# Гомер. Одиссея. Песня одиннадцатая

Андрей Витальевич Велигжанин

ОДИССЕЯ. ПЕСНЯ ОДИННАДЦАТАЯ


1. К морю и к ждавшему нас на песке кораблю собралися Все мы и, сдвинувши чёрный корабль на священные воды,

Мачту на нём утвердили и к ней паруса привязали.

Взявши барана и овцу с собой, на корабль совокупно

Все мы взошли, сокрушённые горем, лиющие слёзы.

Был нам по тёмным волнам провожатым надёжным попутный

Ветер, пловцам благовеющий друг, парусов надуватель,

Послан приветноречивою, светлокудрявой богиней;

Все корабельные снасти порядком убрав, мы спокойно

Плыли; корабль наш бежал, повинуясь кормилу и ветру. Your browser does not support the audio element.


2. Были весь день паруса путеводным дыханием полны. Солнце тем временем село, и все потемнели дороги.

Скоро пришли мы к глубокотекущим водам Океана;

Там киммериян печальная область, покрытая вечно

Влажным туманом и мглой облаков; никогда не являет

Оку людей там лица лучезарного Гелиос, землю ль

Он покидает, всходя на звездами обильное небо,

С неба ль, звездами обильного, сходит, к земле обращаясь;

Ночь безотрадная там искони окружает живущих. Your browser does not support the audio element.


3. Судно, прибыв, на песок мы встащили; барана и овцу Взяли с собой и пошли по течению вод Океана

Берегом к месту, которое мне указала Цирцея.

Дав Перимеду держать с Еврилохом зверей, обречённых

В жертву, я меч обнажил медноострый и, им ископавши

Яму глубокую, в локоть один шириной и длиною,

Три совершил возлияния мёртвым, мной призванным вместе:

Первое смесью медвяной, второе вином благовонным,

Третье водой и, мукою ячменною всё пересыпав,

Дал обещанье безжизненно-веющим теням усопших:

В дом возвратяся, корову, тельцов не имевшую, в жертву

Им принести и в зажжённый костёр драгоценностей много

Бросить; Тиресия ж более прочих уважить, особо

Чёрного, лучшего в стаде барана ему посвятивши. Your browser does not support the audio element.


4. Дав обещанье такое и сделав воззвание к мёртвым, Сам я барана и овцу над ямой глубокой зарезал;

Чёрная кровь полилася в неё, и слетелись толпою

Души усопших, из тёмныя бездны Эреба поднявшись:

Души невест, малоопытных юношей, опытных старцев,

Дев молодых, о утрате недолгия жизни скорбящих,

Бранных мужей, медноострым копьём поражённых смертельно

В битве и брони, обрызганной кровью, ещё не сложивших. Your browser does not support the audio element.


5. Все они, вылетев вместе бесчисленным роем из ямы, Подняли крик несказанный; был схвачен я ужасом бледным.

Кликнув товарищей, им повелел я с овцы и с барана,

Острой зарезанных медью, лежавших в крови перед нами,

Кожу содрать и, огню их предавши, призвать громогласно

Грозного бога Аида и страшную с ним Персефону.

Сам же я меч обнажил изощрённый и с ним перед ямой

Сел, чтоб мешать приближаться безжизненным теням усопших

К крови, пока мне ответа на даст вопрошённый Тиресий. Your browser does not support the audio element.


6. Прежде других предо мною явилась душа Ельпенора; Бедный, ещё не зарытый, лежал на земле путеносной.

Не был он нами оплакан; ему не свершив погребенья,

В доме Цирцеи его мы оставили: в путь мы спешили.

Слёзы я пролил, увидя его; состраданье мне душу проникло.

Голос возвысив, я мёртвому бросил крылатое слово:

«Скоро же, друг Ельпенор, очутился ты в царстве Аида!

Пеший проворнее был ты, чем мы в корабле быстроходном». Your browser does not support the audio element.


7. Так я сказал; простонавши печально, мне так отвечал он: «О Лаэртид, многохитростный муж, Одиссей многославный,

Демоном злым погублен я и силой вина несказанной;

Крепко на кровле заснув, я забыл, что назад надлежало

Прежде пойти, чтоб по лестнице с кровли высокой спуститься;

Бросясь вперёд, я упал и, затылком ударившись оземь,

Кость изломал позвоночную; в область Аида мгновенно

Дух отлетел мой. Your browser does not support the audio element.


8. Тебя же любовью к отсутственным милым, Верной женою, отцом, воспитавшим тебя, и цветущим

Сыном, тобой во младенческих летах оставленным дома,

Ныне молю (мне известно, что, область Аида покинув,

Ты в корабле возвратишься на остров Цирцеи) — о! вспомни,

Вспомни тогда обо мне, Одиссей благородный, чтоб не был

Там не оплаканный я и безгробный оставлен, чтоб гнева

Мстящих богов на себя не навлёк ты моею бедою. Your browser does not support the audio element.


9. Бросивши труп мой со всеми моими доспехами в пламень, Холм гробовой надо мною насыпьте близ моря седого;

В памятный знак же о гибели мужа для поздних потомков

В землю на холме моём то весло водрузите, которым

Некогда в жизни, ваш верный товарищ, я волны тревожил». Your browser does not support the audio element.


10. Так говорил Ельпенор, и, ему отвечая, сказал я: «Всё, злополучный, как требуешь, мною исполнено будет».

Так мы, печально беседуя, друг подле друга сидели,

Я, отгоняющий тени от крови мечом обнажённым,

Он, говорящий со мною, товарища прежнего призрак. Your browser does not support the audio element.


11. Вдруг подошло, я увидел, ко мне привиденье умершей Матери милой моей Антиклеи, рождённой великим

Автоликоном, — её меж живыми оставил я дома,

В Трою отплыв. Я заплакал, печаль мне проникнула душу;

Но и её, сколь ни тяжко то было душе, не пустил я

К крови: мне не дал ответа ещё прорицатель Тиресий. Your browser does not support the audio element.


12. Скоро предстал предо мной и Тиресия фивского образ; Был он с жезлом золотым, и меня он узнал и сказал мне:

«Что, Лаэртид, многохитростный муж, Одиссей благородный,

Что, злополучный, тебя побудило, покинув пределы

Светлого дня, подойти к безотрадной обители мёртвых?

Но отслонися от ямы и к крови мечом не препятствуй

Мне подойти, чтоб, напившися, мог я по правде пророчить» Your browser does not support the audio element.


13. Так он сказал; отслоняся от ямы, я меч среброгвоздный Вдвинул в ножны; а Тиресий, напившися чёрныя крови,

Слово ко мне обратил и сказал мне, по правде пророча:

«Царь Одиссей, возвращения сладкого в дом свой ты жаждешь.

Бог раздражённый его затруднит несказанно, понеже

Гонит тебя колебатель земли Посейдон; ты жестоко

Душу разгневал его ослеплением милого сына. Your browser does not support the audio element.


14. Но, и ему вопреки, и беды повстречав, ты достигнуть Можешь отечества, если себя обуздаешь и буйных

Спутников; с ними ты к острову знойной Тринакрии, бездну

Тёмно-лазурного моря измерив, корабль приведёшь свой;

Тучных быков и волнистых баранов пасёт там издавна

Гелиос светлый, который всё видит, всё слышит, всё знает. Your browser does not support the audio element.


15. Будешь в Итаке, хотя и великие бедствия встретишь, Если воздержишься руку поднять на стада Гелиоса;

Если же руку подымешь на них, то пророчу погибель

Всем вам: тебе, кораблю и сопутникам; сам ты избегнешь

Смерти, но бедственно в дом возвратишься, товарищей в море

Всех потеряв, на чужом корабле, и не радость там встретишь:

Буйных людей там найдёшь ты, твоё достоянье губящих,

Мучащих дерзким своим сватовством Пенелопу, дарами

Брачными ей докучая; ты им отомстишь. Your browser does not support the audio element.


16. Но когда ты, праведно мстя, женихов, захвативших насильственно дом твой, В нём умертвишь иль обманом, иль явною силой — покинув

Царский свой дом и весло корабельное взявши, отправься

Странствовать снова и странствуй, покуда людей не увидишь,

Моря не знающих, пищи своей никогда не солящих,

Также не зревших ещё ни в волнах кораблей быстроходных,

Пурпурногрудых, ни вёсел, носящих, как мощные крылья,

Их по морям, — от меня же узнай несомнительный признак:

Если дорогой ты путника встретишь и путник тот спросит:

«Что за лопату несёшь на блестящем плече, иноземец?» —

В землю весло водрузи — ты окончил своё роковое,

Долгое странствие. Your browser does not support the audio element.


17. Мощному там Посейдону принесши В жертву барана, быка и свиней оплодителя вепря,

В дом возвратись и великую дома сверши гекатомбу

Зевсу и прочим богам, беспредельного неба владыкам,

Всем по порядку. И смерть не застигнет тебя на туманном

Море; спокойно и медленно к ней подходя, ты кончину

Встретишь, украшенный старостью светлой, своим и народным

Счастьем богатый. И сбудется всё, предречёмною». Your browser does not support the audio element.


18. Так говорил мне Тиресий; ему отвечая, сказал я: «Старец, пускай совершится, что мне предназначили боги.

Ты же теперь мне скажи, ничего от меня не скрывая:

Матери милой я вижу отшедшую душу; близ крови

Тихо сидит неподвижная тень и как будто не смеет

Сыну в лицо поглядеть и завесть разговор с ним. Скажи мне,

Старец, как сделать, чтоб мёртвая сына живого узнала?» Your browser does not support the audio element.


19. Так я его вопросил, и, ответствуя, так мне сказал он: «Лёгкое средство на это в немногих словах я открою:

Та из безжизненных теней, которой приблизиться к крови

Дашь ты, разумно с тобою начнет говорить; но безмолвно

Та от тебя удалится, которой ты к крови не пустишь».

С сими словами обратно отшедши в обитель Аида,

Скрылась душа прорицателя, мне мой сказавшая жребий. Your browser does not support the audio element.


20. Я ж неподвижно остался на месте; но ждал я недолго: К крови приблизилась мать, напилася и сына узнала.

С тяжким вздохом она мне крылатое бросила слово:

«Как же, мой сын, ты живой мог проникнуть в туманную область

Аида? Здесь все ужасает живущего; шумно бегут здесь

Страшные реки, потоки великие; здесь Океана

Воды глубокие льются; никто переплыть их не может

Сам; то одним кораблям крепкозданным возможно. Скажи же,

Прямо ль от Трои с своим кораблем и с своими людьми ты,

По морю долго скитавшися, прибыл сюда? Неужели

Всё не видал ни Итаки, ни дома отцов, ни супруги?» Your browser does not support the audio element.


21. Так говорила она, и, ответствуя, так ей сказал я: «Милая мать, приведен я к Аиду нуждой всемогущей;

Душу Тиресия фивского мне вопросить надлежало.

В землю ахеян ещё я не мог возвратиться; отчизны

Нашей ещё не видал, бесприютно скитаюсь повсюду

С самых тех пор, как с великим царем Агамемноном поплыл

В град Илион, изобильный конями, на гибель троянам. Your browser does not support the audio element.


22. Ты ж мне скажи откровенно, какою из Парк непреклонных В руки навек усыпляющей смерти была предана ты?

Медленно ль тяжким недугом? Иль вдруг Артемида богиня

Тихой стрелою своею тебя без болезни убила?

Также скажи об отце и о сыне, покинутых мною:

Царский мой сан сохранился ли им? Иль другой уж на место

Избран моё и меня уж в народе считают погибшим?

Также скажи мне, что делает дома жена Пенелопа?

С сыном ли вместе живёт, неизменная в верности мужу?

Иль уж с каким из ахейских владык сочеталася браком?» Your browser does not support the audio element.


23. Так я её вопросил; Антиклея мне так отвечала: «Верность тебе сохраняя, в жилище твоём Пенелопа

Ждёт твоего возвращенья с тоскою великой и тратит

Долгие дни и бессонные ночи в слезах и печали;

Царский твой сан никому от народа не отдан; бесспорно,

Дома своим Телемах достояньем владеет, пирами

Всех угощает, как то облечённому саном высоким

Следует; все и его угощают. Your browser does not support the audio element.


24. Лаэрт же не ходит Более в город; он в поле далёко живет, не имея

Там ни одра, ни богатых покровов, ни мягких подушек;

Дома в дождливое зимнее время он вместе с рабами

Спит на полу у огня, покровенный одеждой убогой;

В летнюю ж знойную пору иль поздней порою осенней

Всюду находит себе на земле он в саду виноградном

Ложе из листьев опалых, насыпанных мягкою грудой.

Там он лежит, и вздыхает, и сердцем крушится, и плачет,

Всё о тебе помышляя; и старость его безотрадна. Your browser does not support the audio element.


25. Кончилось так и со мной; и моя совершилась судьбина. Но не сестра Аполлонова с луком тугим Артемида

Тихой стрелою своею меня без болезни убила,

Также не медленный, мной овладевший недуг, растерзавши

Тело моё, из него изнурённую душу исторгнул:

Нет; но тоска о тебе, Одиссей, о твоём миролюбном

Нраве и разуме светлом до срока мою погубила

Сладостно-милую жизнь». И умолкла она. Увлечённый

Сердцем, обнять захотел я отшедшую матери душу;

Три раза руки свои к ней, любовью стремимый, простёр я,

Три раза между руками моими она проскользнула

Тенью иль сонной мечтой, из меня вырывая стенанье. Your browser does not support the audio element.


26. Ей, наконец, сокрушённый, я бросил крылатое слово: «Милая мать, для чего, из объятий моих убегая,

Мне запрещаешь в жилище Аида прижаться к родному

Сердцу и скорбною сладостью плача с тобой поделиться?

Иль Персефона могучая вместо тебя мне прислала

Призрак пустой, чтоб моё усугубить великое горе?» Your browser does not support the audio element.


27. Так говорил я; мне мать благородная так отвечала: «Милый мой сын, злополучнейший между людьми, Персефона,

Дочь громовержца, тебя приводить в заблужденье не мыслит.

Но такова уж судьбина всех мертвых, расставшихся с жизнью.

Крепкие жилы уже не связуют ни мышц, ни костей их;

Вдруг истребляет пронзительной силой огонь погребальный

Всё, лишь горячая жизнь охладелые кости покинет:

Вовсе тогда, улетевши, как сон, их душа исчезает.

Ты же на радостный свет поспеши возвратиться; но помни,

Что я сказала, чтоб всё повторить при свиданье супруге». Your browser does not support the audio element.


28. Так, собеседуя, мы говорили. Тогда мне явились Призраки жён — их прислала сама Персефона; то были

В прежнее время супруги и дочери славных героев;

Чёрную кровь обступили они, подбежав к ней толпою;

Я же обдумывал, как бы мне их вопросить почередно

Каждую; вот что удобнейшим мне, наконец, показалось:

Меч длинноострый немедля схватил и, его обнаживши,

К крови приблизиться им не дозволил я всею толпою;

Друг за другом они по одной подходили и имя

Мне называли своё; и расспрашивать каждую мог я. Your browser does not support the audio element.


29. Прежде других подошла благороднорождённая Тиро, Дочь Салмонеева, славная в мире супруга Крефея,

Сына Эолова; всё о себе мне она рассказала:

Сердце своё Энипеем, рекою божественно-светлой,

Между реками земными прекраснейшей, Тиро пленила;

Часто она посещала прекрасный поток Энипея;

В образ облекся его Посейдон земледержец, чтоб с нею

В устье волнистокипучем реки сочетаться любовью;

Воды пурпурные встали горой и, слиявшись прозрачным

Сводом над ними, сокрыли от взоров и бога и деву. Your browser does not support the audio element.


30. Девственный пояс её развязал он, ей очи смеживши Сном: и когда, распалённый, своё утолил вожделенье,

За руку взял, и по имени назвал её, и сказал ей:

«Радуйся, богом любимая! Прежде чем полный свершится

Год, у тебя два прекрасные сына родятся (бесплоден

С богом союз не бывает), и их воспитай ты с любовью.

Но, возвратяся к домашним, моё называть им страшися

Имя; тебе же откроюсь: я бог Посейдон земледержец». Your browser does not support the audio element.


31. Так он сказав, погрузился в морское глубокое лоно. В срок от неё близнецы Пелиас и Нелей родилися;

Слуги могучие Зевса эгидоносителя были

Оба они; обладая стадами баранов, в Иолкосе

Тучнополянистом жил Пелиас; а Нелей жил в песчаном

Пилосе. Но от Крефея ещё родились у прекрасной

Тиро Эсон, и Ферет, и могучий ездок Амифион. Your browser does not support the audio element.


32. После неё мне предстала Асопова дочь Антиопа. Гордо хвалилась она, что объятия Дий отворил ей:

Были плодом их любви Амфион и Зефос; положили

Первое Фив семивратных они основанье и много

Башен воздвигли кругом, поелику в широкоравнинных

Фивах они, и могучие, жить не могли б без ограды. Your browser does not support the audio element.


33. Амфитрионову после узрел я супругу Алкмену; Сына Геракла, столь славного силой и мужеством львиным,

Зевсу она родила, целомудренно с ним сочетавшись.

После явилась Мегара; Креон, необузданно-смелый,

Был ей отцом; а супругом Геракл, в испытаниях твёрдый. Your browser does not support the audio element.


34. Вслед за Мегарой предстала Эдипова мать Эпикаста; Страшно-преступное дело в незнанье она совершила,

С сыном родным, умертвившим отца, сочетавшися браком.

Скоро союз святотатный открыли бессмертные людям.

Гибельно царствовать в Кадмовом доме, в возлюбленных Фивах

Был осуждён от Зевеса Эдип, безотрадный страдалец,

Но Эпикаста Аидовы двери сама отворила:

Петлю она роковую к бревну потолка прикрепивши,

Ею плачевную жизнь прервала; одинок он остался

Жертвой терзаний от скликанных матерью страшных Эриний. Your browser does not support the audio element.


35. После явилась Хлорида; её красотою пленяся, Некогда с ней сочетался Нелей, дорогими дарами

Деву прельстивший; был царь Афион Иасид, Орхомена

Града Минийского славный властитель, отец ей; царица

Пилоса, бодрых она сыновей даровала Нелею:

Нестора, Хромия, жадного почестей Периклимена;

После Хлорида и дочь родила, многославную Перу,

Дивной красы; женихи отовсюду сошлись, но тому лишь

Дочь непреклонный Нелей назначал, кто быков круторогих

С поля Филакии сгонит, отняв у царя Ификлеса

Силой всё стадо его. Your browser does not support the audio element.


36. Беспорочный взялся прорицатель Смелое дело свершить; но ему положили преграду

Злая судьба, и темничные узы, и пастыри стада.

Но когда миновалися месяцы, дни пробежали и годы,

Круг совершился и Оры весну привели — Ификлесу

Тайны богов он открыл; Ификлесова сила святая

Узы его прервала, и исполнилась воля Зевеса. Your browser does not support the audio element.


37. Славная Леда, супруга Тиндара, потом мне явилась; Ей родилися от брака с Тиндаром могучим два сына:

Коней смиритель Кастор и боец Полидевк многосильный.

Оба землею они жизнедарною взяты живые;

Оба и в мраке подземном честимы Зевесом; вседневно

Братом сменяется брат; и вседневно, когда умирает

Тот, воскресает другой; и к бессмертным причислены оба. Your browser does not support the audio element.


14.08.2024 02:00 — 24.11.2024 17:20