бездушные глаза, в которых плескалась вселенская тьма.
   ...Мой домик на опушке леса. Холодный осенний туман и Знак Света, озаряющий пространство над крыльцом. За спиной, в доме, плачущая Хэлириан и Вилья, а передо мной стоит, сложив крылья, аватар в темных доспехах и шлеме-маске, закрывающей лицо. И ледяной, бездушный голос в голове, которому невозможно солгать, выспрашивающий, кто находится в доме. Воин-убийца, которого называли Чернокрылом...
   Аватар сложил крылья и ушел в крутое пике, стремясь перехватить раньше, чем меня размажет о камни. Только вот теперь я не была уверена, хочу ли я того, чтобы меня спасали. Страха не было - только глухая ярость оттого, что меня предали, использовали, а теперь непонятно зачем еще и спасают. Куда уж проще дать мне погибнуть - ничьей вины в этом не было бы... И еще сердце сжимала тихая грусть о чем-то несостоявшемся, несбывшемся, как будто меня поманили прекрасной мечтой, а в самый последний момент безжалостно вырвали ее с корнем и, продемонстрировав то, что осталось, хладнокровно отбросили в сторону...
   Он поймал меня, когда до острых камней на дне ущелья оставалось не больше десятка локтей. Широкие крылья с шелестом распахнулись, а я, прижатая к груди аватара руками, словно отлитыми из металла, чувствовала, как дрожат от напряжения мышцы, которых не было и быть не может в человеческом теле, выводя нас из пике. От перегрузки у меня слегка заложило уши, а аватар по широкой дуге взмыл в небеса, мерно взмахивая иссиня-черными крыльями. Я закрыла глаза, напоследок обняв Данте и понимая, что сейчас я закачу ему такой скандал, что мало не покажется никому, в том числе и мне. Пусть только поставит меня ногами на твердый камень - и он узнает, что такое ярость ведуньи... Пусть только поставит на ноги...
   Полет завершился также внезапно, как и начался. Я ощутила, как аватар чуть спружинил, приземляясь на козырек перед пещерой Небесного источника, все еще держа меня на руках. Я открыла глаза и увидела Вилью, ощетинившуюся метательными кинжалами, а за ее спиной Хэл невозмутимо, с помощью левитации, вешала на грудь Небесный Хрусталь, приобретший ярко-голубой цвет.
   Вилька, едва увидев выражение моих глаз, моментально убрала кинжалы и, ухватив Хэлириан за плечо, отвела ее подальше со словами "Сейчас будет капитальная разборка, так что лучше не вмешиваться!". Наивная Хэл поинтересовалась, почему, на что Вилья ей ответила, что сейчас я буду кое-кого убивать, причем за дело.
  -- Вилья, но это же аватар! - в священном ужасе воскликнула Хэл.
  -- А ей сейчас наплевать, кто это, хоть черт из преисподней, - невозмутимо отозвалась Вилька, а я поняла, что меня буквально распирает от злости.
   Соскользнув с рук аватара, я так "ласково" уставилась в черные зеркала глаз, что Данте неосознанно сделал шаг назад, стремясь оказаться подальше от такой бомбы замедленного действия, как я, у которой шнур уже подпален, и теперь в любой момент можно ожидать взрыва.
  -- Значит, ты у нас наемник-полукровка, большую часть жизни скитающийся по Роси... - Вкрадчиво начала я, подступая к стушевавшемуся Данте.
  -- Так оно и есть, - с достоинством склонил голову этот крылатый интриган, напрочь игнорируя весь окружающий мир и не сводя с меня глаз, ставших уже обычными - черными с серебряными искрами. Все правильно, сейчас с меня глаз спускать никак нельзя, иначе от прицельно пущенного пульсара не увернешься.
   Вилька у меня за спиной торжественно перекрестилась и сказала нечто вроде "Прощай, Данте, твой прах будет развеян по ветру".
   Я вспомнила прожженный черный плащ, валявшийся на пороге комнаты Данте, когда я пришла, чтобы "нанять" его. Черт, если бы я тогда додумалась проверить тот плащ, то сразу же ощутила магию собственного пульсара, угодившего в ночного визитера. Но я этого не сделала.
   А все потому, что была чересчур занята разглядыванием Данте!
  -- Ведунья Еваника, позвольте представиться. Я - Ведущий Крыла аватаров Данте, больше известный под родовым именем Чернокрыл. У меня был приказ сопроводить жрицу Хэлириан до Небесного источника, дабы та сумела вернуть силу королевскому талисману и помогла найти Андариону истинного правителя.
  -- Ты мне лгал... - потрясенно прошептала я.
  -- Я не солгал ни разу. Я действительно полукровка - моя мать была человеком, а отец - айранитом. До восьми лет я жил с матерью, искренне считая, что являюсь человеком, но когда моя мать умерла от болотной лихорадки, мне пришлось уйти из деревни - сирота был никому не нужен, а на нашу избу быстренько нашлись какие-то дальние родственники. До двенадцати лет я бродяжничал, а потом на меня совершенно случайно наткнулся айранит, который и определил во мне полукровку из своего народа. Меня забрали в Андарион, где я стал аватаром.
   Так вот почему Хэл хотела его убить, когда он был вместе со мной в иллюзорном сне - она наблюдала за нами. И увидела, как выглядит Данте. И узнала его.
  -- Хэл, так ты все знала?... - Развернулась я к рукокрылой подруге. Та только пожала плечами и кивнула.
  -- Еще в Сером Урочище. Я сначала запаниковала, а потом поняла, что если он тихо не перерезал нас в первую же ночь, то нет смысла беспокоиться после почти трех недель пути. Он же Ведущий Крыла, все равно, пока он с нами, аватары на нас бы не напали.
  -- Ведущий Крыла? - переспросила я.
  -- Это как предводитель отряда, - охотно просветила меня Хэл.
  -- Все, Хэл, спасибо. Этого достаточно. - Хмыкнула я, с хрустом разминая пальцы.
  -- Для чего? - Заинтересованно, в один голос спросили мои подруги и низкий интриган и шантажист, по-прежнему закрывавший широкими полуразвернутыми крыльями почти весь вход в пещеру.
  -- Для того чтобы закатить кое-кому громкий и безобразный скандал с применением магической силы! - Я сделала пару шагов по направлению к аватару и обманчиво ласково поинтересовалась.
  -- А теперь ответь мне, прекрасный айранит, какой тебе дали приказ относительно нас? В самом начале, когда вы посетили мой скромный дом? - Данте несколько секунд помялся, пошевелив крыльями, но потом честно ответил, серьезно глядя мне прямо в глаза.
  -- Изначальный приказ, который исходил от принца, был, цитирую: "Любой ценой вернуть Небесный Хрусталь, символ королевской власти. Преступницу Хэлириан с родовым именем Снежная Цапля захватить или же уничтожить. Точно так же поступить с теми, кто будет помогать изменнице Андариона." Конец цитаты.
  -- Что-о-о?? - Взвилась я. - Я так поняла, что Хэл хотела этому принцу помочь. Так какого лешего он послал вас за ней??
  -- Возможно, он считал, что Хэл украла талисман для того, чтобы передать его самозванцу, - невозмутимо пожал плечами Данте. - Кстати, поздравляю тебя, Еваника. Ты - единственное пока существо, сумевшее солгать аватару так, чтобы он не уловил лжи. Можешь собой гордиться.
  -- Уже загордилась до невозможности, - буркнула я, продолжая сверлить Данте пронзительным взглядом. - Если у тебя был приказ уничтожить нас, то какого лешего ты согласился нам помогать?! Ты ведь мог просто тихо перебить нас ночью, забрать талисман и свалить на все четыре стороны!
  -- Потому что я, как Ведущий Крыла, в первую очередь обязан заботиться о короле, которому я дал клятву верности, об Андарионе и своем отряде. Король погиб, поэтому я должен делать то, что лучше для Андариона. А лучше истинного короля не может быть ничто, поэтому я решил помочь вам добраться до вашей цели. - Он широко улыбнулся, и я с ужасом увидела у него длинные заостренные клыки. Когда Хэл были в ипостаси айранита, зубы у нее заострялись самую малость, так, как было допустимо даже для человека, но во рту аватара влажно поблескивали три пары длинных, как у хищного зверя, клыков - две в верхней челюсти и одна в нижней. - Кстати, интересно, почему я тебе все это рассказываю? По идее, я сейчас должен убить и тебя, и полуэльфийку, а Хэлириан доставить в целости и сохранности в Андарион.
  -- Потому что признание облегчает душу, а в данном случае - еще и жизнь. - Хмыкнула я, заводясь еще сильнее. - В общем, с тобой все ясно. Хищный зверь на службе своей страны. Ну, и флаг тебе в руки и кинжал в зубы, а нам и без вас неплохо жилось. Хэл, покажи мне, за чем мы хоть шли-то...
   С этими словами я развернулась на каблуках и подошла к Хэлириан, которая удивленно смотрела на меня. Вилька озвучила ее удивление вслух:
  -- Ев, я что-то не поняла? Ты его простила?
  -- Он просто исполнял свой долг, - тихо ответила я. - Но если он сделает в мою сторону еще хотя бы шаг, то я его испепелю. Жизнь - за жизнь. Он спас меня, а я его отпускаю. Все по справедливости.
  -- Знаешь, - пробормотала Хэл, подводя меня к округлому Колодцу, - я сейчас смотрю на тебя, и верю, что это ты его отпускаешь, а не наоборот.
   В ответ я только пожала плечами и подошла поближе к Небесному колодцу, который представлял собой небольшое округлое озеро с обточенными временем берегами, почти доверху наполненный неподвижной странной водой почти синего цвета. Странной - потому, что она была абсолютно непрозрачной, и на ее поверхности не отражалось ничего. У меня возникло большое желание коснуться этой воды, больше похожей на краску, но Хэл преградила мне путь широким крылом.
  -- Нельзя, Еваника. Если в твоих жилах не течет кровь детей Андариона, то эта вода будет для тебя как кислота. Ты попросту лишишься руки. - Я вздрогнула, представив себе подобную перспективу, и отдернула ладонь от такой обманчиво спокойной и безопасной поверхности. Потом перевела взгляд на льдисто-голубой Небесный Хрусталь, который мягко светился на груди Хэл.
  -- Он выглядит по-другому.
  -- Естественно, - пожала плечами Хэл. - Хрусталь напитался силой Колодца, и теперь мы можем обрести истинного короля. Теперь я смогу вернуться домой, и там мы уже начнем поиски. И все будет хорошо.
   Ага, хорошо, да не очень. Я покосилась в сторону Данте, который, скрестив несколько изменившиеся руки на груди, невозмутимо стоял вполоборота у самого входа. "Как страж у королевских покоев", почему-то подумалось мне. Куртка и рубашка на спине свисали длинными лохмотьями - они не выдержали трансформации, когда крылья с силой прорывались наружу. Красивое узкое лицо, перечеркнутое тонким шрамом слева, казалось неподвижно застывшей маской, а в глазах, вновь ставших черными зеркалами, нельзя было прочитать ни одной эмоции.
   Ожившая статуя, да и только.
   И почему-то стало очень горько и обидно.
   Так всегда бывает, когда тебя предает кто-то, кому ты доверилась, кто-то, кто стал тебе небезразличен. И чем больше ты доверяешь, тем тебе больнее потом. Я доверяла Данте свою жизнь и жизнь своих друзей. Я рисковала собой ради него, потому что была абсолютно уверена, что он без колебаний сделает то же самое.
   И вот теперь приходилось расплачиваться за излишнюю доверчивость.
   Я тряхнула волосами, и посмотрела на Хэлириан:
  -- Выходит, мы прощаемся?
  -- Получается, что да. Я должна вернуться в Андарион, потому что сейчас никто, кроме меня, не может коснуться Небесного Хрусталя. Только истинный король.
  -- Данте тебя проводит, - полувопросительно, полуутвердительно сказала я, сбрасывая с плеча сумку на пол и усаживаясь рядом с ней.
  -- Нет, не проводит, - раздалось от входа.
   Я вопросительно приподняла бровь и непонимающе уставилась на Данте. Аватар, сверкая глазами, отклеился от стены и сделал шаг по направлению ко мне, но я немедленно вскинула руку в предупреждающем жесте, и между большим и указательным пальцем пробежала яркая зеленая дуга.
  -- Еще шаг - и в тебя полетит шаровая молния. Это будет не смертельно, но очень больно. - Данте замер, а потом неожиданно расхохотался, демонстрируя звериные клыки во всей красе.
  -- Я сказала что-нибудь смешное? - В моих глазах полыхнуло зеленое пламя, и тотчас с кончиков пальцев сорвалась слепящая дуга, которая взрыхлила каменный пол в двух вершках от правой ноги Данте так, что только крошка веером разлетелась, но аватар даже не дернулся, невозмутимо сверля меня взглядом.
  -- Да нет, я просто в очередной раз поражаюсь тебе. Мы шли сюда почти месяц, причем впятером, пробирались через такие места, явно не способствующие улучшению здоровья, как Серое Урочище и Ночной перевал. И теперь ты хочешь, чтобы я отпустил вас с Вильей обратно всего лишь вдвоем?
  -- А у тебя выбора не останется, - пожала плечами я. - Против нашей воли ты с нами все равно никуда не пойдешь, а если даже и сподобишься, то, насколько я помню, магия на тебя действует. Простое заклинание - и ты заснешь крепким, здоровым сном на сутки, а то и на двое. А еще...
   Договорить мне не дали, потому что со стороны входа послышалось до боли в копчике знакомое резкое шипение, а за плечом Данте мелькнула серая тень. Я чертыхнулась, но тут же осеклась. Правильно говорят - только помяни лихо, и оно уже тут как тут, радуется и вовсю скалится тремя сотнями зубов.
   Благополучно забытая всеми скальная химера упорно наматывала круги у входа в пещеру - похоже, мы ей тоже не понравились...
  
   Я, позабыв обо всем, выбежала из пещеры на козырек, протолкнувшись мимо Данте, с изумлением глядя на шипящую химеру, которая как раз в очередной раз ушла на разворот.
  -- Интересно, и чем мы ей так приглянулись? - вполголоса пробормотала я, с хрустом разминая пальцы для очередного заклинания и не спуская с нежити напряженного взгляда. Что-то в ее поведении меня настораживало, а вот что именно - непонятно. Слева раздался тихий скрежет стали клинка, вытягиваемого из ножен, и неестественно спокойный голос аватара произнес вслух то, что я только что подумала:
  -- Не нравиться мне ее поведение.
   Я ответила машинально, на миг позабыв о том, что мне, вроде как, предполагается вовсю игнорировать этого низкого интригана.
  -- У меня такое ощущение...
  -- ...Что она кого-то ждет. - Закончил мою мысль Данте, и мы удивленно переглянулись, словно впервые встретившись. Я первая отвела взгляд.
  -- Кажется, на время нам придется позабыть о разногласиях.
  -- Полностью согласен. Мир?
  -- Перемирие, - уточнила я, посмотрев в черные зеркала глаз. - До тех пор, пока мы не разберемся с этой тварью.
  -- Как пожелает прекрасная леди. - Данте чуть склонил голову и протянул мне ладонь, пальцы которой были украшены бледными, почти белыми когтями длиной с фалангу указательного пальца. Я, не глядя, мимоходом пожала ее, не отрывая глаз от кружившей химеры, продолжавшей оглашать воздух шипением различной тональности.
   Вилька неслышно подошла к нам и, указывая на нежить, заинтересованно спросила:
  -- Народ, как я понимаю, у вас есть какой-то план?
  -- Да! - В один голос отозвались мы с Данте. Вилька как-то странно посмотрела на нас обоих, а потом подняла ладони вверх, намекая на свое абсолютное невмешательство.
  -- Еваника, ты мне доверяешь? - мимоходом поинтересовался аватар, поудобней перехватывая меч в правой руке.
  -- Уже нет, а что? - подозрительно сощурилась я, сверля его глазами.
  -- Придется поверить снова.
   С этими словами он обхватил меня свободной рукой за талию и, прижав к себе, взмыл в холодное осеннее небо. На секунду я опешила и, с трудом сдержавшись от того, чтобы не огласить воздух визгливыми руладами, машинально вцепилась в плечи Данте, как в спасительную опору, зажмурив глаза, не в силах смотреть на пропасть у себя под ногами, и сознавая, что моя жизнь зависит исключительно от аватара.
   Промозглый высокогорный ветер хлестнул по лицу, отводя волосы назад, а над ухом раздался несколько ироничный голос:
  -- Неужели ты так боишься высоты? Обещаю, что чтобы не случилось, ты не упадешь. - Я вздрогнула, но глаза все-таки открыла.
   И была просто ошеломлена открывшимся мне видом.
   Когда смотришь на землю с высокогорной тропы, то возникает удивительно ощущение - как будто ты можешь окинуть весь мир взглядом, увидеть все то, что раньше не замечалось. Близко проплывающие легкие облака, до которых, как кажется, можно дотронуться рукой, зелень лесов и полей, пепельно-мутное пятно Серого Урочища, а где-то далеко блестит на солнце вода Белозерья. И возникает чувство родства со всем миром, который в буквальном смысле лежит у твоих ног.
   Но совсем иное дело, когда ты наблюдаешь за всем этим с высоты птичьего полета. Облака проносятся прямо под тобой, на миг ловя твою тень, более низкие горы и покрытые холмы величаво проплывают внизу, а над головой - только сверкающее небо и яркое солнце, слепящее твои глаза холодными лучами.
   На минуту я забыла о химере. Осталось только чистое небо, горы со снежными шапками, разноцветное полотно земли где-то далеко внизу... И твердая рука Данте, не дающая мне упасть. Сам того не зная, он помог исполниться мечте всей моей жизни - увидеть мир с высоты птичьего полета своими собственными глазами, ощутить холодный ветер, бьющий в лицо и осознать себя живой частичкой этого мира.
   Я подняла абсолютно счастливые глаза на Данте, не говоря ни слова, но он все понял. Потому что смотрел на меня глазами человека, а не бездушными черными зеркалами айранита. Он немного набрал высоту, а потом ринулся вниз по широкой дуге, давая мне ощутить все прелесть свободного контролируемого падения. Нет, даже не падения, а скольжения сквозь воздушные потоки, которые так и норовили закрутить, сбить с ровного полета...
   Внезапно взгляд Данте изменился, и его затопила блестящая чернота. Я вскинула голову и увидела, что прямо над нами скользила химера, как раз примеривающаяся для того, чтобы наградить нас своим воистину убойным воплем. Аватар круто ушел в сторону, словно проваливаясь в воздушную яму, а я запустила в светлое брюхо нежити приличных размеров боевой пульсар.
   Сверху дождем пролилась черная кровь, химера взвыла и начала падать вниз. К сожалению, мечта о том, чтобы все это и закончилось живописным пятном, не сбылась - нежить "взяла себя в лапы" и спланировала на широких кожистых крыльях, медленно поднимаясь вверх. Данте, видя такое дело, ушел в крутое пике, выставив перед собой сверкающий темный клинок.
  -- Данте, с ума сошел!!! Ты что, ее протаранить хочешь??! - К сожалению, мой отчаянный вопль остался без внимания - аватар продолжал идти на снижение, навстречу радостно распахнутой пасти, в которой с легкостью поместилась бы лошадь средних размеров.
  -- Да-а-а-анте-е-е!!! - взвыла я не хуже нежити, в ужасе закрывая глаза и молясь всем святым сразу, чтобы они оставили меня в живых и желательно не калекой. В любом случае, судьба героически погибшей самоубийцы меня не привлекала, но вот айранит, как выяснилось, думал иначе, упорно идя на сближение.
   В пиковый момент я почувствовала, как Данте чуть развернулся, пропуская несущуюся со скоростью выпущенного арбалетного болта тварь мимо себя так близко, что я ощутила резкий порыв ветра и противный змеиный запах, а потом раздался легкий толчок, скрежет и яростный вопль раненой химеры! В лицо и на куртку плеснуло что-то горячее и липкое, а потом Данте вышел из пике и стал стремительно набирать высоту, заставив мой желудок приклеиться к позвоночнику. Обтерев лицо рукавом куртки, я открыла глаза и увидела, как смертельно раненая химера камнем летит вниз, на дно ущелья, кувыркаясь в воздушных потоках.
   Данте на лету распорол нежити почти все брюхо, и, когда я глянула на изгвазданный почти до крестовины меч, то была просто поражена. Интересно, какой силой надо было обладать, чтобы вонзить меч так глубоко, мало того, удержать, при этом действуя одной рукой?! Я с уважением покосилась на аватара, понимая, что с такими существами лучше не становиться по разные стороны баррикад - и так было понятно, кто одержит верх. Похоже, дальше вооруженного нейтралитета я все-таки не продвинусь. В конце концов, он всего лишь исполнял свой долг как защитника Андариона, и не мне судить его за методы. Как говориться, на войне все средства хороши, а с учетом того, что в стране айранитов назревает гражданская война...
   Я огорченно вздохнула, понимая, что на этот раз аватару не грозит никакая опасность с моей стороны - у меня попросту рука не поднимется. Сложно сосчитать, сколько раз Данте спасал мою молодую жизнь, пусть даже и преследуя свои, непонятные до конца цели. Не в моих правилах отвечать на хамство любезностью, на удар бегством, а на помощь - черной неблагодарностью и попыткой убить благодетеля. Я жила и буду жить по принципу "око за око", а в этом случае получается, что я задолжала чернокрылому аватару на год вперед, и это не считая набежавших процентов.
  -- Ты в порядке? - Голос Данте раздался над самым ухом, заставив вздрогнуть и отвлечься от размышлений. Я подняла лицо, кое-где испачканное в темной, уже подсыхающей крови химеры и внимательно посмотрела в темные с серебряными искрами глаза. Во рту неожиданно пересохло, и я ответила как-то невпопад.
  -- А у тебя все лицо в крови...
  -- У тебя тоже, - улыбнулся он. Длинные белоснежные клыки на фоне залитого темной кровью лица производили жутковатое впечатление. Я вздрогнула и поспешно опустила лицо, надеясь, что Данте сквозь грязь не заметит, как сильно оно побледнело. Бесполезно.
  -- Ты побледнела.
  -- Это от твоих выкрутасов. Не знаю, как ты, но я во время твоих пируэтов чувствовала себя очень и очень неуютно.
  -- А мне показалось, что в тебе живет жажда полета.
  -- Тебе и в самом деле показалось, Данте, - тихо ответила я, нарочито стараясь не смотреть вниз. - Я все-таки человек, а не...
  -- Да, ты не айранит, но я уверен, что не ошибся. Тебе понравилось летать.
  -- Слушай, чего ты от меня хочешь услышать? - моментально окрысилась я. - Что я в восторге от полета? Да, так оно и есть. Но я человек, а рожденный ползать летать не может! Хочешь услышать что-то еще? Если да, то опусти меня на твердую поверхность, и я тебе все выскажу, даже больше того! И не улыбайся так - от твоих клыков у меня мороз по коже!!
   Да, я стерва, причем, как выяснилось, стерва на редкость язвительная, злопамятная и мстительная. Как там говорится у темных эльфов? "Я не злопамятная, просто я злая и у меня память хорошая", так что ли? Тогда это про меня.
   Потому что я старалась нарочно ранить, причем ранить посильнее, а в идеале - еще и провернуть. Потому что вернулось чувство, что меня элементарно использовали, а в конце еще и ненавязчиво показали разницу. Его судьба - гордо парить в поднебесье, тогда как моя - восхищенно и несколько завистливо смотреть на него снизу вверх, прекрасно сознавая, что до таких высот мне не подняться никогда.
   Человек - существо мелочное, озлобленное и завистливое.
   Раньше у меня никогда не возникало таких чувств. Я никогда никому не завидовала, даже мельком. Даже общаясь с практически идеальными эльфами - сосредоточием красоты, мудрости и изящества, помноженном на бессмертие и великолепные бойцовские качества, я утешалась тем, что они, как ни стараются, несмотря на все свое совершенство, точно также прикованы к земле, как и я. И вот теперь я встретила существо, которому, в отличие от меня, досталось все то, о чем я могла только мечтать - а именно, возможность летать и чувствовать себя в небе также уверенно, как птицы. И все это только потому, что ему повезло родиться айранитом.
   Черт побери, я впервые ощутила себя типичным представителем человеческой расы!
   Улыбку стерло с лица Данте моментально. Так же успешно, как если бы я закатила ему полноценную пощечину, да еще и сопроводила это действие хлестким комментарием. Аватар слегка нахмурился, а лицо словно превратилось в мраморную маску. Глаза остались прежними, человеческими, но теперь они были холоднее льда, а острота взгляда могла соперничать с лезвием меча.
  -- Простите, ведунья, за мое неподобающее поведение, - спокойно ответил он, начав снижение. - Прошу вас, потерпите мое присутствие еще минуту.
   Я, чувствуя себя последней сволочью под этим небом, царственно и несколько высокомерно кивнула. В этот момент я ненавидела сама себя, но обида оказалась сильнее, и я продолжила ковыряться в душевной ране, углубляя ее, и в довесок еще и щедро посыпая последнюю мелкой солью.
  -- Да уж, сделай милость. - Лицо Данте оставалось абсолютно непробиваемым, но зрачок чуть дрогнул, почти заполнив собой всю радужку.
   Аминь, Еваника. Можешь себя поздравить! Ты довела его до такого состояния, что он, судя по всему, только и сдерживается, чтобы не разжать руки и не отправить тебя в самостоятельный полет. А что, неплохая идея - вместо одного пятна в ущелье будет целых два. И падальщикам радость, и сверху оригинальней смотреться будет... Ох, и стерва же ты, Ева! И откуда только такая проклюнулась...
   "Оттуда же, откуда и все остальное", - мрачно подумала я, пока Данте подлетал к каменному козырьку перед пещерой Небесного Колодца, где нас уже ждали радостно улыбающиеся Вилька и Хэл. Правда, при взгляде на наши мрачные лица и принципиальное нежелание смотреть друг другу в глаза, их радость слегка поутихла, сменившись здоровым, вполне обоснованным недоумением.
   Данте, едва коснулся ногами камня площадки, тотчас убрал руку, предпочитая заняться своим заляпанным клинком. Тряпка для протирания оного отыскалась очень быстро - аватар попросту оторвал лоскут от рубашки, и без того свисающей на спине около крыльев живописными лохмотьями, и демонстративно направился в противоположный от меня угол пещеры, поближе к Колодцу. Я же, дождавшись момента, когда подруги повернуться ко мне с вопросительными лицами, картинно схватилась за ребра и осела на пол, тихо постанывая, что на мне ни одного живого места нет.
   Привирала, конечно. Данте нес меня очень бережно, так, что я практически не ощущала силы хватки, а прижал он меня только раз - когда таранил химеру и был просто вынужден сжать мои ребра сильней, чем нужно. Но я благополучно об этом умолчала. Девчонки тут же вознамерились меня раздеть и осмотреть на предмет нанесенных телесных повреждений, дабы высказать все Данте по полной программе и одним сплоченным коллективом, но я открестилась от незапланированного стриптиза. Только этого мне еще и не хватало для полного счастья.
   Из угла Данте не доносилось ни звука, за исключением тихо шуршащей по лезвию тряпки.
   "Ну и черт с тобой", - подумала я, отвлекаясь на более насущные проблемы. А именно - прощание с Хэлириан, которое вышло несколько бурным ввиду эмоциональности женской натуры.
   Вилья чуть ли не со слезами обнимала бывшую жрицу, а та в свою очередь клятвенно обещала пригласить нас обеих в Андарион сразу же, как только ситуация немного наладится и будет найден истинный король. Круг поисков сужался тем, что у истинного короля помимо наличия в жилах крови айранитов, то есть детей Андариона, должны быть руки, поскольку он должен суметь удержать все три символа королевской власти одновременно. Соответственно, женское население сразу же отпадало, а это значительно облегчало задачу Хэл как хранителя Небесного Хрусталя.
  -- Вам пора отправляться, жрица Хэлириан, - донесся из угла спокойный голос Данте. - Чем быстрее вы попадете в Андарион, тем лучше. Я только провожу наших спутниц до Древиц, и постараюсь догнать вас как можно раньше.
  -- Черта с два ты куда с нами пойдешь! - вызверилась я, подскакивая к аватару и меча из глаз колючие зеленоватые искры. - Твоя задача - доставить Хэл живой и здоровой до места назначения, а наша судьба пусть тебя не волнует! На небесах уже все решено за нас, и, если нам суждено погибнуть на обратном пути, то этого уже не изменить. И твоя компания роли не сыграет. Пусть все случиться так, как должно случиться, только, пожалуйста, без твоего вмешательства!
   Данте невозмутимо выслушал мою реплику и как-то неопределенно пожал плечами.
  -- Как пожелает госпожа ведунья.
  -- Слава богу! - вырвалось у меня. Я отступила от спокойного, как горный тролль, аватара и с улыбкой посмотрела на Вилью и Хэл.
   И тут же смертельно побледнела.
   За спинами подруг со стороны каменного козырька, раззявив острозубую пасть, висела скальная химера, ожесточенно молотившая воздух широкими кожаными крыльями. Кажется, до меня раньше всех дошло, что нежить шутить не намерена, и сейчас Вилью и Хэл разнесет в клочья боевым воплем химеры.
   Время словно замедлилось, и я выбросила перед собой напряженно вытянутые руки, делая разводящее движение, от которого девушек отнесло в противоположные стороны, довольно чувствительно впечатав в каменные стены пещеры. Ладно, если сумею, то извинюсь потом. Одновременно я пробормотала коротенькое парализующее заклинание, и Данте неподвижно застыл на полу, в стороне от меня, не имея возможности в очередной раз влезть под удар.
   Я стояла напротив раззявленной пасти, и время снова сдвинулось и полетело с удвоенной скоростью. Я быстро-быстро забормотала заклинание голубого огня, одновременно выстраивая перед собой силовой щит, который по возможности защитит меня от смертельного вопля химеры. Я отдавала себе отчет в том, что одновременное плетение защитного и атакующего заклинания неизбежно приведет к тому, что одно из них получится ослабленным.
   И все-таки я рискнула, вложив больше силы в голубой огонь, выставив перед собой довольно слабый силовой щит.
   Я услышала, нет, скорее почувствовала, как практически беззвучный вопль химеры устремляется ко мне. Щит моментально прогнулся, и тотчас с выставленных ладоней сорвалось ослепительно-яркое огненное "копье", которое обдало лицо жаром и устремилось прямиком в гостеприимно распахнутую пасть, прошивая нежить насквозь.
   М-да, похоже, зря я пренебрегла защитой. Атакующее заклинание оказалось чересчур мощным, а вот щит все-таки не выдержал.
   Нет, он не разлетелся на осколки - его попросту оторвало от пола и он, снеся меня, как хорошо направленный таран, впечатался в стену аккурат над непрозрачной водой Небесного Колодца, познакомив мою спину со всеми неровностями природного камня. Боженька, ну за что ты так меня не любишь, а? Что я тебе такого сделала? Почему нельзя хоть раз, чтобы меня уронили на что-нибудь мягкое?? Неужели обязательно ставить на моем пути такие твердые преграды, как каменные стены и стволы деревьев, и ждать, что я их благополучно проломлю какой-нибудь максимально невостребованной частью тела? Головой, к примеру...
   Через пять секунд заклинание щита самопроизвольно распалось, и я под дружный вопль моих подруг сползла по стене прямиком в обжигающую синюю воду...
   И за что мне все это???!!!
  

Глава 18.

   Прикосновение ярко-синей воды ожгло кожу огнем, который, как мне показалось, охватил меня все от кончиков сапог до корней волос. Я не успела даже пискнуть, как ушла с головой в жгучую, как вода горного источника, непонятную субстанцию, которая плескалась в Небесном Колодце. В довесок ко всем неприятностям, "вода" была похожа на какой-то густой кисель, при этом сопротивление этого "киселя" было почему-то меньше, чем у обычной воды.
   Проще говоря - я стремительно опускалась в глубины Колодца, который теперь-то уж наверняка станет моей могилой.
   Странное дело - Хэл сказала, что синяя вода будет для меня как кислота, но я почему-то все еще была жива. Даже относительно невредима, если не считать того, что кожу продолжало нестерпимо печь, как если бы меня натерли настойкой жгучего перца, а потом еще и закутали в простыню, пропитанную этой же настойкой. Ладно, если я каким-то образом не погибла в первые секунды пребывания в Колодце, значит, есть шанс выбраться, пока у меня в легких еще есть воздух. Тем более что спуск вниз замедлился, а потом и совсем остановился.
   А потом откуда-то снизу хлынул ослепительный свет, который обжег глаза даже сквозь мужественно зажмуренные веки. Одновременно с этим я почувствовала, как мышцы начинают сокращаться в судорогах - сначала слабые, они усиливались с каждой секундой, скручивая меня в один сплошной комок боли.
   Очередная судорога заставила меня выгнуться дугой, и я с ужасом поняла, что из легких стремительно улетучиваются остатки воздуха. Густая, похожая на горячий кисель, вода, хлынула в раскрывшийся рот, моментально заполнив легкие. На миг мне показалось, что я сама стала этой водой, проникающей сквозь поры кожи, вливающейся в вены, словно заменяя текущую в них кровь на что-то еще. Между лопатками сильно закололо, после чего мне показалось, что в спину мне вошли два метательных кинжала, вспарывающие кожу и проникая в тело... После чего сознание, не выдержав такого издевательства над собой, позорно меня покинуло...
   ... Скрюченные пальцы судорожно вцепились в камень так крепко, что разжать их не было никакой возможности - проще сразу отрубить. В ушах звенело, а по щекам стекало что-то влажное и липкое. Я с трудом оторвала тяжелую, словно чугунную голову от неровной шероховатости прохладного камня и попыталась сфокусироваться на противном звуке в ушах, который постепенно трансформировался до отрывистых, толком еще неосознаваемых фраз. При попытке открыть глаза голова закружилась так, что я поспешила уронить ее обратно на прохладный камень.
   Наконец головокружение прошло, а я пришла в себя настолько, чтобы понять, что надо мной с феерической скоростью разворачивается очередной консилиум. Два женских голоса с легкостью перекрывали более спокойный мужской, а обмен мнениями происходил столь быстро, что я при всем желании не могла толком вслушаться в слова. Я разлепила глаза, которые тотчас съехались к переносице, и попыталась сфокусировать взгляд на каменной кладке перед своим лицом. Оказывается, уровень "воды" в Небесном Колодце понизился примерно на полтора локтя, обнажив нечто вроде узкой ступеньки, за которую я сейчас и цеплялась. Машинально я отклеила пальцы от выступа и, протянув руку, попыталась ухватиться за бортик Колодца, поскольку лежание в непонятной воде, все еще обжигающей кожу, было не очень приятно.
   Странное дело - стоило только мне уцепиться ладонями за бортик, как в пещере наступила гробовая тишина. Ну и замечательно, а то от тех воплей у меня уже крыша ехать начала. С этой мыслью я попыталась подтянуться, и на удивление это оказалось довольно-таки легко, словно я всю жизнь только и занималась тем, что вытаскивала свое далеко не бесплотное тело из подобных колодцев.
   Я наконец-то выползла из "воды", и тотчас моя кожа и волосы слегка задымились. Взвизгнув, я попыталась было стереть стремительно испаряющуюся синюю "воду", но она уже исчезла, оставив после себя только легкое жжение. Послышался скрежет стали, выхватываемой из ножен и я моментально повернулась на этот звук, исподлобья глядя на бледную, как полотно, рыжеволосую девушку, которая выставила перед собой длинный кинжал в трясущихся руках.
   И это против меня? Я оскалилась в хищной улыбке, оглядывая ее с головы до ног поразительно ясным взглядом. Казалось, что я вижу, как пугливо бьется жилка на ее шее, вижу ее страх... И еще почему-то непонимание. Краем глаза я уловила какое-то движение, и, резко повернувшись туда, слегка расслабилась - те двое, что стояли чуть поодаль от рыжеволосой, были одного со мной рода - это я ощутила сразу. Значит, их можно не бояться - они не причинят мне ни малейшего вреда. По крайней мере, пока...
   Мужчина из моего народа медленно шагнул ко мне и протянул в мою сторону руки. Рыжеволосая заговорила, он ей ответил, но теперь я могла разобрать то, о чем они говорят - судя по всему, обо мне.
  -- Данте, что, черт побери, с ней произошло???!! Почему она нас не узнает??
  -- Наверное, это из-за смены ипостаси. Похоже, что у нее в роду были айраниты, но это было давно, вот кровь и не проявляла себя.
  -- А теперь-то что?? Я тебя спрашиваю!! - Рыжеволосая сорвалась на пронзительный визг. Нервы-то лечить надо, девушка... Нельзя так.
  -- Ничего, она придет в себя. Ипостась пробудилась очень поздно, вот у нее слегка крыша и поехала...
  -- Слегка???!!!! Да она же никого не узнает!
  -- Это пройдет. - Он подошел ко мне вплотную и, взяв меня за руку, тихо сказал:
  -- Еваника... Ты меня слышишь?
   Еваника? Я тряхнула волосами, пытаясь заглушить некий голос внутри меня, а потом я вдруг все вспомнила. Еваника - это мое имя. Перед глазами промелькнули картины воспоминаний, останавливаясь на самых ярких и эмоциональных моментах...
   ...Нашедший меня в лесу Лексей Вестников...Тепло и умиротворение, которое бывает только в детстве...
   ...Мой первый эксперимент с боевой магией... Радость открытия и гордость от того, что такое сложное заклинание, как цепная молния, покорна моей воле... Ненадолго правда, но ведь я еще маленькая и у меня все впереди...
   ...Поездка в Серебряный Лес...Эльфы, встречающие нас на большой поляне, усыпанной цветами... Я стою за спиной наставника с походной сумкой через плечо и тут мой взгляд падает на молодого эльфа, стоящего чуть поодаль от основной группы встречающих. Я мимоходом отмечаю красивое лицо, серебряные глаза и светлые волосы, а он, в свою очередь, залихватски подмигивает мне... Первая любовь, закончившаяся ничем, не оставляет ничего, кроме какой-то возвышенной грусти...
   ...Стоящий прямо передо мной аватар в вороненых доспехах... За спиной - друзья, которых нельзя выдать. Страха за себя нет - только за них. И ледяной голос в голове...И гора, свалившаяся с плеч, когда я смотрела на то, как он улетает...
   ...Прощание с домом, ставшего мне родным, и сожаление, что не сумела попрощаться со своим приемным отцом и наставником...
   ...Смеющиеся, нечеловеческие глаза наемника-проводника по имени Данте, смотрящего на то, как я сползаю с его здоровенного, чересчур прыткого жеребца... И его удивление, когда ко мне подбежал Серебряный...Чувство удовлетворения оттого, что сумела не ударить в грязь лицом...
   ...Расставание с вожаком разумных волков у Вельги-реки почему-то заставило меня почувствовать, что я прощаюсь надолго, если не навсегда, еще с одним другом...
   ...Туман Серого Урочища и мраморно-бледная Вилья, лежащая на камне... Страх не успеть к тому моменту, когда будет уже поздно и торопиться будет некуда...
   ...Холодный камень пещер Закатного пика, когда я была наполовину вмурована в скалу...Ужас, который я честно старалась не проявлять...
   ...Ночной Перевал и окровавленное тело Алина на гномьей дороге... Еще одна горькая веха в моей жизни. Серебряные, уже начавшие зеленеть глаза и тихий шепот... Острое лезвие кинжала, пронзившее грудь эльфа и мельчайшие капельки крови на моем лице... Стихийный огонь и жгучая ненависть, смешанная с болью потери и желанием отомстить...
   ... Леденящий кровь звук лопнувшей веревки... И Данте, становящийся аватаром прямо в воздухе... И пораженческая, почти невозможная мысль - только бы не поймал...Потому что это лучше, чем чувствовать себя настолько преданной...
   ... Я глубоко вздохнула, выскальзывая из вереницы воспоминаний, и посмотрела на Данте уже более осмысленным взглядом. Тот облегченно вздохнул и крепко меня обнял.
  -- Я уже боялся, что ты не вернешься... После того, что с тобой произошло, это могло быть самым страшным.
  -- Минуточку, - я высвободилась из его рук и подозрительно взглянула ему в глаза. - Что ты имеешь в виду?
  -- Ты еще не поняла??
  -- Что? - Я заглянула в его человеческие глаза и в глубине зрачков увидела свое собственное отражение - чуть сузившееся лицо и распрямившиеся синие с белыми кончиками волосы!!!
   Я в ужасе отпрянула, глядя на свои руки, которые обзавелись короткими, чуть голубоватыми когтями с заостренными кончиками. Во рту благополучно нащупались шесть длинных клыков, а, заведя руку за спину, я почувствовала, как она наткнулась на мягкие перья, покрывающие широкие крылья!! Мой вопль эхом отразился от невысокого потолка и стен пещеры Небесного Колодца.
  -- ЧТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ????!!!!
  
   М-да, такого потрясения я не испытывала ни разу в жизни. Честно говоря, я подумала, что у меня капитально поехала крыша вместе с верхним этажом, и все происходящее мне только кажется. Падение в Колодец не убило меня, а превратила в женский аналог аватара Данте - со всеми прилагающимися прелестями в качестве крыльев, клыков и когтей! Нет, я была права, когда жалела, что вообще согласилась на эту авантюру, поскольку в ее конце сама превратилась в леший знает что! К тому же, было совершенно непонятно, что со всем этим делать - оставаться в таком виде мне совершенно не хотелось и не моглось.
   Поэтому сейчас я со вкусом откатилась в откровенную истерику, распугивая своими воплями всю живность, имевшую несчастье приблизиться к месту моих стенаний хотя бы на полверсты. Я и не представляла, что чисто женский слезоразлив может быть настолько приятен - все вокруг тебя суетятся, пытаются успокоить, но добиваются только прямо противоположного эффекта, поскольку вопли возрастают в арифметической прогрессии (меру знать все-таки надо, иначе можно сорвать голос, а им еще можно на жизнь жаловаться!), а потоки слез - в геометрической (такого добра у меня навалом, успевай только утирать!).
   Наконец, когда мне надоело оглашать воздух своими стенаниями, я закрыла рот, перестав пугать Вильку невесть откуда взявшимся феноменальным прикусом, и почти спокойно поинтересовалась.
  -- А теперь, мальчики и девочки, давайте дружно выкладывайте мне все, что знаете о том, что со мной случилось, иначе сейчас истерика пойдет по второму кругу.
   Угроза возымела действие и айраниты, страдальчески переглянувшись, начали выкладывать мне одну из версий произошедшего события, по которой выходило, что кто-то из моих предков был айранитом, только было это не меньше, чем три поколения назад, иначе кровь так или иначе проявилась бы. Хэлириан присела рядом со мной и легонько коснулась моего лица крылом.
  -- Еваника, понимаешь, Колодец не оставляет без изменения ничего, что попадает в него. Он меняет все. В каком-то смысле это исток реки перемен. Коснувшись его вод, простой хрусталь становиться могущественным талисманом, а человеческая девушка обретает силу крови, которая течет теперь в ее жилах. Теперь ты такой же айранит, как Данте или я.
  -- Но я этого не хочу!! - Воскликнула я, вскакивая на ноги. - Меня кто-нибудь спросил, хочу ли я становиться перевертышем вроде вас? Я - человек, и не хочу становиться кем-то еще!! Я хочу быть Еваникой Соловьевой, а не невесть откуда взявшимся айранитом без рода и племени!!
  -- Извини, но обратно вернуть уже ничего нельзя. Древняя кровь Синих Птиц пробудилась в тебе, и от этого никуда не деться. - Хэлириан сочувственно покачала головой.
  -- Синих Птиц? - Задумчиво повторила я, оглядываясь за спину и рассматривая выросшие там крылья.
   Действительно темно-синие, как чистое вечернее небо, с снежно-белой каймой по низу. Широкие и мощные, в сложенном состоянии они чуть щекотали кончиками белых перьев колени... Мечта, ставшая явью, но забравшая взамен часть моей человеческой сущности. Я хотела летать, но не думала, что уплаченная цена окажется столь высокой... Я никогда не хотела стать айранитом, хотя бы потому, что меня всегда пугала двойственность ипостаси, в которой было так легко потеряться.
   Свободно скользить в небе, ловя крыльями воздушные потоки? Да, безусловно.
   Но у каждой ипостаси есть свои темные стороны. Будучи с рождения человеком, я точно знала, чего ожидать от своей натуры. Данте, впервые узнавший правду о себе, был двенадцатилетним ребенком, поэтому ему было легче воспринять себя как существо с двумя ипостасями. Его учили, как при переходе не утратить себя, как контролировать инстинкты и повадки своей второй натуры, но у меня таких учителей нет, не было и, по-видимому, никогда не будет. Потому что я не стану менять ипостась... Как только я стану человеком, я постараюсь попросту забыть о том, что в другом теле у меня есть крылья.
   Хэлириан прикрыла глаза и несколько нараспев сказала.
  -- Синие Птицы - это единственный род, в котором женщины становились аватарами. Потому, что редко, очень редко женщины этого рода рождались с руками и крыльями на спине, как мужчины. Это род воителей и магов, но, как и все слишком древние роды, он распался и постепенно иссяк. Какие-то потомки Синих Птиц до сих пор живут в Андарионе, неся в себе частичку древних воителей, но род утратил силу. Женщины, что могли бы держать в руках меч, больше не рождались на свет... - она открыла глаза и в упор уставилась на меня. - Еваника, у тебя есть шанс восстановить древний род. Ты - последняя Синяя Птица как таковая, да и то благодаря случайности и силе Небесного Источника. Но если есть ты, то у твоего рода снова есть шанс на существование.
  -- Я - Синяя Птица? - Задумчиво повторила я, переваривая услышанные факты. Вот, значит, какие у меня интересные родственнички в фамильном древе. А я-то все гадала, отчего мои родители, едва глянув на ребенка, выкинули его в ближайший сугроб... - Только с чего ты взяла, что я разовью бурную деятельность по восстановлению рода, а? Я ведь точно помню, что ипостаси племенной кобылы у меня нет. Так с чего я должна бросать все и начать раз за разом рожать детей? Да еще, судя по всему, от айранита, так?
   То ли Хэл не уловила иронии в моем голосе, то ли ее настолько воодушевила идея возродить благополучно зачахнувший несколько сотен лет назад род, но она кивнула с настолько счастливой улыбкой, что мне первые пять секунд было даже неудобно ее разочаровывать. Вилька, уже минут десять успешно притворявшаяся предметом интерьера, ожила и, встрепенувшись, накинулась на Хэл, защищая меня, как курица цыпленка.
  -- Хэл, ты что, очумела, что ли??? Ты хоть соображаешь, на что ты ее подбиваешь?? - Айранит, которую разобиженная в лучших чувствах Ревилиэль прижала к стене, только непонимающе моргала. Вилька же, над которой проблема скоростного замужества с последующими родами карающим мечом висела лет десять, пока она не догадалась сбежать, понимала меня, как никто, и отступать не собиралась.
  -- Ты хочешь, чтобы она всю оставшуюся часть своей жизни ходила то беременная, то с очередным крылатым младенчиком на руках, и все это только ради того, чтобы Андарион спал спокойно?!
   От такой перспективы я передернулась. А Вильку уже понесло.
  -- Ты знаешь, что все беременные женщины становятся капризными и буйными? А Еваника и так на голову ушибленная, представь, что будет, когда у нее проклюнется материнский инстинкт, плавно переходящий в предродовой психоз!
   После этой фразы вздрогнула не только я, но и Данте. Хотя он-то с какого боку? Ему-то со мной детей не крестить...
  -- Народ, кончай перекрикивания!! - Командирским тоном рявкнула я так, что по пещере загуляло эхо. Заткнулись все, даже я, не ожидавшая от себя такого грозно-прочувствованного рева, сопровождавшегося странным горловым рычанием. В наступившей тишине Вилька торжествующе заключила:
  -- Теперь ты понимаешь, о чем я говорю? Хотя, может, у вас город лишний, и вы хотите его разрушить без затрат на бригаду ломателей? Или перестройку капитальную задумали? В таком случае - милости прошу. Запустите Еванику в Андарион, и через месяц там камня на камне не останется!
   Я уже ничего не говорила, только обессилено откинулась на шероховатую поверхность стены, прикрыв глаза. Боженька, ну, за что ты со мной так, а? Что я тебе такого сделала? Ну, ведунья, грешна, но что же поделать - против себя-то не попрешь. Может, если я в храм схожу, то меня простят?
   Не-е, не простят. Нафиг ведунья нужна в храме, да и бесполезно это все - я не успею за двери храма выйти, как опять натворю что-нибудь такое, что Столен Град месяц обсуждать будет... Хотя туда-то я не планирую возвращаться - мне бы до Древиц благополучно добраться. А там до весны носу за частокол не высуну, разве что к Белозерью. Хватит мне приключений на ближайшее время, и так сыта по горло...
   А тем временем диспут над моей синеволосой головой вспыхнул с новой силой. Айраниты стояли за то, чтобы забрать меня в Андарион, поскольку я должна жить "со своими". Вилька же, напрягая горло, с пеной у рта утверждала, что этот Андарион нужен мне как собаке блоха, и вообще - нас ждут в Древицах, так что идите вы, дорогие айраниты, до дома до хаты, соскучитесь - пишите письма, высылайте лишние деньги, но в личную жизнь не лезьте. Я некоторое время рассеянно прислушивалась к долгой и пространной полемике, после чего до меня дошло, что мое мнение их, в принципе, не волнует. Видимо, ребята так переволновались, что воспринимали меня как дополнительный, но довольно-таки ценный (надеюсь) груз, который нужно переместить из точки А в точку Б с минимальными проблемами. Вот только координаты места прибытия у них существенно различались...
   Я деликатно покашляла, привлекая к себе внимание, но меня банально проигнорировали, после чего я на порядок громче поинтересовалась:
  -- Извините, что отвлекаю, но меня хоть кто-то спросил, а? - Спорщики моментально утихли и повернулись в мою сторону, выжидающе глядя на меня. - Так вот, довожу до вашего сведения, что я хочу домой.
  -- Куда именно? - хором вопросили мои друзья, решив свалить эту проблему с трех больных голов на одну нездоровую. Я ненадолго задумалась, но потом вынесла вердикт.
  -- В Древицы.
  -- Но Ева... - попыталась было возразить Хэл, но я остановила ее.
  -- Никаких "но". И вообще - моя хата с краю, ничего не знаю. Я человек, с кем бы ни согрешила моя прабабушка, поэтому не давите на нервы, мне и так после вас полгода в себя приходить. Короче, народ. Слушай мою команду. Вилька, пакуй вещи, мы сваливаем. Хэл, было очень приятно познакомиться, даст Всевышний еще свидимся, а если повезет - то на этом свете. Данте, от Хэл ни на шаг - летишь прямым курсом в Андарион. Попутного тебе ветра. Все. Вопросы есть? Вопросов нет. Разговор окончен.
  -- Нет, не окончен. - Данте с поразительным хладнокровием выслушал мои в меру разумные предложения и решил сказать свое веское слово аватара. - Теперь, когда выяснилось, что ты одна из детей Андариона, к тому же потомок древнего рода, я не успокоюсь, пока не отведу тебя в Андарион. Или же до частокола Древиц, если тебе будет угодно. Но одна ты никуда не пойдешь.
   Я устало вздохнула. Нет, спокойно меня не отпустят... По-простому не понимают, будем давить на чрезмерное развитое чувство долга.
  -- Ведущий Крыла аватар Чернокрыл, - тихо спросила я, - в чем состоит твой долг как защитника Андариона? - Данте вздрогнул, словно я сказала что-то непотребное, но, тем не менее, выпрямился и четким, хорошо поставленным голосом ответил мне явно не раз повторяемой фразой.
  -- Долг айранита состоит в верности и служении Андариону и своему королю. Долг Ведущего Крыла состоит в опеке и воспитании своих подчиненных. Долг аватара состоит в том, чтобы делать все для блага Андариона, оберегать и защищать его, даже если это противоречит приказам короля.
  -- Так исполняй свой долг! - Я поднялась и, чуть расправив крылья, подошла вплотную к Данте, пристально глядя ему в глаза. - Аватар Чернокрыл, твой долг здесь и сейчас - сопроводить жрицу Хэлириан и Небесный Хрусталь в Андарион. Не мне тебе говорить, насколько это важно для твоего королевства. Ты все еще хочешь сопровождать нас, а не ее, тем самым нарушив свою клятву оберегать и защищать?
  -- Нет, Синяя Птица... - Данте опустил глаза и слегка склонил голову, признавая мою правоту. А мне было до ужаса неуютно оттого, что он назвал меня этим чужим и никому не нужным именем забытого рода.
   Интересно, а чего я ждала? Что аватар просто так, за здорово живешь бросит все и отправиться со мной? Ага, щаз! Разбежалась... Девушка, да вы, судя по всему, еще и безнадежно романтичны...
   Я отвернулась от Данте и, выйдя на каменный козырек, полной грудью вдохнула свежий горный воздух. Солнце медленно спускалось к горизонту, окрашивая мир в оттенки меди и золота, когда я ощутила нечто странное, похожее на предчувствие. Как будто к нам приближалось что-то или кто-то... Приступ ясновидения? Да нет, вряд ли. Я всегда была на редкость плохой предсказательницей. Да что там предсказательницей - у меня и пресловутая женская интуиция молчала, как рыба, проявляя себя очень редко и крайне не вовремя, а нынешнее ощущение было чересчур четким и ясным.
   Нахмурившись, я всмотрелась в горизонт, и почти сразу различила на фоне уже начавшего темнеть неба две черные точки, которые довольно быстро приближались, разрастаясь в нечто крылатое. Еще химеры? У них тут что, место постоянного пребывания, или же это мы такие "везучие"? Рядом со мной еле слышно зашуршали крылья, и Данте остановился рядом со мной на расстоянии вытянутой руки.
   Присмотрелся к приближающимся фигурам и довольно хмыкнул.
  -- Ну, и что это такое? - Ненавязчиво поинтересовалась я, кивая в сторону подлетавших к нам существ.
  -- Почетный эскорт для хранительницы Небесного хрусталя, - честно ответил он, пожав плечами.
  -- Аватары, что ли?? - Изумленно вопросила я. Данте несколько секунд молчал, а потом утвердительно кивнул.
   Все, теперь я его точно убью. И скажу, что так и было.
   Кажется, он даже не понял, почему я вдруг с тихим рыком материализовала в ладони яркий бело-голубой пульсар, но реакция айранита спасла его и на этот раз - этот гнусный предатель умудрился отклониться в последний момент, и комок пламени ударил в стену, разбивая последнюю в крошево.
  -- Еваника, ты что, рехнулась? - Удивленно воскликнул он, уходя в сторону от очередного пульсара.
  -- Да!! - С маниакальной радостью в голосе не преминула заявить я, продолжая бомбардировать Данте сверкающими магическими снарядами. Айранит, поняв, что дело плохо, сиганул с карниза от греха подальше и попытался было уйти по воздуху, но молния, пролетевшая всего в вершке от его макушки, отговорила его от попытки бегства.
  -- Ева, ты чего??
  -- Ты еще спрашиваешь?? - Взвыла я, запуская в Данте сразу десятком коротких ветвистых молнии, веером разошедшихся в воздухе. - Значит, ты тут нам зубы заговаривал, что хочешь нас с Вилькой проводить, а на самом деле просто время тянул до прибытия подкрепления??!!!
  -- Нет!
  -- Да! И не спорь с женщинами - себе дороже! - Радостно завопила я, продолжая обстреливать Данте сериями заклинаний. Тот изворачивался, как мог, но все равно рано или поздно я его поймала бы, потому что большая часть заклинаний у меня самонаводящаяся, от которых ускользнуть не так-то просто, особенно если они начинают преследовать тебя по пятам.
   Вилья и Хэл благоразумно старались не вмешиваться, понимая, что запросто могут угодить под горячую руку, и тогда мало не покажется никому. Я же колдовала совершенно машинально, а в голове билась одна-единственная мысль о том, что меня предали.
   Воспользовались моим доверием и предали.
   Превратили леший знает во что и предали!
   В очередной раз подставили под удар и предали!!!
   Ярость, смешанная с обидой, клокотала где-то глубоко внутри, я не замечала слез, текущих по щекам, а глаза видели одну-единственную цель - крутящегося в отчаянных пируэтах Данте, пока что с успехов уходившего от моих боевых заклинаний. Аватары, те самые, с которыми мы уже схлестывались - краем глаза я видела, как крылья одного отливают зеленым, а у другого напоминали ястребиные, стремительно приближались. Не знаю как, но Данте позвал сюда тех, кто однажды уже обрекли меня на смерть, и только случайность спасла меня тогда.
  -- Ненавижу!!!
   Данте, черной тенью носившийся в воздухе, вдруг развернулся и стрелой метнулся ко мне, сбивая меня с ног и чувствительно прикладывая спиной об каменную стену. Он прижал мои руки к ней так, что я не могла даже пальцем шевельнуть, не говоря уже о том, чтобы произвести необходимые пассы. Его лицо с длинным тонким шрамом на левой щеке оказалось чересчур близко к моему, так близко, что я ощущала его тяжелое дыхание - после таких кульбитов, какие он вытворял в воздухе, это неудивительно.
  -- А теперь внимательно слушай меня. - Я попыталась вырваться, но проклятый аватар сжал меня еще сильнее, не давая пошевелиться. - Я не собираюсь причинять тебе какой бы то ни было вред, и им не позволю, хотя, по правде говоря, ты этого заслуживаешь. Но я понимаю твое состояние, поэтому ничего не буду предпринимать.
   Прижиматься к неровной и холодной стене было не очень приятно, а камешек, врезавшийся мне аккурат пониже копчика, настроил меня на мирные переговоры. Я глубоко вздохнула, приводя нервы в порядок, и взглянула на Данте уже более осмысленным взглядом.
  -- Отпусти, - тихо, сквозь зубы прошипела я, и из глаз брызнули зеленоватые колючие искорки, больно жалящие склонившееся надо мной лицо Данте.
  -- Не могу...
  -- В смысле? - изумилась я, удивленно приподнимая посиневшую бровь. - Я же сказала, что обстреливать больше не буду. В чем проблема-то?
   В ответ он только маловразумительно пожал плечами, ослабляя хватку, уже не удерживая, а просто касаясь моих запястий. Черные с серебряными искрами глаза оказались совсем близко, и в их глубине я увидела свое собственное отражение - ошеломленное лицо, обрамленное волосами густо-синего цвета с белоснежными, словно поседевшими примерно на треть, кончиками, огромные, непонимающие глаза...Он просто стоял и смотрел на меня, не отпуская моих запястий, но я почему-то знала, что освободиться я могу одним лишь движением... Но освобождаться мне почему-то не хотелось. Хотелось просто вот так смотреть ему в глаза, чувствовать тепло его рук, просто находиться рядом...
  
   Закат окрасил мир в оттенки розового и оранжевого, а небо полыхало алыми разводами. Осень вступала в свои права, превращая леса и поля, лежащие у основания Рассветного пика, в волны расплавленного золота и меди. Заходящее солнце сгладило все шероховатости, косые тени ложились на землю, складываясь в причудливые фигуры, рисуя непонятные символы, складывающиеся в летопись уходящего в небытие дня.
   Я, сидя на порядком покореженном каменном козырьке у входа в пещеру Небесного Колодца, несколько мечтательно смотрела на небо, медленно окрашивающееся во все цвета радуги. Такое бывает только на закате, когда нет ни облачка - ярко-алый цвет на западе, складываясь в радугу, плавно перетекает в густо-фиолетовый на востоке. Ветер трепал мои волосы полночно-синего цвета с белыми кончиками, играл белой бахромой эльфийского шарфика, выскользнувшего из-за распахнутого ворота порядком потрепанной и порванной в клочья на спине куртки. Торговка в Синих Рощицах не обманула, говоря, что этот шарфик выдержит все "прелести" образа жизни ведуньи - даже после того, как я искупалась в Небесном Колодце, он не полинял и не испачкался, а вышивка по-прежнему радовала глаз снежной белизной. Я машинальной поймала реющие концы шарфика и запихнула их за пазуху - похоже, на память об этом путешествии у меня останутся не только шрамы...
   Хэлириан, улетевшая с тремя аватарами в Андарион, уже едва виднелась черной точкой на фоне сиреневого неба. Андарион находился на северо-востоке от Рассветного пика, и Хэл надеялась попасть туда до того, как ночь окончательно спуститься на Рось... Прощание было бурным, оставив после себя ощущение горечи и почему-то непролитых слез. Конечно, жрица уверяла нас, что теперь все будет хорошо: коснувшись Небесного хрусталя, она почувствовала, что истинный король уже родился, что он уже живет на этой земле, а, значит, айраниты перевернут вверх дном все небо и землю, лишь бы найти его...
   ...Данте склонился ко мне, почти касаясь, когда со стороны входа послышалось хлопанье крыльев, и на камень спланировали два аватара, закованных в доспехи, которые немедленно опустились на одно колено, едва завидев Хэл и сверкающий на ее груди Небесный хрусталь.
  -- Наше почтение, жрица Хэлириан. Мы прибыли, чтобы охранять тебя на пути в Андарион. Принц уже осведомлен о том, что Хрусталь возвращается в Андарион, наполненный силой Источника.
   Хэл словно преобразилась - вместо наивной, бледной девчонки перед коленопреклоненными аватарами возвышалась жрица, чье величие могло соперничать с королевским. Он чуть склонила голову, принимая помощь, и повернулась к нам со словами:
  -- Еваника, мне пора. Ты еще не передумала присоединиться к нам? Ты как-никак айранит из рода Синих Птиц, твое место в Андарионе. - Я посмотрела в глаза Данте и, высвободив свои руки, подошла к Хэлириан, не обращая внимания на аватаров.
  -- Хэл, мое место среди людей, и ты это знаешь. То, что во мне проснулась кровь Синих Птиц, ничего не меняет. Я двадцать лет была человеком, и у меня нет желания менять это. Если хочешь, то мы с Вилькой как-нибудь заедем к вам в Андарион, как только вы уладите свои внутренние проблемы, но... - Я покосилась на молча стоявшую поодаль Вилью и ободряюще ей улыбнулась. - Я никогда не оставлю свою лучшую подругу здесь. Мы пришли сюда вместе, вместе и уйдем.
  -- Я понимаю тебя, ведунья Еваника. В таком случае - до встречи, и я надеюсь, что она будет скорой.
  -- Я тоже на это надеюсь...
   Аватары, как один, обступили Хэлириан, и жрица, бросив в нашу сторону прощальную улыбку, взмыла в небо... Данте так и не обернулся, но это было к лучшему - я и сама не хотела говорить ему слова прощания...
  -- Ева? - Ревилиэль подошла ко мне и уселась рядом, положив руку мне на плечо. - Как ты?
  -- Нормально... почти. - Честно призналась я, обнимая лучшую подругу за плечи и теребя ее рыжие волосы. Полуэльфийка понимающе склонила голову и тихо спросила:
  -- Ты не хочешь об этом поговорить?
  -- Не знаю. Не уверена. - Я пожала плечами и, поежившись, накрыла подругу широким, синим с белой каймой, крылом, как одеялом. - Виль, понимаешь... Я чувствую себя предавшей... И преданной.
  -- По отношению к Данте, да?
  -- И к нему тоже, - я посмотрела на солнце, уже почти скрывшееся за горизонтом и тихо продолжила. - Я не уберегла Алина, твоего брата. Не сумела сказать Данте, что я не хочу, чтобы он улетал, хоть и понимаю, что он должен. Не сумела улететь вместе с ним в Андарион, хоть Хэлириан и настаивала...
  -- Она ведь сказала, что там твое место, так? - зеленые глаза полуэльфийки мягко блеснули в тающем свете дня. - Ты теперь айранит... Так может, она была права?
  -- Может быть. Но я не отправлюсь никуда без тебя. А ты не сможешь жить среди айранитов, потому что ты чужая для них... Впрочем, как и я.
  -- Тогда возвращаемся в Древицы?
   Я только кивнула, продолжая смотреть на небо. Такое близкое и далекое, неизменное и каждый раз разное...
  
   ...А где-то далеко зажигались первые звезды...
  

Глава 19.

  
   Это утро в горах выдалось ярким и солнечным, но очень холодным. Настолько холодным, что у меня, закутавшейся в плащ у магического костра, зуб на зуб не попадал. Я открыла глаза и, сладко потянулась, разминая мышцы и слегка поводя крыльями. Перед отлетом Хэлириан объяснила мне, как происходит смена ипостаси обратно в человеческую форму, но я не спешила становиться самой собой, поскольку перспектива прошагать еще неделю по самым опасным местам Роси вдвоем нас не вдохновила. Поэтому было решено научиться летать (мне), и до Древиц добираться по воздуху. Отчего-то я была абсолютно уверена, что смогу не уронить в полете довольно-таки легкую полуэльфийку, так что сегодня с утра мне предстояло освоить неведомую доселе технику полета на своих двоих крыльях.
   Я поднялась с одеяла и посмотрела на Вилью, деловито сооружавшую из остатков провизии солидные бутерброды.
  -- Привет, соня! - Весело поздоровалась подруга, хищно вгрызающаяся в бутерброд. - Как пфофла нофь?
  -- Что? - изумленно переспросила я. Вилька озорно сверкнула зелеными глазами и, прожевав, повторила уже нормальным голосом.
  -- Ночь, спрашиваю, как прошла?
  -- Нормально... - пожала плечами я. - Только вот под утро какая-то ерунда снилась. А что?
  -- Да ты ночью такие жуткие звуки издавала - виверна отдыхает! Говорила я тебе - стань на ночь человеком, а утром опять крылья отрастишь. Нет, уперлась...
  -- Виль, понимаешь, я не уверена, что смогу перекинуться снова. Из человека в айранита, я имею в виду, - честно призналась я.
  -- Да брось! - Полуэльфийка протянула мне толстенный бутерброд с ветчиной, в который я вцепилась, как оголодавшая химера. - Хэл же сказала - надо только сосредоточиться и пожелать, чтобы твое тело изменилось. Это же вроде как несложно?
  -- Несложно-то несложно, да вот только снова становиться этим крылатым недоразумением я не хочу.
   Я дожевала бутерброд и, поеживаясь от холода, вышла из пещеры на выщербленный холодными ветрами, временем и моими заклинаниями козырек и, глянув в пропасть, подумала, что завтракать перед первым полетом явно не стоило. Вилька вышла следом за мной и, опасливо посмотрев вниз, ехидно поинтересовалась:
  -- Тебе помочь или не мешать?
  -- Совершить героическое самоубийство? - едко осведомилась я, подходя на самый край площадки и на глаз прикидывая расстояние до земли. Получилось так много, что я предпочла не осмысливать эту цифру. - Не надо.
   Прошло минут десять, а я все так же стояла на козырьке, не решаясь сделать один-единственный шаг, который с вероятностью в пятьдесят процентов мог стать для меня последним. Вилька, до того стоявшая за моей спиной, подошла ближе и, ласково положив ладони мне на плечи, вкрадчиво спросила:
  -- Ев, ты знаешь, как учатся летать птицы? - Я, не заподозрив подвоха, неопределенно пожала плечами.
  -- Как-то не доводилось видеть... А что?
  -- А учатся они вот так! - С этими словами Вилька безапелляционно спихнула меня с козырька.
   Я, не ожидая такого гнусного предательства со стороны лучшей подруги, камнем ухнула вниз, падая почти параллельно отвесной скалы. В ушах засвистел ветер, желудок приклеился к позвоночнику, а все слова моментально улетучились из головы... Из груди вырвался прочувствованный вопль, после чего я вспомнила, что у меня, собственно, крылья на спине растут не просто так, и если у Данте как-то получалось на них планировать, то и у меня получиться должно. По идее...
   Полночно-синие с белой каймой крылья развернулись за моей спиной, ловя воздушные потоки. Падение замедлилось и превратилось в скольжение по широкой дуге. Я взмахнула крыльями, задействовав мышцы, о существовании которых даже и не подозревала, и рванулась в пронзительно-голубое небо выпушенным арбалетным болтом.
   Все-таки, полет - это действительно то, ради чего можно было пожертвовать многим. Ощущение пьянящей свободы захлестнуло меня, и я рассмеялась, радуясь холодному ветру, бьющему прямо в лицо, ярким солнечным лучам, слепящим глаза... Я развернулась и сделала круг над козырьком пещеры Небесного Колодца, на котором подпрыгивала, размахивая руками, тоненькая девичья фигурка, чьи рыжие волосы ярким пятном выделались на фоне серой скалы.
   Я с шумом приземлилась на выступ в двух шагах от Вильки и, обняв полуэльфийку, в порыве чувств закружилась с ней по пещере.
  -- Виль, это просто потрясающе!!! У меня нет слов!!! Виль? Ви-и-иль! Не притворяйся! - Я разжала руки, и подруга с тихим вздохом стекла на пол, ошеломленно тряся головой. Я, безуспешно пытаясь нацепить на лицо соответствующую случаю виноватую мину, присела рядом и сочувственно похлопала младшую княжну по плечу.
  -- Эй, ты в порядке?
  -- Я??? В порядке??? Да ты меня чуть не задушила!! - Взвилась подруга, возмущенно подпрыгнув на месте. Я только хмыкнула и цинично заявила:
  -- По-моему, для умирающей и зверски задушенной у тебя чересчур цветущий вид и громкий голос.
   Вилька поперхнулась очередным нецензурным ругательством и бросилась на меня, намереваясь если не придушить, то защекотать до смерти. Я охотно подыграла ей, повалившись на спину и весьма достоверно изобразив предсмертные судороги. Все бы ничего, но меня подвело еле слышное похрюкивание из-за тщетно сдерживаемого смеха. Вилька, услышав, как я честно пытаюсь не рассмеяться, издала боевой клич голодной гарпии, завидевший после недельной голодовки свет в конце туннеля, то бишь желанную добычу, и принялась щекотать меня с удвоенным энтузиазмом. Хрюканье сменилось безудержным хохотом.
  -- Вилька-а-а!!! Хорош издеваться!! Мне же щеко-о-отно!!
  -- Так тебе и надо!
  -- Виль, я сейчас икать от смеха начну! Будь другом, не издевайся, а то могу выронить в самый неподходящий момент!
  -- Ты еще мне угрожаешь?! - Вилька вознамерилась было продолжить экзекуцию, но я вывернулась и, бросившись "грозной полуэльфийке" в ноги, заголосила нарочито высоким голоском, то и дело срывавшегося на неприличный писк:
  -- О, прекрасная и несравненная воительница, отпусти душу на покаяние, я больше не бу-у-уду!! - После такого выступления подруга, не выдержав, рассмеялась во весь голос и объявила перемирие.
  -- Ев, кончай ломать комедию. Посмеялись, и будет... Так что ты там говорила про полет?
   Я улыбнулась и, шутливо дернув Вильку за ярко-рыжий локон, объявила.
  -- Виль, собирайся. Мы летим домой.
  
   М-да... Оказывается, полет сам по себе и полет с дополнительным грузом в три с половиной пуда - две совершенно разные вещи. Пока я была одна, я гордо рассекала разреженный горный воздух, но, стоило только "взять на борт" относительно легкую полуэльфийку с парой изрядно полегчавших походных сумок, как началось хождение по мукам.
   Начать с того, что едва я сделала первый шаг в пропасть, крепко прижав к себе Вильку, (а заодно и привязав ее к себе веревкой для большей надежности) как мы благополучно ухнули в воздушную яму! Вилькин вопль ввинтился в уши, едва не оглушив меня надолго, если не навсегда, и прошло несколько бесконечно долгих секунд, прежде чем я выровнялась, а подруга перестала орать и начала громко и весьма многоэтажно ругаться. Пропустив два десятка реплик, где приличными были только местоимения и знаки препинания, я невозмутимо поинтересовалась:
  -- Ну, как тебе полет?
  -- Ты еще и издеваешься?? Ну, Еваника ...!!
  -- А чего возмущаться-то? - весело поинтересовалась я у слегка позеленевшей подруги. - Я училась летать точно так же, причем не без твоей помощи... И как тебе ощущения?
  -- Теперь я понимаю, за что ты хотела меня удушить с такой подозрительно счастливой рожей. Надеюсь, больше такого не повториться?
  -- Честно говоря, не обещаю...
  -- Что??
  -- Виль, не возмущайся! Лечу, как умею, не нравится - можем пойти пешком. Ты, случаем, не помнишь, каким путем мы пробирались через катакомбы Закатного пика? А то что-то плохо стало с памятью моей...
   После такого заявления Вилька надолго замолчала, видимо взвешивая все "за" и "против", после чего она объявила:
  -- Ладно, лети. Но еще один такой прикол со свободным падением - и я тебя прибью!
  -- Прямо здесь? - ехидно поинтересовалась я, кивая на проплывающие под нами низкие облака. Вилька покосилась вниз, слегка побледнела и замотала головой.
  -- Нет, когда приземлимся.
  -- Добрая ты душа... - протянула я, решив больше не спорить, а то мы такими темпами и в самом деле далеко не улетим...
   Как ни странно, но полет даже с таким балластом, как висящая на мне мертвым грузом Вилька, доставлял мне несказанное удовольствие. Когда мы облетали Закатный пик, приближаясь к Серому Урочищу, выяснилось, что над Росью стоит ненастная погода, и плотные слои облаков почти полностью затянули весь обзор. Пришлось снижаться, ныряя в клочья низких, вот-вот грозящих пролиться дождем, туч...
   Волосы моментально напитались влагой и холодными щупальцами облепили лицо. К счастью, облака кончились быстро, и мы с Вильей оказались под редким, едва крапающим холодным осенним дождем аккурат над Серым Урочищем. Присмотревшись, я своим новообретенным зрением заметила темнеющие за жемчужным туманом проклятой низины смотровые вышки Древиц. Вилька, судя по всему, тоже их заметила, потому что сказала:
  -- Ев, снижаемся. Если мы приблизимся ближе, то эльфы на вышках нас точно увидят. И доказывай им потом, что ты попросту ипостась сменила, а не в нежить превратилась!
  -- Думаешь? - с сомнением в голосом поинтересовалась я. Что-то не было у меня у меня большого желания пилить через Серое Урочище вдвоем, не чувствуя за спиной поддержки в лице Данте, Хэл или Алина... Хотя... Алин сейчас нам ничем не помог бы, даже если бы и хотел, поэтому не будем об этом...
  -- Уверена, - кивнула Вилька, судорожно вцепившись побелевшими пальцами в мои плечи. Я поморщилась - теперь точно синяки останутся... - Мы сейчас на фоне горы кажемся просто как темное пятнышко, но если ты подлетишь ближе, то эльфийские стрелки нас точно разглядят.
  -- С такого расстояния? Не преувеличиваешь? До них не меньше пяти верст...
  -- Ева, я полуэльфийка, а зрение у меня такое, что белку за сотню саженей в листве различу. Поверь, они нас увидят. Потом будешь им доказывать, что это были зрительные галлюцинации... Короче, есть предложение. Снижаемся в Серое Урочище прямо здесь, переодеваемся, вернее, ты переодеваешься, потом наскоро перекусим и пойдем в Древицы уже своим ходом. Как тебе такой план? К тому же, скоро ливень начнется, ты уверена, что сумеешь лететь в грозу?
  -- А леший его знает... - Глубокомысленно выдала я ответ на оба вопроса сразу, снижаясь в густые клубы пепельного тумана, стараясь не напороться на голые ветви деревьев.
   К счастью, с посадкой нам повезло - когда мы спустились ниже, то выяснилось, что под нами поляна, густо поросшая чахлым кустарником, но почти без деревьев, так что приземлилась я без проблем. Проблемы начались, когда я попыталась отцепить пальцы Вильи от своей куртки, значительно затекшие за двухчасовой перелет. Дальнейший диалог напоминал беседу двух сумасшедших.
  -- Виль, отцепляйся.
  -- Хорошо.
  -- Отцепляйся, ты не невесомая.
  -- Хорошо.
  -- Ну?
  -- Не могу!
  -- Почему?
  -- Пальцы затекли. Но я сейчас отцеплюсь.
  -- Отцепляйся.
  -- Хорошо...
  -- Ну??!!
  -- Не могу...
  -- Вилька, ты меня в могилу сведешь!!! - Взвыла я, лихорадочно вспоминая, куда же младшая княжна надавливала, когда у меня была подобная ситуация. Я лично помнила только то, что где-то в район локтевого сгиба. Когда я попыталась повторить этот трюк, то выяснилось, что помимо точки, снимавшей судорогу, там имеется около десятка болевых...
   В итоге, когда Вилькины пальцы наконец-то отклеились от моей порядком подранной и никуда уже не годной куртки, мы с ней были почти враги. Полуэльфийка, гордо и донельзя обиженно подняв подбородок, отвязала страховочную веревку от своей талии и, сгрузив мне под ноги мою безразмерную сумку, демонстративно отвернулась, впрочем, снизойдя до совета стать человеком как можно быстрее, тогда, возможно, мы будем в Древицах еще до сумерек. Я восприняла совет, как добрый знак, что подруга обиделась не так сильно, как хочет показать, и, достав из сумки последнюю чистую рубашку и легкую осеннюю куртку, сосредоточилась на своих ощущениях, стремясь как можно скорее стать человеком.
   Сначала я не чувствовала ничего необычного, но потом кожу начало как-то странно печь изнутри. Жар становился все сильнее, пока мне не показалось, что у меня вся кровь закипела прямо в венах, короткая, болезненная судорога свела все мышцы так, что я пошатнулась и упала на колени. Жар схлынул так же внезапно, как и возник, судорожно сведенные мышцы расслабились, а я почувствовала, как по затылку мерно барабанят холодные капли постепенно усиливающегося дождя.
   Густая челка прежнего, золотисто-каштанового цвета занавесила мне глаза, и я с каким-то облегчением осознала, что вновь стала сама собой. Еваникой Соловьевой, ведуньей почти двадцати лет от роду, воспитанницей волхва Лексея... И, что самое главное - человеком.
   Вилька подошла ко мне и набросила мне на плечи свой запасной, ярко-зеленый шерстяной плащ. Я слабо улыбнулась подруге и, набросив капюшон на голову, критично оглядела себя. Ну, про куртку и рубашку даже заикаться не стоило - и так понятно, что после первой смены ипостаси крылья превратили весь тыл в одну живописную дыру с лохмотьями по краям, не подлежащую восстановлению, штаны были продраны на колене, кое-где обуглены... В общем, весь мой наряд годился только для того, чтобы стыдливо спалить это все глухой ночью, после чего быстро-быстро уйти, не оглядываясь. Добротные теплые сапоги с высоким голенищем после купания в Небесном Колодце потрескались, кое-где прорвались и задубели так, что если бы я в них ходила, а не летела, то гарантированно стерла бы ноги до крови спустя сотню шагов. Вывод - придется переодеваться в то, в чем я выезжала из Стольна Града, а те лохмотья, что на мне, сжечь на месте.
   Пока Вилька бдила на стреме, следя за тем, чтобы мою драгоценную персону, стыдливо переодевающуюся за ближайшим раскидистым кустом, не потревожила какая-нибудь особо наглая нежить, я с охапкой относительно новой одежды приводила себя в порядок, с наслаждением стягивая с себя испорченную странствиями одежду, не тронув только тонкий эльфийский шарфик, на внешнем виде которого не сказалось ни одно из пережитых мною приключений. Похоже, что сегодня мне везло - никто ниоткуда не выскочил с дикими воплями, а дождь соизволил припустить вовсю только после того, как я соизволила надеть плащ поверх куртки и накинуть на голову глубокий капюшон. Я, довольно вздыхая и с наслаждением прохаживаясь в любимых дриадских полусапожках, сложила испорченную и не подлежащую починке одежду в кучу и метнула в нее маломощный зеленоватый пульсар, от которого лохмотья моментально заполыхали и спустя полторы минуты обратились в пепел.
   Я флегматично понаблюдала за тем, как исчезает в магическом огне еще одна страница из моей жизни, и повернулась к Вильке. Полуэльфийка смотрела на зеленовато-голубой костерок настолько печально, что мне невольно стало не по себе. Я тронула подругу за локоть и тихо спросила:
  -- Виль, что-то не так?
  -- Ева... Я у тебя этого не спрашивала, но ведь ты сожгла тело Алина, да? - я только кивнула, глядя на то, как затухает на белом пепле огонь.
  -- Я, кажется, понимаю, что ты хочешь спросить. Был ли твой брат все еще жив тогда, когда я обращала его тело в пепел? - Вилька только кивнула, не отрывая взгляда от тающих под дождем язычков пламени. - Нет, не был. Он умер мгновенно, и, как мне кажется, не успел даже ничего почувствовать...
  -- Тогда... Тогда все нормально... - Вилька еле слышно шмыгнула носом, и по ее побледневшей щеке соскользнула одинокая слеза. Последний раз я видела, как она плачет, лет пять назад, когда князь попытался в очередной раз выдать Ревилиэль замуж, причем жених был таким, что моментально отпадал вопрос, почему же такой богатый и могущественный человек не женат в свои тридцать шесть...
   Я положила Вильке ладонь на плечо и осторожно сжала.
  -- Ладно, идем отсюда. Честно говоря, я хочу попасть в Древицы до темноты, иначе мы с тобой будем долго и упорно утверждать, что мы - это мы, а не заглянувшая на огонек нежить...
  -- Кажется, я тут где-то рядом тропу видела... По-моему, по ней травники постоянно ходят.
  -- Так уж и травники, - засомневалась я. - Далековато от Древиц-то, сомневаюсь, что они тут шастают... - Тут мой несколько рассеянный взгляд упал на небольшой кустик с ярко-желтыми острыми листиками и гроздьями белесых ягод с темными пятнышками. "Драконий глаз"! Я ринулась к частому кустику, как голодный к куску хлеба, на ходу бросив недоумевающей Вильке:
  -- Теперь я верю, что это тропка, вытоптанная травниками! Тут "драконий глаз" растет, из его ягод можно такую смесь приготовить!!
   С этими словами я опустилась на корточки рядом с невзрачным, но бесценным из-за своих свойств кустиком и принялась аккуратно обрывать ягоды и складывать их в небольшую берестяную коробочку, нашедшуюся в моей практически бездонной сумке. Пока я занималась этим нехитрым делом, Вилька нервно крутилась поблизости, откровенно недоумевая, почему я на карачках ползаю вокруг желтолистого кустика, бережно обрывая непримечательные ягоды, издававшие резкий, неприятный запах.
  -- Ев, а Ев, кончай дурака валять, а? Пойдем отсюда. Мне тут не нравится...
  -- Никому тут не нравиться! - ответила я, закончив наполнять коробочку и доставая чистый лоскут ткани, на который начала складывать мелкие остренькие листики золотистого цвета. - Виль, я второй раз сюда не полезу, а за одну коробочку с такими вот ягодами можно безбедно просуществовать целый год. А если выгодно продать еще и листочки - то хватит и на приличный дом, - продолжала пояснять я, осторожно обрывая самые верхние листочки - они считались наиболее ценными.
   Вилька постояла-постояла у меня за спиной, вслушиваясь то в мою лекцию "О пользе листьев и ягод "драконьего глаза" и методах их использования", то в окружающую нас тишину, и внезапно задала весьма заинтересовавший меня вопрос:
  -- Ева, а если это растение такое замечательное, редкое и ценное, то почему травники его до сих пор не ободрали?
  -- Может, не добрались еще? - предположила я, заворачивая собранные листья в ткань и кладя их вместе с коробочкой с ягодами в сумку.
  -- Ага, а тропу в двух шагах от нас кто протоптал?
  -- Травники... - рассеянно ответила я, мысленно прикидывая, сколько ценной флоры можно оставить для собственных нужд, а сколько продать, когда Вилька сильно тряхнула меня за плечо.
  -- Ева, как травники могли пройти мимо и не заметить такой ценный кустик???
   В голове у меня что-то тревожно щелкнуло, и я уставилась на подругу уже более осмысленным взглядом, в котором уже не мелькали золотые горы. Мы с Вилькой переглянулись и моментально пришли к общему решению:
  -- Валим?
  -- Валим! И чем быстрее, тем лучше, потому как чую - что-то тут не так.
   С этими словами мы, быстренько сориентировавшись по магическому компасу, скорым шагом двинулись по едва заметной тропке, ответвлявшейся от основной, подозрительно хорошо вытоптанной и больше напоминавшей дорогу, по которой изо дня в день проходит по несколько десятков человек. Вилья шла первой, бесшумно скользя по толстому ковру опавших, еще влажных листьев, источавших острый, ни с чем не сравнимый, пряный аромат осени и сырой земли. Правда, впечатление портил сладковатый запах тумана и дождь, непрестанно льющийся с затянутого темными тучами неба, который грозил стать затяжным. Я натянула капюшон так, что он практически скрывал половину лица, и устремилась вслед за Вилькой, которая с быстрого шага перешла на легкую рысь, огибая препятствия в виде кустов и низких, кривых деревьев, и перепрыгивая через вывороченные из земли корни.
   Дождь все усиливался, постепенно превращаясь в довольно-таки сильный ливень, и вскоре мне начало казаться, что мы несемся сквозь почти сплошную, отвесную стену из воды, когда Вилька внезапно остановилась, да так неожиданно, что я, не успев затормозить, влетела ей в спину.
  -- Виль, ты чего?
  -- Ев, ты слышишь?
  -- Что? - Вместо ответа подруга указала куда-то налево. Я прислушалась, но за шумом дождя не было слышно практически ничего. Но с другой стороны - Вилька наполовину эльф, так что в остроте слуха я даже не собиралась с ней соперничать - все равно дело гиблое. То, что она услышит без труда, я не уловлю при всем желании, так что если подруга говорит, что там что-то шебуршится, значит, так оно и есть... - Виль, что там?
  -- Не знаю, но что-то идет по нашему следу. Пока еще довольно далеко, оно скрывается и не хочет выдать себя раньше времени, но если мы не поторопимся, то могут быть проблемы.
  -- Думаешь, мы успеем?
  -- Не знаю, честно. Понимаешь, не думаю, что оно не наберется смелости атаковать нас до того, как мы выйдем из Серого Урочища. Хотя, как знать... Короче, ноги в руки - и за мной.
   С этими словами младшая княжна устремилась по едва заметной тропке, виляющей между кривыми, хилыми деревьями так быстро, что я едва за ней поспевала. Не-е-ет, если так дальше пойдет, то я довольно быстро устану. Хотя, Вилька уже не первый год носится со мной по лесам, и уже прекрасно знает степень моей выносливости. Проще говоря - она прекрасно знала, как долго и с какой скоростью я могу бежать, поэтому она периодически переходила на быстрый шаг, давая мне перевести дыхание.
   Наконец мы выскочили на порядком протоптанную тропу, по обе стороны которой на некоторых кустиках не осталось ни листочка, кое-где виднелись небольшие ямки, полускрытые опавшими листьями.
  -- Вот это я понимаю - тропа травников, - задумчиво произнесла Вилька, оглядываясь вокруг и ободряюще улыбаясь мне. - Ева, теперь уже совсем немного осталось, я вспомнила - еще две сотни саженей, и будет граница Серого Урочища.
  -- Скорее бы... - Выдохнула я, утирая пот со лба и тяжело дыша - все-таки, надо будет заняться пробежками, а то выносливость ни к лешему...
  -- Устала? - сочувственно поинтересовалась даже толком не запыхавшаяся подруга, похлопывая меня по плечу. - Хочешь, обрадую?
  -- Давай!
  -- Сейчас на нас нападать будут, так что готовь заклинание помощнее.
  -- Ты издеваешься? - вежливо поинтересовалась я, но, увидев, как Вилька вытаскивает меч из ножен, перестала задавать дурацкие вопросы и с принялась с хрустом разминать пальцы рук, готовясь угостить оппонента заклинанием поубойней.
   Теперь даже я расслышала сквозь шум дождя низкое, приглушенное рычание, доносившееся, как мне показалось, со всех сторон.
  -- Виль, у меня слуховые галлюцинации или нас действительно окружают?
  -- Второе, - любезно пояснила подруга, прислоняясь спиной к моей спине и выставив перед собой гномий меч. - Готова?
  -- Нет, - честно призналась я, - но бить буду по во-он тем кустам.
  -- Тогда давай.
   Я кивнула и с моих ладоней сорвалась бледно-зеленая цепная молния, которая ударила в близлежащие кусты и заметалась там яркой дугой. Воздух огласился нечеловеческими воплями, визгом, а вокруг противно завоняло паленой шерстью. Я зло ухмыльнулась - под дождем, да еще цепной молнией... Мало не покажется никому, а кому покажется - еще добавлю. Позлорадствовать власть мне не дали, поскольку из кустов одна за другой начали выскакивать уже когда-то виденные нами при обороне Древиц скальные выверны. Мы с Вилькой одновременно хмыкнули, приветствуя старых знакомых, и воздухе сначала полыхнула острая зигзагообразная молния, пронзившую одну из выверн прямо в прыжке, а потом я наклонилась, и над моей головой просвистел меч Вильи, рубанувший нежить поперек морды.
   Я поднялась и от моих разведенных в разные стороны рук дождем посыпались небольшие, размером с куриное яйцо, шаровые молнии, которые зло шипели и плевались колючими искрами при соприкосновениями с водой, льющейся с неба. Вымокшим вывернам приходилось ой как несладко - яркие шарики метались в воздухе, и, натыкаясь на очередную злобно оскалившуюся морду, с громким треском взрывались, одновременно обжигая и оглушая врага.
   Наконец выверны поняли, что были неправы, приняв нас с Вилькой за одиноких и беззащитных путников, сдуру сунувшихся в Серое Урочище на свой страх и риск, и с визгом и воплями разбежались, оставив на тропе пять неподвижных тушек, воняющих паленой шерстью, из-под которых струйками вытекала темная кровь, которая не смывалась даже проливным дождем... Свежий запах озона постепенно улетучивался, сменяясь уже до тошноты надоевшим сладковатым запахом пепельного тумана, который не глушил даже дождь.
  -- Ев, тебе не кажется, что мы здесь задержались? - поинтересовалась Вилька, обтирая меч горстью опавших листьев и, не глядя, закидывая его в наспинные ножны.
  -- Еще как кажется, - поддакнула я, набрасывая на мокрую голову свалившийся во время стычки с нежитью капюшон. - Предлагаю убираться отсюда подобру-поздорову, пока еще кто-нибудь не прибежал, покрупнее.
  -- Поддерживаю! - широко улыбнулась Вилька, устремляясь по извилистой тропке. - Давай за мной, тут за поворотом Серое Урочище уже заканчивается.
  -- Ну, и слава богу, - выдохнула я, переходя на рысь и стараясь не сильно отставать от бегущей впереди полуэльфийки. - Господи, если ты меня слышишь, сделай милость - закрой хляби небесные, а то мне этот дождь уже так надоел...
  
   Мы с Вилькой буквально вывалились из клочковатого пепельно-серого тумана и с удивлением осознали, что наконец-то выбрались. Дождь едва-едва накрапывал, что не могло не радовать, а впереди чернел высоченный, в две с половиной сажени, частокол Древиц. Места, которое, возможно, станет нашим домом.
  -- Виль, как ты думаешь, волхв Силантий уже подобрал нам дом? - Спросила я, переходя на легкий прогулочный шаг, и полной грудью вдыхая свежий, влажный после дождя осенний воздух, в котором не ощущалось приторной сладости колдовского тумана Серого Урочища. Холодный осенний ветер первой декады листопада дул прямо в лицо, теребя мокрые волосы и заставляя идти быстрее, чем хотелось, чтобы окончательно не замерзнуть.
  -- Думаю, что да. - Весело ответила Вилька, идя рядом со мной и весело сверкая яркими зелеными глазами. - Только если он не решил, что мы не вернемся.
  -- Да нет, вряд ли. Мы вернулись-то раньше, чем рассчитывали, а все потому, что срезали дорогу по воздуху и одолели трехдневный переход за два часа. А то мы до сих пор шлялись бы в подземном лабиринте, не зная, куда идти.
  -- Это да, - согласилась Вилька, смерив взглядом медленно приближающийся частокол, и вышки, на которых в любую погоду бдили донельзя серьезные и неулыбчивые эльфы с длинными, почти в человеческий рост, луками и внушительным запасом стрел. - Без Данте мы бы не прошли сквозь Закатный пик - заблудились бы, а так кучу времени сэкономили. Правда, нервов потратили...
   Данте... Интересно, достиг ли рыцарь-аватар своей страны? Думаю, что уже достиг - такой не пропадет нигде...
   Я коснулась нежно-голубого шарфика на шее, скользнула по нему кончиками пальцев и принялась теребить снежно-белую бахрому. Жест, ставший уже почти машинальным, превратившийся в привычку, а это, как известно - вторая натура. Вилька сочувственно покосилась в мою сторону, но благоразумно промолчала, предоставив мне разбираться со своими душевными метаниями самостоятельно, за что ей отдельное спасибо. Но все-таки полуэльфийка попыталась меня отвлечь от возвышенно-печальных дум, деликатно возвращая меня с небес на землю.
  -- Ев, а Ев?
  -- Да? - рассеянно отозвалась я, все еще перебирая пальцами шелковистую бахрому.
  -- Не хочу тебя отвлекать, но на нас опять косо смотрят!
  -- В смысле? - удивилась я, выныривая из воспоминаний и несколько непонимающе уставившись в зеленые глаза подруги.
  -- Я это к тому, что в нас опять эльфы с вышек целятся! - охотно пояснила Вилька, беззастенчиво указывая тонким пальцем в сторону ощетинившегося стрелами и арбалетными болтами смотровых вышек и самого частокола.
   На этот раз нас встречали еще более "ласково" - если в прошлый раз нам угрожали только два эльфа, опрометчиво высунувшихся из своих "будок", то сейчас к эльфам добавились еще человек пять с взведенными арбалетами, нацеленными на нас. До частокола было еще не меньше сотни шагов, но я знала, что эльфам на открытой местности такое расстояние не помеха. Болты-то не долетят, а вот эльфийская темная стрела - всегда пожалуйста. Только с чего они так, а?
   Последним соображением я поделилась с Вилькой и та, пожав плечами, откинула капюшон, посоветовав мне сделать то же самое. Ярко-рыжие пряди освобожденным пламенем полоскались по ветру, отлично справляясь с возложенной на них миссией сигнального флажка. Я на всякий случай тоже сняла капюшон, хотя сомневалась, что на мои каштановые, потемневшие от влаги волосы хоть кто-то обратит внимание. Но хоть лицо эльфы разглядят...
  -- Не срабатывает... - тихо произнесла я, намекая на то, что луки и арбалеты никто и не подумал опустить. Вилька, медленно идущая рядом со мной, пожала плечами.
  -- Может, они все еще не уверены, что это мы? Ведь до нас редкий смельчак, или отчаянный дурак, что, в принципе, одно и то же, решался пройти через Серое Урочище. Кто знает, может, они возвращались точно так же, а в итоге оказались нежитью? Вот они и перестраховываются...
  -- И что предлагаешь? Покричать и помахать руками в надежде, что они все-таки поймут, что это мы? - ехидно предложила я, продолжая опасливо коситься на частокол.
  -- А что, можно...
   С этими словами Вилька подошла поближе к тяжелым воротам и, красивым жестом откинув волосы с лица, громогласно поинтересовалась:
  -- Ау-у, народ, вы что, не признали?? А где волхв Силантий, почему не встречает??
   Ага, а в ответ тишина - он вчера не вернулся из боя... Я скептически хмыкнула, глядя на то, как Вилька старательно напрягает голосовые связки, убеждая мрачный люд за частоколом в том, что мы, как не странно, не нежить. Ага, прошли через Серое Урочище туда-обратно, уходили впятером, а вернулись вдвоем, причем на своих двоих и без видимых повреждений...
   Я бы тоже засомневалась.
   Но Вилька, не дождавшись "ответа свыше", начала так отчаянно ругаться на трех языках сразу - человеческом, орочьем и эльфийском, что, по-моему, ей поверили. По крайней мере, народ опустил оружие и, как мне показалось, даже со скрытым восхищением принялся прислушиваться к Вилькиному монологу, одобрительно кивая в наиболее эмоциональных местах. Я же стояла с открытым ртом, не подозревая, что за несколько лет армии подруга научилась так виртуозно ругаться. Нет, я, конечно, знала, что Ревилиэль за словом в карман не лезет, но чтобы настолько... М-да, да такого уровня мне еще ой как далеко...
   Вилька, окрыленная такой, хоть и маленькой, но победой, обернулась ко мне, сияя как начищенный котелок, и громогласно объявила:
  -- Нежить магией не владеет! Ева, продемонстрируй!
  -- Чего именно? - Вяло отозвалась я, с хрустом разминая пальцы и вопросительно глядя то на полуэльфийку, то на слегка оживившийся наверху люд.
  -- Да что угодно!
  -- Ну, как хотите...
   Я взмахнула руками, бормоча заклинание, и принялась щелчками пальцев развешивать в воздухе ярко светящие разноцветные шарики. Увлеченная своим занятием, я не сразу обратила внимание на подозрительные звуки, доносившиеся из-за спины. Честно говоря, я подумала, что мне элементарно кажется.
   Вилька, вздрогнув всем телом, развернулась в мою, сторону, смотря на что-то, что находилось у меня за спиной...
   Лучники на вышках моментально подняли луки. Звонко запели тетивы, растягиваясь до предела...
  -- Эй, вы что?? - Воскликнула я, лихорадочно выстраивая вокруг себя и напрягшейся Ревилиэль полупрозрачный щит.
   Ответом на мой вопрос стал слаженный залп древицких стрелков.
   Смертоносный дождь, состоящий из длинных эльфийских стрел и тяжелых арбалетных болтов, взметнулся в серое небо, готовясь пролиться на наши головы...
  
  
  

сентябрь 2004 - февраль 2005

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 6.21*12  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"