Горац Евгения: другие произведения.

Пища Мастеров

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 8.40*173  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Техно-фэнтези. Многоуровневый мир, с особыми законами и специфическим денежным обращением. В другом мире вы - ребенок, но со взрослым сознанием, учитесь постепенно, делая шаг за шагом. Очевидные для жителей вещи удивляют вас, а обычные для них дела занимают у вас много времени. У героини такая же профессия как у меня (диетолог) потому, что я про эту профессию знаю больше, чем про другие. Но про еду, в том числе, узнаете то, что никогда не знали. О романе пишут в блогах. Рецензии: 1 , 2 , 3 . Отзывы: 1 , 2, 3 , 4, 5, 6, 7 , 8 , 9 , еще часть отзывов Первую версию романа скачали сетевые библиотеки. Здесь - единственная правильная версия, из которой последует продолжение.
  ________________________________________
  
   I. Доктор Хьюз и Казадор
  
   ...не всем дано попасть туда -
   в золотые ворота.
  
  
   Чтобы произошло чудо, я не могу просить его ни о чем. Он должен сам мне обрадоваться, и желательно в первый же момент. Все говорят, что у нас с ним мало общего, что я просто выполнила свою миссию, и благодаря мне, он оказался на более высоком уровне, так что все в порядке. Можно было бы забыть о нем и спокойно заниматься своими делами, но я все думаю - как он там? Не забыл ли меня, не бранит ли? У нас и вправду мало общего, и объединяет только то, что нам обоим одного реального мира - недостаточно, сколько бы мы не убеждали себя в обратном. Я сама пойду к нему, как в прошлый раз. Хоть и знаю, что рискую оказаться в сетях давно усмиренных и забытых, но все же, тлеющих собственных страстей, которые при неумелом обращении могут доставить массу хлопот и вовлечь в новые, непредусмотренные демокодексом, поступки, как это уже бывало здесь раньше. Пусть сколько угодно упрекает меня в эгоизме и вмешательстве в чужие игры, лишь бы не прогонял и не замыкался в себе. Больше всего я боюсь увидеть холод в его глазах.
   Но я и тогда не уйду, а попробую растопить его всеми известными мне средствами. Страшно признаться себе, но кажется, я готова употребить недозволенные методы, которые в реальном мире иногда называют колдовскими.
   -- Я не буду просить его ни о чем, - пообещала я Сорочинской, - надо, чтобы он сам...
  Та обреченно махнула рукой. Она сначала хмурилась и не хотела меня отпускать, потом пошутила насчет того, что еще не придуманы средства, чтобы остановить или задержать ураган - и, наконец, пожелала удачи. А Стас усмехнулся и сказал:
   -- И не проси. Помни, такая женщина как ты - царица, они - не просят, а приказывают.
  Я тут же представила себя в царских хоромах: я на троне, а он - у моих ног, просит дозволения поцеловать подол платья.
  -- Встань, - говорю я ему повелительно,- встань, ты волен делать все, что хочешь, я не буду тебя удерживать.
  Хоть я и царица, но все, же не могу повелеть ему обрадоваться мне, а без этого ничего не получится.
  А еще Сорочинская сказала:
  -- Ты теперь все можешь. Создай сама ситуацию, ужин приготовь, вина налей, развлеки его, накорми вкусно, а к столу пирог испеки, да непростой: замеси тесто, слепи две фигурки - себя и его, макни их в вино, в базилике сушеном обваляй, а потом сомни все в один кусок и пеки. А первый кусок сама отломи и протяни ему, только смотри, чтоб не горячий был, но и совсем остыть не успел, чтоб немного теплее руки твоей. И никаких ножей, лучше ломать.
   -- А рецепт теста?
   -- Э, нет, я тебя чему учила? Рецепт- сама.
  И я представила себе его руки сильные и плечи могучие, взгляд внимательный и недоверчивый, и стала мысли свои в тесто замешивать: муки в плошку, а в муку перцу красного досыпала, острого, как его слова. Еще тмина щепотку - он любит этот запах, ему приятно будет, и сыру тертого пахучего - для вкусноты, а еще меда ложку - сладкого, как его поцелуи. И яйцо, чтоб скрепить все. Тесто мягкое, эластичное, мнется послушно в руках, фигурки сами лепятся, и думать надо о том, чего я хочу. А хочу я обнять его, сказать, чтобы не упрямился и не уходил больше, и что мне без него ни за что с этим делом не справиться.
  Ну вот, почти готов пирог, горячий, пышно поднимается, на моей страсти, моей вине замешан, сумасшедшинки добавлю и пикантности, и еще в духовку минут на десять, чтобы зарумянился. Я отломлю ему пирога теплого, и вина сама налью, и смотреть стану как он пьет и ест, а я рядом сяду и потрусь щекой о его ладонь. Не уйдет он, со мной останется, и не будет больше на меня сердиться.
  
  
   ***
   Кажется, прошла целая вечность с момента, когда все это началось. В нью-йоркском медицинском центре, где я тогда работала, появился новый психиатр... Нет, пожалуй, немного позже, когда Вика первый раз пришла на прием. И почти одновременно с этими - на первый взгляд малопримечательными - событиями я выложила, а точнее - выплеснула цикл маленьких рассказиков в своем сетевом блоге.
  Нет, если быть совсем точной, все началось сразу после того, как я заявила, что более чем далека от всякой мистики. А ведь так всегда: как только я что-нибудь заявлю нахально, то меня вот это самое, которое я отрицаю, хвать - и мордой прямо о себя хрясь!
   Но я отвлекаюсь, а надо вспомнить все последовательно, восстановить в памяти, чтобы понять, какие я сделала ошибки, нарушив естественный ход событий, и могло ли все быть по-другому.
  
  День был обычный, без приключений. Вика Молохова пришла на прием впервые. Как обычно, я заранее посмотрела ее медицинскую карточку: пол женский, двадцать восемь лет, рост 165 см, вес 115 кг - и направление от терапевта на консультацию для похудения.
   Я достала все необходимые формы для заполнения и прибор для измерения процента жира в теле.
   Вика - симпатичная, сероглазая, застенчиво улыбающаяся. Начали с вопроса, который я задаю обычно всем пациентам с подобной проблемой:
   -- По какой причине вы набрали лишний вес?
   Вообще-то причина и так понятна, да и в карточке рукой терапевта выведено: пациент признает "бесконтрольное поглощение пищи", и симптомы депрессии тоже налицо. Но цель моего вопроса в том, чтобы человек произнес сам, вслух, что-то вроде: "Я много ем", "Я мало двигаюсь" или хотя бы: "Со мной что-то не так, помогите разобраться". Если он начинает валить свои проблемы на неудачную наследственность или медленный метаболизм, тогда моя беседа пойдет по другой схеме.
   -- Почему же вы поправились на сорок пять килограммов за последние несколько лет?
   -- Я несу наказание, - не моргнув глазом, ответила Вика.
   -- Что это значит?
   -- Доктор, вы верите в расплату или проклятье? Только честно скажите.
   -- Ну, верить можно только в бога, а все предположения должны проверяться эмпирическим путем. Хотя я допускаю то, что понимается в народе под проклятьем, но возможно мы с вами подразумеваем под этим разные вещи.
  -- Можно мне объяснить?
   -- Да, пожалуйста.
   -- Понимаете, я плохо относилась к толстым людям, я их... обижала... Когда- то давно - я была еще ребенком - у нас девочка во дворе была, Сонечка... она очень толстая была, говорили, она будто болела чем-то, поэтому... Но может и нет, не знаю точно, может просто родители раскормили. Она хорошая была, умная такая: пока мы бегали во дворе, играли в лапту или жмурки, она тихо сидела на скамеечке с книгой, а потом нам волшебные истории рассказывала и сказки разные. Ну, бывало, что дети ссорились, дразнили друг друга, а ее как дразнить? Жир-пром-комбинат...
  -- ...мясо- сало- и- салат,- закончила я.
   Вика обрадовалась.
  -- О, вы помните такую дразнилку? Ну, а Сонечка вообще-то чувствительная была, плакала, обижалась, а после подолгу дома отсиживалась, не хотела во двор выходить. А еще была соседка у нас, тетя Лида, жила этажом выше - она тоже очень хорошая женщина была, это я сейчас понимаю, с высоты прожитых лет, как говорится. Она всегда помогала готовить, если у кого из соседей торжество было, и никогда денег за это не брала. И знаете, она пекла удивительно вкусные пирожки с маком, начинка сочная такая, а тесто тонкое, хрустящее...
  -- Не отвлекайтесь, пожалуйста,- попросила я, незаметно сглотнув слюну.
  -- Извините. Ну, так вот, она тоже полная была очень, и как-то я, глядя на нее, ляпнула: "Если бы у меня был такой живот как у вас, я бы повесилась." Ну вы же понимаете, доктор, мне лет двенадцать тогда было, я же глупая совсем была и бесчувственная. А она глянула на меня из-под очков, и вроде бы даже не обиделась, а засмеялась и сказала: " Будет и у тебя такой живот, а может и больше". Доктор, а вы сказку "Карлик Нос" помните?
  -- Помню,- сказала я рассеянно.
   А ведь это было первое упоминание об известном во всех мирах фуэнсене, но я тогда даже не могла предположить, что через некоторое время буду ловить и каждое слово, и каждое движение этой самой тети Лиды, а вернее Сорочинской Лидии Яковлевны, чтобы научиться хоть малой доле того, что она умеет.
   Тогда же я пропустила эти разговоры мимо ушей, думая о том, что делать с Викой. Мне нужно было, чтобы она признала, что лишний вес - ее собственная вина, и никто кроме нее не может это исправить. Если она считает свой вес следствием проклятья, то явно будет ждать того, кто его снимет. Может, направить ее на консультацию к психиатру? Не к знахарю же... Ну конечно, у нас же новый психиатр! Я видела его мельком - высокий светловолосый мужчина, загорелое лицо. Мы здоровались в холле пару раз, а недавно он отпустил какую-то шутку и подмигнул, приглашая заглянуть и указывая на дверь своего кабинета.
  -- Вика,- задала я следующий традиционный вопрос, - а почему вы хотите похудеть сейчас, именно на этом этапе жизни?
  -- А куда дольше тянуть-то? Я же расползаюсь не по дням, а по часам, мама переживает, хоть и молчит. Это она настояла, чтобы я к вам на прием записалась... Мне же только двадцать восемь, что дальше будет?
  
  Опять не то! Она даже не по собственной инициативе пришла, мама ее прислала. Ладно, отложим... Я снабдила Вику "домашним заданием" и назначила новый визит через неделю. В карточку я записала направление к психиатру.
  И вот тогда все началось.
  
   Через неделю в конце рабочего дня новый психиатр тихонько постучал в дверь моего кабинета.
  -- Полина, не могли бы вы уделить мне пару минут?
  -- Да, сейчас...
  --Тогда зайдите ко мне - там удобнее разговаривать.
  
   Я вошла в кабинет, на двери которого висела новехонькая блестящая табличка "Доктор Дж. Хьюз". Наш доктор уже вполне обжился: кресла, растения, светильники. Его предшественник не занимался благоустройством кабинета, утверждая, что ничто не должно отвлекать внимание пациента от собственных ощущений, и раньше здесь были голые стены.
  -- Садитесь, Полина.
  Я опустилась в удобное кожаное кресло. Хьюз смотрел чуть более пристально, чем предполагали правила приличия: ощущение его взгляда вызвало во мне необъяснимую тревогу. Теперь-то я умею безошибочно распознать момент считывания собственной информации и защитить себя от него...
  
  Он сел напротив, закинул ногу на ногу, улыбнулся и сказал:
  -- Я хотел кое-что уточнить о вашей пациентке Виктории Молоховой - ко мне она придет завтра.
   Рассказав о "бесконтрольном поглощении пищи", симптомах депрессии, отсутствии "правильной" мотивации, я добавила: Вика верит, что ее постигла кара и, вероятно, будет оправдывать этим возможные неудачи в достижении нормального веса.
  Хьюз внимательно слушал, продолжая пристально смотреть на меня.
  
   "А он интересный мужчина,- подумала я. - Наверное, пациентки поправляют волосы и красят губы в туалете, прежде чем войти в его кабинет и начать жаловаться на беспричинную панику, слезы и бессонницу - на мой взгляд, прямые следствия безделья или отсутствия постоянного любовника. И голос у него вкрадчивый и очень приятный".
  
  -- Ну, конечно, кто же еще может снять проклятье, если не дядя-психиатр... Хотите выпить?
   Хм, неожиданно. Это Америка, здесь на работе алкоголь не допускается. Не то чтобы мы не нарушали... но я его слишком мало знаю, он человек новый.
  -- Нет, благодарю вас, мне пора домой, если будут вопросы - прошу обращаться, - я поднялась с кресла.
  -- Не беспокойтесь, здесь никого нет, секретарь попросила включить сигнализацию, когда я буду уходить. Никто не узнает.
   С этими словами он достал из ящика стола бутылку.
  
  Так, попробуем снова:
  -- Благодарю, мне не хочется. Может быть в другой раз.
  -- Опять лжете.
  -- Простите?
  -- В разговоре вы солгали всего три раза.
  -- Что вы имеете в виду?
  -- Вы хотите выпить, вы презираете Вику больше, чем беспокоитесь о ней, и вам не хочется идти домой.
  -- Почему вы так решили?
  -- Потому что люди, которые следят за своей внешностью - а вы относитесь именно к таким - невольно презирают тех, кто относится к своему телу небрежно.
  -- Что еще?
  -- Вы находите меня интересным мужчиной... И сейчас подумаете, что, как все интересные мужчины, я самовлюблен и самонадеян. Не спешите обижаться, я тоже был не вполне откровенен с вами.
  -- В чем же?
  -- Я предложил выпить, потому что хотел задержать вас под каким-нибудь предлогом.
  -- Зачем?
  -- Честно?
  -- По возможности.
  -- Если совсем честно - я думал о том, не представится ли позже возможность поцеловать вас и расстегнуть вашу блузку. Вы так соблазнительны!
  -- Вот как...
   -- А вам хочется прикоснуться к моим волосам, они вам нравятся. И вы польщены, признавайтесь. К тому же, вам интересно, что я о вас думаю.
   Ничего себе! Почему - то вспомнила анекдот про Ржевского. Неужели новый психиатр так бесцеремонно решил... прямо тут, в своем кабинете?!
   Польщена? Кажется, от растерянности я покраснела. Может, он сумасшедший? Где-то я слышала, что психиатры иногда сходят с ума - от частого общения с безумцами и сами теряют грань реальности. А может, наоборот: изначально сумасшедшие молодые люди идут учиться на психиатров, чтобы разобраться с собственными проблемами?
   Как отреагировать? Вспыхнуть и дать ему пощечину? Тогда уже точно будет как в анекдоте про Ржевского... Перевести все в шутку? Я решила вести себя рационально и серьезно.
  
  -- Доктор Хьюз, во-первых, ваши тон и слова не совсем соответствуют обстановке. Мы с вами не так давно знакомы, чтобы...
  -- Это не имеет никакого значения, - выдохнул он. - И поверьте, совершенно замечательно было бы вместо этого офиса оказаться сейчас на широкой кровати, абсолютно голыми. Уверен, нам было бы очень хорошо друг с другом. Я даже знаю уютнейший дом с такой постелью, в пятнадцати минутах езды отсюда... мой дом.
  
   Он - маньяк, догадалась я, но вслух сказала:
   -- Пока что наше общение ограничится вот этим, - я показала на лежавший перед ним медицинский протокол - документ, в котором все медики, принимающие участие в лечении пациента, пишут свои замечания по ходу терапии. - И ваше замечание по поводу моего презрения к Вике не имеет под собой никакого основания. Она - пациент, такой же как все, - я кивнула на груду медицинских карточек у него на столе.
  
   Я была очень довольна собой и своим холодным тоном.
  -- До свиданья.
   Он вздохнул:
  -- А все же я уверен, что у вас очень красивая грудь.
   Нет, определенно маньяк.
  
   Я вернулась в свой кабинет, сложила бумаги на столе, надела пальто, взяла сумку, погасила свет и вышла.
   Хьюз стоял в холле.
  -- Простите меня! - сказал он, подняв руки верх, однако в его голосе не слышалось ни тени сожаления. - Я хотел произвести на вас впечатление, удивить, возможно, ошеломить. Каюсь в том, что рискнул сразу сказать правду вместо того, чтобы учтиво повторять общепринятые фразы. Думал, что с вами они не нужны. Разрешите хотя бы подвезти вас домой, ведь я вас задержал.
  -- Ладно, только мне еще в магазин надо. Пирожки с маком купить.
  
   Так часто бывает - пациенты рассказывают мне про еду, а у меня разгорается аппетит...
  
   ***
   Уже дома, отсердившись, я мысленно прокрутила этот диалог с Хьюзом.
   По дороге он вел себя как настоящий джентльмен: открывал дверцу, подавал руку, ждал меня у магазина, даже поднес до порога пакет с пирожками. Если бы я отказалась сесть в его машину, он еще чего доброго мог решить, что я боюсь его или он меня волнует - а так мне вроде безразлично.
   Ну, хорошо, выпить после рабочего дня я действительно хотела, что с того? Разве мы всегда делаем то, что хотим? Тем более, в этом деле можно обойтись и без Хьюза. И я плеснула в чашку кофе немного коньяку: может быть это плохой признак, но в последнее время, чтобы выпить, мне совершенно не нужна компания, могу пить одна. Пирожки с маком были великолепны, я купила их в любимом магазине - вовсе не в том, что красиво декорирован и всегда празднично освещен, где каждая баночка блестит и сияет, а продавцы расхаживают в белоснежных фартуках. Купить в нем я ничего не могу: захожу, полюбуюсь на красоту и ухожу ни с чем, сама не знаю почему. Мой любимый магазин похож на деревенскую лавочку: тесноватый и полутемный, кадки с квашеной капустой и огурцами занимают слишком много места, на пороге всегда сидит рыжий кот. Оттуда я всегда выхожу с полными сумками. Интересно, почему мне в одном магазине хочется покупать продукты, а в другом - нет?
   Презрение к Вике... В первый год работы я слишком эмоционально воспринимала проблемы некоторых пациентов, даже плакала вместе с одной из них. Но мне сделали замечание, сказав, что это вопиюще непрофессионально и меня так надолго не хватит.
   Презираю ли я Вику? Хм... ведь она уже порядком наказана за то, что обидела тетю Лиду и за то, что дразнила толстую девочку Сонечку. Обидчик всегда считает себя в чем-то хуже объекта своих нападок и, оскорбляя его, пытается возвыситься в собственных глазах. Если всегда помнить об этом, то вместо обиды можно испытать жалость к оскорбителю. Конечно, Сонечка была умнее, читала книжки и умела сказки рассказывать, но еще не знала природы происхождения гадких слов в свой адрес. Дети бывают очень жестокими: обзывают, тычут пальцами и обидно гогочут - она, должно быть, серьезно огорчалась...
   Да что это я? Какое мне дело до этих людей - Вики, Сонечки, тети Лиды? Рабочий день закончился, и я не должна думать о них. Куда девалась выработанная годами способность дистанцироваться от чужих проблем, чтобы спокойно оказывать пациенту требуемую помощь?
   Я налила еще коньяку в опустевшую кофейную чашку.
   Презираю ли я Вику? Да она сама себя должна презирать! У нас есть только одно тело, и мы должны о нем заботиться, а не пихать в него все что жуется, да еще в гигантских количествах. Ну да ладно...
   Хотелось ли мне погладить его по волосам?
   Возможно... У него и правда красивые светлые волосы. Но чем-то он меня все, же отталкивал. Чем?.. Наконец я смогла сформулировать, что мне в нем не понравилось - слишком лощеный, будто сошел с обложки журнала мод: стрижка явно выполнена в дорогом салоне, одежда подобрана очень тщательно и видно, что дорогая. Да еще и цепь золотая на груди, тяжелый медальон странной неправильной формы. Если бы я не стеснялась, то попросила бы разрешения рассмотреть выгравированный на нем узор. На мой вкус, мужик должен быть несколько небрежен, немножко расхристан, что ли... Это свидетельствует о том, что он думает о чем-то глобальном, а не о мелочах. А когда он словно с обложки журнальной соскочил, у меня к нему и отношение соответствующее - как к обложке.
   А у меня и правда красивая грудь. Как он догадался?
   Последнюю фразу я произнесла вслух, глядя на себя в зеркало ванной комнаты, после душа. Я никогда не вытираюсь, у меня даже нет своего купального полотенца: мне нравится, когда капельки воды, высыхая, испаряются с кожи...
  Накормила всех ужином, включила компьютер и залогинилась в свой сетевой блог.
  
   ...Полгода назад, разочаровавшись в сетевых форумах как форме общения, я попала по чьей-то ссылке на сайт блогеров. И осталась там, кажется, надолго.
   Одни рассматривают блог как некий литературный проект. Другие ведут обычный дневник, записывая события дня, смешные моменты, услышанный анекдот, выставляя фотографии воскресной вечеринки и прогулок в парке с семьей. Третьи выплескивают накопившиеся проблемы, обиды и желчь. А четвертые создают себе вымышленный образ, и со временем прочно вживаются в него.
  Некоторые блогеры стараются в журнале казаться себе и другим лучше, чем они есть на самом деле, приукрашивая обычные события. И это совершенно нормально - многие люди заслуживают больше, чем имеют, просто у них нет возможности это получить; блог позволяет превратить мечты в реальность, хотя бы виртуальную. Существует множество поэтических, художественных и кулинарных блогов - и это прекрасно: столько талантливых личностей получили, наконец, возможность поделиться с миром своими работами...
   Мой блог называется "Арабелла". Не раскрывая своего настоящего имени, я записываю туда всего понемножку: то забавный случай с пациентом, то понравившийся афоризм, то впечатление дня. А вообще-то этот блог - единственное место, где я могу побыть сама собой. Никто из моих личных знакомых о существовании блога не знает, это дарит пьянящее ощущение безнаказанности.
   В реальной жизни, к сожалению, много притворства: нужно соблюдать приличия, улыбаться, быть вежливым, громко высказывать интерес к чему-то нестерпимо скучному и восхищаться всякой ерундой потому, что так принято, так положено. А в сети всего этого не нужно. К тому же никто не знает, пишу я о себе настоящей или же попросту сочиняю.
  
  Так что, пока муж, накрыв лицо газетой, посапывал в кресле у телевизора, а сын засел над уроками у себя в комнате, я удобно устроилась на диване и стала выщелкивать клавишами ноутбука очередную главу рассказа о юной женщине, воспитанной на классических романах и лучших семейных традициях. Женщине, которая рано вышла замуж за серьезного и солидного человека, а потом умудрилась влюбиться в некого сорвиголову, да так сильно, что почва из-под ног ушла, и все остальное потеряло смысл. В такие минуты мне казалось, что я одна в своем мире, и только кот Феншуй лежал рядом и мерцал зелеными глазами,
  
  Блог "Арабелла"
  
  "Она проходит по холлу, направляясь в свой офис. Идет медленно, не спеша, покачивая бедрами. У нее мягкие, неторопливые плавные движения. Ее осанка горделива, а лицо отражает уверенность и спокойствие. Такие лица и осанка бывают только у женщин, любимых мужьями. Раньше она воспринимала любовь мужа как должное, а теперь научилась дорожить этим покоем.
  
  Как- то они вернулись домой поздно. Она хотела спать и вовсю зевала в лифте.
  - Отпирай скорее, не то я усну прямо тут, на лестнице.
  Он любовался ее сонным недовольным лицом и, засмотревшись, поворачивал ключ не в ту сторону, потом спохватывался. Она всегда отмечала такие моменты".
  
  Не успела я это написать, сразу же посыпались комментарии читателей:
  
  "как хорошо, спасибо",
  " а продолжение будет?"
  
  "это вы про себя пишете?"
  
  "спасибо, хорошо пишете"
  
   Были и неприятные комментарии, типа
  
  ''наполняете Интернет безвкусицей, как не стыдно!''
  
   ''ну что за бульварщина! я думал, у вас более тонкий вкус!''
  
   Ну вот еще! Не хотите, не читайте! Я же не писатель, в конце концов. Мой блог, что хочу, то и пишу.
  
  Но в основном, приятные:
  
  " очень интересно, еще!"
  
  Конечно, будет, раз это кому-то интересно. Хмм... не про себя ли я пишу? Многие путают автора с героем, особенно если автор пишет от первого лица. Э, нет, так я вам и признаюсь! Да и какая разница...
  
  Продолжаю.
  
  "Однажды муж встречал ее на вокзале. Поезд медленно подползал к назначенному пути. Она смотрела из окна купе: в его глазах было столько ожидания и счастливого предвкушения встречи, что ей на мгновенье стало стыдно - но только на мгновенье, потому что сумасшедшие ночи с любовником казались тогда самым важным событием жизни, важнее тихой любви мужа.
  Ей даже не было стыдно, когда она однажды вышла из душа и, не обращая на мужа внимания, крутилась голая перед зеркалом, собираясь к любовнику. Она втирала в тело легкий крем, отчего кожа становилась еще более бархатистой и ароматной. Он подошел ближе:
  - Я помогу.
  Муж втирал крем в ее плечи, спину и ягодицы, а она ощущала любовь и восхищение в каждом прикосновении его пальцев.
  Она надела красивое белье, хотя любовнику было совершенно наплевать на то, какое у нее белье: обычно оно очень быстро улетало куда-то вбок без предварительного рассматривания или любования. Она уже не помнит, что именно соврала, чтобы уйти из дому: муж всегда верил всему, что бы она ни говорила. Но в тот раз она уловила страшную боль в провожающем ее взгляде. Никогда ей не забыть этого взгляда. Неужели он знал? Не может быть!"
  
  Ну ладно, хватит на сегодня. Я вымыла посуду, заглянула к сыну, который усердно склонился над учебниками - золотой ребенок! Муж давно спит на диване, укрывшись пледом. Пожалуй, пора выключать компьютер, завтра рано на работу... вот только проверю последние комментарии.
   Ого, появился новый читатель, блогер по имени Казадор. Судя по номеру Ай- Пи - с Украины. И сразу вступил в разговор:
  
  - что, возникло желание рассказать самой себе, как все было на самом деле?
  - почему вы так подумали?
  - показалось.
  - но зачем мне это нужно?
  - наверное, чтобы договориться со своей душой.
  
  Ишь ты, поговорить он захотел! Сегодня уже поздно. Может, отвечу ему в другой раз.
  Вот оно! Теперь я вспомнила точно: блогер по имени Казадор появился в моей жизни в тот самый день, когда доктор Хьюз после нашей странной беседы подвез меня домой. Случайное совпадение? Маловероятно. И снова поднимает голову змей сомнений и неуверенности: неужели с самого начала ему была нужна не я, а Хьюз? Ох, как хочется верить, что я...
  
   ***
  
   Когда пациентов в центре много, я прохожу в свой кабинет дальним путем через служебный ход. Делаю это намеренно: скучающие в ожидании очереди пациенты сидят вдоль всего холла и от скуки сначала рассматривают друг друга, а после просто впиваются взглядом в каждого свежего человека, проходящего мимо. Обшаривают взглядом с ног до головы, а потом долго шепчутся вслед. Не то, чтобы меня это очень беспокоило, но все же я стараюсь избежать подобных моментов. Если же приходится идти по заполненному людьми холлу, всегда сворачиваю кукиш в кармане, чтобы не сглазили. Еще бабушка учила так делать много лет назад. Правда, кукиш необходим, только если на одежде нет защищающей от дурного глаза булавки. Суеверна ли я? Да не особенно, но излишняя предосторожность не помешает. К тому же детские привычки искоренять трудно.
  Пробираясь в свой кабинет служебным ходом, я вспомнила Вику с ее уверенностью в наложенном в детстве проклятье - и усмехнулась своим мыслям. Занялся бы кто-нибудь изучением природы сглаза и проверил бы это эмпирическим путем, да только кто ж спонсирует подобные эксперименты? Разве что фирма по выпуску булавочных изделий...
   В холле я увидела ожидавшую своей очереди Вику, а также красивую даму, нервно прохаживавшуюся перед кабинетом Хьюза. Дама взглянула на меня мельком, улыбнулась и кивнула как старой знакомой.
  Позднее, изучая перед приемом данные сегодняшних пациентов, я почему-то решила выглянуть в холл еще раз. Посмотрела через стеклянное окно своего кабинета и сразу же обнаружила объект своего интереса - давешнюю даму. Она была примерно моего роста, с такими же, как у меня, темными вьющимися волосами, но одета слишком вызывающе и даже несколько вульгарно - платье с глубоким вырезом переливалось, будто змеиная чешуя, соблазнительно обтекая ее фигуру. При каждом движении она грациозно покачивала бедрами и рядом с Викой выглядела изящной бонбоньеркой, случайно оказавшейся на одной полке с топором. А уж Вика и вовсе не могла отвести от нее глаз. Тут доктор Хьюз отворил дверь своего кабинета и пригласил их обеих войти.
  Меня это безмерно удивило. Дело в том, что его предшественник, доктор Берг, как- то в ответ на просьбу присутствовать на приеме в ужасе отмахнулся:
  -- Что вы! Этого допустить нельзя никак. Во-первых, все признания пациента конфиденциальны, а во-вторых, ничто не должно мешать сеансу психотерапии.
  Я была пристыжена и больше никогда об этом не просила, хоть и сгорала от любопытства. Неужели доктор Хьюз как-то пытается совместить этих двоих в психотерапевтической сессии? Может, таким образом, он пытается разжечь в Вике комплексы, усиливая ее недовольство собой? Это имеет смысл: дома, в удобном халате, девушка явно забывает о своих горестях, но рядом с такими красавицами, как эта змеиная дама, комплексы вспыхивают со страшной силой.
  Обе находились за закрытыми дверями довольно долго, а потом я увидела Вику и "змеиную даму", выходящих вместе из кабинета Хьюза. Дама остановилась на минутку, вынула зеркальце, подкрасила губы. Вика сделала то же самое, и они поспешили к выходу вдвоем. Молодой черный уборщик, не сводя глаз с дамы, распахнул перед ними дверь - в ответ красотка снисходительно потрепала его по щеке. Вика остановилась и... неожиданно повторила ее жест.
  И тут же из кабинета Хьюза вышла, нет, скорее лениво выползла студенисто-рыхлая тетка, чем- то напоминавшая Вику. Тетка потащилась к выходу: по дороге она плевалась, сорила обертками от конфет и бормотала под нос какие-то проклятья. Неужели они были в кабинете у Хьюза втроем? У него что, групповая терапия? Может, так он экономит время, да и деньги быстрее капают? Впрочем, какое мне дело?
  
  А к доктору Хьюзу тем временем вошла другая парочка - Элла З. и высокий молодой человек с римским профилем и гордой осанкой.
  Элла - еще одна наша общая с Хьюзом пациентка, но в этот раз не я направила ее к нему, а наоборот. Согласно записи в карточке психолога, пациентка З. страдала приступами паники и очень низкой самооценкой. Это была совсем молодая девушка с крупным носом, невероятно худая - она хотела, но никак не могла поправиться. Да, и такие пациенты у диетолога бывают! Во-первых, у них, как правило, нет аппетита - они попросту забывают поесть. Вот уж чего я никогда не могла понять! Ну, допустим, иногда можно увлечься чем-то, но забывать постоянно? К тому же им все равно, что есть: пища может быть недоваренной, недожаренной, пресной... Тончайшие деликатесы они так же безразлично ковыряют вилкой, как и отварную капусту... Скучнейшие личности! Равнодушные к еде люди часто оказываются равнодушными и к самой жизни. Многие из них даже затрудняются назвать свое любимое блюдо за полным отсутствием такового. Что это за человек без любимого блюда?!
  Вот у меня много любимых: творожная бабка, вареники с разными начинками, пирожки с маком, еще ягоды очень люблю - смородину и малину. А есть ли у доктора Хьюза любимые кушанья? Я иногда пытаюсь определить характер человека по его пищевым предпочтениям, даже записываю некоторые наблюдения в особый блокнот, и зачастую нахожу удивительные совпадения... Зачем я это делаю - и сама не знаю, так, просто интересно.
  Рассказывая о своих горестях, Элла ни минуты не сидела на месте: она бегала из угла в угол, подпрыгивала, всплескивала руками так, что у меня зарябило в глазах. Когда я предложила ей все же присесть, она удержалась на стуле не более минуты, тут же вскочила и опять забегала. Н-да, если она так скачет целый день, то тратит огромное количество калорий, забывая пополнить запасы...
  Тем не менее, Элла очень хотела "нарастить мясца", как она сама выразилась:
  -- Ах, доктор, как мне надоели эти жалостливые взгляды в мой адрес, если бы вы только знали! Да и любая одежда на мне висит как на вешалке! И каждый считает своим долгом подшутить надо мной.
  -- Кто же над вами подшучивает?
  
  Вовсе не из любопытства я задаю подобные вопросы: для успеха терапии нужно, чтобы пациент сам четко сформулировал свои проблемы и горести - и услышал себя, после чего высказал бы осознанное желание достичь нормального здорового веса и готовность выполнять мои рекомендации.
  
  -- Да все кому не лень. Стоит прийти на работу пораньше, кто-нибудь обязательно скажет, что меня ветром поддувает, оттого я быстрее иду. А вчера... - она заплакала.
  -- Ну что вы, успокойтесь, - я протянула ей салфетку.
  Утерев слезы, она продолжила:
  -- Я в больнице работаю, медсестрой, у нас много тяжелобольных в отделении. А доктор дежурный вчера мне сказал: "Ты, Элла, ночью к пациентам не заходи, а то они еще, чего доброго, подумают в темноте, что смерть пришла".
  Я тут же представила себе как тощая, с крупным носом Элла в белом просторном халате заходит ночью снять показания с подключенных к больному приборов, а тот пугается. Улыбку сдержала с трудом. К тому же оказалось, что ей нравится этот доктор. Ах, так вот почему она пришла, любовь ее привела!
  -- Я ни на что не гожусь, я несчастная и никому не нужная, да еще такая тощая...
  -- Об этом вы доктору Хьюзу не забудьте поведать, а мне расскажите, в котором часу вы едите первый раз и какие блюда у вас самые любимые.
  
  Конечно же, у нее не оказалось любимых блюд.
  А теперь мне не давал покоя молодой человек, которого доктор Хьюз пригласил войти в кабинет вместе с Эллой. Был ли он ее другом или родственником? Странно, но он показался мне таким знакомым, почти родным.
  
   ***
  До начала приема еще оставалось несколько минут, и я решила проверить электронную почту. Весь процесс занял не больше пяти минут, удалось даже черкнуть пару ответов. Собралась выходить из программы, когда в почтовом ящике звякнуло новое письмо.
  
  Казадор: "А где продолжение про грустную женщину? Как она поживает?"
  
  Я нарисовала смайлик: "Напишу, если в конце дня остается немного времени. Спасибо за интерес".
  
   Блог "Арабелла" Продолжение рассказа о грустной женщине.
  
  Новый читатель Казадор хочет знать, что было дальше. Как приятно, что это кому-то интересно.
  
  "Отличить любовь от увлечения можно только спустя годы. Если руки до сих пор дрожат, когда касаешься исписанных много лет назад листков, похоже, это была любовь. Он остался в другой стране, в другой жизни, а после были годы, состоящие из сумасшедших писем и телефонных звонков. Когда же все кончится? Разве можно любить того, кто давно умер? Отпусти меня, беспричинная тревога!
   Она встает и, шлепая босыми ногами по полу, идет на кухню выпить воды. Может, это наказание за то, что она сожгла его письма, решив раз и навсегда покончить с прошлым? Эх, не следовало их трогать: как будто какого-то демона вызволила из этого пламени.
   А может, плата за покой и благополучие: ведь она уничтожила эти письма, чтобы с легким сердцем принять дар обожающего мужа - круиз на Карибские острова?
  Но почему же во время круиза она все время думала о том, что плывет сейчас по маршруту капитана Блада? И вспоминала, как когда-то, лежа в обнимку, они смотрели фильм про врача-пирата, радостно удивляясь, что книжка "Капитан Блад" была любимой детской книгой обоих?
  
  Лайнер благополучно пришел на Ямайку. Солнце, пальмы, бирюзовый океан, а в портовых магазинах - тот самый ямайский ром, который пил капитан Блад, пытаясь утопить свою любовь к гордой Арабелле. И название острова снова навевает воспоминания о нем - любимом из прошлой жизни, которого давно уж нет на свете, и даже письма, хранящие его прикосновения, превратились в пепел!
  
  Она стоит у окна на темной кухне и повторяет как мантру:
  "У меня все, все прекрасно: семья, работа, статьи в журналах! Все, чего можно пожелать, есть у меня. Откуда же эта тревога, эти слезы без причины? Надо взять себя в руки: неистраченные страсти должны улечься, а пары можно выпустить на беговой дорожке или бешено выплясать на берегу океана, и пусть летящие соленые брызги подарят иллюзию танца под дождем... Наконец, можно выплеснуть все на бумагу, этот рассказ доставит кому-нибудь несколько приятных минут. Лишь бы полегчало, лишь бы отпустило! Писем больше нет, они сожжены, надо жить дальше!"
  
  Почему же она помнит каждое слово тех сожженных писем? Неужели огонь оказался настолько бесполезен? Слова упрямо строятся в строчки и звучат в ушах его голосом:
  "...ты обалденно красивая!"
  "...почувствуй мои руки на твоих бедрах..."
  "...я проезжаю иногда мимо твоего бывшего дома и забываю на мгновенье, что ты далеко... Мне кажется, что я снова поднимаюсь по твоей лестнице, и ты улыбаешься и достаешь из холодильника замороженные ягоды..."
  
  Как же избавиться от этого наваждения?"
  
  
  Первый же комментарий оказался от Казадора:
  
  - Без пафосности. Ощущается искренность. Ты можешь заставить читателя жить твоими ощущениями и удивляться им.
   - Спасибо.
  - Но в твоей жизни нет любви. Ты мучаешься от этого.
  - Неправда, у меня есть все, что нужно. Можно прекрасно жить и без любви.
  - Даже лучше?
  - Не смейся. Лучше бы мне вообще не знать, что это такое...
  - Вот почему ты выбрала ник "Арабелла"! Ты хочешь быть любимой умным, сильным и властным мужчиной, ищешь своего капитана Блада. Ты сказала, что твой любовник умер. Прости, смерть отменяет все. Но ты мучишься, а он не может тебе ничем помочь. Не в его власти посадить тебя голую на колени и большими пальцами потереть твои соски.
  
  Ничего себе! Таких комментариев мне еще никто не писал - у меня же приличный блог. Да и читатель этот не похож на босяка. Как он написал? "большими пальцами", надо же...
  
  А ну-ка, посмотрим, что он о себе пишет в информации... Ну да, я так и думала - с Украины, зовут Евгений, тридцать лет, немного моложе меня. Блог завел совсем недавно, всего несколько записей и фотографии - зеленые берега, степь, закаты. Красивые. Пара историй из жизни - довольно занятных, немного необычных рассуждений о добре и зле. И несколько кулинарных рецептов - пироги, блины, овощные блюда: он любит готовить, и пишет об этом так вкусно! А вот и его фотография. Довольно интересный мужчина, большеглазый, тонкие черты лица. Лучше с ним быть построже, а то еще решит, что мне можно подобные комментapии писать.
  
   ***
   Дни тянулись как обычно. В центре все привыкли к доктору Хьюзу и его пациентам. Он и правда был прекрасным специалистом - уделял пациентам много времени, а это они ценят больше всего. За несколько месяцев Хьюз стал таким популярным, что даже создалась очередь к нему на прием. Все наши общие пациенты делали необыкновенные успехи. После худышки Эллы и ее антипода Вики мы вместе занимались бывшей манекенщицей Карен. Пока ее снимали для журналов, она, как многие несчастные девушки ее профессии, могла прожить день на баночке йогурта. А когда карьера модели завершилась - сорвалась, ела с утра до ночи, стала толстой и впала в жуткую депрессию.
   Помню Дину - самоубийцу с авитаминозом, которая всегда звонила друзьям или родственникам и истерично прощалась аккурат перед тем, как очередной раз открыть газ или выбраться на карниз.
  Мы обсуждали с Хьюзом разных пациентов, и он всегда давал дельный совет. Помню, я все говорила, что депрессия случается, когда человек с жиру бесится и не знает чем бы заняться. Вот если бы ему надо было одновременно работать и учиться, как многим эмигрантам приходится, он и не вспомнил бы о своей депрессии. И бессонницы оттого же: крепкий сон надо заслужить, устав физически или умственно, а лучше и так, и этак. Я рассказывала Хьюзу, как в колледже записывала лекции профессоров на диктофон, чтоб прослушать их вечером, после работы. Но засыпала в процессе, мозг защищался и требовал отдыха. А его пациенты целый день дурью маются, ночью ворочаются, а утром к врачу бегут - на бессонницу жаловаться. Доктор Хьюз возражал, приводил примеры и неожиданные доводы - беседовать с ним было всегда интересно. Вел он себя безупречно, ничем не напоминая о неловкости первого нашего знакомства. Всегда был сдержан и дружелюбен, хоть и посматривал на меня временами с чисто мужским интересом и нескрываемым удовольствием.
  
  Забавно: к его предшественнику, доктору Бергу, приходили в основном старушки, пожаловаться на одиночество. А к Хьюзу все больше тянулись молодые дамы, что стало предметом шуток и сплетен коллег. И всегда возле его офиса крутились странные личности. Однажды я не выдержала и спросила у администраторши Линн, кто они такие. Она призналась, что ее тоже интересовали типы, которые заходят в кабинет психиатра как к себе домой даже в его отсутствие и подолгу там сидят. Однажды она потребовала у одного из них, странного такого, веснушчатого с вздернутым носом, смешного и неуклюжего как клоун, предъявить удостоверение личности. Но он вместо ответа больно зажал ее нос двумя пальцами. Линн вскрикнула, тип отпустил нос и, пока администраторша его терла, исчез в неизвестном направлении. Хулиган какой-то!
   А еще Линн вспомнила, что однажды захотела послушать музыку в кабинете Хьюза - у него же там специальная какая-то коллекция, для медитаций, что ли. Она включила магнитофон и закрыла глаза, чтобы расслабиться, а когда открыла их, то комната была заполнена престраннейшими личностями. Они ссорились, шумели, вели себя крайне развязно и даже делали ей, Линн, непристойные предложения. А потом в кабинет вошел доктор Хьюз, всех разогнал и очень рассердился, что она без спросу включила музыку. Ей, администратору, значит нельзя входить в его кабинет, а им, посторонним,- пожалуйста, сколько угодно!
  
  Вика - первая наша с Хьюзом общая пациентка,- на удивление ревностно выполняла все мои рекомендации. Она не пропустила ни одного назначенного визита, аккуратнейшим образом заполняла дневники питания, контролировала чувство голода и насыщения, осваивала новые рецепты, и даже по моему совету выписала пару научно-популярных журналов. Я посоветовала ей заняться обновлением гардероба, потому что прежняя одежда висела на ней мешком.
  Настроение у нее было намного лучше - было очевидно, что она поверила в себя; значит, Хьюзу все же удалось рассеять "чары". Из любопытства я поинтересовалась, как продвигается психотерапия. Вика радостно сообщила, что наш психиатр действительно "снял с нее сглаз".
  
  -- Каким же образом? - поинтересовалась я.
  -- О, он меня услал в какой-то мир, загипнотизировал, что ли... - рассказала Вика. - Я встретила там Сонечку, ту самую толстую девочку, которую дразнила... Она выросла и превратилась в стройную элегантную даму в туфлях на высоких каблуках, длинном плаще и шляпе. К тому же, она писательницей стала. Неудивительно, она всегда любила сказки сочинять.
  -- И что же было дальше? - метод лечения оказался весьма занимательным.
  -- Ну, у Сонечки нетрудно было прощения вымолить, она всегда была доброй девочкой. Сказала, что не только не сердится на меня за злые слова и обидные дразнилки, а напротив, даже благодарна, потому что именно я побудила ее прекратить уничтожать по коробке пирожных ежедневно, записаться в бассейн и на танцы, так что сейчас у нее все в порядке. Видите, доктор, даже к лучшему все получилось, а если бы с ней все сюсюкали, то она так и осталась бы толстушкой. Но с тетей Лидой пришлось повозиться.
  
  Мне показалось, что Вика и впрямь была в каком-то другом мире. Уж больно живо и образно описывала она свое общение с его обитателями.
  -- Повозиться?
  -- Ну да. Она вредной и злопамятной оказалась. - Вика вдруг спохватилась и огляделась по сторонам, как будто тетя Лида могла ее слышать, - Кстати, она ничуть не постарела, выглядит прекрасно! Стала владелицей какой-то знаменитой кулинарной школы или что-то в этом роде.
  -- Школа "Карлик Нос"?- хихикнула я, но Вика была абсолютно серьезна.
  -- Тетя Лида сделала вид, что не понимает, о чем речь идет. Потом вспомнила, долго смеялась и заявила, что не простит ни за что, и желает, чтобы я и впредь несла кару за мою черствость, невоспитанность и бестактность. Пришлось долго умолять, пока она не смилостивилась. Я уверена, что она сделала это намеренно.
  -- Намеренно?
  -- Ну да. У нее было много возможностей: она всегда угощала детей своим печеньем, а легче всего сглазить кого-то во время еды.
  -- Сглазить во время еды?
  -- Да, человек открыт в эту минуту и часто бывает беззащитен. Не верите - спросите сами у доктора Хьюза. Это он мне сказал.
   -- Вот как? А что еще сказал?
   -- Что именно поэтому нельзя брать еду из рук недруга и преломлять хлеб с врагом. Он потом еще долго с тетей Лидой беседовал, но я не слышала, о чем.
  -- И доктор Хьюз с тетей Лидой беседовал?
  -- Ну да...
  
  Интересная терапия у этого Хьюза, однако! Или это у Вики такое живое воображение?
  
   ***
   Это случилось посреди недели, хотя у меня-то как раз в этот день был выходной. Но вечером все же пришлось вернуться в центр: дописать некоторые карточки, закончить оформление всякой документации... И с порога налетела на администраторшу Линн, которая тут же принялась мне за что-то выговаривать. Вообще-то у меня, единственной из всего медицинского центра, сохранились с ней хорошие отношения, со всеми остальными эта милая дама давно успела переругаться. Ее тихо ненавидели и громко скандалили с ней из-за неодолимой привычки совать нос в чужие дела. Но со мной она всегда была вежлива и даже пыталась подружиться. Я, конечно, знала из горького опыта: если вас все предупреждают, что некто - кусок дерьма, а вы не верите по той причине, что лично вас этот человек пока не трогает, не обольщайтесь. И не думайте, что беднягу просто никто не понимает, и только вы с вашим тактом и обаянием способны найти общий язык с кем угодно. Неизбежно настанет и ваш черед быть вывалянным в грязи. Как только я возомнила себя великим знатоком человеческих душ, перед которым лебезит сама склочница Линн, как меня тут же окунуло мордой куда надо: не льсти себе, милочка, ты такая же, как и все. Это случилось именно в тот вечер:
  
  -- Ты зачем сегодня пришла?
  -- Надо поработать.
  -- Если бы ты предупредила заранее, я записала бы тебе на прием пару человек.
  -- Сегодня приема нет, мне просто нужно окончить всякие бумажные дела.
   -- Но ведь есть пациенты, которые не могут прийти в другие дни... И они очень просили принять их, а я отказала, а ты взяла и пришла - не предупредив!
  -- Линн, перезвони им, и мы придумаем что-нибудь в удобное для них время.
  -- А сегодня никак?
  -- Нет.
  -- Знаю я, почему ты не успела карточки написать. Ты слишком много торчишь в Интернете в рабочее время!
   Я тут же ответила ей фразой, которая в переводе на русский означала "не твое собачье дело". Но, видимо, ей очень нужно было, чтобы я приняла каких-то ее знакомых, поэтому она продолжала:
  -- Думаю, директору очень не понравится, что ты отказалась принять кого-то... И если он узнает об этом, может дойти до увольнения...
  Это уже был прямой шантаж.
  Я хмыкнула:
  -- Ха! Напугала! В Нью-Йорке полным-полно работы для диетологов, а таких как я - считанные единицы.
  В ответ она хлопнула дверью, не найдя другой аргументации.
  
  Я вошла в свой кабинет, швырнула, не глядя сумку и, не зажигая света, плюхнулась в кресло, чтобы немного остыть. И тут же вскочила с визгом, потому что в кресле кто-то сидел - этому кому-то я шлепнулась прямо на колени. Сильные мужские руки охватили меня за талию, и знакомый голос зашептал прямо в ухо, почему-то по-французски:
  
  -- Моя богиня, моя царица, ты только скажи, и я превращу ее в жабу...
  -- Как это? - поинтересовалась я, одновременно демонстративно вытирая ухо. Вспыхнул свет. Интересно, как Хьюз догадался, что в детстве мама и папа исправно таскали меня на уроки "языка галантности" вдобавок к усиленному курсу французской спецшколы? Да и сам-то он откуда владеет французским? В его внешности и манерах до сих пор ничто не выдавало европейца... Между тем, произношение прекрасное, просто какой-то парижский выговор.
  -- Я ей внушу, что она - жаба. Она будет квакать, ты только скажи.
  -- Вы и меня можете превратить во что-нибудь? (И почему вы позволяете себе обращаться ко мне на "ты"?!) - эту фразу я произнести хотела, но отчего-то не смогла.
  -- Тебя - нет.
  -- Почему?
  -- Я не могу никого загипнотизировать против его воли. И никто не может.
  -- А Линн согласится, что ли?
  -- Я сделаю так, что согласится, - он опять задышал мне в ухо и провел губами по шее.
  -- Доктор Хьюз, отпустите меня сейчас же! И извольте говорить по-английски! Мало того, что вы меня напугали до полусмерти... кстати, что вы вообще делали в моем офисе, да еще и в темноте? И почему включен мой компьютер?
  -- Я вас ждал здесь, - столь же непринужденно перешел он на официальный язык. - Ну и невольно подслушал ваш разговор с Линн... Прошу, зовите меня просто Джеф, тогда и я вас буду Полиной звать, ладно?
  -- Как же вы узнали, что я приду сюда сегодня? Ведь приема-то нет? Может, вы просто так шарите у меня в столе, хотите спереть что-нибудь?
   Он засмеялся:
  -- Надеюсь, это убедит вас в том, что я не мелкий воришка, - жестом факира он сдернул со столика салфетку. Под ней оказалась бутылка белого калифорнийского вина, два бокала, фрукты, орешки и коробка шоколадных конфет. - Честно говоря, я хотел все это тут оставить, чтобы сделать вам завтра сюрприз. Но раз вы пришли сегодня, у меня появилась идея.
  -- Какая же?
  -- Немного выпить, потом сходить на концерт в Карнеги Холл...
  -- А дальше?
  -- Как прикажете, моя фея. После концерта можно заглянуть в один великолепный ночной клуб в Манхеттене, вам понравится.
  -- Доктор Хьюз! Джеф! Вы знаете, что я замужем?
  -- Как будто вам это когда-нибудь мешало!
  
  Похоже, я выдала себя взглядом или выражением лица - Хьюз довольно хмыкнул. Дурацкая ситуация, в которой мне даже было его немного жаль: бедняга так старался, сюрприз готовил... И я согласилась на первую часть программы - выпить, но совсем немного, потому что мне еще поработать предстоит.
  Хьюз так расцвел, что я поспешила расставить все точки над "и" - по глотку вина и ничего больше! На что он ответил, радостно кивая:
  
  -- Сегодня - ничегошеньки.
  
  Мы подняли бокалы, отпили. Я протянула руку к угощению, бросила в рот орешек, отщипнула виноградину. Хьюз очень внимательно следил за тем, как я ем, буквально провожал взглядом каждую крошку и чему-то радовался.
  -- Скажите, Джеф, вы практикуете групповую терапию?
  -- Нет, никогда. Только персональные консультации. А почему вы спрашиваете?
  -- Я видела, что к вам заходят двое и даже трое пациентов сразу.
  -- Нет, пациент всегда только один.
  -- А кто же остальные?
  -- Ну, скажем, мои ученики. Интересно, на кого из них вы обратили внимание?
  -- На женщину, интересную, в змеином платье, она мне еще улыбнулась. Потом - на молодого человека с римским профилем и еще ...
  -- Вы разговаривали с кем-нибудь из них?
  -- Нет, не припомню...
  
  Он посмотрел на меня долгим задумчивым взглядом и сказал:
  -- Обещайте мне не вступать с ними в контакт, особенно в мое отсутствие. По крайней мере, пока.
  
  Когда Хьюз ушел, я набрала его фамилию и инициалы в сетевом медицинском поисковике. И из глубин интернета хлынула информация...
  Мой галантный кавалер оказался автором десятков статей по лечебному гипнозу при депрессии, приступах паники, борьбе с вредными привычками, в том числе и беспорядочным питанием. Или вот... "Влияние компьютерных игр на повышение самооценки у тинэйджеров". В нескольких статьях его фамилия стояла первой, значит, он был руководителем научных исследований.
  Судя по названиям, статьи интереснейшие, надо будет его дополнительно расспросить. Несмотря на свое нахальство и ни в какие ворота не лезущую самоуверенность, тип он весьма интересный. Хм... а это что за работа? "Your real and virtual personality". Полностью статья не загружалась, но краткое описание информировало, что сначала реал оказывает влияние на виртуал, а потом, наоборот.
  Ну, хватит на сегодня Интернета, надо все же дописать карточки. Через сеть я нашла музыкальную станцию и принялась за работу. Бумажная бюрократия, никуда от нее не денешься, но и пишется на автомате... Забавно, как изменился за те годы, что я живу в Америке, русский язык... ухо ловит новые словечки в оживленной болтовне ведущего: "Это наша музыка! От нее колбасит нипадеццки!" Н-да...
  
  Сердце твое двулико
  Сверху оно набито
  Мягкой травой,
  А снизу каменное, каменное дно...
  
  Почему-то вспомнила про Казадора. Интересно бы поговорить с ним прямо сейчас. Но если я войду в сеть, даже ради него, значит муж прав - я в полной зависимости от Интернета и у меня совсем нет силы воли. Специально ведь пришла навести порядок: не люблю, когда висит неоконченная работа.
  
  Но где она живет
  Вечная любовь
  Уж я то к ней всегда готов
  Вечная любовь чистая мечта
  Нетронутая тишина
  
  Какая странная песня... Ну уж нет. Не надо мне никакой любви, а вечной - тем более. С этим покончено навсегда. Сходить, что ли, на концерт этой группы, когда они приедут в Нью-Йорк?..
  
  Когда я шла к выходу через пустынный холл, возле кабинета доктора Хьюза удобно расположился в кресле благообразный белобородый старичок, с любопытством посматривавший на меня из-под полей шляпы. Дверь в кабинет Линн была открыта: администраторша сидела за столом, глядя в пространство большими печальными глазами. Постаравшись забыть о размолвке, я вежливо попрощалась с ней.
  -- Ква! - ответила Линн и взмахнула ресницами.
  Я выбежала из центра...
  
   ***
  это не я, это не я,
  это не ты, это не ты.
  это игра света и темноты,
  это мое второе я
  ищет твое второе ты".
  
   И опять поздний вечер, посуда вымыта, мягко светит настольная лампа, на коленях ноутбук, кот Феншуй мерцает зелеными огоньками глаз.
  А у Казадора сейчас раннее утро. Обычно он выходит онлайн в это время, но сегодня нет его. Интересно, он женат? Я даже не спросила, а ведь это вполне вероятно... наверняка кто-то есть, и он сейчас с ней, потому и не в сети. Что за глупости лезут в голову - ведь он живет в другом полушарии! Какое мне дело до него или до его женщин?
   Ну надо же: только подумала - он и появился, просит авторизации в аське...
   Что бы о нем ни говорили, а всегда в момент его подключения к сети на другом краю света я ощущала радость, тепло и удивительную энергетику, исходящую от его строк. Перечитывая наши диалоги - отрывочные фразы без заглавных букв и знаков препинания, - я в любой момент снова могу вернуться в это счастливое состояние.
  
  - ты здесь?
  - ага. значит, ты живешь в Нью-Йорке...
  - ну да, а ты? на Украине?
  - в Киеве.
  - так мы с тобой земляки. я в Киеве родилась.
  - давно в Америке?
  - лет десять.
  - как ты туда попала?
  - появилась возможность уехать с семьей, ну и...
  - не скучаешь?
  - мне не по ком скучать: все родные и друзья либо умерли, либо разъехались по свету.
  - а город вспоминаешь иногда?
  - бывает. снится часто, но город, из которого я уехала, теперь совсем другой. его больше нет, как и страны, откуда я родом.
  - ты счастлива там, где живешь?
  - наверное, да. Америка - очень моя страна. я много лет училась - язык, биохимию, диетологию... скучать некогда было.
  - значит, Украина для тебя больше ничего не значит?
  - не обижайся, ладно? Украина - ненька, моя страна навсегда. родина - это то, из чего ты слеплен. и только по тому, как ты используешь вложенное в тебя Родиной, узнаешь ей истинную цену. понимаешь?
  - думаю, да. наверное, и наш мир можно полностью оценить, только побывав в других мирах. а хочешь, я пришлю тебе новых украинских песен? ты же рок любишь, правда?
  - хочу, конечно. пришли все, что тебе нравится.
  - слушай, а это правда, что американская еда невкусная, резиновая, без цвета и запаха?
  - с чего ты взял?
  - так говорят.
  - неправда, конечно. так говорят те, кто покупает самые дешевые продукты по бедности или из экономии. или получает бесплатную еду от благотворительных организаций. да американской еды как таковой и не существует. здесь все страны представляют лучшие свои кулинарные достижения. можно к обеду и лаваша турецкого купить, и брынзы греческой, и оливок итальянских, и помидоров израильских, а к кофе подать конфет московской кондитерской фабрики. но мне вкуснее всего продукты с Украины. то, что в детстве любил есть, вкуснее всего кажется...
  - эко ты интересно рассказываешь! перечитал сегодня твой рассказ про сжигание писем.
  - о, даже перечитал!
  - ну да. не жалей о них. что прошло, то прошло. пока старые письма не сожжешь - новые не придут.
  - да не нужно мне новых писем!
  - а чего тебе нужно?
  - спокойствия, душевного равновесия и эмоциональной независимости.
  - а любви?
  - любовь вытесняет собой многое, что имеет смысл. и приходится выбирать: любовь или присутствие смысла в жизни. главное не забывать, что нельзя иметь все сразу.
   - любовь или смысл?
  - любовь заканчивается, а смысл - никогда. из любви часто произрастают разочарование, равнодушие и боль, а смысл не подводит. есть жизнь и после любви. и есть жизнь кроме любви. когда любовь застилает глаза - а это именно то, что она делает - ты упускаешь много возможностей.
  - возможностей для чего?
  - для самореализации.
   - ты ошибаешься. любовь- это и есть ступенька к самореализации, самая высокая, крутая и самая сладкая. Даже не ступенька, а трамплин для прыжка. почему-то с тобой мне хочется говорить о любви...
  - но мне это неинтересно. я не говорю и не думаю о любви, не читаю книг о любви, и фильмов о любви никогда не смотрю - мне это скучно. Письма сожгла, и вдруг захотелось об этом написать, как прорвало. но это пройдет.
  - что же ты читаешь?
  - фантастику, статьи по медицине и биохимии... еще кулинарные книги и журналы.
  - тебе это интересно?
  - о да, я читаю кулинарные книги как детективы.
  - и это все?
  - нет, забыла, больше всего люблю читать учебники - вот где логика, последовательность, ясность и красота! зачем мне знать о чужой любви? в этом нет смысла, пустая трата времени.
  - ты говоришь как человек, которому не везло в любви.
  - это не так. самое плохое в том, что как раз везло.
  - но у тебя это плохо кончилось.
  - а разве это может хорошо кончиться?
  - почему бы и нет?
  - есть два варианта: все заканчивается резко, ты остаешься с разбитым сердцем, и тогда тебе требуется много времени на восстановление. или же все умирает само по себе, становится скучно и пусто. поэтому любовь лучше убивать в зародыше.
  - разве любовь можно убить? Ты знаешь способ?
  - конечно. от нее нужно отключить блок питания, тогда она умрет сама и даст тебе свободу. когда я освободилась от любви, у меня появилась возможность интеллектуального роста, я смогла спокойно учиться - и теперь у меня прекрасная профессия. я начала уделять много внимания сыну, и теперь мы с ним большие друзья. мне хорошо и спокойно много лет. мне интересно жить. а любовь, увы, была препятствием - она отнимала слишком много времени и энергии, мыслей и страстей. любовь- это вечное ощущение непостоянства и страх перед тем, что будет потом.
  - зачем же думать "что потом"? можно просто наслаждаться моментом. а потом сказать "было хорошо, и хорошо что было", стать мудрее и вспоминать все с радостью и удовольствием.
  - не хочу. я больше не хочу любить, влюбляться, терять голову... и не буду. никогда. я хочу повелевать своими страстями, а не подчиняться им, понимаешь?
  - ой, не говори так!
  - почему?
   - а старикашка один есть, вредный такой. повелителем страстей себя называет. если он услышит такое, еще чего доброго решит продемонстрировать, что настоящих страстей ты еще и не нюхала.
   - шутишь, да?
   - нет, в общем-то. ну ладно, расскажи что дальше было-то, с грустной женщиной?
   - сейчас выложу в блоге. а ты сам... не женат?
  - пока нет.
  - но и не одинок, да?
  - да, мы с ней уже почти три года вместе.
  - значит, можно считать, у тебя есть невеста?
  - ну, все к тому идет. так я жду продолжения рассказа.
  - продолжение следует...
  
  И ведь знала же, что нельзя зарекаться! Повелитель страстей как будто ждал момента, чтобы немедленно наказать меня за категоричность и самоуверенность. Право же, никогда и ничего больше не буду утверждать. Ну вот, опять зарекаюсь...
   Кто знал, что любовь может принимать столь причудливые формы и начинаться с простых комментариев в сетевом блоге! Прав был Казадор - любовь не мешает и не тормозит, она, наоборот, является трамплином для прыжка. Как бы я на него ни сердилась, без Казадора никогда не произошли бы события, изменившие навсегда меня и мой мир. Оба моих мира, если быть точной.
  
   Продолжение рассказа о грустной женщине
  
  В трудных ситуациях все, и мужики и бабы, проверяются на "шкурность". В первые годы эмиграции стало понятно, что ее муж - самый верный, самый умный, самый лучший и надежный. Он заслуживал ответной любви как никто другой. И однажды ночью, после обычного скучного секса, она стала просить молиться: " Господи! Сделай так, чтобы я любила своего мужа! Ты так щедро одарил меня! Неужели тебе трудно дать мне такую малость? Я не хочу ему изменять! В твоих книгах сказано, чтобы определить исправился ли человек, нужно чтобы он попал в такую же ситуацию, но устоял при такой же силе соблазна. Господи, я очень хочу исправиться. Хотя бы сделай так, чтобы я не влюблялась больше ни в кого - тогда я выдержу. "
  А муж проснулся, приподнялся на локте и сказал:
  - Просыпаюсь, а жена лежит рядом и плачет. Ну куда это годится? Что-то случилось?
   - Не обращай внимания. Просто плохой сон. Страшный. Сейчас все будет хорошо".
  
  Все. Не буду больше об этом писать. Читателям может показаться, что я жалуюсь, а мне не на что жаловаться - у меня все прекрасно!
  
  Казадор:
  - ты поклялась больше не изменять мужу никогда?
  - да.
  - и ты сдержала слово?
  - да.
  - а были соблазны?
  - один раз был.
  - расскажи, а?
  - понравился мужчина один, лет пять назад. Я ему тоже очень нравилась. Но я устояла.
  - как же ты выдержала?
   - зажала себя в тиски. Вечером легла спать и поклялась себе, что больше его никогда не увижу, трубку не подниму, и больше о нем никогда не вспомню. И уснула. И тут же снится, что я с ним, объектом моей страсти... Проснулась и расплакалась, но слово свое сдержала.
  - а потом что было?
  - больше я его не видела. через несколько месяцев отпустило, а сейчас даже смешно вспоминать об этом. Я задавила в зародыше возникшее чувство, я смогла это сделать, значит, я стала сильнее.
  - и сейчас все в порядке?
  - конечно.
  - и секс?
  - а что секс?
  - сама знаешь что.
  - секс присутствует, но ...
  - что? можешь не стесняться меня.
  - видишь ли, секс для меня - это вершина торжества любви. А все остальное и правда можно назвать " удовлетворением потребности". Я не стесняюсь тебя, как видишь. Любви нет, а остальное - не важно.
  - глупости! в тебе есть все, что нужно, только надо поднять это на поверхность.
  - не могу... не получается.
  - вот сейчас ты можешь себя слушать?
  - да.
  - чувствовать ток в своем теле?
  - могу. Прямо целый поток. Ты меня что, гипнотизируешь?
  - не гипнотизирую, наоборот, бужу. Просто купайся в этих потоках как под струями дождя, окунись в них.
  - сейчас чувствовать? или ночью?
  - зачем тебе ночь? ночью спать надо.
  - я попробую. ... пиши еще что-нибудь.
  - есть ты, и есть дождь, ты под дождем, сначала промокшая, в чем?
  - ни в чем.
  - этот дождь неуловим, чем больше хочешь поймать, тем хуже получается.
  - ага.
  - потом просто отдаешься дождю, не думая, его потоки омывают тебя, а изнутри нарастает волна.
  - я поняла, но вот этот момент "отдаешься" - ускользает от меня.
  - когда будет дождь - просто выйди без одежды на улицу и отдайся дождю.
  - для этого надо оказаться в безлюдном месте.
  - можно быть голой и в одежде.
  - ну, когда же это будет...
  - а ты не выдвигай ему претензий - он придет когда сможет и насколько сможет, а ты его ждешь и ты готова ему отдаться, почувствовать себя его любовницей.
  - хорошо, я попробую.
  - дождь, ветер, солнце... ты можешь дразнить их, играть, капризничать и флиртовать, а потом в один момент, отдаться им без уговоров.
  - как хорошо ты говоришь, так занятно.
  - поглощать их, впускать в себя, чувствовать их проникновение - и удовольствие само придет.
  - я могу чувствовать удовольствие каждой клеткой... я же умею... умела...
  - именно! ты и есть - удовольствие, ты - сама!
  ............................................................................................
  - подожди, дай отдышаться... спасибо, ты так проникся моими проблемами. Это так неожиданно.
  - мне очень важно, чтобы у тебя все получилось. Я не хочу советовать или сочувствовать, я хочу что-нибудь для тебя сделать. И если мое участие в твоей жизни допустимо, я буду очень рад.
  
  Я еще долго не могла отойти от этого разговора, думала о нем, улыбаясь своим мыслям, а потом вдруг нашла в своих файлах недавние фотографии, выбрала самую лучшую, где я загорелая, с растрепанными кудрями, верхняя пуговица блузки расстегнута - хороша! И загрузила ее в блог. Пусть хотя бы знает, с кем разговаривает. И другие блогеры пусть полюбуются заодно, хи-хи...
  
   ***
  Я почти всегда отказываюсь от совместных обедов или ужинов-посиделок с коллегами, потому что мне скучны их разговоры: чаще всего обсуждают посещение модных курортов и путешествий, а рассказывать интересно об этом не умеют. Когда тема обсуждения доходит до подробных описаний купленных недавно предметов быта или одежды, я вспоминаю афоризм " мелкие умы обсуждают людей, средние умы- события и великие умы- идеи". А какие умы обсуждают вещи? А есть еще одна великолепная тема для светской беседы - автомобильные страховки и игра на бирже. Я в таких случаях сразу отключаюсь и думаю о чем-то своем, периодически вежливо хмыкая в паузах.
  
  Еще одна причина, по которой я всегда пытаюсь улизнуть с этих небольших празднеств: я люблю есть то, что я сама себе наметила или приготовила, а не то, что навязывается другими. И еще: я люблю есть одна или с очень близкими людьми, в небольшой компании, и лучше всего на природе - в парке, на скамейке у фонтана, наблюдая за прохожими, или дома, на балконе. Обильные праздничные столы действуют на меня удручающе.
   Но в этот раз мне пришлось принять приглашение Хьюза по поводу пятилетия создания нашего медицинского центра. Директор поздравил нас и вручил денежные премии и ценные подарки. Коллеги развеселились, а доктор Хьюз вдруг пригласил всех к себе, и отказаться было неудобно: меня и так считают гордячкой, да и любопытно было взглянуть как он живет.
  
  А жил он, как оказалось, в одном из самых престижных и богатых районов города, у океана. В сгущающихся сумерках я смогла разглядеть аккуратно подстриженные декоративные растения, затейливые фонари, выложенную красными кирпичиками дорожку - все очень аккуратно и даже как-то слишком вылизано.
  
  Огромная гостиная сверкала чистотой: в любом месте можно было сесть на пол и есть - паркет блестел как зеркало. Серебристые шторы, хрустальная люстра, дорогая светлая мебель... коллеги изумленно оглядывались по сторонам.
  -- О, доктор, - восхищенно прошептала медсестра Лорен. - Как у вас красиво! И какой тонкий вкус!
  -- А кто поддерживает такую чистоту?- поинтересовалась Линн. - Может дадите адресок агентства домработниц? У меня хорошая домработница, но такой чистоты ей никогда не добиться.
  -- А с чего вы взяли что у меня есть домработница?
  -- Ну неужели вы, мужчина, причем такой занятой, сами тут все моете и пылесосите?
  -- Нет, тут вы не ошиблись - помощники у меня имеются.
   -- Все понятно, - хихикнула Лорен. Какая-нибудь безумно влюбленная в вас женщина, отличающаяся редкой любовью к порядку, все тут убирает.
   -- Не угадали. Мои... ученики помогают вести хозяйство, чтобы высвободить время для более важных дел -- исследований в области психиатрии. Но довольно об этом. Сейчас я закажу хороший ужин из ресторана. Какую кухню вы предпочитаете? Японскую, итальянскую, корейскую, еврейскую, турецкую, а может быть русскую? Я позвоню в ресторан "Жар-птица" и все принесут через полчаса. Впрочем, с нами диетолог сегодня, может она что посоветует?
  Все посмотрели на меня.
  -- Мне все равно, - сказала я, с тоской подумывая о том, что дома меня ждал бы интереснейший вечер онлайн. - Но если из "Жар-птицы", то мне закажите пирожков с маком, пожалуйста.
  -- А что это самое лучшее из русской кухни?- удивился Хьюз. - Странный выбор... а как же котлеты по-киевски, блины с икрой или картошка с грибами? Впрочем, как вам будет угодно.
  Действительно, что это я? Сказала невпопад, не думая. Если бы я знала тогда чем был продиктован мой странный выбор!
  
   Хьюз оказался на редкость радушным хозяином: успевал уделить внимание каждому гостю: доктора Меррика увлек коллекцией игрушечных автомобилей, доктору Терцу подсунул под нос шахматный альманах, а дам развлекал веселыми историями. Как я и предполагала, за столом разговор почти сразу переключился на путешествия, автомобильные страховки, игру на бирже и покупку домов в южных штатах. Почему всегда и везде говорят об одном и том же? Если мне когда-нибудь понадобится информация о покупке недвижимости или автомобильной страховке, я пожертвую этому определенное время дня, посещу специального агента и изложу ему свои требования и сомнения, связанные с этим делом, но когда люди начинают говорить об этом за столом, меня мгновенно охватывает невыносимая скука.
   Несмотря на то, что Хьюз, казалось, был искренне увлечен всем обсуждаемым, тем не менее, улучив момент, он прошептал мне на ухо:
  -- Я знаю, моя фея, что вам скучно и не терпится уйти домой, но прошу вас, потерпите немного, возможно, мне удастся развлечь и вас.
   Он подхватил меня под руку и повел прочь из гостиной. Мы прошли через длинный коридор, украшенный картинами, светильниками и вьющимися растениями, поднялись на второй этаж, где он открыл одну из дверей и мы оказались в уютной комнате с большим аквариумом во всю стену, низкими креслами и маленькими столиками с разложенными на них журналами. В стене вспыхнул экран, а на нем появился длинный список музыкальных композиций.
  -- Уверен, что вы найдете здесь много занятных мелодий, которых никогда в прежде не слышали. Акустика тут прекрасная. Побудьте здесь, пока я буду развлекать остальных. А после я вернусь к вам и, наконец, начнется самое интересное. Держите пульт управления, а я, извините, к гостям...
   Он исчез.
  Музыкальная коллекция и впрямь была впечатляющей, но вместо того, чтобы слушать, я стала смотреть по сторонам, и надо же мне было заметить на столике столе другой пульт - белый, с разноцветными кнопочками и непонятными знаками. Я повертела его в руках, нажала на одну из кнопочек, и вдруг в потолке вспыхнул другой экран, а тот, что в стене - погас. На экране возникла странная надпись- "Demon of Lust. Demonet, level #1, demo-version", и музыка зазвучала томная и обволакивающая. А у него и впрямь тут мощная акустика -- кажется, что музыка звучит не снаружи, а изнутри. Но как же это выключить, а то Хьюз еще, чего доброго, рассердится на меня.
  Я выглянула в холл и вдруг увидела женскую фигуру. Она вошла в одну из комнат, обернулась и поманила меня пальчиком. И я зачем-то направилась туда. Осторожно приоткрыла дверь комнаты и обомлела. Это была спальня. Огромное круглое ложе в центре комнаты, накрытое темно-синим меховым покрывалом, прекрасно гармонирующим с пушистым узорчатым ковром. Зеркальные стены и потолок. Между зеркалами помещались замысловатые светильники, на полу стояли какие-то штуковины, из которых уходил вверх тонкой извивающийся струйкой ароматный дымок. Наверно из-за этого освещения, я, вернее мое отражение в зеркалах, было совсем юным - мне можно было дать не больше шестнадцати. И что еще было удивительным: ни кровать, ни кресло, ни ковер, ни другие предметы в комнате в зеркалах не отражались -- только я в синеватой дымке. Музыка зазвучала громче. Мне так понравилось мое юное отражение, что я стала разглядывать себя и вертеться перед зеркалами, пока не увидела, что в них отражается еще кто-то. Я обернулась.
  Возле кровати стояла женщина - я сразу узнала ее -- я видела ее в центре, с Викой, в змеиной одежде. Сейчас на ней было короткое черное платье для коктейля на тонких шлейках, искусно подчеркивающее ее формы. Она вытирала тряпкой пыль со светильников. Ничего себе уборщица! Музыка зазвучала еще громче. Похоже, и в спальне имелись колонки и усилитель звука, - последнее, что я подумала трезво -- в тот же момент меня охватило страннейшее состояние: я не могла оторвать глаз от этой дамы, которая грациозно вытирала пыль. Мне всегда нравилось смотреть на красивых людей, во-первых, из эстетических соображений, во-вторых, у них можно что-нибудь перенять - элемент прически, например, или стиль одежды. Я хотела извиниться и закрыть дверь, но она вдруг улыбнулась мне так обворожительно, что я не смогла уйти.
  - Извините, - сказала я...- и тут увидела компьютер на столике в нише и нашлась. - Я хотела проверить свою электронную почту, можно?
  -- Конечно, - она кивнула.
  -- А компьютер включен?
  -- Всегда включен.
  
  Интересно, почему Хьюз такую даму прячет? Мог бы ее к столу пригласить.
  
  Я проверила свою почту, и очень огорчилась, не увидев ни одного сообщения от Казадора. Уже несколько дней он не появлялся в чате и не писал в свой блог. Он был единственным виртуальным знакомым, с которым я вот так запросто делилась личными проблемами и охотно рассказывала о себе. К тому же, мне так важна была его реакция на мою фотографию. За последние дни я получила много комментариев со словами восхищения, как от постоянных читателей, так и случайно зашедших на огонек. Некоторые даже выразили желание познакомиться со мной в реале, а он, тот, чьего ответа я так ждала, - молчал.
  
  Я вошла в чат.
  Для меня общение с человеком никогда не прерывается, даже во сне - поэтому я иногда забываю наяву поздороваться, и на меня многие обижаются из-за этого. А в сети можно обходиться без этого.
  
  - ты здесь? у тебя же ночь.
  - уже раннее утро.
  - а я в гостях, скучаю. А ты что сейчас делаешь? Подожди, я догадаюсь сама. Кофе варишь, завтракать собрался?
  - да. С плиты джезву снимаю как раз - пеночка подошла, а как ты догадалась?
  
  Как я догадалась? Я была готова поклясться, что по спальне Хьюза распространился кофейный аромат, хотя может это из здешней кухни?
  
  - у тебя комп на кухне?
  - да, ноутбук. Подожди, я сейчас вернусь.
  
  Странно, этот человек так далеко от меня, нас разделяют восемь тысяч километров, а у меня такое чувство, что он совсем рядом - будто невидимая ниточка тянется между нами, поэтому меня даже не удивил кофейный аромат. И тут я почувствовала, что сзади кто-то стоит. Я оглянулась, дамы не было, а за спинкой кресла стоял растрепанный, бледный тип с зеленоватым оттенком кожи, волосы его тоже отливали зеленым, и одежда была такого же цвета. Лицо его показалось мне знакомым. В руках у него было хозяйственное ведерко с мыльной пеной и мочалка. Еще один уборщик, видимо, но почему он столь прозрачен?
   -- Твой виртуальный собеседник, - заявил зеленоватый тип без вступления, - отвлекся, чтобы подать своей даме в постель кофе и кусок яблочного пирога с изюмом и корицей, который испек собственноручно вчера вечером.
  
   В воздухе явно запахло корицей.
  
  -- Откуда вы знаете?
  -- Не веришь? Спроси сама у него. Кусок пирога на обычном белом блюдце, кофейная чашка -- тоже белая, но с золотым ободком, а поднос - деревянный, резной, с двумя витыми ручками.
  
  Я почему- то сразу поверила зеленоватому типу и ощутила укол ревности.
  
  - ты здесь?- спросила я Казадора.
  - здесь.
  - ты не один? Я тебе мешаю?
  - я не один.
  - с женщиной?
  - да, она в спальне.
  - она ночевала у тебя?
  - да, и я подал ей завтрак в постель.
  - яблочный пирог и кофе?
  - Арабелла, - он назвал меня именем, которое я указала в своем блоге, - побудь еще немного в этой комнате, где ты сейчас.
  - зачем?
  - я потом объясню. Если придется уйти, то компьютер не выключай, ладно?
  
   Этой странной просьбой Казадор оборвал разговор и отключился. Наверное, женщина его позвала и он ушел. Они позавтракают и займутся любовью с утра, не иначе, а ты сиди здесь...
  Я огляделась по сторонам. Бледно зеленый тип и шикарная дама продолжали вытирать пыль со светильников и зеркал, о чем-то оживленно беседуя. Показалось, что говорили они обо мне: поглядывали то на меня, то на мое отражение в зеркалах, где я выглядела шестнадцатилетней, и восхищенно причмокивали языками, отчего я чувствовала себя неуютно. Вид и манеры Зеленого меня раздражали, а дама как раз наоборот, казалась интересной и располагающей.
  Я смотрела в монитор, в надежде, что Казадор вернется, но его не было, и поэтому досада нарастала: я так ждала момента, чтобы поговорить с ним, а он всю ночь с женщиной развлекался и даже не видел мою фотографии! Ну, конечно, каким образом я, виртуальная собеседница, находясь за восемь тысяч километров, могу конкурировать с реальной женщиной, с которой можно реально переспать. Раз так - не буду с ним больше разговаривать!
   Зеленый тип вдруг радостно захлопал в ладоши. Я воззрилась на него в изумлении, а он сказал, неизвестно к кому обращаясь:
  -- Прекрасный десерт! Прекрасный! Неожиданно повезло!- и повернулся к даме: - А тебе, Похх, перепадет что-нибудь?
   -- Я свое сама возьму, - произнесла дама, загадочно улыбаясь.- А надо бы и других позвать. Уж больно лакомые негамоции. А судя по ее отражениям, можно получить еще больше - на всех хватит. Амапольские зеркоралы не врут.
  Меня не слишком занимала их беседа - я думала о Казадоре, пытаясь убедить себя, что ничего страшного не произошло. Разве он обещал мне что-нибудь? Поговорил человек со мной как-то по душам и на том спасибо. Отчего же меня просто бесит факт, что он провел ночь с женщиной?
  
  Прямо передо мной, на столе, возник другой странный тип, небольшого роста, толстоватый, с рыжими всклокоченными волосами и красноватым лицом. Он тоже показался мне удивительно знакомым.
  
  -- Это свинство с его стороны, - проговорил красноватый быстро и отрывисто, еще больше побагровев. - Ты рассказала ему о себе, доверила свои тайны и переживания, а он за несколько дней даже не нашел для тебя минутку. Мерзавец! Бесчувственный эгоист! Есть все основания для негодования!- и с этими словами спрыгнул со стола.
  
  Я почувствовала чью-то руку на своем плече, резко повернулась на вертящемся кресле и увидела, что сзади меня возник еще один тип: высокий, стройный, весьма элегантно одетый, с гордой осанкой, черными волосами и римским профилем. А этого я точно встречала много раз, но где?
  
  -- Тсс...- сказал он, зажав рукой рот Красному, - она не станет огорчаться из-за него. Кто он такой, в конце концов? Какой-то мелкий казадоришка! И кто она?! Взгляните на нее! Она - не просто красавица, а еще и умница! Любой мужчина дорого бы отдал, чтобы заслужить ее благоволение, но она слишком горда, чтобы снизойти хоть до одного из них, а тем более до этого казадора! Он недостоин ее - это же так очевидно!
  
  О, вспомнила, где я его видела: это же он сопровождал худышку Эллу З. на прием к Хьюзу!
  
  -- Э- э-э-э... погодите...- вдруг заявила дама. --Угостились и хватит. Хотите все себе забрать? Успеете еще поиграть с ней. А сегодня - она моя. Она сама поставила мою музыку, значит, мне и сливки снимать.
  -- О, - догадалась я, - Эта дама - композитор. Она хочет поиграть со мной, какая милая!
   И тут дама поманила меня, и я пошла за ней как сомнамбула. Она села на край огромной круглой кровати, чуть приспустила тонкую шлейку платья и оголила плечо, при этом неотрывно глядя на меня и улыбаясь. И я вдруг, неожиданно для себя, сделала то же самое - расстегнула пуговицы блузки, приспустила рукав и обнажила плечо. Дама улыбнулась мне еще обворожительней, вынула заколку из волос и они рассыпались по плечам тяжелой волной. У меня не было заколки, но я сделала зачем-то точно такой же жест, и помотала головой, чтобы волосы растрепались.
  Дама, тем временем, подняла подол своего и без того короткого платья, обнажив ноги. Я опустилась в низкое кресло, и, уже сидя, сделала тоже самое,- подняла юбку и улыбнулась ей.
  
  Я видела краем глаза, что красноватый тип побледнел до такой степени, что стал почти прозрачным, а тот, с гордым профилем, совсем сник и отошел на задний план, зеленоватый же - совсем пропал. Но их превращения и исчезновения меня не занимали. Даже то, что ни один из присутствующих не отражался в зеркалах -- не волновало, так захватила меня занимала игра с дамой.
  А дама медленно сняла другую шлейку с плеча и приспустила платье ниже. На ней не было лифчика и я увидела ее грудь. И я опять повторила ее движения: расстегнула блузку совсем, распахнула ее, отодвинула вниз свой белый кружевной лифчик, обнажив грудь полностью. И мне сразу стало легко и весело, будто лифчик до этого затруднял мое дыхание. Тогда дама откинулась на кровать, облокотившись на локти, и, поглядывая на меня заговорщицки, подняла подол платья и медленно спустила вниз черные кружевные трусики, оголив бедра и темный треугольник между ног. Я, в точности копируя ее движения, откинулась на спинку кресла, так же медленно подняла юбку до пупа и спустила с бедер свои белые трусики. При этом, я глядела на нее, не отрываясь, в ожидании одобрения. И она не замедлила одобрительно кивнуть. Музыка, казалось, усиливалась после каждого нашего с ней действия. Дама швырнула свои трусики в сторону. Я и это сделала - мои белые трусики птицею полетели и опустились на пол возле ее черных. Освободившись от трусиков, дама чуть раздвинула ноги и выгнула спину, но я не могла этого сделать, потому что мне мешала спинка кресла. Тогда дама, оценив мои трудности, плавным жестом указала на узорчатый ковер у ее ног. И я сразу обрадовалась эдакому прекрасному решению проблемы, вскочила с кресла, и, придерживая подол юбки, легла на ковер, на спину, лицом к ней.
  Мне невероятно нравилось так лежать, выгнув спину. Веселые токи пронизывали мое тело, я казалась себе невесомой.
  
  -- Замечательно! - услышала я голос из глубины комнаты. - Эта кукла - настоящая услада! Но не увлекайся, Похх! Поиграла и отпусти. Она сложнее, чем кажется. И к тому же - магистр наук.
  
  Включился свет небольшого торшера, и из отступившей темноты возник силуэт белобородого старичка. Старичок устроился в кресле поудобнее, а Красный и Белый немедленно подошли к нему и, как по команде, сели на маленький пуфик у кресла.
  
  Затем я услышала голос Похх, звенящий и бархатный одновременно:
  -- Она сама включила мою музыку, без подсказки, и я теперь не упущу возможности.
  -- Погоди, - ответил старичок, - я не вполне уверен...
  -- Во мне не уверен? Наглец!- сказала женщина.
  -- Нет, не в тебе, а в том, почему это получилось таким образом... Здесь что-то не так. Я чую подвох. Что-то нечисто.
   -- Там где ты - всегда нечисто!- возразила Похх, недовольно покачала головой и встала с кровати. Платье закрыло ее бедра и ноги, и я тоже сразу же вскочила с пушистого ковра, одернув юбку. Мне стало обидно, что она больше не обращает на меня внимания, а разговаривает со старичком, и я посмотрела на нее глазами полными слез.
   -- Смотри, Ахх, - сказала Похх, - она сейчас заплачет, если я уйду. Дай мне еще немного времени.
  
   Я с надеждой посмотрела на даму - только бы она не уходила! Какое у нее странное имя - Похх, хотя может это фамилия?
   Ахх отрицательно покачал головой.
   -- Ага! - вскричала дама. - Как самую черную и грязную работу выполнять, так ты меня зовешь! А как лакомые негамоции получать - так пошла вон!
   Ахх поморщился:
  -- Ну ладно, только недолго. У меня много дел для тебя этой ночью.
  -- Я тебе сейчас докажу, что могу все! - заявила дама и повелительным жестом указала мне на пол. Ах, как я обрадовалась! Не знаю, чтобы я делала, если бы она ушла, чудесная, обворожительная Похх!
  
  Я легла на ковер, повинуясь ей с готовностью. Похх задрала платье до талии и стала на четвереньки на кровать, выставив совершенной формы ягодицы, и я мгновенно повторила ее движения и приняла ту же позу на полу. Я готова была так стоять с голой задницей сколько угодно и делать все, что угодно, только бы она не уходила, так сладко было мне в ее присутствии!
  
  Похх медленно поползла по кровати, на четвереньках, по направлению к Ахху, то раскачивая бедра, то прижимая живот к покрывалу, то выгибая спину как кошка. Я, не отрывая от нее глаз, в точности повторяла ее движения - это было похоже на медленный диковинный, восхитительно сладострастный танец на полу - я прижималась грудью к ковру, затем становилась на колени, откидывалась назад, подставляя его обзору свой голый живот и ноги, я стояла то на коленях, то на четвереньках, то змеей извивалась по полу, перекатываясь с боку на бок, играя юбкой, время от времени закрывая себе лицо ее подолом. Я медленно приближалась в своем лежачем танце к креслу Ахха, а тот довольно кивал, ухмылялся и манил меня пальцем. Меня охватил буйный экстаз. Я хотела только одного, чтобы Похх похвалила меня, чтобы улыбнулась мне. Мне больше не нужно было следить за ее движениями: я видела ее внутренним зрением или скорее чувствовала ее присутствие - она будто вела меня изнутри. Темп музыки нарастал, и я извивалась и изгибалась все быстрее, моя лежачая пляска превращалась в какой-то бешеный неистовый раж.
  А Похх стала медленно таять, но несмотря на то, что она находилась на расстоянии нескольких метров от меня, я чувствовала на себе тяжесть ее роскошного тела и ее дыхание на своих губах, ее грудь прикасалась к моей, ее живот крепко прижимался к моему, ее лобок упирался в мой, наши ноги переплелись, и мы стали бешено перекатываться по полу, и вдруг она исчезла... растворилась во мне, ее больше не было, а вернее - меня больше не было, я стала ею, ощутив необычайную легкость в этот момент, почти невесомость... А музыка вдруг зазвучала так громко, что мне захотелось зажать уши.
  
  -- Что ты тут расселся?- обратилась я к Ахху. - А где остальные? Давай позовем всех и развлечемся всласть. А лучше пойдем в гостиную, где сидят эти скучнейшие личности, и устроим небольшое шоу. Я же говорила, что могу все!
   Я открывала рот и произносила слова, но не своим голосом, а сладким голосом Похх.
  
  И вдруг белый луч осветил комнату и сфокусировался на мне. Все завертелось... луч растекся по всей комнате, слепя глаза. Музыка замедлилась, превратилась в скрежет и треск, потом резко умолкла, Похх отделилась от меня и взлетела в воздух со страшным проклятьем, все присутствующие, кроме старичка, вдруг скорчились, слились в одну сплошную черно-красно-зеленую массу и закружились как в вихре, медленно тая. Я закрыла лицо руками и зажмурилась, а когда открыла глаза, то обнаружила себя сидящей в кресле, в той же спальне, полностью одетой и застегнутой на все пуговицы. Не было Ахха, не было Похх, только золотые рыбки таращились на меня из аквариума своими глупыми выпуклыми глазами.
  
   ***
  
   На следующий день по приходе на работу, я обнаружила в своем почтовом боксе записку от директора, в которой он просил зайти к нему для серьезного разговора. Медсестра Лорен успела шепнуть на ухо, что Линн пожаловалась, что я отказала кому-то в приеме. Вот сука! Я швырнула сумку в сторону, уселась в кресло и стала злиться. Ну, директор, ладно, я с ним разберусь, он нормальный мужик, но Линн...
   -- Ага, она и вправду сука, - сказал чей-то голос.
   Вчерашний мой "красный" знакомец сидел на рабочем столе и болтал ногами.
  
  -- Ой, вы кто?
  -- Старый твой приятель, не узнаешь?
  -- О, я видела тебя вчера, в спальне у доктора Хьюза, но ты был как-то краснее ...я думала, что это был сон. А куда вы все вчера подевались?
  -- Сон? Ты думала, что мы тебе реально снимся?
  -- Ага, что я задремала под музыку и видела престранный сон.
  -- Сон так сон. Мы встречались с тобой неоднократно по разные стороны сознания, Полина. Ты косвенно способствовала моему продвижению, укреплению, повышению моего статуса ... ой, нет! Не включай компьютер!
   Я отдернула руку от кнопки включения.
  -- Почему?
  -- Не отвлекайся. Я пришел, чтобы сообщить тебе, что ты права! Линн - завистливая и наглая тварь! Вдобавок, она тщетно пытается завоевать расположение доктора Хьюза, а он с большим удовольствием проводит время в твоей компании. Но это не удивительно, разве можно ее сравнить с тобой? Ты - очаровательная женщина, а она - форменная жаба. Я тебе сейчас такое про нее расскажу...
  -- Э, нет, даже не вздумай. Я не стану слушать сплетни.
   -- Но она посмела пожаловаться на тебя! Эта дрянь - мастерица раздувать конфликты, а тебе придется оправдываться из-за нее перед директором. Вреднейшая тварь!
  
  "Красный" покраснел еще больше, и я почувствовала прилив негодования.
  
  -- Ты прав! Что она себе позволяет?! В сети я, видите ли, подолгу сижу в рабочее время! А сама она по магазинам ходит!
  -- Вот именно! У самой рыльце в пушку, внимание от себя отвлекает! И директор хорош: приблизил ее к себе специально, чтобы она ему про всех докладывала, и зарплату ей дал... ты хоть знаешь какая у нее зарплата? Побольше твоей, а ведь ты классный специалист, с дипломом, а она кто? Ничтожество полнейшее!
  -- Откуда ты знаешь, сколько она получает? Этого никто не знает.
  -- А я знаю, что он ей специально доплачивает, потому что сам не успевает смотреть за всеми, а она радостно сует свой нос во все, что не следует и ему докладывает. На Хьюза тоже недавно жаловалась.
  -- А он что натворил?
  -- Мы ему помогаем в лечении особых случаев, а она вообразила, что он левых клиентов принимает, а с Центром прибылью не делится.
  -- А зачем ты мне все это рассказываешь? Я улажу свои проблемы с директором и доктор Хьюз справится со своими, надеюсь.
  -- Конечно справится, но ты подумай какая сука! При ней же слова нельзя сказать лишнего! Она же ябеда каких свет не видел!
   После обмена этими репликами, у меня сложилось впечатление, что Красный пытался меня настроить против Линн. И чем наша администраторша его так достала?
   Раскаты грома, донесшиеся с улицы, были как раз под стать нашему с Красным настроению. В дверь заглянула медсестра Лорен и сообщила, что из-за непогоды многие пациенты не явились на прием и центр сейчас почти пуст. Когда Лорен вышла, я обнаружила, что Красный исчез.
  
  Раз пациенты не придут, можно использовать время для себя. Раньше я всегда в таких случаях работала над новыми статьями для популярных журналов и сайтов, но сейчас я, конечно же, вышла онлайн, чтобы проверить почту, почитать новые комментарии и заодно подкараулить Казадора.
  
  В чате его не было, не было так же новых сообщений и писем от него. Ой, кажется, я по нему скучаю.
  Я принялась читать, вернее, который раз перечитывать его блог, то и дело, поглядывая на его фотографию. Потом решила оставить ему приятный комментарий.
  
  "Меня завораживает твоя фотография: кажется, что ты улыбнешься мне сейчас, хитро подмигнешь или нахмуришься, нет, скорее улыбнешься. Это кто снимал? Женщина, наверно, да? У тебя волевой подбородок, высокий лоб, нос точеный и страшно умные глаза, с хитрецой. Ничего себе комплект! Уверена, что ты нравишься женщинам. И смотришь так, будто много чего знаешь про меня, а ведь ты и вправду про меня уже знаешь больше, чем кто- либо другой. Смотришь вроде ласково, но жесткость прячется за нежностью".
  
  Отправила комментарий. Ну, где же он, где?
  
  Раздался стук, и доктор Хьюз просунул голову в дверь: - Вы одна, Полиночка?
  Я неохотно оторвалась от компьютера: - Да, а что вы хотели?
  
  Он вошел и сел в кресло.
  -- Полина, сегодня вечером мало пациентов из-за непогоды, и можно будет раньше уйти с работы. Не составите ли вы мне компанию скоротать вечерок? Я знаю, что вам у меня понравилось, но вчера произошло нечто непредвиденное... нам есть о чем поговорить.
  -- Ничего не произошло, я задремала в кресле, под музыку.
  -- Полина, вы хотели себя в этом уверить, и вам это почти удалось. Вас напугали мои ученики? Вы с ними вчера беседовали, верно?
  -- Мне понравилось у вас, да. А ваши ученики... они что, у вас живут?
  -- Когда мы работаем вместе над каким-нибудь проектом. Я вам все объясню. Так поедем ко мне?
  
  Ха, беседовала! С раздеванием до трусов! Интересно, что они ему обо мне рассказали? Вчера, когда я вернулась к гостям, в гостиную Хьюза, веселье было в самом разгаре, моего отсутствия никто, казалось, не заметил. К этому моменту процент алкоголя в крови у одних присутствующих уже достиг концентрации, при которой люди начинают рассказывать похабные анекдоты, краснеть и хихикать. Мне было неловко - как обычно бывает трезвому среди пьяных. Я попросила Хьюза вызвать такси и уехала домой, несмотря на его возражения. А дома сразу же уснула как убитая.
  
  --... но дело не в них, - продолжал Хьюз. - Я бы очень хотел провести вечер с вами, не только без коллег или моих учеников, а вообще без всяких свидетелей.
  И он улыбнулся мне своей чарующей улыбкой, и поднес мою руку к губам.
  -- Доктор Хьюз... Джеф! Вы обращаетесь не по адресу, - я отняла руку. - Развлечений следует поискать себе в другом месте.
  -- Мы же переходили уже на "ты", Полина!
  -- Ладно. Джеф, будь добр, не подкатывай ко мне с подобными предложениями.
  -- Полина, - сказал он серьезно, без тени улыбки, - С первой минуты нашего знакомства, я не скрывал, что ты мне очень нравишься. Допускаю, что тебя оттолкнуло что-то в моей манере ухаживания, но я всегда был с тобой предельно откровенен. Ты - очаровательная женщина и я хочу тебя. Разве это столь предосудительно?
  -- Но одного твоего желания недостаточно, Джеф. Ты - интересный мужчина и прекрасный врач, и мне, безусловно, лестно твое внимание. Я ценю твою откровенность, но спать с тобой не хочу. Уверена, что многие женщины и даже совсем молодые девушки с радостью согласятся на подобное предложение. Зачем тебе я? Зачем вообще осложнять себе жизнь связью с замужней женщиной, которая вдобавок не испытывает... ответного желания? Мне нравится с тобой работать, я вижу, что наше сотрудничество дает прекрасные результаты, поэтому давай оставим все как есть, и больше не будем возвращаться к этому разговору.
  -- Полина, ты говорила, что благодарна мне за мою помощь и нашу работу.
  -- Да, конечно.
  -- Ты слушала меня и часто признавала, что я был прав.
  -- Да, это действительно так.
  -- Ты ценила мое мнение по различным вопросам, не так ли?
  -- Да, это так.
  -- Поэтому послушай меня и на этот раз - поедем ко мне. Это очень важно для нас обоих и я обещаю, что ты не пожалеешь.
  
  Ага! Это особая форма ведения диалога: собеседник не может не согласиться с несколькими выводами, и за ними логично следует согласие на самый важный. Я мысленно похвалила себя за то, что распознала этот метод вовремя.
  -- Конечно, я очень ценю твои советы, касающиеся работы и других жизненных проблем, я признаю, что ты - классный специалист, но...
  -- Полина, я буду угадывать твои желания, и исполнять их, потакать твоим прихотям, баловать тебя - я много чего могу. Да, я могу дать тебе то, что никто другой. Я не шучу. Поедем ко мне, и ты все поймешь сама. Если ты будешь разочарована, то я больше не скажу ни слова и не упомяну об этом никогда - обещаю.
  -- Это не игра для меня, понимаешь?
  -- Но отнесись к этому хоть раз, как к игре, в которую играют взрослые люди. Это - чувственное путешествие в другой мир, другую вселенную, чудесная игра, для которой требуются два игрока. И я вижу в тебе прекрасного партнера.
  -- Не могу. Я не воспринимаю это как игру. Извини за пафосность, но секс для меня - это вершина любви, а все остальное - неприемлемо. Я не могу измениться ради тебя в одночасье. Поэтому будет лучше, если ты подыщешь себе другой объект для ухаживания.
  Он был так опечален, что мне стало его жаль.
  -- Прошу тебя, не огорчайся. Хорошего тебе вечера.
  
  В продолжение всего разговора я хотела, чтобы он поскорее ушел, но сейчас я откровенно всем видом выразила нетерпение, потому что на мониторе появились слова:
  
  Казадор:
  - Мне очень приятны твои слова в мой адрес, вернее в адрес моей фотографии. Да, это женщина меня снимала. Ты здесь?
  
  И я тут же просияла и напечатала:
  - Здесь!
  
  Мне было безразлично заметил ли доктор Хьюз мою улыбку, обращенную к монитору. Он вздохнул и направился к двери. А я повернулась к экрану и тут же забыла и о нем и обо всем остальном, и стала быстро печатать без обычных "привет" и "как дела".
  
  - скажи, у тебя был когда-нибудь секс на одну ночь, без продолжения, и так, чтобы обе стороны это знали.
  - а почему ты спрашиваешь?
  - я не понимаю, почему все так делают и это нормально для многих мужчин и женщин. А я не могу так. Может я ненормальная? Может, я и вправду много теряю, а? Мой коллега, доктор один, сказал сейчас, что секс на одну ночь - это путешествие в неведомый мир, другую вселенную, и в таком путешествии должно быть двое. Так красиво сказал! Может, мои взгляды и впрямь давно устарели, а?
  - я с огромным уважением отношусь к разврату, но не надо его возводить до высот не свойственных ему. Какие там чувства! Брехня! Не верю! Наркотик - да, допинг - да. Но чувства - нет! А тем более, вселенная какая-то! В хорошем смысле - наркотик, говорю. А что, этот доктор в любовники тебе набивается?
  - похоже, что да.
  - я, по молодости, себя подвергал подобным испытаниям, а когда мы оказались "возле её подъезда", я понял, что я - "очень русский человек" и мне нужна любовь, или хотя бы ее видимость. Любовь раскрывает чувства. Ну не верю я, что мне может быть с кем-то лучше, чем с любимой женщиной! В одной ночи есть острота, но нет ожидания повторения, раскрытия и чудес.
  - хочешь рассказать?
  - ну что там рассказывать? однажды я тоже решил быть как все: снял одну девицу- кровь с молоком. Предполагался одноразовый секс, как ты это называешь. Она спортсменкой была, и не любила, а будто акробатические трюки в постели выполняла. И тело у неё было классное - ну хоть в Плейбое выставляй,- и золотая цепочка на тонкой лодыжке, и все остальное как положено. Я шампанского купил, икры - ну чтоб все красиво было, но понял после, что это был первый и последний раз - вот так, чтобы секс ради секса - не даёт один раз полноты ощущений. Строить отношения, чувствовать партнера, иметь общую историю - это совсем другое, выше на много порядков.
  - может, мне все же попробовать? Почему я не могу быть как все? Ты же попробовал...
  - нет, не надо! Тебе нельзя! И даже опасно по жизненным показаниям.
  
  И я почему-то его послушалась, и даже легче сразу стало.
  
  - а я думала, что большинство мужчин всегда соглашаются, если им обламывается, нет разве? А ты непохож на остальных.
  - милая моя Арабелла, это - большая отдельная тема моего взросления, становления. Я таким стал. Я выбрал для себя таким быть, чтобы думать не о сексе, а о любимой женщине. Я слушаю тело, своё и её, я стараюсь для неё, а получается, что и для себя.
  - а так всегда - чем больше отдаешь, тем больше получаешь.
  - один раз - это прикольно конечно, но не намного лучше чем дрочить, а вот ощущать Любовь, чувствовать Любовь, вбирать в себя любимого человека и растворяться в нем -- это круче на много порядков. И делаю я это не ради секса, а потому что люблю. Я и в тебе это сразу почувствовал, и понял, что ты мне - родня. Я ведь давно твой блог читаю и думал о тебе...
  - а что ты обо мне думал?
  - что ты используешь обдуманные слова, взвешенные, уважаешь собеседника, не тревожишь читателя пустяками и пустословием, не давишь на эмоции, не провоцируешь конфликты, обладаешь своим мнением, опираешься на проверенные знания, терпеть не можешь "хихики" и "чмоки". В лучшем смысле - интеллигентная.
  
  Я заслушалась, вернее, засмотрелась на его слова, даже забыла о том, что хотела спросить у него про странный наш разговор онлайн из спальни доктора Хьюза. Я не успела рассказать ему про сон - не сон и странных учеников, потому что в кабинет вбежала медсестра Лорен и затараторила:
  -- Полина, представляешь, директор вместе с Линн попали в автомобильную аварию. Его машина в ремонте, она его подвозила - и вот...
  -- Подожди, они живы?
  -- Да, оба живы. Они пока в больнице, их обследуют на предмет переломов и сотрясения мозга. И еще кто-то третий в машине был, а кто не знаю.
  -- Да, неприятность какая, ну, главное, что живы.
  
  - ты здесь?- спросил Казадор.
  - здесь... извини, мне только что сообщили, что наш директор и администраторша попали в аварию. Вроде все обошлось, но они сейчас в больнице, бедняги! Надо же, а я только злилась на них...
  - злилась?
  - ага. директор хотел меня вызвать для серьезной беседы, мне выговор светил, потому что администраторша нажаловалась... Теперь обоим не до меня будет. Нет, ты не подумай, я не радуюсь совсем...
  - а раньше такое бывало?
  - что именно?
  - как ты злилась на кого-то, а с ним происходили неприятности после?
  - ты хочешь сказать, что это из-за меня произошло?
  - очень вероятно.
  - я далека от всякой мистики и ты, если читал мой блог, должен это знать.
  - а ты не ответила на вопрос.
  - да.
  - что да?
  - то, что ты спросил. Да, с ними происходили... неприятности, но кто может поручиться, что именно я тому виной?
  - слушай, Арабелла, а как тебя зовут на самом деле, а?
   - Полина. А тебя?
   - а меня Евгений зовут, Женя, то есть.
   - очень приятно.
   - так расскажи, Полинка, а? интересно мне все про тебя.
  - ну так сразу не расскажешь всего.
  - а ты напиши рассказик об этом, в блоге своем.
  - написать-то можно, может быть, даже сейчас, если не помешает никто. Я сделаю этот рассказ видимым только для тебя.
  - слушай, а давай один общий блог заведем, а? Будем писать туда друг другу все, что захотим. Только твой и мой, хочешь?
  - давай, а когда?
  - да прямо сейчас.
   - а как мы его назовем? надо же название придумать..
  - а мы возьмем первые буквы от наших имен - Арабелла и Казадор - АрКа.
  - символично - как будто арка между нами.
  - ага, я дизайн красивый сделаю. Ты подожди немножко, не уходи никуда, ладно?
  
   Дождь перестал. На улице запели птицы.
  
  -- Полина,- позвала меня Лорен. - Иди на радугу посмотри, из твоего окна не видно наверно.
  И я вышла в холл -- глянуть на радугу-арку, а когда вернулась, то на мониторе уже была ссылка на наш общий блог -- "АрКа".
  
   - о, как быстро! Слушай, Женя, а ты не веб-дизайнер, часом? Красиво так сделал все - вкус у тебя тонкий.
  - вообще-то у меня несколько профессий. Но одна из них - ювелир. Я делаю украшения по собственным эскизам.
  - у меня никогда не было ни одного знакомого ювелира.
  - ну вот теперь будет.
  - слушай, а у тебя есть веб-камера? Может, поговорим в видео чате?
  - у меня нет камеры, и мне больше по нраву писать - никто тебя не слышит и в разговор не вмешивается, разве не так?
   - так, да.
   - и есть больше времени подумать над тем, что хочешь сказать, в результате диалог интереснее получается, согласна?
  - в общем-то, да. И когда пишешь - мысли упорядочиваются.
  - ну так я сейчас обновлю наш общий блог.
  
  И первое, что он написал:
  
  Ну, здравствуй, Полинка! Вот тебе пароль - ключи от нашего нового дома. Приходи и пиши мне все, что захочешь.
  - хорошо! спасибо!
  - а напишешь то, что обещала?
  - конечно. ты подождешь?
  - куда я от тебя теперь денусь?
  
  Вот эти его слова мне, как раз, понравились. Наверное, преглупый вид у меня - когда я улыбаюсь в монитор. Ну, пишу, пишу... он же ждет и ему интересно, он сказал, что ему все про меня интересно.
  
  Арабелла:
   Попробую обрывки воспоминаний собрать воедино. Может, все само по себе происходило, а я воображала, что причастна к этому, а может, хотелось верить, что я - особенная и тому, кто обидит меня придется несладко.
  Один мальчишка, одноклассник мой, говорил обо мне гадости, характер у него противный был, а я не умела потоять за себя, обижалась, плакала даже. И в один прекрасный день он вдруг покрылся пятнами и прыщами - дерматит, что ли... А что с ним дальше было, не знаю.
  А то еще было: нравился мне один мальчик, он старше меня был. Он иногда появлялся, приглашал меня в кино, провожал домой, мы целовались в подъезде, а потом вдруг исчезал надолго, а я переживала, ждала его звонка, и места себе не находила. И вдруг объявлялся, как ни в чем ни бывало и я опять была на седьмом небе. А потом он вдруг женился, вот так без предупреждения, и я сильно плакала, а особенно когда поняла, что все то время, что мы встречались почти каждый день, и я не чуяла ног под собой от счастья, у него уже документы в загс поданы были. По отношению ко мне - это было жестоко, он же знал, что я его любила. Да и по отношению к будущей жене - это тоже было свинство. Ну я и разозлилась на него страшно, аж кулаки сжимала в негодовании. И вдруг он заболел, почти сразу после свадьбы. А он спортсменом был - крепкий, сильный, а тут вдруг - осложнение после гриппа, ревматизм скрутил его. А он болеть не привык - страдал очень, лечился долгие годы, на курорты ездил.
  И помню я, что бабушке своей рассказала об этом, а она вдруг говорит:
  - А что он думал, тебя можно обижать безнаказанно?
  - А других что ли можно обижать? Других не знаю, а вот тебя точно нельзя.
   Я и запомнила - меня обижать нельзя. И так всегда было: стоило мне разозлиться на кого-то - у этих людей начинались проблемы со здоровьем или другие неприятности. Однажды знакомый пообещал моим друзьям билеты на спектакль, а после забыл. А они мне звонили, интересовались, когда билеты будут. И я рассердилась на него за безответственность,и за то, что мне оправдываться из-за него пришлось, а когда он вдруг он упал с лестницы и ребра себе переломал, я даже испугалась. И сейчас я сердилась на Линн и директора, и вот - они в аварию попали, но я им, честное слово, зла не желала, просто сердилась. А интересно все же: кем был третий человек в машине с ними, не насолил ли он мне чем-нибудь?
  
  Kaзадор:
  - а ты никому об этом не рассказывала?
  - нет, но я стала осторожней - приятно верить в то, что я - особенная. Сейчас я гораздо реже злюсь на людей, потому что больше ничего от них не жду и не верю обещаниям как раньше, поэтомуи не разочаровываюсь.
   - конечно, ты особенная, в этом нет сомнений. А чем же администраторша вызвала твой гнев?
   - меня один тип завел - я не должна была его слушать!
   - красноватый такой тип, да?
  
  Ответить я не успела, потому что компьютер ''завис" и наш разговор прервался. Черт знает что такое! Пока компьютер перегружался, я даже притопывала ногой от нетерпения - мне не хотелось терять нить разговора с Казадором. Но когда все заработало, его уже не было... Ну, где же он? Сам же сказал, что никуда от меня не денется.
  
  -- Сказал, да, но вряд ли сейчас вернется - ведь он узнал у тебя все, что хотел,- сказал чей-то голос за спиной.
   Я вздрогнула и обернулась. Красный ученик стоял за моим креслом и смотрел на меня серьезно и грустно. - А ты чуть было меня не выдала.
   Мало того, что ученики доктора Хьюза нахально влезают в разговоры, они еще и прячутся в офисе, чтобы подслушивать и подсматривать! Это надо прекратить!
   -- Как ты здесь оказался? Шпионишь за мной? Может тебя Хьюз подослал?- я решила не церемониться - с хамами нужно говорить на их языке.
  Раздался дребезжащий смех - у двери стоял вчерашний благообразный старичок с белой бородой.
  -- Скажи спасибо, детка, что я вовремя "подвесил" твой компьютер,- сказал он. - До того как случились неприятности.
  -- О, я тебя помню. Тебя зовут Ахх.
  -- Прекрасная память, - похвалил меня старичок, прошел в мой офис без приглашения, уселся в кресло и продолжил, - Полина, твой виртуальный знакомый сейчас пытался воспользоваться твоей доверчивостью и неосмотрительностью в корыстных целях, и если бы я вовремя не вмешался, Гнеффу пришлось бы несладко.
  -- Какому Гнеффу? Да кто вы такие, в конце концов? Вы - тоже ученик Хьюза, что ли?
  -- Ну, если совсем честно, - сказал Красный,- то это Хьюз - наш ученик, а Гнефф - это я.
  -- Да кто вы такие? И что тут делаете?
  -- В известных тебе языках, к сожалению, нет подходящих слов, поэтому можно временно воспользоваться словом "демон", хоть оно и не отражает нашей истинной сути, - Красный поклонился мне.
  -- Какой еще демон?
  -- Сегодня я твой, если угодно.
   -- Почему сегодня мой?
   -- Потому что сегодня я использовал твою фуэрзу для своего роста и укрепления, ну и, - он кивнул на Ахха, - для его удовольствия.
  -- Мою что?
  -- Фуэрзу. Давай пока назовем это душой или силой, для удобства.
  -- Демон? Ты не человек? А остальные как же?
  
  Гнефф хотел ответить, но Ахх остановил его жестом и заговорил сам:
  -- Тоже демоны. Ты вчера познакомилась с теми, кто властен над тобой.
  -- А есть еще и другие, не властные надо мной?
  -- Конечно. Например, Алчч. Ты его не видишь, потому тебе, к сожалению, несвойственна жадность, зато остальным...
  -- Подождите, вы - черти что ли?
  -- Ну-ну, детка, я не ожидал от тебя, - обиженно протянул Ахх. - Я упомянул, что в известных тебе языках нет точного определения нашей сущности, а демонами нас называют люди с бедным воображением. Персонифицированные страсти - более точное определение.
  -- А женщина? Похх?
  -- Тоже демон.
  -- Какой?
  -- Демон похоти. Один из самых могучих. Ты могла вчера заметить, что другие страсти померкли и отступили, когда великая Похх начала свою игру.
  
  Я помнила не столь вчерашнюю игру с дамой, которую посчитала позже сном, а, скорее, сладостное ощущение страсти и греха, причем не направленное на конкретного человека, а в чистом виде. Наверно, мне должно быть стыдно, но вспоминать об этом было приятно.
  
  -- Тебе понравилось, правда? - спросил старичок ласково. - Демоны могут высвободить неиспользованные возможности и душевные ресурсы игрока, и вчера у тебя появилась, наконец, прекрасная возможность их реализовать. Однако твой, так называемый, виртуальный друг, помешал твоей игре. Поэтому, я бы посоветовал помалкивать об этом - и в сети и в реале. Поняла?
  
  Я кивнула, решив на всякий случай не возражать - а там видно будет, пусть хоть сейчас отвяжется. А мне нужно время, чтобы сообразить, что к чему и найти всему логическое объяснение.
  
  -- Я не верю тебе, - заявил старичок. - И если ты попытаешься ему рассказать, то, что может тебе же навредить, твой компьютер опять "зависнет"- в лучшем случае.
  -- А в худшем?
  -- Думаю, до этого не дойдет... а если что, то и ему связь перекрыть можно надолго, чтобы не задавал лишних вопросов и не морочил доверчивым женщинам головы. Никогда не знаешь, что ожидать от этих казадоров! Сегодня они отнимают у нас честно пойманную добычу, а завтра сами эту добычу в наши капканы подбрасывают. Ну, я надолго не прощаюсь, скоро встретимся.
  -- А зачем?
  
  Он потрепал меня по щеке:
  
   -- А затем, что большой потенциал наблюдается здесь, деточка. Амапольские зеркоралы не врут. Ну, разреши откланяться, если вопросов больше нет.
  -- Подожди, есть вопросы, а как зовут другого демона, зеленоватого такого?
  -- Рефф, демон ревности. Живой и очень впечатлительный демон. А уж какой фантазер! Обладает необыкновенным зрением - умудряется видеть даже то, чего нет. А уж как гордится тем, что является твоим фаворитом, Полина.
   Мгновенье - и мой кабинет пуст. Можно спокойно искать логическое объяснение происходящему. Монитор призывно мерцал, но я побоялась выходить онлайн. А у кого же мне узнать что такое ''амапольские зеркоралы''?
  
   ***
  "все началось не со зла
  все началось как игра"
  
  Лучше всего думается на ходу и поэтому я пошла домой пешком, наслаждаясь после грозовой свежестью. Я сейчас в здравом уме и доброй памяти и готова поклясться, что все происшедшее - не галлюцинации. Неужели демоны и раньше "подвешивали" мой компьютер, чтобы определенная информация не уплывала в сеть? Но разве сейчас вспомнишь, когда это происходило! Надо бы зафиксировать подобные моменты в будущем. Значит так: доктор Хьюз использует демонов для лечения психических расстройств. Как он это делает? Можно об этом прямо спросить у него, а можно у демонов, которые сами пошли со мной на контакт. А старичок у них вроде начальника. Зеленоватый демон действительно возник в тот момент, когда я ощутила ревность. Да, это была ревность, хоть и не обычная, а виртуальная. Я должна признаться хотя бы себе самой в том, что я ревновала своего виртуального друга к его реальной женщине, и как ни забавно это звучит, но я хотела быть на ее месте. А эта дама, Похх... я слушала мелодию, в названии которой было слово " Lust". Кстати, доктор Хьюз всегда включает музыку во время "таинства психотерапевтической сессии", и я сама видела как Похх выходила из его кабинета вместе с Викой. Зачем ему понадобилось соединять их в одной сессии? А Эллу он принимал вместе с бледным молодым человеком с гордой осанкой и римским профилем. Кто же это был, который из демонов? Тот самый, который говорил, что я - умница и красавица, а Казадор - ничтожество и не стоит моего мизинца, он еще называл его "казадоришка". А что означает слово "казадор", между прочим? И как разобраться во всем этом? Можно попробовать еще раз разговорить Вику. А может - ну его, не лезть не в свое дело? Нет, что значит не лезть? Если все, что сказал Ахх - правда, то получается, что вчера, в доме доктора Хьюза, в меня пытался вселиться демон похоти. Но ему, вернее, ей, что-то помешало - какой-то луч. Надо бы у Хьюза расспросить обо всем этом, но завтра - у меня выходной и мы собирались с мужем поехать в гости, в Принстон, к друзьям, погулять вместе в университетском парке.
  
   ***
  Я лежала в ванной, задумчиво созерцая пену, и думала... я думала о Казадоре. Я закрыла глаза и представила себе его, вернее его фотографию, которую видела в его блоге. У него сейчас раннее утро, он спит и уж точно рядом какая-то женщина.
   Кот Феншуй открыл лапой дверь и с ужасом смотрел на меня, погруженную в воду. Я вылезла из ванной, надела халат и стала расчесывать волосы перед запотевшим зеркалом. Потом закрыла глаза и представила себе, что Казадор обнимает меня сзади, а его руки развязывают пояс на халате, распахивают его, я даже ощутила его дыхание на своей шее, он слегка щекотал меня усами. Я открыла глаза, но он не исчез, повернул меня к себе, халат упал на пол. Наваждение какое- то. Я же его никогда не видела и, скорее всего, никогда не увижу. Думать об этом - занятие бесполезное.
  В спальне я бросила халат на кресло и нырнула в постель. Ой, забыла же компьютер выключить... только почту проверю и спать... муж давно уже похрапывает.
  
  " Утром встану пораньше, чтобы пожелать тебе спокойной ночи"- сообщение от Казадора, оставленное около часа назад.
  
  И еще одно, чуть позже:
  
  "Полинка, где ты? Я думаю о тебе, уснуть не могу, ворочаюсь. Веришь, целый день сегодня с тобой мысленно разговаривал".
  
  Я вышла в чат. Он был там.
  
  - я тоже целый день с тобой разговариваю. Боюсь привыкать к тебе, подпускать слишком близко. Нет, " боюсь"- не то слово - просто заранее настраиваюсь на то, что это скоро закончится... как жаль, что ты далеко!
  - а если бы я был ближе, тогда что?
  - если бы мы жили в одном городе, я бы пришла к тебе в гости.
  - и что?
  - мне захотелось бы подойти совсем близко и голову спрятать на твоей груди.
  - а я бы гладил тебя, утешал, жалел бы.
  - а потом?
  - а потом я бы тебя раздел и трахнул.
  - ой!
  - а ты разве не это хотела услышать?
  - может это и хотела. слушай, а ты какой? Волосатый или гладкий? А кожа у тебя белая или загорелая? А какие у тебя руки? А ладони? А пальцы? Я хочу тебя представить.
  - мне 30 лет, и при моих 185 см. могу позволить себе еще килограммов 10, чтобы не попасть в сферу твоих профессиональных интересов. Я - волосатый, волосы на руках, животе, ногах. У меня белая кожа - терпеть не могу валяться на пляже.
  - я точно таким тебя представляла. Мне нравится, когда мужчина волосатый, так приятно трогать и прижиматься... Я попробую сейчас представить себе как мы лежим вместе...
  - и я целую и щекочу усами... о, запах лаванды откуда-то...
  - ох, не фига себе! я же из ванны только. Слушай, у меня пять бутылочек с разными гелями - сиреневый, персиковый еще какие-то, а как раз сейчас мылась лавандовым! Как удивительно!
  - ничего удивительного - я тебя чувствую на расстоянии.
  - как мне приятно все, что ты пишешь.
  - мне нравилось читать твой блог, но я и не подозревал, что ты такая красивая!
  - а, так ты видел мою фотографию?
  - конечно, и сейчас на нее смотрю. Ты не просто красивая, а именно такая как мне нравится. Черты лица тонкие, а фигура женственная это- порода! А худых я не люблю.
  - я не худая, я - мягкая, округлая.
  - если бы я тебя на улице встретил, то вслед смотрел бы и смотрел... не знаю, решился ли подойти...
  - мне сейчас показалось, что ты и вправду коснулся меня, и я вижу тебя рядом и...
  - ты чувствуешь то, что я пишу. Мои слова касаются тебя. И я чувствую твою руку на своей щеке.
  - небритой...
  - ага... точно, еще не успел побриться.
  - а твоя рука у меня на бедре.
  - ты без одежды, сидишь перед монитором, и я обнимаю тебя так крепко, что ты ойкаешь.
  - откуда ты знаешь, что я без одежды? послушай, о чем это мы говорим? я никогда не занималась виртуальным сексом. я не умею. не знаю что говорить. может ты ждешь от меня чего-то конкретного?
  - милая моя, не думай ни о чем, просто пиши все, что в голову приходит. твое присутствие необходимо мне, а я сделаю для тебя все.
  - я бы хотела ощутить тебя всем телом, твою тяжесть и тепло, вдохнуть твой запах.
  - ни фига себе "не знаю"," не умею"! ты так завела меня с пол оборота! вот если бы ты сказала как в секс- чатах говорят: "я опускаюсь ниже и ниже, мои губы ждут момента когда смогут обхватить твой член..."- была бы фигня, а ты так ярко написала, так непосредственно и живо! у меня не было еще такой виртуальной партнерши, которая двумя строчками подарила бы столько ощущений!
  - у тебя было много виртуальных партнерш?
  - немного, но были.
  - как же это можно, все таки чувствовать на расстоянии?
  - расстояние воспринимается как ирония. я же понимаю КТО ТЫ. Я трахнуть могу, практически, кого хочешь, но вот так расположить к себе, это совсем другое. мне очень хочется тебя на руки поднять.
  - на руки? я- не маленькая, 172 см и довольно тяжеленькая.
  - ну и я не маленький.
  - хорошо, что ты большой, у тебя руки сильные волосатые и длинные, ты ими обхватываешь так...
  - для меня эти километры между нами не играют никакой роли, если я хочу подхватить тебя на руки и насадить... стоя, а ты обнимешь меня ногами.
  - стоя? я никогда не пробовала...
  - о, сейчас попробуем, мне очень нравится. и чтобы руки вверх были подняты - так прижать их над головой.
  - правильно, чтобы не мешали руки.
  - они не мешают. приятно так "приковать" их своей рукой над головой и целовать шею и ушко, прижиматься...
  - нет, руки могут мешать, лучше приковать, а то я буду отбиваться...
  - отбиваться - это классно! ты же пантера! я чувствую в тебе это.
  - я от страха могу отбиваться, я боюсь таких сильных ощущений и потери контроля.
   - а я не буду тебя контролировать, если ты сама этого не захочешь.
  - ...и в тоже время хочу, меня нужно немножко заставить, подтолкнуть к этому и для этого руки поднять и соски целовать и покусывать... чтобы я не рыпалась и может я перестану бояться.
  - а ты и не сможешь рыпаться.
  - с тобой не смогу, да.
  - не сможешь и не дернешься даже, я держу крепко.
  - ...сладко так...
  - ...не уходи, еще...
  - я не уйду никуда, я здесь, я с тобой, я слышу твое дыхание, твой запах. Ты - моя. Моя женщина. Ох, насколько ты моя, милая Полина!
  
  Когда я очнулась, часы показывали три часа ночи. Кот Феншуй смотрел на меня более чем внимательно. Боже, как это все выглядело со стороны? Возможно, что безобразно. Хотя какая разница? Меня еще никто не называл "милая моя". Похоже, я лишилась виртуальной невинности. Кто бы мог подумать, что до этого дойдет? И я сладко вытянулась на простынях - ну будто после хорошего секса, с любимым.
  
   ***
  А утром я смеялась и пела, замешивая на кухне тесто для оладий и заваривая чай. Я вертелась перед зеркалом и любовалась собой, одеваясь в ванной. Все, что было ночью - произошло виртуально, в моем сознании, пока я находилась в своей спальне перед монитором, а Женя находился за много тысяч километров. Все что было - просто плод нашего воображения, а если так, то греха большого в этом нет, тем более что мы с ним никогда не увидимся.
  
  "Это только игра, что в ней грех, а?" - звучала песня в машине пока мы ехали в Принстон к друзьям. Все было прекрасно: солнце особенно ярко освещало леса и поля, омытые вчерашней грозой, правда, то и дело приходилось выходить из машины и убирать с дороги сломанные ветром ветви.
  Прогулка в парке, обычные беседы за столом, но внутри у меня пело... Женя, Казадор... будет ли он ждать меня сегодня? А завтра? Как это здорово оказывается - виртуальный секс, так безвредно и безгрешно, а сколько удовольствия и какой полет! У меня появилась моя собственная, удивительная тайна, дающая мне ощущение полноты жизни.
   Конечно, я улучила момент и скользнула в комнату, где был компьютер, чтобы проверить, нет ли весточки от Казадора. Перед поездкой я написала сообщение в нашем общем блоге, что меня увозят в "глубокий реал", чтобы он не ждал меня напрасно.
  
  Женя уже успел ответить:
  "Ты не должна отчитываться передо мною. Я не хочу знать о рациональном: в какой день ты свободна, а когда занята. Я буду всегда ждать тебя. Ты стала мне очень дорогим человеком за столь короткое время. Расстояния я совсем не чувствую. Ты рядом все время. Это такой класс, когда не надо выбирать выражения, правда? Это высвобождение! Это подарок сети.
  
  Я вернулась в гостиную. За столом я только делала вид, что слушаю разговоры - старалась смеяться и поддакивать к месту, а сама прокручивала в памяти наш последний диалог с Казадором и то, что рисовало мое воображение. Я очень хотела вернуться поскорее домой, чтобы опять с ним говорить! Вернее, печатать быстро слова и фразы. А ведь я про него почти ничего не знаю, кроме того, что он живет на Украине. Он сказал, что ювелир, а чем еще занимается, какие книжки читает, какое блюдо у него любимое? Скорее бы добраться до своего компьютера, чтобы все это спросить... Надеюсь, он скажет правду, а если даже соврет, то что? Какая мне разница? Как мне хочется говорить с ним! Я не задумываюсь ни на мгновенье когда говорю с ним - пальцы сами выстукивают слова - будто поток льется из глубины сознания.
  -- Троянский конь, - донеслись до меня слова из реала.
  -- Что вы сказали?- переспросила я говорившего.
  -- Троянский конь в каждом доме, - повторил худощавый рыжеватый человек, с аккуратно подстриженной бородкой.
  Я видела его впервые - какой-то знакомый наших друзей, он же представился в начале вечера, его зовут Феликс, да точно, Феликс.
  -- Вернее, глаз, - продолжал он. - Компьютер, подключенный к сети - это глаз одного огромного троянского коня в каждом доме.
  -- Вот как? Что вы имеете в виду?
  -- Или еще хуже. Что есть Интернет, в конце концов, если не служба аХримана?
  -- Почему, Феля? - спросил хозяин дома, как всегда добродушно улыбаясь.
  -- Потому что дает возможность раскрепоститься...
  -- Что же в этом плохого?
  -- А то, что люди ощущают полную безнаказанность - говорят, что хотят.
  -- Да кому от этого вред? Выговоришься как в купе с попутчиками, которых больше никогда не увидишь. Я почитывал как- то один блог, - стал рассказывать хозяин дома, - человека, который выдавал себя за великого путешественника. Он выкладывал красивые снимки - портреты представителей народов мира, невероятной красоты пейзажи, города в необычном ракурсе. Он был очень популярен, получал огромное количество комментариев. Потом кто-то обнаружил, что фотографии были скопированы с других сайтов - он выдавал их за свои вместе с невероятными историями о путешествиях, которых не было на самом деле. Ну вот скажите, кому вред был от того, что он все врал? Какое мне дело до того, что он был обычным домоседом, обремененным многочисленными заботами? Ну какая разница - правда это или вымысел, если он доставлял читателям радость и удовольствие?
  -- А разве в реальной жизни люди не привирают и не приукрашивают события? - поддержала его жена. - Просто им стыдно, когда их выводят на чистую воду, а в сети - ник поменял и можно начинать жизнь заново. Кому вред от того, что человеку захотелось побыть в чужой роли? Конечно, если он делает это без злого умысла, просто для развлечения
  -- Чужая роль- это еще ничего. Позволить себе быть собой - иногда опаснее, - ответил Феликс. - Вылезает наружу то, в чем человек сам себе не признается. В сети он поднимает вопросы, о которых и думать боится в реале. Он вдруг понимает, что ненавидит своего начальника и мечтает его "подсидеть", завидует успехам лучшего друга, желает смерти близкому родственнику, хочет чужую жену, и мечтает вылить из окна ведро помоев на соседа. А в реале - он добропорядочный гражданин, аккуратно платит налоги, примерный семьянин - трахает жену много лет в одной и той же позе, предварительно вымыв посуду. А та зевает в процессе и ждет, чтобы это скорее закончилось, а то завтра рано вставать. А чужая жена мимо будет всю жизнь ходить, раскачивая бедрами и виляя задницей.
  -- Феля,- остановил его Мишка, - Ты сейчас в реале и тут дамы, так что выбирай выражения. И, тем не менее, я не вижу особой проблемы во всем этом.
  -- А проблема в том, что безнаказанность выпускает демонов на волю, - уверенно сказал Феликс. - И страшно то, что однажды выпущенные пары обратно уже не затолкать - они взорвут тебя при попытке их регулировать. Ты станешь другим. Ты станешь собой, наконец.
  
  Этот рыжебородый напомнил мне о демонах. Когда они исчезали из виду, то будто стирались с памяти.
  
  
   ***
   Вика теперь ни дня не могла прожить без аэробики или танцев и результаты этого увлечения были столь заметны, что ей пришлось сменить гардероб. Если раньше она носила темные мешковатые платья и свитера с высоким горлом, скрывающие двойной подбородок, то теперь приходила на прием в элегантных костюмах, подчеркивающих появившуюся талию и блузках с глубоким вырезом. Она заливалась счастливым смехом, сообщая, что недавно обнаружила у себя ключицы. Это не первый случай, когда лежебока вдруг подсаживается на спорт, вернее, на мощные эндорфины, вызывающие эйфорию во время движения. Но из всех зависимостей - эта, пожалуй, самая замечательная. Я дала Вике адрес спортклуба, где бывшая актриса вела класс танца живота. Когда-то я сама брала уроки этого удивительного древнего восточного искусства - восхитительной комбинации удовольствия и полезности. У меня даже костюм имелся - настоящий, ручной работы. И тут же подумала: ' Ах, если можно было для Жени станцевать, жаль, что у него нет веб-камеры."
  
  Еще Вика не удержалась, чтобы не упомянуть о наладившейся личной жизни. Рассказала, что недавно в ресторане, куда ее пригласил новый друг, к их столику подошел молодой человек и попросил у него дозволения пригласить даму на танец. Надо было видеть сияющие Викины глаза, когда она говорила об этом. То, что для других женщин, всего лишь, обычный, мало запоминающийся эпизод, для преобразившейся Вики было целым событием.
  
  Я попыталась осторожно расспросить Вику о терапевтических сессиях доктора Хьюза с участием его, так называемых, учеников, но Вика на этот раз ничего вразумительного не вспомнила. " Да-да, были ученики, вернее, ученицы и помощницы - две женщины. Одна - ужасная на вид - обрюзгшая и неопрятная - она все время что-то жевала и сорила крошками на пол. Непонятно как доктор Хьюз, сам такой аккуратный, даже замечания ей ни разу не сделал. А другая - само очарование, красивая, элегантная, с бархатным голосом, ах, смотрите, доктор, я даже сделала такую прическу как у нее. Нет, не могу вспомнить о чем мы говорили, так, болтали о пустяках. Мой новый друг ждал меня у выхода, мы поехали гулять по городу, он давно хотел показать свои любимые места".
  Все же у меня очень благодарная работа!
  
  
  ***
  Не сразу я призналась себе в том, что "подсела" на виртуальную любовь. Я вскакивала среди ночи, чтобы застать Женю перед уходом на работу, и, вместо того, чтобы писать новые статьи для журналов, строчила ему по пять писем в день. И от него получала не меньше. Мне хотелось его слов, необычным, с пряным вкусом и остро-сладким ароматом - как шоколад с перцем, таким как его ели древние ацтеки... Я жаждала этих ярких фантазий и сладких иллюзий, и к тому же, как я тогда полагала, полностью безопасных. То казалось столь же невинным как воображать себя на месте главной героини, читая книгу о любви.
  Это был не грех и не супружеская измена. И даже то, что мои ощущения уж слишком были похожи на реальные, меня ничуть не смущали - я относила их за счет своей бурной фантазии.
   Едва проснувшись, я кидалась проверять свою почту, и перед сном, и вечером тоже, и на работе. А стоило мне увидеть от него сообщение, как я расплывалась в блаженной улыбке. Признаки виртуальной любви были такими же как и реальной - целый день ходишь счастливый и сам себе глупо улыбаешься. Коллеги шептались за моей спиной и одна из них нахально спросила: "У тебя что, есть любовник? Ты так изменилась!" Женщины все замечают, особенно те, которым самим нечем заняться... Конечно, я отвергла эти подозрения. А и правда: есть ли у меня любовник? Пожалуй, да, только виртуальный.
  
   ***
  - Женя, не могу сейчас отвечать - люди у меня в офисе, но я читаю все, что ты пишешь.
  - Милая моя, мне так дорого, что я могу прикоснуться к тебе хотя бы словами. Вчера шел на работу после нашего свидания, и по дороге мне попадались только красивые люди. Нам с тобой еще многое предстоит понять - почему это - круче, чем все, что я знал до сих пор. Ты раскрываешься передо мной, как шкатулочка с секретом, снимаешь замок за замком, и за каждым - новое дно, а за последним - сияет солнце. Мы уже есть друг у друга. Мы - вместе. Теперь надо понять как этим пользоваться, чтоб не получилось "а я думал эта штука только для того, чтоб орехи колоть". Боюсь спугнуть, боюсь все испортить. Боюсь не туда повернуть. Дорога ты мне шибко.
  
  Я перечитывала эти слова вновь и вновь. Неужели так мало надо, чтобы чувствовать себя любимой и счастливой? Неужели бегущие строчки на мониторе были недостающим звеном в моей столь благополучной жизни?
   Ну, наконец, я одна в кабинете.
  
  - и я была совершенно счастлива. Со мной даже два мужика пытались познакомиться - один в метро, а другой в кафе. Они думали, что я им улыбаюсь, а я-то о тебе вспоминала.
  - представляю как ты светилась!
  - я пыталась счастье скрыть как-то, а оно искрилось и выплескивалось. Коллеги тоже заметили, что со мной творится что-то...
  - все верно - любовь - как солнце, и ее света хватает на всех кто рядом. Женщину, которую любят, нельзя не заметить
  - но как можно любить на расстоянии? И даже трахаться?
  - изнутри трахать можно сильней, чем снаружи.
  - и это ты мне подарил. Но я потеряла счет ночам и дням с тобой, твое присутствие никогда не прерывается, я и во сне с тобой говорю будто.
  - я тебя воспринимаю сильнее, чем реального человека, ты - и вправду будто внутри меня находишься. Будь ты ближе, я бы побоялся так в наглую к тебе подойти.
  - почему боялся бы?
  - я не так уж самоуверен, чтобы подойти к женщине и сказать: " я беру тебя на руки, поднимаю и всаживаю в тебя свой член".
  - но ты и вправду ближе мне чем кто-либо, а безопасность расстояния позволила не пользоваться масками.
  - а ты хотела бы встретиться в реале со мной?
  - как же это возможно?
  - если ты скажешь "да", то я сделаю вся возможное, чтобы приехать к тебе в Нью-Йорк. Да и ты могла бы приехать в Киев, в конце концов.
  - а вдруг мы друг другу не понравимся?
  - ты вообще представляешь себе, что такое возможно?
  - нет, я уверена, что понравимся. Но, видишь ли, если не понравимся, то это полбеды. Гораздо хуже будет, если понравимся.
   - почему?
  - а потом ведь разъезжаться придется, и что дальше? плакать по ночам в подушку? чем больше понравимся, тем труднее будет расставаться - я была уже в такой ситуации, и, надо сказать, справлялась с ней плохо. И я все же замужем - я не могу разрушить свой реал, чтобы не причинить боли другим. Да и у тебя есть твоя Оксана. Меня муж одну все равно не отпустит, а если я буду настаивать на поездке в Киев, то он поедет со мной. А самое главное - я поклялась ему больше никогда не изменять - он не заслуживает этого.
  - ты не хочешь менять, ломать свой мир. Я понимаю. Ну что же, попробуем в другом мире встретиться или свои миры создадим, на худой конец.
  - ты угадываешь мои мысли, я только хотела это сказать.
  - а я когда с тобой, то меня самого будто нет - я вхожу в тебя, в твое сознание, может быть даже меняю тебя.
  - ты меня меняешь - смешное словосочетание- "меня меняешь", можно стих сочинить:
  "ты меня меняешь
  знаешь иль не знаешь?"
  - знаю, знаю... слушай, у тебя есть шрам на колене?
  - ой, есть, на правом.
  - все понятно
  - и где он взялся? маленький красный... что тебе понятно? может кот царапнул? мистика какая-то...
  - видишь, еще одно доказательство!
   - чего?
   - что ты моя женщина.
  - а что у всех твоих женщин такие метки?
  - не в этом дело. я чувствую тебя, вижу и касаюсь по- настоящему. Мы должны быть вместе.
  - не помню, был ли этот шрам раньше.
  - не важно, был или не был. Я устал удивляться, и все чудеса с тобой связанные, уже воспринимаю как должное.
  - какой кошмар! я на него теперь все время смотрю. твоя женщина - так твоя, очень твоя, правда.
  - знаешь, я боюсь тебя огорчить чем-нибудь.
   - ты меня еще ни разу не огорчил.
  - ты меня еще не знаешь, я упрямый и очень жесткий
  - а мужчина и должен быть жестким - такого приятно слушаться. А слова какие чудесные - "мой мужчина", "мой".
  - да, я знаю, что ты хочешь слушаться сильного властного мужчину
  - хочу, да, и умного. А ты умный как змий.
  - нельзя мне таких слов говорить, они слишком сладкие. Такие слова надо поцелуями запивать с тех губ, что их сказали. Только не забудь их, когда и вправду придется слушаться. Очень ответственно такую женщину иметь.
  - "...поцелуями запивать"... такая наэлектризованность в твоих словах, я будто таю от них...
  - и у меня, знаешь, сейчас как сердце стучит? И встает. Я же знаю чего такие слова стоят! Я в одну секунду понял - моя! ух! аж руки дрожат...
  - встает, да? когда ты мне пишешь, - встает?
  - ну так... когда ты мне сейчас такого наговорила!
  - говорю, то, что с души льется само.
   - хочу тебя гладить, но не ладонью, а всей поверхностью руки до локтя.
  ................................................................................................................................................
  - я вижу как ты закрываешь глаза и брови взлетают вверх - женщина с широко закрытыми глазами, это нельзя словами передать!
  ................................................................................................................................................- легкость чудесная и просветление сейчас.
  - как солнце после дождя. Раз так хорошо мне, значит все правильно, значит так и должно быть.
  ................................................................................................................................................
  
  "Это только игра- что, в ней грех, а?"
  
  
   ***
   Пришла на работу, и, как обычно, сразу кинулась е-мэйл проверять. Женя прислал мне очередную песню, скоро можно будет целый диск делать из его любимой музыки. Но только я собралась песню прослушать, как мне сообщили, что сегодня у администраторши Линн день рожденья - она уже заказала пиццу с грибами, салаты собственноручно приготовила, а за фруктами и пирожными послала секретаршу.
  
  Выздоровела, черт ее не схватил! Ну конечно, если это я послужила причиной аварии, в которую она вляпалась, то это не смертельно - моя злость, то есть демон Гнефф, если и причиняет неприятности, то не на долго. А директор меня так и не вызвал на важный разговор: то ли забыл, то ли после пережитого он показался ему не столь важным. Ну и хорошо. А директор - не дурак, ему со мной ссориться не резон: таких специалистов как я - еще поискать. А я другую работу найду мгновенно. Кстати, Хьюз предлагал недавно мне место в медицинском центре, в Манхеттене, я обещала подумать. Подумала и решила оставить все как есть - там я буду больше занята и не смогу с Женей разговаривать.
  На подарок и цветы для Линн пришлось деньги сдать, чтобы не выделяться из общей массы. Намечался совместный праздничный обед с коллегами, на котором придется вредную администраторшу поздравлять и всячески чествовать. Никто ее не любит, а многие даже побаиваются, но никому не хочется с ней портить отношения. Ну и я как все. Жаль, что придется остаться на целый час обеда в центре. Обычно я ухожу в обед в парк - с плеером и наушниками. Я почти никогда не обедаю с коллегами. Некоторые не могут есть в одиночестве и всегда в поисках компании с кем бы поесть, а мне почему-то приятнее есть когда я одна: никто не мешает и не смотрит в мою тарелку и можно спокойно в подливку обмакнуть кусочек хлеба. Правда, из-за того, что я не участвую в общих обедах, я далека от всех последних событий, потому что именно в это время происходит обсуждение новостей, а так же раздувание новых сплетен и разжигание ссор и скандалов. Таким образом, уходя в обеденный перерыв, я убиваю сразу двух, нет, даже трех зайцев: избегаю потенциальных неприятностей, дышу свежим воздухом и слушаю музыку. А для хорошего цвета лица - свежий воздух эффективнее дорогой косметики. По возвращении, мне иногда требуется несколько секунд, чтобы вернуться в реальность - "загрузиться", потому что я целый час находилась внутри музыки моего любимого рок-музыканта - времяпровождение куда более ценное, чем бессмысленный треп в течение целого часа перерыва. Но сегодня удрать не удастся - нужно будет сидеть с приятным выражением лица и делать вид, что я несказанно счастлива, что некоторое количество лет назад родилась Линн.
  
  Доктор Хьюз сразу же сел рядом со мной, улыбнулся, пошутил, я рассеянно ответила что-то. Линн положила мне в тарелку салаты, кусок пиццы, - и тут я почувствовала, что не могу проглотить ни кусочка. Пицца с горячим расплавленным сыром, грибами и чесночной приправой, салаты украшенные свежей зеленью - все выглядело чрезвычайно аппетитно, да и я была голодна, но, тем не менее, я не хотела это есть. Однако до чего трудно не есть, когда на тебя все смотрят, и я превозмогла себя и принялась жевать пиццу.
  Чтобы отвлечься от скучных разговоров, я стала незаметно наблюдать, как едят другие: одни быстро сметают все, что перед ними, не замечая вкуса, - им лишь бы живот набить быстрее, - они всегда едят наспех, возле холодильника, не присаживаясь, откусывая и заглатывая большие куски. А другие долго ковыряют блюдо вилкой, крошат хлеб, мусолят салфетку и выковыривают изюм из сдобной булки. Третьи громко чавкают и губы рукавом вытирают. А некоторые - и Хьюз к ним относится - едят медленно, смакуя каждый кусочек - гедонисты - я их сразу узнаю, потому что сама такая. А есть такие, что едят каждое блюдо по очереди, а другие сразу несколько блюд смешивают в тарелке, ну и так далее.
  Между прочим, многие наблюдают, что я кладу себе на тарелку и сразу же берут себе то же самое. Они полагают, и небезосновательно, что диетолог лучше знает какие именно, из имеющихся на столе блюд, следует отведать. Я давно привыкла к повышенному вниманию присутствующих за столом к себе и своей тарелке, но именно сейчас меня это очень мучает.
  
  --Что-нибудь не так? - спросил Хьюз, видимо заметив мои жевательные усилия.
  -- Все в порядке. А что, Джеф, это правда, что человека легче всего сглазить во время еды?- спросила я, вдруг вспомнив разговор с Викой.
  -- Сглазить?- переспросил он. - Смотря, что под этим подразумевать. Если хочешь, мы продолжим этот разговор несколько позже, тут не совсем подходящее место, - он замялся и как-то забеспокоился.
  -- Конечно.
  
  Я с большим трудом дожевала пиццу, игнорируя защитные сигналы организма, и даже съела несколько ложек салата, а положенный мне кусок торта, накрыла салфеткой и громко сказала, что полакомлюсь им попозже. Но когда я вернулась в свой кабинет, то почти сразу почувствовала приступ тошноты - это была особая дурнота, психологическая, такое и раньше со мной случалось. Ее можно превозмочь, если отвлечься и выпить чаю, но сейчас я поняла, что необходимо выбросить из себя пищу и понеслась в туалет.
  
   Несмотря на то, что я полностью привела себя в порядок перед зеркалом в туалете, даже губы подкрасила и причесалась, но все же уловила встревоженный взгляд Хьюза, ожидавшего меня в холле.
  Вечером он заглянул ко мне:
  
  -- А тебя, Полина, действительно сегодня пытались сглазить во время еды, правда, невольно. Но, думаю, все обошлось.
  -- Шутишь, да?
  -- Я абсолютно серьезен. Я видел одного из своих ...учеников в кафетерии для сотрудников. Он сейчас здесь. Позвать?
  -- Зачем?
  -- Он хочет повиниться.
  -- В чем же?
  -- В действиях направленных против тебя.
  -- Джеф, я что-то не пойму о чем ты.
  
  Черный массивный тип возник передо мной. Не успев как следует материализоваться, он тут же запричитал:
  -- Прости меня, Полигорьевна! - Я не сообразил кто передо мной!- он бухнулся на колени. - Я клянусь, - продолжал хныкать Черный, - Что больше никогда не посмею... Если позволишь, я все тут уберу, вымою, вылижу, наконец!
  -- Джеф, да что происходит, в конце концов?
  -- Полина, скажи, что ты его прощаешь, иначе он не сможет уйти, - попросил Хьюз.
  -- Да за что я должна его прощать?
  -- Зафф, поясни.
  -- Я - демон зависти, - Черный отвесил церемонный поклон. - Меня зовут Зафф. Я был призван сегодня в обед, с целью тебя сглазить. И я это сделал. Но ты, Полигорьевна, - он поднял вверх толстый темный палец,- приняла меры по моей нейтрализации. В результате был задействован один из параметров демофилда, а мои действия стали известны администрации Демонета, я получил строжайшее предупреждение и...
  -- Ничего не понимаю. Какие демофилды и демонеты?- я пожала плечами. - Что за бред?
  -- Прости его на этот раз, - настаивал Хьюз. - Я забыл, что он не умеет объяснять. Я это сделаю сам, когда он уйдет.
  -- Прощаю, - произнесла я величественно. - Иди и впредь, чтоб никаких пакостей!
  
  Демон неожиданно сделал блатной жест типа "чтоб я сдох", зацепив ногтем большого пальца зуб, потом провел ребром ладони по горлу.
  -- Не сомневайся, против тебя не попру, Полигорьевна!
  И исчез.
  Я вопросительно посмотрела на Хьюза:
  -- Я под гипнозом?
  -- Полно, Полина! Какой еще гипноз! Можешь не скрывать, я все равно знаю, что они выходили с тобой на контакт. Попробую пояснить - Зафф - не твой демон, поэтому невидим тебе в обычных условиях.
  -- Конечно, не мой!- я обрадовалась. - Сроду никому не завидовала. Наоборот - всегда радовалась за других. А его, значит, видят те, над кем он властен, завистники, то есть?
  -- Да, некоторые из них, видят его, не понимая что он - демон, принимая его за человека, впрочем каждый видит одного и того же демона в разных обличьях, согласно индивидуальным психическим особенностям. На обеде сегодня присутствовал твой недоброжелатель, даже завистник, я бы сказал. Демон появился, Зафф - главный пособник сглаза, а прием пищи облегчил задачу.
  -- А ведь мне не хотелось есть эту проклятую пиццу! Я буквально заставила себя ее сжевать, потому что все на меня смотрели. Это - Линн, - выпалила я. - Это же ее еда, салаты она сама готовила, но остальное заказала в пиццерии "Папаша Джакомо" - там пекут самую вкусную пиццу в Нью-Йорке.
  -- Еда в присутствии недруга никому не пойдет на пользу, независимо от того сам он ее приготовил или купил,- покачал головой Хьюз.
  -- Я же знала это, подсознательно чувствовала! А о чем Зафф еще говорил? Какая-то администрация демо...нет... как он сказал?
  -- Ну, - замялся Хьюз, - Можно сказать, что начальство не одобрило действий Заффа по каким-то специфическим причинам. Возможно, ты находишься под защитой, но откуда она и почему - не берусь разобраться. А может, ты просто сверхчувствительна к подобным штукам, а демоны должны действовать незаметно, не оставляя следов. А в данном случае, я заметил, как неохотно ты ела, как побледнела и убежала в туалет.
  
  Я взглянула на кусок торта, накрытый салфеткой и, брезгливо взяв за краешек блюдца, выбросила в корзину для бумаг.
  -- А ты знал? Ты видел демона и ничего мне не сказал?
  -- Видел, да, но я не мог знать на кого направлено его действие, честно.
  -- А если бы знал, что на меня, ты бы меня предупредил?
  -- Конечно, я бы придумал какой-нибудь предлог, чтобы увести тебя.
  -- Спасибо и на этом, - буркнула я. - А что если бы я ничего не заметила? В чем бы этот сглаз проявился?
  -- Сглаз можно рассматривать как вмешательство в защиту человека, вызывающее сбой в его иммунной системе на тех слоях, которые не улавливаются реальными приборами. Как я уже говорил, "сглаживает" обычно человек завистливый, а демон зависти - всегда присутствует при этом. Например, кто-то говорит тебе: "О, как ты прекрасно выглядишь после отпуска! " Ты улыбаешься в ответ, открываешься этому человеку, снимая защитный барьер. А на следующий день у тебя жар, боли в желудке, ячмень или радикулит. Ты винишь во всем вирус, сквозняк или вчерашний обед в кафе, но еда была свежайшая и вирус тут не причем, а просто сглазила тебя вчерашняя завистница. А через пару дней, впрочем, все проходит - твой организм справился со сглазом и прорехи в защите залатал, но ... выглядишь ты несколько хуже. Хоть и не намеренно, но завистница добилась своего. Но это очень мелкая пакость - простые демоны крайне примитивны и предсказуемы. Бывает более серьезный сглаз: человек начинает чахнуть и сохнуть, а случаются и психические нарушения - мне много раз приходилось такой сглаз снимать.
  -- Слушай, Джеф, а работает ли дуля в кармане или булавка на одежде?- я спросила шутливым тоном, но, но, к моему удивлению, доктор Хьюз ответил без тени улыбки:
  -- Конечно. Но не дуля в кармане предохранит тебя от сглаза, а процесс ее сворачивания - ты активируешь защиту, выставляешь невидимый барьер против Заффа. Прикалывая булавку, ты прикрываешь себя барьером- уверенностью, что никто не причинит тебе зла. Ты можешь забыть о ней, но она все равно действует. Булавка - долгосрочная защита, а дуля - разовая.
  -- А как он меня странно называл - Полигорьевна. Это созвучно моему русскому имени-отчеству. Я - Полина Григорьевна, но демон сократил мое имя, и получилось забавно.
  -- Да, я слышал, что в России, в знак уважения, добавляют к имени собеседника имя его отца, но демоны часто коверкают слова.
   -- Слушай, Джеф, а можно еще вопрос? Ученики, то есть демоны упоминали амапольские зеркоралы, которые никогда не врут...
  -- Город есть такой - Амаполь. Там производят удивительные, и даже волшебные вещи.
  -- А каково назначение этих зеркал-зеркоралов?
   -- Рассказывать об этом - все равно, что учить новорожденного младенца таблице умножения. Прости и не обижайся. Амапольские вещи сами объясняют свое назначение, когда приходит время. Возможно, я смогу когда-нибудь показать тебе этот город и его чудеса. Однако ты так увлеклась беседой со мной, что даже не поглядываешь на свой монитор украдкой, как обычно... да-да, я все замечаю и сожалею, что некто в сети часто перехватывает твое внимание.
  
  Я машинально взглянула на монитор. Женя давно рисовал мне подмигивающие смайлики и спрашивал:
  - Полинка, ты в порядке? Что- то тревожился за тебя сегодня, волновался. Тебя никто не обижал?
  
   ***
  Когда я обернулась, Хьюза уже не было в кабинете, а мне еще о многом хотелось его расспросить.
  
  - привет, - я написала.
  - ты здесь! я спасен! я погиб!
  - что с тобой, мой хороший?
  - влюбился я. боже, как тяжело сказать - я люблю. Поверить. Признаться себе.
  Потом тебе. И так сладко мне от этого и жить хочется - это и есть главный признак любви - очень хочется жить! Надо же - ты заговорила со мной и я счастлив!
   - и я счастлива, Женя! Я на работе сейчас. Пока домой доберусь, всех ужином накормлю, ты уже уснешь - у тебя будет глубокая ночь.
  - я буду тебя ждать.
  
  Но вечером я никак не могла подобраться к компьютеру: сначала сын искал информацию для домашнего задания, потом муж читал новости, а я все это время нервно ходила из угла в угол, отвечала им раздраженно и даже сердито. Они смотрели на меня недоуменно и переглядывались. Ах, ну что же это я делаю, они-то в чем виноваты! Давно пора еще одну линию поставить и купить ноутбук - тогда не будет проблем. Ну скорее бы он уже дочитал свои новости, меня же Женя там ждет. Там? Где это "там"? За восемь тысяч километров отсюда или он и вправду в моем сознании находится?
  
   После ужина муж предложил фильм посмотреть - знакомые сказали - отличный и актеры прекрасные. Мне не хотелось его огорчить - он любит со мной вместе фильмы смотреть. Я логично заключила, что ничего страшного не произойдет, если я не выйду на связь с Женей сегодня - мне полезно отдохнуть немножко, а он пусть поскучает по мне.
  Я сидела в кресле у телевизора, кадры мелькали перед глазами, но за сюжетом я уследить не могла - мне все казалось, что Женя рядом сидел и в шею мне дышал, а руки его скользили под одеждой - он расстегнул лифчик, погладил мой живот, а потом рука скользнула ниже, между бедер...
  Я вскочила, сказала мужу, что уже видела этот фильм, извинилась и вышла, вернее, выбежала из комнаты. Компьютер был свободен, и в спальне кроме кота Феншуя не было никого.
  
  - ну вот и ты! я же с ума уже схожу, беспокоюсь!
  - ты обо мне думал час назад, правда?
  - да, и два часа назад, и три.
  - а я чувствовала, что ты совсем рядом, твои руки...
  - Полинка! Все... написал твое имя и ступор сразу - ни писать, ни говорить не хочется.
  - и не надо. Давай просто ляжем и обнимемся. У тебя глаза какие? светлые? у меня зеленые. Твоя ладонь сейчас под моей правой щекой... смотри на меня.
  - я...
  - тсс... я сама. Ты скучал по мне, как хорошо! и я ощутила это, и сама по тебе скучала. Смотри, что с нами делается-то, ну не можем оторваться друг от друга, прям медовый месяц какой-то.
   - Полинка!
   - тсс... я скользну губами по твоей груди и животу... и твой член в моих руках
  - я сейчас с ума сойду!
  - тсс... нас могут услышать, тихонько, ладно?
  - да!!!
  - не кричи же!
  - а здесь нет никого, можно кричать, сколько хочешь, ты что, не видишь - лес кругом, крона деревьев над нами...
  
  Я вздрогнула, потому что и я в точности представляла себе крону деревьев над головой и вокруг ощущалась лесная зона на много километров, совершенно безлюдная.
  
  - я возьму губами так осторожненько, и тихонько кончиком языка... а ты лежи, закрой глаза, мой хороший! как ужасно эти слова выглядят на мониторе - пошлые такие!
  - не надо бояться слов - не пошлые они, нормальные слова- обозначения... можно, я буду смотреть?
  - да, и я не закрою глаза.
  - ты укрыла его своими волосами, мне не видно сейчас.
  - а так?
  - так видно.
  - а хочешь...
  - я все хочу!
  - тсс... позволь мне...
  - да!
  - еще?
  - да!...........................................................................................................................
   - а тебе так делал кто-нибудь раньше?
   - не хочу сейчас думать о других! Не спрашивай ни о чем.
  - а я этого и хотела - чтобы ты забыл обо всех на время. никого нет, кроме меня и ничего нет, кроме этого леса. здесь так тихо и безлюдно, что я боюсь немножко.
  - я и помню только о нас. Наше время, мысли общие, любовь и пространство - только наше. И я тебя люблю. Только не надо бояться леса - ты же со мной. Я услышать твоё "я люблю" боялся больше всего, а сейчас так счастлив!
  - хорошо, я не буду бояться - будь что будет. Я так горда, что ты меня любишь.
  - Люблю! ..........................................................................................
  - дай мне отдышаться.
  - нет... хочу чтобы ...фейерверк был...
  - ...я хочу фейерверк...
  - мы синхронно одно и то же пишем, видишь? аж страшно...
   - не говори, что страшно, страх все убивает. Смотри на меня и ничему не удивляйся... Ааааа! повернись так...
   - хорошо, как скажешь, любимый, но ты сжимаешь мои бедра слишком сильно - я не могу так двигаться... ох... вот так! хорошо. А!
  - я взорвусь сейчас!
   - да, мой любимый, да...
  - ох как ты это говоришь! как я завожусь от твоих слов! быстрее! еще быстрее! я хочу
  чтоб ты кончила, я бью из стороны в сторону как ложкой в стакане, как язычок колокола! хочу, чтобы ты звенела... я весь мокрый реально...
  - ... я вся мокрая- пот катится...
  - ...ох, какая же ты красивая!
  - сейчас ... ооо!
  - да, любимая! моя любимая!
  ........................................................................................................
   - дай я вытру пот с твоего лба и поцелую в губы....ух, какие глаза у тебя зеленые, колдовские, счастливые! А когда мы только встретились, ты грустная была. Я теперь тебя никуда не отпущу!
  - а я никуда от тебя не собираюсь уходить.
  - но я хочу, чтобы ты знала, как важно мне рядом с тобой быть...
   - мне это так дорого!
  
   ***
   Солнце пробивалось сквозь крону деревьев... зяблик сел на поваленную сосну. Я приподнялась на локте.
  -- Лежи, Полинка, не вставай. Так хорошо мне сейчас, не двигайся, прошу тебя.
  -- Женя, где мы? Смотри - лес...
  -- Какая разница? Главное, что мы пока вместе.
  -- А где моя одежда? Я же не могу по лесу голая ходить.
  -- Почему бы нет? С венком на голове и распущенными волосами - будешь как
  лесная нимфа. Да не волнуйся ты - одежда, вернее, ее проекция, появится, когда в ней будет необходимость.
  -- Ты уверен?
  -- Да. Не думай ни о чем. Прижмись ко мне крепче, а я буду смотреть на тебя, чтобы запомнить получше.
  -- Как странно все - что ты говоришь, и что сейчас происходит.
  -- Тсс, молчи! Положи голову мне на плечо.
  .....................................................................................................
   На часах около полуночи. За окном тьма кромешная - ни луны, ни звездочки. Лампа настольная горит, на мне домашний спортивный костюм. Я сижу перед компьютером и в то же время - солнечные блики скользят по моему телу - мы совершенно голые лежим в лесу на траве, на Жениной рубашке.
  -- Который час?
  -- Здесь? Утро. Часов семь, думаю. Птицы поют так громко только ранним утром.
  -- Женя! Почему все так реально? Я же тебя и вправду вижу и могу потрогать!
  -- Это любовь чудеса делает, но не для всех. У тебя получилось.
  -- У нас?
  -- У тебя. Я ведь тебе говорил, что ты - особенная.
  -- А ты?
  -- Ну и я не простой, но я - ключ к воротам, просто подошел идеально, и подгонять ничего не пришлось, а это редко бывает.
  -- Но ведь я же дома сейчас, в спальне, кот рядом сидит... и... одновременно с тобой, в лесу!
  -- А это потому, что ты поверила мне, раскрылась, позволила себе забыть обо всем.
  -- Объясни понятнее.
  -- Ну, считай, что я тебя похитил на время и приволок сюда.
  -- А вдруг кто-нибудь придет, а мы голые - как в раю.
  -- Может мы и есть в раю. Рай- это там, где мы рядом. Рай - это то, что скоро кончится. Только не спрашивай есть ли в раю Интернет.
  -- Женя, не надо шутить. Что происходит? Я могу тебя трогать, касаться. Так ты - не мое воображение? Ты не виртуальный?
  -- Ну, я так и обидеться могу, какой же я виртуальный? Я - живой человек, который любит тебя и хочет тебя, вот, взгляни - доказательство.
  -- О, да ты опять готов!
  ....................................................................................................
  Я закрыла глаза и помотала головой. Чувство раздвоения не исчезало: я была одновременно в незнакомом лесу и у себя в спальне. В страхе я выключила компьютер, вышла на балкон и усилием воли попыталась собраться в одно целое. Постояла немного, глядя в темноту, сделала несколько глубоких вдохов - лес все равно присутствовал. Может, сетевые забавы не так уж невинны и, возможно, привели к нарушению психики. Вернулась в комнату, залезла под одеяло и попыталась думать о чем-то понятном и обычном: вот кот Феншуй устроился на подоконнике и мерцает глазами, усыпляя меня... Я потому и назвала его Феншуй, потому что где бы он ни сидел, там сразу становится хороший феншуй - он его будто сам создает, а может он и есть этот загадочный фен.. Ой, в лесу дождь пошел, а я же голая!
  
  Я была одновременно в своей спальне и под дождем в незнакомом лесу, но я не пряталась и не пыталась укрыться, а подставляла лицо под холодные капли, они стекали по телу, и мне было легко и радостно. Тогда я решила не волноваться из-за неожиданного раздвоения, и раз мне не удается покинуть лес и собраться воедино, то я буду воспринимать это как сон со своим участием. Во сне все можно, там нет понятия места и времени: люди из разных отрезков жизни встречаются, общаются и попадают в места, где никогда не бывали.
  
  Дождь прошел, и мы пошли с Женей по тропинке. На мне был только венок из мокрых лесных колокольчиков, который Женя сам сплел и надел на мои влажные кудри. Я поглядывала на Женю и улыбалась ему, держась за его локоть одной рукой, а другой придерживала грудь, чтобы она не раскачивалась, когда мы ускоряли шаг. Я все время смотрела вниз на тропинку, под ноги, чтобы не наступить на какую-нибудь шишку, а потом подняла глаза и ахнула. Передо мной возникли легкие, сверкающие на солнце ворота, и я остановилась в изумлении. А из ворот вышла женщина с караваем в руках, высокая и статная, немолодая, но еще не старуха, с такой гордой осанкой, что хоть на ней было простое ситцевое платье, я сразу поняла, что она - очень важная персона и оробела перед ней ужасно. И тут же вспомнила, что я голая, на мне - один сползший на одно ухо венок из колокольчиков. Я хотела было спрятаться за Женю, но на мне вдруг платье оказалось новое, нарядное, с вышитым воротом и золоченой тесьмой, а волосы причесаны аккуратно и заколоты гребнем, а на ногах сандалии плетеные, с тонкими ремешками на щиколотках. Нет, конечно, это сон, чудесный, волшебный,- только бы он продолжался подольше, а вопрос, который женщина мне задала, убедил меня в этом окончательно:
  
  -- Ну как там Вика? Похудела уже? Ты ей помогла, что ли?
   Я молча кивнула, боясь проснуться.
  -- Ну ладно. Будем считать, что ей повезло на этот раз. Зато хамить она больше не посмеет. Вот ты - вежливая, уважительная, услужливая, я вижу. С тобой легко будет работать. Ну, пойдем, ладно.
  
  Я посмотрела на Женю, он улыбнулся мне, но в глазах его была грустинка, я шагнула вперед, но остановилась и опять оглянулась на него. Он ободряюще кивнул и сказал:
  -- Иди, Полинка, и будь счастлива. А я теперь спокоен - демоны не посмеют тронуть тебя, там, за воротами, их нет, иди ...
   Я опять сделала шаг вперед и вновь остановилась, потому что Женя не пошел за мной, а остался позади, на тропинке, и я поняла, что если сейчас войду в эти ворота, то больше его никогда не увижу, и тогда отступила назад, подошла к нему и взяла его за руку.
  -- Полинка, - повторил он. - Не думай обо мне. Я счастлив, что мне довелось встретиться с тобой. А сейчас иди.
  
  Но я не послушалась, спряталась за него и спросила женщину:
  -- А кто вы? Как вас зовут?
  
   Она покачала головой.
  -- Меня зовут Лидия Яковлевна. А фамилия моя - Сорочинская.
  -- Я не хочу с ним расставаться, Лидия Яковлевна.
  -- А он уже выполнил свою задачу, помог тебе подняться, уйти из реала. А Золотые Ворота открылись тебе благодаря твоему дару, редкому в наших краях, так входи же, не медли.
  --А он?
  -- Он - казадор. Он давно выбрал свою роль. Он не поднимется выше, во всяком случае, в ближайшем будущем.
  
  Но я упрямо покачала головой и заявила, что без него не нужны мне никакие Золотые Ворота.
   -- Вы можете ее просто увести?- спросил Женя Сорочинскую.- Она не понимает происходящего. А после сама скажет спасибо.
   -- Нет. Я не могу это сделать против ее воли. Она должна войти туда сама, с радостным ожиданием чуда, в противном случае - все бесполезно.
   -- Что же нам делать? Есть ли какой-нибудь путь, чтобы не расставаться?- спросил ее Женя.
  -- Обычный. Первый уровень Демонета, как партнеры, на общих основаниях. И придется ждать разрешения админа.
   -- Мне все равно, какой путь, - сказала я твердо. - Я хочу с ним.
   -- Но это задержит тебя на неопределенный срок. Тебе придется доказывать, что ты - это ты - скучнейшее занятие, и к тому же, нет гарантий, что он будет с тобой все это время. Казадоры - народ непредсказуемый. А в какой-то момент он затормозит тебя, станет в тягость - это неизбежно. А знаешь что? Сама посмотри как все будет, только трактовать не спеши. Отведай вот этого, - она отломила каравая ломоть. - Бери, для тебя ведь печено, - последние слова она с грустью сказала.
   Я вдохнула аромат свежей сдобы - каравай был теплым, мягким... я откусила кусочек. И тут все пропало - ворота растаяли в розовой дымке, а мы с Женей оказались на старенькой, очень знакомой кухне, из окна которой был виден зеленый дворик, а за ним - город открывался с кривыми улочками и цветными крышами. Женя варил кофе и разливал по маленьким керамическим чашечкам, и вдруг демоны выхватили чашку у меня из рук и стали отхлебывать из нее, обжигаясь и чертыхаясь, а я кричала им: " Уйдите, я пожалуюсь администрации! Как вам не стыдно, Женя для меня этот кофе сварил!" А они вдруг подхватили меня под руки и поволокли, а я заплакала и закричала, что не хочу с ним расставаться, но Женя смотрел на меня холодно, а к его плечу прислонилась другая женщина. А потом все замелькало, мимо меня проносились какие-то люди, белокурый бородатый великан протянул мне букет невиданной красоты, длинноволосый юноша играл на флейте почему-то под дождем. События мелькали так быстро, что я не успевала разобраться в происходящем, и над всем этим застыл Женин равнодушный взгляд - и это так страшно было! Это был Женя, мой Женя, но смотрел он будто сквозь меня. А потом я вдруг оказалась в какой- то колдовской кухне, где котлы кипели и стеклянный шкаф был доверху уставлен прозрачными банками с сушеными травами и корешками, а на столе были горкой выложены красивые - ну прямо как с сельскохозяйственной выставки, овощи и фрукты. Я подошла поближе, и маленькая тыква обрадовалась мне, помахала сухим хвостиком, подкатилась под мою руку и стала ластиться, и яблоки перекатывались по столу, стараясь повернуться ко мне румяными бочками - они очень хотели мне понравиться.
   Я проглотила последний теплый кусочек каравая. Тетя Лида смотрела на меня с улыбкой:
   -- Удивилась, да? И ты такие пироги печь смогла бы научиться, и другие премудрости узнать. Да только нельзя с грустью входить в Золотые Ворота - печаль твоя о нем будет на всем отражаться и в пироги впитываться. Ну все. Будь по-твоему.
  
   ***
   Неужели только одна ночь прошла? Мне кажется, что я успела пережить много разных событий за столь короткое время. А какие странные сны случаются, когда кот сидит в моей комнате, может это он сны транслирует? Все, больше нет чудес - утро, на работу пора. Мне всегда удавалось найти рациональное объяснение для всего, какое же на этот раз придумать? Кажется, я так увлеклась, что перестала отличать реал от сетевых забав и снов. И вправду, надо бы отдохнуть. Но едва открыв глаза, я сразу же включила компьютер - не желая терять ни минуты, я спустила ноги с постели, и сразу же нажала кнопку включения, пока он загружался, я протирала глаза, отгоняя остатки сна.
  
  От него письмо: "Ой, что ты со мною делаешь!
  И ничего не хочется говорить! Просто лежу на полу, руки раскинув. Присутствие.
  Все время - я ощущаю твое присутствие. Чувства эти без границ - и силы дают, но и сдавливают горло. Есть многое, в чем я хочу разобраться. Понять. Как заставить зеленые глаза твои светиться яхонтом, как мне предстать перед ними? Мы можем с тобою решить это. Ты и я. Мы можем немного улучшить этот мир. Для меня это не просто времяпровождение. Для меня это изменение, познание, движение и пребывание. Сложилось у нас. Счастье мне улыбнулось. Сейчас думать не могу, просто тащусь от того, что ты есть в моей жизни, от того, что ты такая, от того, как ты меня чувствуешь. Ох, как сладко мне с тобою! Знаю, что веришь мне. Знаю, что непонятно все, что я говорю. Просто знай - я люблю тебя, Полинка."
  
  И я тут же, в ночной рубашке, до завтрака и душа, принялась строчить ответ:
  
  "Ну как же мне отдышаться? Как же мне в себя придти после таких слов? Кому как не мне знать чего они стоят! Жень, ну я же разревусь сейчас - от счастья, неожиданности и удивления - ведь у меня впервые это взаимно, понимаешь? А я-то думала, что это только у других бывает или в книжках. Конечно, верю тебе, и знала о твоей любви раньше, чем ты сказал, чем облек любовь в форму словесную, хоть и ты и боялся мне признаться. А я и не боялась - сразу сдалась, сразу призналась... себе в первую очередь. И вот сейчас - затопило совсем. Только я хочу как ты - не бояться страданий с этим связанных, а позволить себе купаться в счастье и любви, я попробую, я сумею".
  
  Отправила письмо и убежала в душ, потом поставила чайник на плиту и опять подбежала к компьютеру: уже был ответ:
  
  "Полинка, я не боюсь страданий, это собственный выбор. Я боюсь стать причиной страданий, а в нашей ситуации - это неизбежно. Любовь это нечто огромное, а взаимная любовь - это как коридор зеркал - бесконечное. Боялся я напугать тебя. Просто учуял я тебя, на расстоянии, рискнул заговорить и попал в десятку, а теперь в тебе купаюсь, ныряю в тебя, сердцем ныряю, чувствами. Я не просил ничего взамен, поверь, а получил целый мир ".
  
  Я вышла в чат.
  - ну ты вчера классная была!
  - это ты - фантаст!
  - есть немного. я перечитал то, что мы с тобой вчера написали, сижу и сам себе завидую - какая женщина у меня! всё, съезжаю с темы, а то мне уходить сейчас. Душ принял, сижу вот, высыхаю, я же не вытираюсь никогда.
  - ой, Жень, и я никогда не вытираюсь. И я только из душа и тоже высыхаю, а полотенца в ванной только для гостей! Так ты на работу сейчас идешь? Ты об этом ничего не рассказывал, только сказал, что - ювелир.
  - Ну да, я - ювелир, делаю на украшения из драгоценных и полудрагоценных металлов и камней, хочешь ссылку дам на сайт? Посмотришь мои работы.
  - хочу, конечно, мне все про тебя интересно, ты - необычный, ни на кого непохожий, какой то слишком тонкий, чувствительный. Очень тебе тяжело наверное, с такими гранями остро отточенными жить?
  - ты сама- "лал драгоценный", - открываешься с разных граней.
  - а ты их полируешь.
  - нет, я только свет на них направляю и они сияют.
  - иногда опасно свет наводить на "лал", - вернее огнеопасно. Значит, ювелир- это твоя основная работа?
  - да, но это моя реальная работа, а есть еще одна.
  - в сети, что ли?
  - это является делом моей жизни. Многие хотят изменить этот мир к лучшему, но мало кто хочет пальцем пошевелить для этого. Когда-нибудь расскажу подробнее. Уже скучаю по тебе. Вчера классно было. А лес помнишь-то? Как ты испугалась, что голая...
  - ага, а ты еще сказал, что я буду лесной нимфой.
  - мы лежали на моей рубашке у поваленного дерева.
  - ты был великолепен...
  - ты - подарок судьбы.
  - и я о тебе могу сказать то же самое - подарок, только бы не троянский конь!
  - хе...
  
  Ой, чайник у меня сгорел, наверно! Не знаю почему, но не могу я пользоваться электрическими чайниками, мне их дарят периодически, а я все равно старый чайник со свистком на газ ставлю - он уже не свистел, а скорее, хрипел.
  Я пила чай и перечитывала вчерашние наши похождения в чате. Еще раз перечитала, потом еще раз. Чай остыл, а я так и сидела, замерев: про лес - не было ни слова, то есть мы физически не писали этого. А как же тогда? Мы же оба помнили и про поваленное дерево и нимфу...
  
   ***
   Демоны попадались мне в холле медицинского центра время от времени, я успела привыкнуть к ним и перестала удивляться. Иногда они появлялись в моем кабинете, о чем-то болтали, искоса поглядывая на меня, и, явно стараясь привлечь внимание. Когда мне надоедала их трескотня, я их выгоняла - они совершенно не обижались - ведь они были "моими" демонами - раз я их видела в человеческих обличьях. Зеленый Рефф обычно задавал мне идиотские вопросы: знаю ли я где сейчас мой "казадоришка", и противно пел визгливым голосом - "чем занимается, с кем обнимается''. Если я реагировала на его слова, то он зеленел еще больше, а если не обращала внимания - бледнел и замолкал. Белый Горр - стройный, с гордой осанкой и римским профилем, рассказал мне как помог Хьюзу вселить в худышку Эллу уверенность в себе и самоуважение. Горр всегда начинал разговор с того, чтобы я не забывала ни на минуту о том, что большая умница и редкая красавица и цены себе не знаю на самом деле, а другие должны за счастье почитать - находиться в моем поле воздействия. Красный Гнефф подмигивал мне заговорщицки то и дело, но я старалась не обращать на него внимания, помня о своей загадочной разрушительной силе. Красавица Похх улыбалась мне обворожительно, но после того как я резко высказала ей, что возмущена ее попыткой вселиться в меня без спросу, близко не подходила. Она испуганно оправдывалась, что если из всех имеющихся в наличии у Хьюза музыкальных записей, я выбрала именно "Demon of Lust", то подсознательно призывала именно ее, и это означает, что я искусственно подавляю в себе жажду чисто плотских утех, по ее мнению, совершенно напрасно.
  Демоны никогда не появлялись во время моих бесед с Женей, но стоило мне попрощаться с ним или выключить компьютер, они тут же начинали шнырять у меня за спиной, обмениваться репликами, пытаясь выведать о чем мы говорили. Я несколько раз собиралась рассказать Жене о них, но когда они исчезали - я мгновенно о них забывала.
  А Женя не появлялся онлайн уже третий день и Рефф, пользуясь моментом, пытался разжечь во мне ревность. Четвертый день - его нет. Пятый. Напрасно прождав его допоздна, я выключила компьютер. Лежала в постели без сна и утешала себя: ну может связь барахлит или его компьютер не работает или просто занят... Все это могло быть правдой, но он представлялся мне почему-то с реальной женщиной, с Оксаной, о которой упоминал как-то. Я чувствовала, я знала, что он сейчас с ней, я была уверена на все сто, что он ... Вскочила, опять включила компьютер и даже притопывала ногой от нетерпения пока он загружался.
  "Совсем с ума сошла со своим Интернетом", - пробурчал муж и накрылся одеялом с головой. Я ничего не ответила. Нет его! Ни сообщений, ни писем, ни комментариев. Что же делать? Ах, да, я же совсем забыла про наш общий блог!
  
  Блог Ар__Ка
  
  "Есть такое слово английское, короткое "numb", произносится "намм"- намного лучше выражает состояние чем длинные русские слова "онемение", 'оцепенение" и "бесчувственность", и характеризует мое состояние в течение многих лет. Я смирилась и думала так будет всегда. Я не ждала изменений и была рада покою. Я забыла как это - "любить".
  как это бывает сильно!
  как это бывает сильно и здорово!
  как это бывает сильно, здорово и волшебно!
  И опять, как много лет назад, это перевешивает все, что у меня есть, а ведь есть немало. Видимо, это свойство моего характера: меня заносит, мое увлечение зашкаливает за пределы разумного. Женя, Казадор, ты меня расколдовал как спящую царевну, причем тебе удалось это сделать на расстоянии, вот только не знаю на счастье или на беду".
  
  Уснуть так и не смогла, вышла на балкон, села в кресло - качалку, вдохнула ночной воздух. Похоже, я ни дня не могу без него прожить - ношу в сумке листочки с его письмами и перечитываю их все время, вскакиваю среди ночи даже в свои выходные, чтобы застать его перед выходом на работу. Почему я позволила себе нырнуть с головой в эту игру? Много раз я пыталась себя лимитировать, старалась сдержаться, не включать компьютер, но меня будто магнитом к нему тянуло, и я вновь как завороженная смотрела на экран, и бегущие строчки его слов уносили меня в другое неведомое пространство, да еще и какие-то Золотые Ворота открылись. Хорошо бы самой научиться попадать в то пространство, чтобы не зависеть ни от Жени, ни от кого-либо другого! Хорошо бы опять стать независимой и самодостаточной! Но пока меня раздражало любое действие, которое мешало мне торчать у компьютера. Окружающие давно говорили, что я окончательно помешалась на Интернете и меня нужно спасать. Я должна признать их правоту: будь моя воля, я бы от компьютера вообще не отрывалась - ела бы и дремала перед монитором. В итоге рабочая документация запущена, хозяйство тоже постепенно приходит в упадок: даже во время уборки, я то и дело подбегаю к компьютеру, чтобы проверить, нет ли от него сообщений.
  
  -- Да, детка, - сказал чей-то скрипучий голос. - Он тебя хорошо подогрел. Это уже не похоже на игру или развлечение. Дело принимает серьезный оборот и не только для тебя.
  Я обернулась. Старичок с белой бородой сидел на табуретке и укоризненно качал головой. А, это же Ахх - какое-то начальство у демонов, они перед ним заискивают, я помню... Он еще "подвешивал" мой компьютер, чтобы я не "сболтнула лишнего", и еще я помню, как одобрительно он смотрел на меня, когда я танцевала полуголая под влиянием Похх.
  -- Дай в кресле- качалке посидеть, а?- попросил Ахх.
  Я машинально встала, уступив ему кресло. Ахх сразу же радостно расселся и принялся раскачиваться, покряхтывая от удовольствия.
  -- Полина, - продолжил он, - ты действительно попалась. А ведь у тебя же есть такой замечательный коллега - доктор Хьюз, уверен, что ему не раз приходилось сталкиваться с подобными проблемами...
  -- Нет, мне не нужен психиатр. Я сама могу взять себя в руки. Сама вляпалась и сама выберусь из этого.
  -- Интересно как?- поинтересовался Ахх, раскачиваясь сильнее. - Кстати, у тебя нет мороженого в холодильнике?- неожиданно спросил он.
  -- Есть... - ответила я рассеянно.
  -- Угостишь, а?
  -- Тебе шоколадное или фруктовое?
  -- Давай оба.
   Я принесла ему две порции.
  Ахх раскачивался в кресле и по очереди откусывал то от шоколадного мороженого, то от фруктового.
  -- Ах, Полина, как вкусно из твоих рук-то! Так о чем это мы? Ах, да! Если ты сама найдешь способ избавиться от страсти или хотя бы научиться контролировать себя, то я пришлю тебе учеников, перенимать опыт.
  -- Ты шутишь?
  -- Ничуть нет. Я мог бы помочь тебе в обмен на определенные услуги.
  -- Спасибо, я сама справлюсь. Если не получится ограничить себя, то оборву все резко.
   -- Не жалко?
  -- Жалко, но ведь это все равно не по-настоящему, не реально.
  -- Хм... ты так говоришь, как будто точно знаешь что реально, а что нет. Так как же ты будешь бороться с зависимостью?
  -- Закрою блог, сменю е-мэйл, ну, разумеется, пошлю ему прощальное письмо, чтобы не терялся в догадках, мол, извини, милый, но мой реальный мир страдает от того, что я не умею поддерживать равновесие. Все было прекрасно, но на этом завершим наши виртуальные отношения.
  -- Ага, ну попробуй, - он скептически хмыкнул.
  -- Думаешь, не получится?
  -- Знай, детка, единственный способ избавиться от искушения - это ему полностью отдаться, извлечь из него максимум кайфа, а когда оно само надоест, приятно вспомнить будет. Люди зависят только от того, чему сопротивляются. Чем больше ты будешь сопротивляться, тем глубже будешь увязать в своей зависимости.
  -- Я как-то не думала об этом. А что бы ты хотел в обмен на помощь?
  -- О, вот это уже разговор!- Ахх явно обрадовался. - Устрой мне с ним виртуальную встречу, для начала.
  -- А зачем тебе?
  -- Ну, скажем, мне надо с ним кое-что обсудить, но он отказывается идти на контакт со мной, невежа эдакий! У меня с ним конфликт недавно вышел - он вмешивался в мои дела, и получил по заслугам, но урока не усвоил и продолжает гнуть свою линию.
  -- С ним что-то случилось?
   -- Да что ему сделается! Он ждет разрешения от администрации Демонета. Давай так сделаем: когда он выйдет с тобой на связь, то я пару слов напишу ему с твоего компьютера. Если я с ним договорюсь, то ты получишь все, что хочешь и поверь, детка, мало не покажется..
  -- Что ты имеешь в виду?
  -- Будешь со своим любовником сколько пожелаешь и как пожелаешь, и при этом, твои моральные принципы останутся с тобой. Как это у вас говорят "и рыбку съесть"... в общем, будешь довольна.
  -- А если не договоришься?
  -- Ну, тогда блог закроешь и е-мэйл сменишь, как собиралась.
  -- А как же он? Жалко его. Он же любит меня.
  -- Вот за него я не беспокоился бы. Он найдет себе других женщин для виртуальных развлечений - у него язык хорошо подвешен, хотя уместней было бы сказать, пальцы подвешены. И кое-что другое у него тоже устроено крайне удачно. Хе-хе... Будешь довольна, детка. Дай согласие, и я все устрою. Получишь и любовника и целый мир в придачу. Хочешь? Хотя можешь не отвечать - я и так вижу.
  -- А что ты потребуешь взамен?
  -- Ну, скажем, сваришь мне варенье из райских яблочек. Я буду зимними вечерами пить чай с вареньем и вспоминать о прекрасной женщине, которая варила его с мыслями обо мне.
  -- И это все?
  -- Это все.
  -- А если ты мне понадобишься, как я тебя найду?
  -- Я тебя сам найду. Дай еще одну порцию мороженого на дорожку, а? Ананасового нет у тебя? Ну дай еще одно шоколадное. Благодарю тебя, детка, за приятнейший вечер, я наслаждался каждым мгновением. Свежий воздух, кресло-качалка, мороженое и диалог с прекрасной дамой - ах, сколько удовольствий сразу!
  
  Надо обязательно рассказать Жене про этого старичка. Только бы не забыть, только бы не забыть. Но где же этот Женя-то?
  
  Утром на работе я опять проверила почту - ничего! Настроение резко испортилось. Несколько раз пыталась просмотреть список пациентов на сегодня, но буквы будто плыли перед глазами. Не могу ничего делать! Может отменить прием, сказать, что я заболела? Но ведь люди ждут, рассчитывают на меня. Но как же прожить еще один день без его письма? Меня вдруг охватил настоящий ужас: а вдруг переписка оборвется навсегда по независящим от нас причинам: Интернет исчезнет или электричество пропадет. А если с ним что-нибудь случится, то я никогда об этом не узнаю... а может с ним уже случилось что-нибудь? Он забыл обо мне, потому что он с ней, со своей реальной Оксаной, а я ревную, что в высшей степени нелепо. Я не претендую на физическое обладание, мое сознание хочет быть рядом с его сознанием и представлять себе его телесный облик - разве я так много хочу?
  
   ***
  Летняя жара обрушилась на город. Расплавленные улицы и влажный горячий воздух - обычный для Нью-Йорка июль. Сын проводил каникулы в Виржинии со школьными друзьями. Муж предложил провести двухнедельный отпуск в горах, в прохладе, но я отказалась в страхе, что там не будет Интернета. Мысль о том, что Женя будет искать меня, а я не смогу ему ответить, приводила меня в ужас.
  
  Блог "Арабелла"
  
  " Кофейная чашка со звоном упала на пол. Ну вот, хоть какое-то реальное происшествие, нормальное, закономерное. К черту эту чашку, она мне и не нравилась никогда! Правда, еще пять имеется одинаковых из подаренного кофейного сервиза. Сервизы - это безлико и очень скучно. У каждого человека должна быть своя чашка, по собственному вкусу выбранная. Вот бы все чашки побились скорее! А ведь можно это дело и ускорить... Ненавижу сервизы и прочее множество одинаковых, безликих предметов!
  
  Второй день она ходила по квартире растрепанная, голая, иногда забредала на кухню и откусывала от куска сыра, отламывала хлеба кусок, отпивала воды из носика чайника. Все остальное время она сидела в спальне перед компьютером.
  
   Он спросил:
  -- Ну чего ты ходишь голая?
  -- Жарко.
  -- Конечно, жарко, июль ведь, а что же ты кондиционер не включила?
  -- Забыла.
  -- Ну давай я включу. Что- то случилось?
  -- Где? - она удивилась. - Нет, разве ты не видишь, что все как всегда, как обычно. Просто мне все надоело, и ты - в том числе.
  Он ничего не ответил, прошел на кухню, поставил чайник.
  -- Почему ты никогда не обижаешься? Я тебе много раз говорила, что ты мне надоел, ну хоть один раз обидься и уйди.
  -- Тебе надо ты и уходи.
  
  Каждый человек имеет право немножко расслабиться, - думает он. - Жара с ума сводит, но она не любит кондиционированный воздух... говорит он мертвый какой- то, бесчувственный, уж лучше жаркий, влажный, но настоящий.
  Заглянул в спальню - она лежала, уткнувшись лицом в подушку.
  -- Хочешь чаю?
  -- Нет, уйди, просто уйди.
  -- А чего ты хочешь?
  -- Хочу тут лежать. В тишине и темноте. Стой! Не выключай компьютер!"
  
  Так прошло несколько дней. Я лежала в спальне и глядела на мерцающий монитор. От него по-прежнему не было сообщений и от моей тоски даже демоны разбежались - все, кроме одного, вернее, одной. Вот она - неопрятная грузная тетка, сорит семечками все время, шелуха на губе висит.
  -- Я видела тебя раньше в центре и Вика о тебе упоминала. Тебя как зовут?
  -- Я - Расхх, мощный и властный демон, хоть с виду непривлекательный. В моих силах многое прекратить, пресечь, остановить! А ты такая хорошенькая - нечесаная, неумытая... лежишь, страдаешь, жалко тебя так. Хочешь семечек? Хочешь поплакать? Иди ближе, я приголублю.
  -- Стой! Не подходи! - я испугалась и вскочила с кровати. Она сразу попятилась.
  
   ***
  Отпуск закончился.
  Утром я долго стояла под душем. Вышла из ванной, не вытираясь, как обычно - приятно когда капли сами высыхают на коже, особенно в такую жару. Включила музыку... надо бы новые песни записать, а те, что Женя мне присылал - стереть, хоть песни не виноваты, но я не хочу о нем напоминаний. Не надеть ли новое платье и коралловое ожерелье, купленное на одном из Карибских островов? Сегодня нет приема, но по плану у меня лекция в зале медицинского центра - хочу выглядеть наряднее. А после пойду на берег, подставлю лицо соленым брызгам, поплаваю, и пусть океан смоет все проблемы. А вечером приготовлю вкусный обед.
  
   На мои лекции собралось много народу, и, как обычно, больше пожилых. Я оглядывала аудиторию и думала, как по-разному люди стареют по- разному: некоторые почти не меняются с годами - только виски седеют, морщинки у глаз появляются, да юная округлость уходит со щек. А вот другие меняются до неузнаваемости: деформированные фигуры, двойные подбородки, огромные животы, отвисшие щеки, нездоровые прожилки на лице, мешки и темные круги под глазами - похоже, демон Расхх свою лепту вносит. А я не сдамся! Жила я же как-то без него раньше и дальше проживу.
  
  Тем же вечером, все мои благие намерения пошли прахом, когда Женя появился в чате.
  
  - ....занят был, да, проблемы...
  - а молчал почему? ты же знал, что я жду письма. Хотя, извини, я понимаю, что обиды и претензии нелепы. Я и сама хотела "без обязательств".
   - "без обязательств" бывает не тогда, когда зажимаешь себе рот, чтобы не испортить все претензиями, а когда понимаешь - раз не написал, значит, повстречался в поле с каленою стрелой, - доверие возникает именно в такие минуты.
  - ну какая еще стрела? Ты был с женщиной, и я должна радоваться за тебя, а я переживаю, хоть сама понимаю насколько это нелепо.
  - все было - и стрела каленая и женщина.
  - а я так далеко, я не могу быть с тобой!
  - да брось, Полинка, ты всегда со мной. Все нормально, а будет еще лучше... О, как ванилью пахнет! Что там у тебя?
  - пирог творожный пеку, с черникой. Опять почувствовал?
  - о, творожный - мой любимый.
  - ты и вчера был с нею, правда?
  - да, а что?
  - я знала, я каким- то образом это чувствовала. прости. ты не должен оправдываться передо мной... кто я такая в конце концов? Я - буквы на твоем мониторе, глюк сетевой, я существую только в твоем воображении, может, меня вообще нет, нигде нет!
  - тихо, тихо, ну ты что? Не злись, Полинка. Если бы ты знала, как я горжусь тобой! Как я хочу всему миру рассказать о тебе, прокричать - "Смотрите, какая у меня женщина!" Позволь мне поплыть по твоим волнам, твоему течению.
  - хорошо, только я буду в глаза твои смотреть и чтобы ты забыл все и ее тоже, хотя бы на время, чтобы утонул во мне... любимый мой, прости, я порчу все упреками! Не буду больше...
  -- Ну вот, это другое дело. Какая же ты красивая... ковер темно-вишневый оттеняет твой загар, золотистый такой. Я бы мог часами тобой любоваться. Я тебе говорил, что ты - роскошная женщина?
  -- Женя? Здесь темно...
  -- Ага, шторы почти не пропускают свет. Подожди немного, глаза привыкнут.
  -- Что это за комната? Мебель красного дерева... ручки резные золоченые ... незнакомое место.
  -- Ага, вижу шторы в тон мебели, темно красные. Смотри, тут диван имеется - бархатный широкий, и чего мы на полу валяемся?
  -- А ковер пушистый такой, приятный. Смотри, потолки высокие, с лепкой - старинное здание, видно. Я здесь никогда не была, а ты?
  -- Какая разница? Мне больше нравится на тебя смотреть, чем на потолок. Ты все же - роскошная женщина, глаз от тебя оторвать не могу!
  -- Как это получается? Почему мы ощущаем и видим все одинаково? В прошлый раз в лес попали, а сейчас в эту комнату.
  -- Я же тебе говорил, что любовь чудеса творит.
  -- Ты говорил, что мы - два сознания витающих в одном слое.
  -- Мы давно уже не два сознания, разве ты не поняла?
  -- Я боюсь понять и поверить. Как у нас это получается? Может мы сошли с ума? Никто же не поверит. Хотя какая разница? Я уже не удивляюсь ничему. Я осознаю, что дома сижу за столом и смотрю в монитор и одновременно с тобой, в какой-то комнате, на ковре... Почему у меня сознание раздваивается, когда мы вместе?
  -- Полинка, мы действительно вместе, и я целую ложбинку на твоей спине, чувствуешь?
  -- Ой, так щекотно... жаль, что это скоро закончится.
  -- Не закончится. Мы теперь все время будем вместе, разве ты не поняла?
  
   ***
   Хьюз сам начал разговор.
  -- Полина, как друг и коллега я настаиваю на ответе. Я вижу, что с тобой что-то происходит, и мне кажется, тебе нужна моя помощь.
  
  Логическому объяснению все происходящее уже давно не поддавалось. Сначала запахи: когда у него, на другом полушарии, медленно томился кофе на плите, я слышала кофейный аромат, а как-то до меня донеслись запахи запекаемой рыбы и овощного рагу с чесноком, которые он готовил на кухне. Когда я пекла пирог, он чувствовал аромат ванили, а самый первый раз удивил меня, сообщив о запахе лавандового геля для душа. А лес и комната с лепными потолками чего стоили? Это был не сон и не явь, не вирт и не реал. Женя уверенно повторял, что все в порядке - это любовь творит чудеса. Меня мучили мысли о собственной нормальности, а поделиться было не с кем. И когда Хьюз спросил, что со мной происходит и в глаза заглянул участливо, я даже обрадовалась.
  
  Рассказ мой был сбивчивым, без интимных деталей. Хьюз сидел в кресле напротив и внимательно слушал.
  -- Виртуальный секс? - переспросил он наконец. - Полина, мне очень жаль, что ты пренебрегла мной, поверь, очень неплохому любовнику и выбрала фантом. Хотя я тебя понимаю, ты - осторожная женщина, опасаешься реальных отношений. Если я правильно понял, тебя смущает некая реалистичность виртуальных отношений? Когда мы воображаем нечто, наш мозг получает такие же сигналы, как если бы это происходило в действительности. Если человек, к примеру, представляет себе погоню или драку, то мозг реагирует как на реальные события: происходит выброс адреналина и связанная с этим цепочка физиологических реакций - учащенное сердцебиение и прилив сил. Интересно так же то, что воспоминания о воображаемых событиях могут остаться в памяти как реально свершившиеся. Со временем, грань между реальностью и воображаемыми событиями бледнеет и, зачастую, совсем стирается, и люди иногда сами верят в придуманные ими же истории.
  -- Видишь ли, Джеф, - я решилась сказать ему, наконец. - В последнее время происходят странные вещи, вернее, совпадения.
  -- О, не продолжай дальше! Что касается совпадений, то тебя просто кто-то разыгрывает.
  
  -- Розыгрыш исключен - я вижу его IP. Он живет на Украине, за восемь тысяч километров отсюда.
  -- Есть способы обхождения и этого фактора, спроси у сетевых админов, если хочешь.
  -- Джеф, но когда я фантазирую, он будто читает мои мысли и мы ...
  -- И здесь нет ничего удивительного - вы угадываете несколько деталей, один из вас быстро подхватывает фантазию другого, и вы будто движетесь в одном направлении.
  -- Но мы оба будто попадаем в другую реальность!
  -- Ну, например?
  -- Например, я вообразила комнату с мебелью из красного дерева и тяжелыми шторами, которые почти не пропускают солнечный свет, отчего в комнате - приятный полумрак, а он мне в точности описал эту обстановку. А как-то он спросил откуда запах лаванды, а я душ только что приняла, а у меня есть несколько гелей для душа и я в этот раз выбрала лавандовый... но про запахи в чате все же оставались наши записи, можно было перечитать, а про комнату - ничего не было, как и про лес...
  
  Я остановилась, понимая, что моя речь абсолютно бессвязна Взглянула на Хьюза - он уже не слушал меня. Он изменился в лице и медленно повторил:
  -- Комната? С мебелью из красного дерева? Шторы - темно красные? Тяжелые? Ковер тоже темно-красный, да? И все началось с улавливания запахов?
   -- Ну да,- повторила я неуверенно. - Ковер, скорее, темно-вишневый...
   Я подумала было, что серьезность эта напускная, он меня разыгрывает, и сейчас расхохочется.
  -- А бахрома была на шторах?
  -- Кажется, да. А какая разница?
  -- Что еще ты там видела?
  -- Ничего особенного... диван разве что. Я не очень глазела по сторонам. Ну, еще потолки с лепкой. А что, это на диагноз уже похоже, да? Связанный с темно-красными тонами?
  -- Полина, постарайся вспомнить, это очень важно - смотрела ли ты в окно, поднимала ли штору или отодвигала ее?- в голосе звучало напряжение, а пальцы вцепились в ручки кресла и побелели.
  -- Нет, - твердо сказала я. - Точно помню, что нет.
  -- А твой... собеседник... не отодвигал ли штору? Не смотрел в окно?
  -- Нет, вроде... хотя я не уверена.
   -- Спроси у него в следующий раз. И скажи, чтобы ничего не трогал.
  
  Интересно, кто же из нас двоих с проблемой?
  В тот же вечер я послала Жене сообщение с вопросом Хьюза о шторах, а он ответил, что моему коллеге не следует вмешиваться не в свои дела, и в следующий раз мы с ним отодвинем штору вместе. А если захотим, то и выйдем из комнаты.
  
  Утром, Хьюз, казалось, ждал меня у порога, как только я вошла в Центр, он сразу громко сказал:
  -- О, Полина, как хорошо, что ты сегодня рано, мне нужно что- то уточнить по поводу, - он кивнул на медицинскую карточку в его руках.
  Я поморщилась - я пришла раньше совсем не для того, чтобы уточнять с ним что- либо, а чтобы проверить свою электронную почту спокойно - дома мне не удалось подойти к компьютеру - сын играл в игру онлайн.
  Он прошел в мой кабинет, и только за нами закрылась дверь, сразу спросил:
  -- Ну что?
  -- Ты о чем?
  -- О комнате в темно-красных тонах. Полина, не тяни с ответом, ты спросила своего виртуального... друга, отодвигал ли он шторы в комнате и смотрел ли в окно?
  -- Да.
  -- И что?
  -- Казадор сказал, что в следующий раз мы их отодвинем вместе.
  
   Куда подевались его выдержка, любезность и лоск! Хьюз выкрикнул какое-то ругательство на непонятном мне языке, но я сразу поняла, что это что-то резкое, потом согнулся так, будто его ударили в живот, затем выпрямился и произнес искривленным ртом сквозь зубы:
  -- Казадор? Он - казадор? Полина, ему нельзя доверять!
  -- Ты все еще думаешь, что меня разыгрывает какой-нибудь знакомый?
  -- Нет, больше я так не думаю! Ты нужна этому человеку для осуществления его замыслов, а я знаю, что казадоры ни перед чем не остановятся, чтобы достичь своей цели!
  -- Он и вправду меня любит, он не врет.
  -- А я и не говорю, что врет. Может и любит, но только тем лицом, которым повернулся к тебе, понимаешь?
  -- Нет.
  -- Казадоры многолики. Полина, если ты прочтешь его диалоги с другими блогерами, то увидишь, что он с каждым говорит на его языке, задевая самые чувствительные струны. Казадоры умеют влезать в самые сокровенные мысли и мечты, будить воображение и вызывать яркие ассоциации. Уверен, что твой казадор говорит то, что ты хочешь слышать!
  
   Реакция Хьюза не лезла ни в какие рамки. Он вдруг зашептал быстро и горячо:
  -- Оставь это, Полина, забудь о нем, зачем тебе все это? Хочешь, переходи работать ко мне, в мой центр, в Манхеттене, я один из совладельцев. Там отличный тренажерный зал имеется, бассейн - можно пользоваться в рабочее время, и массажисты будут работать над тобой, когда ты пожелаешь. Я отведу тебе самый лучший кабинет - угловой, с двумя окнами во всю стену, у тебя будет личный секретарь. Но работать, правда, придется больше - пациенты там побогаче и более требовательные, но и оплата за труд гораздо выше. Позволь мне обогатить и украсить твой реал.
  -- А чего это вдруг?
  -- И вовсе не "вдруг", такой диетолог как ты - находка для любого медицинского центра. В моем центре ты сможешь реализовать свой потенциал. Ну, хорошо, не отвечай сейчас, я понимаю, что ты должна подумать, с семьей посоветоваться, но прошу тебя - не тяни с ответом, - и он ушел.
   Как только он ушел, я набрала в поисковике слово "kazador". Поиск выдал кучу ссылок на испанские сайты, сказки и волшебные истории. Тогда я открыла испанский словарь онлайн...
  
  Все сказки когда-нибудь заканчиваются - то ли радостно, то ли печально. И моей сказке нужно придумать хороший конец.
   С одной стороны - незнакомый человек, блогер, втянувший меня в сети сладострастной игры, которой я слишком увлеклась. А с другой стороны - коллега, классный специалист, вполне осязаемый, реальный и очень обаятельный доктор Хьюз, но... не менее подозрительный с его демоническими методами лечения. Кому верить? Кого слушать?
  В конце концов, можно просто воспринимать все как игру. Но каждая игра тоже когда-нибудь заканчивается. Но кто выиграл и кто проиграл? Хьюз сказал, что Казадору что-то нужно от меня? Но что? Ума не приложу! Он никогда меня ни о чем не просил, просто любил.
  Интересно, могла бы я без Жени, сама, попасть в тот лес, где дождь был, и комнату с пушистым ковром? Я бы сама по лесу погуляла, посмотрела бы что там да как. Кого спросить? Разве что Интернет... На тематических форумах, знатоки сообщали, что виртуальная любовь не дает полноты ощущения и разрядки - поэтому все время находишься на взводе, прощаешься онлайн и расстаешься точно в таком же состоянии как до встречи - от неутоленных страстей, вроде, и произрастает зависимость. Про попадание в другое пространство и совпадения фантазий не было ни слова.
  
   ***
  
   Я несколько раз собиралась рассказать Жене о визите Ахха, но каждый раз, в момент его появления онлайн, я забывала о демонах начисто. Я писала себе записки с напоминанием, но и на записку забывала взглянуть, и вспоминала об Аххе только через несколько минут после прощания с Женей. Во всем остальном, память меня не подводила никогда. В тот день я приклеила листок с одним словом "Ахх" в самый центр монитора, чтобы упомянуть о нем в самом начале беседы, но не успела, потому что первое, что Женя написал, было:
  
  - Все-таки ему удалось пробить мою защиту.
  
   Ахх стоял за моей спиной, почесывая белую бороду и довольно ухмылялся..
  - он хотел с тобой поговорить, - я написала.
  - вижу.
  - как видишь?
  - пусть говорит.
  - его зовут Ахх. Ты его знаешь? Он кто?
  - конечно, знаю, он - зло в чистом виде.
  
  "Как бы старик не обиделся", - я подумала и напечатала:
  
  - Женя, не бывает такого. "Нет ни зла, ни добра, все зависит от того, что ты об этом думаешь".
  - Ты ничего в этом не понимаешь.
  - Это афоризм, принадлежит Шекспиру.
  
  Ахх довольно потер руки и на моем мониторе появились слова:
  - Слушай умную женщину, Казадор! Она - магистр наук и знает, что говорит! И доктор демонических наук, господин Шекспир, тоже не замечен в бросании слов на ветер.
  
  Я улыбнулась забавной ошибке - он говорил о Шекспире в настоящем времени.
  - Ахх, зачем ты здесь?
  - Предложить небольшой обмен.
  - Нам с тобой никогда не договориться.
  - В глобальных вещах - конечно. А в мелочах можно попробовать.
  - Ну, попробуй.
  - Обещай, что в Демонете будешь вести себя как частное лицо, без казадорских приемчиков.
  - И почему я должен согласиться?
  - В противном случае, я напомню админу, что казадор в Демонете - это лис в курятнике. А также попрошу разобраться каким образом ты оказался у главного входа Голденгейта с женщиной, которая добровольно отказалась туда войти, тем самым обеспечив тебе автоматическое попадание на первый уровень Демонета. Ума не приложу, как ты это устроил. С каких это пор казадоры переквалифицировались в героев- любовников?
  - Я не обязан тебе отвечать.
  - А если пообещаешь, я не стану чинить препятствия. Мне и самому любопытно, слабо ли тебе с собственными страстями сразиться, как простому смертному, причем не в реале, где правят страх и мораль, а в Демонете, где все можно, причем безнаказанно, да еще и с женщиной - красивой и чувственной и, к тому же, ревнивой до ужаса. И попробуй в таких условиях устоять против искушений и доказать чего ты стоишь прежде, чем бороться со мной и другими представителями так называемого зла. Соглашайся, а в случае успеха, напишешь очередной учебник для казадоров.
   - Старый трюк - хочешь меня задеть, обвинить в слабости в присутствии дамы?
  - На нее это не подействует - она влюблена в тебя по уши. И, скорее всего, в Демонете будет прощать тебе все, что ты учинишь. И как ты это устроил? Я в восторге!
  - Как устроил? А очень просто - я ее люблю. Она верит мне, и любит, и ты это знаешь, потому что без этого не открылись бы Золотые Ворота.
  - Да уж, конечно, и подозрений никаких не возникло бы, не откажись она в них войти без тебя и не будь ты - казадором. Согласись, никто не поверит в случайность.
  
  Дальше последовала пауза, во время которой я стояла, затаив дыхание, за спиной Ахха. Старик не касался клавиатуры, а оранжевые буквы старинного шрифта возникали на мониторе сами по себе - строчки бежали волной по монитору, затем слова будто вспыхивали огнем и превращались в мелкую пыль.
  
  Затем Женя написал:
  
  - Если я приму твои условия, то не смогу защитить ее от тебя в случае необходимости.
  - Защита ей понадобится не от меня, а скорее от тебя, а я вреда ценным игрокам не причиняю.
  - Вот это меня и тревожит, она - лакомый кусочек для тебя. Но кроме того у нее - совесть...
  - Совесть- это в первую очередь страх быть пойманным. Никто не устоит перед искушением насладиться грехом без последствий - я таких не встречал, да и ты тоже!
  - Хорошо. Я согласен. Буду вести себя как частное лицо. А теперь уходи, оставь нас. И скажи своему выкормышу, чтобы дал разрешение побыстрее.
  - До встречи в Демонете, Казадор. И удачной тебе игры на благо миров Голденгейта.
   - Тебе не удастся меня вовлечь в свою игру, Ахх.
  - Как будет угодно.
  
  Ахх повернулся ко мне и, прежде чем исчезнуть, сказал:
  -- Все, ухожу, он весь твой теперь, детка моя дорогая,- и подмигнул заговорщицки. -- Не смею отнимать у тебя драгоценное время, развлекайся виртуальными игрушками, пока не началась взрослая игра.
  
  Я бросилась к компьютеру:
  - Женя, что все это значит?
  - я тебе все объясню, но сначала скажи: ты хотела бы быть со мной, видеться в любой момент, когда захочешь?
  - Жень, ну мы же говорили об этом... я не буду мужу в реале изменять, я же поклялась. Ты же знаешь, нельзя быть счастливым за счет другого.
  - а делать других счастливыми за свой счет, значит, нормально?
  - я даже не знаю как возразить тебе.
  - ну и не надо возражать. А в другом мире, другом пространстве, ты сможешь позволить себе быть счастливой?
  - параллельном, что ли?- я засмеялась в монитор.
  - в игре высочайшей технологии, неотличимой от реальности?
  - кинетической, нового поколения что ли?
  - намного круче. Как в лесу, помнишь, и в красной комнате? И если действовать аккуратно, то игра никогда не пересечется с реальной жизнью.
   - И никто здесь не узнает о том, что произойдет там, - шепнул голос Ахха мне на ухо. Я повертела головой, его нигде не было видно.
  
  - ну... наверно хотела бы... Да! Очень хотела бы!
  - ну и хорошо, тогда не будем терять время. Я собирался сам, потихоньку, постепенно все подготовить, чтобы не испугать тебя, но он вмешался вдруг? Он тебя не очень мучил?
  - Женя, ну что ты! Он был очень любезен, называл меня "детка". Он ничего не хотел от меня, наоборот обещал устроить, чтобы мы были вместе.
  - он что-то просил взамен?
  - ничего, пустяк, какое-то варенье.
  - чего?
  - он сказал, что поможет нам, если я сварю ему варенье из райских яблочек, к чаю. Смешной, правда?
  - Полинка, этот старый плут хотел продать то, что тебе и так принадлежит по праву. Но какая ценность в варенье? Как странно...
  - когда я на Украине жила, я варила такое варенье; яблочки - целиком, с черешком. Они становились прозрачными и светились - такая красота была и вкуснятина. А здесь райские яблочки гораздо крупнее, "Lady Apple" называются, а на Украине совсем маленькие были, чуть больше вишни.
  - уверен, что здесь есть какой-то подвох... Ладно, разберусь со временем, не будь я казадор.
  - ты обещал мне все объяснить. И скажи-ка, твой ник "казадор" означает "ловец" по-испански. Кого ты ловишь? Женщин? Сетевые души? Ты ловец чего?
  - я - ловец демонов, Полинка. Это я помешал Похх вселиться в тебя.
  О! Есть разрешение! Старик быстро работает!
   - что? Не поняла.
  - Полинка, я все тебе объясню, потерпи немного, ладно? Мы будем вместе, но только в случае полного доверия.
  - я хочу верить.
  - этого мало. Забудь сейчас об Аххе, забудь обо всем. Полинка, есть только ты и я. Иди ко мне, иди... и мы не расстанемся больше. Сейчас все получится. Не бойся ничего... поверь мне, милая моя, закрой глаза ... сейчас будет наш первый день в Демонете, только наш, день вне времени и пространства, и это будет не секс, это будет богослужение! Мне хочется одновременно растерзать тебя, и быть таким нежным и ласковым, каким еще никогда не был!
  
   II ДЕМОНЕТ
  
  "вдох-выдох
  и вот он выход
  теперь вокруг всё тихо
  исчезли блики на стекле
  пришла минута паники
  держимся за руки
  я закрываю ей глаза ладонью..."
  
  И я послушалась его, закрыла глаза и поплыла по его волнам, а в какой-то момент услышала:
   -- Полинка, я здесь!- голос его прозвучал гулко и откуда-то сверху. Я открыла глаза и увидела себя в подъезде старого здания, из тех, что с огромными широкими лестницами, высокими потолками и громоздким тяжелым лифтом с двойной решетчатой дверью. Женя стоял наверху, глядя на меня в проем лестницы и звал: "Сюда, Полинка, шестой этаж!" - и его слова отдавались в подъезде гулким эхом.
  
  ...и тогда я надавила кнопку вызова лифта...
  ... но лифт полз вниз так медленно и с таким страшным скрежетом, что я, не дождавшись, побежала наверх по лестнице, перескакивая через две ступеньки, и сердце мое стучало громче, чем шаги.
  Женя стоял в дверях одной из квартир, придерживая ногой тяжелую дверь, чтобы не захлопнулась. Мы постояли несколько минут неподвижно, тесно прижавшись друг к другу, он провел руками по моему телу и с наслаждением вдохнул мой запах, я залезла под ткань его рубашки, касаясь его спины и плеч, а потом наши руки переплелись, и глаза встретились и тут, будто вспыхнуло что-то в мозгу, и я увидела себя в реальном мире - я выключила в этот момент компьютер, и засмеялась от радости - он больше не понадобится мне для встреч с ним.
  Я успела подумать, что разберусь обязательно с этим чудом, но, честно говоря, большим чудом я полагала любовь, взаимную, которая, оказывается, бывает не только в книгах или у других людей.
  Тяжелая дверь захлопнулась за нами с грохотом...
  
  ... он срывает мою одежду в таком нетерпении, что отлетает одна из застежек лифчика... а в следующее мгновенье швыряет меня на пушистый ковер... Достаточно одного его взгляда, чтобы зажечь во мне ответное желание - миг, и все летит побоку - одежда вместе со здравым смыслом и общепринятыми правилами о полагающейся в таких случаях прелюдии. Я подчиняюсь ему, раскрываюсь так, как он хочет, и мир для меня сейчас заключен в его руки - жадные и горячие, я полностью растворяюсь в нем, в его силе и страсти, а его порывистость и грубость - и есть высшая и желаннейшая ласка для меня. Мы еще успеем понежиться, пошептать друг другу милые слова, поиграть... потом... позже...
  Я чувствую его взгляд, вернее знаю, что он любуется моими закрытыми глазами и высоко поднятыми бровями, ловит и впитывает мой очередной крик...
  
  
   ***
  -- Я не хочу с тобой расставаться.
  -- А и не надо теперь. Мы вместе, понимаешь? Причем без разрушения нашей реальности, она идет своим путем.
  -- Почти как в мечте или во сне.
  -- Даже лучше, вот увидишь. Придется, правда, доказать чего мы стоим. Ну, тебе не о чем беспокоиться, а вот мне нервы потреплют, но я справлюсь.
  -- Ты о чем, Женя?
  -- Ладно, не беспокойся.
  -- А в окно можно выглянуть?- спрашиваю, глядя на темно-красную тяжелую бархатную штору, из-за которой в комнате царил приятный полумрак.
  -- А, не забыла? Твой коллега сразу понял, что происходит, когда ты ему рассказала об этом месте.
   -- Думаешь, он здесь бывал?
  Женя рассмеялся:
  -- Скорее пациентов лечил тут побывавших. Да не пугайся, Полинка, у нас все в порядке будет. Главное, что мы вместе.
  -- Ну, так мы отодвинем штору?
  -- Не только отодвинем, мы даже выйдем из этого дома и пойдем осматриваться, в конце концов, надо же знать с чем имеешь дело.
  -- А когда? Сейчас?
  -- Позже немножко. Подожди минутку, иди ко мне... кожа-то какая шелковистая у тебя, а пахнешь ты как!
   И мы опять лежим, тесно прижавшись, лицом друг к другу,- мы так близко сейчас насколько вообще могут быть близки мужчина и женщина. Его рука скользит по моей спине и ягодицам, а губы по изгибу бедра - как он говорит на украинском - "выгин стегна"- совершенно завораживающее словосочетание.
  
  -- Ну, Полинка, ты хочешь, чтобы я это сделал или сама штору отодвинешь? Да не бойся, я тут если что.
  Ступая босыми ногами по мягкому ковру, я иду к окну.
  -- Храбрая ты моя, - слышен Женин насмешливый голос.
  Я осторожно отодвигаю штору, но никакого окна там нет, а есть электронное табло с бегущей строчкой - " Добро пожаловать в Демонет", которая сменяется второй строчкой: " Госпожа Полина Аксен, вас и вашего партнера ждут в офисе на первом этаже".
  
  В центре комнаты - небольшой столик, на нем накрытое кружевной салфеткой блюдо, запотевший графин с водой и кубиками льда, горячий кофейник, стаканы, чашки, салфетки - ну прямо как в гостинице. Я с любопытством поднимаю салфетку - под ней тарталетки, тонко нарезанный сыр и ломтики фруктов.
  В глубине комнаты - дверь, а за ней умывальник и большая ванная почему-то на львиных ножках.
  
  Мы спускаемся по лестнице на первый этаж. У меня немного кружится голова и дрожат коленки после столь интенсивного секса.
  На стеклянной двери офиса табличка - " Dемонет, 1-ый уровень, демоверсия" - и "Добро Пожаловать" на всех языках.
  -- Можно войти?
  На столе еще одна табличка- "Стефан Гржвч, DeMo" Ну и фамилия у парня - ни одной гласной! Только бы не пришлось произносить ее вслух. И что это за должность- "DeMo"?
  За столом сидит совсем молодой светловолосый худощавый парень, в темном костюме, белой рубашке с галстуком и смотрит в небольшой карманный компьютер. Он указывает Жене на дверь соседней комнаты, оттуда выглядывает высокая девушка и жестом приглашает его войти. Наверно на моем лице отражается волнение, когда Женя скрывается за дверью с этой девушкой, потому что Стефан говорит мне успокаивающим тоном:
  -- Это займет немного времени, он побудет в соседнем офисе, не беспокойтесь, - и широко улыбается мне:
   -- Госпожа Полина Аксен, я приветствую вас на первом уровне Демонета, элитном мире Голденгейта.
   -- Спасибо.
   -- Здесь очень классно! Скоро сами все увидите. Главное - никаких условий и препятствий. Осматривайтесь, гуляйте, развлекайтесь, любите друг друга... короче, делайте все, что угодно. Всего одно маленькое правило - не нарушать общественный порядок. Если вы согласны, то продолжим.
   -- Что значит "нарушать"? Я же еще не знаю, что здесь принято и как следует себя вести.
   -- Это очень просто, госпожа Аксен: в общественных местах следует делать то, что положено. Например, в кафе едят и разговаривают, в читальных залах - читают книги и соблюдают тишину, и ни в коем случае - не наоборот.
   -- Я- магистр наук, я не перепутаю кафе с читальным залом.
   -- Не сомневаюсь, госпожа Аксен, но случается, что люди из реала, с его бесконечными правилами и запретами, попадают в Демонет, где можно все, то иногда происходят разные курьезы. Надеюсь, с вами этого не случится.
   -- Я должна подписать документ о том, что я ознакомлена с правилами?
   -- Нет, у нас это не принято. Достаточно устного согласия. Мы доверяем игрокам элитного мира, у нас даже нет стражников, сторожей или охраны, однако не советую использовать это в целях нарушения порядка.
   -- Ну, в хулиганстве я не была замечена, - я засмеялась, и он одобрительно кивнул.
   -- Позвольте уточнить несколько деталей, - он заглянул в свой карманный компьютер:
   -- Полина Аксен, пол женский, цвет глаз - зеленый, цвет волос- каштановый, место рождения - Киев, место проживания - Нью-Йорк, основная профессия - врач- диетолог, интересы: рок- музыка, фантастика, фитнес, танец живота, кулинария, стремление к эмоциональной независимости. Все правильно?
   -- Вроде бы... А вы что, считываете с меня информацию?
   -- Все гораздо проще: чтобы ускорить процесс, я изучил ваш реальный сетевой блог и ввел необходимое в нашу базу данных. Да, еще один вопрос: нет ли у вас страсти к азартным играм? Это может стать серьезным препятствием...
   -- Я учила в колледже теорию вероятности, так что это точно не будет проблемой, я обещаю.
   -- Верю, но обязан предупредить. Дело в том, что в Демонет попадают люди склонные к крайностям - это, ни в коем случае не минус - но именно страсть к азартным играм может стать серьезной помехой в реализации возможностей. Продолжим, Полина. Закройте глаза и подумайте о чем-нибудь приятном... так... спасибо. А теперь вспомните что-нибудь из прошлого, все, что в голову придет. Хорошо, спасибо, теперь представьте себе какое-нибудь несбыточное желание - можно несколько... Прекрасно! С вами легко работать - у вас живое воображение! С партнером проблем тоже не должно быть - вы видели друг друга, касались, и органолептическое восприятие демофилда в приемной прошло нормально, верно ведь?- он заглянул в компьютер. - Вам все подошло?
   -- В приемной?
   -- Комната с мебелью красного дерева - удобное демонстрационное поле для новичков. В прошлый раз партнер привел вас туда незаконно, без ведома администрации, за что уже получил предупреждение и штрафные очки.
   -- А комната ...это была реклама?
   -- Скорее, проба. Демонет не нуждается в рекламе - это элитный мир, но не может обойтись без постоянного пополнения своего талантливого населения, потому что игроки, как правило, переходят на более высокие уровни.
   -- Значит, нас с Женей тоже считают талантливыми? В чем же?
   -- Разумеется считают. Администрация сделала на вас ставку и даже предлагает льготные условия, полагая, что ваши таланты могут проявиться в предложенных условиях наилучшим образом. Опыт и знания, полученные на разных уровнях Демонета, могут быть использованы в реале, но об этом рано еще говорить. Сначала нужно пройти первый уровень.
   -- Но как же это получается - одновременно находиться в двух разных мирах?
   -- Человек может находиться одновременно во множестве разных миров. А вы пока только в двух - реале и Демонете.
   -- А ничего, что у нас с собой нет никаких вещей?
   -- Все необходимое на первое время вы найдете у себя дома, включая деньги.
   -- Дома?
   -- Ну да, должны же вы где- то жить.
   -- А где мы будем жить?
   -- Мне это неизвестно, вы должны сами найти свой дом.
   -- Сама? А я смогу?
   -- Обычно у всех получается. Воспринимайте это как первый ход в игре. Еще есть вопросы?
   -- Должна ли я находиться в состоянии покоя в реале в это время?
   -- Совершенно необязательно. В реале вы можете делать все, что угодно: спать, читать, работать и одновременно находиться в Демонете. На первых порах старайтесь все же избегать действий требующих внимания и концентрации.
   -- Например?
   -- Обычно не рекомендуется скалолазание или управление вертолетом...
   -- О, за это можете быть спокойны.
   --...но через какое-то время - вы сможете и это. Процесс адаптации у всех проходит по-разному и скорость ее индивидуальна. Конечно, происходящее в Демонете будет влиять в какой-то мере на ваше настроение в реале. Короче, идите, играйте и наслаждайтесь. Если разумно распоряжаться деньгами, то их хватит на довольно длительный срок.
   -- А потом?
   -- А потом придется их зарабатывать.
   -- А как тут зарабатывают?
   -- Ну, кто на что горазд. Здесь нет дипломов и других документов, так что кем назоветесь, тем и будете работать.
   -- А если нам здесь не понравится?
   -- Разумеется, никто не станет вас удерживать, но сказать по правде, таких случаев еще не было. А наоборот - сколько угодно.
   -- Наоборот?
   -- Администрация не желала продлевать договор с некоторыми игроками, а они делали все возможное и невозможное, чтобы остаться. Госпожа Аксен, невозможно все предусмотреть, будете решать проблемы по мере поступления, вы же магистр наук, разберетесь на месте. Если больше нет вопросов, желаю вам и вашему партнеру хорошей игры на благо миров Голденгейта.
  
   Женя уже ждал меня за стеклянной дверью. Я поблагодарила Стефана, встала и тут он сказал:
   -- А сейчас главное!
   -- Да?- я обернулась.
   -- Делайте только то, что хочется.
   -- В смысле?
   -- Только то, к чему лежит душа.
   -- Думаю, что это не сложно.
   -- Не скажите. Это касается абсолютно всего: выбор дороги на прогулке, еды, рода занятий и прочего. Действуйте согласно личным желаниям, заводите приятные знакомства, повинуйтесь порывам, наслаждайтесь приятными моментами, по возможности, не нарушая общественного порядка.
  -- Спасибо. Всего доброго.
  
   ***
   Казадор
  
  Н-да... идти по улицам с женщиной, на которую все оглядываются, это, я вам скажу, не просто. Какая незадача, что мы не встретились с ней раньше - мы же родились в одном городе - хотя, скорее всего, она не обратила бы на меня внимания. А если бы я встретил ее раньше, то ни за что бы не отпустил. Так ей и сказал бы: " Вот как хочешь, а я беру тебя себе, сопротивление бесполезно".
  Она, конечно, привыкла к вниманию: мужчины долго глядят ей вслед и восхищенно цокают, а мне завидуют, что я обнимаю ее за талию, поддерживаю под локоть, наклоняюсь и шепчу ей на ухо словечки, от которых она сначала вспыхивает и смущается, но потом все же довольно смеется. Один юноша так засмотрелся, что я даже ущипнул ее за упругую ягодицу, специально, чтобы подразнить его.
   А в женских взглядах читается: " Ну почему одним все, а другим ничего? Как несправедливо". Да, природа щедро ее одарила, но она-то знает, что с дарами природы надо бережно обращаться, и что же вы, девочки, завидуете ее манере держаться, гордой осанке и упругой легкой походке - время проведенное в фитнес зале, на тренажерах и в классе танца живота, дает о себе знать.
   -- Женя, мне кажется будто я только что сошла с поезда или с самолета в незнакомом городе. А тебе?
   Она все время держит меня за руку, будто боится, что я исчезну - приятно, черт возьми!
  
   -- И у меня такое же чувство. Улицы, дома, перекрестки, скверы - город как город, только незнакомый совершенно, ой, подожди, вот этот дом с балюстрадой - ну точная копия дома в Питере, где жил друг мой, Севка. Я гостил у него много раз. Эх, хорошо мы время проводили - лучшие воспоминания юности с этим домом связаны! Ну точно такой подъезд и две скамейки, подожди, тут еще надпись была выцарапана... Нет надписи... наверно закрасили. А за поворотом магазин ликероводочный должен быть... нет, магазина, странно... может, закрыли, но дом-то как похож! Ну, пошли дальше.
   -- Может мы зря из красной комнаты ушли, а? Мне и там было неплохо. А ты запомнил дорогу?
   -- Запомнил, но вряд ли мы туда вернемся, сказали же, это предбанник был. А мы должны идти дальше.
   -- А мне хочется только быть с тобой, все равно где, хоть в предбаннике, - она потерлась о мою руку щекой.
   -- Мне тоже, Полинка, но правила надо уважать, если не все, то хотя бы какую - то часть.
   -- Смотри, Женя, город как город, люди обыкновенные и вроде все ведут себя нормально, а Стефан говорил, что здесь все можно... интересно, что он имел в виду?
   -- Внешнее спокойствие бывает обманчиво, только расслабишься, что-нибудь обязательно произойдет. Но здесь довольно симпатично. Будем открывать для себя этот мир постепенно. О, смотри, базар, вроде. Ряды с бидончиками с молоком, комочками творога в марлевой ткани и крынками с густой желтой сметаной. А вот мед золотистый, липовый, попробуем? Ложку сметаны и ложку меда... Стой, ты измазала щеку, позволь мне вытереть, нет, не так... Ты стесняешься на базаре целоваться, что ли? Да пусть смотрят, не обращай внимания. Губы твои слаще меда-то.
   -- Женя, ну ...а вдруг это нарушение общественного порядка? Другие-то не целуются.
   -- Ну пойдем дальше. Дай руку, а то еще потеряешься в толпе. А вот бадьи с соленьями, капустные листы хрустящие, яблоки моченые, держи-ка одно. А вот и ягоды! Целый ряд смородины! Хочешь? Говоришь в Америке со смородиной туго? Надо же!
   -- Женя! Это любимая моя ягодка- смородинка! Бабушка ее заготавливала на зиму, с сахаром перетирала для меня специально. Ух, аромат смородинный, терпкий такой!
   -- Смородинка! Ух, как тебе подходит это имя! Я теперь буду тебя так называть - Смородинка моя! Купить стаканчик?
   -- А деньги?
   -- Сейчас попробую предложить те, что у меня в кармане. Да, пожалуйста, и листьев смородинных подбросьте в кулечек - чай заваривать. Взяли деньги, глазом не моргнули. Держи кулек, Полинка.
   -- Мы же еще не знаем где будем жить, а ты уже листьев к чаю взял...
  
   Идем по улице и едим смородину прямо из газетного кулечка. Мостовая выложена крупными булыжниками, ряды утопающих в зелени белых домиков с красными крышами, калитки крашенные, резные. Опять останавливаюсь и целую ее, вдыхая смородинный аромат ее губ... собака лает на нас из подворотни, любопытная юная веснушчатая мордочка подглядывает за нами из окошка ...
  
   -- Не могу оторваться от тебя, милая моя, не могу рук оторвать, хочу тебя опять, чувствуешь? Ну, хоть прямо тут на улице... И что тебе так в душу запали эти слова про общественный порядок? Смотри, вон лесная зона, пойдем, а?
   -- Женя, ну что ты только об этом думаешь, успеем еще... сначала надо найти место, где мы будем жить и желательно до того как стемнеет.
   -- Ну, куда ты спешишь? Гостиницы тут должны быть? В крайнем случае, постучимся к кому-нибудь, попросимся переночевать.
   -- Ой, не хотелось бы.
   -- Полинка, не волнуйся, летние ночи теплые, а вдвоем мы точно не замерзнем.
   -- И то правда. Я с тобой могу на скамейке всю ночь сидеть.
  
   Как она смотрит на меня! За один такой взгляд все готов отдать! И нежность в нем, и надежда, и страсть, и застенчивость, и кокетство лукавое, и страх, что придется расстаться хотя бы ненадолго. Я все-таки увлекаю ее в лес.
  
   -- Женя, мы же были здесь, помнишь? Поваленная сосна и крона деревьев над головой!
  
   Ха! Помню ли я? Это была приятнейшая неожиданность, я и не подозревал, что она способна на такие эмоции. Сначала решил, что шальной демовэйв нас подхватил по случайности, а когда увидел сияние, то понял, что перед ней Золотые Ворота открылись. А из ворот тетка какая-то вышла, большая шишка, видать, по меньшей мере, курандера. Обрадовался я за Полинку, и загордился сразу, что именно я помог ей достичь вершины. А потом тоска защемила! Сейчас, думаю, она пойдет на этот блеск, не оглянется даже. А она вдруг... Ух, милая моя, ты сама не знаешь от чего отказалась, и что сделала для меня и для всех казадоров! Уж я-то этот шанс ни за что не упущу!
  
   Одежда летит в сторону и повисает на чахлом, высохшем от жары, кусте.
   -- М-м-м... скорее... хочу, чтобы ты была совсем голая, хочу видеть тебя всю, вот так.
  
   Предзакатные солнечные блики на наших телах, на ее - загорелом, и моем - совсем белом - я терпеть не могу лежать на солнце.
   -- Раскройся вот так.
   -- Не могу.
   -- Что так?
   -- Мне стыдно.
   -- Стыдно? Чего же?
   -- Здесь очень светло....
   -- Но я хочу видеть тебя всю, раскрытую.
   -- Зачем?
   -- Для меня это самое прекрасное из всех зрелищ. Позволь мне...
  
   Стыдно, говорит. Как же это она до сих пор стесняться не разучилась? Ураганное сочетание целомудрия и страсти. Тем лучше, любимая, момент преодоления стыда - самый сладкий, а бесстыжим людям он неведом. Стыд. Интересное это явление. Тонкое. Где граница того, что еще нельзя или уже можно? Помочь преодолеть стыд - это умение быть своевременным. Просто надо дождаться, почувствовать, что женщина готова принять "непристойное" предложение, и "дожать". Думаю, стыдливая женщина позволяет все только когда любит, а застенчивость - это покров, который мешает вторжению чужеродного и спадает при приближении своего.
   Ну вот, мое лицо меж ее ног, она раскрыта, потому что я так велел ей. Ей нравится мне подчиняться,
   -- Вот так! Еще ближе ... Какая же ты красивая! Сладкая! Какой запах у тебя! Запах любви!
   Я ласкаю ее, она стонет, вскрикивает... Ух! Горы могу своротить с такой женщиной!
   -- Как же я люблю тебя, Смородинка моя! А теперь повернись. Попа у тебя классная!
   Держу ее за бедра, сжимаю их руками: - Дай-ка я поцелую ложбинку на спине... Я сейчас все вижу - как вхожу в тебя и как выхожу... Моя! Моя женщина! Убью за нее!
  
  Лежим в обнимку на моей рубашке, моя голова на ее груди. Предзакатное состояние затянулось: солнце будто застряло, зацепившись за верхушки деревьев. Похоже, время тут идет медленнее, чем в реале. Подыгрывает нам, что ли?
   Выходим из лесной зоны. О, это похоже на остановку маршрутного такси, несколько человек стоят. Подождем и мы. Садимся в машину, не имея ни малейшего понятия куда мы едем, может спросить у водителя, но что конкретно спрашивать? Разберемся, не волнуйся, любимая моя. Темнеет все же, фонари на улицах зажигаются, в окошках разноцветные абажуры - оранжевые, салатовые, голубые. О, выезжаем на широкие улицы, тут высотные здания, витрины горят неоновым светом.
   Машина останавливается на широкой площади прямо перед высотным зданием с горящими желтыми буквами "Золотые Ворота". Похоже, это гостиница. Все пассажиры выходят из машины и мы тоже. Слышен бой часов. На первом этаже гостиницы - кабачок. Столики на улице под развесистыми деревьями. Несколько подвыпивших личностей, шатаясь, вываливаются из дверей. Волна аромата горячей пищи щекочет ноздри, напоминая, что мы ничего не ели с утра кроме нескольких тарталеток в Красной Комнате и горсти смородины. Я тяну медное кольцо на себя, и тяжелая дубовая дверь открывается со скрежетом. Настоящий кабак - дубовые столы и скамейки и "голые плясуньи - украшенье голых стен". Лысоватый толстяк протирает бокалы полотенцем за стойкой бара.
  
   -- Хозяин! - кричит один из подвыпивших гостей, - Еще один бочонок вина! И где горячее, черт подери!
  
   Мы скромно садимся в уголке. Высокая, ярко накрашенная блондинка в кокетливом кружевном переднике проносит мимо нас блюдо с запеченной бараньей ногой обложенной жареными красными картофелинами и стручками зеленой фасоли. Певица с черными гладкими волосами, схваченными блестящим обручем, в длинном расшитом блестками темно-синем платье, поет красивую балладу о любви бедной девушки-кухарки к юному принцу. Она признается принцу, что ей велено заправить его любимое блюдо неизвестными специями, может даже отравленными. Принц благодарит ее и предлагает ей любую награду, но, под громкий смех придворных, она просит всего лишь один его поцелуй. Во время долгого поцелуя на глазах у всего двора и невесты - иностранной принцессы, - насмешки смолкают. Принц и кухарка смотрят друг на друга долгим пристальным взглядом, забыв обо всем. Однако после этого события, девушку-кухарку изгоняют из дворца, она идет по дороге босая и поет песню о случившемся в надежде, что люди подхватят эту песню, и когда-нибудь ее услышит принц.
   Мы заслушались.
   Певица исчезает за кулисами, а на сцену выходят две танцовщицы в полупрозрачных туниках и под общее радостное ржание исполняют танец- пантомиму. Ловкие девчонки, совсем юные, задорные. Полинка ловит мой взгляд и пытается отвлечь мое внимание от девчонок.
   -- Когда-нибудь,- говорит она, - я сама станцую для тебя так, что ты глаз от меня отвести не сможешь.
   -- Хоть сейчас,- говорю. - Снимем номер, и станцуешь стриптиз для меня одного.
  
   Она улыбается. Довольна, что отвлекла меня от девчонок, ревнивая она все же. Может быть отличной приманкой для Реффа.
  
   -- Не видать вам всем Золотых Ворот как своих ушей! - кричит один из подвыпивших посетителей. - Вы тут все зажрались, разболтались, разленились!
   Другой показывает ему неприличный жест:
   -- Плевать я хотел на верхние уровни! Мне и тут неплохо!
  
   Высокая блондинка приносит меню. Мы заказываем бутылку вина, пирог с сыром и зеленью и фрукты. Один бокал - и Полина уже пьяна, хохочет... Я кормлю ее пирогом, отламывая маленькие кусочки, нарезаю для нее фрукты дольками.
  
   -- Еще вина?- спрашивает официантка?
   -- Благодарю, достаточно. А где здесь можно снять комнату?
   -- В холле налево - доска с ключами от свободных номеров. Выбирайте любой на четном этаже. Счет за ресторан и ночлег получите по домашнему адресу.
  
   Хорошо бы самому узнать свой адрес для начала, ну да, ладно, не в первой...
   Выходим в холл, там стоит певица и смотрит в окно, явно ожидая кого-то.
  
   -- Спасибо за песню, - говорит Полина. - А кто автор? Вы сами песни сочиняете?
   -- Я - автор, но ничего не сочиняю,- отвечает певица.- Я пою чистую правду о том, что случилось со мною на высшем уровне Демонета, до того как меня выбросили сюда! Но они не заставят меня молчать, я умею слагать песни, а значит, об этом узнает множество людей.
   -- О, значит там, на верхнем уровне, есть настоящий принц? И это песня про вас? Но вы так хорошо поете, - пьяная Полина задает слишком много вопросов, и я тихонько наступаю ей на ногу, намекая, чтобы она замолчала. - Почему же вы были там кухаркой?
   -- Лучше быть кухаркой на верхнем уровне, чем певицей на самом низком, - гордо отвечает та.
   Полинка еще хочет что-то спросить, но я оттаскиваю ее в сторону, а она со смехом упирается. Снимаю первый попавшийся ключ с деревянной доски, и мы поднимаемся по деревянной скрипучей лестнице. Номер на ключе - 33. Эх, предупреждали же, что надо выбрать четный, ну да ладно, не буду возвращаться - Полинка висит у меня на плече и почти спит.
  
   Третья дверь на третьем этаже. Огромная кровать в центре комнаты, заманчиво откинутый краешек покрывала - будто приглашение нырнуть в белоснежные простыни. Зеркало, трюмо, шкаф, на стене пара картин - номер как номер. Полинка долго плещется в душе. Выходит, завернутая в банное белое полотенце - она же обычно не вытирается, видно, завернулась, чтобы выйти красиво. Проснулась, моя девочка, и, кажется, готова к новой игре. Голая под полотенцем, мокрые волосы распущены по плечам, да еще и немного пьяна - заманчива как конфетка "Пьяная вишня", вернее, "Пьяная Смородинка". Медленно опускается на колени, снимает сандалии с моих ног, потом зубами расстегивает зиппер на моих брюках. Полотенце на ней разворачивается как обертка от конфеты. Ну и кто же из нас неутомим?
  
   -- Смотри, Женя, окна должны выходить на площадь, а они выходят на реку - это очень странно. А на картине - зеленое солнце заходит в розовое море - все наоборот, - бормочет она, засыпая.
   Я укрываю ее и выхожу на балкон. Эх, черт, надо было четный номер взять! Вот он - сидит на перилах, бороденку седую поглаживая и гадко ухмыляясь. Сейчас испортит настроение на сон грядущий.
  
   -- Зачем ты здесь?
   -- Решил лично удостовериться, что ты хорошо устроился. Отдыхаешь будто в отпуске и все в ранках демокодекса - даже время получил, чтобы осмотреться и развлечься.
   -- Неужели? А я - то по привычке решил, что ты разведать пришел и поразмышлять на чем бы меня подловить, чтобы я демокодекс нарушил, и вышвырнуть меня отсюда на законных основаниях, а ее себе забрать.
   -- Какой ты подозрительный! Полно, Казадор, я поучиться у тебя пришел: гуляешь по престижному миру с красивой женщиной, а начальству, небось, очки втираешь, что на важной миссии по борьбе с демонами, а женщина, верно, думает, что ты такой же новичок как и она - ну и хитрец!
   -- А ты хочешь меня разоблачить?
   -- Пока нет.
   -- Я не отдам тебе ее.
   -- А вот тут зря ты уперся. Я не отступлю - у нее большой потенциал и я мог бы найти массу применений ее талантам.
   -- Она может направить их на служение любви и добру.
   -- До чего же вы, казадоры, любите громкие слова! Да только твое понимание любви - ей будет чуждо - я ее лучше знаю. Ну, развлекайся пока, отдыхай, а я полюбуюсь издали.
   -- Ты хочешь, чтобы я все время дергался и оглядывался? Не выйдет у тебя, старый плут. Не подловишь меня. Я здесь на законных основаниях.
   -- И вести себя будешь как частное лицо?
   -- Да пошел ты! Не твое дело!
  
   Полина
  
   Я открываю глаза - это не сон. Женя и вправду стоит передо мной с подносом в руках.
   -- Кофе я сам сварил,- говорит. - Отобрал у горничной бразды правления и сам, для тебя, чтобы с пеночкой. А булочки свежие - только из печи, с местной кухни. С пылу-жару, ешь, милая моя. А кровать-то здесь какая огромная, а мы ее так и не опробовали толком - ты уснула вчера рано.
   -- Но, Женя, нам же надо искать место жительства, а то не хватит надолго тех денег, что у тебя в кармане оказались. Стефан ясно сказал, когда деньги закончатся, придется их зарабатывать. А если не найдем дом сегодня, придется вернуться в гостиницу.
   -- Помню, да, хорошо, сейчас пойдем, не беспокойся только.
  
   Выходим на площадь и сворачиваем наугад на одну из улиц.
   Город как город - дома не слишком высокие как в Нью-Йорке, из-за которых человек сам себе маленьким кажется, но и не слишком низкие, а как раз подходящие для человеческого роста - как в Киеве или Одессе. Зеленые улицы, скверы, палисадники, витрины, кафе. Люди идут по своим делам, одеты вполне современно, наша одежда не выделяется на общем фоне, но все же что-то неуловимо странное отличает этот город от других. Пока не могу определить что именно.
   -- И по какому признаку я должна догадаться где нам жить? Стефан сказал, что все догадываются, не может быть, чтобы мы были тупее остальных. Женя, ну что ты молчишь?
   -- Ну давай подумаем: что такое дом? Где-то прочел я что дом, это не там где родился, а там где можешь спокойно повесить свою шляпу.
   -- Ты не шути, а думай.
   -- А я думаю. Дом - это место, где тебя любят и всегда ждут.
   -- Этого мне только не хватало! Я хочу, чтобы там никого не было, только мы с тобой.
   -- Так, продолжаю думать. Для некоторых дом - это как раз там, где тихо, никого нет, никто не мешает абстрагироваться, и не указывает что делать. Дом - это там, где можно спать с открытыми настежь окнами под шум дождя, где просто вещи привычные на своих местах лежат, и можно голым ходить при желании. Дом - это там, где жизнь в твоем собственном измерении течет.
   -- Красиво как ты говоришь, Женя, я бы тебя слушала и слушала.
   -- Наслушаешься еще, Полинка, даже надоест.
   -- Ты мне надоешь? Никогда!
   -- Давай вернемся на площадь и пойдем в другую сторону?
   -- Давай.
  
   В центре площади сидит вчерашняя певица и поет, аккомпанируя себе под гитару. Голос у нее чистый и сильный. Возле нее сидит Рефф и еще один, незнакомый мне демон, который гладит певицу по длинным черным волосам. Я сразу вижу, что это демоны. В реале они неотличимы от людей, а здесь кажутся полупрозрачными, и присущие им черты выделяются более характерно. Люди собираются вокруг певицы полукругом и слушают, некоторые начинаю подпевать. Неожиданно демоны срываются с места и убегают, сверкая пятками и оглядываясь. Я готова поклясться, что они оглядываются именно на нас. Мы останавливаемся ненадолго возле певицы, а когда уходим, она вдруг догоняет нас, хватает Женю за руку и отводит его в сторону. Похоже, она просит его о чем-то, а он не соглашается, отрицательно качает головой. Она настаивает, говорит ему что-то горячо и страстно, заглядывая в глаза. Я не выдерживаю и подхожу к ним ближе. Рефф подмигивает мне из-за дерева. До меня доносятся обрывки разговора:
   -- Казадор, я не обойдусь без твоей помощи!
   -- Линда, это запрещено. Я здесь как частное лицо, на общих основаниях, к тому же у меня нет возможности.
   -- Дай мне знать когда будет возможность.
   -- Непременно. Как я тебя найду?
   -- По вечерам я всегда в кабачке.
  
   О чем это они?
   Женя увлекает меня с площади.
   -- У тебя есть знакомые в этом мире, Женя?
   -- Нет. Она спутала меня с кем то.
   Не хочет говорить. Опять какие-то секреты.
  
  Мы сворачиваем на другую улицу.
  А здесь, видимо, культурный центр города. Мы проходим мимо библиотеки и целого ряда выставочных залов. Здание театра с белыми колоннами и яркими афишами. Я замедляю шаг. Сегодня - "Макбет", завтра - "Гамлет", послезавтра - "Отелло".
  
   -- О, жители Демонета оказывается большие поклонники Шекспира, смотри, Женя, почти каждый день - шекспировская пьеса. Я так давно не была в театре! Вернемся сюда, непременно, когда найдем жилье.
   -- Да уж, - говорит Женя тихо. - Он - крупнейший специалист по демонам.
  
   Ну и каким же образом найдется наш дом? Идем ли мы в правильном направлении? А может, требуется что-то сделать или понять, прежде чем дом найдется?
   Мое внимание привлекает маленькая запыленная витрина и вывеска "Антикварный магазин".
   - Женя, смотри, настоящая лавка древностей.
   -- Хочешь заглянуть?
   -- Нет. Я подумала, что если здесь есть древности, значит Демонет существует очень давно. Очень хочется зайти, но не сегодня. Никаких покупок и развлечений пока не найдем свой дом.
  
   Из лавки древностей вдруг выглядывает старик в маленькой черной шапочке, наверно хозяин магазина, и кричит нам вдогонку:
   -- Казадор! Казадор!
   Женя оборачивается, и старик подбегает к нам:
   -- Казадор, зайдешь когда будет время, а?
   -- Я здесь как частное лицо.
   Старик подмигивает ему:
   -- Я хорошо заплачу, не обижу, и все останется между нами.
   Женя что-то тихо отвечает ему, и он отстает, но долго смотрит нам вслед.
  
   -- А как он узнал, что ты казадор?
   -- Черт его знает. Он старый - догадался как-то.
  
   Все происходящее похоже на игру - меня не покидает ощущение, что я на сцене или игровом поле и за мной наблюдают то ли зрители, то ли болельщики. Здания библиотеки, театра, гостиницы и антикварного магазина - кажутся декорациями и одновременно точками отсчета или ориентирами, которые я должна запомнить, потому что они мне позднее как-то пригодятся. Иногда возникает впечатление, что мы движемся в полусне, но только ощущения намного ярче, сильнее, острее, чем в реале - будто пелену сняли с глаз и других органов чувств. Я четко вижу себя в реале, но будто со стороны: мой кабинет, вазоны с растениями на подоконнике, рабочий стол и компьютер. А я, та, что реальная, - будто наблюдаю боковым зрением за собой в Демонете - на большом экране с объемным изображением. Я могу мысленно выключить наблюдение, если захочу. А что делает Женя сейчас в реале - не знаю, и мне не хочется спрашивать. Мы только здесь вместе, а в реале нас разделяют тысячи километров, часовые пояса, границы, близкие люди и обязательства. Зато в Демонете мы провели вместе одну из таких ночей, которые не забываются, а сейчас идем по улицам незнакомого города, держась за руки и улыбаясь друг другу - вот так я понимаю счастье.
  
   Слышен бой часов. Двенадцать. Мы выходим на красивую, вымощенную разноцветными кирпичиками, пешеходную улицу - она ведет к высокой башне. Множество лавочек с сувенирами, ювелирный магазин - может, Жене интересно? Он мельком взглядывает на витрину, но не останавливается и бормочет: '' Им бы топоры делать".
   А я так и не видела его работ. Насколько мне известно, он делает на заказ ювелирные изделия для частных лиц. Он об этом упомянул лишь однажды, подробностей не рассказывал. Интересно, сделает ли он специально для меня когда-нибудь украшение? Но я не буду об этом просить и даже намекать, пусть сам догадается. Ведь это же так естественно - дарить женщинам украшения, особенно если сам их умеешь делать. Эта Оксана, его реальная женщина, наверно, уже обвешана драгоценностями его работы с головы до ног.
   Женя вдруг застывает, уставившись в одну точку. Я верчу головой, пытаясь увидеть объект его внимания. Он смотрит на высокую башню, на вершине которой часы неправильной сложной формы и циферблат с кривыми стрелками, но самым странным кажется даже не это, а то, что расстояние между цифрами почему-то неравномерно. Между цифрами "2" и "3" - маленькое, почти незаметное - цифра "2" почти налезает на цифру "3", .а между "7" и "8" - самое большое.
  
   -- Так я и знал!- восклицает Женя. - Я чувствовал, что время идет не так: вчера закат явно затянулся, а ночь очень быстро пролетела.
   -- Ух ты! Вот это да!
   Мы стоим и, разинув рты, смотрим на башенные часы.
   -- Видишь, а ты говорил, что этот мир такой же обыкновенный как реал.
   -- Беру свои слова обратно. А как же ориентироваться по местному времени? У них тут хотя бы продаются наручные часы?
   -- Деньги нужно экономить, но хотя бы одни часы на двоих приобрести не помешает.
   -- Полинка, не жадничай, купим по паре часов местных, а деньги заработаем - я много чего умею и работы не боюсь.
  
   Часовой магазин находится тут же, у основания башни. Я выбираю себе элегантные дамские часики с тоненьким блестящим ремешком, А Женя - покрупнее, мужские. Циферблаты такие же, светящиеся, многогранные, с неравномерными интервалами между цифрами и кривыми стрелками.
   -- Сигнал об изменении времени на последующий период будет приходить на ваш адрес, - говорит продавец.
   -- Значит здесь непостоянное время?
   -- Временем и, соответственно, световым днем управляет администрация.
   Мы быстро переглядываемся.
   -- Видите ли, - говорю, - мы еще не знаем нашего адреса, мы здесь первый день.
   -- В таком случае, назовите мне ваши имена, пожалуйста.
   -- Полина Аксен и Евгений Галушко.
   -- Минутку...
  
   Продавец часов достает небольшой карманный компьютер, с множеством разноцветных проводков, набирает что - на клавиатуре, затем объявляет:
   -- У вас один адрес на двоих: переулок Тамбыло, двадцать дробь два.
   Мы опять переглядываемся:
   -- Спасибо большое. Вы нам очень помогли.
   -- Не за что. Разрешите... - он подключает к нашим часам проводки от своего компьютера. - Все в порядке, сигналы будут поступать по указанному адресу.
   -- А вы не подскажете где этот переулок?
   -- Охотно. Это на другой стороне реки, от площади - налево, пройдете через мост, затем через парк, а там будет указатель с названиями улиц.
  
   ***
  Идем по мосту, любуясь белыми корабликами, плывущими в золотисто-зеленой дымке вдоль песочно-ивовых берегов.
  На другом берегу у входа в парк светится электронное табло - "Демофилд Другая Сторона", DeMo - Валентин Неплох. "DeMo" - это, по-видимому, какая-то должность, наверно, смотритель. Этот Неплох - явно человек ответственный - расположил повсюду электронные карты и указатели на все случаи жизни - "комната смеха", "шашлычная", "тир", клуб Demonique, "лодочная станция " и еще куча других.
   На электронной карте переулок Тамбыло выглядит как небольшой отросток от Улицы Роз.
   -- Ну вот скажи, Женя, как бы мы догадались, что нам нужно через мост пройти на Другую Сторону, если бы часовщик нам не сказал? Ведь это же чистая случайность, что ты увидел часы на башне, и мы зашли в магазин. Вероятность, что мы сами забрели бы сюда сегодня до наступления темноты - ничтожна.
   -- Думаю, это был один из предусмотренных путей нахождения нашего дома, но не уверен, что мы выбрали самый короткий или сделали самый блестящий ход. Думаю, наш дом можно узнать и по каким-то другим признакам. Ты же не забыла, что все наши действия - ходы в игре.
   -- Честно говоря, забыла. Я хочу сейчас только одного: попасть домой и отдохнуть.
   -- Устала, милая моя? Ну да, с утра не присели еще. Хочешь, я тебя понесу?
   -- Нет-нет. А вдруг это нарушение общественного порядка?
  
   Какой он чудесный, Женя мой - вот так взял бы меня на руки и понес!
  
   -- Ну, я и не подозревал, что ты будешь так ревностно соблюдать правила. Эдак и соскучиться недолго! Шучу, шучу...
  
   На улице Роз и вправду - сплошные цветники и оранжереи, даже чайхана называется "Чайная Роза"... и вдруг я замираю, а Женя проходит немного дальше, не заметив, что я больше не следую за ним. Затем оглядывается и возвращается:
   -- Что-нибудь не так?
   А у меня слезы ручьем ... я вытираю их тыльной стороной ладони и всхлипываю. Женя смотрит на табличку "Переулок Тамбыло", потом на меня, потом опять на табличку:
   -- Ну все правильно же, идем искать дом двадцать дробь два... Да что с тобой, Полинка?
  
   Мне кажется, что если я сделаю хоть один шаг, то все исчезнет, что это все - иллюзия - как мираж в пустыне. Конечно, я не могла не узнать место, где мне следовало жить в Демонете, потому что ... я выросла на этой улице, ходила в школу вон по той дороге, а на обратном пути покупала хлеб вон в том гастрономе и заодно выпивала там стаканчик яблочного сока и покупала шоколадный батончик.
  
   -- Полинка, ты знаешь куда дальше идти?
  
   Женин голос звучит будто издалека, а я плыву как во сне. Когда я уезжала в Нью-Йорк, улица выглядела несколько иначе: этого забора уже не было, старые домики напротив школы снесли, а на их месте строился торговый комплекс. А здесь перемен не было.
  
   -- Да, Женя, я знаю куда идти.
   Женя молча шагает рядом, поглядывая на меня внимательно и настороженно. Я уверенно вхожу во двор, совершенно точно зная, что я там увижу. Все как раньше: даже тополя взметнувшиеся вверх. Уже в девяностых соседи как-то сговорились и в один из выходных дней обрубили ветки, чтобы уменьшить количество пуха... а здесь деревья машут пышными кронами, а весь двор засыпан пухом как снегом. Мы в детстве поджигали эти пушинки, наблюдая как они сгорают, - любимая забава была. Я уверенно открываю дверь своего подъезда, поднимаюсь по ступенькам и останавливаюсь перед дверью. Номера на ней не нет, но это та самая дверь, которую я столько раз радостно захлопывала за собой, когда выбегала во двор гулять и тихонько прикрывала, когда сгорбившись, и волоча за собой портфель, тащилась в ненавистную школу.
   -- Сюда?- спрашивает Женя и тянет ручку двери. - Здесь заперто.
   Я стою перед дверью несколько мгновений, потом шарю под притолокой. Ключ действительно там. Оказывается я помню форму ключа много лет спустя, но этот - другой, с выбитыми буковками - "GG, Demonet, level #l". Тем не менее, он легко поворачивается в двери, и мы входим в маленькую тесную заваленную каким - то хламом, прихожую. А вот внутри обстановка резко отличается от той, что я помню. Вещи вокруг навалены совершенно случайные: у окна стоит железная кровать с облупившейся эмалью и поржавевшими от времени прутьями, но застеленная свежими белоснежными простынями. Посреди комнаты - зеркальный шкаф светлого дерева, комод, чемодан распахнутый - часть вещей вывалено на пол, несколько стульев из разных комплектов - стоят в ряд у стены, перевернутое глубокое кожаное кресло и маленькой столик, покрытый вышитой скатертью - все предметы совершенно мне незнакомые. Ощущение, что здесь только что производили перестановку мебели и остановились посреди работы. В квартире всего одна большая комната вместо трех небольших. Женя молчит. Решил не мешать мне исследовать пространство. На полу у кровати - перевязанная шпагатом стопка книг в ярких суперобложках. Я присвистываю от удивления - это десятитомник Лема, открываю первый том - конечно, год издания 2000й: точно такой был куплен мной в одном из книжных магазинов Нью-Йорке совсем недавно, но тот и сейчас находится в книжном шкафу моей гостиной на Честнат Стрит.
  
  Прохожу на кухню, Женя следует за мной. Старый пузатый холодильник, плита газовая, на ней горкой - набор белых кастрюль с синими цветочками - совершенно новые, даже с магазинной этикеткой, и две большие сковородки.
  Выглядываю в окно. Во дворе, на скамейке демоны режутся в кости. Они поднимают головы как по команде, и начинают что-то бурно обсуждать, указывая пальцами в нашу сторону и громко гогоча. Женя подходит к окну - У-у-у, нечисть!
  Демоны сразу же отбегают на безопасное расстояние.
  
   -- Все хорошо в этом мире, только демоны тут - у себя дома, понимаешь, Полинка? И как мне, казадору, это вытерпеть? Только ради тебя я согласился вести себя как частное лицо и не обращать на них внимания.
  
   -- А вот телефона тут нет, - я говорю.
   -- А кому ты звонить собираешься?
   -- Никому. Просто так, уточнила по привычке.
   -- Думаю, здесь должны быть другие средства коммуникации.
  
   Верхние ящики комода совершенно пусты, нижние забиты всяким барахлом: обгрызенные карандаши, мелкая хозяйственная утварь, отвертки, утюг... вот от чего я отвыкла начисто - так это от утюга - мы давно не покупаем мнущиеся вещи.
   В одном из ящиков - кошелек с вышитыми инициалами П. А.- похоже, что мой. Внутри - белые и желтые монеты - одни сияют как новенькие, а другие - совсем тусклые, покрытые зеленоватым налетом.
  Я пересчитываю монеты и складываю их горкой. Интересно, это много или мало?
  На окно садится голубь и стучит клювом в стекло. Открываю окно, и он нетерпеливо мнется на подоконнике - к его лапкам прикручен свиток с сургучной печатью. Аккуратно снимаю свиток. Женя приносит из кухни галетное печенье и крошит голубю, тот радостно клюет. На свитке - мое имя. Ломаю печать, разворачиваю свиток - старинным шрифтом написано "Вас приветствует модератор вашего Демофилда - Валентин Неплох. И дальше следует памятка, что нельзя нарушать общественный порядок, а все остальное можно и приписка: "Если все-таки возникнет необходимость нарушить порядок, то обратитесь к модератору и действуйте под его наблюдением".
   Голубь опять стучит клювом по стеклу. Я пытаюсь его погладить, но он взмывает под потолок, подлетает к комоду, на котором выложены монеты горкой, хватает одну и улетает.
   -- Ничего себе!- возмущаюсь. - Голубь ведет себя как сорока.
   -- Э, Полинка, он видно плату за услуги брать натренирован. Так чего там пишут?
   -- Ну, это уже совсем смешно. Опять напоминают, что нельзя нарушать порядок. Маловероятно, что нам захочется подраться на улице или спрыгнуть с моста в реку. Похоже, порядок- это действительно важно, но почему тогда на улицах нет никаких стражей?
   -- Я думаю, у них тут другая форма контроля.
   -- Мы же ничего не собираемся нарушать, правда, Женя?
   -- Да, хорошо бы не нарушать,- отвечает Женя и опять глядит во двор из-за занавески, на демонов.
  
   А вот ванна приятно удивила: просторная, современная и ультрамодная: кабинка для душа с прозрачной стенкой, пожалуй, круче, чем в моей квартире в Нью-Йорке. В белом зеркальном шкафчике - чистое белье и полотенца.
   -- Полинка, это бонус какой то, глянь что нашел!
   Женя вытаскивает из зеркального шкафчика прозрачный пластиковый пакет с красивым женским бельем, новым, с этикетками: кружевные лифчики и трусики разных цветов.
   -- А ну примерь. Твой размер или нет?
   -- Сейчас? Подожди, дай осмотреться. А что вон в тех ящиках, интересно?
   -- Примерь сейчас, - строго говорит Женя, и плюхается на кровать, устраивается поудобнее, сложив руки на груди, как будто приготовившись к спектаклю и не терпящим возражений тоном:
   -- Разденься, только медленно, а потом надень это белье.
   -- Но...
   -- Я жду! Для чего мы, в конце концов, сюда прибыли?
   А и правда. И я медленно тяну подол платья вверх. Какое удовольствие - повиноваться ему! Я потягиваюсь перед ним как кошка, изгибаюсь и кручу бедрами. Оставшись совсем голой, я какое-то время красуюсь перед ним прямо посреди этого разгардаша, а потом надеваю прозрачное черное кружевное белье.
   -- Теперь иди сюда, - говорит Женя хрипло.
  
   ***
   Лежим на кровати, обнявшись, а остальное не имеет значения. Как будет - так будет, только бы не выгнали отсюда.
  
   -- Полинка, это на первое время жилье, подожди немного и у нас другое будет, лучше и больше.
   -- Жень, да мне и тут нормально. Мне все равно где жить, лишь бы с тобой. И я и вправду роскоши не люблю, мишуры всякой и лишних предметов.
   -- Знаешь, Полинка, ты здесь более важная птица, чем я. Похоже, они на тебя делают ставку. А я, как бы, при тебе. Тебе предоставили выбор где жить, а не мне и деньги - на твое имя. Мне никто ничего не предлагал, так что я здесь у тебя в гостях.
   -- Женя, ты что, обиделся на администрацию?
   -- Нет, но ...
   -- А может, где-то здесь есть часть мира предназначенная для тебя. Возможно, нам еще предстоит ее найти.
   -- Возможно. Послушай, милая моя, ты должна быть очень осторожна и ни на минутку не забывать, что название этого мира - Демонет. Первый уровень или демоверсия - это демоническая версия, а не демонстрационная, как может показаться поначалу. И уж больно заманчиво как-то все, гладко, без подвохов. А знаешь, что больше всего прельщает? То, что нас здесь никто не знает - это высвобождает волю. Вот скажи, чтобы ты делала, если бы последствий не боялась в реале, безнаказанно, то есть.
   -- Я бы Линн высказала все, что я о ней думаю.
   -- Интересно, что это первое, что пришло тебе в голову, видно, крепко тебя достала эта Линн. Ну и что бы ты ей сказала?
   -- Что она злая и завистливая сука.
   -- Да ну - это ерунда полнейшая.
   -- Ерунда? Она меня сглазить хотела! Я вынуждена ежедневно сталкиваться с человеком, который желает мне зла!
   -- Да ладно, тихо... А что еще, Полинка?
   -- Голая под дождем потанцевала бы, и еще...торты и пирожные ела бы каждый день, может даже три раза в день - вот! У меня низменные желания, да?
   -- А ты еще подумай.
   -- А что тут думать? Больше всего я хочу быть с тобой, и чтобы никто не мешал.
   Он улыбается. И чтобы ты забыл свою Оксану, причем мгновенно, и думал только обо мне, - добавляю я мысленно.
   А Женя продолжает:
   -- Я обещал Ахху, но вмешиваться, но, пожалуйста, избегай всех возможных контактов с демонами. Они обязательно приставать будут, соблазнять. И наобещают тебе то, чего ты хочешь больше всего, чего ты на самом деле хочешь, но сама себе не признаешься. Скрытые желания - это их основная специализация. Глазом моргнуть не успеешь - втянут во что-нибудь. Когда я рядом, они посмеют подойти.
   -- А ты всегда рядом будь, Женя.
  
   ***
   Все же я увлеклась им не на шутку - он занимал большую часть моих мыслей в обоих мирах. Мне все нравилось в нем - и веселые морщинки у глаз и печальная складка у губ, и хитрая усмешка, и взгляд его - острый и хитрый, и голос с хрипотцой, и манера говорить - спокойно-рассудительная, и профиль - нос чуть длинноватый, и манера наклонять голову, и походка легкая, бесшумная, и форма пальцев, запах - все было замечательно. Я позволила себе окунуться в любовь с головой, хоть понимала, что такой фонтан чувств до добра не доведет, но мне так надоело притворяться много лет, что я неслась без оглядки, очертя голову.
   И еще много удивительных дней и ночей могли мы с Женей прожить, и денег хватило бы надолго, если бы не демоны. Иногда жаль бывает той любви... того состояния - когда не идешь к нему, а летишь, ног под собой не чувствуя. Жалеть о чем-нибудь - глупейшее занятие, и все же надо было осторожнее, аккуратнее с любовью этой обращаться, постепенно открывать друг друга и учиться управлять демонами. И откуда мне было знать, что демоны, оказавшись на воле, не успокаиваются, а вырастают, крепнут и отпирают клетки своим собратьям, более "изысканным", если это слово вообще можно употребить по отношению к демонам... Я сама все испортила, почти в самом начале... Женю я не оправдываю, но надо отдать ему должное - он честно пытался меня предостеречь, чтобы я с ними не связывалась.
   Второй наш день, проведенный в блаженстве, оказался последним. Нам так хорошо было вместе, что не хотелось выходить в город. Лежать рядом, тесно прижавшись, говорить друг с другом на языке эмоций - было интереснее, чем изучать новый, неожиданно доставшийся в подарок, мир.
   Если бы не местный ход времени, то могло создаться впечатление, что мы просто находимся в другом городе - красивом, зеленом и благоустроенном, но самом обычном. Улицы, дома, магазины, аптеки, кафе, парки - все казалось обыкновенным. И квартира с ее дряхлой утварью была сверх обыкновенной: одна конфорка газовой плиты барахлила, форточка скрипела и почти отваливалась, старый холодильник шумно дребезжал, и чайник сгорел в тот день как в реале - это был самый обыкновенный чайник. Большой одежный шкаф был забит какими-то вещами, по всей вероятности нашими - но самыми обыкновенными - ни рассматривать, ни примерять их не хотелось.
   В тот наш последний счастливый день Женя предлагал покататься на лодке, но я отказалась - не хотела выходить из дома. Он порывался заняться благоустройством квартиры, хотел купить краску и инструменты, но не так и не смог от меня оторваться. Выбежал, правда, в магазин за продуктами пока я была в душе. А прибежал, поставил пакет с продуктами на пол и кинулся ко мне так, будто мы давно не виделись.
   Ах, какой день был! Рук разжать и насмотреться друг на друга не могли. Валялись на старой кровати с железной спинкой, худой матрас все время сползал вбок, старые пружины скрипели нещадно... Поздним вечером Женя убаюкивал меня, напевая что-то, гладил по волосам, зарывался в них лицом. Засыпая, я думала, что ближе его у меня никого нет.
   И если бы не дальнейшие события, этот день мог бы остаться в памяти как самый лучший, самый яркий в жизни. Время от времени я возвращаюсь в него мысленно и размышляю, что было бы с нами дальше, если бы я не свернула с колеи и не столкнула Женю в канаву на обочине. Но я не могу винить во всем себя. Возможно он хотел подразнить меня когда упомянул, что в реале Оксана к нему переехала. И как только он уснул, появился Рефф.
   Демон ревности обложил меня со всех сторон - в двух мирах одновременно и даже просочился во сны. В реале он казался больше, выше ростом и гораздо толще. Он сидел на столе в моем реальном кабинете, где я, вместо того, чтобы заполнять карточки пациентов, бездумно водила карандашом по бумаге и Женино имя появлялось на листке многократно - то прямыми угловатыми буквами, то круглыми с завитушками.
  
   Нет, все же это я все испортила! Не надо было мне из дому выходить, не надо было расставаться с ним! В реале я привыкла сдерживаться, лимитировать себя - это стало нормой жизни, а Демонет выпускал на волю все эмоции, но смягчает ли это мою вину?
   Рано утром, когда Женя еще спал, я выглянула в окно и сразу увидела. Он манил меня пальцем, и я вдруг вспомнила, что Женя говорил вчера про Оксану и поняла, что сейчас с ума сойду от ревности. Мне просто необходимо было выйти из квартиры и пройтись - я всегда так делаю, чтобы успокоиться или обдумать что-нибудь.
  
   И пока я шла по улице Роз по направлению к парку и глубоко дышала, пытаясь успокоиться, Рефф бежал следом как собачонка. Редкие пешеходы оглядывались на нас, понимая что происходит - в Демонете демоны не скрывают своего истинного обличья. И в глазах прохожих мелькало сочувствие. Тогда я ускорила шаг и Рефф отстал, но вновь появился в конце пустынной аллеи, а я-то думала он отвязался, ящер зеленый, ан нет, ждал меня... Рефф зеленый от злости, губы у него тонкие, плотно сжатые, дрожит все время и сосредоточиться ни на чем не может, с ним и поговорить- то ни о чем нельзя. Не в пример сладкоречивому Горру, Рефф то бубнит что-то себе под нос гнусаво, то на ухо мне свистит, и мысли от этого становятся вязкими, тяжелыми и ядовито-зелеными.
   -- Он сейчас в реале со своей невестой целуется- милуется, ей это по праву положено, а тебе знаешь, что положено? Мучиться и корчиться. Ты - тайная женщина. Он ей в глаза глядит, руку на талию кладет, а потом... ну давай, давай представь себе их вместе. А о тебе и не вспомнил сегодня ни разу!
   Рефф придвигается ближе и кладет перепончатую лапку мне на грудь и от его прикосновения холод ледяной разливается по телу. Ее зовут Оксана, они собираются пожениться, она будет носить его фамилию, у них будут дети. Оксана - его реальная женщина, а я ... Рефф продолжает свою работу... холода уже не чувствую. В ушах звон, во рту горечь, в висках стук, пелена глаза застилает, и мука, мука такая...
   -- Умница, - говорит Рефф и исчезает - растворился во мне, гад. Ой, что делать теперь? Я ни о чем другом думать не могу кроме того, что у Жени есть другая женщина. Ах, нет, это я - другая женщина. А она - его женщина. Они знакомы много лет, их многое связывает. А я просто новая женщина. Он и не думает скрывать ее от меня, похоже, он даже гордится ею. Она, наверно, знает про Демонет. Не хочу чтобы знала, не хочу! Он и мной гордится, он же сам говорил: "Ух, какая у меня женщина! Я хочу всему миру кричать о моей любви к тебе, Полинка! Такая женщина любит меня, спит со мной, тайны свои доверяет! Это же какое счастье мне!"
   А что если спросить его прямо с кем из нас ему лучше? О ком он вспомнил в момент пробуждения? Нет, Женя, так не пойдет! Ты должен думать обо мне, слышишь? Только обо мне, ты должен быть только моим, я не могу делить тебя ни с кем, я физически страдаю, я мучаюсь от того, что ты касаешься ее, спишь с ней в реале... Рефф ... Рееефффф....
   Три слова "мой", "любимый" и "мужчина" усиливают друг друга на много порядков. А у тебя, моего любимого мужчины, есть другая женщина, и ты делишь с ней сладкие и чудные моменты. Как это выдержать? А может ты о ней думаешь и когда со мной рядом лежишь? А вдруг она лучше меня? Думать об этом - больно до тошноты. А не думать уже не могу. Ты говоришь ей такие же слова как мне или совсем другие? Ты нас сравниваешь? Хотелось бы верить, что сравнение в мою пользу... а по какой шкале? Кто из нас красивее? Хотя не всегда в красоте дело. Нет, я с ума сойду от этих мыслей! Что делать? Набраться сил, призвать на помощь здравый смысл? Разозлиться на нее? Может она сама как-то сгинет?
   А Рефф шепчет изнутри:
   -- Давай ее уничтожим, а? Ты только дай согласие, а я Гнеффа кликну. Втроем мы - взрывная сила!
   -- Нет, Рефф, она ни в чем не виновата. Он ее давно знал, задолго до нашей встречи.
   -- Правильно! - взвизгивает Рефф. - Он во всем виноват! Он должен быть только с тобой, любить только тебя. А ты настоящая ревнивица! Работать с тобой - одно удовольствие. Он-то к мужу тебя не ревновал - ты мужа никогда не любила. А он, видите ли, каким-то образом, обеих ухитряется любить, каждую по-своему. Да он загаживает твою любовь, оскверняет ее. Да тебя на руках носить надо! А хочешь, я устрою так, что он глаз от тебя отвести не сможет? Ну, например, на балу во дворце? Вот представь: ты в роскошном черном бархатном платье с глубоким декольте, в прическе брильянты сверкают, и мужчины глаз от тебя отвести не могут... Пусть увидит. А знаешь что? Покажи ему, что все мужчины тебя хотят. И тогда он поймет, что ты - подарок судьбы, о котором каждый мужчина мечтает тайно. А то воспринимает тебя как должное, а ты - подарок!
   -- А как показать?
   -- В Демонете много чего можно устроить. Тебя тут никто не знает, делай что хочешь.
   -- А у меня получится?
   -- Отчего же нет? Он оценит, наконец, по заслугам твою красоту. Поймет, что все тебя хотят, аж слюни пускают, а ты хочешь только его.
   -- Хочу!
  
   ***
   Казадор
  
   Это я во всем виноват. Позволил себе расслабиться. Вел себя так, будто она уже победила своих демонов. Она слушалась меня, верила всему, я и размяк, а демоны - тут как тут. Она вспыхнула как стог сена от искры, а сторож, то есть я, уснул. Всего два дня у нас и было. Хотя Демонет другим и этого не дает - и двух часов не проходит, как демоны новых игроков наизнанку выворачивают. Но если бы я не проворонил ее, то моя игра была бы куда более прибыльной. Золотые Ворота мне не светили, конечно, но верхние уровни мы вдвоем пройти могли. И в клубе этом я дал маху. Присутствие демонов в зале должно было меня сразу насторожить. Да и настойчивость, с которой Полинка меня туда тянула, и название мероприятия на яркой афише в парке "Шоу любителей экзотического танца" должно было вызвать подозрения. А я поверил, что во время утренней прогулки, ее привлекла афиша. Я говорил, правда, что терпеть не могу шоу вообще, а тем более самодеятельность, но она настаивала, мол, сама уроки танца живота брала - для удовольствия и поддержания формы. А сейчас ей интересно посмотреть на других. И поскольку она проревела все утро, то я согласился, чтобы отвлечь ее от мрачных мыслей. А оказывается, демоны и это просчитали. А так было тихо спокойно вечером. Полинка песню напевала -
  
  ''Тихим-тихим шагом
  В замедленном кино
  К нам приходит Время
  В темное окно
  Царственно садится
  Задницей на трон
  Пусть тебе приснится
  Самый светлый сон''
  
  Время к нам сюда действительно приходит, по этому адресу. И кто же это такое придумал, неужели сам Залесски? А "самый светлый сон"- для меня, по ее мнению - это когда она мне снится.
  Момент пробуждения, миг отделяющий сон от реальности - самый честный момент - на все вопросы, которые заставляли тебя всю ночь ворочаться, ответы сами находятся. Ты один в постели и у тебя стоит, а о ком ты думал сейчас? Об Оксанке или Полинке? А может о Ленке- однокласснице, первой любви своей? Интересно, какой она стала? Замужем, наверно, давно. Кстати, Полинка мне ее очень напоминает - бедра крутые и кудри такие же пышные, каштановые. О, вот это интересная мысль: они трое со мной, в одной постели, но не ссорятся, не испепеляют друг друга взглядами, а наоборот, одна меня целует, другая миньет делает, а третьей я ... Ух, фантазия разыгралась! И Демонет - самое правильное место для осуществления всех фантазий. Я же нормальный здоровый мужчина, не какой-нибудь святой ванильно-марципановый... Полинка все спрашивает - с кем мне лучше, с ней или Оксанкой. Да как ей ответить? А за что ты меня любишь? Почему ты со мною? Что во мне такого?"- спрашивает. А то, любимая моя, что мы "хочем с тобой одново и тово же", и что "всяково таково" мне хочется делать именно с такою как ты. И слов можно не выбирать, и сразу в пальто и обуви - да на постель, не здороваясь, если нам так хочется. И ты сразу на мою волну попадаешь - и это так здорово! Почему я с тобою? Потому что ты Смородинка моя, умница и красавица! И потому, что ты - такая классная! И потому, что мужики тебе вслед смотрят! А еще потому, что ты никогда не вытираешься полотенцем после душа, а как и я, любишь высыхать и чтобы капли на пол стекали. И потому, что заводишься с пол- оборота. Сейчас я тебе все это скажу, если тебе так слова нужны. Но где же ты? О, вот ключ в двери поворачивается, вот она, Полинка, девочка моя. На щеках следы слез - злых и горючих.
  -- Доброе утро, милая моя! А я вот собрался вареников тебе налепить, купил вчера все, что нужно. Ты еще не пробовала моих фирменных, с маком. Медом будем поливать, есть и пальчики облизывать. Что с тобой, Смородинка? Ты плакала? Я обидел тебя чем-нибудь?
  -- Ты для нее тоже вареники лепишь?
  
  Молчу, изучаю ее. Что-то не так в ней - в голосе слышны истеричные нотки:
  
   -- А с кем ты больше хочешь быть? С ней или со мной?- и вдруг разревелась так громко, что я даже испугался. Ага, я спал, а она от слов моих вчерашних мучилась, про Оксанку. А я врать не хотел, и скрывать ничего не собирался! Хочет, чтоб я обнял ее, чтобы пожалел... Э, нет, милая моя, тебе так себя еще жальче будет.
  
  -- Женя, я ревную тебя, я не могу выдержать...всхлип. - Совсем не могу... всхлип.
  
  Рефф достал ее пока я спал, вот оно что. Да вот же он, рожица зеленая глумливая выглядывает из-за ее плеча. Осмелели мерзавцы, как узнали, что я тут частное лицо! Увидели, что я никого не трогаю, поверили, что и дальше так будет. Достать меня хотят, конфликт провоцируют, чтобы я сорвался, и условие Ахха нарушил!
   Подошел к ней, оторвал его пальцы липко-ледяные от нее, взял за шкирки и в окно выбросил. Он шмякнулся на пожухлый от жары куст, недовольно крякнул, встал и ушел прочь, прихрамывая и потирая ушибленную задницу. Оглядывался на нас и все бормотал что-то под нос себе, наверно, проклятья. Ну все, нет его, но сколько же яду своего зеленого он успел залить в нее? И с кем же в паре работал на этот раз?
  
  -- Как мне успокоить тебя? Что делать с тобой, дурочкой ревнивой?
  -- Скажи, что кроме меня тебе больше никто не нужен, и что я лучше всех.
  
  Это Демонет на нее так действует, в реале такие слова она вслух не произнесла бы.
  
   -- Послушай, милая моя, ты нужна мне, очень нужна, таких как ты - нет больше на свете, но я не откажусь ни от реальной женщины ради тебя, ни от дела своего, которому мы с Оксаной всю жизнь посвятили. А ты должна это понять и принять.
  -- Она что, тоже казадор?
  -- Нет еще, но она помогает мне.
  -- Но как мне это выдержать?
  -- Подняться над собою, надо мною, над Реффом. Увидеть, что из одной связи можно много чего принести в другую. Если не прятать в сундук свои сокровища, а делиться ими, то замкнутые миры превращаются в один открытый и многомерный, с множеством входов и выходов. И чем щедрее ты будешь, тем больше приобретешь.
  -- Все, что ты говоришь - ужасно! Ты должен быть только моим!
   Ух ты! Она даже ногой топает! Ну-ну...
  -- Знаешь, Полинка, если уж ты уж впустила в себя демона, то и выпустить его сумей. А я присмотрю за тобой и помогу нейтрализовать. Нельзя их в себе держать - поверь бывалому казадору. Только предупреди меня - я терпеть не могу неожиданностей.
  Нельзя слабинку показывать - она должна и дальше меня во всем слушаться. Если к ней тут относятся как к важной персоне, значит, в ней потенциал мощный кроется. Нельзя мне ее упустить. Да еще Ахх интерес к ней проявляет, вроде как лично ею занимается.
   -- Смотри на меня, Полинка, и повторяй: ''Больше отдашь, больше приобретешь. Открытая система. Мы учимся друг у друга, обмениваемся, обогащаемся, переходим на новые уровни - и это важнее всего!"
  Что-то я и сам заговорил местными понятиями. Воздух этот на меня так действует, что ли? Это для них важнее всего - новые уровни и развитие, а для меня - борьба с демонами.
  Полинка слушается и повторяет за мной. После оказалось, что она только вид сделала, что успокоилась. Я послал ее умываться - лицо же зареванное, несчастное. И она пошла, а вернулась тихая совсем, улыбалась виновато, а в глазах блеск появился. Вот тогда она в клуб пойти предложила. А я, дурень, и согласился.
  
  ***
   Клуб " Demonique" снаружи мало примечательное серое здание, а изнутри раскрашен так будто сумасшедший художник лил ведра разноцветных красок на стены. В дешевых пластиковых вазах - пыльные искусственные цветы. Зал довольно большой, неуютный и накурено так, что я начинаю кашлять. Из-за громкой музыки, доносящейся из хриплых динамиков, я почти не слышу Полинкиного голоса. В зале несколько молодых парочек и полным-полно мужиков разных возрастов - ну да, кому еще интересно смотреть на танцующих экзотических красавиц!
  
  Садимся за столик. Полинка странно возбуждена, оглядывается по сторонам, просит официанта принести коньяку, хотя вчера сама просила меня экономить демонеты. Она выпивает коньяк залпом и заказывает еще. Потом целует меня в щеку и бросив мне:
  "Я в туалет", - убегает". И в этот же момент гасят свет. Ладно, поглядим раз уж мы тут. На сцену выходят две участницы. Первая довольно неуклюжа - ступает тяжело, а вторая - стройная, но совершенно вульгарная девка. Обе делают неприличные телодвижения под тягучую восточную мелодию. Нет, это не танец, впрочем, мужики в зале одобрительно крякают. А все же слабо этим двоим завести толпу - тут и мастерство нужно и природные данные. Так что я был прав - самодеятельность! И ждать от выступлений особо нечего. Ну, где же Полинка? Попробую увести ее отсюда, лучше прогуляемся по парку, и я даже знаю чем эта прогулка закончится...
  
  На новую участницу сразу устремляются все взоры, сразу ясно - не девка сейчас будет танцевать для них, но царица, с гордой осанкой и величественной поступью. Пышные темные кудри схвачены золоченым обручем, к которому прикреплена полупрозрачная легкая шаль. На ней - синий костюм гаремной красавицы расшитый блестками и звенящими подвесками в виде луны и звезд. Лицо ее закрыто полупрозрачной вуалью, видны только глаза.
  
  Сотни жадных мужских глаз сразу же впиваются в нее, осматривают её всю - от босых ног до копны пышных волос так, будто примеряют на свой член. Я оглядываюсь, но Полинки не видно - наверно, не может пробраться в темноте к нашему столику. Надеюсь, что ей видна сцена - ей точно понравилась бы эта участница.
  В сверкнувшем луче прожектора вдруг вижу Ахха - он явно поглощен происходящим на сцене. И последнее, что успеваю заметить: совсем молодая девчонка за соседним столиком дергает за рукав долговязого длинноволосого паренька, пытаясь поймать его взгляд, а тот смотрит на сцену как завороженный. На лице девчонки можно прочитать бурю различных эмоций - от зависти до ревности.
  А потом - удивительное дело - я забываю обо всем на свете. Медленные и плавные движения танцовщицы завораживают и меня - я будто попадаю на ее волну. Ей не видны лица зрителей из-за яркого света прожекторов, но она прекрасно знает об этих жадных, электризующих пространство, мужских взглядах. Она наслаждается этими взглядами, купается в них, дразнится, подпитывается токами восторга и вожделения. Ах, как она уверена в себе, горда своим пышным, но гибким телом! Начала танец с четких, отточенных движений, а сейчас импровизирует, описывая бедрами восьмерки, то приближаясь к залу, то отдаляясь... извивается в следующем за ней луче прожектора... её руки подняты над головой, она качает бедрами, выгибает спину, склоняется... Темп мелодии нарастает - она всецело подчиняется своему господину - Музыке - и кружится, выполняя его приказы и прихоти. Тишина в зале нарушается лишь звоном подвесок на ее поясе и лифе.
  Думаю, что нет в зале такого мужика, который не хотел бы ее. Держу пари, что зрители ждут момента, чтобы спросить у хозяина клуба - "кто это", "как это" и "сколько это может стоить?"
  Она поворачивается лицом к залу и - я готов поклясться - она смотрит на меня! А я-то и подавно не могу отвести от неё глаз. Ее движения становятся все соблазнительнее, все заманчивее, а у меня встает и она умудряется двигаться в ритм моему нарастающему желанию, а танец перерастает в неистовую, почти бешеную пляску.
  Зал в возбуждении. Слышен кашель, недвусмысленные возгласы, вздохи и даже стоны. Музыка замедляется, и она сбрасывает полупрозрачную шаль на пол, затем медленно расстегивает лиф...
  Зал ахает. А ей, кажется, наплевать на зрителей. Она чувствует только меня, моё напряжение. Я улыбаюсь на тот случай если она видит мое лицо. Интересно, решится ли она снять остальное? А я, кажется, все готов отдать за то, чтобы она сейчас сбросила юбку и подошла ко мне, хотя понимаю, что это не время и не место.
  Да!
  Юбка падает на пол...
  Кружась, она спускается со сцены в зал.
  
   Полина
  
  ...изгибаясь в танце, я приближаюсь прямо к нему. На мне только синие трусики с золотыми блестками и вуаль, закрывающая лицо. Луч прожектора следует за мной, слегка подрагивая, будто у осветителя дрожат руки. На его столике два пустых коньячных бокала. Я и не пытаюсь скрыть, что танцую только для него. Все же я добилась своего: сейчас он видит только меня и думает только обо мне, и я постараюсь продлить этот момент насколько смогу. А после демоны научат меня остальному. Танцуя, я то касаюсь руками его плеча, то откидываюсь назад, подставляя его взору свои дрожащие живот и грудь. Я знаю, я чувствую, что он безумно хочет положить свою ладонь мне на живот и сжать мою грудь, но сидит неподвижно, сложив руки на коленях. Я склоняюсь над ним и вижу, что у него стоит. Нет, мой любимый, я добьюсь своего - ты сейчас поцелуешь меня при всех.
  Но он все еще сидит неподвижно, и тогда я медленно тяну вниз трусики, наблюдая, как подрагивают крылья его носа. Трусики падают на пол, я переступаю через них... его глаза сейчас на уровне моего лобка, и он смотрит прямо туда, и ему безумно хочется схватить меня руками за бедра и прильнуть лицом к треугольнику, но все еще сдерживается, демон его возьми! Тогда я сама, совершенно голая, обвиваю руками его шею, прижимаю его лицо к своему животу, затем снимаю вуаль, сажусь к нему на колени, и, обвив его шею руками, целую в губы. И в этот момент обрывается музыка и становятся слышны возгласы, крики, вздохи и стоны в заведенном мной зале. Зрители будто пробуждаются от гипнотического сна. Вспыхивает свет. И тут он резко вскакивает, снимает с себя рубашку, накидывает ее на меня и тащит вон из зала. Затем сообразив, что на бегу я сверкаю голой задницей, потому что его рубашка слишком коротка, хватает меня на руки и уносит прочь. Я и не думаю сопротивляться. Я обвиваю его шею руками и прячу лицо у него груди. Возможно, я и вытворила все только ради этого момента.
   Из-за его плеча, я вижу, как чья-то рука поднимает с пола шаль, юбку и другие части костюма... Женя толкает ногой первую, попавшуюся на пути дверь, и мы оказываемся в полутемной комнате. Я оглядываюсь: вокруг разбросаны стулья, ведра, швабра, мешки, банки с краской и другая хозяйственная утварь. Он опускает меня на стул, и кидается к двери, чтобы ее захлопнуть, но не успевает - дверь распахивается с ржавым скрипом, и я вижу за ней худощавого молодого человека, а за ним еще несколько нехороших лиц. Молодой человек держит в руках части моего костюма. Он что-то говорит, но из-за громкой брани и хохота толпящихся за дверью мужчин, я не слышу его голоса. И тут я пугаюсь. Страх рождается где-то в области солнечного сплетения и тошнотворной волной подкатывает к горлу.
   Я сижу на грубо сколоченном деревянном стуле в одной Жениной рубашке на голое тело. От ужаса у меня леденеют ноги и зубы выбивают мелкую дрожь. Этот страх мешает мне понимать происходящее. Как во сне я слышу, что Женя выкрикивает трехэтажный мат страшным голосом тем, кто за дверью, вижу как он выхватывает мой костюм из рук молодого человека, швыряет его мне и вновь пытается закрыть дверь, напирая на нее всем телом. Ему это опять не удается из-за мощного натиска с другой стороны. Я вижу как он с силой толкает кого-то в грудь, отбрасывая от двери, затем чей- то возмущенный возглас и звук шлепнувшегося тяжелого тела, и, наконец, дверь поддается. Щелчок - и дверь на щеколде. Затем выхватывает из кучи юбку от моего костюма и бросает ее мне:
  --Быстро!
  Я едва успеваю натянуть юбку, как он подталкивает меня к окну, распахивает его настежь и сам прыгает. Я в нерешительности останавливаюсь.
  -- Ну!
  Я лезу на подоконник и смотрю вниз ... высоко... первый этаж, но высоко все же...
  -- Ну же!
  -- Я могу сломать себе что-нибудь.
  -- Я тебя поймаю. Ну, быстрее же!
  Я все еще не решаюсь:
  -- Страшно!
  -- А голяком в зале скакать не страшно?
  -- Не могу, Женя!
  -- А к групповухе подключиться сможешь сейчас?
   Я вспоминаю красные потные рожи за дверью, зажмуриваюсь и прыгаю вниз. Секунда - и я в его объятиях. Он хватает меня за руку и увлекает в темноту.
   Вид у нас совершенно нелепый: я растрепанная, но в золотом обруче, босиком, в светлой мужской рубашке на голое тело и длинной полупрозрачной юбке с подвесками, которые нелепо звенят на ходу. Женя в одних белых брюках, голый до пояса - он не носит маек. Мы несемся что есть силы по парковой аллее, ведущей на улицу Роз. Ужасно неудобно бегать без лифчика.
  
  Тьма отступает в свете фонарей. Отсюда уже рукой подать до переулка Тамбыло. Я упрашиваю его остановиться хоть на минуту и перевести дух. Погони не видно и мне становится смешно и радостно, от страха не остается и следа. Он утирает пот со лба и рассматривает ссадины на руках полученные в борьбе с дверью. Я заглядываю ему в глаза.
  
  -- Ну что, Женя? Понравился танец? Расскажи...
  -- Сейчас расскажу!
  Он вдруг отвешивает мне звонкую оплеуху. Я хватаюсь за щеку:
  -- Ты что?!
   Ответом мне служит другая оплеуха, от которой я теряю равновесие и падаю на траву. Мне ни капельки не обидно - эти пощечины, всего лишь, свидетельство нервного напряжения и страха за меня. Я пытаюсь встать, но он не позволяет мне подняться, толкает меня в траву и расстегивает брюки.
  
  -- Подожди, Женя, выход из парка в конце аллеи, наш дом совсем рядом...
  
   Казадор
  
  Если бы мне кто-нибудь сказал, что я смогу ударить женщину, нежную и прекрасную, да еще и влюбленную в меня по уши, я бы никогда не поверил. Она упала в траву, я не позволил ей подняться и буквально бросился на нее, задрал юбку ей на голову и подмял под себя. Она пискнула слабо, испуг в ее глазах завел меня еще больше - я вбил в нее свой член. Ну, упрямая женщина, добилась своего - не припомню, чтобы у меня когда-нибудь так сносило крышу.
  
   Все происходящее слишком нереально даже для Демонета: мне пришлось спасать прекрасную танцовщицу от разгоряченных подвыпивших мужиков. И моя реакция на это была нереальной - я захотел подчинить ее себе немедленно, заявить свое право, отымев ее тут же, в парке, на мокрой от вечерней росы, траве - как захваченную в бою персиянку.
  
  Я очнулся когда она взмолилась:
  -- Отпусти меня... я не могу больше! Ну пожалуйста...
  -- Зато я могу!
  -- Ой, ну что же ты делаешь?!
  -- Привожу! (толчок) в чувство (толчок) нас обоих.
  -- Отпусти! А-а-а!
   Волна возбуждения возросла от ее крика... взрыв - и я отвалился в траву. Напряжение ушло. Она тяжело дышала, косилась на меня испуганно, а потом прильнула щекой к моей руке.
  
   Полина
  
  Несколько часов назад здесь было светло и солнечно. Мы шли по парковой аллее, держась за руки, и так светились, что нам улыбались прохожие. На мне было светлое элегантное платье с веселым летним узором. А возвращаемся в кромешной тьме. Я босая, в измятой длинной юбке и перемазанной в грязи рубашке, ноги мокрые от спермы. Да еще и хромаю от усталости и нервного напряжения, и все тело ноет - будто меня долго били.
  
  Женя долго не мог успокоиться, ругал меня, но в глазах его я видела, тем не менее, восторг и желание. В какой-то момент я подумала, правда, что это была не такая уж хорошая затея. Желание - да, восхищение - да, вожделение - тоже было, но не любовь. Но я отмахнулась от неприятных мыслей.
   Дома я яростно терла себя мочалкой, смывая события этого вечера. А он не мог дождаться когда я выйду из ванной - открыл дверь, поднял мои руки над головой, насадил на себя прямо в душевой кабинке, под теплыми струями воды. После чего, уложил в кровать, напоил горячим чаем, укрыл, и я уснула как убитая.
  
   Казадор
  
  Она спала, а я смотрел на нее. Кажется, я разбил ей лицо, когда ударил в парке - нижняя губа у нее совсем распухла. И ведь не жалуется и не сердится - ишь какая! Эх, не сдержался я! Страшно подумать, чем это все могло закончиться, если бы не удалось удрать. Кстати, у нас могут быть неприятности из-за нарушения общественного порядка, ведь это же не стриптиз-клуб, где все законно и танцовщицы охраняются от возможных нападок - это заведение другого типа.
  Я поворочался еще немного - старая кровать и матрас худой совсем, пружины вылезают, в бока давят, а ей, вроде, ничего - спит себе... Ну да, она же мягкая, округлая. А я костями упираюсь в старые пружины... надо будет придумать чего-нибудь, если уж оставаться здесь. Новую кровать точно купить придется. И потолок побелить не мешало бы, стены подкрасить, и дверь вон облупилась вся. Ее это вроде не касается - ей внутренний комфорт важнее всего, видите ли. Привыкла в своей реальной Америке: владелец дома отвечает - за ремонт и прочую неисправность - ты только деньги плати ежемесячно, а благоустройство- забота хозяина. Ну, это у них так, а ты тут сам, как всегда, за все думать должен.
   А Полинка сладко так спит, посапывает как ребенок. Ну и номер сегодня выкинула! В какой-то момент был готов ее убить. Доказать решила, что сумеет голая сплясать для меня при всех. Хотела всех затмить, чтобы я только о ней думал. Если бы она могла, то перетащила бы меня в отдельный, ее собственный, мир - сундук, и закрылась бы там со мной. Но если разобраться, то я сам ее эту выходку спровоцировал. Сказал ей: "Милая моя, наш маленький мирок будет зыбок и уязвим". А она заявила, что в любом случае, у нее должно быть своя роль в моем мире, ее собственное место, и чтоб больше туда никто не смел войти. Конечно, милая моя! Только твоё! То, что принадлежит только тебе! А другое - не тронь, будь добра.Разве мало тебе? Ты спишь, а я скучаю по тебе. Минута без тебя - и уже скучаю! Мало разве?
   Таких как ты больше нет!
  А-я-я-я-я-я-я-й! Как же ты достала меня сегодня своим танцем! Уф! Плевать на все! Ты! Только ты! Когда ты рядом - все смогу! И когда не рядом - тоже смогу - от сознания того что ты есть у меня! Ты мне досталась, подумать только! Все! Сгреб тебя в охапку! Заткнулся и лежу с тобой тихонько.
  
   Проснулся среди ночи, поворочался... Но ведь ты еще и не такое выкинешь если тебе позволить. Пружины в тело впиваются, уснуть не дают, да еще демоны проклятые ...Эх, зря я защиту отключил! Пообещал Ахху, что не буду казадорские методы здесь использовать. А демоны-то как устроены? Лежат себе тихо, свернутые и связанные на дне колодца, и, время от времени, взывают скуляще: "Ты только одну руку мне развяжи, облегчи мое существование, переложи меня на другой бочок - этот уже совсем затек". И только сжалишься - они овладеют тобою и усилятся во много крат и вот уже ты уже в их власти, в полном их распоряжении. Смешно полагать, что казадоры устойчивы к воздействию демонов. И врачи болеют, и парикмахеры лысеют... А демоны только и ждут, чтобы я оступился, поддался им. А что если рискнуть, а? Вообще- то это интересная мысль: совместить приятное с полезным, а начальству объяснить, что я проверял методы, которыми они в Демонете пользуются. Напомню, что "воевать можно только с тем, что хорошо знаешь". Ну, попробовать что ли? Ух, демоны ликовать будут, протрубят по всем мирам Голденгейта, что не кто-нибудь, а сам казадор им поддался. А я кроткий вид на себя напущу, беспомощный, а когда они подойдут поближе, я их.... ну, если не уничтожу совсем, то хотя бы ослаблю.
   А вообще-то все вру, оправдание пытаюсь найти себе, чтобы демона своего выпустить. А демон мой - то ли от мазохизма проистекает, то ли от неуверенности в себе. Мелкий какой-то, второстепенный демонишка, но все же темный и гадкий. Даже имени его не знаю, оттого так тяжело с ним. И откуда он только взялся? То ли от желания похвастаться перед другими своей женщиной, то ли своей мужской силой - фиг его знает зачем мне это надо? И спросить не у кого. Психологи тебе только голову морочат, клирики тебе это запрещают... А нужно мне, всего лишь, чтобы ты сказала: "О, из всех мужчин ты самый-самый! У тебя самый большой член, и ты так глубоко в меня входишь. Ни с кем мне не было так хорошо как с тобой". Я бы поверил сразу и успокоился. С другими мужчинами об этом тоже не поговоришь - их интересуют, в основном, рекорды и акробатика. Ну, у меня, по крайней мере, хватает ума не соревноваться с кем- то в глупости. Если об этом разговор в казарме заходит, я обычно молчу. Они, верно, думают, что я то ли слишком интеллигентный, то ли мне нечем хвастаться. С их точки зрения, и вправду, нечем. Я за всю жизнь пять женщин целовал и с троими спал, причем со спортсменкой той один раз всего и с "дурного дыва".
   Полинка спит так сладко. Который из демонов ее заставил раздеться догола и сплясать перед всеми? Горр? А может это работа Похх? Не похоже... Неужели Рефф работал в одиночку? И что теперь? Демон угомонился, усох? Наоборот - окреп и вырос. А ведь я сам дал ей добро на это когда сказал: "Хочешь выпустить своих демонов? Валяй! Делай все что хочешь, а я присмотрю". Забыл, что мы не в реале. Демонет - это их дом, здесь они - хозяева. И невдомек ей пока, что ее демоны вылезли наружу и открыли темницу моему застарелому, заскорузлому, давно погребенному под панцирем выдержки и здравого смысла, демонишке. И вот он, знакомый такой, почти родной, вылез и подмигивает мне. И ей урок будет заодно - пусть испытает действие чужих демонов на себе, узнает - каково это. А потом она меня простит. Никуда не денется, простит. Любит меня шибко. Только где же мне человека найти подходящего? У меня тут знакомых нет.
  
   ***
  
  Tы в первый раз
  целуешь грязь
  зависая на ветру,
  ты готовишься упасть
  набирая высоту
  за высотою...
  
   Полина
  
  Утро солнечное и веселое, старенькое радио поет, похрипывая, и чайник на плите вот-вот засвистит. Я рассматриваю содержимое шкафа. Этому шкафу из светлого добротного дерева на вид лет пятьдесят, не меньше, и вещами он набит доверху - дверь откроешь - они вываливаются. Такой точно был в доме у бабушки, а может это он и есть, даже царапина на боку такая же. Так, посмотрим, что мне тут подойдет: вещи вполне модные, современные, такие как у меня дома в Нью-Йорке. Вытаскиваю джинсовые шорты и черную майку, чтобы примерить. Шорты сидят как влитые, ну точно как те, что я купила в "Мэйсисе" месяц назад перед отпуском, а может это они и есть? Но думать над всем этим нет ни сил сейчас, ни желания. Надо закинуть это все в кладовую сознания, и потом, когда наберется больше фактов, проанализировать. Я - магистр наук или нет, в конце концов?
  Женя выходит из душа, свежий такой, любимый мой... А вот я уже слышу аромат чая со смородинным листом, который он на базаре взял, в наш первый день. Запасливый такой, хозяйственный, Женя мой. Аромат заполняет комнату. А кухня здесь - точно такая, как была в нашей старой квартире, на улице Барвинковой.
  
   -- Сейчас чаю попьем, и я выйду продуктов купить,- говорит он. - Ты же еще толком моей кухни не испробовала.
  --Как не испробовала? А вареники с маком?
  --Пирога еще не вкушала, моего фирменного. Тебе точно понравится.
  
   Ах, солнце мое, хочет вкусного мне приготовить!
  
   --Ты о чем думаешь, Полинка?
  --О том, что надо будет все эти странные факты и совпадения собрать и проанализировать.
  -- Странные?
  -- Ну да. Вот шкаф как у моей бабушки в доме был, и царапина та же самая сбоку, а вещи в нем, будто из моей кладовки в Нью-Йорке.
  -- Еще что?
  -- Двор точно такой как на Барвинковой улице, где я жила когда-то, а люди во дворе - другие совсем, ни одного знакомого лица, хотя и в реале - одни соседи уже должно быть умерли, другие переехали, а третьи могли измениться до неузнаваемости. И еще, возле того парадного, точно помню, ступеньки вниз вели - там мастерская была в подвале, там плакаты и афиши изготавливали. А сейчас там и следа ее нет - ни двери, ни ступенек. А еще, двор наш шумный был - и почта там была, и приемный пункт бутылок, две мастерские и домоуправление. Машины во двор заезжали все время. А сейчас - тишина.
  --А может это двор мечты?
  --Как это?
  --Ну, наверняка соседи мечтали, чтобы двор тише был. Вот он и стал таким в этом мире.
  -- Хм... надо будет подумать.
  
  Он привлек меня к себе:
  --Я никогда до тебя не спал ни с какими магистрами...
  --Не надо сейчас, любимый мой, дай мне отдохнуть, у меня все болит там после вчерашнего.
  --Я сделал тебе больно? - он выглядит обеспокоенным.
  --Не то, что бы больно, просто чувствуется, что вчера... в общем, перебор был. Дай отдохнуть, ладно?
   Он отстраняется от меня:
  --Хорошо, отдохни. Пока.
  Эх, мне бы тогда еще заметить странный блеск в его глазах!
  -- И еще, если со двора выйти и направо повернуть, там должен быть летний кинотеатр, а через дорогу - хлебный магазин, но ничего этого нет, только парк незнакомый совсем.
  --Уже знакомый, после вчерашнего-то.
  --Ну разве что. А за парком - дорога и шинок - и вовсе, будто часть другого мира начинается.
  --Каждая часть здесь называется ''голденгрэйн''. Это я вчера в магазине узнал, услышал в разговоре. Здесь - твой голденгрэйн.
   --А еще что-нибудь узнал?
   --Что деньги за продукты они тут берут, к счастью, любые и рубли и гривны и доллары. А за алкоголь в клубе - только демонеты. В общем, ты пока тут анализируй, а я в магазин пойду.
  --Ну иди, а я тут приберу, паутину сниму, пыль вытру хотя бы.
  
   Казадор
  
  Я возвращался домой с кошелкой полной продуктов - овощи, зелень, свежий сыр, паляница еще теплая, вино, да и зефир нашел. Она говорила, что любит зефир, сладкоежка моя, сама как зефир. И тут я заметил его у пивного ларька. Демоны всегда подсунут нужного человека и подходящую ситуацию.
  Он стоял с большой кружкой в руках и сдувал пену с пива.
  Я подошел, взял и себе пива.
  -- Привет!
  Он встрепенулся.
  --А, привет!
  Высокий худощавый паренек, длинные светлые волосы, потрепанные джинсы, белая майка - чем-то похож на меня двадцатилетнего, только глаза серые.
  Я протянул руку:
  --Евгений, можно Женя.
  Он пожал:
  --Руслан.
  Улыбка у него хорошая, светлая такая. А рукопожатие крепкое.
  --Спасибо тебе, Руслан, за то, что вещи вчера подобрал в зале и принес. Ты нам здорово помог.
  Он отвел взгляд и замялся:
  --Не за что.
  --Надеюсь, из-за нас у тебя не было неприятностей?
  --Ну, если не считать, что меня там чуть не задавили у двери, и девушка моя обиделась и ушла, то больше никаких неприятностей не было.
  --Так ты с девушкой вчера был?
  --Да. Вернее, с бывшей девушкой.
  --Что так?
  --Расстались мы после вчерашнего.
  --Поссорились?
  --Нет, не то...
  
  Паренек вдруг нахмурился и сказал так горько:
  --У нас и раньше проблемы были - я ей как мужчина не подходил.
  --Это ты так решил, или она сказала?
  --Оба.
  --Чепуха какая- то. Может, не любишь?
  --Люблю, но вот плохо так все получается у нас. Мы уже и к психологу обращались и даже к колдуну какому то. Еще хуже стало.
   Выпущенный этой ночью из глубокого колодца демон, уже сидел у меня плече и нашептывал, нашептывал... Все, что я с этого момента говорил, - это не я, это он говорил:
  --А ты женщину, которая со мной была вчера, помнишь?
  --Ну, так из-за нее у нас размолвка и вышла. Она сказала, что я побежал за этой женщиной как последний кобель, а про нее вообще забыл. И это последней каплей стало.
  --Значит, помнишь женщину?- я вернул его к теме.
  --Да как ее забудешь? Яркая такая, смелая. Ну, вы, ребята, и рисковали вчера! Зал был полон пьяных мужиков! Оно специально лезут туда, чтобы на девок танцующих позырить.
  --Так понравилась тебе женщина, говоришь?
  --Очень. Красивая. Повезло тебе, мужик. Евгений, то есть.
  --А ты бы хотел ее трахнуть?
  
  Первая реакция у него была такая как надо. Он быстро выпалил:
  --Да, очень!
  Потом вдруг осекся:
  --А чего ты спрашиваешь? Издеваешься? Я же с тобой как с другом поделился проблемами, а ты...
  --Я совершенно серьезен. Идем, трахнешь ее. Тут рядом.
   Он пошел за мной, но перед самым домом остановился в нерешительности.
  --Подожди, но она же - твоя баба? Нет, разве?
  --Моя. И я очень люблю ее.
  --А зачем тебе это надо?
  --Это долго объяснять. Понимаешь, мы с ней любовники...
  --Ты что, мужик, извращенец? Иди ты нахер! Может и тебя заодно с ней трахнуть надо? - он уже повернулся, чтоб уйти.
  --Нет, ты меня не так понял. Да я не знаю, можно ли это вообще понять. Понимаешь, у нее были мужчины до меня... и меня это мучает, ох как мучает, хоть я виду не подаю... Себе даже не признавался до вчерашнего дня. И я вот что подумал: если сам увижу как это происходит, то перестану задавать эти вопросы " а с кем", "а какой у него член был", "a ты кончала", " а куда", "а сколько раз", "а как тебе с ним было?", и, наконец, "а лучше ли со мной, чем с ним и чем?". Для нас обоих - это важно, понимаешь?
  
  Кажется мои доводы показались ему достаточно убедительными, и он опять зашагал рядом.
  Уже перед самой квартирой он опять остановился:
  -- А она согласится? Со мной-то?
  Я усмехнулся.
  --Посмотрим. Не исключено, что поломается для виду.
  --А если нет?
  --Я все устрою.
   Легко сказать - устрою. Да поможет мне демон у меня на плече, старый мой, темный грязный демон.
  
  
   " ...отчего немеют зубы
  как дрожат от страсти губы
  ты поймешь когда поцелуешь грязь..."
  
   Полина
  
  Он вошел улыбающийся, выложил покупки в холодильник, отломил для меня ломоть свежей, еще теплой паляницы. Сыра белого, мягкого, отрезал от куска и плеснул вина в стакан. Потом целовать стал за ушком, нежно так. А когда его губы по моей шее скользнули, я ощутила знакомое тепло, разливающееся по всему телу. Повлек меня к кровати, но зачем-то скинул постель на пол, уложил меня на матрас, раздел медленно так, дразняще, и все целовал меня, усами щекотал, и язык мой ловил.
  Потом сказал:
  --Я сейчас, минутку.
  Принес полотенце из ванной и прикрутил мои руки к спинке кровати. Потом набросил зачем- то на меня простыню.
  И вдруг сказал громко:
  --Руслан, заходи!
  
  Я лежала голая под простыней, с руками поднятыми и прикрученными к кровати, когда мальчишка вошел. Я его сразу узнала. Вчера он несколько раз мне на глаза попадался. Он сидел за соседним столиком и пялился на меня вовсю, а во время моего танца, и вовсе, встал и подошел к сцене, забыв даже про свою девчонку. Да, с ним еще девчонка была, пигалица такая, но мордашка симпатичная. Она тоже смотрела на меня во все глаза и ему шептала что- то на ухо так горячо, но он ее, казалось, не слышал - у него челюсть отвисла, и слюни по ней вовсю текли. Потом я видела его за дверью каптерки - он принес мой костюм.
  
  Сначала у меня мелькнула мысль, что Женя хочет ему показать секс, высший пилотаж, похвастаться. Но что же, он меня не спросил? Я не уверена, что смогу так... на глазах у другого человека. И зачем?
  Я взглянула на Женю вопросительно, и тут увидела холодный блеск в его глазах - ноздри раздувались, лицо преобразилось - будто в него демон вселился. А затем глянула на мальчишку, у которого от желания губы дрожали и руки тряслись, и все поняла...
  
  ...попыталась, впрочем, выкрутиться из этой ситуации, посмотрела на Женю сначала уничтожающе, затем умоляюще, и наконец, со слезами. Он не отвел взгляда от меня, холодного, спокойного и уверенного.
  Ах так? Ты думаешь, мой любимый, что я сейчас буду плакать, кричать, умолять отвязать меня, просить прощенья за вчерашнее, клясться, что я больше так не буду никогда? А вот не дождешься.
  Можно еще было, правда, плюнуть мальчишке в морду, обозвать сосунком, и наконец, дать ногой по яйцам, а когда он согнется от боли, заехать ему коленкой в челюсть... Он, скорее всего, сразу скис бы.
  
  И тут я, неожиданно для себя самой, произнесла следующее, правда, голос мой звучал хрипло и неестественно:
  --Что прикажет мой господин?
  И тогда холод в Женин глазах сменился изумлением, а потом восторгом. А мальчишка сразу расслабился, услышав мои слова.
  А Женя сказал ему повелительно:
  -- Сними с нее простыню, Руслан.
  И мне:
  --Делай все, что он захочет.
  --Хорошо, мой господин.
  Женя был на седьмом небе от восторга, усмехался довольно. Мальчишка подошел ко мне, я ему улыбнулась через силу. Скорее бы все это кончилось, противно будет. Но и тебе, любимый мой, мало не покажется!
  
  ... сейчас это произойдет... унизительное и гадкое... я ощутила себя на краю неизбежности... мир после покатится в другом направлении.
  
  --Ну, давай, - он сказал Руслану, но сам не вышел из комнаты и даже не отвернулся.
  
  Мальчишка медленно стянул с меня простыню, полюбовался немного, коснулся моей груди так осторожно, будто боялся обжечься. Соски напряглись под его ладонями. Он наклонился и поцеловал одну грудь, потом вторую, пощекотал соски языком, я вскрикнула от возбуждения, но не столь от его поцелуя, сколь от Жениного взгляда. Как он смотрел на меня! Как будто это он, а не мальчишка целовал меня. Руслан провел руками по моим бедрам, животу, а когда он задержал руку между бедер, я вдруг интуитивно сжала ноги вместе и напряглась - все же, совсем чужой человек меня касался. Хоть и очень юный и неуверенный в себе, но все же насильник... Но не было ни ненависти, ни гадливости. Только пустота и безразличие, бесконечное безразличие.
  
  -- Раздвинь ноги перед ним, раскройся, - Женя сказал мне. - Не смей сжиматься.
  
  Какая же ты дрянь, любимый!
  Мне и вправду стоило усилий разжать ноги, и когда я это сделала, в этот самый момент, истерика подступила к горлу.
  А мальчишка все ласкал меня между ног. У него были такие длинные гибкие пальцы, наверное, он музыкант. Впрочем, какая разница? Затем он наклонился, приблизил лицо и застонал от удовольствия. Под напряженным Жениным взглядом я выгнулась, и раскрылась совсем. Мне надо было как-то прожить эти минуты. А Женя все смотрел на меня, не отрываясь - его охватило странное возбуждение, и я тоже не могла отвести от него глаз.
  Наконец, мальчишка расстегнул джинсы. У него оказался довольно длинный красивый член, и стоял как положено. Но оказалось, что он совершенно не умел им пользоваться! Он просто ерзал по мне, его длинные светлые волосы щекотали мою шею, матрас сполз, и железные пружины больно впивались в спину.
  
  Ну что ж, любимый, ты хотел спектакль, получай!
  --Думаю, господин не будет возражать, если ты подложишь мне подушку под попу,- сказала я мальчишке таким нежным голосом, на который только была способна.
  "Господин" не возражал. Он даже сам, молча кивнув, бросил нам подушку.
  Руслан подложил мне ее под попу, теперь он мог достать меня там, где нужно было. Я начала двигаться ему в такт, притворяясь, что меня охватило возбуждение, и даже успела издать несколько звуков свидетельствующих о том, что мне это вроде бы приятно, как он кончил, и встал с меня смущенный.
  
  Ну? Все? Ты доволен? Ты его осчастливил достаточно? Он может идти? Руслан и так будет вспоминать до конца жизни как трахал меня, привязанную к кровати.
  Но нет...
  Женя отвязал мне руки.
  --Ты стань на колени,- это он мне сказал, а ты - кивок Руслану,- подойди сюда.
   С кем я связалась, дура этакая? Кого я возвела на пьедестал?
   И я, стоя на коленях, ласкала и целовала член незнакомого мальчишки, но глядя при этом Жене прямо в глаза.
  У Руслана опять начал подниматься.
   Время от времени я отводила глаза от Жени и улыбалась Руслану как можно обворожительней.
   Я полностью отдавала себе отчет в том, что происходит. Я делала вид, что наслаждаюсь процессом, но на самом деле, не чувствовал ничего кроме возмущения и желания причинить тебе боль, любимый. Видишь, как ему сейчас классно, лучше, чем тебе бывало когда- либо, смотри же, гад!
  На тебе, получай!
  Мне хорошо и без тебя!
  Нам хорошо!
  Я так и знала, что Женя не выдержит!
  
  --Довольно! Все! Иди ко мне!
  --Почему, господин? Я же еще не все сделала, только прикажи, и я сяду сверху на него, прошу тебя, позволь мне.
  --Я сказал - иди сюда! Я - твой господин, и ты будешь у меня на том болту крутиться, на каком прикажу!
  И брюки расстегнул.
  Ишь как в роль вошел, гад!
  
  Но только Женя коснулся меня, я изошла криком, я билась под ним, кричала, мотала головой, я искусала свои губы, я стонала от восторга и наслаждения. Я растаяла, растворилась полностью в его руках, в его объятиях. А Руслан стоял рядом, без штанов и смотрел на это все... Я уже не думала ни о Руслане, ни о своем унижении, ни о Женимом предательстве. Меня затапливала волна за волной острого, долгого, невероятного по силе наслаждения. Мое собственное тело предавало все - здравый смысл, гордость и... мою любовь.
  
  Когда за Русланом закрылась дверь, я дала волю слезам.
  --Убирайся, гад! Сейчас же убирайся! Видеть тебя не могу!
  Я сидела на полу, зареванная, завернувшись в простыню. Ишь что удумал! И как же это я не обратила внимания на демонический блеск в его глазах, когда он утром говорил со мной, и когда вернулся с покупками.
  -- Показуху решил устроить перед мальчиком? Да? Гнида паршивая!
  --Ну и лексикон у вас, магистров наук.
   Он стоял со стаканом воды в руках и протягивал мне, а когда я оттолкнула его руку, попытался обрызгать меня водой, чтобы успокоить.
  --Пошел вон, сволочь! Только попробуй подойти ближе, увидишь, что будет!
  --Все! Не реви!
  --За что? Почему?
  --Ты же сама просилась вчера как сучка последняя, ты хотела, чтобы я отымел тебя публично, у всех на глазах, а зрители чтобы от зависти с ума сошли. Вот я и сделал это для тебя, ты выпустила демонов наружу, узнала как это, но ... под моим присмотром и в безопасном месте, как я и обещал. Теперь можно успокоиться.
  
  Он опять протянул мне стакан воды. Я взяла стакан из его рук, и он еле успел увернуться, стакан, минуя его голову, шмякнулся о стенку и разбился вдребезги.
   Он спокойно пошел на кухню за веником и совком, подмел осколки как ни в чем не бывало, продолжая говорить:
   -- Как бы там ни было, а мы вместе сюда попали и вместе будет все это переживать, так что лучше давай спокойно поговорим. Я сейчас понял как сильно тебя люблю. А другие твои мужчины больше ничего для меня не значат. Ты поняла, надеюсь, что не тот, кто втыкает важен, а тот, кому ты в глаза смотришь. И мальчик этот, Руслан,- не мужчина, а инструмент, пособие для обучения.
  --Заткнись. Я тебе этого никогда не прощу.
  
   ***
  
  В реале сижу у себя в спальне, слезы катятся по щекам. Боже мой, куда меня все это завело? Монитор мерцает, все спят, только кот Феншуй сигает туда- сюда. Здесь два часа ночи, мне вставать на работу в полседьмого. Я должна успокоиться и забыть обо всем. Волшебный сон сменился кошмаром - и это все. Меня же предупреждали, что казадоры - ужасные люди?
  
  Утром, одеваясь на работу, я вдруг увидела в ящике с чистым бельем, измятую и грязную полупрозрачную юбку от костюма для танца живота. Я помотала головой. Каким образом она сюда попала? В клубе, я, по инструкции Реффа и Горра, нашла некую Лесс, назвала ей свое имя, и попросила подобрать для меня подходящий наряд. Лесс оказалась невысокой сладкоголосой и крайне услужливой женщиной. На поясе у нее болталась связка ключей, через плечо был перекинут сантиметр, передник был утыкан шпильками и булавками, а из карманов торчали разноцветные бантики и ленточки. Она подобрала мне костюм, помогла надеть его, прикрепила шаль к головному обручу и даже подвела мои глаза черным карандашом. Оглядела меня, всплеснула руками и воскликнула: - Ну, царица!
   Она посоветовала немного разогреться перед выступлением, и попросила вернуть наряд после. Но вернуть не удалось: лиф, шаль и вуаль остались в той комнате с хозяйственной утварью, а юбку я, по возвращении в переулок Тамбыло, бросила в корзину для грязного белья, а обруч засунула в один из многочисленных ящиков комода. Но это было в Демонете, и это должно было остаться там. Миры не должны были пересекаться. Может, я нарушила какие-то правила? А что мне с ней теперь делать? Выбросить? Постирать? На поясе, с внутренней стороны была маленькая бирочка "сделано в Амаполе". Знакомое слово. Ладно, позже разберемся и с этим, вернее, я сама разберусь теперь, без него. А вернее, и разбираться не придется, я ведь больше не вернусь в Демонет. Там темно сейчас - не видно ничего. Меня там нет, наверно. А почему мышцы ног болят от перенапряжения? Танцевала - то я там и убегала тоже... И нижняя губа немного подпухла.
  
  На работе я включила компьютер и первым делом открыла свою электронную почту... ну вот от него - несколько писем и комментариев. Еще смеет... ладно уж, прочту, но отвечать не буду, конечно.
  
  "Доброе утро, милая моя, как спалось?
  Кто бы мог подумать - обычный блогер: рецепты, фото, шутки, а сам...
  
  Еще одно письмо: "Полина, любовь моя, ну ты классная, ну какая же ты классная, как же я люблю тебя!"
  
  Третье: "Ух, как же ты заводишь меня, пантерчик мой сердитый! Никогда и ни с кем у меня еще так крышу не сносило как с тобой! Taких как ты больше нет! "
  Не буду отвечать после вчерашнего, не буду и все. Последнее письмо открою, и все.
  "Полинка, ты подарок судьбы, ты - клад, доставшийся мне одному. Но я жду, что ты примешь меня таким, как я есть, и останешься со мной, навсегда останешься".
  
   Игнор - высшая степень презрения. А ну его. Это все слова! Они ничего не стоят. Можно любые написать. Выключила компьютер с раздражением. Походила по кабинету из угла в угол. Разве не этих слов мне хотелось услышать: "никогда и ни с кем у меня еще так крышу не сносило как с тобой?' Почему же они меня не радуют?
  
  --Я не вернусь туда,- сказала громко и заплакала.
  --Тихо, тихо, детка, - раздался участливый голос. - Что же ты так огорчилась из-за ерунды? - Напротив меня, в кресле, сидел Ахх. - Где же еще демонов тешить, если не в Демонете?
  --Ты все знаешь?
  --Я - повелитель страстей. Я знаю все, что происходит при их участии.
  --Женя сказал, что сделал это для меня. Как бы помог мне выпустить демонов под его присмотром.
  --Соврал. Казадоры всегда врут. Он для себя это сделал. А вернее, я навязал ему свою игру и выиграл этот раунд. На своем поле играть легче.
   --Он не любит меня!
  --Почему же? Любит. Одним из своих лиц. Казадоры - многолики. Но это ничего. Ведь и ты потешилась в клубе. И правильно сделала.
  --Правильно?
  --Ну да. Чего стоит красота, никем не увиденная? - он подмигнул. -- Показала себя, насладилась произведенным эффектом, ну и умница. Голая - ты красивее, чем в одежде. И казадор твой успел это оценить, не сомневайся, так что все в порядке.
  -- Я не хочу его больше видеть!
  
  Ахх посмотрел на меня внимательно.
   -- К сожалению, еще хочешь. Да и отделаться от него не так просто. И с ним - интереснее, правда? Ты с ним - другая и эта "другая"- достойна изучения.
  -- Может быть. Но все равно, с этим покончено. Я не вернусь туда. Меня там нет, в Демонете.
  --Разве?
   --Темно совсем. Не вижу ничего...
   -- Это потому, что ты зажмурилась. На парковой скамейке ты сидишь, причем в неудобной позе, ноги затекли уже. Вставай, детка, и иди.
   -- Куда?
   -- Да куда хочешь. А дойдешь, я тебя там встречу.
  
   ***
  
   И вправду ноги затекли. Вечер синий, густой напоен резкими цветочными ароматами. Кажется, эту ароматную синеву можно черпать ладонями.
  
  Я помню, что долго терла себя мочалкой в душе, потом оделась и ушла, хлопнув дверью так сильно, что штукатурка в парадном осыпалась. А как до парка добежала и сколько на скамейке просидела - не помню.
  Я сказала, что не вернусь? Куда? В Демонет? Нет, в переулок Тамбыло. Пусть сам там сидит. А я пойду в гостиницу, пожалуй. В ту самую, на Центральной площади, недалеко от Часовой Башни.
  
  В холле пустынно. Ни швейцара, ни портье - иди куда хочешь. Комната #33 свободна. Снимаю ключ с резной доски и поднимаюсь на третий этаж. Счет пусть присылают по адресу.
  Плюхаюсь на кровать и долгое время лежу, уставившись на картину, где зеленое солнце заходит в розовое море. В прошлый раз меня удивило, что из окон, которые должны выходить на площадь, можно было полюбоваться видом на реку. А сейчас все правильно - видна площадь и часовая башня. А интересно, я могу покинуть Демонет, отключиться от него, или разлогиниться... как это правильно назвать?
  Надо спросить у Ахха. Да вот же он, сидит на балконных перилах и болтает ногами.
  
  --Ты сможешь покинуть Демонет только по решению администрации. Другими словами, если тебя отсюда выкинут. Ты появилась здесь, вернее, спроецировалась сюда - так же, как родилась в реале когда-то. Теперь живи. Кстати, в случае конфликта с модераторами, обратись ко мне - я замолвлю словечко перед админом этого уровня - Дэниэлом Залесски. Он мой воспитанник и большой затейник. Тебя удивляет меняющийся вид из окна? Это он придумал. Гостиница вертится, а скорость вращения зависит от течения времени, и, как минимум, четырьмя пейзажами можно полюбоваться за короткий срок: площадь, река, город и сады. Вид из окна иногда работает как подсказка в игре. Но я вижу, тебе это не очень интересно.
  --Ты обложил меня со всех сторон. В реале и здесь.
  -- Всего с двух, детка. Но здесь гораздо удобнее болтать, ты не находишь? Ты не пригласишь меня войти?
  И не дождавшись приглашения, спрыгивает с перил, входит в комнату и сразу устремляется к маленькому бару-холодильнику:
   -- О, детка, смотри, сколько тут вкусного. Даже мороженое ананасное имеется. Хочешь? Для поднятия настроения.
  -- У меня нет с собой демонет, чтобы заплатить.
  Он смеется по стариковски покряхтывая:
  -- В нечетных номерах - ты моя гостья, так что не беспокойся о плате. Думаю, хозяин гостиницы скоро сам платить тебе за рекламу будет, и раструбит повсюду, что ты здесь останавливалась в первые дни пребывания в Демонете, а цена за этот номер будет непомерно высока.
  -- Шутишь?
  -- Вовсе нет. Ах, Полина, грусть тебе не к лицу. Да перестань ты вздыхать о нем. Тебе никто не нужен - ни Казадор, ни даже демоны. Нужен тебе только я! Молчи! - бросает он мне повелительно, когда я пытаюсь возразить. - Ты узнала себе истинную цену, и сейчас уже не важно чем были продиктованы твои действия, главное - результат!
  -- Какой результат?
  -- Детка моя, - произносит Ахх торжественно. - Цель первого уровня Демонета - это выявление скрытых талантов у игроков. Иногда на это уходят долгие года и мешки демонет. Приходится создавать различные ситуации, чтобы игрок мог себя проявить должным образом. Но все затраты после окупаются с лихвой, потому что выявленный талант приносит бесценные плоды. Вначале я полагал, что Демонету будет выгодно твое сотрудничество с Гнеффом: немного теории и практики- и с тобой не сравнился бы ни один ураган по разрушительной силе, но - он поднял палец вверх,- Другой твой талант- проявился на удивление быстро. Полина, ты - соблазнительница, в руках которой могут оказаться многие сильные мира сего. Прости за пафос. Ты выросла в скромной семье, в строгих правилах и не представляла другой жизни, но еще не все потеряно. Мы с тобой такие горы своротим! Никто не ценил тебя по-настоящему, ни твой муж, ни любовник - тот, что умер в реале, ни казадор. Последний, впрочем, послужил причиной твоей реализации, и ему это зачтется в будущем, но на этом его роль официально заканчивается.
   Я вскакиваю, роняя ананасное мороженое.
   -- С Женей что-то случилось? Он здоров? Ой, я же злилась на него весь день! Он пострадал? Гнефф? Я и забыла, что мне нельзя ни на кого злиться!
  -- Это уже неважно. Важно, что ты...
  Но я уже не слушаю Ахха.
  
   ***
  Когда меня обижают, я обычно вспоминаю чего больше связано этим человеком - плохого или хорошего. Если хорошего оказывается больше, то я стараюсь обиду забыть. А с Женей было связано только хорошее - все чудеса начались с его появлением, и жизнь стала намного ярче. В конце концов, я первая начала хулиганить в клубе, и поставила его в ужасное положение. Конечно, то, чему он меня подверг после, выходило за всякие рамки, но вреда ему причинять не хотела.
  
  Я бежала по знакомой дороге так быстро как могла, стало душно и низкие грозовые тучи надвигались на город. Я успела перебежать через мост, потом через парковую аллею, а мелкий дождь брызнул точно в тот момент, когда увидела, что на указателе вместо "улица Роз" - светилось "улица Слез" - это еще что такое, название улицы сменили за это время? На клумбах не осталось ни одной розы - срезали что ли? Переулок Тамбыло хотя бы на месте? Да, все по-прежнему, дом двадцать дробь два, парадное, лестница...Аромат готовящейся еды защекотал ноздри.
  Ключ был по-прежнему под притолокой. Для меня это обычный ключ из белого металла, поворачивающийся в обычном замке, и дверь ничем не примечательная, разве что обивка висит лохмотьями. Но для того, кто управляет этим миром, это может выглядеть как введение пароля на мониторе.
  В коридоре я услышала какой -то шум, насторожилась и, на цыпочках, пошла на его источник. Женя лежал в ванной на полу, раковина была откручена. Он приподнялся на локте:
  
  -- А, привет! Вода не сходит, а у меня инструмента не было, пришлось купить, - он кивнул на лежащий рядом с ним на кафельном полу слесарный набор.
   Жив, здоров, выглядит прекрасно и ведет себя как ни в чем ни бывало. Но может, еще времени мало прошло?
  -- Да, кстати, зайди пока в комнату, оцени обновку, а я пока я тут все прочищу.
  -- Не хочу.
  -- Ну, если не хочешь в комнату, тогда садись сверху на меня прямо здесь, - он сделал неприличный жест.
  Я холодно отвернулась и прошла на кухню. Открыла холодильник, чтобы налить себе воды. В белой эмалированной миске лежали куски рыбы в маринаде. На плите, в новом блестящем казанке, тушились овощи -- вот откуда этот аромат! На столе, на новенькой разделочной доске - зелень петрушки и веточки базилика. Пока я бродила по городу в беспамятстве от горя, он тут хозяйством занимался!
  Женя вошел в кухню, вытирая руки полотенцем, выключил огонь под казаном.
   -- Если бы я знал, что ты вернешься так быстро, я бы раньше форель в духовку закинул. Ну, подожди, я быстро.
  Вынул миску с маринованной рыбой из холодильника, ловко завернул рыбу в фольгу и забросил в духовку.
   -- А что это ты воду пьешь? У меня квас есть.
  Налил мне квасу, я, молча взяла стакан из его рук, он смотрел как я пью, улыбаясь, потом притянул к себе, прижал крепко и повел в комнату. Там стояла новая просторная кровать с резной спинкой, застеленная свежим бельем.
  -- Вот она - обновка твоя, Полинка, - Женя с гордостью кивнул на кровать. - А этот хлам, - он указал на прохудившийся матрас и железные спинки разобранной старой кровати, - я позже на мусорку вынесу.
  Глянул на часы:
  -- Рыбу из духовки вынимать минут через полчаса. У нас есть время. А потом я тебя побалую, накормлю по-королевски, ужин в постель подам. Ну, давай, опробуй кровать, поваляйся же. Мягко, но не слишком, как раз как надо, правда? - он лег рядом и прижал меня к себе. - Чтобы девоньке моей, любимой голубоньке удобно было. Видишь, форточку отремонтировал, не скрипит больше и закрывается нормально. И еще копию ключа от входной двери сделал, чтобы удобнее нам было. Потолки побелить бы хорошо и стены покрасить. Вот начал с кровати, чтобы тебе ничего не напоминало о том, что произошло давеча, на той, старой, с торчащими пружинами.
   То ли от тепла, исходившего от его сильного тела, запаха, голоса и ласковых слов, то ли от бессилия, что не могу управлять собой, - я размякла совсем и расплакалась.
  -- Говори, говори, милая моя, не молчи, не должно быть между нами ничего недосказанного.
  -- Но ты сам и есть - главное напоминание о недосказанном. Ты можешь быть таким жестоким, что мне страшно. И паренька этого, Руслана, ты как инструмент использовал...
  -- Угу, инструмент. Штопор, которым из бутылки пробки вынимают и демонов выпускают. Но ему это в кайф было. Небось, самое яркое воспоминание в жизни. Мне когда было двадцать, я о таком моменте только мечтать мог. Женщина красивая, умелая - как подарок судьбы.
  -- Я не могу тебе теперь доверять. Ты должен был мне честно сказать, предупредить...
  -- И ты бы согласилась?
  -- Нет, но ты бы меня уговорил, объяснил зачем тебе это нужно, может, и согласилась бы, чтобы тебе помочь. Но я сама бы себе мужчину выбрала тогда... хотя тебе нужен был слабый, не уверенный в себе, да? Чтобы точно был хуже тебя, и уступал бы тебе в технике. А почему ты в реале это не проделал, с Оксаной своей?
  -- Я хотел, всегда хотел, но она в штыки эту идею воспринимала.
  -- Неужели? Интересно, почему бы это?- я спросила ехидно. -- Но ты с ней не рискнул это проделать, а со мной, значит, можно, потому что я не реальная, да?
  -- А ты бы разделась в реале догола на глазах у публики? Ты хотела, чтобы я забылся настолько, чтобы трахнул тебя или хотя бы попытался, прямо там, да? Признаюсь, я был близок к этому, я сдурел, как и многие мужики в этом зале.
  -- Я одна во всем виновата, да?
  -- Полинка, ну посуди сама, в Демонете обнажаются тайные желания, а ты, видно, всегда голой станцевать мечтала, и силу грубую на себе испытать. Но в реале - ты слишком горда, неприступна и дорожишь репутацией. Другие бабы тряпками фирменными хвастаются, а для тебя важнее, чтобы без тряпок красиво было. Да неизвестно еще, что бы ты выкинула, если бы я не позволил тебе выпустить пары! Чтобы ты ни говорила, я знаю, что ты жаждешь острых ощущений, чтобы кто-то смотрел на тебя и желал, да посильнее, и безумства затевал из-за тебя. Ну ладно, когда надоест притворяться - скажешь. Слушай, а может, ты стриптизершей станешь, а? В Нью-Йоркский ночной клуб какой-нибудь на работу устроишься? Тебе, правда, за тридцать, но несколько лет успеха тебе обеспечено, пока конкуренция молодняка не задавит.
  -- Дурак! - Я только для тебя танцевала, а потные рожи зрителей мне нужны были для того, чтобы тебе все завидовали. Это ты меня Оксаной своей дразнил! И так ловко все вывернул, что я должна тебя еще и благодарить, за то, что ты со мной как со шлюхой последней поступил! Я до сих пор в себя не могу придти!
  -- А вот врешь ты все! Тебе понравилось, но ты не хочешь в этом признаться. Забыла уже как стонала подо мной? Да ты никогда еще не такого кайфа не получала и заводилась от того, что Руслан на это смотрел.
  -- Нормальная здоровая мужская реакция - это убить того, кто посмеет посягнуть на его женщину. А то, что устроил ты - это дико.
  -- А ведь и я так думал, пока демону не поддался. Каждого убить, да! Но ведь я отдал тебя тому, кого сам привел, и ты испытала грубую силу, но под моим присмотром.
  И я не нашла ничего лучше, чем заявить:
  -- А у Руслана член больше чем у тебя, между прочим! И толще и длиннее! Вот! А ты казадор, а демонам поддался! - и опять заплакала, уткнувшись лицом в подушку.
  Он вскочил, лицо его стало пунцовым:
  -- Ой, рыба моя в духовке! - и выбежал из комнаты.
  
  Женя орудовал на кухне - там что-то звенело и грохотало, потом упало и разбилось, кажется. Мне так жалко стало, что он так переживает, и я даже хотела сказать ему, что мне наплевать на Руслана и его размер, но он вернулся в комнату - лицо его было совершенно спокойным. Поставил поднос на столик у кровати. На подносе блюдо с румяной запеченной рыбой, дымящаяся мисочка тушеных овощей и ломти хлеба.
  - Сначала поужинаем, а ты-то голодная и злая. А после поговорим еще раз, спокойно. .
   А каким бы чудесным мог быть этот момент: теплая комната, мягкий свет, новая кровать, и любимый мужчина ужин подает, но уже невозможно вычесть из всего этого случившееся.
  
  Женя заварил чай со смородинным листом. Как ласково он называл меня -- Смородинка, а как смотрел на меня! Два дня настоящего счастья, это было, но это уходит, отдаляется от меня с каждым мгновеньем. Жаль до спазмов в горле, до боли в сердце! Но я не буду страдать. Я больше никогда не буду страдать. Ты сам сказал, Женя, что страдание - это собственный выбор. Мне просто очень жаль. Бесконечно. Жаль. Я все еще люблю тебя. Мне не под силу выкорчевать тебя из души, резко и сразу, но я уже не верю тебе. Никогда не смогу поверить. А без доверия любовь умрет. Сама.
   Я это понимала, еще тогда понимала, но зачем же я продолжала говорить с ним, слушать его? Я осознавала, что исправить случившееся невозможно, как и забыть о нем. Неужели желание любить перевешивало все остальное?
  
  -- Ну вот, - сказал он, убрав поднос с пустыми чашками, - Теперь, когда мы оба успокоились, я введу тебя в курс казадорского дела, дела борьбы с демонами. Даже хорошо, что ты на себе их действие испытала, - тебе гораздо понятнее будет. Демоны уже не внутри тебя, а снаружи, ты видишь их, даже знакома с некоторыми, и теперь - реакция и поведение - дело твое, вернее, наше с тобой, общее. Знай, Полинка, демоны никогда не ходят в одиночку. На контакт обычно идет один, самый близкий тебе, но за ним всегда толпа прячется. Один вкручивается в твою систему, как вирус, отпирает другим двери, они проникают в тебя и начинают хозяйничать. В твоем случае, инициатором был Рефф. Твои демоны легко договорились с моими, развязали их и вытащили из колодца. Ты на себе испытала - как сладко им поддаваться, но знай, любимая моя, победить демона собственноручно, вернее собственноножно - на горло ему наступить и придавить пятой - во стократ слаще. Но опыта у тебя маловато...
  -- К чему ты ведешь, Женя?
   -- К тому, что ты должна меня во всем слушаться. Твой сумасшедший танец в клубе повлиял на многих зрителей, изменил их линии игры, а в первую очередь - мою, игру самого близкого тебе человека. А поскольку твои действия были продиктованы ревностью, эгоизмом и самолюбованием, то в трещинки, проделанные тобой в душах зрителей, уже влезли другие демоны и сейчас творят там что хотят.
   -- Ты хочешь сказать, что если бы я танцевала с целью собрать деньги в благотворительный фонд, то реакция была бы другой?
  -- Конечно. Вчера ты вызвала не восторг и восхищение, как тебе кажется, а похоть и вожделение - огромное поле деятельности для Похх. Да и другие демоны воспряли, даже Алчч проснулась.
  -- А причем здесь Алчч?
  -- При том, что многие предполагают, что для обладания столь прекрасной танцовщицей нужны немалые средства, особенно в отсутствие других достоинств. И теперь демоны изменят их игру. Только не притворяйся, что тебя огорчают мои слова - больше всего на свете, ты хочешь сводить с ума мужчин.
  -- Но только для того, чтобы бы...
  -... я оценил тебя по заслугам. Полина, но ты не думаешь о других в этот момент.
  -- Ладно, это я - последняя сволочь, и думаю только о своих нуждах. И мы с тобой больше не говорим о любви. Это извращение, эксперимент, борьба - все, что угодно, но не любовь! Я для тебя - женщина для экспериментов, приманки и изучения демонов!
  -- А я для тебя, кто, Полинка? Дорожишь ли ты мной настолько, чтобы не скормить своим демонам?
   Я замолчала и покраснела. Он заметил мою реакцию и продолжил:
  -- Мы с тобой в этой игре - партнеры, вкусившие запретных в реале вещей, - дело для Демонета обычное. Ладно, хватит разговоров. Сейчас я тебе развлеку, моя милая. И заодно увидишь, что значит быть казадором! - с этими словами он достал какой-то предмет, похожий на складную школьную палочку-указку, из которой бил яркий, непереносимый для глаз, свет.
   Луч отделился от предмета и стал блуждать по комнате, заглядывая в самые укромные уголки, остановился на разобранной старой кровати, задрожал и рассыпался красными искрами. И тогда Женя вытащил из обломков лохматое, сопротивляющееся и упирающееся существо.
   -- Знакомься, Разз, демон раздора. Глянь, какой востроносый, а башмаки - с острыми носками и шпорами, чтобы бить и колоть сильнее, чтобы слова пообиднее находить, за живое задевать, чтобы след оставлять в душе неизгладимый и раны незаживаемые. Запомни его хорошенько. Я все время его чуял, еле сдерживался, потому что дал слово вести себя как частное лицо! Ох, и несладко частным лицам приходится в Демонете! Потому-то на верхний уровень переходят считанные единицы. Остальным так и не удается побороть демонов. А этот еще и самый дурной из всех!
  
  Разз повис в Жениных руках, корчился, извивался и дрыгал ногами, это было так забавно, что я прыснула от смеха, и стоило мне рассмеяться, как демон вдруг съежился, уменьшился и стал совсем прозрачным.
  -- Вот так всегда, Полинка,- Женя приободрился от моего смеха. - Теорию, что они всегда друг за другом следуют - сначала Горр, потом Рефф, а вслед за ним Разз, я по учебникам казадорским изучал, а сейчас на деле это увидел. Можно сказать - повысил квалификацию. А сражаться успешно можно только с тем, что хорошо знаешь, - и он распахнул окно и выбросил визжащего демона во двор.
  Наступила звенящая тишина. Напряжение в воздухе исчезло, и дышать стало легче как после грозы. И тогда я сказала:
  
  --Женя, что же мы наделали с тобой? Так все хорошо было, мы были счастливы онлайн, а здесь они нам все испортили. Надо было оставаться в сети.
  -- Невозможно долго зависать на одной точке. Твои эмоции нас сюда забросили. А теперь жаль ими демонов кормить. Их можно употребить на другое, более важное дело.
  -- А если мы поддались демонам, значит, теперь не перейдем на второй уровень?
  -- А вторых уровней несколько - можно на второй этаж вскарабкаться, можно на крышу сразу взлететь, а можно и в подвал свалиться. Вот они нас в подвал и тянут. Но на то я и казадор, чтобы управлять ими. Сейчас будет продолжение, смотри, Полинка!
   Женя достал из кармана металлический свисток с выбитыми на нем непонятными знаками, высунулся в окно и громко свистнул. Комната вдруг наполнилась демонами. Среди них были знакомые - все они казались сейчас маленькими и жалкими. Демоны выстроились в ряд, жались друг другу, извивались, но уйти не могли.
  -- А ну быстренько, - скомандовал Женя, - Вынесите весь хлам на мусорную свалку! - и он кивнул на разобранную старую кровать.
  
  Демоны переглянулись и один из них, пожилой, одноглазый, с рябым лицом поинтересовался:
  -- А оплата?
  -- Можете сожрать все негамоции, что в обломках остались!
   -- А ты не включишь "белый луч"?- уточнил пожилой.
   -- Будете слушаться - не включу.
   Демоны как по команде бросились на обломки старой кровати и тут же комнату заполнили скрежещущие звуки - будто старую магнитную пленку прокручивали на большой скорости. Я угадывала свой искаженный голос, крик и плач, затем вздохи и стоны Руслана, Женины резкие - как звон холодного металла, слова. А потом посыпались незнакомые голоса, визги, хохот, проклятья, и даже протяжный рев.
  Демоны урчали от наслаждения, пожирая старые эмоции.
  Когда звуки стихли, демоны послушно взяли обломки кровати и чинно удалились с ними.
  -- Ну что? Видела? Заставить работать на себя, а не служить им - вот как надо! Еще и не такое увидишь, Полинка! - он явно наслаждался произведенным эффектом.
  -- Женя, как это получилось? Эмоции в старой кровати?
  - Ага, интересно? И ты могла бы такому научиться! Старые вещи много информации несут в себе, впитывают все, что происходит. Помнишь антикварный магазин возле Центральной площади? Ты еще назвала его "лавкой древностей".
  -- Помню, конечно.
  -- Вот где склад старых эмоций - тронуть страшно, могут посыпаться на нового владельца при неумелом обращении, тут специалист нужен. А бывает, что повезет человеку, да как повезет - удача так и сыпется! А все потому, что ему вещь досталась, с любовью сделанная, да еще и талантливым мастером. Знаешь, что владелец магазина мне тогда предлагал? Не догадываешься? Он узнал во мне казадора и хотел, чтобы я провел экспертизу на хранящиеся в древних предметах эмоции, а он мог бы после цены поднять на "положительно заряженный антиквариат". Я подумывал о том, чтобы подработать таким образом.
  -- Слушай, может поэтому я никогда не покупала вещи в комиссионках? В Америке принять сдавать ношенные вещи или одежду выросших детей в благотворительные организации, а я не могу, выбрасываю их и все. А раньше у меня подружки просили дать поносить какое-нибудь платье, и свои вещи предлагали в обмен, но я никогда не соглашалась, не задумываясь почему. А были у меня и "счастливые вещи", приносящие удачу...
  --Эх, надо бы мне сделать для тебя 'счастливую вещь", Полинка. Кстати, ты интуитивно сама постигла то, чему учат на подготовительном курсе в школе казадоров. Из тебя отличный ловец демонов получится. Есть разные специализации, - Женя оживился, глаза его загорелись, - Я, например, консультант по освоению передовых технологий. И как здорово, что мы с тобой встретились! Без тебя я бы ни за что сюда не попал - казадоров в Демонет не пускали, согласно какому-то там древнему соглашению, которое давно пора пересмотреть, но админ местный все тянет резину - типичный бюрократ.
  -- Админ?
   -- Ага. Некий Дэниэл Залесски - фигура интереснейшая. Мне повидать его надо бы, поговорить по душам, но чтобы аудиенцию получить - блат нужен особый. Я - первый казадор, которому удалось в это логово залезть, да и то, по другому пункту - как твой партнер.
  -- По какому пункту?
  --Влюбленные пары, которые не могут быть вместе в реале, считаются здесь самыми перспективными, уж не знаю почему. А в последнее время много виртуальных любовников из реала сюда попадает, бедняги, - он усмехнулся,- Пишут, пишут и не знают куда это все может завести.
   -- Ты вел себя так уверенно, как будто раньше здесь бывал.
  -- Нет, никогда. Но я бывал в других мирах Голденгейта, так что у меня есть опыт перехода. Опыт - это главное, что можно приобрести, понимаешь?
  --Понимаю, конечно. Если бы мне в реале пришлось опять куда-нибудь эмигрировать, то было бы легче, чем в первый раз. А что ты делал в других мирах?
  --Боролся со злом, конечно. Пытался уничтожить его или хотя бы преуменьшить.
  -- Но есть ли в этом смысл? Зло можно рассматривать как обратную сторону добра.
  -- Так полагать - значит узаконить зло и страдания.
  -- Но позволь, разве люди не становятся сильнее благодаря страданиям?
  -- Не благодаря, а вопреки, Полинка. Я - казадор. Меня готовили специально для ловли демонов, я ослабляю их, вмешиваясь в процессы соблазнения и искушения, уничтожаю их следы и следы их следов. Я ведь не просто так заговорил с тобой в сети. Я определил, что ты близка к отчаянию по записям в блоге, а демоны всегда где-то рядом в таких случаях. А коллега твой, психиатр, каким-то образом получил разрешение на использование демонов в работе, возможно незаконно, я с этим еще разберусь, а ты мне поможешь. Я помешал Похх в тебя вселиться, помнишь, в гостях у твоего коллеги?
  -- Ой, да! Я, знаешь, что вспомнила... у него чистота такая дома, сверкающая, не естественная, ковры белые и шторы... Наверно демоны поедают эмоции и все чистят. Похх эта... она чистила там что-то, в его спальне. Как ты это сделал, Женя? Ты ведь находился за тысячи километров!
  -- И ты могла бы научиться этим методам - воздействия через включенный компьютер.
  -- Погоди, ты стал писать мне только потому, что почуял возле меня демонов?
  -- Сначала да, а потом так влюбился, что чуть не забыл о своих обязанностях. А знаешь, я мог убить кого-нибудь, там, в клубе, если бы они тронули тебя хоть пальцем... Так что мы еще легко отделались. Ну, прости меня, Полинка! Не сердись!
  -- Не буду больше.
  
  Он привлек меня к себе:
   -- Все беды от того, что люди не умеют слушать друг друга. Ну все, забыли. А что, Полинка, вкусный ужин-то был?
  --Очень.
  --Я же всегда говорил - "секс со мной забыть можно, а вот мою кухню никогда".
   Он стал целовать меня, но я отстранилась:
  --Женя, подожди, я не могу так... Мне нужно время, чтобы все обдумать. Хочешь, пойдем погуляем? Побродим по ночному городу, посмотрим, что тут есть. А можно в шекспировский театр пойти.
  --Угу, скажи еще - в библиотеку. Разве тебе в реале этого мало? И вообще, я уже с тобой один раз в клуб сходил - мне надолго хватит воспоминаний.
  
  -- Он никуда не пойдет с тобой, детка, ему это ни к чему, - раздался скрипучий голос Ахха. Он сидел в кресле, в своей обычной позе, заложив ногу за ногу. --У него - другие планы. Знаешь, чем он занимался, пока ты бродила по городу в слезах?
  -- Знаю, ремонтом, покупками...
  -- Да, но уже после как он купил вот это, - Ахх протянул руку вперед и небольшой сверток, лежавший на этажерке, поднялся в воздух, опустился на его ладонь и развернулся - я увидела кусочки металла и несколько камешков, может даже драгоценных, но неотшлифованных, я в этом не очень разбираюсь.
  -- И не думай, детка,- продолжал Ахх нараспев, - Что он для тебя подарок готовил, вовсе нет. Он Линде, певице из кабачка, амулет - защиту от демонов, собирался сделать, а это здесь категорически запрещено! Это оказалось последней каплей, и его уже ждут - он знает где.
  
  Женя молчал, сложив руки на груди.
   -- А в том, что ты простишь его он не сомневался, детка.
  --Почему я должна тебе верить? - я спросила тихо. - Ты повелеваешь демонами, а они могут затянуть меня в подвал!
  --А кто сказал, что в подвале не интересно?- удивился Ахх. - Эх, опять он тебе глаза запорошил! Вот так всегда - люди делают гадости и сваливают все на демонов.
  --Ахх, она будет слушать меня! - Женя повысил голос.
  --А это мы еще посмотрим. Неужели ты доверишься ему еще раз, детка?
   -- Он мне все рассказал, все объяснил...
  -- И то, что сам твоих демонов активировал, тоже рассказал?
  --Она меня будет слушать! Уйди с глаз! - Женя крикнул Ахху.
  --Сначала я провожу тебя, казадор, по месту назначения.
  
  Женя обернулся ко мне:
  
  --Полинка, я не хочу терять драгоценные минуты с тобой, но обстоятельства складываются так, что я должен уйти. Я нарушил правила, но все скоро улажу.
  --Как? - у меня застучало в висках, и жар прилил к щекам, - Ты уйдешь? Я останусь здесь одна?
  --Полинка, так получилось...
  -- Мы же хотели быть вместе!
  --Ты можешь уйти со мной, в мой мир, к казадорам. Сейчас.
   -- Но я не верю тебе настолько, чтобы уйти с тобой без оглядки. Только я нашла в себе силы тебя простить, и даже мириться с твоими демонами, как ты покидаешь меня!
  -- Но мне запретили здесь находиться.
  -- Кто?
  -- Начальство местное. Я нарушил слово вести себя как частное лицо и подчиняться общим правилам. Я вернусь, как только смогу. У меня есть верный ход...
  -- Женя, милый мой, наплюй на начальство, будь здесь, со мной. Послушай меня...
  -- Нет, это ты меня послушай. Ахх, уйди отсюда!
  
   Тот не шевельнулся.
  
  --Ну и стой здесь, старый бесстыдник. Не обращай на него внимания, Полинка, он все равно вездесущий. Иди ко мне, любимая, - и Женя лег на новую кровать.
  
  Ахх смотрел на него, криво усмехаясь. Я послушалась, подошла к нему, легла рядом и прижалась к его плечу.
  
  -- Вот так,- он обнял меня крепко. - А теперь давай поговорим.
  -- Ох, да как же... можно так... говорить...
  -- Полинка, пойдем со мной, в мир казадоров. Ты же сама говорила, что тебе все равно где быть, лишь бы мы были вместе. А там я смогу тебя защитить, ты будешь учиться казадорскому делу, а я - тебе помогать.
  -- Я не хочу.
  -- Не хочешь быть со мной?
  --Не хочу быть казадором! Я не умею воевать... И я боюсь... Нет, отпусти меня, я не могу так разговаривать!
  Его рука скользила под моим платьем, и у меня захватывало дух.
  
  --Из тебя выйдет классный казадор! Ты очень способная девочка! А вдвоем мы будем непобедимы.
  -- Я думаю, что демонов не надо уничтожать. Если люди будут о них предупреждены, они сами с ними справятся.
   -- Ага, - подтвердил Ахх. - Дело говоришь.
   -- Глупости! - рассердился Женя. - Зачем болеть если есть лекарство? Повторяй за мной...
  -- Что? Мммм...
  -- Скажи - я пойду с тобой, любимый, куда ты скажешь, и сделаю все, что ты захочешь.
  
  И тогда я крикнула:
  -- А подите вон! Оба! Я сама решу, где мне быть и что делать!
  
  
  
   III. Одна
  
   Кабинка на чертовом колесе медленно ползла вверх, но нас мало интересовал открывавшийся пейзаж - мы смотрели друг на друга. А потом колесо вдруг покачнулось и остановилось со страшным скрежетом. Я глянула вниз, недоумевая как же теперь спуститься, а когда подняла глаза, то Жени рядом не оказалось. И вот - я сижу одна, на самом верху, и - никакого движения, даже ветра нет. Я кричу, зову на помощь, но голоса своего не слышу, губы шевелятся беззвучно. Я жду, чтобы он пришел и снял меня отсюда. А вокруг вид невероятной красоты, но мне недосуг любоваться. Любимый мой, ты оставил меня на вдохе, я не могу выдохнуть теперь, я на чертовом колесе, на самом верху. Я все вижу с высоты, но колесо замерло, скоро совсем стемнеет, мне очень страшно.
  
   Проснулась, отдышалась. Села на новой кровати, откинула одеяло. Разве мне так много нужно? Всего лишь, чтобы он сказал, что мое присутствие в его жизни все еще важно, а он говорит, что мои проблемы - возня мышиная по сравнению с "делом его жизни". Он забыл, что я одна здесь. Одна! Зачем мне без него тут быть? Что мне без него делать? Он - главная причина моего попадания в Демонет и смысл пребывания.
  Огляделась вокруг. Кровать им купленная, форточка им отремонтированная, на кухне - новая посуда. Казанок он вычистил до блеска прежде чем уйти, как будто нарочно тянул время, ждал чего-то.
  
  Когда я выгнала их обоих, Ахх исчез мгновенно, а Женя долго одевался, шелестел бумагами, даже складывал вещи в какую-то котомку - похоже, успел обзавестись пожитками. А я сидела все это время на кровати и смотрела в окно, изо всех сил стараясь казаться безразличной. Но когда он ушел, такая пустота навалилась, а с ней и страх больше никогда его не увидеть, и я почти немедленно стала по нему скучать.
   Похоже, что уйти отсюда можно только по решению администрации. Значит, исчезнуть по собственному желанию я не могу. А что нужно сделать, чтобы меня выгнали? Нахулиганить? Я нарушила общественный порядок в клубе, а мне даже замечания никто не сделал. Видимо, от меня здесь чего-то ждут, вот и простили. А если я не оправдаю их ожиданий, то у них не останется другого выхода.
   Перевернулась на другой бок. Поворочалась. А все же здесь, в Демонете, такое поле для исследований и умозаключений. К тому же, демоны - прелюбопытнейшие создания. Они больше не кажутся мне страшными или опасными, скорее, забавными. Только близко их нельзя подпускать и не забывать ни на одну минуту что это все же демон. Интересно, что за это время я научилась различать людей одержимых демонами, в реале. Иногда я не знала имен этих демонов, но ощущала их присутствие в собеседнике. Правда, пока не ясно, что делать с этим знанием. У Жени в реале я спрашивать ничего не стану - надо научиться обходиться без него. Только вот - ждать его - это один расклад, а не ждать - совсем другой.
   Я встала с кровати, прошлась по комнате, подошла к окну и долго смотрела в пустынный двор. За этим окном - мир знакомый, но в то же время - чужой. Конечно, страшновато без спутника - вечером я бы не рискнула одна ходить по улицам - ведь здесь нет даже стражей порядка, как сказал модератор.
  Хорошо бы подыскать себе другое жилье - если останусь здесь, то буду все время Женю ждать, прислушиваясь к каждому шороху, и каждый раз, поднимаясь по лестнице, думать, что он дома. Нет уж, жить в ожидании - слишком мучительно. Если я тут осталась одна, то это жилье будет только моим. У него не должно быть сюда доступа. Пусть знает! Он сможет вернуться на правах гостя. Я буду вежлива, гостеприимна, но холодна. Значит, надо сменить замок. А как? Я же сама не сумею. Попробую спросить у кого-нибудь.
   Я оделась и вышла во двор. Из всех возможных дел и занятий, именно смена замка мне показалась важной и срочной. Я мстительно представляла себе ситуацию: он возвращается, находит старый ключ под притолокой, а он - бац - и не подходит к двери! Старый ключ специально там оставлю.
   Мое намерение сменить замок вызвало несказанное удивление у встреченного мной во дворе косматого дядечки, которого я приняла за дворника. Он долго думал, потом указал дверь конторы, типа домоуправления. Щуплая тетенька в очках, похожая на старуху Шапокляк, смотрела на меня так странно, будто я просила о чем- то сверхъестественном, но все же записала адрес и попросила быть после трех дома. Ну, после трех - так после трех. А пока что делать? И я отправилась бродить по городу.
  
  Прогулка по родному городу всегда окутывает вас теплом воспоминаний: по этой дороге я ходила в школу, а в этом доме жил мой лучший друг Вовка, а в том парке мы целовались когда-то с Лесиком - вон на той на лавочке. Вы несете с собой объемный багаж вашего прошлого - он придает вам уверенность и спокойствие. Прогулка по новому городу окружает вас пустотой - полным отсутствием ассоциаций. Идешь как рисованный человечек по чистому листу - без поддержки и тепла. Зато мозг в таких условиях работает с ускорением, не тормозясь об острые углы воспоминаний.
  Город, который открылся передо мной, представлял собой странную смесь родного города и абсолютно чужого. Некоторые улицы и дома совершенно ничем не отличались от старых киевских, но ассоциации, едва возникнув, напарывались на чужие холодные строения и вывески.
   Было еще нечто странное и немного тревожное в этом городе - подсознание улавливало аномалию, но сознание пока не давало ей определения.
  Я ускорила шаг, ожидая увидеть за поворотом знакомый переулок с развесистыми старыми каштанами - так должно было быть кафе 'Умка', куда мы заходили с одноклассниками после уроков отведать мороженого, но свернув за угол, резко остановилась. За поворотом не было кафе, не было и самого переулка.
  Передо мной была дорога вымощенная красноватыми плитами - она вела к храму.
  Даже нельзя было сказать, что храм "стоял вдалеке", он скорее, висел, как будто парил в воздухе - таким он казался легким и светлым. И я, недолго думая, пошла по дороге к храму. Солнце поднималось, обещая жаркий день, разноголосое щебетание птиц сопровождало мой путь, ветер поглаживал траву и мелкие цветочки проросшие между каменными плитами, а я шла к какому- то неизвестному храму, непонятно зачем.
  Мне даже захотелось петь: " я пою то, что люди поют по дороге домой..." - одну из тех песен, что Женя мне прислал. Может ли дорога к храму быть 'дорогой домой?' Редкие прохожие, пересекавшие основную дорогу, поглядывали на меня с недоумением. Ну и пусть. Что для одних дом, то для других - дорога. Домоседы смотрят на путников с недоумением, и пусть смотрят, счастливо оставаться!
  Вот так я шла и пела, подставляя лицо ветру, пока не заметила, что не приблизилась к храму ни на йоту. Странно, храм казался, ну самое большее,- минутах в тридцати ходьбы, и я должна была пройти половину дороги. Я ускорила шаг. Никакого результата! Оглянувшись назад, я отметила, что дорога простиравшаяся позади, вполне соответствовала затраченному времени - города не было видно. Может этот храм - мираж или декорация к игре в Демонет? И все же, еще минут десять я упрямо шла вперед, почти бежала, но безрезультатно - к храму я так и не приблизилась.
  Я повернула назад. Отдохну, потом спрошу у кого-нибудь об увиденном, а еще лучше обзавестись картой города. Вот бы у Жени спросить про храм... вдруг он заинтересуется и придет? Нет, не буду ему писать, хоть он и просил выходить на связь в реале, но не буду и все. Я не позволю ему обращаться с собой как с куклой: захотел - поиграл, захотел - в угол зашвырнул. Не будет этого! А он еще полагал, что сможет управлять мной, как марионеткой, насадив сверху. Думал, что его член будет определять мои действия и даже ход мыслей.
  
   Вошла домой - нет его. Пусто и тихо. Села на кровать.
  Как же это получилось, что люди, которые полюбили друг друга так, что их унесло в другой мир, перестали понимать и слушать друг друга? Да какие идеи в мире стоят того, чтобы ссориться? Ты хочешь дать мне то, чего я не могу взять, любимый мой, - мне нечем это взять, нет такой полочки в кладовой моего сознания, куда я могла бы это положить. Ты протягиваешь мне то, что для тебя ценнее всего, а оно падает на пол и разбивается на мелкие осколки. Я не воин, я не хочу быть казадором, - пойми и не сердись!
  
  Ну, где же этот мастер, который замок должен поменять? Шапокляк сказала - после трех... На моих часах расстояние между цифрой "3" и "4"- самое длинное на сегодня. Сижу и слушаю тишину, а ход собственных мыслей меня не радует совсем - вот! Звонок в дверь!
  Ой, неужели все слесари в Демонете так выглядят? На пороге стоит чернобородый человек в черном костюме, ослепительно белой рубашке и галстуке. Первый мой порыв - быстро захлопнуть дверь.
  --Вам кого?- спрашиваю испуганно.
  --Вы просили об услуге, - человек достает плоский карманный компьютер и читает с монитора, - сменить замок. Правильно?
  --Да, - неуверенно говорю и отступаю от двери.
  --Устранение каких именно проблем вы называете "сменой замка"? Иногда игроки используют определения понятные только в их мире. Поэтому давайте сразу проясним - какая конкретная помощь вам требуется.
   -- Замок на двери. Мне нужен новый замок с новыми ключами.
  -- На двери-и-и, - изумленно тянет бородач. - Вот это да! - А можно поинтересоваться зачем тратить положенные вам по правилам игры услуги на такую бессмыслицу? Количество услуг строго ограниченно.
  -- Почему бессмыслицу? Я хочу точно знать, что сюда никто кроме меня войти не сможет.
  -- А разве кто-нибудь изъявлял желание сюда войти? Это довольно необычно.
  -- Пока нет, но что это вы задаете столько вопросов? Вы кто? Слесарь?
  -- В том числе и слесарь, всяко бывает. Разрешите представиться, Валентин Неплох, модератор этого демофилда, - чернобородый галантно кланяется. - Мне поступил сигнал, что вам нужна помощь, и вот я здесь. Кстати, где ваш партнер? Разве он не может разрешить столь пустячную проблему?
  -- Ах, вот как! Модератор! Очень приятно! Видите ли, мой партнер -то как раз и выбыл из игры, я осталась одна, и поэтому мне и нужно сменить замок на двери, чтобы... чтобы он не смог войти без моего разрешения. Он сделал себе копию с моего нынешнего ключа.
  Модератор опять заглянул в свой плоский карманный компьютер.
   --Ага, ваш партнер получил предупреждение и штрафные очки за нарушение... сначала местного этикета, а затем и демокодекса. Он подал прошение админу, и может здесь находиться до вынесения решения. Но раз его нет, а условия игры изначально предполагали двоих, и ставка делалась на влюбленную пару, то у вас, , Полина, есть две опции. Первая - обзавестись новым партнером и переписать условия и вторая - выбыть из игры.
  Ну вот, накликала на свою голову! Если Жене разрешили здесь быть, то он может появиться в любой момент. Я уйду, а он вернется и не застанет меня.
  -- А я не могу просто здесь остаться?
  -- А можно поинтересоваться для чего?- спросил модератор.
  -- Ну... мне тут нравится. Я же не виновата, что он ушел! Я обещаю ничего не нарушать. Я бы просто тут жила, гуляла по улицам, знакомилась с обитателями, устроилась бы на работув конце концов!- я сама удивилась пылу, с которым я это сказала.
  -- Вы хотите сказать, что собираетесь вести в Демонете такой же образ жизни как и в реале? Должен заметить, что подобное существование - является бесполезной тратой ресурсов этого мира и лишено всякого смысла. Вы будете ходить на работу, покупать еду, готовить обеды, приглашать гостей - все то же самое вы можете спокойно делать в реале. Полина, вы представляли интерес и изначально были приглашены на первый уровень Демонета для того, чтобы... - модератор опять заглянул в свой плоский монитор, - Преобразовать сексуальную энергию в творческую и наоборот, реализовать свои возможности и выявить скрытые таланты на благо миров Голденгейта. А если у вас нет такого намерения, то, извините,- вы не представляете интереса для администрации.
  Мне стало так обидно от его слов, до кома в горле. А ведь еще сегодня утром, я сама хотела уйти отсюда, исчезнуть, а теперь возмутилась и решила отстаивать свои позиции. Наверно, потому что сейчас это не было моим добровольным выбором.
   -- Есть, впрочем, еще один выход из положения, - продолжил модератор. - Выбрать другого партнера.
  --Это невозможно! - в моем голосе прозвучала близость слез, и модератор посмотрел на меня с тревогой.
  -- Вы хотите вернуть прежнего? Понимаю. Но подумайте, нужен ли вам такой партнер? Вы приняли условия договора вместе, но он, мало того, что нарушил закон и этикет, но и оставил вас одну, в самом начале игры.
  --Не надо так о нем говорить! - я почти вспылила. --Вы не знаете всего! Есть важные обстоятельства, связанные с его работой - делом всей его жизни!
  -- Извините, не верю. Скорее всего, вы сыграли для него какую-то роль в первом раунде, а сейчас либо нашлась вам замена, либо вы с этой ролью не справились.
  - Мне не так просто найти замену, - сказала я высокомерно.
  Хоть в Демонете-то можно побыть собой, не прибедняясь и не притворяясь скромницей.
  -- Согласен. Значит, просто отпала в вас необходимость. А может, ему нужна ПеПеПе, - он заглянул опять в монитор,- то есть Покладистая и Послушная Партнерша. Но огорчаться не следует - есть другие игры, другие миры Голденгейта. Раз уж так сложились обстоятельства, мы дадим вам хорошую рекомендацию, разумеется при условии, что вы ничего не нарушили за это время.
  Я молчала. Модератор, видно, еще не знает про клуб. Эх!
  Валентин повторил:
   --Либо - другой партнер, либо вы - вне игры. Выбор ваш.
  И тут я вспылила:
  -- Вы полагаете, что ради ваших дурацких правил, я брошусь искать себе сексуальные приключения?
  -- Нет, зачем же приключения? Настоящий партнер, ваш реальный избранник. Конечно, это отбросит вас на несколько ходов назад в игре, но все же лучше, чем ничего.
  -- Хорошо. Дайте мне подумать.
  -- Разумеется. Через неделю загляните сюда и сообщите о своем решении, - он подал мне визитную карточку с адресом. - А сейчас, если больше нет вопросов, разрешите откланяться.
  -- Подождите! Есть один вопрос! Я все утро сегодня шла по дороге к храму, но приблизиться к нему так и не смогла. Что это значит?
   Надо было видеть как засиял модератор. Наверно я задала хороший вопрос.
   -- Это значит, что храм находится на другом уровне. Он виден, но вы не сможете попасть туда, пока не достигнете определенного мастерства в игре или не получите более высокий статус в Демонете, - ответил он с явным удовольствием.
  --Вот как! Спасибо.
  --Всего хорошего. Жаль будет потерять ценного игрока в вашем лице, Полина. Но правила есть правила, - и чернобородый направился к двери.
  
   Ну и что теперь делать? Скорее всего, придется отсюда сваливать, за неделю я ничего не решу и уж точно никого не найду. И посоветоваться не с кем. Здесь у меня друзей нет, в реале об этом никому не расскажешь, даже психиатру, - я хорошо помню его бурную реакцию при упоминании "о красной комнате".
  В коридоре что-то звякнуло, и сердце у меня подпрыгнуло.
   -- Женя? Это ты?
  В ответ тишина. В коридоре, на полочке у двери, лежал новенький блестящий ключик. Чернобородый все- таки выполнил заказ - новый ключик легко, как нож в масло вошел новый замок. Похоже, он это сделал на расстоянии. Хм... мне положено какое-то количество услуг, чтобы еще такого пожелать?
  Перед тем как выйти на улицу, я все-таки положила старый ключ на прежнее место, под притолокой. Пусть Женя помучается!
  
  Когда живешь одновременно в двух мирах, то можно из одного наблюдать за другим, даже сравнивать, отчего жизнь становится богаче и объемнее. Одного реала мне теперь мало. Если меня отсюда выкинут, жизнь покажется плоской и одномерной, и я все равно буду искать выходы в другие миры. И как же это случилось со мной? Столько лет жила себе тихо, хотела только покоя! А сейчас переживаю, что никогда не попаду в этот храм.
  
   ***
  Лучше всего думается во время ходьбы, и я шла по зеленым улочкам, оглядываясь по сторонам, любуясь красивыми строениями и рассматривая прохожих.
  Есть два вида одиночества: первый - когда вокруг никого нет. И второе - когда ты один среди толпы. Во втором случае одиночество ощущается острее, потому что никому нет до тебя дела. Но ведь и мне ни до кого особого дела нет, так почему бы им не платить мне тем же?
   Я прошла по уже знакомой улице, которая то и дело меняла название - была "Роз", "Слез", а теперь "Грез". Я отметила, что в в этом мире у меня успели накопиться личные ассоциации: вот вход в парк, где мы с Женей удирали от погони, а если пройти через главную аллею, то откроется вид на реку и мост на "Ту Сторону", а за мостом - дом с балюстрадой, где была красная комната.
  Так размышляя, я миновала вход в парк, и оказалась в незнакомой части города. По дороге попался маленький скверик, я села на скамейке у фонтана, и огляделась по сторонам. И тут вдруг поняла, что именно мне казалось странным и тревожным в этом городе.
   Подсказкой были двое маленьких детей, играющих у фонтана. Это были первые дети, встретившиеся мне в Демонете. Видимо, Демонет - это игра для взрослых.
  Вот оно что! В городе не было детей, а так же отсутствовали игровые площадки, аттракционы и детские парки. Но кто же эти первые увиденные мною дети- мальчик и девочка лет трех-четырех?
  Невысокая изящная светловолосая женщина, сидевшая неподалеку, что-то крикнула малышам, потом подошла к ним и вытерла платком их мокрые ручонки. Это, должно быть, ее дети. Кстати, я еще ни разу не разговаривала с обычными обитателями, вернее, игроками, не считая Руслана, конечно. Вернее, я обращалась к людям, но строго по делу, как сегодня к модератору, а в личных знакомствах у меня не возникало необходимости - мне нужен был только Женя. К тому же, тут я честно призналась себе, общение с демонами, было интереснее, насыщеннее, богаче впечатлениями что ли. Они казались сгустком чистых, не стыдящихся себя эмоций, и развлекали меня так, как ни один человек не смог бы.
  Конечно же, избегать людей - это неверная тактика. Я вспомнила как первое время жизни в Нью-Йорке, вновь прибывшие эмигранты охотно помогали друг другу разобраться и найти кратчайший путь в "каменных джунглях". Те, кто уже столкнулся с очередным бюрократическим офисом, радостно сообщал товарищам, как обойти препятствия.
  
  Женщина казалась очень славной. Заговорить с ней, что ли? А как? Спросить дорогу куда-нибудь? Но куда? Я уже встала со скамейки, чтобы подойти к ней, но тут сразу два фактора отвлекли мое внимание.
  Во-первых, я увидела теплую компанию демонов - они сидели в другой стороне скверика и о чем- то оживленно спорили и отчаянно жестикулировали. Вернее, Гнефф и Рефф почти ругались и даже толкали друг друга в пылу беседы, а Похх взирала на них из-за полуопущенных век. Она сидела, томно развалившись на скамейке, в одной руке у нее дымилась длинная папироска, а другой она теребила выбившийся из прически локон. И как я раньше не замечала, насколько она вульгарна? Чуть поодаль стоял Горр, надменно взирая на остальных, и еще один - неизвестный мне бледный скучающий демон.
  К счастью, я не попадала в их поле зрения - они-то прелюбопытнейшие существа, но изучать их лучше на досуге, кода нет особых проблем.
   Во-вторых, мой нос почуял аппетитный аромат свежей выпечки, напомнив мне, что я ничего не ела с утра. Аромат доносился из кафе, расположенного прямо в скверике, двери которого только что гостеприимно распахнулись, а на витрине появилась табличка "Открыто".
  Женщина взяла детей за руки и направилась в сторону кафе, и я пошла за ними, стараясь держаться подальше от демонов. В кафе уже было несколько посетителей, а работники в белых халатах и колпаках выносили на прилавки подносы с разнообразными блюдами и прикрепляли к прилавку ярлычки -
   " куриные котлеты", "горячая грибная закуска", "биточки в соусе", "блинчики с творогом".
  Женщина усадила детей за столик и направилась к прилавку. Как раз предоставлялся удобный случай взять себе пару блинчиков и кофе, сесть за тот же столик и заговорить.
   Но когда я подошла к прилавку и оглядела блюда, то поняла, что не только не могу есть, но даже попробовать ни одно из них. Нет, у меня не было ни тени сомнения в их качестве или свежести: все блюда были с пылу- жару и выглядели чрезвычайно аппетитно, но я четко ощутила ненависть, злость и раздражение, с которой заворачивались эти голубцы, и будто услышала как остервенело чертыхался повар, переворачивая на сковороде котлеты длинной лопаткой. Откуда- то пришло ясное понимание, что если състь хоть кусочек этой котлеты, то можно сполна получить всю дозу этой ненависти. Неизвестно по каким причинам, повар ненавидел продукты и какие обстоятельства, вынудили его оказаться на этой кухне. Больше всего он ненавидел будущих посетителей кафе - ведь это из-за них ему приходилось заниматься этим "неблагодарным делом". Неожиданно для себя, я схватила женщину за руку и тихонько сказала:
  -- Не надо здесь обедать! Детей лучше покормить в каком-нибудь другом месте, давайте уйдем отсюда побыстрее. Женщина посмотрела на меня удивленно, и я вдруг испугалась, не нарушаю ли я этим общественный порядок, а потом подумала, что мне наплевать - я просто обязана была ей это сказать. Обязана, да!
  Рука ее, тянувшаяся к подносу, застыла. Сначала она недоуменно пожала плечами, но потом улыбнулась и тихо сказала - "Спасибо". Взяла детей за руки, мы покинули кафе, и пошли рядом.
  -- А где же можно перекусить? - спросила она, глядя на меня уже совсем доверчиво.- Не загляните ли вы с нами в кафе-кондитерскую, через дорогу.
   Мы вошли в кондитерскую. Стеклянные графины с морсами и соками, кофейники, самовары, корзинки с плюшками, пряниками и ватрушками. Я огляделась по сторонам. Здесь не было ненависти, а в ватрушках ощущалась даже порция любви. Такая пища вреда не принесет.
  -- Я хочу плюшку, -захныкал мальчик.
  -- Пожалуй, да, - заключила я неожиданно для себя уже тоном эксперта.- Здесь можно... Не самый лучший вариант, но если голоден...
  
  Только я собралась было налить себе кофе, как фигура возникшая передо мной, заслонила собой блестящий новенький кофейник. Это была Похх. Она улыбнулась мне так очаровательно, склонив набок голову с кудряшками, что я забыла о ватрушках и сразу подумала о том, что мне должна пойти такая же прическа как у нее. Она обняла меня за талию и зашептала мне на ухо, дыхание ее отдавало чем-то ароматно-греховным.
   -- Ну где же ты была, глупышка? Я ищу тебя целый день. Я узнала о твоих неприятностях, и хотела утешить тебя. Знай, что это вовсе не неприятности, считай, тебе повезло - казадоры - самые утомительные люди на свете. Они вообразили, что им нужно непременно борьться с так называемым злом, и доставляют нам массу хлопот. Поверь, тебе без него будет лучше. А выкрутиться из этой ситуации - так легко, ты себе даже не представляешь насколько.
  
  Удивительно, как она притягательна в своем вульгарном обаянии, эта Похх.. .Интересно, только я ее вижу в таком облике или другие тоже, кстати вполне возможно, что они вообще ее не видят, и хорошо бы, а то как-то неудобно с ней разговаривать при моей новой знакомой, а особенно при детях. Я вспомнила, что Женя учил меня: ''Как только демон к тебе, Полинка, приближается, тут же плюй ему промеж глаз". Я не рискнула прилюдно хамить демону, но губы трубочкой сложила, будто намереваясь плюнуть, и Похх сразу отпрянула и обиженно протянула:
   -- Ну ты чего-о-о-о... Я же помочь хочу... Ты не простила мне еще то, что случилось у Хьюза дома, да? Ну, мы тогда еще не были с тобой знакомы, да и перед Аххом мне очень хотелось выслужиться.
   Я продолжала держать губы трубочкой, и она отошла с таким обиженным видом, что я чуть было ее не пожалела. Похх отошла на безопасное расстояние и сказала:
  - Ну я же не знала, что ты занята, подожду пока ты освободишься, - и вышла из кафе.
  Я видела в окно, как она перешла дорогу и присоединилась к группе демонов ошивающихся в скверике. Женя говорил, что когда кто-то в отчаянии, демоны тут как тут, только и ждут момента, чтобы овладеть мятущимся, растерянным человеком. Похоже, кто-то рядом сейчас в отчаянии, вот они и толпятся тут, ждут. А может это я?
  Я купила ватрушку и кофе и села рядом со светловолосой женщиной и ее детьми.
   -- Спасибо вам еще раз, - сказала женщина. - Я и не знала, что на этом уровне Демонета есть фуэнсен. Вот так новость!
  
  Она назвала меня "фуэнсен" - какое странное слово, танцующее, легкое, похоже на японское. Я ничего не ответила и улыбнулась в ответ. А она продолжала:
   -- Теперь того повара и даже владельца кафе уж точно выгонят с этого демофилда за нарушение закона.
  Я неопределенно пожала плечами: мол, не могу обсуждать эту проблему с вами сейчас. Женщина понимающе кивнула.
  -- Меня зовут Милена,- продолжала она, а это, кивнула на жующих детей,- мои оленята - Олежка и Оленька, они близнецы.
  -- Полина,- представилась я. - Я никогда раньше не видела здесь детей, - наконец мне удалось заговорить о том, что меня действительно интересовало.
  -- Конечно, - ответила Милена. --Мне тоже не встречались дети в этой части города, поэтому я так рада, что у меня близнецы - они хоть могут играть друг с другом.
  -- Вы попали в Демонет вместе с детьми?- удивилась я. - Но как?
  --У меня нет детей в реале и, скорее всего, уже не будет, - покачала головой Милена.- Оленятки здесь родились.
  --А я и не знала, что так можно. Как странно. Позвольте, но как же детям здесь можно быть? Ведь это мир, где рождаются и живут демоны.
  --А у них врожденный иммунитет к местным демонам, они даже могут управлять ими. Не все обитатели Демонета прибыли из других миров, некоторые родились здесь у игреалов, а админ этого уровня - Дэниэл Залесски - уроженец Демонета.
  
  Я была настолько ошеломлена, что не знала, что и сказать. А Милена встала, вытерла детям мордашки салфеткой, взяла их за руки и сказала:
   -- Нам пора, Полина. Я работаю по вечерам, а днем мы часто гуляем в этом скверике, если когда-нибудь заглянете - будем вам очень рады. Еще раз благодарю вас за вмешательство. Беседовать с фуэнсеном - большая честь для меня.
  
  Милена ушла. Я допивала свой кофе, глядя в окно. Когда Милена с детьми проходила мимо демонов, они выстроились в ряд и поклонились, а один из них даже шаркнул ножкой. Я добавила и эту странность ко всем сегодняшним: храму, появлению нового ключа и моей реакции на блюда в кафе.
  
   И опять я брела одна по улицам города куда глаза глядят, пока не вышла на большой пустырь. Воздух стал холодней и свежее - ощущалась близость воды. Я подошла к невысокому обрыву, да, я не ошиблась - внизу была река. Я увидела причал и лодочную станцию, но тропинки не было, значит, чтобы попасть туда придется обойти пустырь, а усталость уже давала о себе знать. Тогда я села на край обрыва, сняла туфли и принялась болтать ногами. Отсюда была видна "Та Сторона" - купол Часовой Башни и крыша гостиницы "Золотые Ворота", где мы с Женей провели вместе первую ночь.
  
  А что дальше делать? У меня есть только неделя на размышление и решение всех проблем, а помощь предлагают только демоны. Жаль, что Милена спешила на вечернюю работу и поговорить с ней не удалось - милая славная женщина. Как она меня назвала? Фу.... фуне... Кажется, фунесен. Тьфу, забыла! Надо бы вспомнить и посмотреть в реальном словаре значение этого слова. Чтобы найти всему объяснение - надо тут остаться. К Жене за помощью обращаться не стану. Я найду выход из положения сама! Возможно, ответ уже где- то рядом но я его еще не вижу. Вариантов у меня немного: новый партнер - исключается, за неделю - невозможно, да и не хочется - ведь я Женю люблю. Люблю, но видимо недостаточно сильно, чтобы слушаться его во всем. Я бы слушалась его, если бы знала, что мои интересы для него важнее всего. А если это не так, то я не уйду с ним, в его мир, даже если придется покинуть Демонет. А вот не придется! А вот и не уйду! А вот нравится мне здесь! Ни за что не уйду! Похх сказала, что хочет помочь... может выслушать ее? Не обязательно делать то, что она говорит, но может, хоть какую-то идею подаст.
   Лучше с демонами говорить, чем сидеть в одиночестве, - не успела я это подумать как Горр и Гнефф возникли передо мной, - они стояли прямо на обрыве, качались на ветру, но не падали. Я не шевельнулась, чтобы прогнать их или плюнуть - все же, какая - ни есть, а компания, и они, не встретив сопротивления, тут же радостно уселись по бокам - Гнефф справа, а Горр слева. Гнефф начал первый:
   -- Ну и где твой хваленый ловец демонов?
  --Отстань, - ответила я. - Он занят.
  - А зачем он тебе?- удивленно спросил Горр. - Если он вернется, то только помешает. Он уже выполнил свое назначение - сломал печать и высвободил твою фуэрзу.
  --Какое назначение?- я нахмурилась. - Мою ... что высвободил?
  
  Гнефф сердито дернул Горра за рукав и состроил рожицу, намекая, что тот сболтнул лишнее.
  -- Ну,- тут же стал выкручиваться Горр, - это образное выражение, местный сленг, в смысле - "способствовал твоему здесь появлению". А теперь он тебе совсем не нужен, и если вернется, то только затормозит тебя. Ты - умница и красавица, ты и без него справишься - ты и сама это знаешь..
   --Нет, - я возразила тихо. - Я этого не знаю. Мне пусто и страшно без него.
   --Ты только виду не подавай, что страшно, ты же - гордячка.
   --Я не подаю...
   --Ах, такая женщина и одна здесь бродит, - продолжал Гнефф. - Он что сказал, что не вернется?
  -- Нет, он этого не говорил.
   -- Значит, он обещал вернуться?
   -- Нет, не обещал.
   -- Да как же он смеет морочить тебе голову!- вскричал Гнефф. - Он как собака на сене!
   --Не смей так о нем говорить!- рассердилась я. - У людей бывают свои проблемы, вам демонам этого не понять! Ты хочешь меня разозлить и направить мой гнев на Женю. Но у тебя ничего не выйдет - я решила не злиться.
   Гнефф тут же сник и поблек.
   -- Да разве пристало тебе тосковать о нем? - гудел Горр. - Мне противно было смотреть на тебя - ты делала все, что он хотел, ждала его одобрения, в глаза заглядывала как ласковая собачка. Что может быть хуже, чем зависеть от чужой воли? Да разве он может оценить тебя по заслугам?
   И так они оба жужжали мне с двух сторон, и я зажала уши руками, но все равно их слышала. Я попыталась их прогнать, но они придвинулись еще ближе.
  --Женя, где ты, Женечка? Прогони их, - прошептала я и чтобы отключиться от их бормотания, стала наблюдать за собой в реале.
  
  А в реале был тихий теплый синий вечер. По дороге с работы я купила фруктов, дома разложила их в вазу красиво. Кот Феншуй ластился, терся о ноги и мурлыкал. Я включила духовку, замесила тесто, и испекла пирог с яблоками и сливами. Щепотку ванили, щепотку корицы, - аромат пирога смешался с а запахами ранней осени, заставляя прохожих на улице поднимать головы и принюхиваться. Муж читал газету, сын делал уроки - тихо так дома, хорошо. Я накрыла стол к чаю на балконе: разрезала теплый пирог ромбиками, посыпала сахарной пудрой и разложила красиво на блюде. Фруктовый пирог, правда, вкуснее есть холодным, да кто же дождется пока он остынет! А после чаепития муж сам предложил помыть посуду, а я устроилась с книжкой на диване, включила лампу, кот запрыгнул мне на колени...
  
   И никто не подозревал, что я сейчас сижу на обрыве неизвестной реки в раздумьях и смятении, демоны разрывают меня на части и некому помочь. Да что же это мне не живется спокойно? Почему мне недостаточно одного реального мира? Ляг в постель, к мужу прижмись, свернись калачиком, и сны смотри светлые. Зачем мне эти нелепые проблемы, почему меня так взбудоражил чужой человек, находящийся за восемь тысяч километров, зачем меня занесло в другой мир? Почему я не могу быть как все?
  Я резко вскочила, надела спортивный костюм и кроссовки, взяла плейер и наушники, заявила, что хочу прогуляться перед сном и выбежала в сгустившийся вечер. Только музыка могла дать отдохновение, переключить меня, успокоить и, возможно, дать ответ. Я умею соединяться с музыкой, становится с ней одним целым.
   Пьянящий воздух, рок в наушниках - я двигалась легко и стремительно, летела себе внутри музыки, кувыркалась и плескалась в ней, как в реке, и вдруг одна песня остановила мой полет - "Я здохну без тебе, кохана, далека"- ах, это же та песня, что Женя мне прислал по е-мэйлу!
  
   Первым порывом по возвращению домой было - написать ему е-мэйл, рассказать, как я скучаю по нему, тоскую даже, пожаловаться на демонов. Но я сдержалась. Валентин сказал, что у него есть выбор, но он не со мной, тем не менее.
  
  На работе я окунулась в рутину: пациенты, карточки, разговоры с коллегами, в перерыве проверила е-мэйл, заглянула в свой блог, ответила на несколько комментариев. Наконец, заглянула на страничку Казадора - блог давно не обновлялся. Перечитала его старые записи - каким добрым юмором веяло от его строчек! Он казался славным, искренним и добродушным человеком. Я не стану просить его вернуться. Ни за что не стану. Хочу, чтобы сам.
  До конца рабочего дня остался час, в окна стучал дождь, я заполняла медицинские карточки и выписывала направления к другим специалистам. Ах, да, чуть не забыла, я же хотела поискать значение слова "фуне...", "фуэнсен". Однако, ни один сетевой поисковик, ни один иностранный словарь не дал ответа. Видимо, это их местный сленг. А есть ли у них там словари? Все же слово похоже на японское. А кто из моих виртуальных друзей знает японский? Если не найду, спрошу у модератора, бородача этого. И почему в реале нет модераторов, чтобы отвечали на все вопросы, разрешали проблемы и ставили все точки над i. Впрочем, как это нет? Вот один из них стоит сейчас прямо в дверях моего офиса...
  -- Надеюсь на этот раз, твоя улыбка предназначена мне, Полина?
  -- Тебе, Джеф. Не успела я подумать, что психиатры - это модераторы реала, как ты сразу пришел.
   -- Кофе? С коньячком?- предложил Хьюз, обрадованный моим теплым приемом.
  -- А неси!
  -- Может, ко мне зайдешь? У меня удобнее.
  --Окей.
  
   Давненько я к нему не заглядывала... а он сибарит все же: и новое кресло появилось в кабинете - мягкое как облако, и лимонное дерево и колонки новые - хотя его музыка небезопасна...
  -- Хочешь отдохнуть?- предложил он, кивнув на низкую кушетку. - Ляг и закрой глаза, а я тебе поставлю медленную расслабляющую музыку.
   -- Хорошо, только прокрути медленную музыку в ускоренном темпе, - я засмеялась.- А музыка твоя небезопасна.
  -- Ты недооцениваешь силу психотерапии. А выглядишь уставшей и грустной.
  -- Почему недооцениваю? У меня свои методы...
  --... ухода от реальности,- продолжил он. - Ну да, ну да, помню, - виртуальная любовь.
  -- Сейчас этого нет.
  -- Что так? Поссорились? Наскучило?
  -- Он занят, у него нет времени.
  -- Для любви?- переспросил Хьюз без тени улыбки. - Прости, не поверю. Напиши ему прямо сейчас,- он кивнул на компьютер. - И попроси о любви.
   -- Ни за что!
   -- Неужели ты и впрямь вообразила, что любишь его?
   -- Вообразила?
   -- Полиночка, ты умная женщина, и должна понимать, что не его любишь, а образ, который сама себе создала.
  -- Образ?
   -- Ну, конечно! Пара фраз, картинок, шуток, и твое сознание само дорисовало себе мужчину, возле которого хотелось бы быть рядом. Вот скажи, тебе никогда не приходило в голову встретиться с ним в реале?
  -- Это означало бы вмешаться в существующую реальность, достаточно уютную, кстати, и даже разрушить свой мир - удобный и уютный, а сделать это, не причинив боли близким, - невозможно.
  -- А почему бы не поговорить по телефону? Ведь это легче легкого.
  -- Нет, не хотелось. А почему - не знаю.
  -- Знаешь. Ты боялась разрушить иллюзию, ведь голос содержит куда больше информации, чем строчки на мониторе.
  -- Когда я читаю его строчки, то будто слышу его голос и интонации.
  -- Это не его голос, а тот, который рисует тебе услужливое воображение. Он может оказаться совсем другим.
   -- Нет, в Демонете он оказался точно таким, каким я его представляла!
   Он быстро глянул на меня:
  -- Ни ты, ни он - не такие как в реале. В Демонет попадает твоя проекция, точнее,- одна из них.
   -- Какая проекция?
   -- Твоя изнанка. И ее будут трепать в полной мере, пока она либо не укрепится, либо не износится. Укрепится - перейдет на верхний уровень игры, а истреплется - пеняй на себя. Готова ли ты к таким экспериментам, Полина?- Хьюз уже не скрывал волнения. - Демонет высечет из тебя нужные ему искры и раздует их до масштаба пожара. Первый уровень обеспечит тебе безопасность и безнаказанность. Исчезнет страх проиграть. В любой момент можно призвать модератора на помощь и начать игру сначала, теряя только очки. Обычно игроки начинают с реализации сексуальных фантазий, а безнаказанность ведет к лихачеству и безумствам. Они подсаживаются на острые ощущения, и немногим удается выкарабкаться из соблазнительных ловушек и открыть в себе новые таланты. Учитывая все это, я бы искренне желал, чтобы ты вернулась в реал и подумала всерьез о своей карьере. Я предлагал тебе место в шикарном медицинском центре в Манхеттене, и мое предложение все еще в силе. А если тебе этого мало, то я мог бы пригласить тебя в другие, прекрасные, легкие миры, не требующих затрат душевных ресурсов, правда не таких престижных...
  -- А чем престижен Демонет?
  -- Это - мир избранных. Помимо редких удивительных талантов, жители его обладают способностью доходить до края в силе своего желания. Страсти могут способствовать реализации талантов, но могут и погубить их обладателя. Уже то, что ты попала туда сама, без официального проводника, говорит о том, что ты обладаешь как минимум одним суперталантом.
  -- Но как это произошло? Как мы с Женей там оказались?
  -- То, что в реале зовется словом "воображение", является составной частью транспортного средства - доставки в миры Голденгейта, а после и передвижения по ним. Называется оно "демовэйв" - они всегда витают рядом - как радиоволны. Я могу предположить, что во время виртуального секса вы, обладая вышеупомянутой способностью, дошли до края того, что зовется воображением и пересекли границу другого осязаемого мира. Но произошло это не сразу: сначала просочились тактильные ощущения, потом угадывание мыслей, затем ощутили запахи, и, в какой-то момент - влетели туда на мощном демовэйве. По твоему описанию, я узнал приемную первого уровня Демонета - комнату с темно-красными шторами. Именно туда чаще всего попадают виртуальные любовники, при условии, что хотя бы один из них обладает каким-то суперталантом.
  -- Но почему ты был так огорчен этим?
  -- Я понял, что теряю ту Полину, которая мне так нравилась, и упускаю возможность проводить тебя в другие миры, более мягкие и гостеприимные. Твой партнер раньше тебя сообразил что происходит. Он легко попал на твою волну, но тут - загвоздка - вход в Демонет казадорам воспрещен админом первого уровня. Админа можно понять - они способны сбить всю игру.
  -- Каким образом?
  -- Отлавливая демонов, они мешают процессу отбора. На следующий уровень проходят те, кто смог победить собственных демонов, без постороннего вмешательства. Кстати, у тебя есть свое жилье?
   --Да.
  -- Тебе там удобно?
  -- Достаточно. Но это уже не имеет значения - меня выгоняют из оттуда, потому что я осталась без партнера. Джеф, я так благодарна тебе - ты мне все отлично объяснил. Все, что можно услышать от модераторов, это - "делайте, что хотите, только не нарушайте общественный порядок". Ни полиции, ни охраны, все можно, но ты ничего не нарушай. Джеф, а откуда ты все это знаешь? Ты бывал там, да?
  --И сейчас бываю, в качестве консультанта. У меня бывают пациенты - жители миров Голденгейта, которым требуется моя помощь, заметь, реальная помощь. Возможно, понадобится и тебе - ты наверняка страдаешь от разлуки с ним.
  -- Да.
  -- Я могу тебе помочь. Полина. Я освобожу тебя от проекции и всех связанных с ней проблем.
  -- И я забуду обо всем?
  -- Ты потеряешь связь между мирами, постепенно успокоишься, и все вернется на круги своя.
  -- Но что же будет с той, которая там?
  -- Мало ли что с кем происходит. Тебя это больше не будет волновать. И это не ты, а твоя изнанка, которая вытворяет то, чего нельзя в реале. Она останется там и будет жить сана по себе. Хочешь?
   -- Я не знаю.
   -- Не отвечай сейчас, подумай, предложение остается в силе на неопределенный срок. Я это делал много раз во время психотерапевтических сессий, по просьбе моих пациентов. Рассоединение двух миров всегда работало безотказно. Помнишь Дину-самоубийцу, нашу пациентку? Она чуть не покончила собой в реале из-за событий в одном из миров Голденгейта.
   -- Спасибо за предложение, Джеф, но надеюсь, психика у меня более устойчивая психика, чем у Дины. К тому же, там столько интересного! И как я могу оставить саму себя в Демонете на произвол судьбы. Ты сказал, что это мир избранных и очень талантливых людей? Значит я тоже в их числе?
   -- Иначе и быть не может.
   -- Я хочу узнать, что это за талант.
   -- И все же помни, что я всегда к твоим услугам.
  
   Я вернулась в свой кабинет. Проверила е-мэйл - от Жени - ничего. Как же я могу согласиться разъединить оба мира - он вернется, а я, реальная, об этом не узнаю. Если он вернется, то счастья мне хватит сразу на оба мира! Отпустить свою талантливую проекцию бродить одну-одинешеньку по Демонету? Нет, не могу, пусть все идет своим чередом.
  
   ***
  
  Я все еще сидела на краю обрыва. Стрелка часов, наконец, соскользнула с цифры "4", и если учитывать, что полоски между цифрами от "5" до "8" сегодня узки до неразличимости, то вечер наступит довольно быстро. Я сняла туфли и попыталась спуститься к реке, но обрыв был слишком крут, тогда я просто села и съехала вниз по песчаному холму, держа туфли в руках. Отряхнула платье и пошла по берегу босиком - даже если ничего путного не придумаю, так хоть свежим воздухом подышу. Но долго идти не пришлось - почти сразу я увидела вывеску - "Лодочная станция". У меня не было ни малейшего намерения кататься на лодке, тем более в одиночестве - да я и грести- то не умею - я бы так и прошла мимо, если бы меня не окликнул невысокий паренек в элегантном темном костюме.
  -- Подождите минутку, сейчас будет лодка.
  Я уже не удивилась тому, что смотритель лодочной станции, сторож, лодочник или кто он там - одет в классический костюм и рубашку с белым воротничком - наверно тоже - модератор какой-нибудь при исполнении обязанностей.
  -- Извините, - ответила я с сожалением. - Я не за лодкой.
  -- Да ладно вам, - ответил паренек. - Все будет нормально, не стесняйтесь, - он явно принял меня за кого- то другого.
  -- Что будет нормально?
   Вместо ответа он нажал кнопку на плоском карманном компьютере, и на воду медленно выплыла лодка. Это была даже не лодка, а скорее, ладья из светлого дерева с синими полосами и резной фигурой впереди - настоящий маленький кораблик.
   -- Прошу, - сказал паренек.
  --Но я не умею ни грести, ни управлять лодками.
  -- А вам и не придется, лодка сама привезет вас по назначению. Я проведу небольшой инструктаж, больше для порядка. Возьмите пульт. Кнопки со стрелками - "влево", " вправо", "вперед" и ''назад''- перепутать невозможно. Кнопка "стоп" - вот здесь, музыкальное сопровождение - кнопка с нарисованной нотой. Все предельно просто.
  -- А как вернуться обратно? Вы до которого часа открыты? - кажется, я опять влезала в какую-то авантюру.
  -- Если пожелаете вернуться тем же путем, то нажмете кнопку со стрелкой "назад", а если возникнут другие дела, то о лодке позаботятся, не беспокойтесь.
  -- А какие могут дела возникнуть?
  -- Ну, мало ли что...- паренек замялся. - Вот здесь, пожалуйста, распишитесь, что прошли инструктаж, для моей отчетности. И поспешите, чтобы приплыть туда засветло.
  Я расписалась на электронном табло.
  -- А вы уверены, что мне туда надо?
  -- Да,- твердо ответил парень. - Раз вы "здесь", значит вам надо "туда". Если талант не проявится в процессе, так хоть развлечетесь немножко.
   Аргумент показался достаточно веским, и я полезла в лодку. Дно ладьи было устлано мягким цветным ковром. Сидений не было, а на боку располагалась панель, на которую парень прикрепил пульт управления.
  -- Счастливого пути,- сказал он на прощанье, и ладья медленно и величаво выплыла на середину реки.
  
  Вот это была прогулка! Солнце клонилось к закату, розовые облака отбрасывали причудливые тени, река светилась и фосфорицировала золотисто- фиолетовыми искрами. Вдоль крутых зеленых берегов были разбросаны белые хатки с красными крышами утопающие во фруктовых садах. Я нажала на музыкальную кнопку и - более подходящей песни в данный момент не было на свете: "Хай несе мене рiка в фантастичному човнi..." Я, Полина Аксен, магистр наук, плыву 'в фантастычному човни' неизвестно куда, неизвестно зачем, да еще и пою во весь голос.
  Закат, тем временем, побагровел, берега потемнели, показались первые звезды. Я легла на дно лодки и стала смотреть в вечернее небо. Ладья, тем временем, повернула к берегу, замедляя ход.
   На берегу горели костры. Я встала, отряхнула платье, поправила волосы, надела туфли и приготовилась к выходу. Ладья причалила, я спустилась по трапу и направилась вглубь берега на свет огней, и вскоре очутилась на большой поляне, окруженной высоченными деревьями. На грубо сколоченных столах стояли резные плошки с осенними фруктами - сливами, яблоками, виноградом и грушами. Вокруг царили веселье и кутерьма - по всей поляне носились босые девушки, одетые в свободные светлые платья, на головах у них были веночки, а на груди - цветочные ожерелья. Одна из девушек подбежала ко мне и надела на меня ожерелье из желтых кувшинок, а на голову - венок из белых водяных лилий. Цветы пахли болотом и тиной. Над одним из костров подогревался котел - я вдохнула аромат - варево пахло травами, медом, фруктами и еще чем-то незнакомым - терпким и сладким. Похоже, это шабаш.
  
  Высокий бородач в расшитой сорочке, помешивавший варево в котле, вдруг выкрикнул неизвестное мне слово, и девушки, схватив со столика по деревянной кружке, подбежали к костру и стали в очередь. Я на всякий случай сделала то же самое. Девушки протягивали бородачу деревянные кружки, он наливал им медово-травяное варево огромным черпаком, после чего они с визгом отбегали, садились на траву и, продолжая хихикать и щебетать, прихлебывали напиток маленькими глоточками. Блики костра мешали разглядывать их лица.
  Пить подозрительное варево я и не собиралась, - незаметно вылила все на землю и уселась у костра, делая вид, что прихлебываю из кружки. Девушки потихоньку пьянели и смеялись все громче и заливистее - все варианты смеха можно было услышать - от нежного звона колокольчиков до грубого гыгыканья. Я тоже хихикала, помахивая пустой кружкой, а сама поглядывала на бородача. Он, тем временем, загасил костер, плеснув туда того же варева - отчего лес наполнился дурманящим ароматом, затем достал из холщевого мешка флягу, вылил туда ее содержимое и размешал все черпаком. Я различила запах алкоголя. Хм... конечно, алкоголь от кипячения испаряется, он подождал, чтобы варево остыло, и долил туда спиртного, добавив градусов своему напитку, - отметила я про себя. Но если девушки пили безалкогольный напиток, то почему они так странно пьянели? Их постепенно охватывала радостная дурь - они вскакивали и бросали пустые деревянные кружки в костер, отчего он искрил и трещал еще сильнее. Одни стали водить хороводы и петь, а другие развели в яме костер и стали прыгать через него с громким визгом. Нелепое безумство! Нет, это не шабаш. Похоже, они играют в древних славян - белые рубашки, прыжки через костер, хороводы, да и моя резная ладья идеально вписывалась в игру. А бородач у них, видно, - массовик-затейник.
  
   Одна из девушек схватила меня за руку и потянула в хоровод, мы плясали и пели, я слов песни не знала, и только открывала рот беззвучно как рыба, но в общем хоре это было незаметно. Мы кружились все быстрее и быстрее, и наконец, со смехом попадали в высокую траву. Только мне совсем не было весело, ну абсолютно - как трезвому среди пьяных, но наблюдать за ними было занятно. Некоторые из них стали играть в догонялки, пытаясь сорвать с пойманной девушки рубашку.
  Я отошла и тихонько села у угасающего костра. Почувствовала на своем плече чью-то руку. Повернулась, бородач стоял возле меня и протягивал кружку:
  -- Думаю, вам нужно выпить чего-нибудь покрепче.
   Визг усилился. С одной девушки сорвали все -таки рубашку, она повалилась в траву, остальные щекотали ее, а она дрыгала ногами. Потом я увидела, что рубашка полетела в огненную яму, и все, включая голую - погнались за другой девушкой. Незатейливые правила игры, однако...
  Бородач был единственным мужчиной - здоровенный, в расшитой белой рубахе подпоясанной кушаком. Я машинально взяла кружку, вдохнула подымающийся пар - да, это была смесь травяного варева с коньяком.
  -- Благодарю вас, я не хочу.
  -- Полина,- сказал бородач,- Раз уж вы тут, то почему бы не насладиться моментом? Если наши хороводы вам кажутся скучными, я придумаю для вас что-нибудь интереснее. Идите- ка сюда.
   Вот как - он меня знал! Бородач подал мне руку, помог подняться, обнял за талию и повел по направлению к беседке, увитой плющом. Я шла с ним рядом, держа в руках теплую дымящуюся кружку.
  --Вам к лицу эти цветы, - он кивнул на мой венок и ожерелье из лилий. И я согласен - наши лесные хороводы - чепуха по сравнению с вашим танцем живота в клубе.
  Он и это знает!
  -- И все же, Полина, - продолжал бородач, - Вашему умению наслаждаться моментом, можно позавидовать. Вы умеете извлекать максимум удовольствия из самых обычных вещей - будь то ломоть свежеиспеченного хлеба или шум дождя за окном, не говоря уже о ... - и тут он красноречиво замолчал. - И раз уж вы сегодня у меня в гостях, то я бы хотел подарить вам один из таких моментов.
  -- Вы уже доставили мне удовольствие тем, что выразили желание доставить мне удовольствие.
   Бородач засмеялся:
  -- Вы - приятный собеседник, Полина. Жаль, что у вас здесь временный статус, однако правила есть правила!
  -- Спасибо. Мне доставило бы немалое удовольствие узнать, что здесь происходит и откуда вы меня знаете.
  -- Ну вот, - огорчился бородач, - вы сразу же меня вынуждаете нарушать правила, которые я свято чту не только по должности, а и согласно личному внутреннему уставу. Я думал, что вы меня узнали. Мы же только сегодня утром виделись. Я - Валентин Неплох, модератор демофилда, в который входит ваш голденгрэйн.
  Бородач поднес светильник к своему лицу - не удивительно, что я не узнала его при свете костра, да еще и в свободной расшитой сорочке. Утром он был в строгом черном костюме с галстуком, говорил подчеркнуто официальным тоном, а сейчас - расслаблен, слегка пьян и, похоже, не прочь потрепаться.
  -- Голденгрэйна?
  -- Ну да, часть вашего личного мира или, скорее, мирка в Демонете.
  -- Моего мирка?
  -- Да. А все это - он сделал широкий жест - мой мирок в Демонете, мой голденгрэйн.
  -- Что именно - все это?
  -- Лес, поляна, девушки.
  -- И девушки все ваши?
  -- Осуждаете?- он засмеялся.- Да, все - мои. Что поделать - я не могу найти в одной женщине все, что мне нужно. Шучу, шучу... Девушки просто пришли в гости.
  --У вас какой-то праздник?
   -- Просто приятный вечер. В Демонете празднуется только проявление и реализация талантов. Но ладья, в которой вы приехали, и река, и хатки на берегах - все это - часть моего голденгрэйна.
  -- Даже хатки? С красными крышами?
  -- Да. Не всем, знаете ли, по нраву венецианские дворцы. Мне больше нравится жить в скромном домике с колодцем во дворе, петухом на шесте и окнами в яблоневый сад.
  -- А кому по нраву венецианские дворцы?- поинтересовалась я.
   --А, есть тут такие...
  Сказал он последнюю фразу с такой горечью, будто ценители венецианских дворцов его давно уже достали.
  -- Какой большой и красивый ваш мирок, то есть, голденгрэйн! Просто чудесный! И река, и эта поляна в лесу.
   -- Спасибо. Так приятно когда кто-то может оценить ваш мир по достоинству, не сделав ни одного замечания по его улучшению или модернизации. А ведь многие меня не понимают. Мне по статусу положено пространство больше и гораздо роскошнее.
  -- А мне по статусу положен мой мир, да? Небольшой...
  -- Ваш голденгрэйн - необходимый набор нового жителя или игрока первого уровня Демонета. Ваш мир, дорогая Полина, это то, что вы сами пожелали иметь изначально - я сам проверял - квартира в трехэтажном здании послевоенной постройки плюс несколько улиц и двор, не слишком благоустроенный, на мой взгляд. То есть, вы получили то, к чему обращается ваша память в минуты беспокойства и неудовлетворения. Хотя, признаться, я от вас ожидал большего воображения и фантазии. А ваш голденгрэйн я сам создал за считанные деминуты.
  -- С другими игроками сложнее?
  -- О, гораздо! Мне иногда приходится обращаться к админу за разрешением и выделением ресурсов. Но думаю, что угодил вам, во всяком случае, жалоб от вас не поступало.
  
  Каких еще жалоб? Я была так счастлива возможности поселиться с Женей в этом мире, я обрадовалась бы любой крыше над головой.
  
   -- А граничащие с моим мирком незнакомые улицы...
  --...это - мирки других обитателей. Конечно, мы стараемся следить за архитектурным дизайном города, чтобы дворцы не граничили с юртами. Ваш мирок был помещен в тот район города, где идеально вписывался в ландшафт. Однако довольно расспросов! Все это вы должны были узнать у других игроков или догадаться самостоятельно.
  -- Значит это секрет?
  -- Нет, обычно эту информацию новые игроки Демонета узнают от старожилов. К
   сожалению, вы до сих пор ни с кем не познакомились поближе, а это - довольно необычно.
  -- Да, я обязательно догадалась бы сама, если бы у меня не было проблем. А с сегодняшнего утра я только и думаю о том, как бы мне остаться в Демонете.
  Он развел руками:
  -- Вот тут ничем, к сожалению, не могу помочь. Но пока у вас есть время, почему бы ...нам... вам не оторваться? Чудесный вечер - все веселятся и наслаждаются жизнью, а вы сидите у костра и скучаете - и это в моем голденгрэйне! Может, все-таки немного выпьете? Этот напиток приготовлен по рецепту великой курандеры Гуинды - он высвобождает внутренние силы и снимает напряжение.
  -- А если я откажусь?
  -- Тогда мне будет труднее, но я попробую.
  
  Валентин достал свой электронный блокнот, заглянул туда и хихикнул:
  Здесь вся ваша деятельность за эти дни. Ух, и потешили вы меня вашим танцем живота и остальным...
  -- Подождите, вы что, каждый мой шаг просматриваете? И вам не стыдно?
   Он расхохотался:
   -- Не нужно сердиться. В мои обязанности входит просмотр игры новичков, правда, я делаю это выборочно, но после нашей утренней встречи, не смог отказать себе в удовольствии.
  --Только никому больше не показывайте это, ладно?
  -- Не волнуйтесь, никто кроме меня и админа не имеет доступа к этой информации, но вероятность, что он заинтересуется игрой новичков - ничтожно мала. Все эти данные я сгружу в архив, если вы нас покинете через неделю.
   Но ладно. Вернемся к важному - талантам и удовольствиям.
   --А какая между ними связь?
   -- Прямая. Удовольствия либо определяют талант, либо способствуют его пробуждению, как у самого игрока, так и у окружающих. Итак! Согласно прогнозу, сейчас начнется дождь. Ох, сейчас девки разбегутся! А у вас, Полина, наконец, появится возможность потанцевать.
  И тут же по зеленой крыше беседки застучал дождь и послышались девичьи визги. Я выглянула из беседки - одни девки бежали под навес, а более отчаянные - поскидывали рубашки и голышом бросились в реку.
  -- Вы шутите? С какой стати я начну сейчас танцевать?
  -- А с той стати, что у вас есть шанс стать осуществить несбыточное желание и потанцевать голой под дождем, и кто знает - это может оказаться важнее, чем все, что было до того. И не только для вас!
  -- Возможно. Это заманчиво, но я стесняюсь.
  -- Допустим. А сейчас?
  
  Его пальцы коснулись монитора, и вдруг я услышала музыку... волшебную, знакомую, сладостную. Музыка обволакивала снаружи и касалась меня изнутри. Я вышла из беседки, подставила лицо теплым падающим каплям. А и вправду - шанс. Когда еще придется? Разве я могу такое осуществить в реале? Прилюдно - точно никогда. Забрести в дождь в пустынное место - тоже маловероятно. На девок этих мне наплевать. А Валентин все равно видел меня голой в своем мониторе, модератор чертов! Я станцую. Я докажу самой себе, что мне не нужны для этого ни отвары травяные, ни алкоголь, ни демон по имени Похх. Я могу высвободить радость изнутри сама, без искусственных возбудителей. А радость высвободит меня!
  Девки хохотали под навесом, купающиеся визжали, дождь барабанил все быстрее, ветер шелестел мокрой листвой, костры корежились и с треском затухали - все звуки слились в мелодию, и я уже не слышала музыки - я стала частью ее. Я была одна посреди дождя - теплые потоки окружили меня. Я расстегнула платье, дождь полил еще сильнее... Как-то Женя мне сказал онлайн: "отдайся дождю, пропусти его через себя, помни, что я люблю тебя... и у тебя все получится - это в твоей природе".
  
   Я переступила через упавшее платье, скинула лифчик и трусики и отшвырнула их в траву. Мои босые ноги плясали по мокрой траве, теплый дождь омывал меня всю, с волос ручьями стекала вода, мне было все равно, как я выгляжу, если бы Женя был тут, то я бы думала о том, красиво ли танцую. Я, наверное, расчесала бы волосы и уложила их по плечам. Я бы улыбалась ему и искала бы его одобрения. Но его не было... И все же я думала о нем. Он был дождем, окутывал меня и ласкал, я подставляла ему лицо для поцелуев и закрывала глаза от наслаждения. Тебя нет со мной и все же ты всегда рядом, любовь моя.
  
   ***
  И в тот же момент в реале я входила, нет, скорее, влетала в здание медицинского центра. Я казалась себе чистой и невесомой, я была голой женщиной, танцующей под дождем. На работе - все ладилось и спорилось, меня больше не волновали мелкие проблемы и не задевали колкости Линн - я только смеялась в ответ.
  Я улыбалась себе, наблюдая из реала свой танец - это было так интересно - ощущать себя и там и здесь. Я сделаю все, чтобы остаться в Демонете, даже если придется ради этого пойти на сговор с демонами. Женя не велел с ними связываться, но его ведь нет, значит, я сама за себя.
  
   ***
  Последние гаснущие нотки... Дождь прекратился, а с ним и волшебство момента. Притихшие девки ежились под навесом. Валентин стоял на пороге беседки с лучезарной улыбкой на круглом бородатом лице. Он подал мне кусок холста, я завернулась в него. Мы вошли в беседку, он плеснул мне чистого коньяку в чарку, я выпила, он молча налил еще, я опять выпила, потом еще. Одна из девок принесла мне сухую белую рубаху и расшитый пояс, я оделась и подпоясалась. Затем мы с девками поехали вглубь мира Валентина - на телеге, запряженной лошадьми. Мы громко пели и даже орали песни "Несе Галя воду" и "Я пiду в далекi гори". Девки обращались со мной уважительно, и перешептывались, поглядывая на меня украдкой. Глубокой ночью мы приехали в деревню. Меня завели в одну из хаток.
   -- Вот сюда проходите, в горницу,- сказала одна из девок. - Сейчас я вам постелю.
  Я уснула, едва коснувшись головой подушки.
   А когда проснулась, солнце было высоко и за окном отчаянно щебетали птицы. Я откинула льняные простыни, приподнялась и осмотрелась. Простая грубо сколоченная мебель из светлого дерева, на прикроватной спинке нарисованы два петушка, полосатая рогожка на полу, нехитрая утварь. На стуле висело мое платье и белье - все выстирано и высушено. Я встала и с удовольствием прошлась босиком по деревянному некрашеному полу, распахнула ставни - окно выходило в сад - вдохнула забытый аромат зреющих яблок. Похоже, меня отправили на дачу, перед тем как выгнать из Демонета, чтобы оставить приятные воспоминания. Так, как насчет удобств? Может, тут и туалет на улице?
   Мои опасения не оправдались. Ванная комната, оборудованная под старинную деревянную баню, была удобной и комфортабельной: пол подогревался, а в кабинке для душа струи воды били со всех сторон. На столике я нашла новую зубную щетку, мыло, шампунь, пушистое полотенце и прочие предметы туалета.
   Умытая и аккуратно причесанная, я вышла из ванной, прошла по коридору и попала на кухню. Дизайн кухни так же был выдержан в деревенском стиле, - деревянные столы и лавки, ложки на стенах, расшитые рушники, крынки и кувшинчики, но оснащение - я сразу оценила - было ультрасовременным - встроенные в стену духовки, печки и микроволновка, кухонные комбайны на все случаи жизни, вентиляция и даже огнетушитель.
  
  Я вышла босиком на веранду. На столе, под белой льняной салфеткой обнаружила крынку с парным молоком, свежевыпеченную, еще теплую паляныцю и горшочек меду. Я отломила хрустящую корочку, налила молока в глиняную чашку. Калитка была распахнута, и я видела тенистую улицу, низкий плетень, лавочки, клумбу чернобривцев - мирная картинка. С улицы послышались голоса:
  -- Это еще хто?
  -- Вроде не местная. Опять Валька одиночку-игреалку приволок?
   --Не знаю. А у Хлашки давай спросим, антиресна же...
  -- А сам Валька хде?
  -- Дык на работе... модерит как всехда.
  -- А она тут долго будет?
  - Да не знаю я, гаварю же - у Хлашки спроси.
  -- И шо ему тут девок мало? Вон все как на подбор, а он игреалок сюда таскает.
  -- Да он только тех, хто без партнера остался, возится с ними, помогает им.
   --Дык, нельзя же им помогать! Они сами должны выпутаться - такие правила игры... - разговор отдалился.
  
  Во двор вошла высокая девушка с русой косой с полной корзиной румянобоких яблок. Она улыбнулась мне:
  -- Добрый день. Позавтракали?
  -- Спасибо, очень вкусно. Давайте я вам помогу донести корзинку.
  -- Ой, нет, что вы, отдыхайте! Велено не тревожить вас.
  -- А кто велел?
   -- Валентин.
  -- А он сам- то где? Когда будет?
  -- На работе он, вечером придет.
  -- А вас как зовут?
  -- Глаша.
  -- А я - Полина, очень приятно
  -- Может вам нужно что-нибудь? Вы только скажите.
  -- Ничего мне не нужно, спасибо, разве что кофе. Да вы не беспокойтесь, я сама себе сварю...
   Но девушка уже поставила корзинку на скамейку и побежала в дом. Я последовала за ней. На кухне, за занавеской оказалась сложная машина неизвестной мне конструкции, с множеством кнопок и рычагов. Даша привела ее в действие, и через минуту кофейный аромат заполнил пространство.
  
  Что я здесь сижу? Время теряю. Мне надо думать о том, как выйти из положения, как остаться тут, или изменить условия. С Валентином мы вроде бы подружились, он оказался не таким уж и педантом, но все же ясно сказал, что правил нарушать не станет и от советов воздержится. Ни просить, ни подлизываться я не умею.
  Похоже, если я сама не найду выхода из положения, то окажусь недостойной Демонета.
   Глаша поставила передо мной глиняную чашечку с ароматным напитком.
  -- Спасибо, Глаша, а вы со мной не выпьете кофе?
   Она поколебалась немножко, но потом принесла и себе чашечку.
  
  -- А вы, Глаша, в реале где живете?- спросила я для поддержания светской беседы.
  -- Сразу видно, что вы новый игрок. Здесь не принято об этом спрашивать.
  -- Извините, я не знала.
  --Да ладно. Мне велено вам прислуживать и отвечать на все вопросы. Живу я ... где придется. Хотя и не жизнь это вовсе. Раньше угол снимала у одной тетки-самогонщицы, а ее посадили. К счастью, моя очередь на общежитие подошла. Но я стараюсь реже на себя реальную смотреть - противно мне. Я даже хотела от реала вообще отключиться, но меня Валентин отговорил. Сказал, если здесь чему-то научишься, так оно и в реале пригодится. Но как я ненавижу этот реал, чтоб он провалился!
  -- Но вы же должны где - то существовать?
  -- Именно существовать. Дома, в поселке Рыжково - места нет мне. Отчим- алкоголик, братья меньшие - драчуны и хулиганы, а в Москве я на консервной фабрике работаю. Денег не хватает, и еще надо бабке посылать, она совсем старая у меня - вот сюда бы ее забрать! А парень бросил меня, Вовка ... аборт зимой делала... девки злые в комнате, ссорятся да ругаются все время. А Вовка с Нинкой теперь... Если бы точно знать, что я в Демонете останусь, если в реале умру, то в тот же миг в окно бы выпрыгнула...
  
  Мне даже стыдно стало - мне и жаловаться не на что. Живу в достатке, муж хороший, сын- отличник, работа интересная.
  -- Почему бабку нельзя забрать?
  -- Демокодекс запрещает. Сюда можно только самому попасть. А как ей хорошо было бы тут, в садочке и в этой хатке. Она же меня вырастила, жалко ее, бабушку-то...- Глаша смахнула слезу.
  -- А здесь вам хорошо, значит?
  -- Еще бы! Я скоро учиться пойду, в школу самого Майского.
  -- А кто это?
  --Вы не знаете Майского? Художник он, великий. Я все деньги на Интернет-кафе просаживала в реале, смотрела его картины, на выставки ходила, а потом написала ему и послала свои рисунки. Майский меня сюда и перетащил.
  -- О, Глаша, так вы художница!
  -- Ага,- девушка убежала куда-то и вернулась с большим альбомом, села рядом и открыла его, гордо улыбаясь, - Вот, гляньте.
  На рисунке была изображена женщина танцующая под дождем, с венком из лилий на голове - руки подняты вверх, мокрые волосы - по плечам и груди, глаза сияют, и лица зрителей за завесой дождя.
  -- Это же я... вчера!
  -- Да. Вам нравится?
  -- Да. Очень.
  -- Возьмите себе,- Глаша протянула мне листок.
  -- Глаша, спасибо тебе. Давай на ты, а?
  -- Давай.
  -- Глаша, ты очень талантливая!
  -- Так буду же. А в Демонете все талантливые, здесь других не бывает.
  -- Я думаю, что и в реале все люди талантливы, просто их таланты не раскрываются, потому что нет возможности.
  -- Оно-то так, но... - Глаша подняла палец вверх, копируя жест Валентина. --Здесь все особо талантливые.
  -- И я тоже, да?
  -- И ты.
  -- А какой же у меня талант?
  -- Да какой-то обязательно есть, причем, особый, редкий, а может даже волшебный. Майский сказал, что из меня может получиться художница-предсказательница.
   -- Это как?
   -- Это когда по картинам видно, что с моделью или местностью дальше произойдет. Он будет во мне это мастерство оттачивать. Для этого требуется войти в особое состояние, чтобы связь между мной и моделью возникла.
   -- Хм... А по этой картине видно?
   -- Не знаю пока. Оно не сразу проявляется как-то, и не все видят, а только те, кто понимает. Ну, ты отдыхай, а я хозяйством займусь. Валентин придет - обедать будем.
   -- Глаша, может тебе помочь чем-нибудь?
   -- Валентин велел, чтобы ты отдыхала.
   -- Да от чего отдыхать? Я и устать еще не успела.
  -- Ну... он сказал, чтобы ты делала то, что тебе самой хочется.
  -- Мне бы хотелось тебе помочь.
  -- Если из вежливости, то нельзя. Правда, нельзя, - я не шучу. Тебе что сейчас хочется делать? Спроси себя. По- честному только.
  -- Честно? Я бы хотела погулять, посмотреть окрестности.
   -- Ну вот и иди. Тут места красивые. И возвращайся к обеду.
  
  Иду вдоль тихих улочек мимо домиков с красными крышами, в садах утопающих, колодцев, лавочек резных, заборов плетеных. Телега мимо проехала, гуси дорогу перешли...
  
  Я дошла до пруда с лилиями - белыми прекрасными холодными лилиями. Две цапли глядят на меня насторожено. Да, места живописные, жаль, что я не художник. В чем же мой талант? Да еще и особый, волшебный? К рукоделию - точно нет - я даже пуговицы пришиваю криво. Пою только, когда никто не слышит. Танцевать что ли? Ага, особенно в голом виде. Да ну... танцам с детства учиться надо, я просто оторваться могу, если момент подходящий. А может у меня талант отрываться? Нас с Женей занесло сюда во время виртуального секса - может у меня к сексу талант? А Женя- ювелир. Может, он какой-то супер-ювелир? Жаль, что я так и не видела его работ. Ахх говорил, что во мне пропадает талант соблазнительницы... Этого только не хватало! Мне такая карьера все равно не подойдет. Что еще может быть? В колледже я отличницей была, биохимию лучше всех знала, ну и что? И диетолог я хороший, но разве это талант? А что я еще умею? В школе я в драмкружке участвовала, руководитель меня хвалил. Ну да, я - способная, конечно, но особый талант у меня какой? Самый редкий? Самый волшебный? Ума не приложу. А пока я тут прохлаждаюсь, лилиями любуюсь, время-то бежит, и через несколько дней меня отсюда выгонят. Им партнеры интересны, а одиночки нет. А что если мы только в паре с Женей общий талант можем реализовать, а в одиночку - никак? У нас с ним много общего, но это все - вкусы и интересы, а талант какой? А вдруг у нас секс какой-то экстраординарный? Но, похоже, я так никогда и не узнаю об этом. Пойду обратно другой дорогой. О, да тут торговая улица - магазинов много. Может зайти, купить что-нибудь к обеду? Вино и конфеты всегда уместны.
  
  Еще до того как я вошла в магазин, меня затопила волна любви, захлестнула просто. Ощущение было новым и неожиданным - будто кто-то только что признался мне в любви, и я очень счастлива, но я приняла это за пьянящее действие деревенского воздуха. Я постояла на ступеньках магазина, прислушиваясь к странному ощущению, потом вошла. Это был обычный продуктовый магазин - хлебный отдел, молочный, бакалея... Нет, любовь исходила не отсюда. Я вышла и направилась вглубь улицы на чувство любви - как зверь учуявший добычу. Я называла это 'любовью', потому что не знала еще этому названия, и термин мне не был известен, но тогда это воспринималось именно как любовь.
  В конце улицы я увидела маленькое кафе - три столика и прилавок с самоваром и лотком свежевыпеченных пирожных: ореховые, бисквитные с абрикосовым вареньем, песочные с шоколадной глазурью, трубочки с кофейным кремом, слоеные с яблоками и еще всякие... Чувство любви усилилось и смешалось с густым ароматом ванили и корицы.
  -- Какие пирожные! Положите мне в коробку каждого вида по два, пожалуйста, - сказала я продавщице. - И одно я здесь, пожалуй, съем, вот это, круглое, похожее на "пенек с грибочками".
  -- Да, это Ромкино фирменное, "пенек" называется.
  -- А кто это, Ромка?
  -- Это новый помощник кондитера. Его из пекарни выгнать невозможно - работает даже в выходные дни. Его пирожные раскупаются быстрее, чем те, что машина печет. А машина-то особая пекарская, по рецептам лучших кондитеров пирожные изготавливает.
  Продавщица подала мне поднос с пирожным на тарелочке и чашкой чаю. В тот самый момент, когда я откусила первый маленький кусочек, чувство любви и счастья затопило меня до такой степени, что я была готова петь и кричать от восторга. Я отпила чаю, еще кусочек пирожного - о боже, неудобно же петь и кричать прямо здесь. Если бы можно было прямо сейчас оказаться на лугу, бежать по нему босиком и петь во весь голос о том, как здорово жить в мире где столько любви и как интересно, что произойдет дальше.
  -- Вам плохо? - тревожно спросила продавщица.
  --Мне хорошо, заверила я ее, утирая рукавом слезы счастья. - Просто очень вкусно. - Ромка, поди сюда! - крикнула продавщица. -- Глянь, как посетительница от твоих пирожных млеет.
   За прилавком возник юноша, почти мальчик, невысокий, худенький - совсем не похожий на кондитера. Слово "кондитер" ассоциировалось у меня с крупным, солидным усатым мужчиной в поварском колпаке. А мальчик был в синем рабочем халате и обсыпанном мукой переднике, он вытирал руки бумажным полотенцем.
  Я подошла к нему и, повинуясь порыву, поцеловала его в щеку.
  -- Рома, - сказала я торжественно, положив руку на сердце. - Рома, вы - волшебник! Эти пирожные ... у меня нет слов.
  -- Ну что вы, - засмущался тот. - Я, всего лишь, - ученик на практике. Но рецепт пирожного "пенек" сам придумал. Вот приходите через неделю, будут еще и другие - мне кондитер разрешил свои рецепты опробовать.
  Через неделю! Я чуть не заплакала. Еще обиднее покидать Демонет - мир, где возможна такая вкуснотища!
  
  Я бежала по дороге к дому Валентина, а из перевязанной шпагатом коробки пирожных, излучалась любовь. Любовь проникла в меня посредством пирожного - и все печали отошли прочь. Я - Полина Аксен, красивая и талантливая женщина! Как мне повезло! Мне довелось попасть в другой мир и вновь влюбиться. Так что все прекрасно! А если это счастливый период кончится, то непременно начнется другой, еще интереснее. И к тому же - я танцевала голая под дождем!
  
  Я несла коробку, предвкушая реакцию Глаши и Валентина когда они почувствуют это счастье. Вошла, поставила коробку на стол. Глаша хлопотала на кухне. Коробка продолжала излучать любовь, но Глаша этого не замечала.
  
  -- Глаша, а свой мир у тебя есть или ты живешь в мире Валентина? - спросила я.
  -- Есть, тут недалеко, но он вписался в ландшафт голденгрэйна Валентина и слился с ним. Так случается иногда - это удобно и экономично - админ обычно приветствует такие соединения. Тем более что я собираюсь жить при художественной школе Майского, а после школы начнется совсем другая жизнь, может на другом уровне. Только мне еще демонов нужно победить - без этого в школу не примут - админ не разрешит.
  Я говорила с ней, а чувство любви все усиливалось - будто пыталось сообщить мне нечто важное.
  -- Так ты оставишь Валентина?
  -- А чего бы и не оставить? А, ты подумала, что мы вместе да?
  -- А разве нет? Извини.
  -- Я ему по хозяйству помогаю, мне это удобно - я свои демонеты экономлю, они мне пригодятся, когда я учиться буду - для школы покупать все придется - кисти, краски, а это недешево. А тут другая девушка поселится, из тех, кто был вчера в лесу на празднике.
  -- А что это за праздник был, кстати?
  -- А он сам праздник назначает, когда захочет. А девушки эти - уродки.
   -- По- моему они очень даже симпатичные.
  -- Уроженки Демонета - сокращенно. Им в другой мир несподручно ходить, уж не знаю почему, так они любят поиграть в хорошем голденгрэйне, созданном по образцу реала. Они до утра веселились. Жалко ты проспала все. Он не велел тебя будить. Он парень хороший, ласковый. Освободил меня от всех забот, чтобы я могла рисовать, так я из благодарности помогаю по хозяйству. Тут спокойно так, и демоны меня реже донимают.
   А действие пирожных все продолжалось - я внезапно ощутила острую тоску по Жене, и сразу же испугалась, что если он вернется, а ключ не подойдет к двери, то он подумает, что я тут больше не живу. Ах, глупая я какая, как я могла! Что же я тут сижу, лясы точу, мне домой надо! Я вскочила с места.
  -- Глаша, не обижайся, но мне надо срочно уйти. Если мой партнер вернется, то дверь открыть не сможет - я замок сменила. Нет, я не голодна, я пирожным перекусила. Спасибо тебе за рисунок! Глаша, я была бы рада с тобой еще повидаться. А сейчас покажи мне дорогу до лодочной станции, и я побегу...
  -- Конечно, Поля, - кивнула Глаша. - Ты должна делать только то, что хочется. Иди.
  
   ***
  Я вбежала в комнату, запыхавшись, и остановилась в изумлении. Женя сидел на кровати и стаскивал с себя рубашку, будто собирался спать. Как мне ни хотелось броситься ему на шею и пожаловаться на местные правила - я сдержалась. Если он не любит меня больше, то я не приму не милости, ни жалости. Я либо покину этот мир, либо останусь здесь сама, своими силами, но просить его не стану. Я о многом хотела рассказать ему - и обо всем происшедшем, и о моей догадке, что он - мой эмоциональный усилитель, но вместо этого молча уставилась на него.
  -- Соскучилась?- спросил Женя как ни в чем ни бывало. - Иди ко мне. Ой, как я тебя хочу.
  -- Как я хотела, чтобы ты это сказал.
  -- Что сказал?
  -- Что ты меня хочешь.
  -- Как я тебя хочу!
  -- Женя! Женчик мой! Ты появился когда я уже потеряла надежду, и почти смирилась с этим. Я так рассердилась на тебя, что даже замок в двери поменяла. А как ты вошел?
   --Что значит, потеряла надежду? Ты - моя женщина, Полинка. Мы с тобой подходим друг другу как части головоломки, поэтому менять замки бесполезно. И никто не сможет нам помешать на этом уровне, потому что мы соединены на верхнем.
  -- Красиво говорит! Ох, как красиво! И как раз то, что ты хочешь слышать! - шепнул голос Ахха мне на ухо, но я отмахнулась от него.
  
   ***
   Кофейный аромат, доносившейся с кухни, был необычным - похоже, Женя домешал туда каких-то пряностей. Я сладко потянулась на кровати. Мммм, до чего хорошо! После сумасшедшего секса, я лежу на новой мягкой кровати, завернувшись в новое пушистое покрывало, а мой любовник варит кофе. Мне! Для меня! Прав был модератор - я и вправду умею получать максимум кайфа от каждого момента. Закрыв глаза, я прислушивалась к его движениям на кухне. Что- то звякнуло, стукнуло...и Женя две маленькие чашечки кофе принес на подносе. Аромат - божественный, пена высокая, а вкуса не чувствую - вот странно! Да еще волна подкатывает к горлу, тревожная. Нельзя мне этот кофе пить, нельзя. Что со мной? Вчера я варила себе кофе из этого же пакета, в той же кофеварке - и все было в порядке.
  
  Но Женя смотрел на меня, улыбаясь, и я пила через силу, маленькими глоточками. А потом взял у меня пустую чашку из рук и снял с меня покрывало, а я сладко потянулась перед ним, изгибаясь как кошка.
   -- Как я хочу, чтобы ты был со мной! Чтобы ты любил меня!
   -- Ты хочешь подчинить меня своим капризам. Впрочем, я стану перед тобой на колени, если ты обопрешься на локти.
  Почему я его слушаю? Почему позволяю ему делать все, что он хочет? И губы кусаю, и стоны мои наверно слышны в той конторе похожей на ЖЭК. Я ведь не верю ему больше... А что если закатить ему истерику? Обычную женскую истерику, со слезами и топаньем ног, и посмотреть что получится? Я хочу, чтобы он сказал: "Полинка, я сделаю все, чтобы мы были вместе. Да, у меня проблемы, но никого в мире нет важнее тебя, ни в одном из миров". А он не говорит так. И не обещает остаться. И ничего не рассказывает. Сказал только: "Рассказывать - значит жаловаться на проблемы, а я не хочу жаловаться. Просто полежи со мной вот так... голову на плечо мне положи. Поверь, будет лучше, если ты будешь делать все, что я скажу''.
  -- А что ты скажешь?
  -- Держись подальше от демонов.
  
  Эх, а я думала, он о любви говорить будет.
  
  -- Полинка, они все врут, понимаешь? Они по сути своей - наглые лжецы и очковтиратели. Они - как тина болотная, на дно затянут. Ты у них чаю попросишь, а они тебе чифирь предложат, и простого чая тебе уже недостаточно будет, и ты опять их искать кинешься, за подпиткой. И заведут они тебя в беспутье, бездорожье, а потом будут играть тобой! Все корявое у них, испорченное!
  -- Ну ладно, я поняла.
  -- Ну, так - то лучше.
  -- А ты любишь меня, Женя?
  -- А то! Из-за этого и сердиться на тебя не могу.
  -- За что сердиться-то?
  -- Ты обидела меня несогласием уйти со мной. Кстати, ты не передумала? Полинка, сожрут тебя демоны эти, если меня рядом не будет. А я бы многому тебя мог научить - ты, ведь, любишь учиться, я знаю.
  -- Чему, например?
  -- Например, читать эмоции в старых вещах, ставить казадорские печати на двери, ограждать слабых людей от зла, ловушки для демонов расставлять. Помнишь, как я тебя от Похх спас? Да всего не перечислишь! У тебя прекрасные данные, но требуют шлифовки и огранки. Я сам тебя всему научу. У нас будет общее дело - разве это не здорово? С тобой и Оксаной - мы горы перевернем!
  
  Эх! А я чуть было не согласилась - так вдохновенно он говорил!
  
   Когда я вернулась из душа, то увидела, что Женя внимательно рассматривал подаренный Глашей рисунок - я голая, в венке из лилий и ожерелье из кувшинок.
  -- Это ты, что ли?- спросил, кивая на рисунок.
  -- Я.
  -- А ты тут времени не теряешь, как я погляжу.
  Он вытащил из кармана лупу, поднес рисунок к свету и стал изучать, внимательно, что-то насвистывая себе под нос. Потом отошел от стола:
  - Ну ладно, мне пора. Дела. Да, Полинка, кстати, тебя пока не было, я, кран на кухне отремонтировал, чтоб вода не капала, форточку смазал, чтоб не скрипела и защиту от демонов установил, чтобы они дальше порога не прошли. Но учти, на улице - ты беззащитна. Не слушай, не говори с ними, а при встрече - уши заткни и быстро убегай. Да, еще одеяла теплые купить надо - скоро осень, а как тут топят неизвестно. Ну все, приду когда смогу.
  Чмокнул меня в щеку и ушел. Даже не полюбопытствовал - кто меня рисовал, где, при каких обстоятельствах. И вообще, мог бы поинтересоваться, что я тут одна делала все это время. Неужели ему это безразлично? А может, он считал эмоции с рисунка и сам все узнал? Нет, не любит он меня. Не любит! Кстати, если меня отсюда выгонят, то и он остаться здесь не сможет. Так ему и надо.
  
   ***
  
  В реале мне обычно снились реальные сны, а в Демонете - демонетные: дома, улицы, кафе, и люди никогда не пересекались во сне с реальными. Демоны не снились никогда. А в последнее время мне снился только Женя.
  Он, кнечно, специалист по демонам, но я не могла согласиться с тем, что их нужно всех отлавливать и уничтожать. Я полагала, и не без основания, что демоны могут принести конкретную пользу, если их правильно дозировать. Изгнала же демон Похх из Вики демона Расхх. Хотя, теперь возможно потребуется изгнание Похх - клин клином вышибать. Если демон Расхх выползала из кабинета Хьюза громко бранясь и еле волоча ноги, то через несколько минут оттуда выходил бодрый пациент и удалялся вприпрыжку, весело насвистывая. И Вика за это время из вялого сонного тюленя превратилась в поджарую гончую с трепещущими ноздрями и горящим взором.
  А может, черт с ним, с этим Демонетом? В реале тоже много интересного: вот на конференцию в Бостон приглашение пришло - в Массачусетсе роскошная осень. Друзья из Канады в гости зовут - Квебек- фантастической красоты город. А зимой можно поехать в горы - да мало ли! Вот новая пациентка по имени Добрюша записалась на прием, интересно как она выглядит? Придется смириться с потерей Демонета - я недостаточно изобретательна и настойчива. И просить не умею - если мне отказывают, то я сразу разворачиваюсь и ухожу. Да, демон Горр, мой фаворит, от тебя никакой пользы. Кстати, я всегда щажу гордость других - предлагаю помощь прежде, чем меня о ней попросят. Но смешно ожидать от других того же.
  
   ***
  
   В Демонете, как назло, третий день дождь лил стеной. Я безуспешно рылась в ящиках в поисках зонтика, но даже если бы я его нашла, то в такую погоду, шанс встретить на улице того, с кем можно было бы посоветоваться, был ничтожен. На третий день к вечеру дождь прошел, и я, закутавшись в плащ, сначала отправилась в скверик искать Милену, и, не найдя ее, долго бесцельно бродила по городу под холодным осенним ветром. Потом перешла по мосту на Ту Сторону, прогулялась по Центральной Площади - певицы Линды, из-за которой у Жени возникли неприятности, тоже не было.
   Из-за пасмурной погоды людей на площади было немного. На том самом месте, где Линда в окружении толпы пела свои баллады, сейчас сидел нищий и поглядывал на меня из-под драной соломенной шляпы с явным интересом. Вот это да - попасть в другой мир, чтобы стать там нищим! Хотя может он шпион-наблюдатель, уж больно острый у него взгляд.
   В библиотеку меня не пустили. Серьезный мужчина в темном костюме сообщил мне, что за пропуском в библиотеку нужно обратиться к админу, он определит готова ли я воспринимать информацию, содержащуюся в книгах.
   Представления в театре сегодня тоже не было. Даже на дверях часового магазина у подножия башни висела табличка "Закрыто". Мимо меня спешили редкие, съежившиеся от холода прохожие. Темнело. Мир, прежде казавшийся солнечным и гостеприимным, постепенно превращался в серый и пасмурный, будто выталкивал меня, выбрасывал из себя.
   Я вернулась на площадь и бросила нищему несколько демонет. Он поблагодарил, галантно приподняв поля шляпы. Местные деньги мне все равно без надобности - может, хоть ему пригодятся. Кстати, хорошо бы отдать кому-то оставшиеся демонеты, перед тем, как покинуть этот мир, но кому? Задумавшись, я свернула в незнакомый переулок и вскоре уперлась в высоченные, железные ворота. Замка на них не было, я толкнула их и они открылись со ржавым скрипом. Я прошла осторожно через заросли хвойных деревьев по дорожке, вымощенной красными кирпичиками - передо мной в свете тусклых фонарей открылось старое кладбище. Час от часу не легче! Мраморные могильные плиты с выбитыми именами, утопающие в цветах ограды, дорожки, скамеечки... и гробовая тишина... Надо мной пролетела летучая мышь. Значит в Демонете можно состариться, умереть и лежать в могиле. А я-то думала, что отсюда можно переходить на другие уровни и возвращаться, а здесь все как в реале: одни могилы ухожены - на них свежие цветы, а других - только буйно разросшийся чертополох.
  Нет, не все как в реале: ни на одной из плит не было дат - годов рождения и смерти. Только имена. А есть ли в Демонете летоисчисление? Какой год нынче? Может здесь и с датами обращаются так же вольно как со временем суток?
  
   Я вернулась на Центральную площадь - там уже горели яркие фонари и играла музыка. Из кабачка вывалилась подвыпившая компания. Я проголодалась и замерзла, а из дверей кабачка веяло теплом, весельем и жареным мясом, но я не решилась войти - женщина, одна, поздно вечером в кабачке - вряд ли обойдется без приключений. Вздохнула и побрела домой. "Ну и дура"- тихонько прошептал Ахх мне на ухо, и повторил громче - "Ну и дура! Не войти туда, куда захотелось - это нарушение демокодекса". Ну и пусть. Я устала.
  Женя опять приходил и не застал меня дома! Как жаль, что мы разминулись! На кухонном столе меня ждал накрытый льняным полотенцем, еще теплый лимонный пирог. Глашин рисунок теперь висел в красивой резной рамочке под стеклом на стене. Он приходил сюда, ждал меня, мой любимый! Пирог для меня пек, рамочку для рисунка смастерил - думал обо мне, значит. Я легла, накрылась одеялом с головой и тихонько заплакала, как когда-то в детстве, чтобы никто не слышал. Но здесь никого нет, меня никто не услышит и не пожалеет - и я заревела в полный голос. Завтра - мой последний день в Демонете, что означает разлуку с ним навсегда. А интересно как произойдет это отключение? Наверно, я просто перестану в какой- то момент ощущать себя здесь, останутся только воспоминания, о которых и рассказать будет некому, потому что все равно никто не поверит, разве что Хьюз. А есть ли способ взять с собой что-нибудь на память. А чтобы мне хотелось взять? Что мне по-настоящему дорого? Рисунок Глашин, пожалуй, - удивительное напоминание о волшебном моменте, и рамочка сделана Жениными руками... как жаль это оставлять. Еще кофеварку взяла бы, в которой Женя мне кофе варил. Ну а что еще?
  
   Я огляделась по сторонам. На этажерке обнаружила неизвестный предмет в черном кожаном футляре. При рассмотрении, предмет оказался карманным компьютером. Неужели Женя забыл его здесь? Я открыла его, экран замерцал синим цветом, и появилась надпись "введите пароль"- ну вот, какой еще пароль? А если бы я его знала, то неужели ввела бы? Это же чужая вещь. Я закрыла футляр, признавшись себе что да, пожалуй, ввела. А интересно, есть ли такой демон любопытства?
  
   К полудню от Жениного пирога остались только крошки, пакет кофе тоже опустел. Продукты покупать не нужно - я сюда больше не вернусь. Я решила пройтись по улицам в последний раз, мысленно попрощаться со своим голденгрэйном. Полезла в ящик, где лежали демонеты, и с удивлением обнаружила, что их стало гораздо больше. Неужели Женя заработал деньги и оставил их мне? Я рассовала по карманам все демонеты с твердым намерением отдать их кому-нибудь, и вышла во двор. Оглядела то, 'к чему обращается мое сознание когда ищет уюта и успокоения". Я выросла в таком же городском дворе: с этого балкона радостно лаял когда-то мой сеттер, а тот балкон в цветах принадлежал тете Вере - она всем жаловалась на бросившего ее мужа-полковника - а ее болонка Пуша всегда нахально облаивала моего благородного сеттера. Во флигеле жили Барабаши - тетя Ира и дядя Миша, он ей изменял, и соседи регулярно докладывали ей - с кем его видели и когда. А те окна принадлежали грозному дядьке по фамилии Король. А там, на третьем этаже - окна Маринки, подружки моей. Меня рано укладывали спать, а Маринке разрешали сидеть на балконе по вечерам, и она пела на весь двор. Летом я засыпала под Маринкино пение. И сейчас, засыпая, я иногда вспоминаю Маринку и ее тоненький голосок.
   Почти точная копия моего двора - только нет столярно-художественной мастерской в подвале - ведущие вниз ступеньки упираются в гладкую стену со светящейся зеленой буквой "D". Держу пари, что это отличие должно что-то обозначать, но я этого уже узнаю. Эх, как же глупо я свое время использовала - металась без толку, по Жене тосковала - и когда-нибудь я пожалею об этом. Уже жалею.
  Я погладила теплую от последних лучей летнего солнца стенку, и вдруг отскочила в сторону - кирпичи беззвучно разъехались, образуя неглубокую нишу. Внутри ниши мерцало множество мониторов соединенных разноцветными проводами. Я огляделась по сторонам: вокруг никого не было, тогда я ступила в нишу одной ногой - чтобы дверь случайно не закрылась - и принялась рассматривать изображения на мониторах. На одном из них я узнала Центральную площадь с гостиницей "Золотые Ворота" и часовой башней, а на другой увидела залитую солнцем оливковую рощу, на третьем - это был без сомнения дом Валентина - крынка молока на кухонном столе, окно выходящее в сад. Были и другие изображения неизвестных мне улиц и помещений.
  Я осторожно вышла из ниши, дверь бесшумно закрылась. А я верно догадалась, что это отличие здесь неспроста. Ах, как жалко отсюда уходить!
  Пройдусь по улице последний раз: ларек с безделушками, кафе-мороженое, кинотеатр, хлебный магазин - а дальше мой мирок заканчивается. Там дальше - парк с фонтаном - часть мирка Милены, а за рекой - мир Валентина: река, ладьи, хатки, озеро с лилиями - роскошный голденгрэйн! А сколько еще мирков я не увижу, и в храм на верхнем другом уровне не попаду! Похожие чувства я испытывала перед реальным отъездом в Америку, но возможность навестить покинутый мир у меня никто не отнимал. Ну, все, вернусь домой, полежу еще на нашей с Женей кровати, подушка еще хранит его запах... и... приготовлюсь к моменту отключения от Демонета. Но кому же отдать деньги? Если бы нищий какой-нибудь встретился...
  И тут я опять увидела Похх. Она сидела на скамейке, болтала ногами и облизывала мороженое на палочке. Похоже, все демоны обожают мороженое - вот уж и правда - демоническое лакомство!
  -- Дура ты, - сказала она без всякого вступления.
   - Ну так не разговаривай с дурой! - я отрезала, испугавшись своей неисправимости - я опять среагировала на демона.
  Похх не обиделась, а даже обрадовалась,- ведь у нее сразу же появился повод продолжить разговор:
  -- А знаешь почему?
  -- Ну, скажи.
  -- Да с твоими данными любая женщина добилась бы всего и даже больше. А ты плачешь, мечешься и упиваешься жалостью к себе. Я бы к тебе давно заглянула и что делать сказала, но Женя твой круги магические очертил возле дома, печати казадорские с заклятьем на дверь наложил, и возле кровати - еще парочку, чтобы ты его во снах видела. Демокодекс нарушает бесстыдно. Что? Правда, ведь? Снится, верно? На привязи тебя держит, а нас отгоняет. И знаешь почему? Боится, что мы о нем всю правду расскажем.
  -- Ты все врешь.
  -- Вру? Не веришь, что он сны твои оркестрирует? А во сне иногда решения приходят важные, верные, а он мешает, свои навязывает. И если я скажу тебе, что он в твое отсутствие приходит и свежие печати ставит, ты, пожалуй, тоже не поверишь! И лапшу тебе вешает, что вы соединены на верхних уровнях и никакие замки вам помешать не могут, а сам двери открывает при помощи укка.
  -- Что такое укк?
  -- Универсальный казадорский ключ. Ну что, будешь слушать?
  -- Нет, не буду, - сказала я, но уже менее уверенно.
  -- Компьютер свой карманный он забыл у тебя, видела?
  -- Видела, ну и что?
  -- А ты загляни туда, пока он за ним не вернулся. Много чего о нем узнаешь.
  -- Не могу. Там пароль.
  -- А ты вычисли пароль, ты же магистр наук.
   Я постояла немного в нерешительности.
  Похх продолжала:
   -- Я бы тебе помогла вычислять, но я не могу туда пройти из-за ловца твоего. Может ты его сюда вынесешь, а?
  Я повернулась и побежала по направлению к дому.
   -- Я тебя тут подожду!- закричала Похх вслед. - Я никуда не денусь, на меня-то уж точно можешь рассчитывать! А если он вдруг вернется, так ты на меня все вали, мол, демон попутал. Нам не привыкать.
  
  Я открыла дверь и сразу кинулась к карманному компьютеру. Открыла, экран опять потребовал пароль, я набрала его инициалы - нет, дату его рождения - не подходит, потом инициалы и дату вместе - нет, не угадала. Тогда я ввела имя его любимого музыканта - нет. Я уже почти отчаялась, потом заулыбалась своим мыслям и ввела "Полина"- и - не получилось! Черт! Я проделала еще несколько попыток и потом совсем уже грустно набрала имя той женщины "Оксана"- и все! Сработало!
  Возникли папки с файлами. В первой - какие-то термины, слова непонятные, и буквы похожие на забавные живые фигурки.
  Открыла вторую - совесть совсем не мучила - руки дрожали от волнения и любопытства. Черт, и тут ничего не понятно, похоже, все зашифровано. И зачем я этим занялась? Если он об этом узнает, то ужасно рассердится. И пусть сердится! Сам-то он делает все, что вздумается - не боясь обидеть меня или огорчить. И вообще, это меня демон попутал! В следующей папке был текст древней легенды о том, что в старину каменный купол добра защищал мир и охранял его, но зло вторглось на землю, раскололо купол, и он рассыпался на мириады драгоценных камней. Тут же были фотографии камней, правила огранки и шлифовки, эскизы колец, браслетов и медальонов - таких затейливых и необычных, что я залюбовалась. Если это его дизайны, то он и вправду талантливый, а ведь не похвастался ни разу. Дальше шли магические символы и правила их нанесения на разные типы поверхностей. Ну чего я полезла, спрашивается? Личные дела, профессиональные... В предпоследней папке были фотографии - ага, это, должно быть, и есть Оксана - круглолицая, кареглазая. А тут они вдвоем, в парке, на качелях - улыбаются друг другу. Ничего интересного.
  В последней папке - краткие датированные записи.
  Против вчерашней даты значилось - ''Встреча с Д. Залесски. Принести копию договора". "Потребовать выдачу демонет - прожиточный минимум до решения дела".
  Против сегодняшней даты - "Полина - последний день в Демонете" и рядом еще -
   " Купить теплое одеяло".
  Завтрашняя дата - прочерк и три вопросительных знака.
  К горлу подкатил ком, и слезы градом покатились по щекам. Он знал! Он все знал! А может он специально все это подстроил, чтобы от меня избавиться! Я уйду, а он останется, одеяло купит, и будет им зимой укрываться! Но зачем ему мой мир? А может, ему свой не положен, и он решил мой мир забрать себе! Он держит меня на привязи как собачку, подкармливая красивыми словами и пустыми обещаниями, а сам занимается своими казадорскими делами. И еще печатей тут против демонов наставил! Тоже мне - добрый волшебник-защитник! Все! Уйду отсюда сегодня же! В реале блог уничтожу, е-мэйл ликвидирую - не хочу о нем ничего знать! Все вокруг дышало предательством и ложью - я выбежала из дома.
  Похх сидела на том же месте.
  -- Ну что? - спросила Похх. - Убедилась?
  Я опустилась на скамейку и расплакалась. Прохожие оборачивались на эту сцену - женщина, рыдающая в компании демона. Некоторые останавливались и один человек - из-за слез я не разглядела его лица - подал мне бумажный пакет, я разорвала его машинально - там была стопка носовых платков.
  
   -- Я тебе помогу, - говорила Похх. - Не бойся, я не буду в тебя вселяться. Просто будем дружить.
  -- Да не нужна ты мне! Убирайся! Мне вообще никто не нужен!
  -- Конечно, не нужна, - вторила мне Похх. --- Ты и без меня не пропадешь - да погляди на себя в зеркало-то! Только дурак не оценит, а зачем тебе дурак? Да хватит реветь. У тебя есть отличный шанс тут остаться, и тогда ты сможешь ему отомстить.
  -- Не верю, ты все врешь.
  -- Я вру? Да разве я тебе про карманный компьютер соврала? А про то, что ты - красавица - тоже вру? Я дело говорю! Ну что, будешь слушать?
  Я молчала, и она продолжила:
   -- Найди Валентина и потребуй встречи с админом. Причем немедленной - у тебя всего несколько часов в запасе.
  -- Не хочу! Пошла вон! Сейчас как плюну!
  
  Прохожие участливо переглядывались, а двое мужчин подошли к скамейке, прислушиваясь к разговору.
  
   -- Тихо- тихо, детка. Иди сюда, - услышала я скрипучий голос Ахха. Он выглядывал из парадной двери дома напротив.
  Я вошла, дверь медленно затворилась за мной, и я оказались в пустом полутемном баре.
  -- Здесь можно реветь, - сказал Ахх. -Только учти - мне тебя не жаль. Мне вообще никого не жаль.
  
  Ахх усадил меня на высокий стул у барной стойки, а сам принялся шарить по полкам, рассматривая бутылки. - Я тебя с улицы увел, чтобы тебе никто не рыдать не мешал. А то местное начальство подумает, что я тебя как приманку здесь использую - рыцарей с толку сбивать. Того и гляди - они сейчас кинутся утешать рыдающую красавицу. А у каждого - своя игра, между прочим. А главное, они тебе помешают страдать и плакать, а я не налюбовался еще делом рук казадора, профессионального борца со злом. Поэтому плачь громче, ну не отворачивайся, прошу тебя, и лицо не закрывай руками, руки на колени положи, вот так... ну - загляденье просто!
  
  Похх тут же запела с его подачи:
  
  -- А как грудь красиво сотрясается от рыданий! И веки припухли! А румянец сердитый тебя как красит! А если расстегнешь блузку, еще красивее будет! Вот, глянь в зеркало! Она отдернула пыльную занавеску - там оказалось зеркало, и я увидела себя - растрепанную и зареванную. Но все, что говорил этот старый плут и его приспешница, было правдой - я выглядела очень заманчиво.
  
  -- Ах, детка, жаль, что тут мороженого нет. Вот вишневое вино, будешь? С пьяными ягодками на дне, а? И учти, тебе придется за вино заплатить, чтобы никто не сказал, что я тебя спаиваю. Админ столько запретов наложил. Он хоть и мой воспитанник, а строг непомерно!
  
  Бокал вина - и вдруг - струна печали будто лопнула, и в груди разлилось спокойствие.
  
  -- Сладко, правда? Еще глоточек, детка? - кивнул Ахх. - Вино это непростое, - он смотрел на этикетку. - По особому заказу сделано. Под руководством самой Гуинды изготовлено. Ну вот, успокоилась, - он пригляделся ко мне внимательно:
  -- У тебя есть с собой демонеты или записать вино на твой счет?
  -- Я вытащила кошелек с демонетами, он вынул несколько демонет и бросил в кассу. - А что это ты, детка, с такой суммой по городу расхаживаешь? Али купить чего надумала?- спросил он с едва заметным беспокойством.
  --Н-нет, я хотела их отдать кому-нибудь. Ведь сегодня мой последний день.
   Ахх вздохнул с облегчением:
  --А я уж было подумал, что казадор тебе поручил закупку драгоценных камней для своих амулетов. Ему-то их больше не продадут - я об этом позаботился. Значит, последний день? А почему ко мне не обратилась? Из гордости? Я одолжений не делаю, плату бы за помощь потребовал, и немалую.
  -- Я тебя прогнала тогда, думала, ты обиделся на меня.
  -- Обиделся? - дребезжащий смешок. - Я? Мне это чувство неведомо. Так помочь?
  Я протянула ему все демонеты, что у меня были:
  -- Помоги.
  -- О, вот это разговор. Но отнюдь не деньги я попросил бы в оплату за услуги. Кстати, отдать их кому-нибудь - это было умное решение. Деньги плохо действуют на людей, а вот на дарителей - прекрасно. А просто просадить их, не приходило в голову?
  -- Но как? Казино - не интересно. Если выиграю, то их опять некуда девать, а проигрывать - неприятно. Пропить тоже не сумею. Купить что-нибудь? Бесполезно.
  -- Есть услуги, которые стоят очень дорого... Однако, хватит болтать. Времени и правда в обрез. Смотри на меня, - он приподнял мой подбородок, приблизил свое лицо к моему, и глаза его хитро блеснули. - Дыхание твое вишневое, пьяное, сладкое... Сама справишься. Делай и говори только то, что хочется, что само получается, не думая о последствиях, - последние слова он произнес свистящим шепотом: - Все. Иди. .
  -- Куда?
  -- Фуэрзу свою активировать. Да и мальчика пора к рукам прибрать. Потом сам спасибо скажет. Платы не возьму, потому что мы все от этого выиграем. Я время задержу на сегодня, для тебя специально. Ну вот, слезы высохли, всхлипы закончились. Благодарю тебя, детка, за доставленное удовольствие. А сейчас иди, детка, и прощаться рано - тут много вкусного, а лакомиться ты умеешь.
  И в ту же секунду я оказалась на улице, на той же скамейке. Рядом сидела Похх.
  
   ***
  -- Если я тебя сейчас не уговорю, - жалобно сказала Похх, - Мне - грош цена. Ведь не зря же тебя природа наградила формами, обаянием, плавностью движений? Лучше бы это все досталось кому-то другому, не тебе!
  -- А на что ты должна меня конкретно уговорить?
  -- Чтобы ты потребовала встречи с админом. А я помогу тебе, я буду рядом. Ты только ни на минуту не забывай о том какая ты!
  -- Я слышала, что админ здесь родился, в Демонете, и у него иммунитет к демонам.
  -- Ну и что? Ему не чуждо... Мы на него не действуем - это правда, у него врожденный иммунитет, но мое присутствие несколько зарядит обстановку и сознание того, что я рядом - придаст тебе особый шарм. У тебя все получится.
  -- А вдруг не получится?
  -- Разве есть на свете такой мужчина, с которым это может не получиться?- изумилась Похх,- где бы он ни родился...
  
  Я вернулась домой. Демоны сюда проникнуть не могли и, надо признаться, в их отсутствие ход моих мыслей резко менял направление.
  Гнев сменился горькой обидой и растерянностью. Уже два часа я жила с сознанием, что Женя меня обманывает, использует в своих интересах, скрывает свое местонахождение и, наверное, еще много такого, что мне лучше не знать.
  Ахх, похоже, хочет через меня оказать влияние на админа.
  Лестно, конечно, что он обо мне так думает, но...
  Я стояла перед зеркалом и смотрела на свое отражение. Хотя я и понимала, что демоны специально льстят мне, говорят то, что каждая женщина хотела бы слышать, но лесть все равно работала.
  А почему я не могу воспользоваться своей женской привлекательностью, чтобы достичь какой- то цели? Мне это кажется недостойным? Миллионы женщин каждый день это делают и даже по нескольку раз в день, без усилий, и тут же забывают об этом: подумаешь, немножко секса. Почему я так не умею?
  Но зачем все так усложнять? Почему обязательно должно дойти до соблазнения админа? А если придти к нему и просто пожаловаться на несчастливое стечение обстоятельств, вынуждающее меня покинуть Демонет? Совсем необязательно делать ему намеки на возможное продолжение отношений в другом месте в благодарность. Красивой женщине намного тяжелее отказать в любезности, чем любому другому представителю рода человеческого.
  Ладно, попробую. Самое страшное, что может произойти - это то, что он окажется суровым дедуганом или я ему не понравлюсь, и тогда мне все равно придется уйти из Демонета. Но если не пойду, то этим точно все окончится не позднее чем через несколько часов. Хм... а, пожалуй, не так страшно разочароваться в своих умственных способностях и талантах, чем в женской привлекательности.
  А если он согласится, что тогда? Я же умею только по любви. Нет, я лучше уйду отсюда и наплевать мне, что другие могут. Почему я должна действовать против своей природы?!
  Я улеглась на кровать и зарылась лицом в подушку.
  Потом встала.
  Посмотрела на часы. Время почти застыло. Ахх и вправду задерживает световой день для меня. А вдруг этот день никогда не кончится если я не сделаю то, чего он хочет?
  Пойду все же. Была не была!
  Соображу по ходу дела, в крайнем случае, удеру.
  Вытащила одежду из шкафа, отобрала несколько юбок, костюмов и, наконец, остановилось на красном платье, которое я уже давно нашла в шкафу и даже примеряла несколько раз, но так ни разу и не надела - оно казалось слишком вызывающим - чуть более открытое, чем приличия позволяли и чуть теснее обтягивает бедра, чем привычная моя одежда. Оно подошло бы, впрочем, для ночного клуба - у меня было похожее платье в реале, но я ну разу его не надевала, потому что в последнее время столько торчала в сети из-за Жени, что вообще никуда из дому не выходила.
  Я распустила волосы, красиво причесалась, подкрасилась,- тоже чуть ярче обычного.
  Покрутилась перед зеркалом, оглядела себя - нормально! Не знаю, что из этого получится, но хорошо выглядеть - никогда не помешает.
  
  С Валентином я столкнулась у двери конторы похожей на ЖЭК.
  Он куда-то спешил. Кивнул мне и направился быстрым шагом к лестнице, но тут же остановился и обернулся, оглядывая меня снизу вверх, взгляд его цеплялся и задерживался на моих округлостях столь удачно обтянутых платьем.
  -- Валентин, извините, что ушла, не попрощавшись, и благодарю вас за гостеприимство и праздник. Мне нужно встретиться с админом, немедленно.
  -- Зачем?
  -- Это я ему расскажу. Вы, пожалуйста, устройте мне с ним встречу.
  -- Я к нему направляюсь как раз, но не уверен, что он вас примет.
  -- Примет,- уверенно сказала я.
  
  Он усмехнулся, еще раз оглядев меня снизу доверху.
  -- Ну, поехали, - и пошел вперед быстрым стремительным шагом.
   Я поспешила за ним.
  
  
   IV Дворец и его обитатели
  
  Валентин коснулся выступа в одной из стен дома, и перед нами открылось несколько ниш, таких как в моем дворе, оснащенных множеством разноцветных проводов. Он велел мне стать в одну из таких ниш и сам стал рядом, дверца бесшумно закрылась, внутри вспыхнул свет.
  Валентин подсоединил провода своего карманного компа к одному из мониторов и набрал что- то на клавиатуре. У меня вдруг сильно закружилась голова, я пошатнулась, он поддержал меня под локоть, но мои колени ослабли, и в ушах зазвенело, - я сползла вниз по стене. Очнулась, когда в лицо подул свежий ветер. Валентин выволок меня за подмышки из ниши.
  
  -- Э, Полина, вы плохо переносите локальные демовэйвы, - сказал он. - Я бы не советовал вам ими пользоваться без специальной подготовки.
   Он посадил меня на траву, достал флягу из сумки, и долго брызгал мне в лицо водой, потом дал отпить из фляги.
  -- Ну, все?- спросил. - Уже лучше?
  -- Вроде бы. А мы где?
  -- У админа, - коротко ответил он.
  
   Я изумленно озиралась по сторонам - в этом голденгрэйне краски и звуки были гораздо ярче - ярко-синее небо, громкое переливчатое пение птиц, интенсивный шелест листвы, и воздух был полон цветочных ароматов. Открывшийся передо мной пейзаж будто сошел с картин средневековых итальянских художников.
  Мы шли с Валентином через оливковую рощу, вернее, он летел, а я за ним едва поспевала, и у меня не было возможности остановиться, и вдоволь полюбоваться этим миром. Я, по привычке, закидывала все происходящее в кладовую памяти, чтобы позже обдумать.
  Я только успела спросить на бегу:
  -- A почему здесь так тепло, климат другой, что ли?
  -- Да, немного другой.
  -- А зима бывает в этом Голденгрэйна?
  -- Бывает, если владелец того пожелает, но, по правде говоря, давно уже не было.
  
  Мы перешли через элегантный легкий мостик, раскинувшийся над быстрым ручьем, и я ахнула от восторга - передо мной был дворец в венецианском стиле - мы направились прямиком к парадному входу.
  
  Дворец казался пустынным - все работало автоматически: двери, эскалаторы, лифты. Валентин шел все так же быстро, и я едва успевала оглядеть росписи на стенах, скульптуры, колонны и лепку на потолках. Наконец, мы вошли в просторный зал со стеклянным потолком-куполом, через который проникал яркий солнечный свет.
  -- Мы в приемной, - сообщил Валентин.
  Я перевела дух. Роскошные кресла, оттоманки, белые столики с витыми ножками, огромные светлые зеркала, и золотые амуры, целящиеся в меня из луков - все поражало великолепием и несколько чрезмерной роскошью. Я отразилась в огромном зеркале, поправила слегка растрепавшиеся волосы. Вид у меня уж больно вызывающий, да еще и щеки горят - то ли от волнения, то ли от быстрой ходьбы. Но отступать поздно.
  -- Подождите тут, Полина, - сказал Валентин.
  -- Нет, я войду с вами,- я настаивала.
   Он колебался:
   --Так нельзя. Он будет недоволен.
  -- А вы скажите, что я вас не послушала и сама вошла.
  -- Ему нельзя врать, Полина, - сказал он неожиданно строго. - Я сообщу ему, что вы здесь по собственной инициативе. За остальное поручиться не могу, - и указал на кресло. -- Садитесь и ждите.
   В приемную вошла высокая девушка в голубом платье. Она смерила меня оценивающим взглядом, и сказала модератору, не отрывая от меня глаз:
  -- Валентин, входи. Он ждет тебя.
  
  И тогда я нарочно стала напротив двери, и когда дверь отворилась, увидела человека сидящего за столом, и он меня увидел. Я даже успела ему улыбнуться и поймать искорку интереса в его глазах. Дверь за Валентином закрылась.
  Я села в кресло. Девица в голубом ела меня глазами. На всякий случай я скрутила дулю за спиной, от сглаза.
  Девица, тем временем, удалилась в нишу в глубине приемной, я услышала звон посуды, и вскоре до меня донесся аромат поджаренного хлеба. Я почувствовала приступ голода - от переживаний я забыла даже перекусить.
  Дверь распахнулась, и Валентин жестом пригласил меня войти. Нет, человек, сидевший за огромным столом черного дерева с золотой инкрустацией, вовсе не был мерзким дедуганом. Он был молод, и даже красив: загорелое лицо, гладкие блестящие черные волосы, и тонкий орлиный нос. Руки аристократичные с длинными пальцами, огромный перстень с черным камнем, ослепительно белоснежные манжеты и воротник, черный сюртук. Взгляд черных глаз был таким острым, цепким и пронизывающим, будто он выворачивал меня наизнанку. А может, так оно и было.
  
  -- Садитесь, госпожа Аксен, - он указал царственным жестом на кресло. -- Вы хотели меня видеть?
   Голос него был низким, приятного тембра и каким-то многозвучным, а может, это было эхо. Я улыбнулась смущенно, и взгляд его сразу смягчился. И я, удивляясь своему спокойствию, изложила все, что собиралась. Я не жаловалась на Женю, не ругала его, а просто сказала, что у партнера изменились обстоятельства, время моего пребывания в Демонете истекает, а я бы хотела остаться здесь, очень хотела бы!
  Проговорила я это все бархатным голосом, улыбаясь самой очаровательной улыбкой, на которую была способна, и к тому же, успела ввернуть пару слов восхищения этим дворцом. Админ взглянул на Валентина, тот подал ему свой карманный комп, админ молча глядел в него несколько минут, видно, изучал мое досье. Сейчас он все узнает о моем поведении в клубе, о нарушении общественного порядка...
  Наконец, он заговорил:
  -- Госпожа Аксен, я должен заметить, что начало вашей игры несколько разочаровывает. Новички обычно развлекаются и отводят душу способами им в реале недоступными, но вы уж слишком сконцентрировались на чувственных удовольствиях, отчего ваши ходы были незначительными, а игра малоинтересной.
  
  От его слов у меня начали гореть уши. Что надо делать, чтобы его соблазнить? И как себя вести, чтобы он понял, что я его соблазняю,- подумала я с отчаянием
  -- Видите ли... - начала я, но админ остановил меня жестом, и продолжил:
  -- Впрочем, я готов допустить, что поведение вашего партнера сбило вас с толку, вы попросту растерялись, так ведь?
  
  Кажется, он мне подыгрывал, подсказывая правильный ответ, и я сказала уже уверенней.
  
  -- Да, я действительно растерялась. Но уверена, что если бы мне дали дополнительное время, я бы использовала его более эффективно - для блага миров Голденгейта, и сделала бы все ходы, которые от меня ожидались.
   Мой ответ, похоже, развеселил админа, и он продолжил с улыбкой:
  -- От вас ожидалось, что вы, во-первых, проявите, а во-вторых, реализуете свои таланты, которые не находят выхода и применения в реале, причем невзирая на путающихся под ногами демонов.
  -- Я очень хочу проявить таланты, я только об этом и думаю.
  -- И сейчас тоже об этом думаете?
  -- И сейчас.
  
  Он засмеялся, и вдруг сказал:
   -- Неплохо для игреалки. Вы солгали в разговоре всего три раза.
   Эти слова мне сразу напомнили первое знакомство с доктором Хьюзом. Неужели, они - одна шайка.
   -- В чем же?- спросила я, скорее, кокетливо, чем виновато.
  -- Во-первых, вам не очень и нравится мой дворец, вы думаете, что у меня - мания величия.
  -- Ну, дворец больше напоминает музей, чем уютный дом, - я ответила как можно честнее, и добавила, - При таких высоких потолках, человек чувствует себя маленьким.
  -- Во-вторых,- продолжал админ, - Вы хотели бы употребить дополнительное время, чтобы вернуть вашего партнера, а вовсе не на проявление скрытых талантов. А в-третьих, именно сейчас вам не дает покоя аромат поджаренного хлеба, а вовсе не польза, которую нужно принести мирам Голденгейта.
  -- Да, я действительно голодна.
  -- А вот эту проблему решить гораздо легче, чем остальные.
  
  Он нажал кнопку на панели в столе, и в кабинет вошла высокая девушка в голубом, с подносом в руках.
  -- Вы умеете читать мысли? -ахнула я.
  -- Вовсе нет, - админ выглядел польщенным. -- Я могу считывать слои фуэрзы, правда, самые верхние.
  Я кивнула, не посмев сказать, что ничего не поняла. Тем временем, девушка поставила перед нами расписной фарфоровый чайник, чашки, тарелки и поднос с множеством маленьких сэндвичей с разными начинками. Затем она разлила чай по чашкам, улыбнулась мне дежурной улыбкой и вышла. В тот момент она даже не подозревала, что это действие было последней услугой, которую она оказала админу, и этот день, нет даже час, был для нее в Демонете последним. Думаю, если бы она просто поставила чайник на стол, предоставив нам возможность разливать чай самим, то моя дальнейшая игра была бы абсолютно другой, мне пришлось бы прибегнуть к услугам Похх, а она, девушка в голубом, еще много лет занимала бы важную должность - личного секретаря админа первого уровня Демонета.
  
  Админ жестом пригласил меня и Валентина к столу. Я сочла все происходящее хорошим знаком, к тому же, после еды, люди обычно добрее. Я поднесла чашку к губам, но тут же быстро поставила ее на стол. Админ взглянул на меня вопросительно:
  -- Вы не любите этот сорт чая, Полина?
  -- Не в этом дело.
  -- А в чем же?
   И тут я ответила быстро, не задумываясь, и сама удивилась сказанному:
  -- А в том, что девушка, налившая чаю в мою чашку, была огорчена тем, что ей пришлось это сделать, а так же тем, что я задерживаюсь в вашем кабинете.
  -- Какова причина ее огорчения? - админ спросил быстро, без тени удивления.
  
   И я продолжала, удивляясь своему нахальству:
   -- В данный момент, я, каким-то образом, нарушаю ее планы, и поэтому...
  
  Админ обменялся быстрым взглядом с Валентином. А я сделала неожиданный для меня самой вывод: - Этот чай будет вреден для меня, для моей души.
  
   Админ быстро схватил сэндвич и протянул мне:
   -- А сэндвич? Тоже для вас вреден? Можете откусить?
   -- Могу, пожалуй. Он был приготовлен до того, как ваша секретарша узнала, что я буду его есть. Он мне не предназначался.
  -- А я? - спросил админ резко, поддавшись вперед и просто буравя меня глазами. - Я могу его есть? Не вреден ли он для моей души? Э, нет, не пытайтесь скрыть от меня что-либо! Я же все равно узнаю.
   И я опять ответила, не задумываясь:
   -- Я не знаю, какого вреда вы опасаетесь. Я могу сказать, что в момент приготовления сэндвичей, девушка собиралась просить вас о важной услуге...
   -- Что еще?
  -- Она боялась, что вы откажете ей, потому что это идет вразрез с вашими намерениями. Она постаралась сделать сэндвичи повкуснее, с вашей любимой начинкой. Кстати, это, кажется брынза с орехами и зеленью... - я замолчала, внезапно испугавшись своего заявления.
  
   Реакция админа на мои слова была более чем неожиданной: он вдруг так ударил кулаком по столу, что чайник и чашки громко зазвенели. К моему удивлению, его гнев был направлен на Валентина.
  -- Damn it! - он выругался по-английски. -- Бездельник! Сластолюбец чертов! Ты так увлекся своими девками, музыкальными лодками и игрищами, что чуть не прозевал фуэнсена! Был же сигнал, что в твоем голденкластере появился фуэнсен, я же сам, лично, спрашивал тебя об этом, а ты мне что ответил? Помнишь? Что это слухи!
  -- Но мне не удалось найти и проверить...
  -- Если бы ты больше уделял внимания своим обязанностям, то установил бы без труда, что Полина Аксен - фуэнсен. Мы тратим огромные средства на консультации фуэнсенов с верхних уровней, а ты... А ну подай мне файл с ее игрой!
  
  Валентин опять протянул ему свой карманный компьютер. Админ смотрел в монитор около минуты.
  -- Полина, - обратился он ко мне, наконец, просительно,- удивительно как быстро менялись интонации и выражение его лица. -- Полина... я могу вас так называть? Прошу вас подождать несколько минут, - нет не туда!- он остановил меня по дороге в приемную, и указал на дверь в стеклянной стене. Я вышла и оказалась на огромном, увитым плющом, балконе.
  Много лет назад в процессе подготовки к экзамену по биологии, я наткнулась на неизвестное мне слово, обозначающее какой- то научный термин. Я автоматически переписала его с доски, на лекции. И я, обычно старательная студентка, то ли поленилась, то ли просто забыла посмотреть в учебнике его значение. И вдруг, на экзамене - это слово оказалось в тексте ключевым. В результате - целый вопрос был непонятен мне из-за этого термина. Я пыталась угадать его значение, но безуспешно. А после ругала себя последними словами за лень и безответственность. Сейчас была такая же ситуация со словом 'фуэнсен'.
  Мне очень не хотелось, чтобы у модератора моего голденгрэйна, славного гостеприимного парня, были из-за меня неприятности.
  Я видела происходящее в кабинете через стеклянную стену, но не слышала ни слова. Валентин мямлил что-то, оправдываясь, потом вошла девушка в голубом, админ отшвырнул от себя поднос с сэндвичами - они рассыпались по полу. Админ крикнул что-то девушке, та побледнела, пролепетала что-то в ответ, потом заплакала и выбежала из кабинета. Бедная секретарша, скорее всего, ничего лично против меня не имела, просто мое неожиданное появление помешало осуществлению ее планов. Поведение админа, управляющего бескрайним, постоянно растущим и меняющимся миром, показалось мне странным: человек, кажущийся всесильным, по крайней мере, на этом уровне, вдруг швыряет при посторонних сэндвичи на пол и закатывает, чуть ли не истерику. Каким образом я его так огорчила, что он потерял контроль над собой? Может, это потому, что он считывает мысли, или как он там сказал - фуэрзу - поэтому и сам не считает нужным сдерживать эмоции.
  Во всяком случае, уверенность в том, что меня отсюда не выгонят, крепла с каждым мгновеньем. А если я останусь, то рано или поздно увижу Женю и выясню - любит ли он меня хоть немножко.
  Я видела, как админ указывал Валентину что-то на мониторе. Затем напряжение за стеклянной стенкой спало, они оба улыбались, глядя в монитор... Чем же их так повеселил моя игра? Наконец, Валентин прощально помахал мне рукой, и вышел из кабинета, а админ жестом пригласил меня вернуться. Я прошла к своему креслу, осторожно переступая через валяющиеся на полу сэндвичи.
  -- Извините, - начала я. -- Я ни в коем случае не хотела стать причиной конфликта или доставить кому-либо неприятности. Мне право же, очень неловко.
  -- Полина, - сказал админ, почти умоляющим тоном. - Я знаю, что этот дворец кажется вам, скорее, музеем, чем подходящим жильем. Но любые выбранные вами апартаменты, немедленно обставят по вашему вкусу.
   Он встал из-за стола и подошел ко мне. - Я счастлив приветствовать фуэнсена, единственного на этом уровне Демонета! - склонился и поцеловал мою руку.
  
  Я вздохнула с облегчением - да, меня оставляют в этом мире - похоже, я представляю ценность для Демонета и, возможно, лично для админа первого уровня.
  -- Хорошо, но мне нужно вернуться домой, и забрать вещи.
  -- Ни в коем случае! Валентин сообщил, что вы плохо переносите локальные демовэйвы, а я не собираюсь рисковать вашим здоровьем, вы - слишком ценная находка. Вам принесут из вашего голденгрэйна все, что пожелаете, - продолжал он, все еще держа мою руку.
  
  Эх! Женя может вернуться за своим карманным компьютером, и это может быть последним шансом его увидеть. Я взглянула на админа почти умоляюще.
  -- Нет,- ответил он быстро. - И не думайте об этом.
   Наверно он знал о чем я думаю, вернее, о ком.
  -- Полина, ваш прежний голденгрэйн скоро прекратит свое существование.
  -- Когда?
  -- Сегодня же. Он вам больше не понадобится - его назначение выполнено. О демонетах и личных вещах не беспокойтесь, ведь вы у меня в гостях. Есть ли там какие-нибудь важные для вас предметы?
  -- Да. Рисунок на стене в рамочке, напротив кровати.
  -- Это все?
  -- Да.
  В тот же момент из стены выехала панель с кнопками. Админ набрал какой-то код и тут же на его столе засветился монитор, а кнопки на клавиатуре вдруг выросли и вместо букв, цифр и знаков появились маленькие трехмерные домики и миниатюрные площади. Мне хотелось их рассмотреть поближе, но я не успела, потому что он стал работать с клавиатурой, и я увидела на экране объемное изображение своего голденгрэйна: комнату с разбросанными по ней вещами - я их примеряла, выбирая в чем пойти к админу, смятую постель, нехитрую мебель. Его пальцы опять пробежались по клавиатуре и изображения предметов в моей комнате померкли, побледнели - мебель и одежда стали двухмерными и отошли на задний план. Теперь на мониторе ярко и объемно выделялись только кровать, Женин карманный компьютер на столике и Глашин рисунок в Жениной рамке на стене.
  -- Этот рисунок был сделан в Демонете, и кровать тоже здесь приобретена. Это настоящие вещи. Рисунок вам доставят лично, а остальное пойдет на хранение в архив, и если понадобится какой-то предмет, то его можно будет спроецировать сюда.
  -- Зачем кого-то утруждать? Я могу сама за ним сходить?- я сделала еще одну попытку.
  --У вас будет много дел в ближайшие дни.
  -- Каких?
  -- Помимо работы, вам предстоит встретиться с другими обитателями этого дворца и его окрестностей. Чтобы вы не попали в неудобное положение при знакомстве, должен вас кое о чем предупредить.
  -- Слушаю вас.
  -- У нас не принято задавать вопросы собеседнику о его планах на будущее, о жизни на других уровнях. Также считается неэтичным спрашивать о том, где он живет в реале, кем работает и другие подобные вопросы - типа семейного положения. Для нас это не имеет значения. И вы не рассказывайте о себе реальной - собеседник может подумать, что вы ожидаете от него того же.
   -- Я поняла.
  -- Kогда немного освоитесь, я представлю вас Демонитету. А до тех пор не говорите никому, что вы - фуэнсен. Так будет лучше.
  -- Хорошо.
  -- Полина, мне так не терпится попробовать вас в действии, что я и забыл, что вы -гостья, а ведь как радушный хозяин, я должен, по крайней мере, дать вам отдохнуть, собраться с мыслями. Ведь вы и не ели почти ничего, как и я, впрочем. Но простите меня, это все от волнения, от неожиданной удачи, которую я чуть было не упустил. Но прежде всего, вы выберете себе любые покои в этом дворце, и мой главный специалист по феншую учтет любое ваше пожелание.
  
  Мы прошли с ним через приемную, где еще недавно царила девушка в голубом - нескольких демонов чистили и мыли все вокруг. Один согнулся в три погибели и выгребал, видно, какие-то эмоции, скопившиеся под плинтусами, а другой исследовал оконную раму, видимо, выедая их из щелей. С некоторых пор, все слишком чистые, вылизанные помещения кажутся мне вместилищем демонов, хотя я могу ошибаться - присутствие демонов может безошибочно определить только казадор. А я не казадор, я - фуэнсен какой-то...
  
  Мы вышли в холл, спустились по беломраморным лестницам. Дэниэл держал меня за руку, будто боялся, что я исчезну или удеру. Он выглядел виноватым, нетерпеливым и счастливым одновременно - как ребенок, которому подарили новую игрушку, а поиграть не разрешили, потому что позднее время и пора спать, и он боится закрыть глаза, чтобы игрушка не исчезла, усадил ее на стуле возле постели, чтобы сразу после пробуждения начать игру.
   А вдруг он ошибается или переоценивает мои возможности?
  -- Дэниэл, я благодарна вам за хорошее отношение и доверие, но все же, я должна конкретно знать, что от меня потребуется.
  Он усмехнулся:
   --Я знал, что вы это спросите, и, в то же время, надеялся, что вы этого не сделаете. Вы хотите конкретных инструкций и объяснений, и это понятно, но лично я предпочел бы полное их отсутствие.
  -- Почему же?
  -- Потому, что вы должны действовать не по инструкциям, а по наитью, понимаете?
  -- Не совсем.
  -- Вы должны вести себя так же, как в момент когда отказались от чая, не задумываясь. Вы это сделали с моей подачи, но я жду от вас самостоятельных решений и действий. Одно условие - о своих наблюдениях сообщайте только мне. А правила и инструкции только все испортят. Да, к тому же, у меня их просто нет - на этом уровне нет ни одного фуэнсена, у которого их можно получить.
  
  Я постеснялась спросить, нельзя ли получить инструкции с других уровней.
  -- Действовать по наитью - это как-то слишком легко.
  -- Верный путь - всегда самый легкий, Полина.
  
  Дэниэл действительно предоставил мне возможность выбрать себе покои, однако, я была столь ошеломлена первыми же, в которые он меня привел, что сразу же согласилась. "Покои"- спальня, кабинет и гостиная - все в том же стиле. Надо будет сразу же сказать специалисту по феншую убрать этих амурчиков со стрелами и картины с античными сюжетами. И зеркала, обрамленные золоченными виноградными гроздьями, тоже не в моем вкусе - я люблю простоту и свет. Но вот балкон, увитый мелкими розами, с резным столиком и подвесными качелями - сразил меня наповал.
  С балкона можно было любоваться садом: диковинными растениями, беседками, ручейками и мостиками. В этот момент я честно не могла представить себе, что может быть что-то лучше этих "покоев". Ванна была огромной - впрочем, это была целая купальня в античном стиле: зеркала, кувшины, мраморные столики, античные статуи - это, конечно, тоже перебор. Вода журчала тихонько и мелодично, наполняя купальню.
  -- Рад, что вам здесь нравится, Полина. Еще какие-нибудь пожелания? - нетерпеливо спросил админ.
  -- А можно мне...- я решилась, наконец,- увидеть моего партнера? Или связаться с ним как-то?
  -- Он сам сюда придет.
  -- Когда?
  -- Точного времени не знаю. Но придет и затормозит ваше продвижение непременно. Так всегда бывает.
  -- Почему затормозит?
  -- Потому что он - плот, при помощи которого вы перебрались на другой берег. На берегу, он стал тяжелым и неудобным предметом, затрудняющим передвижение. Если вам опять встретится на пути река, то будет проще построить новый плот или подобрать оставленный кем-то. Ну, все! А теперь - ужин! Я знаю как вы голодны, но все же пройдем через кухню - мне не терпится попробовать вас в действии.
  
  На огромной кухне не было ни единого человека - со всех сторон суперсовременное оборудование подмигивало экранами и таймерами, и запахи вокруг были чрезвычайно аппетитными.
  
  -- Полина, я собираюсь заменить все электронные кухонные приспособления - печи, миксеры, комбайны и кофемолки - на старинные кухонные приборы, начиная с кирпичной печи и заканчивая ручной мельницей для перца и специй.
  -... И я, кажется, понимаю почему. Но тогда вам потребуется большое количество поваров и работников кухни.
  -- Ваш ход мыслей меня восхищает, Полина - с вами будет легко работать. Разумеется, отбором поваров и работников кухни займетесь вы - это и будет первым вашим заданием.
  -- Я? Но как же...
  -- По наитью.
  -- Я уже могу предложить одну кандидатуру...
  -- Кого же?
  -- Кондитера. Его зовут Роман, он работает в маленькой пекарне голденгрэйна Валентина.
  
  Он сразу кивнул и, без дальнейших расспросов, вынул свой карманный компьютер, набрал на нем что-то и произнес:
  -- Сделано. Валентин приведет его сегодня же, заодно и рисунок захватит из вашего голденгрэйна. Надеюсь, ваш протеже хорошо переносит локальные демовэйвы.
  Админ продолжал смотреть на меня так же пристально, но я молчала, и он понял, что у меня действительно больше нет кандидатур. Э-э-э... мы так без слов научимся разговаривать скоро, - подумала я.
  -- Дэниэл, мы с вами общаемся несколько необычно. Вы задаете вопрос, и я даю ответ, иногда неожиданный для меня самой. А вы не сомневаетесь в моей правоте. Вы так доверяйте мне?
  -- Конечно. Я обращаюсь к доступному мне слою вашей фуэрзы, или как это называют в реале - " подсознанию", и вы, с моей подачи, просто считываете оттуда ответ.
  -- О, вы такое умеете!- сказала я с восхищением.
   Он казался польщенным.
  -- А теперь, Полина, пройдите сюда.
  
   Столовая - торжественная и парадная, напротив двери - картина с богиней плодородия. Стол накрыт на две персоны: дорогая посуда из тончайшего фарфора, сверкающие хрустальные бокалы, столовое серебро и канделябры. Мне никогда не приходилось обедать среди такой роскоши, и если честно, я бы предпочла пикник на траве - пусть считывает мысли, если хочет
  
  -- Полина, если бы я предполагал, что буду сегодня обедать с дамой, да еще с фуэнсеном, то, безусловно, доверился бы вашему вкусу в выборе блюд, но уже поздно что-либо менять, да и вы голодны. Садитесь, прошу.
  
  Из двери выехал столик с булочками, салатами, запотевшим графином с водой со льдом и бутылкой вина.
  -- Не возражаете, если мы обойдемся без официантов? Я сам буду за вами ухаживать. Опасаюсь, что в противном случае, будут еще изгнанные.
  
  Я была и вправду зверски голодна, и закуски были ужасно вкусными.
  -- Я возьму еще одну булочку.
  -- Конечно, Полина, вы здесь у себя дома. А вот и горячее, попробуйте - нежнейшая куриная отбивная в миндальной крошке.. Еще вина? Не нужно спрашивать позволения, делайте все, что душе угодно. В своих покоях вы найдете панель управления, и - все, что пожелаете - еда, напитки - будет тут же доставлено Вкусно?
  -- Да, очень, спасибо, - проговорила я с набитым ртом.
   -- А фуэн каков? - вдруг спросил он быстро. -- Вы ощущаете что-нибудь?
  - -Пожалуй, нет... не знаю... Все кажется совершенным: вкусовой букет, приправы, температура блюд, но здесь нет никакого... фуэна.
   Он кивнул.
  -- Отвечайте, не задумываясь -